Нэпманы Сибири в 1920-е гг.

Управление образования Администрации Центрального района

Муниципальное общеобразовательное учреждение

Экономический лицей

























Реферат по теме:

«Нэпманы Сибири в 1920-е гг.»























Новосибирск-2007


Введение

нэпман ценность дореволюционный предприниматель

Актуальность темы. Исследование социальной структуры советского общества привлекает в последние годы все большее внимание историков, социологов и политологов. Это связано с тем, что история социальной структуры советского общества изучена значительно слабее, нежели экономическая и политическая история СССР. Одной из наименее изученных групп советского общества являются частные предприниматели 1920-х гг. – нэпманы. Эта социальная группа существовала достаточно короткий период, но оставила яркий след в истории, экономики и даже культурной жизни страны. В связи с усилением внимания к региональным аспектам истории России, исследование сибирских частных предпринимателей периода нэпа представляет значительный интерес. 

Обзор литературы. Тема нэпманов в советские годы изучалась эпизодически, ученые в основном исследовали социальную структуру и особенности предпринимательской деятельности, методы работы нэпманов, их взаимоотношения с государством. В частности, в работе В.А. Архипова и Л.Ф. Морозова «Борьба против капиталистических элементов в промышленности и торговле. 1920-е – начало 1930-х гг.» обстоятельно изучены государственная политика по отношению к частному капиталу, правовое положение частных предпринимателей, отраслевая структура, масштабы и динамика развития частной промышленности и торговли. Лишь в 1990-е гг. начинается новый этап в изучении группы нэпманов. Ряд российских и сибирских исследователей обратились к темам, ранее не рассматривавшихся в литературе. Так, Е.В. Демчик в работе «Частный капитал в городах Сибири в 1920-е годы: от возрождения к ликвидации» исследует взаимоотношения нэпманов с государством, формы их самоорганизации, динамику частного капитала Сибири. Монография содержит много информации об отраслевой структуре частного капитала и методах предпринимательской деятельности. На ее основании автор приходит к заключению, что частное предпринимательство играло значительную роль в экономической жизни региона. Частный капитал оказывал положительное влияние на возрождение и развитие хозяйства и был гораздо эффективнее государственного и кооперативного. С.В. Шейхетов – новосибирский исследователь в цикле публикаций о нэпманах изучил численный и социальный состав группы нэпманов, условия предпринимательской деятельности в Сибири, впервые обратил внимание на проблему самосознания, систему ценностей предпринимателей 1920-х гг. В целом, в научной литературе доминируют исследования по экономической истории нэпманов, нам бы хотелось, в первую очередь обратить внимание на интереснейшие страницы, связанные с формированием ценностей у предпринимателей 1920-х гг. 

Цель работы – проанализировать процессы формирования и развития социальной группы нэпманов в Сибири в 1920-е гг. 

Для реализации названной цели необходимо решить следующие задачи: 

1. Изучить численный и социальный состав нэпманов в Сибири в 1920-е гг. на основе литературы и статистических справочников.

2. Исследовать систему ценностей предпринимателей 1920-х гг. в Сибири на основе литературы, архивных данных, газет и журналов 1920-х гг.

В качестве источников реферата нами использовались как опубликованные, так и неопубликованные. Среди опубликованных:

- статистические справочники (Сибирский край, Статистика Сибири, Финансы и народное хозяйство Сибирского края), находящихся в НГОНБ;

- периодические издания (газеты «Советская Сибирь» и «Экономическая жизнь Сибири» за 1921 – 1930 гг.), находящихся в ГАНО и некоторые журналы «Вестник финансов» и «Жизнь Сибири».

Из неопубликованных источников использовались архивные дела из четырех фондов Государственного архива Новосибирской области (ГАНО) – фонд Запсибкрайсовнархоза; Сибирского краевого управления фонд Наркомвнуторга РСФСР; фонд Новосибирской областной конторы Госбанка СССР, фонд Сибирского областного промышленного бюро ВСНХ.


Глава 1. Численность и социальный состав нэпманов в Сибири



1.1 Численность нэпманов в Сибири



Для того, чтобы определить численность нэпманов необходимо сначала очертить границы этой социальной группы. Сделать это непросто, потому что даже в 20-е годы не существовало единого мнения по вопросу, кто же все-таки входит в состав данной группы. Так, статистические органы 20-х годов относили к нэпманам всех граждан, владевших частными предприятиями: промышленными или торговыми. Ключевым словом при определении нэпмана было слово "хозяин", а основной отличительной чертой частного предпринимателя – владение собственностью. Существуют различные толкования понятия «собственность на средства производства». Так вот согласно этой трактовке, нэпманом являлся даже мелкий торговец, вся собственность которого состояла из лотка для торговли в разнос. В соответствии с данными всеобщих переписей населения в Сибири было 84322 нэпмана в 1923 году и 119682 в 1926 году.[1] Очевидно, что такой подход к определению социальной группы нэпманов был продиктован идеологией и не соответствовал реальности. 

В социальной группе нэпманов статистики того времени обычно выделяли пять слоев: хозяева с наемными рабочими; хозяева с помогающими членами семьи; хозяева-одиночки; помогающие члены семьи и рантьеры. Это деление было достаточно условным и не отражало реальную структуру социальной группы нэпманов. Дело в том, что наличие или отсутствие наемной рабочей силы оказывало лишь косвенное влияние на размеры и характер предприятия. Часто случалось, что хозяева-одиночки работали с большим размахом и имели большие обороты, нежели предприниматели, эксплуатировавшие наемный труд. 

Несмотря на порочность данного подхода к определению численности и структуры социальной группы нэпманов, он прочно укоренился в отечественной историографии. Даже современные исследователи частного предпринимательства в основном придерживаются этого же метода, правда, с некоторыми оговорками. По мнению барнаульского историка Е. Демчик, к нэпманам можно отнести только "хозяев с наемными рабочими", "рантьеров" и частично, "хозяев с помогающими членами семьи". Тогда получается, что численность сибирских нэпманов была существенно меньше: около 18 тыс. человек в 1923 году и примерно 22 тыс. человек в 1926 году.[2] 

Московская исследовательница В. Жиромская считала, что нэпманами являлись только хозяева с наемными рабочими. По ее подсчетам, численность данной социальной группы в Сибири равнялась 2556 человек в 1923 году и 3437 – в 1926 году. [3] 

Обе исследовательницы выделяли следующие слои внутри социальной группы нэпманов: фабриканты и заводчики; хозяева ремесленных заведений; подрядчики строительных работ; извозопромышленники; хозяева заведений трактирного промысла; хозяева торговых заведений; хозяева учебных заведений, издатели; хозяева увеселительных заведений и театров; сельские хозяева. 

Профессиональная принадлежность является более адекватным критерием, нежели количество наемных рабочих. Между предпринимателями, занимавшимися одним делом, действительно было много общего. Однако и профессиональное деление нэпманов не отражает, на наш взгляд, реальной структуры данной социальной группы. Так как советский частник мог одновременно быть и организатором промышленного производства, и оптовым торговцем, и владельцем ресторана или доходного дома. Кроме того, нэпманы постоянно меняли свои занятия. Следовательно, более или менее устойчивых слоев на основе профессионального деления сформироваться не могло. 

С иных позиций к определению численности и структуры нэпманов подходили государственные органы. Основой для определения границ этой группы стало налоговое законодательство. Согласно закону о подоходном налоге от 12.11.1923 все налогоплательщики страны, проживающие в городах, были разделены на три категории: А, Б и В. В категорию В попали: владельцы, совладельцы, арендаторы, пайщики и вкладчики торговых и промышленных предприятий; лица, занимающиеся комиссионными, маклерскими, экспедиторскими, кредитными и биржевыми операциями; владельцы строений; лица, получающие доход от денежных капиталов, процентных и дивидендных бумаг; а также, все прочие граждане, получающие доходы от владения имуществом или предпринимательской деятельности.[4] Последнее замечание позволяло трактовать закон расширительно. Поэтому, на практике в категорию В попадали не только владельцы частных предприятий, но и многие служащие. 

