История Русской Аляски: от открытия к продаже

Санкт-Петербургский государственный университет

факультет журналистики



















Реферат по Отечественной истории на тему: 

«История Русской Аляски: от открытия к продаже»

































г. Санкт-Петербург 2007


ОГЛАВЛЕНИЕ



Введение	3

1. Характеристика территории	4

2. История открытия и развития Русской Аляски	6

3. Обсуждение проекта продажи Аляски Соединённым Штатам	13

4. Решение об уступке колоний и заключение договора	28

5. Слухи об Аляске	39

и в заключении	42

Приложение	43

Список литературы	44


Введение



В детстве бабушка мне часто рассказывала про наших далёких предков, которые жили в сказочном месте под названием Аляска, и называла их креолами. Тогда я не знала ни где находится Аляска, ни кто такие креолы. Но я была уверена в одном: когда я вырасту, то обязательно побываю в этом сказочном месте.

Через много лет я узнала, что креолами в Русской Америке называли людей, родившихся от браков русских с местными уроженками и что наши предки, должно быть, были высланы с Аляски 24 апреля 1868 г. в Николаевск-на-Амуре на судне “Император Александр II”, как и все остальные креолы. 

Но, к сожалению, на Аляске я ещё не побывала. Причин тому много: начиная от сложностей получения американской визы и заканчивая отдалённостью сих мест. Зато у меня появилось новое увлечение – вот уже несколько лет я интересуюсь историей русской Аляски.

Данный реферат является доработанной версией работы, которую я написала в прошлом году. Значительно увеличены главы, доработаны детали, переоценены выводы. В общем, только теперь могу назвать эту работу законченной.


1. Характеристика территории



Аляска (см. приложение № 1)

Площадь: 1530,7 тысяч кв.км

Столица: Джуно

Население: 626.932 человек; 48-е место

Аляска – самый большой штат США, расположенный на северо-западе Северо-Американского континента. Берингов пролив отделяет Аляску от Азии всего на 82 км (51 милями). 

 Земли Аляски вошли в состав США в 1867 году, когда Российская империя продала этот берег Союзу Американских штатов. 

 В 1900 г на Аляске открыли золотоносные источники. Золотая лихорадка охватила континент, и в Аляску потекли тысячи тысяч старателей, надеявшихся найти на этих землях золото и разбогатеть. Через несколько лет спал ажиотаж «золотой лихорадки», но люди, к тому времени обжившиеся на этих землях, не покинули Аляску. Сейчас этот регион является важнейшим в сфере рыбодобывающей индустрии США.

 В годы Второй Мировой войны (1939-1945) Аляска была одним из главных стратегических регионов страны. Именно через Аляску США посылали военные самолеты с помощью для России. В годы войны японскими войсками был атакован Датч Харбор, оккупированы города Атта и Киска. 

С 1940 по 1950 огромный наплыв иностранных эмигрантов на земли Аляски способствовал индустриальному возрождению и развитию этих земель. И 3 января 1959 года Аляска вошла в состав США, как самостоятельный – 49-й по счету, штат союза американских штатов. 

Аляска – земля первобытной, дикой красоты Природы (см. приложение № 2), изрезанная фиордами, и взметнувшаяся к облакам чарующей красотой снежных гор. Земля ледников и клокочущих вулканов; лесных дебрей и голых островов тундры; жаркой весны и ледяных ветров зимней стужи. Аляска – царство природных контрастов: пронзительных ветров и палящего солнца, дождей и снегов, жары и холода. Аляска – земля, которая до сих пор подвержена глобальным тектоническим изменениям ландшафта. 

До сего времени ее земли считаются богатейшими источниками минеральных и топливных ресурсов. Этот штат и сейчас является самодостаточным районом, стабильность экономики которого основана на богатейших природных ресурсах, среди которых и нефть, и газ. 

Сегодняшняя Аляска – это гармоничное сочетание старого и нового. На этих землях до сих пор можно встретить и трапперов – охотников на морского зверя, которые путешествуют на собачьих упряжках, и современные города, связанные с индустрией всего мира самыми современными средствами коммуникаций. 

Есть такое предположение, что свое имя Аляска получила от ее коренных жителей – алеутов. На их языке Аляской называлась великая земля, расположенная на пограничных территориях Дня и Ночи. 


2. История открытия и развития Русской Аляски



 История Аляски до её продажи США в 1867 г. – это одна из страниц истории России.

 В середине XVII в. Русские землепроходцы и мореходы вышли к берегам Тихого океана. Программа дальнейших открытий и исследований на рубеже Азии и Америки была намечена Петром I. Снаряжая Первую Камчатскую экспедицию, 6 января 1725 г. Пётр I так определил её основные задачи:

1. «… надлежит на Камчатке или в другом там месте, сделать один или два бота с палубами…»;

2. «… на оных ботах (следовать) возле земли, которая идёт в норд, и по чаянию (понеже оной конца не знают), кажется, что та земля часть Америки…»;

3. «…и для того искать, где оная сошлась с Америкой…».

 В 1728 г. эта экспедиция во главе с В.Берингом на боте «Св. Гавриил» с Камчатки прошла до 67 18 с. ш. и установила, что Азия «не сошлась» с Америкой, но мореплаватели возвратились к своему исходному пункту, не увидев Американского материка.

 Спустя четыре года, в августе 1732 г., подштурман И.Федоров и геодезист М.Гвоздев на этом же боте открыли американский берег, лежащий против «Чукотского носа», в течение двух суток лавировали в непосредственной близости от него и установили, что это «не остров, а великая, Большая земля».

 В 1741 г. пакетботы Второй Камчатской экспедиции «Св. Пётр» под командованием В.Беринга и «Св. Павел» во главе с А. Чириковым вышли из только что построенного на Камчатке Петропавловска, пересекли Тихий океан и открыли северо-западные берега Америки. 10 октября 1741 г. А.Чириков достиг Петропавловской гавани. В.Беринг до Камчатки не дошёл, смерть настигла его 8 декабря 1741 г. на пустынном острове, названном впоследствии его именем. Оставшиеся в живых спутники В.Беринга 26 августа 1742 г. вернулись в Петропавловскую гавань.

 Оценивая научные и политические результаты второй экспедиции В.Беринга и А.Чирикова, советский историк А.В.Ефимов признал их огромными, ибо в ходе Второй Камчатской экспедиции американский берег впервые в истории был достоверно нанесен на карту как «часть Северной Америки». Так закончилась вторая российская экспедиция, открывшая северо-западное побережье Северо-Американского континента.

 Российская императрица Елизавета не имела никакого интереса к землям Северной Америки. Она издала указ, по которому обязала местное население платить пошлину за торговлю, но больше никаких шагов в направлении развития отношений с Аляской не делала.

 Следующие 50 лет Царская Россия проявляла к этой земле очень мало интереса. 

 Но в 1743 году российские торговцы и охотники за пушниной установили очень тесный контакт с алеутами. Европейские болезни, которые занесли алеутам новые поселенцы, были смертельны для туземцев нового континента. Оспа, корь, туберкулез, венерические болезни, пневмония – стали тем оружием, которое почти истребило алеутов. До контакта с европейцами популяция алеутов насчитывала 15- 20 тысяч человек. В 1834 году их осталось всего 2 247, в 1848 – уже 1 400. С 1864 года, когда на островах поселились русские, популяция алеутов снова резко подскочила до 2 005 человек – благодаря смешанным бракам и притоку новой крови. Но к 1890 снова снизилась до 1 702 человек.      

 Охотники мигрировали к востоку Алеутских островов вслед за животными, на которых они охотились. Поскольку промысел отдалялся от Камчатки – цены на мех поднимались, и маленькие торговые компании разорились. До 1770 года среди купцов- торговцев и заготовителей пушнины на Аляске считались самыми богатыми и известными Григорий Иванович Шелихов, Павел Сергеевич Лебедев-Ласточкин, а так же братья Григорий и Петр Пановы.

