Арабские страны Азии в XVIII - начале XIX в.

АРАБСКИЕ СТРАНЫ АЗИИ в XVIII — начале XIX в.




План



	Аравия в XVIII — начале XIX в. Ваххабитское движение

2. Египет в XVIII — начале XIX в.

3. Сирия, Ливан и Палестина в 50—60-х годах

4. Захват Алжира Францией. Борьба алжирцев против французских колонизаторов

5. Проникновение европейских держав и США в другие страны Магриба

6. Колониальные захваты эпохи домонополистического капитализма и сопротивление африканских народов

7. Образование Республики Либерии




1. Аравия в XVIII — начале XIX в. Ваххабитское движение



Аравийский полуостров был наиболее отсталым регионом арабского мира. Феодальные отношения сосуществовали здесь с весьма сильными пережитками первобытнообщинного строя и довольно широко распространенным рабством. Кочевники-бедуины и оседлое население оазисов распадались на множество зачастую враждовавших между собой племен. Хозяйственные потребности населения Аравии, угроза иностранного порабощения (со стороны Османской империи, Ирана, а также европейских колонизаторов) порождали тенденцию к объединению мелких княжеств, которая реализовалась в весьма сложных и противоречивых условиях крайней экономической и политической отсталости.

В Йемене еще в XVII в. развернулось направленное против турецких захватчиков объединительное движение, которое возглавили руководители мусульманской секты зейдитов — последователей Зейд ибн Али (VIII в.). Зейдиты занимают промежуточное положение между суннитами и шиитами. Глава секты — имам объединял в своих руках духовную и светскую власть. Изгнав турок, зейдиты образовали независимый имамат Йемен, границы которого не были стабильными.

Расположенный в юго-восточной части Аравийского полуострова Оман в 40-х годах XVIII в. освободился от иранской оккупации. Восстановив свою независимость, он превратился в сравнительно крупный и сильный имамат, власть которого распространялась также на о-в Занзибар (Восточная Африка) и некоторые районы восточного побережья Персидского залива. Имам Омана был главой мусульманской религиозной секты ибадитов, возникшей в VIII в. и названной по имени ее основателя Абдаллаха ибн Ибада. Большинство населения Омана принадлежит к этой секте.

После изгнания в 1783 г. иранцев с Бахрейнских островов там возникло независимое арабское княжество.

Захваченное в XVI в. турками на северо-востоке Аравийского полуострова княжество Кувейт в первой половине XVIII в. также приобрело фактическую независимость от Османской империи.

Таким образом, на юге и востоке Аравии тенденция к объединению была локализована пределами отдельных княжеств. Она серьезно ослаблялась династическими, племенными и религиозными интересами и противоречиями.

Более ярко объединительное движение проявилось во внутренних районах северо-западной части Аравийского полуострова, в княжествах Неджда. Здесь знаменем объединительного движения арабских племен стало религиозное учение ваххабитов.

Основоположником этого учения был недждский богослов Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб (1703—1787). В 40-х годах XVH1 в. он стал призывать мусульман вернуться к традициям раннего ислама, возродить «истинную» веру. Он резко осуждал сохранившиеся племенные культы, основанные на доисламских первобытных верованиях и как бы символизировавшие сепаратизм отдельных племен. Ваххабиты отстаивали аскетическую простоту нравов, отвергали праздность и предметы роскоши, пение и музыку, употребление вина, кофе, табака. Западные авторы называют их «пуританами пустыни». Ваххабиты считали турецких пашей отступниками от веры, а султана — лжехалифом. Иначе говоря, ваххабизм в религиозной форме сочетал идеи преодоления племенного сепаратизма и объединения Аравии с призывом к борьбе против турецкого господства. Эта идеология отражала также протест кочевников-бедуинов и крестьянства земледельческих оазисов против усиливавшейся эксплуатации и их идеалы социального равенства.

Ваххабитское учение принял эмир небольшого недждского княжества Дарийя — Мухаммед ибн Сауд. Династия Сауди-дов развернула борьбу за подчинение других княжеств, завершившуюся в 1786 г. превращением Неджда в единое феодально-теократическое государство. После смерти Абд аль-Ваххаба Саудиды стали также и религиозными руководителями ваххабитов и теперь стремились распространить свою власть за пределы Неджда. В конце XV11I — начале XIX в. они подчинили побережья Персидского залива и Красного моря, заняв Хасу, значительную часть Омана, Бахрейн, Кувейт, Хиджаз (включая Мекку), и объединили, таким образом, под своей властью почти всю Аравию. Затем развернулась борьба за Сирию и Ирак. Ваххабиты громили войска турецких пашей, но в Ираке и Сирии они не встретили такой поддержки населения, как в Аравин.

В соседних с Анатолией арабских странах контроль Османской империи был сильнее, чем в Аравии. Однако и их правители зачастую проявляли самостоятельность и неподчинение Стамбулу.

Отделенный от Малой Азии горами, Ирак фактически был автономной провинцией, лишь номинально подчиненной правительству султана. С начала XVII в. здесь развернулась активная деятельность английской Ост-Индской компании, имевшей в Багдаде и Басре официальных представителей и фактории. Англичане оказывали немалое влияние на багдадских пашей. В 1817—1831 гг. в Ираке правил Дауд-паша, грузин по национальности. Он осуществил ряд реформ, целью которых было превратить Ирак в самостоятельное государство, независимое от Стамбула и Ост-Индской компании.

Иракский правитель решительно боролся с сепаратизмом местных феодалов. Ему удалось объединить арабские племена, но наступление на курдов Северного Ирака вызвало сильное сопротивление и привело к войне между Османской империей и Ираном, поддержавшим курдских феодалов. Война 1821 — 1823 гг. шла неудачно для турок и Дауд-паши: проявилась слабость его армии. После войны Дауд-паша приступил к созданию современных, обученных по европейскому образцу воинских частей. Но это сопровождалось усилением влияния в Ираке Ост-Индской компании, офицеров которой Дауд пригласил в качестве инструкторов. Правитель Ирака установил монополию на закупки и экспорт пшеницы, ячменя, фиников, поощрял выращивание хлопка и сахарного тростника.

Укрепив свою власть в Ираке, Дауд-паша прекратил уплату дани султану и стал именовать Ирак «Счастливым Вавилонским царством». Однако попытка Дауда, опиравшегося на арабских феодалов и купцов Ирака, освободиться от турецкого господства кончилась неудачей. Его реформы, носившие поверхностный характер, не могли существенным образом изменить положение. К тому же катастрофические наводнения, неурожай и, наконец, эпидемия чумы крайне ослабили Ирак. Турецкие армии, почти не встретив сопротивления, вступили в опустошенную страну. В 1831 г. Дауд-паша был низложен и отправлен в Стамбул.

Сирия являлась в XVIII в. частью Османской империи и была разделена на несколько вилайетов. В отдельные периоды власть пашей этих вилайетов распространялась и на некоторые районы сопредельных с Сирией Ливана и Палестины.

Большую часть территории современного Ливана занимал образовавшийся в начале XVII в. Ливанский эмират, находившийся в вассальной зависимости от турецкого султана.

Распространение в Сирии и Ливане христианства в доисламский период, переселение в Ливан бежавших из Сирии последователей христианских сект, существование в X—XIII вв. феодальных княжеств, созданных крестоносцами в результате крестовых походов, привели к тому, что значительная часть ливанских арабов исповедовала христианство. Большинство сирийских и ливанских христиан были маронитами, часть принадлежала к православной церкви. Первые общины маронигов возникли в Сирии в V—VII вв. Их появление связывают с именем монаха Map Марона. Признавая с XVI в. верховенство римско-католической церкви, марониты сохранили некоторые своеобразные ритуалы и обычаи. Маронитскую церковь возглавляет «патриарх Антиохии и всего Востока».

