Эпоха Столетней войны

Эпоха Столетней войны

1337-1453

Итак, две ветви одной семьи не смогли договориться даже перед лицом иностранного вмешательства. Война за наследование Бретани (1341-1365) является более чем простой семейной ссорой. Она показывает схватку мощных интересов. Для Франции, которая поддерживает Карла де Блуа, речь идет о том, чтобы избежать восстановления в Бретани власти Плантагенетов. Партия Блуа использует для этого офранцуженные элементы герцогства: грандов, духовенство, область галло. Для Англии, Бретань является великолепным плацдармом для вторжения во Францию. Английская помощь, предоставляется дому Mонфор, поддержанному основными бретоноязычными элементами герцогства, мелким дворянством, представителями городов, западными областями страны... 

Таким образом, Бретань снова становится, как в и XII веке, пешкой, в борьбе между Францией и Англией. Важно в этом отношении напомнить, что этот конфликт развивался на фоне Столетней Войны, которая началась в 1337. 

Вопросы права 

С юридической точки зрения это дело весьма неоднозначно: напомним, что в 1328, после смерти Карла IV, не оставившего прямого наследника, прелаты и бароны Франции признали королем Филиппа Валуа, в обход Эдуарда III Английского, приходившегося внуком Филиппу IV Красивому. Знать королевства не могла примириться с мыслью, что королем Франции станет англичанин, и законоведы тенденциозно интерпретировали один из пунктов салического права, гласящий, что женщины не могут наследовать трон ("не гоже лилиям прясть!"). А Эдуард III был внуком Филиппа IV через свою мать. Таким образом, французское право исключило женщин из процесса престолонаследия. Прецедент был создан. 

Но - какой пассаж! - Карл де Блуа, представлявший в Бретани интересы Франции, претендовал на герцогскую корону на основании прав своей жены, то есть по женской линии. Таким образом, французский король, поддерживая своего племянника, ставил под сомнение собственную легитимность. 

История полна подобными парадоксами, связанными с престолонаследием - иногда, еще более деликатные и запутанные ситуации, не приводили к каким-либо серьезным последствиям. Но не в этом случае. Все вышеописанное, приобретало совершенно другой вид в контексте Столетней войны. 

Занятый войнами в Шотландии, Эдуард III Английский, откладывает на время, свои претензии, однако, взбешенный интервенцией Филиппа VI в Гиень, он объявляет себя, в октябре 1337, королем Франции и посылает королю Филиппу вызов: "Если ты себя ценишь, давай Валуа, не бойся. Не прячься, покажись, прояви свою силу; как твой увядший цветок лилии, ты поблекнешь и исчезнешь. Не может со львом сравниться заяц или рысь…" (Geoffroy le Baker, Poemes). 

Начинается Столетняя война. 

Два короля, два герцога 

События следуют друг за другом очень быстро. В 1341, Жан де Монфор, провозглашается герцогом в Нанте, захватывает главные крепости, и привлекает на свою сторону англичан (июнь - июль). Созванная в Париже в августе 1341, ассамблея, должна была решить, кто будет официальным наследником герцогства Бретань. Прибыв в Париж, Жан де Монфор легко убеждается, что справедливого (с его точки зрения) суда не будет. Решив, что у него нет оснований, доверять королю Франции, Жан, не смотря на строгое предписание Филиппа VI оставаться при дворе, бежал и укрепился в Нанте. 

7 сентября пэры Франции назначили Карла де Блуа герцогом Бретани, а французские войска вторглись в герцогство через долину Луары. После месяца боевых действий, они захватили Нант. Жан де Монфор, был отконвоирован в Париж, и заключен в башне Лувра, где он оставался в течение трех лет. 

Антифранцузская партия обезглавлена. Казалось, уже ничего не мешает Карлу де Блуа приступить к обязанностям правителя Бретани. И тут, жена Монфора, Жанна Фландрская, становится лидером сторонников ее мужа. Незамедлительно, она признает Эдуарда III королем Франции. Учредив свою генеральную ставку за крепостными стенами города Эннебон, она не только сдержала все французские приступы, но осуществила ряд показательных рейдов против Карла де Блуа, что вызвало восхищение не только её сторонников, но и бретонцев держащих сторону Карла, а также самих французов. За свое бесстрашие и верность, она получила прозвище Пламенная Жанна. 

