Методологические основы юридической психологии

Методологические основы юридической психологии



Являясь пограничной наукой между психологией и правоведением, юридическая психология остается психологической дисциплиной, - ее теоретическая основа состоит в закономерностях и особенностях психики человека; специфично лишь приложение, учет и использование этих закономерностей и особенностей человеческого поведения: юридическая психология рассматривает их применительно к сфере правовой регуляции. Однако эта специфика настолько значительна, что вся система юридической психологии, ее категориальный (понятийный) аппарат структурируется в зависимости от логики правового регулирования, правовых факторов. Предмет юридической психологии - юридическая психология исследует и систематизирует психологические основы правотворческой, правовоспитательной, правоприменительной, правоохранительной и пенитенциарной деятельности.

Вышеуказанная двояко обусловленная сущность юридической психологии определяет и ее методологические принципы: они обусловлены и психологией, и правоведением.

К принципам юридической психологии мы относим:

1)обусловленность правозначимого поведения личности условиями ее жизнедеятельности;

2)факторы, детермининирующие правозначимое поведение, системны, комплексны; анализ этого поведения носит вероятностный характер;

3)реализация правозначимого поведения определяется генезисом (онтогенетическим формированием) личности; основной способ научного анализа правозначимого поведения - метод функционально-генетического анализа;

4)психические факторы поведения личности не должны абсолютизироваться: поведение человека определяется единым генетико-психосоциальным фактором;

5)исследования в области юридической психологии синтетичны - психические закономерности здесь соотносятся с правовыми постулатами, нормами материального и процессуального права;

6)как и любая наука, юридическая психология призвана соответствовать принципу научности: она использует научно апробированные методы и методики, общепризнанные научно-методологической концепции (2, 5, 6, 17, 18).

Исследуя структуру юридической психологии, мы определяем ее составные части, разделы, их взаимосвязь, семантику (смысловое содержание) каждой части, ее соотнесенность со смежными отраслями знаний. Так методологический раздел юридической психологии соотносится с общей научной методологией, гносеологией, методикой научного исследования. Правовая психология соотносится с проблемами социализации личности, основами правотворчества, правосознанием, с психологическими основами саморегуляции поведения. Криминальная психология взаимосвязана с формированием девиантного поведения, психическими и генетическими аномалиями, общей теорией мотивации поведения. Криминалистическая психология связана с теорией эвристики, знаковой теорией, психологией познавательно-поисковой деятельности в проблемных ситуациях, психологией межличностного взаимодействия. Аналогичные взаимосвязи характерны и для судебного разбирательства. Пенитенциарная психология связана с теорией ресоциализации, исправления личности, с проблемами раскаяния, ценностной переориентацией личности, с методикой формирования социально положительного поведения. Особенно тесно она связана с пенологией - наукой о наказании.

Уже краткий анализ структурных единиц юридической психологии свидетельствует об их относительной самостоятельности - они связаны со своими научными зонами и, наряду с этим, они структурно взаимосвязаны между собой.

Задачей нашего исследования было выявление структурных самодовлеющих образований юридической психологии и определение их семантического содержания. Схематично эту задачу мы реализуем в следующей таблице. (См. Табл. 1 «Структура (система) юридической психологии»). Далее мы переходим к системе категорий юридической психологии, анализируя их в пределах выше намеченной структуры.



Табл. 1. Структура (система) юридической психологии

Методологические основы юридической психологии

Правовая психология

Криминальная психология

Судебная психология

Исправительная психология

Предмет, принципы, задачи и методы, связь со смежными науками; историческое развитие, современное состояние и структура юридической психологии.

Правовая психология как отражение в сознании общества и индивида правозначимых явлений; психология правовой социализации личности, правотворчества и правоисполнительного поведения; социально-психологические механизмы правовой регуляции.

Психология личности преступника; типологическая характеристика преступников; психологическая структура преступного деяния; психология образования, структурирования и функционирования преступных групп; психология организованных преступлений. Психология виктимного поведения.

1.ПСИХОЛОГИЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ. 

Психология участников уголовного процесса; психология следственной деятельности; эвристическая деятельность следователя в проблемных ситуациях; психология взаимодействия следователя с участниками уголовного процесса; приемы правомерного психического воздействия; психология отдельных следственных действий; психология оперативно-розыскной деятельности. 

2.ПСИХОЛОГИЯ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА 

3.СУДЕБНО- ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА

ПЕНИТЕНЦИАРНАЯ ПСИХОЛОГИЯ 

как наука о самоосуждении провинившейся личности; психологические аспекты пенологии; психология осужденного и ресоциализирующей деятельности; социально-психологические явления в местах лишения свободы; психологическая коррекция и тренинг социально положительного поведения; пенитенциарная экспертиза; психологические проблемы социальной реадаптации отбывших уголовное наказание.



Краткий очерк исторического развития юридической психологии. Развитие зарубежной юридической психологии



Развитие юридической психологии исторически первоначально осуществлялось как развитие правовой психологии - правового мировоззрения.

С возникновения права, закона стала развиваться совокупность взглядов, идей, выражающих отношение людей к праву, законности, правосудию, формировались общечеловеческие представления о справедливости и правомерности.

Развитие правосознания в историческом плане связано с развитием правопонимания, историческими этапами в трактовке сущности права.

Основы теоретического осмысливания сущности права и правосознания были заложены выдающимися древнегреческими философами. Уже тогда эффективность закона связывалась с естественными (психологическими) законами поведения людей.

