Изменение политической и социальной структуры Древнего Рима в 1-2 веках н.э.

Тема: Трансформация социально-политической структуры Римского государства на рубеже I-II в. н. э.

Ведение

В I-II вв. н. э. народы Средиземноморья впервые в истории оказались в пределах одной огромной державы - Римской империи. Границы между отдельными государствами, обращенными в римские провинции, были уничтожены, монетные системы до некоторой степени унифицированы, войны и морской разбой прекращены. Создались условия, благоприятствовавшие установлению экономических и культурных связей между различными областями Средиземноморья, прогрессу сельского хозяйства, ремесел, строительного дела, внешней и внутренней торговли.

В составе Римской средиземноморской империи оказались народности и племена. стоявшие на различных ступенях социально-экономического развития. Египет, Сирия. Малая Азия. Балканская Греция и Македония еще до римского завоевания достигли высокого экономического и культурного уровня, зрелых форм рабовладения.

Население стран Западного Средиземноморья - иберы и кельты (галлы) Пиренейского полуострова и Транзальпинской Галлии, ливийцы, нумидийцы и другие народности Северной Африки, паннонцы, иллирийцы, мезы придунайских областей – находилось  еще на стадии разложения общинного строя или раннеклассовых отношений и было более отсталым, чем завоевавшие их римляне. Включение этих регионов в состав громадной Римской империи способствовало изживанию в них первобытнообщинных и раннеклассовых отношений и распространению классического рабства, цивилизованных форм экономической, социальной и культурной жизни. В целом экономические структуры и социальные условия римского Средиземноморья отличались большой гетерогенностью, сосуществованием разных социально-экономических укладов, среди которых ведущие позиции занимал рабовладельческий способ производства.

Целью данной работы является рассмотрение трансформации социально-политической структуры Римского государства на рубеже I – II вв. нашей эры. Для этого необходимо выявить политико-административная структуру, социальный строй, а также социальные противоречия разворачивающие на этом фоне Ранней  Римской империи во времена правления Августа и как политико-административная структура и социальная политика изменилась в I-II вв. во времена Антонионов. 

Дискуссия предложенная вниманию на страницах этой работы, затрагивает целый комплекс проблем древней истории, которые предстоит решить с использованием следующих источников: «История древнего Рима» под ред. В. И. Кузищина – является основным источником информации рассмотренной в данной работе, также много материала было почерпнуто из журнала Вестник Древней истории, и других книг, таких, как «Историки античности»,   «Всемирная история» под ред. А. Н. Бадак, И. Е. Войнич.

Привлечение большого числа источников разных авторов, позволяет рассмотреть историю Римской империи в широком историческом фоне, что позволит нам сделать ряд хорошо аргументированных выводов.

































Классовый характер и государственный строй  Ранней Римской империи (времена правления Августа)



Одной из важнейших причин падения республиканского режима в Риме была неэффективность его социальной политики, которая привела к обострению всех групп противоречий между разными классами и социальными слоями римского рабовладельческого общества — рабами и рабовладельцами, мелким и крупным землевладением; между разными прослойками господствующего класса — сенаторами и всадниками, муниципальной верхушкой и провинциальной знатью. Вот почему одной из первоочередных задач стоящие за Августом новые монархические структуры считали ослабление общественных противоречий, нейтрализацию причин, их рождающих, достижение возможного в тех условиях социального консенсуса. В социальной политике Августа можно выделить три основных направления: укрепление основ рабовладения и придание рабовладельческим отношениям, широко распространившимся по Империи, определенного общественного статуса; консолидация господствующего класса Империи; покровительство средним прослойкам общества, будь это свободные земледельцы или ремесленники. Особым направлением социальной политики стала новая организация римской армии. Решение многих сложных вопросов социальной политики осуществлялось через интенсивное правотворчество, издание множества новых указов, эдиктов, законов, которые должны были создать эффективный правопорядок и обеспечить нормальное функционирование хозяйственной и общественной жизни, в значительной степени подорванные во время предшествующих гражданских войн.

Социальная основа принципата



Главную роль в социально-экономической жизни Рима все еще играло сословие сенаторов. Правда, многие его члены погибли во время войн и проскрипций, многие потеряли состояние, немало вошло в сенат «новых людей», сторонников триумвиров и разбогатевших италиков, выслужившихся военных и тому подобное, но все таки сенаторы оставались высшим сословием. Принадлежность к нему определялось знатным происхождением и имущественным цензом в миллион сестерциев. Из сенаторов назначался высший командный состав легионов – легаты и старшие трибуны, наместники большинства провинций и префекты Рима – новая должность, введенная Октавианом «для обуздания рабов и мятежников». Их сыновья входили теперь в сословие всадников, пока прохождение магистратур не открывало им доступа в сенат. Хотя крупное землевладение было сильно подорвано проскрипциями и конфискациями, среди новых и старых сенаторов было все же немало владельцев крупнейших латифундий, главным образом на юге Италии. Крупное сенаторское землевладение продолжало  основываться, прежде всего, на эксплуатации рабов. О разнообразии профессий рабов, которыми владели сенаторы, дают представление сохранившиеся до настоящего времени эпитафии рабов и вольноотпущенников двух знатных семей того времени – Валусиев и Статилиев. Помимо рабов занятых на работах в имениях были управители, казначеи, садовники, повара, пекари, кондитеры, заведующие парадной и обычной утварью, одеждой, спальники, цирбльники, насильщики, банщики, массажисты, сукновалы, красильщики, ткачихи, швеи, сапожники, плотники, кузнецы, музыканты, чтецы, певцы, писари, врачи, повивальные бабки, строители, художники и многочисленные слуги без особых профессий.

	Римский ученый и писатель Плиний Старший, перечисляя крупнейших богачей конца I в. до н. э. – начала I в. н. э., упоминает человека, владевшего 4116 рабами. У каждого из этих аристократов была широкая клиентела из живущих близ из имений крестьян, отпущенников, плебеев, искавших сильных покровителей и материальной помощи. В их клиентелу входили, как во времена республики, целые города в провинциях.

	Гордые богатством, влиянием и своими предками, сенаторы все еще считали себя солью земли и властителями мира. Они были готовы признать необходимость единоличной власти Октавиана и даже частично поступиться своими политическими, но не социальными преимуществами. Опыт Цезаря  показал, что с сенатором надо считаться. И Октавиан, получивший через несколько лет после победы над Антонием имя Августа, учел это при оформлении своего положения в государстве.



Всадники



Положение второго привилегированного слоя римского рабовладельческого общества – всадников – тоже заметно изменилось, как и сенаторские сословия оно сохранило много черт, оставшихся от республиканского времени, но уже наметились пути, по которым должно было пойти его развитие в период империи.

Как и прежде, из всадников выходили дельцы, наживавшиеся на откупах провинциальных косвенных налогов, но теперь их аппетиты были несколько ограничены контролем государства. Зато перед всадниками открылись широкие возможности обогащения на военной и государственной службе. Из них выходили трибуны и центурионы легионов, командиры вспомогательных частей, секретари и чиновники в провинциальном управлении. Египет управлялся префектами из всадников. Это была одна из самых высоких всаднических должностей. Другой, еще более высокой должностью, венчавшей карьеры всадника, была должность префекта преторианской гвардии. Эту гвардию в количестве девяти когорт, по 1000 человек каждая, Октавиан Август ограничивал для своей личной охраны и разместил в Риме и Италии. Преторианцы занимали привилегированное положение: при Августе они получали по 750 денариев в год и служили 16 лет, тогда как легионарий получал всего 225 денариев и служил 20 лет. 

Префект гвардии был одним из первых лиц в государстве, и в последствии, при приемниках Августа, префекты не редко решали судьбу Римской империи.

Всадники должны были иметь ценз 400 тыс. сестерциев. Из числа всадников пополнялся сенат; в ряды всаднического сословия вступали наиболее богатые и знатные члены муниципальной аристократии Италии и наиболее выдвинувшиеся по службе военные. Чтобы компенсировать всадникам потерю части доходов от непосредственной эксплуатации провинций, Август создал для них ряд должностей – надзирателей за дорогами, общественными зданиями, водопроводами и тому подобное, - занимая которые они могли получать жалование от государства. император устраивал торжественные смотры всадникам; обычно кто-нибудь из его родственников считался главой всадничества.



Плебс



Наиболее ярко изменилось положение римского городского плебса. некоторая его часть, состоявшая, главным образом, из вольноотпущенников, владела мастерскими и лавочками разных размеров, кое-кто обрабатывал маленькие садики и огороды, продавал здесь же в Риме цветы, плоды и овощи. Значительную и все возрастающую часть городского плебса составил полностью разоренный, лишенный постоянной производительной деятельности люмпен-пролетариат, живший за счет случайных заработок и подачек государства. При Августе 200 тысяч человек получали даровой хлеб и пользовались производившимися время от времени денежными раздачами. Свое былое значение в политике римский плебс утратил, и хотя комиции еще существовали, но никакого значения они уже не имели.

