Имперское наследие Золотой Орды

Имперское наследие Золотой Орды

Выполнил Жабагин Максат Кизатович

Московский Государственный Университет им. М.В.Ломоносова 

Москва 2007г.

Введение

Истоки феномена российской имперской государственности, наглядным олицетворением которой была Российская империя, имеют в своей основе симбиоз трех компонентов: древнерусской государственности Киевской Руси, импульсом в создании которой стал приход варягов или норманнов-выходцев из германских племен Скандинавии на Русь; идеологической и культурной традиции Византийской империи через посредство православного христианства, и имперского наследия Золотой Орды, о котором и пойдет речь в данной статье.

Именно золотоордынская система сделалась прообразом российской имперской государственности. Это проявилось в установлении авторитарной традиции правления, в жестко централизованной общественной системе, дисциплины в военном деле и веротерпимости. Хотя, конечно, были и отклонения от этих принципов в определенные периоды российской истории. Помимо этого, Русь и другие подвластные ордынцам земли, были вовлечены в находящуюся на более высоком уровне финансовую систему золотоордынской империи; завоеватели создали эффективную, пережившую века, ямскую систему путей сообщения, сеть почтовых организаций на значительной части Евразии, в том числе на территории России. Наследием Золотой Орды стало обыкновение (хотя и не всегда на всем протяжении истории России) не ассимилировать новые, завоеванные и включавшиеся без кровопролития в состав Российской империи земли, не изменять жизнь, религию и язык покоренных народов.

Оказавшись в составе Золотой Орды, подвластные этой империи народы не остановились в своем развитии. Были радикально изменены пути этого развития, что в итоге привело Русь, например, к принятию от Золотой Орды эстафеты гегемонии в евразийской державе.

Роль Золотой орды в становлении Российской имперской государственности

1.1 История Золотой орды

После распада империи, созданной Чингиз-ханом, древнерусские земли вошли в состав улуса Джучи или Золотой Орды. Монголы принесли собственное общественное устройство только в подвластные им пространства степей современного Казахстана и Причерноморья, уже на рубеже ХIII-XIV веков они в этом регионе приняли ислам потом смешались и породнились с кыпчаками, и все они стали точно кыпчаки, как пишет арабский летописец Ал-Омари. А тюркские племена кыпчаков были основным кочевым населением евразийских степей от Иртыша до Дуная.

В отношении Руси завоеватели довольствовались ее полным подчинением, учредив на древнерусских землях институт баскаков-сборщиков налогов, но не меняя общественное устройство. Впоследствии сбор налогов перешел в ведение местных русских князей, признающих власть Золотой Орды.

Первоначально Золотая Орда входила в состав огромной Монгольской империи. Ханы Золотой Орды в первые десятилетия ее существования считались подчиненными верховному монгольскому хану в Каракоруме в Монголии. Ордынские ханы получали в Монголии ярлык на право царствовать в Улусе Джучи. Но, начиная с 1266 года, золотоордынский хан Менгу-Тимур впервые приказал отчеканить на монетах свое имя вместо имени всемонгольского государя. С этого времени начинается отсчет самостоятельного существования Золотой Орды. Во главе западной части этого государства, куда входили и древнерусские земли, стоял хан из потомков Чингиз-хана - Бату (он же Батый русских летописей), на востоке правили зависевшие от него наследники Орду (брата Бату).

Золотая Орда долгое время была самым сильным государством Центральной Азии и Восточной Европы.(1). С золотоордынским двором пытались поддерживать дружеские связи европейские короли и паны римские, византийские императоры и падишахи Османской империи. Свидетельством этого являются жалованные грамоты золотоордынских ханов - Тохтамыша польскому королю Ягайле, Улуг-Мухаммада османскому султану Мураду II, сохранившиеся до нашего времени (2).

Интересно, что внешними врагами Золотой Орды стали не соседние чуждые державы, а такие же бывшие улусы некогда единой Монгольской империи - государство монголов Хулагуидов в Иране и государство Чагатаидов в Средней Азии. Периодически золотоордынские тьмы, в составе которых были и русские князья со своими воинами, вторгались в Польшу, Литву, на Балканы. Целью этих походов было не завоевание, а ограбление соседей. Огромная территория, многочисленное население, сильная центральная власть, большое боеспособное войско, умелое использование торговых караванных путей, выколачивание дани с покоренных народов, все это создавало мощь ордынской империи. Она крепла и усиливалась и в первой половине ХIY века пережила пик своего могущества. Расцвет государственности и культуры Золотой Орды связан с именами ханов Узбека (1312-1342 годы правления) и его сына Джанибека (1342-1357 гг.). Важной мерой усиления Золотой Орды стало ее обращение в ислам.

Еще Чингиз-хан завещал терпимо относится к представителям разных вероисповеданий. Его потомки старались выполнять этот завет. Так, в землях, подвластных Золотой Орде, духовенству всех религий был создан льготный режим. Русская православная церковь и армяно-грегорианская, например, были освобождены от выплаты дани и получали специальные ярлыки, которые защищали церковное имущество от произвола ордынцев. В столице Золотой Орды Сарае открывались храмы разных конфессий. В 1261 году там возникла православная епархия. Но сами ордынцы в большинстве своем оставались язычниками- шаманистами. Но были среди правящей ордынской элиты, в том числе и Чингизидов, приверженцы Христа, Мухаммада и Будды (3). 

Но в начале ХIY века ситуация в Золотой Орде изменились. Наиболее дальновидные представители правящих кругов чувствовали, что регулировать жизнь огромной империи по старым традициям уже невозможно. Слишком сложным становилось управление страной. Необходимо было привлечь грамотных и образованных людей, знатоков экономики и финансов. Самыми подходящими для этого были мусульманские чиновники - выходцы из Средней Азии, Волжской Булгарии, Восточного Туркестана и оседлых районов юга Казахстана. К тому же торговля Золотой Орды была в руках мусульманских купцов. Да и интенсивные отношения с Ираном и Египтом требовали привлечения людей, знающих фарси и арабский языки. Кроме того, общая для всех в империи религия помогла бы объединить подданных вокруг государя - единоверца. В 1313 году, воцарившись на золотоордынском троне, юный Узбек-хан с фанатизмом новообращенного мусульманина и с пылом молодости, подогреваемой наветами и проповедью своего мусульманского окружения, провозгласил ислам господствующей религией, истребил своих знатных родичей, пытавшихся воспротивиться столь вопиющему нарушению старомонгольских обычаев. Эпоха Узбек-хана отмечена культурным подъемом и широким городским строительством. К середине ХIV века в Золотой Орде существовало более 100 городов. Многие из них были основаны ордынцами. К их числу относятся столицы Золотой Орды - Сарай и Новый Сарай в Нижнем Поволжье, Сарайчик в Западном Казахстане, где были захоронения ханов. При Узбеке и Джанибеке города Золотой Орды переживали расцвет. Возведенные трудами сотен тысяч невольников дворцы, мечети, караван-сараи, богатые кварталы знати и купечества, все более многолюдные поселения ремесленников превращали их средоточие экономической и культурной жизни. Сарай и Новый Сарай были крупнейшими городами мира.

Т.о. Золотая Орда не оставалась неизменной, многое заимствуя у мусульманского Востока: ремесла, архитектуру, баню, изразцы, орнаментальный декор, расписную посуду, персидские стихи, арабскую геометрию и астролябии, нравы и вкусы, более изощренные, чем у простых кочевников. Имея широкие связи с Анатолией, Сирией и Египтом, Орда пополняла тюркскими и кавказскими рабами армию мамлюкских султанов Египта, ордынская культура приобрела определенный мусульманско-средниземноморский отпечаток, как считает ученый-востоковед К. Босворт (4).

