Мануфактурный период России

ФЕЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«Южный федеральный университет»











Реферат

По дисциплине:

«Отечественная история России»

На тему:

		«МАНУФАКТУРНЫЙ ПЕРИОД РОССИИ»





	Выполнил:

		Студент курса, группы

		Специальность:

		Проверил:

		Доцент, к.и.н.

		Феоктистов С.И.

		

		

		

		

		

		

		Ростов-на-Дону

		2009


План



Введение

1. Крепостная мануфактура

2. Государство и промышленность

3. Развитие сельского хозяйства

4. Торговля и финансы

5. Кризис феодально-крепостнической системы 

5.1 Кризис феодально-крепостнической системы в сельском хозяйстве 

5.2 Кризис крепостной промышленности

6. Транспорт, торговля, финансы

7. Ликвидация крепостного права

Заключение 

Список литературы 


Введение



Производственные отношения в крепостной мануфактуре в основе своей были капиталистическими. Но они были облечены в феодально-крепостническую форму. Крепостной рабочий не добровольно, а принудительно продавал свой труд и не мог сменить хозяина. При избытке рабочих на одном предприятии на другом их могло не хватать. Предприниматель-капиталист был одновременно помещиком, имел в собственности не только предприятие, но землю и рабочих. И российские экономисты того времени писали, что в России к основному "недвижимому" капиталу следует относить не только предприятие, но и землю, и крепостных.

Крепостное право стало тем инструментом, который позволил приспособить капиталистическую мануфактуру к феодальному строю. В сущности, крепостная мануфактура была проявлением "второго издания крепостничества" — крупным товарным производством с использованием крепостного труда.

По мере развития капиталистических явлений в экономике усиливалось крепостничество, чтобы приспособить эти явления к Феодальным порядкам.

	В результате развития крепостной мануфактуры происходило сращивание мануфактуристов с феодалами.

Перед Россией стояла задача немедленно создать мануфактурную промышленность, потому что ждать, когда она возникнет сама, значило закрепить отставание. Надо было обеспечить армию и флот всем необходимым: ведь петровские мануфактуры предназначались в основном именно для этого — металлургические для производства вооружения, текстильные для производства парусов и обмундирования.

На западе было сильное, свободное бюргерство, которое и рождало предпринимателей, а крестьянские промыслы, скованные крепостничеством, не были подобны бюргерский, буржуазной промышленности. Зато здесь были уже традиции государственного предпринимательства, а крепостничество обеспечивало условия для административного, принудительного "внедрения" мануфактур. Цель была достигнута: за короткий срок Россия перешла к стадии мануфактурного производства.

В сельском хозяйстве таких крупных преобразований, как в промышленности, не проводилось, так как они неизбежно затронули бы монополию дворян-помещиков на владение крепостными, и дворянское государство не могло пойти на такую меру. Для достижения основной цели — укрепления мощи государства — проведения реформы сельского хозяйства не требовалось.

Мануфактуры не только продавали основную часть своей продукции государству, но и приобретали массу товаров на рынке: железо для оборудования, необходимые для производства материалы, продовольствие для рабочих (крепостные рабочие не занимались "хлебопашеством"). Поэтому, например, на Уральские заводы из разных районов страны везли хлеб рыбу, ткани, гнали табуны лошадей — главный вид заводской транспорта.

Расходы государства росли быстрее доходов, увеличивая дефицит бюджета. Чтобы покрыть дефицит, государство стало печатать бумажные ассигнации. А поскольку их обмен на звонкую монету скоро был прекращен, усиленный выпуск ассигнаций вызвал инфляцию. К концу века за бумажный рубль давали только 50 металлических копеек.

Итак, в XVIII в., в значительной степени усилиями государства, в России рождается сложное переплетение феодальных и капиталистических элементов в экономике. Этот симбиоз обеспечил дальнейший рост феодально-крепостнического хозяйства, усилил государство, повысил значение России в международных делах. Однако в дальнейшем противоречия между развивавшимся капиталистическим производством и крепостничеством привели к кризису феодально-крепостнической системы. 

Капитализм рождается в недрах феодального хозяйства, но его свободному развитию препятствует феодальная оболочка. Происходит борьба между феодальным и капиталистическим в экономике, которая, конечно, кончается победой капиталистического хозяйства.

Но если бы дело исчерпывалось прогрессивным поступательным движением, слово "кризис" было бы неуместным. Кризисом было столкновение двух систем, острейшая борьба между ними. Тормозя развитие буржуазных элементов в хозяйстве, феодальная оболочка тормозила развитие всего хозяйства страны.

Мануфактура еще могла быть крепостной, но крепостная Фабрика была уже невозможна. Машины оказались несовместимыми с крепостным трудом.

Пока в мировой промышленности господствовала мануфактура, продукция, производимая в России дешевым крепостным трудом, легко завоевывала заграничные рынки. Но теперь эта продукция уже не могла конкурировать с фабричной продукцией Запада. К тому же внутренний рынок быстро расширялся, поглощал все больше промышленных товаров.


1. Крепостная мануфактура



Первая четверть XVIII в в. России — период реформ Петра I. Целью этих реформ была ликвидация экономической отсталости России, развитие промышленности. Политику содействия развитию отечественной промышленности принято называть протекционизмом. Это обычная экономическая политика государств на начальном этапе капиталистического развития.

Но в России эту буржуазную политику проводило феодальное государство, что существенно усложняло ее социально-экономический характер. Развивая промышленность, государство содействовало развитию буржуазной экономики. Однако, будучи феодальным, оно совсем не стремилось ускорить переход страны к капитализму, поэтому старалось подчинить буржуазные явления интересам феодалов, сделать так, чтобы феодальное общество их усвоило и переварило. Результатом такой политики были сложные, полуфеодальные, полукапиталистические явления, такие, как крепостная мануфактура

Естественным путем мануфактурное производство еще не развивалось, потому что для этого не созрели экономические условия, — первоначальное накопление делало только первые шаги. Экономическая политика Петра I была направлена на преодоление недостаточности первоначального накопления.

На первой стадии мануфактурного производства, когда преобладала рассеянная мануфактура, больших капиталов не требовалось. Но в Западной Европе рассеянная мануфактура рождалась естественным путем из простого товарного производства. А в России мануфактура "внедрялась" в хозяйство страны по инициативе государства сразу в централизованной форме. Для нее требовались довольно крупные капиталы. Основной капитал текстильной мануфактуры составлял от 50 до 150 тыс. руб., металлургического горного завода — намного больше купцов, имевших столь значительные капиталы, в России насчитывалось не более трех десятков, но и они не стремились вкладывать капиталы в новое рискованное дело. Недостаток капиталов преодолевался тремя путями.

Во-первых, путем строительства казенных предприятии на государственные деньги. Лишь в последние годы царствования Петра появились частные мануфактуры, а часть казенных была передана в частные руки.

Во-вторых, выявление и мобилизация частных капиталов насильственными административными мерами. Если отдельные капиталы были недостаточны для основания мануфактуры, группу купцов заставляли объединяться в "кумпанство" и вместе строить мануфактуру. Например, в 1720 г. для налаживания суконной мануфактуры в Москве Петр предписал объединить в компанию 14 человек из разных городов, и для организации дела они были доставлены на место под конвоем солдат, причем содержание конвоя была поставлено им же в счет.

Капитал, который скрывался от властей, не использовался в хозяйстве, объявлялся тунеядным. Был издан указ: если кто-то будет скрывать капитал, а об этом узнают и донесут, то доносчик получает треть этих денег, а остальные конфискуются государством.

