Принципы уголовного процесса

3



Содержание



	Введение	4

	1. Понятие и значение принципов уголовного процесса	7

	2. Система принципов уголовного процесса	9

	2.1. Принцип законности при производстве по уголовному делу	13

	2.2. Принцип публичности	15

	2.3. Принцип уважения чести и достоинства личности	16

	2.4. Принцип неприкосновенности личности	17

	2.5. Принцип неприкосновенности жилища	18

	2.6. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве	20

	2.7. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений	21

	2.8. Принцип осуществления правосудия только судом	23

	2.9. Принцип самостоятельности судов, независимости судей, присяжных заседателей	24

	2.10. Принцип равенства перед законом и судом всех участников уголовного процесса	25

	2.11. Принцип открытого судебного разбирательства	27

	2.12. Принцип языка уголовного судопроизводства	29

	2.13. Принцип презумпции невиновности	29

	2.14. Принцип обеспечения подозреваемому, обвиняемому, подсудимому права на защиту	30

	2.15. Принцип состязательности и равноправия сторон	32

	2.16. Принцип всесторонности, полноты и объективности	33

	2.17. Принцип свободы оценки доказательств	35

	2.18. Принцип обеспечения возможности обжалования процессуальных действий и решений	37

	2.19. Принцип участия граждан в отправлении правосудия по уголовным делам	38

	Заключение	39

	Список используемой литературы	41


Введение



Принципы – это основные, наиболее общие и руководящие положения какого-либо процесса, явления, они невыводимы из других понятий, первичны. Существует несколько точек зрения относительно некоторых признаков (свойств), присущих принципам уголовного процесса, что в конечном итоге сказывается на их теоретическом определении. Относительно таких признаков как всеобщность, первичность, обязательность к исполнению, объективность наблюдается, в целом, единство взглядов, но такой признак как закрепление в законе наблюдается не у всех учёных. Так, в частности доктор юридических наук Кобликов А. С., выделяет такой признак, а кандидат юридических наук Галузо В. Н., чьим трудом я пользовался при написании данной работы даже не упоминает его. Я же придерживаюсь точки зрения, что такой признак как закрепление в законе не является основным, хотя присущ практически всем принципам, в силу того, что законодатель может не видеть необходимости подобного упрочения, так как принцип очевиден и в законодательном закреплении не нуждается (например, принцип гуманизма). Подобное может происходить и по иным причинам.

 Итак, принципами уголовного процесса называются теоретически обоснованные основные правовые положения, идеи, нормы общего и руководящего значения, определяющие построение всех форм, институтов, стадий уголовного судопроизводства и обеспечивающие выполнение стоящих перед ним задач. Принципы выражают сущность и содержание уголовного процесса характеризуют самые важные его свойства и качественные черты, предмет и метод процессуального регулирования.

Принципы всегда представляют собой первичные нормы права, не выводимые друг из друга и обнимающие более частные нормы, в которых конкретизируется содержание принципов и которые подчинены этим принципам. Нормы – принципы носят императивный, властно-повелительный характер, содержат обязательные предписания, выполнение которых обеспечивается всей совокупностью правовых средств, имеющихся на вооружении у государства. Своей целью они имеют человека и гражданина и соответствующие государственные органы. Органы государства, ведущие процесс, должны действовать на основе установленных принципов и несут ответственность за их нарушение.

Конституция РФ закрепила общеправовые принципы, которые, выражая природу и сущность демократического государства, содержат гарантии прав и свобод человека и гражданина.

Эти принципы исходят из признания человека, его прав и свобод высшей ценностью.                                   

Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (ст. 2 Конституции РФ). Сознавая себя частью мирового сообщества, народ РФ принял Конституцию РФ, в которой записаны общепризнанные и отраженные в ряде международно-правовых документах права человека и гражданина, принципы правосудия.

В соответствии с конституционными принципами в отраслевом законодательстве – УПК содержатся нормы, имеющие основное, определяющее значение для всего судопроизводства и отдельных его стадий.

Основные принципы записаны в Конституции РФ, часть – в отраслевом законодательстве – УПК и некоторых других законодательных актах. Все принципы неразрывно связаны между собой и образуют единую совокупность правовых начал, одинаково значимых для достижения целей уголовного процесса. Каждый из них определяет такую сторону судопроизводства, без которой невозможно правильное осуществление его задач.

Какой бы, однако, ни была юридическая форма закрепления принципов, они всегда выступают в качестве норм общего и руководящего значения, имеющих трехчленную структуру, – гипотезу, диспозицию и санкцию. Иначе в правоприменительной деятельности соблюдались бы не сами принципы, а только конкретизирующие их нормы. Конституционные принципы являются нормами прямого и непосредственного действия. Это означает право на применение этих норм непосредственно, без внесения соответствующих изменений и дополнений в УПК. По моему мнению, это применимо только к конституционным принципам, поскольку отраслевые принципы приобретают юридическое значение после соответствующего их закрепления в уголовно-процессуальном законодательстве.

Конституция РФ и внесенные в последние годы изменения и дополнения в уголовно-процессуальное законодательство значительно углубили и обогатили демократическое содержание принципов, расширили диапазон их применения, усовершенствовали формулировку отдельных начал, укрепили гарантийную обеспеченность принципов. 

Принципы действуют в рамках целостной системы, где сущность и значение каждого принципа обусловливаются не только собственным содержанием, но и функционированием всей системы, где нарушение любого принципа приводит обычно к нарушению других принципов и тем самым к нарушению законности при производстве по делу. 




1. Понятие и значение принципов уголовного процесса



Принципы – это основополагающие идеи, которые определяют построение уголовного процесса в целом и его конкретных институтов. Они должны отвечать ряду признаков:

а) принципами могут быть не любые, произвольно выбранные взгляды на формы и методы судопроизводства, а лишь те, которые соответствуют социально-экономическим условиям развития общества;

б) задачи (назначение) уголовного процесса могут быть реализованы в условиях расследования и рассмотрения уголовных дел на демократических началах;

в) принципами процесса являются идеи, нашедшие закрепление в нормах права. Последнее обстоятельство придает принципам обязательность, определенность и гарантированность. Они подлежат прямому применению.

Таким образом, под принципами уголовного процесса понимаются идеи, положения, определяющие демократическое построение процесса и нашедшие выражение в нормах права.

Значение принципов в уголовном процессе многогранно:

а) они выражают сущность процесса, его характерные черты;

б) они также представляют систему юридических норм наиболее общего характера, служащую основой уголовно-процессуального законодательства;

в) несоблюдение при производстве по уголовным делам норм-принципов может повлечь отмену принимаемых решений.

Включение в действующий УПК специальной главы 2, посвященной принципам уголовного судопроизводства, вполне можно расценивать как свидетельство стремления законодателя закрепить в законе общие и наиболее существенные положения, выделить их особо из общей массы уголовно-процессуальных предписаний, а вместе с этим повысить их значение и придать им более высокий авторитет.

