Адмирал Советского Союза Кузнецов Н.Г. Курсом к победе

Введение



Актуальность: эта тема актуальна в связи с 65-й годовщиной Победы в Великой Отечественной войне, Победы над германским фашизмом русской Красной Армии.

Цель: рассказать о героях Советского Союза во время Великой Отечественной войны, как они повлияли на исход событий в этот период, чтобы мы никогда не забывали тех, кто отдал жизнь и годы мирной жизни за наше светлое настоящее и будущее, кто был вынужден воевать, защищая свою Родину.

Задачи: главная задача этой работы – привлечение молодежи к почитанию участников Великой Отечественной войны для того, чтобы они не забывали, что было сделано ради их будущего и свободы. Исследовать жизненный путь Адмирала Советского Союза – Кузнецова Николая Герасимовича, который посвятил свою жизнь Военно-морскому флоту.




Биография



На флоте с 15 лет, в Северодвинской военной флотилии служил на канонерской лодке. В звании краснофлотца Николай Кузнецов принял участие в Гражданской войне.

Осенью 1920 года Кузнецов был переведен в Петроград и зачислен в Центральный флотский экипаж. С 6 декабря 1920 по 20 мая 1922 года учился в подготовительной школе при военно-морском училище (впоследствии – Военно-морское училище имени М. В. Фрунзе), в которое был переведен в сентябре 1922 года. 5 октября 1926 года с отличием окончил училище, получив звание командира РККФ, с зачислением в средний строевой командирский состав ВМС РККА. Ему было предоставлено право выбора флота. Местом своей будущей службы Кузнецов избрал Черноморский флот, крейсер «Червона Украина». Был назначен вахтенным начальником этого крейсера, а также командиром первого плутонга и командиром строевой роты. С августа 1927 до 1 октября 1929 года — старший вахтенный начальник крейсера.

С 1 октября 1929 по 4 мая 1932 года Кузнецов учится в Военно морской академии и с отличием оканчивает ее. Получает первую награду от НАМОРСИ РККА — пистолет системы Коровина.

После учебы в академии Кузнецов — старший помощник командира крейсера «Красный Кавказ». Благодаря его деятельности в 1933 году крейсер вошел в состав боевого ядра Черноморского флота.

В ноябре 1933 года капитан 2 ранга Кузнецов назначается командиром крейсера «Червона Украина». В этой должности он пробыл до 15 августа 1936 года.

Этот период службы молодого командира ознаменован важными событиями: была разработана система боевой готовности одиночного корабля; позднее она была принята на всех флотах СССР. Был также отработан метод экстренного прогревания турбин, позволивший готовить турбины за 15–20 минут вместо 4 часов (позднее принят на всех флотах), стрельбы орудий главного калибра на самых больших скоростях хода крейсера и на предельной дистанции обнаружения цели. На крейсере начато движение «Борьба за первый залп». Впервые артиллеристы стали использовать самолет для корректировки невидимой цели. На флоте многие заговорили о методах организации боевой подготовки «по системе Кузнецова».

В 1935 году крейсер «Червона Украина» занял первое место в Морских Силах РККА. За успехи в организации боевой подготовки крейсера в том же году Кузнецов был награжден орденом «Знак Почета».

В сентябре поход на крейсере совершил С. Г. Орджоникидзе. Удовлетворенный результатами, состоянием корабля и его экипажа он наградил командира легковой автомашиной ГАЗ-А.

В ноябре 1935 года командующий флотом И. К. Кожанов подверг крейсер всесторонней проверке, дал высокую оценку учениям и объявил личную благодарность командиру и всей команде. В газете «Красная звезда» он опубликовал статью о Кузнецове «Капитан первого ранга», назвав в ней Кузнецова «самым молодым капитаном первого ранга всех морей мира» и рассказав о его выдающихся достижениях.

В декабре 1935 года Кузнецов был награжден орденом Красной Звезды «за выдающиеся заслуги в деле организации подводных и надводных Морских Сил РККА и за успехи в боевой и политической подготовке краснофлотцев».

С августа 1936 года работает военно-морским атташе и главным военно-морским советником, а также руководителем советских моряков-добровольцев в Испании. Много было сделано им, чтобы республиканский флот выполнил поставленные задачи. Его деятельность по оказанию помощи республиканскому флоту была высоко оценена советским правительством: в 1937 году он был награжден орденами Ленина и Красного Знамени. В июле 1937 года Кузнецов вернулся на Родину и в августе того же года был назначен заместителем командующего Тихоокеанским флотом, а с 10 января 1938 по 28 марта 1939 года был командующим этим флотом.

Как командующий флотом на дальневосточных рубежах страны Кузнецов внимательно следит за обстановкой, за провокациями японской военщины у озера Хасан в 1938 году, принимает меры к повышению боевой готовности флота (здесь отрабатываются в масштабе флота первые директивы по оперативным готовностям), лично бывает в районе боев, организует помощь сухопутным войскам. За эту деятельность Кузнецов был награжден боевым знаком «Участник боев у озера Хасан». 23 февраля 1939 года командующий Тихоокеанским флотом одним из первых на флоте принимает военную присягу (новый текст) и дает клятву защищать Родину, «не щадя своей крови и самой жизни для победы над врагом».

В декабре 1937 года постановлением ЦИК и СНК СССР был создан Наркомат ВМФ СССР; в марте 1938 года Н. Г. Кузнецов был введен в состав Главного военного совета ВМФ при Наркомате ВМФ.

28 марта 1939 года Н. Г. Кузнецов назначен заместителем наркома ВМФ, а 28 апреля 1939 года (в 34 года) за два года и два месяца до начала Великой Отечественной войны — народным комиссаром ВМФ СССР.

Первая проблема, вставшая перед молодым наркомом, состояла в том, чтобы найти место Наркомата ВМФ и свое как наркома в сложившейся тогда системе управления Вооруженными Силами. Этого документально определено не было. Каждый наркомат замыкался на одного из заместителей Председателя Совнаркома, а некоторыми руководил лично И. В. Сталин. В этой группе оказался и вновь созданный Наркомат ВМФ.

Новому наркому приходилось решать все вопросы непосредственно с И. В. Сталиным. А это было непросто. Мнение Сталина было решающим. Если он соглашался с предложениями наркома ВМФ, то вопрос решался быстро, а если у него была другая точка зрения, то тогда надо было доказывать и доказывать необходимость предлагаемого. Требовались компетентность, серьезная аргументация, смелость. Ими, а также твердостью, уверенностью в себе, независимостью, способностью отстаивать свои взгляды Кузнецов обладал в полной мере. Он был профессионал в своем деле, всегда самокритично и ответственно относился к любой задаче, был уверен, что ключ к победе лежит в лучшей организации дела. И прежде всего во всех своих начинаниях он стремился добиться наилучшей организации. Вся его деятельность была проникнута одной заботой — готовить флот к защите Родины. Остро стояли вопросы строительства кораблей, баз, разработки необходимой документации, обучения, воспитания и боевой подготовки личного состава. Нарком ВМФ с головой окунулся в работу по выполнению программы военного кораблестроения, принятой в 1937 году.

