История иберийских мусульман

Реферат: История иберийских мусульман






Испания среди государств Западной Европы является страной, где присутствие мусульман было самым многолетним. После восьми веков кровопролитной войны исламское государство Аль-Андалус (711–1492) было повержено крестоносцами из Испании и других стран. Но оно успело пустить глубокие корни в культуре южной Андалузии и всей страны. Из всех европейских языков испанский подвергся наибольшему влиянию со стороны арабского (ок. 6 тысяч слов имеют арабские корни).

Успешно проходила арабизация в VIII в. на иберийском полуострове, в стране Аль-Андалус (названной так от слова «вандалус», ибо в Магрибе арабы знали, что туда с полуострова приходили вандалы). Здесь в 756 г. власть захватил Абд ар-Рахман ад-Дахиль, один из немногих Омейядов, уцелевший после резни 750 г. и бежавший в Магриб, в племя своей матери берберки. Магриб к тому времени уже фактически отделился от халифата и не был подвластен Багдаду. Абд ар-Рахман сумел перебраться на полуостров и, свергнув местного эмира, примирить враждовавшие здесь между собой группы арабов. Новый эмир положил начало особой ветви Омейядов, правивших в Кордове 275 лет до 1031 г.1 Абд ар-Рахман III был страстно увлечен как религиозными, так и мирскими науками. Он был полон решимости доказать, что его двор в Кордове не уступает по своему величию двору Багдадских халифов. Не жалея ни времени, ни денег, он активно призывал к себе на службу ученых и приобретал в Багдаде книги. В итоге очень скоро ученые, поэты, философы, историки и музыканты начали переселяться в Аль-Андалус. Сеть библиотек, исламских исследовательских институтов и центров начала расти, положив тем самым начало новым интеллектуальным традициям, в т. ч. в образовательной системе, что позволило Испании достигнуть выдающегося положения, которое она занимала на протяжении последующих четырех столетий.

Абд ар-Рахман III нанял множество переводчиков и переписчиков книг (главным образом иудеев и христиан), превратил Кордову в университетский центр. Именно через мусульманскую Испанию христианский Запад получил древнегреческую литературу и науку. Расцвет схоластики в XIII в. был вызван знакомством с богатым наследием античной и арабоязычной мысли. В Толедо на протяжении XII в. существовал центр, созданный по инициативе архиепископа Кастилии дона Раймундо, где переводили на латинский язык наиболее значительные арабские труды по астрономии, медицине, физике и философии. Благодаря прежде всего толедским переводчикам в образовательные университетские круги науки Европы проникли труды Аристотеля, Гиппократа с комментариями таких известных мыслителей, как Авиценна и Аверроэс.

Одним из приехавших светил был Аббас ибн Фирнас. Он сконструировал аппарат на деревянном каркасе с двумя крыльями и перьями и предпринял первую известную миру попытку полететь, предвосхитив таким образом Леонардо да Винчи приблизительно на шесть столетий. Выжив после эксперимента, в котором сам испытатель получил травму спины, он сконструировал ставший знакомым нам планетарий – модель Солнечной системы. Эта конструкция была не только механизирована – планеты вращались, – она также воспроизводила такие небесные явления, как гром и молния. В X веке математики Кордовы впервые сделали собственный серьезный вклад в астрономию. Первым самобытным математиком и астрономом Аль-Андалус был Маслама аль-Маджрити, умерший в 1008 г. Он написал ряд книг по астрономии и математике, много работал над изучением и арабским переводом “Альмагеста” Птолемея, дополнил и исправил астрономические таблицы знаменитого ученого Аль-Ховаразми. Он также составил переводные таблицы, в которых даты персидского календаря были соотнесены с датами Хиджры таким образом, что события прошлого Персии теперь впервые могли быть точно датированы2.

В 1085 г. под напором с севера противомусульманских правителей пал Толедо. Начавшиеся вскоре репрессии покончили с прежней веротерпимостью в Аль-Андалус, вызвав массовое бегство на север и арабов, и евреев. Отныне они стали оказывать содействие реконкисте, поставив на службу католическим королям Кастилии и Арагона свои знания и опыт ученых и врачей, свои деньги, свое умение ремесленников, наконец, свою молодежь, пополнявшую войска королей3. Гранада – последняя столица мусульманского государства – явилась важнейшим центром возрождения ислама в Испании.

