Имена русских князей как отражение этапов становления Российского государства

Имена русских князей как отражение этапов становления Российского государства






Введение



Проект рассказывает о великих русских князьях, которые внесли огромный вклад в развитие Руси, и благодаря которым в XV веке Русь превратилась в сильное, независимое, централизованное государство.

Имена этих князей мелькают в учебниках по родной истории, вскользь говорится об основных направлениях их политики. Но этой информации недостаточно для того, чтобы оценить влияние внутреннего и внешнеполитического состояния страны, личных качеств князя, его окружения, наконец, воли Случая на принятие того или иного политического решения. В то же время это имеет огромное значение, ведь тогда по ступенькам выстраивалось Русское государство! Поэтому цель проекта не просто упомянуть заслуги первых русских князей, но и отметить роль различных факторов, повлиявших на политику князя, а также масштабы его деятельности.

Проект состоит из описания событий, не перешагнувших рубеж XVI века, но имеет большую актуальность в новейшую эпоху, когда буквально каждое десятилетие в мире происходят глобальные изменения прямо на глазах у современника. Нельзя забывать и то, что Древняя Русь – это прочная основа современной России, источник самосознания русского человека, гордости за свой народ. Важно знать своё прошлое, ведь без прошлого не может быть будущего.






1. I этап. 862 год



Первым и основополагающим этапом становления Российского государства стало объединение ряда славянских племен (кривичи, весь, чудь, новгородские славяне и др.) под властью Рюрика (862–879) в одно государство, названное Русью. Великую значимость этого события подтверждает тот факт, что оно ярко отражено в «Повести временных лет», написанной 300 лет спустя. Тем не менее, очевидно, что о событии такой давности мало точных данных. В отдельных работах разных историков, а иногда и одного историка много искаженных фактов, несоответствий; это важнейшее для русской истории событие изложено в форме эпического сказания, в чем-то даже шаблонной легенды.

С образованием Руси связано две теории: норманнская (Байер, Шлецер, Погодин, Круг, Куник, Василевский) и антинорманнская (Ломоносов, Венелин, Морошкин, Гедеонов, Иловайский). Трудно отдать предпочтение одной из них за отсутствием достаточного количества фактов. Тем не менее, стоит задуматься над причинами, приведшими к образованию Руси.

Славяне новгородские, кривичи, весь и чудь отправили посольство за море, к варягам руси, сказать им: земля наша велика, а порядка в ней нет – идите княжить и владеть нами. Слова простые краткие и сильные! Братья, именем Рюрик, Синеус и Трувор, знаменитые или родом или делами, согласились принять власть над людьми, которые, умев сражаться за вольность, не умели ею пользоваться. Так трактует отрывок из летописи Нестора Н.М. Карамзин («История государства Российского, Том I, глава IV). Трудно сказать, что в этом повествовании правда, а что – выдумка. В древних летописях находим урывочные сведения о том, что до 862 года эти племена будто бы платили дань варягам, потом изгнали их и, в конце концов, по совету новогородского старейшины Гостомысла, позвали их на свою землю княжить. Но вряд ли столько событий могло произойти за столь короткий период (2–3 года). Но то, что Рюрик – реальный человек, имевший власть над некоторыми славянскими племенами, бесспорно, хотя о его прошлом практически ничего не известно. Сначала Рюрик правил в Ладоге. Существует даже предположение о том, что он выходец именно из этой земли. Но по смерти братьев он переселился в Новгород, причем в тот, который был отстроен специально для князя, а не первый – древний Новгород. Братья Рюрика – Синеус и Трувор – окутаны еще большей тайной. Многие историки небезосновательно сомневаются в их существовании. Во-первых, они очень призрачно проскользнули в русской истории, умерли через два года после призвания варягов, как гласит летопись. Во-вторых, после тщательного изучения языка, на котором говорили варяги, было обнаружено, что Синеус (сине хус) как нарицательное существительное означает «свой дом», а Трувор (тру воринг) – «верная дружина». Т. е., вполне возможно, что Рюрик пришел на Русь не с братьями, а с домом и дружиной.

Еще более сложны и противоречивы вопросы о происхождении восточных славян, уровне их жизни и степени подготовленности к объединению в одно государство.