Процветание империи пошло на убыль после смерти Джанибека из-за междоусобиц удельных владетелей, боровшихся за сарайский престол. Трон переходил из рук в руки. Окраинные владения стали отпадать от державы. В конце ХIV века лет на пятнадцать ее вновь сумел объединить энергичный хан Тохтамыш, взявший реванш за поражение ордынцев Мамая на Куликовом поле от коалиции русских княжеств во главе с Москвой. В 1381 году, через год после Куликовской битвы, Тохтамыш взял и разрушил Москву. Но именно с правлением Тохтамыша связаны события, оказавшиеся роковыми для Золотой Орды. Три похода правителя Самарканда, основателя мировой империи от Малой Азии до границ Китая, Тимура - Железного хромца, сокрушили улус Джучи, были разрушены города, караванные пути переместились на юг, во владения Тимура. От этих потрясений Золотая Орда уже не смогла оправиться и в первой половине ХV века распалась на отдельные ханства. 

2.1 Евразийском наследии Золотой Орды

Спор о евразийском наследии Золотой Орды - державы, образовавшейся в результате распада Монгольской империи, у истоков создания которой стоял Темучин Чингиз-хан, на территории Руси, Поволжья, Кавказа, Крыма, Западной Сибири, Хорезма, большей части современного Казахстана, не только не утратил злободневности, но и вспыхнул с новой силой в наши дни. Свидетельством этого являются попытки определенных официальных лиц и научных кругов Татарстана отнести историческое наследие Золотой Орды исключительно к отождествлению с казанско-татарским этносом и его историей, что изрядно отдает мифотворчеством. Не отрицая право казанских татар на историческое наследие Золотой Орды, вместе с тем стоит напомнить, что научно доказано происхождение казанских татар от волжских булгар, тюркоязычного этноса, чья государственность была сокрушена монголами в первой половине ХIII века.(5) Данная историческая версия с претензией на золотоордынское наследие появилась буквально у нас на глазах и речь здесь идет скорее о конструировании прошлого, исходя из современной политической конъюнктуры, т.е. о явлении, называемой изобретением традиций (6). В связи с этим представляет немалый интерес проблема золотоордынского наследия по отношению к другим, не только тюркским и монгольским, но и славянским, финно-угорским народам Восточной Европы и Центральной Азии. А истоки этой проблемы уходят в монгольскую эпоху. 

При всем трагизме эпоха монгольских завоеваний ХIII века не была проста и однозначна. Это относится и к таким сложным конгломератам как империи Чингиз-хана и его преемников, в числе которых и Золотая Орда. Поэтому абсолютно негативное отношение к монгольскому завоеванию и всему, что с ним связано, видимо, не совсем правомерно. Этого мнения, в частности, придерживался такой серьезный исследователь данной эпохи как В.В. Бартольд, (7) а также Л.Н. Гумилев.(8). Создаваемые в основном в результате кровавых завоеваний, эти империи в дальнейшем играли и определенную роль цивилизующую роль. Ведь создание империй при всем неприятии насилия, крови - это и попытки, хотя далеко и несовершенные, человечества к интеграции. Примеры тому не один Иран царей Ахеменидов, держава Искандера Зуль-Карнайна, Рим, Тюркский каганат, Арабский халифат, империя Великих Монголов в Индии, Китайская и Французская, Британская и Российская империи, но даже и то, что принесла монгольская экспансия. Созданные в итоге походов Чингиз-хана и его первых наследников государства, частью одного из которых стали древнерусские земли, являют собой пеструю картину во всех отношениях. Более того, разные наблюдатели отмечали возникновение гораздо большей политической устойчивости после образования этих государств во всей Евразии от Восточной Европы до Центральной Азии и Китая.

К тому же отсутствие пространственных перегородок в пределах этих обширных империй создавало возможность сблизить народы Евразии. Культуры тюркских, славянских, монгольских, финно-угорских, иранских, кавказских и других народов Евразии длительное время формировались, находясь в единой системе связей, что сближало их, определяя во многом сходство их жизненного уклада, менталитета и приводило к объединению в единые многонациональные государства, каковыми и были империи потомков Чингиз-хана, такие как Золотая Орда.

Поэтому лишь отрицательный взгляд на них как на дикие орды был бы исторически несправедлив. Спектр здесь очень разнообразен: соответственным здесь должно быть и отношение к реалиям жизни во всей подлинной светотени и сути последствий.

К положительным последствиям золотоордынского владычества на Руси, замалчиваемых рядом российских и советских историков, можно отнести то обстоятельство, что напряженность духовной атмосферы общества привели к созданию высоких художественных образцов во всех областях религиозного искусства (иконописи, церковной музыке, религиозной литературе). Олицетворением этих достижений можно считать творчество художника-иконописца Андрея Рублева. Чувство национального унижения сменялось в народе благородным чувством преданности национальному идеалу. Религиозно-национальный подъем той эпохи на Руси стал мощным фактором национального самосознания и культуры, чему в немалой степени объективно способствовала веротерпимость ордынской элиты. По мнению российских историков, сторонников теории евразийства (П.Н. Савицкого, Г.В. Вернадского, Л.Н. Гумилева), русские были спасены от физического истребления и культурной ассимиляции Запада лишь благодаря включению в Монгольский улус. По мнению Савицкого, ордынцы - нейтральная культурная среда, принимавшая всяческих богов в отличие от католической Европы.

Русь стала платить дань сарайским ханам, за что имела торговый флот на Волге, религиозную резиденцию в Сарае, освобождение русской православной церкви от всех видов налогов. Со своей стороны Русь имела в лице метрополии, каковой для нее была Золотая Орда, духовную и военную поддержку в многочисленных войнах со своими северо-западными соседями, такими как Шведское королевство и немецкий Тевтонский орден, Польша и Великое княжество Литовское, Венгерское королевство. Галицкая Русь, Волынь, Черниговское и другие княжества, бывшие вне покровительства Золотой Орды, стали жертвой католической Европы, объявившей крестовый поход против Руси и ордынцев. Таким образом, выбор князя Александра Невского, победителя шведов и тевтонцев приемного сына и фаворита Бату-хана был, видимо, сделан исходя из, разумеется, сомнительной теории наименьшего зла, в пользу симбиоза с Золотой Ордой. И этот выбор был одобрен народом и освящен русской православной церковью и причисление Александра Невского к лику православных святых наглядное тому подтверждение. Этого выбора придерживались и другие видные деятели Руси золотоордынской эпохи последующих поколений, например, московский князь Иван Калита, что было должным образом оценено ордынской властью, когда после подавления антиордынского восстания в Твери, за активное участие в этом деянии Калита стал великим князем всея Руси по воле золотоордынского хана.

Заметно было золотоордынское влияние на русский язык, что нашло свое отражение в современном русском языке, где пятая-шестая часть словарного запаса тюркского происхождения.