В течение всего 1342 года, через Бретань проходили вооруженные формирования многих национальностей; французы призвали на помощь генуэзских арбалетчиков, испанский флот, возглавляемый грандом Кастилии, Людовиком Испанским. Сторонников клана Монфор, как известно, поддерживали англичане: 30 октября 1342, король Эдуард лично прибывает в герцогство во главе небольшой армии, которая усиливает английские войска уже находящиеся в Бретани и сторонников своего кандидата. Испанцы быстро были выведены из игры в Роскасгуэн (Кемперле), где из трех тысяч испанцев, спасся только каждый десятый, а испано - генуэзсский флот, который выгрузил эту армию, был полностью уничтожен англичанами и бретонцами. 

В конце года, французские и английские подкрепления поступили с обеих сторон, и в январе война сделала новый виток, когда папа Климент VI добился, 19 января, перемирия между воюющими сторонами, подписанного в Малеструа. 

Эдуард III возвратился на свой туманный остров в конце февраля 1343. Жанна Фландрская, измученная войной, ведшейся весь предыдущий год, уехала туда же со своими двумя детьми, один из которых станет впоследствии герцогом Бретани, под именем Жана IV. Филипп VI Валуа, воспользовавшись перемирием, пригласил своих главных оппонентов среди бретонских дворян, помериться силами на турнире, в Париж. Там они были схвачены королевскими слугами и около пятнадцати из них, (в том числе и Оливье де Клиссон), были обезглавлены на публичном месте. Голова Клиссона была отослана в Нант, в назидание бретонцам не желающим покоряться королю Франции. 

Жану де Монфор, переодетому торговцем, удается бежать из Лувра 27 марта 1345. Он отправляется в Англию, чтобы получить подкрепления и высаживается в Бретани, где осаждает Кемпер, однако, безуспешно. Возвращаясь в Эннебон, 26 сентября того же года, он умер от открывшейся раны и был временно похоронен в аббатстве Сен-Круа де Кемперле, затем его останки были перенесены в могилу в часовне монастыря доминиканцев расположенного в Буржнеф де Кемперле. 

Несколько веков спустя, время Великой Французской Революции, часовня монастыря была снесена, могила уничтожена и Жан де Монфор был предан забвению до 1883, когда, некий человек, осуществляя раскопки в разрушенных церквях, обнаружил кости, которые он поместил в маленькую часовню. Этим человеком был никто иной, как Теодор Эрсарт де Вильмарке. 

Период с 1347 до 1362 проходит, в основном, под знаком взаимных промахов претендентов. Карл де Блуа, взят в плен англичанами (1347), сын Жана де Монфор, слишком молодой для политической деятельности, находится в Англии. Единственный видный факт того времени – это знаменитая "Битва Тридцати", произошедшая в 1351, между гарнизонами городов Жозелин и Плоэрмель. 

Жозелин поддерживает Карла де Блуа. Плоэрмель, под командой англичанина Ричарда Бембруга, партию Жана де Монфор. Страна, разделенная на два лагеря, опустошена постоянными стычками враждующих партий. Возмущенный подобным положением вещей, Бомануа, капитан Жозелина, пишет предводителю английского гарнизона: 

"Пора прекратить мучить таким образом народ [...]. Да будет Бог судьей между нами! Пусть каждый из нас выберет тридцать соратников чтобы поддержать своё дело. Посмотрим на чьей стороне будет правда...". 