Во II веке н.э. славяне выделились из индоевропейской семьи и поселились в Карпатах. Обитали они там в рамках первобытнообщинного строя, а их многочисленные набеги на Византию сравнивались с набегами готов и гуннов. Тем не менее, уже тогда время от времени формировались военные отряды, подчиненные власти одного предводителя.

В VI веке славяне разделились на 3 ветви, и восточные славяне стали заселять территорию Русской равнины. Интересно, что в исторических документах конца VI–VII веков имя славян совсем не фигурировало, но часто упоминалось племя дулебов. Оказалось, что в тот период дулебы, или волыняне имели власть над другими восточнославянскими племенами, т.е. существовало Государство волынян.

VI–IX века – это период естественного перехода восточных славян от первобытнообщинного общества к классовому. Он ознаменовался возникновением неравенства – возвышению одних относительно других. Само неравенство было вызвано появлением излишка продуктов и неравномерным распределением захваченной добычи. Так или иначе, еще до 862 года у восточнославянских племен имелись зачатки государственности.

Доказательства этому:

Появление крупных племенных союзов;

Наличие княжеской верхушки.

Таким образом, государственность на Руси была подготовлена восточными славянами. Более того, с течением времени круг норманнистов редеет. Но нельзя отрицать и то, что личность Рюрика стала связующим звеном для далеко не мирных и не спокойных восточнославянских и угро-финских племен, опорным толчком в переходе к качественно новой ступени развития, символом высшей власти. 



2. II этап 882 год



В 882 году произошло одно из самых значимых для истории России событий – образование Киевской Руси. Это событие на несколько веков определило центр и опору Русского государства.

Предпосылок для движения в сторону Киева было много. Во-первых, этот город был последним пограничным постом перед степями, заполоненными печенегами, т.е. должен был служить защитой для всех русских земель. Во-вторых, если Новгород находился на северной части пути «из варяг в греки», то Киев – на южной. Прочная связь между Новгородом и Киевом означала для Руси контроль над важнейшим в те времена торговым путем. Кроме того, Киев имел выгодное геополитическое положение (находился на холме при слиянии двух рек) и благоприятный климат. Но до появления такой легендарной в древнерусской истории личности, как князь Олег (879 – 912), Киев был простым городом, не связанным с Севером.

Олег пришел к власти после смерти Рюрика в 879 году на правах его родственника (по некоторым источникам, шурина). За 33 года своего правления он смог сделать многое, что укрепило государственность на Руси. В 882 году он организовал поход на Киев. Этот поход был предпринят не с целью грабежа, а с широким политическим смыслом – расширением Руси.

В летописи изложена интересная легенда о захвате Олегом Киева. Многочисленное войско Олега подошло к Киеву и притаилось, а Олег, представив себя и свою дружину купцами, попросил выйти к нему Аскольда и Дира – киевских князей. Как только князья вышли, они были окружены дружинниками и убиты. Олег как родственник Рюрика стал киевским князем. Киевляне, конечно, не имели возможности противостоять могущественному князю и его многочисленной дружине. По этой легенде видно, что Олег – князь-захватчик и неплохой военный предводитель.

За годы своего правления Олег присоединил к Руси племена полян, северян, радимичей и древлян и смог сохранить над ними власть. Надо отдать должное князю в том, что многие из этих племен были подчинены ненасильственным путем: раньше они платили дань хазарам, а Олег предложил им впредь платить эту же дань Руси, на что они и согласились.

Внешняя политика Олега не ограничивалась колонизацией земель и защитой от соседей. В качественно новой ипостаси проявилась она в отношении Византии. Первый поход на Византию Олег совершил в 907 году, и он оказался чрезвычайно удачным. Олегово войско в несколько раз превышало византийское, а византийский император Леон, прозванный Философом, почти не интересовавшийся государственными проблемами, плохо организовал оборону. Окрестности Константинополя быстро опустошались русскими. По легенде, русские воины подняли лодки и сушей пошли к городским воротам. Испуганные жители Царьграда стали просить о мире. Договор между Русью и Византией стал, пожалуй, главным приобретением Руси в этой войне, а также дипломатическим прогрессом государства. Он предусматривал вакантное положение для русских купцов в Византии, включавшее обеспечение их жильем и пропитанием и беспошлинную торговлю. В знак примирения победителям были высланы съестные припасы в виде мяса, рыбы, овощей, вин. Но Олег догадался, что щедрые дары, вероятно, отравлены, и приказал не прикасаться к ним. Этим, а также блеском своих побед и изобилием привезенной из Византии роскоши Олег снискал славу прекрасного полководца и мудрого – вещего – правителя.

