Дипломатия Киевской Руси

Дипломатия — средство осуществления внешней политики государства, представляющее собой совокупность практических мероприятий, приёмов и методов, применяемых с учётом конкретных условий и характера решаемых задач. Дипломатия как специфическая область политической деятельности сопровождает возникновение государства являясь одним из средств его становления и обособления  Наиболее полно представить картину возникновения и развития отечественной дипломатии удалось А.Н.Сахарову. В своих работах он подробно описывает внешнюю политику древнерусских князей, международную обстановку того времени и дает анализ тем или иным внешнеполитическим действиям русских правителей, а также подписанным ими союзам и договорам.

     Многие русские историки склоняются к тому, что русская дипломатия возникла еще в далекой древности. Первые сведения о дипломатической практике восточных славян содержатся в византийских источниках и датируются V-VI веком. К тому времени относятся очень частые упоминания о набегах антов на территорию Византийской империи. Во время славяно-византийской войны 550-551 гг. славяне подступили к Константинополю и попытались завладеть столицей империи. Но Византия тогда смогла откупиться различными дарами, уступками и откупами и таким образом немного ослабить давление славянского мира. 

     К VI-VII вв. относятся и сведения о дипломатических контактах славянских племенных союзов между собой и другими народами. Во времена Юстиниана I Византийская империя под мощным натиском славянских племен предпринимает попытки договориться со славянскими вождями. Она заключает первые соглашения со славянами – о расселении славян в византийских землях, о найме славянских отрядов в Византийскую армию и др. В союзе с Византией славяне не раз выступали против персов, остготов, сдерживали авар и болгар с севера от византийских границ, брали на себя оборону крепостей на Дунае. Следует отметить, что все эти соглашения славянских племен с Византией носили устный характер, так как в византийских источниках отсутствуют какие-либо упоминания о письменных соглашениях, а также приводятся слова Маврикия Стратега о том, что славяне «не держат своего слова», т.е. не выполняют своих устных обещаний.

     Первое упоминание о дипломатических отношениях славян в русских источниках содержится в «Повести временных лет» и относится к легендарному Кию, основателю  Киева. По данным летописи, он был принят византийским императором и получил от него «велику честь», что на языке византийской дипломатии может означать только одно: Кий заключил, как и многие «варварские» вожди, кого подарками и подкупами привлекали греки к себе на службу, договор о союзнических обязательствах по отношению к Византии и, возвращаясь обратно домой, попытался осуществить этот договор, основав на Дунае небольшую крепость, но потерпел неудачу и был вытеснен оттуда местными жителями. Так, рядовой договор о военной помощи славян в обмен на золото и деньги стал первым сведением о зарождении русской дипломатии: восточно-славянский князь вел переговоры в константинопольском дворце и заключил с империей договор. Правда, многие ученые отрицают этот факт, подвергая сомнению существования личности Кия, которого считают просто легендой. 

     Неопровержимым же фактом является первое русское посольство в Константинополь в 838 году. И это была уже не легенда, не туманное изложение летописцем дошедших из глубин веков сведений, где были лишь намеки на исторические реалии. На сей раз факты подтверждаются упоминанием в западном источнике, принадлежащем перу епископа Пруденция. Он повествует о приходе в 839 году в столицу франкской империи русских послов из Византии, которые возвращались из Константинополя к себе на родину окружным путем. 18 мая 839 года император франков Людовик Благочестивый принял посольства руссов и греков в своем дворце. Византийский император Феофил просил Людовика милостиво предоставить русским послам возможность вернуться на родину и дать им в путь охрану, так как он не желал подвергать их опасности. Согласно сообщению западного хрониста, Людовик расспросил послов о причинах их появления в землях франков и узнал, сто они являются шведами. А поскольку лишь за два года до этого шведы совершили набег на владения франков, то послов заподозрили в шпионаже, и у Пруденция сказано, что «пришли они скорее шпионить, чем искать дружбы». Русских послов задержали до выяснения их истинных целей появления в столице франкского государства. На этом информация хрониста заканчивается и дальнейшая судьба русских послов остается неизвестной. Если проанализировать этот исторический факт, то многое становится понятным. Пруденций в своей хронике отмечает, что царь руссов послал свое посольство в Византию «ради дружбы». По существу, Русь тогда находилась в состоянии войны с Византией. Набеги руссов можно было ожидать каждые весну и лето, а предпринять ответный поход на север империя была не в состоянии – пути вдоль западного берега Черного моря контролировались могущественной Болгарией. В этих условиях желанным исходом для Византийской империи была бы «дружба» с Русью, а для руссов – завязать мирные политические (а, возможно, и экономические) отношения с великой Византией. По сути, Русь заключает с Византийской империей первый межгосударственный договор, регулирующий политические взаимоотношения между двумя странами. Следует отметить, что первое официальное посольство было не новгородским, не киевским, не какого-то другого города, племени или конфедерации племен, а посольство народа, который греки назвали «рос». Так впервые в источнике Русь выступает на дипломатическом поприще как государство под своим собственным именем. Возвращаясь же к появлению руссов во франкской столице, следует сказать, что русские послы отправились вместе с официальным посольством византийского императора к франкам, которое преследовало цель подтверждения мира и поиск помощи у франкского императора для содействия в обеспечении безопасности от угрозы удара Арабского халифата (Византия тогда потерпела ряд поражений от арабов и нависла опасность вторжения мусульман на территорию Европы). Здесь наше посольство выступало сопровождающим, и в его обязанности традиционно входили охрана и наблюдение за иностранными послами в пути, обеспечение их питанием и средствами передвижения, а также проведение нового тура переговоров в столице иноземного государства. В этом смысле путешествие русского посольства не только подтверждает традиционную для взаимоотношений с дружественным государством практику, но и указывает на общность вопросов, которые могли обсуждаться с византийцами и франками в Ингельгейме (франкской столице). Важно отметить, что византийский император лично информировал Людовика Благочестивого о русском посольстве и просил оказать ему содействие в возвращении на родину, что свидетельствует об определенном политическом статусе славянских послов. Факт признания послами шведского происхождения может только подтверждать присутствие на Руси в конце IX в скандинавских варягов, которые к тому времени уже обладали дипломатическим опытом переговоров. Молодое государство, мало знакомое с практикой решения международных вопросов, обратилось за помощью к опытным и бывалым варягам.  Таким образом, не национальная принадлежность дипломатов, а знание ими своего дела и служебная преданность тому или иному престолу определяли состав миссии в те далекие времена.

