Кавказская война

Министерство образования Российской Федерации

Майкопский государственный гуманитарно-технический колледж

















Реферат



По дисциплине: История Адыгеи



На тему: Кавказская война









Выполнил:

студент группы 721



Ловцов Сергей

























Майкоп

2000 г






Причины активизации политики царизма на Северо-Западном Кавказе.

Во внешней политике великих европейских держав на протяжении всего XIX столетия весьма важное место занимал восточный вопрос. «Всякий раз, когда утихает на время революционный ураган, один и тот же вопрос непременно вновь всплывает на поверхность — это вечный «восточный вопрос»,— писали К. Маркс и Ф. Энгельс. Составной частью этой международной проблемы являлся черкесский вопрос — вопрос о внешнеполитическом статусе Северо-Западного Кавказа и исторических судьбах адыгских народов. Адыгские земли в 30—60-х годах XIX в. оставались ареной острого соперничества России, Англии и Османской империи.

Причины активизации царской политики в Черкесии и на Востоке в целом обусловливались прежде всего эпохой разложения и кризиса крепостнической системы, которую тогда переживала Россия.

Царское правительство в своей внешней политике отражало интересы крепостников-помещиков, желавших расширения сферы феодальной эксплуатации, захвата новых земель. Это обстоятельство придавало царской внешней политике резко выраженный завоевательный характер.

Вместе с тем правительство поддерживало устремления российской торговой и промышленной буржуазии, которая во второй четверти XIX в. все более настойчиво добивалась расширения рынков сбыта и источников сырья. Интересы господствующих классов толкали экспансию царизма в слаборазвитые страны.

Проведением внешней экспансии царизм хотел сбить остроту классовых противоречий внутри страны и предотвратить кризис господствовавшей феодально-крепостнической системы.

Интерес царского правительства к Северо-Западному Кавказу был обусловлен его экономическим значением и важным стратегическим положением. Черкесия обладала разнообразными природными богатствами и сырьевыми ресурсами. Черноморское адыгское побережье играло большую роль в развитии торговли. Еще большее значение придавало российское правительство Северо-западному Кавказу в военно-стратегическом отношении. Петербург не мог считать прочным свое владычество в Закавказье, пока земли Грузии, Азербайджана и Армении отделялись от остальной части империи территорией, населенной «непокорными» северокавказскими горцами. К. Маркс подчеркивал: «Кавказские горы отделяют Южную Россию от богатейших провинций Грузии, Мингрелии, Имеретии и Гурии, отвоеванных московитами у мусульман. Таким образом ноги гигантской империи отрезаны от туловища».

Присоединение Северо-Западного Кавказа укрепляло безопасность южных границ России от посягательств соперничавших с ней европейских держав. Вместе с тем обладание Кавказом обеспечивало царизму плацдарм для дальнейших захватов на Востоке. Как писал К. Маркс, «... вместе с Кавказом Россия обеспечивает себе господство над Азией...»

Агрессивные устремления Великобритании на Северо-Западном Кавказе.

 Захватнические цели в отношении Черкесии преследовала также Великобритания — крупнейшая капиталистическая страна того времени. Английские капиталисты были заинтересованы в торговле с адыгами и извлекали из этого дела немалые доходы. Экспорт Англии в черноморские гавани в 40-х годах XIX в. оценивался в 2 млн. фунтов стерлингов. Британские публицисты сравнивали Черкесию с Италией, изображали ее богатейшим районом. Англичане настойчиво рвались к восточным рынкам.

Английский капитал стремился обратить Кавказ в источник сырья. Жажда наживы толкала купцов-авантюристов с берегов далекой Темзы на рискованные экспедиции в горные теснины Черкесии. Ежегодно в начале 30-х годов XIX в. из Черкесии в Англию отправлялось до 200 судов, груженных продуктами местного происхождения.

Растущее проникновение британского капитала в район Черного моря являлось одной из главных причин активизации английской политики на Северо-Западном Кавказе. Политика британского правительства определялась интересами английской буржуазии. Недаром Лондон отказался признать Адрианопольский договор, укрепивший позиции России на Кавказе. Британские политики опасались расширения владений России на Ближнем Востоке. Посол в Османской империи Д. Понсонби в 1837 г. многозначительно подчеркивал в своем послании к лорду Пальмерсгону: «Никто из людей не оценивает так высоко значимости Черкесии для сохранения политического равновесия в Европе, как я».