Тот факт, что среди этих принципов не оказалось некоторых провозглашенных в Конституции РФ принципов (принципа осуществления правосудия на началах равенства всех перед законом и судом, принципа публичности, принципа самостоятельности судов и независимости судей, принципа участия граждан в отправлении правосудия), нельзя воспринимать как попытку законодателя ревизовать конституционные предписания или как его отказ от их осуществления в уголовном судопроизводстве.

Даже если бы такое намерение и вынашивалось при разработке и принятии УПК 2001 г., то его попросту было бы невозможно реализовать, поскольку Конституция РФ, как известно, является актом, имеющим высшую юридическую силу и прямое действие. УПК, как и все прочие федеральные законы, а равно основанные на них предписания иных правовых актов, не могут реализоваться не так, как требует Конституция РФ. Отсутствие в нем ссылок на конституционные предписания принципиального значения не имеет. Оно должно в обязательном порядке восполняться прямым (не зависящим от образовавшихся в уголовно-процессуальном законодательстве пробелов) применением соответствующих норм Конституции РФ.


2. Система принципов уголовного процесса



Определение системы принципов является тем камнем преткновения, над которым ломали свои умы многие теоретики уголовного процесса. Просмотрев ряд источников, я пришёл к выводу, что никто из учёных ещё не предложил такой системы, которая бы не содержала в себе изъянов с точки зрения полноты и непротиворечивости.

По моему мнению, это стало возможным, потому что многие принципы уголовного процесса обладают свойством бинарности (двойственности), к ним могут быть отнесены принципы: 

		законности; 

		языка, на котором ведётся судопроизводство;

		гуманизма;

		публичности; 

		гласности; 

		равенства всех перед законом и судом; 

		обеспечения права обвиняемого, подозреваемого и подсудимого на защиту;

		охраны прав и свобод личности, уважения достоинства;

		презумпции невиновности; 

		независимости судей и подчинение их только закону.

В настоящее время использованные в учебной литературе подходы к выявлению системы принципов уголовного процесса, на мой взгляд, страдают существенным недостатком. Он заключается в том, что понятие системы принципов подменяется классификацией или простым их перечнем, следовательно, система низводится до понятий более низкого уровня.

Всякая система – это не только деление её составляющих на группы (это лишь их классификация). Это – и не просто совокупность её отдельных составляющих. Система – это такая совокупность её составляющих, их групп, которые имеют определенные взаимосвязи между собой и со средой. Иными словами, для исследователя важно во всякой системе увидеть не только совокупность каких-то явлений, процессов, но и её внутренние и внешние взаимосвязи.

В уголовно-процессуальном праве можно выделить определенные взаимосвязи «вертикального» и «горизонтального» характера обнаруживаются и между самими принципами.

Горизонтальные взаимосвязи проявляются в ходе правоприменения как связи одного уровня, как связи линейные. В этом смысле, соблюдение одних  принципов является условием реализации других принципов. Нарушение одного принципа становится причиной нарушения других, но не всех, ибо линейные связи зачастую односторонни. Поэтому нарушение того или иного принципа в пределах взаимосвязей одного уровня не всегда влечет обязательное нарушение других принципов. Примером такой односторонней связи может послужить отношение между принципом обеспечения подозреваемому, обвиняемому и подсудимому права на защиту и принцип языка, на котором ведётся судопроизводство. Если обеспечение права обвиняемого пользоваться в уголовном процессе родным языком и услугами переводчика всегда служит предпосылкой реального обеспечения права обвиняемого на защиту, то, напротив, нарушение прав обвиняемого не всегда связано с нарушением принципа языка, на котором ведётся судопроизводство. Ввиду сказанного горизонтальные, линейные связи недостаточны для показа целостности и единства системы принципов. Этот недостаток восполняют вертикальные связи между принципами разных уровней, которые отвечают требованиям адекватности, непротиворечивости и независимости.

Адекватность теоретической системы предполагает такой уровень обобщенности входящих в нее принципов, который позволяет отразить качественно-определенные свойства исследуемого объекта. Чрезмерно высокий уровень ведет к утрате возможности адекватно отразить необходимые существенные свойства объекта. Недостаточный уровень обобщения неизбежно ведет к дроблению принципов на такие положения, которые не имеют признаков, присущих принципу. В итоге теоретическая система, отягощенная несущественными, второстепенными деталями, «размывает» характерные черты объекта и потому дает искаженное отражение подлинного положения вещей.

Полнота теоретической системы требует наличия в ней такого количества принципов, которое позволяет логически доказать, объяснить правомерность нахождения в данной отрасли права любой процессуальной нормы.

Непротиворечивость системы означает отсутствие в ней исключающих друг друга принципов.

Независимость системы принципов предполагает выявление у каждого составляющего её принципа собственного, относительного автономного содержания, не пресекающегося с содержанием других принципов.

В уголовно-процессуальной литературе выделяют ряд классификаций по различным основаниям.

 Ряд авторов в зависимости от того, в каком нормативном акте закреплен тот или иной принцип (основание – по источнику), выделяют конституционные и неконституционные принципы уголовного процесса. Хотя лично у меня возникает определённое сомнение по поводу правильности использования термина «неконституционные» как основания классификационной группы, поскольку, основываясь правилами построения слов русского языка, данный термин истолковывается как противоречащий Конституции, однако перечень принципов, входящих в данную группу, вполне соответствует Основному Закону. По моему мнению вернее было бы назвать данную группу «прямо не закреплённые в Конституции».

В пределах внешних взаимосвязей с принципами других отраслей права система принципов уголовно-процессуального права представляет собой трехуровневое образование с его общеправовыми, межотраслевыми и специально-отраслевыми принципами. 

К общеправовым принципам уголовного процесса относятся: законность, гуманизм, обеспечение равенства прав человека и гражданина перед законом и судом, уважение достоинства личности, охрана прав и свобод граждан, принцип презумпции невиновности. К межотраслевым принципам уголовного процесса, имеющим аналоги в некоторых других отраслях права (уголовное, судоустройственное, административно-процессуальное и др.), следует отнести: публичность, гласность уголовного судопроизводства, осуществление правосудия только судом, независимость судей и подчинение их только закону. К специально-отраслевым принципам уголовного процесса относятся принципы обеспечения права подозреваемого, обвиняемого и подсудимого на защиту, принцип непосредственности процесса, принцип устности.

Система принципов уголовного процесса может рассматриваться также в пределах её внутренних взаимосвязей. В этом случае она может быть представлена как соотношение принципов, имеющих общеотраслевой характер, и принципов нескольких (в том числе образующих подотрасли – доказательственное право и уголовно-процессуальное принуждение) или отдельных уголовно-процессуальных институтов.

Таким образом, ввиду особых свойств принципов Уголовного процесса довольно сложно их классифицировать. Но, тем не менее, каждый принцип имеет своё содержание и место. Все принципы взаимосвязаны и взаимообусловлены, что делает построение Уголовного процесса такой системой норм, которая отражает объективно существующие социально-экономические и политические закономерности развития общества и государства, что способствует наиболее комплексной защите прав и свобод человека и гражданина. Это делает уголовное судопроизводство реальным средством государства, позволяющим реализовать ст. 2 Конституции: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства. 