 Меха, доставленные экипажем «Св. Петра» с о. Беринга, рассказы о богатых морским зверем островах возбудили интерес предприимчивых русских торговых и промышленных людей. Продвигаясь на восток вдоль Алеутских островов, открывая новые земли, они составляли карты, правда, не отличавшиеся большой точностью. 

После В. Беринга и А. Чирикова, впервые побывавших у полуострова Аляски в 1741 г., мореход Г.Пушкарёв (участник Второй Камчатской экспедиции В.Беринга) на судне «Гавриил» прибыл в 1760 г. Для зимовки и промысла к острову, «называемому Атха». «Через зимовку, - писал в рапорте Г. Пушкарёв,-… отправились мы с оного Атхи острова на второй по названию Аляска мая 26-го (1761г.)».

 В 1762 году правительницей России стала императрица Екатерина Великая, и правительство снова обратило свое внимание на алеутов. Екатерина издала в 1769 году указ, которым отменила пошлины на торговлю с алеутами, а так же издала указ, которым приказывала озаботить правительство судьбой алеутской народности. К сожалению, указ императрицы остался только указом на бумаге. Без контроля и надзора правительницы за его исполнением он не выполнялся.

 Отдельные сведения и карты русских промышленников ещё до их опубликования были использованы М.В.Ломоносовым при разработке проекта Северного морского пути в 1764 г. Познакомившись с материалами экспедиции С.Г. Глотова, М.В. Ломоносов высказал предположение, что «лесной орех» («Алахшак») может быть мысом.

 Тем не менее, правительственная экспедиция П.К.Креницына и М.Д.Левашова (1764-1769), отправленная для проверки данных С.Г.Глотова и С.Т.Пономарёва, на итоговой карте обследований показали «Аляску» островом.

 Впервые упомянутый выше полуостров был показан как полуостров «Alaska» на карте, составленной во время третьего плавания английской экспедиции Дж. Кука, побывавшей в северных водах Тихого океана в 1778-1779 гг. Однако на этой карте с ним слилась группа островов – Кадъяк, Шуяк и Мармот, ибо Дж.Кук не заметил пролива (пролив Шелихова), отделяющего эти острова от материка.

 «Узкая часть Северо-Западной Америки, выдававшаяся на несколько сот вёрст к юго-западу, называется Аляска или Алякса, а по-алеутски Алахсхак»,- писал русский миссионер на Уналашке И.Е.Вениаминов. В переводе с алеутского «a-la-as-ka» «Большая земля».

 В конце XVIII в. Русские стали называть «Аляской» не только узкий полуостров, но и весь северо-западный выступ Северо-Американского материка. Наименование «Аляска» в применении к северо-западной части Северо-Американского материка совершенно исчезает в официальных документах в 1799 г. и сохраняется лишь как географическое название саблеобразного полуострова Аляска, который и ныне так называется на картах.

 Со слиянием компаний купцов Г.И.Шелихова, И.И. и М.С.Голиковых и Н.П.Мыльникова в 1798 г. была создана и в 1799 г. окончательно оформилась единая «Российско-Американская компания». Она получила от Павла I монопольные права на пушной промысел, торговлю и открытие новых земель в северо-восточной части Тихого океана, призванная представлять и защищать своими средствами интересы России на Тихом океане.

 С 1800 г. Главное правление компании, состоявшее из нескольких директоров, располагалось в Петербурге на Мойке у Синего моста. Компания была объявлена находящейся под «высочайшим покровительством». Акционерами компании с 1801 г. стали Александр I и великие князья, крупные государственные деятели.

 Шелихов умер в 1795 году. Его зять и законный наследник «Российско-Американской Компании» Николай Петрович Рязанов в 1799 году получил от правителя России императора Павла I право на монопольную Американскую пушную торговлю. Это полномочие обязывало компанию занять под свое владение северные территории еще ранее открытые русскими. И учреждать российские представительства не только на них, но и на новых землях, однако, стараясь не вступать в конфликт с другими державами. 

 В 1812 году Баранов, директор «Российско-Американской компании», учредил южное представительство компании (на берегу Калифорнийского залива Бодиджа). Представительство это было названо Русское селение, сейчас известное как Форт Росс. Позже, в 1841 г. Форт Росс был продан Джону Саттеру – немецкому промышленнику, попавшему в историю Калифорнии благодаря своей лесопильне в Колома, на территории которой в 1848 году была найдена золотая жила, с которой началась знаменитая Калифорнийская Золотая Лихорадка. 

 С поста директора Российско-Американской компании Баранов ушел в 1818 году (на пенсию). Он хотел вернуться домой – в Россию, но в дороге скончался. 

 К руководству компанией пришли военно-морские офицеры, которые способствовали развитию компании. А в 1821 году в политике компании был оговорен такой момент: отныне руководителями Российско-Американской компании должны были быть только военно-морские офицеры. Флотское руководство компании улучшило ее администрацию, расширило колонии. Однако, в отличие от Баранова, флотское руководство очень мало интересовалось самим торговым бизнесом, и крайне нервно относились к заселению Аляски англичанами и американцами. Руководство компании, именем Российского императора, запретило вторжение всех иностранных кораблей на 160 км в акваторию близ Российских колоний на Аляске. Разумеется, такой приказ был немедленно опротестован Великобританией и правительством Соединенных Штатов.

 Спор с США был урегулирован конвенцией 1824 года, которая определила точные северные и южные границы российской территории на Аляске. В 1825 г. Россия пришла к согласию и с Британией, определив также точные восточные и западные границы. Российская империя дала обеим сторонам (Британии и США) права вести на Аляске торговлю в течение 10 лет, после чего Аляска полностью переходила во владение России. 

 В отношении территории, подведомственной «Российско-Американской компании» на Северо-Американском материке в русских официальных документах использовались названия: «Российско-американские селения», «Российские колонии в Америке», «Российские Северо-Американские колонии» и т.д. Но только в одном лишь официальном документе встречается термин «Русская Америка». Речь идёт об «Отчёте по обозрению Российко-Американских колоний действительного статского советника С.А.Костлицева», проводившего ревизию деятельности «Российско-Американской компании» в 1860-1861 гг.

 Однако термин «Русская Америка» употреблялся в 60-х годах XIX в. и в неофициальных документах. Служащий «Российско-Американской компании» морской офицер Д.И.Неделькович в своём дневнике так называл колонии России в Америке.

 Исследуя происхождение термина «Русская Америка», советский историк Н.Н.Бохотинов справедливо отметил, что «в итоге русских экспедиций XVIIIв. Азия «сошлась» с Америкой и между двумя соседними континентами завязались более или менее систематические и прочные контакты. Россия стала не только европейской и азиатской, но и в какой-то мере американской державой. Появился и завоевал права гражданства термин «Русская Америка…»

 Прошло более ста тридцати лет с тех пор, как в столице Русской Америки Ново-Архангельске, согласно договору об уступке Россией Аляски США, 18 октября 1867 г. при залпах русской береговой батареи и американской судовой артиллерии был спущен флаг «Российско-Американской компании» и взвился звёздно-полосатый флаг Северо-Американских Соединённых штатов: официальная церемония передачи Российских владений в Америке США состоялась.

 После 1867 г. уступленная Россией США часть Северо-Американского материка получила статус «территория Аляска». 3 января 1959 г. территория Аляска была преобразована в 49-й штат США.

 У всех тех, которые впервые в жизни узнаёт историю продажи Аляски, появляется много вопросов. Зачем продавать столь экономически выгодную часть России? Почему за столь малую цену? И много, много других… Существует также и множество заблуждений, про которые я расскажу после.