Только однажды, в 19 г. до н. э., когда Август был в отъезде, плебс попробовал выставить своего кандидата на должность консула. Это был некто Эгнатий Руф, который будучи эдилом, привлек симпатии плебса, организовав за свой счет отряды рабов для тушения частых в Риме пожаров. Сенат не одобрил его кандидатуры, и в городе вспыхнули волнения, узнав о которых Август поспешно возвратился в Рим. Волнения были быстро прекращены, а Эгнатий Руф кончил жизнь в тюрьме. Август распорядился, чтобы пожарные команды, так называемые «когорты стражи», были организованы на государственный счет. Позднее они получили и полицейские функции.

Попытки возмущения среди плебса иногда возникали в связи с задержкой поступления продовольствия. Поэтому для надзора за порядком были образованы еще и особые городские когорты, несшие полицейскую службу. Солдаты этих когорт занимали среднее место между простыми легионариями и преторианцами, получая по 375 денариев в год. Служба у них считалась выгодной, и император мог всецело на них положиться.

Не ограничиваясь мерами подавления, Август стремился отвлечь плебс от политической жизни и привлечь его к себе. Для этого использовался, в частности, традиционный культ паров – душ предков, становившихся хранителями фамилии, дома, имения своих потомков, и культ гения, который по верованиям римлян, сопровождал каждого человека на протяжении всей жизни. Люди, зависящие от какого-либо лица, - его рабы, клиенты и тому подобное, обычно почитали его паров и гения.

Политика римского великодержавия имела целью сделать более резкими грани, разделявшими римлян и не римлян, чтобы тем легче было удержать в повиновении как римский плебс, так и покоренные народы.





Рабы и вольноотпущенники



На первом месте во всей политике принципата стояла задача обеспечить покорность рабов; это ждали от Августа различные категории рабовладельцев поддерживали его на пути к власти. на протяжении всего существования римского рабовладельческого общества его основной ячейкой была фамилия, включающая всех свободных и рабов, находившихся под властью ее главы.

В первый период истории Рима это были преимущественно свободные члены семьи (жена, дети, внуки) и клиенты. По мере развития общества фамилия все более расширялась за счет рабов. В юридических памятниках конца республики именно они и подразумевались  обычно под словом «фамилия». 

Жизнь раба была ограничена узкой, замкнутой сферой фамилии. Раб участвовал только в фамильных празднествах и  в фамильном культе, отправляемом господином или по его поручению управлявшим имением и фамилией рабом – великом.

Гражданские войны расшатали римскую фамилию. Сражающиеся стороны привлекали рабов; рабы и отпущенники, доносившие на господ и патронов во время проскрипций, получали награды. Рабы вступали в коллегии свободных, принимали участие в культах восточных богов, слушали и повторяли опасные для хозяев прорицания – словом, к ужасу рабовладельцев, вышли из тесной сферы фамилии на более широкую социальную арену.

По Италии бродили вооруженные отряды рабов и свободных, нередки были случаи, когда рабы убивали господ. Рабы из вновь завоеванных провинций, еще не смирившиеся с рабством, готовы были восстать.

Между тем крепкая власть особенно нужна была рабовладельцам Рима и Италии, что привести в порядок вновь полученные или сохранившиеся владения и начать получать из них доход.

Август откровенно и нарочито показывал, как низко он ставит вольноотпущенников; даже самых богатых из них он не допускал к своему столу, за исключением Менодора, отпущенника секста Помпея, предавшего в свое время Октавиану флот своего патрона. Вольноотпущенникам была запрещена военная служба, кроме службы в пожарной охране и во флоте, персонал которого всегда занимал самое низкое положение в римской армии.





Армия



Положение в армии было одной из самых первых забот Августа после битвы при Акции. Обеспечив ему победу и единовластие, армия в то же время могла стать опасной силой, направленной против власти императора. Поэтому Август предпринял ряд мер, которые ограничивали роль армии. Огромная египетская добыча помогла ему щедро расплатится с солдатами и обеспечить ветеранов землей, не прибегая более к конфискации.

Из 70 с лишним легионов, стоявших под оружием в 33 г., он сохранил только 25. В Италии никакого войска, кроме городских и преторианских когорт, не осталось. Все легионы были размещены в провинциях. Легионарии набирались из римских граждан, главным образом италиков и римлян. Все командные посты занимали сенаторы и всадники, простой солдат мог дослужиться только до центуриона, то есть командира центурии – подразделение легиона составлявшего 1/60 его часть и включавшего 100 солдат.

От солдат требовалось бесприкасловное подчинение. За малейшую провинность они несли различные наказания – от розг до казни в случае массового неповиновения или бегства с поля боя. Бывший «солдатский вождь» Октавиан теперь никогда не позволял ни себе, ни своим близким обращаться к легионариям с привычным ранее словом «соратники». Его заменило обращение «солдаты».

Свою тяжелую службу солдаты несли в надежде получить землю, деньги и привилегии при отставке. Но когда египетская добыча истощилась, а войны участились, отставку и награды стали оттягивать на неопределенный срок. В армию шли неохотно, приходилось прибегать к принудительным наборам.

Еще хуже было положение солдат вспомогательных частей, набиравшихся из покоренных провинциалов или так называемых союзных, фактически зависимых народов. Это были конные и пешие отряды (алы и когорты) в 500 или 1000 человек, взятых из одного племени, по имени которого они назывались. Набор в эти части нередко служил непосредственным поводом к восстаниям, и поэтому боевые качества такого войска, как правило были очень невысоки.



Принципат как государственная форма

Существенные изменения в положении различных классов и социальных групп наметившиеся в период становления Римской империи, определили и ее государственное устройство.

Располагая послушным ему большинством реформированного сената, расположением римского гражданства, поддержкой армии, Октавиан посчитал момент благоприятным для сложения с себя чрезвычайных полномочий и правового оформления своей верховной власти в государстве.

В январе 27 г. до н. э. Октавиан на специально собранном заседании сената отказался от верховной власти, всех своих должностей, объявил о восстановлении традиционного республиканского управления и о желании уйти в частную жизнь. Отказ от власти был удачной и хорошо продуманной инсценировкой. Ни огромная римская армия, ни демобилизованные ветераны, одержавшие под его руководством столько побед, ни широкие слои граждан, благодарные за установление мира и роскошные подарки, полученные во время триумфов, ни его многочисленные друзья, зачисленные в сенат, конечно, не представляли своего будущего без верховной власти Октавиана. Вот почему сенат и народ стали упрашивать его не отказываться -от власти, не покидать Республику.

По словам Диона Кассия, сенаторы «просили, чтобы он взял на себя единодержавие и приводили всякие доводы в пользу этого до тех пор, пока, разумеется, не принудили его принять единоличную власть».

Уступив «приказу» сената, Октавиан оформил свою верховную власть в духе староримских традиций, старательно избегая одиозных в обществе титулов эллинистического басилевса, древнеримского рекса или республиканского диктатора. Основными слагаемыми власти Октавиана стал набор нескольких высших магистратур, привычных общественному сознанию, но в совокупности создающих верховную власть.

Октавиан, чтобы не возбуждать общественное мнение быстрой концентрацией своей власти, растянул процесс сосредоточения разных магистратур на несколько лет. В период с 27 по 23 г. до н. э. Октавиан соединил в своих руках полномочия консула, народного трибуна, он был поставлен во главе сенатского списка и стал как бы председателем высшего органа Римской республики, постоянный титул императора закреплял его права как главнокомандующего вооруженных сил. Для укрепления своей власти Октавиан широко использовал морально-религиозный фактор и поддержку общественного мнения. Прежде всего он позаботился о придании своей власти некоторого сакрального характера. Уже как наследник Юлия Цезаря, объявленного сенатом богом, Октавиан имел официальное имя Divi filius, «сын божественного». Определенный сакральный элемент, в частности понятие неприкосновенности, заключался в магистратуре народного трибуна, дарованной Октавиану пожизненно. Но этого было мало. Октавиан позаботился о том, чтобы получить особое священное имя Августа (от augeo, «возвеличиваю», «возвышаю», оно этимологически было связано с термином augur и рождало ассоциации с основателем Римского государства Ромулом). 