Мусульманское большинство ливанского населения тоже делилось по религиозному признаку — на суннитов, шиитов и друзов (одна из шиитских сект, составлявшая замкнутую общину).

Турецкие правители и европейские колонизаторы разжигали религиозную вражду, особенно между друзами и маронитами.

В конце XVIII — начале XIX в. в сельское хозяйство Ливана проникают товарно-денежные отношения. Происходила специализация отдельных районов на производстве различных товарных сельскохозяйственных культур. Росли ремесленное производство и торговля в городах, появились первые мануфактуры с применением наемного труда.

Расположенная к югу от Сирии и Ливана Палестина управлялась как провинция Османской империи. В Иерусалиме и некоторых других пунктах Палестины находились религиозные святыни христиан, мусульман, иудаистов.

Важное стратегическое положение этой страны давно привлекало к ней внимание европейских держав, всячески использовавших сложившуюся там религиозную ситуацию.



2. Египет в XVIII — начале XIX в.



Ослабление Османской империи привело к восстановлению в Египте политической власти мамлюков. Так назывались в средние века солдаты и командиры гвардии египетских султанов, которая формировалась из захваченных в плен или купленных на невольничьих рынках рабов («мамлюк» — букв. «раб»). Несмотря на такое происхождение, мамлюки стали привилегированным сословием феодального Египта. Они длительное время были основными представителями класса феодалов. На султанском престоле утвердились мамлюкские династии. Тем не менее мамлюки не превратились в наследственную аристократию. Ряды мамлюков по-прежнему пополнялись за счет захваченных, купленных или завербованных выходцев с Кавказа — черкесов, грузин, абхазов. Среди мамлюков встречались и добровольцы — представители различных национальностей Европы. Но мамлюком никогда не мог стать египетский араб.

Выдвинувшиеся мамлюкские дружинники становились беями. Все дружинники данного бея составляли единый клан. Нередко владения и титул бея после его смерти переходили к рядовому дружиннику. В XVIII в. было 24 бея. Самый могущественный из них находился в Каире.

В 1769 г., после начала русско-турецкой войны, мамлюкский правитель Али-бей объявил Египет независимым от Османской империи и вскоре принял титул «султана Египта и обоих морей». Первоначально операции Али-бея против турок развивались успешно, однако вспыхнувшая вскоре вооруженная борьба между мамлюкскими беями привела к поражению Али-бея. В результате турецкое господство вновь было номинально восстановлено.

Междоусобицы мамлюкских феодалов очень тяжело отразились на экономическом положении Египта. Произвол мамлюкских беев, жесточайшее угнетение крестьян и ремесленников резко усилили недовольство в стране. Начавшееся народное движение против турецкого господства и мамлюкских феодалов возглавили шейхи известной каирской мечети аль-Азхар. По их призыву летом 1795 г. ремесленники и купцы Каира закрыли свои мастерские и лавки. Мамлюкские правители оказались вынужденными вступить в переговоры с шейхами и обещать пресечь насилия и притеснения, отменить незаконные поборы и налоги.

Аль-Азхар явилась центром народного восстания и против французских оккупантов. Хотя Наполеон Бонапарт, армии которого летом 1798 г. оккупировали Египет, изображал себя борцом против угнетения страны мамлюками и утверждал, что он «уважает Аллаха, его пророка и Коран» больше, чем мамлюки, французы обложили города и деревни Египта натуральной и денежной данью, превышавшей поборы мамлюков. В октябре 1798 г. в Каире произошло антифранцузское восстание, возглавленное шейхами мечети аль-Азхар. Наполеон с трудом его подавил. В марте 1800 г., во время развернувшегося недалеко от Каира сражения между турецкой и французской армиями, жители египетской столицы вновь восстали, перебив сравнительно небольшой французский гарнизон. В течение месяца повстанцы сопротивлялись французским войскам, осаждавшим Каир. В сельской местности бедуины и феллахи развернули партизанскую борьбу против французских захватчиков.

Вскоре после капитуляции в 1801 г. французского экспедиционного корпуса перед вооруженными силами Англии и Турции развернулась острая борьба между турками и мамлюками, поддержанными Англией. Но египтяне, освободившиеся от французской оккупации, не желали мириться ни с турецким, ни с мамлюкским господством.

В Каире к этому времени большую роль стал играть корпус албанских стрелков Мухаммеда-Али, направленный в Египет в составе османской армии, воевавшей с Наполеоном. Реально оценив соотношение сил, Мухаммед-Али вступил в контакт с шейхами аль-Азхара, которые, не имея военной организации, в свою очередь, были заинтересованы в поддержке албанского корпуса. Во время начавшегося в марте 1804 г. восстания Мухаммед-Али поддержал восставших и возглавил оборону Каира против мамлюкских войск. Каирские шейхи провозгласили пашой Египта правителя Александрии Хуршида, а его заместителем — Мухаммеда-Али.

После безуспешной четырехмесячной осады мамлюки вынуждены были отступить в Верхний Египет, преследуемые войсками Мухаммеда-Али. Между тем Хуршид возобновил прежние поборы. Его солдаты-турки грабили каирцев. В апреле 1805 г. началось восстание горожан против Хуршида, поддержанное Мухаммедом-Али. Изгнав Хуршида, каирские шейхи провозгласили Мухаммеда-Али пашой Египта. Султан был вынужден санкционировать это назначение.

Новый правитель продолжил борьбу с мамлюками. Во время англо-турецкой войны 1807 г. англичане высадили в Александрии десант. Но Мухаммед-Али разбил и вынудил капитулировать английские войска. После этого мамлюкские беи согласились сложить оружие. Через несколько лет египетский паша истребил всех мамлюков.

Ликвидация господства мамлюкских феодалов, фактическая независимость от Османской империи создали более благоприятные условия для экономического развития Египта, который и ранее в этом отношении стоял значительно выше других арабских территорий Османской империи и Анатолии. Дальнейшему оживлению экономики и развитию производительных сил способствовали реформы, осуществленные Мухаммедом-Али. Хотя непосредственным мотивом, побудившим правителя Египта к реформам, была необходимость располагать достаточно сильной, вооруженной и обученной по-европейски армией, его реформаторская деятельность охватила различные сферы социальных отношений, экономики, культуры и государственного управления.

Истребив мамлюкских феодалов и ограничив или ликвидировав земельную собственность других феодалов и откупщиков, Мухаммед-Али сосредоточил в своих руках большую часть обрабатываемых земель. В деревнях земли были разделены между феллахами из расчета 3—5 федданов (1 феддан = =0,42 га) на взрослого работника. Формально крестьянин считался владельцем своего участка. Однако он обязан был платить высокую ренту-налог, которая теперь непосредственно поступала в казну, а остальную продукцию сдавать по ценам, устанавливаемым властями. 60 дней в году феллах должен был отрабатывать различные государственные повинности. Такая система непосредственной феодальной эксплуатации феллахов государством действовала до конца 20-х годов. В дальнейшем Мухаммед-Али стал раздавать земли вместе с сидящими на них феллахами офицерам и чиновникам.