3. Обсуждение проекта продажи Аляски Соединённым Штатам



Впервые идея о возможности продажи Русской Америки США была официально выдвинута великим князем Константином (см. приложение № 3) в письме из Ниццы 22 марта 1857 г. на имя нового министра иностранных дел А.М.Горчакова (см. приложение №3). При этом сделана ссылка на «стесненное положение государственных финансов и трудности с сокращением бюджета морского министерства без значительного ущерба развитию русского флота. «Продажа эта была бы весьма своевременна, ибо не следует себя обманывать и надобно предвидеть, что Соединенные Штаты, стремясь постоянно к округлению своих владений и желая господствовать нераздельно в Северной Америке, возьмут у нас помянутые колонии, и мы не будем в состоянии воротить их. Между тем колонии эти приносят нам весьма мало пользы, и потеря их не была бы слишком чувствительна и потребовала только вознаграждения нашей Российско-Американской компании. Для ближайшего обсуждения этого дела и вычисления ценности колоний казалось бы полезным истребовать подробные соображения бывших правителей колоний: адмирала барона Врангеля, контр-адмирала Этолина, находящихся в Петербурге, имея, впрочем, в виду, что все они могут иметь несколько пристрастный взгляд как члены Американской компании и притом как лица, которые провели лучшие годы жизни в колониях, где пользовались большой властью и значением».

 В заключении Константин Николаевич просил А.М.Горчакова доложить эти соображения Александру II (см. приложение № 3).

 А.М.Горчаков, разумеется, не мог игнорировать предложение великого князя и сразу же показал письмо императору. На первой странице этого документа сохранилась собственноручная помета Александра II: «Эту мысль стоит сообразить». Проконсультировался глава МИД и с бывшим правителем Русской Америки (1830-1835) и директором Российско-Американской компании (1840-1849) адмиралом Ф.П.Врангелем, занимавшим с 18 мая 1855 г. пост министра морских дел. В двух записках, представленных А.М.Горчакову 9 и 10 апреля 1857 г., Ф.П.Врангель не решился выступить против мнения великого князя, хотя и высказал некоторые соображения о пользе, приносимой Российско-Американской компанией. «Если наше правительство в видах предусмотрительной осторожности и по своим политическим соображениям находит, с одной стороны, неудобным удержать владения России в Америке и на разбросанных островах Восточного океана за ними и тем лишит нас желательного поощрения к морским торговым предприятиям в дальние моря; а с другой – признает нужным или полезным уступить эти владения правительству Соединенных Штатов Северной Америки, то сделка эта смогла бы быть основана на следующем расчете…»: 7484 акции Российско-Американской компании дают в год доход по 18 руб., т. е. всего 134 712 руб. серебром. Откладывается в основной капитал 13 471 руб. и для раздачи бедным – 673 руб. Итого – 148 856 руб. серебром. Исходя из 4% это составляет капитал в 3 721 400 руб. серебром. За уступку владений Соединенными Штатами наше правительство могло бы истребовать такую же сумму и правительству, всего 7 442 800 руб. серебром. Богатые угольные запасы, лед, строительный лес, рыба… и превосходные морские порты представляют гражданам Соединенных штатов такие огромные выгоды, что правительство Штатов не должно бы затрудняться в приобретении этих выгод этой сравнительно незначительной суммой».

 Учитывая, что от прекращения деятельности Российско-Американской компании будет нанесен ущерб Сибири, Ф.П.Врангель считал целесообразным использовать «проценты с суммы в 3 700 000 руб. серебром» для благоустройства побережья Восточной Сибири от реки Амур до Камчатки «по предметам, способствующим торговым предприятиям».

 В записке Ф.П.Врангель обращает внимание на необходимость сохранения тайны и намечался конкретный порядок действий, включая предварительные секретные переговоры с правительством США.

 Соображения Ф.П.Врангеля, по всей видимости, получили одобрение А.М.Горчакова и легли в основу записки МИД России, представленной Александру II 29 апреля 1857 г.

 Как и записки Ф.П.Врангеля, доклад МИД Александру II представляет собой документ, примечательный во многих отношениях.

 С одной стороны, в докладе поддерживалось мнение великого князя Константина о целесообразности уступки Русской Америки Соединенным Штатам. С другой – в нем предлагалось не торопиться с практическим исполнением дела, а, соблюдая строжайшую тайну, предварительно поручить Э.А.Стеклю (см. приложение № 3) «выведать мнение Вашингтонского кабинета по сему предмету». Сама передача «должна совершиться через 4 с лишним года, когда кончатся права и привилегии, а равно условия, заключенные с Северо-Американской компанией. Отсрочка эта необходима уже и для того, чтобы дать время компании привести к окончанию свои операции и дела». Стоимость колоний в точном соответствии с записками Ф.П.Врангеля МИД определяло в одном случае в 7 442 800 руб. серебром, в другом – в 20 млн. руб. серебром.

 Приведенные документы позволяют проследить некоторые различия мнений внутри царского правительства. С одной стороны, великий князь Константин (а еще ранее Н.Н.Муравьев-Амурский) выступили за уступку Русской Америки Соединенным Штатам, резко критиковали деятельность монопольной Российско-Американской компании и высказывались за сближение с Соединенными Штатами. Весьма условно их можно назвать «либералами» и «западниками», влияние которых после Крымской войны постепенно увеличивалось. По свидетельству самого Константина, его предложение поддержали, а частности, адмирал Е.В.Путятин, капитан 1-го ранга И.А.Шестаков и российский посланник в Вашингтоне Э.А.Стекль.

 С другой стороны, более «консервативное» и «националистическое» большинство государственных деятелей, хотя и не возражало в принципе против продажи русских владений в Америке, тем не менее считало необходимым предварительно всесторонне обсудить эту проблему, выяснить положение в Русской Америке, прозондировать почву в Вашингтоне и во всяком случае не торопиться с практическим осуществлением продажи, отложив ее до истечения срока привилегий Российско-Американской компании в 1862 г. и ликвидации контракта с Американо-Русской компанией в Сан-Франциско.

 Этой линии придерживались А.М.Горчаков и сотрудники Азиатского департамента МИД, занимавшиеся подготовкой соответствующих материалов (в частности, приведенной ранее запиской на «высочайшее имя»), министр морских сил Ф.П.Врангель, а главное – сам император Александр II. Наибольшее значение имело именно его решение, которое зафиксировано в итоговой записи на первой странице указанного выше доклада МИД: «Осталась без исполнения, пока не окончится вопрос об уничтожении контракта между компанией нашей с Сан-Франциско, условия которого могут чрезвычайно уронить ценность владений наших в Северной Америке. Апреля 29 дня 1857-го года».

 Между тем в Санкт-Петербурге продолжали поступать сообщения о новых притязаниях и активности американцев на Тихоокеанском Севере. Два любопытных донесения на этот счет Э.А.Стекля сохранились, в частности, в деле Азиатского департамента МИД «Об уступке наших американских колоний правительству Соединенных Штатов». Первое из них от 1 ноября 1857 г. касалось традиционных противоречий между монопольной Российско-Американской компанией и американскими торговцами, добившимися полной свободы действий в русских владениях. «Я предвижу жалобы американцев против нашей компании, - сообщал Э.А.Стекль из Вашингтона, - и несколько месяцев назад я уже предупредил об этом генерала Поликовского, который является ее директором. Мы не можем отрицать, что рекламации американцев являются справедливыми, и компании необходимо сделать уступки. Монополия – это учреждение не нашего века, и на Тихом океане они так же невозможны, как и в любом другом месте. Компания не может продолжать сохранять свои ограничения, не создавая дальнейших затруднений, провоцируя серьезные дискуссии между двумя правительствами и нанося ущерб своим собственным интересам. Императорское правительство предоставило свободный доступ в наши восточносибирские порты и объявило их свободными портами. Компания поступила бы правильно, если последовала этому примеру».

 Второе донесение касалось уже совершенно необычного сюжета – слухов о возможности переселения мормонов из США на Аляску. В ответ на недоуменный вопрос, обращенный в этой связи Э.А.Стеклем к президенту США Джеймсу Бьюкенену, последний с улыбкой заметил: «То, как урегулировать этот вопрос, это Ваша забота; что же касается нас, то мы были бы очень счастливы от них избавиться». Хотя речь шла не более чем о слухе, Стекль замечал, что в случае его реализации перед русскими властями встанет альтернатива: оказать вооруженное сопротивление или отказаться от территории.