2.1. Принцип законности при производстве по уголовному делу



Принцип законности является общеправовым принципом, означающим неуклонное соблюдение Конституции РФ и законов всеми органами государственной власти, органами местного самоуправления, должностными лицами и гражданами (ч. 2 ст. 15 Конституции РФ).

Законность применительно к уголовному судопроизводству означает требование осуществлять производство по уголовному делу в точном соответствии с предписаниями Конституции РФ, общепризнанных принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации и федеральных законов, прежде всего УПК, а также соответствующих им иных правовых актов.

УПК, как отмечалось выше, регулирует основную массу общих и конкретных вопросов, возникающих и решаемых при производстве по уголовным делам. Он определяет, в частности, задачи, цели (назначение) и принципы процесса, его структуру, круг участников уголовно-процессуальных отношений, их права и обязанности в различных стадиях процесса, правила доказывания, порядок производства следственных и судебных действий. Однако УПК не может и не должен считаться единственным источником уголовно-процессуального права.

Особую роль в регулировании уголовно-процессуальных отношений играет Конституция РФ. Она содержит много правовых положений, определяющих содержание основных принципов, в том числе принципов правосудия и уголовного судопроизводства, характеристику судебной власти и системы судов, требований, предъявляемых к судьям, правовую характеристику роли и значения прокуратуры, а также права человека и гражданина и гарантии их осуществления. Существенное значение для характеристики Конституции РФ как источника уголовно-процессуального права имеет положение о том, что при коллизии федерального закона, в том числе УПК, с Конституцией РФ и федеральным конституционным законом должны применяться Конституция РФ или соответственно федеральный конституционный закон (ч. 1 ст. 15 и ч. 3 ст. 76 Конституции РФ).

Уголовное судопроизводство регулируется, наряду с УПК, также иными федеральными конституционными законами и федеральными законами. Они, не заменяя УПК, тоже могут содержать (и содержат нередко) правила разрешения вопросов, связанных с уголовно-процессуальной деятельностью, либо создавать условия для наиболее эффективного применения уголовно-процессуальных норм.

В соответствии с ч. 2 ст. 1 УПК соблюдение порядка уголовного судопроизводства обязательно для всех без исключения судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия, органов дознания, должностных лиц, а также иных участников уголовного судопроизводства.

При характеристике принципа законности важно иметь в виду и предписания ч. 1 и 2 ст. 7 УПК, призванные, по замыслу законодателя, обеспечивать законность в уголовном судопроизводстве. Согласно этим предписаниям в случае обнаружения при производстве по уголовному делу несоответствия между УПК и другими федеральными законами или иными нормативно-правовыми актами подзаконного уровня подлежит применению УПК.

Требования законности при производстве по уголовным делам распространяются на действия, решения и процессуальные документы, отражающие ход производства по уголовному делу. Нарушение порядка собирания, проверки, оценки доказательств влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств. Ошибки при проведении процессуальных действий, не связанных с собиранием и исследованием доказательств, ведут к признанию таких действий незаконными, и они не порождают юридических последствий.

В качестве существенной гарантии законности уголовного судопроизводства ч. 4 ст. 7 УПК предусматривает предписание о том, что действия, выполняемые при производстве по уголовным делам, должны оформляться процессуальными документами (определениями суда, постановлениями судьи, прокурора, следователя, дознавателя), которые должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Важными гарантиями законности уголовного судопроизводства являются судебный контроль и надзор прокурора за исполнением законов оперативно-розыскными органами, органами дознания и органами предварительного следствия. Конкретно о гарантиях такого рода речь пойдет во многих последующих главах учебника.



2.2. Принцип публичности



Принцип публичности прямо не записан в УПК, но его ст. 20 и 21 недвусмысленно говорят о том, что и данный принцип по-прежнему признается в качестве одной из основ уголовного судопроизводства.

Публичный интерес – это охраняемый законом интерес, за которым стоят общество и государство. В уголовном судопроизводстве публичный интерес выражается в создании обстановки неотвратимости наказания за совершенное преступление и привлечении к уголовной ответственности виновных. Он выражается также в обязанности государственных органов и должностных лиц в пределах своей компетенции обеспечить охрану прав и свобод человека и гражданина, интересов общества и государства. Защищая публичный интерес, уполномоченные органы и должностные лица осуществляют свои функции, как правило, независимо от воли отдельных организаций и граждан.

Совершение преступления должно влечь за собой уголовную ответственность. Предпосылкой наступления такой ответственности является уголовное преследование, под которым понимается прежде всего деятельность, осуществляемая, как отмечалось выше, прокурором, следователем, дознавателем, другими участниками со стороны обвинения. Суд исключен из числа органов, осуществляющих уголовное преследование (ч. 3 ст. 15 УПК). Если первичная информация о готовящемся или совершенном преступлении поступает в суд, то она должна незамедлительно направляться органу или должностному лицу, наделенному полномочиями по проверке такого рода информации и принятию соответствующих решений.

В зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая поддержание обвинения в суде, подразделяется на три вида – публичное, частно-публичное и частное. Соответственно принято различать три категории уголовных дел – дела публичного, частно-публичного и частного обвинения.

О правомерности ссылок на принцип публичности как на одну из основ уголовного судопроизводства говорит также то обстоятельство, что подавляющее большинство составляет первая из названных трех категорий уголовных дел – дела публичного обвинения.



2.3. Принцип уважения чести и достоинства личности



В основе данного принципа лежат положения Конституции РФ, определяющие, что достоинство личности охраняется государством и что никакие обстоятельства не могут быть основанием для его умаления (ст. 21). Там же безоговорочно определено, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Положения такого же рода закреплены, как отмечено выше, в ряде международных актов, признанных Российской Федерацией, в частности, в Международном пакте о гражданских и политических правах и Конвенции о защите прав человека и основных свобод. На них многократно ссылался и ссылается в своих решениях Европейский суд по правам человека.

Применительно к уголовному процессу рассматриваемый правовой принцип конкретизирован и развит рядом правил, зафиксированных в УПК. Среди них особого внимания заслуживает, к примеру, положение о недопустимости при производстве следственных действий применения насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создания опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц (ч. 4 ст. 164). Под насилием понимается не только физическое, но и психическое воздействие на личность. Именно поэтому нарушение порядка и продолжительности допроса более 8 часов без перерыва на отдых и принятие пищи представляют грубое нарушение закона (ст. 187). Как психическое насилие с целью получения «нужных» показаний расценивается также повторный допрос обвиняемого без его личной просьбы по поводу одного и того же обвинения в случае, когда он отказался от дачи показаний на первом допросе (ч. 3 ст. 173).



2.4. Принцип неприкосновенности личности



Данный принцип, сформулированный в ст. 10 УПК, является конкретизацией и развитием более общего положения (принципа), провозглашенного в ч. 1 ст. 22 Конституции РФ.

