Анализ загадок личности и правления императора Павла I

СОДЕРЖАНИЕ



ВВЕДЕНИЕ

§1. Биография, воспитание и характер Павла I

§2. Гамлет на русском троне. Странности царствования Павла I

§3. Сближение Франции и России

§4. Программа реформирования Павла I

§5. Император Павел I и Мальтийский орден

§6. Внешняя политика Павла I

§7. А. В. Суворов и оппозиция Павлу

§8. Заговор против Павла I

§9. Павел I глазами историков его эпохи

§10. Государственная мудрость Павла 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ




ВВЕДЕНИЕ



Актуальность темы. Правление Павла I вызвало всеобщее недовольство, особенно дворянства, интересы которого были сильно ущемлены (восстановление обязательной службы и телесных наказаний для дворян, введение для них массы стеснений и ограничений). К тому же при непредсказуемом поведении Павла никто не мог чувствовать себя в безопасности. Не чувствовал себя в безопасности и Александр I. 

Кратковременное правление Императора Павла Петровича (всего четыре года, четыре месяца и четыре дня!), сама тайна его личности, и, конечно, загадки, связанные с его убийством, привлекают внимание историков уже более двух веков, прошедших с ночи на 12 марта 1801 г. — ночи мученической кончины Императора.

Личность Павла I всегда привлекала исследователей своей многогранностью и противоречивостью. Правнук Петра I и прямой наследник престола, проведший большую часть жизни в ожидании власти, он получил ее в возрасте 42 лет и правил всего четыре года, четыре месяца и четыре дня. Мечтатель, желавший преобразовать Россию, и реформатор, вызывавший неудовольствие всех. Несчастный Государь, принявший смерть во время последнего в истории России дворцового переворота. Несчастный сын, повторивший судьбу своего отца.

Короткое правление и личность этого императора были настолько загадочны и непонятны, что ученые-историки и по сей день пытаются найти истину. В данном реферате мы попытаемся разобраться, в чем же заключались загадки личности и правления императора Павла I.

Цель исследования. В соответствии с темой данного реферата, его целью является теоретический анализ загадок личности и правления императора Павла I.

Объект исследования. Объектом теоретического исследования в данном реферате является император Павле I.

Задачи исследования. В соответствии с темой данного реферата, а так же поставленной целью, был сформулирован ряд задач: 

		Изучить специализированную литературу по дисциплине «История государственного правления», на тему данного реферата: «Загадки личности и правления Павла I».

		Теоретически обосновать биографию императора Павла I.

		Охарактеризовать поведение и характер Павла I и выявить странности.

		Провести теоретический анализ правления Павла I и выявить странности.

		Подвести итог результатов выполненной работы.

Структура работы. Данный реферат состоит из введения, десяти теоретических параграфов, заключения и списка использованной литературы. Общий объем реферата составляет 32 страницы.




§1. Биография, воспитание и характер Павла I



Появление на свет Павла окутано завесой секретности. Глядя на портреты представителей дома Романовых, правивших до него, видно, что ни у одного из них нет таких черт, как у Павла: курносый, лобастый, с чуть выпуклыми глазами, широкогубый [2, c. 14]. Известно, что Екатерина II, его мать, испытывала к нему далеко не теплые чувства. Это породило легенду, а может, как раз и нет, о его рождении. Сам он считал своим отцом императора Петра III, мужа Екатерины II, но многие утверждали, что его отцом был любовник императрицы граф Салтыков. А вот иные заявляли, что такой уродливый, низкорослый, курносый мальчик не мог появиться от красавца-графа, что Екатерина родила мертвого ребенка, которого заменили новорожденным чухонцем из деревни Котмы возле Ораниенбаума. Затем для сохранения этой тайны всех жителей деревни выселили на Камчатку, а саму деревню снесли. А это – факт!

Павел I родился 20 сентября 1754 года, и тотчас же императрица Елизавета Петровна отобрала младенца у матери, поставив его колыбель у себя в спальне (так же Екатерина будет поступать и с детьми самого Павла). Мать мальчик видел редко, и лишь в присутствии Елизаветы и ее приближенных. Со временем она становилась для него малознакомой женщиной и все более отдалялась. Общество мамок и нянек, их рассказы о домовых и привидениях оказали плохое влияние на будущего императора, и без того излишне впечатлительного. С шести лет у него появился свой двор и другие воспитатели, среди которых ведущая роль принадлежала одному из знаменитых государственных деятелей своего времени – масону Никите Ивановичу Панину [9, c. 135]. Павла учили математике, истории, географии, языкам (он знал 4 языка), танцам, фехтованию, а когда подрос – физике, астрономии, политическим наукам, богословию. Кстати, он отличался набожностью. В 12 лет мальчик познакомился с идеями французских просветителей – Монтескье, Вольтера, Дидро, Гельвеция. Это не могло не сказаться в дальнейшем. С юных лет он сетовал при своих воспитателях на российские порядки: «Матушка развела дармоедов, все царство разворовали. Вырасту – всех прогоню палками».

Учился Павел легко, отличался остротой ума и чрезвычайно развитым воображением, но при этом отсутствием усидчивости и терпеливости. Он легко поддавался гневу и так же быстро отходил, был крайне упрям, но под влиянием других легко менял свое мнение, и, видимо, было в нем что-то такое, что один из его воспитателей» [7, c. 58].

Уже после смерти Елизаветы Петровны (Павлу тогда исполнилось 7 лет) он узнал, как на самом деле погиб его отец, Петр III, и об участии в этом его матери и гвардии. А затем «доброжелатели» нашептали мальчику, что после смерти Петра III императором должен был стать он, Павел, а мать могла быть при нем только регентшей до его совершеннолетия. 20 сентября 1772 года наступил день совершеннолетия. Но для него ничего не меняется, и еще 24 года придется мечтать о троне, тая страх и ненависть к своей матери. И чтобы умерить пыл наследника, Екатерина избрала проверенный способ – женитьбу. В 1773 году она женит его на немецкой принцессе Вильгельмине-Луизе (в православии – Наталье Алексеевне), а после смерти ее во время родов вновь женит сына в 1779 году на немецкой принцессе Софии-Доротее (в православии – Марии Федоровне). Даже если исходить из того, что Павел был для Екатерины лишь приемным сыном, теперь она получила возможность обрести внука, родного ей по крови.