Деятельность Олега как великого князя многогранна и успешна. Думаю, уже в 882 году, захватив Киев, притом не являясь ни прямым наследником Рюрика, ни его кровным родственником, он продемонстрировал амбициозность, авантюризм, лидерские задатки и самовластие. Эти качества прошли через всю его деятельность. Олег, действительно, был великим князем, потому как сохранил еще шаткий каркас русской государственности, не позволив распасться непрочному союзу племен, и, кроме того, развил на Руси эту государственность. «Словом, он был создателем русско-славянской независимости и силы», – пишет С.Ф. Платонов. «Эти факты подтверждает и народ: Вещий Олег стал героем множества легенд, песен и сказаний.



3. III этап. 988 год



В X веке Русь уже была целостным монархическим государством. Но племена, входившие в её состав, оставались замкнутыми объединениями, плохо сообщающимися друг с другом и с высшей властью. Это было обусловлено, как их экономическим укладом (традиционная экономика, натуральное хозяйство), так и природно-географическими условиями (отдалённость друг от друга, многообразие природно-климатических условий и видов деятельности). Невозможно было перешагнуть через эти особенности Древней Руси, но можно было найти новые факторы её объединения. Важнейшим таким фактором стало введение на Руси единой христианской веры.

О христианской вере на Руси знали очень давно вследствие тесного сотрудничества с Византией. Многие люди, побывавшие в Константинополе, главным образом варяги, обращались в христианство. Но первым человеком, политически осмысленно обратившимся к этой вере, стала княгиня Ольга (945–964). Ольга многое сделала для объединения славянских племён. Во-первых, в ходе реформы налогообложения она укрепила внешнюю власть, введя погосты – центры сбора и хранения дани и обслуживания дружинников. Во-вторых, она, осознав роль единой религии в процветающий Византии, в 957 г. Приняла христианство сама и пыталась склонить к этому сына Святослава, правда безуспешно. «Великие князья, до времён Ольгиных воевали – она правила государством», – пишет о княгине Н.М. Карамзин. И, действительно, именно её политика стала основой для дальнейшей христианизации Руси.

Теперь необходимо остановиться на причинах, побудивших Владимира (980–1015) крестить Русь. Князь видел необходимость духовного и идеологического объединения русского народа. Язычество не отвечало этой необходимости. Это объясняется тем, что каждое племя имело, в зависимости от климатических условий и рода деятельности, своих богов, веками почитаемых и вросших в уклад жизни славян.

Язычество в каждом племени имело свои архаичные формы. В 983 г. Владимир попытался сделать языческую веру государственной религией, был создан пантеон языческих богов, повсеместно поставлены идолы Перуну, участились случаи жертвоприношения, в том числе и человеческого. Словом, из язычества были выжаты все соки, но это лишь подчеркнуло его бледность и несостоятельность в сравнении с религиями соседних стран. Реформа не выполнила ни внешнюю функцию – укрепление международного престижа, ни внутреннюю – идеологическое единство народа.

Тогда Владимир обратился к религиям высшего порядка. Летопись рассказывает о посещении Владимира послами из Хазарского каганата, Волжской Булгарии и Византии, проповедовавшими соответственно иудизм, магометанство и восточное христианство. Иудизм и магометанство были очень быстро отклонены, главным образом потому, что Хазарский каганат и Волжская Булгария были к тому времени очень ослаблены, причём именно русским князем Святославом. Сыграл роль также и диссонанс нравов и обычаев этих стран со славянскими (например, запрет пить вино в магометанстве никак не состыковывался со славянскими обычаями). Эти две веры не обещали ни внутренней стабилизации, ни возвышения международного авторитета Руси.