В соответствии с этим положением-принципом «каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность». А это значит, что всем, кто правомерно находится на территории Российской Федерации, декларирована возможность пользоваться неотъемлемыми для каждого человека, живущего в современном цивилизованном обществе, по меньшей мере, двумя благами. Это – свобода выбора им самим своего образа жизни и совершения поступков, а также уверенность в том, что никто не будет совершать действия, произвольно ограничивающие такой выбор либо посягающие на его жизнь, здоровье, личную жизнь, иные предоставленные ему по закону ценности.

Естественно, такого рода возможность не может реализоваться сама по себе, автоматически. Поэтому в Конституции РФ провозглашены также различного рода гарантии (экономические, политические, правовые и пр.), направленные на то, чтобы более или менее полно осуществлялась возможность каждого быть свободным, и на то, чтобы реально обеспечивалась его уверенность в том, что никто не может быть подвергнут мерам, ограничивающим произвольно и свободу, и личную неприкосновенность.

Из всей суммы доступных, по идее, гарантий претворения в жизнь названных благ в ч. 2 ст. 22 Конституции РФ выделена особо одна. Ее суть – в установлении юридических средств защиты от неправомерного применения таких мер, как арест, заключение под стражу и содержание под стражей. Меры эти допускаются, как правило, только по судебному решению. Без него разрешено лишь задержание на срок до 48 часов.

При характеристике рассматриваемого принципа уголовного судопроизводства важно учитывать и то, что незаконность заключения под стражу или задержания может стать одним из оснований для полного возмещения и (или) денежной компенсации причиненного вреда в порядке, предусмотренном ст. 133-138 УПК.



2.5. Принцип неприкосновенности жилища



В соответствии со ст. 25 Конституции РФ жилище неприкосновенно. Никто не может проникать в него против воли проживающих в нем лиц. Другими словами, любой человек на территории Российской Федерации обладает правом на то, чтобы посторонние не переступали «порог его дома», не чинили помех его привычным занятиям или времяпрепровождению, избранному им образу жизни.

Ограничение этого конституционного права возможно только при наличии хотя бы одного из двух условий:

– во-первых, тогда, когда в конкретном федеральном законе определены обстоятельства, при которых какой-то компетентный государственный орган вправе проникнуть в жилое помещение без согласия проживающих в нем лиц.

– во-вторых, тогда, когда такое проникновение разрешено постановлением судьи, вынесение которого допускается Законом об оперативно-розыскной деятельности (см. ч. 2 ст. 8) либо УПК в связи с необходимостью выполнения оперативно-розыскных или следственных действий по выявлению и расследованию преступлений.

Применительно к производству по уголовным делам п. 10 ст. 5 УПК определяет жилище как «индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилой фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания».

Статья 12 УПК, в которой определяется содержание рассматриваемого принципа в сфере уголовного судопроизводства, исходит из того, что в ходе предварительного расследования возможны три вида следственных действий, связанных с проникновением в жилище, а именно: осмотр жилища, обыск и выемка в жилище, которые проводятся по правилам, установленным законом (ст. 176, 177, 180, 182, 183 УПК).

Осмотр жилища, осуществляемый с согласия проживающих в нем лиц, проводится без судебного решения, а когда отсутствует такое согласие – то на основании судебного решения, постановляемого в порядке, установленном для получения разрешения на производство следственных действий (ст. 165 УПК).

Обыск и выемка в жилище без согласия проживающих в нем лиц производится, как и при осмотре жилища, на основании судебного решения, постановляемого в том же порядке.

Названные следственные действия могут быть в порядке исключения осуществлены на основании постановления следователя без судебного решения лишь в случаях, не терпящих отлагательства, и с последующим соблюдением особых правил, призванных исключать произвол соответствующих должностных лиц (ч. 5 ст. 165 УПК).



2.6. Охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном
судопроизводстве



Положения, закрепленные в ст. 11 УПК, как и те, о которых сказано в предыдущем параграфе, также являются развитием и конкретизацией применительно к уголовному судопроизводству выраженных в ст. 2 и 45 Конституции РФ предписаний о защите прав и свобод человека и гражданина. О демократизме государства судят не только по количеству прав и свобод, которыми располагают его граждане и иные лица, но и по средствам, обеспечивающим их реализацию. УПК предусматривает широкие права участников уголовного процесса. Однако для того, чтобы ими пользоваться беспрепятственно, необходимо участникам процесса, во-первых, знать предусмотренные законом права, обязанности и ответственность, во-вторых, иметь возможность эффективно отстаивать свои права. Этим двум взаимосвязанным аспектам и посвящена ст. 11 УПК.

Закон обязывает должностных лиц разъяснять права участникам процесса. И это включает в себя:

– информирование участников уголовного процесса о том, какими правами и обязанностями они обладают;

– выяснение, понятен ли им смысл и содержание этих прав и обязанностей;

– обеспечение возможности осуществления этих прав.

Разъяснение прав и обязанностей должно производиться сразу после того, как конкретное лицо признается участником процесса (ст. 42, 49, 53-60, 92, 168, 169, 170, 172, 198, 199 и др. УПК). Разъясняются права, обязанности и ответственность на каждой стадии, так как правовой статус участника уголовного процесса может меняться. О разъяснении прав и обязанностей составляется протокол, в котором делается отметка о том, что подозреваемому, обвиняемому и свидетелю разъяснены права, предусмотренные в соответствующей статье.

К средствам защиты прав и свобод в уголовном судопроизводстве отнесены не только разъяснение прав соответствующим лицам и предупреждение их о возможных неблагоприятных последствиях, которые могут возникнуть в связи с реализацией некоторых конкретных прав, но и осуществление мер безопасности.

Меры эти могут быть предприняты судом, прокурором, следователем, органом дознания, дознавателем при наличии данных, свидетельствующих об опасности, грозящей жизни, здоровью или имуществу потерпевшего, свидетеля, иного участника уголовного процесса, его родственника либо иного близкого лица. 



2.7. Тайна переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых,
телеграфных и иных сообщений



Провозглашенное ст. 23 Конституции РФ право каждого на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений в силу предписаний ст. 13 УПК отнесено к числу таких общих положений уголовного судопроизводства, которые также следует считать его принципами.

Но уголовно-процессуальное законодательство не ограничивается только такой констатацией. Оно установило существенные гарантии, ограждающие от произвольного ограничения или ущемления названного права.

В дополнение к конституционному положению о том, что ограничение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допустимо только по судебному решению, в УПК детально регламентируются порядок и условия принятия решений такого рода (ч. 1-4 ст. 165 и ч. 1-3 ст. 186 УПК) и – что не менее важно – порядок их претворения в жизнь (ч. 5-7 ст. 186 УПК). В частности, предусмотрено, что решение судьи, вынесенное по мотивированному ходатайству следователя, передается им тому органу, который уполномочен технически осуществлять контроль переговоров, что этот орган обязан по требованию следователя представлять для ознакомления произведенную им фонограмму телефонных переговоров, что при прослушивании фонограммы должен составляться протокол в присутствии понятых и т.д.

При характеристике рассматриваемого принципа важно иметь в виду, что тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений обеспечивается не только предписаниями УПК. Такие предписания содержатся и в некоторых актах, которые не посвящены непосредственно регламентации уголовного судопроизводства, но содержат важные положения, подлежащие исполнению при решении конкретных вопросов, возникающих в ходе расследования или судебного разбирательства уголовных дел.

