Современная философия

23



    



        Современная наука допускает возможность возникновения и сосуществования множества миров, подобных нашей Метагалактике и называемых Внеметагалактическими объектами. Их сложные взаимоотношения образуют многоярусную Большую Вселенную - материальный мир с его бесконечным многообразием форм и видов материи. Причем не во всех этих мирах возможно то многообразие видов материи, которое возникает в истории нашей Метагалактики.

      На определенном этапе развития Метагалактики, в рамках некоторых планетных систем, создаются условия для формирования из молекул неживой природы материальных носителей жизни, как и неживая природа, жизнь имеет ряд уровней своей материальной организации. Можно выделить:  системы доклеточного уровня - нуклеиновые кислоты ( ДНК и РНК ) и белки ; клетки как особый уровень биоорганизации, самостоятельно существующий в виде одноклеточных организмов ; многоклеточные организмы ( растения, животные ). Особые уровни организации живой материи образуют надорганизменные структуры. к ним относятся прежде всего популяции - сообщества особей одного вида, которые связаны между собой общим генофондом, скрещиваются и воспроизводят себя в потомстве.

      Кроме популяции к надорганизменным уровням организации живой материи относятся виды и биоценозы. Последние образуются в результате взаимодействия некоторого множества популяции между собой и окружающей средой. В целостной системе биоценоза эти популяции связаны так, что продукты жизнедеятельности одних становятся условиями жизни других.  Многие  популяции могут жить только в рамках определенного биоценоза.

      Наконец, взаимодействие биоценозов образует глобальную систему жизни - биосферу. В этой целостной системе различные биоценозы взаимодействуют не только с собой, но и с воздушной оболочкой, через которую идет теплообмен земли с космическим пространством, с водной средой, с горными породами. При нарушении этих взаимодействий меняется вся сфера жизни на Земле. Для того чтобы поддерживалось ее динамическое равновесие, необходимо не только воспроизводство определенных условий обитания различных организмов, популяций, биоценозов, но и некоторый уровень их разнообразия. При уменьшения этого разнообразия ниже определенного уровня вся биосфера начинает вырождаться. 

      Люди являются частью сферы жизни на Земле. Благодаря постоянно увеличивающемуся производственному воздействию на окружающую среду они могут внести и вносят возмущения в динамику биосферы.

      Развитие биосферы, связанное с появлением в ней все новых уровней организации, является результатом ее функционирования и эволюции как целого в рамках еще более широкой целостности - развивающейся вселенной. На определенном этапе развития в биосфере возникают особые популяции живых существ, которые благодаря развивающейся орудийной деятельности трансформируют биологические формы своего существования в социальную жизнь. В рамках биосферы начинает развиваться особый тип материальной системы - человеческое общество. Здесь тоже возникают особые подструктуры - семья, нации, классы и др..

      Как особый уровень организации материи, человеческое общество существует благодаря деятельности людей и включает в качестве обязательного условия своего функционирования и развития их духовную жизнь. 

      Картина взаимосвязи всех уровней организации материи, включая человека и человеческое общество, понимание каждого материального объекта, в том числе и человека, как продукта глобальной космической эволюции, проливает новый свет на одну из древнейших проблем философии - на проблему единства мира. Всякая материалистическая философия, и материалистическая диалектика в том числе, отстаивает принцип единства мира, выступая в качестве монистической философии. Идеалистический монизм считает первоначалом всего сущего идеальное, рассматривая материю как всего лишь инобытие этого идеального. Напротив,  материалистический монизм утверждает единство мира через его материальность.





      Вместе с тем человек, как продукт природы, зависит от нее, от естественной среды обитания. Но по мере развития производительных сил общества, по мере опосредования создаваемых человеком “второй природы”, человек повышал свою защищенность от стихийного “буйства природы”.  Совершенствование одежды,  создание искусственных жилищ, строительство крупных строительных сооружений и т.д. позволяет обеспечить не только  комфортные условия существования , но и  осваивать новые территории Земли и Космоса.

     Но наряду  с отмеченными процессами, ослабляющими зависимость человека от природы, с развитием производительных сил  само развитие цивилизации оказывается зависимым от экологических проблем. Все более  интенсивно потребляя природные ресурсы с помощью возрастающих технических средств, человечество в прогрессирующей форме подрывает основы своего существования. Вырубаются леса, истощаются  запасы сырья, загрязняется земля и воздух и т.д. С точки зрения марксизма принципиальным  является  то обстоятельство, что взаимодействие общества и  природы носит  исторический характер, что формы, масштабы и тенденции этого взаимодействия изменяются в ходе общественного  развития.  Материальное производство, деятельность человека выступает как мощный фактор, воздействующий на среду его обитания не только в позитивном, но и негативном плане. Экология человека, его взаимоотношение  с окружающей средой становятся поэтому существенной проблемой ,  имеющей и самостоятельное значение в развитии исторического процесса.

    Таким образом, материальное  производство,  влияя через научно-технический прогресс на экологию, изменяет ход исторического процесса. Решение этого процесса в самом научно-техническом прогрессе в сочетании с духовным преобразованием человека, его  изменения роли “завоевателя” природы.





      К. Маркс отвергает взгляды старого материализма. Согласно этим взглядам, отношение человека к миру, в сущности, представлялось как способность “созерцать” окружающий мир в сознании, пассивно испытывать его воздействие.

      Для обыденного миропонимания позиция пассивного созерцания представляется вполне естественной, исходной, а активность, деятельность с этой точки зрения выступает как нечто вторичное.

      Как подчеркивает К. Маркс, исходным отношением человека к миру  вовсе не является пассивное восприятие, испытание воздействия внешнего мира и переживание их в сознании:  “...люди никоем образом не начинают с того, что “ стоят в этом теоретическом отношении к предметам внешнего мира” ... Они начинают с того, чтобы... не “стоять” в каком-нибудь отношении, а активно действовать...”