Люди, записанные в категорию В, платили более высокие налоги и коммунальные платежи, они лишались права проживания в муниципальных домах, права на социальное обеспечение, права на бесплатное образование и т.д. 

Внутри категории В была выделена группа лиц, получавшая высокий доход. Высокими считались доходы от 300 до 500 рублей в зависимости от налогового пояса. Сибирские города Иркутск, Красноярск, Новониколаевск, Омск и Томск входили во второй пояс. Здесь в группу лиц с высоким доходом входили налогоплательщики из категории В, получавшие свыше 450 рублей в год. В Барнауле и Бийске для отнесения к данной группе достаточно было получать 400 рублей в год.[5] Государственная политика по отношению к этим людям была еще более сурова, их лишали гражданских прав. 

24.09.1926 вышел новый закон, согласно которому в категории В оставались только предприниматели, получающие высокий доход. При этом нижний предел доходов, считающихся высокими, был поднят до 700 рублей в год.[6] 

Итак, закон включал в социальную группу нэпманов лиц, занимавшихся определенными видами профессиональной деятельности и владевшими определенным имуществом. Закон четко определял право и обязанности данной социальной группы. 

Следовательно, социальную группу нэпманов можно определить, как солидарную совокупность лиц, связанных между собой тройной связью: профессиональной, имущественной и объемно-правовой. 

Любая социальная группа имеет свою внутреннюю структуру: "ядро" и периферию с постепенным ослаблением по мере удаления от ядра сущностных свойств, по которым атрибутируется данная группа, по которым она отделяется от других групп. Закон совершенно четко разграничивал "ядро" и периферию социальной группы нэпманов. Критерием для такого разграничения служил совокупный годовой доход. 

Определение границ социальной группы нэпманов, принятое в законодательстве, по нашему мнению, гораздо более соответствует действительности. Государственные органы прагматично подходили к вопросам социальной политики. Они руководствовались реальным положением вещей. Поэтому, при изучении нэпманов, целесообразно воспользоваться именно этим определением. 

Численность периферии нэпманов невозможно определить даже приблизительно. Источники позволяют утверждать, что она была чрезвычайно велика. Помимо людей, входивших до 1926 года в категорию В, в нее входили кустари, ремесленники, мелкие торговцы, лица свободных профессий, а также многие представители рабочего класса, крестьянства и бюрократии, так или иначе связанные с предпринимательской деятельностью. 

По-видимому, численность периферии оставалась стабильной на протяжении всех 20-х годов и даже позднее. Мелкие предприниматели существовали на всем протяжении советского периода нашей истории. 

В отличие от периферии, численность ядра социальной группы нэпманов можно определить довольно точно. Для этого воспользуемся той же методикой, что и налоговые органы. 


Таблица 1 - Численность ядра социальной группы нэпманов [7]

1 полуг. 1923-24 г.

1 полуг. 1924-25 г.

2 полуг.

 1924-25 г.

1 полуг.

1925-26 г.

2 полуг

1925-26 г

 1 полуг.

1926-27 г.

10570*

13969

7926

8739

10691

9827



* Число нэпманов за этот год дано приблизительно 

Удельный вес нэпманов в составе городского населения Сибири никогда не превышал 7% и на протяжении 20-х годов сокращался. Между тем, влияние, которое частные предприниматели оказывали не только на горожан, но на общество в целом, было огромным. Нэпманы постоянно втягивали в орбиту предпринимательской деятельности членов других социальных групп. 

Численность нэпманов зависела главным образом от государственной политики. Снятие запрета с предпринимательской деятельности в 1921 году привело к росту этой социальной группы. Стабильное увеличение численности нэпманов продолжалось до второй половины 1924 года. В связи с тем, что в 1924 году началась первая кампания по вытеснению частного капитала из экономики, число предпринимателей снизилось. В 1925 году государственная политика вновь изменилась. Наступление на частников временно прекратилось. Вновь начался рост социальной группы нэпманов, однако она так и не достигла прежних размеров. 



Таблица 2 - Численность нэпманов в различных губерниях Сибири в 1923 г.

Губернии

По губгороду

По уездам

По губернии



Чел.

Проц.

Чел.

Проц.

Чел.

Проц.

Омская

2075

25

1977

20,5

4052

22,5

Алтайская

1276

15,5

1680

17

2956

16,5

Н.-николаевск.

907

11

1198

12

2105

12

Томская

1544

19

1078

11

622

14,5

Енисейская

809

10

2565

26,5

3374

19

Иркутская

1635

19,5

1145

13

2780

15,5

По Сибири

8246

100

9643

100

17889

100 



Нэпманы проживали на территории Сибирского края очень неравномерно. Больше всего нэпманов было в Омской губернии. На втором месте находилась Енисейская губерния. Затем шли Алтайская, Иркутская, Томская и на последнем месте, Новониколаевская губернии. 

Самым "нэпманским" городом являлся опять же таки Омск. А вот второе место занимал Иркутск. Административный центр Енисейской губернии город Красноярск стоял на последнем месте среди губернских городов Сибири по числу нэпманов. А Енисейская губерния занимала второе место благодаря своим уездным городам. Третьим по количеству нэпманов был Томск. 

Число нэпманов в составе населения того или иного города можно определить лишь с достаточной степенью условности. Нэпманы были подвижной группой населения, часто меняли место жительство. Крупные предприниматели имели дома в нескольких городах и постоянно переезжали. 

Ядро социальной группы нэпманов не было однородным по своему составу. Рассмотрим же, как классифицирует такой авторитетный источник, как ОГПУ, состав нэпманов. ОГПУ выделяет в составе нэпманов две группы: "верхушку" и "низы". Они отличались друг от друга по составу, происхождению, образованию, образу жизни, взглядам и т. д. Между "верхушкой" и "низами" существовала сильная неприязнь. [9] 

Неизвестный автор "Советской Сибири" выделял не две, а три группы. Он писал в 1924 году: «Наши буржуа разделяются на три класса: нэпман – акула, нэпман – середнячек и нэпман – "хипесник". Нэпман – акула – разновидность, сравнительно слабее, чем другие, встречающаяся в Сибири. И если бы не гостеприимное крылышко наших торгов, то о ней не было бы и речи.

Нэпман – "хипесник" интересует скорее агентов уголовного розыска, нежели сибирскую экономику. 

Зато нэпман – середнячок довольно-таки сильно укрепился на позициях сибирского торгового капитала. Он раскинул свои лавочки по всем деревням и сёлам необъятной Сибири. 

В нашей отечественной буржуазии заметна классовая борьба. ...Нэпман – середнячок не особенно долюбливает губфинотделы (ох уж эти налоги), но с неизмеримо большей ненавистью относится он к "нэповским аристократам", урывающим у него львиную долю доходов. Поэтому, нэпман – середнячок не прочь помочь власти поприжать нэпмана – акулу». [10]. 

Такое трехчленное деление соответствует реальной структуре данной социальной группы. По свидетельству современников "нэпманы-акулы", "нэпманы-середняки" и "нэпманы-хипесники" существенно отличались друг от друга. Поэтому, их необходимо описывать по отдельности. 

Слой "нэпманов-акул" действительно был очень мал. По данным налоговых органов количество нэпманов с годовым доходом свыше 10 тыс. руб. в 1926 году составляло по Сибири всего 758 человек.[11] Крупные предприниматели проживали, как правило, в губернских центрах. 

К сожалению, источники не позволяют проследить динамику изменения численности этого слоя. Однако можно предположить, что количество "нэпманов-акул" постепенно сокращалось. Просто "нэпманы-акулы" уходили с легального рынка по мере того, как возрастал нажим на частный капитал со стороны государства. 

