Ответственность за заражение ВИЧ-инфекцией

Тема: Ответственность за заражение ВИЧ-инфекцией






Содержание



		Введение	4

		Глава 1. Правовое регулирование уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией в уголовном праве России	6

		1.1. Система преступлений против здоровья по Уголовному кодексу РФ	6

		1.2. Основные тенденции совершения преступлений – заражение ВИЧ-инфекцией	16

		1.3. Понятие и состав заражения ВИЧ-инфекцией	22

		Глава 2. Проблемы уголовной ответственности медицинского работника за заражение ВИЧ-инфекцией	25

		Заключение	34

		Список литературы	36

	


Введение



СПИД (синдром приобретенного иммунодефицита человека), названный «чумой XX века», представляет собой тяжелое хроническое, на сегодняшний день неизлечимое заболевание, поражающее иммунную систему человека. До того как заболеть этой болезнью, человек может длительное время быть вирусоносителем. Вирус иммунодефицита человека передается через кровь во время ее переливания, через раны, порезы, при половых контактах, через грудное молоко от матери к ребенку. Группами риска по ВИЧ-инфекции являются наркоманы, нередко использующие поочередно одни и те же шприцы и иглы для введения наркотических средств, лица, занимающиеся проституцией, гомосексуалисты. Однако в России история этой страшной болезни начиналась со случая заражения медицинскими работниками группы детей в г. Элиста. До этого были лишь единичные случаи заболевания лиц, приехавших из других стран, где они находились в командировках, на отдыхе и т.п.

С тех пор утекло много воды... Количество лиц, заболевших СПИДом, увеличивается день ото дня. Число вирусоносителей исчисляется сотнями. Наибольшее число ВИЧ-инфицированных проживает в Московской области — около 23 тыс. человек. В Москве инфицировано более 15 тыс. человек. Таким образом, только в Москве и Московской области заражено ВИЧ-инфекцией около 38,5 тыс. человек. Велико число зараженных этой страшной инфекцией и в Санкт-Петербурге — около 22 тыс. человек. Вместе с Ленинградской областью количество зараженных лиц составляет более 28 тыс. человек. Большое количество инфицированных лиц зарегистрировано в Свердловской (22,4 тыс.), в Самарской (19,6 тыс.), в Иркутской (16 тыс.), в Челябинской (13,5 тыс.), в Оренбургской (11,5 тыс.) областях. Вместе с тем наиболее благоприятными по ВИЧ-инфекции являются такие регионы, как Чукотский, Эвенкийский и Корякский автономные округа: во всех трех округах, вместе взятых, количество инфицированных составляет 11 человек.

В связи с сказанным представляется актуальным изучение уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией предусмотренной ст. 122 УК РФ, а также проблем ее применения.

Цель данной работы: Изучить уголовную ответственность за заражение ВИЧ-инфекцией.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

		Рассмотреть правовое регулирование уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией в уголовном праве России;

		Определить проблемы уголовной ответственности медицинского работника за заражение ВИЧ-инфекцией.

Структура работы состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы.


Глава 1. Правовое регулирование уголовной ответственности за 

заражение ВИЧ-инфекцией в уголовном праве России



1.1. Система преступлений против здоровья по Уголовному 

кодексу РФ



Интерес к системе преступлений против здоровья человека связан, главным образом, с принятием концептуально нового уголовного законодательства, которое содержит немало новелл, касающихся уголовно-правовой оценки действий насильственных преступников. Достаточно указать, например, на замену законодателем в диспозициях соответствующих статей термина "телесное повреждение" на более широкое понятие "вред здоровью", чтобы понять несколько иной подход законодателя при квалификации преступлений против здоровья.

Проблема заключается еще и в том, что тот или иной вред здоровью потерпевшего определяется в настоящее время на основе Правил судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г., которые сменили в своей ипостаси аналогичный нормативный акт, принятый в 1978 г. Новеллизация Правил, их правомочность по отношению к Федеральному закону (УК РФ) требует специального изучения и анализа. Однако уже сейчас высказываются мнения о необходимости принятия специального Федерального закона (а не ведомственного нормативного акта), на основе которого бы правоприменитель мог квалифицировать причиненный потерпевшему вред здоровью. В данному случае, как представляется, иерархия нормативных источников определения степени тяжести вреда здоровью человека была бы поднята на качественно новый уровень.

Система преступлений против здоровья человека интересна также тем, что в действующем УК РФ появились составы преступлений, ранее неизвестные правоприменителю. В их числе в первую очередь следует назвать угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ) и принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ст. 120 УК РФ). Оба состава преступлений, помимо того, что посягают сразу на два объекта уголовно-правовой охраны - жизнь и здоровье человека, требуют толкования указанных в них признаков, а также соотношения с уже имеющимися преступлениями в рамках рассматриваемой главы. Относительно новым по конструкции для уголовного законодательства России является состав побоев (ст. 116 УК РФ), который представлял собой, выражаясь терминологией УК РСФСР 1961 г., легкий вред без расстройства здоровья, теперь же характеризующийся не только нанесением собственно побоев, но и совершением иных насильственных действий, причиняющих физическую боль потерпевшему.

Следует заметить, что в УК РФ помимо преступлений, указанных в главе 16, имеются и другие составы, связанные с применением физического насилия к потерпевшему. Достаточно, например, отметить составы похищения человека и незаконного лишения свободы, сопряженные с применением насилия, опасного для жизни и здоровья (п. "в" ч. 2 ст. 126 и п. "в" ч. 2 ст. 127 УК РФ), изнасилование (ч. 1 ст. 131 УК РФ), в том числе и соединенное с причинением тяжкого вреда здоровью (п. "в" ч. 2 с. 131 УК РФ), насильственные действия сексуального характера (ч. 1 ст. 132 УК РФ), в том числе и соединенные с причинением тяжкого вреда здоровью (п. "в" ч. 2 ст. 132 УК РФ), еще целый перечень других преступлений, насчитывающий более 55 составов, которые распределены в 6 разделах и 13 главах.

