Биография С.А. Токарева (советского этнографа)

Министерство общего и профессионального образования РФ

Удмуртский государственный университет

Исторический факультет

Кафедра этнологии и регионоведения























Реферат.













Тема: Биография С.А. Токарева.















Выполнил: студент гр. 131 Пресняков С.А.



Проверил: к.и.н., доцент Шепталин А.А.

















Ижевск 2001



Оглавление



Оглавление	2

Curriculum vitae	3

Научное наследие	4

Основные труды	6

	Труды по религиоведению	6

	Работы по истории науки	9

	Труды по этнографии народов СССР и зарубежных стран	14

Характеристика научной деятельности	15

Литература	17



Curriculum vitae



Сергей Александрович Токарев родился 16 декабря 1899 года в городе Туле в семье учителя. Любопытно, что в детстве Сергей Токарев жил рядом со Львом Николаевичем Толстым: дача его бабушки по материнской линии Александры Яковлевны Дарской, родной сестры митрополита Московского Сергия, находилась в окрестностях Тулы, неподалеку от Ясной Поляны. Как сообщает вдова Сергея Александровича О.В. Токарева, "дети бывали в имении Толстых еще при жизни Льва Николаевича". Сам Сергей Александрович не раз вспоминал об этом в разговорах со своими детьми и внуками. Толстой определил для метрики возраст будущей жены Токарева Татьяны Тюриной - ее отец, Яков Тюрин, был дорожным рабочим близ Ясной Поляны. Случайность, конечно, но есть в ней что-то символическое.

Пережив революции и войны, С.А. Токарев оканчивает в 1925 году МГУ. Он учился на кафедре антропологии у самих Д.Н. Анучина, Б.А. Куфтина, В.В. Бунака; кафедра известна своими первыми выпускниками: С.П. Толстов, М.Г. Левин, Н.Н. Чебоксаров. Сначала аспирантура Института истории РАНИИОН (позже Коммунистическая академия), затем преподавательская деятельность в Коммунистическом институте трудящихся Китая им. Сунь Ят-Сена. С 1928 году он становится научным сотрудником Центрального музея народоведения, и уже в 1932 году возглавляет там сектор Севера. Параллельно он работает в Государственной академии истории материальной культуры и в Центральном антирелигиозном музее. В 1935 году С.А. Токареву была присвоена учёная степень кандидата исторических наук, в 1939 году становится профессором, а в 1940 году он защищает докторскую диссертацию на тему «Общественный строй якутов в XVII-XVIII вв.».

С началом Великой Отечественной войны С.А. Токарев эвакуируется в Абакан, где заведует кафедрой истории в педагогическом институте. В 1943 году он возвращается в Москву и становится главой сектора этнографии народов Америки, Австралии и Океании во вновь организованном московском отделении Института этнографии АН СССР, там же в 1961 году возглавляет сектор этнографии народов зарубежной Европы. Одновременно с 1956 по 1973 год он заведует кафедрой этнографии на историческом факультете МГУ. Также С.А. Токарев ведёт различные лекционные курсы: общая этнография, первобытная религия, этнография народов СССР, народов Австралии и Океании, славянских народов, тюркских и монгольских народов Сибири, народов Америки. В годы его руководства были достигнуты значительные успехи в подготовке специалистов-этнографов, научно-исследовательской, экспедиционной и других направлениях  работы кафедры. Произошло увеличение её штатного состава. На кафедру пришли Л.П. Лашук, Л.Б. Заседателева, С.П. Поляков, Г.А. Шпажников. Благодаря этому удалось расширить и углубить специализацию по славянским народам, народам Сибири, Средней Азии и Африки, истории первобытной религии. С.А. Токарев большỳю часть жизни прожил в сложное время идеологических и политических кампаний, и несмотря ни на что ему удавалось сохранять верность своим идеалам и принципам.



Научное наследие



Ушедший из жизни великий русский этнограф С.А.Токарев, оставил после себя более чем 250 работ на различные темы. Необъятность научных интересов проявлялась уже с первых шагов его научного пути. Он осваивает литературу по Океании, занимается этнографией Сибири, работает в архиве и участвует в экспедициях. Именно концентрация усилий сразу в двух направлениях обусловила энциклопедизм, его умение работать с самыми различными данными.

«Характерной чертой С.А. Токарева как исследователя были не только постоянное расширение сферы научной деятельности, но и углубленение, шлифовка уже выдвинутых и ранее аргументированных положений,» — отмечал профессор В.П. Алексеев. Статья «Современное австраловедение» в журнале «Этнография» за 1928 год открыла целую серию работ по этнографии Австралии и Океании. Объём этих работ мог бы составить солидный труд, которым, в общем-то, и стал том «Народы Австралии и Океании» в серии «Народы мира», изданный в 1956 году; он и поныне называется «токаревским» томом.

