История создания краеведческого музея

2



МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕСИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

САМАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ





ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ





























ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ КРАЕВЕДЧЕСКОГО МУЗЕЯ

И ФОРМИРОВАНИЕ ЕГО КОЛЛЕКЦИИ















       Дипломная работа

       студентки 5 курса 

        исторического факультета

       Феоктистовой Н.С.



































Самара 1999 год



Содержание



	ВВЕДЕНИЕ	3

	Глава I. Общественно-культурная жизнь Самары	11

	Глава II. Самарский музей в конце XIX – начале XX веков	18

	§ 1. Создание музея.	18

	§ 2. Формирование    коллекции.	23

	§ 3. Культурно-просветительская деятельность Музея.	33

	§ 4. Люди Музея.	41

	Глава III. Самарский Музей в годы гражданской войны	50

	Заключение	61

	Приложения	63

	Список использованных источников	67

	Список использованной литературы	68





ВВЕДЕНИЕ



Актуальность.

В последнее время наблюдается небывалый взлет интереса к краеведению. Не обделен вниманием и Самарский край. Что касается его истории, то особо популярны проблемы культуры как носителя местного своеобразия, колорита.

Интерес вызывают также и отдельные аспекты этой проблемы. В частности, до сих пор остается очень популярной тема жизни и творчества П.В. Алабина, его подвижнической деятельности. По сути, практически любое широкое исследование самарской культуры во 2й половине XIX в. так или иначе соприкасается с деятельностью П.В. Алабина, поистине разностороннего талантливого человека. Известно, что П.В. Алабин был не просто общественным деятелем, «его в равной степени можно назвать писателем, ботаником, археологом, этнографом, историком, краеведом, библиографом, музейным работником, организатором и учредителем школ».

Однако, несмотря на достаточно значительное количество литературы, посвященной как деятельности П.В. Алабина, так и самарской культуре, многие вопросы из этих тем остаются ещё малоизученными. Ярким примером этого является одно из «любимых детищ» Алабина П.В. – самарский краеведческий музей.

История его создания, формирования коллекции, и вообще деятельность музея в конце XIX в. малоизвестны. Многие монографии и сборники, которые уделяют определённое внимание самарской культуре этого периода, лишь вскользь упоминают о существовании музея в Самаре, или вообще не содержат даже упоминания о нём.

Между тем, появление в 80е годы XIX в. в провинциальном купеческом городе музея не только одно из свидетельств бурного экономического и культурного развития края, но и яркое явление в культурной жизни Самары. Уникальность самарского музея в том, что уже при создании он имел научную основу, разработанную П.В. Алабиным. В результате своего развития самарский музей к началу XX в. стал одним из очагов широкого распространения науки и культуры в народные массы. Однако об этой деятельности самарского музея практически ничего не известно. Что касается других аспектов этой проблемы, то в существующей литературе они освещены не достаточно полно. Поэтому изучение истории создания

самарского музея и формирование его коллекции представляет большой интерес.



Объект исследования 

Объектом данного исследования является деятельность самарского краеведческого музея в период его создания.

Прежде следует отметить, что в любом исследовании, так или иначе относящемся к самарской культуре, необходимо хотя бы кратко освятить состояние культуры Самары в рассматриваемый период. Как уже говорилось, появление музея в Самаре было связано с экономическими, политическими, социальными и культурными изменениями в жизни города. Поэтому историю создания музея в Самаре невозможно исследовать в отрыве от общего состояния культуры. И поэтому в работе определенное место занимает обзор общественно-культурной жизни Самары во 2й половине XIX в.

Что касается непосредственно объекта исследования, то следует заметить, что как таковой краеведческий музей в Самаре появляется в 20е годы нашего века в результате выделения филиалов из единого музея, который до революции носил название Самарский Городской Публичный Музей. Краеведческий музей с полным основанием можно считать главным наследником Самарского Городского Публичного Музея. Поэтому непосредственным объектом исследования является деятельность именно этого музея.

Основное внимание в работе уделено двум наиболее важным видам деятельности музея в период его создания  формирование коллекции и культурно-просветительская деятельность.

Невозможно полностью воссоздать историю самарского музея, обойдя вниманием людей, которые немало сделали для его создания в Самаре. Поэтому в работе определенное внимание уделяется деятельности П.В. Алабина, который стоял у истоков музея, К.П. Головкина, благодаря которому в музее была создана богатая художественная коллекция, Н.И. Федорова, который сменил в 1896 году П.В. Алабина на посту заведующего музеем, С.Е. Пермякова, который руководил музеем с 1902 по 1917 гг.



Хронологические рамки

Так как объектом  исследования является деятельность музея в период его формирования, то начальная хронологическая рамка работы очевидна. Хотя официальной датой открытия музея считается 19 ноября 1886 года, мысль о его создании зародилась раньше  во время подготовки к празднованию двадцатипятилетнего юбилея царствования Александра II, т.е. в 1879-1880 годах. Уже в феврале 1880 года был готов проект музея и тогда же в музей поступили первые экспонаты. Поэтому с полным основанием можно считать, что музей начал создаваться с февраля 1880 года.

Конечная хронологическая дата определяется 1922 годом   годом окончания гражданской войны. Следует сказать, что и для истории музея характерно разделение на дореволюционный и послереволюционный периоды. В 1917 году музей продолжал свою работу, но затишье граничило с закрытием.

Однако исследование не заканчивается на  1917 г. и в работе изучается также история музея в первые послереволюционные годы. Это связано с тем, что период с 1917 по 1922 годы является переходным в истории самарского музея. В течении этих нескольких лет он испытал на себе ряд преобразований, которые в конечном итоге привели к выделению из единого музея нескольких филиалов. Бывший Самарский Городской Публичный Музей был преобразован в краеведческий.

Так  как объектом исследования является история создания краеведческого музея и формирования его коллекции, то необходимо проследить всю историю Самарского Городского Публичного Музея вплоть до его преобразования в краеведческий музей. Именно поэтому конечной хронологической рамкой работы является 1922 год.



Историография

Уже упоминалось, что в самарском краеведении особо популярны проблемы культуры. Несмотря на это культурную жизнь Самары во 2й половине XIX в. – начале XX в. освещают лишь три работы: статья Е.А. «Культура провинциальной России»; работа Беляевой Е.Ю. «Самарская бытокультура 2й половины XIX  - начала XX вв.»; статьи Едидовича Л «М. Горький и самарская культура».

Можно также выделить несколько статей, посвящённых отдельным вопросам этой темы.

Некоторое представление о состоянии культуры Самары во 2й половине XIXв. Дают два историко-статистических сочинения П.В. Алабина.

Что касается места Самарского Городского Публичного Музея в этих работах, то, как уже говорилось, в большинстве общих работ, он упоминается лищь вскользь.

История создания краеведческого музея в Самаре в литературе отражена  не достаточно полно. Подавляющее большинство – это статьи из различных газет и сборников. Все эти работы условно можно разделить на пять групп.

В числе первых следует выделить четыре статьи, которые непосредственно посвящены Самарскому Городскому Публичному Музею и его деятельности. Это статья Лазаревой И.Н. «Самарский публичный музей: шаги истории»; две статьи Т.В. Крайновой – «Любимое детище Алабина» и «Областной краеведческий музей имени П.В. Алабина»; Статья Широковой В.Н. «От первых шагов до наших дней. Из истории создания Куйбышевского областного музея краеведения»

Все эти статьи воссоздают историю самарского музея и содержат ценную информацию по истории создания музея. В частности, большое внимание уделяется непосредственно началу формирования музея – причинам и целям создания, проектам П.В. Алабина. Большое внимание уделяется также и формированию коллекций. Этому вопросу посвящены две статьи Т.В. Крайновой и статьи И.Н. Лазаревой. Но если И.Н. Лазарева в этом вопросе рассматривает прежде всего принципы комплектования, то Крайнова Т.В. уделила прежде всего внимание роли П.В. Алабина в формировании общей коллекции и роли Головкина в создании художественной коллекции в самарском музее.

Нашла отражение и деятельность музея в годы гражданской войны. Наиболее полно этот вопрос освещён в статье Лазаревой И.Н. Здесь помимо описания событий содержится очень подробный анализ нового проекта музея, разработанного его руководством в 1921 году. Что касается остальных статей, то информация о музее в годы гражданской войны содержится и в них, но описание это выглядит довольно схематичным.

В целом все эти четыре статьи дают яркое представление по отдельным аспектам истории самарского музея. Однако многие вопросы из истории формирования самарского музея вообще не нашли отражения в этих статьях. 

Например, ни одна из четырёх статей не содержит какой бы то ни было информации о культурно-просветительской деятельности музея до революции. Между тем, это одно из самых главных направлений деятельности Самарского Городского Публичного Музея, о чём подчеркивалось в проектах П.В. Алабина.

В этой связи следует сказать и о специфике статей, которая не позволила рассмотреть ряд вопросов, а рассматриваемые – осветить с достаточной полнотой.



Другую группу работ составляют небольшие статьи из самарских газет. Среди них следует выделить «Хронику подготовленную Т.В. Крайновой и И.Н. Лазаревой», которая имеет большое значение при исследовании вопросов, связанных непосредственно с основанием в Самаре музея в 80е годы XIX века.

Ряд статей представляют из себя краткую историческую справку и не содержат новой информации по истории музея.

Третью группу составляют несколько работ, которые непосредственно не посвящены Самарскому Городскому Публичному Музею, но затрагивают ряд вопросов, касающихся деятельности музея. В частности, статья Р. Ключниковой «Алабин весь ещё не изучен» посвящена археологическим находкам,  которые были найдены при непосредственном участии П.В. Алабина и которые хранятся в музее. Следует выделить также и статьи Т.В. Крайновой, в которых рассматривается история Самарского Археологического общества и  Самарского общества Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания.  Автор уделяет определенное внимание и самарскому музею в годы гражданской войны, так как деятельность исследуемых обществ была сосредоточена в основном вокруг музея. Надо отметить, что информация из этих статей имеет очень большое значение для воссоздания истории самарского музея в годы гражданской войны.

Следует выделить также  и другую статью Крайновой Т.В., посвещённой К.П. Головкину. Также как и две предыдущие, рассматриваемая статья содержит много нового материала по истории музея и деятельности К.П. Головкина, которая была связана с Самарским Городским Публичным Музеем.

Можно отметить также  и статью Черновой В.А., которая посвящена Самарскому обществу Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания. В ней, в частности, содержатся сведения, которые помогают прояснить некоторые события из истории музея в годы гражданской войны.

Четвертая группа работ – статьи из путеводителей. Среди всех путеводителей необходимо выделить только три – те, которые содержат историческую справку.

Наиболее полную и ценную информацию содержит путеводитель, изданный в 1930 г. Здесь достаточно полно и подробно описана вся история музея, начиная с 1880 г. Наибольший интерес представляет описание истории музея в первые послереволюционные дни и годы гражданской войны.

Пятую группу составляют два дореволюционных издания, которые сами по себе могут служить источниками в работе, но они содержат также и информацию по истории музея. 

Это «Зал императора Александра II» изданный в 1898 году и «Указатель предметов, хранящихся в музее» Н.М. Фёдорова, изданный в 1898 году.  Оба содержат очень подробное описания формирования музея в первые годы. «Зал императора Александра II» посвящён прежде всего целям и задачам формируемого в Самаре музея. «Указатель предметов.…» содержит подробное описание формирования коллекции с 1880 по 1898 годы.

В заключении обзора литературы, так или иначе посвященной истории самарского музея, можно сделать следующий вывод:

Все рассмотренные статьи, дополняя друг друга, воссоздают историю самарского музея. При этом практически каждая статья в изложении истории музея придерживается определённой схемы: излагаются причины и цели создания музея в Самаре, организация музейной работы и кратко история музея в годы гражданской войны. Однако подавляющее большинство из рассмотренных работ в основных вопросах из истории музея повторяют друг друга. Кроме того, практически во всех статьях многие вопросы остались не до конца выясненными. Прежде всего это относится к вопросу о состоянии музея в послереволюционные годы. Более того, часть вопросов, касающихся деятельности Самарского Городского Публичного Музея остались без внимания. В частности ни одна из рассмотренных статей не содержит какой-либо информации о культурно-просветительской деятельности музея. 

Чтобы полностью воссоздать историю самарского музея необходимо исследовать также и все доступные источники.



Цели и задачи

Целью данной работы является воссоздание истории организации краеведческого музея в Самаре и формирование его коллекции. Достижение этой цели возможно путем решения следующих задач:

Проанализировать условия основания музея в Самаре;

Исследовать этапы формирования коллекции Самарского Городского Публичного Музея, начиная с 1880 года и пополнения коллекции до 1922 года;

Рассмотреть вопрос о культурно-просветительской деятельности музея.

Для того, чтобы полностью воссоздать историю музея необходимо исследовать также вопросы «Люди музея» и «Музей в годы гражданской войны».



Источники

Основными источниками для написания работы явились, главным образом, неопубликованные материалы, извлечённые из архива краеведческого музея имени П.В. Алабина. К ним относятся материалы, позволяющие воссоздать история организации и деятельности музея с 1885 года по 1955 год. Документы носят разнообразный характер: выписки из журнала городской думы, таблицы пополнения музея экспонатами, доклады, протоколы, акты проверки. Материалы содержат различные документы, относящиеся к истории музея.

Документов, характеризующих деятельность музея в дореволюционные годы сравнительно не много. Однако и они помогают раскрыть многие вопросы из истории музея, в частности, такой сложный вопрос как формирование коллекций.

Подавляющее большинство материалов – документы, относящиеся к периоду после февраля 1917 года.  Это различные описи предметам, взятым из национализированных домов, магазинов и т.п. Наибольший интерес представляют те документы, которые проясняют историю в годы Гражданской войны. Именно на основании этих документов и стало возможным восстановить некоторые события, связанные с историей музея в эти сложные годы. 

Для воссоздания истории музея в конце XIX  начале XX вв. большую роль сыграли так называемые «Отчёты…» по работе музея, которые ежегодно издавались руководством. «Отчёты…» дают яркое представление о состоянии музея в тот или иной год. Именно из них можно почерпнуть самую полную достоверную информацию о пополнении собираемой коллекции, о посещении музея, об ассигновании Городской Думой.

Среди источников следует упомянуть также и «Указатель предметов, хранящихся в Самарском Городском Публичном Музее» Федорова Н.М., изданный в 1898 году. Это подробный каталог всех музейных экспонатов и коллекций.

К источникам можно отнести и историко-статистическое сочинение П.В. Алабина «Трехвековая годовщина города Самары». В этом сочинении, изданном в 1887 году, был опубликован проект формируемого  в Самаре Публичного музея.

