Экономика и политика: условия взаимодействия

Экономика и политика: условия взаимодействия

1. Политическая и экономическая сферы общества 

Политическая и экономическая сферы общества неразрывно связаны между собой. Практически это — взаимодействие государства, гражданского общества и личности, то есть основополагающих определителей любого общественного устройства. Преодолев абсолютизацию формационного подхода в изучении взаимодействия экономики и политики историки и экономисты отошли от изучения данной проблемы; философы, политологи заинтересовались теоретическими и правовыми аспектами темы. Формационный подход к этим сферам не позволил советской историографии дать научное определение условий взаимодействия экономики и политики.

Тезис о том, что экономика влияет на политику, а политика является концентрированным выражением экономики, был декларативным, не позволял определить сложные взаимосвязи указанных сфер общества. 

Между тем переломные периоды в истории, процессы реформирования экономики располагают к размышлениям на этот счет. 

В настоящее время Россия переживает полосу реформ. Расхожим стало признание, что нашей стране на протяжении длительного периода не удается довести реформы до конца. Что же мешало ей довести модернизацию страны до уровня мировых образцов? Ответу на столь актуальный вопрос мешают ряд обстоятельств: 

1. Конъюнктурная оценка прошлого, которая сглаживает сложность и противоречивость исторического процесса. Такой подход позволяет чернить отдельные явления в истории, незаслуженно превозносить другие, популяризировать и абсолютизировать современные политические установки, приспосабливаться к ним.

2. Отказ от теоретического осмысления целей, которые ставятся на том или ином этапе реформирования страны. 

3. Отсутствие анализа тех условий, которые определяли взаимодействие экономики и политики на том или ином этапе исторического процесса. 

Отрекаясь от прежних стереотипов, историки и политологи ищут причины неудач в реформировании страны в особенностях европейской цивилизации, ментальности, особом пути, географическом факторе, то есть ищут причину в факторном подходе и однолинейном понимании исторического процесса. 

Анализируя самую близкую к нам попытку реформирования экономики — нэп, авторы много пишут об отсутствии политических условий для его осуществления — многопартийности. 

Значительно меньше внимания уделяется теоретическому осмыслению властью процессов реформирования, предпочтениям, которые отдаются экономическим или политическим интересам, нарушающим условия их взаимодействия. 

Представители всех структур власти постоянно испытывают давление противоречивых экономических интересов различных общественных слоев. 

В политическом пространстве определяется возможность реализации экономических интересов тех или иных общественных групп, способность политического деятеля объединить и узаконить интересы разных общественных сил, используя соответствующие экономические рычаги, прежде всего механизмы экономического стимулирования. 

Можно выделить важнейшие направления политического процесса, влияющие на экономическую сферу общества: во-первых, организация законодательной, конституционной деятельности, система исполнительной власти, реализующей законы и создающей условия для функционирования экономических институтов, охраняющих тот или иной тип экономического порядка; соответствующая организация судебной власти, способной защитить установленный порядок. Во-вторых, установившаяся система местной власти, позволяющая сочетать и учитывать региональные и общероссийские интересы. В-третьих, система отношений с мировым сообществом, позволяющая соотносить интересы страны с глобальными интересами, способствовать стремлению развиваться на мировом уровне. 

В рамках этих важнейших направлений пересекаются экономические интересы различных групп, вызывая острые, порой трудноразрешимые противоречия. Процесс взаимодействия различных экономических интересов далеко не гармоничен. 

1) Не все общественные группы признают рыночные отношения, частную собственность, как основные средства стимулирования производства, потребления, распределения. Известно, что эта система порождает безработицу, которая, в свою очередь, ведет к социальной напряженности и потрясениям. Отрицание рыночных отношений лишает систему мощного экономического стимула, порождает застой, потерю интереса производителей к результатам своего труда, отставание от уровня развитой мировой экономики. 

Как распределены общественные и природные ресурсы, кто ими владеет, насколько справедлив установившийся порядок и каким образом политическая власть его защищает — важнейшая сфера взаимоотношений экономики и политики, важнейший вопрос любых экономических реформ и преобразований. 

Центральная проблема в формировании соответствующих условий — процесс создания правового государства и соответствующего уровня легитимной власти, способной улавливать экономические интересы различных общественных слоев. В широком смысле вопрос о взаимодействии экономики и политики — это вопрос о соотношении государственной власти, общественной организации и личности, которая относительно свободна в выборе собственности и всегда не свободна по отношению к государственной власти. 

