Махатма Ганди - лидер освободительной борьбы в Индии

Содержание

		

		Введение.                                                                                                                 Стр. 2                                                                                                         

		

		

		Глава I. Курс на независимость.                                                                         Стр. 3

		         § 1.Конгресс устанавливает международные связи.                                    Стр. 3

		         § 2. «Соляной поход» и вторая кампания несотрудничества.                     Стр. 9

		Глава I. Возвращение.                                                                                           Стр. 14

		          § 1. Тюрьмы и голодовки.                                                                              Стр. 14

		          § 2. Последняя жертва на алтарь свободы.                                                   Стр. 17

		Заключение.                                                                                                             Стр.19 

		

		Список литературы.                                                                                               Стр. 21  

Глава I Курс на независимость.

 §1 Конгресс устанавливает международные связи.

		     Для политической деятельности Ганди, как и для его предшественников –выдающихся индийских мыслителей, националистов Свами Вивекананды, Локаманьи Тилака, Ауробиндо Гхоша,- присуще стремление к одной и той же утопической цели: сначала «духовно перевоспитать всех индийцев», проникнуть в их сердца (рабочего, крестьянина, помещика и капиталиста), а уже потом «переустраивать саму их жизнь». Если в конкретных исторических ситуациях у Ганди и прослеживается связь национально-освободительной идеи с политической практикой и широкой демократической организацией масс, то эта связь зачастую носит спонтанный и всегда внеклассовый характер, заключена в непрочную, конъюнктурную общественную форму.

		     Годы частичной, временной стабилизации капитализма ознаменовались сговором империалистических стран-победительниц о совместном закабалении Китая и закрепления за Великобританией монопольного права на колониальную эксплуатацию Индии. В эти годы, характеризовавшиеся некоторым спадом национально-освободительного движения, Ганди решил не мешать реформистам из свараджистской партии испытать свои силы. С согласия Ганди свараджисты в ходе избирательной кампании в законодательные органы страны выступали от имени ИНК. Образовался, таким образом, политический блок из конгрессистов и свараджистов. На сессии Конгресса в г. Канпуре, состоявшейся в 1925 году, деятельность свараджистов была даже признана основной формой конгрессистской работы. Однако, как и предполагал Ганди, свараджистским путем, законодательной деятельностью, не удалось вырвать хотя бы одну существенную уступку у английской колониальной администрации. Неудачи свараджистов подорвали их влияние в буржуазно-помещичьих кругах, на которые они опирались, и на выборах 1926 года свараджисты потерпели поражение.

		    В течение пяти лет Ганди, как считается, самоустранился от непосредственной политической деятельности, он кропотливо налаживал связи с различными слоями населения. Махатма основывает Всеиндийскую ассоциацию ручного прядения. Она объединяет десятки тысяч жителей городов и деревень по всей стране. Ассоциация не только пропагандирует ручную прялку, но и снабжает прядильщиков-кустарей сырьем. Она развертывает по всем провинциям Индии сотни торговых центров по продаже готовой продукции. Вся работа ассоциации, которую возглавляет сам Ганди, ведется под антиколониальными лозунгами. В  результате из-за усиливавшейся конкуренции с национальным индийским капиталом англичане несут ощутимые торгово-экономические убытки. Одновременно продолжается процесс падения авторитета колониальной власти.

		     Внутриполитическое положение в Индии развивалось не изолировано от общей международной обстановки. Это хорошо понимали лидеры индийского освободительного движения и прежде всего, разумеется, Махатма Ганди. Правда, он внушал индийцам, чтобы они не рассчитывали, что свобода вдруг придет к ним откуда-то извне: ее необходимо добиваться им самим. Тем не менее внешним факторам он придавал должное значение. В 1925 году не без его участия на сессии ИНК в Канпуре была принята специальная резолюция о создании под началом Всеиндийского комитета Конгресса «иностранного департамента», призванного защищать интересы индийцев за рубежом, разъяснять позицию ИНК в отношении британского господства а Индии.

		3

		     Ганди, однако, воздерживается от критики классовых отношений внутри самого индийского общества, хотя, как и раньше, считает, что у индийского народа есть два врага- внешний и внутренний. В связи с этим он указывает: «Сегодня мы не можем бороться с двумя врагами. Давайте поборем одного, а тогда будет легко, если нужно, побороть другого врага, взращенного в нашей собственной стране».

		     Пытаясь объяснить лидерам левого радикального крыла ИНК, всем индийским патриотам, почему он в столь тяжкое для родины время не уделяет должного внимания аграрному вопросу и решению его в пользу тех, кто обрабатывает землю, Ганди открыто говорит: «Я намеренно не писал много земледельцах, потому что я знаю, что сейчас мы ничего не можем для них сделать. До тех пор, пока бразды правления не находятся в руках земледельцев…, Улучшение их условий  очень трудно, если не возможно».

		    Ганди отдает первенство общенародной борьбе с первым врагом- британским империализмом. Несколько позднее, 1 апреля 1928 года, по этому вопросу он напишет Джавахарлалу Неру: «Я придерживаюсь одного мнения с вами, что когда-нибудь нам придется начать движение без богатых людей, без образованных классов, которые формулируют общественное мнение. Но это время еще не настало».

		     Как-то Ганди спросил, не следует ли вместо пропаганды ручного прядения проводить кампанию против феодальной эксплуатации в деревне. Он ответил отрицательно. Такая кампания, по его мнению, привела бы к тому, что «в нужный час народ по всей Индии       не смог бы выступить во имя общего дела  в борьбе за сварадж». То есть вождь опасался оттолкнуть от движения помещиков и миллионы мелких земельных собственников. Таким образом, Махатма выдвинул положение об очередности решения задач национально-освободительного движения и борьбы народа за улучшение своих социальных и экономических условий жизни. Это положение основывалось на необходимости всенародного антиимпериалестического движения и говорило об интуитивном понимании вождем прогрессивной роли буржуазного национализма угнетенной нации. Тактика вполне устраивала имущие классы Индии, которые готовы были принять участие в освободительном движении и даже возглавить его, но революционное усилие низов их пугало больше, чем притеснения со стороны колонизаторов.

		     К концу 1927 года внутриполитическая обстановка в Индии обострилась. Внешним толчком этому послужило назначение английским парламентом комиссии во главе с сэром Джоном Саймоном, которой поручалось выработать проект нового закона об управлении Индией и решить вопрос в целом: стоит ли расширять полномочия представительных учреждений в стране. Всеобщее негодование вызвало то, что в комиссию не был включен ни один индиец. В нее вошли семь англичан, представлявших консервативную, либеральную и лейбористскую партии. Колонизаторы, направляя комиссию Саймона, рассчитывали создать видимость того, что им небезразлична участь индийского народа, и постараться ослабить возобновившиеся массовые английские выступления. Еще до официального объявления английского парламента о создании комиссии Саймона новый вице-кароль Индии, один из лидеров английских тори лорд Ирвин (Э. Ф. Галифакс) пригласил к себе на аудиенцию индийских политических деятелей во главе с Ганди. Обратившись к Ганди, он сообщил о решении английского парламента. С подчеркнутым безразличием Махатма спросил у вице-короля : «И это все?...» Услышав от взбешенного Ирвина холодное «да», Ганди не проявил интереса к продолжению разговора и покинул дворец.