3.1 Великое состязании царств-наследников Золотой Орды

Среди наследников Золотой Орды были как тюркские государства - Крымское, Казанское, Астраханское ханства, Узбекский улус, на руинах которого возникли Ногайская Орда, Казахское и Сибирское на Тоболе, Хивинское ханства, так и Русское государство, где по ордынским образцам функционировала военная организация, фискальная система, посольский обычай, протокольная традиция государственных канцелярий, ценилось ханское звание и принадлежность к роду Чингизидов. Русская знать легко находила соответствия своей титулатуре в золотоордынской системе и устойчиво вписывалась в ордынские порядки. Хотя Чингизиды создали империю военным путем, тем не менее их государство опиралось не только на военную силу, что объясняет их почти трехсотлетнее владычество на Руси. Воистину пророческими оказались слова китайского мудреца II века до н.э. Лу Цзя, приписываемые зачастую Конфуцию: Можно завоевать империю сидя на коне, но нельзя с коня управлять ею. На Руси потомки Чингиз-хана сумели лучше адаптироваться к местным условиям и создать более эффективную систему управления завоеванными территориями, чем в Китае - в Юаньской империи или в Иране - Улусе ильханов Хулагуидов, где они были у власти гораздо меньше времени - примерно 100 лет

Оказавшись в составе Золотой Орды, подвластные этой империи народы не остановились в своем развитии. Были радикально изменены пути этого развития, что в итоге привело Русь, например, к принятию от Золотой Орды эстафеты гегемонии в евразийской державе, когда к концу ХV века Русь в лице Московского государства становилась решающей силой в великом состязании царств-наследников Золотой Орды, среди которых наиболее грозным соперником Москвы был Крымский юрт(9) 

В ХVI веке хотя и происходило неуклонное наращивание мощи московских государей, силой оружия поглотивших такие осколки Золотой Орды, как Казанское, Астраханское, Сибирское (на Тоболе) ханства, Московское государство испытало сильнейший натиск со стороны Крымского ханства, за которым стояла могущественная тогда Османская империя. Крымско-татарские орды доходили до предместий Москвы и даже захватывали Александровскую слободу- резиденцию победителя Казани, Астрахани, Сибирского ханства на Тоболе - первого русского царя Ивана IV Грозного. Эта борьба за гегемонию в евразийском наследии Золотой Орды затянулась до конца ХVII столетия, когда Московское государство прекратило выплату дани, правда нерегулярную, так называемых поминок, Крымскому ханству.

И произошло это в правлении царя Петра I, преобразовавшего Московское государство в Российскую империю. Став частью исторического прошлого, это соперничество оставило о себе память и в виде многочисленных российских княжеских родов тюркского происхождения, истоки формирования которых относится как ко времени Золотой Орды, так и к более поздней эпохе, когда после ее распада в течение XV-XVII веков на постордынском пространстве складывался новый баланс политических сил в борьбе за наследие Улуса Джучи в виде двух основных "полюсов" этой борьбы - Русского государства, эволюционировавшего в течение трех веков от Великого княжества Московского до Российской империи, и Крымского юрта, к которым так или иначе тяготели Ногайская Орда, Казанское, Астраханское, Сибирское на Тоболе и Казахское ханства.

Одной из форм тяготения были так называемые отъезды тюркских аристократов соответственно в московские или крымские владения. Московские государи предоставляли выходцам с Востока города в кормление и требовали исполнения воинской службы. При тюркских вельможах оставались их дружины, в их уделах дозволялось селиться неродовитым мигрантам из степи. В разное время татарам отводилось Кашира и Серпухов, Звенигород и Юрьев- Подольский, выходцам из Ногайской Орды был выделен Романов, а выходцам из ханств, управлявшихся Джучидами, к которым можно отнести Казахское, Сибирское на Тоболе и Крымское ханства, - городец Мещерский или Касимов с прилегающими землями. По этому поводу посол Ивана Грозного писал в 1570 году падишаху Османов: Мой государь не есть враг мусульманской веры. Слуга его, царь Сеин - Булат господствует в Кесимове, Кайбулла в Юрьеве, Ибак в Сурожике, князья ногайские в Романове. Все они торжественно славят Магомета в своих мечетях. Длительное подчинение Золотой Орде выработало на Руси стойкое почитание Джучидов - старшей ветви Чингизидов - династии, правившей в Орде и большинстве наследных ханств. Знатность тюркских мигрантов позволяла им претендовать на высокие посты в структуре Русского государства, считаться честию бояр выше. В Разрядах (росписях воевод по полкам) служилые цари и царевичи всегда упоминаются после русского государя и его сын овей и перед (или наряду) с высшими представителями московской знати.

Влияние служилой тюркской знати на историю России трудно переоценить. Выходцы из её среды даже становились государями всея Руси, как номинальными, так и реальными.

К первому случаю можно отнести так называемое отречение от русского престола Ивана Грозного в пользу крещеного татарского царевича Чингизида Симеона Бекбулатовича, ставшего на короткий период времени номинальным правителем Московии. Но были и подлинные властелины. Такие, как потомок ордынца Чет-Мурзы - русский царь Борис Годунов - татарин, нехристь, зять Малюты, - как писал о нем А. С. Пушкин. А царь Иван Грозный был Чингизидом по матери, крещеной татарке Елене Глинской, и данное обстоятельство использовалось им при покорении Казани, в борьбе за казанский престол. При Иване III татары имели свой двор в Московском Кремле. Когда же к Москве приближались татарские послы, то Иван III выходил за город и выслушивал их стоя, тогда как они сидели. Полки служилых татар сыграли решающую роль в победе Ивана III над Новгородом, последним соперником Москвы в борьбе за главенство над Русью. В 1546 году большая группа татарской знати пришла на службу к Ивану Грозному. Немало было в его окружении крещеных татар. Предполагается, что к их числу относились влиятельные фавориты Грозного и видные политические и военные деятели той эпохи, отец и сын Алексей и Федор Басмановы, упомянутый выше глава опричнины и правая рука царя Малюта Скуратов, заплечных дел мастер, один из самых зловещих персонажей русской истории. При дворе Ивана IY до конца своих дней жил последний казанский хан Едигер (Ядыгар), при крещении Симеон, где имел свой двор и похоронен в 1565 году в Благовещенской церкви Чудова монастыря. С семи лет находился при дворе Грозного ногайский князь Утямыш - Гирей. Об этом писал царь его деду Юсупу, ногайскому князю, что внука его он держит у себя за сына место. Утямыш-Гирей умер двадцатилетним и похоронен в Архангельском соборе Кремля под христианским именем Александр. 

Важные услуги русской монархии оказали потомки ногайских биев - князья Урусовы и Юсуповы. Князь Петр Урусов, сын мурзы Исмаила, возглавил заговор и убил царя- самозванца Лжедмитрия II, а князь Феликс Юсупов участвовал в убийстве фаворита царя Николая II Романова и его жены - Григория Распутина. Казахский султан Ораз - Мухаммед получил за службу русскому престолу от Бориса Годунова Касимов с округой и сполна разделил судьбу России в смутную годину её истории, пав от руки Лжедмитрия II. Известным персонажем российской истории является завоеватель Сибири Ермак, о котором есть мнение как о ногайском казаке на русской службе (10).

Политика Российской империи в отношении кочевых народов и государств-наследников Золотой Орды, до тех пор, пока они еще не стали подданными российской короны, в частности башкир, ногайцев, крымских татар, казахов, во многом несла на себе печать страха, во всяком случае до начала ХIХ века, еще со времен золотоордынского владычества перед возможным объединением этих народов. Окончательная точка в этом многовековом состязании в пользу Российского государства была поставлена в конце ХVIII века, когда последние тюркские государства-наследники Золотой Орды - Ногайская Орда, Казахское и Крымское ханства стали частью Российской империи. За пределами российского управления оставалось лишь Хивинское ханство на территории Хорезмского оазиса. Но во второй половине ХIХ века Хива была завоевана русскими войсками и Хивинское ханство стало вассальным княжеством в составе России. История совершила очередной виток по спирали- все вернулось на круги своя. Евразийская держава возродилась хотя и в ином обличье … Но нет ничего вечного в этом мире. После тяжелейших исторических испытаний, вызванных первой мировой войной и революциями в феврале и октябре 1917 года Российскую империю постигла судьба ее предшественницы. Но на руинах Российской империи, довольно быстро, как "Феникс из пепла", возродилась великая евразийская держава под красным знаменем Великой Утопии, в новом марксистско-ленинском идеологическом обличье, известная как Советский Союз и просуществовавшая 70 лет, из которых 45 лет она была одной из двух наиболее могущественных стран мира. Увы, и этот взлет в историческом измерении был недолог, в 1991 году распался Советский Союз и ныне Россия вновь на очередном витке истории... Ответ о возрождении России как великой державы во многом следует искать, обращаясь к исторической традиции формирования ее имперской государственности, где весьма заметно наследие Золотой Орды.

