Карбышев Д.М. Ученый, воин, коммунист

Д.М. Карбышев. Ученый. Воин. Коммунист



Перед железными воротами немецкого концентрационного лагеря Маутхаузена возвышается монумент из целого мрамора. На темной гранитной плите пьедестала высечено: «Дмитрию Карбышеву. Ученому. Воину. Коммунисту. Жизнь и смерть его были подвигом во имя жизни».

Лагерь начинается просторной площадью, на которой нацисты совершали показательные казни, узников травили собаками – тренировали псов, дважды в день заключенные простаивали здесь утром и вечером в дождь и снег, на резком ветру и нестерпимом солнцепеке, пока их проверяли.

На сторожевой башне все еще висит стальная цепь, которой обвязывал палач шею узника для постепенного удушения, потом труп уносили в крематорий. Рядом с цепью – стальные кольца. На них вешали узников и не снимали по нескольку дней, чтобы мертвые устрашали живых.

Дальше – стена плача, около которой допрашивали мужественных и отважных людей, чтобы склонить их к измене и предательству, применяя изощренные методы пыток, варварские способы казни. Здесь вмонтирована мемориальная доска, где написано: «На этом месте мучительной смертью погиб генерал-лейтенант инженерных войск Советской Армии, Герой Советского Союза Карбышев Дмитрий Михайлович. 1880–1945 г.».

Ночью 18 февраля 1945 г., после зверских пыток фашисты вывели генерала Карбышева на мороз, сняли с него всю одежду и обливали холодной водой до тех пор, пока тело генерала не превратилось в ледяной столб. Труп генерала фашисты сожгли в печах Маутхаузена. Легендой, примером доблести и героизма стал бессмертный подвиг советского генерала, а его слова можно запомнить как заповедь: «Главное – не покоряться, не пасть на колени перед врагом! Думайте о своей Родине, и мужество вас не покинет!»

Проследим как закалялся его характер, стойкость, верность долгу. Он родился 26 октября 1880 г. Дмитрий Карбышев был потомком сибирских казаков, которых отличала отвага смекалка, казачья лихость, жажда познания. Его отец, Михаил Ильич, был выпускником кадетского корпуса и жизнь посвятил военной службе. Наряду с ревностным отношением к военной службе Михаил Ильич был непоседлив и стремился в далекие края, необжитые земли. Его повсюду сопровождала удача. Повышения в чине, поощрения и награды следуют одно за другим. И женился он по любви на дочери коллежского советника Александре Лузгиной.

Михаил Ильич мечтал уехать в Петербург, продолжить образование, но военная служба не позволила побывать в Питере. Во время военной службы на его груди блестели ордена Станислава, Анны 3 степени, медали. Но когда старший сын достиг школьного возраста, Михаил Ильич по болезни уволился из казачьих войск и перебрался со всей семьей в Омск. У него было 4 сына и 2 дочери (Дмитрий – самый младший). Ему не сиделось на месте и он поменял спокойную жизнь бухгалтера в управлении Западной Сибири на суетную и кочевую. В Омске он появлялся редко. В основном занимался промыслом в степях, добывал соль, вел разведку природных сокровищ края, увлекся фотографией. Но все-таки он сумел направить детей по верному пути. Он увлек их учебой, привил вкус к литературе, заронил свободолюбие. Старшие ребята учились: Владимир – в Омской мужской гимназии, дочери – в женской, а Михаил – в кадетском Сибирском корпусе. Младшему Дмитрию было 4 года, когда старший брат окончил с отличием гимназию. Владимир мечтал быть врачом. Когда Митя тяжело заболел оспой, брат выхаживал его.