Много внимания уделялось восстановлению старых и строительству новых оросительных каналов. При Мухаммеде-Али площадь орошаемых земель увеличилась на 100 тыс. федданов. Посевная площадь возросла с 2 млн. федданов в 1821 г. до 3,1 млн. в 1833 г. Расширилось производство сельскохозяйственных культур, особенно экспортных — хлопка, индиго, риса. В стране поощрялось строительство фабрик и мануфактур. Для нужд армии были созданы пороховой, литейный, несколько оружейных заводов. На верфях Александрии строились военные корабли. Появились текстильные фабрики, сахарные и маслобойные заводы. Почти все промышленные предприятия принадлежали казне, но небольшая часть являлась собственностью отдельных лиц или сдавалась им в аренду. К 1840 г. на предприятиях промышленного типа работало 35 тыс. рабочих. Рабочие прикреплялись к фабрикам в порядке принудительного набора.

Были проведены некоторые реформы в области культуры и просвещения. В Египте появились светские начальные и средние школы, а также четырехлетние специальные учебные заведения, в которые принимались выпускники средних школ: медицинское, ветеринарное, административное, механическое, сельскохозяйственное, лингвистическое, музыкальное. Существовали военные училища. На арабский язык переводились европейские учебники и научная литература. Десятки молодых египтян посылались для получения образования в Европу. Мухаммед-Али приглашал к себе на службу французских инженеров, врачей, учителей, юристов. В 1828 г. была основана первая арабская газета. Любопытно, что сам Мухаммед-Али научился читать лишь в сорокапятилетнем возрасте.

Реформы, осуществленные Мухаммедом-Али, позволили ему создать многочисленную и боеспособную армию и военно-морской флот, преобразовать систему государственного управления. Формально Египет оставался одним из пашалыков (большая область, управляемая пашой) Османской империи. Фактически он стал независимым государством с самостоятельной армией и правительством. Мухаммед-Али ввел в Египте систему министерств по европейскому образцу, провел новое районирование, разделив страну на семь провинций, губернаторы которых подчинялись Каиру.

Сравнение реформ Мухаммеда-Али с попытками преобразований, предпринимавшимися в то же самое время в Турции (реформы Селима III и Махмуда II, первый период танзимата), показывает, что реформы египетского паши были несравненно более результативными. К. Маркс считал Египет времен Мухаммеда-Али «единственной тогда жизнеспособной частьк» Османской империи, а самого пашу — «единственным человеком», который мог бы «добиться того, чтобы „парадный тюрбан" заменила настоящая голова». Успех реформ Мухаммеда-Али объяснялся в значительной степени тем, что их целью было не укрепление Османской империи и, следовательно, сохранение турецкого гнета над другими народами, а создание египетского государства. Хотя сам Мухаммед-Али и его ближайшее окружение этнически были чужды египетским арабам (новые помещики по происхождению были турки, албанцы, черкесы, курды и т. п.), его политика объективно была направлена на создание сильного и независимого Египта и распространение влияния египетских помещиков и купцов на другие арабские страны.

Правящий феодальный класс Египта укреплял свое государство за счет усиления эксплуатации народных масс — крестьян, ремесленников, рабочих казенных предприятий. Аграрные преобразования Мухаммеда-Али в конечном счете были направлены на сохранение и укрепление феодальной эксплуатации крестьянства. Классовая природа режима Мухаммеда-Али определила и другие реакционные моменты в его политике. Египетское правительство не поддерживало национальных устремлений других народов Османской империи и, осуществляя экспансионистскую политику подчинения новых территорий, активно участвовало в подавлении национальных движений.

Мухаммед-Али с готовностью принял предложение Махмуда II совершить карательный поход против ваххабитов. Он рассчитывал укрепиться на Аравийском полуострове. В войне против ваххабитов было заинтересовано и египетское купечество, которое несло значительные убытки из-за прекращения торговли, связанной с паломничеством в Мекку, после ее захвата ваххабитами. Поход в Аравию (1811—1818) оказался трудным и затяжным. Понадобилось семь лет для того, чтобы сломить ваххабитские войска. Аравия вернулась в состав Османской империи, но фактически была оккупирована Египтом. Египетские наместники стали управлять Недждом и Хиджазом. Мухаммед-Али назначал и смещал шерифов — правителей Мекки. Йемен сохранил свою самостоятельность, но его имам обязался выплачивать Египту ежегодную дань. Ваххабиты Неджда не раз поднимали крупные восстания против египетских оккупантов.

В начале 20-х годов в результате трехлетней войны Мухаммед-Али завоевал Судан, формально включенный в состав Османской империи, а в действительности ставший египетским владением. Египетские войска потопили в крови греческое восстание. В результате этой экспедиции султан признал о-в Крит владением египетского паши.

В ходе первой войны с султаном (1831—1833) Мухаммед-Али подчинил себе Сирию, Ливан и Палестину. Теперь внутри номинально единой Османской империи сложилась своеобразная империя Мухаммеда-Али. Это, однако, не укрепило, а ослабило Египет. Арабы Сирии, Ливана и Палестины вскоре восстали против Мухаммеда-Али. Египетская армия жестоко расправлялась с повстанцами, но не могла их окончательно сломить и подчинить. В ходе второй войны (1839—1840) восстания арабов. Сирии и Ливана способствовали поражению Египта.

После длительных переговоров между европейскими державами санкционированный ими статус Египта был узаконен султанским указом от 1 июня 1841 г. Мухаммед-Али сохранил наследственное владение Египтом и Суданом, но потерял остальные территории. Захваченный Мухаммедом-Али в ходе войны турецкий флот возвращался султану. Египетская армия сокращалась с 200 тыс. до 18 тыс. человек, судостроительные верфи уничтожались. Египетский паша признавал себя вассалом султана и обязывался платить соответствующую дань.

Таким образом, попытка египетских помещиков и купцов создать независимое от Османской империи государство закончилась неудачей. Главной причиной капитуляции Египта была открытое вмешательство Англии и других европейских держав. Поражению Египта способствовали также реакционные тенденции в политике Мухаммеда-Али. Расправа с греческими патриотами, завоевательные походы в Аравию, Судан, Сирию, Ливан и Палестину, попытки подчинить народы других арабских, стран, а также стремление Мухаммеда-Али и его ближайшего-окружения занять господствующее положение в Османской империи мешали успешному осуществлению исторически прогрессивной задачи — созданию независимого египетского государства. Мухаммед-Али и имущие классы Египта не хотели и не могли поднять народ против европейских колонизаторов.

Поражение в борьбе с султаном создало благоприятную обстановку для проникновения иностранного капитала в Египет. Ha его территорию было распространено действие англо-турецкой конвенции 1838 г. В страну хлынули английские товары. Построенные ранее фабрики закрывались. Государственные монополии (в том числе и на торговлю хлопком) были отменены. Агенты английских фирм по дешевке скупали хлопок непосредственно у феллахов. В 1851 г. англичане получили выгодную концессию на строительство железной дороги от Александрии к Каиру и Суэцу.

Английское проникновение встречало сильнейшую конкуренцию со стороны французского капитала. В 1854 г. французский дипломат и делец Лессепс добился концессии на сооружение и эксплуатацию канала, соединяющего Средиземное и Красное моря. Его строительство велось с 1859 по 1869 г. Рабочие набирались по принудительному набору из египетских феллахов — ежемесячно по 60 тыс. От непосильного труда и эпидемий погибло, по данным египетских историков, 120 тыс. человек. Не считая даровой рабочей силы, Суэцкий канал обошелся Египту более чем в 450 млн. фр. Это привело к финансовому закабалению страны.