Затем договариваются о месте и времени встречи: дуб, на полпути между Плоэрмелем и Жозелином, в субботу 26 марта 1351.Бомануа выбирает девять рыцарей, и двадцать оруженосцев. В противоположном лагере все происходит иначе. Бембро не смог найти для этого дела тридцать англичан. Он вынужден пригласить шесть немецких наемников и четырех бретонцев из партии Монфора. Сражаться, решено спешившись, используя мечи, кинжалы и топоры. В назначенное время, отряды съезжаются в условленном месте и по сигналу бросаются в бой. Схватка продолжается до полного истощения бойцов. Раненый в ходе боя, предводитель бретонцев просит пить и кто-то из участников сражения произносит ставшую легендарной фразу: "Пей свою кровь, Бомануа, жажда тебя оставит!". Бретонцы в этот день потеряли только троих. Со стороны англичан, потери составили, согласно Фруассару, дюжину мертвых, среди которых оказался и их капитан Ричард Бембро, остальные взяты в плен. 

Фруассар отметил эту битву как образец рыцарского подвига. 

Отметим также, девятимесячную осаду англичанами Ренна. Город спасает для французов Бертран дю Геклен, выдающийся бретонский стратег той эпохи. В остальном, конфликт принимает затяжной характер. Обе стороны измотаны войной, которая, кроме всего прочего, истощила финансы герцогства, а также покровителей обоих претендентов (так, высадка на континент Эдуарда III, в 1342, обошлась английской казне в 30 472 фунтов). 

Тем временем, Столетняя война принимает для Франции крайне неблагоприятный оборот. За поражением в морском сражении при Эклюз (1340), последовала катастрофа при Креси (1346), после одиннадцатимесячной осады пал Кале (1347). Затем следует временное перемирие, во время которого в стране свирепствует чума, уничтожая всех без разбора, вне зависимости от лагеря. В 1356, война возобновляется битвой у Пуатье, где французы опять терпят сокрушительное поражение. Сын и наследник Филиппа VI, Иоанн Добрый, пленен и отправлен в Лондон в качестве пленника. 

Договор в Бретиньи (1360), временно положивший конец франко-английскому конфликту, навязывает Франции очень тяжелые территориальные жертвы: потеря Пуату, Перигора, Лимузена, части Пикардии и Кале. Эти регионы возвращаются в собственность короля Англии. Что касается Бретани, два короля решают разделить герцогство между претендентами. 

Северную Бретань решено отдать Карлу де Блуа, три южных епархии - юному Жану де Монфор. Однако заинтересованные бретонские стороны (в частности Жанна де Пентьевр) не хотят даже обсуждать раздел своей страны. 

События стремительно нарастают с 1362, то есть с момента возвращения из Англии в Бретань молодого Жана де Монфор, будущего Жана IV. Теперь, исход Войны Наследования должен решиться в решающей битве между претендентами. 

29 сентября 1364, Жан де Монфор приводит английскую армию, состоящую из двух тысяч солдат и тысячи лучников, к городу Орей. Войска Карла де Блуа, находятся в плохой позиции, однако, с ним такой мудрый военачальник как Бертран дю Геклен. Не смотря на совет дю Геклена, Карл решает атаковать, но его четыре тысячи всадников попадают под обстрел лучников Монфора. Схватка была жестокой: по английским источникам, примерно половина армии Карла де Блуа, была выведена из строя (1 000 мертвых и 1 500 раненых). Дю Геклен взят в плен. Глава англичан, взмахом руки отдавая приказ к отправке пленных, говорит ему: "Это не ваш день мессир Бернар, в следующий раз, вы будете более удачливы". Карла де Блуа находят мертвым на поле сражения. Над телом своего кузена, юный Монфор не может справиться с волнением, Жан Шандо, коннетабль Гиени и глава его войска, попытался утешить его: "Вы не можете иметь вашего кузена живым и герцогство одновременно. Благодарите Бога и ваших друзей". В 1383, дабы увековечить память погибших в битве при Орее, где сражались друг против друга представители лучших семей Бретани, на поле брани возведут часовню. Карл де Блуа, уже в нашем веке, будет причислен к лику святых. 

Итак, претендент остается только один и конфликт завершается. По договору в Гуеранде (1365), к власти приходит представитель дома Монфор, Жан IV. 