Османские притязания на земли адыгов.

Англия поддерживала реваншистские настроения в Османской империи, стремилась разыграть «турецкую карту» в борьбе с Россией за господство на Кавказе. Хотя правители турецкой державы вынуждены были вследствие военного поражения санкционировать подписание Адрианопольского договора, они не могли примириться с мыслью о потере своего влияния у кавказских горцев. Для восстановления своего владычества на лазурном берегу Кавказа, турки развернули в этом регионе кипучую деятельность. Чиновники султана и после окончания русско-турецкой войны 1828—1829 гг. плели интриги в Черкесии, стремились восстановить в глазах горцев пошатнувшийся авторитет османского повелителя. Объезжали адыгские селения высокопоставленные представители из Стамбула Сеид-Ахмед и Бекер-бей.

Политика Порты на Кавказе с конца 30-х годов XIX в. во многом смыкалась с английской политикой. Однако интересы этих государств совпадали далеко не во всем. У Османской империи были свои планы возвращения «османских земель».

Превращение Черкесии в объект спора между Россией, с одной стороны, Англией и Османской империей — с другой, наложило весьма существенный отпечаток на дальнейшее развитие военно-политических событий в крае.

Вторжение царских войск в земли адыгов.

В ходе завоевания Черкесии царизм применял разнообразные методы. Это и карательные экспедиции, и создание укрепленных линий, военно-казачья колонизация, насильственное выселение адыгов из горной зоны, а также привлечение черкесской аристократии на русскую службу, прием и размещение в России беглых  горцев,  использование  в  своих  интересах русско-адыгской торговли и т. д.

Весьма пристальное внимание обращалось в 30-х годах XIX в. на закрепление Черноморского побережья Черкесии. Царское правительство стремилось лишить адыгов экономических связей с внешним миром через Черное море и взять их «измором». К. Маркс писал в этой связи: «Россия могла надеяться реализовать свои пока еще номинальные притязания на северо-западные области Кавказа лишь в том случае, если бы ей удалось блокировать восточное побережье Черного моря и отрезать подвоз оружия и боевых припасов к этим областям».

В 1830 г. царские войска вторглись в Черкесию со стороны р. Кубани и на Черноморском побережье. Вскоре ими был занят Геленджик. С целью разъединения натухайцев и шапсугов в 1834 г. принимается план создания военной дороги от Ольгинского укрепления на р. Кубани до Геленджика на берегу Черного моря.

Прокладку дороги к Геленджику производил царский отряд под командованием генерала А. А. Вельяминова. Этот отряд возвел в 1834 г. Абинское укрепление, и в 1835 -Николаевское. В 1836 г. на Черноморском побережье, устье р. Дооб, царские войска возвели укрепление Александрийское, названное впоследствии Кабардинским.

Походы царских войск сопровождались уничтожением адыгских аулов, репрессиями, захватом скота и прочего имущества. Участник Кавказской войны М. Ф. Федоров, например, свидетельствует, что во время похода 1836 г в Закубанье были истреблены аулы Соут, Хойст, Хочелк Лезерок, Тайлис и другие. Своими жестокими набегами выделялся Г. X. Засс. В 1834 г. он сжег в верховьях Лабы Тамовский аул, причем значительная часть жителей погибла в пламени, а позднее учинил свирепую расправу над аулом беглых кабардинцев на р. Псефир.

Военные действия царских войск на берегу Черного моря приобрели большой размер в 1837—1839 годах. В это время здесь были построены укрепления: Св. Духа на мысе Адлер, Новотроицкое при устье р. Пшада, Михайловское при р. Вулан, Вельяминовское на р. Туапсе, Тенгинское при р. Шапсуге, Новороссийск в Суджукской бухте, Навагинское у устья р. Сочи, Головинское возле р. Шахе и форт Лазарев при р. Псезуапсе. Эти укрепления были объединены в Черноморскую береговую линию.



0свободительное движение адыгов и его основные этапы.

В ответ на действия царизма на Северо-Западном Кавказе вспыхнуло освободительное движение горских народов. Борьбу горцев Кавказа в XIX в. К. Маркс и Ф. Энгельс считали справедливой и освободительной войной. Ф. Энгельс писал:

«Настоящей войны, войны, в которой участвует сам народ, мы не видели в центре Европы в течение нескольких поколений. Мы видели ее на Кавказе...»

