Борис Годунов

Борис Годунов

Введение

Личность Бориса Годунова, его неслыханные возвышения и трагический конец поразили воображение современников и привлекли внимание историков, писателей, поэтов, художников, музыкантов. В этом нет ничего удивительного. Жизненный путь Бориса Годунова на редкость необычен. Начав службу заурядным дворянином, Борис занял пост правителя при слабоумном царе, а затем стал властелином огромной державы.

В это время Россия вступила в полосу тяжёлых испытаний. Грандиозные стихийные бедствия на десятилетия подорвали её производительные силы. Длительная война довершила дело. В стране воцарилась неописуемая разруха. После завоевания Нарвы русские почти четверть века владели морским портом на Балтике. Проиграв Левонскую войну, государство лишилось «нарвского мореплавания», необходимого для развития торговли в Западной Европе. Военное поражение подорвало международные позиции России.

Внешние неудачи усугубили острый внутренний кризис. Истоки его коренились в отношениях двух главных сословий феодального общества - землевладельцев и крестьян. В конце XVI века корыстные интересы дворянства восторжествовали. Путы крепостной неволи связали миллионное русское крестьянство.

Опричная буря расчистила поле деятельности для многих худородных дворян. Борис Годунов оказался в их числе. Первыми успехами он был обязан опричнине. Затея Грозного расколола феодальное сословие на два соперничавших лагеря. Она оставила после себя много трудных проблем. Как правитель Годунов столкнулся с ними лицом к лицу.

Жизни Бориса сопутствовало много драматических событий. В первые годы его правления в Угличе погиб царевич Дмитрий, последний отпрыск трёхсотлетней московской династии. Таинственный двойник погибшего стал для Годунова и его семьи источником непоправимых бед. Неокрепшая династия была согнана с трона самозванцем.

«Годунов мог бы заслужить славу одного из лучших правителей мира, если бы он родился на троне»[1].

В глазах Карамзина лишь законные самодержцы были носителями государственного порядка. Борис узурпировал власть, убив последнего члена царской династии, и потому само провидение обрекло его на гибель.

Суждения дворянского историографа о Годунове не отличались глубиной. Истоки трагедии Годунова он усматривал в отношении народа к власти. Борис погиб потому, что от него отвернулся собственный народ. Крестьяне не простили ему отмены старинного Юрьева дня, ограждавшего их свободу.

Начиная с В.Н.Татищева, немало историков считали Годунова творцом крепостного режима. В.О.Ключевский придерживался иного взгляда: «...Мнение об установлении крепостной неволи крестьян принадлежит к числу наших исторических сказок»[2]. Обвинения Годунова во многих кровавых преступлениях Ключевский отмёл как клевету. Яркими красками нарисовал он портрет человека, наделённого умом и талантом, но всегда подозреваемого в двуличии, коварстве и бессердечии. Загадочная смесь добра и зла - таким виделся ему Борис.

 С.Ф.Платонов посвятил Годунову книгу, не утратившую значения для наших дней. Он также не считал Бориса инициатором закрепощения крестьян. В своей политике, утверждал Платонов, Годунов выступал как поборник общегосударственной пользы, связавший свою судьбу с интересами среднего класса. Многочисленные обвинения против Бориса никем не доказаны. Но они запятнали правителя в глазах потомков.

Начало пути

Предки Годунова - природные костромичи, издавна служили боярами при московском дворе. Старшая ветвь рода, Сабуровы, процветала до времени Грозного, тогда как младшие ветви, Годуновы и Вельяниновы, захирели и пришли в упадок. Бывшие костромские бояре Годуновы со временем стали вяземскими помещиками. Вытесненные из узкого круга правящего боярства в разряд провинциальных дворян, они перестали получать придворные чины и ответственные воеводские назначения.

Борис Годунов родился незадолго до покорения Казани, в 1552 году. Его отец, Фёдор Иванович, был помещиком средней руки. Служебная карьера Фёдору не удалась. Фёдор и его брат Дмитрий сообща владели небольшой вотчиной в Костроме. В жизни Бориса это сыграло особую роль. После смерти отца, его взял в свою семью дядя. Не только родственные чувства и ранняя кончина собственных детей побудили Дмитрия Ивановича принять особое участие в судьбе племянника. Важно было не допустить раздела последнего родового имения. Невысокое служебное положение и худородство, можно сказать, спасли Годуновых в дни, когда разразилась опричная гроза. Дмитрий Годунов пережил все испытания и попал в опричный корпус в момент его формирования. Царь стремился вырваться из старого окружения. Ему нужны были новые люди, и он распахнул перед ними двери дворца. Так скромный вяземский помещик стал придворным. Служебные успехи дяди пошли на пользу племяннику Борису.