2) Поиски оптимального сочетания общероссийских и региональных интересов — процесс сложный и противоречивый. Ослабление общероссийских экономических связей усиливает центробежные тенденции. Процессу формирования и упрочения общероссийской государственности противостоит процесс ее распада, регионализации. Они связаны между собой, существуют в реальности, выработка оптимального варианта их решения — важнейшая задача политической власти. 

Реальными инструментами процесса оптимизации этих противоречивых тенденций является законодательная разработка налоговой политики, механизма формирования федерального и регионального бюджетов, интерпретация понятия суверенитета, содержание которого меняется, модифицируется в зависимости от политических целей, политического лидерства. 

3) Столь же не прост процесс выработки концепции оптимального соотношения интересов страны и интересов мирового сообщества. 

На решение этих задач влияют две тенденции, реализация которых связана с внешнеполитическим курсом каждой страны и стран мирового сообщества. С одной стороны, оптимально выработанный курс дает возможность установления партнерских отношений с экономически развитыми странами, позволяющих использовать с большей выгодой преимущества мирового разделения труда. С другой стороны, союз с более экономически развитыми странами мирового сообщества таит опасность подчинения экономики страны зарубежному капиталу. 

Эти две тенденции неразрывно связаны, так как рыночные отношения не позволяют отдать предпочтение бескорыстию и благотворительности. Эти тенденции влияют на политические декларации, ориентацию средств массовой информации, зависят от направленности внешнеполитического курса. 

Часто итог того или иного типа экономического сотрудничества проявляется не сразу. Выводы и оценки внешнеполитического курса носят порой прогностический характер. Следует трезво оценивать устремления различных групп мировых экономических сил, стремящихся реализовать как одну, так и другую тенденцию. 

Изложенное свидетельствует о том, что взаимодействие экономики и политики не прямолинейно и неодномерно. Оно таит в себе разные версии развития. Характер и направленность их зависит от взаимодействия экономических и политических сил, от умения расставить в политике верные акценты, учесть противоречия, которые всегда существуют во взаимодействии экономики и политики. 

Из изложенного вытекает, что правящая власть должна решить две задачи экономической политики: ясно представлять ее теоретические основы, социальную направленность и механизм взаимодействия. 

Один из существенных пробелов в понимании этих задач правящими политическими силами обрекал на провал многочисленные попытки реформировать экономику в России, обновить ее социальную и политическую структуру. Не являлась исключением в этой цепи просчетов правящая большевистская партия, попытавшаяся в 20-е годы перевести экономику России на рыночное развитие и завершить ^наконец, многочисленные попытки, предпринимаемые в прошлом, модернизировать экономику страны, придать ей импульс в развитии. Предпринятые попытки вошли в историю под именем нэпа и потерпели, как и предшествующие, поражение. Этот очередной итог тем более интересен, что и в современных условиях попытки реформирования экономики не приносят успеха. Невольно возникает вопрос, чему обязана Россия своей неспособностью к реформированию экономических институтов, почему оказался негативным и скоротечным опыт нэпа, так и не приведший к рыночной экономике? 

Процесс взаимодействия экономики и политики требует ясности в теоретическом понимании предпринимаемых попыток реформирования экономики страны. 

Ясности в этом вопросе у властей не было ни на одном этапе реформирования России. Не было ясности о том, к каким последствиям могут привести задуманные реформы, как они будут оценены общественным сознанием. 

При теоретической неясности предпринимаемых шагов по реформированию страны оставались непродуманными все направления взаимодействия экономики и политики. Диссонансы в процессе взаимодействия этих сфер оказывались разрушительными, обрекавшими реформы на неудачу. 

2. НЭП 

Конкретный анализ теоретических взглядов большевиков на нэп позволяет убедиться в том, как опасна беспечность властей в понимании целей и задач реформирования, к какой непоследовательности она ведет в разработке практических шагов и механизмов реформ. 

В советской историографии утвердился тезис, что теоретическая разработка основ экономической политики победившего пролетариата, в том числе нэпа, связана с именем В. И. Ленина. Этот тезис в основном соответствовал действительности. 

Большевистская партия руководствовалась ленинской концепцией нэпа, официальные органы Коммунистической партии ее активно популяризировали. 

Новый взгляд на содержание ленинской концепции нэпа требует учета трех факторов, без которых представления по интересующему нас вопросу не могут быть полными. 