Использование всего комплекса документов позволило решить поставленные задачи.



Структура работы

Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы, двух приложений.



Глава I. Общественно-культурная жизнь Самары



В XIX в. в Самаре, ставшей хлебной столицей России, бурно развивалась промышленность и свободное предпринимательство. К середине XIX в Самара представляла из себя типичный провинциальный купеческий город. Однако культурные особенности и традиции регионов обширной Российской империи были различны, и свои особенности и самобытные традиции имела и Самара.

Об этих особенностях самарского общества и культуры писал П.В. Алабин в историко-статистических сочинениях «25-летие Самары как губернского города» и «Трёхвековая годовщина города Самары».

«В самарском обществе складывалось что-то свежее, молодое, особенно в чиновном люде, съежавшихся сюда со всей России и составлявшем главный контингент местной интелегенции. Развитию этих своих новых сил значительно должен был способствовать колонизаторский характер нашего степного края, в котором не могли иметь место те придания, которые, преобладали в старинных губерниях. а также местной торговли и промышленности, для занятия которыми сюда наезжали ежегодно на временное житьё предприимчивые оборотливые люди из различных центров. Всё это вместе взятое должно было выработать здесь скорее, чем в каком-либо другом русском городе, живой самобытный тип местного общества».1

Все эти особенности самарского общества имели влияние и на состояние культуры в Самаре.

В литературе, посвящённой развитию культуры в Самаре в XIX в. «Прослеживается две тенденции. Первая состоит в стремлении выявить архаичные состояния культуры, подчеркнуть её самобытность. Вторая заключается в доказательстве высокого культурного уровня Самары конца прошлого века  и реабилитации её на фоне столичных достижений».2

В советский период нашей истории преобладающей точкой зрения на общественно-культурную жизнь Самары во II половине XIX века была точка зрения, выраженная М. Горьким, о том, что жизнь в Самаре – сонная и убогая. 

«И всё-таки осмелимся утверждать, что общественная жизнь Самары была не такой уж странной и беспросветной, какой её пытается описать в своих фельетонах молодой самарский сатирик Иегудиил Хламида»3 – будущий писатель М. Горький. В действительности «даже в его фельетонах, где собраны были все «мерзости и пакости» самарской жизни, нет-нет да и проблескивал светлый лучик культуры».4

Если оценивать беспристрастно, то можно увидеть, что культурная жизнь Самары не была такой уж убогой и однообразной.

Такая точка зрения могла быть верна только отчасти и только для уездной  Самары. 

С обретением в 1851 году статуса губернского города Самара превращается в столицу обширного края. Вообще середину XIX в. можно считать переломными годами в общественно-культурной жизни Самары. 

Во-первых, с утверждением губернского статуса в городе начинает развиваться система официальных культурных мероприятий и учреждений, наличие которых считалось непременным атрибутом губернской столицы.

Во-вторых, большое значение имели и реформы 60х – 80х годов XIX в. которые помимо роста промышленности и торговли вызвали и оживление общественно-культурной жизни Самары.

Символом этих перемен можно считать изменение архитектурного облика Самары, в связи со страшными пожарами  1851 и 1854 годов, которые практически полностью уничтожили деревянную застройку XVIII, начала XIX веков. После этих пожаров Самара строилась как город каменных особняков, на центральных улицах строить деревянные дома запрещалось. В результате построек 50х годов XIX века Самара помолодела на 2,5 десятилетия. Первоначально здания строили в строгом классическом стиле. Однако в дальнейшем в Самаре, как и столице, стали отдавать предпочтение архитектуре эклектики – смешиванию различных стилей.  В архитектурном и техническом оснащении зданий фантазия самарских строителей ограничений не знала.  По определению архитектора П.А. Щербачёва в Самаре были распространены: русский классицизм, готика, ампир, стиль Генриха IV, итальянский ренесанс, модерн и другие. Благодаря этому архитектурный облик Самары к концу XIX века отличался богатством и разнообразием, что «придавало городу особый лоск и не  безгрешную веселость, сходную с Парижем».5

Что касается непосредственно общественно культурной ситуации во II половине XIX века, то следует отметить, что в немалой степени колорит городской культуры определялся национальным и социальным составом города как губернии. «По переписи 1900 года в Самарской губернии великоросы и малоросы составляли 67,7%, мордва - 9,8%, татары – 8,8%, немцы – 8%. В Самаре официально значилось 91 672 жителей…  По сословиям следующий расклад: дворян – 3 008 человек,  мещан – 45 548 человек, крестьян – 31 192 человека, военных  - 7 226 человек, иностранных подданных – 245 человек».6

Среди горожан значительное число составляли дворяне, промышленники, духовенство, военные – чьё положение всегда предполагало высокий образовательный уровень. «Именно дворянство являлось средоточием самарской культуры. Верхушку общества составляли образованные чиновники и дипломированная интеллигенция. Многочисленное и богатое купечество стояло на социальной лестнице ступенькой ниже и существовало достаточно обособленно. Особое положение занимала творческая интеллигенция, которая в обычной жизни вращалась в мещанской среде, а по праздникам принималась в лучших домах города».7

Как уже говорилось, приобретение в 1851 году статуса губернского города вызвало оживление в культурной жизни Самары. В 1851 году была основана губернская типография. В 1952 году был налажен выпуск первой местной газеты «Самарские губернские ведомости». К началу XX века в Самаре насчитывалось 11 государственных и частных типографий  и более 10 газет и журналов. 

Особо следует сказать о состоянии образования в Самаре, так как именно во II половине XIX века было создано большинство учебных заведений. К началу XX века их насчитывалось около 50.8

В Самаре к началу XX века насчитывалось 2 мужские и 4 женские гимназии, 12 училищ, 19 церковно-приходских школ. В течении II половины XIX века постоянно открывались земские школы, и к началу XX века при каждой церкви (в Самаре их было около четырёхсот) была открыта школа.

В 1872 году была открыта первая в России земская школа сельских учительниц. В 1879 году было открыто железнодорожное училище. В эти годы была открыта земская фельдшерская школа.

Кроме того, общество приказчиков и Жигулевский пивоваренный завод, и даже городская тюрьма имели свои школы. Обучение проходило также в восьми детских приютах.  

Помимо этого существовали классы рисования художника В.М. Михайлова и музыкальная школа С.А. Тамберса, а также несколько учебных заведений, которые готовили коммерсантов (например, торговая школа Н.К. Миронова). 

В эти же коды было создано «Общество поощрения образования».

Все учебные заведения в Самаре отличались высоким уровнем преподавательского состава.

Однако больше всего знаний горожане получали с помощью самообразования, через библиотеки и книжные магазины.

«В 50е годы XIX века были созданы библиотека Самарской гимназии и духовной семинарии, а 1 января 1960 года была открыта городская общественная (публичная) библиотека. Лучшей общественной библиотекой в Самаре считалась Александровская публичная библиотека, которая финансировалась Самарской Городской Думой».9

Кроме того, при всех земских школах были открыты небольшие библиотеки. Существовали также и частные библиотеки. В 1866 году была открыта Частная библиотека книготорговца П.Х Грау, через 9 лет открыта библиотека при книжной лавке А.Н. Сперанского. Цены за чтение в частных библиотеках были не великими и вполне доступны для представителей разных социальных слоёв.

Достойное место в культурной жизни Самары занимала книготорговля. В Самаре той поры по меньшей мере было шесть крупных книжных магазинов. Причём в магазинах  Громова, Федорова и Ушакова книги были на любой вкус и в достаточном количестве, только магазин Ильина специализировался на детской литературе. Процветание книготорговли характеризовало Самару как читающий город. 

Во 2й половине XIX века Самара зарекомендовала себя как город театральный. «Театр затеяли устроить в Самаре в год преобразования её в губернский город».10

8 ноября 1851 года в доме купца Лебедева состоялось первое театральное представление, устроенное труппой приехавшей из Казани актёров под управлением Стрелкова. В 1855 году для театра было построено деревянное здание на 550 мест. В 1862 году его усовершенствовали, обложив здание кирпичём и сделав внутри ремонт. 

«Самарское общество очень любит театр. Сколько-нибудь порядочная труппа на всех своих представлениях имеет обыкновение полон театр зрителей. Но по большей части состав труппы Самарского театра бывает очень неудовлетворителен, и любители театра отводят душу или на представлениях заезжих артистов,  нередко посещающих Самару, или в любительских спектаклях.»11

В устройстве спектаклей и руководстве театром активное участие принимала С.А. Аксакова, жена губернатора.

До революции театр, построенный на средства города, сдавался Самарской Городской Думой бесплатно, с обязанностью антрененёра отапливать, освещать здание и иметь на свой счёт оркестр. В богатой Самаре конкуренция театров создавала особую атмосферу, и зрителю было из чего выбирать. 

Любили самарцы и свои хоры. К началу XX века в Самаре по меньшей мере насчитывалось четыре постоянных высокопрофессиональных хора: Соборный в кафедральном соборе, Покровский и Ильинский хоры и хор домашней церкви реального училища. Существовали они при финансовой поддержке коммерсантов.

Певческое искусство в Самаре вообще ценили во всех формах. Певческие концерты проходили при аншлагах. И не случайно здесь побывали все знаменитости того времени: Собинов, Шаляпин, Вяльцева, Плявицкая и другие.

Культурная жизнь города вовсе не ограничивалась развлечениями.

Для общения родовитых и образованных горожан существовало несколько привелегированных клубов.

Один из старейших клубов Самары – «Благородное собрание»,  в котором без различия сословий и званий состояли сотни чинов, хотя членские взносы были достаточно велики. В 1864 году клуб был переименован в лучший тогда в Самаре дом, принадлежащий Е.И. Аннаеву.

В1869 году был создан второй клуб – «Сельскохозяйственное собрание»; в 1875 – «Военное собрание». В 1873 году было создано «Общество поощрения образования», поддерживающее учащихся и студентов благотворительными вечерами и концертами. В 1882 году было образованно «Самарское общество любителей музыкального и драматического искусства».

Определённые тенденции в нашем крае имела живопись. Прежде всего славились самобытные иконописные школы, а также классы светской живописи Ф.Е.Бурова. Появление местной живописной школы связано также с именем этого художника. После возвращения в 1891 году выпускник Петербургской академии художеств Ф.Е. Буров организовал кружок любителей живописи. В последствии активный участник этого кружка К.П. Головкин попытался организовать в Самаре художественный музей. Но итогом его усилий стало создание богатой художественной коллекции в Самарском Публичном Музее.

Большую роль в развитии культуры в Самарском крае играли органы управления, особенно земство, которое принимало решения, затрагивающие интересы всех жителей губернии.

«Земством были приняты самые энергичные меры к развитию народного образования, устройству множества сельских школ для детей обоего пола, школы сельских учительниц, школ фельдшерской и повивальной….».12  Земство выделяло стипендии для учащихся и студентов, открыло типографию и статистическое бюро, библиотеки, сельские почты, занималось устройством дорог, возвело губернскую больницу и психиатрическую лечебницу, а также большое число больниц и приемных пунктов в сельской местности и т.д. Всё это, безусловно, закладывало серьёзный материальный фундамент для развития культуры в самом широком смысле этого слова.

Провинциальная культура и жизнь были динамичны, многообразны и одухотворены многими яркими личностями. 

Первыми среди них можно назвать П.В. Алабина, разностороннего, талантливого человека, которое в равной степени можно назвать писателем, ботаником, археологом, этнографом, музейным работником, организатором и учредителем школ. Одним словом… - просветитель, человек который внёс	с неоценимый вклад в развитие самарской культуры.

«Хотя Самара 60х годов и осваивала недавно приобретенную роль губернского центра, однако пульс культурной жизни здесь едва прощупывался. Город словно ждал приезда такого подвижника, как Алабин, который смог своими идеями и конкретными инициативами пробудить находящиеся в полудрёме городское общество, придать общественно-политической жизни города новое звучание».13

Большой вклад в развитие самарской культуры внёс также К.П. Головкин, который «имея в Самаре весьма доходное дело, но более тяготел к искусству, которому и посвящал большую часть своего времени».14

Большую роль сыграли также и многие самарские коммерсанты, занимавшиеся благотворительностью. Очень часто многие учебные заведения в Самаре поддерживались частными лицами и фирмами. Из состоятельных меценатов наибольшую известность покровителей образования получило семейство хлебопромышленников Субботиных.

Церкви и больницы строились на деньги купцов-меценатов. 

Как покровители искусства в Самаре прославились П.И и В.Л Шихобиловы, которые приобрели немало картин известных русских художников для самарского музея. 

«Во II половине XIX века культурная жизнь русской провинции имела в своей основе просветительскую идею».15



Глава II. Самарский музей в конце XIX – начале XX веков



§ 1. Создание музея.

Основание Самарского Городского Публичного Музея относится к 80м годам XIX века. Это одно из свидетельств бурного социально-экономического развития не только Самары, но и всей России в пореформенный период. Самарский краеведческий музей возник по инициативе общественности, признававшей необходимость широкого распространения науки и культуры в народных массах.

Характерной особенностью Самарского краеведческого музея является то, что уже при создании он имел свою концепцию развития. В этом – целиком заслуга П.В. Алабина. Именно ему музей обязан своим рождением.

Фактически музей основывался в течении шести лет.

Мысль о создании музея зародилась во время подготовки к празднованию двадцатилетнего юбилея царствования императора Александра II. 

19 ноября 1879 года проходило заседания Самарской Городской Думы, на котором было решено избрать комиссию по выработке предложений к юбилею. На создание комиссии ушла целая неделя (с 19 по 27 ноября 1879 года). Образованная 27 ноября 1879 года Подготовительная комиссия по выработке предложений к юбилею двадцатипятилетия царствования Александра II, состояла из десяти гласных Самарской Городской Думы под председательством городского главы М.Н.Назарова. В Подготовительную Комиссию вошёл также и П.В. Алабин.

29 января 1880 года на заседании Самарской Городской Думы Алабин зачитал доклад Комиссии, которая признала необходимость сооружения памятника, «вполне достойного величине торжественного события и соответствующего идее, служащей основанием всей благотворной деятельности Царственного  Юбиляра».

«Таковым памятником, по мнению Самарской Городской Думы явилось бы каждое учреждение, которое бы образовывалось бы с целью умственного и нравственного развития отечественного общества; следовательно предстояло только наметить такое учреждение означенного характера, которое в данном случае отвечало бы потребностям  Городского Общества в возможно большей степени».