Трон Золотой орды и государи Руси

2.1 Александр Невский

Все-таки кто же кому служил? Какова была значимость золотоордынского трона государям Руси?

«Герой, святой, наше знамя... Он убивал русских, обрезал им носы и уши так, как не делали этого сами татары. Причем сознательно. Он сказал татарам: я вам соберу дани больше, чем вы сможете. Но за это подмогните побить моих соседей. Подмогли и побили. И дали ему титул великого князя...»

Ю.Афанасьев 

Да, Александр Невский верно служил Золотой Орде. Более того, князь Александр был приемным сыном хана Батыя и названым братом батыева сына — царевича Сартака. В те времена легко преступали через кровное родство — могли убить родного брата, если стоял на пути к власти, шел поперек. (Тот же Александр, к примеру, сверг и изгнал брата Андрея. И его же, Александра, сыновья, князья Андрей и Дмитрий, стали врагами. В Орде чингизовы и джучиевы потомки травили и резали друг друга, как на войне.) Но названое братство почиталось святыней и было незыблемым. 

Таким образом Александр Невский обеспечил себе поддержку Орды в отражении очередного крестового похода на Русь и православную веру, начатого римской католической церковью еще в XII веке. 

«Подмогните побить моих соседей»,— так определяет историк Афанасьев устремления Александра Невского. И сам же заключает: «Подмогли и побили. И дали ему титул великого князя...» 

Но в то время речь уже шла не просто о «соседских» сварах и «соседском» соперничестве. Русские князья уже разделялись на сторонников Орды и сторонников Запада, склонных к введению на Руси католичества. И потому русский князь Александр брал дружину у своего монгольского названого брата Сартака и шел войной на своего родного брата Андрея, русского же князя... Так сплелись судьбы князей и судьбы государств и народов. Никто уже не помнит и тем более не чтит князя Даниила Галицкого. А ведь он считался «русским королем», приняв корону и титул из рук Римского Папы. Так не в нем же, не в Данииле, суть. А в том, что из-за его деяний, его прозападной политики вместе с ним канула в небытие Галицкая Русь. С ее народом, укладом, верой. 

В те времена римская церковь не признавала равноправия религий и народов. 

Кто не знает о серьезности того многовекового нашествия крестоносцев и постоянного давления католической церкви, может посмотреть... справочники по русским древним храмам. Там, где было ордынское влияние, сохранились многие памятники (Софийский собор, Золотые ворота и Выдубецкий монастырь в Киеве — XI век, храм Покрова на Нерли, Спасо-Преображенский собор в Переславле-Залесском, собор Рождества Богородицы в Суздале, Золотые ворота и Успенский собор во Владимире — XII век) и т.д. Не говоря уже о более поздних временах. Древняя архитектура Киевской и Северо-Восточной Руси — это сокровищница человечества. 

В западных областях Руси, там, где побывали крестоносцы, нет ни одного православного храма старше XVII века. Все было стерто с лица земли. 

Названое братство с Сартаком и положение приемного сына Батыя положили начало военному союзу Руси с Золотой Ордой, который всячески поддерживали и крепили продолжатели дела Александра Невского. Союз этот давал не только относительное спокойствие, но и реальную помощь. Рядом с русскими ратниками сражалась против крестоносцев и ордынская конница. 

Тем же, кто в течение веков этот союз, основанный на политической и другой выгоде, называет «игом», можно напомнить. Князь Ярослав, отец Александра, предложил русским князьям признать Батыя «царем» аж через шесть лет после окончания Батыева похода. А дань русские начали платить и вовсе через двадцать лет! Хорошенькое иго... А если учесть, что выплата дани началась как раз тогда, когда Папа объявил крестовый поход против «схизматиков» (православных) и «татар», то вполне можно считать эту дань и общим котлом для ведения войны, военным налогом. Кстати, Батый тоже платил налог верховному кагану в Каракоруме... Так что речь, скорее всего, надо бы вести не об «иге», а о вассальном государстве. 

Объективно Александр Невский спасал Русское государство и православную веру, за что и был причислен церковью к лику святых. 

Смерть его — до сих пор тайна. Историк Лев Николаевич Гумилев пишет, что не могут не наводить на некие предположения в один год наступившие смерти Александра и великого князя литовского Миндовга (Миндаугаса), умершего от яда. Тогда еще Литва была полуязыческой. Недавно обращенный католик Миндовг за три года до смерти отрекся от католичества, начал войну с крестоносцами, принял крещение в православии и сдружился с князем Александром. Они вдвоем, да при поддержке Орды, составили бы тогда несокрушимую силу, непроходимый щит против западной экспансии. 

Но коли зашла речь о гипотезах, не могу не упомянуть еще одного предположения Л.Н.Гумилева: великий князь мог умереть от того, что мы называем современным словом «стресс». 

Чтобы осознать парадоксальную точность этого слова, надо представить себе короткую жизнь Александра. Один только Новгород мог довести его до нервного срыва. Эта неблагодарная, буйная вольница... Как только возникала военная угроза — тотчас же обращались к нему. Он приходил, спасал, а затем вольный город изгонял своего спасителя. И так повторялось из раза в раз. 

Его отец Ярослав, великий князь Владимирский, гибнет в Орде по облыжному доносу боярина Федора Яруновича. Юные Александр и Андрей, тогда еще единые, жестоко мстят клеветнику. 

Затем они расходятся, и Александр идет войной на родного брата. 

Незадолго до заключения официального союза с Ордой умирает Батый, приемный отец и покровитель — стена нерушимая. Однако остается его сын — побратим Сартак, христианин несторианского толка. Но в тот же год погибает от яда и Сартак. К власти приходит брат Батыя — Берке. Александр находит с ним общий язык. Все прежние договоры остаются в силе, заключен союз о военной помощи с платой в виде ежегодной дани — «выхода». Невский везет ордынских баскаков в Новгород для переписи и учета дани. И тут получает страшный удар от родного сына, Василия. 

Василий, пьяница и буян, поднимает бунт против отца и ведет заговорщиков убивать ордынских посланников. В тот миг на карте стояла судьба всего дела Александра и Руси. Убийства послов монголы не прощали никогда. Спасибо верной дружине. Александр выводит послов из города и получает свободу рук. И — карает бунтовщиков. Вот, наверное, откуда слова Афанасьева: «Он убивал русских, обрезал им носы и уши так, как не делали этого сами татары». Вполне возможно, что так поступал Александр и в другие времена, и в других местах. Время и нравы были жестокие, и князья вели себя в соответствии с ними. Но совершенно точно известно: с Новгородом он тогда расправился с беспощадной жестокостью. 

Миндовг отрекается от католичества. Начинается дружба с великим князем Литовским, намечается союз с Литвой. 

И, наконец, Александр вместе с ханом Берке (мусульманином) и внуком Батыя царевичем Менгу-Тимуром (язычником) открывают в Сарае, столице Орды, православный епископат. 

Позади пятнадцать лет кровавого крестного пути, когда одни — открытые враги, на других — надежда слаба, а большинство — враждебно не понимает... Кажется, можно наконец отдохнуть от страшного напряжения этих пятнадцати лет. Но тут приходит весть об убийстве Миндовга... 

