Методология познания спорта и оптимизация управления им

МЕТОДОЛОГИЯ ПОЗНАНИЯ СПОРТА И ОПТИМИЗАЦИЯ УПРАВЛЕНИЯ ИМ

В науке отчетливо просматриваются два взаимосвязанных, но тем не менее достаточно самостоятельных процесса. Первый направлен на получение новых фактов, обнаружение закономерно стей и законов развития тех или иных явлений. Эту сторону науки обычно связывают с методом (способом) получения новых знаний. Второй процесс направлен не столько на саму процедуру получения новых знаний, сколько на задачу максимального приближения этих знаний к истине. Его принято называть методологией. Методология науки - это совокупность положений (целей, идей, принципов и методов), помогающая исследователю получать и теоретически систематизировать объективные знания о действительности. Образно говоря, методология - это логика подбора методов и последовательности их применения, которая позволяет выбрать более прямой путь к истине. В таблице представлены разделы методологии, их цели и основные принципы (в рамках диалектического материализма) в приложении к науке о спорте.

Из таблицы отчетливо видно, что методология является оселком, на котором проверяют степень приближения к истине и убеждаются в перспективности разработки того или иного направления. В ней принято выделять три раздела: методологию научного познания в целом, методологию отдельной науки и методологию конкретного исследования.

В нашей стране по известным причинам вопросы методологии часто переводили в политическую плоскость, и это не позволяло использовать весь потенциал диалектического материализма, а порой и мешало этому. Чтобы убедиться в справедливости сказанного, достаточно напомнить печальную историю развития в нашей стране генетики, биологии, психологии и других наук. В этот перечень следует включить также науки, рассматривающие спорт в качестве предмета своих исследований. Есть основание думать, что издержки методологического свойства помимо всего прочего привели к нестабильности и слабой эффективности организации и управления спортом в Российской Федерации.

Цель настоящей статьи заключается в попытке внести методологическую упорядоченность в дело изучения спорта и оптимизировать управление этим сложным общественным явлением. Думается, ее достижение облегчит раскрытие основополагающих правил, которых необходимо придерживаться тем, кто занят изучением спорта. Эти правила принято называть методологическими принципами (см. таблицу). Главные среди них следующие: конкретизации предмета исследования, историзма (первичности деятельности и вторичности подготовки к ней), системности, деятельности и др. Однако прежде чем раскрывать эти принципы, следует заметить, что в нашей отрасли, именуемой "физическая культура и спорт", первая диссертация, посвященная вопросам методологии [6], была защищена в 1975 г., правда, с большим трудом [17]. Тем не менее поиск в этом направлении был продолжен, и теперь, через двадцать пять лет, можно достаточно четко сформулировать ряд методологических принципов, которых следует придерживаться исследователям в целях проникновения в сущность такого сложного явления, как спорт.

Разделы

Цели

Основные принципы

Методология научного познания в целом

Понять сущность окружающей реальности

Всеобщей связи, движения и развития

Методология науки о спорте

Постичь законы развития спорта, включенных в него людей и общества в целом

Конкретизации предмета, историзма (первичности деятельности и вторичности подготовки к ней), системности, деятельности и др.

Методология конкретного исследования

При решении частной проблемы кратчайшим путем приблизиться к истине



I. Принцип конкретизации предмета исследования. В науках о физической культуре и спорте объектом познания является деятельный человек с его психофизическими, нравственными и другими особенностями, поэтому разные стороны этого объекта привлекают внимание множества наук, которые можно дифференцировать в связи с различием их предметов. Однако если в таких науках, как медицина, биология, психология и другие, этот вопрос решен достаточно корректно, то в педагогике, связанной с нашей отраслью, есть серьезные проблемы. Причем важно подчеркнуть, что нечеткость и расплывчатость предмета исследования не только могут создавать дополнительные сложности, но и затрудняют познание сути явления. Подтвердим сказанное двумя примерами. До середины 70-х гг. представление о предмете физического воспитания как науке, призванной объяснить все происходящее в нашей сфере, было весьма нечетко и противоречиво: от "закономерностей всестороннего развития физических способностей советских людей в целях подготовки их к трудовой деятельности и защите социалистического Отечества" [28, с. 8] и лаконичного "физического воспитания" [29, с. 3] до полного отказа от формулировки понятия "предмет науки" [30] под предлогом диалектического развития самого явления. На это обстоятельство первым обрати внимание В.А. Демин [6,7] и благодаря приложению к человеку занятому разработкой теории деятельности в спорте, доказал наличие достаточно близких, но тем не менее самостоятельных наук, таких, как наука о спорте и наука о физическом воспитании [17, 9 и др.].