Он был сторонником сбалансированного флота, считал, что надо строить корабли различных классов, учитывая особенности наших морских театров и вероятного противника. Правительство СССР 19 октября 1940 года пересмотрело программу и приняло решение по ее сокращению, отметив необходимость форсировать строительство легких сил ВМФ: подводных лодок, малых надводных кораблей — эскадренных миноносцев, тральщиков, катеров. Несмотря на трудности, к началу войны ВМФ имел более 900 кораблей и обладал значительным боевым потенциалом.

В подготовке флота к выполнению своей задачи нарком отводил большую роль учебе непосредственно в море. Уже в мае 1939 года под его флагом состоялись военные учения сил Черноморского флота.

В конце июля 1939 года Н. Г. Кузнецов руководил учениями сил Балтийского флота, а в сентябре и на Северном флоте вместе со штабом и Военным советом флота разрабатывал новые, соответствующие международной обстановке планы боевой подготовки.

Огромное значение нарком придавал отработке оперативных готовностей на случай внезапного нападения врага. 11 ноября 1939 года Н. Г. Кузнецов утвердил первую инструкцию, обязывавшую иметь силы в положении предварительного развертывания и в состоянии боевой готовности к отражению и проведению первых операций. Вводимая в жизнь флотов инструкция предоставляла военным советам флотов возможность изменять готовность, но только с ведома наркома ВМФ. Оперативные готовности предусматривали:

№ 3 — шестичасовую готовность боевого ядра и наличие на кораблях неснижаемого запаса топлива и боезапаса;

№ 2 — четырехчасовую готовность боевого ядра, когда все находятся в повышенной готовности и способны пребывать в таком состоянии длительное время;

№ 1 — часовую готовность боевого ядра, когда все части готовы к отмобилизованию, усилены дозоры, запрещен вход в базу.

С момента введения инструкции о готовностях на всех флотах и флотилиях начались постоянные тренировки по приведению сил в готовности № 2 и № 1 и совершенствование этого документа соответственно практике.

В середине июля 1940 года нарком издал приказ о введении в действие «Наставления по боевой деятельности штабов соединений ВМФ», а в декабре того же года — «Временного наставления по ведению морских операций (ВМО-40)». Флоты получили наставления по организации боевой деятельности военно-воздушных сил, подводных лодок, надводных кораблей. Было разработано положение о тыле, в котором определялись его задачи и функции по обеспечению боевой деятельности кораблей. Приказом наркома вводились в действие новые «Корабельный устав ВМФ СССР» и «Дисциплинарный устав ВМФ СССР».

Нарком принял конкретные и энергичные меры к совершенствованию работы уже действовавших учебных заведений. Прежде всего это коснулось Военно-морской академии. В 1939 году был назначен новый ее начальник — Г. А. Степанов. Теперь она стала подчиняться непосредственно наркому. В 1939 году командные военно-морские училища были преобразованы в высшие учебные заведения. Изменилась программа обучения в них, в результате повысился уровень подготовки выпускников. В 1940 году по предложению наркома ВМФ правительство приняло решение об открытии семи морских спецшкол, чтобы готовить наиболее смелых и талантливых юношей к военно-морской службе. В начале 1941 года решением наркома на острове Валаам (Ладожское озеро) была создана школа боцманов, а позже, в 1942 году, на Соловецких островах — школа юнг, в 1943 году — Нахимовское военно-морское училище в Тбилиси, в 1944 году — Нахимовское военно-морское училище в Ленинграде, в 1945 году — Рижское нахимовское училище. Были созданы подготовительные школы в Баку (1943), Ленинграде, Горьком и Владивостоке для подготовки поступающих в высшие военно-морские учебные заведения юношей, не имевших среднего образования, которые просуществовали до 1948 года.

Велись научно-исследовательские и экспериментальные работы по установке противоминных защитных устройств на надводных кораблях и подводных лодках. Их организация находилась под контролем самого наркома и его заместителя адмирала Л. М. Галлера. Нарком уделял большое внимание отработке вопросов взаимодействия сил флота и армии. Флотам было выслано разработанное в Наркомате ВМФ Положение по этим вопросам. Нарком требовал от флотов решения конкретных вопросов взаимодействия на морях, сам выезжал на флоты или посылал туда своих заместителей и начальников управлений.

Накануне войны нарком издал директиву о совместных действиях армии и флота в случае вторжения противника; директива была согласована с наркомом обороны.

Нарком стремится привлечь к флоту внимание общественности. По его предложению в стране было введено празднование Дня Военно-Морского Флота в последнее воскресенье июля. День Военно-Морского Флота как общенародный и военно-морской праздник с тех пор вошел в историю нашего государства. Он вводил забытые на флоте традиции, помогавшие воспитанию личного состава.

Кузнецов принимал решения, не оглядываясь на верхи. В начале 1941 года нарком приказал без предупреждения открывать огонь по иностранным самолетам-разведчикам, если они нарушат наши границы и появятся над базами флота. 16–17 марта того же года над Либавой и Полярным были обстреляны иностранные самолеты. За такие действия Кузнецов получил от Сталина выговор и требование отменить приказ. Кузнецов этот приказ отменил, но издал другой: огня по нарушителям не открывать, высылать истребители и принуждать самолеты-нарушители к посадке на наши аэродромы.

В феврале 1941 года нарком поставил флотам задачи по составлению боевого ядра флота для отражения ударов противника и прикрытия побережья и разработке оперативных планов, которые легли бы в основу действий флотов в начальный период войны. Лично возглавил эту работу, сделав поручения ГМШ ВМФ.

В мае 1941 года по указанию Н. Г. Кузнецова на флотах увеличили состав боевого ядра, усилили корабельные дозоры и разведку. 19 июня по приказу народного комиссара ВМФ все флоты перешли на оперативную готовность № 2, базам и соединениям предлагалось рассредоточить силы и усилить наблюдение за водой и воздухом, запретить увольнение личного состава из частей и с кораблей. Корабли приняли необходимые запасы, привели в порядок материальную часть; было установлено определенное дежурство. Весь личный состав оставался на кораблях. Была усилена политработа среди краснофлотцев в духе постоянной готовности отразить нападение врага, несмотря на сообщение ТАСС от 14 июня, опровергающее слухи о возможном нападении Германии на СССР.