      Человек взаимодействует с окружающей действительностью на основе тех возможностей активного преобразования окружающей его среды, которые он приобретает в процессе своего развития как общественного существа в системе материальной и духовной культуры.  Не будучи в силах выявить эти социально-культурные корни активности человека, домарксов материализм был не способен объяснить явления общественной жизни человека, его духовной жизни и культурного творчества. Сталкиваясь с проявлением активного отношения человека к деятельности, старый материализм либо давал им явно несостоятельные вульгарно- материалистические объяснения, либо, по существу, отказывался от своей исходной материалистической позиции и переходил  на позиции дуализма в понимании человека, разрывая его природное и духовно-культурное начало и давая последнему идеалистическое истолкование.

      Натурализм и созерцательность старого материализма является его слабым местом в полемике с идеализмом, который как раз и подчеркивал  активный характер отношения человека к действительности. Идеализм в лице немецкой классической философии выступил против понимания человека просто как природного тела, пассивно, “созерцательно” отвечающего состояниями сознания на воздействия внешнего природного мира. Однако, подчеркивая активное, деятельно начало человека, идеализм усматривал существо этой активности в свойствах духа, который принципиально противостоит природе. Дух при этом понимался как внутренняя активность, спонтанность человеческой деятельности, как способность, определяющая свободу человека.

      Таким образом, в домарксовой философии сложилось два альтернативных подхода к пониманию  сущности человека и его отношения к миру: признание органической включенности человека в материальный мир исключало его понимание как деятельного, активного существа. Там же, где эта деятельная сущность человека признавалась и подчеркивалась, она отрывалась от материального мира и рассматривалась как выражение сверхматериального духовного начала. Принципиальное решение этой проблемы было дано Марксом: “Главный недостаток всего предшествующего материализма заключается в том, что предмет, действительность, чувствительность берется только в форме объекта, или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно. Отсюда произошло, что деятельная сторона, в противоположность материализму, развивалась идеализмом, но только абстрактно, так как идеализм, конечно, не знает действительной, чувственной деятельности как таковой”.

      Основное отличие человека от других природных тел состоит не в том, что он способен отражать в процессе созерцания материальный мир. Сама эта способность обусловлена исходной, определяющей характеристикой человека, которая заключается в том, что он практически воздействуя на реальный материальный мир, активно перестраивает, переделывает его.                                                                                                                                            

       Марксизм видит основу специфического отношения  человека к миру в практической деятельности, направленной на преобразование материального мира: как природного,  так и социального, который противостоит человеку.  Это преобразование внешнего  мира предполагает способность сознания, активную работу  духа.  Хоть сознание является специфическим признаком человека, но его  происхождение и сущность можно правильно понять только в системе практически-преобразовательного отношения человека к миру. Сознание возникает, функционирует и развивается как необходимое условие этого практически-преобразовательного отношения.

      В процессе преобразования мира  человек создает новую реальность - мир материальной и духовной культуры, новые условия существования, которые не даны ему природой в готовом виде. Создавая эту новую реальность, человек развивает и совершенствует самого себя, свои творческие способности. Таким образом,   именно реальное преобразование материального мира является  основой всех других проявлений творческого активного начала, которое идеализм усматривал в особой, оторванной от материального мира, духовной сущности человека. Маркс указывал, что человек является “предметным  существом”, которое действует  “предметным образом”: “Оно только потому  творит или полагает предметы, что само оно  полагается предметами и что оно с самого начала его природа”.

    Как и любое  живое существо, человек  вписан в окружающую  среду, но способ включения человека в эту окружающую среду носит принципиально иной характер, чем  отношение животных к окружающей среде. Этот способ включения человека в окружающий его природный и социальный мир путем активного преобразования объективно  существующих предметов и явлений внешнего мира и определяется как практика.

     В соответствии с марксистско-ленинской философией место человека в структуре бытия, его  взаимосвязи с неживой и живой природой, с социальной действительностью, его включенность в систему материальной и духовной культуры, раскрывается сущность сознания человека, его духовной и душевной жизни. Категория практики задает исходные ориентиры целостного представления о человеке во всем многообразии его взаимоотношений с окружающим миром.



      Для того чтобы понять сущность практики, ее роль в системе всей жизнедеятельности человечества, следует рассмотреть ее происхождение в процессе становления человека и сопоставить ее со способами воздействия на окружающую среду, свойственными животному миру. Животные как бы вписаны в определенную “экологическую нишу”, то есть в тот спектр окружающих природных условий, в котором они могут жить и  эволюционировать как определенный биологический вид. Формы их поведения складываются на основе тех исходных возможностей, которые определяются строением тела животного, его естественными органами. То обстоятельство, что возможности реального взаимодействия животных с внешним миром ограничены особенностями их телесной организации и формами их приспособительного поведения, предопределяет и их  отражательные, познавательные возможности. Животные ощущают, воспринимают, представляют мир лишь в той мере, в какой вещи, свойства и отношения окружающего мира имеют для них прямой или косвенный биологический смысл. Эту ограниченность отношения животного к внешнему миру и имел в виду Маркс, когда писал, что “животные непосредственно тождественно со своей жизнедеятельностью”. 

        Принципиальной особенностью практики как специфической формы бытия человека  в мире является ее открытость перед лицом объемлющей человека и всегда превышающей возможности освоения человеком объективной реальности,  неограниченная возможность  развития новых способов и средств взаимодействий с ней. Достижение этой открытости, способности человека  к развитию, преодолению достигнутых  пределов было связано с возникновением и развитием орудий и средств практического воздействия человека на окружающую его действительность.

    Употребление природных предметов в качестве орудий и даже их изготовление при помощи естественных органов тела в принципе присуще и животному. Конечно,  об орудиях у животных можно говорить только в весьма условном смысле, но тем не менее это факт, твердо установленный наукой. Многие животные пользуются естественными предметами для добывания пищи, в целях обороны, для строительства жилищ и т.п. -   короче говоря, для удовлетворения своих жизненных потребностей.