Указ применялся на деле так. В селе Дединове жили братья Шустовы, люди мирные, которые никакими промыслами не занимались и жили в свое удовольствие. Сосед донес, что это богачи, унаследовавшие от дедов огромное состояние. Явились с обыском. Под полом было обнаружено 4 пуда золота, частью в монетах, и 106 пудов серебряных денег. Все это было отобрано.

В-третьих, государство прибегало к экономическим мерам стимулирования, старалось заинтересовать будущих мануфактуристов. Если человек строил мануфактуру, ему бесплатно отводилась земля. Если для производства были нужны дрова или древесный уголь, бесплатно отводился и лес. Чтобы _ обеспечить сырьем горные заводы, в России была провозглашу на "горная свобода": каждому жителю страны разрешалось искать руду на чужих землях, в том числе и на помещичьих. Если помещик сам не позаботился о разработке руды на своей земле, "то принужден будет терпеть, что другие в его земля руду и минералы искать и копать и переделывать будут, да под землею втуне не осталось".

Для строительства мануфактур государство давало ссуды и субсидии. Прельщаясь возможностью получить лишние деньги, люди охотнее включались в промышленное предпринимательство. Ссуда обычно погашалась поставкой в казну готовой продукции.

Часто в качестве поощрительных мер применялась передача казенных мануфактур в частные руки, которая стала широко практиковаться в конце царствования Петра. Но такая передача чаще всего была принудительной. Казенные мануфактуры обычно были убыточными и передавались в частные руки, когда приходили в полный упадок. "Буде волею не похотят, хотя в неволю", — писал Петр по поводу передачи в частные руки полотняного завода. И только в некоторых случаях такая передача действительно стала стимулом: так тульский кузнец Никита Демидов, получив по собственной просьбе на Урале завод от казны, сам построил еще 10 заводов.

Стимулирующую роль играло преобразование армии и строительство флота. Эти действия открыли рынок для мануфактур.

Но капиталы все же в России были: они накапливались у купцов за счет неэквивалентной торговли. 

Хуже было со второй стороной первоначального накопления — образованием слоя свободных рабочих. Подавляющую массу населения составляли крестьяне, которые были "крепки" земле и помещикам.

Первоначально Петр I исходил из того, что мануфактура будет использовать наемный труд, потому что именно так было западной Европе, с которой он брал пример. И пока мануфактуры насчитывались единицами, "охотников" поступить на работу хватало. Но этот, контингент набранный из городских низов был скоро исчерпан. Но мануфактуры стали посылать "винных девок и баб", военнопленных, солдат. А затем пришлось обеспечивать промышленность крепостным трудом.

Переломом стал знаменитый указ 1721 г. о дозволении "для размножения заводов, к тем заводам деревни покупать невозбранно», т.е. покупать крепостных крестьян, чтобы превращать их в крепостных рабочих. Этот указ относился к купцам: дворяне и без того имели право покупать крепостных и произвольно  использовать их труд. Но это уравнивало купцов с дворянам чего допускать не следовало, поэтому права купцов-мануфактуристов были ограничены. Крепостные и сама мануфактура становились не собственностью купца, а лишь его условным владением — посессией. Юридически собственником такой мануфактуры считалось государство. Крепостные рабочие считались прикрепленными не к хозяину, а к мануфактуре, и он не имел права их продать или использовать их труд вне мануфактуры. А все законы, издававшиеся для казенных мануфактур автоматически распространялись на посессионные. Государство устанавливало для них объем производства, нормы выработки заработную плату.

Итак, при Петре I было положено начало "крепостной мануфактуре", оригинальной российской форме промышленности с использованием принудительного, крепостного труда.

Однако следует оговориться, что не все российские мануфактуры были крепостными. Существовало четыре вида мануфактур: казенные, посессионные, вотчинные (принадлежавшие дворянам на праве полной собственности) и купеческие, крепостными были первые три вида, рабочие которых были прикреплены к предприятиям и выполняли "обязательные" работы.

К казенным и посессионным предприятиям, кроме того, приписывались государственные крестьяне. Этих приписных крестьян не следует путать с крепостными рабочими. Приписные оставались крестьянами, только государственные подати заменялись для них отработкой величины этих податей на вспомогательных работах при мануфактурах. Они являлись на определенный срок к мануфактурам, рубили лес, выжигали уголь, перевозили грузы на своих лошадях, а затем уходили обратно в свои деревни.

Мануфактуры четвертого вида назывались купеческими не потому, что принадлежали купцам. Ведь купцам принадлежал и посессионные, а купеческая могла быть собственностью крестьянина или даже дворянина. Купеческими , принято называть, мануфактуры с наемными рабочими. Правда, основной контингент наемных составляли все же крепостные, но не крепостные мануфактуриста, а помещичьи крестьяне, отпущенные оброк. По отношению к мануфактуристу они были наемным, эксплуатировались капиталистическими методами. Такие мануфактуры принято считать капиталистическими. Но и крепостную мануфактуру мы не можем считать феодальной. Хозяин такой мануфактуры вкладывал в производство капитал, который подразделялся на основной и оборотный, деньги тратились на строительство, на ремонт оборудования, на сырье и материалы, на плату рабочим. Доход мануфактурист получал не в виде феодальной ренты, а в виде прибыли, т.е. разницы между производственными затратами и выручкой от продажи продукции. Крепостной рабочий существовал за счет платы за свой труд мануфактурист должен был обеспечивать рабочих, тем более что это были его собственные рабочие.

Таким образом, производственные отношения в крепостной мануфактуре в основе своей были капиталистическими. Но они были облечены в феодально-крепостническую форму. Крепостной рабочий не добровольно, а принудительно продавал свой труд и не мог сменить хозяина. При избытке рабочих на одном предприятии на другом их могло не хватать. Предприниматель-капиталист был одновременно помещиком, имел в собственности не только предприятие, но землю и рабочих. И российские экономисты того времени писали, что в России к основному "недвижимому" капиталу следует относить не только предприятие, но и землю, и крепостных.

Следует подчеркнуть, что именно крепостное право стало тем инструментом, который позволил приспособить капиталистическую мануфактуру к феодальному строю. В сущности, крепостная мануфактура была проявлением "второго издания крепостничества" — крупным товарным производством с использованием крепостного труда.

По мере развития капиталистических явлений в экономике усиливалось крепостничество, чтобы приспособить эти явления к Феодальным порядкам.

В результате развития крепостной мануфактуры происходило сращивание мануфактуристов с феодалами. Мануфактуристы получают дворянские звания: наследники купца-оружейника Демидова становятся князьями, наследники крестьян Строгановых — баронами. А помещики начинают включаться в промышленное предпринимательство, заводя мануфактуры в своих имениях.

Мануфактурное производство в XVIII в. выдвигает Россию 0 передовых стран по развитию промышленности. Достижения промышленности отразились на экспорте. Если в XVII Россия вывозила почти исключительно сырье и сельскохозяйственную продукцию, то в 1726 г. 52% экспорта составляла продукция мануфактур, первые места среди которой занимали железо и парусина.

Наиболее интенсивно развивались металлургическая текстильная промышленность. Непосредственным толчком к развитию металлургии, к строительству горных заводов Урала ("заводами" назывались мануфактуры) была война со Швецией. Для изготовления оружия потребовалось много металла, а металл Россия импортировала именно из Швеции. Пришлось даже переливать церковные колокола на пушки. Но к концу царствования Петра I Россия не только перестала зависеть от импорта металла, но даже начала в больших количествах вывозить его в Англию. На экспорт шло до 80% производимого в стране металла, и столько же его выплавлялось на Урале

Значительных успехов достигло и текстильное производство. Только при Петре I было построено около 30 текстильных мануфактур. Правда, Петр не дождался выполнения своей цели — "не покупать мундира заморского", — но Россия практически обеспечивала Европу парусиной — "двигателем" тогдашнего флота.