     Появление русского посольства в Константинополе можно рассматривать как начало конца той полосы изоляции, в которой оказались восточнославянские племена после нападения аваров, а позднее в связи с зависимостью от хазар. Посылка в Византию первого русского посольства и его появление в землях франков знаменует собой еще один большой шаг в становлении древнерусской дипломатии.

     События, произошедшие в 60-х годах IX века, можно назвать «Дипломатическим признанием» Древней Руси. 18 июня 860 года русские войска высадились у стен Константинополя и взяли город в осаду. Разоряя и разграбляя прилегающие к столице монастыри и селения, руссы демонстрировали мощь своей армии. Византийцы не могли оказать им сопротивление – император Михаил III с 40-тысячным войском в тот момент находился в Малой Азии и давал отпор наступающим арабам, а византийский флот отошел к берегам Крита на борьбу с пиратами. Городу с небольшим гарнизоном оставалось надеяться только на его высокие стены. Как отмечается в византийских источниках, Михаил III бросил свое войско в Малой Азии и отправился в Константинополь, где после его долгих молений в храмах произошло чудо – войска руссов сняли осаду с города и уплыли восвояси. На самом же деле за «чудом», которому придавали религиозное значение, стоит совсем другой смысл произошедшего. В византийских источниках также приводятся слова из проповеди константинопольского патриарха Фотия о неожиданном отступлении руссов: «Народ неименитый, народ не считаемый ни за что, народ, поставляемый наравне с рабами, неизвестный, но получивший значение, униженный и бедный, но достигший блистательной высоты и несметного богатства – о, какое бедствие, ниспосланное нам от Бога!» Венецианский хронист XI века Иоанн Дьякон сообщил, что нападавшие вернулись на родину с триумфом. Из этих сведений мы можем судить о том, что руссы ушли победителями с огромными богатствами в качестве огромного выкупа, военной контрибуции, которую заплатили греки за снятие осады и уход от города. В итоге можно полностью восстановить истинную картину произошедших событий: русское войско вторглось в Византию с целью наживы  золота, серебра, драгоценностей; греки не в силах были отстоять город и предложили врагу мирные переговоры и выкуп. В результате руссы получили то, зачем пришли, мирным путем и уплыли к себе на родину. Такие переговоры, прекращавшие военные действия и восстанавливающие прежнее положение, давно уже стали прочной дипломатической традицией. Неоднократно прибегали к ней византийцы во время войн с персами, арабами, болгарами, аварами, хазарами и другими народами, для Руси же эти переговоры были внове, но теперь Русь впервые добилась в ходе победоносного похода права на проведение переговоров с Византийской империей на межгосударственном уровне. Молодая держава этим договором утверждала свою силу, свой престиж перед лицом великой империи. Гордые греки были вынуждены признать ранее «неизвестный» в международном плане народ и вступить с ним в политические взаимоотношения. 

     Так закончилась эпопея 860 года, но уже через небольшой промежуток времени после ухода русской рати из-под стен Константинополя в столицу Византии прибыло русское посольство. Как сообщается во многих западных источниках, русские послы приняли христианскую веру по своему желанию и заключили какой-то мирный договор, содержание которого в источниках не раскрывается. Хотя, можно предположить, что, скорее всего, это был договор «мира и любви» – типичный для византийцев в то время договор с «варварскими» государствами. О результатах этого договора можно судить только из скупых строк источников. О том, что руссы стали «друзьями» пишет патриарх Фотий; о щедрых подарках, преподнесенных русским послам с надеждой на переговоры и заключение мирного договора, чтобы предотвратить будущие нападения сообщает Константин Багрянородный; о «мирном устроении» говорит и Никоновская летопись. 

     Таким образом, договор «мира и любви» по сути, был межгосударственным договором Руси и Византии, означавшим политическое, дипломатическое признание складывающегося Древнерусского государства великой империей. Русь встала в своих отношениях с Византией вровень с другими «варварскими» государствами, ее внешнеполитический престиж заметно повысился и заставил обратить на себя внимание тогдашний мир.

  Следующей вехой в развитии дипломатии следует считать внешнюю политику первых русских князей – Олега и Игоря. Перенесемся вперед лет на 20  с момента событий в Константинополе. В 879 году в Новгороде умирает летописный Рюрик Варяжский, передавая княжение своему преемнику Олегу, так как сын Рюрика Игорь был еще слишком мал. В 882 году Олег появляется в Киеве, убивает Аскольда и Дира – правителей Киева – и объединяет северную и южную Русь в единое государство. После этих событий Олег начинает проводить политику подчинения соседних племен. В 883 году он присоединяет древлян и обкладывает их данью, в 884 – подчиняет северян, потом радимичей, угличей и тиверцев. Все эти племена были включены в состав Древнерусского государства. Таким образом, Русь выходит на самостоятельную государственную дорогу, расширяясь и укрепляясь.

     Но уже на первых шагах судьба уготовила ей новое, нелегкое испытание. В 898 году над столицей Руси нависла смертельная опасность – кочевники венгры, продвигаясь на запад, подошли к Киеву и взяли его в осаду. Руссы  попытались дать врагу бой, но были разбиты войском венгерского вождя Альмоша. В таких условиях руссы запросили мира, и их посольство появилось в лагере Альмоша. В результате переговоров венгры «исполнили просьбу князя руссов и заключили с ним мир», пишет венгерский хронист. Но недешево обошлось снятие осады с Киева – руссам пришлось ежегодно платить дань в размере 10 тысяч марок (европейское название славянских гривен). Так еще один ранний дипломатический договор отложился в истории нашего народа, и снова это был типичный для того времени договор «мира и любви», венчавший военные действия, но на этот раз Русь выступила проигравшей стороной. 