Во-первых, последнее пятое издание ленинских сочинений практически не было полным. Не издано 3724 ленинских текстов и документов, которые составили бы не менее восьми томов. 

Можно предположить, что документы и работы подбирались для публикации под определенным углом зрения: ленинские идеи должны были предстать перед читателями незамутненными и последовательно марксистскими. Определяя качества В. И. Ленина как гибкого политика, советская историография не сосредотачивала внимания на эволюции его взглядов на нэп, на контексте его оценок, на известном политиканстве и разных акцентах в разъяснении нэпа партийной элите и широкому кругу партийцев. 

Как показывают появляющиеся новые документы В. И. Ленина, в этих оценках было много противоречивого, создающего основу для многолетних дискуссий о взглядах В. И. Ленина на нэп. Изучение ленинских работ убеждает, что взгляды его на экономическую политику победившего пролетариата в разное время были различными. 

Во-вторых, в ленинских оценках нэпа, определении его сущности и перспектив, было много противоречий, позволявших по разному толковать его отношение к рынку, причинам введения нэпа, его перспективам. 

В-третьих, следует иметь в виду, что в большевистской среде существовало множество оттенков во взглядах на нэп, что и привело к дискуссиям в постленинский период и достаточно безболезненному свертыванию нэповских принципов во второй половине 20-х годов. 

Только учет и анализ указанных обстоятельств позволяет дать реальную, а не иконописную ленинскую концепцию нэпа. 

Если обобщить ленинские оценки экономической политики большевиков с 1918 по 1920 годы, то можно выделить основополагающие идеи, сформулированные им на разных этапах этого периода. 

1. Россия формационно не доросла до социализма. 

2. Компенсировать российскую отсталость может только мировая революция. Пропаганда этой идеи обрекала страну на усложнение отношений с мировым сообществом. 

3. В ходе социалистического строительства сфера использования товарно-денежных отношений должна была, по мнению большевистских теоретиков, сужаться, так как она принципиально несовместима с социализмом. Решение этой задачи должно взять на себя государство, так как только государственный сектор в смешанной экономике развивался, по мнению В. И. Ленина, в направлении социализма (плановое хозяйство, организация производства и распределения, контроль за финансами и т. д.). Чрезмерный диктат государства в экономической сфере мешал установлению демократических отношений между центром и регионами, не давал возможности пролетарскому государству учесть широкий спектр экономических интересов всего общества и отдельной личности. 

Присутствие этих основополагающих идей подтверждают десятки ленинских работ и выступлений, относящихся к этому периоду. 

Ретроспективно оценивая иллюзии большевистской партии относительно темпов развития международной революции, власть честно признавала, что до революции и сразу после нее мы рассчитывали, что революционный взрыв в остальных капиталистически более развитых странах наступит очень скоро, «или в противном случае, мы должны погибнуть». 

В 1921 г. (март-июль), осмысливая причины введения нэпа — В. И. Ленин на первое место поставил социальную напряженность в стране, вызванную политикой «военного коммунизма»; нежеланием почти всех слоев общества с ним мириться, сложившейся на этой основе угрозой потери большевистской партией власти. Вторым фактором, толкавшим к нэпу, была, по мнению В. И. Ленина, формационная отсталость России. И третьим фактором стала задержка мировой революции. 

Нэп был нужен, по мнению В. И. Ленина, чтобы продержаться в ожидании мировой революции, которая, это было ясно, в ближайшее время не произойдет, поэтому нужно было идти на уступки крестьянству, открывать рынок, формировать товарно-денежные отношения. Именно в этот период В. И. Ленин обращал внимание на вынужденный характер нэпа, определяя его как вынужденный тактический ход. 

Подтверждением указанного вывода могут быть следующие аргументы. 

1. Собрав экстренно X партийную конференцию в мае 1921 года, чтобы убедить большевистскую элиту, что нэп вводится «всерьез и надолго», что он установлен «на долгий, рядом лет измеряемый период времени», В. И. Ленин при обсуждении проекта резолюции по вопросу о новой экономической политике живо отреагировал на предложение одного из делегатов, подчеркнувшего, что срок нэпа зависит от темпов развития мировой революции. 

Комментируя эту поправку, В. И. Ленин заявил, что в случае победы революции в Европе, «мы, разумеется, политику изменим... может быть скажем: ничего не брать налогом, а все товарообменом». 