Кроме металлургической и текстильной промышленности, успешно развивались пороховое, кораблестроительное, стекольное, бумажное производство. Правда, производство одежды и обуви, мебели и сельскохозяйственных орудий, а также других потребительских товаров оставалось пока на уровне кустарно-ремесленного производства.

Успехи российской мануфактуры объяснялись ее приспособленностью к крепостничеству. В крепостной мануфактуре были сравнительно низкие затраты на оплату труда, но особенно низкие — на сырье и топливо. Хозяин металлургического предприятия в Англии должен был покупать руду и уголь у хозяина земли — лендлорда, а для уральского заводчика затраты на сырье и топливо сводились к расходам на их заготовку. Поэтому российское железо даже в Лондоне оказывалось лось намного дешевле английского, а Англия облагала российское железо пошлинами, почти вдвое повышавшими его цену.


2. Государство и промышленность



Если первой особенностью мануфактурного периода в России была крепостная мануфактура, то второй — власть государства над промышленностью. При Петре не только казенные, но и частные мануфактуры строились по инициативе государства, нередко принудительными мерами. Петр объяснял: "Наши люди ни во что сами не войдут, еже не приневолены будут"- А государственной власти он говорил, что "управление должна иметь, как мать над дитём, пока совершенство придет". Ключевский назвал это "казенно-парниковым воспитанием промышленности".

Спрашивается, стоило ли создавать мануфактуры искусственно, мерами государственного принуждения, не лучше ли было предоставить промышленности развиваться естественным путем, в соответствии с экономическими законами, как оно развивалось в Западной Европе?

Но там, во-первых, не стояла задача догнать, ликвидировать отставание. А перед Россией стояла именно эта задача. Надо было немедленно создать мануфактурную промышленность, потому что ждать, когда она возникнет сама, значило закрепить отставание. Надо было обеспечить армию и флот всем необходимым: ведь петровские мануфактуры предназначались в основном именно для этого — металлургические для производства вооружения, текстильные для производства парусов и обмундирования.

Во-вторых, на Западе было сильное, свободное бюргерство, которое и рождало предпринимателей, а крестьянские промыслы, скованные крепостничеством, не были подобны бюргерский, буржуазной промышленности. Зато здесь были уже традиции государственного предпринимательства, а крепостничество обеспечивало условия для административного, принудительного "внедрения" мануфактур. Цель была достигнута: за короткий срок Россия перешла к стадии мануфактурного производства.

Ход западной Европе прогрессивные преобразования происходили постепенно, по мере экономического развития. Совершенствование производства, развитие рынка требовали определенных правовых гарантий для предпринимателя, а также инициативных, заинтересованных работников. Поэтому экономический прогресс сопровождался расширением прав и свобод личности, закрепленных законодательно.

В России прогрессивные реформы проводились сверху, репрессивной государственной машиной, и укрепляли государство, сопровождаясь подавлением общества. Дело в том, что за основу этих реформ принимались интересы не общества, а государства в условиях соперничества с другими странами. Петр проводил свои реформы для того, чтобы укрепить Российское государство. Было необходимо ликвидировать экономическое отставание страны.

Но усиление деспотии вызывало экономический застой, замедляло развитие, и через некоторое время опять появлялась необходимость в проведении новых реформ. Развитие шло импульсивно, циклами, и эта цикличность также составляла одну из особенностей экономического развития России

А что означали петровские преобразования для населения, показывает следующее соотношение, подати за время царствования Петра выросли в три раза, а население уменьшилось на 20%.

В промышленности сложилась уникальная ситуация. Основную часть мануфактур в результате петровских реформ составили казенные и посессионные, т. е. формально тоже принадлежавшие государству. Подавляющая часть мануфактур ной продукции поступала в распоряжение государства, поэтому и цены на нее определялись не рынком, а были "указными » т. е. устанавливались государственными указами. 

Государство в это время управляло не только казенные и посессионными, но и всеми остальными мануфактурами. Оно давало предприятиям государственные "наряды", даже его продукция не предназначалась для казны; а если мануфактурист не справлялся с этими производственными заданиями, отбирало у него мануфактуру и передавало другому "завододержателю". Само это слово "завододержатель" показывает, частная собственность на промышленное предприятие не признавалась.

Решающую роль в хозяйстве стала играть бюрократическая верхушка, которую Ключевский охарактеризовал, как «лишенную всякого социального облика кучу физических лиц разнообразного происхождения, объединенных только чинопроизводством".

Но административная регламентация не могла заменить рынка. Она делала невозможной конкуренцию, а тем самым — и совершенствование производства. Предприниматель был заинтересован в том, чтобы получить выгодный казенный заказ, монополию на производство определенной продукции, высокую указную цену на свои изделия, получить от государства землю, лес, а также разного рода привилегии. В этой ситуации не было необходимости в совершенствовании производства, достаточно было иметь связи в правительстве и уметь подкупать чиновников. Это вело к появлению мануфактур, которые числились только на бумаге. В первую очередь административная регламентация действовала на казенных предприятиях, которые уже к концу царствования Петра пришли в такой упадок, что пришлось спешно передавать их в частную собственность.

После смерти Петра I начался длительный застой мануфактурной промышленности, который сменился новым подъемом лишь при Екатерине II, Екатерина писала: "Никаких дел, касающихся до торговли и фабрик, не можно завести принуждением, а дешевизна родится только от великого числа продавцов и вольного умножения товара". Она издала ряд законов, ограничивающих государственную регламентацию. Было запрещено покупать к мануфактурам крепостных, а следовательно, основывать новые посессионные предприятия. Если прежде мануфактуры могли учреждать только по специальному государственному разрешению, то теперь этого не требовалось.

Были приняты меры для расширения "среднего сословия", городского торгово-промышленного населения. По экономическим учебникам Екатерины это среднее сословие должно было стать основой процветания хозяйства. Екатерина писала одной из своих заграничных корреспонденток: "Еще раз, мадам, обещаю вам третье сословие ввести; но как же трудно его будет создать".

Правда, полностью одолеть административную систему Екатерина не могла. Остались ранее учрежденные казенные и посессионные предприятия. Развитие металлургической, шерстяной и некоторых других отраслей по-прежнему определялось казенной регламентацией, но в целом развитие производства ускорилось Число мануфактур за царствование Екатерины выросло с 980 до 3200, а экспорт — с 13 до 57 млн. руб.


3. Развитие сельского хозяйства



В сельском хозяйстве таких крупных преобразований, как в промышленности, не проводилось, так как они неизбежно затронули бы монополию дворян-помещиков на владение крепостными, и дворянское государство не могло пойти на такую меру. Для достижения основной цели — укрепления мощи государства — проведения реформы сельского хозяйства не требовалось.

Петр I стремился по-своему возвысить и укрепить дворянство, сделать дворян подлинно служилым сословием — сословием служащих государства. Петр добивался, чтобы дворяне считали государственную службу своим почетным правом умели править страной и начальствовать над войсками. А так как теперь для этого требовались определенные знания обязательной повинностью дворян стала учеба до 15 лет дворянин должен был учиться, а затем выполнять регулярную государственную службу.