Сколько еще может выдержать один человек! 

Нет, очень точное современное слово употребил Гумилев: стресс... 

Великий князь Александр отошел в мир иной на дороге своей судьбы, на пути из Сарая во Владимир, в маленьком, красивом городке Городце на высоком-высоком берегу Волги, откуда вся ширь земли открывается. Если есть на небе ангелы, они должны были ему донести, чтобы он не тревожился... Что вскоре после его смерти буйный Новгород, из-за которого чуть было не рухнуло дело жизни Александра, в соответствии с договором обратился к тогдашнему хану Менгу-Тимуру, и тот, опять же в соответствии с договором, прислал конницу — и немцы тотчас отступили и подписали мир на новгородских условиях. А затем Смоленск, вольный город(!), устав от постоянного давления Литвы, тоже попросился в русско-ордынский союз и стал его заставой на западных границах... И еще о многом и многом должны были рассказать ему ангелы. 

Русский Александр Великий определил судьбу народа. 

Историк, эмигрант, Георгий Владимирович Вернадский писал: 

«... Два подвига Александра Невского — его борьба с Западом и смирение перед Востоком — имели единственную цель — сбережение православия как источника нравственной и политической силы русского народа».(14)

2.2 Дмитрий Донской

«Спросите у любого человека: кто такой Дмитрий Донской? Куликовская битва, освобождение от татар... Если бы самому Дмитрию Донскому сказали эти слова — «освобождение от татар», — он бы с ума сошел. Потому что царем, которого он признавал, был именно татарский царь. А Мамай, которого побил, был самозванец, узурпатор, от которого он этого самого царя защищал. И ничего даже близкого «освобождению от татар» у него в голове не было. А ведь это — святая святых нашей истории».

Ю.Афанасьев 

Опровергая одни мифы, историк тут же предлагает вместо них другие, столь же идеологизированные, но уже с другим знаком. 

Возможно, Александр Невский и Дмитрий Донской преследовали только личные цели, хотели только личной власти, которой добились при помощи Орды. Они не оставили письменных свидетельств о том, как нам надо толковать и в чем искать смысл их деяний. Но мы, слава Богу, имеем возможность и обязаны судить по результатам. 

Духовный, исторический и политический наследник Александра Невского — князь Дмитрий Донской на Куликовом поле также сражался не против Орды, а за Орду. Но тут надо прояснить. К тому времени в Орде началась смута. Правители сменяли друг друга как марионетки, и на какое-то время Золотая Орда осталась без хана. Этим и решил воспользоваться влиятельный военачальник и великий интриган Мамай. (Ханом он никогда не был и не мог стать по причине отсутствия чингизовых кровей.) Он собрал рать со многих земель и пошел походом на Орду с целью посадить на трон своего, послушного его воле хана. А в это время с востока, из Синей Орды (территория нынешней Тюменской и Северо-Казахстанской областей), спешил с армией законный наследник трона Золотой Орды — хан Тохтамыш. Но он не успевал. 

И тогда против Мамая выступила объединенная русская рать. Русские разбили Мамая и сохранили трон для законного хана Тохтамыша. 

И тем самым отстояли себя, свою государственность и веру. Не случайно именно на Куликовом поле, как нигде и никогда ранее, ощутимо было даже не влияние, а руководство православной церкви. Ведь главным союзником Мамая был Ягайло, то есть за Мамаем шла могучая католическая Литва, через которую уже тогда шло наступление римской церкви. А во-вторых, русские князья, объединенные вокруг Дмитрия Донского, и иерархи церкви во главе с Сергием Радонежским противостояли смуте и раздору, что нес Мамай. Смута в Золотой Орды аукнется великой распрей на Руси, как в государстве вассальном. Для интересов Руси — решили князья церкви и князья уделов — в Орде нужен Тохтамыш, единый и крепкий хозяин. 

А в доказательство от противного приведу факт, не очень, может быть, и приятный. Тохтамыш отплатил Дмитрию черной неблагодарностью. Через год он пошел походом на Москву и занял ее. И никто из князей, никто из иерархов церкви не ударил в набат. Хозяин... 

А коли уж я упомянул события 1382 года, то остановлюсь на них подробнее. Это время, когда Владимиро-Суздальская Русь становилась Московской Русью. Как ни сопротивлялись тому владимиро-суздальские князья, которые с великой тревогой смотрели, как невероятно возрос авторитет Москвы и князя Дмитрия после Куликова поля. Не случайно же суздальские князья на то сражение не пришли... Более того, суздальские княжичи Василий и Семен написали на Дмитрия донос. Наверное, уж не без ведома старших, отца и дяди, князей Бориса и Дмитрия Константиновичей. А в доносе том говорилось, что Москва и Рязань замышляют перейти на сторону Литвы. 

Самое поразительное в этой ситуации то, что Тохтамыш поверил! 

Ведь умный и твердый властитель: пятнадцать лет удерживал власть в раздираемой смутой Орде. А тут поступил не как государственный муж, а как мнительный глупец. Конечно, свою роль сыграло, что Тохтамыш — пришлый, только что из Сибири, тонкостей русско-ордынской политики и русско-ордынских интриг тогда еще не знал, не постиг. 

Знаменитый Лев Николаевич Гумилев полагал, что то был обычный для тех времен мелкий инцидент, распря среди своих. Да, война, набег, обман — обычное дело, по тогдашним нравам. Но, наверное, в данном-то случае обида все же была особая, трещина возникла глубокая. Как же так, московский князь с союзниками воевали за тебя, только что тебе, Тохтамышу, можно сказать, преподнесли самый могущественный по тем временам трон, а ты поверил доносчикам, которых на поле битвы и не было!.. Правда, потом, исторически, Тохтамыш стократно искупил то зло 1382 года. 

Такова подоплека тех событий. 

Другое дело, что они, события, получили в официальной историографии однобокое и, если посмотреть с точки зрения фактов и смысла, странное толкование. Так, например, в хрестоматийной литературе о Куликовской битве практически не употребляется самое раннее описание битвы из Симеоновской летописи. Поскольку князь Дмитрий в ней фигурирует как живой, то создана она никак не позже 1389 года, то есть является единственным сохранившимся документом, написанным по следам событий. Но Симеоновской летописи, повторю, в хрестоматиях и сборниках о Куликовом поле нет. Зато широко распространены другие, гораздо более поздние, зачастую созданные через века после событий. Во многих из них литовский Ягайло называется Ольгердом. Надо было иметь очень отдаленное (и по времени тоже) представление о событиях, чтобы спутать имена двух главных противников. Это все равно что мы фюрера Гитлера называли бы кайзером Вильгельмом — какая, мол, разница, оба же немцы... Я не исключаю, что Симеоновская летопись тоже не свободна от тех или иных влияний. Например, в ней совсем не упоминается серпуховской князь Владимир Андреевич. Зато в последующих, гораздо более поздних, он становится главным лицом, учит, наставляет Дмитрия, а тот вроде как даже труса празднует, и не будь Владимира — сбежал бы... Понятно, что летописи часто писались в угоду тем или иным князьям, церковным начальникам, господствующей идеологии. Но все равно — непонятно замалчивание самого древнего свидетельства. Не потому ли, что рассказ Симеоновской летописи, как и положено по канону, заканчивается радостным известием: Мамай погибает, а князь Дмитрий посылает к Тохтамышу своих гонцов. Получается, что, сражаясь против «татарского хана», мы тут же посылали гонцов к «татарскому хану»? За что боролись и с кем боролись? Не нужны нам такая правда и такая летопись!.. 