21 июня 1941 года после получения в 23 часа 00 минут из Генерального штаба предупреждения о возможном нападении на СССР фашистской Германии нарком ВМФ своей директивой № 3Н/87 в 23 часа 50 минут объявил флотам: «Немедленно перейти на оперативную готовность № 1». Еще раньше по телефону было передано флотам его устное распоряжение. Флоты выполнили приказ к 00.00 22 июня и уже находились в полной боевой готовности, когда в 01 час 12 минут 22 июня военные советы флотов получили вторую подробную директиву наркома ВМФ Кузнецова «о возможности внезапного нападения немцев» за № 3Н/88.

22 июня 1941 года все флоты и флотилии СССР встретили агрессию по боевой тревоге, в первый день войны не понеся потерь ни в корабельном составе, ни в военно-воздушных силах ВМФ.

Получив доклады с флотов о налетах фашистской авиации на базы, Н. Г. Кузнецов под свою ответственность объявил флотам о начале войны и приказал им всеми силами отражать агрессию. Он дал флотам команду приступить к осуществлению планов, разработанных накануне войны. Ставились минные заграждения, развертывались подводные лодки, наносились удары кораблями и авиацией по объектам противника. Нарком приказал Главному морскому штабу не терять управления флотами, контролировать положение на них, быть в курсе всех распоряжений Наркомата обороны, чаще информировать Генеральный штаб о событиях на флотах.

В годы войны организация взаимодействия ВМФ с сухопутными силами в целях разгрома противника была одним из основных направлений в деятельности Наркомата и Главного морского штаба ВМФ. Кузнецов проявил себя выдающимся организатором взаимодействия сил флота с сухопутными войсками. Он действовал как нарком ВМФ, член ГКО и представитель Ставки ВГК по использованию сил флота на фронтах (1941–1945), как главком ВМС СССР (с февраля 1944 г.), как член Ставки ВГК (с февраля 1945 г.). В ходе войны Кузнецов по заданиям Ставки и по своей инициативе выезжал на фронты и флоты, где необходимо было его присутствие для разрешения наиболее сложных ситуаций, требовавших организации и координации деятельности флотов в совместных с артиллерийскими частями операциях. По приказу наркома ВМФ на флоты выезжали его заместители, начальник и другие работники ГМШ. Он лично докладывал в Ставку о положении на фронтах, где действовали силы флота, вносил свои предложения, планы операций, разработанных в ГМШ, и добивался принятия решений. Непосредственно лично участвовал в разработке планов проведения операций, в том числе тех, замысел которых зарождался в Ставке ВГК.

В июле 1941 года нарком ВМФ предложил Ставке ГК нанести бомбовые удары по Берлину силами авиации ВМФ с аэродромов острова Эзель. Ставка дала согласие, возложив всю ответственность на Кузнецова. За период с 8 августа по 5 сентября 1941 года на Берлин было совершено девять налетов, в которых участвовали десятки самолетов ВВС ВМФ. Бомбардировки нанесли определенный ущерб германской столице, но трудно переоценить в то время моральное и политическое значение этих налетов.

В августе 1941 года стало ясно, что Таллин придется оставить, а корабли и войска вывести. Главное командование Северо-Западного направления, в оперативном подчинении которого находился Балтийский флот, медлило с принятием решения. Тогда Кузнецов срочно обратился непосредственно в Ставку и доказал необходимость вывода кораблей из базы, получил разрешение на эвакуацию флота из Таллина. В неимоверно трудных условиях, при яростном противодействии противника 135 кораблей и транспортов прорвались в Кронштадт. На их борту было более 18 тыс. войск. Все эти силы влились в ряды защитников Ленинграда. Боевое ядро Балтийского флота было сохранено. Еще раньше, в июле 1941 года, Кузнецов приказал создать мощную Невскую артиллерийскую позицию Северного берега и командование морской обороной Ленинграда и Озерного района (МОЛ). Невская группа армейских войск начала создаваться только в сентябре. Создание укрепрайона сил армии и флота сыграло колоссальную роль в обороне города.

Изучив вопрос использования корабельной артиллерии в обороне Ленинграда, нарком ВМФ добился от Генштаба издания директивы об использовании корабельной артиллерии как артиллерии Резерва Верховного Главнокомандования.

В декабре 1943 года Кузнецов доложил Верховному Главнокомандованию свои соображения о необходимости в новых условиях изменить практику оперативного руководства флотами. В результате согласно директиве Ставки ВГК от 31 марта 1944 года все флоты и флотилии во всех отношениях подчинялись наркому ВМФ. На отдельных этапах войны они с ведома Кузнецова могли быть переданы в оперативное подчинение командующих фронтами, округами, армиями для решения задач, утвержденных Ставкой ВГК. Нарком ВМФ стал Главнокомандующим. С апреля 1944 года Черноморский, Северный флоты и Беломорская флотилия непосредственно подчинялись наркому ВМФ (Краснознаменный Балтийский флот подчинялся наркому ВМФ с ноября 1944 г.).

Директива разрешала наркому ВМФ и ГМШ самостоятельно разрабатывать крупные операции, согласовывать их с Генштабом или с командующими фронтами и возлагала на наркома полную ответственность за их проведение.

С первого же дня войны нарком самостоятельно ставил задачи флотам по усилению борьбы на коммуникациях противника, высадке десантов, эвакуации грузов, населения и войск, блокаде участков побережья, занятого противником, по содействию сухопутным войскам в операциях по обороне и освобождению приморских городов и территории побережья, защите собственных коммуникаций и нарушению вражеских коммуникаций, по поддержке фланговых соединений огнем корабельной и береговой артиллерии, по снабжению и другие.

Силы флота, прежде всего авиация и подводные лодки, активно вели боевые действия на коммуникациях противника. За годы войны силами ВМФ было потоплено свыше 670 транспортов и до 615 кораблей охранения противника общим водоизмещением около 1600 тыс. тонн. Было также уничтожено в воздушных боях и на аэродромах 5 тыс. самолетов врага, высажено 113 морских десантов. Флоты обеспечили перевозку более 100 млн тонн грузов и 10 млн человек (в том числе по знаменитой ладожской «Дороге жизни» – 1690 тыс. тонн грузов и 1 млн человек). Северный флот обеспечил проводку 77 конвоев (1464 транспорта) в порты СССР и из советских портов в порты союзников. На минах, выставленных флотами, подорвалось около 110 транспортов и 100 кораблей охранения врага.

Оценку деятельности ВМФ в войне дал Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин в приказе № 371 от 22 июля 1945 года в связи с Днем Военно-Морского Флота: «В Великой Отечественной войне советского народа против фашистской Германии Военно-Морской Флот нашего государства был верным помощником Красной Армии. ...Боевая деятельность советских моряков отличалась беззаветной стойкостью и мужеством, высокой боевой активностью и воинским мастерством. ...Флот до конца выполнил свой долг перед Советской Родиной».

78 кораблей ВМФ были удостоены звания гвардейских, около 80 соединений и частей — почетных наименований, а 240 кораблей, частей награждены орденами. 513 морякам присвоено звание Героя Советского Союза, семерым — дважды.

