Казахский народный костюм

Казахский народный костюм вобрал в себя все лучшее, что  создано искусством и талантом многих поколений помноженным на труд сотен и тысяч народных умельцев. В казахском костюме воплотились основные принципы и достижения художественных промыслов, создававшихся веками вследствие хозяйственной специализации кочевой, полуоседлой и оседлой групп населения. В нем нашли отражение пульлсирующий  образ жизни народа, уровень его производства, эстетические идеалы. отчетливо прослеживается влияние тех этнических компонентов, из которых исторически сложился казахский народ. Например к тюркско—кыпчакскому этническому пласту относится манера запахивания одежды на левую сторону, окаймление халата, камзола—безрукавки нашивками размещение цветных строчек, вышивок по краям выреза для головы в кимешеке женском головном уборе в виде капюшона со спускающимся вниз по спине треугольником. А в факте украшения перьями (как оберегами) детских, девичьих шапок, головных уборов певцов—импровизаторов ученые усматривают отражение языческих представлений казахов и их предков переходивших из поколения в поколение.

В казахском костюме можно найти следы влияния соседних  этносов — русских, татар, каракалпаков, алтайцев, он имеет много общего с национальной одеждой кыргызов, узбеков, туркмен. Есть и элементы прямых  заимствований, о чем свидетельствует встречающиеся в покрое мужского  бешмета  перехват у талии, расклешенность  в конструкции  женского платья кулиш койлек (күліш койлек), сборки на спине другого женского платья жаз койлек (жаз койлек),  цельнокроенные холаты, отдельные  образцы  тюбетеек, сапог и тд.

Как всякий народный костюм, он эволюционно совершенствовался, развитие его основных форм происходило как под влиянием окружающей среды, условий жизни в степях с их ветрами, летним зноем и зимними морозами, так и с учетом потребностей кочевой жизни,— таких, например, как необходимость подолгу находиться в седле в одежде, не стесняющей движений.

Этими и  другими  факторами  объясняются его простота, практичность и целесообразность, подчеркнуто указывающие на его происхождение в местной степной среде.

Роскошью и великолепием отличался костюм зажиточных части степного населения. Ему был присущ строгий силуэт, он дополнялся расшивкой золотыми и серебряными нитями, бисером, украшался жемчугом, камнями—самоцветами, кораллами, металлическими      бляхами, покрытыми серебром и золотом.

Для народного костюма казахов характерно отсутствие строгой грани в покрое парадной и будничной одежды при определенной возрастной регламентации. Парадная отличалась от будничной  несколько свободным покроем, объемом головных уборов, украшениями. На пошив парадной одежды шли бархат, шелк, парча, дорогие меха, тогда как будничная изготовлялась из простого материала. Социальные различия как в женском, так и в мужском костюме проявляются главным образом в качестве материала, отделке, количестве одежды, носимой одновременно в комплекте.

Все это, слитое воедино, образовало очень своеобразный, неповторимый комплекс народного костюма, который ярче, чем какое—либо другое явление, отражает в принципе специфику сложения казахской национальной культуры.

По мнению известного исследователя и знатока казахского народного костюма Р.Ходжаевой на рубеже ХҮIII и ХIХ веков наплечная одежда, как распашная, так и нераспашная, была туникообразна. Непосредственно на тело мужчины надевали широкую с длинными рукавами распашную рубаху — жейде, с открытым треугольным  вырезом, обшитым простроченной или простеганной полоской из той же ткани. Шили жейде и с глухим воротом. Однако, начиная с середины ХIХ века, распространяются нераспашные, с плечевым швом, скошенным плечом, прямым разрезом на груди рубахи, обшивавшиеся широким отложным или узким стоячим воротником. В начале выреза для головы рубаху подрубали,  пришивая к нему завязки с обеих сторон, позднее — стали обшивать его планкой, делать к нему застежку с прорезными петлями на пуговицах

Р.Ходжаева сообщает также, что женщины—казашки носили  в прошлом нераспашную рубаху - койлек (көйлек), по обыкновению тоже туникообразного покроя, но более длинную и широкую, чем у мужчин, с глухим воротом и прямым разрезом спереди, застежкой угорла. Воротник женского платья всегда был отложным, но со второй половины ХIХ века его заменили стоячим. В это же время появляются ставшие потом общепринятыми девичьи платья с двумя - тремя рядами оборок — косетек (косетек) дословно – «с двумя подолами». Оборочками украшали и концы рукавов, иногда  воротников.

Можно предположить, что ранее женщины могли носить платья и без воротников, девушки - без разреза спереди, что подтверждают также  рисунки. выполненные в свое время путешественниками — европейцами.