В докладе на IX съезде Советов (декабрь 1921 г.) В. И. Ленин с горечью констатировал, что невероятное стало фактом: социалистическая республика оказалась в капиталистическом окружении. 

В этот же период времени В. И. Ленина начинают серьезно занимать три проблемы, связанные с определением методов осуществления экономической политики правящей партией: 

— проявившаяся в первые же годы после революции неэффективность работы предприятий госсектора: 

— сформировавшаяся в условиях «военного коммунизм?» бюрократия, сконцентрировавшая в своих руках государственную систему учета и распределения продукции, с вытекающими в условиях голода и кризиса взяточничеством и мздоимством: 

— сохранившийся и после отказа от «военного коммунизма» неэквивалентный обмен продукцией между городом и деревней. 

Последнее обстоятельство накаляло социальную напряженность, вызывало взрыв протеста крестьян. 

В 1920—1921 году в Госфонд удалось собрать промышленных товаров на 35 млн золотых рублей. Хлеба же, сельскохозяйственных продуктов власть рассчитывала заготовить не менее чем на 150 млн золотых рублей. 

Понятно, что в этих условиях решить задачу продуктообмена можно было только нажимом, принуждением, а следовательно, дальнейшим усилением социальной напряженности, разрухи, кризиса. Это, в свою очередь, угрожало политической власти требованием отказа от сохранявшихся военно-коммунистических методов экономического компромисса с крестьянством. Нэп мог спасти правящую партию от политического краха, потери власти. В. И. Ленин потратил много сил и энергии, чтобы заставить большевистскую элиту пойти на компромисс, спасти власть. Нэп в связи с этим оценивался как вынужденное антикризисное явление, как «крестьянский Брест». Оценка экономических процессов, начавшихся с нэпом, была, следовательно, целиком посвящена политическим установкам. 

Но, несмотря на отказ от «военного коммунизма», правящие круги продолжали верить в мировую революцию и считать государственное регулирование экономики панацеей от всех бед. Н. И. Бухарин утверждал, что вылечить хозяйственные раны России можно либо высокоразвитой западной техникой в случае победы пролетариата в развитых странах, либо государственным регулированием экономической жизни. В дискуссиях по этому вопросу в большевистской среде предпочитали, невзирая на нэп, видеть регулятором экономической жизни власть, а не рынок. Поэтому нэп значительная часть партийцев воспринимала как меру вынужденную, временную, с социализмом несовместимую. Свобода торговли, частные предприятия казались изменой коммунизму и после введения нэпа. Очевидно, совершенно прав был А. Хаммер, когда заметил, что если бы программу нэпа предложил не В. И. Ленин, а другой лидер, то его тогда бы расстреляли.

Осень 1921—лето 1922 года стали временем пристального изучения рынка в качестве общественно-экономической почвы социалистического строительства: «на почве рынка, торговли или против этой почвы?». 

В течение этого периода Ленина, большевиков чрезвычайно занимал вопрос, может ли нэп быть только системой отношений между укладами или принципы нэпа можно внедрить в развитие социалистического уклада? 

Но и в таком подходе речь шла, на наш взгляд, не об изменении взглядов большевиков на сущность социализма, а о допустимости рыночных отношений в переходный период. Дискуссии шли о возможности использования рынка в качестве временной меры, однако регулятором экономики и в переходный период признавался не рынок, а власть. 

Допустив рынок, В. И. Ленин в этот третий период своей деятельности больше всего был озабочен тем, как подчинить рынок власти государства, как сохранить социалистическую ориентацию государственного сектора, не разлагая его принципами нэпа, внедряя лишь некоторые его элементы (повысить эффективность, внедрить хозрасчет и т. д.). 

В «Плане доклада о новой экономической политике на VII Московской губпартконференции» (октябрь 1921 г.) В. И. Ленин выделил три темы в пропаганде нэпа, занимавшие его в то время. 

1. Понятие ошибки при перемене тактики; каково соотношение понятий: штурм-осада, наступление-отступление. Можно ли ошибку понимать как «пробу сил?», но ни в коем случае, не как измену принципам? 

2. Признав, что донэповская экономическая политика была попыткой непосредственного социалистического строительства без переходных ступеней, В. И. Ленин первой переходной ступенью с введением нэпа считал госкапитализм, позволявший, по его мнению, пролетарскому государству осуществлять контроль за экономическими отношениями в стране, за взаимодействием укладов. То есть, В. И. Ленин признавал смешанную экономику лишь при лидирующей роли пролетарского государства, при его опоре на социалистический и госкапиталистический уклады, то есть такие формы хозяйства, которые подконтрольны государству. 