В 1944 году Н. Г. Кузнецову было присвоено звание Адмирала Флота (с 1955 г. — Адмирал Флота Советского Союза), равнозначное званию Маршала Советского Союза. «За умелое и мужественное руководство боевыми операциями и достигнутые успехи в них» во время войны Н. Г. Кузнецов был награжден орденами Ленина, Красного Знамени, двумя орденами Ушакова I степени, иностранными орденами, памятным оружием и медалью «Золотая Звезда» Героя Советского Союза.

14 сентября 1945 года Кузнецов был удостоен звания Героя Советского Союза. Эту высокую награду он получил в Кремле, вернувшись с Дальнего Востока, где на заключительном этапе Второй мировой войны руководил операциями на море, будучи заместителем А. М. Василевского, координируя действия ВМФ с сухопутными войсками.

Особую страницу в деятельности наркома ВМФ и главнокомандующего ВМС составила его работа как члена делегации от Советского Союза в составе дипломатических миссий и международных конференций. Он участвовал в переговорах военных миссий трех держав — СССР, Англии и Франции (1939), США и Великобритании (июль 1941 г.) — о совместных действиях в войне против Германии, в работе Крымской и Потсдамской конференций трех союзных держав (1945). Участвовал в подготовке, обсуждении и выработке решений, связанных с совместными действиями союзников в Европе и на Дальнем Востоке, военно-морскими поставками по ленд-лизу, по организации и обеспечению приема и безопасности кораблей и самолетов союзных делегаций, по разделу германского флота, в решении послевоенных проблем. И здесь, на дипломатическом поприще, он также добивался успехов для своей страны.

Окончилась война. В новых условиях у главнокомандующего ВМС главными проблемами стали возрождение и строительство современного ВМФ, установление его места в системе Вооруженных Сил страны и его организация с учетом опыта минувшей войны и стратегии государства. При Н. Г. Кузнецове в ВМФ разрабатывается сбалансированная десятилетняя программа военного судостроения, в которой намечалось даже строительство авианосцев. Он рано понял и высоко оценил перспективность использования на флоте ядерной энергии для кораблей и подводных лодок. Свои мысли об этом он высказывал на совещаниях в 1946 году, в письме и докладе Генералиссимусу И. В. Сталину 30 сентября 1946 года.

Настойчивость и деятельность Кузнецова, направленные на воплощение этой программы, оказались для него роковыми. Его взгляды вошли в противоречие с представлениями высшего руководства страны на развитие ВМФ, его организацию и управление им, которых раздражали авторитет, самостоятельность суждений и независимость главкома ВМС. Наркомат ВМФ был упразднен «за ненадобностью», а Кузнецов снят с должности и переведен начальником Управления Военно-морских учебных заведений в Ленинграде.

В 1947 году он подвергся суду чести, а в 1948 году – суду Верховной коллегии Верховного суда СССР. Приговором суда от 3 февраля 1948 года, Постановлением СМ № 1283-114с от 10 февраля 1948 года он был разжалован до контр-адмирала и снят с работы. Только через полгода по решению самого Сталина (после обращения к нему Кузнецова с просьбой в письме предоставить работу) ему дали возможность продолжить службу. Целых полгода в неведении, на грани неизвестности... Он пережил. Перенес первый инфаркт еще во время суда.

С 1948 по 1950 год Кузнецов служил в Хабаровске заместителем главкома войск Дальнего Востока по военно-морским силам, а в 1950–1951 годах – командующим Тихоокеанским (5-м) флотом. В ноябре 1949 года был представлен к присвоению очередного воинского звания вице-адмирал, которое получил 27 января 1951 года (по второму разу).

Летом 1951 года И. В. Сталин возвращает Кузнецова на работу в Москву во вновь созданное Морское ведомство на пост военно-морского министра (Указ Президиума ВС СССР от 20 июля 1951 г.). Причина этого заключалась в неблагополучном положении со строительством флота в 1949 начале 1950-х годов.

Постановлением СМ СССР от 13 мая 1953 года № 254-504с он был восстановлен в прежнем звании – Адмирал Флота Советского Союза, и с него были сняты все обвинения за отсутствием в деле состава преступления. Он был полностью реабилитирован.

По возвращении на работу в Москву, увидев, какой устаревший флот был построен за прошедшие годы, он предпринял все возможное, чтобы изменить неблагоприятную ситуацию. Подготовил несколько докладов руководству страны, добился рассмотрения ряда вопросов. В правительстве были приняты его предложения по новой технике в ВМФ. Главкомат ВМФ приступил к решению проблем, связанных с разработкой и внедрением новой техники на флоте совместно с научно-исследовательскими институтами ВМФ и ВМА, с исследовательскими учреждениями Академии наук СССР, Минобороны, отраслевыми научными центрами.

В сентябре 1952 года выходит правительственное решение (за подписью И. В. Сталина) о строительстве первой ядерной энергетической установки для ВМФ. Н. Г. Кузнецов поручает адмиралу Н. Д. Сергееву выбрать удобное место для строительства завода по сборке первой атомной подводной лодки в районе Северодвинска. Уже после смерти И. В. Сталина Н. Г. Кузнецов в 1954 году вместе с В. А. Малышевым и А. П. Завенягиным рассматривает проекты атомной подводной лодки и утверждает проект, согласованный с требованиями ВМФ, После чего вносятся конструктивные доработки и ведутся подготовительные работы по проекту первой в Советском Союзе атомной подводной лодки. Как и прежде, он продолжал уделять особое внимание боевой подготовке флотов. Лично проводил регулярные учения флотов в любое время года, где отрабатывалось взаимодействие различных его сил: надводных кораблей и катеров, подводных лодок, авиации, сил береговой обороны и сухопутных войск – и общее управление ими. Огромное внимание, как и прежде, он уделял воспитанию кадров.

Снова став главкомом ВМС, Кузнецов приложил много сил для принятия реалистичной, отвечающей интересам государства программы развития флота. В этом он встречал яростное сопротивление некомпетентных, но стоявших у руководства страной лиц. На этом, собственно, как выражался Кузнецов, «он и свернул себе шею». В конце концов программа строительства сбалансированного флота была принята и начала реализовываться еще при Н. Г. Кузнецове. Он заложил фундамент для создания ракетно-ядерного флота, ставшего важнейшей составляющей надежной обороны страны. Но это было уже без Кузнецова. Его настойчивость по отстаиванию программы военного кораблестроения на 1955–1964 годы, разработанной под его руководством, обострила его отношения с «сильными мира сего», и они постарались избавиться от несговорчивого главкома ВМС. К несчастью, Кузнецов заболел.