Движение адыгов за свободу и независимость делится на 3 этапа: 1) 1830—1853 гг.; 2) 1853—1856 гг.; 3) 1856—1864 гг.

Действуя небольшими партизанскими группами, адыги наносили чувствительные удары царским завоевателям. По словам участника 'Кавказской войны генерала Г. И. Фи-липсона, черкесы пользовались местностью очень хорошо, отличались замечательной храбростью и легкостью ходьбы пo горам. Адыги умели хорошо преследовать рассыпным строем.

Лучшим родом войск в Черкесии являлась конница. Царский генерал Л. В. Симонов вспоминал: «черкес прежде всего был достойным защитником родины и не дорожил своей жизнью в действиях против врагов ее,... черкесы были нелегко сокрушимой силой и, как воины, неоспоримо достойны славы». При атаке адыги были отважны и быстры, встречали противника везде, в горах и лесах.

Наряду с партизанскими действиями, адыги вступали в сражения с крупными отрядами царских войск, штурмовали царские укрепления. В феврале-апреле 1840 г. горцы Северо-Западного Кавказа овладели фортом Лазаревским, укреплениями Вельяминовское, Михайловское и Николаевское. При атаке этих укреплений они проявили сплоченность и организованность,  вместе сражались шапсуги, натухайцы, абадзехи и убыхи. Отряды с особым значком составляли отдельную дружину, подразделявшуюся по аулам на сотни, под командованием храбрейших воинов. Прославленными вождями адыгов и убыхов являлись Хаджи-Берзек, Сефер-бей Заноко, Тугузуко Кызбеч-хаджи, Хаудуко Мансур Шупако, Шурухуко Тугуз и др. Осенью 1841 г. из-за упорного сопротивления местных жителей провалилась крупная экспедиция царских войск в землю убыхов, одна из кровопролитнейших в истории Кавказской войны.

При этом следует иметь в виду, что адыги вели войну не против русского народа, а против царского самодержавия. И в те суровые годы не прерывалось дружеское общение - между русскими и адыгскими трудящимися. Многие из простых русских солдат, которых царь гнал на Кавказ, сочувствовали горцам. Немало солдат убегало из царской армии и переходило на сторону адыгов. Так, только за полгода с мая по ноябрь 1839 г. из Новороссийского отряда царских войск убежало к горцам 67 человек, среди которых были солдаты Никита Зиновьев, Григорий Николаев, Иван Федоров, Степан Колесников и другие.

Военные мероприятия 30—40-х годов XIX в. не привели к полной реализации замыслов царизма. Черноморская береговая линия русских укреплений, которая должна была держать в блокаде адыгское побережье, сама оказалась в блокадном положении. Горцы держали гарнизоны царских укреплений в осаде.

Военные действия царских войск со стороны р. Кубани носили характер медленного продвижения, сопровождавшегося рубкой леса и прокладкой дорог, тактикой окружения и разорения, заселения казачьими станицами завоеванных мест. Так, с 1840 г. началось занятие пространства между Кубанью и Лабой и создание Лабинской линии. Были основаны станицы Урупская, Чамлыкская, Лабинская, Вознесенская и укрепление Ахметовское. Продвижение колонизации на запад от р. Лабы было тогда приостановлено вследствие упорного сопротивления адыгов и абазин.

Вмешательство Великобритании и Османской империи в Кавказскую войну.

Активизация военных действий царской России на Северо-Западном Кавказе вызвала острое недовольство в Англии и Турции. Установление блокады Черноморского побережья Кавказа нанесло удар английской торговле с Черкесией и сократило ее размеры. В то же время была подорвана торговля невольниками, которой с большой для себя выгодой занимались османские купцы.

С целью ослабления влияния России, англичане устанавливают связи с горцами Северо-Западного Кавказа, подстрекают их к активным антирусским действиям. Деятельность эмиссаров из Англии начинается в Черкесии с 1834 г. Организация интриг и происков осуществлялась в британском посольстве в столице Османской империи — Стамбуле. На Черноморском побережье Кавказа в 1834 г. побывал известный английский политический деятель и публицист Давид Уркарт. Он провел ряд встреч с представителями прибрежных адыгов, обещал щедрую помощь в борьбе с Россией. Английские эмиссары занимались подкупом части адыгских феодалов, чтобы последние проводили угодную Лондону политику. Британские представители участвовали в доставке оружия и боеприпасов на Северо-Западный Кавказ.