Развитие капиталистических отношений происходило теперь в условиях активного внедрения иностранного капитала в египетскую экономику. Рост спроса на египетский хлопок привел к значительному расширению посевных площадей. В 50-х и 60-х годах увеличилось число хлопкоочистительных и сахарных заводов. Развитию товарно-денежных отношений способствовали и изменения аграрного законодательства. Были разрешены передача земли по наследству, ее продажа и сдача в аренду. Отменялась круговая порука при сборе налогов. Натуральные налоги были заменены денежными. Частная собственность на землю теперь формировалась как помещичья и мелкокрестьянская. Среди помещиков стали преобладать богатеи из египетских арабов, скупавшие землю.

Социально-экономические сдвиги в известной степени отразились на политическом положении и культурной жизни Египта. Внук Мухаммеда-Али — Исмаил, правивший в 1863—1879 гг., получил от султана в 1867 г. титул хедива (по-персидски «повелитель»). Этим актом египетский правитель был поставлен выше всех других пашей Османской империи. В 1866 г. Исмаил учредил представительную палату (в европейской литературе — палата нотаблей), имевшую совещательные функции. Она была послушным орудием в руках хедива. По словам А. И. Герцена, «Египет въехал на верблюде в эру парламентаризма».

После непродолжительной паузы, вызванной поражением Мухаммеда-Али, были продолжены реформы в области культуры, восстановлены старые школы, открыто много новых. Число школ увеличилось со 185 в 1863 г. до 4685 в 1875 г. Число учащихся начальных и средних школ достигло 100 тыс. Открылись музеи египетских древностей и арабского искусства, Национальная библиотека, оперный театр, появились научные общества. Единственным официальным языком в Египте стал арабский. Возрос интерес к арабской истории и литературе. Начали выходить газеты и журналы. Все это дало толчок формированию буржуазно-национальной идеологии.




3. Сирия, Ливан и Палестина в 50—60-х годах



После поражения Египта Сирия, Палестина и Ливан вернулись под власть турок. Ливанский эмират был ликвидирован, Палестина выделена в особый, Иерусалимский, санджак. На эти территории распространилось кабальное англо-турецкое торговое соглашение 1838 г.

Восстановление султанской власти очень скоро вызвало новый подъем освободительной борьбы арабов против турецкого господства. Она развертывалась в условиях усилившегося проникновения английского и французского капитала, активного вмешательства колонизаторов во внутренние дела арабских стран, разжигания религиозной розни. При этом Англия пыталась использовать в своих интересах друзских, а Франция — маронитских феодалов.

В 1859 г. в Кесруане вспыхнуло крупное крестьянское восстание, возглавленное деревенским кузнецом Шахином. Кресть-яне-марониты изгнали своих, маронитских феодалов, захватили их земли. Турецкое правительство вынуждено было признать администрацию Шахина.

Успех восстания оказал революционизирующее влияние на другие районы. Он встревожил феодалов и западных колонизаторов, решивших загубить народное движение в огне религиозной розни. В известной степени острой вспышке религиозной вражды способствовало распространение крестьянского антифеодального движения на районы, где крестьяне-марониты угнетались друзскими феодалами.

Перестрелка между маронитами и друзами у городских ворот Бейрута весной 1860 г. послужила сигналом к погромам и резне. В накаленной до предела обстановке фанатики-мусульмане устроили христианский погром в центре Сирии — Дамаске. Эти события дали Наполеону III повод для вмешательства.

Известие о предстоящей высадке французских войск вызвало опасения других европейских держав. Они настояли на созыве международной конференции с участием Англии, России, Франции, Австрии, Пруссии и Турции, которая в сентябре 1860 г. постановила ограничить численность французского экспедиционного корпуса 12 тыс. солдат и срок его -пребывания в Сирии и Ливане шестью месяцами. Наполеон III пытался нару-

шить этот срок, однако летом 1861 г. под давлением других держав французские войска покинули Сирию и Ливан. До этого они усмирили повстанцев-маронитов в районе Кесруана.

Вскоре между державами и Турцией была подписана конвенция о введении «органического статута Ливана». Горный Ливан становился автономной областью, управляемой губернатором-христианином, подчиненным непосредственно Стамбулу.

Хотя французский план захвата Сирии и Ливана провалился, эти страны превратились в сферу влияния французского капитала.

В 60-х годах в Сирии и Ливане развертывается арабское просветительское движение, выдвинувшее крупного писателя и публициста Бутруса аль-Бустани (1819—1883). Он основал в Бейруте первую национальную арабскую школу, начал издавать журналы на арабском языке. Бутрус аль-Бустани решительно осуждал фанатизм и религиозную рознь, призывал к единению арабов Сирии и Ливана независимо от их веры (сам он был христианином). Просветительское движение способствовало формированию национальной интеллигенции, выражавшей интересы нарождавшейся буржуазии.

В дела Аравийского полуострова все более активно вмешивались английские колонизаторы. Побережья Персидского залива и Аравийского моря давно привлекали внимание английской Ост-Индской компании. В конце XVIII в. при участии эмиссаров компании из единого до того государственного образования Оман выделился султанат Маскат, правитель которого стал союзником англичан. В 1820 г. в результате неоднократных нападений британского флота был подписан «Генеральный договор о мире» между Ост-Индской компанией и шейхами прибрежной полосы Северного Омана (англичане назвали этот район Пиратским берегом), который положил начало британскому протекторату. Страна стала именоваться Договорный Оман. В этом же году Ост-Индская компания установила протекторат над Бахрейном, вновь подтвержденный в 1861 г. В 1839 г. англичане захватили Аден.

После ухода в 1840 г. египетских войск ваххабитский эмират Саудидов включал в себя территории Неджда и Хасы. Но в области Джебель Шаммар, на севере Неджда, возвысился род Рашидидов, которые постепенно стали фактически независимыми от эмира. Между Саудидами и Рашидидами вспыхнула война, сильно ослабившая ваххабитский эмират. В этих условиях турецкому правительству частично удалось восстановить утраченный контроль над Аравией. Правители эмиратов и княжеств признали свои владения частью Османской империи. В ряде пунктов Аравийского полуострова появились турецкие

гарнизоны. В Йемене турецкая администрация лишила имамов светской власти. Имам оставался лишь религиозным главой зейдитов.



4. Захват Алжира Францией. Борьба алжирцев против французских колонизаторов



В XVIII в. Алжир лишь номинально входил в состав Османской империи. Государственную власть возглавлял дей, пожизненно избираемый янычарскими командирами. Алжирцы не прекращали борьбы против турецкой феодально-янычарской верхушки.

Во время наполеоновских войн Франция получала от алжирского дея продовольствие и кожи. Наполеон рассматривал эту африканскую страну как сферу французской экспансии. Окончательно французские планы захвата Алжира созрели в конце 20-х годов XIX в. К этому времени возникли острые разногласия между деем и французским консулом в Алжире по вопросу об оплате Францией алжирских товаров, полученных в кредит. Однажды в ответ на оскорбление дей ударил французского консула своим опахалом. «Удар опахалом» стал поводом для нападения колонизаторов.

Высадившаяся в июне 1830 г. французская армия разбила янычарские формирования дея, принудив его подписать акт о капитуляции и покинуть страну. После этого французские войска вступили в столицу. Командовавший французской армией генерал Бурмон хвастливо заявил: «Все королевство подчинится нам без единого выстрела». Однако изгнание янычарских войск отнюдь не означало покорения алжирского народа.