Август постепенно усиливал и свой моральный авторитет. Так, он получил от сената полномочия по охране нравов и авторитета законов (cura legum et morum), был избран во многие религиозные коллегии Рима, в 13 г. до н.э. он был избран верховным понтификом — главой самой авторитетной религиозной корпорации Рима. Своего рода завершением этого процесса стало присвоение Августу особого титула «отец отечества» — pater patriae (2 г. до н. э.). Этот титул, известный и ранее, например, его имел Марк Цицерон, в системе высших прерогатив Августа имел особое значение в качестве своего рода моральной основы всех юридических полномочий правителя, приравнивая его как отца нации к отцу семейства единодержавно, строго, но в то же время заботливо правящего народом как своими детьми.

Новый характер в процессе формирования императорской власти приобрели отношения между правителем Октавианом и главными органами прежнего республиканского строя: народным собранием, сенатом и системой магистратур. При Октавиане – народное  собрание собиралось, принимало законы, в том числе многие законы о власти самого правителя, продолжало избирать традиционных магистратов (консулов, преторов, эдилов, квесторов), однако утратило какую-либо самостоятельную роль и превратилось в послушное орудие Октавиана. Прежде всего Август, получивший пожизненный трибунат, как бы получал полномочия полноправного представителя народного суверенитета, представляемого народным собранием.

Более сложными были правовые отношения между Октавианом и римским сенатом. Сенат являлся олицетворением республиканского строя как такового, и Октавиан проводил по отношению к нему очень осторожную политику постепенного сокращения его компетенции, внешне оставляя за ним большие права. В 27 г. до н.э. он возвратил сенату верховную власть, сложив с себя чрезвычайные полномочия триумвира, а сенат, в свою очередь, наделил его новыми, так сказать, легальными полномочиями, оставив за собой значительную компетенцию. Между Октавианом — носителем новой власти и сенатом - органом традиционной республики было установлено как бы юридическое равноправие, своего рода юридическая диархия. Так, все римские провинции были поделены на сенатские, подлежащие компетенции сената и управляемые его ставленниками, и императорские, полностью подчиненные Октавиану, руководство которых назначалось им единолично. Традиционная римская казна — эрариум курировалась сенатом, но Октавиан располагал огромными денежными средствами, которые вскоре, образовали особую: императорскую казну, так называемый фиск, из которой финансировались содержание огромного римского войска, щедрые раздачи населению и другие траты. Во времена правления Октавиана сенат получил дополнительные права, в частности судебную власть. Однако при всей большой юридической компетенции сената в тех областях, которые были доверены его управлению, он оказался под полным контролем всемогущего правителя. Прежде всего Октавиан имел право республиканского цензора проводить ревизию сенатских списков, так называемые lectiones. Он провел пять таких lectiones, во время которых мог удалить из сената всех своих противников или просто несогласных. Само право проведения ревизии сенатских списков означало как бы более высокий авторитет Октавиана. Стоя в сенатском списке первым (princeps senatus), Октавиан, согласно древней традиции, имел право первым высказывать свое мнение, которое, естественно, было руководящим не только для его многочисленных сторонников, но и для других сенаторов. Как первоприсутствующий в сенате, принцепс сената созывал сенатские заседания, когда ему было угодно. Таким образом, римский сенат при большой декларированной власти, которая была как бы равна власти Октавиана, фактически был включен в систему рождающихся монархических учреждений как его органическая часть, хотя Август проявлял большой такт по соблюдению внешних прерогатив сената.

Конечно, Не все государственные, особенно сложные и трудные проблемы, можно было обсудить в сенате, состоящем из 600 человек. И Август стал собирать для обсуждения некоторых щекотливых дел узкие собрания из своих ближайших друзей, которые получили название consilium principis—совет принцепса. Совет принцепса при Августе не был официальным государственным органом, но в кругу близких советников Октавиана обсуждались многие государственные дела. Совет принцепса мог составить серьезную конкуренцию официальному римскому сенату как орган реальной власти в государстве.

Еще более органичным оказалось включение в структуру рождающейся монархии традиционных выборных магистратур. И во времена Августа, так же как при республиканском строе, ежегодно избирались консулы (их количество возросло с Двух до 6—8), преторы, трибуны, эдилы и квесторы, и они также осуществляли свои традиционные функции. Однако теперь они потеряли свое самодовлеющее значение в качестве суверенных органов исполнительной власти, ответственных только перед народным собранием. Они становились ответственными не столько перед народным собранием, где они продолжали избираться, или перед авторитетом сената, а перед принцепсом и императором. Ведь принцепс получил от сената очень важное право рекомендации (ius commendationis), то есть среди разных претендентов на магистратскую должность он имел право указать своего кандидата, и такая рекомендация оказывалась решающей, а выборы превращались фактически в назначение. В ряде случаев проходили и неугодные Октавиану кандидаты, но, как правило, все магистраты, начиная с низших, были обязаны своей дальнейшей карьерой покровительству принцепса как при выборах на следующие должности, так и вне их, например в системе провинциального управления, в армии, целиком подчиненных Августу; от его воли зависело занесение бывших магистратов в сенатские списки. Прохождение таких карьер, начиная с самой низшей до высших консульских с последующим включением в сенат, создавало зародыш будущих бюрократических связей как основы собственно монархических структур. Помимо изменивших свое содержание традиционных выборных магистратур Октавиан начал формирование органов управления, не выборных, а им единолично назначаемых. Так, им назначались руководители новых важных ведомств по управлению городом Римом — префект Рима, префект анноны, ведающий снабжением огромного города, префект претория, то есть командующий преторианской гвардией, префект вод, ведающий снабжением водой и канализацией, укреплением берегов Тибра и др. Это были ведомства со своими канцеляриями, штатом постоянных сотрудников и системой подчинения.

Для управления императорскими провинциями Август назначал наместников, носивших звание императорских легатов. Им помогали так называемые прокураторы, ведающие, главным образом, финансовыми вопросами, но иногда управлявшие небольшими по размеру провинциальными областями, как, например, знаменитый Понтий Пилат, управлявший Палестиной во времена Иисуса Христа.

Таким образом, постепенно создавался и расширялся постоянный аппарат управления. К нему с установлением новых бюрократических связей стали все более переходить функции государственного управления, целиком зависимые от воли монарха. В эту систему исполнительных органов органично вписывалась система выборных магистратур как ее составная часть.

К концу многолетнего правления Августу удалось создать основы будущего монархического строя, вошедшего в мировую историю под названием Римской империи. Эта форма монархии вырастала на почве собственно   римских   государственных структур, господствующих идей, что придавало императорскому режиму, так сказать, национальный характер, хотя нельзя отрицать влияние на его формирование эллинистических монархических институтов или некоторых тиранических режимов Древней Греции.

Поскольку монархический строй формировался на основе традиционных полисно – общинных  институтов, рождающиеся имперские структуры оказались связанными с прежними порядками, а новая монархия пронизанной некоторыми республиканскими правовыми идеями. Это проявилось в том, что власть Августа опиралась на традиционные органы, вместе с тем и сенат — цитадель     республиканского строя — располагал огромной, в принципе равной императору, властью. Республиканские традиции проявлялись и в том, что огромные полномочия Августа в ряде случаев как бы прерывались, например, он вел счет годам своей трибунской власти, количеству проведенных им консульств, традиционных провозглашений войском императором. К тому же Август стремился занимать дарованные ему магистратские должности вместе с другими коллегами, придерживаясь древнего принципа коллегиальности.

Все эти особенности придали новым монархическим структурам некоторый республиканский оттенок, а в целом эта своеобразная форма Римской империи получила название принципата как особой формы Империи, пронизанной республиканскими идеями.



1.7 Итоги правления Августа



Август как политический деятель сумел понять нужды и удовлетворить запросы господствующего класса Римской империи. Этим он объяснял свое возвышение.

Расчетливый, двуличный, умеющий приспособляться к обстоятельствам и использовать их, он был мастером социальной демагогии. Как сообщают современники он настолько боялся выдать свои истинные мысли, что даже со своей женой Ливией говорил о важных делах только по предварительно составленному конспекту. За минуту до смерти он сам назвал свою жизнь комедией и по обычаю актеров, уходящих со сцены, просил присутствующих проводить его аплодисментами. 

Сорок четыре года Август был единоличным правителем Империи. Незадолго до смерти он составил политическое завещание, впоследствии озаглавленное «деяния божественного Августа», в котором попытался подвести некоторые итоги своего правления.

В сухих и кратких фразах излагает он свою деятельность с момента вступления на политическое поприще, стараясь показать, как благотворна она была для государства. Но как раз к концу его правления стало ясно, что итоги далеко не так уж блестящи.

Правда, установление Империи стало совершившимся фактом. Никому уже не казалось странным, что Август готовит себе приемника. После ранней смерти своих внуков и Агриппы, которого он так же намечал приемником, единственной возможной кандидатурой была кандидатура его пасынка – Тиберия. Август усыновил его и назначил наследником.