Глубоко психологичными были уже взгляды Демокрита (460 - 370 гг. до н. э.) о сущности законоисполнительного поведения. Закон, по мнению Демокрита, направлен против тех, кто в силу нравственных и умственных пороков добровольно не побуждается к добродетели внутренним влечением. «...Тот, кто воздерживается от несправедливости, только подчиняясь закону, будет, вероятно, грешить в тайне; тот же, кого побуждают поступать должным образом его убеждения, вряд ли станет делать что-нибудь неподобающее, все равно тайно или явно».1

Рационалистические идеи о природе человеческого повеления были высказаны Сократом (469-399 гг. до н. э.). Его идеи о необходимости совпадения справедливого, разумного и законного были развиты Платоном и Аристотелем.

Платон (427-347 гг. до н. э.) впервые гениально распознал два психологизированные явления, лежащие в основе развития общества, - потребности и способности людей. Закон должен отвечать потребностям общества, а организация общества должна быть осуществлена в соответствии со способностями членов общества. Государственные формы, по Платону, могут ухудшаться как по экономическим, так и по душевным (психологическим) причинам. Законом именуются определения разума, – на этом платоновском постулате зиждется последующее развитие рационалистического направления в философии права.

В «Государстве» Платон утверждает, что трем особенностям человеческой души – разуму, яростности и вожделению – соответствуют три начала государственного устройства – совещательное, защитное и деловое, которое реализуется тремя сословиями – правителями, воинами и производителями (ремесленниками и землевладельцами). Справедливость, по Платону, состоит в том, чтобы каждое сословие занималось своим делом и находилось в иерархической соподчиненности. Постулируемые им пять видов государственного устройства (аристократическое, тимократическое, олигархическое, демократическое и тираническое) он также связывает с пятью разновидностями душевного (психического) склада людей. И каждая форма государства гибнет, по утверждению Платона, из-за недостатков, присущих тому или иному психическому складу людей, стоящих у власти. (Так тиранию губит произвол и насилие, а демократию – «опьянение свободой в неразбавленном виде»). Все кандидаты на должности правителей должны проходить докимасию – проверку правомерности их притязаний. В «Законах» Платон подчеркивает, что справедливые законы – это не только определения разума, но такие законы, которые обеспечивают общее благо всех граждан. Законы, по Платону, - основное средство совершенствования человека.

Великий ученик и оппонент Платона Аристотель (384-322 до н.э.) считал, что человек – существо политическое и только в политическом общении завершается его сущностное формирование.

Право было подразделено Аристотелем на естественное и воле установленное (в последующей терминологии – позитивное). Естественное право везде и всегда имеет одинаковое значение, – оно обусловлено всеобщей природой вещей. Качество закона определяется его соответствием естественному праву. Закон, основанный только на насилии, не является правовым законом. Политическое правление – правление правового закона, а не людей; люди подвержены чувствам, закон – уравновешенный разум.

Идеи Сократа, Платона и Аристотеля оказали решающее влияние на дальнейшее развитие правового мировоззрения, на понимание права как мерила справедливости и равенства. Уже у самых своих истоков научное правоведение смыкалось с человековедением.

В раннем средневековье идеи Платона, Аристотеля и других древних мыслителей подверглись клерикализации. Крупнейшим идеологом этого периода был Аврелий Августин (354-430). В трактате «О свободной воле» он провозгласил: «человек, живущий по человеку, а не по Богу, подобен дьяволу», «всякая неупорядоченная душа сама по себе несет свое наказание».

В среднем периоде средневековья, в период формирования и расцвета абсолютных монархий сложилось этатическое (от французского «etat» - государство) понимание права, произошло приравнивание его к государственной власти. Считалось, что в условиях местнического самочинства и самоуправства человеку лучше уступить свои права неограниченному монарху, получив от него защиту жизни и имущества. Поведение подданных стало жестко регламентироваться, – возникла цензура над жизнедеятельностью человека, утвердилась система жестких ограничений его жизненной активности. Государственная регламентация охватила всю гражданскую жизнедеятельность членов общества. Правом стала именоваться система государственно-нормативных ограничений человеческого поведения. В управлении обществом возобладал принцип: «все, что не разрешено, - запрещено». Правовые нормы стали пониматься, как нормы запретительные, а задачи правосудия стали трактоваться с обвинительным уклоном.

Репрессивный аппарат монархического деспотизма подавлял не только преступную волю, но и проявление любой свободной воли. В этих условиях люди, опасаясь репрессий, начинают воздерживаться от всякой инициативы, решительных самостоятельных действий. Человек становится замкнутым, пассивным, начинает понимать, «что для него лучше, если должностные лица вовсе не будут знать о его существовании и что безопасность его личности зависит от ее ничтожества».2

Средневековая деформация права породила состояние всеобщей запуганности и затравленности. Жизнь общества меркла, распространились нищета и уныние. Прогрессивные мыслители начинали понимать, что оздоровление общества может произойти лишь на основе освобождения жизнедеятельности людей.

В XVIII в. прогрессивные мыслители и общественные деятели (Кант, Руссо, Вольтер, Дидро, Монтескье и др.) формируют современную концепцию либерализма и правового государства. Возрождается человедческая направленность правового мировоззрения. Выдающийся юрист и мыслитель эпохи Просвещения Шарль Луи Монтескье (1689-1755) считал, что «духом законов» является рационалистическая природа человека, что каждый частный закон зависит от другого, более общего закона. К естественным законам человеческой природы Ш. Монтескье относит стремление к миру, желание жить в человеческом обществе и др. Соединение доброй воли отдельных людей образует гражданское состояние общества. Положительным человеческим законом, по Ш. Монтескье, является справедливость. Политические и гражданские законы призваны реализовать справедливость. Законы данного общества объективно предопределяются характерами и свойствами людей этого общества. Законы одного народа не могут оказаться пригодными для другого народа. (Эта идея послужила затем основой для возникновения исторической школы права).

