Монарх-эмигрант

Монарх-эмигрант

Хатунцев С. В.

«Пиренейский отшельник» 

Андорра — совершенно крошечная страна, расположенная между Францией и Испанией в окружении величественных хребтов. От границы до границы по ней можно проехать не больше 45 километров. 

Эта страна — «туристическая Мекка», которую ежегодно посещает более 10 млн. иностранных гостей. Она является заповедником, точнее — «национальным парком» южноевропейской истории. На ее земле находится множество архитектурных памятников прошедших эпох: древнеримские арочные мосты, развалины арабских крепостей, французские феодальные замки, романские часовни и церкви. 

Андорра почти семь столетий вела жизнь «пиренейского отшельника»: так эту страну называли еще недавно. Она стремилась обеспечить свой нейтралитет всеми возможными способами, поэтому … дороги, ведущие в нее, были из рук вон плохи: "только при плохих дорогах Андорру не станут использовать для прохода армий, особенно в случае войны между Францией и Испанией" — сказано в священном для каждого коренного андоррца манускрипте "Краткое описание нейтральных Долин Андорры", составленном в 1748 г. Антонио Фитер-И-Росселом. А когда в стране появился телеграф, ее жители добрый десяток лет пилили по ночам телеграфные столбы и резали провода.

Но в начале 30-х годов ХХ века через Андорру пролегла вполне современная автомобильная дорога, соединившая Францию и Испанию. Вместе с ней пришли идеи демократии и национального суверенитета. Это привело к народным волнениям августа — октября 1933 года — так называемой «андоррской революции». Большинство взрослого населения страны выступило против засилья в ней французских и испанских компаний и мигрантов из этих держав, потребовало всеобщего избирательного права и преимуществ в пользовании природными богатствами Андорры. Испания, где к тому времени установилась республика, с этими требованиями согласилась, а Франция угрожала послать войска. Политическая обстановка внутри Андорры стала неустойчивой. И тут в истории этой страны появляется «русский след» — да еще какой!

«ВЫСОК, ГОЛУБОГЛАЗ…» 

События на Пиренеях привлекли внимание белоэмигранта Бориса Скосырева, потомственного русского дворянина (чьи чистокровные родители разорились) — фигуры не менее фантастической, нежели герои авантюрных «эмигрантских» же романов графа Алексея Толстого. Обогащенный опытом выживания в Русскую революцию, — одну из самых кровавых усобиц ХХ века, Скосырев при пребывании на чужбине не утратил ни присутствия духа, ни страсти к приключениям и романтике, но, напротив, превратил их в главные источники своей жизни.

С «младых ногтей» Борис интересовался географией, точнее — «карликовыми» странами и малоисследованными землями. Офицер царского Балтийского флота, Скосырев получил ранение на фронтах Гражданской войны, после этого попал в Англию и некоторое время служил в королевских военно-морских силах. В разное время и в разных странах он представлялся бароном, графом, и даже … «лучшим другом короля Испании». В Испании Скосырев оказался: в июле 1932 г. Он зарегистрировался в отеле каталонского курорта Сиджес на Средиземном море по нидерландскому паспорту, как подполковник голландской армии и подданный «Ее Величества королевы Голландии».

Борис был «высок, голубоглаз, лицо всегда свежевыбрито. Нос прямой, как говорится, греческий, под которым геометрически правильно располагались светлые усики. Узкая дорожка пробора разделяла белокурые волосы на две неравные части. Правая рука всегда занята серебряной рукояткой излюбленной тросточки...» — таким Скосырева описывают те, кто был с ним знаком. Он проводил время в постоянных кутежах, ночи напролет просиживая в дорогих ресторанах, имел богатых покровительниц, одной из которых оказалась английская миллионерша Полли П. Херд (Скосырев называл ее более галантно — «Ламарес»). Однако все это было не только красивым «прожиганием жизни»: таким путем он приобретал необходимые ему знакомства и связи, причем — в самых аристократических кругах европейских стран. В декабре того же 1932-го года Скосырев вместе с «Ламарес» перебрался на Мальорку, однако Испания, которой принадлежит этот остров, объявила его персоной нон грата. За что потом Скосырев и «отомстил» ей по всей программе…

«ЦАРЬ БОРИС»

С дорогого курорта Борис часто отлучался в Марсель и Тулузу, где долгими часами просиживал в старинных библиотеках, подробнейшим образом изучая историю и этнографию Андорры. Заводил он и контакты с выходцами из этой страны. Пристально следя за событиями в Андорре, Скосырев вполне своевременно пришел к выводу, что ее народу не хватает «вожака, ... должной организации, да и программы дальнейших действий». Все это он андоррцам и предоставил.