 Казахский народный костюм, особенно женский, при общем сходстве силуэта, покроя и приемов украшения, не лишен, однако, отдельных различий в пропорциях, в выборе материала, в цветовом сочетании. Это объясняется, по всей вероятности, тем, что в некоторых регионах наиболее архаичные формы одежды могли сохраняться дольше в силу укоренившихся ремесленных традиций и сложившихся представлений о красоте и гармонии. Разумеется, шили их в каждом регионе по-своему, но везде различали костюм девичий, молодой замужней женщины, пожилой женщины. Особую нарядность девичьему костюму придавали окаймление нашивками ока (оқа), вытканными золотыми и серебряными нитями, тамбурным швом, бисером, а также наличие в его комплекте золотых, серебряных украшений, подвесок из бусин драгоценных и полудрагоценных камней, кораллов, бирюзы, прикрепляемых к нему, расшитых шапок с перьями.

Замужней женщине считалось не к лицу носить платье из яркой ткани, с оборками, вышив кой, тогда как девушка могла носить любое платье на свой вкус, нередко расшитое тамбуром, золотой и серебряной канителью. Правда, молодая женщина могла носить богато отделанные нагрудники - кокрекше (көкiрекше) из плотной ткани, надеваемые на платье под безрукавку; жаулык (жаулық) головной убор от крытого типа, складываемый из квадрата белой хлопчатобумажной ткани, перекрещенные концы которого закидывались на плечи. Но, став женой и матерью, она должна была, как того требует обычай, носить длиннее, чем у девушек, платья без оборок: камзол, застегиваемый спереди на талии большой металлической пряжкой — капсырмой (қапсырма), нередко и на пуговицы. Ношение головного убора, в частности, кимешека и его разновидностей – сулама (сулама), шылауым, кундик (күндiк), орама, определялось древним обычаем, по которому замужняя женщина должна была прятать свои волосы, особенно в височной части, от посторонних глаз. Ей нельзя было непокрытой выходить из дома и заниматься хозяйством, тогда как девушка могла заплетать волосы в две и более косы и не покрывать их вовсе.

Зимой к комплекту женского костюма добавлялся чапан (шапан), крытый бархатом на стеганной подкладке, борик (бөрiк) — головной убор с меховой опушкой, платок, утепленные сапоги.

В прошлом большой популярностью пользовалась на юге Казахстана и в Семиречье распашная юбка — белдемше из бархата или тонкого сукна,  которая присобиралась на широком, плотном поясе из того же материала, застегивалась на пуговицы или пряжку. Белдемше вышивалась зачастую тамбуром, иногда отделывалась дорогим мехом. Ее разновидность — шалгы (шалғы) завязывалась широкой тесемкой двумя кругами вокруг талии.

Женщины Центрального и Северного Казахстана, в зависимости от вкуса, носили под камзолом платья, украшенные мелкими серебряными, вычеканенными специально для этой цели бляшками — шытыр. А на юго-востоке вдоль разреза платья для головы нашивали листовидные тонкие бляшки — жарма. Такое платье застегивалось у горла на одну крупную узорную застежку — тана (брошь). На западе Казахстана нередко на воротник платья наглухо пришивали металлическое украшение — тамакша (тамақша), а на камзолы — серебряные монетообразные кружки, нередко — серебряные монеты, кораллы на маленьких цепочках.

Пожилые женщины обычно поверх платья свободного покроя на подкладке — жон койлек (жөн көйлек) надевали камзолы — безрукавки, длинные с прорезными и простроченными карманами, слегка приталенные. В Центральном Казахстане они застегивались строгим рядом серебряных застежек - бота трсек (бота тiрсек), отдаленно напоминающих коленные суставы верблюжонка (бота — верблюжонок, тірсек — сгиб), или на фигурные, оправленные серебром пуговицы. А на юго-востоке подпоясывались просто кушаком из сатина или ситца. На голову пожилые женщины надевали кимешек, дополненный чалмой или платком, наматываемым снизу так, чтобы каждый верхний виток располагался выше предыдущего. Шили кимешек из белой хлопчатобумажной ткани.

В холодное время года пожилые женщины носили крытые бархатом или стеганые чапаны, а более состоятельные — шубу (iшiк) из шкурок пушных зверьков, являвшуюся в прошлом мерилом достатка, ичиги (мәсi) вдеваемые в кожаные калоши — кебс (кебiс).