Поскольку дворяне нередко уклонялись от службы, Петр издает в 1714 г указ "О единонаследии". Согласно этому указу поместья должны были передаваться по наследству только одному из сыновей. Этот единственный наследник освобождался от службы, чтобы заниматься хозяйством, а остальные должны были служить Петр исходил из того, что пока дворянин имеет постоянный доход, служить он не будет. Вторая цель этого указа — не допускать дробления помещичьих земель и обеднения помещиков.

Однако этот указ ограничивал права помещиков распоряжаться землей, и в 1730 г он был отменен. Более того, в 1762 г "Манифестом о вольности дворянской" обязательная служба для дворян была отменена. Теперь дворянство стало узаконенным паразитическим сословием.

Увеличилась и власть помещиков над крепостными. Во второй половине XVIII в крестьянам было запрещено жаловаться на своих господ. Даже если жалоба была справедлива, жалобщика следовало бить кнутом и отправлять на каторгу Екатерина и ввела крепостное право на Украине, крестьяне которой были до этого свободными.

Правительство Петра I принимало некоторые меры для улучшения сельского хозяйства Была сделана попытка заменить при уборке урожая серпы косами, так как уборка косами значительно производительнее, чем уборка серпами. Для этого было разослано несколько тысяч кос по разным губерниям. Из-за границы выписывались лучшие породы скота, например мериносовые овцы, устраивались "овчарные заводы". Однако эти меры не оставили большого следа в сельском хозяйстве.

Основными изменениями здесь были естественные процессы — увеличение товарности производства и усиление эксплуатации крестьян.

Русское дворянство стало усиленно перенимать быт европейской аристократии. Но для того, чтобы строить дворцы по западным образцам, заказывать модные одежду и мебель, нужны были деньги, а их можно было получить лишь путем усиления эксплуатации крестьян и продажи прибавочного продукта.

Усиление эксплуатации вело к географическому разделению барщины и оброка, потому что в одних условиях выгоднее увеличить барщину, в других — оброк. Барщина начинает все более преобладать в южной черноземной полосе. Так как здесь нет крупных промышленных центров, потребляющих массу сельскохозяйственных продуктов, крестьянам некуда сбывать свои продукты, некуда наниматься на заработки. Не получили здесь распространения и промыслы. Поэтому увеличить денежный оброк было почти невозможно. И помещики расширяли свою запашку, производя на продажу пшеницу, а следовательно» увеличивая барщину.

В нечерноземной полосе земля была бедной. Крестьяне здесь издавна дополняли доход от земли неземледельческими пропилами. Здесь помещики увеличивали денежный оброк, отбирая и часть неземледельческих доходов крестьян, а с развитием мануфактурного производства отпускали наниматься на мануфактуры для заработков.

Увеличение барщины означало увеличение посевных площадей, зато оброк давал больше возможностей крестьянской инициативе. При оброке крестьянин был меньше связан в своих действиях, мог заниматься торговым и промышленным предпринимательством. В оброчных имениях усиливается расслоение крестьян. Некоторые крепостные графа Шереметева имел по 600—700 крепостных. Они покупали крепостных иногда целыми деревнями, на имя своего помещика. Помещики поощряли такую инициативу и не покушались на собственность своих крепостных, они увеличивали оброк с разбогатевшего крестьянина.

Еще большую экономическую самостоятельность имели государственные крестьяне и некоторые другие представители сельского населения, которые не находились в личной зависимости от помещиков. Они должны были лишь платить государственные подати и выполнять строго регламентированные государственные повинности.


4. Торговля и финансы



Внутренний рынок России увеличивался с ростом мануфактурного производства и товарности помещичьего хозяйства. Мануфактуры не только продавали основную часть своей продукции государству, но и приобретали массу товаров на рынке: железо для оборудования, необходимые для производства материалы, продовольствие для рабочих (крепостные рабочие не занимались "хлебопашеством"). Поэтому, например, на Уральские заводы из разных районов страны везли хлеб рыбу, ткани, гнали табуны лошадей — главный вид заводской транспорта.

	Другим фактором увеличения внутреннего рынка был рост товарности помещичьего хозяйства. Помещики увеличивали эксплуатацию крестьян именно для того, чтобы получить деньги для покупок. Увеличение феодальной ренты означало в только увеличение продаваемой массы сельскохозяйственной продукции, но и увеличение покупок других товаров.

	Под особым покровительством государства находила внешняя торговля. Именно для ее расширения велась Северная война, в результате которой Россия получила выход к Балтийскому морю. Чтобы ускорить торговое освоение нового пути, Петр строит новый город, Петербург, и объявляет его столицы, которая, в сущности, была перенесена на границу государства. В новую столицу были принудительно переселены богатые архангельские купцы, знатные вельможи обязаны были здесь строить дворцы, а торговля через этот порт получила льготы.

	Но для нас важнее качественные изменения внешней торговли. Во-первых, как уже сказано, на ведущее место в экспорте вышли промышленные товары. Во-вторых, торговля получила активный баланс: экспорт превысил импорт. Разница ввоза и вывоза в виде иностранных монет оставалась в России.

Преобразования петровского периода — создание регулярной армии, строительство флота, мануфактур — требовали огромных денежных затрат. Поэтому правительство искало все новые способы пополнения казны. Сначала использовались традиционные методы увеличения косвенных налогов. В 1704 г. была введена специальная должность "прибыльщиков", обязанностью которых было изыскание новых доходов для казны. Были введены налоги на ульи, на продажу огурцов. Был введен налог на бороды, причем дворянин должен был платить за бороду 60 р. в од, купец 1-й гильдии — 100 р.; крестьянин у себя в деревне носил бороду даром, но при въезде в город и при выезде из него платил за нее по копейке.

	Прямым налогом с населения до 1724 г. была подворная подать, т. е. сбор определенной суммы денег с каждого двора. Однако с увеличением этой подати количество дворов стало сокращаться: сыновья, чтобы не платить отдельной подати, не отделяли теперь свои хозяйства от хозяйства отца, а иногда и соседи объединялись в один двор. 

		В 1724 г. после переписи — "ревизии" — подворная подать вместе с большей частью косвенных налогов была заменена подушной податью, т. е. сбором определенной суммы денег с каждой души мужского пола. С помещичьих крестьян по 74 коп. в год (около 10 руб. золотом на деньги начала XX в.), с государственных крестьян — по 1 руб. 14 коп., с посадских людей — по 1 руб. 20 коп. 

		Переход к подушной подати сразу повысил государственный доход на 35%. Подушная подать осталась главной статьей государственных доходов и в конце XVIII в. составляла 34% этих доходов. На втором месте стоял "питейный доход", который давал 29% доходов казны.

Но расходы государства росли быстрее доходов, увеличивая дефицит бюджета. Чтобы покрыть дефицит, государство стало печатать бумажные ассигнации. А поскольку их обмен на звонкую монету скоро был прекращен, усиленный выпуск ассигнаций вызвал инфляцию. К концу века за бумажный рубль давали только 50 металлических копеек.

Итак, в XVIII в., в значительной степени усилиями государства, в России рождается сложное переплетение феодальных и капиталистических элементов в экономике. Этот симбиоз обеспечил дальнейший рост феодально-крепостнического хозяйства, усилил государство, повысил значение России в международных делах. Однако в дальнейшем противоречия между развивавшимся капиталистическим производством и крепостничеством привели к кризису феодально-крепостнической системы. 


5. Кризис феодально-крепостнической системы



Кризисом феодально-крепостнической системы мы называем прогрессивный по своему содержанию процесс — переход от феодально-крепостнического хозяйства к капиталистическому. Капитализм рождается в недрах феодального хозяйства, но его свободному развитию препятствует феодальная оболочка. Происходит борьба между феодальным и капиталистическим в экономике, которая, конечно, кончается победой капиталистического хозяйства.

