Анализ дореволюционной, советской и современной историографии политики Ивана Грозного

2







План 

Введение												3

Дореволюционная историография								5

Советская историография								        13

Современная историография								        16

Заключение										        18

Библиографический список								        19













































Введение



В российской истории, пожалуй, нет другой личности, которая вызывала бы больше разногласий среди исследователей, чем личность царя Ивана Васильевича, прозванного современниками Грозным. Большинство крупнейших русских историков XIX-ХХ столетий в своих трудах обращались к той эпохе, анализируя и давая оценку, как личности самого царя, так и времени его правления. Несмотря на то, что ученый-историк в исследовании опирается только на источники (документы), оценки деятельности и личности Ивана Грозного в трудах историков очень разные. 

Одних исследователей ввергают в ужас страшные проявления его беспощадной деспотичной натуры. Другие отдают предпочтение значимости целей, которые ставил перед собой Грозный царь, и признают его одним из величайших деятелей русской истории. К настоящему времени список исторических исследований по данной теме включает публикации источников (официальных документов и записок очевидцев событий XVI столетия), труды российских и зарубежных ученых-историков. К этому списку можно добавить еще более десятка произведений художественной литературы. 

Вторая половина XVI в. очень противоречивое  время в истории России. Переломный характер российского XVI в. ощущали уже младшие современники той мрачной эпохи. Вряд ли случайно, что почти все авторы первой половины XVII в., писавшие о смутном времени начинали свой рассказ о деятельности того царя, который «множество народу от мала до велика при царстве своем погуби и многие грады своя поплени», хотя и был «муж чюдного рассуждения».

Реформами первых лет правления царя Ивана Грозного, общепризнанно  носившими прогрессивный и положительный характер,  было  положено  начало  превращению Русского  государства  из  феодально-местнической  раздробленной  страны   в сильную абсолютистскую державу. 

Были  проведены  реформы,  которые  положили конец засилью на местам феодальной знати, ограничили влияние церкви и  имели положительное влияние на  общее  развитие  государства.  Была  преобразована армия,  которая  пришла  на  смену  дворянскому  ополчению,  в которой каждый дворянин должен был являться «конно, людно  и  оружно»…

 Был  положен конец  дворянско - боярской  оппозиции,  которая  длительное  время  служила сдерживающим фактором в развитии  государства.  По  инициативе  царя  и  его окружения были установлены дипломатические отношения со многими странами.

Каждое   следующее   поколение исследователей производило переоценку достижений своих  предшественников  по данному  вопросу.

Цель работы - рассмотреть историографию политики Ивана Грозного

Задачи - рассмотреть дореволюционную, советскую и современную историографию политики Ивана Грозного































Дореволюционная историография

  К середине XIX в. в российской исторической науке твердо установилось отношение к царю Ивану как к жестокому и злобному тирану. Великий «дворянский» историк Н. М. Карамзин дал читающей публике первое яркое и цельное представление о времени Грозного царя. Карамзин взял на вооружение концепцию «двух Иванов», созданную политическим противником, а сначала верным воеводой царя Ивана, князем Андреем Курбским. Первое время царь Иван был «добрым и нарочитым», от бога «препрославленный», который затем «грех ради наших сопротивным обретеся». Эта концепция стала официальной в первой половине XVII в., когда на престол взошел первый царь из династии Романовых - Михаил Федорович (1613 -1645 гг.). С одной стороны, новой династии нужно было решительно отмежеваться от скомпрометировавших себя опричных зверств, с другой - лишь через родство с царем Иваном новый царь имел право на престол. 

Именно на этом фоне возникла карамзинская концепция Грозного - добродетельного героя и мудрого государственного мужа в первую половину своего царствования и тирана - деспота - во вторую.

Около 1549 года к власти пришла новая группировка под названием Избранная рада, это не был официальный орган государственного управления, а небольшая группа сторонников Ивана Грозного, которые проводили реформы, получившие название получившие названия реформы середины XVI века.

Были проведены земская реформа, губная реформа, реформа в армии и эти усилили централизацию государства, укрепили центральную власть, но вместе с тем методы, которыми данные реформы проводились в историографической науке, оцениваются по-разному.