     То, что отличает человека  от животного, - это не само по себе употребление или даже спорадическое изготовление орудий, в создание системы искусственных средств и орудий преобразования действительности, которая воспроизводится в процессе исторического развития  человечества и транслируется от поколения к поколению как особая культурная реальность. Именно создание такой системы отношений к миру, когда  человек  ставит между собой и миром определенные искусственно созданные и восстанавливаемые при переходе от поколения к поколению орудия и средства воздействия на действительность и составляют основу специфически-преобразовательного отношения человека к миру.

      Но, создавая, воспроизводя и совершенствуя эту “вторую природу”,   человек вместе с тем изменяет самого себя, формирует и развивает соответствующие навыки и способы действия. Как указывал Маркс, человек, “воздействуя... на внешнюю природу и изменяя её ... в то же время изменяет свою собственную природу”.

     Становление практически-преобразовательного отношения к миру как специфического для человека способа “включения” в мир потребовало в процессе антропогенеза перестройки телесной и психической организации, доставшейся человеку от его животного предка. Но с завершением процесса антропогенеза дальнейшее совершенствование человека идет по линии развития его способностей, формирования  новых способов деятельности, связанных с реальным практическим взаимодействием с окружающим миром природы и культуры, а также общением с другими людьми.

   Осуществляя любые формы  практически-преобразовательной деятельности, человек действует в сотрудничестве, в кооперации с другими людьми. Тем самым отношения людей как субъектов практического действия к преобразуемой ими объективной реальности (субъект-субъективные отношения) всегда предполагают также отношения реального взаимодействия  людей в процессе этого преобразования (субъект-субъективные практические отношения). Практика формируется,  воспроизводится и развивается в единстве субъект-обьектных и субъект-субъективных отношений,  она представляет собой всегда общественную деятельность. Самоизменение, самосовершенствование человека в процессе практически преобразовательной деятельности связано поэтому  не только с развитием соответствующих навыков отношения к другим людям, развитием культуры общения.  Практика  предполагает наличие культуры общения как необходимое условие своего преобразования внешнего мира и форм взаимодействия с другими людьми в определенных нормах. Усвоение этих норм последующими поколениями представляет собой специфический механизм,  обеспечивающий непрерывность существования человеческой культуры. Существование и развитие социокультурных норм, подлежащих усвоению индивидами по мере их включения в человеческое общество и культуру, выступает в качестве предпосылки регуляции человеческой  жизнедеятельности на основе общественного сознания.

   Практика всегда связана с определенными формами отражения мира, с определенными уровнями сознания и познания, которые закрепляют достижения практики и делают возможным её дальнейшее воспроизводство и совершенствование. Сложная диалектика практической деятельности и связанных с ней форм сознания и познания является важнейшим фактором жизнеспособности практики, ибо сознание способно не только закреплять достигнутый уровень практики, но и совершенствовать, развивать практику. Первичность практики перед сознанием и познанием в этой  диалектической взаимосвязи, но которой настаивает марксистский материализм, вовсе не означает, что сознание всегда должно просто  пассивно следовать на практикой. Эта первичность означает, что в конечном счете эффективность реального практического воздействия на природу, на общество, на совершенствование  самого человека является показателем уровня развития самого сознания.

     Таким образом, практика как специфически человеческий способ бытия в мире представляет собой деятельность, которая обладает сложной системной организацией. Она включает  в себя: 1) реальное преобразование внешней Среды при помощи искусственно созданных орудий и средств (субъект-объективные отношения), 2) общение людей в процессе  и по поводу этого преобразования (субъект-субъективные отношения) и 3)  совокупность норм и ценностей (ценностно-целевые структуры), которые существуют в виде образов сознания и обеспечивают целенаправленный характер практической деятельности.



       Практика возникает исторически в процессе становления человечества как специфический способ удовлетворения жизненных потребностей. Однако в специфике этого способа заложены возможности развития принципиально нового типа бытия в мире, который открывает перспективу преодоления диктата окружающей  среды  по отношению к человеку. 

      Прорывая узкие рамки приспособления к среде, вырываясь из  унаследованной от животных предков “экологической ниши” , человек - благодаря производству искусственно созданных средств и орудий - в принципе оказывается способным на универсальное практическое преобразовательное отношение к миру.  Именно об этой универсальности писал Маркс, подчеркивая, что “животное производит лишь то, в чем  непосредственно нуждается  оно само или его детеныш; оно производит односторонне, тогда как человек свободно противостоит своему продукту. Животное строит только сообразно мерке в потребности того вида, к которому  оно принадлежит , тогда как человек умеет производить по меркам любого вида и всюду он умеет прилагать к предмету присущую мерку...” Эта универсальность, “открытость” реального отношения  к миру в практике имеет своим следствием то, что в принципе отсутствует какой-либо заданный предел познавательных возможностей человека. Опосредствуя свое отношение к действительности искусственно созданными орудиями и средствами ее преобразования, человек в своей  познавательной деятельности выделяет объективные, независящие от его биологических потребностей, свойства и связи реального мира. Таким образом, человек способен познавать мир так, как этот мир существует по своим объективным законам. И в этом состоит его отличие от  животного, которое воспринимает мир постольку, поскольку явления и предметы этого мира могут  служить средством удовлетворения его жизненных потребностей. Иначе говоря, практика как способ включения в мир обеспечивает предметный характер человеческого познания.

      Созданные человеком искусственные орудия и средства преобразования окружающей реальности являются своего рода “неорганическим телом” человека,  позволяющим ему  втягивать в сферу практики все новые слои действительности. Совершенствуя, преобразуя окружающий мир, люди  строят новую реальность, прорывают горизонты  налично-данного бытия. Однако, подчеркивая активно преобразующее начало практической деятельности человека, необходимо помнить, что она определенным образом вписывает человека в материальную действительность, объемлющую его и всегда выходящую за пределы актуальных возможностей ее практического освоения. Человек при всех перспективах и возможностях своей активной преобразовательной деятельности остается в пределах реального материального мира и не может не сообразовывать свою деятельность с его объективными законами. Творческие конструктивные возможности  практически-преобразовательной деятельности в реальном мире всегда опираются на использование объективных закономерностей. 