Жан IV, является одним из самых любопытных деятелей бретонской истории. За свою жизнь ему пришлось пережить позор, изгнание, возвращение на родину, вновь изгнание и, в конце концов, всеобщее народное обожание. Выросший и воспитанный в Англии, став единоличным властителем герцогства, он окружил себя англичанами (так, главным казначеем Бретани между 1365 и 1373 был Томас Мельбурн, британцы занимали еще ряд видных постов; в некоторых городах герцогства стояли сильные английские гарнизоны), чем вызвал недовольство не только сторонников клана Блуа-Пентьевр, с которыми он официально примирился после прихода к власти, но и некоторых своих соратников. Но чего можно ожидать от человека, чье детство и юность прошли в Англии, опекуном которого был английский король, а женой - английская принцесса? 

Ситуация внутри герцогства опять накаляется. Бретонское дворянство, отвыкшее за четверть века междоусобицы от контроля над собой, не довольно попытками Монфора восстановить крепкую герцогскую власть, тяжелая подымная подать 1365 года, вызывает разочарование в народе. Ситуация усугубляется еще тем, что принеся, в 1366, оммаж королю Франции, Жан де Монфор отказывается поддержать его в 1369, когда Карл V, решает отвоевать у англичан земли, потерянные по договору в Бретиньи, хотя этого требовал его вассальный долг. 

Таким образом, у молодого герцога практически не остается союзников на континенте; он вновь вынужден искать помощи у своих союзников в Англии. 12 июля 1372 герцог вступает в тайный договор с Эдуардом III. Однако тайным он был не долго, так как уже в октябре, французы завладевают оригиналом договора, правда, еще не подписанным герцогом. Король Франции рассылает копии бретонским сеньорам. В апреле, высадка в Сен-Мало графа Солсбери, во главе воинского контингента, убеждает последних сомневающихся, в нарушении Жаном IV вассального долга. 

28 апреля 1373, он, оставленный всеми, покидает Бретань. 18 декабря 1378, Парламент Парижа, по подстрекательству Карла V, принимает решение о включении Бретани в королевский домен. 

Это было большой ошибкой короля Карла. 

Безусловно, бретонские дворяне могли по разному относиться к Жану де Монфор и его политике, но сажать себе на шею француза (даже если его фамилия Валуа) вместо своего герцога они не собирались. Повсюду образовываются патриотические лиги, которые вступают в контакт с Жаном IV. Теперь его поддерживает вся Бретань, даже приверженцы семьи Пентьевр. Вдова Карла де Блуа, Жанна де Пентьевр, была в первых рядах знатнейших дворян герцогства, которые принимают герцога в Динар, куда он с триумфом прибывает 3 августа 1379, среди общего ликования. Более того, Бертран дю Геклен, сделавший блестящую карьеру при французском дворе (к тому времени он уже стал коннетаблем Франции), ни как не отреагировал на категорические приказы полученные от короля: у него нет желания начинать войну у себя на родине. Король, понявший свою ошибку, не будет к нему слишком строг. 

Тем не менее, Карл V не собирается идти навстречу, герцогству, однако его кончина, внезапно последовавшая в сентябре 1380, позволяет ситуации разрядиться: второй договор в Гуэранде, подписанный 15 января 1381, урегулировал отношения между двумя государствами. Бретонский нейтралитет признан и Жан IV изъявляет, по всей форме, покорность Карлу VI. Сейчас трудно судить, насколько новый французский монарх был этим доволен: по причине своей полной психической невменяемости, несчастный король находился под опекой Генеральных Штатов. Дипломатия Жана IV, таким образом, торжествует: английское влияние заканчивается, не будучи заменено французским. На текущий момент, Карл VI номинально признан сюзереном. До конца своего правления Жан IV держал слово. 

В 1399, первый герцог из династии Монфор умирает. Он спас, и частично восстановил герцогство, однако он оставляет своему сыну тяжелое наследие бурного века: давно оспариваемую власть и неустойчивое положение между Францией и Англией. В целом, однако, Бретань вышла усиленной из этой длинной череды "государственных" браков и споров о наследовании. XV век будет отражением этого вновь обретенного могущества. 

N.B. Именно о Жане IV, говорится в замечательной бретонской песне An Alarc‘h (Лебедь), ставшей в нашем веке одним из патриотических гимнов Бретани. 

Бретань в XV веке. 