Царское правительство приняло в 30-х годах XIX в. правила, запрещавшие подвоз оружия и боеприпасов на Кавказское побережье. Иностранные купцы могли вести торговлю лишь в тех местах, где находились русские карантинно-таможенные пункты. О мерах, принятых Россией, было сообщено правительствам Порты и западных держав.

Англичане не считались с русскими правилами мореходства вдоль восточного берега Черного моря. Пытаясь оспорить права России на Кавказское побережье, британские правящие круги решили спровоцировать военный конфликт. В 1836 г. к берегам Кавказа была отправлена английская шхуна «Виксен» с оружием и боеприпасами. Английское судно было задержано русским бригом «Аякс». Оно было объявлено военным «призом», конфисковано за нарушение таможенных и санитарных правил и передано в состав Черноморского флота, где получило новое название — «Суджук-кале».

Захват «Виксена» вызвал резкий протест английского правительства и возмущение британской общественности. Англия угрожала войной своему сопернику — царской России. В свою очередь царское правительство стремилось привлечь европейское общественное мнение на свою сторону. Царские дипломаты подкупали иностранных журналистов, писавших статьи в поддержку России.

В результате острой дипломатической борьбы английское правительство вынуждено было отступить и признать право России на конфискацию «Виксена». Госсекретарь лорд Пальмерстон не решился начать войну, не имея союзников. Отступление Лондона позволило царизму усилить военное давление на Черкесию.

Пальмерстон подвергался в английском парламенте резкой критике за свою непоследовательность в черкесском вопросе и с большим трудом избежал осуждения. К. Маркс писал по этому поводу: «В тот день столь склонный к шуткам светлейший лорд избежал осуждения только благодаря большинству в 16 голосов: 184 голоса было подано против, 200 — за него. Эти 16 голосов не заглушат, однако, голоса истории и не заставят смолкнуть кавказских горцев, звон оружия которых доказывает миру, что Кавказ не «принадлежит России, как утверждает граф Нессельроде» и как вторит ему лорд Пальмерстон».

И после провала провсокации с «Виксеном» наиболее агрессивные круги английской буржуазии не прекратили вмешательство в черкесский вопрос. В 1837 г. в Черкесии появился английский коммерсант Джеймс Белл, совмещавший функции купца с обязанностями разведчика. Вскоре прибыл к черкесскому побережью на турецком купеческом судне англичанин Лонгворт. Британские эмиссары провоцировали горцев к выступлению против России. Они обещали, что на помоешь адыгам прибудет флот европейских держав, Турции и Египта в составе 300 судов с вспомогательным войском.

Свои несбыточные обещания англичане пытались подкрепить поставкой некоторого количества боеприпасов. Так, по заказу Белла, из Трапезунда был доставлен порох на 5 тысяч турецких пиастров. Осенью 1837 г. с разведывательными целями прибыли в Черкесию британские офицеры: капитан Маррин и лейтенант Иддо.

Адыги не во всем доверяли англичанам. Многие из них начинали понимать, что английские представители преследовали свои корыстные цели. Положение Д. Белла становилось опасным.

Д. Белл пробыл в Черкесии около трех лет (1837— 1839) и за это время сумел получить немало сведений о стране. Он интересовался Черкесией, как рынком сбыта английских товаров и источником сырья для британской промышленности. В своих мемуарах Белл указывал на важность торговли с этой Страной.

После заключения выгодных для Англии Лондонских конвенций 1840 —1841 годов о Черноморских проливах, английское правительство   стало воздерживаться от открытых действий против России в черкесском вопросе. Активизация британской пюлитики в Черкесии вновь наблюдается уже в период Крымской войны 1853—1856 гг.

Мюридизм в  Черкесии.

В Дагестане и Чечне борьба горцев под руководством Шамиля протекала под флагом мюридизма — воинствующего течения мусульманской религии. Мюридизм требовал «священной войны» с «неверными» и беспрекословного повиновения религиозному лидеру — имаму. В 40-х годах XIX в. имели место попытки распространения мюридизма и среди адыгов. В Черкесии действовали один за другим наибы (наместники) Шамиля: Хаджи-Мухаммед, Сулейман-Эфенди и Мухаммед-Амин. Последний из них проявил наибольшую активность.

Однако, мюридизм не получил значительного распространения в Черкесии. Идеи мюридизма не нашли поддержки среди шапсугов, бесленеевцев, бжедугов, кабардинцев и ряда других адыгских народностей. Лишь среди абадзехов они пользовались влиянием.