В частности речь идет о наиболее спорном моменте реформ Ивана Грозного - использования государственного террора в форме опричнины с целью реформирования государства, подавления инакомыслия.

С точки зрения Н. И. Костомарова, почти все достижения за время царствования Ивана Грозного приходятся на начальный период его правления, когда молодой царь ещё не был самостоятельной фигурой и находился под плотной опекой деятелей Избранной Рады. Последующий же период правления Ивана ознаменовался многочисленными внешне- и внутриполитическими провалами. Н. И. Костомаров также обращает внимание читателя на содержание «Духовного завещания», составленного Иваном Грозным около 1572 года, по которому страну предполагалось поделить между сыновьями царя на полунезависимые уделы. Историк утверждает, что этот путь привел бы к фактическому коллапсу единого государства по хорошо известной на Руси схеме. 

Избранную раду Костомаров называет «кружком любимцев» царя, которым «государство стало управляться». Этот «кружок», по мнению русско-украинского историка, состоял из людей, «более других отличившихся широким взглядом и любовью к общему делу».

Главный задачей Избранной рады, по мнению Костомарова, было «возвести» Ивана IV до идеала государя - «трезвого, строгонравственного, деятельного и благодушного человека». Историк видит в правлении Избранной рады «мудрую заботливость о народном благосостоянии».

Казань в конце 1540-х гг., по мнению Костомарова, «допекла Руси хуже Батыева разорения». Завоевание Казанского ханства «открыло путь дальнейшему движению русского племени» на восток. Присоединение к России Астраханского ханства, по мнению Костомарова, было выполнением решения Избранной рады продолжить подчинение России «татарских народов».

Присоединение Крыма к России могло быть осуществлено непосредственно после присоединения Казанского и Астраханского ханств, но этому помешало распыление русских военных сил на два фронта (Ливония и Крым) - по вине Ивана IV. Победа русских при Молодях в 1572 г., считает историк, не могла «загладить бедствий, нанесенных в 1571 г. татарским нашествием».

Опричнину Иван IV, по суждению Костомарова, учредил из-за того, что ожидал «из Литвы и со стороны Крыма нового нашествия врагов», а также из страха перед якобы угрожавшей со всех сторон «изменой».

Поступки царя со времени учреждения опричнины, по мнению историка, «показывают состояние его души, близкое к помешательству». Костомаров обходит молчанием время упразднения опричнины и не ставит границ между репрессиями до 1572 г. и более поздними.

В 1558 г., перед началом Ливонской войны, перед Иваном IV, по мнению Костомарова, стояла альтернатива - либо «разделаться с Крымом», либо «овладеть Ливонией». Историк объясняет противоречившее здравому смыслу решение Ивана IV воевать на два фронта «рознью» между его советниками.

Костомаров пишет, что Ливонская война истощала силы и труд русского народа. Историк объясняет неудачу русских войск в противоборстве со шведами и поляками полной деморализацией отечественных вооруженных сил в результате опричных «мучительств и развращения».

Костомаров так оценивает внешнеполитическую ситуацию в результате мира с Польшей и перемирия со Швецией: «Западные пределы государства съеживались, терялись плоды долговременных усилий».

Казни послеопричного периода Костомаров объясняет тем, что они были «любимым занятием» Ивана IV. Передачу земщины в 1574 г. крещеному татарскому царю Симеону Бекбулатовичу историк называет «новым сумасбродством царя». Убийство Иваном IV своего сына-наследника было, по мнению Костомарова, «потрясающим событием» и избавило Россию от царя самодура и изувера, подобного Ивану IV.

Историк отмечает малодушие Ивана IV, проявленное им в последние годы его жизни при составлении различных завещаний.

По мнению Костомарова, «единодержавие» в России зародилось задолго до появления Ивана IV - в период татаро-монгольского завоевания - как его следствие. Поэтому борьба царя с боярством оказывается лишенной смысла. Историк сводит конфликт к личной драме, к проявлениям психического расстройства царя.

С. М. Соловьёв видел главную закономерность деятельности Грозного в переходе от «родовых» отношений к «государственным».