Дмитрий Годунов не принадлежал к плеяде учредителей опричнины. Свой первый думный чин он получил благодаря случайному обстоятельству - внезапной смерти постельничего Наумова. Годунов занял вакантный пост главы Постельного приказа в то время, когда первые страницы опричной истории были уже заполнены.

Теперь ободрённые успехами царя бояре требовали полной отмены опричнины. Верхи феодального сословия выражали недовольство. Трон зашатался. Иван тщетно искал примирения с земщиной. И тут испуганные вожди опричнины впервые прибегли к массовым казням. Волна террора вынесла на поверхность таких авантюристов, как Малюта Скуратов и Василий Грязной. Малюта Скуратов занимал одну из низших ступеней в монашеской иерархии: он числился пономарём. Но слава о его подвигах облетела всю страну. Последними жертвами опричнины стали её собственные творцы. Среди высших дворцовых чинов уцелел один постельничий Годунов. Союз Скуратова и Годунова возник под крышей Постельного приказа. Постельничим мог быть лишь расторопный и вездесущий человек, способный обставить жизнь царской семьи с неслыханной роскошью. Дмитрий Годунов вполне подходил для такой роли. Царь Иван дорожил домашними удобствами и не мог обойтись без его услуг. Постельный приказ отвечал за охрану царских покоев в ночное время. Руководствуясь политическим расчётом, Скуратов выдал дочь за племянника Дмитрия Годунова. Так Борис оказался зятем всесильного шефа опричников.

В.О.Ключевский писал некогда, что Борис Годунов не запятнал себя службой в опричнине и не уронил себя в глазах общества. Но это не совсем верно. На самом деле Борис надел опричный кафтан, едва достигнув совершеннолетия. На службе в ведомстве дяди он вскоре же получил свой первый придворный чин. В качестве стряпчего Борис исполнял при дворе камергерские обязанности. Тревожное опричное время мало благоприятствовало образованию Бориса. Младшие современники считали его вовсе неграмотным. Но как бы то ни было, в юности Борис получил лишь начатки образования. Современники не могли простить ему плохого знания Священного писания. Так что по меркам XVI века Годунов был малообразованным господином. С отменой опричнины и смертью Малюты жизнь двора претерпела большие перемены. Не сумев сохранить родство с царевичем Иваном, Годуновы решили утвердиться при дворе его младшего брата - царевича Фёдора. Вступая в пятый брак, царь Иван объявил, что намерен женить младшего сына. Дмитрий Годунов поспешил взять дело в свои руки и сосватал царевичу свою племянницу Ирину Годунову. Все пороки Фёдора не имели большого значения в глазах постельничего и его племянника. Царь Иван, разгромив мнимый заговор в «дворовой» думе, занялся организацией новой опричнины, получившей наименование «удела». Под конец жизни царь почти вовсе перестал пополнять обе думы боярами. Исключение было сделано для одних Годуновых. Бывший вяземский помещик Дмитрий Годунов удостоился боярского чина. Его многолетняя служба в составе опричнины, «двора» и «удела» получила высшую оценку. За тридцатилетним Борисом Годуновым не числилось никаких государственных заслуг, но и его царь возвёл в боярское достоинство. Царь постоянно возлагал на Годуновых заботу о младшем сыне. Отправляясь в военные походы, он оставлял Фёдора в безопасном месте под их присмотром. Положение Бориса было весьма почётным, но оно ограничивало поле его деятельности стенами дворца. И Борис усердно постигал тайны дворцовых интриг.

В конце Ливонской войны в царской семье произошли события, круто изменившие судьбу Годуновых. В ноябре 1581 года царь поссорился со старшим сыном и в припадке гнева избил его. От страшного нервного потрясения и побоев царевич Иван слёг и вскоре умер. Смерть старшего брата открыла перед Фёдором путь к трону. Окружению Фёдора эта смерть была исключительно выгодна.