В 1782 году Екатерина II отправила сына с женой под именем графа и графини Северных в путешествие по Европе. Австрия, Франция, Италия, Пруссия – и везде его принимали с таким почетом, какого он не знал на родине. Тогда же состоялось несколько свиданий с Папой Римским Пием VI. Побывав в Берлине у Фридриха II, он просто очаровался прусской регламентацией и беспрекословной дисциплиной. Еще в 1774 году Павел подал матери записку с критикой ее внешней политики и предложениями по борьбе с чиновничьим произволом. Теперь же критика усилилась. Екатерина, понимая, что с восшествием Павла на престол вся ее государственная программа будет уничтожена, задумала отстранить сына от трона в пользу внука Александра. Для начала она подарила ему Гатчину, куда он переехал со своим двором. Обойденный вниманием матери, испытавший к себе пренебрежение со стороны ее фаворитов, наследник, которому не доверяют никаких государственных дел, – в Гатчине был счастлив. Там все было устроено на прусский манер, даже форма маленького гарнизона. Только слухи о намерениях матери лишить его трона отравляли сознание. Павел стал подозрительным, вспыльчивым. Раздражительность все чаще прорывалась наружу в виде припадков безудержного гнева. Вместе с тем он быстро отходил, признавал свои ошибки, просил прощения, был щедр, старался заботиться о подчиненных. И очень хотел царствовать.



§2. Гамлет на русском троне. Странности царствования Павла I



Царствование Павла I было далеким от совершенства, которого, кстати, не достигал на русском троне никто ни до, ни после него, но литература, театр и кинематограф упорно лепили, только из него отталкивающий образ недалекого тирана и самодура [5, c. 8]. Между тем за четыре года своего правления он предпринял немало мер, действительно необходимых для государства, но провел свои реформы так стремительно и противоречиво, что они не успевали принести пользы. У него что-то получалось, что-то – не совсем, а что-то окончилось провалом. Однако надо отметить, что у Павла почти не было единомышленников, а все его указы воспринимались как бред сумасшедшего.

После смерти Екатерины II Павел I сжег в камине манифест об отстранении его от престола. Он не имел ни четкого плана государственных преобразований, ни опыта, ни навыков государственного управления и на практике руководствовался скорее личными чувствами и взглядами, что придавало его политике довольно противоречивый характер. По сути, идеалист, романтик, внутренне порядочный человек (а такие на российском троне долго не задерживались), но с чрезвычайно тяжелым характером, Павел быстро нажил себе множество врагов. Хотя он никого не казнил, зато покончил с неспешной, вальяжной жизнью екатерининских вельмож, посягнув на «святое» – безмерные вольности, которыми Екатерина одарила дворянство.

Сам император вставал в 5 утра, молился, принимал чиновников с докладами. Опоздавший увольнялся тут же. С должностей были удалены все фавориты Екатерины, а со службы – порядка 20 тысяч офицеров и чиновников[1, c. 39]. Даже для дворян вводились палочные наказания. У ворот дворца по приказу Павла I установили ящик, куда каждый подданный мог опустить письмо для него. И он все их читал, и даже старался помочь. Работая по 16 часов в день, он пытался вникнуть во все, даже в дела о пожарах и трактирных драках, о разведении овец и издании книг. Мечтая о наведении порядка, на деле император нагнал страху, но все же покончить с российским воровством было невозможно. Оказалось, что всеобщее воровство, лень и отсутствие дисциплины устраивали всех. Число врагов государя росло, а он недооценил их силу и решимость. Уже на этом этапе его деятельности можно сказать, что участь его как императора была решена: созрел заговор.

Были, однако, и другие причины для отстранения Павла I от власти, а также иные силы, непосредственно заинтересованные в этом. Увлекшись рыцарской целью восстановления «потрясенных тронов», Павел I оказался вовлеченным в антифранцузскую коалицию, куда вошли Англия, Австрия, Турция и Неаполь. Однако, увидев коварство союзников. (Англия захватила Мальту, Австрия – Италию), он порвал с коалицией. Началось его сближение с Наполеоном. В результате появился секретный план о совместном походе русских и французских войск в Индию [8, c. 76]. Выполнение этого плана нанесло бы тяжелейший удар по Англии. На фоне подготовки к походу в Англии пало правительство всемогущего Питта. Европа замерла в ожидании великих потрясений. Только смерть Павла I спасла Англию, а история Европы пошла по другому пути – по пути кровопролитных войн начала XIX века, в которые была втянута Россия.

Павел Петрович правил престолом менее пяти лет. Хотя его и готовили к царствованию, но после совершеннолетию он оказался в изгнании, будучи заперт во дворцах – Павловском и Гатчинском. Вступив на престол лишь 6 ноября 1796 года, несмотря на свое слабое здоровье. Самодержец проявил ревностную заботу о государственных делах. Он приступил к борьбе с беспорядками и расхищением государственной казны, ввел строгую дисциплину, укрепил тем самым военное могущество страны. 

Особым нападкам подвергался Государь за реформы в армии [7, c. 52]. Бессмысленной муштрой пытались представить его поистине героические условия по созданию дисциплинированного современного войска. Основной опорой власти оставалась армия и ее цвет - гвардейские полки. Роль их в дворцовых переворотах была хорошо известна. Одним из первых своих узаконенный Павел принял на себя звание шефа и полковника всех гвардейских полков. Их прежний состав не удовлетворял его. Теперь сюда вливаются гатчинцы, и со временем почти полностью заменяется офицерский состав.

Одновременно была сокращена численность армии: на 70 тысяч пехоты, на 25 тысяч кавалерии, всего на 105 тысяч, т.е. почти на треть всех вооруженных сил. Из армии были уволены все недоросли, лишь числившиеся в полках, но в действительности никогда не служившие. Причем сделали это оригинальным способом: им было приказано явиться на смотр, и как не явившихся их отчислили. Не смотря на такое мудрое решение, императора Павла обличили в солдафонстве. В исторических произведениях, как правило, не пишут, как исчезло такое несуразное явление общественной жизни, известное нам по одному из произведений А. С. Пушкина.

император павел царствование биография


§3. Сближение Франции и России



Неожиданно для многих Россия пошла на сближение с Францией, чему способствовали перемены в этой стране. Павел весьма прозорливо увидел в установлении власти первого консула признак отказа от антимонархической тенденции Французской революции и счел возможным заключить союз с недавним врагом.