3. Обрисовывая перспективы развития смешанной экономики, В. И. Ленин видел их в переходе от госкапитализма к государственному регулированию торговли и денежного обращения. Провозгласив переход к рыночной экономике, политическая власть показала способы ограничить влияние рынка. 

Судя по содержанию статей и выступлений этого периода, В. И. Ленина больше всего занимал вопрос о возможности и опасности развития социалистического уклада на основе нэповских принципов. Противоречивые оценки этих возможностей дают основание утверждать, что как таковая идея бестоварного социализма не подвергалась сомнению. 

В плане речи на X съезде Советов (декабрь 1922 г.) В. И. Ленин ставит вопрос: как подойти к социализму? И отвечает: «...не иначе как через нэп». 

Эта фраза способствовала появлению в советской историографии тезиса о том, что нэп следует рассматривать не как отступление и антикризисную меру, а как метод социалистического строительства. Оптимизма в этом выводе прибавила одна из последних статей В. И. Ленина «О кооперации» (январь 1923 г.), в которой он признал, что революционный размах, энтузиазм нужно соединить с умением быть толковым грамотным торгашом...», что от умения торговать по-европейски нас отделяет целая историческая эпоха (торгуем по-азиатски). 

Однако выводу о том, что В. И. Ленин создал рыночную модификацию социализма, противоречит ряд положений его концепции. Если даже признать, что он в конце жизни подошел к рыночной идее, следует обратить внимание на то, что никакой практической разработки в его трудах эта идея не получила. 

В ленинской концепции нэпа был признан факт возможного существования в экономике двух сфер: рыночной и государственной. Однако они, по мнению В. И. Ленина, были носителями разных перспектив развития страны. Только государственный сектор, по мнению большевиков, имел внутреннюю социалистическую сущность. Вопрос о механизме коммерциализации государственного сектора оставался открытым. Более актуальным для большевиков был тезис не о том, как развить рыночные отношения, а о том, как подчинить их государственному контролю. Большевистские идеологи были достаточно подготовленными людьми, чтобы признавать, что формы контроля могут быть экономическими и административно-бюрократическими. Экономические методы требовали определенного уровня развития производительных сил и эффективности в работе государственного сектора. Ни того, ни другого в России 20-х годов не было. 

По мере осуществления нэпа становились все более ясными его перспективы: противоречие между рыночным нэпом и бестоварным социализмом можно решить двумя путями: 1) свернуть нэп; 2) обновить модель социализма в рыночном духе. Именно эти альтернативы решали судьбу модернизации России, судьбу ее очередного реформирования. 

Пойти по второму пути мешала идеологическая зашоренность, примат политических аспектов политики над экономическими. 

Обосновывая их, В. И. Ленин не допускал мысли о возможности ослабления политических позиций правящей партии и государства. 

Усиление позиций партии и государства В. И. Ленин представлял по следующим направлениям. 

Во-первых, абсолютно непримиримое отношение к остальным политическим партиям, в том числе и к партиям социалистической ориентации (меньшевики, эсеры). 

Представители этих партий видели в нэпе возможность снятия социальной напряженности в обществе и создания необходимых предпосылок для развития производительных сил, возможности строительства социализма. 

По отношению к этим партиям, подвергшим резкой критике до-нэповскую экономическую политику, беспощадное подавление Советской властью восстаний рабочих, крестьян, расправу с участниками кронштадтского выступления, В. И. Ленин был непримирим. 

Новая экономическая политика создавала почву для сотрудничества партий социалистической ориентации, отражавших интересы разных социальных слоев. Однако В. И. Ленин, признавший крах донэповской политики, был непримирим к тем, кто этот крах пророчил. Создается впечатление, что В. И. Ленин не мог им простить большей, чем была у большевиков, прозорливости, мстил за нее. 

В статье «О продовольственном налоге (Значение новой политики и ее условия)» В. И. Ленин нарисовал перспективы деятельности меньшевиков и эсеров. «Мы будем, — писал он, — держать меньшевиков и эсеров, все равно, как открытых, и перекрашенных в беспартийных в тюрьме». 

Эту непримиримость В. И. Ленина разделяла большевистская элита. К. Радек на X конференции РКП (б) (май 1921 г.) доказывал, что «по отношению к меньшевикам и эсерам есть одна тактика — тактика беспощадной борьбы». 