Завещание Грозного нанесло смертельный удар честолюбивым замыслам Годуновых. В качестве ближайших родственников Фёдора они готовились теперь забрать бразды правления в свои руки. Чтобы достичь власти, оставалось сделать один шаг. Именно в этот момент на их пути возникла непреодолимая преграда, воздвигнутая волей царя Ивана - регентский совет. При жизни Грозного его воля оказывала на события решающее влияние. Но с его смертью - а скончался Иван IV в марте 1584 года - всё переменилось. Опасаясь волнений, правительство пыталось скрыть правду от народа и объявило, будто есть ещё надежда на выздоровление государя. Но, несмотря на старания властей, весть о смерти царя всё-таки распространилась по городу и вызвала волнение в народе. Страх перед назревшим восстанием побудил бояр поспешить с решением вопроса о преемнике Грозного. Глубокой ночью они принесли присягу наследнику - царевичу Фёдору. 31 мая 1584 года столица торжественно отпраздновала коронацию нового царя. Фёдора короновали по чину венчания византийских императоров. Долгая церемония утомила его. Не дождавшись окончания коронации, он передал шапку Мономаха боярину князю Мстиславскому, а тяжёлое золотое яблоко («державу») - Борису Годунову. Этот ничтожный эпизод потряс присутствующих. В дни коронации Фёдор возвёл шурина в чин конюшего.

Пора испытаний

Успех Бориса нельзя объяснить одним лишь родством с царской семьёй. В неустойчивой обстановке первых дней царствования влияние Фёдора на дела управления было ничтожным. Тридцатидвухлетнему Борису помогла, прежде всего, его политическая изворотливость. Годунов поспешил отвернуться от покровителя, сподвижника и свояка Бельского, как только понял, что дело того проиграно. Более важное значение имело для него покровительство земских бояр. А земщина не простила Годунову его опричного прошлого. Чем выше он возносился, тем острее чувствовал непрочность своего положения. Борис прекрасно понимал, что кончина Фёдора привела бы к быстрому крушению его карьеры, и лихорадочно искал выхода. Фёдор обладал слабым здоровьем и ему предрекали короткую жизнь. В начале 1585 года Годунов направил несколько доверенных лиц в Вену и тайно предложил обсудить вопрос возведения австрийского принца на московский трон. Царь Фёдор выздоровел, а переговоры получили огласку. Фёдор был оскорблён до глубины души. Безоблачные до того отношения между родственниками омрачились. Судьба Годуновых, казалось, висела на волоске. Лагерь его сторонников таял на глазах. Причина неудачи Бориса не была тайной. Борис распустил «дворовую» охрану и тем самым лишился важного инструмента по поддержанию порядка. Он не мог эффективно контролировать положение в столице.

Поражение России в Ливонской войне и военное ослабление привело к тому, что крымцы возобновили набеги на Русь. Конфликт между Россией и Крымом благоприятствовал завоевательным планам её западных соседей. Летом 1589 года над страной нависла угроза вражеского (шведского) нашествия. Россия не располагала достаточными ресурсами, чтобы выдержать войну с вражеской коалицией. В связи с голодом 1588 года осложнилось положение в столице. Толпы нищих и бродяг заполнили городские улицы. Народ винил в своих бедах Бориса Годунова; по-прежнему олицетворявшего неправедную власть. К 1589 году голод в стране кончился, но положение в Москве оставалось тревожным. 1588-1589 года Москву будоражили слухи, крайне неблагоприятные для Бориса Годунова, которые были подхвачены и раздуты за рубежом. И не обладавший популярностью Борис стал мишенью всевозможных нападок.

Учреждение патриаршества

Антифеодальные восстания, распри между боярами и полная недееспособность царя Фёдора ослабили самодержавную систему управления. Раздор между светской и духовной властями и низложение митрополита Дионисия усугубили кризис. Правительство стремилось сгладить противоречия и избежать новых столкновений с руководителями церкви. Обстановка острого социального кризиса требовало возрождение сильной церковной организации. В такой ситуации светская власть выступила с инициативой учреждения в России патриаршества. Борису Годунову удалось возвести на митрополичью кафедру своего ставника Иова. Но новый митрополит не пользовался авторитетом и популярностью. После восшествия Иова на патриарший стол власти составили так называемую утверждённую грамоту о его избрании. Она заключала в себе указание на историческую роль русского государства как оплота вселенской православной церкви. «Москва - третий Рим» при всей своей претенциозности выражала преимущество стремление ликвидировать неполноправное положение Москвы по отношению к другим центрам православия. Учреждение патриаршества укрепило престиж русской церкви и отразило новое соотношение сил внутри вселенской православной иерархии.