В 1764 году вышла небольшая брошюра итальянского юриста Чезаре Беккариа (1738-1794), последователя Ш. Монтескье «О преступлениях и наказаниях» (которая затем выдержала свыше 60 изданий на многих языках мира, в том числе – и на русском). Идеи Ч. Беккариа произвели переворот в практике уголовной юстиции. Беккариа подверг убедительной критике запутанные и переусложненные уголовные законы, тайное уголовное судопроизводство и неоправданную жестокость наказаний (в некоторых странах еще сжигали ведьм и повсюду применялись жестокие пытки). Беккариа впервые провозгласил: эффективность наказания зависит не от его жестокости, а от неотвратимости и быстроты исполнения, человек должен признаваться невиновным, пока суд не вынесет ему обвинительный приговор. Идеи Беккариа получили широкое распространение. Началась широкая волна реорганизации судопроизводства и тюремной политики на основе гуманистических позиций. В ряде стран стали вводить раздельное содержание заключенных по признакам пола, возраста, стали предоставляться некоторые условия для производительности труда.

Просветительная философия права провозгласила: право должно содержать не столько запреты, сколько признания – дозволения. Каждый член общества должен признаваться как интеллектуально и нравственно полноценное существо. За личностью должны быть признаны ее неотъемлемые права. Людям должно быть разрешено думать так, как они хотят, открыто выражать все, что они думают, свободно распоряжаться своими возможностями и своей собственностью. Личность несет определенную ответственность перед государством. Но в равной мере и государство ответственно перед личностью. Одним из революционизирующих принципов правового мировоззрения нового времени стал принцип гарантий личностного развития, обеспечения автономности ее поведения.

Формировалось новое правовое мировоззрение. Право стало трактоваться как осознаваемая обществом мера социальной справедливости, социально допустимой свободы личности.

Формировались фундаментальные идеи современного общества – идеи свободы и социальной справедливости, гражданские основы демократического права.

В 1776 году в Декларации независимости Соединенных Штатов были сформулированы следующие основоположения общечеловеческой идеологии нового времени: Все люди сотворены, и все они одарены своим Создателем некоторыми неотчуждаемыми правами – правом на жизнь, свободу и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав учреждены среди людей правительства, заимствующие свою справедливую власть из согласия управляемых. Если же данная форма правительства становится гибельной для этой цели, то народ имеет право изменить или уничтожить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и с такой организацией власти, какие, по мнению этого народа, более всего будут способствовать его безопасности и счастью.

В 1789 году после победы Великой французской революции была принята Декларация прав человека и гражданина. В первой статье этого исторического документа было провозглашено: люди рождаются и остаются свободными и равными в правах. В этой Декларации было дано следующее определение свободы: свобода состоит в возможности любой жизнедеятельной активности, не приносящей вреда другому. Границы свободы лимитируются законом. Все, что не запрещено законом, - дозволено. 

Новые правовые воззрения формировались на основе просветительной, гуманистической философии. Утверждалась новая правомировоззренческая парадигма: отношения в обществе могут регулироваться только таким законом, который основан на «природе человека». Разрабатывая философские аспекты права, Гегель позднее провозгласил: «Человек должен найти в праве свой разум». 

Новая правовая идеология раскрепощала человеческую активность, поощряла предприимчивость, инициативность. Расширялась массовая правовая компетентность.

Принятый в 1791 году Учредительным собранием Франции Уголовный кодекс провозгласил основные принципы современного уголовно-правового мировоззрения: преступны лишь предусмотренные законом деяния, наказание должно быть неотвратимым и соразмерным преступлению. Обвинительная форма судопроизводства была заменена состязательной формой, провозглашалась презумпция невиновности, утверждалось юридическое равенство участников правоотношения, вводился суд присяжных, отменялась теория формальных доказательств, присяжные и судьи получили право принимать решения на основе внутреннего убеждения («искать в чистоте своей совести, какое впечатление оставили на их разуме доказательства, представленные за и против обвинения»). Обвиняемый получил право на защиту, бремя доказывания возлагалось на обвинителя. Оправдательный приговор стал обязательным при недоказанной виновности.

Прогрессивное общественное развитие нового времени обусловило существенные сдвиги и в гражданском судопроизводстве. На передний план выдвинулась идея свободы коммерческих и личных отношений, признавалась свобода договорных отношений. «Согласие не признается, если оно было результатом заблуждения, если оно было исторгнуто силой или обманом».

В договорном праве в качестве основания действительности договоров признается встречная выгода, встречное удовлетворение. На смену усложненным формальным договорам вводятся простые договоры как средство установления любой формы обязательственных отношений. Заведомый обман контрагента становится основанием для расторжения договора.

Правовое государство, гражданское общество возникало на фундаменте свободного экономического развития. Все, что препятствует этой свободе, выступает как антиправовой фактор.

Итак, право, – исторически обусловленное социальное и социально-психологическое явление. Его содержание и функционирование определяется условиями экономической и духовной жизни общества. Право определяет меру свободы и социальной справедливости, меру допустимого поведения людей в данном обществе. Правотворческая деятельность – это не изобретение произвольных «правил игры», она объективно обусловлена закономерностями межлюдских отношений, тенденциями их развития. Нормы права мертвы, если они «перескакивают» через существующие в обществе экономические и нравственно-психологические возможности, обречены на неизбежное отмирание и те нормы, которые тормозят прогрессивное развитие общества. 

В XVIII – XIX вв. на основе новой правовой идеологии зарождается специализированная отрасль психолого-юридических знаний – криминальная, а затем и более широко – судебная психология.