Далее в докладе говорилось, что музеи «по всей Европе признаны одним из действительнейших средств образования – что в Европе издавна, а в последнее время и у нас в России, правильно устроенный и вполне  доступный публике музей, признаётся одним из лучших способов проведения необходимых сведений в народную массу».

Поэтому в заключении доклада был сделан вывод, что лучшим памятником к двадцатилетнему юбилею царствования Александра II является «сооружение вполне приличного здания для существующей уже в Самаре Публичной библиотеке и в том же здании – устройство Публичного Музея». Этот музей должен был иметь общеобразовательный характер и служить средством изучения Самарского края.1 

Пятого февраля этого же года Самарская Городская Дума постановила соорудить на углу Дворянской и Алексеевской улиц (ныне улица Куйбышева и улица Красноармейская) здание для библиотеки и музея.

В этот же день П.В. Алабин представил на обсуждение Самарской Городской Думы проекты «Зала императора» и музея. Проект музея включал 16 отделов: географический, палеонтологический, минералогический, ботанический, зоологический, ихтиологический, энтомологический, антропологический, сельскохозяйственный, технический отдел, отдел кустарной промышленности, отделы исторический, археологический, а также художественный и изящных искусств.

Были определены также цели, задачи и принципы работы музея. Но наиболее полно, обстоятельно все вопросы, связанные с деятельностью и самим существованием музея, были раскрыты П.В. Алабиным в проекте 1886 года. Именно второй вариант проекта был принят за основу в том же году.

В июле 1886 года в «Проекте Публичного Музея» Алабин определил цели, задачи, направления в деятельности музея, его устройство и систему административного  руководства. 

И в 1880 году, и  в 1886 году предполагалось создать 16 отделов. Кроме «специальной» цели – «наглядного ознакомления с Самарским краем в отношениях: антропологическом, с его живым и растительным миром, сельским хозяйством и промышленностью (заводской, ремесленной, кустарной, фабричной)» - ставилась задача «развивать эстетический вкус в посетителях не только выстановленными произведениями искусства, но и образцами и моделями  действующих и изобретенных орудий и машин, служащих для облегчения труда».2

Таким образом музей рассматривается как хранилище не только эстетических, но и научных образцов и технического опыта.

В августе 1880 года последовал ответ от Самарской Городской Думы на доклад  Подготовительной Комиссии о необходимости в Самаре музея и первоначальный проект П.В. Алабина по устройству этого музея. «17 августа….1889 года за №3973, г. Самарский Губернатор А.Д. Свербеев уведомил Самарского Городского голову М.Н. Назарова о воспоследовавшем Высочайшим соизволении на приведение в предположение предположений Думы об устройстве в городе Самаре Публичного Музея».3

Формирование Музея с 1880 года с разрешения Самарской Городской Думы принял на себя действительный статский советник, член попечительского Комитета при Самарской Публичной библиотеке, а затем его председатель, гласный Городской Думы (в 1871-1877 году и  1892-1896 годах), городской голова (с 1885 по 1891 годы) Пётр Владимирович Алабин. Его энергии и неустанным трудам Музей обязан не только своим созданием, но и почти всем, что было в нём собрано с 1880 по 1896 годы.

С 1880 года деятельность Музея находилась в ведении Попечительского Комитета при Самарской Александровской Публичной библиотеке. Но в 1882 году (15 апреля) М.Н. Назаров, председатель попечительского Комитета, просил члена комитета П.В. Алабина специально заняться формированием, собиранием экспонатов и «хранить в своём ведении до времени доступного обозрения и пользования публикой, а также завести книгу для записей экспонатов и пожертвований для музея».4

Таким образом, П.В. Алабин стал первым заведующим Публичным Музеем и Залом императора Александра Второго. Ещё до официально открытия музея (13 ноября 1886 года).

По проекту публичного Музея, составленного П.В. Алабиным в июле 1886 года административное руководство музеем должен был осуществлять «хранитель», который отвечал за устройство и хранение музея, а также комплектовал, систематизировал, научно описывал  музейные предметы, составлял отчёты по работе музея и его смету. В последствии планировалось увеличение штата путём введения новых должностей – «руководителя по осмотру» и «служителя». Но, фактически, до 1886 года и после музей продолжил управляться Комитетом по заведыванию библиотекой и музеем, во главе которого до 1896 года стоял П.В. Алабин. Постоянными членами Комитета были В. Буслаев, Н. Арычкин, Н. Фёдоров и Н. Бюрно.

Как уже упоминалось, окончательный вариант проекта Публичного музея был составлен Алабиным в июле 1886 года. Официально на рассмотрение Самарской Городской Думы проект был представлен 2 августа 1886 года. Только через три с небольшим месяца проект Самарского Городского Публичного Музея был утверждён. Дата принятия соответствующего постановления считается датой открытия музея – 13 ноября 1886 года. Сам по себе этот факт не внёс больших изменений в жизнь музея. Комитет по заведыванию музеем под представительством П.В Алабина продолжал заниматься комплектованием фондов по определённой системе, которая была разработана ещё в 1880 году и по сравнению с проектом 1886 года не претерпела существенных изменений. Единственное изменение – устраиваемое учреждение получило свою вывеску и печать. Следует отметить также и то, что с 1887 года Городская Дума стала выделять средства на устройство Музея и приобретение экспонатов и книг.

Что касается помещения, то с 1880 года до 1896 года Самарский Публичный Музей располагался под одной крышей с Александровской Публичной библиотекой, занимая несколько комнат в доме купца Христензена. Как  уже отмечалось, Дума ещё 5 февраля 1880 года приняла решения соорудить здание для музея и библиотеки на углу улиц Дворянской и Алексеевской. К 1885 году было всё готово к сооружению здания – было выбрано место , собрано 30 тысяч рублей – за  исключением плана самого здания.

«Таким образом, оказывается, что если здание для библиотеки, Зала и Музея не возводится доселе, то собственно по непредставлению Комитетом в Думу соответствующего плана здания. Это совершенно верно, но в оправдание Комитета надлежит сказать, что он неравнодушен к разработке этого вопроса, и, вносит их в Думу потому что не останавливается окончательно ни на одном из этих планов».5

В 1887 году Комитет по заведыванию музеем нашёл выход из положения благодаря академику Шервуду В.О., известному строителю Исторического Музея в Москве, который принёс в дар  Самарской Городской Думы сделанный в древнегреческом стиле эскиз фасада планируемого здания. Комитет библиотеки при посредничестве городского архитектора К.Д. Гордеева разработал этот эскиз, применив его к своему плану здания, а также составил смету (сумму расходов на сооружения здания).

Несколько комнат в доме купца Христензена, которые арендовала Библиотека, Зал императора и Музей не позволяли их открыть для посещения.

Переезд в новое здание состоялся только в августе 1896 года. Это здание  -дом Ушакова, на улице Дворянской, 145 (сейчас улица Куйбышева, 113), Благородное собрание.

Таким образом, можно сказать, что формирование музея в Самаре Началось за шесть лет до официальной даты открытия (13 ноября 1886 года).  В течении этих шести лет единственным направлением деятельности был сбор предметов в музей и формирование коллекции. Но даже в эти первые шесть лет, когда музей официально не был зарегистрирован, а существовал как часть публичной библиотеки и Зала императора, пополнение музея экспонатами не было хаотичным. Причина этого в том, что уже с февраля 1880 года существовал первоначальный проект устройства музея, в котором были определены цели и задачи, направления деятельности музея. Что касается устройства музея, то с 1880 по 1886 год оно практически осталось неизменным – и в первом,  и во втором проекте предусматривалось 16 отделов. Поэтому можно сказать, уже при создании музей имел научную концепцию, разработанную П.В. Алабиным, а формирование коллекции имело систематическую основу.



§ 2. Формирование    коллекции.

В формирование коллекции Самарского Городского Публичного Музея в дореволюционный период можно выделить два этапа:

                    I c 1880  года по 1896 год;

                    II с 1888 года по 1917 год.

Переход от первого этапа ко второму в 1896-1898 годах связан: 

во первых – со сменой заведующего (в 1896 году П.В. Алабин скончался и его место в музее занял член Комитета по заведыванию Н.М. Федоров);

во вторых – с переездом в новое здание, что потребовало разборки и перераспределения собранной коллекции за 1880-1896 годы. Итогом этой разборки стал выпуск подробнейшего каталога всех предметов, хранящихся в Самарском Городском Публичном Музее.

      Формироваться коллекция музея начала ещё с 1880. Уже к началу формирования был готов проект музея, который предусматривал 16 отделов. Практически уже с первых шагов комплектование музейных фондов осуществлялось по специальной программе, определявшейся структурой отделов музея. Поскольку в проекте планировалось создать 16 отделов, столько же определялось и направлений комплектования коллекции. То есть, уже на начальном этапе развития музея формирование его коллекции происходило на систематической основе.

До 1896 года работой по сбору различных материалов, предметов в Музей руководил П.В. Алабин. Ему Музей обязан почти всем, что было собрано с 1880 по 1896 годы.

Он привлёк к участию в создании Музея, комплектовании его фондов всех, кому дороги были интересы края: либо передачей предметов, либо выделением средств, для приобретения необходимых предметов и коллекций. Была поставлена задача ― привлечение внимания общественности к вопросу комплектования и сделать людей «внештатными сотрудниками музея».

В своей листовке Самарский Городской Публичный Музей обращался «ко всем лицам, интересующимся русской стариной с просьбой доставлять сведения о местных древних памятниках и содействовать приобретению для Самарского Городского Музея как отдельных старинных вещей, так и целых коллекций».6

В этой же листовке указывалось, что представляет интерес для Музея. Это в первую очередь остатки ископаемых животных, остатки старинных городков, кладбищ, древних зданий, сведений о курганах и древних захоронениях и другие. Самарский Музей предлагал также выкупить имеющиеся у населения предметы, древние  орудия труда и древнее оружие, старинные украшения, старинную домашнюю утварь, различные монеты, медали, а также рукописи и старинные книги. Лица, желающие стать сотрудниками музея, должны были обращаться к членам Комитета по заведыванию Музеем.

Обращение к населению как к «внештатным сотрудникам музея» имело большое значение для комплектования фондов с помощью пожертвований. Однако началом разного рода пожертвований и дарений стала передача в дар Музею Великим Князем Николаем Константиновичем 19 февраля 1880 года одежды и принадлежностей походной жизни туркмен (седло, шашки-всего 14 наименований). Это были самые первые экспонаты в Самарском Городском Публичном Музее.

Как уже не раз упоминалось, наибольшую роль в комплектовании фондов музея в период его создания сыграл П.В. Алабин. Из обширной переписки его известно, что из разных мест Самарской губернии поступали донесения уездных исправщиков о кладах, археологических и палеонтологических находках, имелись ответы на запросы о присылке изделий местного кустарного промысла и т. д.

Алабин получил для музея редкие издания, автографы, портреты, биографии тех, кто своим трудом и творчеством прославил отечественную историю и культуру: А. Толстой, Н.А. Некрасов, А.Н. Островский, И.С. Тургенев и др. Алабин переписывался с И.Е. Паниным и Н.К. Айвазовским. Особенно интересовали его лица, связанные своей деятельностью с Самарским краем. Он был тесно связан с семьей писателя С.Г. Аксакова, особо дружен с его сыном Г.С. Аксаковым, самарским губернатором в 1867-1872 годах, ушедшим в отставку в знак протеста против реакционных действий Александра III. 

В архиве Алабина сохранились письма самарского губернатора К.К. Грота, основателя научного кумысолечения И.В. Постникова, автора проекта самарского водопровода А.П. Зимина.

После своего официального назначения на должность заведующего Публичным Музеем и Залом императора в апреле 1882 года Алабин обращается в Московский и Санкт-Петербургский монетные дворы с заказами на монеты и юбилейные медали уже музейной нумизматической коллекции.

С просьбой о содействии формируемому музею Алабин писал в различные министерства, общества, комиссии. В ответ Императорская Археологическая комиссия нашла возможным передать серебряные монеты, найденные в 1882 году в Казанской губернии. Петербургское общество естествоиспытателей при Императорском университете в лице профессоров А. Бекетова и В. Докучаева, отнеслось с живейшим интересом к просьбе о содействии в устройстве естественно -исторического отделения в музее и выразило готовность помочь указаниями по специальным вопросам.

Владельцы специализированных магазинов уведомляли Алабина о получении новых коллекций минералов, раковин и кораллов для приобретения их в музей. О том, что П.В. Алабин является любителем всякого рода редкостей стало известно коллекционеру Рязанской губернии, который предложил купить что-либо из его коллекции.

Огромную переписку имел П.В. Алабин с книгоиздателями как Москвы и Санкт-Петербурга, так и Лейпцига, Амстердама, Парижа и других городов Европы. Художественная литература, книги по разнообразным отраслям знаний и искусству наполняли Публичную библиотеку и библиотеку Публичного музея.7

Следует отметить, что с первых же годов существования музея печатались отчёты по работе музея (c 1889 г.), и с 1885 года о работе музея печаталось в отчетах Александровской Публичной библиотеке и Зала императора. В первых отчётах печатались только списки приобретенных и подаренных предметов и коллекций. О других видах деятельности по данным отчетам судить невозможно, за исключением– о посещении формирующегося музея почетными гражданами города или высокопоставленными лицами.

Только после 1886 года в отчетах Александровской Публичной библиотеки появляется как отдельная часть отчёт Публичного Музея. Однако структура отчета фактически осталась неизмененной: сначала – сведения о выделяемых на устройство музея средств, хозяйственная часть (указывалась общая сумма, выделяемая и на устройство Зала императора, и на устройство музея, потом указывалось сколько в отчетном году было израсходовано на Зал, сколько - на музей); затем – список приобретенных вещей (витрины или экспонаты); в конце – список лиц, которые сделали пожертвования в Музей в отчетном году.

С 1886 по 1896 год шло активное формирование музея: пополнялись собираемые коллекции, закупалось необходимое оборудование, в основном витрины. Однако основная часть коллекции формировалась за счет пожертвований.

Так, например в 1887 году на устройство и Зала императора Александра Второго, и Публичного музея было выделено 268 рублей. На устройство Публичного музея осталось 116 рублей 77 копеек. В итоге в 1887 году музеем были приобретены только две витрины (для минералогической коллекции – 70 рублей, для нумизматической коллекции – 40 рублей) и 50 фотографий по этнографии и антропологии.