Также с начала 30-х годов С.А. Токаревым разрабатываются проблемы этнографии и истории народов Сибири. Если началом было всего лишь предисловие к книге Г.В. Ксенофонтова «Легенды и рассказы о шаманах» (1930), то уже через несколько лет осуществляется публикация крупных трудов: «Докапиталистические пережитки в Ойротии» (1936), «Очерк истории якутского народа» (1940) и «Общественный строй якутов в XVII-XVIII вв.» (1945). Несомненной ценностью работ является огромное привлечение различных источников: от архивных материалов до этнографических наблюдений, глубина и ясность источниковедческого анализа, осторожность выводов, непредвзятость.

Следующим шагом в постижении этнографии стала вышедшая в 1958 году книга «Этнография народов СССР. Исторические основы быта и культуры». Вряд ли автор думал, что это «учебное пособие в первую очередь для университетского преподавания», станет своего рода энциклопедическим изданием о народах СССР и исторической динамике их культуры. Книга охватила все стороны традиционной культуры, включая и материальную. Изложение ведётся в соответствии с территориальным принципом, и анализу каждой большой территориальной совокупности народов предпослан обзор, содержащий полную и обобщённую историческую и историко-этнографическую информацию. Описание каждого народа открывается очерком этногенеза.

В 1957 году выходит первая книга С.А. Токарева о религии: «Религиозные верования восточнославянских народов XIX — начала XX вв.». Издание этой книги не случайно. Религиоведческая тематика всегда интересовала исследователя. С.А. Токарев постоянно рецензировал зарубежную литературу по этой тематике, написал семь очерков с характеристикой роли традиционных верований народов Сибири для книги «Религия народов СССР», вышедшей в 1931 году. Автор всегда опирается на этнографические наблюдения, достижения историографии. В 1964 году выходят обобщающие труды: «Ранние формы религии и их развитие» и «Религии в истории народов мира». Последняя монография выдержав четыре издания, сохраняет своё значение и научную ценность и в наши дни. Изданный в 1990 году сборник трудов С.А. Токарева «Ранние формы религии» является, на мой взгляд, интереснейшей книгой.

Являясь, по выражению академика Б.А. Рыбакова, одним из этнографических учреждений в Москве, С.А. Токарев не мог не заняться разработкой историографических проблем. Вообще работы по истории этнографической науки типичны для творчества Токарева. Он постоянно знакомил своих читателей с различными зарубежными этнографическими школами, концепциями, новыми открытиями в области антропологии и археологии. Если сначала преобладали разного рода рецензии и вступительные статьи (e.g. Рец. на кн. Г. Шпета «Введение в этническую психологию» (М., 1927)), то с 70-х годов появляются обширные статьи в специализированных сборниках, а в 1978 год выходят его книги «Истоки этнографической науки (до середины XIX в.) и «История зарубежной этнографии». Первое произведение — обстоятельный рассказ о том, как народы впервые заинтересовались обликом и культурой соседей, какую богатую информацию мы получили из сочинений античных авторов, как медленно, но неотвратимо накапливалась информация в средневековье, как, наконец, оформились контуры науки в XVII-XIX вв. Вторая книга является более «серьёзной», это учебное пособие для вузов, в котором представлены основные школы, раскрыты методологические установки, а также sine ira et studio показаны преимущества и недостатки той или иной школы. 

Огромный вклад С.А. Токарев внёс в изучение истории отечественной этнографической науки. В 1966 году вышла монография «История русской этнографии (дооктябрьский период)». Эта книга до сих пор является единственной в своём роде. Как считает академик В.П. Алексеев: «…книга С.А. Токарева далеко выходит за рамки истории одной этнографии и приобретает общекультурное значение».

Велика заслуга учёного и в создании целой библиотеки этнографических книг на русском языке, авторами которых являляются крупнейшие светила мировой науки всех времён и народов. Сергей Александрович так или иначе был причастен к изданию Те Ранги Хироа, Элькина, Липса, Хейердала, Невермана, Чеслинга, Даниельсона, Уорсли, Бакли, Фрэзэра, Боаса и многих других. Труды самого Токарева переведены на многие европейские языки, его имя известно научному миру.