Хотя Михаил Ильич и имел офицерский чин и звание дворянина ордена, но жила семья скромно, т. к. жалованье надо было делить на шестерых детей, больную жену и на два дома – в Омске и в степи. Он мечтал, что старший, Володя, поедет учиться в Казанский университет. Михаил Ильич послал прошение в правление Сибирского казачьего войска и получил положительный ответ: Владимира Карбышева посылают в Казанский университет на стипендию правления Сибирского казачьего войска. Митя очень скучал по брату, когда тот уехал и во всем хотел быть на него похожим. Ему с детства нравилось строить крепости, играть в войну, походы. Он часто уговаривал отца рассказать ему подробности баталий, за которые того наградили орденами. Митя рано научился читать и писать для того, чтобы писать письма брату в Казань. Когда Мите было 8 лет, он и его семья узнали об аресте Владимира, затем семью Карбышевых взяли под негласный надзор. Михаил Ильич уехал в Казань и приехал осунувшимся. Случившееся подкосило его. Он ведь так гордился сыном. Владимира без суда отправили в Омский тюремный острог. Митя сразу повзрослел: он узнал горе, которому ничем нельзя было помочь. Осенью его не определили в гимназию, хотя он жадно тянулся к учебе. Он почувствовал неприязнь сверстников, его дразнили «острожник» и норовили избить. На семью легло клеймо «политически неблагонадежных». Через 2 года Владимира освободили, но в остроге он подорвал свое здоровье.

Михаилу Ильичу с большим трудом удалось определить одиннадцатилетнего сына Митю в кадетский корпус. Но Дмитрию запретили жить в интернате, бесплатно учиться и питаться в столовой. На второй год учебы положение ухудшилось. Умер отец. Но Дмитрий в пургу и стужу пешком ходил несколько кварталов в тонкой шинели в Сибирский кадетский корпус. Горячее желание получить образование помогло ему преодолеть все трудности. Он был лучшим учеником в классе. Особенно ему нравилось рисовать. Он рисовал шаржи на товарищей и педагогов, за что его наказывали, даже сажали в карцер. Однако за выдающиеся способности и успехи в 1814 г. Дмитрия уравняли с другими воспитанниками.

Дмитрий Карбышев обладал превосходной памятью, исключительными способностями к истории и математике. Он с детства пристрастился к книгам и обладал более широким кругозором, чем его сверстники. По окончании кадетского корпуса Дмитрия наградили похвальным листом и памятным подарком. Учеба в корпусе помогла развить в характере юноши мужество, стойкость, волю, трудолюбие, любовь к Родине. Но его мало прельщала военная карьера. Дмитрий хотел поступить в Академию художеств или в Институт гражданских инженеров. Но у семьи не было средств. Скудной вдовьей пенсии матери едва хватало на расходы по дому. Семейный совет решил, что Дмитрий пойдет по стопам отца, но по инженерной профессии.

Осенью 1898 г. он уехал в Петербург в Николаевское инженерное училище. После грязного и захолустного Омска, Петербург ошеломил и восхитил Дмитрия. Проучился он в училище 2 года: режим жесткий, программа напряженная, но именно здесь он нашел свое призвание. Теперь он твердо знал, чему себя посвятить. Большое впечатление на него произвела Пулковская обсерватория. Заглянув в телескоп, он поразился увиденному и на досуге стал зачитываться астрономией, хотел найти свою путеводную звезду.

Осенью 1900 г. Дмитрий с отличием окончил Николаевское инженерное училище и получил звание подпоручика. Его назначили в 1-й Восточносибирский саперный батальон. С батальоном он находился в Мукдене. Оттуда командирован в Ляоян и Фын-Хуачен. Затем ему доверяют заведование подрывным классом батальона, а затем и телеграфным. В июне 1903 г. его производят в поручики. Саперный батальон совершил сложный и тяжелый переход в Маньчжурию. А когда они были еще в пути, вспыхнула русско-японская война.

Отважный офицер Карбышев вел своих солдат на выполнение заданий командования, укреплял позиции, устанавливал связь, наводил переправы, строил мосты, участвовал в боях под Шахэ и Мукденом. Не раз, идя впереди войсковых колонн, солдаты Карбышева вступали в перестрелку с японскими заставами. В Порт-Артуре они попали в засаду, но Дмитрий сумел вывести из окружения своих солдат и присоединиться к батальону. В памяти Дмитрия часто воскресали рассказы отца о казачьих походах, о доблести всего их казачьего рода. Он не осрамил фамильной чести Карбышевых, хоть война царской России с Японией и была проиграна. Не русский народ, а самодержавие пришло к позорному поражению.

Дмитрий Карбышев прошел сквозь огонь и пекло войны и выстоял. Он показал себя не только храбрым, но и талантливым офицером. Он постоянно заботился о солдатах и разделял с ними все тяготы боев и опасности. Солдаты относились к нему с уважением и любовью. Он отмечен тремя медалями и пятью боевыми орденами. Однако он тяжело переживал поражение, стоившее Родине многих жертв.