В рамках криминальной психологии стал осуществляться эмпирический синтез фактов, касающихся психологии преступного поведения и психологии личности преступника. Начинает осознаваться необходимость психологических знаний в судопроизводстве, во всей системе правовой регуляции. Во второй половине XIX в. зарождается антропологическая школа права, повышается интерес юристов к «человеческому фактору».

В конце XIX в. в связи с формированием криминалистики и криминологии интенсивно формируется судебная, а затем и юридическая психология. Известный французский психолог Э. Клапаред, читавший курс лекций по судебной психологии в Женевском университете, значительно расширил круг судебно-психологических проблем и в начале ХХ в. ввел термин «юридическая психология».3

Основоположник криминалистики Ганс Гросс создал фундаментальный труд «Криминальная психология». Г. Гросс рассматривал судебную психологию как прикладную отрасль общей психологии. «Чтобы знать правила, которые руководят психическими процессами в судебной деятельности, требуется особая отрасль прикладной психологии. Эта последняя занимается всеми психологическими факторами, которые могут идти в расчет при установлении и обсуждении преступления».4

Г. Гросс познакомил юристов с современными ему достижениями в экспериментальной психофизиологии (с учением Густава-Теодора Фехненра о закономерностях ощущений), с особенностями психомоторных реакций человека, с закономерностями мышления, памяти и др. Получает развитие психология формирования и получения показаний (Марбе, Штерн, Вертгеймер). Альберт Хельвинг разрабатывает психологию допрашиваю-щего (полицейского, судьи, эксперта) и допрашиваемого (обвиняемого, потерпевшего, свидетеля), разрабатывает психологическую технику допроса.

Однако вплоть до возникновения глубинной психологии в первой половине ХХ века судебная психология оставалась в основном эмпирической, описательной наукой. Преступная личность, ее мотивационная сфера описывались такими аморфными понятиями как жестокость, агрессивность, месть, корысть, бессовестность, склонность к садизму и т. п. социально- психологические закономерности долгое время оставались в забвении. При массовых обследованиях причин преступлений полагались на мнение самих преступников. На очереди стояла проблема психодиагностики личности преступника, психологический анализ лиц, совершивших однородное преступление. Появляется ряд специальных исследований. Так А. Бьерре на большом эмпирическом материале (заключенных центральной стокгольмской тюрьмы) провел исследование «Психология убийства», проанализировал психически «слабые места» этой категории преступников, особенности их социальной дезадаптации, социальной отчужденности.5

Под влиянием психоаналитической теории Зигмунда Фрейда судебные психологи стали предпринимать попытки проникновения в подсознательную сферу преступников, раскрытия глубинных личностных образований (Франц Александер, Гуго Штауб, Альфред Адлер, Вальтер Бромберг и др.)6 Заключенные обследовались психодиагностическими тестами и другими психоаналитическими методами (Л. Хаблин – Смит и др.). Психологи и криминологи приходят к выводу, что у большинства преступников не развита психическая сфера личности, именуемая З. Фрейдом как Супер-Эго (Сверх-Я), разорвана внутренняя структура социального самоконтроля, наличествует дисбаланс во взаимодействии тормозных и возбудительных процессов. Преступная наклонность формируется, по мнению указанных авторов, в результате неудач в стабилизации своего Эго (Я), вследствие ранней психической травматизации.

В первой половине ХХ века судебная (уголовная) психология особенно интенсивно развивалась в Германии. Немецкие криминологи перенесли центр тяжести в своих исследованиях на изучение личности преступника, среды его обитания (Франц фон Лист, Моритц Липман и др.) Внимание зарубежных юристов к личности преступника резко возросло после опубликования в 1903 году книги Густава Ашаффенбурга «Преступность и борьба с ней» (русский перевод в 1912 году). В 1904 году Г. Ашаффенбург основал «Ежемесячный журнал по проблемам судебной психологии и реформы уголовного права». Преступность Г. Ашаффенбург объяснял различными индивидуальными проявлениями социальной непригодности преступников.

В немецкой судебной психологии и криминологии утвердились психопатологическое и биологическое направления. Основные причины преступлений стали усматриваться в психологических и психопатических факторах: аномалии воли, мышления, неустойчивость настроения и т. п.7

Эрнст Зеелинг и Карл Вайндлер сделали одну из первых попыток классификации типов преступников, полагая, что только на этом пути можно выявить подлинные причины преступности. Они выделили восемь типов преступников: профессиональные, имущественные, сексуальные, случайные, примитивно реагирующие, злостные (убежденные), хулиганствующие, не желающие работать. Личностные особенности этих преступников должны изучаться, по их мнению, комплексом наук – биологией, психологией и психиатрией 8.

В США юридическая психология традиционно тесно связана с криминалистикой 9. Эти исследования сосредоточены в университетах, но общее руководство ими осуществляется федеральным министерством юстиции. В пенитенциарно-психологических исследованиях США интенсивно разрабатывается методика обучения социально-конформистскому поведению в обществе. Тюремные психологи объединены в Американской ассоциации психологов исправительных заведений.

В Италии судебная психология традиционно ориентирована на клиническое направление, во Франции – на социально психологическое и социологическое направление. В Бельгии и во Франции функционируют центры изучения подростковой преступности. Исследование преступности в Японии ориентировано в основном на психиатрию.

Среди социально-психологических факторов преступности в современных исследованиях выделяются дефекты социального контроля, разрушение социальных связей, условия, содействующие криминальному научению, дефекты социализации.