Как представляется, систематизация указанных составов преступлений требует специального изучения, так как физическое насилие в них, в какой бы форме оно ни осуществлялось, не является самоцелью (собственно целью преступника), а служит лишь средством для достижения других преступных целей (похищения человека, неправомерного завладения чужим имуществом и т. п.). Следовательно, данные составы преступлений имеют иную, по сравнению с преступлениями против здоровья человека, правовую природу. Смеем предположить, что они являются производными от базовых по своей сущности составов преступлений похищения, грабежа и т. п., а потому являются лишь их квалифицированными разновидностями, отягощенными сложным построением объективной стороны, включающим применение физического насилия. Вот почему нет никакой необходимости включать данные противоправные деяния в систему преступлений против здоровья по действующему УК РФ 1996 г.

Третьим обстоятельством, вызвавшим интерес к системе преступлений против здоровья человека, стала новая редакция (по сравнению с УК РСФСР) традиционно известных ранее составов преступлений. Уместно в этой связи указать на такие статьи, как ст. 111 и ст. 112 УК РФ (умышленное причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью), ст. 117 УК РФ (истязание), претерпевшие самые значительные среди преступлений рассматриваемой группы изменения в количественном и качественном отношениях.

В связи с вышеизложенным целесообразным представляется научное осмысление новых уголовно-правовых законоположений о преступлениях против здоровья человека на предмет их адекватности доктрине уголовного права, а также прогноз эффективности действия уголовно-правовых норм, посвященных рассматриваемым насильственным посягательствам. Актуальной указанную проблему делает также высокий процент статистической стабильности соответствующих преступлений в общей структуре преступности в стране за последние годы, который фиксирует официальная статистика, отмечают многие исследователи.

В Уголовном кодексе РФ 1996 г. преступления против здоровья человека размещены в главе 16 раздела 7 вместе с преступлениями против жизни, хотя по прежней традиции отечественного уголовного законодательства названные выше виды преступлений располагались раздельно. Несмотря на законодательное объединение этих преступлений в одной главе УК, все же, как нам представляется, преступные деяния, посягающие на здоровье человека, целесообразно рассматривать как самостоятельную группу преступлений.

В уголовно-правовой литературе, когда речь идет о совокупности норм, предусматривающих ответственность за посягательства на личность, в частности на здоровье человека, их именуют по-разному. Одни теоретики ее называют группой, другие - видами, третьи - системой. Так, А.С. Никифоров писал: "Телесные повреждения образуют самостоятельную группу преступлений, посягающих на здоровье потерпевшего как на свой единственный непосредственный объект". С такой трактовкой определенной общности преступлений против личности категорически был не согласен профессор Н.И. Загородников. По его мнению, в данном случае наиболее правильным является применение термина "система". В монографии "Преступления против жизни" при формулировании названия первого параграфа автор употребил следующее сочетание: "Преступления против жизни, их виды и система". Однако следует заметить, в тексте самого параграфа ничего не говорится о системе и о том, что она предполагает или означает. В связи с этим, думается, что название параграфа в работе Н.И. Загородникова есть лишь интуитивное отражение объективного процесса сосредоточения соответствующих уголовно-правовых норм в нечто целое.

Представляется, наименование той или иной однородной совокупности норм, в частности о преступлениях против здоровья, с помощью понятия "система" с научных позиций является наиболее удачным. Термин "система" отражает онтологические свойства входящих в ее сущность структур хотя бы уже потому, что "система" в переводе с греческого означает целое, составленное из частей.

В настоящее время знания о системах и системных исследованиях существенно углублены, и характеристика понятия системы дается с помощью нескольких признаков. В частности, Д.А. Ли определяет систему как построенную на том или ином основании (принципе) органическую целостность, внутри которой все элементы (подсистемы, части) равновесны, соразмерны, тесно связаны друг с другом, что позволяет анализировать ее как нечто единое. Если признать уголовное право в целом закономерно сложившимся системным образованием, то, как правильно отмечает профессор Э.С. Тенчов, его Особенная часть также будет представлять собой систему, поскольку отвечает всем присущим в таком случае признакам. Во-первых, совокупность преступных деяний, включенных в Особенную часть, образует концептуальную сущность; во-вторых, представляет собой некое множество; в-третьих, характеризуется определенной упорядоченностью; в-четвертых, структурой; в- пятых, организацией.

Известно, что всякая система, кроме того, имеет определенное иерархическое строение. В.Н. Садовский пишет, что это системное свойство явления или изучаемого объекта неразрывно связано с потенциальной делимостью элементов системы и наличием для каждой системы многообразия связей и отношений. Факт потенциальной делимости элементов данной системы означает, что элементы системы в свою очередь могут рассматриваться как особые системы меньшего объема (подсистемы). Иерархическое строение системы предполагает, что ее элементы, отношения, связи могут быть разложены на более элементарные отношения и связи и на их основе могут сформироваться системы более низкого уровня. Применительно к сказанному полагаем, что основой структурализации Особенной части УК РФ должны выступать совокупности конкретных видов преступлений, одной из которых является система преступлений против здоровья человека.

В последнее время преступления против здоровья традиционно классифицируют на две большие группы: 1) посягательства, причиняющие тот или иной вред здоровью человека, а также 2) посягательства, ставящие в опасность жизнь и здоровье потерпевшего, что имеет в своей основе определенную логику. При этом обычно к первой группе относят: ст. ст. 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 121, 122УКРФ, ко второй ст.ст. 119, 120, 123, 124, 125 УК РФ.

По мнению А.С. Никифорова, целесообразность выделения в рамках преступлений против здоровья отдельно посягательств, ставящих в опасность жизнь и здоровье потерпевшего, обусловлено двумя причинами.

Во-первых, для уголовной ответственности за рассматриваемые преступления как за оконченное деяние не требуется причинения потерпевшему реального вреда. Достаточно того, что создается угроза жизни и здоровью потерпевшего, возникает опасность причинения ему смерти или расстройства здоровья. Во-вторых, опасные для жизни и здоровья преступления по своей природе таковы, что обычно их совершение создает опасность одновременно как для здоровья, так и для жизни потерпевшего. Практически довольно трудно, а в отдельных случаях вовсе невозможно заранее сказать, к чему может привести такое опасное для жизни и здоровья преступление: к лишению жизни или только к причинению вреда здоровью потерпевшего. Поэтому хотя и можно было бы попытаться теоретически выделить в этой группе преступления, угрожающие только здоровью, на практике такая дифференциация оказалась бы несостоятельной.