Сопротивление возглавил талантливый полководец, государственный деятель и поэт Абд аль-Кадир, ставший национальным героем Алжира. Ко времени французского вторжения Абд аль-Кадиру было 22 года. Он получил богословское образование, побывал в Мекке, Каире, Багдаде. В 1832 г. племена Западного и Центрального Алжира, поднявшиеся против французов, избрали Абд аль-Кадира своим вождем. Он сумел объединить их и нанести ряд поражений французам, принудив последних заключить в 1834 г. мир на основе признания Западного Алжира суверенным арабским эмиратом.

Став правителем большого государства, Абд аль-Кадир сохранил верность традициям племенной демократии. Много внимания он уделял укреплению армии, строил казармы и крепости, создал литейный и два пороховых завода, ткацкую мануфактуру.

В 1835 г. французы, вероломно нарушив договор, возобновили войну, но потерпели поражение и вынуждецы были подписать в 1837 г. новый мирный договор с государством Абд аль-Кадира. Однако и он оказался недолговечным.

Алжирцы героически сражались с французскими захватчиками. Но силы были неравными. В 1847 г. Абд аль-Кадир был взят в плен, а его государство перестало существовать. Помимо огромного военно-технического превосходства французов сказалось и недовольство влиятельных феодальных элементов политикой Абд аль-Кадира. Племенные вожди Восточного Алжира не подчинились ему и вели борьбу с французами сепаратно.

Сопротивление захватчикам и народные восстания против колонизаторов продолжались и в дальнейшем. Ф. Энгельс писал в 1857 г.: «Начиная с момента первой оккупации Алжира французами до настоящего времени несчастная страна является ареной непрерывных кровопролитий, грабежей и насилий. Каждый город, большой и малый, завоевывается пядь за пядыо ценой огромных жертв. Арабские и кабильские племена, которые дорожат независимостью, как сокровищем, а ненависть к иноземному господству ставят выше самой жизни, подавляются и усмиряются посредством свирепых набегов, во время которых сжигаются и разрушаются их жилища и имущество, вытаптывается их урожай, а уцелевшие несчастные существа подвергаются либо истреблению, либо всем ужасам разврата и жестокости».

Одновременно с завоеванием, которое закончилось только в 60-х годах, осуществлялось и колониальное освоение Алжира французскими буржуа и землевладельцами. Были проведены крупные земельные экспроприации, в результате которых в руках французских колониальных властей оказался сконцентрирован огромный земельный фонд, а коренное алжирское население было обречено на безземелье. Французские власти всячески поощряли въезд в Алжир не только французов, но и испанцев, итальянцев, немцев, мальтийцев и т. п. Уже в 1851 г. в Алжире проживало свыше 130 тыс. европейцев. Пока шло завоевание, они оседали главным образом в городах, но начиналась и колонизация сельских районов. Алжир становился аграрно-сырьевым придатком Франции.



5. Проникновение европейских держав и США в другие страны Магриба



В то время как Алжир был превращен в колонию Франции, остальные страны Магриба еще сохраняли политическую самостоятельность. Но все они ощущали сильный нажим колонизаторов. Европейские державы и США уже давно проводили агрессивную политику против стран Магриба под предлогом борьбы с морским пиратством. Корсарством занимались главным образом янычары и принявшие ислам европейские авантюристы. Пиратские капитаны играли видную роль в правящей янычарско-феодальной верхушке Алжира, Туниса, Ливии, а корсарский флот был единственной реальной военно-морской силой, которой могли располагать правители стран Магриба в XVII—XVIII вв. на Средиземном море. Услугами пиратов Северной Африки пользовалась и английская буржуазия, нанося их руками удары по своим торговым конкурентам, в числе которых были и США.

В конце XVIII — начале XIX в. военно-морской флот США развернул военные действия против Туниса и Ливии. Тогда же были заключены первые договоры США с Тунисом, Ливией и Алжиром. Во время войны 1812 г. между США и Англией корсары возобновили нападения на американские торговые суда. После окончания войны в Средиземное море была послана американская военная эскадра. Правители Алжира, Туниса и Ливии были вынуждены уплатить контрибуцию США. Вскоре военные операции против североафриканских стран развернула и объединенная англо-голландская эскадра. Корсарство было ликвидировано, а страны Магриба лишились своих военных флотов.

После захвата Алжира усилилось французское проникновение в Тунис, однако противодействие Англии заставило Францию в то время отказаться от попытки захватить эту страну. В 1837 г. Франция, Англия, Италия предоставили тунисскому бею займы, а в 1869 г. бей вынужден был согласиться передать государственные финансы под контроль международной комиссии. Тунис превратился в зависимую страну. Преобладающее влияние здесь имела Франция.

В XVIII и особенно в первой половине XIX в. европейские державы и США навязали марокканским султанам соглашения о введении режима капитуляций. Во время войны с Абд аль-Ка-диром Франция развернула военные действия и против Марокко, султан которого помогал алжирцам. При содействии англичан, опасавшихся утверждения французских войск в Марокко, французы принудили марокканского султана отказаться от поддержки Абд аль-Кадира. Вскоре между Францией и Марокко был подписан договор об алжиро-марокканском разграничении. Граница была обозначена весьма неопределенно, что давало французам возможность в дальнейшем предъявлять территориальные претензии к Марокко.

В 1859 г. при подавлении восстания одного из пограничных племен Алжира французские войска вторглись на марокканскую территорию. Одновременно на Марокко напали испанские войска. Султан вынужден был уплатить испанцам большую контрибуцию и предоставить им рыболовную базу в Ифни. Чтобы получить средства для уплаты контрибуции, султану пришлось заключить соглашение с Англией о кабальном займе. Марокко превращалось в полуколонию нескольких держав.

Положение Ливии в первой половине XIX : несколько отличалось от положения других стран Магриба. В 30-х годах Стамбулу удалось восстановить здесь режим прямого турецкого управления. Династия деев была низложена. Администрацию возглавил турецкий губернатор. Но племена внутренних районов практически не признавали никакой власти и управлялись своими шейхами.

Борьбу арабов и берберов Ливии против турецких феодалов зачастую возглавляли мусульманские религиозные братства. Наибольшим влиянием пользовалось братство сенуситов, созданное в 40-х годах Мухаммедом ибн Али ас-Сенуси. Его религиозное учение было близко к ваххабизму. Сенуситы отрицали светскую и религиозную власть турецкого султана. Стремясь приостановить проникновение колонизаторов в Северную Африку, они призвали к джихаду — «священной войне» против «неверных». Братство создало своеобразные военные поселения своих приверженцев. Сенусизм получил довольно значительное распространение также в Судане и Хиджазе. Но его основной базой была Ливия. Во второй половине XIX в. братство сенуситов превратилось во влиятельную религиозно-политическую организацию, возглавившую национально-освободительную борьбу берберских и арабских масс Ливии.

К началу нового времени Эфиопия, большую часть населения которой составляли народы амхара и галла, была самым развитым и устойчивым государственным образованием Тропической и Южной Африки. Это было феодальное государство, состоявшее из нескольких княжеств, по сути дела независимых от власти нгуса нэгэст (царя царей), или негуса. Считалось, что основоположником императорской династии был Менелик I — сын царя Соломона и царицы Савской. Иногда сравнивают государственный строй Эфиопии второй половины XVIII — первой половины XIX в. с сегунатом в Японии, ибо в Эфиопии реальная власть принадлежала тому феодалу, который в ходе междоусобной борьбы возводил на императорский престол угодного ему представителя «Соломоновой династии», чаще всего несовершеннолетнего юношу или глубокого старика. Но в отличие от Японии здесь власть фактического правителя не передавалась по наследству.