Новая экономическая политика потребовала правового оформления рыночных отношений. Была поставлена в повестку дня разработка Гражданского кодекса РСФСР. Опубликованные новые документы о переписке В. И. Ленина с наркомюстом Д. И. Курским убеждают, что он отбросил все принятые цивилизованные нормы правового регулирования смешанной экономики. 

При определении отношения к частным договорам «мы ничего «частного» не признаем, для нас все в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное», В. И. Ленин рекомендовал в Кодексе расширить применение государственного вмешательства в «частно правовые» отношения, руководствоваться не правовыми нормами, зак-' репленными в цивилизованных сводах законов (корпус Римского права), а революционным правосознанием. Будучи юристом, В. И. Ленин не мог не понимать, что чем шире государственное вмешательство — тем уже поле гражданского права. 

Найденные новые документы были строго секретными, предназначались для узкого слоя большевистской элиты. Такого рода документы пролили свет на содержание письма В. И. Ленина Д. И. Курскому от 20 февраля 1922 г. В. И. Ленин устно изложил управляющему делами Совнаркома Н. П. Горбунову некоторые «детали», которые не излагались в тексте письма, и поручил Н. П. Горбунову довести их устно до членов коллегии Наркомюста. Эти «детали» по содержанию звучали следующими рекомендациями: «Н. Юст должен быть ударным органом для травли частной торговли... 

Представителей частного капитала «травить до конца, не ограничиваясь штрафами в сотни миллионов рублей, брать до 90 % прибыли, а то и пустить по миру, чтобы до конца дней помнили... Ловить, выслеживать, устраивать западни и ловушки». 

Эти документы выдавались лишь под расписку, В. И. Ленин требовал, чтобы его фамилия не упоминалась в связи с этими рекомендациями. 

В то же время в официальных выступлениях В. И. Ленин много и убедительно говорил о «частном интересе», который в связи с нэпом приобретает особое значение, о «гражданском праве», «свободе торговли», «цивилизованных кооператорах». В. И. Ленин не мог не понимать, что при государственном вмешательстве, революционном, а не правовом правосознании эти понятия превращались в пустой звук, в политический маневр. 

Таким образом, определяя политические аспекты нэпа, В. И. Ленин, оставлял приоритетными большевистские тезисы о незыблемости диктатуры пролетариата, руководящей роли партии, о государстве как главном инструменте строительства социализма, о государстве, которое не создает, а разрушает законодательную, правовую базу для функционирования многоукладной экономики. 

При такой политической ориентации развитие смешанной экономики, идеи о взаимодействии секторов, о свободной конкуренции, свободе торговли были обречены. О возможностях развития рыночной экономики не могло быть и речи. Экономическим регуляторам развития экономики В. И. Ленин предпочел власть. Это предопределяло судьбу нэпа и рыночной экономики в России. 

Таким образом, в теоретическом обосновании нэпа были заложены неразрешимые противоречия, подчинявшие его политическому диктату, исключавшему созвучия во взаимодействии экономики и политики. 

В момент наибольших надежд и иллюзий относительно темпов развития мировой революции в большевистской партии преобладала идеализация «военного коммунизма» как политики непосредственного перехода к социализму. Оставался открытым вопрос о том, как соотносился бы опыт социалистического строительства, накопленный в условиях «военного коммунизма» (натурализация экономической жизни), с опытом общецивилизационного развития, накопленным европейскими странами (рыночное хозяйство, рыночные механизмы, регулирующие жизнь). 

Это мешало выходу страны на мировой рынок, нормальному экономическому сотрудничеству ее с развитыми странами. 

Введение нэпа потребовало ясности во взаимоотношениях с мировым сообществом. На X съезде РКП (б) был заслушан специальный доклад Л. Каменева «О Советской Республике в капиталистическом окружении». Л. Каменев определенно заявил, что большевики «никогда... не ставили себе задачи построить коммунистический строй в одной изолированной стране», что удержать Советскую Республику, окруженную капиталистическими отношениями, можно лишь войдя в мировое хозяйство. Однако этой трезвой оценке мешала убежденность, что единственной основой коммунистического строя в России может быть лишь мировая революция, неверие в честность намерений буржуазных государств сотрудничать с Советской Республикой. 