Отступления от уголовно-процессуальных правил выполнения действий, ограничивающих рассматриваемое конституционное право, допускаются лишь в виде исключения и под жестким контролем судей и прокуроров (ч. 5 ст. 165 УПК).



2.8. Принцип осуществления правосудия только судом



Актом, определяющим суть российской судебной системы, является ст. 118 Конституции РФ, где сказано: «1. Правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом... 3. Судебная система Российской Федерации устанавливается Конституцией Российской Федерации и федеральным конституционным законом. Создание чрезвычайных судов не допускается».

Для уяснения сложившейся к настоящему времени системы судов, к ведению которых отнесено осуществление правосудия и иных полномочий при производстве по уголовным делам, в целом имеют большое значение положения ст. 126 Конституции РФ, Закона о судебной системе, Закона о военных судах, Закона о мировых судьях и п. 16, 48, 52 и 53 ст. 5 УПК. В силу этих положений осуществление названных полномочий возлагается на суды общей юрисдикции, подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела тем судом и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено законом (ч. 1 ст. 47 Конституции РФ и ч. 3 ст. 8 УПК). Никакие другие суды, государственные либо иные органы не вправе осуществлять данный вид деятельности.













2.9. Принцип самостоятельности судов, независимости судей,
присяжных заседателей



Исходные положения принципа содержатся в ст. 120-122 и 124 Конституции РФ, ст. 5, 13, 29 Закона о Конституционном суде, ст. 5 Закона о судебной системе, ст. 1 и 9 Закона о статусе судей и ст. 5 Закона о военных судах.

Конституция РФ провозгласила и закрепила принцип устройства государственной власти – разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10). При этом определено, что судебная власть является самостоятельным видом государственной власти, функционирующим независимо от чьей бы то ни было воли и подчиняющимся только Конституции РФ и закону.

Полномочия суда существенно отличаются от того, что делают законодательные и исполнительные органы. Вместе с тем все три власти взаимодействуют друг с другом. Суды, применяя закон, реализуют его предписания и могут исправлять ошибки исполнительных органов. Судам предоставлено право осуществлять: конституционный контроль, контроль за законностью и обоснованностью решений и действий государственных органов и должностных лиц, отправлять правосудие и др.

Самостоятельность судебной власти подкрепляется положением о независимости судей и присяжных заседателей и подчинении их при осуществлении правосудия только Конституции РФ и закону. Это положение требует создания таких условий, в которых суд смог бы принимать процессуальные решения по своему внутреннему убеждению без постороннего вмешательства. Исследование обстоятельств дела также должно проходить в обстановке, когда судей связывает только закон, когда выводы суда не зависят от какого бы то ни было давления.

2.10. Принцип равенства перед законом и судом всех участников
уголовного процесса



Правовым основанием данного принципа служат предписания многих широко признаваемых международных договоров, касающихся защиты прав человека и основных свобод, и действующих российских законов. Среди последних, естественно, нужно отметить в первую очередь Конституцию РФ, которая предусматривает, в частности (ст. 19):

«1. Все равны перед законом и судом.

2. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности».

Данное конституционное положение подлежит неуклонному соблюдению во всех сферах общественной и государственной жизни, включая сферу уголовного судопроизводства. Оно является общим для всех – и для граждан России, и для иностранцев, и для лиц без гражданства.

Равенство перед законом – это одинаковое применение положений, закрепленных в законодательстве, в том числе уголовно-процессуальном, ко всем государственным и негосударственным организациям, должностным лицам, гражданам и другим лицам, которые вовлекаются в производство по уголовным делам в том или ином качестве. При этом имеются в виду не только предоставление прав, их реализация, но и возложение обязанностей, возможность применения и реальное применение ответственности в соответствии с теми законодательными актами, которые регламентируют уголовное судопроизводство.

Положения о равенстве перед законом участников уголовного процесса распространяются на все его стадии. Суд, прокурор, следователь, дознаватель либо иной орган или должностное лицо, ведущее производство по уголовному делу, не вправе оказывать предпочтение или как-то ограничивать кого-то, ссылаясь на обстоятельства, отмеченные в ст. 19 Конституции РФ. Равенство перед законом означает также, что все участники, занимающие одинаковое процессуальное положение, пользуются одной и той же совокупностью прав и обязанностей. Для того чтобы возможность использования прав была реальной, закон устанавливает дополнительные гарантии лицам, которые по каким-то причинам не могут достаточно активно защищать свои права и интересы. Так, закон устанавливает обязательное участие защитника по делам несовершеннолетних, немых, глухих, слепых и других лиц, которые в силу физических и психических недостатков не могут сами полноценно осуществлять свое право на защиту. Тем, кто не владеет языком судопроизводства, предоставляется право пользоваться родным языком и помощью переводчика. Помощь несовершеннолетнему может быть оказана не только защитником, но и законным представителем.

Понятие равенства перед судом, как известно, не отличается существенно от понятия равенства перед законом. Оно означает наделение равными процессуальными правами и соответствующими обязанностями всех, кто в том или ином качестве предстает перед судом либо обращается к нему с ходатайством или с жалобой при производстве по уголовному делу. Если, скажем, кто-то вызывается в суд в качестве свидетеля, то это значит, что он, независимо от своего происхождения, социального, должностного и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности и т.д., обязан явиться и дать правдивые показания.

Соответственно с этим принцип равенства участников уголовного судопроизводства перед законом и судом вполне можно рассматривать как требование ставить их в одинаковые правовые условия при производстве уголовно-процессуальных действий не только в суде, но и на досудебных стадиях. Совершение следственных, как и судебных, действий, в принципе, не должно зависеть от каких-то личных свойств лиц, которых они касаются (скажем, имущественного достатка или бедности, профессии или занимаемой должности лица, в жилище которого совершается, к примеру, обыск).

В единый и обязательный порядок судопроизводства по всем уголовным делам, независимо от того, кто привлекается к уголовной ответственности, в последние годы во все возрастающих масштабах вносятся исключения. Особый порядок задержания, ареста, обыска, применения иных мер процессуального принуждения, привлечения к уголовной ответственности некоторых категорий лиц (ст. 447-452 и др.) отражает в известной мере стремление дополнительно гарантировать осуществление ими своей профессиональной деятельности. Тем не менее, такая тенденция вряд ли оправданна в свете рассматриваемого принципа, закрепленного в ст. 19 Конституции РФ.



2.11. Принцип открытого судебного разбирательства



Конституция РФ устанавливает: «Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дел в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом» (ч. 1 ст. 123). Статья 9 Закона о судебной системе говорит о принципе гласности в деятельности судов. Из содержания этой статьи следует, что термин «гласность» употребляется как синоним термина «открытое разбирательство дела в суде». Гласности, как общему условию судебного разбирательства уголовных дел, посвящена также ст. 241 УПК.

Открытое (гласное) судебное разбирательство, возможность присутствия во время слушания дела любых лиц способствуют улучшению деятельности суда, вынуждают его более ответственно относиться к решению возникающих вопросов, влияют на воспитание граждан в духе укрепления законности и оказывает профилактическое воздействие на окружающих.