Большинство земель принадлежало императорской фамилии, феодалам и церкви. Крестьяне должны были отбывать барщину и отдавать значительную часть урожая или поголовья скота. При этом крестьянское землепользование носило общинный характер. В Эфиопии сохранялось и рабство. Основная масса населения исповедовала христианство близкого к православию толка.

В первой половине XIX в. усиливалось недовольство крестьянства и части феодалов непрекращавшимися междоусобицами.

Известную тревогу у наиболее дальновидных феодалов вызывало начавшееся проникновение европейцев.

В этой обстановке в середине XIX в. развернулась борьба за объединение, которую возглавил Касса — потерявший свои владения феодал средней руки из Западной Эфиопии. В горах он сформировал из бежавших от господ крестьян и мелких феодалов вооруженный отряд. Борьба Кассы с крупными феодалами нашла отклик у крестьян, нарождавшегося купечества, мелких и средних феодалов. Вскоре он объединил под своей5 властью всю страну и был провозглашен императором под именем Федора II (1855—1868). Этим была нарушена традиция назначать номинальных императоров из «Соломоновой династии».

Федор II начал осуществлять серию реформ, которые должны были превратить Эфиопию в централизованное государство. Ему удалось на некоторое время обуздать феодальную анархию и сепаратизм. Он пытался несколько ограничить привилегии князей церкви. Солдаты стали получать жалованье, а не находиться на содержании у населения, как это было раньше. Был централизован сбор налогов. Прокладывались новые дороги и восстанавливались заброшенные караванные пути. Император предполагал открыть механические мастерские, надеясь выписать квалифицированных мастеров из Европы. Была запрещена работорговля.

Но в полном объеме программа Федора II не была реализована. Она встретила сильное сопротивление со стороны феодалов и церкви. Недовольны были и крестьяне, так как мероприятия Федора II привели к росту налогов. Враждебно отнеслись к политике негуса европейские державы, особенно Англия, которая в тот период активно готовила военный поход против Эфиопии.

Однажды Федор II сказал французскому консулу: «Я знаю тактику европейских правительств. Когда они хотят захватить государство Востока, они посылают сначала миссионеров, затем консулов, чтобы поддержать миссионеров, затем батальоны, чтобы поддержать консулов. Я не какой-нибудь индийский раджа, чтобы быть осмеянным таким образом. Мне больше нравится иметь дело сразу же с батальонами». Вскоре в Эфиопии появились британские батальоны. Начавшаяся в 1867 г. англоэфиопская война сорвала наметившееся объединение страны. Эфиопская армия была разбита английскими войсками, Федор II застрелился.

Английским колонизаторам, однако, не удалось закрепиться в Эфиопии. Враждебное отношение населения, связанные с этим трудности в снабжении продовольствием и питьевой водой заставили английские войска покинуть страну. Но тенденция к централизации была временно ослаблена. В Эфиопии вновь воцарилась феодальная анархия.

Хотя до 70-х годов XIX в. колонизаторы захватили только незначительную часть африканской территории, они к этому времени уже оказали губительное влияние на развитие народов Тропической и Южной Африки. Первые захваты португальцев нарушили давние и довольно интенсивные торговые связи между Африкой и Азией. Захват Португалией, а затем и другими европейскими державами наиболее удобных гаваней и создание на побережье опорных пунктов колонизаторов практически лишили многие африканские народы выхода к морю. Исключительно тяжелые последствия для народов Тропической и Южной Африки имела работорговля.

Рабство существовало в Африке задолго до появления европейцев, но носило тогда патриархальный, домашний характер. С появлением европейцев торговля людьми приобрела невиданный размах. Во время ее наивысшего расцвета, в XVII— XVIII вв., почти все страны Западной Европы явно или тайно участвовали в этом доходном промысле. Потеря африканскими народами десятков миллионов людей не могла не сказаться резко негативно на развитии производительных сил. Работорговля крайне отрицательно повлияла и на политическое развитие африканских народов. В доколониальный период рабы пополнялись главным образом за счет военнопленных. Массовая работорговля привела к резкому увеличению междоусобных войн. Колонизаторы натравливали одни племена и народы на другие, чтобы увеличить количество рабов. Дружины вождей начали совершать внезапные набеги на соседей специально для охоты за людьми. Зачастую вожди стали продавать в рабство своих подданных.

В начале XIX в. ослабла заинтересованность развитых капиталистических стран в работорговле. В 1807 г. британский парламент издал закон, запрещавший британским подданным заниматься ею. Но это не привело к прекращению охоты за людьми. Легальная торговля рабами превратилась в контрабандную. Когда невольничий корабль обнаруживали патрульные суда британского военного флота, владельцы корабля, стремясь уничтожить улики преступления, безжалостно сбрасывали закованных в кандалы африканцев в океан.

Губительные последствия работорговли продолжали сказываться и в середине XIX в. К тому же английское правительство

использовало «борьбу с рабством» для прикрытия колониальной агрессии. Часто результатом «экспедиций для искоренения работорговли» были новые колониальные захваты.

Государственные образования и общественный строй народов Тропической и Южной Африки в XVIII—XIX вв.

Колониальные захваты и работорговля закрепили известную застойность в развитии народов Тропической и Южной Африки. Сохранилась и сложившаяся в предшествующие эпохи большая неравномерность в развитии разных народов и регионов.

Древние и средневековые государства и государственные образования охватывали отнюдь не всю территорию Тропической и Южной Африки. Племена и народы обширных, главным образом лесных, районов «срединного пояса», современных Нигерии и Камеруна, бассейнов р. Убанги и среднего течения р. Конго, ряда областей Восточной Экваториальной Африки, всего юга континента продолжали жить в условиях первобытнообщинного строя. Некоторые племена бушменов, обитавшие в пустыне Калахари, находились на стадии развития, соответствующей верхнему палеолиту. Территории, входившие в некогда сильные и сравнительно высокоразвитые государства (главным образом в Западном Судане), вернулись в состояние политической раздробленности.

Создание новых государственно-политических объединений в XVIII—XIX вв. происходило в трудных и сложных условиях. Тем не менее, и в этот период в Тропической и отчасти в Южной Африке имелся ряд государств и государственных образований.

В начале XIX в. между р. Сенегал и нижним течением Нигера появилось сравнительно крупное государство со столицей в г. Сегу. В середине XIX в. его правителем был Аль-Хадж Омар. Тогда же в результате завоеваний мелких государств народа хауса предводителем небольшого племени народа фульбе Османом дан Фодио возникло другое крупное государство Западного Судана, которое по названию своей столицы именовалось Сокото. Завоеватели довольно быстро слились с хауса, переняв их язык и культуру. К югу от устья Сенегала сложилось государство Кайор, созданное народом волоф.

Во внутренних районах бассейна Конго, которые позднее и в несколько меньшей степени подверглись разрушительному воздействию работорговли, в XVII—XVIII вв. переживали период непродолжительного расцвета государства Луба, Лунда и Куба (иногда по имени соответствующих народов их называют Балуба, Балунда и Бакуба). В то время через Лубу и Лунду проходил торговый путь, соединяющий западное и восточное побережья Тропической Африки. Здесь находилась и наиболее

развитая в экономическом отношении область бассейна Конго — Катанга (Шаба), издавна славившаяся своими соляными: и медными месторождениями.