В мае 1955 года он перенес инфаркт и на время болезни просил освободить его. Но просьба его была оставлена без ответа. «Старшие» желали этого, но ждали причины, чтобы убрать «за непочитание старших». Повод нашелся через полгода, и в декабре 1955 года Кузнецова, который еще не оправился от болезни, сняли с должности главкома за якобы «неудовлетворительное руководство ВМС», хотя это время флотом руководил другой человек. В феврале 1956 года он был понижен в звании до вице-адмирала и уволен с военной службы.

Будучи в отставке, несмотря на болезнь, Николай Герасимович написал сотни статей, пять книг об истории, проблемах и людях флота. Часто выступал перед общественностью. Высказанные им взгляды и мысли современны и по сей день.

Во время операции на почке больное сердце Николая Герасимовича не выдержало, и 6 декабря 1974 года он скончался. Похоронен Н. Г. Кузнецов в Москве на Новодевичьем кладбище.

Решения о наказании Н. Г. Кузнецова были необоснованными, несправедливыми, вызвали возмущение в обществе. Начиная с 1956 года ветераны войны и флота, все, кто знал Н. Г. Кузнецова, а после его смерти — и его семья отправляли в адрес руководителей государства и в другие инстанции письма с требованиями восстановить справедливость в отношении Кузнецова. 26 июля 1988 года после долгой и постыдной волокиты Николай Герасимович Кузнецов был восстановлен в звании Адмирала Флота Советского Союза. Вступившему в строй тяжелому авианесущему крейсеру (ТАКР) присвоено имя — «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» (1989). Имя Кузнецова присвоено Военно-морской академии в Санкт-Петербурге. На здании Главного штаба ВМФ и доме на улице Тверской в Москве, где он жил, в его память открыты мемориальные доски. В Севастополе, Великом Устюге, Котласе установлены памятники герою-моряку. В городах Котласе, Архангельске и Санкт-Петербурге его именем названы улицы, а на его родине, в деревне Медведки, создан мемориальный музей адмирала. По Северной Двине плавает теплоход «Адмирал Н. Г. Кузнецов». В 1997 году в Москве учрежден Фонд памяти Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова. Именем флотоводца названы утес в Тихом океане и звезда в созвездии Льва. 



Трижды адмирал



Российский флот на протяжении всей трехсотлетней истории постоянно попадал из штилей в бурю. После периодов расцвета наступал спад. Первые лица континентальной империи начинали проявлять к нему внимание в основном после катастроф. Попытки восстановить морские силы после поражений в Крымской и Русско-японской войнах, а также после Октябрьской революции 1917 года с помощью отдельных частных решений проваливались. Они давали плоды, когда принимались программы, рассчитанные на перспективу. Так было при Петре I, Екатерине II, когда адмиралы А. Синявин и Ф. Ушаков одержали ряд блестящих побед в Средиземном море над Османской империей. Такой была программа строительства океанского флота, осуществлявшаяся при главкоме ВМФ С.Г. Горшкове в 1967-1991 годах, которая вывела СССР в ранг второй морской державы мира и одновременно, наряду с другими военными программами, способствовала подрыву экономики. А еще был адмирал, который посмел идти наперекор вождю. И тем самым спас тысячи жизней...

В советские времена первым радетелем за флот, по сути основателем современных ВМС стал нарком ВМФ в 34 года и адмирал флота Советского Союза в 40 лет Николай Герасимович Кузнецов. Судимый, пониженный в звании и опять вознесенный до постов главкома и министра, восстановленный в звании адмирала в 1951 году, вновь уволенный через 5 лет с понижением и только через 14 лет после смерти, в 1988 году, в третий раз ставший адмиралом флота.

Он одним из первых ввел в СССР понятие "сбалансированный флот". Оно является ключевым и сейчас, когда Россия вынуждена была фактически отказаться от советской доктрины проецирования своей мощи в мировом океане авианосными группами кораблей, но снова пытается восстановить статус океанской военно-морской державы.

В Первую мировую войну сбалансированным считался флот, имевший различные классы кораблей. Во Второй мировой "сбалансированный флот" - это уже соотношение различных родов войск в составе ВМФ: надводных кораблей, подлодок и морской авиации. В наше время проблема сбалансированности развития морских сил ядерного сдерживания и сил общего назначения - проблема экономическая и политическая, так как включает в себя постановку задач перед ВМФ на перспективу в 20-30 лет. Ведь строится авианосец или подводный стратегический ракетоносец минимум 6-8 лет, а эксплуатируется при правильном обслуживании и ремонте лет 20. И это не считая разработки, предшествующей строительству.

И все же главным свершением жизни Кузнецова стало спасение советского флота в первые дни войны 1941-1945 годов.



Наперекор вождю



В конце 1930-х, после "мюнхенского сговора", Сталин знал: западные державы пытаются столкнуть Германию и СССР, канализировать гитлеровскую агрессию на восток, поэтому предполагал, что сообщения о скором нападении Германии, которые стали поступать к нему в начале 1940-х годов, - одна из операций по дезинформации, которые были распространены тогда. С другой стороны, было ясно, что война неизбежна. Поэтому желательно оттянуть ее начало, выиграв время для укрепления обороны. В связи с этим он запрещал военным все действия, которые Германия могла бы использовать как повод к нападению.

Несмотря на это, 3 марта 1941 года нарком ВМФ Кузнецов дал указание морским силам открывать огонь по иностранным самолетам, которые все чаще стали появляться над базами ВМФ. Кузнецов понимал: немцы фотографируют базы. Его задачей было - сберечь флот от первого удара. В том, что будет война, он не сомневался.

Для такого решения надо было обладать недюжинной смелостью. Вождь был крут на расправу. Но понимавших, что война неизбежна, было много, смевших противоречить Сталину - единицы. Ситуация была такова, что наркомат обороны предоставил морякам самим готовиться к войне, зная, что Сталин лично занимается строительством "большого флота" и вмешиваться в его дела опасно. При этом Сталин не любил выслушивать бесконечные просьбы наркома о решении флотских проблем. Поэтому флот оказался предоставленным сам себе, а молодой нарком приобрел самостоятельность в принятии решений.

Сталин вызвал Кузнецова, объявил ему выговор и приказал отменить решение. Однако это не помешало адмиралу, рискуя головой, продолжить "провокационные действия" по мобилизации флота.



Трагедия Порт-Артура



Еще в Военно-морской академии внимание Николая Кузнецова привлекла трагическая гибель русской эскадры в Порт-Артуре. Он считал, что она могла бы обезопасить себя от внезапного нападения, убрав часть кораблей с внешнего рейда, рассредоточившись и выставив дозоры. Затем, служа командиром крейсера "Червона Украина" на Черноморском флоте, он разработал систему боевой готовности одиночного корабля, которая позволяла начать движение не через 4 часа после команды, а через 15-20 минут. На крейсере было начато соревнование "за первый залп", которое стало общефлотским и повысило боеготовность Черноморского флота. В 1936-37 годах, находясь в качестве военного советника в республиканской Испании, сражавшейся с испанскими фалангистами и немецкими фашистами, Кузнецов убедился в способности авиации наносить неожиданные мощные удары по кораблям. И на Тихоокеанском флоте, которым он командовал с 1937 по 1939 год, Кузнецов продолжал свою линию на повышение боеготовности.