Содержание этого принципа необходимо рассматривать в двух аспектах.

Во-первых, открытое разбирательство дел в суде означает, что в судебном заседании могут присутствовать любые лица, не участвующие в производстве по делу, достигшие определенного возраста и пожелавшие прийти на рассмотрение уголовного дела.

Из этого общего правила допускаются изъятия: в зал, где слушается дело в открытом судебном заседании, по педагогическим соображениям не допускаются лица моложе 16 лет; из-за недостаточности площади зала председательствующий может распорядиться об ограничении доступа посетителей.

Во-вторых, открытое разбирательство дела предполагает возможность оглашения материалов судебного разбирательства. Суд обязан допросить подсудимых, потерпевших, свидетелей, заслушать заключения экспертов, осмотреть вещественные доказательства, огласить протоколы и иные документы. Присутствующие в зале суда имеют право записывать все происходящее в судебном заседании, вести аудиозапись. Фотографирование, киносъемка и (или) видеосъемка в зале суда допускаются с разрешения председательствующего по делу.

Кроме судебного разбирательства дел по первой инстанции и в некоторых других случаях открытое рассмотрение допускается в кассационном производстве и при разбирательстве в судебном заседании вопросов, связанных с исполнением приговора.



2.12. Принцип языка уголовного судопроизводства



Данный принцип отражает национально-государственное устройство Российской Федерации и служит гарантией национального равноправия граждан в уголовном процессе, свободного употребления ими родного языка.

Исходные положения этого принципа содержатся в ст. 26 и 68 Конституции РФ, ст. 18 Закона РФ «О языках народов РСФСР» от 25 октября 1991 г., ст. 18 УПК и ст. 10 Закона о судебной системе, в ч. 1 и 2 которой сказано:

«1. Судопроизводство и делопроизводство в Конституционном Суде Российской Федерации, Верховном Суде Российской Федерации, Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации, других арбитражных судах, военных судах ведутся на русском языке – государственном языке Российской Федерации. Судопроизводство и делопроизводство в других федеральных судах общей юрисдикции могут вестись также на государственном языке республики, на территории которой находится суд.

2. Судопроизводство и делопроизводство у мировых судей и в других судах субъектов Российской Федерации ведется на русском языке либо на государственном языке республики, на территории которой находится суд».



2.13. Принцип презумпции невиновности



В соответствии с принципом презумпции невиновности каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ст. 49 Конституции РФ и ч. 1 ст. 14 УПК).

Презумпция невиновности выражает не личное мнение судьи, следователя, прокурора. Это объективное правовое положение, из которого вытекает ряд важных следствий:

а) ни один невиновный не должен быть привлечен к уголовной ответственности и осужден;

б) никто не может быть привлечен в качестве обвиняемого иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом;

в) по каждому уголовному делу обстоятельства, подлежащие установлению, должны включать также обстоятельства как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, смягчающие и отягчающие его наказание, а также обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания;

г) обязанность доказывания виновности обвиняемого лежит на том, кто его обвиняет – на стороне обвинения, а в суде, разбирающем дело, – на государственном или частном обвинителе;

д) обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе перелагать обязанность доказывания на обвиняемого;

е) запрещается домогаться показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер;

ж) признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинительного приговора только при подтверждении признания совокупностью имеющихся доказательств по делу;

з) обвиняемый может быть признан виновным при условии, если в ходе судебного разбирательства его виновность в совершении преступления доказана;

и) всякое неустранимое в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством, сомнение должно толковаться в пользу обвиняемого.



2.14. Принцип обеспечения подозреваемому, обвиняемому, подсудимому права на защиту



Этот принцип закреплен в ст. 45, 48 Конституции РФ и ст. 16 УПК, а также в Международном пакте о гражданских и политических правах, Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ряде других авторитетных международных документов. Он имеет две взаимосвязанные стороны: право подозреваемого, обвиняемого, подсудимого на защиту и гарантии осуществления данного права. Право подозреваемого, обвиняемого, подсудимого на защиту образует совокупность процессуальных прав, дающих им возможность защищаться от предъявленного обвинения, отстаивать иные права и законные интересы.

Это право включает в себя права, регламентируемые рядом конституционных предписаний, предписаний, содержащихся в международно-правовых актах, в УПК (ст. 16, 46-52 и многие другие), а равно в иных федеральных законах. Наделение указанных участников процесса широкими правами – прямое развитие положений Конституции РФ о том, что «каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом» (ч. 2 ст. 45).

Право на защиту неотделимо от гарантий его осуществления. Суд, прокурор, следователь и дознаватель разъясняют подозреваемому, обвиняемому и подсудимому их права и обеспечивают им возможность защищаться всеми не запрещенными способами и средствами (ч. 2 ст. 16 УПК). В частности, они обязаны в случаях, предусмотренных предписаниями УПК, принять меры, направленные на то, чтобы у подозреваемого, обвиняемого и подсудимого реально был защитник.

Право на защиту обеспечивается также тем, что дознавателю, следователю, прокурору, суду запрещено перелагать обязанность доказывания на обвиняемого, домогаться показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер. Многие другие институты уголовного процесса (к примеру, судебный контроль за законностью действий и решений в стадии предварительного расследования, возможность признания лица виновным и назначение ему наказания только судом и др.), о которых речь пойдет ниже, тоже являются гарантиями рассматриваемого права.



2.15. Принцип состязательности и равноправия сторон



В соответствии с ч. 3 ст. 123 Конституции РФ «судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон».

Как известно, данный принцип весьма созвучен и схож по содержанию с рассмотренным выше принципом осуществления правосудия на началах равенства граждан перед законом и судом.

Однако эти принципы не тождественны. Принцип, базирующийся на предписаниях ст. 19 Конституции РФ (принцип равенства участников уголовного судопроизводства перед законом и судом), распространяется на всех, кто так или иначе вовлекается в производство по уголовным делам. Это могут быть обвиняемые и потерпевшие, обвинители (государственные или частные) и защитники, гражданские истцы и гражданские ответчики, свидетели и эксперты, переводчики и понятые, педагоги и залогодатели, многие другие. Что касается принципа состязательности, то он распространяется не на всех таких лиц, а лишь на тех, которые отнесены к числу сторон, т.е. на лиц, которые при производстве по уголовным делам выполняют сами или с помощью своих представителей одну из охарактеризованных выше главных процессуальных функций – функцию обвинения или функцию защиты.

Идея состязательности – прямое отражение проверенной веками общечеловеческой мудрости: истина рождается в споре. По-настоящему состязательным судопроизводство может считаться, когда участвующие в производстве по делу стороны в состоянии активно и на равных спорить, доказывать свою правоту, собирать и представлять доказательства, излагать свободно свои доводы, давать свое толкование фактов и событий, доказательств, связанных с рассматриваемым делом, соответствующих законов или иных правовых актов и тем самым помогать поиску правды, истины, обеспечению законности, обоснованности и справедливости акта правосудия.