4

		     Ганди пристально наблюдал за деятельностью Неру, и ему не все нравилось из того, что тот предлагал. Вождь расходился с ним в постановке очередности задач, в     терминологии, которая, как казалось ему, у Неру слишком европеизирована и академична. Однако открыто, на заседаниях ИНК, Ганди не выступил с критикой Неру ни по одному из предложений. По содержанию большинство из них не вызывало принципиальных возражений у Махатмы, если не считать предложения Дж. Неру о присоединении ИНК к Антиимпериалистической лиге. Это предложение не нашло поддержки ни со стороны Ганди, ни со стороны умеренных конгрессистов и не было принято. Разный по своему классовому составу Конгресс политически и психологически не готов был к организационному объединению Антиимпериалистической лигой. Вместе с тем    Махатма Ганди горячо одобрял резолюции, отражавшие внешнеполитическую линию ИНК. Одна из них содержала протест против использования Англией индийских войск в Китае, Месопотамии и Персии. Мадрасская сессия ИНК принчла специальную резолюцию, разоблачавшую захватнические планы Англии. В ней указывается, что английское правительство осуществляет интенсивную подготовку для развязывания новых колониальных войн против соседних с Индией стран. Далее в резолюции говорилось, что у индийского народа нет спорных вопросов со своими соседями и он желает жить с ними в мире. Конгресс потребовал от Англии положить конец своим военным приготовлениям.

		     Дж. Неру был готов торжествовать победу: мадрасская сессия приняла предложенную им резолюцию о предоставлении Индии полной независимости. Делегаты сессии, поддавшись энергичному напору Неру, проголосовали за нее почти единогласно. Наконец-то у ИНК была ясная программа деятельности. Однако вскоре автор резолюции и его сторонники из левого крыла ИНК с огорчением обнаружили, что победа была мнимой: большинство умеренных понимали эту резолюцию и толковали термин «полная независимость» кА требование предоставления Индии самоуправления в рамках Британской империи. Таким образом, резолюция о независимости хотя и не отменялась, но фактически сводилась па нет. По поводу резолюции о независимости, принимаемых Конгрессом ежегодно, Махатма Ганди с горькой иронией писал  в «Янг Индия»: «Конгресс только ставит себя в смешное положение, принимая из года в год резолюцию такого характера, когда он знает, что не способен их осуществить».

		     Ганди был явно разочарован итогами работы сессии. Прежде всего его беспокоили выявившиеся на сессии отсутствие единства среди делегатов и преждевременные, по его оценке, попытки сдвинуть Конгресс влево. В чем он усматривал опасность  раскола партии в самый канун нового подъема национально-освободительного движении в стране. Во многом за создавшуюся обстановку в Конгрессе Ганди винил Дж. Неру, который, словно некий генератор радикальных идей, переполошил лениво мыслящих и  осторожных финансовых «доноров» ИНК из числа имущих классов. Им не нравился революционный запал молодых руководителей Конгресса, и они апеллировали к идейному вождю движения, жалуясь и требуя укротить «разгоряченного коня».

		     Теперь в интересах сохранения «классового единства» в Конгрессе вождь решает «осадить» Дж. Неру. Дело дошло до обмена необычными для их добрых отношений резкостями. Неру предпочитает отступить, чтобы не допустить разрыва с учителем. Но руководство ИНК отклонило просьбу Неру об отставке. Ему было заявлено, что он  может продолжать свою деятельность в Лиге, не вступая в противоречия с политикой Конгресса и не нарушая ее основного принципа- ненасилия.

		5

		     Никто не может достоверно утверждать, какие мысли и чувства руководили Ганди в его непростых отношениях с Дж. Неру. Бесспорно одно: эти два великих подвижника индийской свободы нуждались друг в друге, их породила эпоха, историческая необходимость. Разные по характеру и по своим взглядам на предназначение человека и его счастье, оба они всецело посвятили себя служению своему народу и готовы были отдать жизнь за свободу Индии. Они бесконечно верили в политическое бескорыстие  друг друга, и эта вера освящала их дружбу и тесное сотрудничество. Будь Дж.Неру послушным учеником Ганди, слепо повторявшим слова учителя и не имевшим своего мнения, Индия не обрела бы еще одного выдающегося лидера, привнесшего в национально-освободительное движение страны неповторимый колорит своего оригинального ума и большого сердца.

		     После мадрасской сессии в стране одновременно началось проведение двух политических компаний. Эти кампании соответствовали расстановке  внутриполитических сил в ИНК. Левое крыло Конгресса во главе с Дж.Неру и С.Ч.Босом, опираясь на поддержку демократических организаций рабочих, крестьян и студентов, повело среди населения широкую пропагандистскую кампанию за предоставление Индии полной независимости, за выход ее из состава империи. В то же время старший Неру активно занялся работой по созыву межпартийной конференции, которая должна была выработать основные принципы будущей конституции Индии.

		     Джавахарлалу Неру, являвшемуся генеральным секретарем ИНК, пришлось участвовать   в обеих кампаниях, хотя он открыто заявлял о бесполезности разработки «бумажной конституции», когда подлинная задача заключалась в завоевании власти. И в этом его подход к проблеме совпадал с позицией Махатмы Ганди. В конституционном комитете, который возглавлял Мотилал Неру, Дж.Неру внес предложение о том, чтобы будущая конституция провозгласила страну демократической республикой. Однако его предложение вызвало лишь раздражение умеренных и  привело к ссоре с отцом.

		     Ганди не принимает никакого участия в работе межпартийной конференции, считая ее бесполезным делом. Обсуждение многословных докладов о будущей независимости, принятие резолюции ничуть не привлекали Ганди- он предпочитал прямые действия.  Главное- удержать массы от применения насилия. Идеал Махатмы Ганди_ получение Индией независимости «на основе установления джентльменского взаимопонимания с Англией». Неустанно повторяя эти слова, он осознавал, как далек от безрадостной политической действительности. Для получения Индией свободы нужно, чтобы «Англия осуществляла не империалистическое высокомерное маневрирование, направленное на завоевание мирового господства,- с горечью констатирует он,- а искренне стремилась бы служить общим интересам человечества». Лондон не желал ни в чем поступаться своей прерогативой единолично определять принципы государственного устройства Индии. Конституционные реформисты в Индии были жестоко оскорблены.