Создание Избранной рады и выдвижение на первые роли в государстве Сильвестра и Адашева Соловьев объясняет тем, что в 1547 г. в семнадцатилетнем Иване IV произошел «нравственный переворот». В результате, отмечает историк, Иван IV решил окончательно порвать «с князьями и боярами, искать опоры в лицах другого происхождения и в лицах высокой нравственности».

Выдвиженцы Ивана IV, полагает Соловьев, в отличие от боярства, выступавшего за «старину» и из-за этого мешавшего «новому», должны были действовать не оглядываясь назад, так как от «нового» люди незнатной породы получили свое «значение», свое «общественное бытие».

Историк считает неясными причины удаления от царя Сильвестра и Адашева и падения Избранной рады, но всё же связывает эти события с династическим кризисом 1553 г. и с происками сторонников Избранной рады, составивших при дворе свою партию.

Внешняя политика московского правительства в первые годы царствования Ивана IV, по мнению Соловьева, определялась тем, что «покончить с Казанью» было необходимо для успешного противостояния с Крымом. Историк считает главным итогом взятия Казани то, что это было первое завоевание, и завоевание «татарского ханства». Завоевание же Астраханского ханства было, по мнению Соловьева, следствием победы над более северным татарским государством.

С присоединением Казанского и Астраханского ханств, отмечает историк, русское население получило возможность распространяться в «богатые страны» по западным притокам Волги и восточным притокам Дона.

Завоевание Крыма в конце 1550-х гг., по мнению Соловьева, было невозможно из-за отсутствия надежных коммуникаций и регулярной армии. Историк также считает, что наступательная война с Крымом повлекла бы за собой столкновение с Турцией, перед которой «трепетала вся Европа».

Прорыв в 1571 г. крымцев к Москве и ее сожжение Соловьев объясняет провалом дипломатических усилий царя, «напряжением русских сил в Ливонии», большим числом войск крымского хана, а также действиями изменников. Битву при Молодях 1572 г. историк называет серией «сильных схваток», неудачных для крымского хана.

Опричнина была, по мнению Соловьева, обычным инструментом внутренней политики Ивана IV - таким, каким обладает обычно любой правитель. Историк, не исключая присущего Ивану IV влияния страха перед изменой, рассматривает опричнину как историческую закономерность, как конечную акцию по уничтожению родовых отношений, носителем которых было старое боярство.

Опричнину Соловьев считает «произведением вражды», а ее последствия гибельными - из-за разделения государства на две части. Опричников он называет «дружиной временщиков». По мнению историка, двор, существовавший в послеопричный период, был той же опричниной, но под другим названием.

Ливонскую войну, начавшуюся в 1559 г., Соловьев объясняет потребностью России в «усвоении плодов европейской цивилизации», носителей которых на Русь якобы не пускали ливонцы, владевшие основными балтийскими портами. Потеря Иваном IV завоеванной, казалось бы, Ливонии была результатом одновременных действий против русских войск поляков и шведов, а также результатом превосходства регулярного (наемного) войска и европейского военного искусства над русским дворянским ополчением.

Соловьев не считает, что имел место «послеопричный период» - после 1572 г. Он пишет, что в последние восемь лет правления Ивана IV «мы не встречаем известий о казнях». Историк утверждает также, что убийство Иваном IV своего сына-наследника - это «страшное наказание» за то, что царь «привык давать волю рукам».

Вторую половину XVI в. Соловьев считает временем, когда новое, государственное начало одержало окончательную победу над старым, родовым.

Не преувеличивать значение реформ Ивана Грозного, его личности призывает В. О. Ключевский в работе «Характеристика царя Ивана Грозного». Историк говорит: «Таким образом, положительное значение царя Ивана в истории нашего государства далеко не так велико, так можно было бы думать, судя по его замыслам и начинаниям, по шуму, какой производила его деятельность. Грозный царь больше задумывал, чем сделал, сильнее по­действовал на воображение и нервы своих современников, чем на современный ему государственный порядок. Жизнь Московского государства и без Ивана устроилась бы так же, как она строилась до него и после него, но без него это устроение пошло бы легче и ровнее, чем оно шло при нем и после него: важнейшие политические вопросы были бы разрешены без тех потрясений, какие были им подготовлены. Важнее отрицательное значение этого царствования»