Вряд ли в таком резком повороте можно усмотреть, как это часто делают, результат поспешного эмоционального решения. Возможно, что Павлом двигала и обида на англичан, но в решении поддержать Наполеона присутствовал трезвый расчет: русской монарх увидел в изменении внутреннего строя Франции залог ее усиления и предпочел дружить с первым консулом, нуждавшемся в представлении о том, как должна выглядеть страна. Для достижения своих целей он должен был дворян обесправить.

Аристократия стала слишком независимой, и ее подчинение монарху оказалась номинальным. Необходимо было ослабить влияние придворных, гвардейских офицеров, дворян вообще на государственную политику. Павел начал с ужесточения правил несения службы, отменив многие привилегии сословия. Представляется, что он не сумел найти достаточно действенного способа для обуздания столичной аристократии, и «Борьба с дворянством» осталась незавершенной [6, c. 255].

Введение трехдневной барщины было скорее продиктовано стремлением умерить злоупотребления землевладельцев, а не заботой о крестьянах. Но эта мера не сыграла отводившейся ей роли, так как обойти предписания верховой власти было совсем не сложно. Отметив также, что Павла заботила и экономическое процветание страны, в основе которого лежало стабильное развитие и крестьянского, и помещичьего хозяйства.

Результаты применение указа, регламентировавшего барщину, вряд ли были очень ощутимы. Исчерпывающего статических данных у нас нет, но можно констатировать, что сельское хозяйство России при Павле, по крайней мере, не пришло в упадок - несмотря на выявившуюся уже неэффективность основанного на крепостном праве землепользования. Об этом косвенно свидетельствует данные об экспорте зерна.

Политику Павла вполне можно назвать гибкой, так как он обычно поступал в соответствие с ситуацией. Порой ему даже удавалась весьма точно предугадывать дальнейший ход дела.

Немаловажное значение в деятельности Павла имела его социальная политика. Император стремился сохранить многообразие сословного строя, подчинив усилие всех единой цели - укрепление империи. Павел, наверное, и хотел бы опереться в своей деятельности на представителей образованных классов, но опереться было не на кого [5, c. 95]. Его правление было совсем недолгим, чтобы обзавестись сторонниками преобразований, подобных «Птенцам гнезда Петрова».

Преобразовательная деятельность Павла если и не была четко продумана, то, во всяком случае, не диктовалась ни прихотью, ни блажью. У Павла были определенные цели. Эти цели, да и средство их достижения, были не слишком привычны, но в них ощутима логика.

Так или иначе, склонных к самодурству и неудобных для очень многих своих подданных монарх пытался на свой лад переделать, обеспечив стране стабильность развития в постоянно изменяющемся пространстве новой европейской истории. Далеко не во всем Павел преуспел, но его политика, порой двойственная и противоречивая, оказалась не вовсе бессмысленной. Россия вышла из 18 столетия, и преемники Павла занялись - тоже с переменным успехом - обустройством державы.



§4. Программа реформирования Павла I



Самодержавие император Павел 1 признавал лучшей формой правления, соединяющий в себе силу законов и скорость власти одного лица.

Реформы Павла I не были скоропалительные и незрелы [7, c. 86]. Устраненный полностью своей матерью от участия в управлении государством, все свое свободное время наследник посвящал изучению права, экономики, положению дел в государстве. За годы вынужденного бездействия он подготовил продуманную программу реформирования России, которую начал спешно реализовывать при своем восшествии на престол, реализовал энергично и стремительно, будто чувствовал, что ему времени отпущено мало.

Регламентирующее начало коснулось и церкви. Расширяется власть вышестоящих иерархов на подчиненных им лиц. Ассигнуется значительная сумма для поддержки главной российской святыни – Троице-Сергиевской лавры. В Петербурге и Казани открываются духовные академии, церковь оставалась составной частью государственных учреждений, могла «учить понятию о Боге в прямом смысле, а не по суеверию». Павел I значительно улучшает материальное положение духовенства, способствуя поднятию нравственного уровня и авторитета его в народе. По его личному почину Святейший Синод вводит награждение духовенства золотыми наперсными крестами. До революции на обратной стороне синодального креста стояла буква «П» - инициал имени Императора Павла Петровича [8, c. 117]. Он же первым награждает духовенство светскими орденами, открывая тем для духовного сословия доступ к потомственному дворянству.

Павел всеми силами и средствами стремился доказать, что честь и благородство – категории вечные и не может быть таких времен, когда они утрачивают свою ценность. А если такие времена и наступают, то дело правителя исправить ситуацию, истребляя всяческую нечистоту. Одним из ярчайших деяний, предпринятых Государем в этом направлении было приобщение, как его самого, так и его подданных к традициям древнего мальтийского ордена.




§5. Император Павел I и Мальтийский орден



Закрывая масонские ложи, государь предусмотрительно позаботился о создании им альтернативы, способной уже на созидательных христианских началах заполнить досуг в светской общественной жизни. Поскольку в «романтический ХVIII век» люди вступали в ложи, часто лишь отдавая дань моде, проводя свободное время и увлекаясь более внешней, ритуально стороной с ее рыцарской символикой, чем туманной для непосвященного масонской идеей, то император Павел учредил Великое Русское Православное Приорство древнейшего рыцарского Ордена Иоанна, Крестителя Господня. 

Здесь необходимо отметить, что причиной принятия Павлом 1 титула Великого Магистра (что так же явилось развитием политики его матери) было его глубочайшее понимание высокого Служения идеи Православного Самодержавия. Возглавив древнейший в Европе рыцарский орден, объединявший в себе цвет всей европейской аристократии, Павел 1 стремился показать миру издревле признаваемое христианством служение императора как Вселенского Базилевса, и как Удерживающего тайну беззакония, равно как и «Внешнего Епископа Церкви», объединявшего народы для противостояния богоотступничеству (апостасии). Амвросий, архиепископ Казанский, в своем слове об императоре Павле сказал: «Приняв звание Великого Магистра Ордена св. Иоанна Иерусалимского, ты открыл в монаршеской особе своей общее для всех верных чад Церкви Прибежище покров и заступление».

Ныне некоторые богословствующие писаки проявляют ревность не по разуму, объявляя мальтийский крест – масонским (а порою и сатанинским) символом, находя его связь со свастикой III Рейха [6, c. 286]. По-видимому, авторы малосведущие в истории развития и традиций употребления древнехристианской, византийско-русской и западноевропейской духовной символики.