		     Революционные настроения в народе нарастали. Экономическая борьба рабочих все больше переплетались с их политическими требованиями, с национально-освободительным движением против колонизаторов. К руководству рабочими организациями все чаще стали приходить левые конгрессисты, прогрессивная молодежь, коммунисты. Коммунисты возглавили профсоюз текстильщиков в Бомбее- «Гирни камгар», послуживший началом образования  прогрессивного крыла Всеиндийского конгресса профсоюзов

		

		6

		После массового локаута на фабриках Бомбея началась всеобщая забастовка текстильщиков, которая длилась с апреля по октябрь 1928 года. Поднималось на борьбу за свои жизненные права и индийское крестьянство, составлявшее 80% населения страны. Давал о себе знать аграрный кризис- кризис сбыта сельскохозяйственной продукции. Колонизаторы решают преодолеть кризис за счет индийских крестьян-арендаторов, резко повысив земельный налог.

		     Ганди  выступает с протестом. Он призывает земледельцев округа Бардоли начать сатьяграху, отказаться от уплаты непомерно высоких налогов. Наступил момент для возобновления массовых выступлений против правительства при широкой  опоре на крестьянство. Мирное восстание земледельцев поражает своей организованностью.  Волей к победе. Общее руководство сатьяграхой берет на себя Ганди. Он ежедневно публикует установочные статьи в «Янг Индия», дает интервью, выступает на митингах. 

		     Сборщики налогов отбирают скот, сгоняют крестьян с земель, конфискуют на корню урожай, забирают за долги домашнее имущество и жалкие постройки. Негодованию крестьян нет предела, но, следуя призывам Ганди, они встречают действия властей с молчаливым достоинством. Они не берутся за батоги и вилы- традиционное оружие крестьян. Внешне бездействуя, внутренне они готовы принять смерть, но не уступать колонизаторам.

		     В поддержку бардолийских земледельцев по инициативе Ганди Конгресс 12 июня 1928г.  Проводит «день Бардоли». Митинги и демонстрации солидарности с крестьянами Бардоли грозят перерасти в общенациональную сатьяграху. В этих условиях правительство предпочитает пойти на уступки: решение о повышении земельного    налога отменяется. С успехом сатьяграхи в Бардоли гандизм окончательно становится официальной идеологией Конгресса. 

		     Разговоры о том, что Ганди навсегда покинул политику, оказались беспочвенными. Он не переставал искать гармонии большой политики с чувствами простого человека, рационального разума с отсталыми крестьянскими взглядами. В глазах рядовой массы конгрессистов он оставался олицетворением живой и трепетной правды, совестью партии.

		Заканчивался 1928 год. Он был насыщен конфликтами в промышленности, забастовками рабочих, волнениями крестьян, студенческими выступлениями. Для Ганди же решающим в борьбе являлась не сама цель, а путь к ней. Для него поднять моральный дух индийцев и сделать подвиг самопожертвования  обычной нормой поведения простого человека –значит победить. Достижение человеком внутренней свободы он рассматривает как гарантию завоевания свободы всей нации. Разрушить рабскую психологию подчинения злу –ты будешь свободен. Пусть сделает это большинство индийцев –Индия станет свободной страной. Так мыслил Ганди.

		     На калькуттской сессии ИНК после жарких схваток между делегатами двух группировок Ганди предложил компромиссное решение, которое удовлетворило всех и примирило отца и сына Неру: доклад Мотилла Неру о конституции одобрялся, однако при этом выдвинул  условие, что если к концу 1929 года английское правительство не предоставит Индии  статуса доминиона, Конгресс поставит себе целью достижения полной независимости и начнет всеиндийскую кампанию гражданского несотрудничества. Это был вежливый ультиматум Лондону

		     Калькуттская сессия Конгресса по инициативе Дж.Неру и при поддержке Махатмы Ганди приняла ряд важных решений и по международным вопросам.

		

7

		 Сессия Конгресса уполномочила Рабочий комитет ИНК установить контакты с представителями других азиатских народов и предпринять шаги к созыву первой паназиатской конференции в Индии. Участники калькуттской сессии направили самые теплые поздравления народам Египта, Сирии, Палестины и Ирака, выразили свою солидарность с освободительным движением в этих странах против западных империалистических держав. В специальной резолюции, принятой ИНК в Калькутте, вновь осуждались военные приготовления Англии для ведения колониальных войн в Азии. В резолюции подтверждалась позиция Конгресса по этому вопросу, разработанная на предыдущей сессии в Мадрасе, и провозглашалось, что «правительство Индии ни в какой степени не представляет народ Индии» и что индийцы «не позволят  Англии использовать себя в осуществлении ею дальнейших империалистических планов». 

		     Обстановка в Индии для англичан омрачалась день ото дня. Ганди был прав: в такой огромной стране изолировать и наказать десятки миллионов людей. Не желавших жить по-старому, закрыть рот всем недовольным было невозможно.

		     Подходил к концу еще один год, истекал срок конгрессистского ультиматума английскому правительству. Все дороги вели теперь к очередной сессии ИНК в г.Лахоре, которая должна была взять курс на завоевание независимости через ненасильственное восстание против колонизаторов. Провинциальные комитеты Конгресса готовились к перевыборам председателя партии. Почти все они высказались  за избрание Махатмы Ганди. В преддверии решительных схваток с правительством конгрессисты хотели видеть Ганди не только фактическим вождем освободительного движения, но и юридическим главой ИНК. Однако на заседании Всеиндийского комитета Конгресса в г.Лакхнау Махатма Ганди неожиданно для всех отказался принять пост председателя ИНК. Предложив избрать вместо него сорокалетнего Джавахарлала Неру.

		     В самый канун лахорской сессии ИНК Ганди вместе с лидерами правых консервативных партий, встретившись с лордом Ирвином, предпринял последнюю попытку найти какую-то основу для соглашения с правительством. Встреча, однако, ни к чему не привела. Вице-король и индийские лидеры говорили как будто на разных языках и не понимали друг друга. Для Махатмы Ганди это означало, что все средства для того, чтобы прийти к честному соглашению, были исчерпаны. Совесть у него была чиста. Теперь оставалось одно –открытая всенародная борьба. Конгресс, возглавляемый таким решительным лидером, как  Джавахарлал Неру, был готов к борьбе. Ганди предстояло вдохнуть душу в народное движение.

		     Подготавливалась вторая кампания несотрудничества в Индии…                     

	§ 2  «Соляной поход» и вторая кампания несотрудничества. 

     Несмотря на поражение первой кампании гражданского неповиновения, обстановка в Индии за эти годы во многом изменились. Главное –изменилась психология людей: исчез рабский страх перед колонизаторами, перед силой их власти и всем репрессивным аппаратом подавления. Взамен раболепного преклонения перед белым господином у народа пробудилось чувство национальной гордости. В стране быстро нарастал революционный потенциал национально-освободительных сил. Обострившиеся социальные конфликты в стране, особенно в индийской дереве, стали причиной наплыва в Конгресс возбужденной массы земледельцев, что при всей организационной аморфности придавало Конгрессу подлинную силу. Влившаяся в Конгресс свежая, главным образом крестьянская кровь сместила его политическую ось влево, в сторону борьбы за интересы народа. На грозном фоне социальных потрясений и революционного брожения в народе еще ярче высвечивался образ Махатмы Ганди.