Главная причина неуспеха мюридизма у обитателей Черкесии состояла в слабости распространения у них мусульманской религии. Религиозные верования адыгов представляли собой смешение христианства, мусульманства и язычества. Только небольшая часть адыгов представляла собою правоверных мусульман. По наблюдению служившего на Кавказе царского офицера Н. И. Карлгофа, «в племенах западной части Кавказа, мало склонных к религиозному фанатизму, нашлось только небольшое число истинных последователей мюридизма, преимущественно у абадзехов». Именно поэтому борьба адыгов против колониальной экспансии царизма не носила чисто религиозного характера.

Деятельность Мухаммед-Амина имела глубокий смысл ибо он пытался наладить государственность у адыгов и сплотить их в борьбе с царизмом. Он был хорошим организатором и искусным политиком. Современники называли его «кавказским Демосфеном». Под руководством Мухаммед-Амина был нанесен ряд ощутимых ударов по царским войскам в конце 40-х — начале 50-х годов XIX в.

Другим прославленным вождем адыгов в борьбе за независимость был Сефер-бей Заноко. К. Маркс, прекрасно осведомленный о внешнеполитических связях адыгов, называл Сефер-бея «вождем черкесов». Командующий царскими войсками на Кавказе в 1860 г. генерал А. Барятинский вынужден был признать: «Если до сих пор Сефер-бей и Магомет-Амин еще пользовались в известной части народа некоторою властью или, лучше сказать, влиянием нравственным, то преимущественно потому, что в них олицетворялась общая всего народа вражда против нас. Каждый из них был в своем кругу как бы знаменем, около которого группировались разрозненные общины и племена для отчаянной борьбы с угрожавшим им русским господством».

Северо-Западный Кавказ в период Крымской войны 1853—1856 гг.

Во время Крымской войны Черкесия занимала немаловажное место в военных планах англо-французского командования. Участники крымской коалиции стремились использовать кавказских горцев в войне против России.

Появление в начале 1854 г. на Черном море англо-французского флота и последовавшее затем вступление Англии и Франции в войну с Россией на стороне Турции ухудшило общую ситуацию для царских войск на Северо-Западном Кавказе. Черноморская береговая линия была поставлена в тяжелое положение. Дело в том, что военные корабли Англии и Франции господствовали на Черном море и могли атаковать береговые укрепления. Русские форты были рассчитаны на оборону против горцев и не могли противостоять флоту западных держав с его мощной артиллерией.

В этой обстановке царское правительство приняло решение об упразднении укреплений Черноморской береговой линии. Весной 1854 г. они почти все были ликвидированы, а гарнизоны эвакуированы. Лишь Анапа и Новороссийск оставались занятыми русскими войсками.

Усилия использовать в своих интересах военные силы адыгов не увенчались успехом. Адыги отказывались воевать во имя интересов заморских правителей. Они в массе своей не поддержали ни операции противников России против Новороссийска в феврале 1855 г., ни высадку десантов в районе Анапы в мае и на Таманском полуострове в сентябре того же года. Основная причина подобного поведения черкесов, до этого активно ведших борьбу против колониального наступления царизма на их земли, вскрыта К. Марксом и Ф. Энгельсом, которые писали: «...перспектива присоединения к Турции, по-видимому, отнюдь не приводит их в восторг».

Когда в мае 1855 г. царские войска оставили Анапу, ее занял отряд адыгов во главе с Сефер-беем Заноко. Летом 1855 г. англичане решили высадить свои войска в Анапе и потребовали от Заноко уступки этой крепости. Однако Сефер-бей решительно отказал им в этом, объясняя, что Анапа принадлежит адыгам. Горцы поддержали своего вождя и заявили, что если англичане и французы займут Анапу, то против них они станут действовать,  как  против своих  врагов.  Союзники вынуждены были уступить.

Итоги Крымской войны подвел Парижский конгресс 1856 г. Вопрос о Черкесии был во время переговоров о заключении мира предметом острой дипломатической борьбы. Английская делегация оспаривала право России на Северо-Западный Кавказ и, стремясь добиться пересмотра Адрианопольского договора, требовала признания независимости Черкесии. Однако, Франция в этом вопросе не поддержала Англию, чем сильно помогла царизму. Используя поддержку французов, русские дипломаты добились успеха. Требования англичан по черкесскому вопросу не нашли отражения в Парижском мирном договоре, заключенном в марте 1856 г. Хотя царское правительство в целом потерпело поражение в Крымской войне, владения России на Кавказе были за ней сохранены. Англия, подписав Парижский договор, по существу отдавала Кавказ России. Недаром британский посол в Стамбуле С. Каннинг мрачно заявил после подписания Парижского договора: «Будущее Черкесии — безнадежно».