Внешнеполитические успехи

Правительство Годунова продолжило внешнеполитический курс Грозного в балтийском вопросе. Но оно воздерживалось от активных действий в Прибалтике, пока существовала опасность союза Польши и Швеции. Как только эта опасность утратила реальный характер, Россия немедленно нанесла Швеции удар. Она намеревалась вернуть себе захваченные шведами русские земли, а главное, возродить «нарвское мореплавание».

В январе 1590 года русские полки заняли Ян, блокировали Копорье и продвинулись к Нарве. Руководство осадой вражеской крепости взял в свои руки Борис Годунов. Недоброжелатели тогда заподозрили его в предательстве. А на самом деле распоряжения Годунова под стенами Нарвы объяснялись не его симпатиями к неприятелю, а полным отсутствием боевого опыта. 19 февраля русские предприняли генеральный штурм. Располагая громадным численным превосходством, они атаковали крепость разом в 7 пунктах. Положение шведов было таково, что стремительный натиск мог решить судьбу крепости в считанные часы. Но Борис, оказавшись во власти военной стихии с её неизменным спутником - риском, не чувствовал уверенности. Он предпочёл путь переговоров, надеясь склонить шведов к капитуляции. По условиям перемирия, заключенного под стенами Нарвы, шведы очистили захваченные ими ранее русские крепости Иван-город и Копорье. Россия вернула себе морское побережье между реками Нарвой и Невой. Но ей не удалось овладеть портом Нарвой и восстановить «нарвское мореплавание». Таким образом, основная цель наступления не была настигнута. Шведский король Юхан III не желал признать своё поражение в войне с Россией и готовился к реваншу. Он заключил союз с Крымским ханством и, целью вражеского вторжения стала Москва. Ранним утром 4 июля 1591 года татары по серпуховской дороге вышли к Москве и заняли Котлы. Русские полки расположились под Даниловым монастырём в подвижном укреплении - «гуляй-городе». Днём произошёл бой, а ночью татары отступили. Как и при осаде Нарвы, Борис Годунов не проявил в войне с татарами ни решительности, ни энергии. Тем не менее, вся слава после победы досталась ему. Столица и двор чествовали его как героя. Борис жаждал славы великого военачальника. Но шум похвал и награды никого не ввели в заблуждение. В обычных для того времени витиеватых выражениях современники писали о том, что Годунов «во брагих же неискусен бысть», «оруженосию же не искусен бысть»[3]. Восточная политика Годунова ознаменовалась большими успехами. Россия отразила нападение татар и укрепила безопасность своих южных рубежей. В короткое время выстроены были новые пограничные крепости: Воронеж (1585 год), Ливны (1586 год), Елец (1592 год), Белгород, Оскол, Курск (1596 год). Оборонительная линия оказалась отодвинутой на юг в «дикое поле». В правлении Бориса Годунова государство впервые смогло выделить крупные силы для систематического завоевания Сибири. Знаменитый поход Ермака послужил лишь начальным моментом великой сибирской эпопеи.

Угличская драма

Со времён Н.М.Карамзина обвинение Годунова в убийстве Дмитрия стало своего рода традицией. Злодейские убийства, также присутствуют в главных сценах пушкинской трагедии о Борисе Годунове. 

Младший сын Грозного, царевич Дмитрий, погиб в Угличе в полдень 15 мая 1591 года. В то время церковь объявила Дмитрия святым. Духовенство потратило массу усилий на то, чтобы изобразить Дмитрия неповинно убиенным мучеником. Власти начали писать об «убийстве» царевича Годуновым. Толки о его самоубийстве официальная пропаганда стала размножать как еретические. Гибель Дмитрия явилась для Бориса событием нежелательным и крайне опасным. Факты опровергали привычное представление, будто устранение младшего сына Грозного, было для Годунова политической необходимостью. Устами патриарха Иова церковь выразила полное согласие с выводами комиссии о нечаянной смерти царевича, мимоходом упомянув, что «царевичу Дмитрию смерть учинилась божьим судом»[4].