Так и жили, так и воспитывали поколения своих граждан. 

Повторим: да, на Куликовом поле Дмитрий Донской спас и утвердил на троне законного хана Золотой Орды. Но тем самым он не допустил всеобщей смуты, которая неизвестно еще как могла отразиться на судьбе Руси. Тем самым он укрепил Русь. Он продолжил и упрочил союз с Ордой, заложенный Александром Невским: внук Батыя хан Менгу помогал Новгороду против ливонских рыцарей, Тохта дружил с Михаилом Тверским, Узбек — с Иваном Калитой, Джанибек — с митрополитом Алексеем... Союз, благодаря которому они совместно противостояли Западу вообще и Литве в частности. Историки-то знают, а нам для ясности надо чаще смотреть на древние карты. В те века Московская Русь была маленькая, а Литва велика и могуча и при случае могла поглотить Московское княжество, как до этого поглотила Киев, Чернигов, Смоленск, Брянск, Полоцк.... 

На Куликовом поле князья впервые сплотились вокруг Москвы, признали главенство Москвы. Это мы называем их русскими, а они себя считали ярославцами и белозерцами, муромцами и брянцами. И только на Куликовом поле и после него как будто некое дуновение истории просквозило души: в князьях и дружинниках, боярах и смердах появилось историческое осознание, что все они — русские. Конечно, междуусобная резня продолжалась еще долго. И не случайно, что самая жестокая была с тверичами и новгородцами, которые на Куликово поле не пришли... 

Однако союз Руси и Золотой Орды противостоял не только Западу, но и Востоку. К тому времени началось нашествие железных армий Тамерлана, выходивших к Волге и занимавших Елец. Вот они-то и несли с собой иго в подлинном, римском значении слова. Не дружина, не ополчение и не вольная конница, а невиданные по тем временам регулярные войска, они несли с собой и утверждали на завоеванных землях городскую мусульманскую культуру, общинно-бытовое и государственное устройство на свой манер. От их наступления на Русь отвлекал и закрывал Русь с Волги, с Востока, хан Тохтамыш, словно бы отдавая исторический долг благодарности Дмитрию Донскому и Руси за Куликово поле и искупая вину за поход 1382 года. Вся его долгая и бурная жизнь после Куликова поля прошла в битвах с Тимуром и тимуридами. Золотая Орда в этой борьбе истощила последние силы и вступила в полосу заката. 

После смерти Тохтамыша в Орде вновь началась смута. Но Московская Русь уже была крепкой. И через какое-то время вассальная зависимость от Золотой Орды сама собой отпала. А затем уже Русь стала занимать и заняла на этих огромных пространствах главенствующее положение. 

Как писал один из основателей евразийской исторической школы князь Н.С. Трубецкой, произошла «замена ордынского хана московским царем с перенесением ханской ставки в Москву». 

А в заключение хотелось бы отметить, поучительный факт из истории... — называйте как угодно. Кстати, о Мамае. 

Вроде бы с ним-то все ясно: интриган, узурпатор и так далее. Но его след в русской истории на этом не стирается. Один из его сородичей, не то внук, не то внучатый племянник, оказал услуги Витовту, великому князю Литовскому. За что тот пожаловал его урочищем Глина и княжеским титулом. Потом литовские князья Глинские ушли на Русь. Елена Глинская, как мы знаем, вышла замуж за великого князя Василия III и стала матерью царя Ивана Грозного. А Иван Грозный «татар», если не считать татарина Бориса Годунова, не «защищал» и даже совсем наоборот — воевал Казань.... Господи, да в любой истории все так переплетено, что одним махом ничего не разрубишь и ничего не решишь!.. (15)

2.3 Саин Булат

Царь Иван Грозный был Чингизидом по матери, крещеной татарке Елене Глинской, и данное обстоятельство использовалось им при покорении Казани, в борьбе за казанский престол. Зная о своем происхождении, он прекрасно знал, что он один из наследников престола. Иван Грозный, как амбициозный человек, считал своим долгом восстановить орду и стать законным ханом великой империи Золотой орды. Кто бы не хотел быть ханом такой империй?

Считается, что не было на Руси более жестокого и кровавого правителя, чем Великий и Ужасный царь Иван Васильевич, который только и делал, что варил в смоле политических оппонентов или сажал их на кол. Впрочем, сам Грозный оценивал свои деяния скромно. «Нечем мне гордиться, ибо я просто исполняю свой царский долг,--писал он в письме князю Курбскому (их отношения очень напоминают диалог Путина и Березовского).--Как же ты не смог понять, что властитель не должен ни зверствовать, ни бессловесно смиряться? Даже во времена благочестивейших царей можно встретить много случаев жесточайших наказаний--иначе все царства просто распадутся от беспорядка и междоусобных браней». И уж совсем мало кто догадывается, что Иван Васильевич хотел сменить профессию и всерьез задумывался, не расстаться ли с троном.

Что он однажды и сделал.

Итак, в 1575 году царь Иван Грозный неожиданно для всех отрекся от царства и передал всю полноту власти татарскому царевичу Симеону Бекбулатовичу. Бывший касимовский хан стал «царем и великим князем всея Руси». Сам же Грозный, который теперь уничижительно звался Иванцом Московским, переехал из Кремля в Опричный двор на Петровке, отказался от всех почестей и ездил по Москве, как обычный простолюдин, в телеге, запряженной одной лошадью

Симеон I правил около года. А потом он также совершенно неожиданно и добровольно вернул шапку Мономаха Ивану Грозному

Впервые страной одновременно правили два законных монарха. Подданные терялись в догадках. Одни бояре говорили, что царь поставил вместо себя «зама», испугавшись пророчества придворного астролога Елисея Бомелия--тот предсказал гибель властителю Руси в тот год.

Другие заподозрили царя в провокации: «искушал люди: что молва будет в людех про то».

Третьи утверждали, что Грозный отрекся от престола, чтобы занять трон Речи Посполитой, освободившийся после смерти Сигизмунда II. Действительно, три года Грозный вел переговоры со знатными польскими шляхтичами. Но Иван IV пожалел денег на подкуп сейма, и сделка не состоялась. Вместо Грозного поляки выбрали воеводу Стефана Батория. Якобы поэтому, лишившись польского трона, Грозный вернулся на русский престол и развязал новую войну против Польши.

Впрочем, была еще одна причина для эмиграции Грозного из власти: устав от бесконечных войн и интриг, он мог просто захотеть покоя. 45 лет--по меркам того времени был почтенный возраст. Грозный болел, тяжело пережил смерть трех жен. Накануне отречения, раскаявшись в своих злодеяниях, Иван Васильевич ликвидировал опричнину--аналог нынешних спецслужб. Кроме того, он просил убежища у английской королевы Елизаветы в Англии. А на случай отказа перевел в личную собственность практически всю землю вокруг столицы и несколько богатых торговых городов--Ростов, Великий Устюг, Вологду.

Впрочем, скорее всего, Грозный не собирался дарить престол Симеону навсегда. Он сам говорил английскому посланнику Д. Сильвестру, что дело с «престолом еще не окончательное, и мы не настолько отказались от царства, чтобы нам нельзя было вновь принять... сан...»

Однако шапка Мономаха для Симеона, судя по всему, оказалась тяжела. В добровольности его отречения сомнений нет. Бояре советовали Грозному, вернувшемуся на царство, посадить «басурманского правителя» на кол. Царь же выделил Симеону из казны около 13 500 десятин пахотной земли в Твери и Торжке и пожаловал титул великого князя Тверского. А в то время никто на Руси, кроме самого Грозного, не имел великокняжеского титула. Очевидно, Симеон был еще нужен Грозному.