Далее В. О. Ключевский пишет, что «Карамзин преувеличил очень немного, поставив царствование Ивана - одно из прекраснейших по началу - по конечным его результатам наряду с монгольским игом и бедствиями удельного времени. Вражде и произволу царь жертвовал и собой, и своей династией, и государственным благом. Его можно сравнить с тем ветхозаветным слепым богатырем, который, чтобы погубить своих врагов, на самого себя попалил здание, на крыше коего эти враги сидели»

Создание Избранной рады Ключевский считает результатом того, что Иван IV «не имея 20 лет ... с необычной для его возраста энергией принялся за дела правления». В этом ему помогали «умные руководители» - митрополит Макарий и священник Сильвестр. Тогда же из боярства, разбившегося на враждующие кружки, выдвинулось и стало около престола несколько «дельных, благомыслящих и даровитых советников».

Историк обнаруживает в деятельности Избранной рады как «смелые внешние предприятия», так и «хорошо обдуманные планы внутренних преобразований». По мнению Ключевского, причиной падения Избранной рады были «домашние недоразумения» и политические разногласия.

Процесс присоединения к Русскому государству Казанского и Астраханского ханств Ключевский обходит вниманием. О завоевании Казани историк упоминает лишь в связи с какими-либо социально-экономическими преобразованиями или событиями внутриполитической жизни Московского государства.

Русско-крымские отношения во второй половине XVI в. Ключевский рассматривает как часть «изнурительной, непрерывной борьбы». Крым историк называет неприступной с суши «разбойничьей берлогой». Необходимость противостояния крымцам, подчеркивает Ключевский, требовала быстрой мобилизации, постоянной готовности встретить неприятеля на границе, что сделало основой «народной обороны» служилое землевладение и способствовало формированию поместной системы.

К учреждению опричнины, по мнению Ключевского, Ивана IV подготовили многие события, главными из которых были насильственная, как думал царь, смерть жены, разрыв с Сильвестром и Адашевым и бегство князя Курбского. Историк оценивает опричнину как продукт влияния нескольких факторов и видит в установившемся после 1565 г. режиме «полицейскую диктатуру». Введение новой системы было связано с попыткой царя создать новый «управляющий класс», а заодно придать новый статус «частному владению (уделу)» монарха. Речь шла также о стремлении «защититься от козней бояр».

В то же время Ключевский считает опричнину «бесцельным мероприятием».

Ливонской войне Ключевский в своем «Курсе русской истории» уделяет очень мало места, так как рассматривает внешнее положение государства лишь с точки зрения его влияния на развитие социально-экономических отношений внутри страны. В связи с этим историк не выделяет Ливонскую войну из десяти войн, которые вела Россия на северо-западе в 1492-1595 гг. со Швецией, Польшей-Литвой и Ливонией.

Период после упразднения опричнины Ключевский не отделяет от предшествующего. По мнению историка, акция Ивана IV по возведению на русский престол Симеона Бекбулатовича была не просто «политическим маскарадом», а попыткой царя противопоставить себя боярской аристократии - как особого удельного князя. Ключевский ничего не пишет об убийстве Иваном IV своего сына Ивана. Историк отмечает, однако, что царь не оставил завещания; это потребовало легитимизации прав на престол царевича Федора на Земском соборе.

Правление Ивана IV Ключевский относит к московскому, царско-боярскому периоду истории Русского государства (XV-XVII вв.). Ученый считал царя и боярство представителями одной высшей власти; у них отсутствовали какие-либо принципиальные расхождения, а противоречия разрешались придворными интригами.

Кровавые экcцессы опричнины Ключевский связывает с «озлоблением царя» и его личными переживаниями, признавая при этом и роль «династического разлада», а также «привычек удельного времени». Поэтому правление Ивана IV не выделяется из царско-боярского периода.



В советской историографии были выдвинуты следующие точки зрения:



С. Ф. Платонов видел в деятельности Ивана Грозного укрепление русской государственности, однако осуждал его за то, что «сложное политическое дело было ещё более усложнено ненужными пытками и грубым развратом», что реформы «приняли характер общего террора»

Период правления Ивана IV Платонов характеризует как эпоху, когда «торжество государственного объединения и прикрепления было ... злобою дня, очередным вопросом, занимавшим умы и возбуждавшим чувства». Историк отмечает также, что другими особенностями этого периода стали апология абсолютизма и национального единства, сознание вселенской роли Москвы и - в связи с этим - стремление к общению с другими народностями.

