Хозяйственная деятельность населения бронзового века Приольхонья

Реферат



УДК 903.5

Новиков А.Г. Хозяйственная деятельность населения бронзового века Приольхонья (по материалам могильника Хужир-Нугэ XIV) // Вестник ИрГТУ. – 2006. № . - С.

Статья посвящена реконструкции хозяйственной деятельности и мобильности населения бронзового века Приольхонья, позволяющей оценить адаптивные возможности общества. Использованы материалы могильника Хужир-Нугэ XIV, привлекаются методы естественных наук. 

Библиогр. 9 назв.

А.Г. Новиков




Хозяйственная деятельность населения бронзового века Приольхонья (по материалам могильника Хужир-Нугэ XIV)



Одним из центральных вопросов археологического исследования древних культур является реконструкция хозяйственной деятельности и мобильности населения, позволяющие оценить адаптивные возможности общества. Решению этих вопросов способствует широкое привлечение методов естественных наук, которые позволяют обнаружить связи между материальными остатками человеческой деятельности и видами этой деятельности. Работа построена на материалах могильника бронзового века Хужир-Нугэ XIV, раскопки и комплексное междисциплинарное изучение которого проведено совместно российскими и канадскими исследователями/

Анализ археологического инвентаря, полученного из погребений, документирует преобладание орудий бытовой деятельности (ножи, долота, иглы, скребки, сверла, ложки, острия, лощила и т.д.), которые составляют 63 % от общего количества орудий (200 из 317). Необходимо отметить, что ряд орудий условно отнесены к бытовой деятельности (например, ножи), хотя могли использоваться и при охоте, и при рыбной ловле. Набор орудий свидетельствует о развитии присваивающих отраслей хозяйства. Преобладают орудия охоты - 28 % (89 наконечников стрел). В меньшей степени встречены орудия рыбной ловли – 9 % (27 стерженьков рыболовных крючков и гарпунов). Вероятно, значительную роль занимало собирательство, но характерных орудий в материалах могильника не зафиксировано.

Для восстановления хозяйственной деятельности и реконструкции окружающей среды большое значение имеют исследования костных остатков млекопитающих. Они зафиксированы в 40 погребениях (475 экз.). Большинство костей крупных животных – раздроблены, часть из них несет на себе следы обработки человеком (изготовление изделий, следы от разрубания костей или снятия мяса, обработка огнем). Видовой состав млекопитающих: заяц, бобр, волк, лисица, бурый медведь, соболь, нерпа, кабарга, благородный олень, косуля и лось. Преобладают кости благородного оленя (187 экз. от 73 особей). В захоронениях найдены отдельные кости хищных птиц (филина и беркута) и рыбы. В целом, практически все костные остатки из погребений принадлежали диким животным; исключение - астрагал барана, обнаруженный в заполнении могильной ямы погребения № 72, ограбленного в древности (на том же уровне найдены фрагменты черепа человека).

Анализ состава фаунистических остатков из погребений демонстрирует, с одной стороны, наличие типично лесные животные (лось, медведь, бобр, соболь, кабарга), с другой, - лесостепных видов (косуля, благородный олень), что свидетельствует о хозяйственном использовании двух экологических зон - лесной и лесостепной. На материковой части Приольхонья (где расположен могильник) степная и лесостепная зоны занимают пространство вдоль побережья оз. Байкал от устья р. Анги (на юге) до с. Курма (на севере). Лесная зона покрывает восточный склон и вершины Приморского хребта, ограничивающего побережье Малого моря с северо-запада. Вероятно, в бронзовом веке природные условия мало чем отличались от современных, либо эти отличия не были значительными. В любом случае, глазковцы использовали для охоты степные и лесостепные участки вдоль побережья, а так же лесные - на склонах и вершинах гор. Судя по составу орудийного набора и фауны, охота играла значительную роль в хозяйственной деятельности населения бронзового века, причем благородный олень являлся основным промысловым животным. Меньшее значение, вероятно, имело рыболовство.