Когда до Восточносибирского батальона дошли вести о революции 1905 г., о кровавом воскресенье в Петербурге, то среди солдат начались волнения, митинги. Они настойчиво требовали возвращения домой. Дмитрию Михайловичу приказали усмирить «смутьянов». А он встал на сторону солдат, объяснил им, что царские власти боятся притока революционных сил в центральные районы страны, поэтому их не отправляют домой. Нашелся провокатор, который донес на Карбышева командованию, и его решено было предать военному суду. Но ни один солдат не подтвердил сведений о доносе. Общество офицеров потребовало от Дмитрия Михайловича подать в отставку, уйти в запас сроком на год, полагая, что он «одумается».

Карбышев в поисках работы переехал во Владивосток. Там крамольному офицеру нельзя было устроиться на гражданскую службу. Он пробавлялся случайными заработками чертежника.

В 1907 г. во Владивостоке формировался саперный крепостной батальон, и Карбышев возвратился в царскую армию. Он стал командиром роты, которая возводила бетонные формы вокруг Владивостока, строила укрытия для стрелков и пулеметные гнезда.

В 1908 г. Дмитрий Михайлович вернулся в Петербург поступать в Инженерную академию и сдал 23 вступительных экзамена на отлично. В 1911 г. Карбышев, как лучший выпускник, получил право первым выбрать себе место дальнейшей службы. Он остановился на Севастопольской крепости. Ему присвоили звание военного инженера и произвели в капитаны.

К этому времени на западе назревала война. В западные крепости потребовались специалисты, и Карбышеву вместо Севастополя предложили Осовец или Брест-Литовск. Он выбрал Брест-Литовск. Он много читал об этой крепости, истории ее возникновения и значимости. Его радовало, что он мог стать автором проекта и воплотить этот проект в жизнь, но возмущали неимоверно медленные темпы строительства, рассчитанные на 10 лет. К началу Первой мировой войны крепость не была готова и наполовину.

В Брест-Литовске Карбышев подружился с полковником Короткевичем. Оба они были мягкими по нраву и очень вежливыми людьми. Никогда не грубили подчиненным, не повышали голоса, предпочитая вести разговор в спокойном, деловом тоне. Подчиненные очень уважали обоих и старались точно выполнять их распоряжения.

13 июля 1914 г. Германия объявила войну России, Франции и Англии. Загремели орудия. В крепостях лихорадочно готовили форты к обороне. Карбышев руководил строительством укреплений и с 5 ура до позднего вечера был на ногах, а часто и ночью не ложился спать. Но он всегда был подтянут, собран, тщательно выбрит и спокоен. Укрепив крепость, Карбышев в ноябре 1914 г. по личной просьбе был направлен в действующую армию. Почти всю Первую мировую войну Карбышев провел на Юго-Западном фронте в армии под командованием А. Брусилова. Дмитрий Михайлович в должности дивизионного инженера участвует в кровопролитных боях на Бескидских перевалах Карпат.

Во время штурма австрийской цитадели Перемышль, Карбышев в критический момент предчувствуя поражение русской пехоты, собрал свою роту саперов и бросился с ней на австрийцев. Перемышль пал. Карбышев был ранен в ногу. За храбрость его наградили орденом Святой Анны 2-й степени и произвели в подполковники. В мае 1915 г. он опять в строю и воюет подо Львовом. Русские войска проигрывают немецкой и австро-венгерской армии, и в итоге война заканчивается поражением русских войск, потеряв Галицын, Польшу, Либаву. Карбышев был направлен на создание военных укреплений в глубоком тылу – у Канева.

Однажды в селе Шендеровке Карбышев встретил красивую девушку, приехавшую к брату. Они познакомились и вскоре поженились. Это была Лидия Васильевна, которая всю жизнь была для Карбышева любящей и преданной женой-спутницей, подругой воина.

Фронтовое затишье всполошила весть о Февральской революции. Окопники встретили ее с ликованием. Полковник Карбышев сблизился с солдатами, и одним из первых голосовал за большевистские резолюции. Он без колебаний перешел на сторону революционного народа и без сожаления расстался с царскими погонами, чинами и регалиями.