Несоизмеримо большим по численности являлся слой нэпманов-середняков. К этому слою относились предприниматели с годовым доходом от 2000 до 10000 рублей. Таковых в Сибири с 1926 году насчитывалось 6183.[12] Представители этого слоя проживали не только в административных центрах, но и в уездных и заштатных городах. Количество "нэпманов-середняков" постепенно сокращалась. Медленнее, чем крупные предприниматели, нэпманы-середняки тоже уходили с легального рынка. 

"Нэпманы-акулы" и "нэпманы-середняки" пополняли третий слой – "нэпманов-хипесников". Предпринимателей, связанных с уголовным миром, много было в крупных городах. Они также концентрировались вдоль советско-монгольской и советско-китайской границы, где процветала контрабандная торговля. Немало "нэпманов-хипесников" проживало на золотых приисках. 

Численность этого слоя определить не представляется возможным. Однако все источники единодушны в том, что количество предпринимателей, работающих на черном рынке, постоянно росло. Рост этого слоя стимулировала государственная политика. Чем сильнее сужалась сфера легальной предпринимательской деятельности, тем шире становился черный рынок. 

Динамика численности нэпманов является важной, но не единственной характеристикой. Поэтому описание данной социальной группы должно быть дополнено анализом происхождения и состава частных предпринимателей. 



1.2 Состав социальной группы нэпманов



Происхождение той или иной социальной группы, в том числе и нэпманов, является важной и сложной проблемой. Сложность ее решения заключается в том, что необходимо подробно рассмотреть социальный, национальный, половой и возрастной состав каждого из слоев, выяснить пути социальной мобильности нэпманов, а также другие, связанные с этим характеристики. В источниках по истории нэпманов эти стороны их жизни отражены слабо, имеют фрагментарный характер. 

Совсем немного можно сказать о происхождении и составе верхушки нэпманов. "Нэпманы-акулы" так же как и крупные предприниматели в любой другой стране во все времена, предпочитали находиться в тени. Определенной информацией о нэпманской верхушке обладали только правоохранительные органы. Сотрудники ОГПУ считали, что этот слой в основном состоит из бывших промышленников и купцов.[13] В него входили люди, известные в коммерческом мире еще дореволюционной Сибири, люди, искушенные в предпринимательской деятельности, получившие хорошее образование, сохранившие связи в деловом мире России и, даже, за рубежом. Они быстро освоились с окружающей обстановкой, учли все возможности, которые она дает, установили связи с госорганами. 

Некоторые сведения, характеризующие нэпманскую верхушку, становились достоянием гласности только благодаря судебным процессам. Так, например, в середине 20-х годов на всю Сибирь прогремело дело, так называемой "инициативной группы". Члены этой группы, крупные предприниматели, проектировали создание акционерного общества для разработки золотоносных площадей в Енисейской тайге. Они хотели привлечь как отечественный капитал, так и иностранный. За контакты с иностранцами и "продажу" информации о полезных ископаемых Сибири их и судили. Ниже приводятся краткие сведения о каждом из участников дела "инициативной группы", дающие некоторое представление о верхушке нэпманов.

В ГАНО Ф.918, Оп.1, Д.178 сохранились отчеты ОГПУ, в которых имеются материалы личных дел предпринимателей. 

Рассмотрим некоторые из них. 

Марков. Родился в Екатеринбурге, в мещанской семье. Окончил петербургский горный институт. До революции занимал ряд государственных должностей, но работа не удовлетворяла материально. Поэтому занялся организацией частной золотопромышленности. 

Савельев. По профессии инженер, окончил за границей горную академию. До 1917 года работал в горной разведке. 

Гадалов. Отпрыск известной в Сибири купеческой фамилии. Бывший судовладелец, домовладелец и золотопромышленник. Состоял акционером во многих акционерных обществах. 

Зотов. Бывший владелец крупной кузнечной мастерской. 

Метт. В прошлом входил в купеческое сословие. Получил высшее образование. Работал на разных государственных должностях. Являлся акционером различных предприятий, причем в одном предприятии имел долю 300.000 рублей. Примыкал к партии социалистов-революционеров, до революции даже был в ссылке. 

Иорданский. Родился в городе Канске. Получил медицинское образование. Работал на золотых приисках. До революции привлекался за социал-революционную пропаганду.[14] 

Одним из "тузов" делового мира Новониколаевска был Самуил Давидович Шегал. Он родился в 1866 году в городе Сурож Витебской губернии в семье мещанина. По национальности – еврей. Получил среднее образование. В 1907 году Шегал переехал в Сибирь. До революции он вел крупную торговлю, являлся совладельцем Южно-Алтайской мукомольной компании, имел доходные дома. 

После гражданской войны Шегал некоторое время проработал в государственных учреждениях, а в 1923 году открыл магазин оптических принадлежностей. Кроме этого, он занимался валютными операциями, сдавал квартиры внаем и входил в правление Новосибирского общества взаимного кредита. После окончания НЭПа Шегал, несмотря на свой преклонный возраст, нашел свое место в изменившемся мире. Он устроился товароведом в отдел снабжения завода "Электросталь". 

Не все представители нэпманской верхушки в прошлом были предпринимателями. Среди "нэпманов-акул" имелись и выскочки. Например, крупнейший торговец и финансист Сибири Мамычев Василий Павлович (капиталы которого можно встретить почти в любой частной торговле Новосибирска, а зачастую и в иногородней) родился в крестьянской семье в Воронежской губернии. Он получил среднее образование. Во время революции перебрался в Сибирь. 

В 1921 году сразу же после введения НЭПа Мамычев арендует у новониколаевского губсовнархоза кожевенный завод. Дела у него сразу пошли в гору. Мамычев удачно вкладывал деньги в процветающие частные фирмы по всей Сибири. Так, например, в галантерейно-меховом деле братьев Самойловых у него было 50.000 рублей. В крупнейшей в Сибири частной торговой фирме "Унион" Завольского и Гильверика ему принадлежал пай в размере 5.000 рублей. Мамычев вместе с Исаковичем организовал в Новониколаевске махорочную фабрику. Он также являлся заметной фигурой на черном рынке, торговал валютой, занимался ростовщичеством. 

В 1926 году Мамычева арестовали за валютные операции и выслали на три года на Урал. В 1927 году он освободился по амнистии. В то время, как многие его коллеги еще питали иллюзии в отношении "нового нэпа", Мамычев сообразил, что время частных предпринимателей уходит безвозвратно. Поэтому он решил порвать со своей прошлой жизнью. Мамычев поступил в томский музыкальный техникум и стал оперным певцом. В 30-е годы он успешно работал на этом поприще, а кроме того, активно занимался общественной работой. 

Другой крупный сибирский предприниматель Поррес Мартош Александрович так же не имел до революции собственного дела. Родился Поррес в 1881 году в Лифляндской губернии в семье эстонского крестьянина. Он получил только начальное образование. Работал пастухом, батраком, кондуктором на железной дороге. В 1903 году поступил торговым агентом в фирму "Зингер и К", по требованию фирмы переехал в Сибирь. 

Во время гражданской войны Поррес был призван в Красную Армию, но устроился там совсем не плохо, служил в должности делопроизводителя. В 1922 году он совместно с Шеиным и Никулиным и еще 5 более мелкими предпринимателями основал фирму "Оборот". Помимо легальной деятельности Поррес решил заработать на скупке и продаже золота. Это его и погубило. В 1926 году он был арестован ОГПУ и сослан. 

Мартош Поррес так же как и Мамычев сообразил, что частное предпринимательство становится слишком ненадежным занятием. В ссылке он выучился на маляра и поступил на работу на государственное предприятие. В 30-е годы Поррес стал ударником труда и активным общественником. 