Для определения рациона питания древнего населения, оставившего погребения на могильнике Хужир-Нугэ XIV, были проведены анализы стабильных изотопов углерода (13С и 12С) и азота (15N и 14N) костного коллагена погребенных (выполнены А.М. Катценберг, Отдел археологии Университета Калгари, Канада). Полученные данные свидетельствуют, что население употребляло в пищу преимущественно мясо наземных травоядных, в меньшей степени – рыбу. Образцы с могильника Хужир-Нугэ XIV характеризуются большим единообразием значений стабильных изотопов, что объясняется или регулярным перемещением людей по большей части Прибайкалья, богатой разными пищевыми ресурсами, или более сбалансированным и разнообразным рационом питания, соответствующим подвижному образу жизни в пределах микрорегиона [1]. Об этом свидетельствуют и данные анализов изотопов стронция (87Sr и 86Sr), полученные по человеческим костям и зубной эмали из погребений [9]. Таким образом, питание у населения, оставившего этот могильник, было более сбалансированное и разнообразное.

Важнейшей отраслью хозяйства было домашнее производство, вызванное ежедневной потребностью людей в орудиях труда, одежде, украшениях и т.д. Охота поставляла сырьевую базу для производства костяных изделий. В основном для изготовления орудий служили стенки трубчатых костей конечностей крупных копытных (благородного оленя; в меньшей степени – косули). Реже сырьем служил рог крупных копытных. Анализ костяного орудийного набора демонстрирует связь косторезного дела с различными отраслями хозяйства: с охотой, рыболовством, бытовой деятельностью и, прежде всего, скорняжного производства (шилья, острия и др.). Кость, как сырье для изготовления орудий, занимала второе место после камня. Отмечается связь между пищевой и производственной утилизацией костного сырья.

Особенностью бронзового века Прибайкалья и, в частности, Приольхонья, является преобладание в наборе орудий изделий из камня. Для их изготовления использовалось преимущественно местное сырье [7]. К наиболее используемым и распространенным в непосредственной близости от могильника породам относятся: яшмоиды, микрокварциты, кварц, роговики, халцедон, кварциты, углисто-кремнистые сланцы, арагонит, белые и графитсодержащие мраморы, алевролиты и аргиллиты. В коренном залегании они находятся в горных местностях Приморского хребта и, в частности, в среднем течении р. Сармы. Экзотическим сырьем для территории Приольхонья являются зеленые и светлоокрашенные нефриты и сопутствующие последним кальцит-тремолитовые скарны, из которых изготовлены топоры, тесла, пластинчатые ножи и украшения (диски и кольца). В Приольхонье месторождения нефрита не зафиксированы, поэтому изделия (или сырье для их изготовления) могли поступать сюда только извне. Ближайшие коренные месторождения зеленых и темно-зеленых нефритов находятся приблизительно в 300 км западнее оз. Байкал, в высокогорной части Восточного Саяна, а месторождения белых и других светлоокрашенных нефритов находятся северо-восточнее оз. Байкал, на расстоянии около 1000 км от могильника, в бассейне среднего течения р. Витим. Не исключена возможность извлечения древним человеком светлоокрашенного нефрита из аллювия рек Китой и Большая Белая, что подтверждается находками в исторические времена по этим рекам единичных галек светлого нефрита. Однако наибольшее соответствие светлоокрашенный нефрит из могильника Хужир-Нугэ XIV обнаруживает с нефритами бассейна р. Витим. В целом, факт поступления нефритов в Приольхонье из двух удаленных и пространственно разобщенных источников (с Восточного Саяна и Средне-Витимской горной страны) свидетельствует о большой подвижности населения или о межплеменном обмене на дальние расстояния (до 1000 км). Это подтверждается и наличием пастовых бусин, изготовленных из талькового порошка, ближайший район местонахождения которого – Онотский тальковый рудник (Восточные Саяны).

Привозной характер, видимо, имели олово и мышьяк, являющиеся легирующими добавками для получения бронзы, или готовые изделия из металла, обнаруженные на могильнике Хужир-Нугэ XIV. Все металлические изделия из погребений изготовлены из бронзы. Мозаичность их химической характеристики, вероятно, объясняется использованием сырья из разнотипных месторождений, применением различных методов выплавки металла или получением изделий из разных металлургических центров [4].

В целом, экономика населения базировалась на комплексном ведении хозяйства, носившего присваивающий характер. Преобладающее значение имела охота (основа промысла - благородный олень). Состав фауны свидетельствует об использовании двух экологических зон: леса и лесостепи. Вспомогательное значение имели рыболовство и собирательство. Находка астрагала домашнего барана, зафиксированная в заполнении могилы погребения № 72, вероятно, свидетельствует о наличии в бронзовом веке Прибайкалья зачаточных форм скотоводства. Отмечается высокая степень подвижности населения, свидетельствующая о широком использовании природных ресурсов для получения более разнообразной пищи и расширения сырьевой базы. Устанавливаются межгрупповые контакты и обмен на дальние расстояния (до 1000 км).