Справедливости ради надо сказать, что сама по себе классификация преступлений против здоровья на две большие группы по своей сути является далеко не бесспорной, хотя в ее основе лежит, как уже было сказано, достаточно универсальный критерий - реальность причинения вреда здоровью человека. Все дело в том, что некоторые преступления рассматриваемой главы УК РФ имеют в своей структуре составы, потенциально относящиеся к первой и второй группам одновременно. Взять хотя бы статью 122 УК РФ (Заражение ВИЧ-инфекцией), которая по общему правилу относится к первой классификационной группе, так как заражение в юридической литературе традиционно рассматривают как специальный вид причинения вреда здоровью человека. Вместе с тем есть основания усомниться в правомерности определения места данного преступления в системе преступлений, причиняющих вред здоровью человека, поскольку объективная сторона ч. 1 ст. 122 УК РФ предполагает совершение лицом действий, лишь ставящих в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, а не само заражение, которого может в итоге и не произойти.

Таким образом, не вдаваясь в полемику относительно количественного состава той или иной группы, согласимся со сложившейся в доктрине уголовного права системой преступлений против здоровья, включающей в себя, с одной стороны, преступления, причиняющие вред здоровью той или иной тяжести, и, с другой, преступления, ставящие в опасность жизнь и здоровье потерпевшего. Здесь принципиальных подвижек законодатель просто не заложил. Гораздо более перспективным с теоретико-практической точки зрения представляется выделение разновидностей преступлений в рамках каждой из указанных подсистем. Причем наибольший простор в рассматриваемом вопросе открывается применительно к первой группе преступлений против здоровья человека, поскольку они могут быть классифицированы по различным основаниям: по степени тяжести причиненного вреда, по конструктивным особенностям состава преступления, наконец, по форме вины.

Что касается первого основания, то УК РФ различает три разновидности причинения вреда потерпевшему: тяжкий вред здоровью, вред средней тяжести и легкий вред здоровью потерпевшего.

Уголовную ответственность за нанесение тяжкого вреда законодатель дифференцирует в зависимости от формы вины. С одной стороны, он различает умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего и устанавливает наказание за его совершение в ст.ст. 111, 113 и 114, а с другой, предусматривает ответственность за неосторожное причинение тяжкого вреда и формулирует в связи с этим отдельную уголовно-правовую норму в ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ. Кроме того, среди умышленного причинения тяжкого вреда здоровью законодатель склонен различать основной состав (ч. 1 ст. 111 УК РФ), квалифицированный, т. е. состав с наличием отягчающих обстоятельств (ч. 2 и 3 ст. 111 УК РФ), особо квалифицированный, т. е. с наличием особо отягчающих обстоятельств (ч. 4 ст. 111 УК РФ) и привилегированный, т. е. состав с наличием смягчающих наказание обстоятельств (ст. 113, 114 УК РФ).

Следует заметить в этой связи, что круг обстоятельств, отягчающих причинение тяжкого вреда здоровью, в УК РФ 1996 г. значительно расширен и сформулирован по некоей аналогии ч. 2 ст. 105 УК РФ, а вот круг смягчающих данное преступление обстоятельств пополнился лишь одним новым составом - умышленным причинением тяжкого вреда здоровью, причиненным при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2 ст. 114 УК РФ).

Уголовная ответственность за нанесение человеку вреда средней тяжести предусмотрена в ст. 112, 113, 114 и 118 УК РФ. При этом, как и в отношении тяжкого вреда, законодатель различает как умышленное совершение данного преступления (ст. 112, 113, 114 УК РФ), так и нанесение соответствующего вреда по неосторожности (ч. 3 и 4 ст. 118 УК РФ).

Нельзя не обратить внимание на то, что УК РФ выделяет три разновидности умышленного причинения вреда здоровью средней тяжести. Имеется в виду, во-первых, основной состав (ч. 1 ст. 112 УК РФ), во-вторых, квалифицированный (ч. 2 ст. 112 УК РФ) и, в- третьих, привилегированный (ст. 113 и 114 УК РФ). Применительно к рассматриваемому преступлению, как и в случае с причинением тяжкого вреда здоровью, законодатель в УК РФ 1996 г. вводит значительное количество отягчающих обстоятельств, ранее неизвестных правоприменителю. Среди привилегированных составов умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью следует констатировать такие, как совершение рассматриваемого преступления в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ), превышения пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 114 УК РФ), а также при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2 ст. 114 УК РФ).

Нанесение легкого вреда здоровью человека в УК РФ не дифференцируется. Законодатель предусматривает лишь умышленную форму совершения данного преступления (ст. 115 УК РФ), не предлагая при этом градацию деяния на основной, квалифицированный и привилегированный состав. В этой связи, думается, что ненаказуемость причинения легкого вреда здоровью по неосторожности вполне обоснованна в силу незначительной степени общественной опасности содеянного. По тем же мотивам не существует и вариантных особенностей (как в сторону смягчения, так и в сторону отягчения) рассматриваемого состава преступления.

Правда, УК пытается определенным образом классифицировать причинение легкого вреда здоровью человека, разделяя его, во-первых, на повлекший кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, ответственность за который и установлена в ст. 115 УК РФ, и, во-вторых, не повлекший вышеуказанных последствий. Во втором случае уголовная ответственность наступает лишь при наличии особого способа совершения рассматриваемого деяния, характеризующегося нанесением побоев или совершением иных насильственных действий. Таким образом, в УК РФ сформулирован состав побоев (ст. 116 УК РФ). Как уже неоднократно отмечалось в юридической и медицинской литературе, побои не составляют особого вида повреждений. Они являются лишь действиями, характеризующимися многократным нанесением ударов, не влекущими последствий, указанных в ст. 115 УК РФ.

Еще одной специфической разновидностью причинения легкого вреда здоровью является состав истязания (ст. 117 УК РФ). Данное преступление, как и состав побоев, характеризуется специфическим содержанием объективной стороны (в частности, наличием оценочного признака — систематичности), содержит ряд отягчающих обстоятельств, а потому требует отдельного анализа.

Завершая разговор о первой группе преступлений против здоровья человека, назовем еще два специальных состава- заражение венерической болезнью (ст. 121 УК РФ) и заражение ВИЧ-инфекцией. Оба общественно опасных деяния являются частной формой причинения вреда здоровью человека и отличаются между собой главным образом разновидностями возбудителей инфекционных болезней.