Если о нэпманской верхушке мы располагаем лишь отрывочными сведениями, то о нэпманах середняках сохранилась достаточно полная информация, что позволяет воспользоваться статистическими методами исследования. Нами были обработаны 100 личных дел, сохранившихся в Государственном архиве новосибирской области. Эти дела появились в начале 30-х годов, когда в горсоветы, Сибкрайисполком и ВЦИК потоком хлынули прошения бывших нэпманов о восстановлении их в гражданских правах. К делу, как правило, прилагалась анкета просителя, его автобиография и справки из налоговой инспекции. К анкетам и, особенно, автобиографиям необходимо подходить критически, т. к. нэпманы всегда старались преувеличить свою лояльность советской власти. Однако в целом, личные дела – это исключительно ценный и информативный источник. 

Выборка, на основе которой было проведено исследование, составляет 100 человек. Всего в Новониколаевске в 1924 году проживало 907 нэпманов.[15] Таким образом, объем выборки составляет 12% от генеральной совокупности. 

Существенным недостатком нашей выборки является то, что она охватывает только новосибирских нэпманов. Вероятно, предприниматели в старых торгово-промышленных центрах Сибири, таких как Томск и Иркутск несколько отличались по своему составу. Но, за неимением лучшей выборки, придется довольствоваться этой. 

При изучении личных дел сразу обращает на себя внимание то обстоятельство, что среди предпринимателей очень мало было коренных жителей: 16,5% предпринимателей приехало с Урала и из северных губерний России, 24% из Центральной России, 16% из Белоруссии и Украины, 24% из Поволжья, несколько человек с Кавказа, 1 из Венгрии и 1 из Польши. Только 16,5% нэпманов родилось в Сибири, и всего лишь один человек был коренным новосибирцем. 

53% частных предпринимателей переехало в Сибирь до революции. 39% попали за Урал во время гражданской войны вместе с Колчаковской и Красной армиями. И только 8% оказались в Сибири в 20-е годы. В высоком уровне мобильности нэпманов не было ничего удивительного. В 20-е годы все группы сибирского населения состояли в основном из переселенцев. 

69% нэпманов происходило из крестьян, 24% из мещан, 6% из рабочих и один родился в казацкой семье. Почти 80% частных предпринимателей появились на свет в сельской местности и переехали в город уже в достаточно зрелом возрасте. Таким образом, лишь незначительная часть нэпманов по своему социальному происхождению была связана с предпринимательскими слоями населения. В данном случае сибирские нэпманы не являлись исключением. Практически все исследователи частного капитала20-х годов сходятся на том, что большинство нэпманов происходило из далеких от делового мира групп населения.[16] 

В отличие от верхушки нэпманов, представители которой в подавляющем большинстве получили среднее, а то и высшее образование, нэпманы-середняки имели гораздо более скромный образовательный уровень. Лишь 10% получили среднее образование, 81% имели начальное или домашнее образование, а 9% вообще были неграмотными. Тем не менее, по уровню образования нэпманы превосходили другие группы населения. В 1926 году в составе всего городского населения Сибири было только 59,2% [17] грамотных людей, в то время как в составе нэпманов – 91%. 

Среди сибирских нэпманов преобладали мужчины. Женщин было только 1/5 часть. Причем фактически женщин-предпринимателей было еще меньше. Дело в том, что довольно часто коммерческое предприятие формально записывалось на имя жены, а всеми делами занимался муж 

Национальный состав нэпманов был довольно пестрым. Преобладали русские – 78%. На втором месте находились евреи – 14%. Затем шли татары, белорусы, украинцы, 1 армянин и 1 венгр. Национальный состав сибирских нэпманов практически идентичен национальному составу дореволюционных предпринимателей. Социальные потрясения никак не повлияли на него.[18] 

Интересно, что нэпманы еврейской национальности отличались от своих русских коллег. Почти все они имели среднее образование, солидный опыт в коммерции, организовывали более крупные предприятия и более успешно вели дела, поддерживали друг друга и имели связи в деловых кругах по всему Союзу. 

По возрасту, нэпманы распределялись следующим образом: 



Таблица 3 - Возрастной состав нэпманов

20-30 лет

30-40 лет

40-50 лет

50 и старше

20%

35%

36%

9%





Сравним эти показатели с данными по возрастному составу дореволюционных предпринимателей:[19] 



Таблица 4 - Возрастной состав дореволюционных предпринимателей

20-30 лет

30-40 лет

40-50 лет

50 и старше

6%

21,5%

27,5%

45% 





Сопоставление двух таблиц показывает, что в возрастном составе предпринимателей произошли существенные изменения. Снизилась доля людей старшего возраста, зато гораздо больше стало молодых. Видимо, это связано с тем, что пожилым людям труднее было приспособиться к новым условиям предпринимательской деятельности. 

Несмотря на то, что подавляющая часть нэпманов выросла в семьях, не связанных с коммерцией, многие из них до революции получили опыт предпринимательской деятельности. 55% нэпманов работали в качестве приказчиков, продавцов и коммерческих агентов в различных частных фирмах. Знания, полученные в этот период, помогли им организовать собственное дело в 20-е годы. 

Занятие коммерцией в Советской России само по себе характеризует нэпманов как очень предприимчивых людей. Об их чрезвычайной изворотливости, умении приспосабливаться к любым обстоятельствам, свидетельствует, например, такой факт: 38% нэпманов-мужчин в период гражданской войны и тотальной мобилизации сумели избежать призыва как в Красную, так и в Белую армии. Остальные, хоть и служили, но ухитрились устроиться на выгодные должности. Только несколько человек из них побывала в боях. Остальные служили в тылу: охраняли склады с продовольствием, работали делопроизводителями и т. д. 

Весьма характерной является история одного предпринимателя, который, будучи мобилизован Колчаком, был назначен начальником продовольственного склада. После прихода красных, он остался в той же должности, но числился уже в Красной армии. 

Далеко не все будущие нэпманы занялись коммерцией сразу же после введения НЭПа. В 1921 году предпринимателями стали только 5% респондентов, в 1922 году – 13%, в 1923 – 23%, в 1924 – 24%, в 1925 – 13% и в 1926 году – 11%. Как правило, непосредственной причиной, подтолкнувшей человека к занятию предпринимательской деятельностью, было увольнение с работы. В 1922, 1923, 1924 годах государственные предприятия повсеместно проводили сокращение штатов. Тысячи людей оказались без работы. Наиболее предприимчивые из них занялись коммерцией. 

Пребывание в составе социальной группы нэпманов продолжалось не долго. В 1925 году прекратили предпринимательскую деятельность 5% респондентов, в 1926 году – 24%, в 1927 – 22%, в 1928 – 24%, в 1929 – 12% и в 1930 году – 13%. Те люди, которые прекращали занятие коммерцией спустя один, два года, в большинстве своем не имели опыта и, поэтому, быстро прогорали. Более искушенные удерживались на плаву до конца 20-х годов. Но и они вынуждены были прекратить предпринимательскую деятельность из-за невыносимых условий, созданных государством. 

Весьма примечательно, что 66% бывших нэпманов выбрали работу, так или иначе, связанную с коммерцией. Большинство устроилось на государственные и кооперативные предприятия продавцами, товароведами, агентами по снабжению и сбыту и т. д. Меньшинство попыталось сохранить независимость, занимаясь различными кустарными промыслами, но в начале 30-х годов также вынуждено было перейти на работу в государственный или кооперативный сектора. 

Характерно, что предприниматели, имевшие в период НЭПа более или менее крупные торговые или промышленные фирмы, устроились на государственные предприятия, на руководящие должности. Несколько человек, осужденных в середине 20-х годов за валютные махинации, ухитрились даже в лагерях стать прорабами и начальниками производства. Те же, кто в период НЭПа имел небольшие предприятия, поступили на работу рядовыми сотрудниками. 