     Следующий дипломатический договор, возможно, имеет право носить имя «договор века» и являться главным событием в истории русской дипломатии X века. Таковым является русско-византийский договор 907 года, заключенный князем Олегом и византийскими императорами Львом VI и Александром. Ненадолго обратимся к предыстории. Договор «мира и любви», заключенный Русью с Византией в 60-х годах IX века все еще продолжал действовать, т.е по нему между двумя государствами устанавливался мир, руссам предоставлялся регулярный допуск в империю послов и купцов, а Византия должна была ежегодно выплачивать Руси дань. Многие историки склоняются к тому, что Византия, в связи со сложившимся трудным положением (после долгой войны с Болгарией и начав новую войну с арабами), прекратила выполнять главное условие договора  – выплачивать дань, что побудило князя Олега собрать рать и двинуться на Константинополь. Олег собрал могучее войско из разных славянских племен и отправился «на конях и кораблях» на византийскую столицу. Поход Олега был совершенно неожиданным для греков, они не были готовы отражать нападение руссов, что обеспечило русской рати быстрый успех. Не имея возможности сопротивляться, византийцы запросили мира и направили из осажденного Константинополя в русский стан посольство. Во время этих первых переговоров Олег потребовал уплатить дань на 2000 кораблей по 12 гривен на каждого воина в корабле, а в корабле насчитывалось по 40 воинов. Греки согласились, Олег снял осаду с города и отправился заключать договор с императором Львом VI и его соправителем братом Александром. В Константинополь было послано пять русских послов, предъявившие требования Олега. Олег немного изменил размер дани – по 12 гривен на каждую ладью, но зато выдвинул новые условия. Он потребовал выплаты дани на русские города – Киев, Чернигов, Переяславль, Полоцк, Любеч и на прочие города, где сидели князья, подчиняющиеся ему. Также он предъявил требования о выплате содержания русским послам в Византии, о предоставлении русским купцам в течении 6 месяцев помесячного корма, состоявшего из хлеба, вина, мяса, рыбы, овощей, фруктов, о предоставлении на обратную дорогу купцам и послам пищи и корабельных снастей – парусов, якорей и т.д. Греки же в свою очередь выдвинули ряд встречных требований. Первое из них: если руссы придут не в качестве торговых гостей, то «помесячный корм» им предоставляться не будет. Кроме того, они просили, чтобы киевский князь запретил громить и грабить селения по пути к Константинополю. Но самое главное требование, на которое согласились греки, находилось в конце договора: русские купцы освобождались на византийском рынке от уплаты торговых пошлин, т.е. получали право беспошлинной торговли. Таковы были основные условия договора, согласованного в Константинополе русским посольством. Далее летопись сообщает, что императоры Лев VI и Александр заключили с Олегом мир и стороны дали друг другу клятвы: византийцы по христианскому обычаю целовали крест, а Олег вместе со своей дружиной клялся Перуном и оружием. Заключив мир, Олег возвращается на родину, по данным летописи, «неся злато, и паволоки (дорогие ткани), и овощи, и вина, и всякое узорочье».

     После военного похода Олега на Константинополь и заключения между Русью и Византией общеполитического межгосударственного соглашения в отношениях между двумя государствами наступает пауза в четыре года, во всяком случае, так это выглядит согласно «Повести временных лет». В 911 же году Олег направляет в Константинополь послов «построити мира и положити ряд» между Русью и Византией. Здесь следует понять проблему: зачем потребовалось Олегу заключать еще один договор через четыре года после заключения последнего договора «мира и любви», ведь на этот раз никаких выполнений обязательств со стороны Византии нарушено не было? Все дело в том, что прежний «варварский» мир 907 года был дополнен императорской привилегией – хрисовулом. Через несколько лет в Киеве поняли всю неравноправность выданного им хрисовула, в котором, несмотря на победу русского оружия, греки оказали Руси милость и выдали ей привилегию согласно своим представлениям о непререкаемом мировом авторитете великой империи. Руссам навязали это снисхождение в Константинополе и объяснили, что только в такой форме византийцы и могут выполнить те условия, на которых настаивала Русь. И вот через четыре года киевский князь решил исправить это неловкое для Руси положение. Послы явились в столицу империи не просто за подтверждением прежнего договора новым письменным – они пришли возвысить внешнеполитический престиж победившей Руси и перечеркнуть императорский хрисовул. Следует отметить, что русским дипломатам это блестяще удалось выполнить. Договор 911 года состоял из двух частей – «мира» и «ряда». «Мир» – это подтверждение мирных, добрососедских отношений между странами, открытый договором 907 года, а «ряд» – это тринадцать конкретных статей, которые и составили сердцевину, основную часть договора 911 года. Первая статья «ряда» говорила о способах рассмотрения различных злодеяний и мерах наказания за них. Вторая – об ответственности за убийство. Третья – об ответственности за умышленные побои. Четвертая – об ответственности за воровство и о соответствующих за это наказаниях. Пятая – об ответственности за грабежи. Шестая – о порядке помощи купцам обеих стран во время их плавания с товарами. Седьмая – о порядке выкупа пленных. Восьмая – о союзной помощи грекам со стороны Руси и о порядке службы руссов в императорской армии. Девятая – о практике выкупа любых других пленников. Десятая – о порядке возвращения бежавшей или похищенной челяди. Одиннадцатая – о практике наследования имущества умерших в Византии руссов. Двенадцатая – о порядке русской торговли в Византии. Тринадцатая – об ответственности за взятый долг и о наказании за неуплату долга. Таким образом, «ряд» регулировал взаимные отношения между греками и руссами и носил нормативно-правовой характер.

     Итак, цели, которые преследовали русские послы в ходе составления договора, были достигнуты. Следует обратить внимание, что русское посольство проходило в Константинополе по образцу других посольств, уже признанных Византией. Летописец рассказывает, что византийский император принял послов перед отъездом на родину, или предоставил им «отпуск», от его имени послы получили прощальные дары. Это был обычный ритуал отпуска иностранных посольств из Византии, и он был точно соблюден и в отношении Руси. Официальный характер приема как бы подчеркнул всю значимость посольства, его международный престиж, чего и добивался Олег, настойчиво поднимавший государственный престиж Древней Руси.