Что касается выделения разновидностей преступлений, ставящих в опасность жизнь и здоровье человека, то они могут быть классифицированы лишь в зависимости от наступления или не наступления тех или иных последствий в результате преступных действий виновного.

Так, к рассматриваемым преступлениям, не влекущим (согласно конструкции состава) никакого вреда здоровью относится угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ), принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ст. 120 УК РФ), незаконное производство аборта (ч. 1 и 2 ст. 123 УК РФ), за исключением особо квалифицированного вида данного преступления, и оставление в опасности (ст. 125 УК РФ).

К преступлениям, ставящим в опасность жизнь и здоровье человека и влекущими по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью, законодатель отнес основной состав неоказания помощи больному (ч. 1 ст. 124 УК РФ), а к имеющим своими последствиями наступление по неосторожности смерти потерпевшего или причинения тяжкого вреда его здоровью - состав особо квалифицированного вида незаконного производства аборта (ч. 3 ст. 123 УК РФ) и квалифицированного вида неоказания помощи больному (ч. 2 ст. 124 УК РФ).

Полагаем, что существующая в действующем УК РФ система преступлений против здоровья человека является наиболее целесообразной для правоприменителя в силу ее прагматичности.



1.2. Основные тенденции совершения преступлений – заражение

ВИЧ-инфекцией



Преступления против здоровья человека традиционно занимают значительное место в общей структуре преступности в Российской Федерации. На протяжении последних двадцати лет они составляют едва ли не основное содержание всего объема насильственных посягательств в стране. Их динамика в связи с этим представляет неподдельный интерес как со стороны ученых-теоретиков, составляющих прогноз развития криминальной ситуации на определенный период, так и со стороны практических работников, непосредственно участвующих в профилактике и пресечении подобного рода посягательств.

Ежегодный прирост преступлении, умышленно причиняющих вред здоровью человека средней тяжести, к началу 2003 года составляет более 2000 преступлений, что по темпам прироста хотя и несколько меньше аналогичного ежегодного показателя преступлений, умышленно причиняющих тяжкий вред здоровью человека, однако характеризуется довольно значительным уровнем, требующим принятия решительных мер по борьбе с данным видом противоправного поведения.

Актуальность сказанного подтверждается также абсолютным показателем рассматриваемого преступления. К началу 2003 года в стране впервые за последние десять лет зафиксировано рекордно высокое количество преступлений, умышленно причиняющих вред здоровью средней тяжести—35 100 преступлений. Причем, следует заметить, психологическая отметка в 30 000 преступлений в год, державшаяся на протяжении восьми лет (с 1993 по 1999 годы), значительно приподнята в течение всего лишь трех лет (2000-2002 годов), что, безусловно, требует отдельного изучения с целью недопущения дальнейшего столь стремительного распространения данного преступления в масштабах России.

Таким образом, анализируя статистические данные только двух вышеисследованных преступлений против здоровья человека, можно заключить, что жестокость и насилие в настоящее время заняли в нашем обществе прочное место. Отдельные специалисты в этой связи весьма пессимистически оценивают перспективы борьбы с ними на современном этапе. "Есть основания ожидать, — утверждают санкт-петербургские ученые, — дальнейшего роста предумышленных насильственных преступлений в России". Подобные прогнозы неоднократно высказывались как на местном, так и на региональном уровне.

Столь существенный количественный скачок в статистической отчетности некоторые специалисты отчасти объясняют более объективной по сравнению с предшествующими годами регистрацией выявленных преступлений.

Характеризуя преступность в России как высоколатентную, группа отечественных криминологов отмечает, что в прошлом уголовная статистика отражала далеко не все совершавшиеся преступления, так как часть из них не становилась известной правоохранительным органам, а часть, становившаяся известной, по разным причинам не находила отражения в уголовной статистике. Поэтому, полагают ученые, даже незначительное снижение латентности фактической преступности привело к увеличению числа зарегистрированных деяний.

Надо сказать, что среди криминологов бытуют различные мнения о значении статистики как таковой, ее роли в криминологических исследованиях. В настоящее время нет однозначного ответа на вопрос, что представляет собой статистика как совокупность цифровых сведений, характеризующих явления и процессы общественной жизни? То ли это отражение реально функционирующих в обществе явлений, в данном случае преступности, то ли отражение результатов деятельности органов, регистрирующих преступления, или все вместе, взятое в различных пропорциях, или нечто иное, недоступное для нашего понимания на данном этапе развития науки?

Представляется, что правильную точку зрения в рассматриваемом вопросе занимает Д.А.Ли, который утверждает, что "статистика в узкопрактическом смысле есть количественное описание изучаемого явления через систему математических абстракций". По существу математика, — пишет автор, — как бы расширяет рамки чисто качественного подхода и чисто качественного описания. Это означает, что мышление юриста протекает уже на качественно ином содержательном уровне — на уровне предметных понятий, конкретных образов и представлений с их реальными структурно-функциональными связями и закономерностями. В результате появляется уникальная возможность анализа и прогнозирования различных качественных характеристик изучаемого явления, в данном случае — преступлений против здоровья человека.

Профессор В.В. Лунеев отмечает: "Нынешнее состояние государственной статистики о зарегистрированной преступности нельзя признать удовлетворительным. Народ, общество, государство не знают действительной криминологической обстановки в стране и в связи с этим не могут принять адекватных мер по контролю над ней. А выборочная (по усмотрению милиции) уголовная ответственность может быть не только разрушительной для права, но и общественно опасной".

Аналогичные суждения высказывает также авторский коллектив под руководством А.И.Долговой. Ученые утверждают, что "уголовная и судебная статистика в значительной мере отражают не саму преступность, а лишь практику реагирования потерпевших, а также правоохранительных органов на преступления".

Действительно, уголовно-правовая статистика не всегда может целиком охватить генеральную совокупность исследуемых преступлений (в данном случае — все реально совершенные преступления против здоровья человека за определенный период) и зарегистрировать их, что связано с неоднозначностью, субъективным свойством такой "материи", как человеческая деятельность. В этом смысле нельзя не признать наличие так называемой латентной (скрытой от учета) преступности.

Совершенно понятно, что никому и никогда не удавалось привлечь к ответственности и тем самым "зарегистрировать" всех преступников. Латентная преступность во всех странах существовала, существует и будет существовать. Другой вопрос, каков процент этой самой неучтенной преступности по отношению к общему количеству реально совершенных противоправных посягательств — 20, 30, 40, 50 процентов или более, насколько точно уголовная статистика отражает реальную картину совершаемых в России преступлений, в частности, преступлений против здоровья?