Позже Г.Г. Наталов [14] весьма убедительно показал наличие проблемной ситуации в общей теории физической культуры, но из-за неприятия предложенного способа дифференцировки наук, изучающих людей, занятых физическими упражнениями и спортом для повышения качества жизни, и тех, кто стремится к достижению высших результатов в спорте, не смог предложить эффективного выхода из кризиса.

II. Принцип первичности соревнования выдвинул В.А. Демин. Разрабатывая методологию исследования спорта, он писал: "Спортивное состязание (соревнование, игра) генетически старше специализированного процесса спортивной подготовки (тренировки), поэтому методологически оправданным подходом к установлению и констатации основных требований и условий тренировочного процесса может быть признан только путь, приводящий к их познанию через раскрытие закономерностей самого соревновательно о спортивного противоборства" [6, с. 24]. Принцип первичности соревнования лег в основу некоторых направлений науки о спорте, таких, как: изучение так называемой соревновательной деятельности, управление подготовкой спортсменов и ее индивидуализация, моделирование, отбор и др. [15, 16, 10, 27 и др.]. Вместе с тем принцип первичности соревнования, если его рассматривать более широко и трактовать как принцип первичности деятельности и вторичности подготовки к ней, заключает в себе потенциал, позволивший усомниться в справедливости утверждения о том, что спорт вторичен относительно физического воспитания.

К сожалению, все еще бытует мнение [30, 22, 12 и др.], что наши далекие предки вначале выполняли физические упражнения (бег, прыжки, метания и др.), чтобы лучше охотиться и тем самым выжить. Так сложилось физическое воспитание как педагогический процесс. Позже люди, действуя по законам искусства, стали состязаться в выполнении перечисленных упражнений и выявлять сильнейшего - именно тогда, по мнению сторонников этой точки зрения, и возник спорт. "Постепенно, - пишет Н.И. Пономарев, - происходит раздвоение первоначального физического воспитания на два русла: непосредственно утилитарную деятельность и деятельность игровую, служащую проявлением человеческого чувствования. Эта деятельность уже в меньшей степени предназначается для удовлетворения жизненных потребностей, человек в ней творит по законам красоты" [22, с. 94].

Наши с учениками исследования [8, 9 и др.] позволили обнаружить совсем иную картину генезиса элементов физической культуры. Так, в диссертации Н.Р. Ермак читаем: "Мирные противоборства и состязательные игры возникли в недрах родоплеменного сообщества как средство разрешения внутренних индивидуальных и групповых конфликтов. Позже, с осознанием тренируемости психофизических и интеллектуальных способностей, с появлением стандартизации условий противоборства и повышением объективности выявления победителей, они трансформировались в спортивную деятельность. Мирные противоборства и состязательные игры филогенетически возникли раньше, чем процесс тренировки. Поэтому спорт явился предтечей физического воспитания" [8, с. 21-22].

Ведущий теоретик физической культуры Л.П. Матвеев, сторонник анализа спорта с позиции диалектического материализма [30, 13, 32 и др.], развивая идеи Г. Гегеля и К. Маркса, считает, что данная парадигма требует исследования конкретных явлений: "… не только через их рассмотрение в наблюдаемом виде, но и сквозь призму истории их возникновения, становления, развития …" [13, с. 53]. Очевидно, только недооценкой принципа первичности соревнования можно объяснить факт появления и живучести мнения о происхождении физического воспитания на основе физических упражнений как элементе подготовки к труду.

Конечно, данное противоречие объясняется не только непониманием диссертации В.А. Демина или ее дискуссионностью, тем более что разведение "физической культуры и спорта"1 при желании легко свести к обсуждению вопроса терминологических предпочтений. Удивляет попытка отождествить физическое воспитание с трудовым, хотя из теории физической культуры известно, что этого делать не следует, поскольку трудовое воспитание в первобытном обществе осуществлялось непосредственно в ходе совместной охоты и рыбной ловли путем приобщения: "… подрастающих поколений к опыту производственной деятельности с вооружением их трудовыми знаниями, умениями и навыками" [2, с.10] в рамках педагогики, названной Г.Н. Волковым [4] народной. В свою очередь, трудовое воспитание было организационно оформлено только в XVI веке нового времени, тогда как физическое воспитание как педагогическое явление существовало еще до новой эры практически во всех известных цивилизациях Древности [22, 12 и др.], возникнув на базе спортивной, а не трудовой деятельности [8]. Позже, с появлением профессиональной армии, физическое воспитание стало неотъемлемой частью подготовки воинов [30, 12 и др.]. Кроме того, свидетельством происхождения физического воспитания не из трудовой, а из спортивной деятельности является обнародованный в работе Л. Куна факт, что у племен, живущих в условиях, "напоминающих первобытный уровень производственных отношений ,.. физическая культура оказалась в состоянии дать лишь чахлые ростки" [12, с. 33], тогда как мирные противоборства и состязательные игры уже были [8]. Все это вместе взятое позволяет усомниться в заявленной приверженности некоторых исследователей методологии диалектического материализма, но главное заключается в том, что многие полезные начинания [19, 32 и др.], которых мы коснемся в конце статьи, получают серьезное обоснование.