   Олег умер в 912 году, и на княжеский престол взошел Игорь. Вместе со смертью Олега стихла на время военная активность. Но уже к 915 году к Киеву подступила новая опасность: из причерноморских степей вышли печенеги. Но войны на этот раз не случилось – Игорь заключил с печенегами мир и на Руси снова наступил покой, длившийся до 941 года. Именно к этой дате относится упоминание в летописи похода Игоря на Константинополь. В чем же была причина этого похода? Оказывается, что в то самое «спокойное» время происходило нарастание напряжения в отношениях между Византией и Русью, достигшее предела к 941 году. Русь стремилась закрепиться на своих исторических рубежах – в Северном Причерноморье, откуда их отбрасывали в течение столетий волны кочевников. Византия же стремилась удержать этот кусочек своих владений, но могла лишь наблюдать, как русские форпосты вплотную подходили к ее колониям в Крыму и Северном Причерноморье. Византийские владения брались в клещи, Хазария облегала с севера и запада. Сколькими стычками с хазарами, греческими легионами в Крыму, в причерноморских степях были заполнены эти «спокойные» годы, сколькими бурными переговорами, взаимными требованиями за попытки Руси выйти на мировые торговые просторы. Наконец, в середине 30-х годов Византия прекратила действие договора 907 года, центральным пунктом которого была уплата дани Руси. В ответ на все это князь Игорь собирает огромное войско и на десяти тысячах судов направляется под Константинополь, где учиняет разгром пригородов, монастырей, церквей. Но Византия к тому времени успевает мобилизовать силы и дать бой русской рати. В сражении на суше греки сумели окружить руссов и в ожесточенном бою одолели их. Князь с войском отступили на корабли, но греки дали сражение и на воде. В битве они применили «греческий огонь» – горючую смесь, которой поджигали русские ладьи. Поражение руссов было полным. Князь Игорь с остатками дружины возвратился домой. Но на этом война не закончилась, и уже в 944 году, собрав новую рать, Игорь снова двинулся на Византию. Князь заручился военной поддержкой печенегов, а также набрал в армию варягов, а это означало лишь одно – русские послы провели огромную дипломатическую работу, побывав и в печенежских степях, и в Прибалтике. Можно не сомневаться, что они побывали и в Закарпатье, у венгров, которые незадолго до похода, в 943 году совершили рейд по византийской территории. Летом 944 года русское войско появилось на Дунае. И сюда, не дожидаясь нового прихода руссов к берегам Босфора, прибыло византийское посольство императора Романа I. Почему же византийцы не стали сражаться с руссами, ведь только три года назад они нанесли им два сокрушительных поражения? Важную роль здесь сыграла нарастающая военная опасность. К Дунаю подошла огромная армия, включавшая кроме русского войска еще армии варягов и печенегов. К тому же лишь недавно был заключен мир с венграми, которые при благоприятных для себя обстоятельствах могли снова завязать войну. Неспокойно было и в Константинополе – там оживились противники Романа I. И все же основной причиной, которая объясняет действия греков, была неспособность к новому столь длительному и упорному противоборству с руссами. В русском стане решили не продолжать поход, ведь Игорю было все еще памятно поражение 941 года, а заключить мирный договор. Переговоры на Дунае продолжались недолго, и смысл их состоял в том, что враждующие стороны договорились по трем важным вопросам. Во-первых, византийцы согласились уплачивать ежегодную денежную дань по старине, как это было договорено при Олеге. Основной пункт договора 907 года снова был восстановлен, и этим сразу же зачеркивались прежние разногласия, противоречия, восстанавливались дружественные отношения между странами. Во-вторых, здесь же, на Дунае, Игорь взял с Византии откуп, военную контрибуцию. Третьим условием перемирия на Дунае и уходом русского войска на родину явилась договоренность о скором обмене посольствами и выработке нового «мира и ряда». Примечательно, что на этот раз Русь настояла на появлении в Киеве византийских послов для подписания договора (напомним, что ранее русские послы, несмотря на громкие победы, брели в Константинополь и там подписывали договоры, переводя с греческого малознакомые им слова). Трудно недооценить всю важность и престижность достигнутой договоренности.  

    Итак, в Киеве появились послы императора Романа I и обе стороны начали разработку нового международного договора. Нужно сказать, что договор 944 года был тщательно проработан и русскими, и византийцами. Дипломатия того времени не знает документа более масштабного, развернутого, охватывающего и экономические, и политические, и военно-союзные отношения между странами. В этом документе были объединены все предшествовавшие ранее русско-византийские договоры. Этот договор стал своего рода итоговым, он вобрал в себя все, что оба государства в течение десятилетий выработали для себя. И Русь, и Византия провозгласили в договоре восстановление прежних мирных отношений между странами и возвратили к «ветхому миру», под которым можно понимать договор 907 года. Тем самым были повторены, возобновлены нормы общеполитической части клятвенного договора 907 года. Русско-византийские отношения получили новый мирный импульс. В состав договора вошли и статьи экономического и политического характера, регулирующие посольские и торговые отношения между странами, которые не обновлялись с 907 года. Теперь они почти без изменения попали в новый письменный договор. Подтвержден был порядок предоставления руссам посольского и купеческого содержания, предоставления им всяких припасов на обратную дорогу. Для «удостоверения личности» купцов и послов вводятся грамоты, выдаваемые от имени великого русского князя. Также обновляются статьи «ряда» 907 года, предусматривающие правовое регулирование отношений между греками и руссами. В новом договоре вводились ограничения на торговлю, больно ударившие по русским торговым интересам. Так, купцов ограничивали в масштабах торговых операций, а, самое главное – устранили права русских купцов на беспошлинную торговлю в Византии. Одними из центральных в договоре 944 года стали статьи о военном союзе и взаимопомощи Византии и Руси против общих врагов. Русь здесь выступает в роли полноправного союзника империи: обе стороны обязуются помогать друг другу против общих врагов и охранять территории, в которых заинтересованы оба государства. В решении территориального вопроса касательно причерноморских земель обе стороны пошли на компромисс: Византия смирилась с тем, что устье Днепра стало русской сферой влияния, но и добилась того, что бывающие здесь херсонесцы не терпели ущемления от руссов. 