Оппозиция была разгромлена, удельное княжество в Угличе ликвидировано. Острый политический кризис остался позади. Годуновы использовали ситуацию, чтобы с помощью обдуманных мер упрочить свою власть. 

Преданный своему многочисленному Классу, Борис наводнил родней Боярскую думу. Годунову удалось упрочить свой престиж и умножить личное состояние. Он присвоил себе множество пышных титулов. В феодальном обществе титулы служили выражением амбиций и точно определяли место титулованной особы в иерархической системе. Знать, естественно противилась домогательствам Бориса. Столкнувшись с непреодолимыми препятствиями на родине, Годунов попытался добиться признания за рубежом. Жившие в Москве иноземцы помогли ему в этом. Как бы не величали Бориса иноземные государи, Посольский приказ точно придерживался его официального титула без малейших отклонений. Изгнание из Боярской Думы открытых противников Годунова и крупные внешнеполитические успехи изменили ситуацию. По случаю поражения татар под стенами Москвы, Борис был возведен в ранг царского слуги. А титул слуги, связанный с традициями удельного времени, выше, чем все прочие титулы. Родня царя Федора, Годуновы и Романовы, объединившись вокруг трона, преодолела династический кризис, сопутствовавший утверждению у власти недееспособного сына Грозного

«Заповедные лета».

Образование единого государства в 15-16 веках создало благоприятные условия для его экономического и культурного роста. Но, опираясь на возросшую мощь страны, феодальные землевладельцы ввели Юрьев день, стеснивший свободу крестьянских переходов. В конце 16 века в жизни русских крестьян наступили драматические перемены. Они утратили и ту ограниченную свободу, которую гарантировал им Юрьев день. На страну опустилась мгла крепостничества. Феодальные архивы сохранили важные крестьянские законы, изданные в правление Ивана Грозного, Бориса Годунова и первых Романовых. В длинной цепи недостает одного, но зато самого важного звена - закона об отмене Юрьева дня. Ученые ищут решения проблемы закрепощения уже больше 200 лет. В ходе дискуссии были выдвинуты две основных концепции. Одна воплотилась «в теорию указного закрепощения крестьян, другая - в теории безуказного закрепощения»[5].

Известный русский историк В.Н.Татищев считал, что крестьян закрепостил Годунов специальным законом 1592 года. После смерти злосчастного Бориса текст его закона был затерян, да так основательно, что никто не смог его разыскать. Слабость «указной» теории заключалась в том, что она опиралась не на строго проверенные факты, а на догадки. Отметив это обстоятельство, В.О.Ключевский назвал исторической сказкой мнение об установлении крестьянской неволи Годуновым. «Не правительственные распоряжения, - утверждал он, - а реальные условия жизни, задолженность крестьян положили конец крестьянским переходам». Но эта теория была поколеблена, когда в архивах обнаружились документы о «заповедных летах». Источники рисуют картину достаточно неожиданную. В правление Годунова крепостной режим стал впервые приобретать четкие контуры. Механизм «заповедных лет» возник не из закона дательного акта, а из практических распоряжений властей. Финансы стали одной из главных пружин этого механизма!!! И сыграть зловещую роль крепостника суждено было Борису Годунову. Авторы исторической справки 1607 года утверждали, что благочестивый Федор закрепостил крестьян по наговору Бориса. В действительности все произошло иначе. Основы крепостнического режима были заложены приказным ведомством дьяка Андрея Щелколева. Сместив фактического соправителя, Борис присвоил плоды его многолетних усилий. Через три года после отставки дьяка Годунов облек установления Щелколева о 5-летнем сроке сыска крестьян в форму развернутого законодательного акта. Издание закона 1597 года означало, что система мер по упорядочению финансов окончательно переродилась в систему прикрепления к земле. Таким был механизм закрепощения многомиллионного русского крестьянства. Крепостной закон 1597 года был издан от имени царя Федора. Но Федор доживал свои последние дни, и современники отлично знали, от кого исходил именной указ. Крепостнический курс доставил Борису широкую поддержку со стороны феодального дворянства.