В юридической литературе отмечается, что латентность зависит от целого ряда объективных и субъективных факторов (реакции на совершенное преступление населения, контролирующих, правоохранительных и других государственных органов, состояния регистрации и учета преступлений, характеристик законодательства о борьбе с преступностью и т.д.), а также от природы конкретного вида преступления. Считается, что чем серьезнее категория преступления (принимая во внимание объект посягательства), тем ниже для него коэффициент скрытности. В этой связи мы полагаем, что правы те исследователи, которые констатируют невысокий уровень латентности преступлений против здоровья человека.

Таким образом, обобщая сказанное, следует заключить, что:

• во-первых, официальная статистика в части регистрации преступлений против здоровья представляет собой репрезентативную и независимую (объективную) выборку, анализируя которую можно получить достаточно достоверные знания о размерах и свойствах генеральной совокупности рассматриваемых насильственных преступлений;

• во-вторых, определенные погрешности в регистрации исследуемых преступлений, связанные, в частности, с латентностью, несущественно влияют на формирование общей картины совершения того или иного преступления, а потому с достаточной долей очевидности возможно предположить основные тенденции в динамике его развития.

В связи с этим актуальным представляется анализ состояния преступлений, в частности «Заражение ВИЧ-инфекцией» (ст. 122 УК РФ).





Диаграмма 1. 



Следует заметить, что среди преступлений против здоровья человека существуют два специальных (по отношению к разновидностям причинения вреда здоровью) состава, посягающих или создающих угрозу причинения вреда здоровью человека. Это — заражение венерической болезнью (ст. 121 УК РФ) и заражение ВИЧ-инфекцией (ст. 122 УК РФ). И хотя в официальной статистике они занимают далеко не лидирующее место, представляется необходимым вкратце остановиться на их количественных показателях.

Согласно диаграмме 1, количество преступлений, связанных с заражением венерической болезнью, в течение шести последних лет существенно сократилось. Так, если в 1996 году официальная статистика зарегистрировала 510 указанных преступлений (при примерно аналогичных показателях в 1993-1995 годах), то в 1997 году их число упало до отметки 167 преступлений в год, то есть в три с лишним раза.

В последующий период, вплоть до начала 2003 года, удельный вес рассматриваемых преступлений продолжал стремительно снижаться. Причем за период с 1997 по 2002 год количество рассматриваемых преступлений сократилось в девять (!) раз—со 167 преступлений до 18 преступлений в год.

Безусловно, такое снижение официально регистрируемых фактов заражения венерической болезнью требует своего комплексного изучения, однако уже сейчас очевидно, что данное преступление не представляет первостепенной опасности для общества, а потому отходит на второй план в контексте выработки программных мер борьбы с преступлениями против здоровья человека.

Совершенно противоположная ситуация наблюдается применительно к составу заражения ВИЧ-инфекцией. Здесь картина официальной статистики выглядит весьма тревожной. С 1997 года по 2002 год общее ежегодное количество рассматриваемых преступлений увеличивается едва ли не в геометрической прогрессии.

Так, в 1997 году статистика зафиксировала лишь 12 указанных преступлений, в 1998 году—уже 25, в 1999 году—34 исследуемых преступления. Кратное увеличение регистрируемых фактов заражения ВИЧ-инфекцией возобновилась в 2001 году и было зафиксировано на отметке 72 преступления в год, то есть в два с лишним раза больше, чем в 1999 и 2000 годах. 2002 год также принес двадцатипроцентную прибавку общего количества рассматриваемых преступлений.

Таким образом, есть все основания в будущем ожидать очередного повышения общего числа заражений ВИЧ-инфекцией в общей структуре преступлений против здоровья человека, что является весьма негативной тенденцией в рамках исследуемой группы преступлений, учитывая характер ВИЧ-инфекции. Таким образом, подводя итог сказанному, можно констатировать, что среди преступлений против здоровья человека, совершаемых в Российской Федерации, устойчивую негативную тенденцию ежегодного прироста обнаруживает «Заражение ВИЧ-инфекцией».

Перед государством в этой связи стоит задача выработки адекватных предупредительных и организационно-правовых мер, которые позволили бы существенным образом повлиять на общую негативную картину совершения преступлений против здоровья человека и сократить их суммарное количество на основе планомерного и последовательного анализа криминогенных факторов и иных условий, способствующих совершению данного рода общественно опасных посягательств.



1.3. Понятие и состав заражения ВИЧ-инфекцией



ВИЧ-инфекция (ст. 122 УК) значительно более опасна для человека, чем венерическая болезнь. Пока еще она не поддается излечению. Поэтому можно согласиться с теми учеными, которые считают объектом этого преступления не только здоровье, но и жизнь человека. С учетом опасности ВИЧ-инфекции для жизни законодатель установил ответственность не только за заражение, но и за заведомое поставление лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией.

Способ совершения этого преступления в законе не регламентирован, но чаше всего поставление в опасность заражения ВИЧ-инфекцией осуществляется путем полового гетеро- или гомосексуального контакта или путем использования шприцев наркоманами.

Субъективная сторона характеризуется тем, что лицо осознает, что является носителем ВИЧ-инфекции, о чем говорят слова «заведомое поставление». Это предполагает наличие прямого умысла (когда виновный желает заразить другое лицо), косвенного умысла (когда он безразлично относится к возможности заражения) или легкомыслия (когда он рассчитывает, что заражения не произойдет, например, вследствие стерилизации, хотя, как потом выяснилось,- недостаточно тщательной, использованного шприца).

Субъект — вменяемое физическое лицо, достигшее 16 лет и являющееся носителем ВИЧ-инфекции.

Квалифицированный состав этого преступления предусмотрен ч. 2 ст. 122 УК. Он констатируется, если виновный заразил другое лицо ВИЧ-инфекцией. При этом для квалификации преступления не имеет значения, заболел ли потерпевший СПИДом.

Федеральный закон от 18 декабря 2003 г. дополнил ст. 122 УК примечанием, предусматривающим освобождение от уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией. Как известно, эта инфекция может передаваться половым путем. В ряде случаев лицо предупреждает своего партнера о наличии у него ВИЧ-инфекции, но это не останавливает потенциального потерпевшего от близости. В таком случае было бы несправедливо привлекать лицо к уголовной ответственности.