Мальтийский крест имеет свои прообразы в Священном Писании. Библейский праотец и патриарх Иаков пророчески почтил Крест, когда «верою поклонился, - говорит Апостол Павел, - на верх жезла своего» [5, c. 69]. Вот поэтому сегодня над рукоятием архиерейского жезла имеется крест, «ибо крестом мы, - пишет святой Симеон Солунский, - путеводимся и пасемся, запечатлеваемся, детоводимся и, умертвивши страсти, привлекаемся ко Христу» [1, c. 105-106].

Кроме всегдашнего и повсеместного церковного употребления, это форма креста, к примеру, была официально принята орденом святого Иоанна Иерусалимского, обосновавшимся на острове Мальта и открыто боровшимся против масонства, организовавшего, как известно, убийство Российского Императора Павла Петровича – покровителя мальтийцев. Так появилось наименование – «мальтийский крест».

Именно такая форма Святого Креста определила высшую великую награду Российской Империи – Георгиевский Крест. Все, кто награждался крестами святого Георгия Победоносца всех четырех степеней, именовались, как известно, «георгиевскими кавалерами». Наивно полагать, что все его награжденные были масонами.

Покровительство Ордену было обусловлено и стратегическими интересами: имея военную базу на острове Мальта, Россия получала выход на Средиземное море.

Сам же Орден, от начала имевший антимасонскую направленность, на момент принятия Павлом 1 предложенного ему самими Мальтийцами титула Великого Магистра уже не был ни чисто католическим (поскольку с вхождением в орденские владения в конце ХУ11 столетия Острожского майората, в Орден уже был открыт доступ Православным христианам), ни чисто монашеским, так как уже ранее многие рыцари получали разрешение от обета безбрачия , т.е. перестали быть монахами.

Рыцари Иоанниты имели право самостоятельно избирать Магистра, который обладал не только духовным саном, но и титулом светского монарха. Титул светлейшего владетельного князя вручался не от Папы, а от Императора Священной Римской Империи, коим являлся германский император. По сути дела, Папа лишь формально утверждал избранного рыцарями Магистра, и император Павел 1 мог обращаться за утверждением своего избрания к Папе Пию не как к духовному главе католического мира, а как юридическому светскому владетелю (владетелю «Патримония святого Петра» по, так называемому, «Константинову дару» - завещанию, оставленному якобы святым равноапостольным императором Константином Великим для Римской кафедры), отдавая дань древним традициям Ордена. Кроме того, император, будучи православным христианином, окончательно отметил с установлением Великого Российского Приорства и освобождением всех рыцарей от обета безбрачия былой статус Ордена как духовного, монашеского и католического и превратил его в рыцарско-корпоративный. 

Государь хотел модифицировать Мальтийский Орден, в своего рода, политическую партию, целями которой было бы претворение в жизнь благородных идеалов христианства и служение ближнему по заветам Спасителя. Через несколько десятилетий, после его гибели эти идеи частично реализовались в создании Международного Красного Креста. 

Такими необычными мерами император Павел 1 стремился укрепить, как он полагал, Православную Церковь и преодолеть разрыв между Церковью и обществом, возникший после Петровского Духовного Регламента. Обмирщению – общества было также противопоставлено единство духовного и государственного начал в Ордене, где дворяне приносили рыцарские обеты служения Церкви и Государю [1, c. 124].



§6. Внешняя политика Павла I



Под влиянием ужасов французской революции и убийства его дорогих друзей своей юности короля Людовика ХУ1 и королевы Марии-Антуанетты, Павел 1 смотрел на себя как на защитника Церкви, христианской государственности и богоустановленной монархии. И этими идеями он руководствовался в своей внешней политике. Внутри же страны царь боролся с зловредными воззрениями, проникшими с Запада в Россию. Восшедший на престол, Павел продолжил борьбу против «неистовой французской республики». Император Павел Петрович был готов на решительную борьбу с революцией. Не ради каких-либо прибылей, а во имя священного принципа. Монарший долг диктовал Павлу восстановить порядок во Франции и тем предотвратить угрозу мирового пожара. И он напутствовал Суворова в поход знаменательными словами: «Иди, спасай Царей» [6, c. 38].

По отношению к беженцам, покинувшим Францию во времена революционной бойни, Павел I проявил себя как великодушный и милосердный монарх, приняв в своей державе многих дворян, священников и иных французов, не желавших мириться с безбожной вакханалией. 

Император Павел прервал дипломатические отношения с Англией. Был отдан приказ арестовать английские торговые суда в российских портах. Еще недавно Павел был готов на решительную борьбу с революционной Францией. Своим монаршим долгом он считал необходимым восстановить в этой стране порядок и тем предотвратить угрозу мирового пожара. Напутствуя в поход Суворова, он произнес знаменитые слова: «Иди, спасай царей» [7, c. 168]. 

Когда Наполеон провозгласил себя первым консулом, что знаменовало конец французской революции, Государь Павел не захотел и дальше жертвовать кровью русский солдат, воевавших в Европе, ради нерадивых европейских союзников и воевать с Бонапартом. Таким образом, в области внешней политики был совершен крутой поворот, что соответствовало стилю действий российского самодержца. (Такое качество говорит о мобильности и гибкости его проницательного ума) Можно отметить, что царь выполнил одно из евангельских заповедей о блаженствах: «Блаженны миротворцы, яко тыи сынами Божими нарекутся». 


§7. А.В Суворов и оппозиция Павлу I



После смерти А. В. Суворова в 1800 г. преследовала царская немилость. Хоронили его не как генералиссимуса, а по штату фельдмаршала. За исключением конногвардейцев, гвардию не нарядили на похороны под предлогом усталости после парада. Ни царь, ни двор, ни петербургская знать на погребении не присутствовали. Официальной причиной немилости было то, что во время заграничного похода Суворов вопреки уставу имел при себе дежурного генерала. Вздорность этого повода была ясна.

Историки пытались отыскать «вину» полководца в изменении международных отношений, в тех или иных поступках Суворова как главнокомандующего союзными войсками, в состоянии армии, вернувшейся из итало-швейцарского похода. Получила широкое распространение версия о том, что Суворов подвергся немилости из-за интриг завистников и недоброжелателей. Авторитетный биограф полководца А. Ф. Петрушевский пришел к выводу, что причина опалы «заключается не в поступках Суворова, а в духовной натуре Павла», для выяснения которой требуется исследование не столько историческое, сколько патологическое. Другая догадка состояла в том, что царь поверил каким-то «ужасным слухам» о Суворове и увидел в полководце потенциального заговорщика.