     Понимание обусловленности практически-преобразовательной деятельности человека объективными свойствами преобразуемого мира, того мира, с законами которого он должен считаться, вписанности самой практической деятельности в этот мир, отличает марксистскую трактовку практики от всякого рода субъективистских ее трактовок, например в философии прагматизма. Для прагматической концепции активности человека характерно непонимание того принципиального обстоятельства, что подлинная эффективность человеческой деятельности не только связана с удовлетворением субъективных интересов или потребностей, но и предполагает решение задач, обусловленных  внутренними закономерностями той  реальной действительности, на которую эта деятельность направлена. Субъективистская интерпретация практики дается и в тех течениях так называемого  немарксизма, в которых игнорируется  или недооценивается включенность человека и его практически-преобразовательной деятельности  в объемлещую его и независящую от его  деятельности  объективную реальность. При таком подходе практика  сама  превращается в некий  абсолют , в субстанцию.

      Понимание  диалектики человеческой активности по отношению к окружающему миру  и зависимости  человека от этого мира, его вписанности  в этот  мир, его обусловленности миром  является необходимым  условием  для осознания вытекающей из этой диалектики ответственности человека в его практической деятельности перед окружающим миром и перед самим собой. 



      Практика является основой всех форм общественной жизнедеятельности человека. Причем открытость практики по отношению к внешнему миру, способность осваивать в практически-преобразовательной  деятельности все новые слои бытия предполагает и  возможность  постоянного развития субъекта практической деятельности. В рамках практики формируется  тот деятельно-творческий способ отношения к действительности, который в принципе выходит за рамки  приспособительного поведения и который определяет  развитие всей материальной и  духовной культуры человечества, всех форм общественной жизнедеятельности человека.  С термином “ поведение”  связывается активность, система действий, которая состоит в адаптации, в  приспособлении к  уже имеющейся наличной среде, притом у животных  только к природной , а у человека - и к социальной, эта адаптация осуществляется на основе  определенных биологических или  социально заданных программ, исходные основания которых не  подвергаются пересмотру или перестройке. Активность на уровне приспособительного поведения имеет место не только у животных, но  и в социальной жизни людей.  Типичным примером такого поведения является адаптация, приспособление к окружающей социальной среде путем следования принятым в этой среде обычаям, правилам и нормам.

      Но сама эта адаптация к природной или социальной среде может предполагать различную, в том числе  и весьма высокую, степень активности поиска надлежащих средств решения возникающих при этом задач;  иными словами, она вовсе не обязательно представляет собой автоматическое, бездумное выполнение заданной программы. Однако в принципе адаптивное поведение  представляет собой “закрытую”  систему отношения к действительности, пределы которого ограничены данной социальной или природной средой и заданным набором возможных действий в этой среде, определенными жизненными стереотипами и программами. И все же, хотя человек  сплошь и рядом строит и должен строить свои связи с окружающей действительностью на основе адаптивного поведения, этот способ отношения к действительности отнюдь не представляет собой для человека, в отличие от животного, предел его отношения к миру.

     Присущей только человеку формой отношения к действительности является деятельность, которая в отличие от поведения, не ограничивается приспособлением к существующим условиям природным или социальным,-  а перестраивает, преобразует их. Соответственно такая деятельность предполагает способность к  постоянному  пересмотру и совершенствованию лежащих в ее основании программ, к  постоянному, так сказать,  перепрограммированию, к перестройке своих собственных оснований. Люди  выступают при этом не просто  исполнителями заданной программы поведения - хотя бы и активными, находящими новые оригинальные решения в рамках ее осуществления,- а  создателями,  творцами  принципиально новых программ действий. В случае адаптивного поведения при всей его возможной активности и оригинальности цели  действий в конечном счете заданы, определены;  активность же связана с поиском   возможных средств достижения этих  целей.  Иными словами, приспособительное поведение  целенаправленно,  целесообразно . Деятельность же, связанная с перестройкой своих оснований, представляет целеполагание, является  целеполагающей деятельностью. Именно с целеполаганием, с возможностью определять цели деятельности ( и при том не под давлением внешних обстоятельств, а на основе решения субъекта) связано традиционное философское понимание свободы.  Свобода означает преодоление давления заданных человеку условий - будь то внешняя природа, социальные нормы, окружающие люди или внутренняя ограниченность ,- как факторов, детерминирующих его поведение, предполагает способность строить собственную программу  действий, которая позволяла бы выйти  за  рамки  предписываемого  наличной ситуацией, расширить горизонт своего отношения к миру, вписаться в более широкий контекст бытия.

    Вся история человеческого общества, материальной и духовной культуры человека представляет собой процесс развертывания, реализации деятельно-творческого отношения человека к окружающему  его миру, которое выражается в построении новых способов программ деятельности. Если взять материальное производство, то люди в свое время совершили переход от присвающего хозяйства - охоты и рыболовства - к производящему хозяйству - земледелию и животноводству, далее от ремесла и мануфактуры к  крупному машинному производству; в настоящее время осуществляется научно-техническая революция, суть которой заключена в органическом соединении науки и производства. В  общественной жизни наиболее ярким примером ломки старых стереотипов в программ  адаптивного поведения являются социальные революции, с которыми связано переустройство всего уклада жизни людей в экономической, политической и идеологической сферах. В духовной культуре творческая способность к ломке старых программ  деятельности и созданию новых ее форм проявляется (если взять в качестве примера науку) в научных революциях, приводящих к созданию новых  научных картин мира и связанных с ними новых идеалов и норм научного познания, в искусстве - в  создании новых стилей, да и новых видов искусства и т.д.