Но конечно не эта династическая политика важна при подведении итогов более чем сорокалетней государственной деятельности Августа. Необходимо отметить, что впрос о рабах оставался достаточно острым, хотя открытых восстаний уже не было. Военная мощь империи и дисциплина войск далеко не отвечали официальной версии о незыблемой власти Рима над миром. Неудачи в Пантонии и Германии потребовали некоторых материальных жертв у богатых людей, что вызвало недовольство сената. Не достигли цели и брачные законы. Знать обходила и нарушала их. Даже дочь Августа и его младшая внучка Юлия были осуждены и изгнаны за пределы Италии за вопиющий разврат. Не вернулись ни «нравы предков», «ни золотой век», так как контрасты безумной роскоши и жалкой нищеты не только не уменьшились, но еще более возросли. 



























Политико-административная структура Империи в I-II вв. в эпоху Антонинов



В I-II вв. Римское государство достигло наибольшего территориального расширения. В его состав вошли Северная Африка, большая часть Западной, Южной и Юго-Восточной Европы, Восточное Средиземноморье до Армении и реки Евфрат. Впервые в мировой истории побережье Средиземного моря было объединено в рамках одного государственного образования. На территории бывшей Римской империи I-II вв. в настоящее время существует около 25 государств. Римская империя стала мировой, по тем масштабам, державой.

Наряду с Римской империей в тогдашнем мире существовали другие великие державы - Парфянское царство, Кушанская держава, Ханьская империя в Китае, но среди них Римская империя выделялась по своему военно-политическому потенциалу, культурному уровню и общему историческому значению.

Созданная в результате многолетних завоеваний многих стран, областей и регионов с разным историческим прошлым, уровнем социально-экономического и культурного развития, мировая Римская империя имела сложную политико-административную систему.

С административной точки зрения Империя состояла из Италии и системы римских провинций, которые, в свою очередь, имели сложное внутреннее устройство.

Рим, в эпоху Республики один из многих городов Италии, при Империи превратился в столицу огромного государства. Он стал местом пребывания императора и его двора, центрального правительства. Рим рассматривался и как религиозный и культурный центр римского мира, претендующий на средоточение лучших интеллектуальных сил всего Средиземноморья, что приводило к необычайно высокой концентрации в городе наиболее богатой чиновной и культурной части  господствующего класса Средиземноморья. Находящийся в таком привилегированном положении, Рим был вместе с тем и центром притяжения многих лиц самых разнообразных профессий и состояний и постепенно превращался в уникальный город античной древности, население   которого   составляло   1- 1,5 млн. человек, первый мегаполис в мировой истории.

Обеспечение ремесленными изделиями и снабжение продовольствием такого скопления людей вызывали к жизни множество различных производств и вели к превращению Рима в крупный ремесленный центр, но особого типа, который работал главным образом на удовлетворение потребностей своего миллионного населения. Трудную экономическую проблему составляло в связи с этим снабжение Рима промышленным сырьем и продовольствием, поскольку местного сырья, естественно, не хватало. Императорское правительство в течение I в. н. э. организовало довольно эффективную систему снабжения города Рима: 12 хорошо вымощенных дорог использовались для сухопутных перевозок, специальные флотилии судов были выделены для подвоза из провинций, в Путеолах и Остии были построены прекрасно оборудованные гавани с обширными складскими помещениями, особые чиновники внимательно следили за бесперебойным снабжением столицы. Блестяще была решена сложная проблема водоснабжения огромного города: 11  водопроводов подавали в город 1,5 млн. м3 питьевой воды в день. Городские нечистоты отводились через подземную канализацию далеко за город.

Рим как столичный город жил за счет римских провинций. Часть средств, собираемых с провинциального населения, шла на содержание не только центрального правительства, но и всего городского населения, на активное строительство Рима, превратившегося в I-II вв. в наиболее благоустроенный, красивый и процветающий город средиземноморского мира.

Италия со столицей Империи городом Римом находилась в привилегированном положении. Италия - колыбель римского могущества, местопребывание императорского двора - рассматривалась с точки зрения политической теории не как часть огромного Римского государства, а как его средоточение, его воплощение, а потому занимала особое место: Италией должны были управлять непосредственно сам римский народ и сенат, в качестве их представителя - принцепс, на итальянской земле не должны находиться регулярные войска, жители Италии пользовались гражданскими правами высшего разряда (так называемое италийское право) и освобождались от прямых налогов. Из жителей Италии комплектовались наиболее привилегированные воинские части, италийская знать составляла львиную долю государственного аппарата, представляла собой власть и богатство Империи. При Августе границы Италии были расширены официально за пределы реки Рубикон до альпийских хребтов. В административном отношении Италия при Августе была разделена на 11 областей (regiones), которые, однако, скорее представляли собой географически-территориальные единицы, чем собственно административные подразделения со своим управлением.          

Основными административными единицами в Италии были города, имеющие юридический статус муниципия, то есть самоуправляющегося, автономного городского центра с приписанной к нему сельской территорией, а его жители пользовались традиционными привилегиями полного римского гражданства. Италия вместе с примыкающей к ней провинцией Сицилией была наиболее урбанизированной и процветающей в экономическом отношении областью Римской империи вплоть до рубежи I-II вв.

 К западным провинциям относились Корсика, Сардиния, три провинции Испании (Бетика, Лузитания и Тарраконская Испания), четыре галльские (Нарбонская провинция, Аквитания, Лугудунская Галлия и Белгика), Нижняя и Верхняя Германия и провинция Британия. Эти провинции имели в своем историческом развитии, социально-экономическом и этническом отношении (большую их часть населяли кельты и галлы) известное единство и в целом составляли особую часть Империи. Ко времени римского завоевания на территории Испании и Галлии жили многочисленные племена и народности, еще не достигшие уровня зрелого классового общества и национальной государственности. Распространение римского влияния, более высокой культуры, классических форм рабовладения способствовало социально-экономическому и культурному подъему западной части Римской империи, что сделало римский Запад одним из самых романизированных регионов Империи. Эффективным орудием римского влияния в западных провинциях были многочисленные города разного типа, основанные в I-II вв.: наиболее привилегированные римские колонии, латинские колонии, муниципии, местные города. Имперское правительство, поощряя активную романизацию, охотно раздавало права римского и латинского гражданства жителям многих западных городов. Кроме городов и приписанной к ним сельской местности в западных провинциях имелись племенные округа, которые находились вне городских земель и подчинялись непосредственно римскому наместнику. Как в городах, так и в племенных округах большинство местных жителей, не считая италийских переселенцев, говорили на латинском языке, носили римскую одежду, усваивали римскую культуру. Немало выходцев из западных провинций стали крупными деятелями римской культуры, например, только из Испании: Сенека – ритор; его сын, знаменитый Сенека Младший - крупный государственный деятель времени Нерона и один из выдающихся римских философов; поэты Лукан, Марциал, автор наиболее полной- сельскохозяйственной энциклопедии Колумелла; прославленный ритор Квинтилиан. Для охраны западных провинций было выделено 10 легионов (из 25 легионов римской армии), из них огромная армия в 8 легионов (около 80 тыс. войной) стояла на Рейне, охраняя безопасность западных провинций от набегов германских и других племен, живших к востоку от Рейна.  Высокая степень романизации вместе с богатыми местными традициями кельтских племен или разноязычных жителей античной Испании дала интересный синтез социально-экономических отношений и культуры. Быстрые успехи романизации, хозяйственный подъем и внедрение более высокой культуры привели к тесным связям между западными провинциями и центром Империи - Италией: активная торговля продуктами питания, ремесленными продуктами и сырьем, особенно металлами, позволила установить многочисленные и тесные контакты внутри западной половины Империи, привела к созданию единого комплекса, включающего Западное Средиземноморье и Западную Европу, создала основы для их совместного исторического пути  будущем.

Дунайско-балканские провинции - Реция, Норик, Паннония, Далмация, Верхняя и Нижняя Мезия Дакия, Фракия, Македония и Эпир, Ахайя - составляли другой важнейший регион Империи. Все эти провинции имели в своем историческом прошлом много общего и вместе с тем особенного, отличающего их друг от друга. Территория большинства балканских провинций была заселена иллирийцами и близкими им фракийцами, находившимися в целом на одинаковом уровне общественного и культурного развития.

Балканский полуостров, расположенный между западной и восточной частями Империи, испытывал на себе влияние римской культуры с Запада и греческой – с  Востока. 

Вместе с тем своей северной стороной он был открыт к многоплеменной периферии Центральной и Восточной Европы. Дунайская граница, так же как и рейнская, представляла наиболее опасную и угрожаемую часть Империи и поэтому была наводнена римскими войсками.