Современные биографы видят причину конфликта в том, что Павел I насаждал в армии прусские порядки, основанные на муштре и палочной дисциплине [3, c. 238], Суворов же пытался отстоять национальные принципы военного строительства. Однако конкретные проявления этого конфликта, вызвавшие опалу Суворова, остаются все еще не раскрытыми. При этом биографы по-прежнему ищут разгадки то в духовной натуре Павла I, то в инсинуациях недоброжелателей, то в мнимой угрозе военного переворота. Однако далее догадок и предположений, не опирающихся на факты, дело пока не пошло.

Загадочный образ действий Павла I в Персии, по-видимому, дал первый толчок для образования вокруг В. А. Зубова оппозиции офицеров, служивших ранее под его начальством [1, c. 154]. Военные преобразования царя, насаждение гатчинских порядков в армии встретили резкое сопротивление в военных кругах. Особенно сильно оно проявилось в ближайшем окружении Суворова. Он не ввел в действие новые уставы, не распустил своего штаба, по-прежнему сам увольнял офицеров в отпуск, посылал их курьерами. Нововведения Павла «воспламенили» Батурина: он захотел видеть источник всех изменений собственными глазами, испросил у Суворова отпуск и 14 января 1797 г. прибыл в Петербург. Павел I, узнав о приезде офицера суворовской дивизии, получившего отпуск в нарушение дисциплины, без высочайшего повеления, приказал тотчас выслать Батурина обратно в Тульчин и сделал Суворову выговор.

Однако Батурину все же удалось пробыть в Петербурге около 16 часов. Случайно он встретил П. А. Строганова (они были знакомы через Апраксина, приходившегося Строганову родственником) и провел все это время в строгановском доме, в обществе «молодых друзей» наследника престола, великого князя Александра. «Молодые друзья» - П. А. Строганов, Н. Н. Новосильцев, А. А. Чарторыский (позже к ним присоединился и В. П. Кочубей) - составляли оппозиционный кружок, который ставил своей конечной целью конституционное преобразование России, занимался же пока приготовлением умов к предстоящим реформам. По словам Строганова, Батурин полностью разделял мнения «молодых друзей» и резко порицал павловские нововведения. Они посоветовали Батурину по дороге назад изучать общественные настроения, чтобы потом воспользоваться ими. Впоследствии «молодые друзья» вынуждены были раскаяться и в своей откровенности и в столь неосторожно данном совете.

Еще при воцарении Павла I в ближайшем окружении Суворова вынашивались планы государственного переворота. Полковник А. М. Каховский, служивший ранее в штабе фельдмаршала, его любимец и в то же время человек, тесно связанный с братьями Зубовыми, обдумывал возможность мятежа. Его мысль состояла в том, чтобы в Новороссии, в военном округе, подчиненном Суворову, распространить среди солдат слухи о том, что Павел I собирается все переделать в России по прусскому образцу и намерен изменить православную религию. Для пущей убедительности Каховский замышлял переодеть какого-нибудь преступника фельдъегерем, якобы присланным императором, повесить этого «царского гонца», поднять дивизию Суворова, присоединить к ней пехотный полк своего дяди В. Л. Давыдова, стоявший в Полтаве, получить подкрепления в Киеве и других городах, двинуть войска на Петербург и свергнуть царя. Каховский не открыл своего плана Суворову, но зондировал его мнение на этот счет. Идеи заговорщиков, видимо, находили отклик в душе Суворова, но затевать гражданскую войну он не хотел. «Молчи, молчи,- ответил он Каховскому,- не могу. Кровь сограждан».

Летом 1798 г. в руки Павла I попали сведения о существовании в армии оппозиции его режиму, которая, с одной стороны, была связана с братьями Зубовыми, а с другой - ориентировалась на наследника престола.

В ходе расследования выяснилось, что более двух лет в Смоленской губернии действовал антиправительственный кружок, состоявший из офицеров Петербургского драгунского, Московского гренадерского, 4-го артиллерийского полков, чиновников местной администрации, отставных военных и гражданских лиц. Ядро кружка - «канальский цех» - составляли 8-10 человек, носивших конспиративные клички. Связанных же с кружком лиц насчитывалось около трех десятков. Главными действующими лицами здесь были Каховский и исключенный из службы бывший командир Петербургского полка полковник П. С. Дехтерев. В кружок входили сменивший его на этом посту полковник Киндяков, офицер того же полка полковник И. Бухаров, подполковник А. П. Ермолов, командовавший ротой 2-го артиллерийского батальона, капитан В. С. Кряжев, адъютант и управляющий канцелярией смоленского военного губернатора. Им покровительствовали шефы Петербургского полка генерал-лейтенант П. И. Боборыкин и генерал-майор Д. Тараканов.

С кружком были связаны чины губернской администрации: предводители дворянства (губернский Н. Б. Потемкин и уездный М. О. Сомов), чиновники канцелярии военного и гражданского губернатора С. Тучков, А. Потапов, Т. Тутолмин [3, c. 202]. Возможно, знал о существовании кружка и сам губернатор М. М. Философов, в прошлом участник оппозиционного кружка братьев Панины. Он оказывал покровительство Дехтереву и Каховскому, а также опальному генералу П. Б. Пассеку и сыну его, будущему декабристу П. П. Пассеку.

Заговорщики имели связи в Москве, Петербурге, Орле, Дорогобуже, Несвиже, Калуге, Киеве. Они стремились установить тесные контакты с лицами, замешанными в каких-либо антиправительственных поступках, старались поддерживать таких лиц. Члены «канальского цеха» стремились всеми доступными средствами усилить недовольство режимом среди населения, содействовали распространению сведений и слухов, дискредитирующих правительство, вели пропаганду. Собрания кружка происходили в имении Каховского Смоляничи, в с. Котлин, принадлежавшем полковничьей вдове М. И. Розенберг (видимо, родственница шефа Московского гренадерского полка А. Г. Розенберга), в доме Петра Киндякова. Здесь читались произведения энциклопедистов, а также книги, в которых восхвалялись Французская республика, «ее правление и вольности», произносились «вольные и дерзские рассуждения... о военной строгости и об образе правления». Обсуждался вопрос об убийстве Павла I.