III. Принцип системности. Системное видение сложных явлений корнями уходит в глубокую древность. Однако понадобилось несколько столетий, пока интуитивные догадки мыслителей прошлого о всеобщей связи и взаимозависимости явлений не получили концентрированного воплощения в системном подходе. Это научное течение начиная с середины XX века захватило умы передовых ученых и, несмотря на то что успехи сочетались с серьезными разочарованиями, приобрело статус методологического принципа [1, 21 и др.], пренебрежение которым обрекает исследователя на неудачу.

В науке о спорте встречается два вида работ, в которых этот принцип реализован. К первому относятся исследования, опирающиеся на системные концепции Н.А. Бернштейна, П.К. Анохина, А.Н. Леонтьева и др. Их характеризует использование перечисленных теорий в качестве инструмента планирования эксперимента и анализа полученных данных [16, 5 и др.]. Ко второму виду относятся работы, в которых принцип системности хотя и заявлен [24, 14, 25 и др.], но пока еще идет поиск, как пишет Л.П. Матвеев: "… системообразующих факторов, интегративных связей, объединяющих элементы в целое" [13, с. 55]. На примере вопроса, связанного с дифференциаци ей спорта на достаточно самостоятельные разновидности, покажем, чем различаются эти подходы.

Долгое время спорт разделяли на "любитель ский" и "профессиональный" в соответствии с принятым в Англии и закрепленным в Олимпийской хартии критерием - деньгами, получаемы ми спортсменом за участие в тренировках и за победы в соревнованиях. Пьер де Кубертен в конце своей жизни признался в отрицательном отношении к этому критерию. Он писал: " … мне кажется несерьезной проблема, получает ли спортсмен пятифранковую монету за свое выступление; это то же самое, что считать церковного служителя неверующим из-за получаемой им зарплаты за присмотр за церковью" [11, с. 92]. Кстати сказать, в конце 80-х гг. понятия "любитель" и "профессионал" были исключены из Олимпийской хартии, а спортсменам было предоставлено право самим решать свои материальные проблемы без учета того, кто платит им деньги и за что, несмотря на имеющиеся у современной науки ответы на эти очень важные вопросы [18, 9 и др.]. Думаю, эта невосприимчивость руководства МОКа к научным знаниям и привела к кризису всего движения [18,23 и др.]. Тем не менее дифференцировка спорта продолжалась. Л.П. Матвеев [13] предложил схему, отражающую "структуру социальной практики спорта". При всей своей полноте она показывает не системное, а линейное видение спорта. Об этом говорит отсутствие прямых и обратных связей как отражение относительной замкнутости и организационной соподчиненности, присущей системным объектам.

Совсем иной подход реализуем мы с нашими учениками [8, 9, 19, 20 и др.], рассматривая спорт с позиции теорий А.Н. Леонтьева и П.К. Анохина как сложную управляемую систему. Системообразу ющим фактором различных типов и подтипов спорта являются их социальные функции. На рисунке представлена схема, отражающая типологическую структуру современного спорта. Стрелками показаны прямые и обратные связи между отдельными типами и подтипами. Главным преимуществом подобного взгляда является возможность преодолеть противоречие между спортом для всех и спортом высших результатов, которое, по мнению В.В. Кима, приводит к тому, что: "… в детско-юношеском спорте идет опасный процесс - наблюдается массовая производственная эксплуатация детского труда…" [32, с. 52]. Всего этого можно избежать только при раздельной, как показано на рисунке, организации и управлении различными типами спорта [26,19].

Кстати сказать, уже предприняты некоторые практические попытки выделения в структуре спорта так называемого массового и высших достижений [3], однако этим действиям недостает последовательности и опоры на знания психологии тренеров [9, 19, 26 и др.].