Долгое руководство сектором Зарубежной Европы Института этнографии АН СССР отразилось в богатом наследии С.А. Токарева. Опубликовав небольшую статью об этнографических наблюдениях в Балканских странах в 1946 году («Советская этнография», 1946, N2), к середине 80-х годов его авторитет, укреплённый редактированием четырёхтомного коллективного труда «Календарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Европы» (1973-1983), стал непререкаем. Лишь смерть смогла остановить великого учёного.

Тем не менее, за свою жизнь Сергей Александрович успел сделать очень многое. Он готовил к изданию и редактировал собрание сочинений Н.Н. Миклухо-Маклая, был автором многих статей в различных изданиях БСЭ, являлся главным редактором энциклопедии «Мифы народов мира».



Основные труды



В этой главе я попытаюсь прореферировать основные труды С.А. Токарева по трём направлениям: религиоведение, историографические изыскания и собственно сама этнография в смысле описания народов.



Труды по религиоведению

 

Вопросами религии учёный занялся достаточно рано. Уже в 32 года исследователя привлекают к написанию многотомной книги «Религии народностей СССР». Там он пишет главы о верованиях народов Сибири: чукчи, коряки, юкагиры, буряты, якуты, остяки и вогулы. Постоянно С.А. Токарев пишет статьи в БСЭ. Также публикуются статьи в СЭ и ВДИ. В них прослеживаются глубокие знания учёного по различным регионам Земли. Он пишет о  современной религиозной ситуации в США и о традиционных верованиях хакасов, о религиозных верованиях восточнославянских народов и о сектанстве наших дней. С середины 50-х годов начинают появляться обобщающие исследования по проблемам религии. 

В журнале «Вопросы философии» в 1956 году опубликована статья «Проблема происхождения и ранних форм религии». Эта статья состоит из 9 разделов. В первом автор ставит задачу: решить задачу научной классификации религиозных явлений. Подчёркивается основной принцип – марксистское понимание религии и широкое использование фактического материала и уже существующих исследований. В последующих главах автор рассматривает существующие концепции, критикует их, объясняет вводимые им термины, степень их условности (например термин «форма религии»). В четвёртом разделе исследователь выражает своё отношение к вопросу о древности той или иной религии. Токарев подчёркивает, что нельзя ставить вопрос таким образом, мы можем говорить только «об относительном историческом возрасте каждой отдельной формы религии». В следующем разделе идёт разговор о тотемизме. Подчёркивается социальная сущность верования, его ярко выраженная социальная база.  Однако автор критикует мнение, что тотемизм – форма общественного строя. К религиозным формам относится и вредоносная и лечебная магия. Учёный спорит с буржуазными специалистами, которые магию и знахарство вообще противопоставляют религии. Также отмечается устойчивость в веру во вредоносную магии и её связь с верой в злых духов. В 8 и 9 разделах автор выделяет ещё восемь форм религии, отмечая важность их изучения.

Эта область изучения истории религий оказалась востребованной и С.А. Токарев развивает и расширяет подобную тематику. В сборнике «Наука и религия» в 1957 году публикуется статья «О происхождении и ранних формах религии»; в ТИЭ (т.51) статья «Сущность и происхождение магии»; в Ереване выходит монография «Происхождение религии»; в «Сборнике научного атеизма» статья «Возникновение религии». Важна книга «Религии у разных народов в прошлом и настоящем» (Москва, 1961) – это прообраз одной из самых востребованных книг «Религии в истории народов мира», которая выйдет в 1964 году. (См. ниже).