О третьем слое в составе нэпманов, так называемых, "нэпманах-хипесниках" неизвестно практически ничего. Источники позволяют судить, что представители этого слоя были тесно связаны как с нэпманской верхушкой, так и с нэпманами-середняками, и во многом благодаря им, производили свои махинации. Так, например, деньги, заработанные на валютных операциях и перепродаже золота, отмывались через частные фирмы. Причем, в начале 20-х годов этим занимались барахольщики, перекупщики и прочие представители низов делового мира. В середине 20-х в процесс отмывания денег активно включаются крупные предприниматели – "нэпманы-акулы".[20] 

В уголовном мире существовало несколько сплоченных национальных группировок. Представители одной национальности были, как правило, монополистами в определенном виде незаконной предпринимательской деятельности. Например, евреи занимались валютными и финансовыми махинациями, а так-же ростовщичеством. Китайцы участвовали в производстве, контрабандной транспортировке и продаже наркотиков и алкоголя. Существовали также "мужские" и "женские" виды нелегального предпринимательства. К "женским" видам относилось, например, содержание публичных домов. 

Состав и происхождение нэпманов оказали сильное влияние на их образ жизни, менталитет, социальную активность, а также другие важные характеристики этой социальной группы.


Глава 2. Система ценностей



2.1 Самосознание нэпманов



Одной из важнейших характеристик социальной группы является самосознание, то есть степень ее самостоятельности, обособленности от влияния других слоев населения, осознание членами группы категорий "мы" и "они". Наличие или отсутствие самосознания характеризует зрелость и устойчивость социальных связей между членами группы. 

Особенностью самосознания нэпманов было то, что оно сформировалось в рекордно-короткие сроки. Уже в начале 20-х годов нэпманы отчетливо ощущали общность своих интересов и сознательно противопоставили себя внешней социальной среде. В переписке частных предпринимателей фигурирует словосочетание "чуждые элементы".[21] Так нэпманы называли государственные и кооперативные организации, а так же их представителей. 

Частные предприниматели стремились обособиться от других социальных групп. Это стремление выражалось в образе жизни, стиле поведения, манере одеваться и т. п. Нэпманы хотели, чтобы не только они, но и их дети отличались от "чуждых элементов". Об этом желании красноречиво свидетельствуют многочисленные, хотя и безрезультатные попытки частных предпринимателей организовать собственные школы. Например, в Новосибирске нэпманы неоднократно просили местные власти разрешить им построить школы на свои средства. В ноябре 1925 года специально созданная комиссия частных предпринимателей составила проект создания школ первой и второй ступени. Проект предусматривал 85% мест предоставить детям торговцев и 15% предполагалось отдать всем остальным. Примечательно, что многие предприниматели возражали против допущения в школу детей рабочих и крестьян. Так, известный в Новосибирске торговец Навроцкий заявил, что в школе все 100% мест должны быть заняты детьми нэпманов.[22]

Важной частью самосознания нэпманов является особая система ценностей, присущая только членам данной социальной группы. В основе этой системы лежал свод правил, которые регулировали поведение нэпмана в различных ситуациях, определяли его основные потребности и моральные качества.



2.2 Система ценностей



Главнейшей ценностью для нэпманов являлось богатство. В этом отношении советские частные предприниматели были похожи на своих западных коллег. Многочисленные подтверждения алчности нэпманов отложились в различных источниках. 

Газеты 20-х годов пестрят фельетонами о частниках, которые ради обогащения готовы пойти на все. Весьма рельефно характеризует эту особенность предпринимателей фельетон о нэпмане Пуговкине, который наживался на чужой беде. 

Торговец скобяным товаром Пуговкин узнал о грандиозном землетрясении в Японии, которое произошло весной 1923 года, и очень обрадовался, т.к. не давно приобрел партию японских инструментов. Пуговкин хотел было продать инструменты по завышенной цене, а потом решил подождать, не произойдет ли в Японии еще какого-нибудь стихийного бедствия. Тогда можно было бы продать инструменты еще дороже.[23] 

Многие представители делового мира Сибири нажили свои состояния во времена голода, воспользовавшись безвыходным положением населения. Например, частный торговец Пинаев, проживавший в Новониколаевске, еще при Колчаке припрятал по разным деревням большое количество промышленных товаров. В начале 20-х, Пинаев продавал эти товары крестьянам по очень высоким ценам в обмен на золото, серебро и другие ценности.[24] 

Еще более отвратительным образом поступали представители "черной площадки". Так, в 1922 году компания валютчиков из Иркутска, Омска и Новониколаевска сыграла на повышении курса так, что с 13 по 16 октября цена золотого десятирублевика подскочила с 52 миллионов до 80 миллионов рублей. В результате резко подорожали товары. Участники этой аферы не ушли от возмездия. 60 злостных спекулянтов было арестовано за злостное повышение цен.[25] 

Вообще мошенничество в среде частных предпринимателей стало настолько обыденным явлением, что в языке сибирских обывателей появились даже специальные слова, для обозначения разного рода аферистов. Например, контрагентов и перекупщиков хлеба, которые поджидали крестьян на дорогах к городу и буквально насильно заставляли продавать зерно по низким ценам, называли "мартышками" и "загонялами".[26] Спекулянты, занимавшиеся перепродажей пушнины, получили название "чемоданщики" [27], благодаря огромным чемоданам, в которых они перевозили свой товар. Нэпманов, которые заключали договор с госорганами, получали аванс, а потом использовали деньги в собственных целях, называли "кошкодралами". [28] 

Часто, предприниматели, испытывая затруднения в своих делах, прибегали к "лже-банкротству". Иногда частные фирмы даже создавались с единственной целью – обанкротиться. Для обозначения таких предприятий также появилось особое название – "Гореко" – "горе компания". 

Особенно много случаев мошенничества было во взаимоотношениях нэпманов с государственными и кооперативными торговыми организациями. Типичным является пример частного товарищества "Труженник". Владельцы этой торговой фирмы, известные Новониколаевские предприниматели Лисицин, Кукарцев, Вагин и Сорокин обогатились за счет кооперативного объединения "СОЦ". Подкупив заведующих кооперативным объединением, предприниматели через них получали особо дефицитные товары, причем на весьма льготных условиях. Сотрудничество частников и кооператоров продолжалось в течении 1921-1923 годов. В результате кооперативное объединение "СОЦ" было закрыто, как дефицитное, а все участники этой аферы получили немалые барыши.[29] 

Стремление к обогащению определяло весь строй жизни нэпманов. Одно из основных правил, которому предприниматели следовали неукоснительно, можно сформулировать следующим образом: "дело, прежде всего". Все, что непосредственно не было связано с работой, считалось второстепенным. Чтобы следовать этому правилу нэпманам приходилось очень много работать. Предприниматели не знали выходных, трудились по ночам,[30] покрывали огромные расстояния за небольшие промежутки времени, терпели лишения в тайге и тундре.[31] 

Будучи требовательными к себе, нэпманы не давали послаблений и своим подчиненным. Понятие "рабочий день", как таковое отсутствовало на частных предприятиях. Работали столько, сколько этого требовали интересы дела. Однако, нэпманы, за редким исключением, не были теми бездушными эксплуататорами, какими их стремилась представить советская пропаганда. Забота о рабочих считалась одним из условий успешной предпринимательской деятельности. 

Бывали случаи, когда арендаторы работали себе в убыток, только для того, чтобы поддержать своих рабочих. Например, арендатор золотого прииска в Нижнеангарском районе А. П. Павлов очень быстро понял, что предприятие не принесет ему никакой прибыли. В его интересах было отказаться от аренды. Однако, Павлов не хотел лишать поверивших ему старателей, большинство из которых были люди преклонного возраста, возможности заработать на кусок хлеба. Поэтому на прииске еще два года продолжались работы.[32] 

Арендатор Бурлинских соляных промыслов Буйский был известен не только благодаря своей предприимчивости, но и благодаря заботе о рабочих. Буйский построил новые общежития, рабочий клуб, библиотеку, аптеку, а также устроил гимнастическую площадку.[33] Правда, этот арендатор был все таки исключением из правил. Чаще всего нэпманы экономили на социальной сфере.