Мужской костюм у казахов по сравнению с женским более однотипен. Он состоял из на тельного белья — жейде (рубахи, штанов), чапана (шапан) из покупной ткани,  шекпена из одноименного домотканого сукна, широких шаровар  (шалбар, сым) из овчины, окрашенной в естественные цвета,  заправляемых в сапоги — саптама с войлочным чулком — байпаком ( байпақ ), тулупа — тона. Не отличались большим разнообразием и мужские головные уборы. В мужском костюме изменялись лишь детали кроя, материалы, из которых они изготавливались, состав предметов в соответствии с требованиями времени.

Изысканностью отличался костюм джигита, для него шили рубашку - койлек (көйлек) со стоячим воротником из белой хлопчатобумажной ткани. В боку под рукавами рубашки вставлялись ластовицы — колтыкша (қолтықша) в виде треугольников. Штаны — дамбал с «широким шагом» из того же материала, что и рубашка, имели вид прямоугольного «мешка» с двумя длинными, чуть сужающимися книзу штанинами со вставкой — клином (үшкiл) в соединении. Верхние края штанин подворачивали, чтобы в них можно продеть поясок.

Поверх нижнего белья джигит надевал легкую, подогнанную по фигуре, приталенную, со стоячим воротником, застегиваемую на пуговицы наплечную одежду — бешмет (на севере и востоке Казахстана),  кеудеше, кокрекше (на западе, в Центральном Казахстане) со вставленными в пройму рукавами или без рукавов. В зависимости от этого в первом случае ее именовали бешметом, во втором -— кеудеше, кокрекше.

Бешмет на юге Казахстана также был приталенными, чуть ниже бедер, застегивался в верхней части запаха лишь на одну пуговицу. Рубашку к нему шили из тонкой хлопчатобумажной ткани со стоячим воротником и косой застежкой и заправляли в брюки. Подпоясывались ремнем - белдиком (белдiк) из сыромятной кожи, нередко — матерчатым кушаком.

Чапаны, бешметы, кокрекше шили из тонкого  шерстяного сукна — мауты, бархата, парчи,

набивного шелка, преимущественно синей, коричневой и бежевой окраски. Следует сказать, что с этими материалами казахи и их предки знакомы давно по обменной торговле на древнем караванном «Шелковом пути» проходившем некогда через города Южного Казахстана. Края пол рукавов окаймляли тесьмой, несколько ниже талии располагали прорезные карманы без клапанов. Начиная с ХІХ века распространяется отделка позументом, золотой и серебряной канителью. Шаровары шили из того же материала,

что и бешмет, со вставкой-клином для удобства при верховой езде. Верхние края шаровар, заправляемые в сапоги, как я у дамбал, подворачивались, чтобы можно было продеть поясок, заменявший ремень. Шаровары не имели ни ширинок, ни застежек и пуговиц.

Брюки, застегиваемые на широком поясе на пуговицы, с ширинкой, появились в комплекте костюма джигита значительно позже, к концу ХІХ века под влиянием, надо полагать, русского покроя. Большой популярностью пользовались у юношей бешметы, брюки на матерчатой основе из шкурок жеребят, сайгаков, расшитых тамбуром. В зависимости от сезона бешметы могли быть утепленными.

Костюм пожилого мужчины состоял из тех же видов одежды, что и у джигита, только несколько более свободного покроя. Например, бешмет  у него был далеко не всегда приталенным, это считалось даже неприличным для его возраста, да и шаровары были более широкие. Шили такой костюм из простого материала, тонкогошерстяного сукна — мауты (мәуiтi), набивного шелка спокойных тонов. Поверх нижней наплечной одежды мужчина надевал просторный, из плотного материала на подкладке, прямого покроя, с длинными и широкими рукавами чапан и подпоясывался.

С наступлением  зимы мужчины облачались в овчинные или волчьи тулупы, надевал  на голову  лисий треух — тымак (тымақ), на ноги — тежелые кожаные сапоги -  саптама. Правда, овчинный тулуп нередко заменялся стеганной на меховой или шерстяной подкладке шубой – купи (күпі), одной из древних форм одежды казахов – скотоводов. По мнению С. И. Руденко обследовавшего в 20-х годах на основе палеоэтнологических данных одежду казахов рек Уила и  Сагыза , купи бытовала у казахов и их предков по меньшей мере два тысячелетия. Крытые сукном, бархатом, сшитые из шкурок пушных зверьков шубы-ишик (ішік) высоко ценились среди степной знати. Самые нарядные шубы  обшивались по краям мехом выдры, куницы. 

В комплект мужского костюма входил с давних  времен длинный войлочный плащ — ке-бенек который шили из небольших особого качества,  специально  приготовленных  для этой цели  квадратных кусков  тонкого войлока, с ворсом на лицевой стороне. Ворот его выкраивался зачастую  глухом стоячим или широким отложным, служившим капюшоном. Его надевали, пастухи, табунщики поверх зимней одежды, отправляясь на зимнюю стужу на пастбища вместе о скотом.