С 711 по 756 гг. Аль-Андалус была одной из провинций халифата со столицей в Севилье. Эмиров назначал халиф, но они обладали определенной самостоятельностью.

С 756 г. началось правление Абд ар-Рахмана ад-Дахиля.

Абд ар-Рахман III – восьмой из Омейядов Кордовы – в 929 г. провозгласил себя халифом. Он захватил Северо-запад Магриба у Фатимидов и области басков в Пиренеях. Его называли «Ан-Насир» (Победитель).

С 1009 г. в кордовском халифате началась «фитна» (смута). Перевороты следовали один за другим: в течение 22 лет власть в Кордове менялась 14 раз, причем все халифы (и последние Омейяды, и оспаривавшие у них трон берберы Хаммудиды) были игрушкой в руках различных группировок придворной знати, столичной черни и наемников берберов, ставших тогда основой армии.

В 1031 г. халифат окончательно распался и начался период «мулюк ат-таваиф» («удельных королей»), когда в Аль-Андалусе соперничали 23 (иногда – до 29) независимых эмирата, которыми правили и арабы (Аббадиды в Севилье, Худиды в Сарагосе), и берберы (Афтасиды в Бадахосе, Зу-н-Нудиды в Толедо, Хаммудиды в Малаге), и «сакалиба» (Дения, Тортоса). В политическом плане это было время междоусобиц, интриг, сведения счетов.

Магрибинский основатель династии Альморавидов Юсуф ибн Ташфин высадился со своей армией на побережье Испании и с 1089 по 1091 гг. один за другим завоевал все эмираты Аль-Андалуса (кроме Валенсии и Сарагосы), присоединив их к своему государству. Так был положен конец периоду «мулюк ат-таваиф».

С 1130 по 1156 гг. Аль-Андалус был завоеван Абд аль-Мумином Альмохадами (община сторонников единобожия «аль-муваххидун», которых европейцы назвали альмохадами; общину возглавлял Ибн Тумарт, их взгляды отличались еще большей строгостью, чем те, которые проповедовали первые Альморавиды).

После 1212 г. Альмохады стремительно деградировали. Они не могли дать отпор ни королям Испании, ни племенам Магриба, среди которых стало выделяться особенно воинственное бану мерин, вожди которого (Мериниды) с 1216 г. постепенно стали подчинять себе другие племена и целые области. Жизнь Аль-Андалуса в XIII-XV вв. в основном была примечательна постоянной борьбой Хафсидов, владевших Тунисом и востоком Алжира, с Зайянидами, а также Меринидами.

Гранадский эмират в XIII–XV вв. был наиболее богатым государством Иберийского полуострова. Вместе с тем правившие Гранадой эмиры Насриды (1232–1492), сталкивая между собой Кастилию, Арагон и Меринидов, не смогли преодолеть ссоры и интриги внутри семейства, чем во многом облегчили задачу «католических королей» по захвату Гранады. В 1492 г. Боабдиль сдал им Гранаду.

К 1200 г. она была одним из крупнейших городов Испании, который населяли арабы, берберы-мусульмане, христиане, иудеи, и оставалась в руках мусульман до 1492 г.4 Гранада была известна своими учеными: Аль-Мазини аль-Андалуси аль-Гарнати – известный мусульманский географ родился здесь в 1080–1081 гг., Ибн Туфайль – мусульманский ученый-физик. Многие мусульманские ученые по пути в Северную Африку посещали Гранаду: Ибн Халдун, Абу Хайан, Ибн Батута5. Текст паспорта, выданного Ибн Халдуну правителем Гранады Мухаммадом V, был зарифмован6.

Во времена инквизиции последователи исламской религии подвегались репрессиям.

В XVI в. мусульманам под страхом смерти запрещалось без специального разрешения приезжать в Валенсию, Барселону и ряд других городов. Не разрешалось занимать общественные посты7. На головные уборы мусульманам предписывалось прикреплять отличительный знак – голубые кресты «размером с апельсин»8. Закон 25 мая 1566 г. обязывал мавров отказаться от использования арабского языка, изменить обычаи, по пятницам и мусульманским праздникам оставлять двери и окна жилищ открытыми, чтобы можно было видеть, молятся они или нет9.