Одной из основных причин девиантного поведения признается отсутствие систематического и целенаправленного обучения социально-конформному поведению (в рамках теории контроля эта проблема разработана Альбертом Рейсом, Айвеном Наем, Мартином Гоулдом и др.)10. Представители этой теории полагают, что даже вульгарное мышление и заниженный уровень самооценки могут быть криминогенными факторами.

Представители теории стигматизации (клеймения) (Лемерт Э., Сакк Ф., Штейнерт Г., Шур Э. и др.) считают, что девиантность личности усиливается, если внешне приклеенный ярлык совпадает с внутренней самооценкой личности11. В криминально-психологической теории интеракции (межличностного взаимодействия на основе принятия роли другого) разрабатывается проблема значения общественной реакции на поступки отдельного индивида (Беккер Г., Блумер Г., Христи Н. и др.)12.

Общим недостатком вышеуказанных теорий является их фрагментарность, отсутствие необходимой системности, комплексного подхода к анализу человеческого поведения. Системных исследований по комплексу психолого-юридических проблем сравнительно немного.

Авторами наиболее крупных работ в области зарубежной юридической психологии являются: Г. Тох (Правовая и криминальная психология. Нью-Йорк, 1961), М. Липманн (Основы психологии для юристов. Лейпциг, 1914), Д. Абрахамсен (Криминальная психология. Нью-Йорк, 1967), бельгийский криминалист и психиатр Р. Луваж (Психология и преступность. Гамбург, 1956), Н. Джонстон (Психология наказания и исправления, Лондон, 1970), Г. Тосб (Психология преступности и уголовного правосудия. Нью-Йорк, 1979) и др. В этих работах широко используются социально-психологические и криминологические идеи французских социологов Габриэля Тарда (1843-1904)13 и Эмиля Дюркгейма (1858-1917)14.

Развитию современной юридической психологии содействуют психологически ориентированные криминологические исследования. Отметим среди них исследования В. Фокса «Введение в криминологию», К. Уэды «Преступность и криминология в современной Японии», Б. Холыста «Криминология. Основные проблемы», Г. Кайзера «Криминология. Введение в основы», Г. Шнайдера «Криминология» и др.

Смежной кардинальной проблемой юридической психологии и криминологии является социальная и социально-психологическая обусловленность криминального типообразования. Эта проблема выдвинута на передний план в Институте криминологии при Кембриджском университете (см. Британский криминологический журнал) и в канадском международном Центре по проблемам сравнительной криминологии при Монреальском университете. 



Развитие юридической психологии в России



В России уже в первой половине XIX в. предпринимаются попытки обоснования отдельных уголовно-правовых позиций психологическими знаниями; в 1806-1812 гг. в Московском университете читался курс «Уголовной психологии».

Интерес к судебно-психологическим проблемам особенно возрос после судебной реформы 1864 года. В 1874 году в Казани публикуется первая монография по судебной психологии – «Очерки судебной психологии». Ее автор – психиатр А.А. Фрезе – считал, что предмет судебной психологии – «применение к юридическим вопросам наших сведений о нормальном и ненормальном проявлении душевной жизни». В 1877 году юрист Л. Е. Владимиров выступил со статьей «Психологические особенности преступников по новейшим исследованиям», в которой отмечал, что социальные причины преступности находят почву в индивидуальных характерах, изучение которых обязательно для юристов.

В конце XIX в. в связи с развитием экспериментальной психологии судебная психология постепенно оформляется в самостоятельную науку. Крупнейший ее представитель Д.А. Дриль указывал, что психология и право имеют дело с одними и теми же явлениями – «законами сознательной жизни человека» (Д.А. Дриль. На что должна быть направлена карательная деятельность? Психологический очерк. СПб, 1881). В другой работе («Психологические типы в их соотношении с преступностью… Частная психология преступности», 1890) Д.А. Дриль, анализируя общие механизмы преступного повеления, приходит к выводу, что один из этих механизмов – ослабление у преступников способности «властно руководствоваться предвидением будущего». Глубокой психологической эрудицией отличались судебные речи В.Д. Спасовича и Ф.Н. Плевако. 

В 80-х годах прошлого века начинается деятельность выдающегося русского юриста А.Ф. Кони, который постоянно уделял большое внимание связи уголовного права с психологией15 . Позднее читал курс лекций «О преступных типах», написал ряд содержательных работ по судебной психологии. Так, в работе «Память и внимание» А.Ф.Кони писал: «…Судебные деятели по предварительному исследованию преступлений и рассмотрению уголовных дел на суде должны иметь твердую почву сознательного отношения к доказательствам, среди которых главнейшее, а в большинстве случаев и исключительное, место занимают показания свидетелей, для чего в

круг преподавания на юридическом факультете должны быть введены психология и психопатология» 16.

В 80-х годах XIX в. начинается научная деятельность выдающихся русских психиатров и психологов – В.М. Бехтерева, С.С. Корсакова и В.П. Сербского.

В.М. Бехтерев разрабатывал конкретные судебно-психологические проблемы, а С.С. Корсаков и В.П. Сербский выдвинули ряд плодотворных концепций, пограничных между психиатрией и судебной психологией 17.

В это же время к вопросам криминальной психологии обращаются и профессиональные психологи – Н.Я. Грот, А.В. Завадский, А.Ф. Лазурский18.

На рубеже XIX и ХХ вв. в России остро ставятся проблемы психологического исследования (экспертизы) участников уголовного процесса. В ряде случаев преступность рассматривалась как психопатология19 . Однако идеи Ч. Ломброзо о врожденной преступности не имели широкого распространения в России и были подвергнуты резкой критике передовыми юристами.

В конце XIX и начале ХХ вв. происходят кардинальные изменения в правопонимании и правосознании российского общества.