     После того, как договор был разработан и утвержден клятвами с обеих сторон (руссы клялись у холма Перуна, а византийское посольство – в церкви святого Ильи), Игорь устроил иностранным послам прощальный отпуск по международному образцу, во время которого греки были одарены мехами, воском и челядью.

     Таким образом, впервые в своей истории Русь заключила развернутый межгосударственный политический равноправный договор о мире, дружбе и военном союзе, который подкреплен конкретными статьями в других сферах взаимоотношений двух стран и выработка которого с момента начальных переговоров и до их завершающего этапа – утверждения договора и обмена договорными грамотами – проходила на самом высоком для того времени уровне отношений Византийской империи с иностранным государством.

    Смутная пора наступила после смерти Игоря в 945 году для Киевского государства. Наследнику престола Святославу было около 5 лет, и во главе государства стала жена Игоря княгиня Ольга. В начале своего правления Ольга, подобно Игорю, занялась делами внутриполитическими – отомстила древлянам за смерть мужа и упорядочила сбор дани и налогов с населения, и лишь потом перешла на внешнюю политику, продолжая преследовать цель, установленную еще Олегом – повышение престижа Руси на международной арене.

     Договор с Византийской империей от 944 года продолжал действовать, и никакой необходимости его переутверждения не было. Однако уже с начала 50-х годов возникла острая необходимость в новых дипломатических контактах двух государств. В это время императора Константина VII беспокоят отношения с Русью, хазарами и печенегами. От Руси подозрительные греки ожидали новых набегов, но в то же время нуждались в русских войсках для новых походов против закавказских вассалов Арабского халифата. Прежний уровень отношений не удовлетворял и Русь. По-прежнему Византийская империя была недосягаема для Руси с точки зрения мирового престижа. Наконец, с каждым десятилетием все более определенно в отношениях Руси и империи возникал вопрос о крещении руссов. И поднимали его, соответственно, с надеждой извлечь из этого политические выгоды обе стороны. Правительство княгини Ольги и должно было заняться разрешением этих проблем, а это, в свою очередь, требовало появления в Константинополе нового  русского посольства. И в 955 году летопись сообщает нам о поездке княгини Ольги в византийскую столицу. 

     На встрече с императором Константином Багрянородным Ольга обсудила с ним ряд волнующих Русь вопросов. Одним из них был вопрос о династическом браке Святослава с одной из дочерей Константина VII. Породнение с императорским домом повысило бы внешнеполитический престиж Руси, но византийский император упрямо отказал княгине в этом вопросе. Также на переговорах речь шла о крещении Ольги – не просто о крещении, а о политическом акте, который бы содействовал возвышению русского государства и русской княгини. Более того, Ольга просила, чтобы ее крестным отцом стал сам византийский император. Константин выполнил просьбу княгини, которая после крещения получила имя Елена. Факт признания Елены дочерью Константина VII означало признание за ней определенного внешнеполитического титула. В свою очередь, византийский император попросил у Ольги военной помощи в борьбе с арабами, и Ольга согласилась предоставить ему русских воинов. На этом и закончилась посольская миссия русской княгини в Константинополь. Главным значением поездки в столицу Византии следует считать продолжение дружеских политических отношений между двумя могущественными государствами. 

     В 959 году Ольга проявила еще одну внешнеполитическую инициативу, отправив посольство к германскому королю Оттону I. Русь в то время продолжала искать международные контакты. Византия, Болгария, Хазария, печенеги, венгры давно уже были в сфере ее политического внимания, со всеми этими государствами и народами Русь связывали давние отношения. Германия же в середине X века превратилась в могущественную Священную Римскую империю, и Ольга хотела вступить в отношения «мира и дружбы» с еще одним крупным государством западного мира, с которым до сего времени у Руси не было регулярных дипломатических контактов. К Оттону I прибыла обычная миссия «мира и дружбы» и установила между государствами мирные отношения, которые предполагали регулярный обмен посольствами и свободный пропуск купцов. Это была чистая попытка установить политические связи с Германской империей. Подобное стремление находилось в русле тех усилий по расширению своего международного влияния, которые Русь настойчиво приводила в жизнь.

     Дипломатия княгини Ольги была направлена на поддержание старых союзов и расширение международных связей Руси. Во многом ей сопутствовал успех, и лишь в отношении Византийской империи она частично добилась поставленных целей. 

     Между тем Святослав мужал, получил признание дружины и отодвинул в тень Ольгу, взяв бразды правления в свои руки. С самого начала своего правления Святослав начал укреплять свою дружину и готовиться к великим военным походам. Первый поход не заставил себя долго ждать, и в 965 году Святослав отправился воевать с Хазарским каганатом, который традиционно был помехой к самоутверждению Руси и поиску новых торговых путей на Восток. Также восточнославянское племя вятичей находилось в зависимости от каганата и платило ему дань, несмотря на то, что вятичи ходили вместе со всем русским войском на Константинополь еще при князе Олеге. Сначала Святослав разгромил Волжских Булгар – союзника хазар и в 965 двинулся непосредственно вниз по Волге на Хазарию. Где-то на берегах Волги, на подступах к хазарской столице Итиль состоялось основное сражение между войском Святослава и хазар. Победа русских войск была полная, и Святослав двинул силы на столицу, а вскоре Итиль был взят. Далее поход продолжился вглубь Хазарского каганата. Пройдя Поволжье, Приазовье, Северный Кавказ, руссы атаковали крепость Саркел. Взяв крепость, Святослав стер ее с лица земли. На этом и закончился поход Святослава: Хазария была сокрушена, ее союзники булгары потерпели поражение. Возвращаясь в Киев, Святослав обложил данью вятичей, и они вошли в состав Русского государства. Поход Святослава окончательно положил конец хазарскому игу, освободил из-под влияния хазар племя вятичей, убрал с пути мощный военный заслон, закрывавший пути русскому купечеству на Восток, и серьезно расширил территориальные владения Руси. Теперь в Северном Причерноморье Русь могла не опасаться давления со стороны хазар.