По сравнению с рядом других стран Западной Европы признание ислама государством произошло в Испании в 1992 г. после подписания соглашения о сотрудничестве с Исламской комиссией Испании (ИКИ). В тот период проблема интеграции мусульман не стояла в Испании остро, к тому же не было статистических данных о численности мусульманского населения. Договор с ИКИ явился следствием демократических процессов, происходивших в стране. С подписанием соглашений, касающихся религиозных меньшинств: иудеев, евангелистов, мусульман, правительство, по мнению исследователей ислама в Испании, «переписало наследие национальной идентичности и исторических процессов, инициатором которых являлось государство, начиная с XIX века, которые складывались под влиянием католической церкви». В результате национальная идентичность стала прочно связанной с религиозной. Вопрос о роли католической церкви оставался спорным и в конституции Испании 1978 г. В ней говорилось, что «ни одна из религий не может быть государственной». Властям, согласно конституции, следовало принимать в расчет религиозные убеждения испанского общества и строить взаимоотношения на основе соглашений о сотрудничестве с католической церковью и другими конфессиями. Таким образом, обеспечивалась свобода различным религиозным течениям в стране. При этом католицизм становился не определяющей, а одной из составных частей национальной идентичности. Это соглашение явилось историческим для Испании. Парламент утвердил его в качестве закона. Соглашение признавало определенные права за людьми и общинами некатолической веры – права, которыми до того момента обладали лишь католики, например, возможность преподавания в государственных школах, работа в тюрьмах, казармах и больницах с последующим предоставлением религиозной поддержки. Но несмотря на статус закона, он не был приведен в действие испанскими властями, поэтому католическая церковь сохраняет за собой множество привилегий. Государство выделяет деньги из бюджета только для католической церкви, хотя по Конституции Испания не является страной одной конфессии. Поэтому мусульмане в Испании должны еще пройти долгий путь, чтобы получить права, принадлежащие им как испанским гражданам.

Соглашение 1992 г. стало, по сути, завершением процесса признания религиозных свобод, начавшегося в конце 60-х годов. Закон о религиозных свободах 1967 г. открыл возможности для создания исламских ассоциаций. Так были созданы первые мусульманские организации в двух испанских городах на севере Африки. В 1968 г. была учреждена Ассоциация мусульман Мелильи, а в 1971 г. в Сеуте. В Мадриде первая мусульманская организация возникла в 1971 г. – это была Ассоциация мусульман Испании, учрежденная сирийскими студентами, президентом которой избрали Р.Татари Бакри. Р.Бакри прибыл в Испанию в 1967 г. и учился на медицинском факультете. Он стал видным деятелем, принявшим участие в процессе так называемой институционализации ислама в последующие 20 лет в качестве президента уже Союза Исламских общин Испании (СИОИ). СИОИ основал отделения в разных городах Испании.

В это время исламские общины начали появляться на территории Андалузии, южного региона, в котором ислам удерживался дольше всего и где сохранились многочисленные памятники мусульманской эпохи, такие как мечеть в Кордове, дворец Альгамбра в Гранаде и башня Джиральда в Севилье. Часть этих общин была основана жителями Андалузии, которые стали изучать свое прошлое – и в результате пришли к исламу. Гранада, красивый город и последняя столица мусульманского государства, явилась важнейшим центром возрождения ислама в Испании. В 70-х годах было учреждено несколько ассоциаций, инициаторами которых явились испанцы, принявшие эту религию. Их привлекло суфийское направление и в особенности движение мурабитун.