Перед Владимиром встал тогда вопрос о принятии одной из ветвей христианства: западной (будущее католичество) или восточной (будущее православие). Они имели ряд преимуществ по сравнению с остальными. Во-первых, христианство в любой своей ипостаси – это религия, насыщенная пышными, торжественными обрядами, составная и неотъемлемая часть культуры, обогащающая и наполняющая ее смыслом. Во-вторых, христианство определяло верховного правителя, в том числе князя, как помазанника божьего, т.е. его богом данная власть не могла быть оспорена. Священное писание, предложенное христианством, также отвечало необходимости наладить внутренний порядок в государстве посредством нравственных постулатов. Очень значимый аргумент в пользу христианства – это возможность его постепенного вплетения в славянскую – языческую культуру. Переход к новой религии должен был неминуемо привести к разрушению устоев, на которых веками строилась жизнь восточных славян. Христианство же свело эти разрушения к минимуму. Многие языческие обряды просто-напросто плавно перетекли в христианские праздники, а многие библейские персонажи переняли функции языческих богов (Перун – Илья-пророк, Велес – Всеслав и т.д.).

Остаётся лишь решить, почему выбор Владимира склонился к восточному христианству. На это было несколько причин:

Восточное христианство было религией Византии – эталона сильного централизованного государства того времени, тогда как западное – религией европейских государств, находившихся на пике феодальной раздробленности, а потому – ослабленных. Конечно, для Руси была выгодна именно преемственность Византии;

Ввиду очень тесных экономических, политических и культурных связей с Византией, русские люди, особенно купцы, были знакомы с восточным христианством. Многие из них, особенно варяги, крестились. Для них в Киеве еще до крещения стояли православные храмы. Летописи рассказывают о выступлениях крещенных варяг, прилюдно осуждающих язычество;

Важная политическая причина заключается в том, что западное христианство во главе с Папой олицетворяло могущественную власть Церкви, претендующую на возвышение над светской властью, а в восточном христианстве власть распространялась на духовные сферы общества, не затрагивая политических. К тому же, принятие западного христианства означало обретение очень сильной зависимости от папы Римского, а принятие восточного давало больше свободы;

Были и технические причины. Например, в западном христианстве службы должны были проводиться только на латыни, что в несколько крат усложнило бы приживание новой веры среди славян. Восточное христианство, напротив, допускало богослужение на национальных языках.

Таким образом, восточное христианство оказалось наиболее подходящей для принятия на Руси религией. Владимиру оставалось решить, как именно принять преемственность от Византии, не став в глазах других держав низкопоклоннической страной. Князь придумал необычный политический ход. В 988 г. Он собрал поход и направился к греческому городу Корсунь (Херсон). Город долго держался, но в конце концов (как сообщает летопись, по предательству некоего грека Анастаса) пал. За свою победу Владимир потребовал у Византийского императора выдать за себя замуж его сестру Анну. На этот брак было дано согласие, и, как сообщает ряд источников, Владимир крестился в Корсуни и там же женился на Анне. Этот эпизод иллюстрирует христианство, принятое от Византии, как военный трофей. Даже среди предметов, захваченных из Херсона, большинство представляло собой памятники христианской культуры (иконы, мощи, т.д.).

Христианство было принято при Владимире, Но это не значит, что это только его заслуга. Хотя князь и известен в истории как Красное Солнышко и Креститель, его характер и нравы были далеки от христианских постулатов. У Владимира было много жён, и летописи пестрят историями об их несчастных судьбах (например, судьба брошенной Рогнеды, впоследствии Гориславы). Для князя было характерно чревоугодничество: известно, что он постоянно устраивал пиршества, длившиеся по несколько недель. И именно Владимир попускал случаи человеческого жертвоприношения в начале своего правления. В летописи читаем, что, крестившись, Владимир чудесным образом изменился в характере, но очевидно, что христианство на Руси было введено не по прихоти князя, а по необходимости, в результате со временем сложившийся социально-политической ситуации. Если до середины X века единство Руси поддерживала внешняя опасность, то впоследствии, особенно с усилением местной власти, этого стало недостаточно. Единая монотеистическая вера стала одним из важнейших связующих звеньев в достижении единства Руси.