В июле 1934-го, заручившись поддержкою влиятельных сил за границей, 38-летний Скосырев «со "товарищи"» — белыми офицерами, воевавшими под знаменами Врангеля и Юденича, и просто с сомнительными персонажами из числа русских эмигрантов, осевших на юге Франции, горными контрабандистскими тропами пробрался в Андорру. Там он тотчас выказал незаурядные ораторские способности, «выкинул» в толпу понравившиеся ей лозунги и стал самым популярным местным оратором, подлинным «королем улицы». С неизменным цветком в петлице, аристократически поблескивая моноклем, Скосырев говорил: "Хватит жить на задворках истории!.. До каких пор вы будете терпеть свой овечий суверенитет, которым управляют два чужих копринца (представители Франции и Испании. — Авт.), не лучше ли Андорре гордо избрать своего собственного короля?" — тем более что под рукой — "лучший друг короля Испании Хуана III" и, одновременно, "граф Оранжский", то есть — он сам.

Ему поверили; Скосырев получил практически стопроцентную поддержку местного населения, его буквально на плечах внесли в Генеральный Совет — верховное учреждение государства. Там он провозгласил страну монархией, а себя — сначала князем, а потом — королем Андорры Борисом I (он стал именовать себя «Princeps», как Октавиан Август и другие правители Рима первых веков существования средиземноморской Империи. — Авт.), и сочинил одну из самых коротких конституций в мире. В ней было всего 17 пунктов, она заняла одну-единственную колонку в местной «революционной» газете "Ведомости Временного правительства Андорры". Новоявленный монарх взамен Генерального Совета учредил парламент, наделив самого себя правом его роспуска и личного представления Андорры в Лиге Наций — довоенной организации, предшествовавшей современной ООН.

Отметим очевидную уникальность «феномена Скосырева»: это был единственный русский эмигрант, ставший правителем — королем чужеземной страны, хотя бы и такой маленькой, как Андорра. Скосырев, собственно говоря, и основал новое, Андоррское, королевство. Таких случаев во всей мировой истории очень мало: ей гораздо больше известны завоеватели, покорявшие чужие страны военным путем и основывавшие собственные троны силой оружия.

Властью Борис I пользовался весьма широко: собирал и распускал парламент, писал указы, издавал манифесты, часто сменял и назначал первых лиц государства — министров, глав местных общин — в общем, вел себя как подлинный самодержец, впрочем, осуществляющий идею «просвещенной монархии» с весьма «прогрессивным» для той эпохи национально-демократическим, даже, во многих отношениях, популистским содержанием. Он подтвердил всеобщее избирательное право, завоеванное андоррцами ранее, направил множество искусно составленных дипломатических петиций в Лигу Наций, Мадрид и Париж с требованием официально признать независимость Андоррского королевства. Не забыл Борис и о выполнении «предвыборных» обещаний. Он предписал своим подданным не подчиняться директивам, приходящим из Франции и Испании, запретил частную (и в первую очередь — иностранную) собственность на землю, а все природные ресурсы страны объявил сугубым достоянием нации. Все эти и другие, подобные им, мероприятия были горячо поддержаны местным населением — гражданами страны, но крайне не понравились испанскому и особенно французскому кабинетам. Однако Скосырев, умело играя на противоречиях двух держав и апеллируя к Лиге Наций, сумел провести независимый национально-государственный курс и отстоять завоеванный под его руководством андоррский суверенитет. Могущественные соседи оставили крошечную страну в покое. Таким образом, режим, установленный монархом-эмигрантом, стабилизировался не только внутри Андорры, но и на международной арене. Король, обосновавшийся сначала в столице страны, Андорре-Ла-Вьехе, перенес свою резиденцию в курортный городок Сольдеу. Казалось, следовало подумать и об основании собственной династии, собственного королевского дома...

Русский эмигрант Борис Скосырев управлял Андоррой более семи лет. С его именем граждане этой страны связывают свои первые достижения на пути к независимости, к обретению «самостоятельного голоса» во всем Пиренейском регионе.

Подвело Скосырева вмешательство в большую политику.