Октябрь. Его идеи захватили Карбышева. В 1918 г. началось создание Красной Армии. Карбышев вступил в нее. Когда Красная Армия двинулась против немецких оккупантов на Дону, Карбышева назначили заведовать отделом Инженерного управления Северо-Кавказского военного округа в г. Кизляре. Он занимался укреплением рубежей в Царицыне, Симбирске, по берегу Волги, в Самаре. Карбышев познакомился с Фрунзе, Куйбышевым, Чапаевым, Фурмановым, которые интересовались строительством оборонительных сооружений на Волжском рубеже. Пунктуальный и требовательный, он не выпускал из поля зрения ни одного сотрудника, пока тот не выполнит задания. Нерадивых отчитывал спокойно, не повышая тона. Фрунзе нередко ставил в пример деловитость, трудоспособность, аккуратность и высокую дисциплину Карбышева.

После разгрома Колчака, Карбышева назначили начальником инженеров армии Восточного фронта. За заслуги в боях Карбышева наградили именными золотыми часами с надписью: «Красному бойцу Социалистической революции от ВЦИК».

Часто Дмитрий Михайлович проводил инспекторские осмотры, и хотя ему полагался автомобиль, но он любил обходить позиции пешком, тщательно осматривал окопы, пулеметные гнезда, блиндажи, заграждения. Он говорил, что из автомобиля ничего не увидишь. От его же острого глаза не ускользала ни одна деталь. Он упрекал производителей работ, когда те формально относились к заданию, неэкономно расходовали материалы, не проявляли заботу о рабочих. Он сознавал в полной мере ответственность за то, что будет им одобрено или отвергнуто. Его уважали как принципиального и взыскательного специалиста.

Карбышев также работал на укреплении Забайкальского рубежа. В августе 1920 г. Фрунзе вызвал Карбышева на Южный фронт для создания оборонительных сооружений. А за боевые заслуги по разгрому Врангеля в Крыму Карбышев был награжден вторыми именными золотыми часами.

С 1921 г. Карбышев становится заместителем начальника инженеров всех вооруженных сил Украины и Крыма. Ему поручают приведение в оборонительное состояние Севастополя, Феодосии, Евпатории, укреплений Керченского пролива и Перескопа. Он участвует в разработке плана операций по разгрому банд Махно на Украине.

А в 1923 г. Дмитрий Михайлович приказом Фрунзе переведен в Москву, в центральный аппарат Красной Армии. В 1924 г. Фрунзе назначается начальником Военной академии и сразу привлекает к работе Карбышева, который стал помощником в осуществлении реформы военно-учебных заведений. Карбышев был одним из видных ученых по вопросам фортификации. Особую ценность представляют его многочисленные труды по строительству и оборудованию укреплений для обороны границ СССР.

С ноября 1926 г. Карбышев окончательно перешел на научную и преподавательскую работу в Военной академии, а в феврале 1934 г. стал начальником военно-инженерной кафедры. Дмитрий Михайлович активно работал сам над созданием новых подрывных средств. Он разработал первые типы советских противотанковых мин. Он предложил оригинальное малозаметное противопехотное препятствие, изготавливаемое из стальной проволоки и получившее название «тенета Карбышева». Проволока набрасывалась перед фронтом обороны на траву и кустарник, а т. к. проволока незаметна, действие ее оказывалось неожиданным для противника, и также ее было невозможно разрушить артиллеристским огнем.

Дмитрий Михайлович сделал еще одно изобретение – противопехотную мину в виде маленького пенала массой до 30 граммов. Этими минами можно посыпать землю перед атакующей пехотой противника. Позже появились противопехотные мины массой 50, 75 и 200 граммов. В Великую Отечественную войну они нашли большое применение.

Круг научной деятельности Дмитрия Михайловича был необычайно многогранен. Он автор более 100 научных трудов, статей и учебников. Карбышев пользовался авторитетом как крупный ученый не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами. Значителен вклад Д.М. Карбышева в научную разработку вопросов форсирования рек и других водных преград. Многие рекомендации, заложенные в его трудах, в значительной мере были использованы нашими войсками в ходе Великой Отечественной войны.

В 1933 г. за отличную научно-педагогическую работу Карбышева наградили третьими золотыми часами, а в 1938 г. его утвердили в звании профессора на кафедре тактики высших соединений. К 20-летию Красной Армии правительство наградило Карбышева орденом Красной Звезды и медалью «20 лет РККА», а также и присвоило звание комдива.