Говоря о реализации принципа системности, следует коснуться последних публикаций А.Б. Суника [24, 25], в которых заявлена попытка системного рассмотрения так называемой олимпийской триады (олимпизм, олимпийские игры, олимпийское движение). К сожалению, автор только вскользь "в орбиту размышлений включает спорт", из-за чего упускает важные стороны объекта изучения. Дело в том, что спорт - это не моноявление. Он состоит из нескольких типов и подтипов (см. рисунок) со своими несовпадающими социальны ми функциями [9]. Более того, олимпийский спорт, будучи системообразующим фактором всей системы (триады), фактически определяет развитие ее элементов. Поэтому для понимания значения олимпийского спорта и его влияния на XX столетие важно было бы обсудить результаты работ Г.Д. Харабуги, Ю.А. Талалаева, Н.Р. Ермак и др., поскольку в них показаны причины, по которым произошла нивелировка понятия "олимпизм", тормозится развитие всего движения, а Олимпийские игры не выполнили своей миротворческой функции и фактически поставлены на грань превращения в комплексный коммерческий турнир.

IV. Принцип деятельности также впервые был выдвинут В.А. Деминым [6]. Суть его сводится к тому, что в психологическом отношении деятельностью можно признать только активность спортсмена, направленную на достижение высшего спортивного результата. Занятия же физическими упражнениями и увлечение спортом для всех является действием в двигательной структуре другой деятельности (учеба, служба, труд и т.п.). Этот принцип послужил основанием для целого ряда направлений в науке и практике спорта, связанных с выявлением общественной пользы высокого спортивного результата, миротворческой функцией олимпийского спорта и экономической целесообразностью коммерческого, пагубностью решения МОКа о допуске представителей последнего на Олимпийские игры [6, 18, 8, 9 и др.]. Более того, пренебрежение этим принципом привело к тому, что спортсмены высокой квалификации (включая и олимпийских чемпионов) по некоммерческим видам спорта (борьба, фехтование, гребля и др.), будучи законодательно [31] утвержденными в статусе спортсменов-любителей (физкультурников), вынуждены становиться так называемыми "подснежниками". И дело не только в том, что гордость российского спорта, его маяки фактически лишены этого высокого предназначения, как люди, занятые одним делом, а получающие деньги за другое, фактически не выполняемое. Главное в том, что подобная практика безнравственна, а порой и сопряжена с нарушением законов.

Напрашивается правомерный вопрос: что принципиально нового получают теория и практика спорта благодаря использованию перечисленных принципов? Ответ содержится в упомянутых публикациях. Все же подчеркну главное.

Наша отрасль получает методологически выверенные знания и основания для дальнейшего совершенствования теорий спорта, физического воспитания, физической культуры и возможность снять справедливый упрек Г.Г. Наталова [14] о кризисе теории в нашей отрасли. Будет очевидной роль спорта как системообразующего фактора физической культуры, а следовательно, появится возможность распространить идею В.К. Бальсевича [32] о "спортизации физического воспитания в общеобразовательной школе" на всех россиян, независимо от их возраста, способностей и социального статуса, с тем чтобы поднять физическую культуру нашего народа на высоту, достойную цивилизованной нации.

Философ Г.А. Подкорытов по близкому поводу писал: "Принцип исторической соподчиненности требует, чтобы то, что было исторически первым, в действительности находилось бы на первом месте и в научном изложении конкретного знания" [21, с. 149]. Думаю, восстановление исторической справедливости поможет усилить гносеологический авторитет диалектического материализма, пошатнувшийся из-за декларативного и формального его применения в науках о культуре тела и духа.

Особо следует подчеркнуть возможность совершенствования законодательной основы российского спорта путем признания юридического статуса профессионального спортсмена за представителями не только чисто коммерческих видов (футбол, бокс, хоккей, теннис и др.) [31], но и всех остальных, в честной борьбе демонстрирующих предельные психофизические и интеллектуальные возможности ради мира на Земле (Олимпийские игры) или расширяющих представление о генофонде России (олимпийские, коммерческие и некоммерческие подтипы спорта высших результатов).

Список литературы

1. Анохин П.К. Принципиальные вопросы общей теории функциональных систем. М., 1971. - 61 с.

2. Антология педагогической мысли /Собр. соч.: В 3 т. Т.1. Прогрессивная зарубежная педагогическая мысль о трудовом воспитании и профессиональной подготовке /Сост. К.И. Салимова, Г.Б. Корнетов. - М.: Высшая школа, 1988. - 447 с.

3. Бауэр В.Г., Никитушкин В.Г., Петров А.Н. Основные принципы построения системы подготовки спортивного резерва в Российской Федерации. - М.: Советский спорт, 2000. - 36 с.

4. Волков Г.Н. Этнопедагогика. Чебоксары, 1974. - 375 с.