Hуководители кружка дружественными и служебными узами тесно связаны с зубовским семейством [3, c. 254]. Согласно показаниям Кряжева, «Каховский и Дехтерев, будучи подкрепляемы, почитали себе протекторами кн. Платона и Валериана Зубовых». По заключению Линденера, Зубовых Дехтерев «почитал более всего и, конечно, во всем ими подкрепляем был». По словам Мещерского, Дехтерев был «любимцем» и «протеже» В. А. Зубова, его «творением» и «по нем вышел из ничего в полковники». Павел Киндяков также был «привязан» к брату фаворита и считался у него «приближенным». Среди членов кружка были офицеры, участвовавшие в персидском походе Зубова. Ермолов, брат Каховского по матери, в 1794 г. находился в Польше, а в 1796 г.- в Закавказье под командованием Зубова. Отец Ермолова служил под начальством генерал-фельдцейхмейстера П. А. Зубова и был «правой рукой» екатерининского фаворита. В молодости Ермолов был близок к П. А. Зубову и очень высоко ценил его. Жена командира Московского драгунского полка М. И. Зыбина приходилась Ермолову родной теткой.

В имении Каховского жил, согласно доносу, «неординарного ума капитан», находившийся ранее при Платове, уже доказавшем свою преданность зубовскому семейству. При обыске в платье Дехтерева были найдены две золотые табакерки с портретами П. и В. Зубовых, а также и Каховского. Наконец, когда следствие уже было завершено, Петр Дехтерев из места своей ссылки (Томск) прислал брату Владимиру письмо с просьбой получить у В. А. Зубова 10 тыс. руб., которые тот ему был должен. В. С. Дехтерев переслал это письмо по почте В. А. Зубову. Оно попало в руки правительства, и брат екатерининского фаворита был окончательно скомпрометирован.

Следователи не без основания, хотя и односторонне считали «смоленский заговор» делом рук братьев Зубовых. Ясно, что Зубовы оказывали кружку поддержку, возможно, даже и материальную, и стремились использовать его в своих целях. Но, конечно, деятельность кружка выходила за рамки тех целей, которые ставил перед собой клан екатерининского фаворита, потерявший со смертью императрицы силу и власть.

Следствие в Смоленской губернии проходило в два этапа. Первый протекал в Дорогобуже, второй - в Смоленске. На первом этапе в июле - августе были арестованы офицеры Петербургского драгунского полка и ряд отставных. Их обвинили в цареубийственных замыслах, лишили чинов и дворянства; троих заточили в крепость, прочих отправили в ссылку, причем пятерых - в Сибирь [1, c. 303]. На этом дело было прекращено. Однако в ноябре Линденер затеял по этому же делу новое следствие, произвел новые аресты. Он привлек к расследованию офицеров других частей, чиновников местной гражданской и военной администрации. Кроме того, его стараниями выяснилось, что к смоленскому делу в той или иной степени причастны генерал-прокурор А. Б. Куракин, чиновники его канцелярии М. М. Сперанский и Пшеничный, канцлер А. А. Безбородко, его ближайший помощник Д. П. Трощинский, племянник канцлера В. П. Кочубей, генерал-адъютант А. И. Нелидов, двоюродный брат фаворитки царя, жена киевского военного губернатора А. Дашкова, смоленский военный и гражданский губернатор Философов, генерал-лейтенант Боборыкин, генерал-майоры Тараканов, Белуха, шефы Петербургского драгунского полка братья П. А. и В. А. Зубовы.

Это свидетельствовало о том, что речь шла не о группе провинциальных офицеров, а об оппозиции Павлу I в столице. Среди вновь арестованных оказался Кряжев, согласно показаниям которого руководители кружка противопоставляли правления Павла I и Екатерины И, проявляли симпатии к «женскому правлению» и намеревались совершить покушение на жизнь императора, предварительно заручившись поддержкой наследника престола. Таким образом, в конце 1798 г. в руках Линденера оказались новые нити, которые вели в Петербург. Однако как ни старался следователь «распутать» все дело, он постоянно встречал противодействие из столицы.



§8. Заговор против Павла I



Заговор против Павла 1 начал созревать едва ли с первых дней его царствования. Заговорщики оправдали свой замысел сместить императора тем, что он оказался на престоле вопреки воле императрицы Екатерины, т.е. занял трон незаконно и чуть ли не силой. К тому же судачили, что его отцом был вовсе не Петр III, а Салтыков, тогдашний фаворит царицы. 

В заговоре против Павла поражает то, как хладнокровно и расчетливо убийцы сплетали свою сеть. Здесь впервые было опробовано оружие, которое через сто лет будет пущен в ход против Николая II: ложь, клевета, подогревание страстей, доведение до абсурда распоряжений Императора, распространение анекдотов, дискредитация, сплетни, слухи о будто бы готовящихся репрессиях и опалах. 

Верный слуга Государя, князь Александр Суворов, явившийся в Санкт-Петербурге в ореоле Европейской славы, был страшен заговорщикам [1, c. 305]. Один его авторитет, одно его присутствие делали невозможным готовившийся заговорщиками государственный переворот. Хитроумно вызванная немилость Павла 1 к Суворову была, таким образом, лишь одним из звеньев в цепи заговора. 

В роковой вечер 11 марта Государь Павел был в подавленном настроении. Только что пришло печальное известие из Вены. Там скончалась при родах любимая его дочь Александра, ставшая супругой эрцгерцога Иосифа после неудачной помолвки со шведским королем Густавом 1У. К этому добавилось влияние скверной сырой погоды (была оттепель) и воспоминание о недавнем случае. 

Закончив трудовой день, перед отходом ко сну, Император Павел Петрович долго молился на коленях в своей опочивальне перед образом. Впрочем, похоже, он и не собирался ложиться, иначе почему не снял одежду? Видно, тревожное предчувствие одолели его душу, преследовали мрачные мысли. 

Горяча его молитва, сужденная быть предсмертным молением о Чаше. Душа рвется из земной оболочки на вечное слияние с Предвечным Богом. Миропомазанник просит о благе и счастье вверенного ему народа, а для себя сил и помощи…

В то же самое время заговорщики завершили подготовку задуманного. Отягченные винными парами после обильной попойки для храбрости, они идут на свое дело. Они вдруг бросаются врассыпную, напуганные громким карканьем вороньей стаи, внезапно взлетевшей с крыши Михайловского замка. И с тех пор, по сказу народному, ежегодно в час цареубийства, невесть откуда слетается стая воронов- оборотней – черные душу убийц Императора Павла Петровича.

Взломав дверь, цареубийцы бросились в комнату, однако императора в ней не оказалось. Начались поиски, но закончились они безуспешно. Дверь в опочивальню императрицы также была заперта изнутри. Поиски продолжались несколько минут, пока не вошел генерал Бенигсен. Он подошел к камину, прислонился к нему и в это время увидел императора, стоявшего на молитве за экраном. Заговорщики нашли Павла за ширмой. 