Реформы 60-х годов дали мощный заряд для дальнейшего развития философско-правовых воззрений, формирования либерально-демократи-ческого мировоззрения. Крупнейшим представителем русского либерализма второй половины XIX века был Борис Николаевич Чичерин (1828-1904). В «Философии Права» и других произведениях Чичерин утверждал, что право определяет свободу в ее четко очерченных границах. Рассматривая разновидности либерализма, он выступал против уличного либерализма, расшатывающего власть и порядок.

Русские либералы конца XIX и начала ХХ века вступили в острую полемику с утопическими социалистами и русскими марксистами, – развивался социологический подход к сущности права (С.А Муромцев, П.И. Новгородцев, М.М. Ковалевский, К.Д. Кавелин, П.А. Сорокин и др.).

Проблема взаимосвязи права, нравственности и религии широко обсуждалась Владимиром Сергеевичем Соловьевым (1853-1900), который выступил крупнейшим пропагандистом правового государства. В.С. Соловьев считал, что правило истинного прогресса состоит в том, чтобы государство как можно меньше стесняло внутренний мир человека и как можно шире обеспечивало внешние условия для достойного существования и совершенствования людей. Связывая сущность права с нравственностью, В.С. Соловьев определял право как инструмент «принудительного равновесия двух нравственных интересов – личной свободы и общего блага». Прогрессивные правоведы того времени четко ограничивали право и совокупность правовых норм. «Не закон дает силу праву, а право дает силу закону, и законодатель должен не создавать, а находить право, выработанное в сознании общества» (А.С. Алексеев. Начало верховенства права в современном государстве, 1910). 

Социально-психологическую концепцию права выдвинул Н.М. Коркунов. Следуя учению известного немецкого правоведа Иеринга, Коркунов интерпретировал право как механизм защиты человеческих интересов. Общество Коркунов рассматривал как «психическое единение людей». Право же Коркунов трактовал как инструмент обеспечения определенного порядка при возникновении конфликтов в межличностных отношениях («Лекции по общей теории права», 1886).

В формировании русской школы социологии, социальной психологии и криминологии выдающуюся роль сыграл Питирим Александрович Сорокин (1889-1968). Родившийся в глухой деревне Турья Костромской губернии, П.А. Сорокин окончил Психоневрологический институт и Петроградский университет, стал доктором социологии и магистром уголовного права, почетным доктором многих американских и европейских университетов. Будучи высланным из советской России в 1922 году, Питирим Сорокин стал деканом факультета социологии Гарвардского университета и президентом международной социологической ассоциации. Классические работы П.А. Сорокина («Современные социологические теории», «Преступление и кара, подвиг и награда» и др.) широко опубликованы в США и во многих европейских странах. Еще в студенческие годы Сорокин сотрудничал с Бехтеревым, Петражицким, Павловым, Ковалевским, Ростовцевым. В социологию он перешел после крупных исследований в области криминологии. Всемирную известность Питириму Сорокину принесла вышедшая в 1914 году его фундаментальная работа «Преступление и кара, подвиг и награда. Социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали».

Все правила поведения П. Сорокин классифицирует на три группы: дозволенные, запрещенные и рекомендованные. Динамика стереотипов (шаблонов) поведения зависит от социальной и культурной динамики («Социальная и культурная динамика» в 4-х томах, 1937-1941). В силу неодновременности социальной и культурной динамики возникают межгрупповые и внутригрупповые конфликты. Групповое единство либо распадается, либо сохраняется принудительно. «Протестанты» приводятся в повиновение посредством положительных санкций – наград и отрицательных санкций – кар (наказаний). Нарушение социального шаблона превращается в преступление, а социальная реакция на него – в наказание. С усложнением социальной структуры социума усложняется взаимодействие индивидов и социальных групп, возрастает конфликтность между ними, уменьшается действенность кар и наград. Догматика уголовного права, отмечает Сорокин, не охватывает всего класса однородных явлений, правоведение должно более тесно смыкаться с социологией и социальной психологией. Следует учитывать, отмечает Сорокин, что между «официальным законом» и ментальностью общества всегда существует определенное расхождение. И это расхождение тем больше, чем быстрее развиваются социальные процессы.

В начале ХХ века в России формируется психологическая школа права, родоначальником которой стал юрист и социолог Л.И. Петражицкий, в 1898-1918 гг. руководивший кафедрой истории философии права в Петербургском университете. Леон Петражицкий полагал, что науки о праве и государстве должны базироваться на анализе психических явлений. Однако социальную обусловленность права Петражицкий подменил психологической обусловленностью. Петражицкий утверждал, что реально существуют только психические процессы, а социально-исторические образования – их внешние проекции. Петражицкий, находясь под влиянием фрейдизма, преувеличивал роль подсознательно-эмоциональной сферы психики в поведении людей, в формировании правовых норм20 . Психологическая школа права исходила из полной совместимости права и психологии. Юридическая психология не была осмыслена психологической школой права как пограничная область между правом и психологией. Однако, несмотря на общую несостоятельность психологической школы права, она привлекла внимание юристов к психологическим аспектам права. Идеи Петражицкого оказали значительное влияние на развитие судебной психологии в начале ХХ в.

В 1902-1903 гг. выходит двухтомное исследование Г.С. Фельдштейна «Психологические основы учения о виновности». Известный юрист М.Н.Гернет в свой учебник «Уголовное право» (1913 г.) ввел параграфы «Психология преступника» и «Психология заключенного». Однако во всех работах по судебной психологии до начала ХХ в. психологические положения лишь механически применялись к отдельным правовым явлениям.