 Хотя сообщение о мормонах, полученное от Стекля, относилось к числу маловероятных, оно способствовало возрождению идеи о продаже Русской Америки. Познакомившись с этим донесением, Александр II сделал следующую помету: «Это подтверждает мысль о необходимости решить вопрос о наших американских владениях». Показательно также, что на сообщения Э.А.Стекля относительно Российско-Американской компании с американскими торговцами прямо ссылался Константин, когда в декабре 1857 г. возобновил свое представление А.М. Горчакову. Критикуя деятельность Российско-Американской компании, либеральный член царской семьи подчеркивал, что не следует соединять в одном лице «купца и администратора» и что «подобное соединение крайне вредно для подвластных компании народов».

 «У нас при отсутствии всякой гласности … вред еще ощутительнее, - указывал великий князь и предлагал: - Назначить несколько самых способных гражданских чиновников и морских офицеров для обревизования всего «колониального управления» и приступить к пересмотру устава, для того чтобы превратить Российско-Американскую компанию «в учреждение чисто торговое, а не административное».

 При обосновании целесообразности уступки Русской Америки Соединенным Штатам Константин вновь развил свои излюбленные общеполитические и стратегические соображения: Россия «должна всячески стараться укрепляться в центре своем, в тех сплошных коренных русских областях, которые составляют по народности и вере настоящую и главную силу ее, и должна развивать силы этого центра, дабы сохранить те из своих оконечностей, владения коими возможно и приносит ей истинную пользу.

 Североамериканские Штаты, следуя естественному порядку вещей, должны стремиться к обладанию всей Северной Америкой, и поэтому рано или поздно встретятся там с нами, и не подлежит сомнению, что овладеют нашими колониями, даже без больших усилий…». Именно поэтому представитель правящей династии Константин предлагал «заблаговременно» продать русские владения в Америке и «дружелюбно» разрешить «вопрос, который в противном случае разрешится против нас и притом завоеванием».

 Как и ранее, Константин выступал за скорейшее решение вопроса и предлагал направить в колонии «ревизионную комиссию» уже в 1858 г., для чего считал «возможным снарядить особое судно». Его адресат придерживался на этот счет несколько иного мнения и явно не хотел торопиться. А.М.Горчаков, в частности, полагал, что если уж продавать русские владения в Америке, то инициатива должна исходить от американского кабинета в Вашингтоне, а не от царского правительства в Санкт-Петербурге. Кроме того, преждевременная посылка ревизионной комиссии могла бы повредить коммерческой деятельности Российско-Американской компании, и поэтому работу комиссии следует отложить и совместить в будущем с подготовкой пересмотра ее привилегий.

 Ознакомив Александра II с новым обращением великого князя Константина, министр иностранных дел сумел, по всей видимости, вновь заручиться императорским одобрением своей выжидательной линии. Во всяком случае, даже без консультации с министром финансов, в ведении которого находилась Российско-Американская компания, А.М.Горчаков направил 29 декабря 1857 г. «генерал-адмиралу» «личное свое мнение», в котором предлагалось:

«предписать» Э.А.Стеклю, «не компрометируя ни себя, ни императорское правительство, осторожно внушить вашингтонскому кабинету мысль о возможности склонить Россию к уступке колоний на выгодных условиях;

отправить ревизионную комиссию в колонии за два года до окончания срока дарованной компании привилегии;

на основании отзыва посланника и сведений, доставленных комиссией, приступить к окончательному разрешению вопроса».

 Именно эти идеи, а не предложения Константина, легли в основу дальнейших действий царского правительства, и в первую очередь ведомства иностранных дел. Во время пребывания в Санкт-Петербурге во второй половине 858 г. Э.А.Стекль получил от А.М.Горчакова указание не проявлять собственной инициативы, а лишь информировать МИД в том случае, если правительство США сделает новое предложение.

 Такой случай представился 1859/60 г., когда состоялись беседы Э.А.Стекля с сенатором У.М.Гвином и заместителем государственного секретаря Джоном Апплетоном. Судя по донесению российского посланника, Гвин поставил вопрос о продаже в связи с соглашением между Российско-Американской компанией и компанией в Сан-Франциско. При этом сенатор от Калифорнии откровенно заметил, что американцы ближе к владениям Российско-Американской компании и поэтому могут получить от них больше прибыли, чем Россия. Хотя президент Бьюкенен полностью разделял идею покупки, он (впрочем, так же как и русский дипломат) не хотел придавать переговорам формального характера и предпочел действовать даже не через государственного секретаря, а через У.М.Гвина и Дж.Апплетона. Последний, по словам Стекля, был «самым близким доверенным лицом г-на Бьюкенена, по существу руководящим министерством иностранных дел».

 В беседе со Стеклем Апплетон подтвердил то, что российский посланник уже узнал от Гвина: президент полагает, что приобретение русских колоний в Америке было бы весьма выгодным для штатов, расположенных на побережье Тихого океана. Если русское правительство согласится принять американское предложение, президент проконсультируется со своим кабинетом и влиятельными членами конгресса, с тем чтобы «решить, в какой форме и на каких условиях его можно осуществить». В свою очередь, Э.А.Стекль оговорил, что, поскольку американцы первые выдвинули идею покупки, им должна в будущем принадлежать и инициатива в открытии официальных переговоров. Как и Гвин, так и Апплетон заверили посланника, что «федеральное правительство последует этому курсу, который им представляется самым естественным». В качестве возможного вознаграждения Гвин назвал цифру до 5 млн. долл.

 Сообщая о содержании бесед с Гвином и Апплетоном в Санкт-Петербург, Э.А.Стекль одновременно представил собственные соображения в пользу продажи русских владений в Америке Соединенным Штатам.

 Эти соображения во многом совпадали со взглядами, которые были изложены Константином еще в 1857 г. Не исключено поэтому, что Э.А.Стекль беседовал с ним, когда находился в Санкт-Петербурге. Во всяком случае, Константин Николаевич упоминал осенью 1859 г., что «имел случай узнать по этому поводу … мнение посланника нашего в Америке», который разделял его предложения. Э.А.Стекль отмечал, в частности, что только «непредвиденный случай помешал англичанам напасть» на русские владения в Америке «во время Восточной войны». Одновременно дипломат подчеркивал необходимость концентрации усилий России на Азиатском континенте, в районе реки Амур. Обращал внимание он и еще на одно обстоятельство, которое, кстати, в первоначальных соображениях Константина отсутствовало: «Если Соединенные Штаты станут обладателями наших владений, британский Орегон окажется стиснутым американцами с севера и юга и едва ли ускользнет от их нападений».

 Помимо своего официального сообщения о беседах с Гвином и Апплетоном, Э.А.Стекль в тот же день направил А.М.Горчакову дополнительное донесение, в котором выразил сомнение в том, что российские владения в Америке можно получить более 5 млн. долл., или 6,5 млн. руб. Эта сумма дает около 300 тыс. руб. годового дохода. «Я сомневаюсь, - писал Э.А.Стекль, - чтобы русские колонии в настоящее время или когда-либо в будущем принесли нам доход, равный этой сумме».

 Касаясь политического положения в США, российский посланник обращал внимание на отсутствие в стране настоящих политических деятелей, если не считать С.Дугласа и У.Сьюарда (А.Линкольн в то время еще не рассматривался им в качестве вероятного кандидата в президенты). В случае избрания «аболициониста» У.Г.Сьюрда Стекль полагал, что «весь Юг покинет Союз». До ноябрьских выборов страна будет продолжать жить «в дезорганизации, которая царит повсюду – как в правительстве, так и в конгрессе».

 Сообщения Э.А.Стекля, и в частности «весьма конфиденциальное» донесение № 31, были рассмотрены не только А.М.Горчаковым, но и Александром II, для которого министерство иностранных дел приготовило краткое резюме. На этом документе рукой царя сделана помета: «Il faudra encore y penser», т. е. «об этом надо еще подумать». «Самодержавец всероссийский», как мы видим, еще не принял на этот счет окончательного решения.