1936–1941 гг. – период расцвета творческих сил и таланта Дмитрия Михайловича. В 1940 г. ему присвоили звание генерал-лейтенанта инженерных войск. В свои 60 лет он чувствовал себя душевно и физически молодым, ему нравилось общаться с молодежью. Он очень любил свою семью: жену и троих детей. Несмотря на огромную занятость, Дмитрий Михайлович находил время для семьи. Он с любовью занимался воспитанием детей, мечтал о том, чтобы его дети получили военное или инженерное образование. Что и осуществилось уже после его смерти.

В 1939 г. в 59-летнем возрасте Карбышев вступил в коммунистическую партию. Он говорил своим друзьям, что время тревожное, в Европе свирепствует война и, может быть, придется умереть за Родину, а умереть он хочет коммунистом. Ему присуща была непоколебимая вера в идеалы и цели коммунизма.

Между тем, пламя войны все ближе подкатывалось к нашим западным границам. Гитлеровский вермахт вершил в Европе «новый порядок». В 1940 г. Карбышев участвовал в больших полевых учениях Западного военного округа. Он был сильно обеспокоен состоянием инженерной обороны на государственной границе. Затем он вернулся в Москву, но вскоре по собственной просьбе был командирован в Западный особый военный округ, куда сам просился. Он хотел разработать проект нового типа укрепленного района, в основу которого лягут новейшие достижения военной науки. Однако строительство укрепленных районов завершено не было. Из истории Великой Отечественной войны теперь известно, какое значение в операции первого периода войны имели наши укрепленные районы. Они помогли полевым войскам повысить стойкость в обороне. Так было в Карельском, Полоцком, Киевском и других укрепленных районах, а также в старых крепостях: Бресте, Севастополе и других. Мощь долговременных укреплений и самоотверженность советских воинов удесятерила стойкость нашей обороны.

Приехав в Гродно, Карбышев сразу обнаружил в системе обороны уязвимые места. Он разработал план действий. 21 июня Карбышев выехал для ознакомления с состоянием крепости Осовец и укрепрайона, он посоветовал, какие работы считать первоочередными. Вечером 21 июня Карбышев вернулся в Гродно, а утром 22-го его разбудили частые взрывы авиабомб. Скоро все слилось в сплошной гул, а издалека доносился грохот немецкой артиллерии. Дмитрий Михайлович оделся и направился в штаб армии. Гродно пылал. Штабные офицеры, получив пистолеты и противогазы, разместились в подвале дома. Вышла из строя электростанция и погас свет. Нарушилась проводная связь. Пограничники вели ожесточенный бой.

Гитлеровцы разрушили проволочные заграждения и прорвались на нашу территорию. Колонны танковых и мотопехотных войск врага ринулись на Гродно – Барановичи – Минск. Остановить стремительное наступление врага не удалось. Положение на левом крыле Западного фронта было чрезвычайно трудным. Здесь действовала танковая группа Гудериана и армейский корпус гитлеровских войск. Карбышеву несколько раз выделяли транспорт и охрану от штаба. Ему предлагали уехать в Москву, но он не соглашался и говорил: «Я солдат, а солдат в такой момент не уезжает и не бросает фронт».

27 июня штаб армии оказался в окружении. После нескольких попыток прорвать окружение, Карбышева вместе с оставшейся группой соладт и офицеров, взяли в плен. Они были отправлены в гестапо. Так начался плен для Карбышева в начале августа 1941 г.

«Шталаг – 324» – так назывался гитлеровский лагерь у польского города Острув-Мазовецка. Несколько летних бараков и землянки, прикрытые сверху бревнами – вот и все жилье на 80 тысяч советских военнопленных. Многие находились под открытым небом под нестерпимым зноем и лютой стужей. Фашисты хотели переформировать русских военнопленных, переодеть в форму вермахта и отправить сражаться за «великий рейх», но вскоре поняли, что вербовать изменников среди русских людей бесполезно и их стали уничтожать. За 6 месяцев в лагере были расстреляны, повешены, умерли от голода, холода и истязаний свыше 40 тысяч человек. Те, кому не хватало места в землянках, укрывались в норах, вырытых руками в песке. Большинство было в летнем обмундировании или в одном белье, без обуви. За малейшую провинность пленных подвешивали к столбу в виде креста, лицом к солнцу. Человек висел целый день. Это называлось «Христовым распятием». Был еще и «молебен», когда узника заставляли несколько часов стоять неподвижно, держа руки вверх. Сотрудники гестапо составляли списки лиц для расстрела. В первую очередь расстреливали коммунистов и комиссаров, затем «неполноценных» людей – это евреи, узбеки, таджики, казахи, цыгане и больные. В загонах основного лагеря держали рядовых и младших командиров Красной Армии, а два других лагеря были предназначены для старшего и высшего командного состава – от майора до генерала.