Среди балканских провинций особняком стоят южные провинции Ахайя и Македония – области  классической греческой цивилизации, с богатыми традициями, высоким уровнем экономики, замечательным культурным наследием однако уже со времени  эллинизма вступившие в полосу длительного застоя, который продолжался в период ранней Римской империи: экономические трудности, сокращение населения, запустение многих областей - характерные особенности хозяйственной жизни Эллады I-II вв. н. э. Вместе с тем значение ряда греческих городов (например, Коринфа, Дельф), и в особенности Афин, в культурной жизни Империй было очень велико. Афины продолжали играть роль своего рода центра античной образованности, искусства, красноречия и философии.

В распространении цивилизованного образа жизни и культуры в придунайских провинциях большую роль сыграла римская армия, общая численность в разные периоды I-II вв. достигала 8-10 легионов, то есть вместе со вспомогательными формированиями 80-100 тыс. человек. Римские легионы располагались в постоянных благоустроенных лагерях, вокруг которых возникали' поселения городского типа – канабы, где проживали семьи воинов, торговцы и ремесленники, снабжающие легионы необходимыми изделиями и товарами. Из римских стационарных лагерей и канаб возникали города муниципального типа, центры; романизации дунайских провинций, например Виндобонна (Вена), Аквинк и Карнунт, Сингидун (Белград), Виминаций, Новы, Апул и многие другие.

Отслужившие свой срок легионеры - ветераны, как правило оставались жить в этих новых городах, пополняя верхний слой городских жителей, муниципальных землевладельцев, вкладывающих свои средства в организацию товарных вилл и выступающих в качестве социальной опоры имперских порядков, активных носителей романизации. Распространение передовых форм экономики, социальных отношений и культуры способствовало общему благосостоянию придунайских провинций, приобщило местные племена, жившие в условиях примитивного быта, к зрелым формам рабовладельческой Цивилизации. Вместе с тем уровень урбанизации и роль городов в придунайских провинциях были значительно меньшими, чем в западных провинциях. Обширные территории оставались вне воздействия городских центров, а их население жило в условиях общинного быта. Неодинаковость социально-экономического и культурного уровня в городах римского типа и в малозатронутых романизацией племенных округах - характерная особенность исторического развития придунайских провинций.

В состав римской провинции Нижняя Мезия были включены и некоторые греческие города Северного Причерноморья, в частности Тира, Ольвия, которые приняли к себе римские гарнизоны. В зависимость от Римской -империи попали Херсонес и Боспорское государство, правители которых стали помещать на выпускаемых ими монетах изображения римских императоров как их верховных покровителей. Однако власть римлян над городами Северного Причерноморья была в значительной мере номинальной.

Наиболее сложной и пестрой была политико-административная  структура восточных провинций Рижской империи, В их состав входили провинций Азия, Вифиния и Поит. Киликия, Сирия к Палестина, Галатия, Каппадокия, Ликия и Памфилия, Аравия, Египет, Крит и Кйренаика. Почти все они были образованы из ранее самостоятельных царств, находившихся на разных уровнях цивилизации. При этом система восточных провинций имела определенное единство не только в территориально-географическом, но и в историко-культурном отношении, поскольку она сформировалась на базе эллинистических государств и их культуры, впитавшей в себя древневосточное наследие, с одной стороны, и традиции эллинства - с другой. Весьма сложной была внутренняя структура восточных провинций: кроме эллинистических полисов (Эфес, Милет, Антиохия, Александрия и другие) существовали многочисленные города местного типа, восходящие к древневосточным центрам; в свою очередь, римляне основали немало городов по образцу римских колоний и италийских муниципий. В каждой провинции находились также племенные округа, территориальные единицы, носящие название сатрапий, восходящих к эллинистическому административному делению, автономные храмовые территории и даже небольшие царства (например, в I в. в Иудее). Особенностью римской политики в восточных провинциях было изменение характера романизации, которая в этой части Империи приняла формы эллинизации как одного из путей распространения античных социально-экономических порядков и культурных традиций. Иначе говоря, римляне на Востоке выступали в качестве продолжателей политики эллинистических царей. Вместе с тем распространение прав римского гражданства, основание колоний и муниципий римского типа, привнесение римского права и правопорядка, а также латинского языка внедряли и, так сказать, классические формы романизации.

Особое положение в системе восточных провинций занимал Египет, который имел особый статус, рассматривался не как обычная провинция Империи, а как личное владение главы государства - принцепса, выступающего в качестве преемника эллинистических царей, - и  управлялся не легатом или прокуратором, а префектом Египта как заместителем императора, своего рода античным вице-королем. В отличие от других восточных провинций в Египте не привился городской образ жизни и урбанизм римского или эллинского типа; собственно романизация или эллинизация оказалась довольно слабой, а устойчиво сохранялась политико-административная система, восходящая к Птолемеям и. их предшественникам Ахеменидам. Романизация а Египте выразилась в довольно активном внедрении частной собственности, в распространении частных поместий, и мастерских с более активным применением рабского труда. В административном отношении Египет состоял из трех крупных областей: Нижнего, Верхнего Египта и (на юге) Гептаномиды, которые, в свою очередь, делились на номы, номы - на топы, а топы состояли из отдельных ком (деревень).

В восточной половине Империи создается императорское землевладение в виде замкнутых крупных владений, управлявшихся специальными прокураторами, слабо подчиненными власти провинциального наместника.

Центральное правительство и на Востоке проводило имперскую политику унификации и сглаживания существующих социально-экономических,   политических  и культурных различий, однако там это удалось в меньшей степени, чем в западных провинциях. Важным политическим и культурным фактором в жизни восточных провинций было существование полузависимых от Империи пограничных государств - Армении, Мидии Атропатены, более мелких княжеств - Кордуэны, Осроены, Адиабены, Эдессы и стоящей за ними великой Парфянской державы. Это требовало не только присутствия на восточной границе, главным образом на подступах к Евфрату, большой римской армии (6-7 легионов), что создавало обстановку общего политического напряжения, но и проведения гибкой социальной политики по отношению к провинциальному населению. Сильные эллинистические традиции, богатство и большие экономические возможности, постоянные торговые связи с Месопотамией и, через кара,ванные пути, с более отдаленными восточными странами вплоть до Индии и Китая, специфическая культурная атмосфера - все это превращало восточные провинции Империи в особый политико-административный комплекс, в особую часть Империи.

Провинции Северной Африки, включавшие области к западу от Киренаики и до побережья Атлантики, в географическом и этническом отношений составляли также особую зону римских владений. Населенная различными племенами, главным образом берберами, территория западной части Севёроафриканского побережья до гор Атласа и границ пустыни Сахары представляла собой район, благоприятный для хозяйственной деятельности и транзитной торговли, и не случайно именно эта часть Средиземноморья стала сферой активной финикийской колонизации, где в течение нескольких столетий существовала могущественная Карфагенская держава.

Разгром Карфагена и завоевание Северной Африки Римом привели к образованию четырех римских провинций: Африка, Нумидия (или Африка Новая), Мавритания Тингитанская и Мавритания Цезарея. В I-II вв. африканские провинции достигают экономического и культурного расцвета. Процесс романизации приобретает активный характер, основываются новые города муниципального типа. распространяются римское и латинское гражданство, оживляется городская жизнь, города благоустраиваются и превращаются в важные культурные центры; Карфаген, Гадрумет, Утика, Цирта, Гиппон Регий, Цезарея, Тингис, Великий Лептис и другие приобретают имперское значение.

В городах и их сельской округе активно внедряются рабовладельческие формы производства: в товарных поместьях и ремесленных мастерских производится большое количество зерна, оливкового масла, ремесленных изделий. Особенностью экономики африканских провинций было распространение крупного частного и императорского землевладения с использованием в качестве основной рабочей силы зависимых колонов. В административном отношении императорские и многие частные латифундии считались экзимированиыми территориями (то есть изъятыми, на них не распространялась власть городских органов).

Кроме муниципальных земель и экзимированных латифундий в африканских провинциях существовали многочисленные племенные округа (особенно на южных границах провинций), часто находящиеся под управлением племенных вождей и старейшин" что создавало условия для сепаратизма и попыток отделения от Империи.

Африканские провинции рассматривались итераторами как относительно мирные области, и для их охраны был выделен один регулярный легион и 9 когорт, стоявших гарнизонами в наиболее угрожаемых пунктах.

Римская провинциальная администрация организовала интенсивную эксплуатацию африканских владений, которые становятся настоящей продовольственной базой Рима, поставляющей в столицу Империи большое количество пшеницы и оливкового масла, распределяемых среди городского населения.

























































3. Социальный строй Римском империи I-II вв.

 	

	Римское средиземноморское общество I – II вв. н. э. было обществом рабовладельческим. Рабовладельческие отношения классического типа, ранее господствовавшие в греческих полисах, в некоторых эллинистических центрах, в Италии, в I-II вв. н. э. распространяются по всему Средиземноморью, охватывают всю громадную Римскую державу.