2.3 Отношение к моде



Для поддержания хорошей репутации в деловом мире нэпманы должны были иметь собственный дом, обязательно держать прислугу, хорошо одеваться и, вообще жить на широкую ногу. 

Большое внимание нэпманы уделяли костюму. По нему частного предпринимателя легко было отличить от представителей других социальных групп. Непременным атрибутом одежды крупного промышленника или торговца был английский костюм, шелковая рубашка, остроносые лакированные штиблеты и тросточка. Зимой нэпманы носили дорогие котиковые ермолки и шубы. 

Женская одежда так же подчинялась определенным канонам. Женщины, входившие в социальную группу нэпманов, носили платья так называемого "птичьего" силуэта – узкие, удлиненные сзади, сшитые из дорогих материалов – шелка, парчи, меха. Сходство с птицей усиливалось в облике женщины благодаря короткой стрижке и шапочке, плотно облегавшей голову, а иногда закрывающей лоб и один глаз. Узкая остроконечная обувь с перепонками-застежками дополняла это ансамбль. Нэпманы, как мужчины, так и женщины стремились подчеркнуть дороговизну и роскошь своего костюма. По одежде судили о кредитоспособности предпринимателя. [34] 


2.4 Нравы делового мира



Одним из самых отвратительных пороков в нэпманской среде считалась скупость. Нэпманы вынуждены были специально транжирить деньги, чтобы заслужить уважение своих коллег. Вот, что писал современник о нравах делового мира: 

"В 1922 году некий Абрам Абрамович, москвич покупал соболей в Урянхайском крае, а потом на Усе. Чтобы показать свою московскую удаль он устроил для таких же как он торговцев пирушку. В разгар пирушки "любезный" хозяин организовал для таких же "любезных" гостей картежную игру. Сначала играли на деньги, а потом перешли на пушнину. 

Пьяные, разгоряченные игроки, подзадоривая друг друга в азарте кричали: 

- ставлю на карту 10 соболей 

- пошел на 15 

- Не запугаешь – крою на 25 

И в этот момент Абрам Абрамович в большом возбуждении вдруг ударил кулаком по столу и зычно крикнул своему служащему: "Монька, волоки сюда мешок с соболями. Я покажу этим сибирским чалдонам, как москвичи играют". А когда Монька, добросовестно исполняя приказание своего хозяина, приволок мешок, Абрам Абрамович с ликующим видом победителя выставил из него на игральный стол несколько сот соболей. 

- Идет по всем этим соболям, крикнул в пьяном угаре разошедшийся хозяин 

Эффект получился необычайный, даже для "чалдонов-спекулянтов", через руки которых проходила не одна сотня драгоценного зверя. "[35] 


2.5 Отношение к семье



Семейная жизнь предпринимателей также была регламентирована неписаными правилами. Для того, чтобы пользоваться доверием в деловом мире, нэпман обязан был жениться. Создание крепкой семьи свидетельствовало в глазах коммерсантов о надежности человека, о серьезности его намерений. Кроме того, жена играла не последнюю роль в предпринимательской деятельности. Жены помогали мужьям вести дела, а после их смерти или ареста (что случалось довольно часто) могли возглавить предприятие. 

Нэпманы всеми силами старались скрыть от посторонних подробности своей частной жизни, т.к. это могло повредить их деловой репутации. Стараясь сохранить тайну, они не останавливались даже перед преступлением. Большой резонанс в обществе вызвало дело новониколаевкого нэпмана Петра Иванова. Иванову необходимо было жениться. Этого требовали интересы дела. Однако предприниматель уже много лет болел сифилисом. Тем не менее, Иванов женился, не сообщив невесте о своей болезни. В результате, заразилась его жена, сын-младенец и кормилица.[36] 

Нэпманы уважали крепкую семью, но совсем не ценили супружескую верность. Напротив, разгульная, развратная жизнь считалась нормой в предпринимательской среде. Поэтому свой досуг нэпманы нередко проводили в публичных домах и разнообразных притонах. 

Притоны 20-х годов являлись аналогами современных ночных клубов. Здесь предприниматели могли расслабиться и отдохнуть в непринужденной обстановке. Здесь же завязывались полезные знакомства, обсуждались детали делового сотрудничества.


2.6 Досуг нэпманов и их интересы



В предпринимательской среде приличным считалось в свободное время посещать театры. Однако вкусы нэпманов были весьма примитивны. Вот, что писал возмущенный критик о театральных запросах предпринимателей: "...Сегодня подай ему "Ночь любви", завтра – сердцещипательную мелодраму или какого-нибудь из царей Романовых, послезавтра – фарсик с раздеванием или такую комедию, чтобы животики надорвать".[37] Новониколаевский театр "Интимный" считался "нэпманским". Названия пьес из его репертуара говорят сами за себя: "Теща в интересном положении", "Вагон папаш у одной мамаши", "Старички и девочки".[38] 

Помимо театров, весьма модными в нэпманской среде считались мероприятия, просветительского характера. Правда, уровень их был столь же низок, как и уровень театральных постановок. Например, в 1927 году большой успех имели лекции гастролировавшего по Сибири Николая Луганского. Он выдавал себя за профессора несуществующего московского театрального университета и выступал с докладом на тему о "Смысловом ядре женского тела", причем, как напечатано в афише, доклад сопровождался сильным балетом несравненной Клео Луганской, после которого должны были состояться прения. [39] 



2.7 Отношение нэпманов к властям



Немаловажным обстоятельством в становлении самосознания нэпманов явилось отношение предпринимателей к властям. Нэпманы не любили советскую власть, но старались не обострять с ней отношения. Вопросы, которые корпоративные организации предпринимателей поднимали перед государственными органами, не имели принципиального характера и не затрагивали основ политики по отношению к частному капиталу. 

Исключение составлял только один вопрос – лишение предпринимателей избирательных прав. Нэпманы не хотели мириться со своим положением граждан второго сорта и неоднократно протестовали против несправедливого избирательного закона. Например, владелец крупного кожевенного магазина в Новосибирске Бухалов, говорил корреспонденту "Советской Сибири": «Какое имели право меня голоса лишать? Налогу я плачу больше всех... Советская власть палочную расправу учиняет, под палкой заставляет молчать, голоса лишает...В свободной России не должно быть пасынков. А мы самые настоящие пасынки и есть.» [40] 

Примечательно, что Бухалов делает упор и на общедемократические ценности ("В свободной России не должно быть пасынков"), и одновременно, подчеркивает свою исключительность («Налогу я плачу больше всех»). Такая двойственность сознания была характерна для нэпманов. 

В целом, отношение нэпманов к властям можно охарактеризовать как терпеливую покорность. Предприниматели надеялись, что государство рано или поздно осознает необходимость и полезность частного предпринимательства и решит все наболевшие проблемы. Это, впрочем, совсем не мешало нэпманам обманывать государственные органы на каждом шагу. 

По мере свертывания НЭПа, взгляды предпринимателей менялись. Если в начале и даже середине 20-х годов нэпманы с энтузиазмом поддерживали все постановления, направленные на создание нормальных условий для работы частного капитала, то в конце 20-х их отношение к государству существенно изменилось. 

В 1924 году правительство издало закон о льготах частным золотопромышленникам, и предприниматели немедленно пошли в золотодобывающую отрасль.[41] Однако всего лишь четыре года спустя, в 1928 нэпманы фактически проигнорировали аналогичный закон о льготах частным строительным фирмам.[42] Предприниматели, наученные горьким опытом, полагали, что это еще один из способов, при помощи которых государство хочет выманить у них деньги. Таким образом, доверие нэпманов к властям постепенно ослабевало. 



2.8 Различия нэпманов с дореволюционными предпринимателями



Нэпманская система ценностей имела множество общих черт с системой ценностей дореволюционных предпринимателей. Видимо, нэпманы многое заимствовали у представителей купеческого и мещанского сословий. Примечательно, что бывших купцов и мещан в составе социальной группы нэпманов было не более 10%. Однако, они смогли навязать свои ценности выходцам из других сословий. 