     В то же время в международных отношениях Византии и Болгарии складывается напряженная ситуация. В 963 году умирает византийский император Роман II и власть в стране захватывает Никифор Фока – талантливый полководец. В 963 году умирает византийская принцесса Мария – жена болгарского царя. Уже несколько десятилетий Византия выплачивала Болгарии дань, облаченную в форму содержания принцессы Марии. После этого Византия перестает платить дань, и более того, изгоняет из страны болгарское посольство. Болгария в тот момент была ослаблена периодом феодальной раздробленности, а Византия, наоборот, испытывала сильный подъем, и преследовала цель оттеснить болгар от границы на север. Между Русью и Болгарией также происходило ухудшение внешнеполитических отношений, начавшееся еще с начала века. Издавна болгары контролировали русские торговые пути вдоль западного берега Черного моря. Объединение Болгарии с печенегами могло стать для Руси серьезной опасностью с юго-запада, и в интересах Руси было поддержать любые антивизантийские действия со стороны болгар. В 966 году Никифор Фока двинул свои войска  границам Болгарии, а на Русь отправил посла Калокира для заключения со Святославом тайного соглашения. По заключенному договору, между Византией и Русью подтверждались мирные отношения на основе действующего договора 944 года; Русь отказывалась от притязаний на византийские владения в Крыму и Северном Причерноморье; Византия же брала обязательство соблюдать нейтралитет во время предстоящего русского похода на Дунай и не препятствовать овладению Русью крупных торговых позиций на Дунае. Вскоре, Никифор Фока прекратил военные действия против Болгарии и перебросил оттуда часть войск в Малую Азию. Святослав же напротив, начал подготовку к Дунайскому походу, основной целью которого являлось возвращение дружбы с Болгарией путем уничтожения провизантийской группировки, сложившейся около болгарского царя. 

     В 967 году 60-тысячное русское войско выступило на Дунай. В первых же боях болгарская армия была разбита и путь на столицу и до самой границы был открыт. Но основным объектом атаки Святослава стал городок Переяславец, и как только земли по Дунаю были заняты, Святослав прекратил военные действия и осел в Переяславце. Можно думать, что после утверждения в Переяславце Святослав заключил с Болгарией мирный договор, так как никаких военных действий не возобновлялось ни с одной из сторон. Мир с болгарами мог включать пункт об уступке Святославу земель близ дунайского устья. Византия же, посчитав, что болгары пока больше не представляют угрозы, заручилась их поддержкой на случай борьбы с Русью.

     В 968 году на Киев внезапно напали печенеги, и Святослав с конным войском вынужден был покинут Переяславец, оставив там только пеших воинов. Отразив нападение печенегов, все лето 968 и первую половину 969 года он провел около заболевшей матери. И лишь после смерти Ольги он отправился снова на Дунай, где происходили большие перемены. Болгары, воспользовавшись отсутствием Святослава и, несомненно, по наставлению Византии, начали войну против оставшихся в подунайских городах руссов. Болгарам удалось до прихода русского князя возвратить Переяславец, но Святослав вновь разбил болгарские войска и вернул себе город. Там он узнал, что захват Переяславца был совершен при поддержке Византии, а, учитывая, что с 968 года с момента ухода Святослава на борьбу с печенегами Византия перестала платить Руси дань, то князь немедленно начал военные действия против империи. Новый император Иоанн Цимисхий попытался выиграть время для собирания армии и отправил в 970 году к Святославу греческое посольство. Пока послы договаривались со Святославом о выплате в большом размере дани, Иоанн Цимисхий послал за помощью к печенегам (нужно заметить, что печенеги в то время были расколоты, и часть печенегов оставалась верна руссам, как во времена Игоря, а другая часть печенегов поддерживала Византию и совершала набеги на русские земли, как на Киев в 968 году). Князь Святослав тоже послал гонцов к своим старым друзьям – венграм и печенегам. Готовясь к схватке с Византией, русский князь позаботился и о перемене внешнеполитического курса Болгарии, заставив их понять, что Византия стравливает два дружественных государства с тем, чтобы затем уничтожить болгарскую государственность. Таким образом, Святослав заручился поддержкой Болгарии. Летом 970 года союзные войска венгров и печенегов подошли в ставку Святослава, и князь закончил затянувшиеся переговоры с византийскими послами. Широкие военные действия развернулись на просторах Фракии и Македонии летом 970 года, где русские войска в ряде тяжелых битв одержали победы. Союзные отряды двинулись и на Константинополь, но были разбиты под Аркадиополем. Святослав продолжил наступление, направив свои войска на Константинополь. Вот здесь-то греки и отправили к Святославу свое второе посольство, совместно с которым был заключен новый договор с Византией. По нему Византия признавала владения Руси на Дунае и обязывалась выплачивать ежегодную дань. В остальном, все осталось как прежде по договору 944 года. Этот договор дал Иоанну Цимисхию передышку, в течение которой ему удалось приготовиться к новой борьбе с руссами и болгарами, приготовить флот, снарядить армию. Греки быстро оправились от военных потерь 970 года и готовились нанести удар по болгарской столице. В 971 году войско императора перешло через Балканы и штурмом взяло столицу Болгарии Преслав. Святослав поспешил на выручку союзникам, и войска греков и руссов встретились на равнине неподалеку от крепости Доростол. Сражение было долгим, и Святослав дал приказ отходить в крепость. Более двух месяцев продолжалась осада Доростола с постоянными вылазками русских войск, и в июле 971 года Святослав отправил русское посольство в стан греков. Византийский император с радостью принял предложение мира, так как потери с обеих сторон были огромны. По миру 971 года руссы должны были прекратить военные действия, передать грекам Доростол, освободить пленных и уйти из Болгарии. В свою очередь, Иоанн Цимисхий обещал пропустить руссов обратно домой, и предоставить в дорогу на каждого воина хлеб. Далее был выработан проект нового русско-византийского договора. По нему Русь обязалась поддерживать мир с Византией; все же прежние договоры оставались в силе, а это означало Византии уплату дани Руси. 