Особо квалифицированный состав преступления (ч. 3 ст. 122 УК) будет иметь место в том случае, если заражены два или более лица или несовершеннолетний, причем виновный должен знать, что потерпевший, не достиг 18 лет.

Часть 4 ст. 122 УК предусматривает самостоятельный состав преступления — заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. С преступлением, предусмотренным ч. 1—3 этой статьи, общим является только последствие — заражение ВИЧ-инфекцией.

Субъектом этого преступления является медицинский работник, связанный с переливанием донорской крови, использованием медицинских инструментов или контактирующий с ВИЧ-инфицированными лицами.

Объективная сторона преступления выражается в ненадлежащем исполнении таким лицом своих профессиональных обязанностей, нарушении служебных инструкций по вторичному использованию медицинских инструментов, их стерилизации и других мерах профилактики заражения ВИЧ-инфекцией.

Субъективная сторона — неосторожность в форме легкомыслия или небрежности.

Названное примечание к ст. 122 УК не касается заражения или поставления в опасность заражения двух или более лиц либо заведомо несовершеннолетнего, а также случаев заражения вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.


Глава 2. Проблемы уголовной ответственности медицинского 

работника за заражение ВИЧ-инфекцией



Как видим из предыдущей главы, количество заболевших СПИДом увеличивается с каждым днем. К несчастью, растет число инфицированных детей. Наибольшее число зараженных детей в Свердловской (978), в Иркутской (866), в Московской (704), в Самарской областях (667), в Санкт-Петербурге (588), в Челябинской области (367). Большая часть детей заразились ВИЧ-инфекцией от матерей в период внутриутробного развития. Однако остальная часть, составляющая примерно 10-15%, были заражены медиками при осуществлении ими своих профессиональных функций (в основном при переливаниях крови).

Несмотря на предпринимаемые государством и медицинскими учреждениями меры, по-прежнему одним из самых опасных факторов распространения вируса остается переливание крови. В нем нуждаются лица, страдающие лейкемией, анемией, попавшие в автокатастрофы и другие. Спрос на донорскую кровь и ее компоненты велик. В средствах массовой информации все время сообщается о новых случаях парентерального (через кровь) заражения ВИЧ-инфекцией в российских медицинских учреждениях.

В феврале 2004 г. ВИЧ-инфекцией была заражена 23-летняя пациентка Киреевской районной больницы Тульской области. После благополучно проведенной операции выяснилось, что кровь, перелитая девушке, была инфицирована. По словам представителя Московской областной прокуратуры Е. Пчеленковой, с 2001 года им стало известно о 325 случаях заражения пациентов различными инфекциями (ВИЧ-инфекцией, сифилисом, гепатитом В и С) в результате переливания «грязной крови». Вместе с тем уголовных дел по фактам заражения пациентов медицинскими работниками у них до сих пор не было.

Статья 122 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) предусматривает уголовную ответственность, во-первых, за заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, а во-вторых, за фактическое заражение ею. Ответственность за поставление в опасность заражения данной инфекцией не дифференцируется в зависимости от субъекта преступления. За это деяние могут нести равную ответственность и лица-вирусоносители, и медицинские работники. Что касается фактического заражения, то в данном случае уголовная ответственность различна для лиц-вирусоносителей, знавших о наличии у них этой инфекции, и для лиц, выполнявших свои профессиональные обязанности ненадлежащим образом.

Норма об уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией далека от совершенства. Видимо, в этом кроется одна из основных причин крайне редкого ее применения на практике.

Вначале следует определить круг медицинских работников, которые способны нести уголовную ответственность за рассматриваемые преступления. Заготовкой крови занимаются специальные учреждения — станции переливания (пункты забора) крови. Допустим, медицинский регистратор, в обязанности которого входит проверка прописки донора, установление наличия или отсутствия противопоказаний к донорству и другое, этого не делает. Должен ли он нести уголовную ответственность за поставление другого человека в опасность заражения ВИЧ-инфекцией? Ведь кровь должна проходить карантинизацию в течение 6 месяцев, в течение этого времени донор, сдавший кровь, обследуется повторно с целью выявления у него возможных инфекцией, передаваемых с кровью. Кроме того, кровь (плазма) имеет определенный срок хранения и вообще может быть не перелита пациенту. На этапе регистрации донора неизвестно, о какой инфекции идет речь: о ВИЧ-инфекции, вирусе гепатита, сифилисе, другом венерическом заболевании. Вместе с тем поставление в опасность заражения венерической болезнью не наказывается в уголовном порядке, равно как и поставление в опасность заражения гепатитом В или С.

Думается, что ненадлежащее выполнение медрегистратором своих профессиональных обязанностей, в результате чего возникает реальная опасность заражения ВИЧ-инфекцией других лиц, дает основания для квалификации его действий (бездействия) по ч. 1 ст. 122 УК РФ при условии, что поведение медика характеризуется прямым умыслом. Диспозиция данной уголовно-правовой нормы такова, что наказуемым признается сам факт поставления в опасность заражения другого лица ВИЧ-инфекцией.

За поставление в опасность заражения названной инфекцией должны нести ответственность и другие медицинские работники, которые непосредственно забирают кровь и ее компоненты (для переливания, клинических исследований и т.п.), переливают их или выполняют с ними иные манипуляции с нарушением установленных правил, а также врачи самых разных специальностей (стоматологи, хирурги, гинекологи и др.), ненадлежаще исполняющие свои профессиональные обязанности и ставящие в опасность заражения ВИЧ-инфекцией своих пациентов. Однако следует иметь в виду, что данное преступление очень латентно. Правоохранительным органам и общественности, как правило, становится известно лишь об уже свершившихся случаях заражения ВИЧ-инфекцией: если «грязная» кровь была перелита больному или были совершены иные действия (акты бездействия), приведшие к фактическому заражению.

Фактическое заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей наказывается в соответствии с ч. 4 ст. 122 УК РФ. И хотя закон прямо не называет медицинских работников как возможных субъектов данного преступления, в действительности поведение именно этих лиц, ненадлежаще выполняющих свои профессиональные функции, приводит к заражению пациентов ВИЧ-инфекцией. Таким образом, по ч. 4 ст. 122 УК РФ несут ответственность только специальные субъекты, причем преступление совершается ими в момент выполнения своих профессиональных обязанностей.