В этом же году публикуется обобщающая монография «Ранние формы религии и их развитие». Книга состоит из вступления и 15 глав. Во введении излагаются принципы морфологической классификации религий. Здесь подтверждаются марксистские принципы, критикуются буржуазные концепции. Автор выделяет религии доклассовых и классовых обществ. Упоминаются национальные и наднациональные религии. Оговаривается невозможность классификации по содержанию верований и объекту поклонения, также и фетишизм, анимизм, магия не могут быть положены в основу классификации. Токарев говорит, что нужно искать существенные признаки религии, те черты, которые наиболее наглядны, легче поддаются объективному наблюдению и анализу. Классификация не должна быть чисто формальной, нужно подходить к религии как к явлению общественной жизни, исторически. Эти принципы автор реализует в следующих главах. В каждой главе есть обширные историографические сведения, конкретный этнографический материал. В первой главе «Тотемизм» автор показывает развитие взглядов историков всего мира (включая советских) на проблему тотемизма. Важнейшими вопросами здесь являются: генезис верования, социальное основание, связь с мифологией. Также автор пытается проследить развитие этой формы религии от палеолита до наших дней. Рассматриваются отдельные аспекты: племенной тотемизм, тотемы фратрий, вера в тотемических предков и перевоплощение. Глава 2 посвящена ведовству, или вредоносным обрядам. Здесь на историческом материале С.А. Токарев рассматривает не только психологическую основу, но и динамику развития этого явления, его связь с анимизмом и представлениями о душе. Подобным образом построена и следующая глава о знахарстве. Автор отмечает происхождение знахарства от народной медицины с большой долей разных суеверий. Следующая глава – «Эротические обряды и культы» - одна из самых объёмных в монографии. В ней мы можем найти исчерпывающую информацию о данной форме религии. Автор подробно описывает половую магию, половой тотемизм и табу. Также рассматривается проблема связи экзо- и эндогамии с религией, религиозного освящения брака, целомудрия и аскетизма. Учёный показывает корни суеверных представлений о «нечистоте» женщины. По его мнению, это явление родилось на двойственной основе: биологической и социальной. Говоря о половой связи человека со сверхъестественными существами, исследователь умалчивает о фактах гомосексуализма и травестизма, ссылаясь на их единичный характер. Вообще же в этой главе автор пытался показать, что все описанные «верования и ритуалы имеют то или иное отношение к половой жизни человека, а именно выросли на этой основе». На мой взгляд, нельзя объединять столь непохожие вещи в одну общую группу, т.к. такой подход является чисто формальным. О погребальном культе идёт речь в следующей главе. Термином погребальный культ С.А. Токарев обозначает «совокупность религиозных обрядов, относящихся к умершим, и связанные с этими обрядами верования». Исследователь сразу разделяет обычай и обряд, подчёркивая, что не всякий обычай может иметь отношение к религии. Рассматриваются психологические, практические, мифологические аспекты погребального культа. Немало внимания уделено формам погребения, похоронным обычаям, представлениям различных народов о загробном мире. В главе «Раннеплеменной культ (инициации)» автор показывает целый комплекс явлений на примере народов Тихого океана и Африки. Говорится об исторической судьбе этой формы религии. К различным сторонам т.н. промыслового культа исследователь обращается в следующей главе. Отмечается, что именно тотемизм произошёл от промыслового культа, а не наоборот; что эта форма сыграла большую роль и в формировании анимистических представлений. Культам материнского и патриархального рода посвящены главы 8 и 9. В динамике рассматриваются шаманизм и нагуализм. Отдельные главы повествуют о культе тайных союзов, культе вождей, культе племенного бога и аграрных культах. 

Важнейшая работа С.А. Токарева «Религия в истории народов мира» выдержала 4 издания. Библиотечное исследование показало, что все экземпляры зачитаны буквально до дыр. Книга состоит из введения, трёх разделов и заключения. Каждый раздел разбит на главы, которых всего 24. Во введении дан краткий очерк истории изучения религии и её происхождения в домарксистской и буржуазной науке, а также отдельным параграфом прописано марксистско-ленинское понимание религии. Подчёркивается важность изучения и борьбы с «извращённой формой общественного сознания».

Раздел «Религия доклассового общества и переходного периода к классовому обществу (племенные культы)» состоит 12 глав. В главе 1 описывается эпоха до раннего металла включительно, отмечается зарождение солярного культа, особенности неандертальских погребений, тесная связь веры и искусства в ту пору. Каждая следующая глава повествует о религиях распространённых в различных регионах: Австралия и Тасмания, Океания, Южная, Юго-Восточная и Восточная Азия, Америка, Африка, Северная Азия, Кавказ, Поволжье; особняком стоят главы «Религия древних славян», «Религия древних германцев» и «Религия древних кельтов». Исследователь приводит литературу в виде сносок, рассказывает о современном религиозном состоянии некоторых народов, детально рассматривает мифологию. Характеризуется религиозный синкретизм и пережитки.

Следующий раздел посвящён религиям классового общества и национально-государственным религиям. Рассматриваются религии цивилизаций Мезоамерики, Китая, Японии, Кореи, Индии, Древнего Египта, Шумеров, Вавилона, Ассирии, хеттов, халдов, финикийцев, Ирана, евреев, древних греков и римлян. Подробно рассматривается социальная сущность религии, её корни.

Мировые религии описываются в порядке их возникновения: буддизм, христианство, ислам. Токарев называет источники, историографию; раскрывает динамику развития, современную ситуацию и историческую оценку. В заключении говорится, о перспективах религии, отмечается упадок её авторитета и влияния. Отрицается какая-либо польза религии: «Религия – зло народов». 

У С.А. Токарева есть также работы по религиям отдельных регионов: например, монография «Религиозные верования восточнославянских народов XIX – начала XX в.». С середины 60-х годов происходит переориентация интересов учёного, и он более глубоко начинает заниматься историей науки.