Бешметы (көкрекше) у стариков были прямого силуэта, без какого—либо намека на украшательство. Шили их из простой материи, на стеганой основе. Застегивались они на пуговицы. Шаровары изготовлял  из того же материала, что и плечевая одежда, заправлялись они в сапоги или ичиги. Рубаху обычно шили   длинную до колен, с отложным воротником, тесемками у горловины для завязывания, прикрывавшую в комплекте широкий дамбал из той же белой ситцевой  ткани.

Богатые старики. особенно те, которые увлекались‚ верховой ездой, охотой для своего удовольствия надевали поверх бешмета расшитые разноцветными  шелковыми нитями замшевые халаты,  широкое шаровары с разрезами снизу, подпоясывалось ремнями с пришитыми к ним ножнами бляшками. 

Верхняя распашная одежда мужчин, как известно, не застегивалась, и поэтому пояс был ее

обязательным  элементом. Наиболее древним поясом казахов является ксе-белбеу (кісе-белбеу). В отличии от других типов ремней, например, белдика (белдік) он имел декоративные кожаные подвески, прочно прикрепляемые на ремешках, так  называемые окшантаи (оқшантай), напоминающие по виду старинные пороховницы, ножны – кын (кын). Украшался пояс и металлическими бляхами.

У мужчин широкой популярностью пользовался борик (бөрік), круглая шапка с меховой опушкой, крытая бархатом, и ее разновидности -кундыз борик (құндыз бөрік), пушпак борик (пұшпақ бөрiк), кара борик (қара бөрiк), елтири борвк (елтiрi бөрiк) и тд. Они различались материалами, небольшими деталями в крое. В степных условиях незаменимы были также тымак - треух лисий; калпак — шляпа из белого войлока, отделанная преимущественно черным бархатом; жалбагай, далбай - башлыки на под кладке, напоминающие по крою форму треуха; такия - тюбетейка круглая с узорной строчкой на околышке.

У степной знати были в обиходе высокие головные  уборы айыркалпак, мурак, сшитые из бархата. Преимущественно бордового цвета, на войлочной основе, расшитые золотой канителью растительными узорами. Их надевали поверх конусообразной, отороченной дорогим мехом шапки.

Взрослые мужчины постоянно, даже за обеденным дастарханом, носили тюбетейку, а все перечисленные выше головные уборы поверх нее, когда находились на свежем воздухе. Юноши и дети носили расшитые шелковыми, золотыми и серебряными нитями, с размещенными на куполе с четырех сторон узорами «шугла» (луч), «гуль» (цветок), тюбетейки. Нередко обходились и покупными тюбетейками, изготовленными в Казани, Бухаре, Ташкенте.

Мужчины все без исключения носили сапоги, которые обычно не различались на левый и правый, что позволяло носить их гораздо дольше, меняя время от времени с одной ноги на другую. Сапоги же, различимые на левый и правый, появились у казахов значительно позже, по всей вероятности, в результате приобщения к европейской культуре.

Большим спросом у степного населения пользовались тяжелые сапоги - саптама, шитые из кожи домашней выделки. Их носили поверх  войлочных чулок - байпаков, надежно защищавших голени и колени от мороза и пронизывающих  ветров. Изысканной обувью считались сапоги коксауыр (көксауыр), шитые из шагрени зеленого цвета, которую получали путем притискивания под весом какого-либо груза, рассыпанного  на размягченной коже проса. Ичиги (мәсi) носили  в основном старики, надевая на них при выходе из дома кожаные калоши — кебс (кебіс). Позднее в обиход вошли и резиновые, т.н. «аэиатские» калоши фабричного производства. 

Наиболее примитивной обувью, которой обходились бедняки, были кожаные из сыромятины  сандалии — шокай (шоқай), а также шарык (шарық), надеваемые на сапоги для их предохранения при ходьбе по каменным осыпям.

Детский и подростковый костюм у казахов по своей конструкции повторяет одежду взрослых в уменьшенном виде, что, по-видимому, связано со стремлением родителей поскорее увидеть своих детей взрослыми. Исключение составляли т.н. ит койлек (ит көйлек), который шили для новорожденных из цельного куска хлопчатобумажной ткани без плечевых швов и окантовок, и ватные нагрудники и штаны.