Русский хан. И как в воду глядел. Сразу же после смерти Грозного многие знатные бояре (например, Федор Романов, отец будущего основателя царской династии Романовых, или Иван Бельский из рода Рюриковичей) призывали великого князя Тверского вновь занять трон. Но тот опять отказался.

Борис Годунов настолько опасался претензий Симеона на трон, что стал требовать от бояр клятвы: «Царя Симеона Бекбулатовича и его детей на Московское царство не хотети видети, ни думать, ни дружитесь, а кто учнет с кем о том думать, что царя Симеона или сына его на Московское государство посадить, того изыскать и привести к государю...».

Из исторического далека Симеон Бекбулатович кажется безвольной марионеткой в руках Грозного, но современники относились к нему серьезно. И тому были причины.

Во-первых, Симеон, по свидетельству историка Александра Зимина, был венчан на царствие, как и положено русскому монарху, в Успенском соборе Кремля, в присутствии церковных иерархов и с соблюдением всех необходимых формальностей.

Во-вторых, именно татарин Симеон (или Саин-Булат--так его звали до крещения), чья родословная велась от самого Чингисхана, обладал большими правами на русский престол, чем сам Иван Грозный. Его отец был потомком хана Ахмата, последнего владыки Золотой Орды, у которого предки Грозного просили ярлык на княжение. «Хан Золотой Орды из династии Чингисидов на Руси считался единственно возможным и «честным прирожденным» царем,--считает академик Роберт Юрьевич Виппер,--а вот московские государи были лишь великими князьями, правившими с их, царского, дозволения». Чужаком в русской властной элите Симеон не был--после распада Золотой Орды почти половина русского боярства была татарского происхождения. Апраксины, Глинские, Юсуповы, Карамзины--все эти фамилии татарские.

Наконец, у Грозного были личные причины отстранить от трона своих наследников. Он явно недолюбливал своего старшего сына Ивана и считал, что тот годится только интриговать с поляками против отца. Младшего Федора он откровенно считал слабаком. А вот Симеон командовал полками в Ливонской войне, возглавлял походы русских войск в Прибалтику. За военные успехи царь особо наградил татарского царевича--он заставил мусульманина Саин-Булата принять православие (и христианское имя Симеон), а потом сосватал ему свою двоюродную племянницу Анастасию Мстиславскую, дочь главы влиятельного боярского клана. По сути он сделал татарского царевича равноправным членом царской династии. Наследники Симеона, будучи по крови как Чингисидами, так и Рюриковичами, стали бы самой знатной фамилией во всем мире. Оспорить их права на трон было бы невозможно.

Почему Симеон Бекбулатович отказался от царской власти, можно только догадываться. Исследователи полагают, что татарский царевич считал политику занятием слишком грязным и недостойным.

«Бывший правоверный мусульманин стал ревностным христианином,--пишет академик Роберт Виппер.--Известно, что однажды Симеон Бекбулатович повелел позвать к себе преподобного Мартирия и просил того помолиться за своего сына Ивана, который находился при смерти. Не успел Мартирий переступить порог царского дома, как Симеону сообщили, что ребенок умер, а Мартирий подошел к усопшему и начал читать молитвы. И чудо произошло--мальчик встал с одра совершенно здоровым... После этого царь Симеон стал расточать свои накопления на строительство храмов и монастырей».

Сам Грозный относился к излишней набожности своего преемника довольно критически: «Одно дело--спасать свою душу, а другое дело--заботиться о телах и душах других людей. Прилично ли царю, например, если его бьют по щеке, подставлять другую? Как же царь сможет управлять царством, если допустит над собой бесчестие? Царской власти позволено действовать страхом и запрещением и обузданием».

Но как бы повернулась история, если бы Симеон I все-таки принял ответственность за судьбу страны и остался на престоле?

У Симеона было больше прав на трон, чем у самого Грозного.

Россией правит Симеон. Итак, после смерти Грозного Симеон I садится на царство (или остается на престоле с 1575 года--не суть важно). В итоге: царская династия не пресекается и призрак кровавой Смуты минует Россию. Представьте--нет ни нашествия поляков, ни правления Лжедмитриев, а фамилия Романовых остается известна только ученым-историкам.

-- Царь Симеон показал себя настоящим реформатором,--считает известный историк Руслан Скрынников, автор многих монографий о Смутном времени.--За короткое время своего правления он заложил основы для обеспечения самостоятельности царской власти от вмешательства со стороны крупных землевладельцев-олигархов. Кроме того, он принял ряд радикальных шагов по восстановлению экономики России, подорванной во время опричнины и затяжной Ливонской войны.

К 1570 году казна была истощена: пытаясь привлечь сторонников и закрепиться у власти, опричники раздаривали монастырям, землевладельцам и хозяевам доходных промыслов тарханы--документы, утверждающие налоговый иммунитет владельца. Симеон же утвердил проект налоговой реформы--теперь тарханы выделялись не конкретным людям, а землям или промыслам, что резко сократило коррупцию. Кроме того, теперь предприятия имели право платить налоги не наместнику, а привозить деньги царю в Москву. Бояре, лишившись львиной доли доходов, становились более зависимы от центра, а царская казна получала дополнительно 15--20 процентов средств.

Можно предположить, что реформы по укреплению экономики и «вертикали власти» были бы продолжены. Правда, в отличие от прочих российских «великих реформаторов» Симеон Первый действовал более гуманно. Например, историкам известен всего один случай, когда царь Симеон решил применить силу. Дело касалось питейного заведения в Касимове. С хозяином этого кабака Еникеем Симеон поссорился из-за налогов еще в свою бытность ханом. Став же царем, Бекбулатович велел закрыть кабак силой.

Так что, возможно, дети или внуки Симеона приняли бы императорский титул раньше, чем это произошло в нашей истории. Правда, в нынешней России почти наверняка не было бы Санкт-Петербурга, построенного Петром Романовым. Вряд ли потомкам Бекбулатовича пришло в голову возводить город на болотах и костях своих подданных. Ведь нравы в той России, не прошедшей через десятилетия тотальных гражданских войн, были бы куда мягче.

В реальности же дальнейшая карьера несостоявшегося владыки России сложилась трагически. По приказу Годунова Симеона отравили вином, и он потерял зрение. Потом, как пишет историк Николай Костомаров, весной 1606 года по приказу Лжедмитрия I его привезли в Москву--самозванец в обмен на земли и золото хотел, чтобы Симеон I подтвердил его право на престол. Но строптивый татарин не пожелал поддержать самозванца, и Симеона сослали в Кирилло-Белозерский монастырь, откуда был навсегда заказан путь на трон. Когда Лжедмитрий умер, Симеона сослали на Соловки, которые уже тогда были тюрьмой для особо опасных государственных преступников. Кроме того, по приказу узурпатора престола Василия Шуйского были убиты все его шестеро детей, а царица Анастасия была насильно пострижена в монахини и вскоре скончалась в Симоновом монастыре.

Лишь через шесть лет заточения на Соловках Симеона по решению князя Дмитрия Пожарского вернули обратно в монастырь под Москву. В 1616 году он скончался и был похоронен рядом с супругой. На надгробном памятнике была высечена надпись: «Раб божий Царь Симеон». Сейчас на месте могилы стоит Дворец культуры ЗИЛа.