В 1907 году по инициативе В.М. Бехтерева и Д.А. Дриля был создан научно-учебный Психоневрологический институт, в программу которого входила и разработка курса «Судебной психологии». А в 1909 году в рамках Психоневрологического института был создан Криминологический институт.

Судебной психологией начали заниматься профессиональные психологи, и с этого времени она стала развиваться как самостоятельная прикладная отрасль психологии.

В судебной психологии наметился круг основных проблем – изучение психики преступников, свидетелей и других участников уголовного процесса, диагностика лжи и др.

В разработке судебно-психологических проблем активно участвовал В.М. Бехтерев. Итоги его работы были обобщены им в труде «Объективно-психологический метод в применении к изучению преступности» (СПб, 1912).

В первые годы после революции началось широкое изучение психологии различных групп преступников, психологических предпосылок преступности, психологии отдельных участников судопроизводства, проблем судебно-психологической экспертизы, психологии исправления правонарушителей.

Судебная (криминальная) психология становится общепризнанной и авторитетной отраслью знаний. Уже в 1923 году на I Всероссийском съезде по психоневрологии работала секция криминальной психологии (под руководством криминалиста С.В. Познышева). Съезд отметил необходимость подготовки криминалистов-психологов, а также целесообразность открытия кабинетов для криминально-психологических исследований. Вслед за этим во многих городах – Москве, Ленинграде, Киеве, Одессе, Харькове, Минске, Баку и др. – организуются криминально-психологические кабинеты и кабинеты научно-судебной экспертизы, в составе которых были секции криминалистической психологии, которые исследовали психологию преступника и преступления. В работе этих кабинетов участвовали ведущие психологи. Их исследования становились достоянием практических работников правоохранения21.

Однако многие судебно-психологические исследования того времени испытывали влияние рефлексологии, антропологизма и социологизма. Во многих случаях гипертрофировалась роль отдельных факторов формирования личности преступника.

Исследователями все более осознавалась необходимость комплексного, всестороннего изучения преступности.

В 1925 году в Москве был создан Государственный институт по изучению преступности и преступника. К работе в биопсихологической секции института были привлечены крупные психологи. За время существования (до реорганизации в 1929 г.) институт опубликовал около 300 работ, в том числе и по проблемам судебной психологии22.

Из наиболее значительных работ по судебной психологии 20-х годов следует отметить работы К. Сотони, С.В, Познышева, А.Р. Лурии, А.Е. Брусиловского23 . Были осуществлены массовые психологические обследования различных групп преступников – убийц, хулиганов, сексуальных правонарушителей и др.24 Исследовались проблемы исправительной психологии25 . Экспериментальное исследование свидетельских показаний было включено в план работ Московского института психологии.

В 1930 году состоялся I съезд по изучению поведения человека, на котором работала секция судебной психологии. На секции были заслушаны и обсуждены доклады А.С. Тагера «Об итогах и перспективах изучения судебной психологии» и А.Е. Брусиловского «Основные проблемы психологии подсудимого в уголовном процессе».

В докладе А.С. Тагера были намечены основные разделы судебной психологии: 1) криминальная психология (психологическое изучение поведения преступника), 2) процессуальная психология (психологическое исследование организации судопроизводства), 3) пенитенциарная психология (изучение психологии исправительной деятельности).

Однако в то время были допущены и крупные биологизаторские ошибки. Так, С.В. Познышев в работе «Криминальная психология. Преступные типы» подразделял преступников на два типа – экзогенных и эндогенных (внешне обусловленных и внутренне обусловленных).

Резкая критика этих ошибок в начале 30-х годов, а также последующий правовой волюнтаризм привели к неоправданному прекращению судебно-психологических исследований.

Были нарушены элементарные основы законности. Высшая надзорная инстанция официально санкционировала беззаконие: «Дела, по которым нет достаточно документальных данных для расследования в судах, направлять для рассмотрения Особым совещанием при НКВД СССР» (из директивы Прокуратуры СССР 1935 года). 

Нарушение элементарных прав личности, законности стало нормой карательного аппарата. Это привело к глубоким деформациям в общественном правосознании, аномалиям в системе права. Понятие «революционной законности» стало зловещим орудием нарушения прав человека. Произошла социально-ценностная дезориентация общества. Политическая власть стала рассматриваться не как инструмент эффективного общесоциального управления, а как средство подавления самопроявления личности. Свобода человека в творчестве, миропонимании, в мышлении стали основными объектами жандармского преследования. Преследовалась по существу животворящая духовность человека, деформировалась его психика.

В советском правоведении утвердилось понимание сущности права как воли господствующего класса, как орудия регламентации, контроля и наказания отклоняющегося поведения. Между тем забвение социально-правовой и социально-психологической природы законов «неизбежно приводит к их деградации, к атрофии, к девальвации выраженных в них ценностей и регулятивных возможностей, к развалу единого механизма социальной регуляции и постепенному распаду всего соционормативного порядка»26.

До середины 60-х годов проблемы юридической психологии были преданы забвению. Зародившиеся в 60-х годах тенденции к демократизации общества вызвали развитие общественных наук, активизировались исследования и по юридической психологии.

В 1964 году вышло Постановление ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему развитию юридической науки и улучшению юридического образования в стране». На основе этого Постановления в 1966 году в юридических вузах страны было введено преподавание общей и судебной психологии.

Появляется ряд исследований по судебной психологии27, психологии допроса28, исправительной психологии29 . В коллективном труде «Теория доказательств в советском уголовном процессе» (М., 1966, 1973) в главу «Процесс доказывания» был включен параграф «Психологическая характеристика познавательной деятельности в процессе доказывания», написанный профессором А.Р. Ратиновым.