     Обстановка требовала внести в кампанию несотрудничества организационное начало, сообщить ей первый толчок. Таким толчком стало решение Конгресса объявить 26 января Днем независимости Индии.

     Английская монополия на производство и продажу некоторых жизненно необходимых продуктов, в том числе соли, больно затрагивала интересы всего населения страны, особенно ее беднейших слоев. И вот Ганди осеняет мысль начать сатьяграху с демонстративного и повсеместного нарушения закона о соляной монополии. Он объявляет о своем намерении лично возглавить отряд сатьграхов и повести его из обители на реке Сабармати в Данди, к побережью, где выпарить из морской воды символическую щепотку соли.

     Со злой иронией поначалу отнеслась к намерению Ганди и противная сторона –вице-король. В правительстве язвили по поводу того, что гандийское движение переживает этап детских забав.

     Ганди, однако, был весьма серьезен, поскольку он знал, на что шел. Сама демонстрация всенародного неповиновения, прямые и конкретные действия призваны были дисциплинировать движение за независимость. Для Ганди очень важно было на собственном опыте убедить народ в том, что его организованное неподчинение даже в самом малом уже парализует власти, обнаруживает неспособность правительства выполнять несправедливые законы силой принуждения людей.

     Соляная сатьяграха со всей очевидностью замышлялась Ганди еще и как школа ненасильственного движения и пропагандистская акция, как проверка сил противостоящих друг другу сторон и как пробное, разведывательное сражение гандийского авнгарда. Ведь дальше планировалось расширить кампанию. Ее целью ставилось парализовать всю государственную машину и торгово-экономическую деятельность колонизаторов. Программа предусматривала неуплату налогов, бойкот судов и государственных учреждений, пароходных и страховых компаний, торговых фирм и т.д. 

     30 января 1930г., неожиданно для всех, в том числе и для руководителей Конгресса, он публикует в «Янг Индия» обращение к вице-королю, в котором заявляет, что готов отложить сатьяграху, если правительство удовлетворит требования из 11 пунктов, в частности сократит земельный налог, ликвидирует монополию на соль, уменьшит расходы на военную и гражданскую администрацию, освободит из тюрем всех политических заключенных и осуществит ряд других требований.

9

 Ганди был уверен в том, что правительство ни за что не пойдет на уступки. Оно покажет свое пренебрежение к народу и тем самым дает индийским массам еще большее моральное право выступить против него всем миром и с чистой совестью.

     6 апреля, в первый день национальной недели, которая ежегодно отмечалась индийскими патриотами в память событий 1919 года –первой сатьяграхи, Ганди при огромном скоплении народа совершил церемониал выпаривания соли на берегу моря. Это был сигнал к началу новой сатьяграхи. Словно по команде миллионы людей по всей Индии стали добывать соль кустарным способом. Гражданское неповиновение быстро распространялось на другие области. Оно сковывало всю деятельность колониальной администрации. Торговля английскими товарами была полностью парализована, иностранные фирмы и банки не работали.

     Вице-король подписал ряд декретов, наделявших исполнительные органы чрезвычайными полномочиями. Начались повальные аресты конгессистов, разгоны и избиения мирных демонстрантов, улицы городов патрулировались войсками и нарядами полиции. Грубая сила правительства вступила в схватку с мирной волей восставшего народа.

     В течение апреля –мая 1930 года власти арестовали свыше 60 тыс. конгрессистов. С арестом Ганди власти медлили. Кампания продолжалась и нарастала. Взамен арестованных лидеров движение рождало десятки и сотни новых конгрессистских «диктаторов», отважных и мужественных вожаков масс.

     После сомнений и колебаний, вызванных опасением усугубить и без того сложную обстановку в стране, вице-король все же решился на арест Ганди. Тем более, что на применении этой меры настаивал Лондон. В ночь на 5 мая 1930 г. Наряд вооруженной полиции в составе 30 чел. Окружил хижину, где находился Ганди. Комиссар полиции, осветив фонарем лицо безмятежно спавшего Бапу, поднял его с постели. Улыбнувшись, Ганди попросил время на сборы. С завидной невозмутимостью он привел себя в порядок, не торопясь собрал в мешок свои скудные пожитки и под мелодию популярного индийского гимна, который он попросил исполнить перепуганных обитателей деревушки, проследовал под конвоем к ожидавшей его арестантской машине –«черной Марии», как ее называли в Индии.

     Арест Ганди повлек за собой бурю народного негодования. Начался всеиндийский хартал –всеобщая забастовка. Забастовали рабочие текстильных и джутовых фабрик, железнодорожники, металлисты, закрыли свои лавки мелкие торговцы, не функционировали почта и телеграф, не работали учреждения, прекратились занятия в учебных заведениях. В правящих кругах Англии Ганди клеймили как отъявленного экстремиста и революционера. Имперские идеологи в Лондоне издавали работы, в которых Ганди характеризовался как проповедь ненасилия представлялась в английской прессе всего лишь идеологической завесой, обманным маневром.

     25 января 1931 г. Ирвин издал указ об освобождении из тюрьмы Ганди и еще тридцати членов Рабочего комитета ИНК. Одновременно отменялся ранее наложенный запрет на конгресситские организации. Идя на этот шаг «доброй воли», лейбористское правительство Макдональда и вице-король рассчитывали использовать в интересах английской политики а Индии авторитет Ганди, его склонность к поиску взаимоприемлемых компромиссов, всегдашнюю готовность к переговорам, безграничную веру индийского вождя в честность своих политических оппонентов.



10

     17 февраля 1931 г. Начались переговоры между Ганди и лордом Ирвином. Первый представлял на них независимую духом Индию, второй –империалистическую Англию. Две страны, два представителя. В Ганди не было ни злобы, ни подобострастия перед одним из «сильных мира сего». Ганди считает крайне опасным в «образе Англии» видеть исключительно врага. Такой подход, по его убеждению, не способствовал бы ослаблению напряженности в поведении политических оппонентов, сделал бы невозможным принятие компромиссных, переходных или ступенчатых решений, которых не избежать в международных делах. Для Ганди было очень важно не допустить, чтобы стремление Индии к независимости превратилось в слепую ненависть к английскому народу. В общении между народами не должно быть места гневу и национальной нетерпимости.

     Ирвин поставил целью во что бы то ни стало добиться от Ганди согласия на участие Конгресса во втором раунде «конференции круглого стола» в Лондоне. Индийский вождь оказался в трудном положении: не кто иной, как он сам вместе с Дж.Неру в обстановке подъема национально-освободительного движения в Индии настоял на бойкоте первого раунда этой конференции. Положение Ганди осложнялось еще и тем, что месяцем раньше, до начала переговоров с Ирвином, Рабочий комитет Конгресса вновь подтвердил свое негативное отношение к лондонской конференции Ежедневные многочасовые переговоры проходили тяжело. Ни та, ни другая сторона не хотели уступать, но стремились к взаимоприемлемому решению. Ирвин –по той причине, что колониальным устоям в Индии, Ганди –из-за того, что чувствовал начало спада кампании гражданского неповиновения и наблюдал усталость масс.