Но в этом же году музей значительно пополнил свою палеонтологическую и минералогическую коллекцию благодаря преподавателю реального училища П.А.Ососкову, который пожертвовал музею около 83 палеонтологических и минералогических образцов ископаемых. Были значительно пополнены нумизматический и археологический отделы: П.В. Алабин преподнес в дар Музею 50 древних монет и монет новейшего времени, а так же – остатки удны, стремян, бус, парчи и других предметов, найденных при раскопке могильника у реки Кинели (при строительстве Оренбургской железной дороги). Всего в рассматриваемый год музей получил пожертвований от 15 лиц.8

Похожую ситуацию отражали почти все отчёты. Так, например, в 1889 году было куплено несколько витрин, ящики для коллекций яиц птиц Самарского края, банки для сельскохозяйственных образцов, и только незначительная часть средств пошла на приобретение экспонентов: коллекция раковин, морских животных, минералов, 144 вида яиц птиц Самарского края, образцы кустарного промысла. Приобретение этих экспонентов для музея были важны. Но всё же большую часть составили предметы, подаренные музею частными лицами (за 1889 год – 25 наименований).9

В 1894 году соотношение купленных и подаренных частными лицами различных предметов было приблизительно таким же (соответственно 8 и 21 наименований).10

Следует отметить, что пожертвования были разными – зависели, естественно, от лиц которые их делали. В одних случаях музей в качестве пожертвований получал очень ценные экспонаты, предметы и коллекции. Уже упоминались преподаватель Самарского реального училища П.А. Ососков, который неоднократно преподносил в дар музею различные ценные предметы (например, коллекция слепков вымерших третичных животных – в августе 1892 года, а также уникальная находка – небольшая медная фигурка бурхана или идола), и П.В. Алабин, который будучи в течении 16 лет заведующим Музея передал в качестве дара множество ценных предметов, экспонатов и коллекций. Среди подобных пожертвований можно отметить передачу в Музей альбом фотоснимков солнечного затмения в 1887 году в Самаре фотохудожника Васильева. Таких поступлений в Музей было достаточно много.

Но большая часть поступлений носила «кунсткамерный характер: монеты, рога, морские звезды, экзотические птицы и звери». «Сохранившиеся отчеты музея содержат целые страницы с фамилиями жертвователей».11 Предметы, которые они приносили в полной степени характеризовали их взгляды на музей. В большинстве случаев люди приносили в музей художественные открытки, репродукции, предметы собственного творчества – рисунки, вышивки и т.п.

Очень часто люди приносили в дар музею самые различные фотоснимки. Это было связано с тем, что сама администрация Самарского Городского Публичного Музея обращалась с призывом «придти со своими трудами на помощь Музею в выполнении его задачи. Для Музея было бы весьма важно иметь фотографии отдельных местностей губернии: виды возвышенностей, курганов, долины рек, лесов и другие виды».12

Все абсолютно пожертвования музеем принимались, и к 1898 году их накопилось достаточно много. Но в течение 16 лет существования в Самаре Музея, для него не нашлось подходящего помещения. В одном из отчетов говорилось, что «открыть музей для посещений публики невозможно…. за неимением соответствующего помещения». Уже отмечалось, что с 1880 года Самарский Городской Публичный Музей занимал несколько комнат в доме купца Христензена. Все приобретённые и подаренные музею коллекции, экспонаты собирались в этих комнатах, теснота которых не позволяла развернуть выставку, хотя все собранные предметы были «строго систематизированы и каждый снабжен подробным объяснительным ярлыком».13

Естественно, что переезд Музея в новое помещение, более ему соответствующее, внес в жизнь музея большие изменения. «С переводом библиотеки и Музея из частной квартиры в городской дом…. на долю администрации Музея выпал кропотливый труд разборки и распределения его коллекции, обстановки Музея приличной мебелью и рассылки к разным людям и учреждениям приглашений о присылке в Музей пожертвований».14 Все эти работы растянулись более, чем на год и, естественно, задержали открытие Музея для посещений.

В 1898 году новый заведующий Музеем Н.М. Федоров издал подробный каталог Музея, который содержал списки всех предметов и коллекций, хранящихся в Музее, распределенных не просто по отделам, а по комнатам и даже витринам, в которых они располагались.

Этот каталог подвел итоги формирования коллекции за 1880 – 1896 годы и фактически существования Музея в этот период.

Для этого периода было характерно то, что по сути единственным видом деятельности Музея, был сбор экспонатов и укомплектование их в отделы. Но,  надо подчеркнуть, что формирование коллекции уже с самых первых экспонатов происходило на систематической основе, отраженной в проектах Музея 1880 года и 1886 года. Другой характерной чертой является то, что практически весь период формирование коллекции проводилось за счет пожертвований (особенно с 1880 по 1887 год – только на благотворительных началах).

Переехав в новое помещение  в 1896 году, разобрав свои фонды и оставив обширный, подробнейший каталог Самарский Городской Публичный Музей к 1898 году был готов к открытию для посещений.

Однако на этом формирование коллекции вовсе не закончилось.

Продолжалось ассигнование Музея Самарской Городской Думой, и продолжались благотворительные поступления. Администрация Музея продолжала выпуск в виде небольших брошюр отчетов о жизни и деятельности Музея. Но наряду с привычными рубриками по хозяйственной части, списком приобретенных и подаренных предметов, коллекций и книг появились подробные списки посетителей Музея. Привычные старые рубрики (списки приобретенных и подаренных предметов) претерпели некоторые изменения: появились отдельные списки пожертвований, сделанных учреждениями и пожертвований, сделанных частными лицами; а также – отдельные списки покупок для различных отделов Музея; а также – отдельный список книг, приобретенных Музеем.

Все отчёты с 1902 по 1909 год дают наглядное представление о том, как происходило формирование коллекции Музея и комплектование его фондов. Конечно, более наглядное представление дают списки приобретений, сделанных за такой-то год, по такому то отделу. Такая форма позволяет сделать вывод, что прежде всего интересовало Музей и что было необходимо для пополнения коллекции. В частности, в отчетах 1902-1906 годов и 1908 и 1909 годов отражены приобретения всевозможных чучел птиц и зверей, обитающих в Самарском крае. То есть в Музее целенаправленно создавалась орнитологическая коллекция отдела зоологии. То же самое можно сказать и по отделу археологии, и по художественному отделу. (Музеем постоянно приобретались картины).

Что касается отделов Музея, то следует заметить, что к 1898 году и в последующий период Музей насчитывал не 16, а 12 отделов:

1.Архиологическо – исторический 

2.Нумизматический

3.Минералогический

4.Геологический

5.Палеонтологический

6.Зоологический

7.Ботанический

8.Технический

9.Сельскохозяйственный

10.Кустарный

11.Этнографический

12.Художественный

По сравнению с проектом 1886 года были объединены в один отдел исторический и археологический отделы, были упразднены географический, энтомологический, ихтиологический и антропологический отделы.

Судя по отчетам 1902 – 1909 годов активнее всего пополнялись, кроме уже упоминавшихся зоологического, археологического и художественного, также минералогический, палеонтологический и особенно нумизматический отделы. Пополнение нумизматического отдела связано с тем, что среди пожертвований частных лиц большое место занимали различные монеты, современные и старинные, и медали.

Что касается художественного отдела, то огромную роль в его пополнении сыграл К.П. Головкин. «В начале 1897 года Головкин, являясь, организатором VI периодической выставки самарских художников, обратился в городскую управу с предложением создать при Музее художественный отдел, в который художники, жертвуя часть своих лучших произведений в дар Музею, а затем берут на себя труд по мере сил пополнять его».

25 апреля 1897 года в обращении в Комитет по устройству Самарского Городского Музея К.П. Головкин добавил: «Дальнейшую работу по формированию симпатичного для меня художественного отделения…. я желал бы принять на себя как инициатор, где я и постарался бы сделать всё возможное в этом направлении». В этот же день Головкин К.П. передал Комитету несколько картин, в том числе свои работы  «Подножье Жигулей», «Последний снег. Осокори.», «Серый день в лучах», а также произведения Н.П. Осипова, И.Ф. Никонова, Н.А. Храмцова и др. Одновременно по инициативе К.П. Головкина во все концы страны было разослано около 300 писем – обращений к художникам России. В 1899 году текст обращения был опубликован в седьмом номере журнала «Искусство и художественная промышленность» и, таким образом, получило широкое распространение.

В дар Самарскому Городскому Публичному Музею поступили произведения М.В. Нестерова, В.Н. Биктеева, К.Ф. Юона и многих других известных русских мастеров, а также новые произведения от местных живописцев.

В дальнейшем на средства, полученные от выставок самарских художников, были приобретены картины В.Г. Петрова, Б.М. Кустодиева, А.Е. Егорова и других художников. «К 1911 году художественная коллекция Музея насчитывала приблизительно 117 произведений искусства: рисунки, картины, скульптура».15

Таким образом, при активном содействии К.П. Головкина Самарскому Городскому Публичному Музею удалось создать богатую художественную коллекцию.

Следует особо отметить и то, что в эти годы принцип систематического комплектования фондов музея был дополнен тематическим принципом. В первые годы ХХ века это выразилось в том, что ежегодно, начиная с 1904 года музейная администрация целенаправленно приобретала различные предметы, относящиеся к Русско–Японской войне. В этом же году был создан так называемый Русско–Японский отдел, куда собирались все предметы с тематикой Русско–Японской войны: различные картины, календари, плакаты, открытки, газеты, карты (географические, военные и другие); лубочные картины. Особенно было много книг (к примеру, в отчёте за 1904 год – наименований различных изданий на четыре листа), которые собирались в библиотеку Самарского Публичного Музея.

В 1914 году было проведено комплектование по теме «Россия в Первой мировой войне», хотя судить об этом отделе невозможно, так как в1914 году выпуск отчётов прекращается. К этому времени Музеем создана богатая и ценная коллекция. Если для периода 1880 – 1896 годов было более характерно формирование коллекции за счёт пожертвований (так как выделяемых Самарской Городской Думой средств хватило только на обустройство музея), то в период с 1898 года по 1917 год благотворительные поступления и приобретения самого Музея несколько уравниваются. Это было связано с тем, что к 1898 году всё необходимое оборудование (витрины, ящики и т.п.) было закуплено, и получаемые средства, которые были увеличены, Музей начал направлять на приобретение экспонатов. Надо заметить, что перечисляемые в Музей средства были увеличены значительно: большая часть выделяемых Думой денег шла на приобретение экспонатов в Музей. Приобретение предметов, коллекций, книг, сделанные самим Музеем, становятся основными, хотя число пожертвований вовсе не уменьшается, а среднем увеличивается (от 38 наименований в 1902 году до 11 в 1908 среди частных лиц). Кроме того, как уже упоминалось, появились пожертвования целых учреждений. Постоянно преподносили какие – либо предметы, коллекции или книги Общество Археологии, Истории и Этнографии при Казанском университете, Императорская  Археологическая Комиссия, Оренбургская Учёная Архивная Комиссия, Троицко–Кяхтинское Отделение Приамурского Отдела Императорского Русского Географического Общества, Уральское Общество Любителей Естествознания, Сельскохозяйственные Музей Нижегородского Губернского Земства, Тобольский Губернский Музей, Императорский Исторический Музей имени императора Александра Третьего, Красноярский Городской Музей и многие другие; а также самарские общества и организации: Самарская Земская Управа, Городская Управа, Александровская Публичная библиотека.

Несмотря на достаточную полноту фондов и отделов Музея, а также начавшееся тематическое комплектование, в Самарском Музее тематических выставок не проводилось. Одновременно с началом тематического комплектования создавался новый отдел, который наряду с остальными становился постоянно действующим. Можно предположить, что отсутствие тематических выставок было связано также и с бытовыми условиями. Хотя Самарский Городской Публичный Музей в 1896 году перебрался в новое помещение, там он занял только две комнаты. «Занимаемые Музеем комнаты не обширны и воздействие некоторых особенностей их расположения не представляют возможности предметы Музея распределить между ними соответственно распределению предметов по отделам».16

Пополнение, комплектование музейных фондов продолжалось до 1914 года, о чём могут свидетельствовать отчёты, которые выпускались музейной администрацией вплоть до 1914 года. Однако в том же году их выпуск прекращается. Поэтому судить о начавшемся тематическом комплектовании отдела «Россия в Первой мировой войне», как и вообще о деятельности Музея, не возможно. Музей фактически закрылся, безусловно, он продолжает свою работу, однако затишье граничило с закрытием. Такая ситуация сохранилась до 1917 года.

К началу революционных событий Самарский Городской Публичный Музей представили из себя достаточно солидное культурно – просветительское заведение. В течении более чем 35 лет (с 1880 по 1917 годы) основным направлением коллекции: сбор различных предметов и комплектование их в фонды. К 1917 году Музей сблизил богатой и ценной коллекцией, которая была разобрана и распределена по отделам.



§ 3. Культурно-просветительская деятельность Музея.

Самарский Городской Публичный Музей изначально задумывался как «учреждение, которое образовывалось бы с целью умственного и нравственного развития общества»17. Подготовительной комиссией, которая была создана Самарской Городской Думой для выработки предложений к юбилею царствования Александра Второго, Музей был признан таким учреждением, которое к тому же отвечало потребностям самарского общества.

В том же докладе Подготовительной Комиссии подчеркивалось, что музеи являются одним из действенных средств народного образования и признаются одним из лучших способов проведения необходимых и полезных знаний в народную массу.

Поэтому Самарский Музей рассматривался не просто как хранилище эстетических и научных образцов и технического опыта, но прежде всего Музей и музейное собрание рассматривалось как первоисточник знаний, используемый для образования и удовлетворения любознательности. То есть, как определила Подготовительная Комиссия, Самарский Музей должен был «иметь образовательный характер и вместе с тем служить средством  изучения Самарского края в отношении естественном, сельскохозяйственном, промышленном, техническом, историческом и археологическом».18 

Эти цели культурно-просветительского характера были отражены в проектах П.В.Алабина в 1880 г. и 1886 г. В проекте 1886 г. эти цели были раскрыты гораздо шире и глубже, Как уже упоминалось, Самарский Городской Публичный Музей имел т.н. «специальную цель» - «наглядное ознакомление с Самарским краем в отношении: антропологическом, историческом, географическом, с его живым и растительным миром, сельским хозяйством и промышленностью (заводской, ремесленной, фабричной, кустарной)». Кроме того, перед Музеем ставилась задача - «развивать эстетический вкус в своих посетителях не только выставленными произведениями искусства, но и образцами и моделями действующих и изобретаемых орудий и, служащих для облегчения труда».19

Поэтому можно сказать, что основной деятельностью Самарского Музея подразумевалась прежде всего культурно-просветительская деятельность, а коллекция, формированием которой Музей занимался в течении всего своего существования, явилась средством этой деятельности. Основным же методом культурно-просветительской деятельности Самарского Музея явилась экспозиция музейных предметов.