Другую группу составляли студенты с Ближнего Востока, в особенности из Сирии и Палестины, которые начали приезжать в Испанию в 70-е годы. Сирийские студенты старались сохранить свою арабо-мусульманскую идентичность в рамках испанского общества. Следует отметить, что многие студенты были последователями организации сирийских «братьев-мусуль-ман». Однако в интервью нынешний представитель сирийских «братьев-мусульман» в Лондоне Али Садр ад-Дин Баянуни заявил, что в настоящее время очень сложно подсчитать точную численность последователей этой организации в Испании, т.к. сирийские беженцы должны подтвердить, что они преследуются у себя на родине, и ради этого часто выдают себя членами организации «Братья-мусульмане», но на самом деле ими не являются. Однако многие руководители мусульманских ассоциаций в Испании заявляют, что стараются следовать идеологии организации «братьев-мусульман». Например, это проявляется даже в том, что они отвергают суфийские ритуалы, считая их противоречащими сунне. Вместе с тем следует заметить, что первая мусульманская ассоциация в Кордове, возникшая в 1976 г. Исламская община Испании следовала суфийскому тарикату кадирийя. Исследователь ислама в Европе Г. Диец пишет, что суфийские общины были больше интегрированы в международные структуры и были больше идеологически связаны с крупными суфийскими организациями за рубежом, чем с общинами иммигрантов-мусульман. Члены Исламской общины Испании заявляли, что являются одновременно носителями уникальной европейской идентичности и универсальных исламских ценностей, хранителями мусульманского наследия Аль-Андалуса10. Активное участие в развитии исламской инфраструктуры страны приняла Саудовская Аравия. Бывший лидер «Братьев-мусульман» в Испании заявлял: «Моя идея – сделать мусульман не общиной, а меньшинством в рамках испанского государства, т.к. слово община предполагает связь с определенной страной прежнего проживания. Я же предпочитаю, чтобы мусульмане оставались меньшинством в государстве. Я стремлюсь сделать так, чтобы они стали частью общества, имеющими права и несущими ответственность»11.

Саудовская Аравия открыла важные центры ислама, такие как мечеть в Марбелье в курортном городе на побережье Средиземного моря, для мусульман из стран Персидского залива, приезжающих в Испанию по делам или в отпуск. После Гранады ислам распространился и на Мадрид, Барселону и другие города. Помимо интереса к истории Испании, популярности ислама способствовало увеличение числа поездок в мусульманские страны, особенно в Марокко и Турцию, а также распространение мусульманских книг, включая те, которые были написаны в андалузскую эпоху. Начиная с 70-х годов около 20 тысяч испанцев обратились в ислам, причем половина из них женщины.

Процесс институционализации исламской религии начался в конце 80-х годов и до подписания соглашения 1992 г. происходил без учета новых социально-демографических тенденций развития мусульманской общины. На начальном периоде контакты с государством осуществлялись через зарегистрированные Министерством юстиции ассоциации и лидеров исламских организаций. По сравнению с еврейской и евангелической общинами, которые успешно вели переговоры с правительством Испании, между мусульманскими организациями шла борьба за то, кто будет представлять интересы мусульманской общины.

В 1989 г. Ассоциация мусульман Испании потребовала официального признания исламской религии в стране как необходимого условия для переговоров и подписания соглашения о сотрудничестве, что оговорено в конституции Испании 1978 г. Подписание такого соглашения обещало стать важным шагом для мусульманской общины Испании, т.к. это регулировало бы статус мусульманских религиозных лидеров, охрану мечетей и мусульманских кладбищ, финансирование исламских ассоциаций, предоставление рабочим-мусульманам выходных дней во время проведения религиозных праздников, введение исламских предметов в школьное расписание. Для подписания соглашения, различным исламским организациям необходимо было объединить усилия и сформировать единый представительный орган, с которым правительству можно бы было вести диалог12.

В 1989 г. Департамент по религиозным вопросам при Министерстве юстиции Испании отметил, что исламская религия представлена в стране с VIII в. и число ее последователей особенно в средние века было значительным. Позже количество приверженцев то возрастало, то уменьшалось в зависимости от исторических событий и обстоятельств. Исламские общины есть почти по всей Испании. Больше всего их на Иберийском полуострове и на испанской территории в Северной Африке. Однако равно как и в других странах Западной Европы, задача создания единого представительного органа всех мусульман страны для переговоров с правительством оказалась очень сложной.

В 1989 г. была учреждена первая так называемая «организация-зонтик» – Федерация Испании по исламским религиозным вопросам (ФИИРВ). В 1991 г. Ассоциация мусульман Испании отделилась от ФИИРВ, и на ее основе был создан Союз исламских общин Испании (СИОИ). Между Союзом исламских общин Испании и Федерацией Испании по исламским религиозным вопросам развернулась борьба за лидерство в мусульманской среде Испании. СИОИ стал регистрировать все свои отделения как независимые ассоциации. В результате возникла вторая крупная «организация – зонтик». Как следствие, процесс начала диалога с правительством затягивался. Правительство же, в свою очередь, исходя из тезиса, что «исламское наследие является одной из духовных основ, формирующих испанскую национальную идентичность», в апреле 1992 г. приняло решение о создании Исламской Комиссии Испании. А через несколько дней ею было подписано соглашение о сотрудничестве с властями страны.