Успешное начало царствования Бориса

Предметный урок, полученный правителем в дни выборов, не пропал даром. Борис четко уяснил себе, что от знати зависит будущее династии, и старался заручиться поддержкой бояр. Свидетельством тому служили щедрые пожалования высших думных чинов. Княжеская аристократия, казалось, вновь обрела то влияние в Боярской думе, которым пользовалась до опричнины. Получив высшую власть, Борис не вернул думному дворянству того влияния, которым оно пользовалось при Грозном. Число думных дворян было невелико, а их роль незначительна. После 15 лет правления Годунов не страшился открытых выступлений и готов был подавить их силой. Но, подверженный суевериям, он чувствовал себя беззащитным перед тайными кознями. 

В действительности методы управления Годунова мало напоминали методы управления царя Ивана. Даже в самые критические моменты Борис не прибегал к погромам, резне, кровопролитию, а его опалы отличались кратковременностью. 

До сих пор от внимания исследователей ускользало обстоятельство, оказавшее заметное влияние на ход политической борьбы в годы царствования Годунова. Это обстоятельство - физическое состояние Бориса. Еще до коронации за рубеж стали поступать сведения о его тяжелой болезни. Врачи оказались бессильны исцелить его недуг, и царь искал спасения в молитвах и богомольях. К осени 1600 здоровье Бориса резко ухудшилось. Слухи о близкой кончине Годунова искусственно возрождали обстановку династического кризиса. Борису удалось потушить мгновенно вспыхнувший конфликт и стабилизировать политическую обстановку в стране.

Во внешних делах Годунов стремился достичь длительной мирной передышки и раздвинуть восточные пределы государства. Царь Борис старался поддерживать мирные отношения с Крымом и Турцией и искал мирного урегулирования дел с Речью Посполитой. В 1601 году Россия заключила 20-летнее перемирие с Речью Посполитой. Сознавая, сколь необходимы России тесные хозяйственные и культурные связи с Западной Европой, Годунов деятельно хлопотал о расширении западной торговли. Ради поощрения торговли с Западом Борис осыпал щедрыми милостями немецких купцов, некогда переселенных на Русь из завоеванных ливонских городов. Они получили от казны большие ссуды и разрешение свободно передвигаться как внутри страны, так и ее пределами. Борис проявлял живой интерес к просвещению и культуре, к успехам западной цивилизации. При нем иноземцев в стране было больше, чем когда-нибудь прежде. Борис любил общество иноземных медиков, обосновавшихся при дворе, и подолгу расспрашивал их о европейских порядках и обычаях. Новый царь зашел столь далеко в нарушении традиций, что сформировал из немцев отряд телохранителей. Годунов первым из русских «правителей отважился послать несколько дворянских «робят» за границу, для науки разных языков и грамоте»[6]. При нем власти проявляли заботу о распространении книгопечатания, вследствие чего во многих городах были открыты типографии. Борис вынашивал планы учреждения в России школ и даже университета по европейским образцам. Годунов проявлял исключительную заботу о благоустройстве столицы, строительстве и укреплении пограничных городов. При нем в жизнь Москвы вошли неслыханные ранее технические новшества. Русские мастера соорудили в Кремле водопровод с мощным насосом, благодаря которому вода из Москвы-реки поднималась «великой мудростью» по подземельям. Заимствовав псковский опыт, Борис устроил первые в столице богадельни. В Кремле, подле Архангельского собора, он приказал выстроить обширные палаты для военных приказных ведомств, в Китай-городе, на месте  сгоревших торговых рядов, - Каменные лавки. Мастера заменили старый, обветшавший мост через Неглинную новым, широким, по краям которого расположились торговые помещения. На Красной площади выросло каменное Лобное место с резными украшениями и решетчатой дверью. Строительство превратилось в подлинную страсть Годунова. По его приказу мастера надстроили столп колокольни Ивана Великого и приступили к возведению грандиозного собора «Святая святых», призванного украсить главную площадь Кремля. Но смерть Бориса, однако, помешала осуществлению замысла.

