Нейролингвистическое депрограммирование (NLDP). Ноовирусы – новая угроза человечеству

Нейролингвистическое депрограммирование (NLDP). Ноовирусы – новая угроза человечеству.

П.В.Полуян, Красноярск

Однажды мой текстовой файл был испорчен компьютерным вирусом, который заменил определенные буквы алфавита бесполезными знаками. Из любопытства я выписал на бумажку ликвидированные буквы и после недолгих перестановок сложил из них слово "безумие". Так хакерское хулиганство стало символом ситуации, анализ которой привел к появлению концепции, предлагаемой сейчас вашему вниманию.

Первые наметки излагаемой здесь теории были мной опубликованы еще десять лет назад (статья "Концептуальное мышление. Метрика существования" в философском журнале "Всемир", 1991, N2). Правда, в той статье различие между ноопрограммами и ноовирусами определялось не очень четко.

Что же автор подразумевает под терминами: "ноопрограмма" nous-program) и "ноовирус" (nous-virus)?

Прежде чем ответить на этот вопрос, скажу несколько слов о так называемом нейролингвистическом программировании (NLP). Об этой психологической системе часто упоминается в массовой печати, мне с ней довелось познакомиться профессионально. С 1990 года я, по образованию биофизик, специализируюсь в области рекламных и PR-технологий, где некоторые методы NLP широко применяются. NLP - это набор приемов и методик, используемых для коррекции деятельности интеллекта. В NLP декларируется, что с помощью специальных смысловых конструкций и ритуализированных действий можно влиять на психическое состояние. Разработанные методики используются в психотерапевтических целях.

Типичный пример: человек страдает от психологической проблемы - не может избавиться от навязчивого, кругового хода мыслей, вызванного обдумыванием травмирующей, обидной ситуации. Специалист по NLP советует ему представить себя в кинотеатре и "спроецировать" неприятное воспоминание на воображаемый киноэкран, потом мысленно "отходить" от экрана все дальше и дальше - уменьшая его размер. В завершение предлагается "сделать изображение" черно-белым, а ход ситуации "прокрутить убыстренно", - чтобы обидные слова прозвучали голосом персонажа из комического мультфильма. Как ни странно, после такой простейшей процедуры навязчивое воспоминание исчезает.

Как видите, все просто. Человек должен осуществить некие внешние или внутренние действия (вообразить и мысленно просмотреть определенный набор образов или совершить ряд поступков-ритуалов), а в результате этой операции круг неприятных мыслей разрывается и проблема уходит.

Но совершенно очевидно, что последовательность причин-следствий может быть перевернута. Если незаметно "ввести" человеку другую нейро-лингвистическую программу (в виде набора образов или принудительных действий) – психическое нарушение может появиться там, где его не было! Так возникает эффект, который я называю - NL-ДЕПРОГРАММИРОВАНИЕ (NLDP).

Не берусь рассуждать о сознательном использовании NL-депрограммирования для вредных целей. Есть опасность похуже. Я утверждаю, что эффект NL-депрограммирования сам собой возникает в условиях, когда современный человек погружен в интенсивное поле информационных воздействий, поступающих по зрительным, слуховым и кинестетическим каналам восприятия. Эффект NL-депрограммирования нередко вызывается телепередачами, прослушиванием музыки, передвижением в разнофактурном пространстве, взаимодействием с техническими устройствами и пр.

Так например, в некоторых индустриально развитых странах необъяснимо широко распространились такие афазийные нарушения как дислексия и аграфия (человек не может воспринимать печатный текст или не может письменно выразить свою мысль) - эту "афазийную эпидемию" легче всего объяснить эффектами NL-депрограммирования.

Из опыта клинической нейропсихологии известно, что дислексия и аграфия возникают при травмах или болезнях головного мозга, однако массовый характер таких нарушений свидетельствует: в их основе, скорее всего, лежат эффекты депрограммирования. Иными словами, в информационном поле коммуникаций циркулируют некие информационно-смысловые блоки, которые я называю ноовирусами. Они поступают в мозг ребенка или взрослого человека и, если его "антивирусная" защита не срабатывает, – следствием деструкции является психическое нарушение, не сопровождаемое органическим поражением мозга. Проникновение ноовируса в мозг человека я называю ИНВЕКЦИЯ (от латинского термина "инвектива" - оскорбление).

Какой же механизм лежит в основе этого явления?

Суть дела, видимо, в том, что в повседневной работе психики важную роль играют различного рода операционные программы (ноопрограммы) аналогичные программам компьютерным. Речь идет не о человеческой душе или мышлении, а о более простых интеллектуальных функциях: таких, как ноопрограммы распознавания образов, дешифровки сигналов, поступающих по тому или иному каналу восприятия и пр. Исследования в области искусственного интеллекта показывают, что программы, действующие в человеческом мозге на много порядков сложнее компьютерных, а может быть даже принципиально от них отличны. Тем не менее, они имеют место, и как таковые могут нарушаться и выводиться из строя внешними программными воздействиями - "ноовирусами".