Христианская вера во многом определила дальнейший путь развития Русского государства и, несмотря на то, что долго и не всегда гладко приживалась среди славян, прочно вошла в их жизнь. На долгие века христианство определило политику русского государства, особенно ярко выраженную в протекции славянских народов Балканского полуострова. Безусловно, христианство дало поддержку монархическому строю за счёт мощного института Церкви. Оно ярчайшим образом отразилось и на русской культуре в виде великолепных храмов (Софийский собор, Церковь Успения, Богородицы и др.), Шедевров иконописи (творчество А. Рублёва), литературных произведениях («Устав Мономаха», «Домострой» Сильвестра). Принятие христианства стало шагом при переходе от примитивного государства с полудиким народом к единому централизованному государству, стоящему на равных с остальными. Но, пожалуй, главная роль христианства проявилась в период феодальной раздробленности. Когда Русь разделилась на множество княжеств с различными политическими структурами, соотношениями власти, основами экономики, интернациональными связями и культурными ценностями, христианство стало одним из немногих факторов, сплачивающих государство и сохраняющих в сознании людей понятие о единстве русского народа.



4. IV этап 1054



В XI веке княжеская власть получила новую – законодательную надстройку. Именно в этот период на Руси появился первый писаный свод законов – «Русская правда». Историки расходятся во мнениях о том, кто сформулировал ее статьи, но большинство предполагает, что начало русскому законодательству положил Ярослав Мудрый (1019–1054), причем он стал автором лишь одной из многих ее частей – «Краткой правды», позднее дополненной и переизданной его последователями.

Главный вопрос, который хотелось бы поставить в этой части исследования: какую роль «Русская правда» сыграла для государственного аппарата и для Киевской Руси в целом?

Как и любой ранний свод законов, «Русская правда» стала отражением обычного права, но она включала в себя принципиально новые черты, отражающие дальнейшее усиление государственного аппарата:

«Русская правда» стала основой судопроизводства. Она досконально определила виды наказаний за разного рода преступления. Как один из пережитков родоплеменного строя сохранялась кровная месть и своды. Но кровная месть («восстание род на род») ограничилась узким кругом родственников. Наказанием для большинства преступников стали штрафы – так называемая вира, выплачиваемая князю или истцу. Введение системы штрафов позволяло сохранить часть здорового населения, а также пополнить казну. Что же касается сводов (поисков виновного через проверку и опрос людей), то они стали заменяться судебными процессами, где важную роль играли ябедники, вирники и метельники (судьи). Хотелось бы отметить, что пережитки общинного строя, выгодные для князя, сохранялись неизменными. Например, за преступление, совершенное вором-членом общины в случае его бегства должна платить вся вервь.

«Русская правда» ярко отразила сложившуюся ко второй половине XI века иерархическую лестницу. Именно из этого документа можно узнать о способах впадения в зависимость, об обязанностях и привилегиях различных сословий. Привилегированными сословиями были князья, огнищане, бояре, высшее духовенство, поэтому именно эти сословия создавали крепкую основу княжеской власти и участвовали в подчинении простого населения. «Правда Ярослава» подчеркнула неравенство людей системой штрафов: вира за убийство именитого боярина составляла 80 гривен, за убийство людина (простого человека) – 40 гривен, за убийство жены людина – 20 гривен, а за непреднамеренное убийство холопа – лишь выплата его цены хозяину. Это демонстрирует сугубо патриархальный строй того общества. Женщина переставала быть наследницей имущества (если не была указана в завещании) и вообще ценилась меньше, чем мужчина. Рабство также было патриархальным: раб считался младшим членом семейства, и всю ответственность за его действия нес его хозяин.

Если вчитаться в «Русскую правду», то становится очевидным, что ее статьи составлены не столько в интересах народа, сколько в угоду князю. Действительно, если пострадавшему преступник выплачивал 3 гривны, то князю – 12!, и такое соотношение было в порядке вещей. Если у покойника не оставалось близких родственников, то его имущество становилось собственностью князя.

Благополучие князя и всей Руси зависело от внешней торговли и отношений с другими государствами. Поэтому особое, вакантное положение имели купцы и чужестранцы. Их тяжкие обвинения могли быть подкреплены свидетельствами двоих человек, а не семи, как обычно. В то же время, их можно было обвинить только с помощью семи свидетелей. В мелких преступлениях, где обвинялся именитый купец, достаточно было его присяги, чтобы снять обвинение. Т. е. уже в те времена появились истоки протекционистской политики государства в пользу экономики.