Назначенный на должность наркома ВМФ в апреле 1939-го, уже в июне он подписал директиву о введении на флоте трех степеней готовности: "повседневной" (№ 3), "тревожной" (№ 2), по которой экипажи в полном составе находились на кораблях, корабли полностью укомплектовывались запасами, оружие готовилось к применению, усиливалась разведка, ускорялся ремонт кораблей резерва, и "боевой" (№ 1). По ней предусматривалось немедленное применение оружия. Два года до начала войны ВМФ СССР в боевой учебе отрабатывал эти оперативные готовности.

Несмотря на выговор Сталина за распоряжение сбивать неопознанные самолеты над базами ВМФ, 19 июня, за 3 дня до начала войны, нарком принял решение привести Балтийский, Черноморский и Северный флоты в готовность № 2. Главный морской штаб сообщил об этом наркому обороны С.К. Тимошенко и начальнику Генштаба Г.К. Жукову. Возражений не последовало, как и одобрения. Генштаб по своей линии таких мер не принимал. В истории российского флота это была первая, и удачная попытка разработать систему мер, обеспечивающих готовность к отражению внезапного массированного нападения. И вот наступил вечер 21 июня 1941 года....

Вечером в кабинете зазвонил телефон... Около 11 вечера 21 июня 1941 года в кабинете наркома ВМФ зазвонил телефон. Вызывал к себе для важного сообщения нарком обороны. Через несколько минут Кузнецов с и.о. начальника Главного штаба ВМФ вошли в кабинет. Не ссылаясь на источники, Тимошенко коротко сказал, что возможно нападение Германии. Кузнецов спросил лишь одно - разрешено ли применение оружия для отражения нападения. Получив утвердительный ответ, он послал контр-адмирала В.А. Алафузова в Главный морской штаб дать указание флотам перейти к готовности № 1.

Позднее выяснилось: 21 июня около 17.00 нарком обороны и начальник Генштаба были вызваны к Сталину, где было принято решение о приведении войск в полную боевую готовность. Наркому ВМФ об этом не сообщили. В наркомате Кузнецов еще лично продублировал переданный приказ звонком командующим флотами. В журнале боевых действий Балтфлота записано: "23.37. Объявлена боевая готовность № 1". Северный флот принял приказ в 0.56 22 июня... Командующий флотом доложил, что флот перешел на оперативную готовность в 4.25. За это время базы, аэродромы, корабли успели подготовиться к отражению атаки.



Самолеты подходили на небольшой высоте



Первым принял на себя удар Севастополь. Оперативная готовность была объявлена здесь в 01.55 22 июня. Город погрузился во тьму. На аэродромах раздавались очереди - опробовались пулеметы истребителей. Около 3 часов ночи служба наблюдения доложила, что слышит шум авиамоторов. 3 часа 7 минут. Немецкие самолеты подходили к Севастополю на небольшой высоте. Вспыхнули прожектора, заговорили зенитки, несколько самолетов загорелись и начали падать. Другие торопливо сбросили мины, которые упали не в море, блокируя корабли в бухтах, а на берег. В 3.15 командующий ЧФ доложил Кузнецову о налете. Кузнецов звонит Сталину, того нет на месте. Кузнецов первым докладывает наркому обороны о том, что началась война. Ответных звонков с указанием о совместных действиях армии и флота не последовало.



Он решил дождаться



В 3.30 Тимошенко приказал позвонить Сталину на ближнюю дачу в Волынское и доложить, что немцы бомбят наши города. Сталин приказал собрать в Кремле членов Политбюро и, несмотря на тяжелую ангину и температуру до 40, выехал в Кремль. В 4.30 он открыл заседание и приказал Молотову встретиться с послом Германии графом фон Шуленбургом. Г.К. Жуков вспоминает, что все просили дать приказ на ответные действия, но Сталин решил дождаться возвращения Молотова. Вернувшись, тот подтвердил, что Германия объявила войну СССР. После мучительной паузы Сталин согласился на директиву войскам, но с условием, чтобы они не нарушали немецкую границу. Только в 7.15 директива была подписана.

К полуночи 22 июня советская авиация потеряла 1200 самолетов, из них на земле было уничтожено 800. На флоте в первые часы войны не пострадал ни один корабль, ни один самолет, ни один краснофлотец. Система оперативной готовности сберегла жизни тысяч моряков. Более того, в тяжелейшие для СССР дни августа 1941-го морские летчики Балтфлота по распоряжению Кузнецова 10 раз бомбили Берлин.



Моряк с тремя языками



В 1939 году Николай Герасимович был назначен Сталиным наркомом не только за успехи в командовании крейсером "Червона Украина", работу военным советником в республиканской Испании или руководство Тихоокеанским флотом. Молодой, высокий, красивый моряк, награжденный орденами "Знак Почета", Красной Звезды, Ленина и Красного Знамени, знающий немецкий, французский и испанский языки, он произвел впечатление на Сталина, и тот стал его продвигать на образовывавшиеся в период "большой чистки" вакансии. Сторонник последовательного продвижения по службе, Николай Герасимович переживал перескакивание через должности и компенсировал недостаток опыта работой по 18-20 часов в сутки.

Недавно созданному (в 1937 году) наркомату во главе с первым наркомом-моряком досталось непростое наследство. Первым наркомом был бывший начальник Главпура РККА, с флотом никогда раньше не сталкивавшийся. В том же году он был репрессирован, на его место прибыл замнаркома внутренних дел, который даже в армии не служил. С флотом сталкивался, когда арестовывал и расстреливал флотских начальников. Такая же судьба вскоре постигла и его самого...

Даже когда Сталин решил создать "большой флот" в связи с успехами СССР, руководство Красной Армии добивалось сокращения размеров сумм, выделенных на его строительство, в пользу сухопутных сил. Поэтому и был создан отдельный наркомат ВМФ, который по сути был предоставлен сам себе. Наркомат обороны занимался сухопутными силами, попасть к Сталину было непросто. Выделенные для решения флотских проблем Жданов и Молотов ничего сами решать не хотели.



Он спорил и строил



Николай Герасимович принялся за работу "засучив рукава" и за 2 года смог так отмобилизовать флот, что тот не только отбил все атаки фашистов в первые дни войны, но и во время войны "исполнил свой долг до конца", как отметил Сталин в День ВМФ 22 июля 1945 года.