Проблема менеджмента всегда была в России острейшей. Почему у власти оказываются тираны или казнокрады и подлецы, а реформаторы не приживаются? Если бы царь Симеон I, забытый ныне потомками ставленник Ивана Грозного, остался у власти, Россия, возможно, избежала бы многих бед...История знает еще довольно много примеров, когда монархи добровольно уходили с трона, оставляя бразды правления заместителям.(16)

Заключение

Истоки феномена российской имперской государственности, наглядным олицетворением которой была Российская империя, имеют в своей основе симбиоз трех компонентов. Мы попытались раскрыть роль и значимость Золотой орды, намного заниженную в современной историй, в становлении Российской имперской государственности 

Делая выводы можно сказать, как говорилось выше, золотоордынское наследие не было единственной основой на которой впоследствии вызрела и претворилась в жизнь российская имперская идея. В формировании этой идеи, а также в развитии российской цивилизации, трудно переоценить влияние Византийской империи, донесшей до Руси античное наследие Эллады и Рима, сохранившей православную христианскую культуру, достигнув высокого уровня развития науки и искусства. Москва - третий Рим, а четвертому не быть,- в этом изречении во многом сформулирована российская имперская идея, как последнего оплота православного христианского мира после падения в 1453 году единоверной Византии. Таким образом российская имперская идея во многом представляет собой синтез золотоордынских и византийских имперских традиций, между которыми есть и общее, и существенные различия. Как Византия, так и Золотая Орда, были евразийскими великими державами и Российская империя унаследовала от них эту особенность. Что касается отличий, то византийское наследие прослеживается больше в духовной жизни, а золотоордынское - в практике государственного строительства и управления, хотя далеко и не исчерпывается этим. Разница во влиянии золотоордынского наследия на российскую имперскую государственность от византийского состоит и в том, что Российская империя была единственной, именно имперской наследницей Золотой Орды, в то время как среди имперских преемников Византии, наряду с Россией была и Османская империя.

Определяя значение древнерусской государственности для формирования российской имперской традиции, то ее значимость в том, что Киевская Русь была первым отечественным опытом государственного строительства в многоплеменной среде, поскольку Киевская Русь являлась государством не только восточных славян, но и варягов, составлявших правящую элиту древней Руси и ассимилировавшихся в славянской среде, от которых пошло название Русь, а также многочисленных финно-угорских и немногочисленных тюркских племен. Но подлинное начало величия России, как великого государства, при всем значении Киевской Руси, было положено не на Днепре, не славянами и варягами, и даже не византийцами, а ордынцами. В силу исторических обстоятельств древнерусская государственность не развилась до имперского уровня, а пошла по пути дробления и пала под натиском тюрко-монгольских кочевников Великой Степи, создавших мировую евразийскую державу - Золотую Орду, ставшую предтечей Российской империи. 

Как писал один из основателей евразийской исторической школы князь Н.С. Трубецкой, произошла «замена ордынского хана московским царем с перенесением ханской ставки в Москву». 

В конце хотелось бы отметить один факт первопричина нашей немотивированной агрессивности, нежелания «разбираться», вникать в тонкости, а в самом большом смысле первопричина всей нашей нескладной жизни — в элементарных уроках школьной истории, когда, вольно или невольно, вдалбливалось, что «кругом одни враги», во всех наших бедах виноваты исключительно чужие, а сами мы — ангелы... От лжи и недомолвок возникал чудовищный, взрывоопасный дискомфорт в умах и сердцах. Скажем, говорили об интернационализме и братстве народов, а теория «ига» настойчиво внушала: все узкоглазые — враги. Отсюда возник и «комплекс ига»: узкоглазые, а правили нами... А теперь Афанасьев дополнил: князья Александр Невский и Дмитрий Донской — их прислужники, следовательно, тоже враги. А как же Грозный, Годунов? Далее один шаг до нехитрого вывода: они потому враги, что их матери — узкоглазые степнячки. В общем, уберем этих прислужников из нашей истории. А заодно разрушим и храм Покрова на Нерли, и все церкви, что построил святой князь Андрей Боголюбский — тоже сын половчанки. И Москву сотрем с лица земли, потому как жена Юрия Долгорукого — половецкая княжна Елена... 

Это — естественное и закономерное продолжение логики лжи и вражды, агрессии и противостояния. 

Список литературы

1. Г.Ф. Федоров-Давыдов. Общественный строй Золотой Орды. М., 1973. В.В. Трепавлов. Государственный строй Монгольской империи. М., 1991.

2 Т.И. Султанов. Письма золотоордынских ханов. Тюркологический сборник. М., 1975, с. 234-285. А.П. Григорьев. Монгольская дипломатика ХIII-XIV в.в., 1978. М.А. Усманов. О Тугре в официальных актах и посланиях Джучидов. Бартольдовские чтения. М., 1990, с. 70

3 Р.Г.Ланда. Ислам в истории России. М., 1995, с. 44-67. М.Д. Полубояринова. Русские люди в Золотой Орде. М., 1978, с. 24,28, 33-34. Л.В. Черепнин. Монголо-татары на Руси (XIII в.), сб.: Татаро-монголы в Азии и Европе. М., 1970, с. 186-206. Г.Ф. Федоров-Давыдов. Курганы, идолы, монеты. М., 1968, с. 9-15.

4 К.Э. Босворт. Мусульманские династии. М., 1971, с. 191, 203-206. Р.Г. Ланда. Ислам в истории России, с. 67. В.В. Трепавлов. Статус Белого царя. Москва и татарские ханства в XV-XVI вв. - Россия и Восток: проблемы и взаимодействия. М.,1993, с. 306-308.

5 . В. Шнирельман. От конфессионального к этническому: булгарская идея в национальном сознании казанских татар в ХХ веке. Вестник Евразии. Acta Eurasica. №1-2 (4-5) 1998.c. 137-139. Жан Робер Равью, Феномен Татарстана и федеративное строительство в России. Вестник Евразии Acta Eurasica №1-2 (4-5). 1998, с. 180-203.

6 Там же, с. 139.

7 В.В. Бартольд . Соч. Т.1-9, М., 1963-1977.

8 Л.Н. Гумилев, Древняя Русь и Великая Степь. М.,1992.

9 В.В. Трепавлов. Тюркская знать в России (Ногаи на царской службе). Вестник Евразии, № 1-2 (4-5), М., 1998, с. 101-114.

10 Н.А. Баскаков. Русские фамилии тюркского происхождения. М., 1980; Т.И. Султанов. Правители Первого казахского государства (1470-1718) - Астана, Изд. Дом, Алматы, 1993. В.Л. Егоров. Государство и административное устройство. - Вопросы истории. 1972, №1, с. 33-34; И. Березин. Очерк внутреннего устройства Улуса Джучиева, СПБ, 1863, с. 25-31; П.Н. Савицкий. Евразийство- Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн. Антология. М., 1993, с. 100-101; Н.С. Трубецкой. О туранском элементе в русской культуре. Россия между Европой и Азией. Евразийский соблазн. М.,1993; Ю.А. Зуев. По поводу личности Ермака - В кн.: А.Ш. Кадырбаев и др. Страна в сердце Евразии. А. Изд. Казак Университетi, 1998, с. 141-145.

11 И.В. Вилента. Идея самобытности России в исторической концепции евразийцев. - Вестник МГУ, серия 8. История №1, 1998, с. 38-40.

12 Герберштейн Зигизмунд. Записки о московском быте барона Зигизмунда Герберштейна. СПБ, 1887, с. 77.

13 А. Ш. Кадырбаев. Золотая орда как предтеча Российской империй. http://www.ca-c.org/datarus/kadirbaev.shtml

14 Сергей Баймухамтов. Бремя подвига. http://socarchive.narod.ru/infochan/person/n11/1123.htm

15 Сергей Баймухамтов. Бремя подвига http://socarchive.narod.ru/infochan/person/n11/1123.htm

16 Васильевич меняет профессию.  http://www.ogoniok.ru/archive/2005/4892/13-28-30/