Классы рабов, мелких производителей и рабовладельцев были основными классами римского общества I-II вв. н. э., взаимоотношения между ними определяли в целом социальную атмосферу эпохи.



3.1 Рабы



Одним из основных производящих классов римского общества был класс рабов.

Во II - I вв. до н. э. потребность в рабах для Италии удовлетворялась за счет порабощения завоеванных римлянами народов Средиземноморья. В I-II вв. н. э. Римская империя распространилась до Атлантического океана на западе, Пустыни Сахары на юге, непроходимых лесов Центральной Европы на северо-востоке, а на востоке предел римским завоеваниям поставила могущественная Парфянская держава. Большие завоевательные войны, выбрасывавшие на рабский рынок громадные массы рабов, становятся все более и более редкими. Римские императоры II в. н. э. вели много пограничных войн, несколько крупных военных кампаний против Парфий. Естественно, эти войны пополняли рабский рынок Империи, тем не менее общее количество рабов, получаемых из этого источника, сократилось по сравнению с предшествующим временем. А это происходило в то время, когда распространяющиеся рабовладельческие хозяйства все более нуждались в рабской силе.

Несоответствие спроса и предложения привело к повышению цен на рабов (с минимальной стоимости в 400-500 денариев во П-I вв. до н. э. до 600-700 денариев во II в. н. э.). Во II-I вв. до н. э. было выгоднее купить раба на рынке, чем воспитывать его в своем доме. В I - II вв. н.э. – повысилась  роль внутренних источников рабства, поэтому заинтересованные в увеличении числа рабов владельцы были вынуждены пойти на изменение их бытового положения: в сельских поместьях и городах увеличивается количество женщин-рабынь, рабам разрешают создавать подобие семьи. Поощрение семейных отношений среди рабов сменило прежний полуказарменный быт. В источниках сообщается о детях-рабах, об их воспитании, их купле и продаже. В некоторых рабских семьях было много детей. Так, родившиеся в рабстве дети (их называли вернами) были послушны, обучены какому-нибудь делу, привязаны к месту жительства своих родителей и высоко ценились. Внедрение семейных отношений в среду рабов увеличивало рабское население Римской империи.

Поощрение семейных отношений заставило господ выделять некоторое имуществом для рабской семьи: несколько голов скота, участок земли, хижину, орудия труда для занятия каким-нибудь ремеслом, небольшую лавку и тому подобное. Это имущество, выделенное господином и переданное в пользование рабам, называлось пекулием. Господин в любое время мог отнять дарованный им пекулий. Для I – II вв. н. э. характерно широкое распространение пекулия.

Когда победоносные войны выбрасывали на рынок громадные толпы дешевых рабов, а сами рабы содержались на полуказарменном положении, рабовладелец был мало заинтересован в хорошем обращении с ними: он старался как можно быстрее выжать из своих невольников больший прибавочный продукт. Обессилевшего или больного раба продавали или просто оставляли на произвол судьбы, так как на рабском рынке можно было дешево купить нового раба.

В I-II вв. н.э. хозяевам было невыгодно доводить эксплуатацию раба до такой степени, чтобы он быстро терял свои силы и здоровье. В связи с этим изменяется не только бытовое, но и юридическое положение рабов. В римском праве утверждается мнение, согласно которому свобода человека объявляется "естественным состоянием", свойственным человеку как таковому, а следовательно, и рабу. Рабство противоречит природе, хотя оно признается учреждением всех народов, иначе говоря, рабом не рождаются, а становятся.

Римские философы, публицисты, писатели (Сенека, Петроний, Дион Хрисостом) еще в I в. н. э. высказывали взгляды, которые во II в. н.э. отразились в законодательстве. Если во II - I вв. до н. э. римское правительство не вмешивалось во взаимоотношения между рабами и их господами, поддерживало и оберегало власть главы рижской фамилии, то во II в. н. э. рабы рассматривались не только как личная собственность господина, а в некоторой степени как подданные государства, на которых распространяется власть не только их господ, но и римского правительства. Императоры вмешиваются во взаимоотношения рабов и их господ, стараясь пресечь случаи особенно зверского обращения с рабами.

Безнадежно больных рабов ранее их господа вывозили на остров. Эскулапа (на реке Тибр) и бросали там на произвол судьбы (в I-III вв. понятие "остров Эскупала» приобрело символическое значение места, где оставлялись на произвол судьбы больные рабы). Если такой раб случайно выздоравливал, он возвращался к прежнему господину. Император Клавдий издал закон, по которому "выброшенные" рабы в случае их выздоровления получали свободу.

Адриан запретил беспричинное убийство рабов и наказал ссылкой одну знатную даму, пытавшуюся нарушить этот закон" Антонин Пий приравнял убийство господином своего раба к убийству чужестранца и предоставил рабам право в случае жестокого обращения искать убежища перед статуями императоров. Дело такого прибегнувшего к защите закона раба затем должно было рассматриваться городскими властями, и, если факт жестокого обращения господина подтверждался, раб продавался другому. Законодательство императоров о рабах отражало общее изменение взглядов на рабов в римском обществе.

Новые правовые нормы стремились смягчить взаимоотношения рабов и господ, снизить степень их напряженности. Одновременно власти зорко следили за поведением рабов и стремились в самом зародыше погасить возможное недовольство. Некоторое изменение бытового и юридического положения рабов отнюдь не означало, что рабство изменило свою природу, класс рабов по-прежнему оставался обездоленным и угнетенным. Деление всех людей на свободных и рабов принималось как само собой разумеющееся, ни один римлянин во II в. н.э. не мыслил себе общества без

рабского труда.

Римские писатели и философы, выступая против чрезмерно жестокого обращения с рабами, говоря о свободе как естественном состоянии человека, в том числе и раба, сами относились к рабам с глубочайшим презрением. Некоторое улучшение положения рабов во II в. н. э. диктовалось необходимостью заинтересовать их в результатах своего труда, поднять его производительность, смягчить естественную социальную напряженность, но это не означало уменьшения. степени эксплуатации рабов. Чувствующий защиту общественного мнения, избавленный от жестокого обращения, имеющий семью и некоторое хозяйство" раб работал лучше, эффективнее, что в конечном счете было выгодно его владельцу.

Если распространения классического рабства во всех областях Средиземноморья в I-II вв. н. э. означало распространение рабовладельческих отношений вширь, то некоторое улучшение бытового и юридического положения рабов и создание у них стимулов к труду означали реализацию наиболее глубоких потенций рабовладельческой системой  как таковой.



3.2 Сводные земледельцы и колоны, ремесленники и отпущенники



 Свободное крестьянство никогда не исчизало даже в Италии в стране наиболее зрелых рабовладельческих отношений. В западных, дунайских и африканских провинциях, которые в момент присоединения к Римской империи переживали разложение общинных порядков, роль мелких земледельцев-общинников была довольно высока. Земледельческое население Империи постоянно пополнялось за счет поселения в разные провинциях отслуживших ветеранов. Крестьяне – римские  граждане - были собственниками небольших земельных наделов и, возделывая их, применяли иногда труд одного или нескольких рабов, вели в ряде случаев своего рода полурабовладельческое хозяйство. Существовали, и их было, видимо, большинство, хозяйства и без рабов. Вздорожание и уменьшение притока рабов раньше всего ударили по таким маломощным полурабовладельческим хозяйствам и приводили их к разорению, превращению в замкнутый натуральный мирок, в котором крестьянин и его семья с трудом сводили концы с концами.

Для II в. н. э. характерно довольно активное внедрение арендных отношений и распространение колоната. Колон стал столь же заметной фигурой средиземноморской деревни, как и раб, и свободный крестьянин. Юридически колон - свободный человек, имеющий право уйти от землевладельца после истечения срока договора, обычно заключаемого на 5 лет. Однако, как правило, колон за пятилетний срок настолько опутывался различными долговыми и другими обязательствами, что практически не мог оставить свое место и продолжал возделывать арендованный участок долгие годы. Во многих поместьях колоны жили в течение нескольких поколений и превратились в пожизненных арендаторов. Это было выгодно землевладельцу,  так как обеспечивало обработку его земель и избавляло от необходимости искать новых арендаторов. Живущий в течение длительного времени в имении, колон крепко был привязан к его владельцу, а землевладелец превращался в его господина: он давал ему земельный участок, некоторые орудия труда, покупал его продукцию, разбирал споры колонов между собой, их жалобы на поместную администрацию. Господская вилла постепенно заменила колону и городские власти, и императорскую администрацию, и из человека свободного и равноправного с землевладельцем колон превратился в зависимого от его воли.