Федерация и Союз вошли в единую Исламскую комиссию Испании. Соглашение сторон включало широкий круг вопросов: структура Исламской комиссии, порядок управления местами для отправления культа и персоналом мечетей, исламское религиозное образование в испанских школах, защита мечетей и мусульманских кладбищ, исламские религиозные праздники. Однако в соглашении не затрагивались проблемы финансирования мусульманских ассоциаций, что, безусловно, обусловило трудности для создания исламской инфраструктуры в стране. Правительство Испании не оказывает финансовой помощи религиозным учреждениям, за исключением тех, которые связаны с католической церковью. Имеющиеся противоречия между двумя организациями, входящими в Комиссию, препятствуют успешному проведению политики интеграции мусульман в испанское общество. Как упоминалось выше, соглашение регулирует вопросы, касающиеся образования. Например, пункт 10 этого документа предполагает введение в школьные расписания исламских предметов, а также регламентирует уровень квалификации преподавателей, их зарплату, их связь с различными образовательными центрами. В январе 1996 г. Исламская комиссия Испании опубликовала программу преподавания ислама в управляемых государством образовательных центрах. В марте того же года министерство образования и науки и представители Исламской комиссии по исламу подписали документ, регулирующий вопросы преподавания исламской религии в начальной и средней школах13. Однако между Федерацией Испании по исламским религиозным вопросам и Союзом Исламских общин Испании выявились разногласия по содержанию образовательных программ. В частности, Федерация предложила программу, привлекательную не только для мусульман, но и представителей других религий: она не ограничивалась изучением лишь основных принципов ислама, но и включала в себя проблемы истории и философии. Союз же выступал только за преподавание основных постулатов исламской религии. В конечном итоге была одобрена программа, предложенная Федерацией. В марте 1996 г. было достигнуто соглашение, по которому преподавательский состав должен назначаться Исламской комиссией Испании, государство же в свою очередь должно финансировать преподавателей в школах, если количество учеников-мусульман в ней составляет не менее 10 человек. В соглашении также оговаривались требования, предъявляемые к преподавателям – они должны быть мусульманами, владеть испанским и арабским языками.

В начале 80-х годов мусульманская инфраструктура Испании находилась на начальной стадии своего развития. В это же время начался процесс массовой миграции мусульман, преимущественно из Марокко. Это явилось следствием экономического роста. Закон об иммиграции 1985 г. открыл возможности для объединения семей мигрантов. После подписания соглашения между испанским правительством и Исламской комиссией Испании в 1992 г. социально-демографический профиль мусульманского населения страны изменился. В 2005 г. мусульманская община Испании, по официальным данным, достигла 800 тыс. чел. (однако реальное число на порядок выше) и стала принимать активное участие в общественно-политической жизни Испании. В 80-е годы в Испании наблюдался уверенный рост марокканских иммигрантов. Сейчас 90% мусульман в Испании – это марокканцы или испанцы марокканского происхождения. Также действуют общины мусульман из Алжира и Сенегала.

«Исламская комиссия Испании – организация, выполняющая функции представительного органа мусульманского сообщества страны, – нуждается в срочном реформировании», – заявил Мухаммад аш-Шайиб, депутат парламента Каталонии, выходец из Марокко, выразив мнение многих испанских последователей ислама, сообщает IslamOnline. Исламская комиссия была сформирована в 1992 г., когда мусульмане составляли незначительную часть населения Испании. Однако с ростом их числа изменились и потребности, а вместе с ними – и задачи, стоящие перед органом, призванным защищать интересы адептов ислама. Кроме того, настаивает аш-Шайиб, в демократической стране членов такого органа, как Исламская комиссия, обязаны избирать, а не назначать правительством, как это происходит в настоящее время. Помимо этого, в нее должны входить представители более широкого спектра мусульманских организаций Испании.