Работы по истории науки



Ещё в 1928 году С.А. Токарев публикует статью «Современное австраловедение» в журнале «Этнография» и уже в 1930 молодого специалиста привлекают для написания статей о зарубежных исследователях в БСЭ. Токарев постоянно рецензирует переводные этнографические издания. После войны выходят в свет его работы по истории этнографии в рамках Академии наук и влияния марксизма на этнографию («Изв. Академии наук СССР. Серия истории и философии». Т.2 и Т.3). В СЭ публикуются обзоры новой литературы по народам Европы, в 1948 году статья «Вклад русских учёных в мировую историческую науку», в 1951 – «Основные этапы развития русской дореволюционной и советской этнографии». В 1950-54 годах учёный подготовил и отредактировал собрание сочинений Н.Н. Миклухо-Маклая. В «Вестнике мировой культуры» в 1958 году публикуется статья «Советская этнография за 40 лет», в «Вестнике МГУ» - очерк из истории этнографии XVIII в. В 1960 году была написана глава «Очерки истории исторической науки в СССР» в книге «Этнография». 

В 1966 году вышла обобщающая монография «История русской этнографии (дооктябрьский период)». Книга состоит из введения, восьми глав, предметно-географического указателя и указателя имён. Работа действительно огромна и масштабна. Я не буду подробно останавливаться на ней, т.к. в процессе подготовки к экзамену мы все с ней познакомимся и прочитаем от корки до корки.

Не могу не упомянуть книгу «Истоки этнографической науки (до середины XIX века)», изданную в 1978 году. Источниковой базой работы явилась многочисленная историографическая литература (преимущественно на западноевропейских языках), в которой содержится большой фактический материал (и попытки его обобщения) о народах различных стран, начиная от появления первых памятников письменности до середины XV века.

В предисловии даётся краткое обоснование задач книги, а также хронологических и географических рамок исследования. Цель монографии – дать исследователям, студентам и преподавателям, а также всем, интересующимся этнографией, определённый запас фактов и обобщений, касающихся «истоков» этнографических знаний, «предыстории» этнографии, когда накапливался фактический материал этой науки, намечались первые его обобщения, хотя этнография ещё не выделилась в самостоятельную дисциплину. Форма изложения в работе такова: этнографические сведения рассматриваются автором по эпохам, соответствующим общепринятой в советской науке периодизации процессов всемирной истории. Этнографические материалы исследуются на фоне общих сведений о той или иной эпохе и конкретно-исторической обстановке, сопоставляясь с господствующими идейными течениями того или иного периода времени. Автор, анализируя огромный материал, стремится выявить положительное содержание связанных с этнографией концепций, отбрасывая при этом всё ложное и реакционное.

В первой главе «Этнография в древнем мире» автор рассказывает о накоплении познаний о соседних народах в государствах Древнего Востока (Египет, Месопотамия,  Ирак, и др.), в античных Греции и Риме. На примере Греции, пишет он, особенно отчётливо видно, как по мере общего роста культуры и расширения географического кругозора (торговля и колонизация) накоплялись, расширялись и уточнялись сведения о соседних и более отдалённых народах, зарождались первые осмысления и обобщения этнографических материалов, возникали первые этнографические концепции. Например, - борьба «Востока» и «Запада» у Геродота; этногенез и складывание народов у Фукидида, Полибия и Страбона; зависимость человека и его культуры от природной среды у Гиппократа и Аристотеля; общий прогресс человеческой культуры у Демокрита и др. К концу античной эпохи в Римской империи, унаследовавшей культурные достижения Эллады, в той или иной степени уже были знакомы со многими народами на огромном пространстве от Британских островов до Индии. Сведения об этих народах, как правило, оказывались вполне реалистичными, несмотря на внешне фантастическую форму передачи некоторых из культурно-этнических черт и особенностей «варварских народов».

Вторая глава «Этнографические знания в средневековой Европе» охватывает период от крушения Римской империи до середины XV века. Вначале это было бурное время варварских завоеваний, распада прежних экономических связей, общего хозяйственного и культурного застоя, чему сопутствовал и упадок географических знаний; наблюдалось отсутствие интереса к этнографии и сужение общего культурного горизонта (лишь в Византийской империи сохранялись некоторые античные традиции). Автор пишет, что плавания викингов (IX-X вв.) и крестовые походы (XII-XIII вв.) не привели к существенному горизонту этнографического горизонта, поскольку для этого ещё не созрели подходящие исторические условия. Лишь в XIII веке некоторые путешествия на Восток (Карпини, Рубрук, Марко Поло и др.) в какой-то степени пробудили интерес к восточным народам.