 Почти одновременно с донесениями Э.А.Стекля в МИД России поступил еще один важный документ, в котором подробно обосновывалось целесообразность продажи русских владений в Америке Соединенным Штатам. Речь идет о пространной записке от 7 февраля 1860 г., которая сохранилась в неоднократно упоминаемом здесь деле Азиатского департамента МИД России «Об уступке наших американских колоний правительству Соединенных Штатов».

 Со временем опубликования работы Ф.А.Голдера (1920) в литературе появилось мнение, что автором записки был контр-адмирал А.А.Попов. Этого мнения придерживались и придерживаются практически все авторитетные специалисты.

 Хотя записка формально не подписана и в принципе контр-адмирал А.А.Попов мог быть ее автором, Ф.А.Голдер, а вслед за ним и другие исследователи не обратили внимания, что на первой странице этого документа стоит малозаметная и трудночитаемая подпись: Шестаков. Правильность прочтения этой фамилии может, конечно, оспариваться. Но прочитать ее как «Попов» невозможно уже из-за несовпадения числа букв. Что касается капитана 1-го ранга И.А.Шестакова, то даже если бы на документе не было никакой фамилии, то по совокупности всех косвенных доказательств его авторство не вызывает никаких сомнений. Прежде всего, И.А.Шестаков был очень близок к великому князю Константину и даже одно время состоял при нем адъютантом. Кроме того, в 1858 г. он был послан в США (отсюда его прекрасное знание американских условий, ссылки на «доктрину Монро», «предопределение судьбы», Э.А.Стекля и сенатора Грина), где наблюдал за постройкой фрегата «Генерал-адмирал», на котором и вернулся в Кронштадт в 1859 г. Ряд его статей об Америке печатался в Морском сборнике под псевдонимом «Excelsior».

 Наконец, когда осенью 1859 г. Константин переслал свою переписку с А.М.Горчаковым министру финансов А.М.Княжевичу и вновь поставил вопрос о судьбе владений Российско-Американской компании, учитывая серьезные финансовые затруднения и тем более, что «мысль о продаже вообще государственных имуществ одобрена государем императором», великий князь отмечал между прочим, что «имел случай» узнать мнение «капитана 1-го ранга Шестакова». Думается, что всего этого вполне достаточно, чтобы считать авторство записки установленным окончательно.

 Надо сказать, что И.А. Шестаков был настроен в отношении Российско-Американской копании чрезвычайно критически и считал, что «компания, не принося ровно никакой пользы отечественной промышленности, действует еще во вред туземному населению… В бесчеловечных видах своих, - продолжал капитан, - она преднамеренно держит население в первобытном варварстве, и в 60 лет своего владычества нисколько не продвинула их на пути нравственного развития». Просвещенный и образованный моряк не хотел признавать за Российско-Американской компанией никаких заслуг, резко критиковал колониальные привилегии и отмечал, что компания «дозволяет возить лед в Калькутту и соленую рыбу по всем островам Тихого океана из Массачусетса». Время для подобных «коммерческих компаний с особенной правительственной властью», по его мнению, давно закончилось.

 Но если И.А.Шестаков не был вполне объективным в оценке деятельности Российско-Американской компании, то ему нельзя отказать в понимании экспансионистских тенденций, укоренившихся в сознании американцев. «Что бы ни говорили в Европе о цинизме догмата, известного в политической энциклопедии под именем Monroe Doctrine, или догмата явного предопределения (manifest destiny), каждому, жившему североамериканской жизнью. Понятно, что принцип этот входит более и более в жилы народа, что новейшие поколения всасывают его с матерним материком и вдыхают в себе с воздухом». Идея явного предопределения, по отзыву И.А.Шестакова, «уже и теперь осуществляется быстро поглощением соседних народностей, и та же судьба ждет наши колонии. Защитить их очевидно невозможно, а то, чего удержать нельзя, лучше уступить заблаговременно и добровольно».

 После передачи США владений Российско-Американской компании, как полагал И.А.Шестаков, «обрусевшее население колоний может быть переселено с пользой на Амур, или лучше, на пункты Татарского берега». Что касается морских сил России на Тихом океане, то они «будут весьма грозны, если необходимость защищать оторванные колонии не пригвоздить их к самым не защитимым пунктам».

 Донесения Э.А.Стекля, новое представление Константина и, наконец, пространная записка И.А.Шестакова не ликвидировали различия во мнениях и не убедили А.М.Горчакова. В инструкции Э.А.Стеклю от 14 мая 1869 г. министр иностранных дел отмечал, что лично он не уверен в том, что отказ от владений в Северной Америке – в интересах России. Единственный аргумент, который мог бы заставить склониться в пользу продажи – это перспектива большой финансовой выгоды. Но 5 млн. долл., считал А.М.Горчаков, не представляли «действительную стоимость наших колоний», и он рекомендовал посланнику выяснить возможность получения более значительного вознаграждения. Тем временем министр финансов должен был направить в колонии комиссию для ревизии, и на основе ее доклада предстояло решить вопрос о будущем Русской Аляски.

 Получив столь сдержанные инструкции из Санкт-Петербурга, Э.А.Стекль сообщил Апплетону и Гвину, «что императорское правительство, ене отвергая окончательно предложение, которое было сделано относительно наших американских владений, считает необходимым отложить это дело до более подходящего времени и дождаться истечения срока устава нашей компании». Посланник особо сообщил сенатору Гвину, что, по мнению императорского правительства, 5 млн. долл. Не соответствуют «реальной стоимости» колоний. Со своей стороны, Гвин заметил, что сам он готов предложить большую сумму, и в этом его поддержали бы коллеги из Калифорнии и Орегона, но он не уверен в согласии тех штатов, которые прямо не заинтересованы в приобретении новых земель. Кроме того, в условиях сильного недовольства правительством президента Бьюкенена нет иного выхода, кроме «ожидания новой администрации и нового конгресса, который не соберется ранее декабря 1861 г.». Поскольку надо было ожидать и истечения срока привилегий Российско-Американской компании, российский посланник сообщил А.М.Горчакову, что до того времени он будет «строго придерживаться последних предписаний Вашего превосходительства и не будет больше затрагивать этот вопрос».

 В дальнейшем, однако, Соединенным Штатам было уже не до этого. В ноябре 1860 г. президентом страны был избран представитель республиканской партии А.Линкольн, а в апреле 1861 г. началась гражданская война. Как считал Э.А.Стекль, из-за сложившегося в США положения никаких переговоров о продаже русских владений вести уже невозможно. «Единственно, что остается, это возобновить устав компании, несколько ограничив ее монополию». В этой связи российский посланник предлагал открыть для иностранной торговли два порта, а также заключить соглашения с Чили, Перу и другими тихоокеанскими республиками, с тем чтобы дать новый толчок нашей колониальной торговле».

 Таким образом, даже ревностный сторонник продажи русских владений в Америке пришел к выводу о необходимости отложить эту идею на неопределенный срок и тем временем возобновить устав Российско-Американской компании. В Санкт-Петербурге придерживались такого же мнения. На кратком резюме депеши Стекля от 9 июля 1861 г. Александр II начертал свое заключение: «Мне кажется, что в настоящее время ничего другого делать не остается» (Il me semble aussi gue pour le moment il ne reste rien d’autre a faire).

 Судьба, казалось, вновь благоприятствовала компании. Встал вопрос уже не о продаже, а о продлении ее привилегий на новый срок.

После создания нового устава, весной 1866 г. мало кто мог предполагать, что дни Русской Америки уже сочтены и в декабре будет принято решение о ее продаже.


Решение об уступке колоний и заключение договора



 Вопрос об уступке Аляски откладывался на многие годы. За это время сложилась инициативная группа сторонников продажи: великий князь Константин Николаевич, министр финансов М.Х.Рейтерн и посланник в Соединенных Штатах Северной Америки барон Э.А.Стекль.

 У каждого из них своя роль: великий князь инициирует вопрос через посредство министра иностранных дел Горчакова; Рейтерн запугивает императора финансовым кризисом, предлагая в качестве выхода обратиться к западным странам за кредитом; барон Стекль осуществляет связь с правительством Соединенных Штатов.