Но если бы дело исчерпывалось прогрессивным поступательным движением, слово "кризис" было бы неуместным. Кризисом было столкновение двух систем, острейшая борьба между ними. Тормозя развитие буржуазных элементов в хозяйстве, феодальная оболочка тормозила развитие всего хозяйства страны.



5.1 Кризис феодально-крепостнической системы в сельском хозяйстве

	

	1.. С 20-х гг. XIX в. в России усиленно росли сельскохозяйственные общества, появилась обширная агрономическая литература. Все новое в сельском хозяйстве, что появляется за границей, в России обсуждается и пропагандируется. Здесь испытываются новинки европейской сельскохозяйственной техники. В ряде городов появляются сельскохозяйственные выставки. Некоторые помещики вводят научные севообороты, разводят породистый скот, устраивают в именьях мастерские по изготовлению машин. В тамбовском имении помещика Гагарина действовала паровая машина, которая молотила, веяла и сортировала по 200 копен пшеницы в день.

Но новая техника оставалась делом энтузиастов. Один помещик писал: "Если весь хлеб обмолотился с осени, то, что же будут делать крестьяне и их жены зимой? Молотильная машина стоит денег, требует ремонта и содержания лошадей, а работа крестьян ничего не стоит". Именно то обстоятельство, что работа крепостных ничего не стоила помещику, и делало невыгодным применение машин.

	2.	Сельское хозяйство из натурального, каким ему положено быть при "чистом" феодализме, становится все более товарным. В середине XIX в. товарность земледелия достигла 18%.

Но рост товарности означал увеличение ренты. При натуральном хозяйстве рента была ограничена естественными пределами потребления феодала и его челяди. А для продажи требуется больше продукции, чем для своего потребления: теперь дополнительная продукция давала деньги. Втянувшись в товарно-денежные отношения, помещики настолько увеличивают эксплуатацию крестьян, что выводят ее за рамки феодализма.

На черноземном юге барщина иногда увеличивается настолько, что не оставляет крестьянину времени для работы в своем Хозяйстве. Тогда помещик переводит крестьян на "месячину", т. е принимает на себя их содержание, выдавая ежемесячно продукты питания. Поскольку крестьянин в этом случае уже. Не ведет хозяйства, то такая эксплуатация уже не может считаться феодальной. Это уродливая, смешанная полуфеодальная-полукапиталистическая форма. В северных районах страны, где преобладал оброк, помещики увеличивали его. За первую половину XIX в. средний размер оброка вырос в 2—3 раза. Такого роста крестьянское хозяйство обеспечить не могло. И теперь крестьяне все чаще занимались промыслами, нанимались в промышленность, и оброк платили не столько из доходов от сельского хозяйства, сколько из неземледельческого заработка. Но вычет из промышленного заработка не может считаться феодальной рентой. 

Однако такое усиление эксплуатации крестьян не давало помещикам нужного экономического эффекта. Крепостной труд на барщине был непроизводительным: крестьянин не был заинтересован в результатах этого труда. Как писал один помещик, на барщине "крестьянин выходит на работу как можно позже, работает как можно меньше и отдыхает как можно больше". По подсчетам статистиков того времени, наемный труд в сельском хозяйстве был в 6 раз производительнее крепостного. И поэтому помещичьи имения без крепостных в черноземной полосе при продаже оценивались дороже, чем с крепостными.

Оброк тоже не стимулировал развития сельского хозяйства. Поскольку рента в России не была регламентирована, крестьянин знал, что с увеличением его доходов помещик увеличит оброк, и дополнительный доход будет снимать оброком. 

3. Видя недостатки барщины и оброка, помещики начали применять и наемный труд. В степях юга России, где помещики увеличивали товарное производство пшеницы, своих крепостных им для этого уже не хватало. И ко времени жатвы тянулись сотни тысяч крестьян с косами из северных губерний наниматься для уборки урожая. Наем теперь был постоянным явлением и в других губерниях, причем часто приобретал уродливые полуфеодальные формы. Например, теперь зажиточные крестьяне уже сами не ходили на барщину, а нанимали вместо себя других. Иногда помещик собирал со своих крепостных оброк деньгами, а на эти деньги нанимал их же в качестве наемных рабочих

Рост наемного труда тормозил недостаток наемных рабочих в условиях крепостничества. Поэтому и рождались такие смешанные, уродливые формы найма.

4. Развитие товарно-денежных отношений подрывало монополию дворян на землю. Если прежде иметь землю в собственности могли только дворяне, то в начале XIX в. было разрешено землевладение недворян. С 1801 г. допускалась свободная торговля землей без крепостных. Земля стала товаром. Имения разорявшихся помещиков начали скупать купцы и разбогатевшие государственные крестьяне.

В таких капиталистических, по существу, явлениях, как рождение новой техники, рост товарности, наемный труд, непомещичье землевладение, и выражался прогресс в сельском хозяйстве. Но их развитие тормозила феодально-крепостническая система, и поэтому прогрессивные явления получали уродливую полуфеодальную форму.

	В этих условиях наиболее дальновидная часть дворянства начинает понимать, что крепостное право тормозит развитие хозяйства России. Наиболее радикально выступили против крепостничества дворянские революционеры — декабристы. Но не только они. Если заглянуть в журналы 30—40-х годов, создается впечатление, что необходимость ликвидации крепостного права была очевидна для всех — об этом писали открыто. 

	Уже в первые годы XIX в. в письменных столах крупнейших сановников лежали заготовленные проекты ликвидации крепостного права. Все лишь ждали сигнала со стороны царя, чтобы представить эти проекта на конкурс. Свой проект был. Даже у реакционера Аракчеева. Правда, Аракчеев составил свой проект по приказанию царя. 



5.2 Кризис крепостной промышленности



Противоречия между старым и новым в промышленности проявлялись сильнее, чем в сельском хозяйстве, — крупное производство в форме мануфактуры не соответствовало феодализму.

		В первой половине XIX в. в России начинается промышленный переворот. Об этом свидетельствует, например, рост импорта машин. Если в начале столетия за год ввозилось машин на 80 тыс. руб., то в 50-х гг. — на 8 млн. руб. Возникло машиностроение. В 1860 г. в одном только Петербурге действовало 15 машиностроительных предприятий.

		Паровой двигатель в России был сконструирован Ползуновым еще в 1763 г. Но паровые двигатели, как и вообще машины, в России не вытеснили ручного труда, не охватили всю промышленность. Промышленный переворот затормозила феодально-крепостническая система, и закончиться он мог только после ликвидации крепостного права. 

	Как уже сказано, наша промышленность, приспособленная к условиям феодализма, приняла форму крепостной мануфактуры. Эта приспособленность в XVIII в. обеспечила ее подъем, но в первой половине XIX в. по той же причине она начинает испытывать депрессию. 

	1.	Производительность крепостного труда была значительно ниже производительности наемного. По подсчетам статистиков того времени, наемный рабочий в разных отраслях промышленности давал в 2, 3 и 4 раза больше продукции, чем крепостной. Это должно было стимулировать внедрение машин, потому что машина не только повышает производительность труда, но и подчиняет рабочего своему темпу. Как известно, при машинном производстве скорость процесса определяет машина, а не рабочий.