     Скрепя сердце, рискуя вызвать раздражение Лондона, Ирвин пошел на кое-какие уступки Ганди. Однако все ожидали от Бапу какой-то «решающей победы» над Ирвином.

     И вот 4 марта 1931 г. Было, наконец, официально подписано соглашение сторон, которое стало известно в истории как «пакт Ганди- Ирвин». Разочарованию не было пределов: никакой, казалось, победы не произошло. Кое-кто заговорил о капитуляции Ганди.

      В чем же суть пакта? Главное, чего добился Ирвин, это отмена бойкота колониальной администрацию Конгрессистам разрешалось, однако, вести также мирное пикетирование и демонстрации. Объявлялась всеобщая амнистия политических заключенных. Отменялась монополия на соль. Конгресс признавался официальной политической партией. Что касается вопроса об участии представителей ИНК в работе «конференции круглого стола», то он подлежал дополнительному обсуждению. Но по всему было видно, что Ганди был склонен принять приглашение Конгрессу.

     Тем не менее, в отличие от некоторых своих сторонников, Ганди был все же преисполнен политического оптимизма. В течение трех недель переговоров он, несмотря на крайне усилия Ирвина, оставил за собой и Конгрессом право в любой момент возобновить кампанию несотрудничества. В соответствии с пактом кампания прерывалась лишь на время. Свое соглашение с Ирвином он рассматривал только как вынужденное и временное урегулирование. Переговоры с английским правительством давали тот политический выигрыш Индии, что, подписывая соглашение с Ганди, колониальные власти тем самым признавали освободительное движение дефакто.





11

     В общем, как бы ни была недовольна часть конгрессистов, какой бы острой ни была критика «пакта Ганди- Ирвин», колоссальная, разветвленная по всей стране организация Конгресса с поразительной дисциплинированностью выполнила новую установку своего вождя: буря так же внезапно утихла, как иначалась. Никто из конгрессистов по-настоящему твердо не решился противостоять Бапу.

     Очередная сессия Конгресса состоялась 31 марта 1931г. В г. Карачи. Она стала в еще большей мере, чем предыдущие сессии, личным триумфом Ганди.

     Вопреки всем ожиданиям, Делийский пакт был одобрен подавляющим большинством голосов.

     В Карачи при непосредственном участии Махатмы была впервые принята резолюция об экономической политике Конгресса. Делегаты сессии высказывались в ней за национализацию основных отраслей промышленности и за ряд других мер, направленных на то, чтобы облегчить участь эксплуатированных и несколько ограничить  доходы имущих классов.

     В конце августа 1931 г. Махатма отплывает на пароходе «Мултан», с целью настоять на конференции в Лондоне предоставления Индии полной независимости.

     Европа встретила Ганди восторженно, с жадным интересом к бесстрашному «непротивленцу», смело бросившему дерзкий вызов английской короне.

     Внутриполитическая обстановка в Англии складывалась неблагоприятно для обсуждения «индийского вопроса», размышлял Ганди. Из-за сокращения заработной платы и ухудшения довольствия взбунтовались военные моряки Атлантического флота Великобритании, бастовали докеры, шахтеры, волновались безработные текстильщики Ланкашира. Центральный банк объявил, что страна уже израсходовала все предоставленные ей иностранные кредиты и займы. Правительство ликвидировало золото стандарт фунта стерлингов и резко девальвировало его, нанеся тем самым непоправимый ущерб привязанной к фунту индийской денежной единице – рупии.

     В этих условиях «конференция круглого стола» становилась не более чем политическим фарсом, и Ганди хорошо осознавал это. Все же ему представлялось важным использовать трибуну конференции и свое пребывание в Англии для разъяснений позиции Индийского национального конгресса. Прежде чем начать новую кампанию гражданского неповиновения, надо было пройти эту стадию развития движения за независимость Индии. Индийцам надлежало на собственном политическом опыте убедиться, что свободы у метрополии Индия не выпросит и  за свободу надо бороться – она потребует жертв. К тому же для Ганди открывалась возможность в обстановке жесткого кризиса,  охватившего Англию, показать, что эксплуатация индийского народа не принесла английскому народу благополучия. Не лучше ли будет добровольное и эффективное сотрудничество двух свободных наций?

     «Конференция круглого стола» торжественно открылась в большом зале Сент-Джеймского дворца. Не смущаясь столь высокой аудитории, Ганди выступал размеренно и спокойно, мастерски  владея как интонацией и фразеологической формой речи, так и убедительной, мерно текущей логикой своих суждений. И все же он не был похож на профессионального оратора, упивающегося красивыми и ловко подобранными восклицаниями, хлесткими высказываниями и афоризмами. Его речь не была красивой- она покоряла людей духовностью и спокойной силой, соединением слова с убежденностью. «Индия до сего времени удерживается мечом, _ говорит он.



12

 Я не сомневаюсь в способности Великобритании и далее удерживать Индию в подчинении при помощи меча. Однако задумайтесь, что лучше – порабощенная, но восставшая Индия или Индия как уважаемый партнер Великобритании, готовая разделить с ней невзгоды и, сплотившись, встретить общую беду? Такая Индия, если потребуется, по своему свободному волеизъявлению сможет вести с Англией совместную борьбу не за эксплуатацию какой-либо из нации или каких-либо  людей, а, как это и должно быть, - за благополучие всего человечества».

     Заявление Ганди о том, что Индия завоюет независимость еще при его жизни, независимо от того, захочет этого Англия или нет, вызвало настоящий переполох среди членов парламента. Его обвинили в «легкомысленном», «незавершенном» подходе к сложной проблеме, которая «вряд ли будет решена до конца века».

В основе крайностей политических суждений Ганди, как судили некоторые государственные деятели в Лондоне, был якобы его религиозный фанатизм. Ганди, не желая часами просиживать на «конференции круглого стола» и выслушивать вздорные, трескучие речи, приводящие его в уныние, едет на три дня в Ланкашир для того, чтобы встретиться с безработными текстильщиками. Ганди объясняет рабочим, что не мог не призвать своих соотечественников бойкотировать английские товары в Индии, ибо дискриминационная политика английского правительства является причиной разорения его страны, причиной  голода и смерти миллионов индийцев. Он сочувствует английским рабочим, понимает их страдания, но пока не может отменить бойкота их продукции в Индии. Он призывает и рабочих, и промышленников Ланкашира оказать влияние на свое правительство, чтобы оно отказалось от колониальной политики в отношении Индии и предоставило ей независимость. Свободная Индия будет гораздо лучшим торговым партнером Англии, чем она является сейчас. Махатма с удовольствием посещает рабочие семьи, беседует и с предпринимателями. Знакомясь с текстильными фабриками Ланкашира, он поражен их допотопным оборудованием, даже более устаревшим, чем в Индии. В этом он видит причину неконкурентоспособности английских текстильных товаров на мировом рынке и желание предпринимателей, не обновляя основной капитал, иметь большую прибыль.