Усиление колониального наступления царизма на Северо-Западном Кавказе.

После окончания Крымской войны царское правительство усилило наступление на «непокорных» горцев Северного Кавказа. Против них была направлена усиленная Кавказская армия, в составе которой в 1859 г. насчитывалось свыше 308 тыс. человек. Основные силы были брошены сначала портив отрядов Шамиля — имама Чечни и Дагестана. В центре внимания царских военачальников оставалась также задача подчинения населения Черкесии. Здесь в течение 1856—1859 гг. большие масштабы приняли вырубки лесов, разорение черкесских аулов и насильственное переселение адыгов.

После капитуляции Шамиля в августе 1859 г. царское командование двинуло основные силы Кавказской армии против адыгов. Война велась по системе командующего армией А. И. Барятинского. Суть ее заключалась в том, что земли, захваченные у адыгов, немедленно заселялись русским казачьим населением, а горцев теснили далее, вынуждая их покориться. Этот план приводил в исполнение с 1860 г. командующий войсками Кубанской области генерал Н. И. Евдокимов, вошедший в историю как палач-истребитель адыгских народов.

Царские войска активно вели военные действия. По словам очевидца М. И. Венюкова, «война шла с неумолимою, беспощадной суровостью. Мы продвигались вперед шаг за шагом, но бесповоротно и очищая от горцев, до последнего человека, всякую землю, на которую раз становилась нога солдата. Горские аулы были выжигаемы целыми сотнями, едва лишь сходил снег, но прежде, чем деревья одевалися зеленью (в феврале и марте); посевы вытравлялись конями или даже вытаптывались. Население аулов, если удавалось захватить его врасплох, немедленно было уводимо под конвоем в ближайшие станицы и оттуда отправляемо к берегам Черного моря и далее, в Турцию». С 1860 г. в Черкесии действовали три крупных царских отряда: адагумский, шапсугский и лабинский.

0бъединение военных сил Черкесии. Сочинский меджлис 1861г.

Горцы Северо-Западного Кавказа в условиях натиска царских колонизаторов взялись за оружие и поднялись на борьбу за свою свободу. Они храбро сражались с превосходящими силами огромной Российской империи. В мае 1857 г. упорные бои шли в стратегически важном месте при выходе р. Белой из гор. Абадзехи отстаивали свою землю шаг за шагом и не пропускали ни одной колонны царских войск без боя. Однако они вынуждены были отступить и здесь было заложено укрепление Майкоп. При штурме царских укрепленных пунктов адыги демонстрировали массовый героизм. «Ожесточение, с которым они бросались на стрелков, было изумительною, — вспоминает участник войны И. Дроздов,— в буквальном смысле они лезли на штыки, на которых и погибали».

Угроза со стороны царизма побуждала горцев к объединению сил. В 1861 г. в долине р. Сочи был избран совет, названный «меджлисом вольности черкесской». О возникновении государства абадзехов, убыхов и шапсугов были поставлены в известность царская Россия, Турция, Англия и Франция. В состав меджлиса входило 15 человек во главе с Хаджи Керендук Берзеком. Членами этого меджлиса, названного «великим и свободным заседанием», являлись также адыгский военный лидер Карабатыр Заноко (сын Сефер-бея), Измаил Дзиаш, Биш-Хасан-эфенди.

Меджлис разделил подвластную ему территорию на 12 округов, создал аппарат управления и ввел налоги. Каждые 100 дворов должны были выставлять по 5 всадников для создания постоянного войска. Для меджлиса были построены здания суда, молельни и кунацких.

Государство горцев возникло во время и в целях обороны от внешнего вторжения. В основу его деятельности был положен принцип коллегиальности управления и выборности в состав административных органов. Сочинский меджлис сыграл важную роль в сплочении военных сил адыгов.

Дипломатические инициативы руководителей Черкесии.