Как истинный сын своего времени Годунов сочетал интерес к просвещению с верой в чудеса. Впрочем, в те времена этому была подвержена не только Россия, но и Западная Европа. Усомнившись в помощи врачей, Годунов искал помощи у колдунов и знахарей. Еще чаще он прибегал к средству, на которое чаще всего уповали благочестивые люди Древней Руси; усердно молился и ездил на богомолья в святые места

Современники считали Годунова удивительным оратором. Люди, знавшие Годунова, восхищались его речами. «От природы он наделен звучным голосом и даром красноречия», - писал о правителе Торий. Младший современник Бориса, Семен Шаховской, назвал его человеком «весьма сладкоречивым». Англичанин отметил манеры Бориса, красоту его  лица и неизменную приветливость в обращении. По словам Шаховского, Борис «цвел благолепием» и «образом своим множество людей превзошел». Обладая несокрушимой волей, Борис производил впечатление мягкого человека. В минуты душевного волнения на его глаза навертывались слезы. Годунов поражал современников своим постоянством в семейной жизни и привязанностью к детям. Перечисляя добродетели царя, русские писателе подчеркивали его отвращение к богомерзкому винопитию. 

Даже враги, отдавая должное Годунову, писали, что он мог бы совершить много великих дел, если бы не помешали ему неблагоприятные обстоятельства. Такое мнение высказывали иноземцы, и русские писатели. Конечно, чтобы оценить ту или иную похвалу, надо представить, от кого она исходит. Почитатели Бориса были дворянами, которых особенно восхищала его щедрость к служилым людям. В полной мере русские писатели оценили достоинства Бориса уже после смерти, когда трон заняли его ничтожные преемники. «Хотя явились после Годунова другие умные цари, но их разум был лишь тенью его разума»[7]. Овладев короной, Борис навлек на свою голову негодование знати. Однако, благодаря гибкой политике, ему удалось сплотить верхи вокруг трона. Роковой для династии Годунова оказалась ненависть низов. Борис воздвиг трон на вулкане.

Великий голод. Крах Годунова.

Начало царствования Годунова казалось на редкость благополучным. Но то была только видимость. Попытки навязать народу крепостнический режим наталкивались на глухое сопротивление масс, усиливавшееся от года к году. Признаки недовольства можно было заметить повсюду - в сельской местности и в городах. 

При вступлении на трон Борис обещал благоденствие, как дворянам, так и крестьянам. Льготы, предоставленные отдельным местностям, быстро исчерпали себя. Крестьяне стонали под тяжестью государевых податей. Налоговый гнет разорял деревню.  В начале XVII века сельское хозяйство пришло в упадок под влиянием стихийных бедствий. В аграрной России сельскохозяйственное производство отличалось крайней неустойчивостью и в огромной мере зависело от погодных условий. Изучение климатических изменений привело ученых к выводу, что на протяжении последнего тысячелетия самое крупное похолодание произошло во второй половине XVI - начале XVII веков.

В начале XVII века Россия испытала последствия похолодания и нарушения погодного цикла. Длительные дожди помешали созреванию хлебов во время холодного лета 1601 года. Ранние морозы довершили беду. В 1603 году деревне нечем было засевать поля. Наступил страшный голод. Правительство не жалело средств на борьбу с голодом. Борис провел розыск хлебных запасов по всему государству и приказал продавать народу зерно из царских житниц. Но запасы истощались довольно быстро. Немало хлеба, проданного по твердым ценам, все-таки попало в руки хлебных скупщиков. Новый царь, пытавшийся бороться с хлебной спекуляцией, даже велел казнить несколько столичных пекарей, мошенничавших на выпечке хлеба. Но все это не очень помогло. Деревня не знала бесплатной раздачи милостыни и хлеба. Крестьяне из года в год кормили государство, оброками наполняли царские житницы - однако, по феодальным меркам это не имело никакого значения. Голодавшие крестьяне если и получали хлеб, то не безвозмездно, а на условиях заемной кабалы. Обнищавшие и пришлые крестьяне не могли рассчитывать на заем и обречены были на мучительную смерть. Не обладая реальными резервами, чтобы прокормить деревню, правительство попыталось использовать социальные рычаги. 28 ноября страна узнала о восстановлении сроком на год крестьянского выхода в Юрьев день. Но не следует думать, что голод сам по себе мог привести к столь крутому социальному повороту. Годунов боялся не голода, а социальных потрясений, давно предсказанных трезвыми наблюдателями. Крестьянство оставалось немым свидетелем смены династии. Никто не думал спрашивать его мнения в день царского избрания. Каким бы ничтожным не выглядел царь Федор, народ верил ему. Борис же не был прирожденным царем. Он постарался одним ударом завоевать привязанность сельского населения. Его указ как нельзя лучше отвечал такой цели. Б.Д.Греков полагал, что крестьянская политика Годунова отвечала интересам служилой массы. Годунов избегал таких шагов, которые могли вызвать раздражение знати, и в то же время не побоялся раздражения мелкого дворянства - самой многочисленной прослойки господствующего класса. Сделав временные уступки крестьянству, власти постарались по возможности сгладить неблагоприятное впечатление, произведенное на мелких землевладельцев.