	Крепостной труд делал невыгодным применение машин. Ставя машину, заменяющую сколько-то рабочих, заводчик не мог их уволить, потому что они были его собственностью. Поэтому машина не сокращала, а только увеличивала производственные затраты. Начавшаяся на крепостных предприятиях техническая революция лишь повышала стоимость продукции.

	Крепостное право заставляло хозяина содержать (за счёт производства) безработных, т. е. резервная армия труда были не за воротами предприятия, а на его содержании. Заработная плата крепостных рабочих обычно состояла из двух частей денежная, "задельная" плата, которая выдавалась непосредственно за работу, и "провиант", т. е. бесплатный паек, который выдавался всем членам семей рабочих, числившихся при предприятии, в том числе и семей крепостных безработных. Так, на казенных и посессионных заводах каждому взрослому полагалось в месяц 2 пуда муки, ребенку или подростку — 1 пуд.

А между тем число крепостных работников постепенно увеличивалось путем естественного прироста. На уральских горных заводах к середине XIX в. уже до трети всех рабочих оказались лишними, безработными, "пустыми хлебоедами", как называли их заводчики. Не занятые в производстве мастеровые занимались своими промыслами и торговлей. Поэтому именно на уральских заводах оказались центры сундучных, подносных и иных промыслов.

Некоторые хозяева заводов пытались лишних мастеровых посадить на землю, но безуспешно: мастеровые были уже потомственными рабочими, считали свое положение выше положения крестьян и отвыкли от "хлебопашества". Когда заводчик Лазарев, хозяин четырех уральских заводов, в начале XIX в. попытался посадить лишних мастеровых на землю, они подняли бунт, и попытку пришлось оставить. После этого было решено уговорить их переселиться в деревню добровольно. По заводам, при которых было несколько тысяч мастеровых, было объявлено, что согласившимся переселиться в деревню будет дана крупная денежная сумма, им помогут обзавестись хозяйствами и на несколько лет освободят от повинностей. Уговаривали 10 лет. В результате нашелся один желающий переселиться в деревню, но лишь в качестве деревенского кузнеца.

Мануфактура еще могла быть крепостной, но крепостная Фабрика была уже невозможна. Машины оказались несовместимыми с крепостным трудом.

	Крепостничество тормозило развитие и той части промышленности, в которой крепостной труд не применялся, что повышало стоимость рабочей силы. Свободных рабочих не хватало. К тому же контингент наемных рабочих составляли в основном оброчные крестьяне, но они могли быть только сеянными, причем преимущественно неквалифицированными Рабочими.

	Крепостничество сужало внутренний рынок. Оно закрепляло такой порядок, при котором подавляющую массу населения составляли крестьяне, прикрепленные к земле. А крестьяне вели натуральное хозяйство и покупали очень мало промышленных изделий. Они сами ткали полотно и готовили из него одежду. Они мало покупали железных изделий деревенские кузнецы перековывали сломанные железные изделия на новые. Так, крепостное право затормозило развитие русской промышленности. Европейские страны, в которых заканчивался промышленный переворот, обгоняли Россию.

Но разные отрасли крепостничество тормозило в разной степени. Относительно успешно развивалось хлопчатобумажное производство. Переворот здесь начался уже в первые годы XIX в., в 1805 г. возникла первая фабрика (казенная Александровская мануфактура), а к середине века переворот в прядильном производстве уже закончился. Хлопчатобумажное производство за первую половину XIX в. выросло в 50 раз, и Россия не только обеспечивала себя хлопчатобумажными тканями, но и вывозила их в страны Ближнего Востока.

Дело в том, что в хлопчатобумажной промышленности крепостной труд вообще не применялся. Набирать силу эта отрасль стала тогда, когда уже не допускалось открытие новых посессионных мануфактур. Помещики хлопчатобумажных предприятий не заводили, потому что новая отрасль работала на импортном сырье (следовательно, нельзя это сырье было получить в своем имении), не работала на казну (следовательно, никаких привилегий не давала). Наемный труд и работа на широкий народный рынок ускоряли развитие отрасли.

Сильнее всего кризис феодально-крепостнической системы затронул горно-металлургическую промышленность. Если во второй половине XVIII в. Россия занимала первое место в мире по производству железа, то на рубеже XIX в. ее догнала Англия, а к началу 60-х гг. Россия производила в 10 раз меньше железа, чем Англия. Почему? Крепостнический труд здесь сохранялся до 1861 г. Горные заводы было невозможно обеспечить наемным трудом. Если текстильная промышленность располагалась в густонаселенном центре, то металлургия развивалась на месте рудных месторождений. На Урале было сконцентрировано 80% российской металлургии. Там продолжалась колонизация, земли было много, и крестьянам незачем было наниматься в рабочие. Да и не годились эти крестьяне для работ на заводах. Работа в металлургическом производстве требовала высокой квалификации, выучки с детских лет, а сезонные рабочие, конечно, такой квалификации иметь не могли.

Вторая причина застоя — особый контроль и покровительство государства. Эта отрасль выполняла государственные заказы и подчинялась административному управлению. От конкуренции с заграницей государство защищало ее пошлинами, которые были вдвое выше цен металла. Если предприятие терпело убытки, государство поддерживало его субсидиями. "Систематическая правительственная поддержка несостоятельных заводов развратила этот промысел", — писал в то время академик Безобразов.

Поэтому и состав уральских заводчиков был особым. Предприимчивых основателей заводов сменили их потомки, для которых заводы были лишь источником доходов.

Хозяйство заводов оказывалось в руках управляющих и приказчиков; процветали воровство, взяточничество, приписки

Таким образом, крепостничество затормозило промышленный переворот и развитие промышленности в России, причем в большей степени развитие тех отраслей, в которых господствовал крепостной труд.


6. Транспорт, торговля, финансы



Развитие внутренней торговли в России сдерживалось состоянием транспорта. Основными видами его были речной (сплавом или бурлаками вверх по реке) и гужевой. Но по реке товары можно было перевозить только летом, а сухим путем — преимущественно зимой, на санях. Летом грунтовые дороги часто становились непроезжими. Скорость передвижения грузов была очень мала. Довести барку с кладью с низовьев Волги до Петербурга можно было за две навигации: за первое лето суда. Доходили только до Рыбинска и здесь зимовали. Поэтому и оборот капитала был замедленным, товары в дороге значительно дорожали. Назрела острая необходимость в промышленном перевороте на транспорте.

Технический переворот на транспорте проходил успешнее, чем в промышленности, потому что транспорт был сферой намного труда. В 1813 г. на заводе Берда в Петербурге был построен первый пароход. К 1860 г только по Волге и ее притокам ходило около 350 пароходов, и основная часть грузов перевозилась паровой тягой

В 1837 г начала действовать первая железная дорога — Царско-сельская, соединившая Петербург с Царским Селом. Эта дорога была построена, в сущности, как увеселительный аттракцион для столичной публики, поэтому на паровозе был установлен органчик, игравший популярные мелодии. Но дорогой заинтересовались и деловые люди, потому что, как писали газеты, выписанные из Англии паровозы "ходили при 18 градусах мороза, в бурю, в дождь и ужасную метель, и кроме пассажиров, перевозимы были лошади, овцы, свиньи, строевой, дровяной лес и разные экипажи". До этого существовало представление, что в России железные дороги смогут действовать, только летом зимой рельсы утонут в снегу. 

В 40-е годы строится первая дорога хозяйственного значения — Николаевская — между Петербургом и Москвой. К моменту ликвидации крепостного права в России действовало 1,5 тыс. км железных дорог, тогда как в Англии в это время было уже 15 тыс. км

С развитием транспорта, а, следовательно, и экономических связей, во внутренней торговле России первой половины XIX и происходят качественные сдвиги.