Кто арендовал землю и превращался в колона? Им мог быть свободный и потерявший свою землю крестьянин, и бывший поденщик, и вольноотпущенник, и городской плебей, вернувшийся в деревню. Превращение этих людей в арендаторов-колонов приводило в конечном счете к постепенному понижению их социального статуса, потере некоторых прав свободной личности и к превращению юридически в зависимого от воли землевладельца человека.

Колонами становились и посаженные на землю рабы. Такая практика известна со времен Веспасиана. Как уже говорилось, землевладельцы были вынуждены в ряде случаев давать рабам в пекулий землю, скот, хижину. Положение такого раба, живущего отдельным хозяйством, обрабатывающего клочок земли и вносившего определенную плату за нее господину, фактические мало отличалось от положения свободного   арендатора-колона.   Римские юристы иногда называют таких посаженных на землю рабов квазиколонами, то есть почти колонами. Квазиколоны сидели на участках относительно прочно. Они уже не смешивались с остальными рабами, живущими на вилле, их не вносили в инвентарные книги имения, не передавали по завещанию, то есть посаженные на землю рабы занимали более высокое положение, чем прочие рабы. Одним из источников колоната были поселения пленных варваров в пограничных провинциях, особенно в северных и северо-западных. Многие области пограничных провинций были опустошены многочленными набегами варваров. Для того чтобы ввести их в сельскохозяйственный оборот, римские императоры (широко применял эту меру Марк Аврелий) селили здесь побежденные "варварские" племена при условии небольшой платы за пользование землей и некоторых отработок (при проведении дорог, предоставлении транспортных средств и тому подобное). Формирование колоната как специального института было тесно связано с распространением громадных латифундий второго типа (то есть латифундий с колонами) и упадком рабовладельческих вилл. В последующие столетия колоны превращаются в основную массу сельские работников, в то время как роль рабского труда все более и более снижается.  



3.3 Городские ремесленники, торговцы. 



Процветание многих ремесел во всех провинциях Римской империи привело к повышению удельного веса ремесленников в социальной жизни средиземноморского общества. Хотя в большинства случаев ремесленная деятельность была организована в средних или крупных мастерских, в которых основными работниками были рабы, однако существовали   также   многочисленные мастерские, где работал сам мастер-хозяин, члены его семьи и один-два раба. В I- II вв. н. э. участились случаи выделения в пекулий рабам небольшой мастерской, часть дохода от которой шла господину. Многие рабы, получившие такой пекулий, впоследствии выкупались на свободу, становились уже владельцами мастерской. Значительная часть ремесленных мастерских и лавок в римских городах II в. н. э. принадлежала таким вольноотпущенникам или их потомкам. Эти трудолюбивые и бережливые люди, обязанные достигнутым положением своему труду, обеспечили процветание многих видов римского ремесла. Дошедшие до нас надгробные памятники на их скромных могилах носят надписи, где трогательно прославляются профессии гончаров, сукновалов или кожевников.

Наряду с ремесленниками и торговцами в городах жили люди, которых можно назвать люмпен-пролетариями. Особенно много их было в таких крупных центрах Империи, как Александрия, Антиохия и другие. Римский люмпен-пролетариат представлял собой паразитическую прослойку: люмпены нигде не работали и жили за счет подачек государства, городских властей и частных лиц. Особенно хорошо было организовано их снабжение в Риме. Около 150-200 тыс., человек (мужчин, у которых были семьи) получали раз в месяц по 5 модиев зерна, немного масла и мяса. При провозглашении нового императора, праздновании юбилейных дат, побед в крупных войнах раздавались подарки и деньги. Для развлечения этой беспокойной и буйной толпы, которая представляла определенную политическую силу, устраивались гладиаторские бои и травли зверей, потешные морские сражения, ристания колесниц. Эта деклассированная масса, требовавшая "хлеба и зрелищ", была готова поддержать любого императора или авантюриста, который бы подкармливал и развлекал ее. Если по каким-либо причинам снабжение плебса оказывалось под угрозой, начинались волнения и погромы, которые представляли опасность для властей. Поэтому все императоры заботливо охраняли привилегии этой прослойки населения, принимали все зависящие от них меры для снабжения ее продовольствием и организация развлечений.



3.4 Римская армия в I – II вв. н. э.



 Римская императорская армия была не только военной силой, важнейшей частью государственной организации, но и особой социальной прослойкой. Довольно разнородная еще в I в., армия во II в. переживает консолидацию, в ней укрепляются корпоративные связи и постепенно возрастает ее социально-политическая роль в жизни Империи.

Римская армия после ее реорганизаций при Августе состояла из трех разных по своему положению частей. Прежде всего - это привилегированная  преторианская гвардия, пополнявшаяся из римских граждан италийского происхождения, получавшая в 3,5 раза большую плату, чем легионеры, а также многочисленные подарки. Преторианцы служили лишь 16 лет и, после почетной отставки располагали солидным имуществом, позволявшим им влиться в круги Господствующего класса Империи.

Основной костяк армии – легионные части комплектовались по принципу добровольного набора из римских граждан, главным образом провинциального происхождения, то есть принадлежавших к привилегированному сословию в провинциях. Служба в легионах неплохо по тем временам оплачивалась, легионеры, как  правило, из остатков своей регулярной платы (после Домициана – 300  денариев в год), из подарков, добычи и расчетной суммы при выходе в отставку (до 3000 денариев) составляли некоторое состояние, получали участок земли и, возвратившись в родной город, вливались в ряды местной городской элиты, избирались в члены совета, управляющего городом, становились декурионами, заводили небольшое рабовладельческое хозяйство.

Третья часть римской имперской армии состояла из так называемых вспомогательных частей, комплектовавшихся из провинциалов, не имеющих прав римского гражданства, - перегринов  (галлов, иберов, фракийцев, мавританцев, германцев. сирийцев и других). Эти части не входили в состав легионов, имели собственную организацию, даже национальное вооружение и экипировку. Вспомогательные части по своей численности не уступали легионам и во II в. н. э. насчитывали свыше 200 тыс. человек. Их служебное положение в общей структуре римской армии было гораздо ниже, чем легионеров: дисциплина строже, наказания суровее, плата ниже (100 денариев, то есть в три раза меньше, чем у легионера), срок обязательной службы выше (25 дет). Однако жители римских провинций охотно шли и на такие условия. За время военной службы они все-таки могли скопить некоторые средства, а самое главное – после  выхода в отставку они получали права латинского и римского гражданства, что сразу же ставило их в привилегированное положение в родном городе. Многочисленность вспомогательных войск, а следовательно, массовая раздача прав гражданства при демобилизации служила мощным каналом широкого распространения прав римского гражданства во всех провинциях огромной державы. Новоиспеченные римские граждане, усвоившие латинский языки приобщенные к более высокой культуре, становились верными защитниками имперского социального и политического порядка. Процесс распространения римского гражданства в Империи во II в. н. э. постепенно вел к стиранию перегородок между легионными и вспомогательными частями, способствовал известной консолидации римской армии, росту ее корпоративного духа, создавай условия для увеличения ее политической роли в будущем.

Определенную   социально-экономическую роль в Империи играла повседневная жизнь римских воинских частей. Хотя воины жили в специальных воинских лагерях, для обслуживания этих лагерей продовольствием, снаряжением, ремесленными изделиями около легионных стоянок возникали особые поселки (канабы) ремесленников и торговцев, скупщиков военной добычи, которые со временем превращались в города, включавшиеся в общую структуру имперского хозяйства. Целый ряд современных западноевропейских городов, таких, как Кельн, Вена, Страсбург, Будапешт, Манчестер и многие другие, развились из легионных лагерей и обслуживающих их торгово-ремесленных канаб.



3.5 Господствующий класс



Господствующий класс Империи не был однородным и монолитным. В его состав входили сенаторское и всадническое сословия, муниципальная верхушка, состоящая из зажиточных граждан многочисленных городов, собственников рабовладельческих вилл, владельцев крупных мастерских оптовые торговцы и судовладельцы. Если в I в. до н. э. - I в. н. э. население Империи юридически делилось на жителей Италии, обладающих правами римского гражданства, и более многочисленных, но бесправных провинциалов, то после гражданской войны 68 - 69 гг. н. э. положение изменилось: многие провинциалы и даже целые общины получили права римского гражданства. В эпоху Антонинов число неграждан еще более сокращается. Таким образом, провинциальное население приобрело все те права и преимущества, что и жители Италии. Из политической организации римских граждан, главным образом живущих в Италии, Римская империя во II в. превратилась в государство всех состоятельных жителей Средиземноморья, и поэтому последние столь ревностно поддерживали римскую императорскую власть.

Мощь Империи II в. н. э. объясняется тем, что ее социальная опора значительно расширилась по сравнению с предшествующим временем.