Святыней для Руси была земля, поэтому государство облагало очень большими штрафами нарушителей межевой границы (12 гривен за сруб межевого столба). За вредительство в промысловой сфере штрафы также достигали нескольких гривен.

Считается, что при Ярославе Мудром были созданы лишь 43 статьи («Краткая правда»), но, тем не менее, именно они стали первым на Руси законодательным актом, впоследствии продолжившимся «Правдой Ярославичей», «Уставом Мономаха», «Судебником и т.д. Именно этот сборник законов впервые узаконил иерархическое деление, неравенство и могущество княжеской власти, сильно оттолкнув Киевскую Русь от пережитков родоплеменного строя.



5. V этап



Динамичному развитию Руси под руководством талантливых князей суждено было прерваться на несколько веков – веков, в которые царили произвол монголо-татар и княжеские междоусобицы. Трудно было вырваться из болота, в которое затянули Русь два этих фактора. Но наше государство все-таки пришло к объединению, и заслуга в этом принадлежит московским князьям.

До XIV века Москва оставалось маленьким пограничным княжеством, но в XIV веке ситуация стала меняться. Началось возвышение Москвы. Один из важнейших вопросов русской истории заключается в том, почему именно неприметная доселе Москва стала собирательницей русских земель, не Владимир, не Тверь, не Рязань? В причинах этого определяющего для русской государственности события я и попытаюсь разобраться.

Первая причина – это выгодное экономико-географическое положение города. Москва занимала срединное положение относительно остальных княжеств: Смоленского, Рязанского, Тверского. Ее почти не затрагивали набеги со стороны монголов, а также Ливонского Ордена: весь удар принимали на себя окраинные княжества. Поэтому Московское княжество активно развивалось и стало главным пунктом поселения колонистов, двигавшихся на Восток в поисках мирной и спокойной жизни. С увеличением плотности населения увеличивались и доходы князя. А доходы – важнейшее условие процветания.

С другой стороны, Москва была крайней юго-западной точкой Владимиро-Суздальского княжества, т.е. неизбежно должна была стать для него опорным пунктом в отношениях с соседями. Так оно и было: в Москве проводились встречи князей и собирались войска для походов.

Выгода расположения Москвы заключается и в том, что Москвой-рекой она связана с Окой и Волгой, а значит, лежит на пути «из варяг в персы». Причем именно Москва-река укорачивает этот путь и, следовательно, заставляет купцов миновать Москву при продвижении на северо-запад.

Но одних природно-географических факторов было явно недостаточно для того, чтобы сконцентрировать все русские земли вокруг Москвы. Не менее важным фактором стала политика московских князей.

Первые московские князья получали Москву в качестве удела, традиционно являясь младшими представителями рода владимирских князей, и потому не имея возможности когда-либо претендовать на Владимир. Вынужденные довольствоваться лишь титулом московских князей, они часто порывали с традицией и проявляли себя довольно смелыми политиками. Например, известно, что ещё в XIII веке московский князь Михаил Хоробрит на время захватил великое княжение во Владимире.

В 1263 году появился родоначальник династии московских князей. Им по завещанию отца стал сын Александра Невского Даниил Александрович (1263–1303). Его главной заслугой было присоединение к Москве новых земель: Коломны, Можайска, Переяславля-Залесского. Эту же политику по собиранию земель вдоль Москвы-реки с успехом продолжил и Юрий. Преемственность князей проявилась и в тонкой политике мирного сосуществования с соседними княжествами и, несомненно, с Золотой Ордой. Московским князьям всегда удавалось огибать серьёзные внешние конфликты. Отчасти это происходило и благодаря отсутствию конфликтов внутри княжества: именно в Москве сохранялась безоговорочная и четко регламентированная преемственность правителей. Стабильность и внутреннее спокойствие как ничто иное способствовали процветанию княжества.