 Поразительно, что эти государственные лица могли потратить десять лет своей жизни на решение в нужном для них смысле одного-единственного вопроса – продажи части территории Российской империи! Это свидетельствует об огромном значении, которое придавалось вопросу. Шутка сказать: добиться от России отторжения, причем добровольного, шести процентов ее территории (в 1860 году Российская империя занимала 375 тысяч квадратных миль, т. к. продажей Аляски США отошло 23 тысячи)!

 Аляска – ключ к Тихому океану, так полагали многие американские политики того времени. Этот ключ заговорщики передали США всего за 7 200 000 долларов золотом. С одной стороны, 7 миллионов золотых монет, а с другой – золотые запасы Русской Америки на сотни миллионов рублей, уголь, нефть, рыбные и пушные промыслы. К моменту продажи (1867 г.) Российско-Американская компания (РАК) начала добычу угля и золота, но финансовые возможности ее были ограниченны. Государство не могло оказать ей должную поддержку. Но выход-то был. Он очевиден – ликвидировать монополию РАК на освоение Аляски и открыть доступ к богатствам Русской Америки для русского частного капитала и частного предпринимательства.

 В конце 60-х годов прошлого столетия в России ходили упорные слухи о том, что высокопоставленные чиновники получили взятки. А такими чиновниками могли быть только те, кто непосредственно лоббировал этот вопрос, – великий князь Константин Николаевич, министр финансов Рейтерн и посланник в США барон Стекль. Скажем мягче: у каждого из них была весьма серьезная личная заинтересованность в положительном решении вопроса о продаже Аляски именно США. В противном случае просто нечем объяснить их деловую активность.

 Действительно, почему Россия не предложила купить Аляску Великобритании? Отвечают: Великобритания – наш политический противник. Но наши американские владения граничили именно с владениями Великобритании. Сделав ей подобное предложение, мы вполне могли приобрести политического союзника, тем более что Великобритания была в состоянии заплатить значительно больше, а казна Соединенных Штатов после Гражданской войны была пуста.

 Следовательно, правительство Соединенных Штатов – фиктивный покупатель. За ним стоит тот, кто давал деньги. В ходе подготовки подписания договора промелькнуло имя Августа Бельмонта.

 Бельмонт появился в США в возрасте двадцати трех лет. До этого молодой человек, подающий большие надежды, уже успел поработать во Франкфурте управляющим филиала банка «Де Ротшильд Фрэр». В Нью-Йорке Бельмонт купил для Ротшильдов банк и стал его управляющим.

 А вскоре он стал не только советником президентов США по экономическим вопросам, но и кредитором правительства. Следовательно, Ротшильды через своего агента дали правительству деньги на покупку Аляски.

 Одновременно необходимо оказать давление на Россию. И вот в сентябре 1866 года министр финансов М.Х. Рейтерн запиской ставит в известность императора, что в ближайшие два-три года казна должна будет собрать 45 миллионов рублей для погашения долгов. Деньги взять негде. Выход один: погашать долги новыми зарубежными кредитами.

 Дальше все просто. Получение кредита ставится в зависимость от сговорчивости России по вопросу продажи Аляски США. Или немного иначе: продаете Аляску – мы вам отсрочим уплату долгов. Скорее всего, именно так.

 В октябре 1866 года барон Стекль покидает Вашингтон и приезжает в Петербург. Инициативная группа встречается у великого князя Константина Николаевича. Продолжается нажим на князя Горчакова. Готова и цифра, которую готовы заплатить США за все русские владения на Аляске, – 5 миллионов долларов золотом.

 16 декабря в 13 часов все действующие лица строго секретно встречаются у министра иностранных дел Горчакова. Император, посетивший «тайную обедню» в министерстве иностранных дел, дает согласие на продажу русских владений в Северной Америке. Протокол заседания не ведется. В дневнике императора Александра II об этом пара строк: «В 1 час дня у князя Горчакова совещание по делу Американской компании. Решено продать Соединенным Штатам».

А руководство Российско-Американской компании ничего о принятом решении не знало. Только после того как договор был подписан и текст его стал комментироваться в зарубежной прессе, об этом известили правление РАК. Ничего не знали о планах высокопоставленных заговорщиков ни Совет Министров, ни Государственный Совет.

Барон Стекль был уполномочен вести переговоры и подписать договор (см. приложение №4). Дальше падать некуда! Важнейший межгосударственный договор подписывает даже не министр иностранных дел России, а посланник в США, имеющий чин тайного советника. Более того, Стекль не получил никаких письменных инструкций. Рейтерн в устной форме передал ему: «Проси пять миллионов долларов».

Условия договора фактически диктовались американской стороной. В пяти из семи пунктов договора говорится о том, что в результате его заключения получит правительство США, и только в двух о том, что останется в собственности православной церкви на Аляске и какое, по форме, получит вознаграждение Россия.

Если в декабре 1866 года русские заговорщики согласны были отдать Русскую Америку за 5 миллионов долларов, то к концу марта возникла цифра 7 миллионов, причем барон Стекль почти восторженно описывал, как успешно он торговался и получил на 2 миллиона больше, чем предполагалось. Барон не скрывает, что помогли ему в этом некие «влиятельные американцы». Неужели кто-то мог всерьез верить в эти байки? Стекль знал: проверить его сообщение невозможно. Он давал понять сообщникам, что из 2 миллионов, которые он якобы выторговал у американцев, некоторая часть принадлежит лично ему. В Петербурге считали иначе. Император переслал барону орден и 25 тысяч рублей серебром.

Стекль обижен, в письме к своему другу и покровителю в министерстве иностранных дел В.И. Вестману жалуется: «Что касается моего денежного вознаграждения, я думаю, что оно могло быть более щедрым, принимая во внимание, что я добился больше того максимума, который был установлен, и что для завершения этого дела потерял пост в Европе, и только Господь знает, буду ли я иметь другой шанс…» Из этого же письма видно, что барон еще не потерял надежду исправить свое материальное положение: если император не смог по достоинству оценить вклад своего посланника, то нужно взять что возможно самостоятельно.

Если бы деньги выплачивались в соответствии с буквой договора, то сделать он ничего бы не смог, но выплата правительством США произведена с определенными нарушениями и сроков, и формы оплаты. Это могло быть только в случае, когда обе стороны – и США, и Россия в лице своих высших чиновников – знали, куда пойдут деньги.

Первое упоминание о том, куда необходимо направить деньги, полученные от продажи Аляски, появилось в шифрованной телеграмме министра иностранных дел А.М. Горчакова барону Стеклю в Вашингтон от 14 марта 1867 года: «Император разрешает продажу за 7 миллионов долларов и подписание договора…» Это ответ на обширную телеграмму Стекля с перечислением условий договора с американцами.

Из полного текста ответа очевидно, что заговорщиков в тот момент уже не интересовали никакие условия. Видимо, существовали серьезные опасения, что о тайных переговорах с правительством США станет известно и тогда возникнут трудности с уводом денег из казенного кармана в личный.

Далее Горчаков кратко указал, куда направить денежный поток: «Постарайтесь получить плату в более близкое время и, если возможно, в Лондоне Барингу. Заключайте без согласования». Это означало, что если американцы согласятся направить деньги в Лондон Барингу, то принимаются практически любые условия.

Криминальная сделка подходила к своей кульминации. Американцы получали русские владения в Северной Америке сразу после ратификации, не ожидая выделения средств конгрессом США, на вечные времена и без каких-либо условий и обязательств.

Однако государственный секретарь США Уильям Сьюард не согласился на уплату денег в Лондоне. Он не хотел принимать участие в финансовой афере. Вероятно, знал, что в лондонском «Баринг бразерс банке» хранятся личные деньги семьи Романовых. Государственные хранились в «Bank of England».

Договор о купле-продаже Русской Америки подписан в ночь с 29 на 30 марта 1867 года госсекретарем Сьюардом и посланником России в США Стеклем.

Шестая статья договора касалась оплаты. Скорее всего, она записана в редакции, которую предложил Сьюард. Вместе с тем совершенно неожиданно в тексте договора появилась сумма 7 миллионов 200 тысяч долларов. Никто точно не знает, почему Сьюард решил увеличить сумму сделки на 200 тысяч долларов.