В третьей главе «Эпоха великих географических открытий и рост этнографических знаний» рассказывается о существенном изменении исторической обстановки в Европе в середине XV века: начало зарождения элементов капиталистического уклада, образование крупных «национальных» государств, ряд колониальных захватов этого времени. Морские плавания и походы испанцев, голландцев, французов и англичан – всё это привело к захвату заморских территорий, населённых народами различных рас, языков и культур. Огромный поток сведений об этих народах привёл к резкому расширению этнографического кругозора. Это привело и к новым попыткам осмысления полученных материалов (Мартир, Монтень и др.).

В четвёртой главе «Этнографические знания и идеи в XVIII веке» рассказывается о дальнейшем расширении круга этнографических познаний по мере всё усиливающегося роста колониальных захватов. Плавания Бугенвиля, Кука, Лаперуза и других путешественников имели огромное значение и для этнографической науки. В главе говорится о зарождении «сравнительно-этнографического метода» (Толанд, Лафито, Форстер, Де-Бросс). Этнографический материал использовался и просветительной литературой XVIII века: идеализация первобытности («добрый дикарь» у Руссо и Дидро), идея закономерности исторического развития, влияния географической среды на общество (Монтескье), идея культурного прогресса (Вольтер, Тюрго, Кондорсе, Фергюссон), а также соединение идеи прогресса с идеей полноценности и равноправия культурного вклада каждого отдельно взятого народа (Гердер), зарождение интереса к народному творчеству (Перро и др.).

Пятая глава книги «Этнографические знания и идеи в первой половине XIX века» посвящена новым условиям, в которых развивались этнографические знания в Европе после Французской революции и наполеоновских войн. В этот период, обращает внимание автор, в Европе зарождалось буржуазное национальное движение – особенно в германоязычных и славянских странах, - вызывавшее повышенный интерес к народным традициям, обычаям и поверьям (особенно к художественному творчеству в странах Европы). В это же время отмечается и дальнейшее расширение познаний о неевропейских странах (Гумбольдт, Дарвин, Скулкрафт и др.); развитие старых и появление новых идей, построенных на этнографических материалах («добрый дикарь», идея прогресса – Конт, Бокль и др.); складывается «мифологическая школа» как попытка общего осмысления народного творчества, верований, обычаев и обрядов.

В заключении («Итогах») С.А. Токарев пишет, что многовековая история накопления этнографических познаний и попытки их обобщения создали все необходимые условия для зарождения этнографии как самостоятельной научной дисциплины, которая сложилась около середины XIX века. По словам автора, «затянувшийся подготовительный период кончился и новая наука – этнография – народилась».

В 1971 году выходит статья «Ранние этапы развития советской этнографической науки (1917- середина 1930-х годов)». С начала 70-х начинается активное исследование зарубежной науки. Статьи «Начало фрейдистского направления в этнографии и истории религии», «Андре Леруа-Гуран и его труды по этнографии и археологии», доклад «Начальный период славянской этнографии» на VII съезде славистов были органично переработаны и затем составили отдельные разделы в монографии «История зарубежной этнографии», вышедшей в 1978 году.

Работа состоит из введения, 13 глав и заключения. Последовательному изложению историографического материала автор предпосылает теоретическое введение, в котором обосновывает важность «историографического подхода» к изучению любой науки, в том числе и этнографии, и даёт обзор существующих историографий этнографии.

Вслед за кратким очерком истории накопления этнографических знаний с древнейших времён до середины XIX в. в государствах Древнего Востока и Средиземноморья в античное время, а также в эпоху средневековья и нового времени (первая глава – «Анамнез. Доистория этнографической науки») автор рассказывает об общественно-политических и идейных конях зарождения этнографической науки – этому посвящена вторая глава – «Становление этнографии (середина XIX в.). Классическое эволюционистское направление в этнографии». Главным фактором в её оформлении автор считает огромные успехи естествознания, освящённые идеей эволюции и прогресса. По его мнению эта идея, соответствовавшая умонастроениям прогрессивной части буржуазных деятелей, была перенесена и в область изучения человека и его культуры. Отсюда – и расцвет классической «эволюционистской» школы в этнографии (А. Бастиан, Т. Вайц, Дж. Мак-Ленан, Г. Спенсер, Дж. Лёббок, Э. Тэйлор, Ю. Липперт и др.). Особняком среди классиков-эволюционистов стоял американец Л.Г. Морган, возвысившийся до материалистического понимания истории и заложивший основы изучения истории первобытного общества в целом, семьи, рода и др.