     7 октября 1931 г., за день до того, как безрезультатно закончила свою работу «конференция круглого стола», был распущен английский парламент. Началась предвыборная кампания. Теперь правящим кругам и вовсе  было не до Индии. На выборах 27 октября к власти в Англии пришли консерваторы. Вину за провал работы конференции английское правительство попыталось целиком свалить на Ганди.

     Итак, конференция завершилась полным провалом. Политический фарс, затеянный правящими кругами Англии, собственно, и не мог иметь другого финала.

     На обратном пути в Индию Ганди посетил Францию, Швейцарию и Италию. Он воочию мог видеть, как в континентальной Европе начала распространяться эпидемия коричневой чумы – фашизма, как росло недоверие держав друг к другу, как начиналась военная  истерия и гонка вооружений. Махатму угнетала мысль о неизбежности новой мировой войны.











13

Глава II Возвращение. 

§1Тюрьмы и голодовки.

		     И вот Ганди вновь ступил на родную землю. Поездка в Англию породила грусть и разочарование, но не ослабила веры и воли к победе.

		     В Бомбей он прибыл 28 декабря 1931 г. Долгожданного Бапу встречали огромные массы людей. Всюду возникали стихийные митинги. «Я вернулся с пустыми руками. Но я не поступился честью соей страны», - сказал Ганди соотечественникам, внимавшим каждому его слову.

		    Обстановка в Индии накалялась день ото дня. Чувствовалось, что перемирию и дискуссиям пришел конец. Игра в перетягивание каната, навязанная англичанами, завершилась в пользу правительства, которое с самого начала повело себя нечестно и бессовестно нарушало правила политического состязания. Став помехой в осуществлении английского плана разобщения Индии, Ганди был избран объектом клеветы и травли. Однако его авторитет в партии всегда оставался незыблемым.

		     4 января 1932 г., в три часа утра (чтобы не вызвать массовых беспорядков) власти арестовывают Ганди и заключают в тюрьму. Тюремные фургоны – «черные Марии» - беспрерывно сновали  по улицам индийских городов. В результате крупномасштабной полицейской акции вскоре за решеткой оказались 90 тысяч одних только конгрессистов. Индийский национальный конгресс и примыкавшие к нему сочувствующие или просто прогрессивные организации – рабочие, крестьянские, женские, молодежные – объявлялись «неконституционными». В стране вводилась  строжайшая цензура прессы.

		     Несмотря на репрессии, антиконгрессистскую и антинародную шумиху, развитие политической обстановки в Индии в 1931-1932 годах характеризовалось назреванием революционной ситуации: в различных провинциях продолжались активные выступления индийских кисанов _ крестьян, отказавшихся платить налоги правительству и помещикам. Начались восстания в Кашмире. Алворе и других княжествах страны.

		     В сентябре 1932 г. Индию, лучшие сыны которой томились в тюрьмах, облетело известие: Ганди объявляет голодовку и решает, что для него ликвидация позорной системы «неприкасаемости» является неразрывной частью независимости и что его жертвенная смерть только укрепит индийский национализм и приблизит Индию к свободе.   

		     Вместе с Бапу в знак солидарности с ним 24-часовую голодовку объявили несколько миллионов индийцев. По всей стране индийцы, собравшись группами, исполняли траурные национальные песни, в тысячах индуистских храмах служили молитвы – вся Индия страдала вместе с отцом.

		Начавшиеся в стране широкие волнения в связи с голодовкой Ганди, прямая угроза его быстрой кончины подстегивали ход переговоров между лидерами организации «неприкасаемых», индуистской общинной партией «Хинду махасабаха» и Конгрессом. Вконец обессиленный Ганди, которого то и дело навещали участники переговоров, твердо стоял на своем: он соглашался на большее гарантированное представительство «неприкасаемых» в законодательных органах при условии ликвидации для них отдельной курии. На этом  и сошлись участники переговоров. Однако Махатма все еще не прекращал голодовки: он требовал официального одобрения «пунского пакта» английским правительством. Надо было торопиться. Ответная телеграмма от премьер-министра Р.Макдонольда пришла 26 сентября 1932 г.

14

		 Правительство одобрило условия «пунского пата». Ганди в окружении друзей и врачей прервал голодовку, медленно выпив стакан апельсинового сока.

		     Итак, демонстративная голодовка протеста Ганди еще раз убеждает в том, что феномен его отношения с народом заключался не в политической логике, не в гении ума, не в его организаторском таланте и тем более не в его внешней эффектности. Эти отношения имели эмоциональное начало, в них были чистые ключи индийского бытия и образа мыслей, то, что называют национальным характером народа. Бапу умел заглянуть в глубину души любого бедняка и увидеть его страдания.

		     После принятия «пунского пакта» правительство отдало распоряжение ужесточить тюремный режим для Ганди. Никакие посетители к нему не допускались, и его связь с внешним миром была чрезвычайно затруднена. Два-три раза Ганди возобновлял голодовки протеста по поводу отдельных случаев нарушения прав хариджан. При этом, обращаясь к «неприкасаемым», он говорил им, что в борьбе за свои человеческие права они могут полностью располагать его жизнью и рассматривать его (Ганди) в качестве их добровольного заложника. В обстановке жестокого подавления массового движения, разгрома восстаний в княжествах и постепенного ослабления сатьяграхи Ганди 8 мая 1933г. Объявил, что начинает новую голодовку, которую будет соблюдать в течение двадцати одного дня.

		     1 августа власти освободили Ганди из тюрьмы, ограничив его местожительство городом Пуна. Тогда Махатма объявляет индивидуальную форму гражданского неповиновения. Он первый подает пример такого неповиновения. Предварительно поставив в известность власти, Ганди нарушает предписание о невыезде из Пуны и направляется в Гуджарат для работы с крестьянами. В результате его сразу же арестовывают и приговаривают к году тюрьмы, но он не успокаивается и требует, чтобы ему предоставили возможность руководить из тюрьмы движением в защиту хариджан; правительство отклонило это требование. Снова недельная голодовка протеста. Его переводят в тюремную больницу. Современники вспоминают, что в это время Ганди, казалось, потерял волю к жизни и совсем пал духом. Он открыто готовился принять смерть: попрощался с близкими и друзьями, распорядился немногочисленными личными вещами. Правительству, однако, не было никакого резона брать на себя вину за смерть народного вождя. Ганди выпускают на свободу.