       Практика обладает интегративными функциями по отношению к другим формам жизнедеятельности.  В сфере реального отношения людей к миру - к природе, к обществу, к другим людям - формируются исходные стимулы развития всех форм человеческой культуры. Создаваемые в культуре - и в материальном производстве, и в регуляции отношений между людьми в обществе, и, наконец, в сфере науки, искусства, философии - способы деятельности возникают по сути своей как ответ на определенные проблемы и задачи, связанные с воспроизводством человеческого существования  в окружающем человека реальном мире. Достаточно глубокий теоретический анализ всегда может выявить в, казалось бы, далеких от реального материального существования человека формах культуры их  земные корни, исходные, отправные “точки их роста” на почве реальных проблем материального человеческого бытия. И лишь  в ходе последующего осознавания этих сложившихся форм культуры и развиваемых в их рамках способов деятельности возникают предпосылки для иллюзорного представления об их  полной независимости от практики. В действительности, однако, их связь с практикой в целостности форм человеческой жизнедеятельности никогда не прекращается, всегда существует масса явных или неявных каналов этой связи. 

     Но дело не только в стимуляции всех видов человеческой социально-культурной деятельности со стороны практики. Органически  их связь с практикой в системе культура заключается  и в том, что в конечном счете все эти виды деятельности имеют выход на практику, обогащают ее возможности. Впрочем, такой  выход не следует понимать примитивно, грубо, обязательно по аналогии с деятельностью по изготовлению какого-либо реального  предмета. Важнейшим каналом  воздействия на практику косвенно связанных с ней видов общественной деятельности является развитие с их помощью самого человека, его способностей , направляемых им в ходе практически-приспособительного действия во внешний мир. Возьмем, например, такие виды социально-культурной деятельности, как искусство и спорт. Их связь с практикой, их воздействие  на возможности практического преобразования реального мира находят свое выражение в развитии соответствующих человеческих способностей, которые в масштабах общества в целом обогащают деятельностные способности человека.

     Таким образом, интегративную  функцию практики по отношению ко всей системе человеческой деятельности в многообразии ее форм и разновидностей следует связывать прежде всего с тем, что в возможностях практически-преобразовательного воздействия человечества на окружающий  его мир аккумулируются, получают свое воплощение, свое реальное выражение итоги и результаты культурного строительства человечества, развития всех способов деятельности, сформированных в процессе этого культурного строительства. Практика является их отправной “точкой роста” и тем “оселком”, на котором  оттачивается их реальная действительность. Практическое освоение действительности способность  превратить  объемлещую человека реальность в “жизненный мир”   человека, в среду его обитания выступает мерилом действительных способностей человечества и степени развитости его как специфической формы бытия материи.

 Вместе с тем если исходить из того, что в  деятельно-практическом отношении к миру заключена основа всего культурного развития человека, его совершенствования, то и категория практики наполняется глубинным гуманистическим содержанием. Она  оказывается органически связана с представлениями об  исторических судьбах  человека и человечества,  о его ответственности перед миром и самим собой, перед будущими поколениями. Принципиальные границы и возможности развития человека определяет не бог, не окружающая человека природа, вообще не какие-либо внешние силы, а динамика практически-преобразовательной деятельности, которая расширяет спектр условий природного существования человека, совершенствует социальную среду его обитания и создает условия его духовного развития.



        Рассмотрим структуру практической деятельности и ее основные формы.

       Практика есть единство объективной и субъективной сторон. Практическая деятельность может быть представлена  как сложная сеть различных актов преобразования объектов, где продукты одной деятельности становятся исходными компонентами другой.

        Структурные характеристики  элементарного  акта практики можно выявить, если взять за образец марксов анализ процесса труда. Рассматривая труд “ в простых и абстрактных его моментах” Маркс выделял  следующие стороны  ( элементы) процесса труда: человека с его целями, знаниями и навыками, осуществляемые человеком операции целесообразной деятельности; объекты, включенные в ходе этих операций в определенные взаимодействия. Объекты, в свою очередь, расчленяются по своим функциям на предмет (исходный материал) труда, средства труда ( прежде всего орудия) и продукты, получаемые в результате преобразования предмета труда. Труд как преобразование человеком вещества природы предполагает взаимодействие всех этих элементов.

       Марксову схему можно распространить на структуру практической деятельности, которую можно представить как единство двух сторон: “субъективной” (человек с его способностями, целями и целесообразными действиями) и “объективной” (средства, исходные материалы и продукты, получаемые из исходных материалов благодаря воздействию средств деятельности). Причем надо иметь  в виду, что в функции объекта практической деятельности могут выступать не только фрагменты природы,  преобразуемые в производство, но и люди, “свойства” которых меняются, совершенствуются, развиваются. Поэтому человек может выступать и как субъект и как объект практического действия. Взятая в качестве общественно-исторического процесса, практика предстает как единство предметно-материального изменения природы и изменения общественных отношений, в процессе которого происходит развитие самого человека как субъекта практики.

     Формы практической деятельности  весьма разнообразны.

     Исходной  формой практической деятельности,  лежащей в основе всех остальных видов и форм жизнедеятельности человека в целом, является материальная производственная деятельность, способ производства материальных благ. Развитие способа производства материальных благ является основной движущей силой всего общественного развития. Именно возникновение материальной   производственно-практической деятельности явилось исходной предпосылкой становления специфически человеческого отношения к миру, преодоления рамок животного существования. 

      Преобразуя природу, созидая  специфически человеческую среду обитания, люди одновременно строят свои собственные общественные отношения,  преобразуют самих себя. Формирование и развитие общественных отношений также является необходимой формой практически-преобразовательной деятельности, направленной  уже  не на окружающую людей природу, а на самих себя, на свои отношения с другими людьми.

       Важно еще раз подчеркнуть, что эта форма практики органически связана с материальной производственной практикой. По существу, имеется единая практическая деятельность, включающая две стороны - отношение людей к природе и отношение людей к самим себе. Однако в процессе общественного развития эти стороны практической  деятельности дифференцируются. Деятельность, направленная на преобразование общественных отношений - социальная, классовая борьба, революционное движение и т.п.,- выступает как особая форма практики. 