	Ежедневно в лагере умирало 200–300 человек. Трупы долго не убирали. Из-за тесноты живые не могли даже отодвинуться от мертвых. Еды почти не давали. Пленных косила дизентерия. Истощенных людей гнали на разгрузки вагонов, разборку разрушенных зданий, постройку железнодорожных путей.

Из уст в уста передавался рассказ о том, как гитлеровцы предлагали советскому генералу лучшие условия, отличное питание, но он от всего отказался. Когда же его погнали вместе с другими в другой лагерь, фашисты любезно подали генералу повозку, но он и от повозки отказался и пошел рядом со всеми. Это был Дмитрий Михайлович Карбышев. Гитлеровцы задались целью – любой ценой привлечь, переманить советского генерала на службу фашистской Германии. Фашисты внимательно следили за Карбышевым, стараясь изолировать его от остальных, обращались с ним подчеркнуто вежливо, чтобы посеять к нему недоверие и неприязнь. Но Дмитрий Михайлович стойко держался своей линии поведения. Небольшого роста, похудевший старый человек в солдатской шинели, он был у всех на виду.

Среди военнопленных были и отчаявшиеся люди, которые верили слухам о неизбежном падении Москвы. Карбышев терпеливо рассеивал сомнения, отметал ложь фашистов. Он беспощадно разоблачал предателей. Даже в таких тяжелых условиях пленные не чувствовали себя отвергнутыми, изгоями. Он видел силу и спасение людей в борьбе и единении, сплоченности, товарищеской взаимопомощи и солидарности. Вместе с другими офицерами разрабатывал планы и методы борьбы с палачами. В лагере начала складываться подпольная антифашистская организация сопротивления. Подполье жестоко боролось с предателями, началась подготовка побегов, была организована помощь больными и раненым.

Карбышева часто водили в комендатуру. Возвращался он невеселым и молчаливым. Немецкое командование предлагало ему прейти к ним на службу. Однажды в лагерь въехало несколько фашистских чинов с генералом во главе. Вынесли стол и стулья, появилось вино, закуски. Послали за Карбышевым. Он с достоинством подошел к ним. Его пригласили за стол, но он отказался. Фашисты подняли тост «за будущее» генерала Карбышева, но он не взял предложенного бокала, сказал: «Вы забыли, что я русский солдат!», затем резко повернулся и ушел в барак.

В конце августа Карбышев заболел дизентерией. Товарищи заботливо ухаживали за ним, доставали для него рисовый отвар и общими усилиями спасли его. После болезни Карбышева посетил немецкий офицер и сообщил, что советское правительство хочет обменять двух немецких генералов на него. Офицер предложил перейти Карбышеву на сторону немцев, так как на родине его ждет расстрел, но Карбышев ответил, что готов нести любую ответственность перед Родиной. Пленные трогательно прощались с ним. Когда же Карбышев очутился за воротами лагеря, к нему подошел немецкий генерал и объявил, что в Советской стране его считают изменником и отказались от него, как от врага народа, поэтому германское правительство предлагает ему не совершать обмен и перейти на службу в немецкую армию. Карбышев понял, что это провокация, и вернулся в лагерь.

В конце сентября 1941 г. Карбышева с другими военнопленными отправили в другой офицерский лагерь в Польше – Замостье. Этот лагерь ничем не отличался от предыдущего. С октября 1941 г. по март 1942 г. из 10 тыс. офицеров осталась в живых едва ли пятая часть. В конце 1941 г. в лагере вспыхнула эпидемия тифа. Заболел и Карбышев. Но офицеры не бросили своего генерала, скрыли его болезнь от комендатуры, чтобы он не попал в тифозный барак, из которого никто не возвращался. Ему с большим трудом и риском доставали лекарства, хлеб. Дмитрий Михайлович общими усилиями был выхожен.