XV век, без всякого сомнения, великий бретонский век, известный еще более тем, что именно в его течении, герцогство растворилось, окончательно на этот раз, во французском королевстве. Во всех трудах, посвященных истории Бретани, ему уделяется особое внимание. Развязка выпала на финал этого периода, особенно бурного и непростого. 

Столетняя Война продолжается. Усиление английского гарнизона в Кале, в 1400, ясно показывает возобновление враждебности. Бретонская дипломатия находится накануне особенно деликатного положения. Бретонцы разделены. Некоторые большие сеньоры, занимают профранцузскую позицию, ибо слишком многое связывают их с Францией. Они знают, что если Бретань выберет Англию, они потеряют или свои либо бретонские, либо французские земли. К этим мотивам добавляются заботы внутренней политики: усиление влияния короля Франции в Бретани, будет иметь последствием ослабление герцогской власти. Конечно, эти же доводы - для герцога искушение занять сторону англичан. Бретонцы однако доказали в 1272-1273 что, если они были враждебны к французскому господству, то к англичанам они относились ни чуть не лучше. Единственное, таким образом, возможное, но очень трудно выполнимое решение - осторожный нейтралитет. 

Период, на который приходится господство Жана V (1399-1442) кардинален для Бретани. Личности этого государя давались самые противоречивые оценки, как при жизни, так и после смерти. Для одних, "разум посредственный и боязливый, без высоких добродетелей, алчный и ведомый исключительно эгоистичной заботой о своих интересах и своем спокойствии " (А.Rebillon, Histoire de la Bretagne), для других он доброжелательный человек, набожный, однако жизнерадостный, умеющий быть широким... Все, в любом случае, признают за ним присутствие личного стиля во внешней политике, которая, с этой эпохи, определяет совокупность герцогской политики вообще. У Жана V она тонка и изменчива, богата неожиданными поворотами. 

Период с 1399 по 1419 характеризуется постепенной стагнацией бретонского нейтралитета. С 1403, бретонцы и англичане взаимно опустошают берега друг друга. Эта маленькая война включается в более широкий конфликт когда, в 1404, бретонцы совместно с французами отправляют 300 кораблей к Девонширу. Англичане ответят в Гуэранде... борьба следует в том же ритме в 1405-1406. Бретань входит в войну на стороне французов. 

Очень быстро, однако, Жан V понимает опасность этой политики, и вновь встает на позиции нейтралитета. С этого момента, он выступает как посредник между Англией и Францией, сначала в 1416, затем в 1418. 

Именно на этот решительный поворот бретонской дипломатии приходится заговор неисправимого клана Пентьевр. С 1410, ситуация внутри Бретани, была достаточно спокойной. Но, напряжение нарастает в 1419, из-за подстрекательства дофином семейства Пентьевр. Это прямое последствие перехода герцога от про-французской политики к нейтралитету. 

13 февраля 1420, герцог завлечен в западню представителями дома Пентьевр, и остается заключенным в одном из их замков до 5 июля. Единственная забота Жана V тогда - выжить. Он обещает все: пенсии, поместья, браки... Спасение приходит благодаря энергии его жены, Жанны. Проявив дипломатическую дальновидность, она окружает себя высшей знатью Бретани, назначает виконта де Роан, наместником герцогства. Она предупреждает, таким образом, расширение мятежа. 

Поскольку французы поддерживают семейство Пентьевр, это обеспечивает ей помощь англичан, но она, взывая ещё и к наследнику французского престола, просит его как сюзерена, защитить своего вассала! Смущенный, дофин занимает выжидательную позицию. Жанна обращается так же коммерческим партнёрам Бретани: рошельцам, бордоссцам, испанцам, шотландцам... Таким образом, она изолирует семью Пентьевр, избегая новой войны Наследования. 8 мая, она начинает осаду замка, в котором был заключен ее муж. Два месяца спустя, освобожденный герцог, возвращается в Нант. 