          Важнейшей формой социальной практической деятельности  в современных условиях является в нашем обществе процесс демократических преобразований, который носит революционный характер и направлен на реальное практическое преобразование условий нашей жизни, общественных отношений, самих людей.

   Наряду с производственной и социальной практикой можно  выделять также ее особую форму, имеющую более узкую социальную значимость, но тем не менее необходимую в современном  обществе.  Это наука, играющая все большую роль в обществе, превращающаяся в непосредственную производственную силу и становящаяся  средством управления социальными процессами. Научное познание по своей природе  наделено не только на отражение уже существующих объектов, которые могут быть получены  и воспроизведены в способах практической деятельности. Оно обладает проективно-конструктивной функцией, то есть дает  знания о таких объектах, которые можно освоить в производственной и социальной деятельности только в будущем. Проверка истинности знаний о таких объектах требует особой  формы  практики, в качестве которой выступает научный эксперимент. Научное экспериментирование, хотя оно и опирается на возможности производства и социального опыта , достигнутые на данном этапе развития общества, часто выходит за пределы существующего уровня и предвосхищает принципы технологии и способов управления общественной жизнедеятельности, которые могут быть реализованы в будущем. Современное научное экспериментирование, таким образом, выступает в качестве важнейшего средства осуществления проективно-конструктивной функции научного познания. 

      Особое значение в современных условиях приобретает такая форма практики, как техническая деятельность.

       В наш век техники она приобретает все большее значение  не только для создания материальных благ и искусственной среды обитания,  особой техносферы, в которой живет современный человек, но и в формировании мышления, культуры, мировоззрения. Термин “техника”   двойственнен по своему смыслу. Это и совокупность различных устройств, созданных человеком (машин, инструментов, строений, транспортных средств и т.п.), предназначенных для создания различных веществ, энергии и информации, их преобразования, хранения  и использования в целях развития  производства и удовлетворения различных непроизводственных потребностей.  Техника в этом смысле может выступать  и как средство производства, и как его конечный продукт - результат производительной деятельности людей. Она поэтому составляет важнейший элемент производительных сил, определяющих в конечном счете характер и содержание способа производства. Техника в другом смысле представляет собой  совокупность различных навыков, устойчивых образов деятельности, особого рода  умений. Примером  этого рода может служить техника рисования, балетная техника, техника программирования и т.п. Оба смысла  понятия “техника” тесно связаны и вырастают из одного корня. Те или иные устройства, созданные человеком - артефакты, - могут  практически применяться для соответствующих целей лишь при наличии определенного уровня профессиональных умений. И наоборот, навыки, профессиональная подготовка и умения определяются и ограничиваются соответствующим типом и уровнем развития артефактов и, в свою очередь, соответствуют или препятствуют их совершенствованию. Таким образом, в самой сердцевине технической деятельности заложено диалектическое единство между материальными артефактами, с одной стороны, и навыками, умениями, стандартами деятельности - с другой .

        Техническая деятельность, особенно в условиях НТР, носит сложный, противоречивый характер, в значительной степени обусловленный противоречивостью, внутренней диалектичностью самих артефактов. Эта противоречивость заметна даже а самых простых и исторически  первых орудиях труда. Каменные зубила, скребок, костяная игла, деревянная палица, копье и т.д., с одной стороны, приспособлены к взаимодействию с внешним миром, с определенными природными объектами:  обтесыванию камня, сшиванию шкур диких животных, с необходимостью пронзить бегущую дичь, свалить ударом противника и др. С другой стороны, они учитывают  физиологические и психологические особенности человека: они приспособлены к человеческой руке, человеческому глазомеру, к передвижению на задних конечностях, к групповой коллективной деятельности, к разделению труда и т.д. Как бы далеко современные космические корабли, компьютеры и лазерные приборы  ни  ушли  от первобытных орудий труда, они также несут на себе   , точнее, включают в себя печать изначальной диалектической двойственности:  учет свойств природных объектов  и материальной Среды, в которой они действуют и которую преобразуют, и учет нейрофизиологических и психологических, социальных и культурных особенностей человека.

        Соотношение этих двух сторон исторически изменяется, и сегодня в условиях НТР, человек все большей  мере передает  артефактам функции, которые раньше он выполнял сам. Современная техника не просто является “продолжением” руки человека, многократным “усилителем” его мускульной энергии, но и средством, позволяющим выполнять с помощью компьютеров  целый ряд интеллектуальных, прежде всего вычислительных  операций. Вместе с тем благодаря возможностям, связанным с автоматизацией самых разнообразных производственных процессов и передачей ряда рутинных интеллектуальных действий компьютерам, человек освобождается для осуществления специфически человеческой, творческой, конструктивной и проективной деятельности.

     Техническая деятельность изначально связана с преобразованием самих артефактов. Человек не находит эти артефакты готовыми в природе, он создает их, но по  особым законам - законам технической деятельности, то есть законам преобразования одних предметов, видов энергии и информации в другие, в соответствии с заранее  поставленной целью. Чем сложнее цели,  чем  больше преобразований требуется для их достижения, тем  выше уровень проектов, охватывающих как эти артефакты, так и  процесс их создания и использования. Осуществление этих проектов требует развития конструктивных способностей и особой конструктивной деятельности.

      Таким образом, развитие техники и технической деятельности с одной стороны, совершается под сильным воздействием творческой, конструктивной и проективной деятельности человека, а с другой стороны , служит ее объективной  основой.  Именно  благодаря этом труд в исторической перспективе должен перестать быть проклятием,  тяжелой и изнурительной деятельностью  по добыванию хлеба “в поте лица своего”, но должен, по словам Маркса, превратиться в игру физических и духовных сил, в которой будут осуществляться высшие творческие потребности и духовные возможности человека.

       Значение техники и технической деятельности не сводится лишь к   тому, что они составляют ядро производительных сил общества и выступают как механизм  преобразования  предметной Среды, в которой живет человек. Опосредованно, через систему общественных  отношений, они влияют на весь образ жизни и мировоззрение человека, причем это влияние многообразно и отнюдь не может быть оценено однозначно.