     Трагичен был конец этой истории. Уже после заключения договора с Русью Византия завершила разгром своего противника – Болгарии, захватила ее крепости, оскорбила ее народ и лишила болгар государственности. Остатки русского войска на обратном пути домой, подойдя к днепровским порогам, окружили печенеги. В неравной битве князь Святослав пал.

     Какой итог можно подвести политике Святослава? Во-первых, следует отметить, что Святослав, в отличие от своей матери, вопросы внешней политики решал, в основном, с помощью военной силы. Главной его заслугой следует считать устранение угрозы с Востока – Хазарского каганата – и заключение союза с Болгарией. Война с Византией ни к чему не привела – руссам не удалось удержаться на Дунае, а также расширить свое влияние в Крыму и Причерноморье выгодным договором, однако эта война в какой-то степени «разрядила» напряженное положение между двумя державами, а заключенный в 971 году мир  положил начало новому витку в истории русско-византийских отношений.

     После недолгого правления Ярополка, сына Святослава, великим князем стал Владимир Святославич, который продолжил политику древнерусских князей по повышению государственного престижа Руси на международной арене, добиваясь признания статуса Руси не как «варварского» государства, а как могучей державы. Начал свое правление Владимир с проведения религиозной реформы, суть которой сводилась к централизации и упорядочиванию пантеона славянских богов. Но во всех других странах Европы и ближней Азии господствовали монотеистические мировые религии, по сравнению с которыми политеистическая языческая Русь находилась на уровень ниже. Владимир понял всю важность проблемы и необходимость принятия новой религии. С выбором религии проблем не возникло – определенно это было христианство, проникшее на территорию Руси еще в начале X века из христианской Европы. Христианизацию Руси можно было осуществить либо с ориентацией на Рим, либо при посредстве Византии. В случае ориентации на Рим русский князь должен был примириться с идеей главенства папы римского и согласиться на прямую зависимость от него не только церковной организации, но и самой государственной власти. Такое положение не отвечало интересам Владимира, стремящегося возвысить свое государство и остаться независимым. Совершенно по-другому складывалась ситуация в случае крещения Руси по Византийскому образцу. При таком раскладе только русская церковь будет зависеть от константинопольского патриарха, никаких же обязательств князю повиноваться церковному иерарху не создавалось. Таким образом, Владимир не попадал в зависимость и мог свободно проводить свою политику по отношению к другим государствам, не опасаясь падения престижа, например, из-за отречения от церкви. Также подталкивали к принятию православия давние связи Руси с Византией – ее основным внешнеполитическим партнером. Мирный договор 971 года (по большей части состоявший из положений договора 944 года) продолжал действовать, а это означало, что пункт о военной помощи византийцам оставался в силе. В те годы византийский император Василий II подавлял мятеж бывшего византийского полководца Варды Фоки. Восстание было настолько серьезное, что император не мог подавить его своими силами и обратился за помощью к Владимиру. Русский князь выбрал подходящий момент и в обмен на русскую военную силу выдвинул предложение о крещении Руси и заключении брака с сестрой Василия II Анной. Император согласился, и летом 987 года 6-тысячный русский отряд спасает войско Василия в битве с Вардой Фокой. Но после подавления мятежа византийский император не спешил выполнять договоренность со своей стороны. Тогда Владимир решил напомнить своему союзнику о силе и могуществе Руси. В том же 987 году он совершает поход в Крым и захватывает Херсонес – главный торговый город византийцев в их Крымских владениях. Императору пришлось мириться с силой Руси и выполнить свою часть обязательств. В Херсонесе Владимир принял крещение, а вместе с ним приняла крещение и его дружина. Там же был заключен брак русского князя с принцессой Анной и подписан новый союзный договор с Византией. Текст документа не сохранился, однако можно предполагать, что он отменял соглашение Святослава с Иоанном Цимисхием 971 года. В нем был закреплен факт передачи Херсонеса обратно Византии, изменены прежние торговые статьи. Был изменен порядок службы русской наемной дружины в Византии – она была преобразована в постоянный 6-тысячный русский корпус, служивший непосредственно императору. В итоге, договор представлял собой новый равноправный союз двух держав. После заключения договора Владимир отправился домой в Киев, где в 988 году и произошло «Крещение Руси». Для 
русского народа христианизация означала приобщение к высокой культуре 
христианских народов и более успешное развитие своей культурной и 
государственной жизни, а для Руси – выход на новый уровень международных отношений.

     Но внешняя политика Владимира не исчерпывалась одним лишь событием Крещения Руси. Во время своего правления князь производит дальнейшее расширение и укрепление границ Древнерусского государства. Он окончательно подчинил радимичей, совершил ряд походов против печенегов, повоевал с поляками. Происходит укрепление южных границ государства от набегов кочевников путем постройки новых крепостей, форпостов, земляных валов, застав. Построенные Владимиром крепости Василев, Белгород, Переяславль выдержали печенежскую осаду во время набегов 988-997 гг.

     Главной заслугой Владимира во внешней политике стало признание Руси христианским государством, поднявшимся на ступень выше в своем развитии по сравнению с  языческим «варварским» государством. Владимиру удалось осуществить то, что не удалось 30 лет назад Ольге – принять новую, единую христианскую религию и заключить династический брак со своим великим союзником – Византией. И в этом отношении Киевский князь значительно повысил авторитет Руси, выведя ее на передовую европейской международной арены.