Естественно, что культурно-просветительская деятельность музеев на экспозиции музейных предметов не ограничивается.

Следует  упомянуть, что 15 ноября 1886 года (через два дня после официального открытия Самарского Городского Публичного Музея) был издан «Проект нормального  устава  губернских земских естественноисторических музеев, выработанный Санкт-петербургским обществом Естествоиспытателей», в котором содержались задачи и основные виды деятельности естественноисторических музеев.

Научные задачи Музея, состоявшие в естественноисторическом изучении края и распространения соответствующих знаний среди местного населения достигались:

	путем научных исследований по геологии, минералогии, зоологии и другим наукам; результаты исследований (коллекции почв, руд, полезных ископаемых, минералов, карт, планов, моделей местностей и т.п.), помещались в музее.

	«ознакомление публики наглядным путем с предметами музея»;

	«публичные чтения»;

	«печатанье и распространение дешевых брошюр о предметах музея «и вообще по естественной истории края».

	Существовали также практические задачи музея, которые заключались в следующем:

	«возможное содействие к разрешению разных сельскохозяйственных вопросов»;

	«таковое же содействие к разрешению вопросов, относящихся к промышленности края»;

«разрешение вопросов, имеющих отношение к народной школе (снабжение земских училищ местными естественноисторическими коллекциями, организация экскурсий с сельскими учителями для ознакомления их с местной флорой, фауной, горными породами, почвами)».20

Таким образом, задачи народного образования и проведения необходимых и полезных сведений в народную массу решались с помощью наглядного ознакомления с коллекцией музея, с помощью чтения публичных лекций и распространения литературы о предметах музейной коллекции; а также с помощью практической деятельности – содействия в разрешении сельскохозяйственных  вопросов, вопросов, связанных с промышленностью и вопросов народного образования.

О всех видах культурно-просветительской деятельности самарского городского Публичного Музея можно судить в основном только по отчетам, которые выпускались администрацией до 1914 г.

Очевидно, что задачи культурно-просветительской деятельности начали решаться Самарским Музеем только со времени открытия его для посещений.

Официальное открытие Музея состоялось в мае 1899 г. – через 13 лет после основания и через 19 лет после начала формирования коллекции. «После окончания работ по расстановке коллекции.... в день Святой  Троицы (24 мая 1899 года), после молебна» Музей был открыт.21

Администрация публиковала подробные списки всех посетителей музея. Причем информация о посещениях появляется только в отчетах 1900 - 1914 годов.

Та часть отчета, где печаталась информация о посетителях имела определенную структуру: называлось общее число посетителей, затем – количество местных платных и количество приезжих платных посетителей, затем – общее число бесплатных посетителей. Кроме того, печатался особый список бесплатных посетителей. Здесь же следует отметить, что количество бесплатных посетителей намного превосходило количество платных (например, в отчетах за 1904 года соответственно 1099 и 721 , в отчёте за 1905 год – 1511 и 699).

В среднем музей в год посещало 2-3 тысячи человек ( от 4978 человек в 1903 года до 2240 в 1905 году).

Что касается особых списков бесплатных посетителей – перечислялись только учащиеся. Ежегодно Музей посещали ученицы Первой и Второй Женской Гимназии, ученицы Гимназии Хардиной Н.А. и ученицы Гимназии сестер Харитоновых, ученики Самарского реального училища, ученики Епархиального училища, а также учащиеся различных приходских школ, земских школ, Самарских смешанных училищ. Кроме того, Музей почти каждый год  посещали учащиеся из училищ, школ, гимназий из многих российских городов. В частности – кадеты Сибирского корпуса ( в 1904 и в 1905 годах), ученики Тульского и Московского коммерческих училищ, учащиеся из Оренбурга, Нижнего Новгорода, Саратова, Твери, Костромы, Красноярска, Казани, Орла и многих других русских городов. В числе бесплатных посетителей Музей посещали также и студенты.

При этом в каждом годовом отчете указывалась конкретная цифра – сколько учеников из каждой школы, училища и гимназии посетили Музей в данный год.

Поэтому можно сказать, что Самарский Городской Публичный Музей отличался достаточно приличной посещаемостью. Довольно значительную долю составили посещения учащихся – около трети всех посетителей. В данном случае Музей выполнил свою прямую функцию – культурно-просветительскую.

Из всех перечисленных ранее видов культурно-просветительской деятельности первое место принадлежит экспозиции, иными словами, - постоянно действующей выставке всех имеющихся в музейной коллекции предметов. О ней можно судить по самим отчетам о посещении Музея.

Что касается содержания этой экспозиции, то она представила из себя всё то, что собрано в музее за данный период. Наиболее наглядное представление о содержании экспозиции ко времени открытия Музея для посещений дает «Указатель предметов, хранящихся в Самарском Публичном Музее», составленный Н.М. Федоровым и изданный в 1898 г. Это ни что иное, как каталог экспонатов и коллекций Музея. Все перечисляемые в этом «Указателе...» предметы распределялись не просто по отделам, а ещё и по комнатам и витринам. Так как Музей имел только две комнаты, то в каждой размещалось по несколько  отделов. То есть пролистав «Указатель...» можно было получить представление и об экспозиции Музея.

Экспозиция, которая предполагала осмотр и ознакомление со всеми экспонатами и коллекциями Музея, имела свою положительную сторону. Сам по себе осмотр всего, что есть в Музее давал достаточно полное представление о Самарском крае, его животном и растительном мире, геологии, минералогии, этнографии, археологии, истории.

В частности самым богатым в Самарском Публичном Музее был минералогический отдел, перечисление экспонатов которого в «Указателе...» Н.М.Федорова заняло 18 страниц. Разнообразным был также археологическо-исторический отдел, обладающий многими ценными предметами, экспонаты этого отдела (мечи, копья, наконечники стрел, металлическое зеркало, кресты, образа, фигурки идолов и т.п.) располагались в трех витринах. Богатым был также сельскохозяйственный отдел, который содержал в основном образцы семян различных растений и располагался в двух витринах. Большой интерес представили также и художественный отдел  Музея, где были собраны произведения искусства не только самарских художников, но и известных русских мастеров.

С 1904 года в Самарском Публичном Музее начал формироваться новый отдел: было начато комплектование коллекции по теме «Русско-Японская война». Это означало, что все предметы так или иначе связанные с тематикой Русско-Японской войны, распределялись не по соответствующим отделам, а собирались в т.н. Русско-Японский отдел.

Точно также в Музее в 1914 г. начал формироваться отдел «Россия в Первой Мировой войне». Таким образом, можно сказать, что Музей не имея возможности для проведения тематических выставок шёл по пути создания дополнительных тематических отделов, которые по замыслу не должны были расформировываться, а должны были существовать наравне с уже действующими отделами.

То есть, в дореволюционный период комплектование фондов и экспонирование музейной коллекции было единым целым. Иными словами – демонстрация всей собранной Музеем коллекции. При этом посетители на экспозиции могли наглядно знакомиться со всеми предметами, которыми на данный момент обладал Музей.

Доподлинно известно также и о еще одном виде культурно-просветительской   деятельности – «печатанье и распространение дешевых брошюр о предметах Музея и вообще по естественной истории края».

Пожалуй, такой литературой можно назвать ежегодные отчеты, публикуемые администрацией Самарского Городского Публичного Музея. Они действительно содержали информацию о предметах Музея, но лишь о тех, которые поступили в отчетном году. В этой связи следует особо выделить отчеты за 1902 – 1903 годов, которые были изданы одной брошюрой. Помимо подробных списков подаренных и приобретенных предметов здесь содержится небольшое введение, где отмечены самой администрацией особо ценные для Музея приобретения, сделанные в 1902 – 1903 годах.

В частности, по отделу археологии и истории «Музею удалось приобрести довольно редкую рукописную книгу под заглавием «История скифская», сочинения Андрея Лызлова», в конце отчёта «прилагались....  в виде особой библиографической заметки» сведения об авторе и о судьбе книги.

В том же отделе «особо выделялась записка И.С. Тургенева на имя неизвестного лица», в отчете была дана тачная копия этой записки.

Кроме того, отмечались приобретения для зоологического отдела – это чучела птиц «местно живущих, или бывающих здесь временно».

Были отмечены также ценные пополнения в виде гербария, список которого был дан в приложении. Особо отмечалось, что «при той скудости ботанических сведений о Самаре и Самарской губернии, какая наблюдается в специальной литературе. Список этот имел известное значение».

Таким образом, отчеты 1902 – 1903 годов помимо перечисления приобретенных предметов содержали познавательную информацию, особенно та часть введения, где кратко описывалось географическое     положение Самарского края как перекрестка дорог для перелетных птиц».22

Среди подобной литературы можно выделить также и «Указатель предметов, хранящихся в Самарском Публичном Музее Н.М. Федорова – помимо перечня музейных предметов, он содержал также небольшой рассказ по истории создания музея в Самаре.

Наибольшее познавательное значение имела небольшая брошюра, которая была выпущена музейной администрацией в 1901 году и носила название «Самарский Городской публичный Музей. Краткие указания для собирания различных коллекций». Это было обращение администрации Музея с просьбой помочь в пополнении собираемой коллекции. Само оно заняло не более полутора страниц. Наибольший интерес представляют указания по собиранию тех или иных коллекций для каждого отдела Музея, при этом по каждому отделу в брошюре содержалась задача данного отдела и подробнейшие указания на что прежде всего следует обратить внимание, каким образом собирать предметы и коллекции, что требуется для Музея прежде всего. В частности в разделе «Указания по ботанике» содержались подробнейшие инструкции по сбору и сохранению образцов различных растений, а также по формированию гербариев, в книге они заняли около пяти страниц.

В разделе «Указания по зоологии» имелись инструкции и способы «собирания и переноски в Музей найденных остатков древних животных» (шкурки, отдельные части скелета и т.п.).

Кроме того, в конце каждого раздела рекомендовалась литература, которая освещала вопросы, связанные с собиранием тех или иных коллекций. К  примеру, список литературы, посвященной собиранию коллекций по ботанике, насчитывал 14 изданий.23

Что касается другого вида культурно-просветительской деятельности – «публичных чтений по предметам, соответствующим задачам музея», - то таковыми можно назвать устные объяснения «которые могли бы быть даваемы специалистами по различным предметам при обозрении Музея группами посетителей, преимущественно учащимися  в учебных заведениях».24 

Это  ни что иное, как экскурсии.  Давать  такие объяснения посетителям Музея, т.е. проводить экскурсии, выразили готовность П.Н.  Быстрицкий, М.М. Михайлов, С.С. Неструев, Л.И. Прасолов, М.Т. Сириусов. Все они неоднократно «являлись  руководителями при посещении Музея учащимися в учебных заведениях города Самары (например, ученицам Первой Женской Гимназии и Самарской учительской школы, ученикам Самарского сельскохозяйственного училища) так и случайно составившимся группам посетителей».25

Очевидно, что для полноты представлений об истории, о природе Самарского края эти экскурсии были необходимы. Но что касается последующего периода, то о проведении подобных экскурсий в отчетах за 1904 – 1909 годы сведений нет. Можно предположить, что подобные пояснения по экспозиции Музея стали постоянным явлением, так как сама экспозиция была невелика (она занимала только две комнаты), а сами экскурсии мог проводить и заведующий Музеем.

В «Проекте нормального устава губернских, земских естественноисторических музеев» говорилось также и о практической деятельности музея: помощь в решении вопросов, связанных с сельским хозяйством, промышленностью и народным образованием. С уверенностью можно судить только о планах подобной деятельности, и только в области народного образования.

Эти планы были намечены в 1902 –1903 годах, о чем говорилось в соответствующих отчетах. Они заключались в создании «подвижных коллекций по предметам школьного обучения, которые находились бы в Музее и отсюда могли бы выдаваться по школам в качестве наглядных пособий во временное пользование». В Музее даже появлялись такие коллекции, приспособленные для показывания в классе. Например, в качестве пожертвования в Музее появилась коллекция минералов, которая уже в 1902 – 1903 годах «служила свою службу в некоторых учебных заведениях города Самары»26 Вероятно такая практическая помощь Музея стала постоянной, хотя сведений об этом в отчетах с 1904 года нет.

Из практической деятельности Музея можно отметить также его помощь всем, обучающимся рисованию: «администрация Музея нашла возможным всем желающим работать в художественном отделе Музея в часы, отведенные для обозрения Музея публикой, и при условии, чтобы картины и слепки не переставлялись с места на место».27

В заключении можно сказать, что, хотя из всех видов культурно-просветительской деятельности первое место принадлежало экспозиции, в целом самарский Городской Публичный Музей отвечал тем целям и задачам. которые были перед ним поставлены в проекте П.В. Алабина.

Сама суть любого музея заключается не только в собирании и хранении эстетических и научных образцов, но и в том, чтобы с их помощью донести до человека истинную картину эпохи, реальную историю.

В этом плане перед Самарским Городским Публичным Музеем стояли почти необъятные задачи. «Знакомство наше с местностью, на которой живем..., можно сказать, не начато ни в каком отношении. Даже истории своего города мы не знаем. И о целом столетии его жизни мы можем сказать лишь два – три слова... Природы нашего края мы не знаем, о геологии его мы не имеем понятия, о животном и растительном царстве имеем скудные сведения.

Ни один любознательный человек, живя в Самаре, в центре хлебной торговли, не имеет возможности познакомиться с образцами хлебных растений, засеваемых в нашем крае со способами их обработки, с обработкой почв, на которых они лучше всего развиваются...»28

Сформированный в 1886 году Самарский Публичный Музей был призван заполнить эти пробелы: простое знакомство с собираемой Музеем коллекцией имело очень большое значение. Поэтому, как и предполагалось в проекте П.В. Алабина, процесс комплектования и экспонирования был единым целом. И поэтому простая экспозиция всех имеющихся в Музее предметов могла выполнять поставленные задачи.   



§ 4. Люди Музея.

Невозможно восстановить историю создания Музея в Самаре, обойдя вниманием людей, которые и создавали этот Музей. В задачу работы не входит подробное исследование деятельности П.В. Алабина, К.П. Головкина, Н.М. Федорова и С.Е. Пермякова. Но так как деятельность этих людей была тесно связана с Самарским городским Публичным Музеем, рассказ об их роли в исследовании о Музее необходим.

Центральное место занимает обзор общественной деятельности Алабина, которому самарский городской Публичный Музей обязан своим рождением.