5. Давыдов В.В. Взаимосвязь идей научных школ Л.С. Выготского и Н.А. Бернштейна//Теор. и практ. физ. культ. 1996, №11, с. 10-12. 

6. Демин В.А. Методологические вопросы исследования спорта в аспекте теории деятельности: Автореф. канд. дис. М., 1975. - 26 с.

7. Демин В.А. Рецензия на сборник научных трудов /Социально-педагогические проблемы физической культуры и спорта. Малаховка, 1988, с. 3-11.

8. Ермак Н.Р. Единство и многофункциональность спорта: Автореф. канд. дис. М., 1999. - 25 с.

9. Ермак Н.Р., Пилоян Р.А., Суханов А.Д. Кому нужны чемпионы… - М.: Изд-во МГАФК, 1999. - 159 с.

10. Игуменов В.М., Пилоян Р.А., Туманян Г.С. Понятие "модель спортивного противоборства", его научный и практический смысл // Теор. и практ. физ. культ. 1986, № 9, с. 24-26.

11. Кубертен П. Олимпийские мемуары. - Киев: Олимпийская литература, 1997. - 179 с.

12. Кун Л. Всеобщая история физической культуры и спорта. - М.: Радуга, 1982. - 399 с. 

13. Матвеев Л.П. Общая теория спорта: Учеб. кн. для завершающих уровней физкульт. образования. - М.: 4-й филиал Воениздата, 1997. - 304 с.

14. Наталов Г.Г. Эволюция научных представлений об объекте и кризис общей теории физической культуры //Теор. и практ. физ. культ. 1998, № 9, с. 40-42.

15. Новиков А.А., Пилоян Р.А. Некоторые пути повышения эффективности спортивной науки // Теор. и практ. физ. культ. 1976, № 12, с. 44-48.

16. Пилоян Р.А. Индивидуализация подготовки спортсменов в видах единоборств: Автореф. докт. дис. / ГЦОЛИФК. М., 1985. - 50 с.

17. Пилоян Р.А. Демин В.А. - ученый и человек. Малаховка, 1995. - 69 с.

18. Пилоян Р.А. Ошибки П. де Кубертена и его последователей //Теор. и практ. физ. культ. 1996, № 2, с. 4-5.

19. Пилоян Р.А., Суханов А.Д. Модель раздельного управления спортом для всех и спортом высших результатов // Теор. и практ. физ. культ. 1999, № 12, с. 26, 39-42.

20. Пилоян Р.А., Суханов А.Д. Физическая культура как объект познания в аспекте психологической теории деятельности // Теор. и практ. физ. культ. 2000, № 11, с. 40-45.

21. Подкорытов Г.А. О природе научного метода. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1988. - 224 с.

22. Пономарев Н.И. Возникновение и первоначальное развитие физического воспитания. - М.: ФиС, 1970. - 248 с.

23. Расследование на Капитолийском холме. (Сенатские слушания в Конгрессе США по проблемам коррупции в олимпийском движении. Вашингтон, 15 декабря 1999 г.) //Спорт для всех. 2000, № 1, с. 4-18.

24. Суник А.Б. XX век и олимпийская триада: диалектика взаимосвязей// Матер. Международного форума "Молодежь-Наука-Олимпизм". М., 1998, с. 239-241.

25. Суник А.Б. XX век и олимпийская триада // Теор. и практ. физ. культ. 2000, №6, с. 2-8.

26. Суханов А.Д. Место, роль и перспективы федераций по видам в развитии спорта//Теор. и практ. физ. культ. 1999, №9, с. 31-33.

27. Современная система спортивной подготовки / Под ред. Ф.П. Суслова, В.Л. Сыча, Б.Н. Шустина. М., 1995. - 446 с.

28. Теория физического воспитания /Под общ. ред. Г.И. Кукушкина, П.И. Жукова, И.М. Коряковского. - М.: ФиС, 1953. - 459 с.

29. Теория физического воспитания / Под общ. ред. И.М. Коряковского. - М.: ФиС, 1960. - 404 с.

30. Теория и методика физического воспитания. Т.1 / Под общ. ред. А.Д. Новикова, Л.П. Матвеева. М., 1967. - 398 с.

31. Федеральный закон о физической культуре и спорте в Российской Федерации. М., 1999. - 56 с.

32. Философия и социология спорта в XXI веке/ "Круглый стол" журнала "Теория и практика физической культуры" // Теор. и практ. физ. культ. 2000, № 6, с. 46-55.

33. Р.А. Пилоян, доктор педагогических наук, профессор. Методология познания спорта и оптимизация управления им.