2.16. Принцип всесторонности, полноты и объективности



Для характеристики данного принципа следует иметь представление прежде всего о понятии и содержании составляющих его основных компонентов – всесторонности, полноты и объективности.

Всесторонность исследования обстоятельств заключается в исчерпывающем познании всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания и имеющих значение для дела. Всесторонности исследования содействуют выдвижение и проверка всех возможных версий, ибо они определяют направление расследования, предотвращают односторонность и обеспечивают правильный ход доказывания.

Полнота – это требование, обращенное к исследованию доказательств. Она означает получение необходимой совокупности доказательств, достаточной для подтверждения обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. В ходе расследования и рассмотрения дела полнота собранных доказательств может быть разной. Однако она должна быть такой, чтобы обеспечить необходимую совокупность доказательств для принятия решения.

Объективность – это подход к исследованию обстоятельств и доказательств по делу. Она представляет собой непредвзятое, беспристрастное исследование как уличающих, так и оправдывающих, как отягчающих, так и смягчающих вину обвиняемого обстоятельств. В целях обеспечения незаинтересованности закон определяет условия, при которых исключается возможность участия в деле судьи или присяжного заседателя, прокурора, следователя, лица, производящего дознание, секретаря судебного заседания, эксперта, специалиста, переводчика. Объективный подход позволяет собрать доказательства, избежать односторонности и исследовать обстоятельства уголовного дела со всех сторон.

Конституция РФ и УПК не содержат правовых предписаний, которые прямо предусматривают общее нормативное требование о том, что при производстве по уголовному делу факты, на основе которых делаются выводы о виновности или невиновности в совершении преступления лица, привлекаемого к ответственности, о квалификации содеянного и наказании, о том, как надо решить другие вопросы, должны исследоваться всесторонне, полно и объективно. Другими словами, в основных законодательных актах отсутствуют прямые указания на то, что по каждому уголовному делу надлежит устанавливать то, что можно было бы называть истиной, правдой, подлинной картиной события, поступка, деяния, дающего основание для применения в отношении конкретного лица уголовной ответственности и назначения ему предусмотренного законом наказания.

Однако это не означает, что в данной весьма ответственной сфере правоприменительной деятельности допускается возможность игнорирования общих закономерностей познания, одна из которых, как известно, требует, чтобы объекты исследовались со всех сторон и на основе совокупности всех достоверно установленных фактов. Системный анализ комплекса уголовно-процессуальных норм, регламентирующих доказывание, его предмет, а равно определяющих требования, предъявляемые к средствам доказывания – доказательствам, цели доказывания и т.п., позволяет прийти к отрицательному заключению относительно существования такой возможности. Хотел того законодатель или не хотел при одобрении действующего УПК – в нем отчетливо прослеживается давно (еще со времен УУС 1864 г.) и надежно утвердившаяся в российском уголовном судопроизводстве ориентация судов и других правоохранительных органов на необходимость установления правды, истины при принятии решений, связанных с признанием кого-то преступником и применением к нему уголовного наказания.

В частности, такую ориентацию вполне можно усматривать в том, что сказано в ст. 6 УПК. Ее предписания объявляют назначением уголовного судопроизводства, с одной стороны, защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступления, а с другой – ограждение лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, от незаконного обвинения, осуждения, необоснованного ограничения прав и свобод. Совершенно очевидно, что данная двуединая задача может быть решена лишь тогда, когда устанавливаются обстоятельства как те, которые подтверждают факт совершенного уголовно наказуемого деяния и чью-то виновность в этом, так и те, которые опровергают событие преступления и причастность конкретного лица к его совершению, смягчают его вину. По сути своей такая ориентация – признание необходимости всестороннего, полного и объективного исследования материалов любого уголовного дела.

Такой же вывод напрашивается и при анализе ст. 73 УПК, определяющей предмет доказывания (круг обстоятельств, подлежащих доказыванию), а также ст. 85 УПК, требующей, чтобы доказывание осуществлялось с целью установления всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Предписания подобного рода можно обнаружить и в других статьях УПК, например, в ст. 273, 294, 365, 377, 379-388 УПК.



2.17. Принцип свободы оценки доказательств



Придание свободе оценки доказательств значения принципа процесса можно объяснить тем, что подход к определению ценности и роли доказательств, другими словами, к их оценке при принятии судебных решений непосредственно влиял и влияет в значительной мере на складывавшиеся в конкретные исторические эпохи формы (типы, модели) уголовного процесса.

Это подтверждено многовековой эволюцией уголовного судопроизводства.

Как известно, существенная черта обвинительного уголовного процесса заключалась, в частности, в том, что суд должен был лишь констатировать соблюдение правил осуществления различного рода ордалий или поединков, произнесения ритуальных присяг, а также истолковывать допущенные нарушения таких правил в пользу соответствующей стороны либо против нее. Виновным признавался не тот, кто по убеждению судьи в действительности совершил преступление, а тот, кто вышел «сухим из воды», не «сгорел в огне», победил в поединке, правильно произнес сложный текст клятвы, присяги или заклинания.

В соответствии с действующим УПК для понимания принципа свободы оценки доказательств характерны следующие положения:

1. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. В законе, как правило, отсутствуют предписания о преимуществах одних доказательств перед другими, а равно о необходимом количестве доказательств для разрешения дела по существу.

2. Оценка доказательств проводится уполномоченными должностными лицами по своему внутреннему убеждению, что означает самостоятельность оценки доказательств всеми субъектами доказывания. Свобода оценки доказательств судом дополнительно гарантируется правилом, запрещающим вышестоящим судебным инстанциям при отмене приговора и направлении дела на повторное судебное разбирательство предрешать вопросы, к примеру, о доказанности или недоказанности обвинения либо о достоверности или недостоверности конкретных доказательств (ч. 2 ст. 386, ч. 7 ст. 410 УПК).

3. Внутреннее убеждение не может быть предположительным и произвольным. В основе формирования вывода суда, прокурора, следователя, дознавателя должна лежать совокупность относимых, достоверных, допустимых доказательств. Внутреннее убеждение – это уверенность в доброкачественности доказательств и правильности делаемых на их основе выводов. Неустранимые сомнения в виновности обвиняемого, подсудимого надлежит толковать в пользу обвиняемого.

4. Судья, присяжные заседатели, прокурор, следователь и дознаватель оценивают доказательства, руководствуясь не только законом, но и совестью.



2.18. Принцип обеспечения возможности обжалования процессуальных действий и решений



Статья 19 УПК относит право на обжалование процессуальных действий и решений к числу принципов уголовного судопроизводства. Основой для такого решения являются конституционные положения об обеспечении государственной защиты прав и свобод человека и гражданина (ст. 2, 18, 33, 45, 46, ч. 3 ст. 50, ст. 52 Конституции РФ).

В УПК реализация возможности обжалования действий (бездействия) и решений суда, прокурора, следователя, органа дознания, дознавателя регулируется многими нормами, которые в совокупности составляют процессуальный институт обжалования в уголовном судопроизводстве (ст. 19, главы 16, 43-45, 48, 49 УПК). Значение этого института проявляется прежде всего в том, что он позволяет исправлять судебные и следственные ошибки и восстанавливать нарушенные незаконными действиями и решениями должностных лиц, ответственных за производство по уголовным делам, права и интересы участвующих в уголовном судопроизводстве лиц.