     Преемником Владимира стал его сын Ярослав, утвердившийся на киевском престоле в 1019 году. С его именем связан расцвет Русского государства. Ярослав проводил глубокую внешнюю политику, укрепляя позиции Руси перед лицом Европейских держав. Именно при нем она достигла наибольшего могущества, превратившись во влиятельную силу как на Западе, так и на Востоке. Достаточно убедительно доказывают это династические связи, которые были установлены Ярославом со многими европейскими дворами. Династические браки в то время были неотъемлемой частью дипломатии, в них каждая из сторон искала политическую выгоду. Престиж династических связей оказывался в прямой зависимости от могущества государства. Сам Ярослав взял в жены Ингигерду – дочь шведского короля Олафа; сыновья Ярослава были женаты: Изяслав – на дочери польского князя Мешко II, Святослав – на дочери немецкого графа Леопольда фон Штаде, Всеволод – на дочери византийского императора Константина Мономаха. Дочери же Ярослава стали королевами Венгрии (Анастасия), Франции (Анна), Норвегии и Дании (Елизавета). Все эти браки могут говорить лишь об одном – Русь расширяет свои внешнеполитические связи и увеличивает свое влияние в Европе. В частности, происходит дальнейшее сближение Руси с Германией. 30 ноября 1040 г. в Альштедте побывало русское посольство с дарами. Там были урегулированы все спорные вопросы, касающиеся торговли и  русско-немецко-польских отношений. Если говорить об этих трех государствах, то можно сказать, что их взаимоотношения сильно переплетались. Еще в начале XI в. Польша вела войну с Русью, а Ярослав организовывал походы в польские земли, правда, неудачные. В 1018 г. он проиграл битву на Буге, открыв польскому князю Болеславу I, воевавшему вместе с братом Ярослава Святополком, дорогу на Киев, а в походе в 1022 году на Бересьте успеха не добился. Однако в конце 30-х годов Польше пришлось столкнуться с народным движением, в результате которого государство распалось. Но вскоре оно находит помощь Руси, а новый правитель Польши Казимир Пяст заключает в 1042 году мирный договор, по которому Червенская земля (захваченная ранее) и Берестье отходили к Руси, Польша отказывалась от Ятвягии и возвращала пленных, взятых за время войны. Союз с Русью существенно облегчил Казимиру борьбу за воссоединение Поморья и возвращение Силезии, т.к. можно было не опасаться за нападение руссов с тыла. 

     Заключение новых союзов с Германией, Польшей, Венгрией, Чехией было вызвано разрывом военно-политических, торговых и церковных связей с Византией. Причины конфликта не вполне ясны, но, предположительно, ими являлась перемена политического курса Константина IX, вызвавшая стеснение прав русского купечества, расформирование «русского корпуса» и убийство посла. Ярослав собрал большое войско, во главе которого поставил  своего сына Владимира и воеводу Вышату. В 1043 г. русские рати двинулись на Константинополь. Когда русский флот подошел к столице, русские послы предложили Византии заключить мир, запросив за него огромную сумму, но не получили ответа. Затем состоялось морское сражение двух флотов, в результате которого русские суда вновь, как и в 941, были уничтожены «греческим огнем» и частично развеяны бурей. Владимир с остатками флота возвратился домой, а воевода Вышата был выброшен на берег вместе с 6-тысячным отрядом. Близ Варны он был окружен византийским войском и взят в плен. Но Византии было тяжело враждовать с Русью, упрочившей свои позиции в Европе и завязавшей связи с Германией и Францией. Вот почему Византия была вынуждена искать соглашения, принимая на себя возмещение ущерба русским купцам. Заключенный в 1046 году договор был скреплен браком Всеволода Ярославича на дочери императора. Договором предусматривалось выдача пленных и продолжение службы русского корпуса.

     Помимо решения вопросов сотрудничества с европейскими странами, Ярослав Мудрый проводил и активную восточную политику. Продолжается расширение Русского государства, заселение в степные зоны. Главная оборонительная линия переносится дальше на юг – на реку Рось. Но самым знаменательным событием становится разгром Ярославом печенежской орды под Киевом в 1036 году. Разбитые дружинами Ярослава, теснимые другими кочевниками, печенеги откочевали на Балканы и перестали быть угрозой для Киевских земель.

     За время своего правления, Ярослав сумел обеспечить укрепление на Европейской политической арене статуса Руси как великой державы. Заключая новые союзы и развивая межгосударственные отношения, Ярослав постоянно балансировал, не допуская усиления какой-либо страны, но при возможности стараясь повысить авторитет Русского государства. Примечательно, что во время окончательного раскола христианской церкви Русь заняла очень гибкую позицию – имея в виду свои тесные связи с католическими державами, она не приняла полностью сторону православной Византии, таким образом, оставив союзные отношения и с тем, и с другим лагерем.

   Подводя итог, необходимо сказать, что русская дипломатия прошла огромный путь от первых договоров «мира и любви» «варварского» государства до развернутых межгосударственных политических союзов, заключаемых в статусе великой и могучей державы. Такому бешеному успеху на дипломатическом поприще способствовало множество факторов. Одним из них является соседствующее положение с Византийской империей, с которой у Руси сложились особые отношения. В IX-X вв. Русь заключила с ней не менее 11 соглашений разного рода – от устных полевых миров до письменного равноправного межгосударственного соглашения. Именно при подписании этих договоров русские дипломаты набирались опыта, перенимали у византийцев их дипломатическую практику, учились у них правильно принимать послов по сложившимся международным традициям. В этом плане Византия оказала положительное влияние на Русь и способствовала быстрому развитию дипломатических навыков русских послов. Но самое важное, решающее значение оказала внешняя политика первых русских князей, служившая одним из мощных факторов расширения и развития древнерусского государства. Обладая огромным военным потенциалом, постоянно совершая походы на Византийскую империю и обкладывая ее данью, они никак не могли добиться главного – признания Руси (как тогда считали «варварского» государства) на международной политической арене. Удалось же это сделать им только по мере глубокого осознания  внешнеполитических целей и развития русской дипломатии. Дипломатические усилия русских князей не прошли даром – добившись признания, Русь постоянно повышала свой государственный авторитет, расширяла межгосударственные связи и приобретала новые отношения с европейскими странами. В конечном счете, именно складывание дипломатической системы Древней Руси в IX-X вв. стало очевидным свидетельством развития раннефеодального древнерусского государства, в конце концов, ставшего влиятельной силой в Европе и определявшего внешнюю политику многих европейских правителей. 







        Список использованной литературы:



1. Сахаров А.Н. «Мы от рода русского…» Рождение русской дипломатии. Л., 1986

2. Сахаров А.Н. Дипломатия Древней Руси. IX – первая половина X в., М., 1987

3. Сахаров А.Н. Дипломатия Святослава. М., 1982

4. Пашуто В.Т. Внешняя политика Древней Руси. М., 1985







3