Джуния

Джуния (Ливан)

Ливан — небольшое государство на Ближнем Востоке площадью чуть больше 10 тысяч квадратных километров. Это всего четверть Московской области! Однако в религиозном отношении Ливан — необычайно разнообразная страна. Еще со времен Византийской империи здесь находили убежище представители неканонических течений в христианстве (например, марониты) и в исламе (друзы). Сейчас здесь почти два десятка разных общин и ни одну из них нельзя назвать преобладающей.

За свою историю страна пережила много конфликтов на религиозной почве. После провозглашения независимости Ливана в 1943 году была принята конституция, которая должна была покончить с противоречиями между конфессиями. С того времени пост президента обязательно занимает христианин-маронит, премьер-министра — суннит, а спикера парламента — шиит.

Однако в 1975 году здесь вспыхнула война между христианами и мусульманами. Она была следствием арабо-израильского конфликта. Военные действия длились до 1992 года, когда наконец был заключен мир. Теперь разные конфессии прекрасно ладят между собой, во всяком случае, так говорят ливанцы.

У подножия статуи Санта-Марии раскинулся город Джуния, которому покровительствует богородица. В нем живут католики, марониты, люди православной веры, а также мусульмане. Типичная картина для Ливана, где на четыре миллиона человек — 17 разных конфессий. Кстати, Санта- Марию здесь называют на арабский манер Хариссой.

Собственно, Харисса — это арабское название горы, на которой в конце позапрошлого века воздвигли пятнадцатитонную статую. Как ни странно, христианской Деве Марии поклоняются и мусульмане. И не только местные. Например, эти паломники приехали сюда из Ирана.

Улицы ливанских городов выглядят не так, как в других странах Ближнего Востока, где ислам — главенствующая религия. Женщины одеты и накрашены вполне по-европейски. Но главная неожиданность — обилие как рекламы спиртных напитков, так и их самих. Причем стоят они дешевле, чем у нас. Граждане других государств Ближнего Востока, где запрещен алкоголь, приезжают в Ливан, что называется, расслабиться и попробовать знаменитого местного арака.

Секретами изготовления самого крепкого арака владеют представители крупнейшей христианской общины Ливана — марониты. Свое название марониты получили от имени сирийского аскета Марона, который жил в конце IV, начале V века. По сути, церковь маронитов — ответвление римско-католической церкви. Они признают верховенство Папы, но имеют собственного патриарха.

Дому маронита Фэриса в деревне Раем — 300 лет, по крайней мере задней стене точно исполнилось три столетия. В этой местности ремонт часто сопровождается реставрацией — все здания имеют историческую ценность, по крайней мере, для хозяев.

Дворы маронитов традиционно запираются вот такими низкими воротцами. Пройти мне, во всяком случае, очень не легко. Это делалось для того, чтобы всадник на лошади не мог заскочить во двор, как случалось во время турецкого нашествия.

Если жители Раема сохраняют память о турецких нашествиях XVIII века, то что говорить о гражданской войне, которая закончилась не так давно.

Фэрис — житель деревни Раем, нам рассказал: «Война началась из-за палестинцев, вернее, организации ООП. Они обосновались в Ливане и начали сеять рознь, требуя от местных мусульман встать на борьбу с неверными. Это были страшные годы, но теперь мы покончили с религиозными распрями. Война сделала нас умнее».

Один из центров духовной жизни маронитов — монастырь святого Шарбеля, построенный высоко в горах, в необычайно живописном месте. Шарбеля здесь очень почитают, его изображение есть в каждом маронитском доме. При жизни будущий святой слыл человеком благочестивым, а через несколько месяцев после смерти в 1898 году возле его могилы верующие стали наблюдать чудесное свечение. Могилу вскрыли, и тут выяснилось, что тело осталось нетленно. Мощи святого ныне хранятся в стенах монастыря. Считается, что они помогают страждущим исцелиться от болезней.

Те, кто не могут посетить монастырь, отправляют святому Шарбелю письма. Корреспонденция приходит со всего света. Больше всего писем из Америки. К гробу святого верующие бросают деньги, а на стенах царапают пожелания, хотя это и запрещено.