В 1971 году была проведена первая Всесоюзная конференция по проблемам судебной психологии. На съездах психологического общества СССР стала функционировать секция «Судебная психология».

В структуре Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности был создан сектор психологии.

В составе Академии МВД СССР была организована кафедра психологии. Во ВНИИ общей и судебной психиатрии им. Сербского была создана лаборатория психологии. В отдельных юридических вузах начались исследования различных проблем судебной психологии. Однако связь психологии и права осуществлялась лишь в сфере уголовного судопроизводства. Приоритетное развитие получили следующие проблемы:

1.Психологические аспекты противоправного поведения (криминальная психология) – Антонян Ю.М., Бородин С.В., Гульдан В.В., Дагель П.С., Ениколопов С.Н., Игошев К.Е., Кудрявцев В.Н., Лунеев В.В., Миньковский Г.М., Романов В.В., Столяренко А.М., Тарарухин С.А., Яковлев А.М. и др.

2.Психологические аспекты следственной тактики – Давлетов А.К., Дулов А.В., Еникеев М.И., Кэртэс И., Коновалова В.Е., Ратинов А.Р., Филонов Л.Б., Шахриманьян И.Н. и др.

3.Психология следователя – Васильев В.Л., Еникеев М.И., Котов Д.П., Шиханцов Г.Н. и др.

4.Судебно-психологическая экспертиза – Гульдан В.В., Костицкий М.В., Коченов М.М., Кудрявцев И.А., Ситковская О.Д. и др.

5.Психология исправительной деятельности – Глоточкин А.Б., Деев В.Г., Ковалев А.Г., Пирожков В.Ф., Пономарев П.Г., Стурова М.П., Туманов Г.А., Хохряков Г.Ф.

В 70-х годах ряд ведущих сотрудников Института государства и права (Кудрявцев В.Н., Нерсесянц В.С., Яковлев А.М. и др.) начали исследование социологических и социально-психологических аспектов права. Усилиями этих ученых была осуществлена коренная –переориентация правоведов в сторону гуманистической сущности права, был преодолен репрессивный уклон в его трактовке.

Существенные изменения в правовом мировоззрении, правопонимании и правоведческой парадигме, произошедшие в 70-х годах, потребовали соответствующих преобразований в подготовке юридических кадров. Преподавание юридической психологии в юридических вузах стало одним из основных средств гуманитарной переориентации юристов, расширения их компетентности в области «человеческого фактора».

Однако в то время юридические вузы не были обеспечены необходимой научно-методической базой для преподавания юридической психологии.

В 1972 году в ВЮЗИ в составе кафедры криминалистики (а затем – кафедры криминологии) был создан сектор юридической психологии, которым до настоящего времени руководит профессор кафедры криминологии М.И. Еникеев.

Нами были разработаны первые учебные пособия по курсу общей и судебной психологии. Изданное в 1975 году учебное пособие «Судебная психология» (2 части общим объемом 20 п. л.), несмотря на его традиционное наименование, уже содержало общепсихологические основы юридической психологии; в нем рассматривались вопросы не только собственно судебной психологии, но и проблемы правовой и криминальной психологии, судебно-психологической экспертизы.

В 1980 году нами была издана учебная программа по социальной психологии, а затем и учебное пособие «Социальная психология» (1981) для студентов ВЮЗИ. В 1983 году Минвузом СССР была утверждена и издана массовым тиражом наша учебная программа по психологии для юридических вузов. Эта программа неоднократно переиздавалась и действует до настоящего времени. В соответствии с этой программой были разработаны «Методические указания к изучению курса общей и юридической психологии, которые периодически дорабатывались и к настоящему времени выдержали 12 изданий.

В 1982 году нами были изданы новые, более расширенные учебные пособия: «Основы судебной психологии. Психические процессы и состояния», «Основы судебной психологии. Психические свойства личности». Начала издаваться серия учебных пособий по психологии следственной деятельности и отдельных следственных действий30.

Совместно с профессором В.А. Образцовым мы выступили как авторы частно-криминалистической и частно-психологической теории – психология преступника как объект криминалистики31.

Наряду с этим нами широко исследовалась психология взаимодействия следователя с отдельными участниками уголовного процесса – обвиняемым, подозреваемым, потерпевшим и свидетелями, обобщались и систематизировались приемы правомерного психического воздействия на лиц, противодействующих следствию32.

На основе вышеуказанных исследований мы приступили к созданию стабильного учебника «Общая и юридическая психология», два варианта которого (для дневных и заочных факультетов) были приняты издательствами «Юридическая литература» (в двух книгах общим объемом 60 п. л.) и «Юристъ» (40 п. л.). Наши научные исследования были обобщены в коллективной монографии «Психология преступника и расследования преступлений» (М., 1996).

Разработанные и изданные нами учебные программы, учебники, учебные пособия и методические разработки позволили нормализовать преподавание общей и юридической психологии в юридических вузах, сформировать юридическую психологию как учебную дисциплину. 

В настоящее время отечественная юридическая психология благодаря усилиям многих исследователей приобрела статус развернутой научной дисциплины. Однако многие ее направления, разделы разработаны еще не достаточно. К их числу относятся психология гражданского судопроизводства, психология частного и предпринимательского права, психология судьи, адвоката, прокурора, принятых судебных решений, индивидуализации наказания и др. Более глубокого изучения требуют социально-психологические проблемы правотворчества, правовой социализации личности и ресоциализации осужденных. В связи с социальной реформацией общества возникает острая необходимость исследования формирования новых социопсихотипов, механизмов формирования демократического правосознания и стереотипов правоисполнительного поведения в условиях формирующегося правового государства, а также исследование криминогенных факторов в новых социально-экономических условиях.