Сочинский меджлис вступил в переговоры с царским правительством. В сентябре 1861 г. царь Александр II принял представителей адыгов и убыхов во время своего пребывания в Закубанье.  Горцы соглашались перейти в русское подданство, если им дадут возможность остаться в горах, на исконных местах жительства. Однако царь заявил: «Я даю месячный срок — абадзехи должны решить: желают ли они переселиться на Кубань... или же пусть переселяются в Турцию». Горцы отвергли эти жестокие требования. Военные действия возобновились.

Меджлис обнародовал призыв к «священной» войне. Тысячи убыхских удальцов прибыли на помощь абадзехам, против которых воевала русская армия.

В 1862 г. меджлис отправил посольство в Стамбул, Париж и Лондон для исходатайствования помощи. Его возглавлял Измаил Дзиаш. По прибытии черкесских посланцев в Великобританию, их стали возить по крупным городам сторонники Д. Уркарта. Устраивались многочисленные митинги, на которых высказывались требования общественности о помощи Англии кавказским горцам. Однако призыв адыгов и убыхов о помощи остался безответным. Хотя и после Крымской войны англичане подстрекали адыгов к борьбе с Россией, они не оказали горцам поддержки в решающий час и бросили их на произвол судьбы. К. Маркс указывал на «бесстыдное одобрение, притворное сочувствие или идиотское равнодушие, с которым высшие классы Европы смотрели на то, как Россия завладевает горными крепостями Кавказа...»

Окончание Кавказской войны.

В последних боях с царскими захватчиками адыги проявляли упорство и мужество. Они связывались друг с другом ремнями, чтобы ни один не посмел подумать об отступлении, бросались в пропасть, чтобы избежать плена. Храбрые горцы бились до последней капли крови.

Однако силы были неравны. Еще в 1860 г. под ударами царских отрядов капитулировали натухайцы. Части Кавказской армии сжимали вокруг адыгов кольцо кордонов. К лету 1863 г. в Черкесии были 14 русских кордонных линий: Анапская, Адагумская, Абинская, Хабльская, Шебжская, Пшишская, Пшехская, Белореченская, Абадзехская, Даховская, Нижне-Лабинская, Верхне-Лабинская, Урупская, Нижне-Кубанская. В 1863 г. было сломлено сопротивление шапсугов и абадзехов, а в марте 1864 г. сложили оружие убыхи. 21 мая 1864 г. в глухом урочище Кбаада (ныне Красная Поляна) были проведены торжества царских войск по поводу завоевания Западного Кавказа и окончания Кавказской войны.

Прогрессивные деятели всего мира сочувствовали освободительной борьбе кавказских горцев и восхищались ею. «Храбрые черкесы снова нанесли русским несколько серьезных поражений. Народы, учитесь у них, на что способны люди, желающие оставаться свободными», — с такими словами обращался к читателям «Коммунистический журнал» — орган руководимого К. Марксом и Ф. Энгельсом «Союза коммунистов». Образы кавказских горцев, боровшихся за независимость и свободу, показали в своих гениальных произведениях М. Ю. Лермонтов и Л. Н. Толстой.

Вынужденное переселение адыгов в Османскую империю.

Финал Кавказской войны ознаменовался для адыгов подлинной национальной трагедией — вынужденным переселением сотен тысяч человек в Османскую империю. Главной причиной переселения было давление царизма. Царское правительство стремилось «очистить» Северо-Западный Кавказ от коренного населения, чтобы быстрее окончить войну и прочно закрепить за собой завоеванные земли. «Переселение непокорных горцев в Турцию,— подчеркивал генерал Н. И. Евдокимов,— без сомнения, составляет важную государственную меру, способную окончить войну в кратчайший срок, без большого напряжения с нашей стороны». Свою роль в переселении сыграли также подстрекательства определенных кругов Османской империи, ошибочная позиция известной части местных феодалов и мусульманского духовенства.

Во время переселения от голода, лишений и болезней погибло большое количество адыгов. Всего выселилось горцев, по официальным российским данным, около 500 тысяч человек за время с 1858 по 1865 годы, из них до 470 тысяч адыгов. Однако есть основания считать эти данные заниженными. Большинство переселенцев оказалось в Османской империи в тяжелом положении. Они испытывали на земле султана жестокий гнет и угрозу ассимиляции.

Адыги, оставшиеся на родине стали жить в условиях колониального режима, установленного царизмом на Кавказе. Численность их была невелика и составляла в Кубанской области немногим более 60 тысяч человек. Эпоха независимого развития древнего народа завершилась.