Не нейтральный нейтралитет

В июле 1936 г. в Испании началась гражданская война: против ее республиканского правительства выступили генерал Франко и партия «фалангистов». Андорра — нейтральное «транзитное» государство, приобрела существенное значение для обеих противоборствующих сторон и тех, кто выступал их союзниками. «Царь Борис» официально от конфликта отмежевался, однако на деле оказал поддержку республиканцам: через страну шли гуманитарные и иные поставки противникам фалангистов, а агенты республиканцев проникали во Францию и другие страны Европы. Впрочем, логика его поведения довольно понятна. Франко был сторонником «единой Испании» и мог, в случае своей победы, оккупировать Андорру, коренное население которой в этническом плане очень близко к народам этой страны, в частности, к каталонцам, республиканцы же в данном отношении потенциальной угрозой для андоррской государственности не являлись: правительство «Народного Фронта» проводило политику предоставления национальным окраинам Испании (той же Каталонии, Стране Басков) автономии, и на собирание «испанского наследства» в принципе не претендовало.

Кроме того, новоявленный монарх определенно не испытывал симпатий к фашизму, явственно окрашивавшему знамена «Испанской фаланги»; идейно он был гораздо ближе к республиканцам, хотя ему был присущ несвойственный им «душок» аристократизма.

Скосырев запретил наблюдателям из «Международного Комитета по невмешательству в испанские дела», созданного в Лондоне, контролировать андоррский нейтралитет. За это «короля-князя» остро критиковал премьер-министр Британии Н. Чемберлен. По его словам, Скосырев являлся агентом если не Москвы, то республиканцев, таких, как Долорес Ибаррури, «Пассионария», руководительница испанской компартии.

Весной 1939 г., когда победа фалангистов в Испании становилась политическим фактом, несколько подразделений республиканской армии вместе с беженцами оказались прижатыми к испано-андоррской границе. Монарх-эмигрант, несмотря на угрозы генерала Франко, разрешил им пройти через Андорру во Францию, обязав местное население оказать республиканцам посильную помощь. Этого ему не забыли.

Победив в Испании, фалангисты решили навести порядок и в соседней Андорре, примерно наказать ее "русского короля". Но на стороне Скосырева выступила буржуазная Франция, правительство которой склонялось к негласной поддержке испанских республиканцев и не испытывало симпатий к франкистам. Последние, дабы не осложнять свое и без того непростое международное положение, отказались от оккупации Андорры. Однако в мае-июне 1940 г. Франция была разгромлена нацистской Германией. Контроль над южной частью страны, к которой примыкала Андорра, перешел к профашистскому «правительству Виши» под руководством маршала Петэна. Вишисты, как и власти Берлина, памятуя об опыте Гражданской войны в Испании, вполне резонно решили, что Андорра, поддерживавшая «красных» и управляемая, по сути, антифашистом, может стать одним из опорных пунктов для агентуры противников «нового порядка» в Европе — французского Сопротивления под руководством де Голля, которое, кстати, сотрудничало с республиканским правительством Испании в эмиграции, находившимся на территории Мексики, и партизанскими силами, действовавшими против фалангистов. Неопровержимая логика борьбы подсказывала тогдашним победителям единственный ход: убрать Скосырева с политической сцены. Это новые хозяева континента и сделали.

ПЕЧАЛЬНЫЙ КОНЕЦ 

Осенью 1941 г. при помощи франкистских спецслужб андоррский король был арестован вишистами в своей резиденции Сольдеу. Он был отправлен в концентрационный лагерь Верне, расположенный неподалеку от древнего французского города Перпиньян (департамент Восточные Пиренеи, который граничит с Андоррой). Есть не очень достоверные сведения, что андоррцы пытались освободить своего короля, но с охраной лагеря, вооруженной пулеметами и автоматическим оружием, пастухи и контрабандисты, имевшие револьверы и дедовские охотничьи ружья, справиться не сумели. В Верне, за колючей проволокой, монарх-эмигрант и умер в 1944-м, не дождавшись прихода ни союзников, ни голлистов…

В финале авантюрной истории Скосырева слышится пронзительная нота из повести О. Генри «Короли и капуста», опубликованной на 40 лет раньше: вспоминается эпизод гибели первого и последнего адмирала «банановой республики» Анчурия; даже названия Анчурии и Андорры довольно уловимо созвучны...

При подготовке статьи использованы материалы различных интернет-сайтов, в том числе — помещенные А. Алексеевым и А. Сабовым (Прим. автора).