Свадебный костюм как невесты, так и жениха отличался от обыденного нарядностью, украшениями, высоким качеством материалов, отделка, количеством единиц одежды в комплекте, наличием в нем таких неудобных для повседневной носки головных уборов, как саукеле, айыркалпак, мурак,  расшитых золотой а серебряной канителью платьев, камзола, бешмета, халата. Ожерелье. кольца, серьги, всевозможные подвески к женскому комплекту свадебного костюма традиционно являлись частью приданого невесты а готовилась заранее.

Разумеется, если женился бедняк, то он обходился  простым обновлением одежды, а его невеста довольствовалась обыкновенным бедным платком — жаулык, который добавлялся к повседневной  одежде.

Саукеле - свадебный, как утверждают казахи, «священный» головной убор невесты, восходит к седой глубокой древности. Он упоминается во многих эпических поэмах, преданиях. Саукелеобразные головные уборы найдены археологами и  раннесредневековых погребениях. Обычно использовала в качестве каркаса под саукеле простеганную, из бархата, коническую шапку, пришивая к ней налобник и назатыльник. После этого поверх нее водружала собственно саукеле - головной убор в форме высокого, отороченного дорогим мехом конуса из тонкого, обшитого яркой, чаще всего бордовой или красной тканью, войлока.

Саукеле украшалось серебряными с позолотой и бляшками, золотой диадемой с рубином,

длинными, с двух сторон, подвесками - жактама (жақтама), состоящими из бусин кораллов, жемчуга, бирюзы. Обязательным дополнением являлась прикрепляемая к макушке головного убора гладкая,  из прозрачной белой вуали, накидка – желек,  которой обычно прикрывали лицо невесты, закутывали всю ее фигуру во время  исполнения ритуальной свадебной песни «Беташар» для представления девушки родственникам  жениха.

Старинный головной убор касаба (дословно-«расшитый золотом») в котором, по всей вероятности, трансформированы основные элементы ето раннего прототипа — древнетюркской женской шапка того же названия, имел в своей основе круглую, слегка скошенную вниз на затылке форму. Делала его аз того же материала, что и камзол в комплекте женского костюма, вышивая золотыми нитями, оконтуривая вышивками с люрексом.

Небезынтересна история поисков этого полузабытого  головного убора. Впервые о нем сообщила нам ныне покойная мастерица Тлеулес Сеитбеков  в моем родном селении Маякум, что на юге Казахстана, еще в 1963 году. Долгие годы чивость хозяйственного уклада, образа жизни казахов, локализовавшихся в степях евразийского пояса.

Однако на рубеже ХIХ и ХХ веков, в связи с развитием товарного производства в зарождением  на этой основе капиталистических отношений, расширением экономических и этнокультурных контактов с соседними народами, притоком в Казахстан русских, украинцев, немцев, татар, других народов, происходят значительные перемены в быту, хозяйстве, эстетических идеалах его коренного населения. Сильное воздействие в этот период на народную одежду стала оказывать и городская мола.

Огромное влияние на народный костюм имела перестройка казахского аула на новой основе, проведенная за годы советской власти. Одежду и обувь могли теперь покупать в готовом виде, что позволило отказаться от узконавойного ткачества, кустарных промыслов по изготовлению дубленок, шуб из овчины, шкурок пушных зверьков. С расширением производства товаров народного потребления ушло в прошлое искусство золотошвей, вышивальщиц, кожевенников, ювелиров - зергеров.

Хотим мы того или нет, в силу этих обстоятельств, под влиянием современной моды, замены материалов, украшений, народный костюм,  являвшийся уникальным проявлением материальной культуры, неиссякаемым источником для разносторонних исследований в области этноискусствоведения, даже в самых традиционных видах претерпевает сегодня определенную эволюцию. Это ставит во весь рост проблемы его сохранения, сбережения от псевдонаучных изысков, бутафорских поделок, усложняющих за - дачу воссоздания национального костюма во всем его великолепии в блеске.

Время безжалостно к лучшим образцам на родного костюма — ткань, замша, мех, кожа и шкуры основные его материалы,— не могут храниться вечно. Не вечны и люди - свидетели и знатоки уходящей эпохи, сами носившие народный костюм и потому хорошо знающие его особенности. Проблема сохранения народного костюма усложняется еще и неумелым вмешательством отдельных художников-модельеров, чрезмерно увлекающихся псевдонациональными элементами в искусстве и активно проталкивающих свои «творения» через посредство кино, телевидения, театров, концертных организаций, всевозможных пошивочных мастерских.

Казахский народный костюм, создателей которого отличает удивительное понимание характера изделий, материала, декора, способов изготовления, доведенных до виртуозности,— предмет особой национальной гордости. Сохранение его для грядущих поколений в первозданном виде, конечно, и почетно, и ответственно для всех, кто причастен к этому процессу.