Несмотря на очевидное сходство самосознания нэпманов и дореволюционных коммерсантов, имелись и существенные различия. Так, сибирские купцы не считали обогащение за счет обмана казны или покупателя большим грехом, но между собой, при кредитовании или торговле, купеческое слово являлось самой надежной гарантией выполнения взятых обязательств. Для нэпманов слово чести перестало что-либо значить. Они соблюдали обязательства только тогда, когда им это было выгодно. Чтобы избавиться от конкурентов нэпманы вполне могли пойти на подлость – написать донос в налоговые органы, милицию или ОГПУ. 

Так, красноярский торговец Золбернштейн, в надежде добиться благосклонности властей, неоднократно информировал соответствующие органы о планах своих коллег по сокрытию ценностей.[43] 

Дореволюционные предприниматели нарушали закон, но старались все-таки держаться в определенных рамках. Человек, который наживал богатство исключительно незаконным путем, подвергался осуждению. Для нэпманов подобных рамок не существовало. Мошенничество приняло громадные размеры. Обогащение путем обмана стало почитаться доблестью в предпринимательской среде. Нэпманы, в отличие от дореволюционных деловых людей не брезговали и "грязными" способами добывания денег, вроде содержания притонов, торговли наркотиками и скупки краденного.

Именно стремление к быстрому обогащению приводило нэпманов к уголовным делам. А появление таких ценностей в кругах предпринимателей свидетельствует о влиянии на нэпманов уголовного мира. Исходя из того, что в 20-е годы происходил стремительный процесс криминализации частного предпринимательства, можно сделать предположение о том, что к концу НЭПа влияние уголовного мира стало доминирующим, и уголовные ценности окончательно вытеснили из сознания нэпманов все остальные. 

Таким образом, на формирование самосознания нэпманов оказывали влияние две социальные силы: бывшие предприниматели и уголовные элементы. На протяжении 20-х годов происходит постепенное вытеснение ценностей, характерных для самосознания дореволюционных коммерсантов, ценностями уголовного мира. 

Обращает на себя внимание так же то обстоятельство, что все попытки государственной власти повлиять на самосознание нэпманов и привести его в соответствие с коммунистической идеологией ни к чему не привели. Ни уговоры, которые практиковали регулирующие органы и профсоюзы, ни компании по бойкоту частного сектора, ни угрозы не действовали на предпринимателей. 



2.9 Влияние нэпманов на население



Зато нэпманы очень успешно воздействовали на остальное население. Нэпманские ценности, в первую очередь, стремление к обогащению, к материальному благополучию проникали в сознание представителей практически всех социальных групп. Даже такие, казалось бы далекие от предпринимательства люди, как коммунисты и интеллигенты не могли устоять перед страстью к наживе. В 1926 году получило широкую огласку дело "Чанрыбсоюза". Суть его заключалась в том, что крупное частное предприятие было замаскировано под кооперативный союз рыбацких артелей. Вдохновителем и организатором предприятия являлся некий Горнунк – молодой человек, только что окончивший два факультета в МГУ. Вместе с Горнунком "лже-кооперативным" союзом руководили член партии Разумовский и известные в Сибири нэпманы Кочедамов и Суханов. [44] 

Нэпманский стиль жизни, манера поведения привлекали людей. Нэпманы являлись законодателями моды, на их вкусы ориентировалась эстрада, представители других социальных групп стремились подражать их стилю жизни. Нэпманский профессиональный сленг быстро распространялся среди населения и становился частью разговорного языка.[45] Все эти факты свидетельствуют о том, что влияние частных предпринимателей на общество было чрезвычайно велико. 

На рубеже 20-х-30-х годов нэпманы, как социальная группа перестали существовать, однако отдельные элементы их системы ценностей продолжали жить, воспринятые представителями других слоев населения. Характерно, что по мере исчезновения из периодической печати критических статей о мошенничестве, алчности и жадности нэпманов, газеты и журналы наполняются заметками о мошенничестве, алчности и жадности служащих, рабочих и крестьян. 

Таким образом, нэпманские ценности оказали огромное воздействие на все слои населения и на самосознание советского общества в целом. 


3. Самоорганизация нэпманов



Важнейшей характеристикой любой социальной группы является степень ее организованности. Способность эффективно отстаивать свои корпоративные интересы свидетельствует о силе социальной группы, о ее влиянии на остальное общество. 

Социальная группа нэпманов, несмотря на чрезвычайно разношерстный состав, отличалась высокой степенью организованности. В действиях нэпманов постоянно прослеживается дух корпоративизма. Примером солидарности предпринимателей могут служить нэпманские "стачки". 

"Стачки" частных предпринимателей были довольно распространенным явлением в 20-е годы. Суть их состояла в том, что нэпманы договаривались друг с другом и одновременно поднимали цену на какой-то определенный товар. "Стачка" являлась также своеобразной формой борьбы частного капитала за свои права. Большой резонанс получила "стачка" новосибирских нэпманов в 1925 году. Поводом для нее послужило решение городских властей сдать в аренду площади под постройку новых торговых помещений. Предприниматели, недовольные размером арендной платы, не выходили на торги, из-за чего последние два раза откладывались. Тогда городское руководство пригрозило нэпманам снести все старые торговые корпуса, после чего торги все-таки состоялись.[46] 

Солидарность нэпманов очень раздражала государственные органы. Однако, государство само, в определенной мере, спровоцировало укрепление связей между частными предпринимателями. Лишение предпринимателей гражданских прав, а также натравливание на них общественного мнения способствовали сплочению нэпманов.

Тем не менее, не стоит преувеличивать степень консолидации предпринимателей. Внутри этой социальной группы существовало противоречие между представителями состоятельной верхушки и остальными нэпманами. Верхушка нэпманов, в силу своего особенного состава (в нее входило гораздо больше профессиональных коммерсантов с дореволюционным стажем) и высокого образовательного уровня была организована гораздо лучше. Представители этого социального слоя часто ущемляли интересы нэпманов-середняков. 

Типичная, в этом отношении, ситуация сложилась в Томске. Здесь власть в корпоративных организациях частных предпринимателей захватила группа крупных торговцев. Во главе этой группы стоял М. И. Шкундин – дореволюционный миллионер, крупнейший подрядчик и владелец кожевенного завода с 300.000 оборота. Вместе со Шкундиным деловым миром Томска руководил его родственник Гинзбург, а так же крупные торговцы Измаилов, Юнусов и Перминов. Они распоряжались кредитными и товарными ресурсами по своему усмотрению, главным образом для собственного обогащения. При этом Шкундин и компания игнорировали мелких торговцев и промышленников.[47] 

Несмотря на то, что представители верхушки нэпманов часто обходились со своими менее состоятельными коллегами подобным образом, крупные предприниматели понимали, что только объединившись частники будут представлять реальную силу. Поэтому, наиболее состоятельные торговцы и промышленники являлись главными организаторами создания корпоративных организаций нэпманов. Корпоративные объединения: рыночные комитеты, секции частной промышленности и торговли при товарных биржах (СЧТП) и общества взаимного кредита (ОВК) сыграли огромную роль в деле консолидации предпринимателей и становления их самосознания. Они активно отстаивали интересы частных предпринимателей и не боялись противостоять государственным органам. 

Существовали и другие организации нэпманов. Одной из таких организаций было собрание арендаторов золотых приисков. 

Сибирские золотопромышленники всегда отличались высокой степенью организованности. Так, арендаторы, несмотря на свою малочисленность, создали весьма влиятельную организацию, с которой вынуждены были считаться государственные регулирующие органы. Собранию арендаторов золотых приисков удалось добиться существенных уступок по вопросам, касающимся налогообложения и кредитования золотопромышленников, а также размеров, взимаемой с них арендной платы.[48] 

Существовали и более мелкие организации нэпманов, объединявшие предпринимателей одного по отраслевому или территориальному признаку. Типичным примером такой организации может служить комитет металлистов и деревообделочников, созданный в Омске. 