1. Падает купеческая прибыль. Прежде купечество получало неэквивалентно высокие прибыли именно из-за слабых торговых связей и гигантской разницы цен в разных городах. Теперь торговые связи растут, становятся все более стабильными, и разница цен все более уменьшается К тому же в процессе имущественного расслоения деревни появляется мощный слой "торгующих крестьян", которые конкурируют с купцами, сбивая цены. В связи со всем этим купеческая прибыль падает. Продавать товары намного дороже стоимости уже невозможно

Неэквивалентно высокие прибыли были характерны для периода первоначального накопления, и падение прибыли свидетельствовало, что этот период заканчивается. Теперь для увеличения прибыли надо было включаться в производство. И в первой половине XIX в купеческие капиталы переливают в промышленность. В середине века свыше 90% купцов 1-й гильдии, т. е. богатейших купцов России, владело промышленными предприятиями.

2. Теряют свое значение ярмарки. В середине столетия через ярмарки проходило меньше 10% внутреннего товарооборота страны. Теперь купец через своих комиссионеров закупает товары на месте производства и доставляет потребителям, минуя ярмарку, чтобы получить торговую прибыль полностью. Ведь при ярмарочной торговле прибыль делится между двумя купцами тем, который доставил товар на ярмарку, и тем, который привез его с ярмарки на место потребления. Когда прибыль достигала 50—100% на капитал, ее можно было делить между двумя контрагентами, но когда она падала до 7—9%, это уже теряло смысл.

Правда, крупнейшие ярмарки Нижегородская (бывшая Макарьевская) и Ирбитская увеличивали обороты. Но характер торговли на этих ярмарках существенно изменился — теперь это были, в сущности, временные товарные биржи, где заключались предварительные торговые сделки без товаров "За одним обедом или чаем, — писал экономист Безобразов о Нижегородской ярмарке, — принимаются важнейшие решения, заключаются миллионные сделки, самое выполнение которых будет вовсе не на ярмарке, а у себя дома, или, скорее всего, в Москве".

Внешняя торговля по-своему отразила кризис феодально-крепостнической системы в экспорте резко сократилась доля промышленных товаров (железа, парусины). Главной статьей экспорта, составив его третью часть, стал хлеб Россия господствовала на европейском хлебном рынке (только в 50-х гг. с ней начинают конкурировать США).

Пока в мировой промышленности господствовала мануфактура, продукция, производимая в России дешевым крепостным трудом, легко завоевывала заграничные рынки. Но теперь эта продукция уже не могла конкурировать с фабричной продукцией Запада. К тому же внутренний рынок быстро расширялся, поглощал все больше промышленных товаров.

Прогрессивными были изменения в составе импорта. Если в VIII в ввозились в основном потребительские товары — предметы роскоши, ткани и т п., то теперь на первое место выдвинулся хлопок, на второе — машины, т. е. товары производственного потребления. Это изменение состава импорта отражало рост российской промышленности.


7. Ликвидация крепостного права



Непосредственным толчком к ликвидации крепостного права послужили острые проявления кризиса феодально-крепостнической системы. Банкротство крепостнических методов хозяйствования в условиях развития рыночных отношений выражалось в разорении помещиков. К моменту крестьянской реформы в банк было уже заложено 2/3 помещичьих имений, и с каждым годом все больше поместий банки продавали с аукциона.

Экономическая отсталость государства привела к поражению в Крымской войне. Во время обороны Севастополя оказалось, что наши ружья и пушки хуже иностранных и по скорострельности, и по дальности стрельбы. У России был парусный флот — и его пришлось затопить у входа в севастопольскую гавань, потому что у французов и англичан был паровой флот

А ликвидация экономической отсталости была невозможна без ликвидации крепостничества. В 1857 г. был открыт Секретный комитет по крестьянским делам, который начал готовить реформу.

Литовскому генерал-губернатору Назимову было поручено решить с дворянами Литвы вопрос об освобождении крестьян. Назимов вернулся и сообщил, что литовские дворяне не только не желают освобождать крестьян, но, наоборот, просят увеличить число барщинных дней. Тогда в ответ литовским дворянам был направлен рескрипт императора. В рескрипте значилось, что царь доволен желанием литовских дворян улучшить положение крестьян и позволяет им образовать комитет для выработки проекта реформы. Одновременно рескрипты были отправлены и в другие губернии. Во всех заключался один и тот же вопрос не пожелают ли помещики других губерний то чего желали литовские. Но и там большинство помещиков выступили против освобождения крестьян. Тогда и им было отвечено, как литовским: царь доволен их решением освободить крестьян, и позволяет для этого организовать специальные комитеты. Так правительство очень деликатно заставило помещиков выбрать наиболее удобные для себя варианты освобождения крестьян.

И в 1858 г. повсеместно были открыты комитеты для выработки условий освобождения крестьян. В комитетах развернулась борьба между двумя лагерями помещиков — либералами, т.е. сторонниками освобождения крестьян, и крепостниками, противниками реформы.

Лагерь крепостников составляли самые мелкие и самые крупные помещики. Мелкопоместные составляли 40% всех помещиков, но владели только 3% крепостных. У каждого из них было всего несколько семей крепостных, и он мог прокормиться за их счет, но после их освобождения он не имел средств для перестройки хозяйства на капиталистический лад. Крупнейшие помещики, владельцы огромных вотчин, составляли 3% помещиков, но владели половиной крепостных. Они не занимались и не хотели заниматься хозяйством, и при этом тысячи крепостных обеспечивали им достаточный доход для роскошной жизни за границей или в столице, даже при плохом хозяйствовании.

Помещики "средней руки" составляли немногим больше половины всех помещиков и владели почти половиной крестьян. Они могли, а многие и хотели перевести хозяйства на капиталистические рельсы, и именно из представителей этой группы состоял лагерь либералов. Но между этими средними помещиками тоже были разногласия. Помещики нечерноземной полосы соглашались освободить крестьян с землей, но требовали очень большой выкуп. Помещики черноземной полосы были готовы довольствоваться не столь большим выкупом, но не хотели отдавать крестьянам землю. В результате был выработан компромиссный вариант, который устраивал все слои помещиков.

Процесс освобождения крестьян согласно "Положению" От 19 февраля 1861 г. проходил в два этапа. На первом крестьяне объявлялись лично свободными, но земля оставалась собственностью помещиков. За пользование своими прежними наделами крестьяне должны были по-прежнему нести феодальные повинности. В этом новом состоянии они назывались уже не крепостными, а "временнообязанными". После выработки тайных грамот, в которых определялись условия выкупа земли, начинался второй этап освобождения крестьяне выкупали свою землю у помещиков

Освобождая крестьян, помещики отрезали от земли, которая была в их пользовании, значительную часть для себя. Органы по выработке условий реформы нашли, что оставить прежние размеры крестьянского землевладения будет несправедливо соотношения крестьянских и помещичьих угодий в разных имениях были разными. Установить "справедливый" размер надела — невозможно в разных регионах потребности крестьянского хозяйства в земле различны.

Поэтому для каждой губернии были установлены "высшие" и "низшие" наделы, т. е. высшие и низшие пределы допустимого крестьянского надела, внутри которых вопрос должен был решаться соглашением крестьян с помещиком. Высшие наделы по разным губерниям колебались от 3 до 7 десятин на душу мужского пола, низшие — от 1 до 2 десятин. Если прежние наделы крестьян были больше высшей нормы, помещик мог отрезать эти излишки в свою пользу, если меньше низшей, прирезать крестьянам недостающую землю.