Один против пьяной ватаги Павел стоит безоружный, в полумраке опочивальни всматриваясь в своих палачей. Бесстрашно гладит он в глаза смерти. Князь Платон Зубов, действовавший в качестве оратора и главного руководителя заговора, обратился к императору с речью. Отличавшийся обыкновенно большою нервностью, Павел на этот раз, однако, не казался особенно взволнованным и, сохраняя полное достоинство, спросил, что им всем нужно.

Платон Зубов отвечал, что «деспотизм» его сделался настолько тяжелым для нации, что они пришли требовать его отречения от престола.

Император Павел, преисполненный искреннего желания доставить своему народу счастье, сохранять нерушимо законы и водворять повсюду правосудие, вступил в спор, сильно жестикулируя. Пьяным убийцам, в наглую прохаживавшимся по его покоям, государь оказал яростное сопротивление. Он выхватил из ножен шпагу со словами: «Я умру вашим императором!» Шталмейстер граф Николай Зубов, человек громадного роста и необыкновенной силы, будучи совершенно пьян, ударил Павла по руке и сказал: «Что ты так кричишь?»

При этом оскорблении император с негодованием оттолкнул левую руку Зубова, на что последний, сжимая в кулаке массивную золотую табакерку, со всего размаху нанес правою рукою удар в левый висок императора. Он без чувств повалился на пол. Озверевший Зубов, размахнувшись, ударяет тяжеловесной золотой табакеркой, подарок Екатерины, в висок Павла Петровича, и он с громким стоном падает. Все сразу, как почуявшие кровь хищники, набрасываются на него цареубийцы. Бульдожьей мертвой хваткой Пален обеими руками впивается ему в горло. Таким образом, он вступил в неравный бой и принял мученическую кончину за свой подвиг царственного служения.

Так погиб гуманнейший Государь, кроме добра России и народу ничего не желавший. Приблизительно до девятисотых годов, т.е. столетия кончины Императора Павла Первого в России было строго запрещено касаться в печати обстоятельств цареубийства 11 марта 1801 года. Император Павел Первый царствовал четыре года, четыре месяца и четыре дня, и был убит на сорок седьмом году жизни. 

Своей подвижнической жизнью и мученическим концом Павел 1 как бы искупил прежние грехи династии [1, c. 319]. Род Романовых, исчезнувший после Петра Великого, при Павле 1 разрастается и становится одним из самых плодовитых царских родов Европы. Всем известно, что обильное потомство – знак благословения Божия, особенно это касается царских родов. Можно смело сказать, что Павел 1 стал новым родоначальником русский царей. Он навсегда прекратил борьбу за царский престол внутри рода, издав свой известный «Закон о Престолонаследии», четко определявший, кто должен вступать на трон после монарха. В потомках его заметно истинное, благородство, возвышенность духа, преданность Православной вере и идеалам служения Отечеству, что сильнее всего проявлялось в последнем нашем Государе Николае II [1, c. 312].



§9. Павел I глазами историков его эпохи



Судя по портретным изображениям, Павел Петрович имел несомненное внешнее сходство, как с отцом, так и с матерью. А если и были лица, что называется, державшие свечку, присутствовавшие при акте зачатия будущего императора от некоего постороннего лица, то воспоминаний они не написали и предпочли остаться неизвестными. Впрочем, сама Екатерина Великая не прочь была поддерживать слухи о незаконности происхождения Павла – ей это было весьма на руку. Она ведь собиралась передать престол старшему внуку, а вовсе не сыну. 

Другой любимый сюжет историков павловского времени – сумасшествие императора. В утверждениях, что Павел был безумен, торопливые историки так преуспели, что смогли навязать массовому сознанию это утверждение как непреложный факт [2, c. 188]. А между тем доказательств никаких нет. Такое «доказательство», как якобы несомненная психическая ненормальность Петра Третьего, унаследованная его сыном, – не более чем миф, старательно распространявшийся Екатериной Второй и ее приспешниками. 

Безусловно, Павел I не был ангелом во плоти и имел очень тяжелый характер – тому есть причины. Легко представить итоговое душевное состояние человека, который, будучи отпрыском царской крови и законным наследником престола, с детства и до 42-летнего возраста жил фактически в золотой клетке, под надзором, не имея никаких властных полномочий и никакого влияния, встречая откровенное пренебрежение и неуважение со стороны матушкиных фаворитов, подвергаясь иногда прямым унижениям, не имея возможности толком общаться с собственными детьми, которых матушка у него отбирала в собственных видах и для ограждения от «дурного влияния». 

Павел откровенно ненавидел и заслуженно презирал уклад и атмосферу чудовищно развращенного и лицемерного екатерининского правления. Он искренне мечтал «вымести всю эту грязь и мерзость», утвердить в России высокие чистые нравы, установить истинно просвещенную монархию и достичь идеальной государственно-общественной гармонии. Он сам неоднократно говорил об этом при свидетелях [2, c. 195].

Но сумасшедшим неадекватным импровизатором Павел не был никогда. Просто он свято верил в волшебную силу своей императорской воли. И в то, что отданные им словесные приказы будут такой же волшебной силой превращаться в дела, не встречая никакого сопротивления. А время было уже совсем другое. Петровский деспотизм, дикий и неограниченный, ушел в прошлое. За век дворцовых переворотов русская аристократия научилась окорачивать своих монархов и указывать им пределы полномочий, не посягая при этом на императорскую власть. 

Про Павла история сохранила множество анекдотов. Некоторые из них широко известны. Например, анекдот про "поручика Киже" - несуществующего офицера, созданного ошибкой писаря, каковой офицер милостью императора за несколько дней вырос в чинах от поручика до генерала, потом якобы умер и был якобы похоронен, а император прислал ему на могилу венок. Или анекдот про то, как император сослал в Сибирь целый полк за ошибку в маршировке на плацу... 

Ничего этого в реальности не было. Зато было многое другое. Были императорские указы, касавшиеся несущественных бытовых мелочей жизни рядовых подданных: 

	Указ о запрете ношения круглых шляп, жилетов, фраков и башмаков с лентами; 

	Указ о непременном гашении в домах света ровно в 9 часов вечера; 

	Указ о запрещении носить бакенбарды; 

	Указ о запрещении носить прическу с тупеем (локоном), опущенным на лоб; 

	Указ о запрещении танцевать непристойный танец вальс; 

	Указ о запрещении кучерам кричать и материться во время езды; 

	Указ о запрещении употреблять в речи и на письме слова «клуб», «совет», «представитель», «гражданин»; 

	Указ о запрещении ввоза иностранных книг и торговли теми, которые уже имеются. 