Это дверь в гробницу святого Шарбеля, верующие здесь оставляют надписи. В смысл некоторых проникнуть невозможно, в смысл других достаточно легко: вот здесь отчетливо читается СССР. Надписи встречаются самые разные. Здесь и просьбы о помощи, и признания в любви…

Во время гражданской войны многие монахи были на передовой. Конечно, оружия в руки они не брали, а помогали раненым и нуждающимся в утешении.

Отец Томмус Нехме, настоятель: Я не очень сведущ в политике, но знаю, что война — это большое зло. Здесь, в монастыре, мы молимся за всех ливанцев, независимо от их веры.

Чудеса случаются не только в Монастыре святого Шарбеля. В прошлом году чудо произошло в деревне Башуат, и носило оно, если так можно выразиться, христианско - мусульманский характер.

Однажды возле этого христианского храма сломалась машина, в которой ехала мусульманская семья. Пока взрослые возились под капотом, маленький мальчик забежал в церковь. И тут с ним заговорила статуя Девы Марии. Она рассказала мальчику, как молятся христиане. Когда родители пришли за сыном, они увидели, что статуя мироточит, плачет кровавыми слезами. С тех пор мироточение повторялось неоднократно, и церковь стала местом паломничества не только для христиан, но и для мусульман.

Кстати, машина, на которой приехали первооткрыватели чуда, починилась как бы сама собой, и семья продолжила свой путь...

Дороги в Ливане довольно хорошие и перемещаться по стране удобней всего на автомобиле. На перекрестках часто можно увидеть распятия, статуи святых и небольшие часовенки. Святые покровительствуют даже отдельным строениям. Вот, например, дом имени святого Илии, рядом — сам святой Илия.

Наиболее загадочная религиозная община Ливана — друзы. Они очень неохотно рассказывают о своей религии и считают ее совершенно секретной.

Кстати, по дороге к Батлун, деревню друзов, лежит христианское поселение Дэйр-Камар — живое свидетельство того, что отношения между друзами и христианами не всегда складывались гладко. В 1860 году друзы вырезали почти все население Дэйр-Камара.

Во время резни 1860 года одному жителю удалось спастись, он спрятался в камине и просидел там 3 дня. Остальных жителей друзы выбрасывали из окон и те разбивались на мостовой.

Сегодня, как уверяют местные жители, никаких конфликтов с соседями не возникают, однако на всякий случай почти в каждом доме есть оружие.

Тайну вероисповедания друзов никто в Дэйр-Камаре нам разгадать не помог — одни не хотят разговаривать на эту тему, другие склонны считать их христианами, только необычными. Хотя, казалось бы, соседи — деревня друзов находится в получасе езды отсюда.

Хоть это и юг, но в горах Ливана бывает довольно холодно. Кругом лежит снег. Друзы — все-таки мусульмане, но действительно необычные. Известно, что они верят в переселение душ, помимо Корана почитают Новый Завет, а также собственные священные книги. Считается, что друзы достаточно близки к шиитам, но их учение вобрало в себя элементы многих других религий.

Жизнь друзов подчинена строгим правилам, особенно это касается шейхов — истово верующих. Шейха легко опознать по необычного покроя штанам и белой шапочке. Им запрещено вступать в брак вне общины, тогда как простые друзы иногда женятся на христианках. Многоженство здесь не практикуют.

Ливан — это действительно страна четырех сезонов. В 10 минутах езды отсюда стоит теплая ясная погода, а здесь, в селении друзов, довольно прохладно, даже есть снег.

Я побывал в гостях у главы общины Батлун шейха Юсефа:

— Шейх Юсеф, я видел, что у всех друзов маленькие шапочки, а почему у вас такая большая?

— Чем больше шапочка, тем важнее шейх, шапочка — это свидетельство чистоты помыслов.

Старейшина Юсеф. Ему 90 лет. Шейхи такого ранга пользуются здесь огромным уважением.

— Мы уважаем христиан и всех, кто верит в других богов. С соседями у нас отличные отношения, делить нам нечего.

За то короткое время, что я пробыл в горах, понять, что люди в действительности думают друг о друге, тяжело, но очевидно одно — здесь стараются избегать любых конфликтов на религиозной почве.

Если в деревнях у религиозных общин есть хотя бы иллюзия обособленности, то в городах ситуация другая. Здесь все перемешалось.

А в самом центре столицы, где во время гражданской войны шли самые жаркие бои между мусульманами и христианами, церкви и мечети строятся теперь буквально стена к стене.