«Биография П.В. Алабина, на первый взгляд, была как бы запрограммирована  укладом жизни мелкопоместного дворянства. Он родился в городе Подольске Московской губернии 10 сентября 1824 года в семье чиновника из обедневшего рода, мать – француженка, дочь эмигранта Мартона. В начале – учеба в Белостокской гимназии. затем – в Петербургском коммерческом училище, после окончания которого П.В. Алабин зачислен офицером в Тульский егерский полк»29 Он участвовал в нескольких военных компаниях, в том числе в обороне Севастополя. Ко времени окончания военной карьеры он был награжден несколькими орденами,  чином капитана и шашкой с памятной надписью.

В 1857 году П.В. Алабин приезжает в Вятку, где занимает пост управляющего губернской палатой. Именно в Вятке Алабин проявил себя как общественный деятель. Он принял решение издать для народа популярные книги, которые могли бы знакомить крестьян и рабочих с русской поэзией и прозой.

По инициативе П.В. Алабина была создана школа для крестьян в одном из сел Вятской губернии. Немало усилий Алабин приложил для того, чтобы в Вятке вновь стала работать публичная библиотека. В эти же годы им было начато изучение археологических памятников  на территории вятского края, Одним из первых Алабин приступил к раскопке Ананьинского могильника, а также опубликовал несколько документов по древней истории края.

Эта деятельность Алабина была направлена в конечном итоге к тому, чтобы открыть в Вятке краеведческий музей. Пётр Владимирович сформулировал основные принципы организации и направления деятельности музея, который, как он убежденно считал. должен играть важную роль в деле образования и пропаганды культурного наследия.

В начале 1866 года П.В. Алабин переехал в Самару, где был назначен на должность управляющего губернской палатой государственных имуществ.

Здесь общественно – культурная деятельность Алабина значительно расширилась. Алабин продолжал работу над своими «Походными записками», в 1869 году предложил создать в Севастополе музей, посвященный обороне города во время крымской войны.

«В Самаре продолжалась деятельность Алабина как ботаника и зоолога. Петр Владимирович приложил немало усилий для расширения Струковского сада... Инициативный общественник принял участие в облагораживании Александровского и других садов и скверов , в строительстве набережной на Волге»..30

Большое  значение Алабин придавал организации в Самаре Публичной библиотеки и краеведческого музея. В этом направлении им была проделана огромная работа. До конца жизни П.В. Алабин был председателем Попечительского Комитета, управлявшего библиотекой и музеем, при этом Алабин составлял каталоги библиотеки и экспонатов музея, публиковал ежегодные отчеты об их деятельности, то есть не чурался в общем-то черновой технической работы.

Занимая  в Самаре высокую государственную должность, Алабин не мог оставаться в стороне в период народного бедствия – в 1873 году, когда самарскую губернию поразил голод, он опубликовал обращение к населению Самары с призывом организовать сбор средств в пользу крестьян.

В 1876 – 1877 годах Алабин предпринял ряд акций по организации материальной помощи и морально-политической поддержки болгарскому народу, боровшемуся за свержение турецкого ига. По его инициативе самарская Городская Дума приняла решение о создании знамени для болгарского ополчения. Следует отметить  также и то, что Алабин стал первым губернатором Софии, где он также выступил в роли созидателя и просветителя, немало сделав для строительства и организации школ, прокладки дорог и возведения мостов. По личной инициативе Алабина в Софии была основана первая народная библиотека имени великих славянских просветителей Кирилла и Мифодия.  

      В 1885 году гласные городской Думы единодушно избрали на пост городского головы П.В. Алабина. исполняя свои обязанности, он сосредоточил хозяйственные усилия на строительстве водопровода, бесплатного для самарцев. Кроме того, Алабин стал инициатором сооружения в Самаре памятника Александру Второму, многое сделал для возведения монументального кафедрального соборного храма во имя Христа Спасителя.

В 1891 – 1892 годах Алабин П.В. – председатель Самарской губернской земской управы. Это наиболее драматический период его жизни. В 1891 году самарскую губернию вновь поразил голод. В этой ситуации губернии потребовались экстраординарные меры. И Алабин не побоялся взять на себя ответственность. Однако он оказался вовлеченным в аферу: закупленный хлеб оказался непригодным для употребления. Факт этот громоподобной сенсации выплеснулся на страницы многих газет. В это тяжелое время П.В. Алабин сумел сохранить достоинство и спокойствие. Более того, именно он потребовал публичного суда над собой. Суд вынес ему оправдательный приговор, встреченный всеобщим сочувствием. Но здоровье П.В. Алабина было уже подорвано, и 10 мая 1896 года он скончался.

Как видно, устройство в Самаре музея – далеко не единственная заслуга Алабина. Самара многим ему обязана.

Алабиным был пройден путь от гимназиста до действительного статского советника, всецело занятого решением вопросов государственной службы.

«Казалось бы, сам ритм такой жизни, сложившиеся традиции российской чиновной бюрократии исключали возможность заниматься какой-либо другой деятельностью. Но не таков П.В. Алабин. Он постоянно испытывал внутреннюю потребность к творческой деятельности. Его волновало состояние народного образования, проблемы отечественной истории и культуры. И эта созидательная просветительская деятельность ярко проявилась и в Вятке, и в Самаре, и в Софии. Всюду он стремился создать очаг культуры: школы, библиотеки, музеи».31

В отношении Самарского Городского Публичного Музея следует обратить внимание на то, что П.В. Алабин не только составил проект Музея, организовал его работу и формирование коллекции. В первые годы создания музея на плечах Алабина лежала практически вся научная работа музея: помимо составления списков экспонатов и памятников культуры, хранящихся в запасниках музея. Алабин разработал принципы формирования орнитологического отдела, составил  каталоги коллекции; кроме того он очень многое сделал для пополнения и систематизации археологической коллекции Музея.

«Алабин не был археологом. Но это увлечение... открыло нам исследовательский характер ума, чрезвычайную наблюдательность,  которые позволили Петру Владимировичу сделать интересные и верные научные выводы. Алабин опубликовал пять статей по археологическим древностям, две из них – по самарской губернии.  Значительность его работы  подтверждает тот факт, что 17 октября 1889 года Алабин был избран почетным членом археологического института».32

В 1895 году Алабин издал «Древности, найденные в Самарской  губернии и хранящиеся в самарском Публичном Музее», в которой автор описал находки, сделанные им за весь период пребывания в Самаре. 

На основании всего выше сказанного можно с уверенностью утверждать, что своим появлением, эффективной работой и пополнением коллекции Самарский музей всецело обязан п.В. Алабину.

По влиянию на общественно-культурную жизнь города конца XIX – начала XX века с Алабиным может сравниться лишь К.П. Головкин, Это разносторонний, одаренный человек с необъятным кругом интересов и увлечений: живопись, архитектура, краеведение, этнография, фотография, астрономия; также увлеченно он занимался техникой и спортом. При всем этом Головкин был коммерсантом. Купец  по происхождению, он продолжал дело своего отца и на этом поприще добился определенных успехов.

Константин Павлович родился 17 декабря 1871 года в семье купца второй гильдии П.И. Головкина и Е.С. Шихобаловой.

Неумолимая родительская воля определила будущее К.П. Головкина: после окончания в 1889 году самарского реального училища. Головкин был связан с торговым делом своего отца, однако он не оставлял детского увлечения живописью. В 1891 году Головкин К.П. вместе с известными самарскими художниками Осиповым И.П. и Буровым Ф.Е. организовал кружок любителей искусства. С 1891 года по 1916 было организовано 23 периодических выставок самарских художников; девять из них были организованны при непосредственном участии К.П. Головкина. 

При  этом К.П. Головкин проявил себя и в других сферах общественно-культурной жизни Самары. В частности, как известно, он стал инициатором создания художественного отдела при Самарском городском Публичном Музее.  Алабин П.В., по словам Головкина, «просил, не откладывая, энергично взяться за дело».33 В результате его активной деятельности в Музее была создана богатая художественная коллекция, включавшая работы  и самарских художников, и знаменитых русских живописцев. 

Константин Павлович не оставлял и коммерческую деятельность. В самом конце XIX века. Он стал управляющим в двух магазинах своего отца: писчебумажном и художественном. В 1902 – 1903 годах он становится владельцем магазинов и вступает во вторую купеческую гильдию. В фирменном магазине К.П. Головкина было всё необходимое для рисования и живописи.

В 1908 году Головкин вместе с единомышленниками. Преображенским П.А., Михайловым В.А., Гундобиным В.В. и другими, создал общество по сооружению в Самаре «Дома науки и искусств», в котором предполагал разместить Александровскую библиотеку, читальный зал, городской музей, художественную галерею, зал для выставок, собраний и концертов. 

В сентябре 1916 года Головкин обратился в Самарскую Городскую Думу с предложением построить здание для «Дома науки и искусств» по собственным чертежам и на собственные средства. Следует сказать, что начиная с небольших средств, Головкин к 1916 году смог увеличить свой капитал до двух миллионов рублей, что позволило ему несколько отойти от коммерческой деятельности. Константин Павлович решил посвятить себя искусству и общественной деятельности, которая в эти годы в основном сосредоточилась вокруг Музея.  В целом на нужды культурного развития  Самары он выделил около 600 тысяч рублей.

Но попытка получить помощь и поддержку городских властей в создании     «Дома науки и искусства» не дала результатов. 

Что касается непосредственно Самарского Городского Публичного Музея, то следует заметить, что К.П. Головкин сделал очень многое не только для художественного отдела. К заслуге его можно отнести активное участие и в создании, и в пополнении других отделов. В частности, зимой 1914 года «Объединение любителей старины», куда входил и Константин Павлович, начало частным путем создавать отдел в Музее, посвященный Первой Мировой войне. В Музее отдел « Война 1914 – 1916 годов» был оборудован на средства Головкина, который также составил и список предметов, собранных для военного отдела. 

В послереволюционные годы Головкин входит в Комиссию по заведованию Самарским Музеем. В виду сложного положения музея К.П. Головкин в январе 1918 года обратился с предложением плана  расширения площади Музея и в последующем строительства нового здания, однако в сложные, послереволюционные годы это обращение было оставлено без внимания.

К.П. Головкин был далёк политических событий, и революция 1917 года, и события гражданской войны существенно не изменили  характер его деятельности, но повлияли на его судьбу. Будучи состоятельным человеком К.П. Головкин опасался репрессий. В декабре 1918 года - январе 1919 года Константин Павлович совершил поездку в Монголию, Китай и Японию. В своём дневнике он пунктуально отмечал день за днём свои походы по антикварным магазинам и расходы на покупки произведений восточного искусства для Самарского Музея. Во время возвращения Константин Павлович  вынужден был остановиться в Иркутске.  После установление там советской власти пришлось задержаться на два года. В апреле 1920 года Головкин поступил чертежником в губернский отдел народного образования. 

В годы пребывания в Иркутске К.П. Головкин продолжал коллекционировать меднолитые иконы, складни и кресты. Здесь же Головкин продолжал работу над рукописью «Проект постройки, оборудования и организации провинциального музея», которая была посвящена Самарскому Городскому Публичному Музею. Он детально рассмотрел вопросы по работе музея: от назначения и требований к музейному зданию до устройства витрин, сигнализации, служб, физических и химических лабораторий, организаций экскурсий, отчетов музея и т.п.

В 1922 году К.П. Головкин вернулся в Самару, 14 августа получил удостоверение члена – сотрудника Общества Археологии, Истории и Этнографии. Уже в сентябре 1922 года Головкин продолжал археологические изыскания в окрестностях Самары, а также возглавил филиал бывшего Самарского Городского Публичного Музея– «Старая Самара». В эти годы К.П. Головкин целиком посвятил себя научной и творческой работе. Итогом научных изысканий стала работа «Вся Самара на 1925 год», хотя сам Константин Павлович к этому времени тяжело болел. В конце февраля 1925 года он скончался. 

Хотя К.П. Головкин и не был напрямую связан с Самарским Городским Публичном Музеем, он очень многое сделал для пополнения коллекции: при непосредственном его участии были созданы художественный отдел, отдел Первой Мировой войны; значительно пополнены и другие отделы. Уже в послереволюционные годы Головкин полностью занялся научной работой, которая непосредственно касалась Самарского Музея. 

По сравнению с Алабиным и Головкиным, Н.М. Федоров  более незаметная фигура. Если о жизни и деятельности Алабина П.В. и Головкина К.П. написано довольно много статей и книг, то о Н.М. Федорове – ничего, за исключением нескольких строчек в статье Л. Едидович: «М. Горький  и самарская культура»: 

«....известный культурный и общественный деятель, дворянин, коллежский советник, владелец книжного магазина и частной библиотеки Н.М. Федоров – гласный Городской Думы нескольких созывов. председатель правления общества взаимного вспомоществования учащим и учившим, распорядитель воскресных школ, библиотечного комитета, а после смерти П.В. Алабина заведующий Самарским Публичным Музеем».34

Следует также добавить, что заслугой Федорова, как заведующего Самарским Городским Публичным Музеем, является систематизация музейных фондов и издание подробного каталога экспонатов и коллекций.

К сожалению, более подробных сведений о Н.М. Федорове не найдено.

С 1902 года заведующим Самарским Городским Публичным Музеем был С.Е.Пермяков, который также был известным самарским общественным деятелем.

С.Е. Пермяков родился в 1863 году в Казани в семье казанского купца, потомственного почетного гражданина. Около 20 с небольшим лет он прожил в Казани, где окончил казанский университет и с 22х лет числился в гласных Городской Думы.

«Неясно почему переехал жить в Самару, но с 1890 года он – мировой судья по самарскому уезду. Мировым судьей С.Е. Пермяков был с 1890 по 1916  год, а с августа 1897 года по октябрь 1913 года  - гласный городской Думы»35

Как гласный Городской Думы Пермяков С.Е. участвовал в комиссиях по строительству канализации о водопровода, электрического освещения и электрического трамвая в городе, в благоустройстве набережной Волги и устройстве садов и скверов в Самаре и окрестностях. 

Член училищной и театральной комиссий, член императорского российского общества садоводства, попечитель пяти училищ и школ, член совета нескольких учебных заведений, член учетного комитета местных банков – вот далеко не полный перечень должностей и направлений деятельности.

Особо хотелось бы отметить его просветительскую деятельность, С.Е. Пермяков был первым директором Самарского Городского Публичного Музея и занимался музейным делом вплоть до января 1917 года. В годы его директорства активно работал музейный кружок, объединявший тогдашних собирателей редкостей. Кружковцы помогали в разборе и описании экспонатов, много предметов дарили в фонды Музея, книги в Александровскую библиотеку и библиотеку музея.