Все это – типичные проявления характера самовластно-деспотической личности. Непризнание чьей-либо воли и авторитета, кроме своих собственных. Попытки охватить неохватное. Намерение руководить тем, чем руководить нельзя – глаз не хватит, и руки не дотянутся. Стремление вмешиваться даже там, где стороннее вмешательство бессмысленно и смешно.

Император словно дает понять подданным, что он вездесущ, как Бог, и непрерывно следит за ними своим грозным всевидящим оком. И, к сожалению, не способен понять, что таким вмешательством и всеприсутствием только раздражает общество и восстанавливает его против себя. Волей-неволей поверишь, что царь сумасшедший, коли его государственный ум занят такими вещами, как бакенбарды и локоны. 

На версию павловского безумия вроде бы работают и другие факты. Например, объявление им 15 июля 1799 года войны Испании, на что испанский двор недоуменно ответил: война так война, извольте, да только для воевания нам негде сойтись – ни на суше, ни на море места нет. Или намерение вместе с Наполеоном Бонапартом вторгнуться в Индию и вышибить оттуда англичан – при всем том, что ни по морю, ни посуху добраться до Индии русская армия в то время никак не могла... 

Но эти факты объяснимы. Несостоявшуюся войну Испании Павел объявил в отместку за дипломатическую поддержку ею Французской республики. К Великобритании он был настроен не менее враждебно, чем тогдашнее британское правительство к России. В Наполеоне Бонапарте (тогда еще не императоре, только первом консуле) Павел безошибочно угадал будущего грозного противника – и решил превратить его из противника в друга и союзника. Что ему, в общем-то, почти удалось, но ненадолго – продолжить дело помешала смерть. 


§10. Государственная мудрость Павла I



Примеров трезвомыслия и государственной мудрости императора Павла немало. Петровский закон о престолонаследии, позволявший монарху самому назначать себе наследника-преемника и тем создававший благоприятную атмосферу для дворцовых переворотов, Павел отменил – и ввел новый закон, безотказно действовавший до самого конца русской монархии. Он ограничил работу крепостных крестьян на барской запашке (барщину) тремя днями в неделю, резонно указав, что крестьянам тоже надо кормиться, а не только работать на господский карман. Он поставил на деловую основу перевооружение армии и обучение войск ратному делу; упразднил прежние порядки, благодаря которым некоторые липовые «офицеры» дослуживались до высоких чинов, ни дня не побывав в строю. Он ввел правила отчетности и делопроизводства, благодаря которым российская административная система начала избавляться от екатерининского вольного разгильдяйства [9, c 94-95].

Но предметом особого внимания Павла была честь – честь офицерская, гражданская, семейная, деловая, служебная. Едва ли не половина всех указов и именных повелений императора касалась вопросов чести. И здесь он был особенно суров и непреклонен, ибо полагал, что «подлость, низость и бесчестие» - главные причины всех российских неурядиц, что дерзкая выходка пьяного младшего офицера и многотысячное взяточничество высокого гражданского чиновника равно опасны для общественной нравственности и устоев российской государственности. 

Даже такое деяние Павла, как взятие им на себя обязанностей великого магистра рыцарского Ордена святого Иоанна Иерусалимского, было продиктовано соображениями чести. 




ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Данный реферат посвящен теоретическому анализу загадок личности и правления императора Павла I.

Выполненная работа позволила нам сделать вывод, что основная цель Павла I как императора – привить в России рыцарские нравы, в то же время история, опыт и традиции иоаннитов казались ему в этом отношении весьма ценными и поучительными. Но его просвещенного деспотизма не нашла поддержки в тогдашнем российском обществе. Сорокамиллионная держава мрачно безмолвствовала. А в высших аристократических кругах зрело угрожающее недовольство. Русские дворяне, облагодетельствованные привилегиями Жалованной грамоты 1785 года, не хотели вспоминать петровскую дубинку. Потому и игнорировали разумные павловские начинания, а неразумные и деспотические выходки императора раздували сверх всякой меры.

Правление Павла Петровича длилась всего 5 лет, но за этот небольшой срок наметились весьма серьезные изменения во внешней и внутренней политики России, в аппарате управления, в социальной сфере. Причины весьма противоречивых и незавершенных преобразований 1796- 1801 гг. порой сводят к стремлению императора все делать наперекор матери, но вряд ли так можно объяснить реформирование армии, отмену привилегий дворян и горожан, установление нового порядка престолонаследия, неоднозначные перемены во внешнеполитических ориентациях.

Тяжелая золотая табакерка, которой императора били в висок, и офицерский шарф, которым его душили, прекратили жизнь Павла. По зловещей иронии судьбы Павел I стал единственной жертвой последнего дворцового переворота. И, как выяснилось, переворота напрасного: павловские реформы остановить не удалось, к екатерининским порядкам Россия никогда более не вернулась.

Загадки личности и правления Павла I и до настоящего времени не разгаданы. Современные исторические исследователи размышляют: русский православный император – великий магистр католического ордена. Есть мнение, что Павел I вовсе не собирался перекрещивать подданных в другую веру. Он мечтал привить в России рыцарские нравы, история, опыт и традиции иоаннитов казались ему в этом отношении весьма ценными и поучительными.

В результате выполнения данного реферата мы сумели достичь поставленной цели, решив исходящие из нее задачи.




СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



		Брикнер А.Г. История Павла I. / А. Г. 

		Пашков Б. Г. Хроника правления и событий 1862 – 1917 гг. Б. Г. Пашков. М.: Наука, 2008.

		Сак А. В. Павел Первый и его загадочная личность А. А. Сак. – СПб.: Герда, 2006.

		Сахаров А. Н. История России 17 – 19 вв. / А. Н. Сахаров

		Совков А. М. История России: проблемы, события, люди. А. М. Совков. М.: Феникс, 2007.

		Сорокин Ю.. А. Исторический портрет императора Павла I. Ю. А. Сорокин. – СПб.: Питер, 2007.

		Чиж В. П. Павел I как злодей, властелин, фанатик. В. П. Чиж. – М.: ИНФРА-М, 2007.