Усилилось в XVIII в. государство Вадаи, возникшее в районе оз. Чад в XIV в.

Политическим центром федерации государств йоруба, расположенной на побережье Гвинейского залива (прибрежные районы современной Нигерии), в XVIII в. оставался Ойо. В нем находилась резиденция алафина — главы йоруба. Алафина избирал из членов рода царствующей династии совет из семи представителей высшей знати. Обращение в рабство свободного населения, постоянные войны с соседями, вторжения фульбе с севера способствовали упадку Ойо. В первой половине XIX в. уже далеко зашел процесс распада государственного объединения йоруба. Слабо связанные между собой государства лишь формально признавали верховенство алафина Ойо.

Постоянные войны с Ойо вела, в частности, соседняя Дагомея. Она располагала боеспособной армией, ядро которой составляло регулярное войско, включавшее и отряды женщин-воинов.

В конце XVII — начале XVIII в. к северу от Золотого Берега усилилось государство Ашанти. Это была федерация княжеств, группировавшихся вокруг наиболее сильного из них — Кумаси. В первой половине XIX в. Ашанти пыталось объединить под своей гегемонией народы центральной и западной частей побережья Гвинейского залива.

Наиболее значительным государством Восточной Африки (исключая Эфиопию) в конце XVIII — первой половине XIX в. была Буганда, этническую основу которой составлял народ баганда. Во главе государства стоял наследственный монарх с титулом «кабака».

Кроме названных выше в Тропической Африке существовал ряд других государств и государственных образований.

Общественный и политический строй государственных образований Тропической Африки еще недостаточно исследован. Их социально-экономическая структура была различной, но при большом многообразии конкретных форм все они переживали становление или развитие феодальных отношений, которые вырастали непосредственно из родоплеменного строя. При этом феодальные отношения, как правило, сосуществовали с относительно сильным и устойчивым рабовладельческим укладом, сохранению которого способствовала колонизаторская работорговля. Надо полагать, что быстрое возвышение государств Гвинейского побережья (Ойо, Дагомея, Ашанти), обогащение их правящей верхушки также были связаны с европейской работорговлей.

Важнейшей отличительной чертой всех государственных образований Тропической Африки, на какой бы ступени феодализации они ни находились, было сохранение многих институтов родоплеменного строя. Повсеместно взимание феодальной ренты сочеталось с общинными формами землевладения и землепользования. Родовые пережитки оказывали сильное влияние на организацию общественной жизни. Функции государственного аппарата нередко выполняли органы родового самоуправления.

Советские африканисты определяют классовые общества африканских государств как феодально-патриархальные. При этом необходимо учитывать, что по соседству с этими обществами, а иногда и на территории их государственных образований жили народы, находившиеся на различных стадиях разложения родоплеменного строя. Иной раз имела место и своеобразная «реставрация» родоплеменных отношений при распаде или ослаблении государственных образований. С другой стороны, у некоторых народностей, находившихся на родоплеменной стадии развития, в первой половине XIX в. происходил довольно интенсивный процесс объединения племен и становления государства (например, у зулусов Южной Африки). Необходимость отпора колониальной агрессии ускоряла этот процесс.



6. Колониальные захваты эпохи домонополистического капитализма и сопротивление африканских народов



В рассматриваемый период главными базами колониализма в Тропической и Южной Африке являлись колонии, возникшие на рубеже нового времени.

Португальские владения в Анголе включали прибрежные области от устья Конго до мыса Капо-Негро. В первой половине XIX в. эти районы оставались местом ссылки преступников. В руках португальских чиновников, безжалостно обиравших местное население, находилась вся полнота власти. Вожди племен постепенно превращались в агентуру колонизаторов. Очень большую роль играли рабство и работорговля.

В Мозамбике вплоть до середины XIX в. контроль колонизаторов также ограничивался прибрежной полосой. В XVII, XVIII и даже в первой половине XIX в. Мозамбик был ареной охоты за людьми и главной базой работорговли в Юго-Восточной Африке. Отсюда рабы вывозились в Бразилию для работы на сахарных плантациях. Проникновение португальских колонизаторов в XIX в. во внутренние районы Мозамбика привело к длительной войне с местным населением.

Усилилась эксплуатация населения Гвинеи (Бисау). Была введена система принудительного выращивания экспортных культур — арахиса и др.

В Южной Африке оплотом колониализма была Капская колония, созданная голландцами во второй половине XVII в. Сюда переселялись также бежавшие из Франции гугеноты, выходцы из Германии и другие эмигранты. Потомки голландских, а также французских и немецких колонистов стали называть себя бурами. Захватывая земли готтентотов, буры создавали в районе мыса Доброй Надежды свои фермы, на которых широко применялся рабский труд. В дальнейшем буры перешли к захватам земель коса — племен, принадлежащих к группе народов банту.

В ходе наполеоновских войн Капская колония перешла к англичанам. Первое время британские власти сохраняли старые порядки, установленные голландской Ост-Индской компанией. Жители колонии официально делились на «европейцев» и «рабов», последних насчитывалось 30 тыс. Однако в дальнейшем отношения между бурами и англичанами стали напряженными. Начался приток колонистов из Англии. Повсюду вводился английский язык. Англичане ликвидировали местное самоуправление буров. Но особенно сильное недовольство колонизаторов-буров вызвал закон 1833 г. об освобождении рабов в британских колониях. После этого начался массовый уход буров из Капской колонии.

К тому времени у племен банту, территория которых была ареной бурской и английской колониальной агрессии, происходили объединительные процессы, формирование народностей. Особенно интенсивными они были на территории современного Наталя. Уже в самом начале XIX в. здесь довольно далеко зашло объединение многочисленных зулусских племен и становление государства зулусов. Его последовательно возглавляли выдающиеся вожди Дингисвайо, Чака и Дингаан. При Чаке (1818—1828) государственное объединение зулусов охватывало около ста племен. Зулусская армия включала всех здоровых мужчин в возрасте от 20 до 40 лет. Они составляли отряды с постоянным командиром — индуной. В мирное время только небольшая часть воинов находилась как бы на казарменном положении, располагалась в пограничных районах и следила за действиями вражеских племен. Большинство же жило в своих деревнях, занимаясь сельским хозяйством. Зулусский воин был вооружен коротким крепким ударным копьем — ассегаем, которым он действовал как штыком. Зулусы сражались сомкнутым строем, выделяя отряды для обхода противника с флангов и с тыла. Единая армия была одной из основ формировавшегося в то время государственного объединения зулусов. На обширной территории власть местных племенных вождей была подорвана. При Чаке каждая из подвластных ему территорий управлялась индуной размещенного на ней отряда.

Караваны буров, двинувшихся из Капской колонии на север и северо-восток, начали захватывать земли зулусов. 16 декабря 1838 г. в решающем сражении зулусы потерпели поражение. Этот день, названный «Днем Дингаана» (по имени тогдашнего правителя зулусов), с тех пор ежегодно отмечается в Южной-Африке. Для расистов это государственный праздник, день торжества белых над африканцами. Прогрессивные силы считают «День Дингаана» своим праздником — символом героического сопротивления африканцев колонизаторам

В 1840 г. буры, используя сепаратизм и предательство части зулусских вождей, окончательно разгромили армии Дингаана. Зулусам оставили лишь полосу земель на севере Наталя, объявленных независимым государством Зулуленд. Но бурам не удалось создать в Натале свою республику, он был включен англичанами в состав Капской колонии, а позднее выделен в самостоятельную британскую колонию Наталь.