Этот инцидент имел два последствия. Это крах, с одной стороны, дома Пентьевр. Все их владения конфискованы и разделены большей частью между грандами, таким образом, вознагражденными за верность герцогу. По отношению к Франции, с другой стороны, реализм суверена Бретани и поражение англичан у Божэ, помогают преодолеть ему своё злопамятство. С 1422 года, Жан V возвращается к нейтралитету. Таким образом, дело не имело значительных последствий, разве что, укрепило недоверие герцога по отношению к Франции. 

Политика равновесия характеризует двадцать последних лет его господства... но тут, по инициативе англичан, возобновляется Столетняя война. 

Перед лицом опасности, Жан V закладывает новый поворот. Годы 1427-1435 - проанглийские, но герцог избегает общей ссоры с Францией. Бретонский дворянин Артур де Ришмон – верный соратник Жанны д‘Арк, и герцог позволяет бретонцам, таким как Жиль де Рец, другой компаньон Орлеанской Девы, служить во французской армии. Ещё один значительный фактор подтолкнувший, герцога оставить союз с англичанами – это мощное общественное мнение в самой Бретани. Жанна д‘Aрк символизировала идею французского единства... 

Финал правления является апогеем герцогской политики. Жан доходит, наконец, до абсолютного нейтралитета. Символично, что именно в разгар посредничества между французами и англичанами, герцог умирает, 28 августа 1442. 

Его заслуга не только в сохранении, в целом, мира в Бретани. "Он оставил свою страну мирной, богатой и обильной любыми товарами", констатирует Алан Бушар. В тоже время, его позиция нейтралитета заложила основы политики независимости. Но ее становится все более и более трудно сохранять, по мере того, как восстанавливается во Франции могущество королевской власти. Жан V относился к той категории крупных феодалов, уничтожение которой "как класса", короли Франции считают отныне своей наипервейшей задачей. Средневековье, а с ним и феодальная вольница, подходят к завершению… 

С 1442 до 1458, три герцога разделяют между собой этот период. 

Сначала старший сын Жана V, Франциск I (1442-1450). Весьма лояльный по отношению к Франции, он поощряется в этой политике умеренностью претензий Карла VII, который довольствуется ленной зависимостью только французских земель герцога. В итоге, Бретань входит в войну на стороне Франции, 31 июля 1449. 

Господство Франциска I, который скончался 18 июля 1450, интересно своим расхождением с политикой его предшественника, Жана V. За равновесием следует исключительно разыгрывание французской карты, которое можно оправдать, конечно, политической и военной конъюнктурой, весьма благоприятной для короля Франции. Однако политика следующего государя Бретани, его брата Пьера, вернет всё на свои места. 

Хрупкий, несмелый, подверженный приступам жестокости, Пьер II занимает видное место в бретонской истории. Он удаляет от герцогского двора сторонников чрезмерного сближения с Францией, однако продолжает поддерживать королевство против Англии, хотя и умеренно. Он позволяет бретонцам сражаться на стороне французов. Именно бретонский флот, ведомый Жаном Келеннек, блокирует Бордо в 1453 и высаживает десант из 8000 солдат, которые занимают город. 

Но в тоже время, герцог пытается утвердить независимость или, по крайней мере, самостоятельность Бретани. Он поддерживает прямые отношения с иностранными правителями и подписывает коммерческие договоры с Кастилией и Португалией в 1451. Когда Карл VII, требует ленного оммажа от Бретани, Пьер уклоняется… 

Положение герцогства отличается, тогда возрождающимся благополучием и явной тенденцией к защите свей независимости. Очень короткое господство Артура III (Артур де Ришмон, сентябрь 1457-декабрь 1458), не отмечает в этом отношении никаких изменений. Остающийся коннетаблем Франции, верный по отношению к королю, этот старый суровый солдат проявляет, однако такую же бдительность, как и Пьер II, когда речь идет о защите бретонских прав. 

Результаты этой политики, ведущейся с большим постоянством (за исключением Франциска I), с 1422 до 1458, тем не менее, неудовлетворительны. Бретань теперь, гораздо менее независима чем, например, Бургундия. Она рассматривается как часть Франции многими иностранными правителями, и частью своей же аристократии. Приход к власти в Бретани Франциска II, совпадает с правлением весьма энергичного Людовика XI, короля Франции с 1461.