Интересную версию приводит в своей книге «Невидимая рука» американский исследователь Ральф Эпперсон. «Царь России, – пишет он, – за свое участие в спасении правительства Соединенных Штатов отправкой своего флота в американские воды во время войны и, вероятно, в соответствии с соглашением, заключенным с Линкольном, потребовал оплатить использование своего флота. Джонсон не обладал конституционными полномочиями передавать американские доллары главе иностранного правительства. А расходы на флот были достаточно высоки: 7,2 миллиона долларов.

Поэтому в апреле 1867 года Джонсон через государственного секретаря Уильяма Сьюарда договорился о покупке Аляски у России.

Те историки, которые не были знакомы с действительными причинами покупки Аляски, несправедливо называли этот поступок «глупостью Сьюарда»; и по сей день государственного секретаря Сьюарда критикуют за покупку того, что тогда являлось куском ничего не стоящей земли. Но покупка земли была для Сьюарда лишь способом, которым он мог расплатиться с царем России за использование его флота, – действие, которое, вероятно, уберегло страну от более серьезной войны с Англией и Францией.

Речь идет о появлении русских военных кораблей у берегов Северной Америки в конце лета 1863 года. Две военные эскадры – Атлантическая под командованием контр-адмирала Лесовского и Тихоокеанская под командованием адмирала Попова – совершенно неожиданно для Англии и Франции вошли в порты Нью-Йорка и Сан-Франциско.

При резкой полярности мнений по вопросу о действительных целях этого предприятия точка зрения о существовании тайного соглашения между президентом Линкольном и императором Александром II вообще не комментировалась. Советский историк М. Малкин еще в 1939 году утверждал, что «публикуемые документы наряду с американской документацией с достаточной полнотой освещают русско-американские отношения и разрешают всякие версии о посылке в 1861 или 1863 годах эскадр для оказания помощи Северу, о существовании тайного союза между США и Россией…».

Почти год курсировали русские военные корабли у берегов США. Во сколько обошлось это казне? По сведениям морского министерства, годичное пребывание у берегов Америки 44-пушечного фрегата обходилось казне в 357 469 рублей. Для удобства округлим до 358 тысяч. Всего в обеих эскадрах находилось двенадцать кораблей. Более половины имели меньшее количество пушек и меньшее число экипажа. Получается, что за всю экспедицию на содержание эскадр потрачено около 4 миллионов рублей. Однако надо учесть, что в бухте Сан-Франциско погиб фрегат «Новик». Это нужно приплюсовать к общим расходам. Кроме того, во время атлантического перехода погибли тринадцать моряков. Десятки болели цингой и длительное время лечились. Около ста моряков и два офицера бежали с судов. После океанского перехода многие суда требовали серьезного ремонта.

Вполне вероятно, что недостающие 3 миллиона рублей могли быть добавлены при учете всех расходов. Следовательно, если Россия получила 7 200 000 долларов за вооруженную помощь США в годы Гражданской войны, то Аляска пошла в нагрузку, то есть даром.

Если два объекта покупки России смогли заплатить один раз, то, может быть, нам вообще не заплатили? Но оказалось, что все в порядке. Американцы до сих пор хранят чек, которым правительство США расплатилось с Россией за Аляску. Он демонстрировался на выставке «Русская Америка», развернутой в 1990 году в городке Такома близ Сиэтла.

Как же возник чек?

Статья VI договора гласит: «На основании выше установленной уступки Соединенные Штаты обязываются заплатить в казначействе в Вашингтоне в десятимесячный срок со времени обмена ратификацией сей конвенции дипломатическому представителю или иному Е. в-вом императором Всероссийским надлежаще уполномоченному лицу семь миллионов двести тысяч долларов золотой монетой. Выше постановленная уступка территории и верховного на оную права сим признается свободной и изъятой от всяких ограничений, привилегий, льгот или владельческих прав Российских или иных компаний, законным порядком или иным образом учрежденных, или таковых же прав товариществ, за исключением только прав собственности, принадлежащих частным лицам, и уступка эта, сим установленная, заключает в себе все права, льготы и привилегии, ныне принадлежащие России в сказанной территории, ее владениях и принадлежностях».

Нужно отметить несколько основополагающих моментов финансирования, вытекающих из данной статьи договора. Плательщиком является казначейство Соединенных Штатов. Этот пункт выполнен точно. Местом платежа определен город Вашингтон. На чеке место платежа – Нью-Йорк.

7 200 000 долларов должны были быть выплачены наличными, причем «золотой монетой». В чеке никаких отметок или записей, свидетельствующих, что речь идет о золотой наличности, не выявлено.

В качестве получателя платежа в чеке стоит имя барона Эдуарда де Стекля. Согласно условиям, он мог получить деньги, являясь дипломатическим представителем России, но сразу после ратификации договора министр иностранных дел Горчаков передал все полномочия по завершению данного дела в министерство финансов. Последнее обязано было прислать в Вашингтон своего представителя, имеющего соответствующую доверенность. Представитель обязан был, получив наличные «золотые монеты», доставить их на российский военный корабль и по прибытии в Петербург передать в государственное казначейство. Вместо этого барон Стекль, даже не пытаясь протестовать, получил чек на 7 200 000 гринбеков, которые котировались значительно ниже золотых долларов. Фактически «оплошность» барона стоила 1 800 000 долларов. В пересчете на золотую наличность он получил 5 400 000 золотых долларов.

Разница осталась в казне США. Фактически это плата за молчание. Одновременно обет молчания возложило на себя и правительство России. Сроки уплаты давно прошли, а американский конгресс все никак не мог решить – платить ли по договору. Пока они дебатировали, срок оплаты истек. Практика международных договоров в таких случаях предполагает штрафные санкции или отмену обязательств. Ничего подобного не произошло. Правительство России молчит. Барон Стекль в письме к министру иностранных дел А.М. Горчакову 15/27 июля 1868 года пишет: «Американский народ полностью воздаст должное императорскому правительству за его благодарную и великодушную позицию: оно не заявило протеста и не высказало жалобы, как на то имело право, ибо отказ от уплаты вознаграждения в установленный срок являлся, по сути, явным нарушением договора».

Создается впечатление, что если бы барон Стекль представлял Россию, а не группу «влиятельных людей», то в договоре были бы указаны действия сторон в подобных обстоятельствах и данный договор считался бы недействительным.

Заговорщикам в России международный скандал не нужен – он привлечет внимание общественности, а это может повлечь за собой раскрытие всего плана.

1 августа 1868 года барон Стекль дал расписку казначейству США, что получил 7,2 миллиона долларов полностью. Деньги были переведены банку Риггса. Последний, давая показания в конгрессе США, утверждал, что перевел представителю «Баринг бразерс банка» в Нью-Йорке только 7,035 тысячи долларов; 165 тысяч долларов барон Эдуард Стекль взял себе.

Когда-то российская политика была заявлена в гордых словах Николая I: «Там, где российский флаг был однажды поднят, он никогда не должен быть спущен». Только твердость и абсолютная власть Александра II сделали возможной мирную продажу Аляски. В России, особенно в Российско-американской компании, было немало противников этого. Адмиралу Завойко, герою Петропавловска, пришлось уйти со службы в отставку и удалиться к себе в поместье за отказ подписать-в качестве директора компании-передаточные документы. Последний губернатор Аляски, князь Максютов, был столь же непреклонен. Барон Теодор Остен-Саккен, российский генеральный консул в Нью-Йорке, выразил протест против решения императора. Российская пресса негодовала. 

Сделка, что и говорить, замечательная: страна, не желавшая продавать, продавала стране, не желавшей покупать. И все же одно это событие уничтожило равновесие в силовом треугольнике Россия – Британия – Соединенные Штаты на Тихом океане, Соединенные Штаты в одночасье обрели первостепенное стратегическое положение, полное значение чего, возможно, невозможно осознать даже сейчас. 