Тем не менее, до статуса стольного града Москва не доросла, пока к власти не пришел третий князь московской династии – Иван Данилович Калита (1325–1340). Он сумел развить и усовершенствовать политику укрепления Москвы. Во-первых, князь добился для себя разрешения собирать «ордынский выход» со всех русских земель. Это повлекло за собой значительное снижение концентрации баскаков на Руси, а главное – сокращение случаев разрушительных ордынских набегов. Более того, сборщик дани – Иван Калита – стал накапливать и проценты с этой дани, впоследствии потраченные именно на строительство Москвы. Недаром именно за этим князем закрепилось прозвище «Калита». Благодаря гибкой политике и практике «задабривания» ханов в 1328 году Иван Калита сумел получить ярлык на великое княжение, превратив Москву в центральное и важнейшее русское княжество.

Но Калита пошел намного дальше, нежели его предшественники. Он превратил Москву в христианский центр русских земель.

Известно, что в выборе своей резиденции митрополиты опирались на места, могущие обеспечить им спокойное и безбедное существование. Киев ещё с начала раздробленности перестал быть таковым. Владимир-на-Клязьме, сменивший его, ко второй четверти XIV века потерял былую мощь, так как уже тогда за статус великого княжества боролись Москва и Тверь. Иван Калита сделал все, чтобы выбор действующего митрополита Петра склонился в сторону Москвы. За короткий срок, с 1326 по 1333 год, в Москве было построено 5 каменных храмов и дворец для митрополита, на что князю пришлось потратить все средства. Но результат оправдал ожидания: Москва стала неизменной резиденцией митрополита.

Таким образом, благодаря незаурядным способностям московских князей, в первую очередь, «собирателя русских земель» Ивана Калиты, и четкому пониманию исторических задач княжества произошло то, что многие историки до сих пор считают удивительным: за короткий срок маленькая Москва превратилось в могущественное русское княжество, определив для себя центральное место в русской истории на долгие столетия.



6. VI этап. 1380 год



В 1380 году произошло одно из важнейших, определяющих для русской истории событий – битва на Куликовом поле. Центральной фигурой этого события, навек олицетворившей своим именем великую победу, стал великий князь Дмитрий Иванович Донской (1359–1389).

Этот человек остался неизменно верным политике своих предшественников. С одной стороны, это проявилось в закреплении великокняжеского титула и права на ярлык за династией московских князей; с другой – в продолжении расширения границ Московского княжества (в частности, были присоединены Калуга и Дмитров). Как и при Иване Калите, во время правления Донского активно шло строительство храмов. В 1365–1367 г. г. был построен каменный Московский Кремль – символ могущества великого княжества. Возросла мощь и древних святынь. Яркий пример этому – Троице-Сергиев монастырь, сыгравший исключительную роль в победе над монголо-татарами.

Но именно Куликовская битва стала венцом деятельности Дмитрия Донского, не зря ведь Ключевский писал: «Московское государство родилось на просторах Куликова поля».

Несколько важных факторов повлияло на ее успех. К ним относятся и благоприятные географические условия (а именно рельеф Куликова поля), и междоусобицы внутри Золотой Орды, и активная наступательная тактика со стороны русского войска. Большую роль оказала и тяга к объединению усилий различных князей против общего врага, хотя многие русские князья все же не пришли на помощь соседям. Но ни в коем случае нельзя забывать о роли деятельного и решительного Дмитрия Донского в этой победе. Он был и предводителем войска, и стратегом, и вдохновителем к борьбе. Ради светлой цели он нередко поступался и собственными принципами. Это касается и принятия благословения от преподобного Сергия Радонежского, с которым у князя были личные разногласия и даже вражда.

Благодаря всей этой массе случайных и последовательных фактов громогласная, но отнюдь не легкодостижимая победа была одержана. Ее не удалось закрепить юридически, а поход Тохтамыша в 1382 году и вовсе сковал Русь еще больше, но эта победа посеяла в русском народе веру в освобождение.

Казалось, сама судьба предопределила роль князя Дмитрия в судьбе России. Казалось, он был избран судьбой в страшные годы середины XIV века, когда чума и холера унесли жизни большинства членов великокняжеской семьи, в том числе и отца Дмитрия – Ивана Красного. На плечи 9-летнего князя легла вся Русь. Великим было это знамение. Великим было его княжение. Великой была земля Русская.