Карбышев стал для всех пленников символом правды, воли, патриотизма. Его оценки военных действий всегда были верны, а прогнозы сбывались. Он говорил, что война продлится 4–5 лет и кончится нашей победой. Поэтому военнопленные не должны сидеть в лагере сложа руки, что во всем надо поступать наперекор немцам. По призыву Карбышева начались побеги. Он выработал «План поведения советских людей в фашистском плену».

Большое внимание Карбышев уделял борьбе с антисоветскими организациями белогвардейцев – Русская трудовая народная партия и Русская освободительная армия, которыми командовал Власов. Эти организации вербовали колеблющихся неустойчивых людей для службы в немецких войсках. В бараки селили лазутчиков-агитаторов, переодетых в форму советских офицеров. Они занимались провокациями, доносами, ложными слухами. Но ничего не помогло. Военнопленные выдержали психическую атаку и пытки в гестапо. Пленные в лагере считали Карбышева своим руководителем, и вскоре немецкое командование было вынуждено перевести Карбышева в Берлинскую тюрьму гестапо. Везде его пытались любыми путями склонить к измене Родине. Его хорошо кормили, разрешали пользоваться библиотекой. Карбышева часто возили к высоким гитлеровским чинам в Берлин, и предлагали заманчивые посты, большие деньги. Его подвергали психологической обработке, пытались поколебать его убеждения, его преданность Родине, а также предлагали все условия для научной работы, лаборатории, помощников, возможность выезда на фронт для проверки его расчетов. Но естественно, результаты работ Карбышева должны были стать достоянием германских специалистов. Карбышев с достоинством отказывался: «Я солдат, и мой долг запрещает мне работать на страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной».

В 1943 г. гестапо отправило генерала-узника в лагерь Бреслау. Гестапо рассчитывало, что на вербовочном пункте РОА – Русской освободительной армии Власова – упрямый генерал увидит, как советские военнопленные добровольно вступают во власовскую армию, чтобы вместе с фашистами воевать против коммунистов. Они предложили Карбышеву отдельную комнату, хорошее питание, но Карбышев наотрез отказался от привилегий. Его вызвали в штаб для встречи с генералом Власовым, но он отказался. Видя, что вербовка советских военнопленных в РОА срывается из-за пагубного влияния Карбышева, гестапо вернуло его в берлинскую тюрьму и посадило в одиночную камеру на несколько месяцев. Гестаповцы не сразу отважились признать провал вербовки Карбышева, но в итоге на дело генерала была наложена резолюция: «Направить в концлагерь Флоссенбюрг на каторжные работы. Не делать никаких скидок на звание и возраст».

В мае 1943 г. Карбышева привезли в Нюрнберг и помесили к штрафникам. Появление Карбышева в лагере стало важным событием для военнопленных. По совету Карбышева была установлена связь с заводами Нюрнберга, где работало свыше 200 тыс. военнопленных. Побеги и саботаж рабочих команд стали массовыми. На заводах выходили из строя станки, срывался выпуск машин.

В июне 1943 г. Дмитрию Михайловичу предъявили обвинение в активной пропаганде большевизма, в организации саботажа, и организации побегов. Отныне он лишен статуса военнопленного и переводится в категорию политических заключенных. Его отправили в Флоссенбюрг – лагерь уничтожения. Там его переодели в полосатую арестантскую робу и выдали вместо сапог деревянные колодки. Карбышева назначили в рабочую команду каменоломни. Его заставляли грузить гранитные глыбы по 12 часов в день под открытым небом на холодном ветру. Надсмотрщики зверски избивали палками изнуренных людей. Многие не выдерживали, лишались рассудка или бросались на проволочные заграждения, чтобы быть убитыми током.