Наверху социальной пирамиды римского общества находилось сенаторское сословие, состоявшее в эпоху Антонинов уже не только из потомков древнего нобилитета или италийской знати, но и из представителей провинциальной аристократии. Особенно увеличивается число уроженцев восточных провинций: к концу правления Антонинов они составляли треть римского сената. Императоры охотно вводили в сенат провинциальную знать, так как для нужд управления было необходимо знание местных обычаев, языка (в частности, весьма распространенного греческого), а высшие слои провинциального населения как раз и подходили для этой цели.

В состав римского сената включались и потомки свергнутых римлянами местных династий. Наименьшим цензом для сенаторов был, как и прежде, 1 млн. сестерциев. Они занимали высшие посты в центральном правительственном аппарате и армии, управляли провинциями. Основой экономического благосостояния сенаторов было крупное латнфундиальное землевладение как в Италии, так и в провинциях, с многочисленными рыбами и колонами, собственными ремесленными мастерскими. Сенаторы имели очень высокие доходы-до 600 тыс. сестерциев в год – и  носили почетный титул "светлейшего", "совершеннейшего".

Поскольку императорская власть в Риме переходила не от отца к сыну, а по выбору императора и, как правило, из сенатской аристократии, то каждый сенатор мог в конце концов оказаться императором. Когда император чувствовал себя неуверенно на троне, он рассматривал сенаторов как своих соперников и проводил по отношению к наиболее влиятельным из них политику преследований. Антонины сохраняли добрые отношения с сенаторским сословием, а оно поддерживало правящую династию и ее политику. Сенаторское сословие в целом было наиболее прочной опорой императорской власти.

Всадники составляли второе после сенаторов сословие римского общества. Многие провинциальные землевладельцы, среднее командное звено армии и имперской бюрократии стремились попасть во всадническое сословие. Во II в. н. э. всадничество превратилось в служилое сословие, всадники занимали высшие места в имперских канцеляриях, в центральной и провинциальной администрации армии. Особенно много всадников было на должностях, связанных с взиманием налогов, с арендой императорских сальтусов и рудников. Высшей должностью, доступной всаднику, были должности командующего преторианской гвардией (префект претория) и наместника египетской провинции (префект Египта). Из всадников пополнялось сенаторское сословие. Всадники, служившие в императорском аппарате, получали большое жалованье - 100-300 тыс. сестерциев - и носили почетное звание "выдающихся". Всадники владели имуществом от 400 тыс. сестерциев до миллиона. Многие из них вели крупную торговлю, имели латифундии, крупные ремесленные мастерские.

Сенаторы и всадники принадлежали к высшим сословиям римского общества. Более многочисленными в обществе были, однако, не они, а муниципальная верхушка, то есть зажиточные жители римских городов (муниципий), разбросанных по всей Империи. Они владели средними рабовладельческими имениями и ремесленными мастерскими, занимались сельским хозяйством, ремеслом и торговлей. Из них избирались должностные лица в органы городского самоуправления. К муниципальной верхушке принадлежали люди с состоянием в 100 тыс. сестерциев и выше. В обстановке экономического подъема II в. н. э. хозяйства муниципальных собственников процветали и приносили хороший доход. Их представители ревностно поддерживали императорскую власть, обеспечивающую мир и порядок, возможность нормальной экономической жизни. Муниципальная элита была прочной социальной опорой Римского государства.

 	Наряду с городской знатью заметную часть населения римских городов составляли владельцы ремесленных мастерских, судовладельцы и торговцы. Среди них было много отпущенных на свободу или выкупившихся рабов. Для I-II вв. н. э. характерно широкое распространение отпущенничества. Отпущенник, приобретай свободу, не порывал с домом своего прежнего господина: он, становился клиентом, а бывший господин - патроном. Отпущенники приносили подарки патрону, помогали при материальных затруднениях. Иногда они вели хозяйство имений или мастерские своих господ. Тем не менее отпущенники сколачивали небольшое состояние, открывали собственную ремесленную мастерскую или лавку, покупали имение и благодаря своему трудолюбию и энергии превращали их в доходное предприятие. Как правило, это были люди среднего достатка, и основными сферами их деятельности были ремесло торговля, финансовые операции. Дошедшие до нас изображения вольноотпущенников, на надгробных памятниках показывают людей скромных, но сохранивших личное достоинство, энергичных и проницательных, гордящихся своей профессией.

















	Заключение

	

	В данной курсовой работе были рассмотрены два периода истории Римской империи. Правление Октавиана Августа и Антонионов. В заключении можно сделать вывод, что в эпоху Антонинов римское Средиземноморье достигло большого экономического подъема. Удается поддерживать уровень сельского хозяйства, ремесла; процветает торговля. Возникают новые города, они застраиваются жилыми домами, прекрасными общественными зданиями, их улицы и площади покрываются камнем. Население римских городов живет интенсивна жизнью: занимается земледелием, трудится в ремесленных мастерских, ведет торговлю и финансовые операции, посещает амфитеатры и цирки, театры и термы. Ежегодно во время избирательных кампаний по выборам городских должностных лиц развертывается оживленная предвыборная борьба различных кандидатов. Некоторые ученые (например, Л. Омо, М. Чарльзворт), наблюдая экономический подъем Средиземноморья, приходят к выводу, о "золотом веке", который, по их мнению, переживали народы Средиземноморья в правление Антонинов. Они рисуют II век н. э. как век подъема н процветания всех слоев населения, как эпоху всеобщего благоденствия.

Действительно, римское Средиземноморье переживало в это время экономический подъем, однако он достигался ценой высокой и хорошо организованной эксплуатации низших классов. Великолепие римских городов, площадей, зданий, благосостояние высших и средних слоев населения - все это было результатом эффективного труда римских рабов, мелких землевладельцев и ремесленников, интенсивной их эксплуатации.

Создатели блестящей римской цивилизации мало пользовались ее плодами. Основным и самым острым противоречием эпохи по-прежнему было противоречие между рабами и их владельцами. Несмотря на то что императоры не позволяли проявлять излишнюю жестокость по отношению к рабам и многие рабовладельцы рекламировали более мягкое обращение с рабами, создавали некоторые стимулы к труду, в обществе считалось общепризнанным, что раб - это естественный противник. При Траяне было сделано добавление, по которому наряду с рабами подлежали смерти и вольноотпущенники. Убийства господ и уголовные преступления рабой стали настолько частыми, что римские юристы предусматривают и разрабатывают особые наказания для рабов - преступников.

Римские философы и писатели, признавая некоторое человеческое достоинство рабов, особенно подчеркивали, что раб должен ревностно служить своему господину и безропотно переносить свою судьбу. Хорошим императором считался тот, который умея держать рабов в повиновении. Антонины  удовлетворяли этим требованиям; они а зародыше подавляли малейшие признаки рабского недовольства. Перед лицом бдительного императора, его огромной армий и многочисленного чиновничества постоянно существующее недовольство рабов в I-П столетиях не могло концентрироваться в такие грозные восстания, как восстание Спартака или сицилийских рабов.

В имперском обществе существовали не только противоречия между рабовладельцами и рабами. Довольно острыми были отношения между мелкими производителями, в частности колонами, и землевладельцами. Последние произвольно увеличивали арендную плату и количество отработочных дней, предавали имущество колонов дли покрытия их недоимок. В ответ колоны растаскивали и продавали имущество, обращаясь с жалобами к самим императорам, покидали свои арендованные участки. Центральное правительство, пыталось несколько  ослабить недовольство колонов и бедных землевладельцев, подтверждая установленные нормы арендной платы, однако эти держанные распоряжения далеко не всегда достигали цели.

Одним из проявлений недовольства народных масс  - рабов , отпущенников, бедняков – было широкое распространение по всей Империи новых религиозных учений, в том числе и христианства. Задавленные тяжелым трудом и нуждой, не имея сил к открытому сопротивлению в реальной жизни, угнетенные массы Империи мечтали о победе над своими угнетателями хотя бы в небесной сфере. Правительство рассматривало восточные культы как оппозиционные религии, с тревогой следило за  их проникновением в массы населения. За религиозными коллегиями и общинами был установлен строгий надзор.

Существующие острые социальные противоречия и разные формы их проявления были естественным проявлением в столь сложном социально расчлененном обществе какой была Средиземноморская империя I-II вв. И мастерство общей социальной политики Империи заключалось в том, что центральное правительство умело и твердо поддерживало известный социальный консенсус, предотвращало обострение имеющихся напряженностей, предупреждала переход их в разрушительные восстаний или кровопролитные гражданские войны, как это было в конце Республики.

В целом население Средиземноморья  пользовалось в I-II вв. известным социальным спокойствием, которое позволяла вести цивилизованный образ жизни, заниматься активной и доходной хозяйственной  деятельностью, использовать достижение высокой античной культуры.