Р. Ю. Виппер рассматривал в начале 1920-х годов Ивана Грозного как гениального организатора и творца крупнейшей державы, в частности, он писал о нём: «Ивану Грозному, современнику Елизаветы Английской, Филиппа II Испанского и Вильгельма Оранского, вождя Нидерландской революции, приходится решать военные, административные и международные задачи, похожие на цели создателей новоевропейских держав, но в гораздо более трудной обстановке. Талантами дипломата и организатора он, может быть, всех их превосходит». Жёсткие меры во внутренней политике Виппер оправдывал серьёзностью международного положения, в котором находилась Россия: «В разделении царствования Ивана Грозного на две разные эпохи заключена была вместе с тем оценка личности и деятельности Ивана Грозного: оно служило главной основой для умаления его исторической роли, для занесения его в число величайших тиранов. К сожалению, при анализе этого вопроса большинство историков сосредотачивало свое внимание на переменах во внутренней жизни Московского государства и мало считалось с международной обстановкой, в которой (оно) находилось в течение… царствования Ивана IV. Суровые критики как бы забыли, что вся вторая половина царствования Ивана Грозного проходила под знаком непрерывной войны, и притом войны наиболее тяжелой, какую когда-либо вело Великорусское государство»

В то время взгляды Виппера были отвергнуты советской наукой (в 1920-1930-е годы видевшей в Грозном угнетателя народа, подготовившего крепостное право), однако впоследствии были поддержаны в период, когда личность и деятельность Ивана Грозного получила официальное одобрение со стороны Сталина. В этот период террор Грозного оправдывался тем, что опричнина «окончательно и навсегда сломила боярство, сделала невозможной реставрацию порядков феодальной раздробленности и закрепила основы государственного строя русского национального государства»; такой подход продолжал концепцию Соловьёва-Платонова, но дополнялся идеализацией образа Ивана.

В 1940-1950-е годы Иваном Грозным много занимался академик С. Б. Веселовский, не имевший возможности из-за господствовавшей в то время позиции опубликовать основные труды при жизни; он отказался от идеализации Ивана Грозного и опричнины и ввёл в научный оборот большое число новых материалов. Корни террора Веселовский видел в конфликте монарха с администрацией (Государевым двором в целом), а не конкретно с крупными феодалами-боярами; он полагал, что на практике Иван не изменил статус боярства и общий порядок управления страной, а ограничился уничтожением конкретных действительных и мнимых оппонентов (на то, что Иван «бил не одних бояр и даже не бояр преимущественно», указывал уже Ключевский).

Первое время концепцию «государственнической» внутренней политики Ивана поддерживал и А. А. Зимин, говоря об обоснованном терроре против феодалов, предавших национальные интересы. Впоследствии Зимин принял концепцию Веселовского об отсутствии систематической борьбы с боярством; по его мнению, опричный террор губительнее всего сказался на русском крестьянстве. Зимин признавал как преступления, так и государственные заслуги Грозного: «Для России время правления Ивана Грозного осталось одной из самых мрачных полос её истории. Разгром реформационного движения, бесчинства опричнины, «новгородский поход» - вот некоторые вехи кровавого пути Грозного. Впрочем, будем справедливы. Рядом вехи другого пути - превращение России в огромную державу, включившую земли Казанского и Астраханского ханств, Западной Сибири от Ледовитого океана до Каспийского моря, реформы управления страной, упрочение международного престижа России, расширение торговых и культурных связей со странами Европы и Азии».











































Современная историография

Валишевский, анализируя государственную деятельность Ивана Грозного, обращает особое внимание на то, как последовательно царь боролся со всеми, кто хоть как-то посягал на власть в стране. Этим Валишевский объясняет боярские погромы и массовые казни. Таким образом, считает Валишевский, «Иван стал борцом самодержавной, централизованной государственной власти». В отличие от прежних, сугубо отрицательных, взглядов на государственную деятельность Ивана Грозного, Кобрин и Валишевский отмечают и положительные преобразования, которые провел Иван Грозный. Например, положительным преобразованием они считают судебную реформу и издание в 1550 г. нового русского судебника, в котором почти ничего не было оставлено без внимания, в отличие от старого. Почти все реформы,  имеющие положительный результат проводились во времена существования Избранной рады.