Ноопрограммы, судя по всему, различаются по функциям, которые они исполняют в работе интеллекта, по уровню сложности, по способности к совершенствованию, а значит - и по степени уязвимости. Чем ноопрограмма сложнее - тем легче нарушить ее работу. Каждая ноопрограмма представляет некий законченный блок информационных "команд" построенный по самосогласованным правилам. Аналогично и ноовирус - это компактная программа, способная вмешиваться в работу полезных ноопрограмм, приводя к их разрушению. Внешне это выражается в нарушениях интеллектуальных функций, стиранию памяти, алогичных поступках, прерыванию действия - "зависанию", немотивированной агрессии и т.п. При этом человек, зараженный ноовирусом, может даже ощущать, что внутри него действует нечто, препятствующее нормальной разумной деятельности.

Люди легко соглашаются с простыми утверждениями. И я утверждаю: излагаемая здесь концепция - простейшее отражение реальной ситуации. Чем дольше думаешь об этом, тем больше убеждаешься: ноопрограммы существуют и функционируют, а ноовирусы возникают как побочный продукт их функционирования. Так было всегда, но современное развитие информационных технологий и телекоммуникаций сделало ситуацию чрезвычайно опасной. Раньше ноовирусы "просеивались" через множество работающих нейрокомпьютеров в умах людей, уничтожались там с помощью антивирусных ноопрограмм. Сейчас размножению ноовирусов, их распространению инвекции – способствуют достижения технической цивилизации и средства массовой информации. А наиболее уязвимыми для этой напасти оказываются страны, где телекоммуникациями охвачено большинство населения. Ситуация может выйти из под контроля общества, может привести (и уже приводит) к страшным последствиям.

Как же мы ответим на этот вызов? Будем действовать порознь или объединим усилия? Для научной постановки и решения проблемы я предлагаю консолидировать исследования из нескольких областей - психологии, семиотики, теории информации, теории массовых коммуникаций и пр. Предлагаю общие усилия соединить в новом научном направлении под названием НООЛОГИЯ (nouselogy).

В качестве плана действий я бы предложил следующее:

1. Выработка представления о том, что есть ноопрограмма по своей сути, по своим функциями, по своим характеристикам. Принятие рабочего определения термина.

2. Выработка определения о том, что такое ноовирус, какие деструктивные действия он может совершать в отношении ноопрограмм, как происходит его инвекция в психику человека.

3. Разработка системы мер, препятствующих проникновению ноовирусов в средства массовой коммуникации. Следует ввести нечто вроде системы "предельно допустимых концентраций", аналогичной той, что используется для охраны окружающей среды от химических, биологических и радиационных загрязнений.

В заключение изложу еще несколько выводов, к которым приводит ноология.

Очевидно, что ее основные положения не ведут к дискредитации религиозных и философских постулатов, связанных с такими понятиями как душа и интеллект. Подобные опасения ранее высказывались при возникновении психологии, неврологии и других наук, но оказались беспочвенными. Наоборот, ноология позволит отделить дело Разума от, обеспечивающих его работу, служебных интеллектуальных функций, поможет четче осознать роль материального субстрата мозга - этого биопроцессора - в деятельности человека.

Например, становится ясным, что устройство мозга некоторых животных (таких как кошки, собаки, лошади) позволяет им усваивать некоторые из человеческих ноопрограмм. Каждый из нас знает множество примеров "почти разумного" поведения домашних животных. С другой стороны, этот факт накладывает на нас серьезную ответственность перед "братьями нашими меньшими". То, что военные инструкторы научили дельфинов убивать людей - останется одним из величайших преступлений в истории.

Помимо ноопрограмм и ноовирусов в информационном поле присутствует и безвредный хаотичный "бульон информационных молекул". Частично они усваиваются нашим умом, служат для достройки старых и формирования новых ноопрограмм, часть - проходит без последствий. Но превышение предельно допустимой концентрации информационных смыслов способно наносить вред (особенно детям, у которых защитные ноопрограммы только формируются).

Еще один вывод. Далеко не очевидно, что функционирующие ныне ноопрограммы обеспечивают переработку полного объема информации, поступающей в наш мозг. Иными словами, мы, судя по всему, пока не можем распознать образы определенных фрагментов действительности. Это открывает перед ноологией огромные практические перспективы - в теории познания, в методологии науки, в развивающей педагогике, в теории обучения, в профессиональном образовании.

Таким образом, намечается широкое поле для научных исследований и выработки практических мер для защиты человечества. Но прежде чем начинать работу, надо осознать: эта неожиданная угроза, с которой нам пришлось столкнуться в сфере информационных технологий, коренится не где-то в космосе или в потустороннем мире, - она прячется в нас самих.