В тяжелых спорах со Сталиным Кузнецов корректировал судостроительную программу, строительство береговой обороны и баз, освоение новых аэродромов и кораблей. Кузнецов настаивал на усилении морской авиации и подлодок. Сталин был склонен к строительству линейных кораблей.

В 1939 году были приняты Корабельный и Дисциплинарный уставы ВМФ, что обеспечивало единство оперативных и тактических взглядов командования ВМФ. Тогда же училища ВМФ были преобразованы в вузы, были открыты 7 морских спецшкол, созданы школа боцманов и школа юнг, ставшие позже Нахимовскими училищами. По настоянию Кузнецова постановлением правительства были увеличены оклады и льготы сверхсрочникам. Этим был закреплен костяк опытного младшего командного состава. Боевые корабли, построенные до войны, по своим качествам не уступали иностранным. Одним из кузнецовских нововведений стал День ВМФ, впервые отмеченный 24 июля 1939 года.

В июне 1941 года морская авиация бомбила немецкий Мемель и румынские Плоешти и Констанцу...



История создания крейсера



Тяжёлый авианесущий крейсер (ТАВКР) пр.1143.5 разработан Невским проектно-конструкторском бюро на основе пр.1143.4 ("Баку", позднее Адмирал Горшков) с использованием опыта создания кораблей пр.1153 и 1160. Эскизное проектирование начато в 1977 г., завершено в июле 1980 г. и окончательно проект утвержден в мае 1982 г. Главными конструкторами при проектировании и строительстве корабля были О.П. Ефимов (1977 г.), А.Б. Морин (лето 1979 г.), В.Ф. Аникеев (декабрь 1979 г.), П.А. Соколов (1986 г.) и Л.В. Белов (1989 г.). Изначально проектом предусматривалась установка на корабле паровой катапульты, позднее проект был переработан под трамплин. Строительство ТАВКР ("Рига", заводской №105) начато 1.09.1982 г. на Черноморском судостроительном заводе №444 (г. Николаев), 26.07.1982 г. зачислен в списки кораблей ВМФ, 26.11.1982 г. переименован в "Леонид Брежнев", 6.12.1985 г. спущен на воду, 11.08.1987 г. переименован в Тбилиси, а 4.10.1990 г. - в "Адмирал флота Советского Союза Кузнецов". Вступил в строй 2512.1990 г., а 20.01.1991 г. вошёл в состав Краснознамённого Северного флота. Доводочные работы продолжались до 6.05.1991 г. От ТАВКР "Адмирал Горшков" пр.1143.4 отличался большим водоизмещением (58500 т. против 40000 т.) и меньшей скоростью (30 узлов против 32 узлов). 

Тяжелый авианесущий крейсер для завоевания господства на море и в воздухе в районах действий сил флота и решения других задач.

На крейсере планировалось разместить около 50 единиц самолетов типа Су-33 (основной), МиГ-29K, Су-27К, Су-25, Су-25УТГ, вертолетов типа Ка-27 (Ка-28, Ка-29, Ка-32), а также специально построенных двух самолетов РЭБ ДРЛОУ - модифицированный транспортный самолет с двойными турбинами Ан-72 (Madcap) и Як-44 с двойным турбовинтовым двигателем (внешне напоминал E-2 “Хокай”). На ТАВКР были испытаны истребители-бомбардировщики МиГ-27, Су-24, Су-25 и Су-27. Самолеты для ТАВКР пр.1143.5 дорабатывались на наземном испытательно-тренировочном комплексе авиации (НИТКА, аэродром Ново-Фёдоровка, г. Саки, Крым) со стальным лётным полем в виде корабельной палубы. 

Первая посадка самолета на палубу ТАВКР пр.1143.5 ("Тбилиси") произведена 1.11.1989 г. (истребитель Су-27К, лётчик-испытатель В.Г. Пугачёв). В этот же день с палубы впервые взлетел с использованием трамплина МиГ-29К (лётчик-испытатель Т.О. Аубакиров). В августе 1990 г. начались государственные испытания, в ходе которых корабль прошел 16200 миль с выполнением 454 полётов самолётов. В декабре 1991 г. крейсер совершил переход вокруг Европы на Северный флот, где был включён в состав 43 дивизии ракетных крейсеров с базированием в Видяево. Полеты 279 иап (командир Герой РФ Т.А. Апакидзе) с палубы ТАВКР были освоены в 1994 г. 

В последующие годы крейсер участвовал в походах в Средиземное море (22.03.1996 г., с 15 самолётами и 11 вертолётами на борту, пройдено 14156 миль, выполнено 524 полёта самолётами и 996 вертолётами), в дружественных визитах в Тартус (Сирия, 29.01-02.02.1996 г.) и Ла-Валетту (Мальта, 17-18.02.1996 г.). После возвращения прошёл плановый ремонт на СРЗ-35 в Росте. С августа 1998 г. обеспечивал боевую подготовку палубной авиации, в октябре 1999 г. - лётные испытания самолёта Су-27КУБ. Осенью 2000 г. прошёл ремонт на СРЗ-35, а 27.09-24.10.2004 г. участвовал в учениях КСФ в северо-восточной Атлантике. 




Назначение



Тяжелый авианесущий крейсер пр.1143.5 "Адмирал флота Советского Союза Кузнецов" предназначен для завоевания господства на море и в воздухе в районах действий сил флота в целях придания боевой устойчивости оперативным соединениям ВМФ, нанесения воздушных ударов по морским и наземным объектам противника, а также для оказания поддержки морским десантам и наземным войскам. Самый крупный боевой корабль ВМФ России. 



Особенности



По архитектуре ТАВКР пр.1143.5 представляет собой гладкопалубный корабль с угловой полетной палубой (ПП, площадь 14700 кв. м.) и развитой надстройкой по правому борту. Трамплин в носовой оконечности ПП (угол схода 14 град.) выполнен интегрально с корпусом корабля, имеющим 7 палуб по высоте и две платформы. Увеличенная, в сравнении с предшественниками, полётная палуба имеет взлетно-посадочную полосу под углом 12 град. по ходу движения. Она оборудована четырехтросовым аэрофонишёром, двумя боковыми подъёмниками для доставки авиатехники из ангаров на палубу и оптической системой посадки типа "Луна" в кормовой части. Корпус корабля высокобортный, стальной с продольной системой набора и двойным дном по всей длине. Надстройка ("остров") смещена к правому борту. 

Главная энергетическая установка (ГЭУ) с увеличенным запасом топлива (в отличие от пр.1143.4) выполнена в виде четырехвальной котлотурбинной установки (КТУ) в составе 8 главных паровых котлов (КВГ-4) и 4 паровых турбин мощностью по 50000 л.с. каждая, размещенных в двух машинно-котельных отделениях. Ход корабля обеспечивается четырьмя валами с винтами фиксированного шага. 