		     Конец 1933 и почти половину 1934 г. Махатма Ганди провел в скитаниях по стране. Как и после поражения первой сатьяграхи, вернулся к своей «конструктивной программе» - пропаганде среди беднейших слоев населения своего рода «деревенского социализма». Каждодневно общаясь с крестьянами, он проводит будничную черную работу: учит крестьян в глухих захолустьях правилам санитарии и гигиены, вместе с ними чисти отхожие места, обучает домашнему прядению.

		     Ганди не везде встречают гирляндами цветов, реакция организует против него провокации и демонстрации с черными флагами. В Пуне в него даже бросают бомбу, от взрыва которой пострадало семь человек, но сам Ганди остался невредим. Власти в дели и правительство в Лондоне торжествовали: Ганди отошел от политики и ушел с головой в общественную деятельность, которая, по их мнению, ничем не грозила устоям английского колониального господства в Индии.

		     Благодаря личным усилиям и упорству Ганди, конгрессистские правительства в провинциях в целом осуществили заметную социал-реформистскую работу, в частности приняли аграрное законодательство, которое несколько ограничивало 

15

		помещичий и ростовщический гнет крестьян; в стране было введено обязательное  и бесплатное начальное обучение детей. Для такой бедной страны, как Индия, новая школьная система обучения имела большое прогрессивное значение. Ганди все же удавалось оказывать на конгрессистские правительства влияния, за что англичане снова обвинили его в диктаторстве и склонности к партийной автократии.

		     Тем временем борьба внутри Конгресса обострилась с еще большей силой. Правые требовали отстранения Джавахарлала Неру с поста председателя партии, а крайне реакционные общинно-религиозные деятели добивались лишения Махатмы ореола вождя национально-освободительного движения.

		§2 Последняя жертва на алтарь свободы. 

		     Парализованная внутренними и внешними противоречиями, Индия бездействовала. Освободительное движение, все усилия которого растрачивались на бесплодные переговоры, межпартийные дискуссии и осуществление мелких и символических политических акций, казалось надломленным. Обреченность и пассивность в умонастроениях людей разъедала столь дорогой для Ганди идеал свободы. Взвешивая сложившуюся в стране обстановку, индийский вождь переживает мучительную эволюцию в своем миропонимании: где-то и в чем-то допущена ошибка. Если истина проявляется во всеобъемлющей любви, которая присуща по природе всем людям, невзирая на их социальные различия, то почему торжествует зло? Почему война – высшая и самая жестокая форма насилия на Земле – управляет поступками миллионов людей. Насилие – плохо, бездействие и смирение с ним – преступно, а рабство и того хуже. Лучше смерть, чем бесчестье. Империализм и нацизм – вот носители мирового насилия.

		     14 июля 1942 г. в г. Варде собирается заседание Рабочего комитета ИНК. Ганди настаивает на принятии резолюции, содержащей призыв к английскому правительству немедленно предоставить Индии независимость. Причем вождь успех дела организации обороны Индии от японских милитаристов ставит в прямую зависимость от получения Индией свободы. Предложенная Ганди резолюция, по меткому выражению одного из журналистов, получила название «Вон из Индии!».

		     9 августа того же года все руководители ИНК, включая Махатму Ганди, оказались в тюрьме.

		     Английское правительство серьезно рассматривало вопрос о высылке руководителей Конгресса из Индии в Южную Африку или на малонаселенные острова в Индийском океане. Опасаясь, однако, взрыва народного негодования, власти ограничились тем, что заключили их в Ахмаднагарскую крепость, расположенную в 300 км. от Бомбея. Ганди был изолирован от других конгрессистов и помещен под стражу во дворце английского прислужника и воинствующего мусульманского реакционера Ага Хана. Всем им предстояло провести в заключении боле двух лет.

		     Страна не была подготовлена к организованному и достаточно широкому выступлению против колонизаторов.

		     Требуя освобождения Ганди, подали в отставку несколько министров в провинциальных правительствах, в защиту индийского вождя выступили даже лояльные к английским властям индийские либералы, члены законодательных собраний и некоторые из князей. 29 января Ганди объявляет голодовку. Врачами было отмечено резкое ухудшение здоровья. А 22 февраля 1944г. умерла Кастурбай. Ганди прожил с ней в любви и согласии 62 года.

				августа 1946 г. по улицам и площадям Калькутты вновь полилась кровь: началась братоубийственная индусско-мусульманская резня, в огне пожарищ и погромов гибли тысячи людей, в том числе женщины и дети. Вождь переживает глубокий моральный кризис. Тридцать лет жизни он посвятил проповеди братской любви, и что же – теперь он видел, как его народ оказался расколотым на два враждующих религиозных лагеря.

		     В критический период борьбы Индии за свою независимость в 1946-1947 годы Ганди как никогда раньше утверждается в мысли, что не политическое маневрирование и межпартийные интриги национальных лидеров решают судьбу нации

17

		 и вынуждают колонизаторов отступать, а мощное антиколониальное движение самих народных масс.

		     Борьба народных масс Индии против внешних и внутренних врагов нарастала с каждым днем и , несмотря на страстную пропаганду ненасильственных методов, проводимую Махатмой Ганди, принимала характер острых классовых битв и вооруженных столкновений с полицией и войсками. Расстрелы демонстрантов и насилие властей вызывали ответную реакцию в народе. Было ясно, что теперь народ не отступит.

		     В 1947гду страна получила независимость и распалась на Индийский Союз с премьер-министром Джавахарлалом Неру и исламское государство Пакистан.

		     30 января 1948 года Махатма Ганди, как обычно вышел из дома к народу, собравшемуся на зеленой лужайке, чтобы послушать его исповедь. Из толпы выделился один человек и быстро направился на встречу Ганди. Один за другим звучат три выстрела. На белой одежде расплываются красные пятна.

		     Ганди не стало. Его убил Натурам Годсе – террорист из экстремистской организации «Хинду махасабха».

		     Махатма Ганди оставил после своей кончины две пары сандалий, очки, посох, постель на полу и стопку книг. Но он оставил еще своим соотечественникам освобожденную родину и мир, который страстно любил. Его гуманизм, любовь к трудовому народу стали бесценным наследством для потомков, для тех, кто составляет нашу цивилизацию, столь разноликую, разобщенную идеями, но единую в своих лучших устремлениях к миру, демократии и социальной справедливости – то, что для Ганди было единственным счастьем и верой.

		Введение

«…Хотя он, возможно, совершает много тактических

 ошибок, но его основная стратегия остается правильной…»

(Б.Шоу)

		     Люди называют его Махатма Ганди – Великая душа. И когда я впервые прочитала об этом Великом человеке, готова была воскликнуть то же самое.

		     Личность Махатмы Ганди настолько многогранна, что с каждой новой, прочитанной о нем книгой, ты узнаешь все новые и новые факты и никогда не сможешь до конца понять все его великодушие и безграничную любовь к людям, которую безвозмездно он дарил каждому, и которая двигала им в борьбе за благополучие народа.