Казалось бы, такое решение земельного вопроса вполне справедливо. Высший надел был установлен, действительно исходя из потребностей крестьянского хозяйства. Для его определения специалисты по губерниям выявляли эти реальные потребности. Низший же надел исходил из реальных возможностей дать крестьянам землю, не ущемляя интересов помещиков, и был настолько мал, что крестьянин не мог прокормиться с такого надела. Поэтому помещики во многих случаях могли отрезать часть крестьянской земли в свою пользу, прирезка же крестьянам помещичьей земли была явлением исключительным.

В пользу помещиков была еще одна норма у помещика должно было остаться не менее 1/3 всей земли поместья. Если оказывалось меньше, помещик мог отрезать недостающую землю у крестьян, даже если они получали меньше низшей нормы. Лесов крестьянам отводить не полагалось. Если раньше они ходили в ближайший лес по грибы, ягоды, за хворостом, то теперь для этого надо было покупать специальные "билеты" у помещика.

При условии добровольного соглашения разрешалось выделять крестьянам "дарственные" или "четвертные" наделы "" наделы в размере четверти высшего надела, но зато бесплатно без временнообязанного состояния и выкупа.

Все земли, которые помещики отрезали от крестьянских наделов, стали называться "отрезками". В черноземных губерниях отрезки составили 26% дореформенной крестьянской земли, в нечерноземных — 10% . Отрезки были нужны не только для того, чтобы увеличить земельные владения помещиков. Отобрав у крестьян часть земли, помещики обеспечили свои хозяйства даровой рабочей силой. Поскольку крестьянам земли теперь не хватало, они были вынуждены арендовать ее у помещика. А расплачиваться за аренду приходилось своим трудом, "отрабатывать" арендную плату в хозяйстве помещика "Отрезки" породили "отработки".

Поскольку прежде вся земля поместья считалась собственностью помещика, крестьяне должны были выкупить у него свои наделы. Но выкупная сумма — сумма, которую крестьяне должны были заплатить за землю, — определялась отнюдь не рыночной ценой земли, а капитализацией оброка из 6% годовых. Годовой оброк, а точнее, вся феодальная рента, принимался за 6% с капитала, который теперь и должен был получить с крестьян помещик. Например, если годовой оброк составлял 12 руб., крестьянин должен был заплатить в качестве выкупа 200%. В результате происходила капитализация оброка, потому что, будучи вложены в ценные бумаги с 6%-ным доходом, эти деньги давали помещику такой же доход, какой прежде он получал в виде оброка Для помещика феодальная рента превращалась в капиталистический процент

Но при чем здесь оброк? Ведь крестьяне выкупали землю! В том-то и дело, что практически они выкупали и свои души, точнее, свои рабочие руки Выкупная сумма намного превышала рыночную стоимость земли

Сразу всю выкупную сумму крестьяне внести не могли. Потребовалась помощь государства. Государство платило помещикам 80% выкупной суммы облигациями государственного займа приносившими 6% годовых. Конечно, эти облигации можно было продать, получив выкуп деньгами. Остальные 20% должны были заплатить помещикам сами крестьяне. И, конечно, они должны были погасить свой долг государству ежегодными выкупными платежами. Но с каждым годом долг увеличивался на 6% поэтому выкупные платежи погашали, прежде всего, эти проценты. А поскольку эти 6% прежде охватывали все феодальные повинности крестьян, то оказывалось, что платежи были больше этих повинностей. С крестьян не снималась при этом и обязанность платить подати государству. И сумма всех платежей часто превышала доходность крестьянского хозяйства. 

Чтобы заплатить платежи, чтобы за недоимки не увели со двора корову или лошадь, крестьянин был вынужден просить ссуду у помещика, а потом отрабатывать эту ссуду в помещичьем хозяйстве. Таким образом, не только отрезки, но и выкупные платежи порождали отработки


Заключение



Крестьянская реформа была юридическим актом, обозначившим хронологическую границу между феодализмом и капитализмом в России. За этой реформой в 60-х годах последовали другие, в результате которых Россия встала на путь буржуазного развития.

Именно крепостное право стало тем инструментом, который позволил приспособить капиталистическую мануфактуру к феодальному строю. Крепостная мануфактура была проявлением "второго издания крепостничества" — крупным товарным производством с использованием крепостного труда.

В промышленности сложились уникальные отношения. Основную часть мануфактур в результате петровских реформ составили: казенные и посессионные, т. е. формально тоже принадлежавшие государству. Подавляющая часть мануфактурной продукции поступала в распоряжение государства, поэтому и цены на нее определялись не рынком, а были "указными", т. е. устанавливались государственными указами.

В XVIII в. в значительной степени усилиями государства в России рождается сложное переплетение феодальных и капиталистических элементов в экономике. Этот симбиоз обеспечил дальнейший рост феодально-крепостнического хозяйства, усилил государство, повысил значение России в международных делах. Однако в дальнейшем противоречия между развивавшимся капиталистическим производством и крепостничеством привели к кризису феодально-крепостнической системы.

В таких капиталистических, по существу, явлениях, как рождение новой техники, рост товарности, наемный труд, непомещичье землевладение, и выражался прогресс в сельском хозяйстве. Но их развитие тормозила феодально-крепостническая система, и поэтому прогрессивные явления получали уродливую полуфеодальную форму.

Мануфактура ёще могла быть крепостной, но крепостная фабрика была уже невозможна. Машины оказались несовместимыми с крепостным трудом.

Таким образом, крепостничество тормозило в России ,промышленный переворот и развитие промышленности, причем в большей степени развитие тех отраслей, в которых господствовал крепостной труд. 

Скорость передвижения грузов была очень мала. Товары в дороге значительно дорожали. Назрела острая необходимость в промышленном перевороте на транспорте.


Список литературы



Бовыкин В. И. Формирование финансового капитала в России. М., 1970.

Боханов А. Н. Крупная буржуазия России. М., 1992.

Буганов В. И., Преображенский А. А., Тихонов Ю. А. Эволюция средств производства в России. М., 1980.

История мировой экономики / Под ред. М. В. Конотпопова и С. И. Сметанина. М., 1997.

Ключевский В. О. Курс русской истории. Соч. Т. 1—5. М., 1956—1958.

Конотопов М. В., Сметании С. И. Из тупика. Экономический опыт мира и путь России. М., 2000.

Конотопов М. В., Сметании С. И. Очерки истории экономики. М., 1993.

Конотопов М. В., Котова А. А., Сметании С. И., Смета-нина С. И. История отечественной текстильной промышленности. М., 1992.

Кулишер И. М. История русского народного хозяйства. М., 1925.

Лаверычев В. Я. Государство и монополии в дореволюционной России. М., 1982.

Ленин В. И. Развитие капитализма в России // ПСС. Т. 3.

Милюков Н. П. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформы Петра Великого. СПб., 1905.

Полонский Ф. Я. Экономическая история зарубежных стран. М., 1961.

Сметанин С. И. История промышленного предпринимательства в России. Начальный период предпринимательства. М., 1993.

Сметанин С. И. История промышленного предпринимательства в России. Мануфактурный период предпринимательства. М., 1996.

Сметанин С. И. Развитие капитализма в России. М., 1992.

Сметанин С. И. Развитие промышленности России в 1800— 1861 гг. (статистический обзор). М., 1996.

Сметанин С. И. Экономическая история России. Период феодализма. М., 1992.

Сметанин С. И. Экономическое развитие стран Западной Европы в эпоху феодализма. М., 1992.