Комитет нанял профессионального юриста, который помогал составлять жалобы в налоговую инспекцию. Члены комитета подали прошение заместителю уполнаркомфина по Сибири заявление, в котором просили допустить их представителей в налоговую комиссии. Комитет так же обращался в Губисполком с просьбой улучшить жилищные условия предпринимателей и в Губернский отдел труда с требованием пересмотреть правила об ученичестве, ущемлявшие права хозяев промышленных заведений. В результате активности членов комитета положение омских металлистов и деревообделочников изменилось в лучшую сторону. [49] 

Все вышеперечисленные факты свидетельствуют о том, что социальная группа нэпманов была прекрасно организована. Частные предприниматели отчетливо осознавали свои цели и активно боролись за их достижение.


Заключение



Недолгая история нэпманов представляет собой сложный, многогранный процесс, который протекал в русле социально-экономического и политического развития страны. На основе анализируемых в работе материалов, можно сделать вывод, что социальная группа нэпманов концентрировала в себе наиболее активных и предприимчивых членов общества. По своей численности нэпманы являлись лишь малой частью городского населения, между тем их влияние на общество было чрезвычайно велико. 

Нэпманы не были ни экономическим классом, ни сословием, ни профессиональной корпорацией. Механизм формирования социальных связей между членами этой группы был сложнее. Человек являлся нэпманом в трех случаях: если он владел определенной собственностью, если занимался определенными видами деятельности и, если имел соответствующий законодательно определенный статус. Наличие тройной связи между членами группы обуславливало ее сплоченность. 

Степень консолидации частных предпринимателей, однако, не стоит переоценивать. Внутри этой социальной группы существовало несколько слоев: так называемые "нэпманы-акулы", нэпманы-середняки и нэпманы-уголовники. Отношения между ними нельзя назвать хорошими. Внутренние конфликты ослабляли частных предпринимателей. 

Социальная группа нэпманов формировалась из совершенно разных людей, различавшихся по социальному происхождению, по национальной и профессиональной принадлежности и культуре. Общим было только то, что все эти люди имели опыт предпринимательской деятельностью и обладали незаурядными интеллектуальными и волевыми качествами. 

О незаурядных качествах частных предпринимателей свидетельствует тот престиж, которым они пользовались в обществе, несмотря на тщетные попытки властей принизить их социальный статус. 

Большинство нэпманов относилось к тому типу людей, которые одинаково неплохо чувствуют себя в любые времена и при любых условиях. Они сумели занять достаточно высокие позиции в социальной иерархии как общества 20-х, так и общества 30-х. После окончания НЭПа многие частные предприниматели стали работать на руководящих должностях на государственных и кооперативных предприятиях, быстро адаптировавшись к новым условиям. Данный факт также говорит в пользу незаурядности этих людей. Причем эта незаурядность выглядит особенно рельефно на фоне огромного количества так называемых "бывших", то есть дворян, офицеров, царских чиновников, многих представителей интеллигенции, так и не сумевших найти свое место в послереволюционном обществе. 

Несмотря на весьма неоднородный состав, нэпманам удалось очень быстро сплотиться в полноценную социальную корпорацию. Частные предприниматели уже в начале 20-х годов отчетливо осознавали общность своих интересов, выработали собственную систему ценностей и противопоставляли себя остальному населению. 

Формирование социальной группы нэпманов в столь сжатые сроки объясняется тяжелейшими условиями, в которых частным предпринимателям приходилось жить и работать. Враждебное отношение государства и части общества способствовало консолидации нэпманов. 

Для защиты своих интересов частные предприниматели создали многочисленные корпоративные союзы, главнейшими из которых были рыночные комитеты, секции частной промышленности и торговли при товарных биржах и общества взаимного кредита. Это свидетельствует о высокой степени организованности социальной группы нэпманов. В своей оппозиции государству нэпманы никогда не переходили определенных границ. Они ни в коем случае не были революционной группой и стремились к улучшению своего положения только в рамках советского строя. 

Тяжелые условия, в которых происходило формирование и развитие социальной группы нэпманов наложили определенный отпечаток на частных предпринимателей. Пытаясь выжить, "советские буржуа" часто нарушали закон. Криминализация социальной группы нэпманов постепенно усиливалась на протяжении 20-х годов, и к концу десятилетия частные предприниматели окончательно сливаются с уголовным миром.

Нэпманская система ценностей повлияла на самосознание советского общества. Благодаря нэпманам, одной из главных ценностей советских людей становиться материальное благополучие. Стремление к обеспеченной жизни не смогли вытравить даже мощнейшие идеологические компании. Нэпманы ответственны так же за появление в сознание советского человека черты, сущность которой отражает известный афоризм: "государство обмануть, себя порадовать" с этой чертой власти тоже долго и безуспешно боролись на всем протяжении советской истории. 

Оценивая влияние, которые нэпманы оказали на общество, можно сказать, что в целом оно оказалось благотворным. Нэпманы внесли определенный элемент прагматизма в социально-экономическую систему, созданную революцией, без которого она не смогла бы существовать, приблизили ее к реальной жизни. Кроме того, нэпманы оказались единственной социальной группой, которая не на словах, а на деле сопротивлялась установлению тоталитарного режима. В этом ее несомненная заслуга. 


Список источников



			Сибирский край. Статистический справочник, Новосибирск, 1930.

			Статистика Сибири. Сборник статей и материалов. Вып. 1-6, Новосибирск, 1930.

			Финансы и народное хозяйство Сибирского края в 1925-26 и 26-27 гг. Новосибирск, 1928.

			Советская Сибирь (Новосибирск) – 1921-1930.

			Экономическая жизнь Сибири (Новониколаевск) – 1921-1923.

			Вестник финансов (Москва) – 1922- 1930.

			Жизнь Сибири (Новосибирск) – 1922-1930.

			Статистический Бюллетень сибирского краевого статистического бюро (Новосибирск) – с.1, 1924;с.1-2, 1925; с.4-8, 1926; с.9-14, 1927.

			Фонды Государственного архива новосибирской области.

			Фонд ГАНО Р– 22 (Западно-Сибирский краевой совет народного хозяйства. "Запсибкрайсовнархоз") Оп.1, Д.38, л.46.

			Фонд ГАНО Р – 659 (Сибирское краевое управление Наркомвнуторга РСФСР) Оп.1, Д.286, л.235.

			Фонд ГАНО Р – 725 (Новосибирская областная контора Госбанка СССР) Оп.1, Д.39, л.16-35.

			Фонд ГАНО Р – 918 (Сибирское областное промышленное бюро ВСНХ. "Сибпромбюро") Оп.1, Д.184 (л.109), Д.185 (л.9-100), Д.200 (л.214), Д.341 (л.43).

			Архипов В. Борьба против капиталистических элементов в промышленности и торговле, М. 1978.

			Бойко В. Томское купечество, Томск, 1996.

			Демчик Е. Частный капитал в городах Сибири в 1920-е годы: от возрождения к ликвидации, Барнаул, 1998.

			Лишение избирательных прав в Москве в 1820-30-е годы, М. 1998.

			Морозов Л. Решающий этап борьбы с нэпманской буржуазией, М. 1960.

			Селунская В. Изменение социальной структуры советского общества 1921-сер. 30-х годов, М. 1979. 

			Стриженова Т. Из истории советского костюма, М. 1979. 

			Трифонов И. Ликвидация эксплуататорских классов в СССР, М. 1975. 

			Шейхетов С. Нэпманы.//Маргиналы в социуме. Маргиналы как социум (1920-1930-е г.г.) Н-ск, 2004 г. 

			Жиромская В. После революционных бурь. Население России в первой половине 20-х годов, М. 1996. 

			Каврайский В. Налоговое обложение частного капитала в Сибири// Жизнь Сибири, 1924, с. 5-6.