		     История и культура Индии интересовала, интересует и будет интересовать миллионы людей. Меня же Индия всегда поражала своей яркостью и бурностью красок,  смешением народов, культур и языков. В Индии сложилась одна из наиболее богатых и своеобразных цивилизаций древнего мира, которая оказала мощное воздействие на другие регионы Востока. Культуру современных стран Южной Азии невозможно правильно понять без обращения к истории и традициям эпохи древности.

		     Но Индия интересна не только своей культурой и религией, у нее, как и у других государств, есть и политическая жизнь, связанная с завоеваниями, борьбой и войнами.

		     Глубже знакомясь с Историей Индии, поражаешься тому как сумело это государство пройти все тяготы колониализма и сохранить свои традиции. 

		     Самым интересным, я считаю, является путь достижения Индией независимости. Так вот Махатма Ганди был тем идеологом, тем вождем, который вел народ к победе. При жизни, и после смерти было высказано множество различных, притом противоречивых, порой диаметрально противоположных суждений и оценок. Со своей стороны сам Ганди являл собою фигуру, по своим индивидуальным задаткам, масштабам и результатам деятельности далеко не ординарную, чрезвычайно сложную и глубоко противоречивую. Думаю, что именно он помог людям сохранить все свои духовные ценности, потому что политика, которую он вел, существенно отличалась от всех ныне известных. Основана она была не на насилии и жестокости, а на взаимопонимании, поисках компромиссов, дружбе и согласии.

		     В своей работе я хочу  воссоздать исторически правдивый, свободный от предвзятости и упрощений, портрет личности, рассказать о Махатме Ганди – непримиримом борце против колониальной экспансии и национального угнетения, мыслителе и гуманисте.

		     Уверена, что анализ и освещение жизни Махатмы Ганди представляют не просто академический интерес, но служат выражением глубокого уважения к этой личности, а так же актуальны для укрепления и развития современных отношений между народами Индии и России. Ведь миролюбивые устремления Махатмы Ганди оказали большое влияние на движение сторонников мира, его идеи сохранения мира широко используются в антивоенных пропагандах.

		Заключение

		     «… В этом маленьком, физически слабом человеке было заключено что-то твердое, как сталь, несокрушимое, как скала, что-то такое, с чем не могла совладать никакая физическая сила, кА бы велика она ни была…он обладал каким-то царственным величием, внушавшим окружающим невольное почтение… Он говорил всегда просто и по существу, без лишних слов. На слушателей действовала абсолютная искренность этого человека, сама его личность; казалось, в нем сокрыты неисчерпаемые источники внутренней силы…Обретя внутренний мир, он излучал его на окружающих и шел по извилистым жизни неустрашимо, твердым шагом »*. Так писал выдающийся государственный деятель, первый премьер-министр Республик Индии Джавахарла Неру о человеке, который свыше трех десятилетий возглавлял индийское национально-освободительное движение и привел его к исторической победе.

		     Махатме Ганди довелось увидеть первые, непосредственные плоды героической борьбы своего народа за национальную свободу, достижению которой он посвятил свою жизнь. Но в тот торжественный момент, когда в ночь с 14 на 15 августа 1947 года над древними бастионами Красного форта в Дели взвился трехцветный флаг независимой Индии и подавляющее большинство индийцев ликовало, лишь один национальный лидер был погружен в глубокий траур. Это был Ганди. Казалось бы, сбылось то, к чему он стремился, во имя чего шел на неимоверные страдания, ради чего он жил и боролся, и он должен был испытывать законное удовлетворение. На деле же именно он переживал самое горькое в своей жизни разочарование, и то, что происходило вокруг, рассматривал как катастрофу, как крушение своих возвышенных идеалов и надежд. Среди всеобщей радости и ликования торжествовала…духовная драма Ганди. Перед его народом открывались широкие перспективы и светлые дали, он же был охвачен мраком горя, безысходности и зловещих предчувствий. К несчастью, они его не обманули. Как бы роковым завершением его духовной драмы явилась последовавшая вскоре его трагическая гибель от руки индуса-фанатика. Безжалостно горькая ирония судьбы в том и состояла, что он был убит именно как «апостол ненасилия», пал жертвой вражды между индусами и мусульманами именно как поборник их дружбы и единства, был морально и физически повержен в тот самый момент, когда его родина вырвалась из оков колониализма и приступила к национальному возрождению как свободное, демократическое государство, о котором он страстно мечтал и за которое отдал свою яркую жизнь.

		     Значительное влияние оказали личность и учение Ганди на многих националистических деятелей Востока. Гандистские методы получили широкое распространение в освободительном движении африканских народов. Идеалы и принципы гандизма стали идейным знаменем движения американских негров за  ликвидацию сегрегации и расового неравенства. Мартин Лютер Кинг, в частности,  говорил6 «Любовь была для Ганди мощным орудием общественных перемен. Именно в том значении, которое Ганди придает любви и ненасилию, я нашел метод социальных реформ, который искал в течение многих месяцев. Я понял, что это единственный морально и практически правильный метод, доступный угнетенному народу в борьбе за освобождение »

		

		

		            *Неру Дж. Автобиография. М., 1955 .

19

		     Величайшая заслуга Ганди как выдающегося политического лидера состояла в том, что он не был борцом-одиночкой, он глубоко осознал решающую роль народных масс в антиимпериалистической борьбе, их способность и решимость покончить с колониальным порабощением. И всю свою неистощимую энергию, все свои силы он направил на всемерное привлечение масс к активным выступлениям против колониального режима. Он великолепно знал быт, обычаи, нравы и настроения миллионов индийского крестьянства, ремесленников, рабочих, он тонко чувствовал пульс народной жизни и умел безошибочно определять помыслы и устремления масс. Ганди умел всегда находить верный путь к сердцам простых тружеников, составлявших массовую базу национально-освободительного движения. Он неустанно разъезжал по своей великой стране и в тесном общении с массами , в непосредственном контакте с народом разъяснял им свою политическую программу, воодушевляя их на борьбу за независимость родины. Именно в героизме и самоотверженности миллионов индийцев корениться величие и слава Ганди как их выдающегося лидера.

		     Для людей доброй воли во всех странах дороги призывы Ганди к упрочнению ценой огромных жертв завоеванного мира, к утверждению равноправного сотрудничества и дружественных отношений между народами. Лейтмотивом его выступлений за мир были реалистические, а нередко и вполне конкретные суждения о путях установления такого климата международных отношений, который исключал бы самую возможность войн и основывался исключительно на принципе неприменения силы в межгосударственных делах, то есть принципе ненасилия.

		     Думаю, что в нынешней сложной международной обстановке особенно актуальное звучание приобретают выступления Ганди против насилия. Остается надеяться, что в настоящее время  появится «мирный» политический лидер, который в своей программе будет опираться на политику ненасилия Махатмы Ганди, человека, образ которого продолжает жить в сердцах нового благодарного поколения индийцев и всех честных людей мира.

		

		Список литературы

Горев А.В. Махатма Ганди 1984г.

История и культура Древней Индии 1990г.

Всемирная история 2001г.











































































21