     Так, в  современной западной философии существуют разные, по-видимости противоположные, концепции техники, Одна из них, получившая название  концепции “технологического детерминизма”, считает технику и технологию решающими факторами развития человечества. Политика, искусство, наука и культура  оказываются целиком подчиненными механизму научно-технического прогресса. Вся власть в такой технологизированной цивилизации  сосредотачивается в руках технической элиты - технократии. Другая концепция - антитехницизм - выступает как прямой антипод первой. Антитехницизм рассматривает технику, техническую деятельность как злого демона, созданного человеком и подчинившим себе своего создателя. Антигуманизм, нивелировка  личности, одиночество людей, безработица, создание примитивной массовой культуры - все это, с точки зрения антитеницистов,- результат  непомерного развития техники.  В многочисленных философских и фантастических произведениях антитехноцизм рисует чудовищные картины подчинения человека роботами и наступления эры чисто технической цивилизации. Поэтому антитехноцизм рекомендует возврат к естественному  образу жизни, к регрессу, к бегству от современной городской промышленной цивилизации на лоно природы. 

      Обе концепции, при всей их видимой противоположности, имеют общую философскую предпосылку -  признание неразрешимости противоречия между человеком с его  притязаниями на свободу и неповторимую индивидуальность, с одной стороны, и техникой и технологией, уничтожающими  индивидуальность, свободу и независимость - с другой.

       В  отмеченных концепциях отражается реальная противоречивость между человеком и обществом, с одной стороны, и современными  техническими и  технологическими средствами - с другой. Непрестанно  расширяя спектр возможностей человека,  развитие техники в то же время ставит перед людьми много новых, порой неожиданных и весьма сложных проблем. Современная техника и технология требует в высшей степени ответственного отношения к себе и сознательной дисциплины ото всех тех, кто ее проектирует, разрабатывает и использует.

     Наряду с этим все более важное значение приобретают проблемы, связанные с выбором направлений  развития техники и технологии. Признание полной и однозначной зависимости всей социальной и духовно-культурной жизни от уровня техники и характера технической деятельности, свойственное и сторонникам технологического детерминизма, и  антитехницистам, нередко находит выражение в так называемом “технологическом императиве”, согласно которому все, что является технически возможным, находит свое практическое воплощение. Развитие техники с этой  точки зрения осуществляется совершенно независимо от человеческих идеалов и ценностей. Реально, однако,  эти взаимоотношения  являются намного более сложными, и на современном витке научно-технического прогресса наиболее прогрессивные  технологии разрабатываются с сознательным учетом экологических и гуманитарных требований.

      Материалистическое  понимание общества исходит из признания исторически меняющегося, сложного, противоречивого взаимодействия техники с социальными структурами и культурой. Так развитие машинной индустрии делает возможным промышленный капитализм, но капиталистический способ производства  и складывающиеся на его основе общественные отношения, и в особенности  частная собственность, в свою очередь, задают определенный тип технической деятельности, оказывают обратное воздействие на отношения человека и техники. В этом и проявляется  подлинная диалектика процесса. Отчуждение человека от техники и противостояние ей есть продукт определенных  преходящих исторических условий, и это отражается во внутренней противоречивости и неоднородности культуры.

       Отмеченное имеет прямое отношение к тому социальному и культурному контексту, в котором развивается техника в нашем обществе. Противостояние  технократизма и антитехницизма является ощутимой реальностью в современной общественной жизни стран СНГ.  В период, когда экономика и развитие техники выступали как цель, когда принимались и осуществлялись такие технические и технологические проекты, которые шли вразрез с интересами людей, с их здоровьем и благополучием, формировалось настроение антитехницизма.  Такие  настроения можно признать адекватными как реакцию на технократические перекосы, но не  на ускоренное развитие техники и новых технологий, без которого не было бы прогресса в развитии человечества.  Более того, только на базе новых технологий с использованием новой прогрессивной техники можно рассчитывать на преодоление  тех деформаций, к которым пришла наша страна в результате  советско-социалистического управления.

       На протяжении тысячелетий, создавая необходимые материальные блага и искусственную среду обитания человека, техника в качестве своих негативных последствий приводила к разрушению естественной Среды обитания и дегуманизации труда, особенно в условиях  раннего капитализма. Однако эта же техника  в адекватных общественных условиях  может служить базой для гуманизации технической деятельности, для  использования современных наукоемких технологий в качестве средства реабилитации  и сохранения естественной Среды и освобождения человека от тяжелого рутинного, нетворческого труда. Быстрое развитие информационной технологии открыло невиданные возможности повышения интеллектуального потенциала  каждого человека , что позволило  соединить профессиональное, технологизированное  мастерство и индивидуальным творчеством, гуманизировать научно-технический прогресс.



       Практика является как основой, так и критерием познания.

    Для того, чтобы  знания, полученные в процессе познания, были полезны, помогали ориентироваться в окружающей действительности и преобразовывать ее в соответствии с намеченными целями, они  должны находиться с ней в определенном соответствии. Проблема соответствия знаний объективной реальности  известна в философии как проблема истины. Вопрос о том, что такое истина есть, по существу, вопрос о том, в каком отношении находится знание к внешнему миру, как устанавливается и проверяется соответствие знаний и объективной реальности.

       В структуре знания можно выделить два слоя. Один из них  зависит от специфики биологической и  социальной организации человека, особенностей его нервной системы, органов  восприятия, мозга , способа переработки информации, своеобразия данной культуры, исторической эпохи и языка. Другой зависит от  объективной реальности, специфики явлений и процессов, отражаемых познанием. Эти два слоя находятся в определенном отношении  друг к другу. Главное в этой совокупности: можем ли мы выделить  в наших знаниях содержание, не зависящее ни от индивидуального человека, ни от  человечества, и если можем, то каким образом, как определить меру соответствия этого содержания объективной реальности? Этот вопрос является основным в проблеме истинности знания.