Установление субъективной стороны преступлений, предусмотренных ст. 122 УК РФ, может вызвать сложности в судебно-следственной практике, в особенности если речь идет о заражении ВИЧ-инфекцией в результате ненадлежащего выполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей. В связи с этим рассмотрим данный вопрос более подробно.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 122 УК РФ (заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией), предполагает лишь прямой умысел. Об этом свидетельствует указание законодателя на заведомость. Признак заведомости означает, что виновное лицо, осознавая высокую степень вероятности заражения другого лица ВИЧ-инфекцией, тем не менее, совершает действия или акты бездействия, которые ставят потерпевшего в опасность заражения. Прямой умысел в данном случае характеризует такое психическое состояние медицинского работника, при котором он осознает общественную опасность своего поведения, ставящего в опасность заражения ВИЧ-инфекцией другое лицо, и желает поступить таким образом. Уголовный закон не требует наступления реальных последствий в виде причинения вреда здоровью другого человека вследствие заражения ВИЧ-инфекцией. Само заражение может и не произойти. Более того, если заражение происходит, ответственность должна наступать не за поставление в опасность заражения данной инфекцией, а за деяние, предусмотренное ч. 4 ст. 122 УК РФ. Уголовная ответственность за фактическое заражение повышенная.

Итак, заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией совершается только с прямым умыслом.

Данное преступление необходимо отграничивать от оставления в опасности (ст. 125 УК РФ). Различие состоит главным образом в объективной стороне этих преступлений и времени совершения. В первом случае, применительно к составу заведомого поставления в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, виновное лицо еще лишь создает ситуацию опасности, при которой жизни или здоровью другого человека может быть причинен существенный вред. Во втором случае ситуация опасности уже имеет место. Она сложилась либо в результате предварительных действий самого виновного лица, либо в силу других обстоятельств. Первое преступление может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия, второе — пример бездействия.

Определить форму вины применительно к случаю заражения сложнее. Законодатель не говорит здесь о заведомости, не употребляет других терминов, указывающих на умышленный характер преступления. Заражение ВИЧ-инфекцией в медицинских учреждениях происходит преимущественно по неосторожности — в результате легкомыслия или небрежности со стороны медиков. Случаи умышленного заражения медицинскими работниками своих пациентов ВИЧ-инфекцией крайне редки.

Согласно ч. 2 ст. 24 УК РФ деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Подобного указания в ч. 4 ст. 122 УК РФ нет. Следовательно, можно предположить, что в намерения законодателя входило установление ответственности как за умышленное, так и неосторожное совершение рассматриваемого преступления. Косвенным подтверждением этому служит сопоставление санкций анализируемого преступления с санкциями неосторожных преступлений против жизни и здоровья человека. Санкция ч. 4 ст. 122 УК РФ для неосторожного преступления неоправданно высока. Сопоставление этой санкции с санкцией, предусмотренной в норме об ответственности за причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ), позволяет сделать вывод о том, что причинение медицинским работником смерти при ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей наказывается мягче, чем заражение ВИЧ-инфекцией.

Неосторожное причинение смерти вследствие ненадлежащего исполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 1 09 УК РФ) наказывается в качестве максимального наказания лишением свободы сроком до трех лет, в то время как заражение ВИЧ-инфекцией (ч. 4 ст. 122 УК РФ) лишением свободы на срок до пяти лет. При этом дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (в частности, медицинской) сроком до трех лет в случае причинения смерти является факультативным, т.е. может и не назначаться, В случае же заражения ВИЧ-инфекцией назначение указанного дополнительного наказания составляет обязанность суда. Его неназначение возможно лишь на основании ст. 64 УК РФ (назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление).

Как уже отмечалось, в медицинских учреждениях России заражение ВИЧ-инфекцией происходит, как правило, по неосторожности, а не умышленно. Однако уголовный закон не дифференцирует ответственность за заражение этой инфекцией в зависимости от формы вины — умышленной или неосторожной. Установление повышенной в сравнении с причинением смерти по неосторожности ответственности было бы понятно, если бы речь шла об ответственности за умышленное заражение ВИЧ-инфекцией, но конструкция рассматриваемой нормы такова, что теоретически допускает любую форму вины. В результате неосторожное заражение пациента ВИЧ-инфекцией медицинским работником может быть наказано строже, чем причинение по неосторожности смерти пациенту.

При прямом умысле медицинский работник должен осознавать общественную опасность своего поведения, выразившегося в ненадлежащем выполнении своих профессиональных обязанностей, предвидеть возможность или неизбежность заражения пациента ВИЧ-инфекцией и желать наступления этих последствий. При косвенном умысле медицинский работник осознает общественную опасность заражения другого лица ВИЧ-инфекцией в результате нарушения им своих профессиональных обязанностей, предвидит возможность заражения другого лица этой инфекцией, не желает этих последствий, но сознательно их допускает либо относится к ним безразлично.

Медицинские работники, выполняющие ненадлежащим образом свои профессиональные обязанности, как правило, относятся легкомысленно к возможности заражения пациентов ВИЧ-инфекцией и рассчитывают на предотвращение этих последствий. К примеру, регистратор станции переливания крови, не проверивший донора по компьютерной картотеке вирусоносителей, поверивший донору, утверждавшему, что он не является носителем ВИЧ, надеется на то, что кровь все равно тестируется на наличие антител ВИЧ, гепатита В и С, сифилиса, поэтому заражения не произойдет.

Психическое отношение к факту заражения пациента может быть и в виде небрежности. В таком случае медицинский работник, ненадлежаще исполняющий свои профессиональные обязанности, вообще не предвидит заражения другого лица ВИЧ-инфекцией, но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть заражение другого лица этой инфекцией.

Конструкция ч. 4 ст. 122 УК РФ очень сходна с конструкцией ч. 1 ст. 293 УК РФ о должностном преступлении — халатности. Последняя заключается в неисполнении или ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, повлекшем причинение крупного ущерба. Ученые-юристы единодушны в том, что халатность — неосторожное преступление. Однако применительно к заражению другого лица ВИЧ-инфекцией говорят и об умышленном, и о неосторожном характере поведения виновного лица.