Стоял холодный, туманный день октября 1867 г., когда произошла окончательная передача дел в Новоархангельске: вскоре он перестанет быть русским Архангельском, став американским городом Ситха. В гавани три американских судна ответили на салют орудий на КаслХилл, в то время как морские пехотинцы Соединенных Штатов вытянулись по стойке смирно возле Замка Баранова. Высоко над головами бело-голубой Андреевский флаг начал медленно скользить вниз по флагштоку. Уже почти в самом низу он запутался в фалах, и морскому пехотинцу пришлось быстро взбираться вверх и отстегнуть его. Еще на один миг флаг взвился над самой дальней заставой России, прежде чем его усмирили и швырнули людям внизу. 

Флаг упал в руки красавицы княгини Максютовой, жены губернатора, и она тихо рыдала, комкая спущенное полотнище и глядя, как медленно поднимается вверх звездно-полосатый флаг. Из гавани донесся гром еще одного залпа салютующих судов, он снова и снова прокатывался эхом по островкам и протокам, пока не замер вдали над ширью Тихого океана. 


5. Слухи об Аляске



В конце ноября 2005 г. газеты пестрили заголовками: «Американцы предлагают России выкупить Аляску за 1 трлн. Долларов. Правда, россияне нашли другой способ, как ее вернуть!» Интерес к Аляске снова поднялся! Новости, радио, газеты … все рассказывали о «заманчивом предложении» Соединённых штатов. Дело всё в том, что в США нашли способ потратить средства российского Стабилизационного фонда – американцы предлагают выкупить у них Аляску. Такой план «избавления США от всевозможных экономических затруднений» предложило влиятельное издание «The Washington Post». Но если в 1867 году Российская империя продала Аляску за 7,2 млн. долларов золотом, то «продать Аляску обратно русским» уже предлагается за 1 трлн. Долларов.

Автор «The Washington Post» Стивен Пирлстайн назвал возможную продажу «потрясающим планом-панацеей». Причем это панацея для всех – у России исчезнет волнующий многих вопрос «что делать с нефтедолларами», США прибавит несколько пунктов к валовому внутреннему продукту, а жители самой Аляски «смогут добывать нефть, ловить рыбу и рубить лес сколько их душе угодно, получая доходы, которых им не видать как своих ушей, пока регион остается в составе Соединенных Штатов».

По данным российского Министерства финансов, на 1 ноября «на черный день» правительство России накопило в Стабилизационном фонде уже 1,09 трлн. Рублей. «The Washington Post» предлагало России выкупить Аляску за 1 трлн. Долларов, то есть России не хватает еще 28 таких стабфондов.

Но это не беда, как цитирует «Интерфакс» «The Washington Post», так как «продать Аляску можно в кредит с определенной долей участия продавца». Это, во-первых, США принесет кое-какие доходы, а, во-вторых, комиссионные инвестиционных банков повысят объем американского ВВП на несколько процентных пунктов.

Кстати, рыночная стоимость Аляски, которую предлагает журналист, взята не просто так. Нефтяные запасы региона сейчас оцениваются в 4,5 млрд. баррелей, а с учетом высоких цен на черное золото момент для того, чтобы продать «подороже», очень подходящий. Помимо нефти на Аляске еще есть огромные запасы газа, леса, меди и пр. 

Как передавало «ИноСМИ», несмотря на 140-летнее вхождение в состав США, Аляска «имеет куда больше общих черт с постсоветской Россией, где государство до сих пор занимает господствующие позиции в экономике, чем с США». Автор иронизирует, что «в такой среде главный аляскинский король-олигарх Тед Стивенс чувствовал бы себя в своей тарелке». 

В настоящее время Аляска в США занимает последнее место по объему региональных и местных налогов, взимаемых с жителей. Там полностью отсутствуют налог с продаж и подоходный налог, а налог на имущество в пересчете на душу населения самый низкий в США. В прошлом году казна штата из-за роста цен на нефть получила дополнительный миллиард долларов. 

В конце материала автор пишет, что продажа Аляски позволила бы сократить дефицит федерального бюджета, облегчить долговое бремя США и оздоровить общую экономическую обстановку в стране. 

«The Washington Post» подчеркнуло, что из-за проблем в экономике США сейчас самое время подумать об этом. 

Кстати, некоторые россияне считают, что вернуть Аляску можно с помощью суда. К примеру, житель Челябинска Василий Середонин утверждает, что те 7,2 млн. долларов золотом, которые Америка якобы заплатила России за регион, так и не были перечислены в казну. 

Середонин заверяет, что банковский чек за Аляску был подписан госсекретарем США в Вашингтоне, а договор по продаже предусматривал расчет в Нью-Йорке. Следовательно, договор нарушен и считается недействительным. 

В сентябре Середонин заявил челябинским СМИ, что направил в российский МИД запрос с требованием предоставить все имеющиеся документы на этот счет. Как только со Смоленской площади придет ответ, Середонин пообещал перенести «вопрос об Аляске» в суды.

Господин Середонин не один человек, который считает, что Аляску можно вернуть. Журналист Сергей Петрович Пытхин написал в своей статье: «Деньги от продажи Аляски вообще не потребовались, да и не дошли до государственной казны России. Из оговоренных 7,2 млн долларов примерно 1,5 млн были потеряны на обменных банковских операциях (ими занимался посланник Стекль), 200 тысяч ушли на взятки американским сенаторам, чиновникам и газетчикам; остальные деньги и золото, которые должен был доставить в Петербург почему-то английский барк «Оркни», утонули вместе с кораблём в Балтийском море. Кто знает, были ли они в его трюмах на самом деле? К тому же после всех формальностей и получения премиальных сумм исчез русский посланник Стекль, хлопотавший о договоре». В защиту его высказывания ни существует ни одного доказательства!

Оказывается, большинство россиян вообще считают, что Аляску продала Екатерина II! На самом деле Аляска была продана через 71 год после смерти императрицы.

Существует еще масса слухов об Аляске. Главное, не верить им, а верить только тому, что имеет доказательства.

 















И в заключении…



После повторной работы над данной темой, я ещё раз убедилась, что эта тема очень многогранна и её можно рассматривать не только с разных сторон, но и находить в уже известном что-то новое.

Теме моего реферата уделяют мало внимания в учебниках, о ней раньше старались промолчать на телевидении. В советское время продажа Аляски в печати вообще не обсуждалась! Публикация монографии 1990 г. стала возможной в первую очередь в результате наступившей гласности и перестройки. Развал некогда обширной империи вновь пробуждал болезненные воспоминания о первой потере значительной по размерам территории русских колоний в Америке в 1867 г. Если ранее об этом могли вспомнить в неофициальных беседах отдельные патриотически-настроенные личности, то в последнее время об Аляске начали открыто говорить политики вроде В.В.Жириновского.

Некоторые утверждают, что продажа Аляски – это акт национального позора, который Россия хлебнула в полной мере. Другие считают эту сделку преступной. Но в любом случае, мы должны помнить, что это НАША история, история наших предков и мы не можем исправить их ошибки и неудачи, а можем только учиться на них.


Приложение 






Список литературы



		История Русской Америки (1732-1867» том 3; под редакцией академика Н.Н.Болховитинова; изд-во «Международные отношения», Москва, 1999 г.

		Федорова С.Г. Русское население Аляски и Калифорнии. Конец XVII века – 1867 г., 1971 г.

		Дипломатический словарь, том 3; изд-во политической литературы, Москва, 1973 г.

		Мусский И.А. «Сто великих дипломатов»; изд-во «Вече», Москва, 2002 г.

		Советская историческая энциклопедия, том 1; изд-во «Советская энциклопедия», Москва

		Мазуркевич С.А. «Энциклопедия заблуждений. История»; изд-во «ЭКСМО-пресс», Москва, 2003 г.

		Международный ежемесячник «Совершенно секретно!»; статья журналиста Александра Зинухова «Преступная сделка. Как продали Аляску», № 04, 2000 г.

		Деловая газета «Взгляд», статья Алексея Чернега «Аляска для России» от 25.11.05 г.

2