Работа выполнена при поддержке гранта РФФИ – Байкал № 05-06 97208.




Библиографический список



1. Вебер А.В., Линк Д.В. Неолит Прибайкалья: итоги и перспективы изучения Археология, этнография и антропология Евразии. – Новосибирск: Изд-во ИАЭт. СО РАН, 2001. – № 1 (5). – С. 135-146.

2. Горюнова О.И., Вебер А.В. Завершение раскопок Российско-Канадской экспедиции на могильнике Хужир-Нугэ XIV (оз. Байкал) // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. Новосибирск: Изд-во ИАЭт. СО РАН, 2001. – Т. 7. – С. 63-65.

3. Горюнова О.И., Вебер А., Новиков А.Г. Новые данные по бронзовому веку Прибайкалья: Могильник Хужир-Нугэ XIV // Сибирь в панораме тысячелетий. – Новосибирск: Изд-во ИАЭт. СО РАН, 1998. – Т. 1. – С. 138-146.

4. Горюнова О.И., Павлова Л.А. Бронзовые изделия из археологических объектов Приольхонья (бронзовый – железный века) // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. Новосибирск: Изд-во ИАЭт. СО РАН, 2002. – Т. 8. – С. 295-298.

5. Горюнова О.И., Секерин А.П., Новиков А.Г. Нефрит из погребений могильника Сарминский Мыс (оз. Байкал) // Социогенез в Северной Азии. – Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2005. – Ч. 1. – С. 70-74.

6. Новиков А.Г., Горюнова О.И. Древнее рыболовство на Байкале (по материалам многослойных поселений периода мезолита – бронзового века) // Изв. лаборатории древних технологий. – Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2005. – С. 125-134.

7. Новиков А.Г., Секерин А.П., Горюнова О.И., Вебер А.В. Каменные артефакты из погребений могильника бронзового века Хужир-Нугэ XIV // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. – Новосибирск: Изд-во ИАЭт. СО РАН, 2005. – Т. 11, ч. 1. – С. 437-440.

8. Оводов Н.Д., Горюнова О.И., Вебер А.В. Костные остатки животных из погребений могильника бронзового века Хужир-Нугэ XIV (оз. Байкал) // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. – Новосибирск: Изд-во ИАЭт. СО РАН, 2004. – Т. 10, ч. 2. – С. 169-175.

9. Weber A.W., Creaser R.A., Goriunova O.I., Haverkort C.M. Strontium isotope Tracers in Enamel of Permanent Human Molars Provide New Insights into Prehistoric Hunter-Gatherer Procurement and Mobility Patterns: A Pilot Study of a Middle Holocene Group from Cis-Baikal // Prehistoric Foragers of the Cis-Baikal, Siberia. – Edmonton: Canadian Circumpolar Institute Press, 2003. – P. 133-153.




Сведения об авторе



1. Иркутский государственный университет

2. Новиков Алексей Геннадьевич 

3. Бронзовый век Прибайкалья, реконструкции хозяйственной деятельности и социальных отношений

4. младший научный сотрудник НИЧ ИГУ 




АКТ ЭКСПЕРТИЗЫ на статью А.Г. Новикова «Хозяйственная деятельность населения бронзового века Приольхонья (по материалам могильника Хужир-Нугэ XIV)»



Статья, посвященная реконструкции хозяйственной деятельности и мобильности населения бронзового века Приольхонья. Работа основана на материалах уникального, полностью вскрытого могильника Хужир-Нугэ XIV, раскопанного и комплексно изученного специалистами разных областей из России и Канады. 

Реконструктивные направления в российской и зарубежной археологии являются актуальными и весьма перспективными. При реконструкции хозяйственной деятельности населения автор предлагаемой статьи использовал традиционные археологические методы, данные зооархеологических и минералогических определений, спектрального анализа изделий из металла и новые методы, основанные на химических анализах стабильных изотопов в костном коллагене погребенных для определения рациона питания и мобильности населения. Подобный комплексный, междисциплинарный подход к решению поставленных задач для территории Прибайкалья применен впервые. Выводы автора аргументированы и обоснованы. Статья рекомендуется к печати.



Доцент кафедры Всемирной истории,

Иркутского государственного

педагогического университета В.М. Ветров