После этого большинство буров покинули Наталь и направились в бассейны рек Оранжевая и Вааль, в районы, населенные бечуана и басуто. Если бечуана действовали разрозненно, то у басуто вторжение колонизаторов породило сильную тягу к объединению. Французский миссионер, живший среди басуто, писал: «В последние годы непрерывный натиск белых, кажется, открыл туземцам глаза... Идея объединения племен для отпора чужеземцам с каждым днем все больше внедряется в их сознание». Борьбу за объединение басуто и защиту их независимости возглавил Мошеш, который был признан верховным правителем всех басуто. Оплотом независимости басуто стал гористый, труднодоступный район, где ныне находится государство Лесото. Мошеш обращался к вождям зулусов и коса с призывом объединиться для борьбы с колонизаторами. Под его руководством басуто длительное время успешно сопротивлялись колониальной агрессии. Однако силы были неравными. В 1868 г. страна басуто стала британским протекторатом (Басутоленд).

Что касается буров, то они создали в середине XIX в. два государственных образования колонизаторов — Южно-Африканскую республику (англичане обычно называли ее Трансвааль) и Оранжевое Свободное государство (Оранжевая республика), — независимость которых была признана Англией. Эти события способствовали усилению бурского национализма. Буры утратили прежнюю связь с Голландией. Постепенно они стали называть себя африканерами. Отличался от голландского и их язык, который впоследствии получил название «африкаанс».

В то время как бурские колонизаторы вели наступление на зулусов, бечуана и басуто, англичане двигались на восток, захватывая земли коса. В результате целой серии «кафрских войн» племена коса были порабощены англичанами.

Таким образом, к 70-м годам XIX в. значительная часть Южной Африки перешла в руки колонизаторов. На ее территории были созданы две британские колонии и две бурские республики. Зулусы, басуто, коса мужественно сопротивлялись колониальной агрессии, но английские и бурские захватчики оказались сильнее. К этому времени независимость сумели сохранить только зулусы Зулуленда и родственный им народ свази (на территории современного Свазиленда).

Если Южная Африка к 70-м годам XIX в. в основном уже была захвачена европейцами, то в Тропической Африке Англия и Франция к этому времени лишь несколько расширили территории своих баз. Опираясь на захваченные ранее пункты на Золотом Берегу, Англия начала наступление на Ашанти. Однако стойкое сопротивление народа ашанти задержало продвижение колонизаторов. Англичанам пришлось заключить с ашанти договоры, признавшие независимость их государства и его суверенитет над прибрежными районами. В 1831 г., после очередной кровопролитной войны, государство Ашанти отказалось от контроля над побережьем, а Англия подтвердила его независимость. Англичане значительно расширили свои колониальные владения на Золотом Берегу. Новая война с Ашанти в 1863 г. не принесла им успеха. Правитель Ашанти Квеку Дуа сказал тогда: «Белый человек может привезти в джунгли пушки, однако джунгли сильнее пушек».

На западном побережье англичане захватили Сьерра-Леоне и расширили свои владения в Гамбии. С середины XIX в. одним из основных объектов агрессии британских колонизаторов стала дельта Нигера. К о-ву Лагос, занимавшему там ключевое положение, несколько раз посылались английские военные корабли. Население храбро обороняло свой остров. Все же в 1852 г. англичанам удалось навязать Лагосу протекторат, однако йоруба не раз поднимали восстания. Только в 1861 г., после очередной операции военного флота, Лагос стал британской колонией.

Соответствующий договор может служить образчиком лицемерия колонизаторов. Он был оформлен в виде заявления правителя Лагоса Досемо: «Для того чтобы королева Англии могла лучше помогать народу Лагоса, защищать его и положить конец работорговле в Лагосе и соседних с ним областях, для того чтобы прекратить разрушительные войны, которые ведут Дагомея и другие страны с целью захвата рабов, я, Досемо, этим документом довожу до сведения всех, что с согласия и по рекомендации моего совета навечно передаю королеве Великобритании и ее наследникам порт и город Лагос...»

Франция расширила свои владения Сенегал и Берег Слоновой Кости. В Сенегале французские колонизаторы встретили сильное сопротивление народа волоф, возглавленное решительным противником колонизаторов правителем Кайора Лат-Ди-ором. Несколько французских военных экспедиций оказались безрезультатными, и в 1871 г. Франция заключила с Кайором мир, признав его независимость.

В первой половине XIX в. экономическая эксплуатация народов Тропической и Южной Африки Англией и другими капиталистическими странами Европы начинает приобретать

некоторые новые черты. Усиливается заинтересованность в получении сырья и дешевых продуктов питания. Особенно быстро увеличивается вывоз пальмового масла и ценных пород дерева. Французы создают в нижнем течении р. Сенегал плантации хлопчатника и индиго. Начавшееся превращение Тропической и Южной Африки в один из источников сырья капиталистической Европы породило у буржуазии Англии, Франции, других европейских стран тягу к «освоению» внутренних районов Черного континента. Многочисленные исследователи, путешественники, миссионеры, торговцы стремились разгадать его тайны. Среди путешественников и исследователей наряду с явными колонизаторами было немало честных, мужественных людей, самоотверженно служивших науке. Но в условиях капитализма их открытия использовались в интересах колониального порабощения народов Африки.

В период домонополистического капитализма европейские державы осуществили ряд колониальных захватов, главным образом в Северной, Западной и Южной Африке. Однако к концу этого периода ими было захвачено не более 10% африканской территории. В то время огромный континент был открыт для всех колониальных держав. До поры до времени их соперничество не вызывало вооруженных конфликтов.



7. Образование Республики Либерии



Создание Либерии было связано с некоторыми аспектами борьбы против рабства в США. Сторонники постепенного освобождения рабов и выселения освобожденных негров за пределы США создали Американское колонизационное общество. С 20-х годов XIX в. оно стало основывать к югу от Сьерра-Леоне поселения американских негров, освобожденных, выкупленных у своих владельцев или бежавших от них. С помощью обмана и под угрозой пушек военного корабля американцы навязали вождю местных племен соглашение об уступке более. 13 тыс. кв. км прибрежной территории за шесть ружей, ящик бус, две бочки табаку и другие товары общей стоимостью 50 долл. Здесь были основаны Монровия (названная так в честь президента США Дж. Монро) и другие поселения. К 1847 г. имелось уже 13 поселений бывших рабов. В июле этого года избранный ими Конституционный конвент принял Декларацию независимости и конституцию Республики Либерии.

Принятие передовой для своего времени буржуазно-демократической конституции вчерашними рабами американских плантаторов, несомненно, имело прогрессивное значение. Американский офицер, находившийся в то время в Монровии, писал: «Было крайне необычно наблюдать, как эти освобожденные рабы принимали законы, свободно, если не сказать умело, обсуждая проблему о правах человека на том же континенте.а возможно, и на том же самом месте, где их предки были проданы в рабство». Создание Республики Либерии подчеркивало несостоятельность утверждений колонизаторов о расовой неполноценности африканцев.

Вместе с тем в создании Либерии проявилось стремление американской буржуазии получить базу для военно-морского флота США и опорный пункт для проникновения американского капитала в Африку. Американские негры-переселенцы, заняв на новой родине привилегированное положение, эксплуатировали коренных жителей. Гражданскими правами пользовались только мужчины-переселенцы.