Считаю необходимым в ст. 1 22 УК РФ специально оговорить, что в отношении факта заражения может быть лишь неосторожность. Умышленное (с прямым или косвенным умыслом) заражение ВИЧ-инфекцией медицинским работником следует наказывать по общей норме об ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью по ст. 111 УК РФ. Предварительно нужно внести изменения в данную норму, дополнив ее указанием на такое последствие, как заражение ВИЧ-инфекцией. В настоящее время ни одно из перечисленных в диспозиции данной уголовно-правовой нормы последствий не охватывает эту инфекцию (это не утрата органа, не утрата органом его функции и т.д.). К опасному для жизни состоянию в том понимании, какое давалось в Правилах судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г., ВИЧ-инфекцию тоже нельзя относить. Правила говорили о таких состояниях, телесных повреждениях и заболеваниях, которые уже в момент совершения преступления представляют непосредственную угрозу жизни и в отсутствие эффективной медицинской помощи приводят к летальному исходу. При ВИЧ-инфекции лицо может несколько лет быть вирусоносителем, но не болеть СПИДом. Кстати, именно это обстоятельство позволяет отграничить умышленное заражение другого лица ВИЧ-инфекцией от убийства. В случае убийства действия или бездействие виновного лица являются ближайшей непосредственной причиной наступления смерти другого человека, при заражении ВИЧ-инфекцией поведение преступника не ведет с необходимостью к смерти потерпевшего, длительное время он может вообще не ощущать признаков болезни. Но характер данной инфекции, неизлечимость на сегодняшний день СПИДа дают основания говорить о причинении здоровью зараженного тяжкого вреда. Законодатель уже включил в ст. 111 такие заболевания, как наркомания и токсикомания, признав их тяжкими по последствиям видами вреда здоровью. Думается, что перечень этих заболеваний нужно дополнить ВИЧ-инфекцией.

Что касается наказуемости неосторожного заражения другого лица ВИЧ-инфекцией, представляется необходимым снизить размер наказания за это преступление как минимум до трех лет лишения свободы. Неосторожное заражение ВИЧ-инфекцией не может караться строже, чем неосторожное причинение смерти. Иначе нарушится логика построения уголовно-правовых норм.


Заключение



Итак, ВИЧ-инфекция значительно более опасна для человека, чем венерическая болезнь. Пока еще она не поддается излечению. Поэтому можно согласиться с теми учеными, которые считают объектом этого преступления не только здоровье, но и жизнь человека. С учетом опасности ВИЧ-инфекции для жизни законодатель установил ответственность не только за заражение, но и за заведомое поставление лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией.

Субъективная сторона характеризуется тем, что лицо осознает, что является носителем ВИЧ-инфекции, о чем говорят слова «заведомое поставление». Это предполагает наличие прямого умысла, косвенного умысла или легкомыслия.

Субъект — вменяемое физическое лицо, достигшее 16 лет и являющееся носителем ВИЧ-инфекции.

Квалифицированный состав этого преступления предусмотрен ч. 2 ст. 122 УК. Он констатируется, если виновный заразил другое лицо ВИЧ-инфекцией. При этом для квалификации преступления не имеет значения, заболел ли потерпевший СПИДом.

Федеральный закон от 18 декабря 2003 г. дополнил ст. 122 УК примечанием, предусматривающим освобождение от уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией. В ряде случаев лицо предупреждает своего партнера о наличии у него ВИЧ-инфекции, но это не останавливает потенциального потерпевшего от близости. В таком случае было бы несправедливо привлекать лицо к уголовной ответственности.

Особо квалифицированный состав преступления (ч. 3 ст. 122 УК) будет иметь место в том случае, если заражены два или более лица или несовершеннолетний, причем виновный должен знать, что потерпевший, не достиг 18 лет.

Часть 4 ст. 122 УК предусматривает самостоятельный состав преступления — заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. С преступлением, предусмотренным ч. 1—3 этой статьи, общим является только последствие — заражение ВИЧ-инфекцией.


Список литературы



I. Законодательство и иные нормативно-правовые акты:



Конституция Российской Федерации от 12декабря 1993 г. //Российская газета. - № 237.- 25 декабря 1993 г.

Уголовный кодекс Российской Федерации: федеральный закон РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ в ред. ФЗ РФ от 08.12.2003 г. № 162-ФЗ//СЗРФ.- 1996.-№ 25.- Ст.2954; СЗ РФ.- 2003.- № 50.- Ст.4848.



II. Специальная литература:



Ветров Н.И. Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2002. — 535 с.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Расширенный уголовно-правовой анализ / Под общ. ред. В.В. Мозякова. —2-е изд., перераб. и доп. — М.: Издательство «Экзамен», 2004. —880 с.

Крылова Н. Некоторые вопросы уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией: Уголовное право // Медицинское право. - 2004.-N 3, июль-сентябрь. - С.36-40.

Расторопов С. Понятие и система преступлений против здоровья по УК РФ 1996 года: Уголовный кодекс // Уголовное право. - 2002.-№ 4, октябрь-декабрь. - С.37-39.

Расторопов С. Понятие состава преступления против здоровья человека: Уголовное право // Уголовное право. - 2003.- № 2, апрель-июнь. - С.65-67.

Расторопов С.В. Основные тенденции совершения преступлений против здоровья человека // Черные дыры в российском законодательстве. - 2003.-№ 3. - С.107-113.

Расторопов С. Содержание субъективной стороны преступлений против здоровья человека: Уголовное право // Законность. - 2004.- № 2. - С.56-57.

Сверчков В.В. Уголовное право: Особенная часть: Краткий курс лекций. — М-: Юрайт-Издат, 2004. — 399 с.

Уголовный кодекс Российской Федерации. Серия «Закон и общество». — Ростов н/Д: Феникс, 2004. — 160 с.

Уголовное право России. Особенная часть: Учебник для вузов / Под ред. д-ра юрид. наук, профессора Ф.Р. Сундурова. - Казань: Изд-во Казанск. ун-та, 2004. - 648 с.

Уголовное право Российской Федерации: В 2т-х: Учебник для вузов. Т. 2 / Под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай - М.: ИНФРА-М, 2002.- 384 с.

Уголовное право. Особенная часть / Под ред. И.Я. Козаченко и З.А. Незнамова. М., 2002.

Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник. Практикум / Под ред. А.С. Михлина. М.: Юристь, 2004. - 605 с.

3