       Содержание наших представлений и знаний, не зависящее ни от человека, ни от человечества , является объективной истиной.  Информация, поступающая в мозг человека, отражает не просто природные и социальные объекты и процессы сами по себе. Она  фиксирует их в процессе взаимодействия и изменения  этих объектов человеком, осуществляющим предметно-орудийную или более широкую социальную деятельность. В свою очередь, знания, выработанные человеком, применяются для ориентации в объективном мире, для преобразования природных и социальных ситуаций в той или иной форме деятельности. Заслугой марксизма явилось обоснование того, что основой познания  и критерием соответствия знания с действительностью является  предметно-практическая деятельность, разработки схемы: объект - предметно-практическая деятельность - субъект. Прежние односторонние  модели были обедненны марксизмом и трансформированы на базе фундаментального компонента - предметно-практичекой деятельности.

          В соответствии с теорией  познания диалектического материализма практика существует в двух ракурсах: как основа формирования знаний и образования в нем не зависящего от человека и человечества содержания и как средство проверки  истины, то есть выявления меры соответствия знаний объективной действительности. Но поскольку практика по самой сути своей подвижна, изменчива и находится в постоянном развитии, то с введением практики в  теоретическую  схему  познания идея развития, изменчивости проникает в саму теорию познания.

        Практика сама неоднозначна и внутренне противоречива.  Выхватывая и метафизически противопоставляя одни моменты и стороны практики другим ее моментам и сторонам, можно прийти к односторонним, ограниченным  и в силу этого неверным  выводам. В первую очередь такая опасность связана с познанием социальных явлений, которые осложняются личной  или групповой заинтересованностью людей, их классовыми, групповыми, этническими и другими амбициями, установками и т.д.   Примером является попытка ряда правительств нашей страны осуществить  демократические и экономические преобразования на основе опыта западных стран, на имея достаточного опыта и знаний для таких действий в нашей конкретно взятой стране, Сложилась вполне определенная  негативная социальная практика, приведшая к застойным явлениям  в экономике и общественной жизни.  Разве практику преобразовывания нашего общества якобы на основе радикального экономической реформе без достаточного программного обоснования ее  можно считать  критерием полной и окончательной истины? 

      Практику, как известно из истории , в том числе нашего общества, можно изменить. Практика не противоречит сознанию. Она является его основной и вместе с тем включает в себя  сознательную деятельность. Осозная  ограниченность и негативный характер практики данного ограниченного периода времени, осознав ее несоответствие интересам большинства народа и целям исторического прогресса,  люди в состоянии изменить практику,перейти от практики негативной к практике позитивной, прогрессивной, революционной. Только изменяющаяся практика может стать основой и критерием развивающегося объективно-истинного знания. И как отмечал Ленин, изменчивая и подвижная практика не дает нашему знанию остановиться, застыть и окостенеть, но выступает как объективное содержание наших  знаний, соответствие которого объективному миру проверяется и устанавливается на базе практической деятельности.

    Таким образом в качестве фундаментальных положений теории познания, в ее связи материального и духовного можно выделить следующие закономерности: 1) объективный мир, отражаемый  в знании, постоянно изменяется и  развивается; 2) практика, на основе которой осуществляется познание, и все задействованные в ней познавательные средства изменяются и развиваются; 3) знания, вырастающие на основе  практики и проверяемые ею, постоянно  изменяются и развиваются, и, следовательно, в процессе постоянных изменений и развития находится  и объективная истина. Отсюда следует, что знания, накопленные в итоге  материального и духовного производства, выступают как активная составляющая сила в процессе исторического развития, отражающая ее, соответствующая ему и воздействующая на него.

     Большое влияние на  развитие исторического процесса  оказывает направление социально-экономического развития общества, определенное правительством страны.  Для этого важно выработать  объективно-истинную оценку как современности, так  и исторического прошлого, на основе  которых  разрабатывается научно обоснованное понимание перспектив социально-исторического прогресса.  Для этого  в первую очередь  необходимо выработать и принять правильные решения, определяющие  магистральные направления социально-экономческого развития общества. А это невозможно без адекватного, то есть истинного, осмысления и  понимания причин, вызвавших в свое время предыдущие преобразования общественной жизни.  В этом пункте историческая истина и социальная польза, понимаемые как то, что выгодно подавляющему  большинству членов общества, диалектически совпадают, максимально способствуя   развитию исторического процесса.

        Прошлое, настоящее и будущее человечества, органически соединенное между собой общими закономерностями поступательного развития общества,  формирует восхождение реального исторического процесса на новые ступени в развитии общества, называемым социальным прогрессом. Оно не может быть ни простым продолжением настоящего, ни циклическим повторением прошлого, хотя они вплетаются в его ткань.  Разворачивается совершенно новое историческое развитие общество, которое в свою очередь влияет на развитие материального и духовного производства.  Так реализуется необратимость социального прогресса в масштабе всемирной истории.

     Социальный, экономический и технический прогресс на протяжении  всемирной истории в своей эволюционной и революционной форме постоянно преодолевает возникающие  трудности ресурстного, материального, природного, экологического и технологического порядка, обеспечивая  безостановочное необратимое поступательное развитие исторического процесса. Благодаря научно-технической революции в современную эпоху    и развитию демократической свободы личности, адаптированной темпу научно-технического прогресса,  развивается  новая историческая перспектива, развивается такой социальный строй, который   получит свое будущее.  Глобальные проблемы современности  очерчивают это будущее  двояко: погибнуть или выжить ?  Если сознательное развитие общества возобладает над стихийными социальными процессами, а сам человек перестанет противопоставлять себя остальной природе и вступит с ней в гармоничные  взаимоотношения, восторжествуют разумные отношения  между личностью и обществом, между обществом и окружающей его средой,  то время тревог за судьбы цивилизации на Земле  пройдет или, по крайней мере, трансформируется в космогенические проблемы.