Для содержания рассматриваемого принципа характерно следующее:

– право на обжалование принадлежит, в принципе, всем участникам уголовного процесса, перечисленным в гл. 6 и 7 УПК, а также иным лицам в той части, в которой процессуальные действия и решения затрагивают их интересы (ст. 123 УПК);

– гарантией осуществления права на обжалование действий и решений в уголовном судопроизводстве является обязанность должностных лиц разъяснять порядок обжалования при проведении процессуальных действий и принятии процессуальных решений и обеспечивать возможность осуществления этих прав (ч. 1 ст. 11 УПК.);

– предметом обжалования являются любые действия (бездействие) и решения должностных лиц, ответственных за производство по делу. Основанием для принесения жалоб является незаконность, необоснованность решений, нарушение конституционных прав граждан. Решения, принятые прокурором и судом по жалобам, также могут быть обжалованы в установленном порядке;

– подача жалоб на действия и решения дознавателя, органа дознания, следователя, прокурора на досудебном производстве не ограничена сроками. Порядок и сроки рассмотрения жалоб и представлений на приговоры, определения и постановления судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, а также жалоб на судебные решения, принимаемые в ходе досудебного производства по делу, установлены гл. 41-43 УПК.



2.19. Принцип участия граждан в отправлении правосудия
по уголовным делам



Правовым основанием этого принципа является ч. 5 ст. 32 Конституции РФ, предусматривающая право граждан на участие в отправлении правосудия. Аналогичные положения содержатся в ст. 8 Закона о судебной системе и ст. 2 Закона о присяжных заседателях.


Заключение



Таким образом, подводя итог моей работе можно сказать, что уголовно-процессуальное законодательство и регулируемая им уголовно-процессуальная деятельность опираются на ряд коренных, руководящих положений, которые определяют характер всего уголовного процесса, играют в нем особую, главенствующую роль, причём теоретическое выделение и обоснование данных положений у большинства теоретиков уголовного процесса неоднозначно, что, в свою очередь, создаёт сложность как при изучении данной темы в рамках учебной дисциплины уголовного процесса, так и при написании курсовой работы по данной теме. Несмотря на вышеизложенное, можно сделать следующие выводы:

Основы уголовного процесса принято называть его принципами. Ясно, что принципы уголовного процесса того или иного государства отражают его экономику, политический строй, правовую систему в целом, исторические и национальные традиции, уровень культуры, господствующую идеологию и другие объективно существующие факторы.

По своему происхождению принципы уголовного процесса представляют собой идеи, взгляды о должном уголовно-процессуальном порядке, его основных чертах, отражающих представления о справедливом правосудии, о том, какими должны быть его основные устои. В идеале они должны адекватно отражать представления всего общества, народа о подлинном правосудии.

Принципы уголовного процесса должны обеспечить такое его построение, которое в максимальной степени способствовало бы выполнению его задач. Они, разумеется, должны быть согласованы между собой, образовывать единую логичную систему.

Таким образом, принципы уголовного процесса – это теоретически обоснованные основные правовые положения, идеи, нормы общего и руководящего значения, определяющие построение всех форм, институтов, стадий УСП и обеспечивающие выполнение стоящих перед ним задач.

Принципы уголовного процесса составляют основу конкретного и детального правового регулирования всех форм, стадий и институтов уголовного процесса и  уголовно-процессуальной деятельности. Ни одна процессуальная норма не должна им противоречить. При пробеле в законе, несогласованности различных правовых норм или затруднении в их применении суд, органы следствия, дознания и прокуратуры обязаны руководствоваться принципами уголовного процесса. Сама практическая деятельность по расследованию, разбирательству в судах и разрешению уголовных дел должна быть строго согласована с процессуальными принципами. Любое нарушение принципов влечёт негативные правовые последствия для нарушителей.


Список используемой литературы





Нормативные акты

		Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.

		Международный пакт «О гражданских и политических правах» от 16.12.1966 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 12.

		Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме 04.11.1950) (вместе с Протоколом № 1 (Подписан в г. Париже 20.03.1952), Протоколом № 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый протокол к ней (Подписан в г. Страсбурге 16.09.1963), Протоколом № 7 (Подписан в г. Страсбурге 22.11.1984)) // СЗ РФ от 08.01.2001, № 2, ст. 163.

		Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31.12.1996 № 1-ФКЗ (ред. от 05.04.2005) // СЗ РФ от 06.01.1997, № 1, ст. 1, СЗ РФ от 11.04.2005, № 15, ст. 1274.

		Федеральный конституционный закон «О военных судах Российской Федерации» от 23.06.1999 № 1-ФКЗ // СЗ РФ от 28.06.1999, № 26, ст. 3170.

		Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (ред. от 07.06.2004) // СЗ РФ от 25.07.1994, № 13, ст. 1447, СЗ РФ от 14.06.2004, № 24, ст. 2334.

		Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 01.06.2005) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921, СЗ РФ от 06.06.2005, № 23, ст. 2200.

		Федеральный закон «О мировых судьях в Российской Федерации» от 17.12.1998 № 188-ФЗ (ред. от 05.04.2005) // СЗ РФ от 21.12.1998, № 51, ст. 6270, СЗ РФ от 11.04.2005, № 15, ст. 1278.

		Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26.06.1992 № 3132-1 (ред. от 22.08.2004) // ВСНД и ВС РФ от 30.07.1992, № 30, ст. 1792, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.

Специальная литература

		Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д. Н. Козак, Е. Б. Мизулина. – М.: Юрист, 2002. 

		 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. 3-е изд., изм. и доп. – М.: НОРМА, 2003. 

		 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В. В. Мозякова. – М.: Экзамен XXI, 2002. 

		 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А. В. Смирнова. – СПб.: Питер, 2003.

		 Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под ред. Н. А. Петухова, Г. И. Загорского. – М.: ЭКМОС, 2002. 

		Уголовный процесс России: Учебник / А.С. Александров, Н.Н. Ковтун, М.П. Поляков, С.П. Сереброва; Науч. ред. В.Т. Томин. – М.: Юрайт-Издат, 2003. 

		Уголовный процесс: Учебник для вузов / Отв. ред. А. В. Гриненко. – М.: Норма, 2004. 

		Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К. Ф. Гуценко. Издание 6-е, перераб. и доп. – М.: Зерцало, 2005. 

		Уголовный процесс: Учебник для юридических высших учебных заведений / Под общ. ред. В. И. Радченко. – М.: Юстицинформ, 2003. 

		 Уголовный процесс. Учебник / Под ред. Якупова Р.Х.  – М., 1998. 

		Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П. А. Лупинская. – М.: Юристъ, 2003. 

		Учебник уголовного процесса \ Под ред. Кобликов А.С. – М., 1995. 



Судебная практика

		Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы» от 29 июня 2004 г. // СЗ РФ. – 2004. – № 27. – ст. 2804.