Реформу, приведшую к реорганизации службы, Валишевский считает началом зарождения опричнины. Иван Грозный как государственный деятель совершенно не был последователен в своих действиях, действовал только простыми и известными методами, делал ошибки в экономической и финансовой сферах, не желал отрешиться от варварства даже в сфере международных отношений, поэтому внешняя политика его потерпела крах. Однако Валишевский отмечает, что «при всех своих недостатках и пороках, ошибках и преступлениях Иван пользовался большой популярностью, перед которой оказались бессильны как его неудачи, так и влияния времени». Этот факт Валишевский считает одним из крупных результатов его правления. Также отмечает общий умственный подъем при Иване IV.

Кобрин признает, что Иван Грозный был незаурядной исторической личностью и придерживается мнения, что  Ливонской войне Иван переоценил силы русской армии по сравнению с противником, что привело к провалу и тяжелым последствиям. Кобрин также не видит логики и последовательности в действиях Ивана Грозного, он считает царя слабым правителем; на основе изучения деятельности царя Кобрин делает вывод  о том, что «режим индивидуальной диктатуры не может не опираться на террор». Однако Кобрин также отмечает, что в какой-то степени меры, проводимые Иваном Грозным, способствовали централизации страны.    

















































Заключение



Правление Ивана Грозного вызывало и вызывает много противоречивых оценок современников и потомков. Одни видят в его деяниях большой государственный смысл – стремление к централизации, укреплению государства. Что же касается жестокостей, в том числе и опричного террора, то не без резона говорится о нравах эпохи, характерных и для России, и для других стран. Другие резко отрицательно судят личность Ивана Грозного, акцентируют внимание на казнях, опричнине, разорении страны. Очевидно, что следует учитывать и положительные стороны его правления (укрепление государства), и отрицательные (террор).

Подводя итог эпохе правления Ивана Грозного, можно сказать, что при всех ее успехах она оставила тяжелое наследство.

В государственной деятельности Ивана IV выделяются два этапа: до опричнины и после нее. Основная часть реформ падает именно на первый период. 

Историография, посвященная государственной деятельности Ивана Грозного и его реформам, и опричнине делится на две составные части

К первой относятся исторические периода 30-ых - 50-ых годов ХХ столетия, ряд работ современных авторов, в которых деятельность Ивана Грозного оценивается положительно, а институт опричнины как необходимый атрибут осуществления реформ.

Работы в которых опричнина и Иван Грозный подвергаются осуждению, как и в историографии ХІХ  столетия составляют вторую часть историографии.

Таким образом, можно сказать, что время Ивана Грозного и опричнины является сложным и противоречивым, к нему невозможно подходить с односторонней оценкой, при этом это время всегда буде оцениваться историками по разному - в зависимости от политических настроений в обществе и социального заказа на исторические труды

Библиографический список



1. Н. Костомаров Личность царя Ивана Васильевича Грозного. М. 1990

2. Р. Г. Скрынников. Царство террора. М., «Наука», 1992

3. А. А.Зимин, А. Л.  Хорошкевич Россия времен Ивана Грозного. М., 1982

4. Карамзин Н.М. И что была тогда Россия. - Харьков. Прапор, 1990. - 524 с

5. В.О. Ключевский Исторические портреты. М.: «Правда», 1990. - 623 с

6. С. М. Соловьев История России с древнейших времен. Книга IV. М. Изд-во социально-экономической литературы. 1959

7. В.Б. Кобрин, Иван Грозный. М.: Изд. «Московский рабочий», 1989 ., 175 с.

8. К. Валишевский, М.: Эксмо, 2008 .608 с.

9. Платонов С.Ф. Иван Грозный (1530-1584). Виппер Р.Ю. Иван Грозный / Сост. и вступ. статья Д.М.Володихина. М.: УРАО, 1998.