Заключенные помогали Карбышеву как могли: кололи меньшие по размеру камни, а однажды несли его, потерявшего сознание, на руках до лагеря. Местное подполье добилось перевода Карбышева с каменоломен в палату лазарета для истощенных больных. Здесь его укрывали 6 месяцев. А он и здесь не терял времени зря, присоединившись к руководителям подполья. В воскресные дни Карбышева навещали в лазарете советские генералы и офицеры, немецкие и чешские коммунисты. Они говорили о международном положении, перспективах войны. К мнению Карбышева прислушивались все узники. С помощью врача лазарета подпольщики сумели уберечь Карбышева от каменоломни и выписали в цех по разделке старой обуви. Работа в нетопленном, душном и грязном помещении была непосильной для Карбышев. Заданную норму он не выполнял и надсмотрщик из уголовников много раз избивал его до потери сознания.

В феврале 1944 г. Карбышева отправили в концлагерь Майданек. На этот раз пленников разместили в бараках карантина и лазаретах. Карбышева врач поместил в лазарет для больных. Он страдал общим истощением, с голодными отеками тела, истощением нервной системы, склерозом сосудов сердца, хроническим бронхитом, чесоткой и поражениями голени. Целый месяц он спал, как младенец, по 18 часов в сутки. С помощью других заключенных, Карбышев через полтора месяца уже смог встать на ноги, спали отеки. Теперь по вечерам он охотно рассказывал о своей богатой событиями жизни.

В начале 1944 г. началась эвакуация узников Майданека в другие лагеря. Дмитрия Михайловича отправили в тыловой лагерь смерти Освенцим. По прибытии узников выгрузили из эшелонов и повели в колонне в лагерь. Карбышев потерял сознание и был бы расстрелян, если бы не шедшие рядом узники. Они подхватили его под руки и довели до лагеря, где всем выбили номер на левой руке и отправили в холодную баню. Многие теряли сознание от холодной воды, некоторые умерли от переохлаждения.

В Освенциме днем и ночью сжигали в печах крематория до 15 тыс. человек в сутки. Ежедневно из разных стран Европы прибывал транспорт с заключенными. Пригодных для работы направляли в бараки, остальных немедленно отправляли в газокамеры. Маленьких детей истребляли всех, так как они не могли работать на «великую Германию». Карбышев попал в бригаду уборщиков, которая должна была с утра до позднего вечера вылизывать аппельплац, вычищать уборные и помойные ямы. Но и здесь Карбышев проявил себя как истинный патриот своей Родины. Узнав, что в женских бараках условия еще хуже, чем в мужских, он написал письмо женщинам, в котором пытался поднять их дух и волю к борьбе. Воздействие этого письма было велико. Узницы развернули подпольное патриотическое движение, распространяли листовки, налаживали помощь больным.

	В конце октября 1944 г. ввиду наступления Красной Армии приближения ее к Освенциму, был получен приказ Берлина срочно эвакуировать заключенных вглубь Германии. Карбышева направили в Хейнкель – филиал лагеря в окрестностях Оранненбурга. Это был авиазавод, который выпускал тяжелые бомбардировщики. Условия работы были крайне тяжелыми, особенно в горячих и клепальных цехах. Здесь генерал Карбышев подбил местное подполье на саботаж, но осуществить его не удалось, так как налет союзной авиации уничтожил склад оружия. В начале февраля 1945 г. гестапо схватило 178 подпольщиков и расстреляло. Остальных подозреваемых отправили в Маутхаузен для уничтожения, в том числе и Карбышева.

Комендант, просматривающий списки прибывших, увидел резолюцию на Карбышева – «нежелательный». Он не подлежал регистрации, и этого было достаточно, чтобы расправиться с опасным врагом Германии. В течение двух суток генерала Карбышева пытали. Ночью, после горячего душа, генерала вывели во двор. Стоял 12-градусный мороз. Из брандспойтов ударили перекрещивающиеся ледяные струи. Карбышев медленно покрывался льдом. «Бодрей, товарищи, думайте о своей Родине, и мужество не покинет вас» – сказал он перед смертью узникам Маутхаузена.

В 1970 г. в Киеве был открыт у здания местной школы №2 гранитный монумент генералу Карбышеву. Его именем назван переулок. О нем написаны книги. Он воспет поэтами. О нем сложены песни и легенды. Живописцы запечатлели его образ на художественных полотнах, скульторы – в памятниках. Бороздит океаны танкер «Генерал Карбышев», плавает по Оби теплоход «Генерал Карбышев». А неподалеку от Омска есть железнодорожные станции «Карбышев – 1» и «Карбышев – 2».

Найдена и навечно излучает немеркнущий свет на небе звезда Карбышева.