Третья глава «Карл Маркс и Фридрих Энгельс, их роль в развитии этнографической науки» посвящена научно-литературной и политической деятельности К. Маркса и Ф. Энгельса, совпавшей с периодом становления этнографии как науки. Внимательно следя за успехами новой отрасли научного знания, они активно использовали данные этнографии для обоснования своих историко-материалистических взглядов на процесс развития человечества. Особенно важным на том этапе, считает автор, было критическое освоении основоположниками марксизма исследований Л.Г. Моргана. В книге показана роль работы Моргана в создании одного «из самых замечательных произведений марксистской классики – «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Анализ и краткое суммирование чрезвычайно сложного процесса разложения общинно-родовых отношений, развития частной собственности, общественных классов и государства составляют, пишет автор, самую важную часть книги и по глубине и ясности изложения остаются непревзойдёнными до сих пор».

В четвёртой главе «Этнография в конце XIX и в начале XX века» излагается ход развития этой науки в эпоху империализма, отмечаются новые успехи этнографии и зарождение реакционных течений, отличавшихся пересмотром классических теорий истории семьи, рода, матриархата и др. В главе анализируются работы К. Старке, Э. Вестермарка, Г. Кунова, Э. Гроссе и др. Пятая - одиннадцатая главы – «Диффузионистское направление», Биологические течения в этнографии. Расизм», «Фрейдизм в этнографии», «Французская социологическая школа», «Функционалистское направление», «Школа Франца Боаса в Америке», «Этнопсихологическое направление в американской этнографии» - посвящены различным теоретическим направлениям, зародившимся на рубеже XIX-XX вв. и несколько позже.

Двенадцатая глава «Современное состояние этнографической науки в капиталистических странах Европы и Северной Америки» содержит анализ преобладающих ныне течений в зарубежной этнографии, сложившихся во многих странах мира в послевоенные годы и частично господствующих и по сей день. В США – это теория «культурного релятивизма» (М. Херсковец и др.), отрицающая европоцентристскую оценку внеевропейских культурных типов и явлений истории; возрождённый эволюционизм и неоэволюционизм различных оттенков (Л. Уайт, Дж. Стьюард и др.); попытки построения исторической этнографии, влияние марксизма и др. В Западной Европе автор называет структурализм французской и английской школ, анализируя работы ведущих представителей этого направления: К. Леви-Стросса, Э. Эванса-Притчарда, М. Фортеса, Р. Фёрса, М. Глукмэна и др. Далее С.А. Токарев останавливается на других направлениях в современной этнографии, частично идущих на убыль – диффузионизме, «культурной мифологии», и др., отмечая растущее влияние марксизма на западноевропейскую этнографию. Автор обращает особое внимание на региональную (родиноведческую) этнографию в странах Европы (Германия, Австрия, Швейцария, Бельгия, Нидерланды, Скандинавские страны и др.), долгое время развивавшуюся изолированно. По его мнению, сегодня родиноведческая этнография начинает сближаться с общей и теоретической этнографией.

Тринадцатая глава «Развитие этнографии в социалистических странах Европы» посвящена общим закономерностям бурного развития этнографической науки в странах социалистического лагеря, специфическим условиям и национальным традициям различных этнографических школ и направлений в отдельных странах социализма: Польше, Чехославакии, Югославии, Болгарии, Румынии, Венгрии, ГДР. В лаконичном заключении  главным образом сообщается о современных тенденциях в области интеграции этнографической деятельности во всех странах мира, о различных формах координации этнографических исследований, о международных объединениях этнографов, их организациях и конгрессах. Резюмируя, автор пишет: «Подлинно научное объединение этнографов и фольклористов на платформе прогрессивных демократических идей и в борьбе против всех реакционных течений  поможет сделать существенный шаг вперёд к интеграции этнографической науки во всех странах мира, к взаимной координации исследований и к новому росту этнографической науки – одной из самых гуманных наук».

Не оставлял учёный интересоваться историей науки до самой смерти.