Пермяков стал членом – учредителем и членом правления губернской ученой архивной комиссии. Долгие годы был председателем совета самарского общества народных университетов.

Сам Пермяков был страстным собирателем: картины, рисунки российских и местных художников, из заграничных поездок привозил редкости и дарил их Музею. 

Очень много сил и средств положил он на собирание великолепной библиотеки, универсальной по содержанию.

Прежде всего С.Е. Пермяков известен в истории самарского края как последний городского голова в дореволюционные годы (с 1913 по 1916 годы). Незадолго до революции 1917 года Пермяков вновь стал гласным Городской Думы. Но после установления советской власти в конце  года был арестован и посажен в тюрьму. Его жена выехала с Москву, и через Цюрупу (до революции скрывался у Пермякова) обратилась к Ленину, который дал указания освободить Пермякова, как лично ему знакомого человека, много сделавшего полезного и лояльного советской власти.

После С.Е. Пермяков работал рядовым бухгалтером в разных мелких конторах, его знания, опыт и способности не были затребованы.



К началу революционных событий 1917 года Самарский Городской Публичный Музей представлял из себя достаточно солидное культурно-просветительское заведение. И это, в основном, благодаря той деятельности, которую в первые годы развернул П.В. Алабин, а затем его последователи К.П. Головкин, Н.М. Федоров и С.Е.Пермяков.

В течении более 35 лет (с 1880 по 1917 год) основным направлением деятельности было формирование коллекции: сбор различных предметов и комплектования их в фонды. В результате, к началу 1917 года Музей обладал богатой и ценной коллекцией, которая была разобрана и распределена по отделам.

Кроме того, Музей имел прочные научные и культурные связи со многими музеями страны, научными обществами, университетами и другими научными организациями.

В 1898 году  Самарский Городской Публичный Музей приступил к выполнению своих непосредственных целей и задач. С 1898 года, когда Музей был открыт для посещений, началась его культурно-просветительская деятельность. Она заключалась в основном в экскурсиях, публичных чтениях и в решении некоторых вопросов, связанных с народным образованием. 

Поэтому, можно сказать что в итоге 35-летнего существования Самарский Городской Публичный Музей превратился в крупное, значительно научное и просветительское учреждение, которое отвечало целям, задачам и принципам. заложенным в проекте П.В. Алабиным.





Глава III. Самарский Музей в годы гражданской войны



В предыдущей главе уже упоминалось, что с началом Первой мировой войны «Музей фактически закрылся»1. В 1914-1917 годах завершается в целом дореволюционный период развития Самарского Городского Публичного Музея. Хотя Музей продолжал свою деятельность, но затишье в его работе граничило с закрытием. Очевидно, что с февраля 1917 года в жизни Музея начинается новый период.

Однако о Музее в 1917 году практически ничего не известно. Единственный источник, в котором упоминается о деятельности Музея в феврале 1917 года – краткая справка по истории Самарского музея, содержащаяся в путеводителе «Средневолжский государственный краевой музей». Здесь, в частности, сообщается: «В начале февральской революции в Музее почувствовалось оживление. Монархический характер Музея стал шокировать его создателей. Портрет Александра Второго со всеми орденами, лентами и венками был перенесён на чердак, а образовавшуюся пустоту попробовали заполнить материалами «революционного» содержания: воззваниями земства, портретами Керенского А.Ф. и других общественных деятелей».2

Однако уже в мае, то есть через 3 месяца, в Музее вновь наступило затишье.

К 1917 году Музей обладал богатой и ценной коллекцией, имел научные связи с университетами, научными обществами и музеями, занимался активной культурно-просветительской деятельностью. Иными словами, к началу 1917 года Самарский Городской Публичный Музей был именно тем учреждением, каким он и задумывался в 1880 году.

Совершенно естественно, что революционные события 1917 года отразились и на Самарском Музее. Изменения коснулись почти всех сторон жизни музея: от управления, формирования коллекции до экспозиции. Следует заметить, что изменения произошли не в один момент, фактически все годы гражданской войны происходило преобразование Музея. В первые годы после гражданской войны преобразования Музея продолжались. Это полностью изменило его облик. Поэтому период с 1917 по 1922 год в жизни Самарского Музея можно считать переходным периодом.

Что касается управления, то начиная с 1880 года до 1919 года управлением Музея продолжал заниматься Комитет по заведованию, во главе с заведующим. Нужно заметить, что ещё до революции, 7 мая 1916 года при Самарском Городском Публичном Музее было создано Самарское Археологическое Общество, целью которого являлось «археологическое, историческое и этнографическое исследование Самарского края, собирание и охрана памятников древности и ознакомление с ними населения».3 Таким образом, Самарское Археологическое Общество во многом дублировало цели и задачи Самарского Музея по археологическому, историческому и этнографическому исследованию Самарского края. Во время Первой мировой войны и в последующие годы Самарское Археологическое Общество всё своё внимание сосредоточило на Самарском Городском Публичном Музее, то есть члены САО входили в комитет по заведыванию.

После февральской революции 1917 года в комитет вошли также и представители Самарской Учёной Архивной Комиссии.

1 октября 1917 года инициатор создания Самарского Археологического Общества археологолюбитель Ф.Т. Яковлев стал заведующим Самарским Городским Публичным Музеем.

В течение 1918 и 1919 годов в комитет по заведованию вошли также преподаватели Самарского государственного университета – академик В.И.Перетц, профессора А.В. Багрий, А.П. Башкиров, В.В. Гольмстен, А.В. Колышкин, П.Ф.Фридолин и другие.

В этот период руководство Музея проводило работы по реорганизации с целью открытия Музея, которое и состоялось в мае 1919 года. В эти же годы Самарский Городской Публичный Музей сменил своё название: 21 мая 1918 года в Музей пришло постановление Самарского Совета Рабочих и Красноармейских депутатов №1312 с предложением «изменить название Городского Александровского Музея … на «Самарский Городской Музей».4 Однако уже в сентябре 1919 года Музей был вновь закрыт, а Комитет по заведованию был отстранён от руководства Музеем.

Это было связано с созданием в сентябре 1919 года Губернским Отделом Народного Образования ревизионной комиссии, которая получила название Коллегия по делам Охраны Памятников Искусства и Старины. О конкретных мерах и об итогах деятельности этой комиссии можно судить по некоторым документам, хранящимся в архиве Самарского Областного Историко-Краеведческого Музея имени П.В. Алабина.5

Очевидно, что Коллегия по делам Охраны Памятников Искусства и Старины имела своей целью проверку и учёт того, что находилось к этому времени в Музее, так как в своём докладе Хованский С.А., председатель общества Истории, Археологии, Этнографии и Естествознания, называет Коллегию ревизионной комиссией.

Комиссия состояла из трёх человек: К.П. Васильева, А.М. Гинцбурга и Идлиса. То есть в неё входили лица, неизвестные членам Комитета по заведованию Музеем, за исключением А.М. Гинцбурга. По мнению С.А. Хованского, выраженному в том же докладе, «в комиссию по учёту музея должны войти представитель Государственного Контроля, представитель Отдела Народного Образования, члены Комитета по заведованию Губернским Музеем, но не в коем случае платные служащие музея, как сейчас товарищ Гинцбург». Однако из того же доклада ясно, что другой член Коллегии … К.П. Васильев 23 сентября (то есть через три дня после назначения Коллегии) вручил Хованскому С.А. приглашения членам комитета по заведованию Музеем «присутствовать и принимать активное участие в работе по ревизии». Несмотря на это Хованский С.А. и его коллеги по работе в Музее «заявили, что Губернский Отдел Народного Образования не нашёл нужным заявить Комитету о назначении ревизионной комиссии, а также не нашёл нужным пригласить членов Комитета присутствовать при работе Комиссии, поэтому они считают совершенно излишним их участие в Комиссии».6 Таким образом, из доклада С.А. Хованского можно сделать вывод, что многие члены Комитета по заведованию Музеем самоустранились от работы ревизионной комиссии. Узковедомственные интересы победили интересы дела.

Что касается итогов деятельности этой комиссии, то прежде всего следует сказать о том, что в ноябре 1919 года практически все члены Комитета по заведованию Музеем были арестованы. 1 ноября 1919 года «музейная тройка» составила соответствующее постановление. О причинах этих арестов в статье В.А. Черновой приводится следующее сведение: ”Губернский же музей был закрыт в результате погрома и смены руководства, связанных с тем, что сотрудники Археологической комиссии, пытаясь спасти бумаги Полицейского архива, привезли их в одно из помещений музея. «Действия товарищей», недовольных тем, что сохраняется такой архив и пытавшихся его уничтожить, сказались плачевным образом на состоянии Музея».7

В дальнейшем с ноября 1919 года до января 1921 года Музей находился в ведении Коллегии по делам Охраны Памятников Искусства и Старины. «Кроме приведения Музея в полный беспорядок, вышеупомянутая Коллегия … никакой деятельности не проявила».8

«После самовольного отъезда заведывающего Музеем и его помощника в неизвестном направлении»9 в 1921 году 15 марта была создана Музейная Коллегия (из бывших членов Комитета по заведыванию Музеем) для приёма, учёта и управления Музеем.

В Музейную Коллегию под председательством профессора А.С. Башкирова входили академик В.Н. Перетц, профессор Голухатый С.Д., научный сотрудник Губархива и лектор Высших Археологических курсов Н.Ф. Лавров, учёный-архевист П.Н. Ефимов, уполномоченный главархива С.А. Хованский, научный сотрудник Этнографической Комиссии общества Археологии, Истории и Этнографии Н.С.Лыкошин, заведующий реорганизацией Библиотеки имени Октябрьской революции А.Г. Гарпф.

В тот же день, то есть 15 марта 1921 года, Музейная Комиссия вместе с Ревизионной Комиссией (В.А.Волкова и Д.Л.Колобов) произвели подробный осмотр Губернского Центрального Музея, в ходе которого были обнаружены многочисленные пропажи из музейной коллекции, порча и вследствие этого утрата многих ценных экспонатов, и вообще, хаотическое состояние Музея. Всё это было зафиксировано в обширном акте.10

В дальнейшем руководство Музеем было поручено Самарскому Обществу Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания, хотя кадровый состав, в принципе, остался тем же, что и был до сентября 1919 года. Ещё в мае 1920 года члены этого общества ходатайствовали о передаче Самарского Губернского Музея в ведение этого общества.

«Имея в своём составе 11 профессоров и до 30 специалистов по археологии, истории и этнографии, Обществомогло бы поставить работу Музея на должную высоту в интересах всего Поволжья».11

21 ноября 1921 года Губернский Отдел Народного Образования поручил заведование Самарским Губернским Музеем Обществу Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания. Новое руководство разработало для Музея новые научные принципы и концепции, которые нашли отражение в «Положении о Самарском Губернском Центральном Музее».

Это «Положение …» фиксировало некоторые изменения  в целях и задачах Музея по сравнению с предыдущими проектами. Однако новый проект остался на бумаге. Причина этого – дальнейшие преобразования Музея, связанные с выделением филиалов, которые в последующие годы превратились в отдельные музеи. Другая причина – начавшийся в 1921 году голод и вследствие этого затишье в Музее: штат работников был сокращён до пяти человек, в Музее действовало только три отдела.

Формирование коллекции в этот период было более активным, чем в предыдущий период. Большую роль в этом сыграла национализация домов и имений, проводившаяся большевиками, так как старинные предметы, имеющие музейную ценность, поступали в Самарский Музей. Архив истории музея содержит достаточное количество свидетельств о приобретаемых таким образом экспонатах. Это многочисленные справки о взятых для Музея предметах из квартир, магазинов, имений и т.д. В основном в этот период фонды Музея постоянно пополнялись старинной мебелью, старинными часами, фарфором, гобеленами. Кроме того, в Музей в эти годы поступили также нумизматические, этнографические, археологические коллекции. Из поступлений этого времени можно выделить «чувашские головные полотенца, … трёхзубовое копьё, боевые топорики, пистолеты, кинжалы восточной работы, а также русское почётное оружие XVIII в».12 Кроме того после Октябрьской революции 1917 года в Музей поступали громадные архивы губернского правления и канцелярии губернатора.





В этой связи следует упомянуть разрешение, выданное Губернским Отделом Народного Образования 11 декабря 1918 года за №2390: «В виду составленного в Губернском Отделе Народного Образования постановления заведующему Городским Музеем Ф.Т. Яковлеву предоставляется право конфискации витрин из магазинов бежавших владельцев».13

Помимо этого архив истории Музея содержит свидетельства о предметах, поступающих с фронта. Например из отдела снабжения штаба 4-й армии Восточного фронта в Самарский Городской Музей поступило: «три кремниевых ружья, представляющих историческую ценность».14 Таким же образом (то есть из действующей армии) в Самарский Городской Музей поступили «серебряные часы с цепью и брелками, взятые как трофей на Уфимском фронте в бою с казаками».15

Можно также отметить «благотворительные пожертвования» Хозяйственного Комитета Самарского Трубочного завода – некоторые виды продукции завода. Представители власти (и большевики, и Члены Учредительного собрания) лояльно относились к Самарскому Музею и не предпринимали никаких шагов к его закрытию, а, наоборот, откликались на просьбы Музея помочь в комплектовании его коллекций.

В частности, Управа Самарского Губернского Продовольственного Комитета передала в Музей «два дуэльных пистолета старинного образца за №№4549 и 12197 и два маленьких, в серебренной оправе, найденные после свержения большевистской власти в столах комиссаров Губпродкома»;16 Информационный Отдел Комитета Членов Всероссийского Учредительного Собрания передал в Самарский Городской Музей «канцелярские книги и дела … ликвидированных отделов советских учреждений».17

Таким образом, по сравнению с дореволюционным периодом, когда в год поступало около 100-130 предметов, музейная коллекция в первые месяцы после революции увеличилась значительно. Большинство исследователей этого вопроса называют следующие цифры: «После Октября за два с половиной месяца в Музей поступило около 6 тысяч ценных экспонатов – преимущественно из национализированных домов и имений».18 Это не только старинная мебель, фарфор, гобелен, картины из национализированных домов, но и предметы, имеющие непосредственную музейную ценность: различные этнографические, археологические, нумизматические коллекции, коллекции оружия и т. п.