Конструктивная защита корабля включает надводную и подводную системы из продольных и поперечных переборок. Топливные цистерны и погреба боезапаса имеют коробчатую броневую защиту. Противоторпедная защита шириной 4,5 м состоит из 3 продольных переборок (вторая - многослойная бронированная). В составе спасательных средств имеются большой корабельный командирский катер пр.1404, 2 рабочих катера пр.1402Б, 2 шестивёсельных яла пр.ЯЛ-П6 и 240 плотиков ПСН-10М в контейнерах. 



Вооружение



Авиационное. ТАВКР "Адмирал Кузнецов" обеспечивает базирование на борту до 26 самолётов (типа Су-27К, МиГ-29К, Як-141, Су-33) и 18-24 вертолёта (типа Ка-27, Ка-27ПС, Ка-31) в различных вариантах. Они размещаются в ангаре (153x26x7,2 м) под главной палубой, который в противопожарном отношении может разделяться огнестойкими складными шторами на 4 отсека. Перемещение авиатехники по ангару обеспечивается полуавтоматической системой цепной транспортировки, на платформы лифтов – тягачами. 

Ракетно-артиллерийское вооружение корабля включает 12 пусковых установок ПКРК "Гранит" (Shipwreck), 4 корабельных зенитных ракетных комплекса (ЗРК) "Кинжал" ("Клинок", 24 ПУ, 192 ракеты), 8 боевых модулей зенитного ракетно-артиллерийского комплекса (ЗРАК) "Кортик" ("Каштан", 256 ракет) и 6 шестиствольных 30-мм артиллерийских установки АК-630М (48000 снарядов). 

Противолодочное и противоторпедное вооружение крейсера представлено реактивным комплексом противолодочной и противоторпедной защиты (РКПТЗ) "Удав-1" (60 реактивных глубинных бомб). 

Радиоэлектронное оборудование корабля включает боевую информационно-управляющую систему (БИУС) "Лесоруб", многофункциональный комплекс "Марс-Пассат", трёхкоординатную РЛС "Фрегат-М2" для обнаружения воздушных и надводных целей, РЛС обнаружения низколетящих целей "Подкат", навигационный комплекс "Бейсур", комплекс связи "Буран-2", РЛС управления полётами "Резистор", средства радиоэлектронной борьбы "Созвездие-БР", гидроакустическую станцию "Звезда-М1", навигационную систему и средства связи, др. средства. 



Состояние



Находится на боевой службе в составе Северного флота, принимает участвует в его боевой учебе.



Послесловие



http://www.airforce.ru/aircraft/miscellaneous/carriers/kuznecov_1.htm«Адмирал Кузнецов» создавался как своего рода компромисс между линией развития кораблей с СВВП (проекты 1143, 1143.4) и разработанными в 1970-е гг., но так и оставшихся неосуществленными проектами полноценных авианосцев с катапультным взлетом самолетов и атомной ГЭУ (проекты 1160 и 1153). По концепции новый ТАВКР стал в гораздо большей степени авианосцем, чем были его предшественники, поскольку теперь в составе вооружения авиация играла первостепенную роль. Однако по субъективным причинам (советское правительство упорно не желало утверждать постройку более крупных, но и более совершенных кораблей) боевые возможности ТАВКР были ограничены уже на стадии техзадания. 

Тем не менее, появление «Адмирала Кузнецова» ознаменовало собой переход нашего флота на качественно новый уровень. Впервые на корабле вместо СВВП появились полноценные реактивные самолеты, причем отличные характеристики Су-27К (Су-33) в значительной степени компенсировали отсутствие на корабле катапульт. Отечественный ВМФ наконец-то получил «воздушный зонтик», без которого невозможно обеспечить ни боевую устойчивость надводных соединений, ни развертывание стратегических подводных лодок в районах действия неприятельской авиации ПЛО.

http://www.airforce.ru/aircraft/miscellaneous/carriers/kuznecov_2.htmТАВКР проекта 1143.5 (с 1981 г. — 11435) отличается чисто «авианосной» архитектурой со смещенным к правому борту «островом». Площадь сквозной полетной палубы — 14800 м2, угловая часть размерами 205х26 м располагается под углом 7° к ДП. Впервые в нашем флоте на корабле появились гидравлические аэрофинишеры, аварийный барьер, оптическая система посадки «Луна» и бортовые самолетоподъемники. От предполагавшихся катапульт отказались на заключительном этапе разработки проекта — их заменили носовым трамплином с углом схода ЛА 14°. Длина разбега истребителя Су-33 с двух стартовых позиций — по 100 м, с третьей позиции — 200м.

Корпус имеет сплошное двойное дно и 9 палуб. Ангар площадью 153х26 м по высоте занимает три межпалубных пространства (7,2 м) и вмещает 70% штатного числа ЛА. Внутри он оборудован полуавтоматической системой цепной транспортировки самолетов (вместо применяющихся за рубежом тягачей-буксировщиков); тягачи используются лишь для подачи ЛА на платформы лифтов. В целях противопожарной безопасности ангар разделяется на 4 отсека огнестойкими складными шторами. Локальное коробчатое бронирование (НКЗ) прикрывает топливные цистерны и погреба авиационного боезапаса, общий запас авиатоплива — около 2500 т. ПТЗ шириной 4,5 м состоит из трех продольных переборок, одна из которых (2-я) бронированная: на «Адмирале Кузнецове» пакетная (многослойная), на «Варяге» — монолитная. 

Энергетическая установка практически полностью повторяет примененную в проекте 1143.4, но за счет увеличенного запаса топлива дальность плавания 18-уз. ходом повысилась до 8000 миль. Автономность выросла в 1,5 раза и составила 45 суток.

По сложившейся в нашем флоте традиции ТАВКР оснастили ударными ПКР «Гранит», размещенными в 12 подпалубных наклонных шахтах. В остальном вооружение корабля аналогично установленному на «Адмирале Горшкове», но вместо 100-мм АУ появились новейшие ракетно-артиллерийские комплексы «Кортик». Проектная численность авиакрыла — 50 ЛА.

Радиоэлектронное вооружение: БИУС «Лесоруб» и многофункциональный комплекс «Марс-Пассат», трехкоординатная РЛС «Фрегат-МА», РЛС обнаружения низколетящих целей «Подкат», навигационный комплекс «Буран-2», РЛС управления полетами «Резистор», средства РЭБ «Созвездие-БР», ГАС «Звезда-М1». На «Варяге» из-за проблем с доводкой комплекса «Марс-Пассат» последний решили заменить на 2 РЛС «Форум», для чего часть стенок «острова» с основаниями фазированных антенн были срезаны, что сильно изменило силуэт корабля.




Список литературы



	Большая Советская энциклопедия (13–ая книга);

	Детская энциклопедия «Наша Советская Родина»;

	Энциклопедия «История в лицах»/