В докладе и выступлениях звучал мотив о том, что капиталистические страны идут на торговые отношения с Советами «лишь по нужде», что при удобном случае они заменят торговые отношения вооруженной борьбой. Л. Каменев предупреждал, что уступки иностранным капиталистам потребуют уступок русским капиталистам, что большевики идут на это, чтобы удержать власть. Как известно, трезвые и здравые оценки, прозвучавшие на X съезде, не стали основой внешнеполитического курса. Курс на мировую революцию, классовая зашоренность сделали сотрудничество с мировым сообществом на основе нэпа невозможным. 

Провозглашая лозунг сотрудничества трудящихся классов, большевики считали диктатуру пролетариата единственным политическим гарантом продвижения страны к социализму, доказывая неполноценность в этом плане миллионов трудящихся крестьян, отягощенных, по мнению большевиков, антисоциалистическими предрассудками. Нэп выпадал из системы ценностей большевизма, так как, по мнению В. И. Ленина, был уступкой мелкобуржуазным предрассудкам крестьянства. 

Характеризуя крестьянство, В. И. Ленин постоянно противопоставлял свойственную ему тенденцию собственника и труженика. Нэп рассматривался как уступка крестьянину-собственнику и в этом плане он также выпадал из системы большевистских ценностей. Хотя эти тенденции были неразрывны, Советская власть постоянно пыталась разрушить инстинкт собственника у крестьянина, не понимая, что разрушает, тем самым, систему ценностей крестьянина-труженика, проводит политику, не способную учесть экономические интересы разных слоев населения. 

Противоречия в концепции нэпа стали основой непоследовательного осуществления указанной политики, которая не совпадала ни с идеалами, ни с менталитетом, ни с прогнозами путей развития России, сложившимися у правящей большевистской элиты. Противники нэпа много раз ссылались на ленинскую фразу, прозвучавшую в докладе о тактике РКП на III Конгрессе Коммунистического Интернационала (5 июля 1921 г.). Характеризуя нэп, В. И. Ленин заявил, что «это означает, что мы, до известной степени, заново создаем капитализм». 

Противоречия в ленинской концепции нэпа создавали благоприятную почву для неприятия нэповской парадигмы большевистским авангардом, особенно его левой оппозиции, а позднее сталинским аппаратом. 

Политическая власть не обеспечила условий для развития рыночной экономики. Она не обеспечила законодательной защиты развития рыночных отношений, ограничивала возможности развития нэповских принципов на местах, не использовала возможности развития стабильных торговых отношений с мировым сообществом. Теоретически не были осмыслены возможности модернизации России на рельсах нэпа. Перспективы взаимодействия экономики и политики, возможности утверждения нэпа «всерьез и надолго», возможности развития государства, гражданского общества и личности в России остались не понятыми. 

В последних письмах и статьях В. И. Ленина была сделана попытка пересмотреть традиционную большевистскую точку зрения на социализм. Умирающий лидер большевизма исходил из необходимости углубления нэпа, развития кооперации, культурной революции. Много беседовавший с Лениным Н. И. Бухарин ретранслировал обновленные подходы вождя в своих работах. Однако сталинизм отверг идеи нэпа, отсек Бухарина и его сторонников от политического руководства и взял курс на формирование законченной командно-бюрократической системы управления. Попытки использования опыта нэпа в ходе реформ 1960-х и 1980-х гг. не удались из-за непоследовательности правительства СССР, в отличие от Китая, где русский опыт нэпа позволил осуществить рыночные реформы без развала государственности. 

3. Особенности современной экономической политики России

Экономическая политика — это комплекс управленческих стратегий и технологий по использованию имеющихся ресурсов для достижения намеченных целей развития в русле определенной идеологической парадигмы. 

Экономическая политика в современной России обусловлена необходимостью преодоления «трансформационного спада» (Я. Корнай) и его социально-экономических последствий. 

О своих целях и задачах Правительство России заявляло в своих программах и концепциях.

Главной задачей заявляется необходимость создания условий для экономического роста, одним из которых является изменение структуры народного хозяйства. Обознаются угрозы национальным интересам России в области экономики. Среди них такие, как препятствия к формированию прочного, единого пространства, низкое качество менеджмента, технологическая отсталость; низкий уровень инвестиций, высокая затратность экономики; низкий уровень конкурентоспособности; высокая долговая нагрузка на экономику; возрастающая доля теневого сектора. Можно считать, что ликвидация этих угроз и будет определять особенности экономической политики на современном этапе.