В период «управления» Музеем т.н. «музейной тройкой» коллекция и фонды подвергались большим хищениям, всё оставшееся было приведено в беспорядок, имевшиеся описи и инвентарные книги были уничтожены. В «Протоколе опроса бывших сотрудников Губмузея …» и в «Акте осмотра Самарского Губернского Музея 15 марта 1921 года» были зафиксированы все возможные пропажи экспонатов Музея. В частности, Башкиров А.С., председатель Общества Истории, Археологии, Этнографии и Естествознания, который работал в Музее до сентября 1919 года в качестве эксперта, при беглом осмотре указал на пропажу из витрин золотых монет, некоторых видов оружия и «альбома Симакова (рисунки туркестанских мечетей с деталями орнамента)».

Хованский С.А. и Яковлев Ф.Т. (заведующий Музеем до сентября 1919 года) представили целый список замеченных ими пропаж при беглом осмотре. К примеру, Хованский C.А. обратил внимание на отсутствие различных серебренных экспонатов: столовые приборы с фамильными пометками Бугурусланского дворянства, серебряные и платиновые монеты и порчу экспонатов из  естественно-исторического отдела.  Яковлев Ф.Т. подтвердил пропажи, на которые указал Хованский и Башкиров, а так же указал на пропажу китайского фарфора, большого количества сукна, покрывавшего лестницы в помещении Музея, а также многих икон, представляющих историческую ценность.

15 марта 1921 года Музейной Коллегией и Ревизионной Комиссией был произведён более подробный анализ состояния Музея. В ходе подробнейшего осмотра были замечены новые пропажи: были обнаружены пустые витрины для монет и медалей; отсутствие многих картин; отсутствие ценных спиртовых и фармалиновых препаратов, необходимых для естественно-исторического отдела; отсутствие палеонтологических коллекций и коллекций по ботанике; в историко-археологическом отделе – отсутствие ценной серебренной иконы и т. п.

Однако установить все без исключения пропажи музейных предметов без описей и инвентарных книг, которые также были утрачены, не удалось.

После того, как управление Музеем было передано Самарскому Обществу Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания формирование коллекции приобретает научную основу. Как уже говорилось, это общество в 1921 году разработало «Положение о Самарском Губернском Центральном Музее».

По этому проекту Музей в Самаре определился как научное учреждение, «имеющее целью сосредотачивать в себе всё, что относится до археологии, искусства, художественной промышленности, истории, этнографии, естествознания вообще и Самарского края в частности. Сделать собранные коллекции доступными народным   массам и сообщить им  организованные знания в области перечисленных наук путём демонстрации с объяснениями, публичных лекций, бесед и выставок».

По сравнению с проектом П.В. Алабина «изменилось первоначальное назначение музея как музея публичного».

В проекте 1921 года определялось несколько направлений деятельности, но как и прежде основных было два: 1. Формирование коллекции

                                              2. Экспонирование этой коллекции.

Так же, как и в проекте П.В. Алабина, в проекте 1921 года эти два вида деятельности Музея представляли из себя единое целое – экспозиция коллекции Музея.

Главным источником комплектования фондов стали археологические и историко-бытовые экспедиции, проводившиеся сотрудниками Музея – членами Общества Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания. По сравнению с прежним, дореволюционным, периодом произошло сокращение отделов в два раза. В проекте предполагалось создание 8 отделов:

«1. Художественный (памятники искусств и художественной промышленности);

 2. Археологический (памятники доисторической и исторической археологии);

 3. Исторический (история Самарского края, революционного движения и прочее);

 4. Этнографический;

 5. Памятники древней письменности, старопечати и документы;

 6. Древностей культов (церковно-археологических предметов);

 7. Естественно-исторический;

 8. Библиотечный».

В «Положении …» также фиксировалась и система управления Музеем: «Самарский Губернский Музей находится в ведении Губполитпросвета Самарского Губернского Отдела Народного Образования и управляется Коллегией научных работников специалистов, заведующих отделами Музея и руководищих и формированием и деятельностью».

Говорилось также о правах Коллегии и видах её деятельности; комплектование фондов, научное описание предметов, культурно просветительская деятельность.

Контроль возлагался на Общество Археологии, Истории, Этнографии и Естествознания. Текущую работу должен был выполнить президиум, избиравшийся Коллегией: подготовка смет, годовых отчётов, редактирование бюллетеней, выполнение постановлений и поручений Коллегии.

Таким образом, благодаря проекту 1921 года, Музей приобретал научную основу комплектования фондов, культурно-просветительской деятельности. Принятие этого «Положения …» могло стать заключительным этапом  в деятельном переходном периоде, но этот проект не был реализован.

Что касается культурно-просветительской деятельности, то следует отметить, что Музей был открыт не всегда, но «чтение лекций проводилось постоянно».

Чаще всего Музей открывался по специальным заявкам, иногда был открыт целый день. Это продолжалось до конца сентября 1919 года. С сентября 1919 до марта 1921 года Музей не работал, и, естественно, был закрыт для посещений. В марте 1921 года Самарский Городской Музей начинает возрождаться, но и в этот период Музей был по существу закрыт для посещений.

Судить о содержании экспозиции в эти годы довольно трудно, т.к. она постоянно испытывала различные изменения. С начала революционных событий Музей находился под контролем самарских научных обществ. В течении 1,5 лет они проводили работы по реорганизации Музея с целью его открытия. Оно состоялось в мае 1919 года, и до сентября этого года Музей был открыт постоянно. Однако функционировала экспозиция всего по пяти отделам: войны, естественно-исторический, археологический, художественный, японо-китайская комната, хотя планировалось создать, как и прежде, 16 отделов.

Помимо экспозиции следует отметить также и активное участие в общественно-культурной жизни Самары. Архив истории Музея содержит отчёт Музея о проведении «Дня Советской Пропаганды» 17 августа 1919 года.

С сентября 1919 года по март 1921 года музейная коллекция подверглась хищениям. Хотя с 1921 года Музей начал восстанавливаться, для посещений он был закрыт. Судя по «Положению о Самарском Губернском Центральном Музее» 1921 года, предполагалось развернуть экспозицию по 7 отделам (+8ой отдел – библиотека Музея). Однако этот проект остался на бумаге. Известно, что в эти годы действовало только три отдела: археологический, естественно-исторический и художественный.

«С целью развёртывания некоторых отделов руководство Музея принимает решение о выделении филиалов…

Вероятно, это произошло вследствие безуспешных попыток получить помещение для развёртывания коллекций».

Таким образом, музейная экспозиция в годы революционных событий и гражданской войны постоянно преобразовывалась, неизменно в Музее действовало только три отдела: естественно-исторический, художественный, археологический, хотя они в этот период значительно пополнились.

В заключение можно сказать, что длительный переходный период с 1917 по 1922 год имел большое значение. Несмотря на то, что с ноября 1919 года по январь 1921 года Музей подвергся хищениям, в целом этот период (1917 –1922 годы) Музей значительно пополнил свою коллекцию по различным отделам, в основном благодаря национализации. В итоге помещение, которое занимал Музей стало настолько тесным, что было невозможно развернуть экспозицию по всем отделам, хотя их количество по сравнению с дореволюционным периодом по меньшей мере сократилось в два раза. Вполне вероятно, что теснота помещений послужила причиной для создания филиалов в 1922-24 годах. «По договорённости с тем или другим учреждением выделялся однородный материал и передавался во временное пользование». Таким образом были организованы военный музей при ПриВО, историко-революционный при истпарте.

Самарский Губернский Музей имел в этот период несколько отделов, которые характеризовали как краеведческий музей. Поэтому основным итогом длительного переходного периода можно считать преобразование Самарского Публичного Музея в краеведческий.



Заключение



Самарский краеведческий музей - одно из ярких явлений в культурной жизни Самары в конце XIX начале XX века. Возникнув в типичном провинциальном купеческом городе в результате бурного экономического и культурного развития Самарского края,  Самарский Городской Публичный Музей стал одним из очагов широкого распространения науки и культуры в народные массы. В этом смысле Самарский Городской Публичный Музей полностью отвечал тем принципам, которые лежат в основе любого культурно-просветительского учреждения, в частности, музея: донести до человека наглядную картину эпохи, реальную историю.

В соответствии с этими принципами П.В. Алабиным были разработаны цели и задачи Самарского Городского Публичного Музея, которые заключались:

в ознакомлении с Самарским краем (в различных отношениях).

В развитии эстетического вкуса в посетителях. 

В то же время проект П.В. Алабина отражал и другое назначение Музея – как хранилища научных и эстетических образцов человеческой деятельности, а также технического опыта. Донести до человека истинную картину эпохи, реальную историю Музей в состоянии только сохраняя без изменений различные образцы материальной и духовной культуры. Стремление как можно правдивее воссоздать историю, сохранить дух эпохи определяет основное направление деятельности музея в период его становления – собирания и формирования коллекции. Именно формирование коллекции стало основным видом деятельности Самарского Городского Публичного Музея. 

Однако, по существу, собираемая коллекция является лишь средством для культурно-просветительской деятельности любого музея, в том числе и для Самарского Городского Публичного Музея. 

Особенность самарского музея заключается в том, что он должен был быть не только средством распространения науки и культуры в народные массы, но также средством изучения Самарского края в различных отношениях. Можно сказать, что и эти задачи Самарский Городской Публичный Музей выполнил с успехом. Собирая коллекцию по различным направлениям, которые определялись структурой отделов, самарский Музей способствовал изучению истории, археологии, минералогии, геологии, этнографии, животного и растительного мира Самарского края. Если учитывать уровень тогдашних знаний о Самарском крае, то можно с уверенностью утверждать, что Самарский Городской Публичный Музей способствовал не только расширению и углублению этих знаний, но и, вообще, развитию самарского краеведения.

Эти виды деятельности Самарского Городского Публичного Музея продолжались и после революционных событий 1917 года. Некоторые события нашей истории, связанные с революцией, сыграли положительную роль в жизни самарского музея. В то время, как культурно-просветительская деятельность насколько затихает в эти годы, фонды Музея пополняются всё более интенсивнее, что связано с национализацией. За считанные месяцы музейная коллекция возросла в несколько раз.

Кроме того, именно в этот период появляется как таковой историко-краеведческий музей. Из единого Самарского Городского Публичного Музея было выделено несколько филиалов, оставшиеся отделы характеризовали Музей как историко-краеведческий.











Список использованных источников



I.1. Неопубликованные источники

Текущий архив Самарского Областного Историко-Краеведческого Музея имени П.В. Алабина, Д 295, Д520.

I.2. Опубликованные источники

Отчёт  Александровской Публичной библиотеки и Зала императора Александра Второго за 1884 год, С, 1884 г.

Отчёт Александровской Публичной библиотеки, Зала императора Александра Второго и Самарского Публичного музея за 1885 год, с, 1886г.

Отчёт Александровской Публичной библиотеки, Зала императора Александра Второго и Самарского Публичного музея за 1887 год, с, 1888г.

Отчёт Александровской Публичной библиотеки, Зала императора Александра Второго и Самарского Публичного музея за 1889 год, с, 1890г.

Отчёт Александровской Публичной библиотеки, Зала императора Александра Второго и Самарского Публичного музея за 1894 год, с, 1895г.

Самарский Городской Публичный Музей: отчёты за 1902-1903 годы, С, 1904 г.

Самарский Городской Публичный Музей: отчёты за 1904-1909 годы, С, 1911 г.

Самарский Городской Публичный Музей. Краткие указания для собирания различных коллекций, С, 1901 г.

Фёдоров Н.М. Указатель предметов, хранящихся в Самарском Публичном Музее, С, 1898 г.



Список использованной литературы



Алабин П.В. Двадцатилетие Самары как губернского города, С, 1877 г.

Он же, Зал императора Александра Второго в Самаре, С, 1889 г.

Он же, Трёхвековая годовщина города Самары, С, 1887 г.

Бажанов Е.А., Вольный город пионеров Дикого поля, С, 1995 г.

Беляева Е.Ю. Самарская бытокультура II половины XIX – начала XX веков, С, 1996 г.

Она же, Художественный музей // Самарская область, С, 1996 г.

Беркутов Н.М. Музей средневолжской области, С, 1929 г.

Главный хранитель нашей истории // Самарские губернские ведомости, 1998 г., апрель.

Едидовтч Л. Максим Горький и самарская культура // Самарские губернские ведомости, 1987 г., июль, 1998 г., апрель.

Завальный А.Н. Библиотеки Самарской области // Самарская область, С, 1996 г.

Здесь живёт история // Самарские известия, 1997 г., 27 января.

Из хроники, подготовленной Крайновой Т.В. и Лазаревой И.Н. //Самарские губернские ведомости, 1996 г., сентябрь – ноябрь.

История Куйбышевской области (1917 – 1980 годы), Саратов, 1981 г.

Кабытов П.С. Легендарный самарец Пётр Владимирович Алабин, С,1990г.

Камедина А Его доброе имя // Волжская заря, 1991 г., 23 апреля.

Ключникова Р. Алабин весь ещё не изучен // Волжская заря, 1995 г., 7 февраля.

Конякина Т. Обращённый в будущее // Волжская заря, 1985 г., 18 мая.

Крайнова Т.В. Головник К.П.: жизнь и деятельность // Головкин К.П.: к 120-летию со дня рождения, С, 1992 г.

Крайнова Т.В. Любимое детище Алабина //Вложская коммуна, 1984 г., 9 сентября.

Крайнова Т.В. Областной краеведческий музей имени П.В. Алабина //Самарская область, С, 1996 г.

Крайнова Т.А. Самарское археологическое общество (1916 – 1919 годы) //Краеведчесвкие записки, выпуск 7, С, 1995 г.

Крайнова Т.В. Самарское общество археологии, истории, этнографии и естествознания при Самарском государственном университете (1919 – 1929 годы) // Краеведческие записки, выпуск 7, С, 1996 г.

Лазарева И.Н. Самарский Публичный Музей: шаги истории //Краеведческие записки, выпуск 8, С, 1996 г.

Печенегов А. Путешествие в историю // Волжский комсомолец, 1971 г., 17 июля.

Путеводитель по Куйбышевскому областному музею краеведения С, 1978г.

Самарская летопись Т II, С, 1993 г.

Средневолжский государственный краевой музей. Краткий путеводитель С, 1930 г.

Чернова В.А. Самарское общество Археологии, Истории, этнографии и Естествознания и его роль в формировании художественной коллекции Самарского художественного музея // Краеведческие записки, выпуск 8, С, 1996 г.

Чибриков В. Наследие прошлого храня // Волжская заря, 1996 Г., 26 ноября.

Чумаш Р Надобно родиться в России, чтобы так чувствовать // Вечерняя Самара, 1996 г., 16 февраля.

Широкова В.Н. От первых шагов до наших дней. Из истории создания Куйбышевского областного музея  краеведения // Краеведческие записки, выпуск 5, С, 1979 г.