А вот крестьяне по-своему истолковали благосклонное обращение к ним нового царя. Они отказывались платить «налоги и продажи», подати и оброки, переселялись на удобные для них земли, не обращая внимание на то, что добрая половина земель в государстве оставалась заповедной. Реакция крестьян была столь бурной, что при повторном издании указа в 1602 году из него исключили слова о даровании выхода «от налога и от продаж». В конечном счете, тонко рассчитанная политика Годунова никого не удовлетворила. Династия сохранила поддержку верхушки феодального класса, зато в среде мелкого дворянства ее популярность стала быстро падать. Борису не удалось завоевать народные симпатии. Насилия помещиков и голод ожесточили крестьянство. В 1603 году страна впервые в истории стала ареной широкого повстанческого движения. В целом, движение 1603 года было движением социальных низов. Государство не могло справиться с ним без привлечения всей массы провинциального дворянства. Когда опасность миновала, дворяне потребовали от Годунова услуги за услугу. Под их давлением Борис отказался от уступок в пользу крестьян и в 1603 году аннулировал закон о временном восстановлении Юрьева дня. Возврат к старому крепостническому курсу сделал неизбежной крестьянскую войну. 

Трехлетний голод и разруха ввергли страну в состояние апатии. Повсюду чувствовалась усталость. Боеспособность дворянского ополчения упала.  Государство вступило в полосу военных неудач. Бывший военный слуга и расстрига Отрепьев, оказавшись на гребне народного движения, ставший самозваным Дмитрием, попытался сыграть роль атамана и народного вождя, но подлинные интересы народа были ему глубоко чужды. В основе повсеместных выступлений против Годунова лежал стихийный протест угнетенных масс, которые, однако, не могли выдвинуть вождей и осмыслить задачи. Именно это и позволило авантюристу, явившемуся в подходящий момент, воспользоваться движением в корыстных целях. Обуреваемый   страхом перед самозванцем, Годунов не раз засылал в его лагерь убийцу.

Главной причиной «смерти» был, конечно, крепостнический курс правящих верхов. Борис вынужден был расплачиваться за свою политику. Он видел кругом смятение умов, измену. Агитация в пользу «доброго» царя распространялась повсюду, словно поветрие. Бессилие порождало жестокость. После расправы с вождем повстанцев - Хлопком в 1603 году пытки и казни превратились в повседневное явление. Восставшие холопы, посадские люди, крестьяне не могли рассчитывать на снисхождение. Крепостническое государство старалось виселицами оградить себя от  народного гнева. В наиболее жестоких формах террор применялся в отношении низов, а не дворянства.

13 апреля 1605 года Борис скоропостижно умер в Кремлевском дворце. Передавали, будто он из малодушия принял яд. Но то были пустые слухи. Причиной смерти его явился апоплексический удар. Бояре не оставили в покое прах Бориса. Они извлекли его труп из Архангельского собора и закопали вместе с останками жены и сына, которых задушили на заброшенном кладбище за городом.

Заключение

В правление Бориса Годунова в судьбах России произошел крутой перелом. Фактический преемник Грозного, Годунов расширил и упрочил дворянские привилегии. В стране утвердилось крепостное право. Законы против Юрьева дня доставили Борису поддержку феодальных землевладельцев. Но против него восстали социальные низы. Падение династии Годуновых послужило прологом к грандиозной крестьянской войне, потрясшей феодальное государство до основания.        

Список  литературы

1. Костомаров Н.И. «Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей».-М.; Мысль, 1991

2. Скрынников Р.Г. «Борис Годунов».М.; Наука, 1983

3. Скрынников Р.Г. «Социально-политическая борьба в Русском государстве в начале XVII века».-Л.; изд-во ЛГУ, 1985

4. Скрынников Р.Г. «История Российская 9-17 вв.»,-М.; Весь мир, 1997