На макроэкономическом уровне политика нацелена на: 1) совершенствование налоговой системы; 2) изменение структуры расходов федерального бюджета; 3) защиту и обеспечение устойчивости рубля; 4) рациональные заимствования на международных финансовых рынках; 5) укрепление платежного баланса за счет роста экспорта. Будут проведены реформы предприятий, жилищно-коммунальной сферы, реформа армии и др. 

В среднесрочной перспективе предполагается: 1) достижение к концу столетия устойчивого экономического роста (не менее 5% в год); 2) осуществление институциональных преобразований, обеспечивающих справедливую конкуренцию; 3) обеспечение прогрессивных структурных сдвигов в производстве и экспорте; 4) рост реальных доходов и потребления населения. 

В целом экономическая политика Правительства характеризуется разрывом целей и их исполнением, противоречивостью и инерционностью принятия решений, довольно частой сменой исполнителей (например, в ключевом министерстве — Министерстве финансов), невысоким по мировым требованиям менеджмента уровнем проработки ресурсного обеспечения. 

Современная экономическая политика уже начала испытывать влияние предстоящего «политико-экономического цикла» — парламентских выборов 1999 г. и президентских 2000 г. В связи с этим Правительство вынуждено, с одной стороны, решать неотложные социально-экономические проблемы, а с другой — искать средства воздействия на избирателей, что подрывает возможность разработки даже среднесрочной эффективной экономической стратегии. 

В современной политологической литературе этот цикл объясняют следующим образом. 

Идя на выборы, кандидаты в президенты, партии критикуют действия оппонентов. Придя к власти, они начинают активно осуществлять свою политику, но к окончанию своего срока полномочий Правительство снижает активность, чтобы его ошибки не были использованы оппозицией. Поэтому на предвыборном отрезке (обычно — за год или даже менее) деятельность Правительства в сфере необходимой, но, возможно, непопулярной макроэкономической политики затухает, при этом увеличиваются расходы на социальные цели. Особенностью протекания очередного «политико-экономического цикла» в России является то, что он начался более чем за 1,5 года до выборов в Госдуму и за 2,5 года до выборов президента (уже обсуждаются рейтинги кандидатов в президенты, муссируются слухи о начале предвыборной кампании: вербовке сторонников, поиске финансовых ресурсов, «сильных ходов» и т.п.). Все это ослабляет внимание к реальным процессам в экономике и придает экономической политике зачастую парадоксальный характер. 

Об этом свидетельствует череда отставок Правительства Российской Федерации, в результате чего страна на некоторое время фактически оставалась без оперативного управления, а экономика несла значительные потери из-за непринятия решений. 

Катализатором негативных процессов в экономике было также решение Правительства России и Центрального банка от 17 августа 1998 г. Результатом этого решения стало совмещение девальвации (обесценивая) рубля, скачка цен, паралича банковской системы, резкого падения доверия со стороны кредиторов и инвесторов из-за государственного дефолта (отказа от платежей по долгам). В начале 1999 г. в условиях острого дефицита госбюджета в России снова обострилась проблема инфляции и государственного долга. 

Таким образом, перманентной характеристикой экономической политики Правительства является наличие кризисной ситуации в экономике, давление различных политических сил, ухудшающиеся внешнеэкономические условия.

Серьезной проблемой является лоббирование, которое понимается как взаимодействие представителей отдельных заинтересованных групп с органами власти для проведения в жизнь определенных законов, программ, дотаций, субвенций и т.п. В отдельных странах лоббирование регулируется законом. В России такого закона пока нет, и лоббирование становится делом даже некоторых лиц в Правительстве и Федеральном Собрании России, не говоря уже о криминальном лоббировании. 

Список литературы

Бессонова О. Раздаточная экономика как российская традиция // Общественные науки и современность. 1994. № 3. 

Гимпелъсон Е. Г. Политическая система и НЭП: неадекватность реформ // Отечественная история. 1993. № 3. 

Коновалов В. Н. Экономика и политика. Ростов н/Д, 1995. 

Майминас Е.З. О социально-экономических особенностях развития России // Общественные науки и современность. 1998. № 3. 

May В. А, Экономика и власть. Политическая история экономической реформы в России 1985—1994. М., 1995. 

Хагермайер К., Неспорова А., Вон-Уайтхед Д. Роль политики в области образования, рынка труда, заработной платы и социальной сфере в стимулировании занятости в России // Общество и экономика. 1996. № 3—4.

Ходов Л.Г. Основы государственной экономической политики. М., 1997.