Труды по этнографии народов СССР и зарубежных стран



Свой научный путь С.А. Токарев начинал всё-таки как этнограф. Занимался он музейной работой, изучал народы Австралии. Его первая этнографическая работа (её я уже упоминал) называлась «Современное австраловедение», опубликована в 1928 году в журнале «Этнография». Затем последовали «О системах родства австралийцев» и целая серия статей в СЭ о родовом строе в Меланезии. Затем интерес переносится на народы северной Азии, а именно на якутов. Здесь Токарев показал себя не только как музейный работник, но и как талантливый путешественник. С одной стороны он изучает музейные коллекции в своём ЦМН, с другой стороны активно участвует в экспедиционной работе. В 1935 году выход его отчёт о «Якутской экспедиции» в СЭ. Исследователь не оставляет без внимания практически ни одного аспекта истории якутов: в 1940 году выходит «Очерк истории якутского народа», а в 1945 – «Общественный строй якутов XVII-XVIIIвв.». Примерно в середине 40-х годов учёный начинает активно интересоваться народами Европы. В 1946 году выходит в СЭ статья «Этнографические наблюдения в Балканских странах». В Белграде начинают издаваться его книги – сербскохорватском языке. В 60-х С.А. Токарев участвует в международных конференциях, редактирует книгу «Календарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Европы» - фундаментальное издание в 3-х томах. Не обходятся вниманием и предыдущие разработки: продолжаются публикации и народах Севера, Австралии и Океании (изучаются жители острова Пасхи, алтайцы, хакасы, буряты, восточнославянские народы). Подготавливается и редактируется собрание сочинений Н.Н. Миклухо-Маклая (1950-54). Однако одним из главнейших трудов всей советской эпохи становится книга «Этнография народов СССР. Исторические основы быта и культуры». Объёмный фолиант в более, чем 600 страниц являлся единственным в своём роде в 1958 году. Занимается С.А. Токарев и народами Америки: он редактирует  книгу «Народы Америки» в 2-х томах. Часто учёный привлекается к написанию глав и разделов в различные этнографические издания: «Основы этнографии (учебное пособие)» (1968), «Типы сельского жилища в странах Зарубежной Европы» (1968). 



Характеристика научной деятельности



Я хочу подчеркнуть, что вряд ли в студенческом реферате можно полноценно и многогранно охарактеризовать деятельность столь крупного и маститого учёного как С.А. Токарев. Поэтому я остановлюсь на нескольких моментах, некоторые из которых, кстати, прозвучали на учёном совете Института этнографии АН СССР 26 декабря 1989 года.

Академик В.П. Алексеев отметил исключительную широту и масштабность этнографического видения. С.А. Токарев обратил на себя внимание одинаково глубокими знаниями в отличных друг от друга областях этнографических знаний — культуре народов Океании и сибиреведении. Научная работа отразилась в многочисленных публикациях буквально по всем местечкам и уголкам планеты, за исключением Африки. Хотя народы Африки Сергей Александрович включал в свои университетские лекции, мог дать консультации по этому региону, так что с точки зрения обывателя, знания у него были весьма глубокие.

Поражает и разнообразие методологических подходов С.А. Токарева. В его работах присутствует скрупулёзная обработка архивных данных и умелая интерпретация данных, извлечённых из литературы; использование записей собранных в поле и сопоставление данных разных научных дисциплин.

Бесспорная черта С.А. Токарева — широта интересов и энциклопедичность знаний. Многие его ученики до сих пор вспоминают его советы по любым научным вопросам с прилагающейся подробной библиографией. Известна самостоятельность научной позиции учёного, не принимавшего «научной моды» (e.g. яфетического направления).

Токарев умел вычленить актуальные проблемы для исследования. Так, он первым поставил вопрос о несовершенстве категории народность ещё в 1961 году и неизменно ставил его на учёных форумах разного уровня. Также в последнее время реанимировались его идеи о культуре как о механизме сплочения и одновременно разграничения людей. С.А. Токарев предвосхитил современную т.н. этнографию города, когда писал о том, что немаловажное значение в индустриально-развитом обществе играет социальная роль обычаев.

Вообще, очень сложно оценить научную деятельность С.А. Токарева. Не менее важна его деятельность и как организатора науки и высшего образования. Не случайно, что ученый посмертно был награждён Государственной премией СССР.

Литература



		Токарев С.А. Ранние формы религии. М., 1990.

		Personalia. — “Советская этнография”, 1980, N3.

		Памяти Сергея Александровича Токарева. — СЭ, 1985, N4.

		Учёный совет Института этнографии АН СССР, посвящённый памяти Сергея Александровича Токарева. — СЭ, 1990, N4.

		Этнографическое образование в Московском Государственном университете (К 50-летию кафедры этнографии исторического факультета МГУ). — СЭ, 1990, N6.

		Невозмутимая свобода. — Независимая газета, 12.08.99.











































































CREATE DATE 09.04.01 17:14

PRINT DATE 08.04.01 15:32

SAVE DATE 2/4/2014 3:35:00 PM

NUM CHARS 32815

FILE NAME CURRIC2

USER NAME Presnyakov Sergey A.







2