Довольно значительная часть мусульман-мигрантов Испании не имеет гражданства, что делает невозможным их участие в политической жизни страны. Некоторые группы, состоящие из новообращенных мусульман, появились в Испании. Например, Исламская община Андалусии, Исламская община Севильи, Ассоциация мусульман Кордовы. Все эти организации политической направленности. Их основная цель – объединить быстрорастущую мусульманскую общину Испании для улучшения условий их проживания в стране, а также использовать их голоса для давления на власти. Следует заметить, что наибольшую политическую активность мусульмане проявляют в испанских анклавах в Северной Африке Мелилье и Сеуте, они стремятся создать свои независимые религиозные и политические организации. Некоторые политические партии Испании даже оказывали содействие мусульманским общинам в формировании ими мусульманских политических блоков для того, чтобы получить их голоса на выборах. Например, в 1987 г. Социалистическая партия Испании поддержала создание Независимой испано-берберской партии (хотя партия не принимала участия в выборах). В Мелилье в ходе подготовки к региональным муниципальным выборам в 1995 г. также были предприняты попытки создания «осевых партий», призванных увеличить шансы на успех крупных политических блоков страны. Местными бизнесменами было профинансировано создание политического блока «Партии Мелильи». За голоса мусульман активно вели борьбу Социалистическая и Народная партии Испании, которые поддерживали создание мусульманских партий, чтобы обеспечить себе успех на выборах. В период с 1995 г. по 1999 г. местные власти, связанные с Народной партией, помогли объединить Коалицию Партии Мелильи, которая ориентировалась на социальную интеграцию, проблемы занятости, вопросы образования среди мусульманских общин. За 4 года этой политической партии удалось укрепить свои позиции среди мусульманского населения региона14.

Теракты в Мадриде 11 марта 2004 г. положили новый этап во взаимоотношениях мусульманской общины и правительства Испании. Министерство Внутренних дел ужесточило контроль над религиозными общинами с целью предотвращения экстремистской деятельности. И хотя глава МВД не акцентировал внимание на мусульманских организациях, тем не менее некоторые исламские ассоциации выступили с протестом на действия властей. Но в целом ужесточение контроля было воспринято положительно. Например, лидер Союза исламских общин Испании согласился, что необходимо вести борьбу со «всеми радикалами, независимо от религии и политической идеологии». Ассоциация марокканских рабочих также поддержала правительство и предложила правительству сформировать демократически избранный Исламский Совет по французской модели, чтобы предотвратить распространение радикальных исламистских идей в стране. Лидеры Ассоциации заявили, что укрепление саудовского влияния на мусульманскую общину Испании не только опасно, но и не отражает мнения большинства марокканских мусульман, следующих маликитскому мазхабу ислама.

Весной 2004 г. правительство Испании усилило сотрудничество с Марокко в борьбе против экстремизма. Министр юстиции в ходе официального визита в Марокко встретился с министром по религиозным связям Марокко, где обсуждались вопросы сотрудничества двух стран в борьбе с терроризмом. Марокко, в свою очередь, также проявило интерес к новой стратегии институционализации ислама в Испании. И в апреле 2004 г. трое представителей Федерации Испании по исламским религиозным вопросам были приглашены в Марокко для встречи с министром по религиозным связям. Это вызвало настороженность среди мусульманских ассоциаций Испании, т.к. усиление «марокканского ислама» может вызвать упрочение позиций маликитского мазхаба, доминирующего в Марокко. Эти опасения небезосновательны, т.к. марокканские исламские организации, апеллируя к историческому исламскому прошлому Испании, настаивают именно на том, чтобы ислам в Испании был маликитского толка. В конце 2004 г. социалистическое правительство Испании выступило инициатором новой фазы переговоров с Исламской комиссией Испании, в результате чего в январе 2005 г. был сформирован «Фонд Плюрализма и Свободы религии», чтобы представить новые религиозные мусульманские организации, возникшие в 90-х годах, финансировать мусульманские ассоциации в подготовке ими имамов15. Дело в том, что новые волны мигрантов в Испанию были представлены главным образом марокканцами, также в стране возникли общины выходцев из Сенегала и Пакистана. Таким образом, нынешняя ситуация несколько иная, чем была в 1992 г., когда с правительством было подписано Соглашение. Автор книги «Марокканцы в Испании» Мартин Муньос пишет, что появляются новые марокканские религиозные лидеры, которые успешны в бизнесе, многие получили образование в Испании и «они лучше приспособлены к преодолению тех трудностей, с которыми сталкиваются мигранты-мусульмане в повседневной жизни». «В начале их лидерство было неформальным, однако затем приобрело законный статус путем создания ассоциаций. Поэтому марокканские мусульманские общины часто возглавляются людьми, далекими от религии, они действуют независимо и децентрализовано»16.

Исламскую комиссию Испании, образованную двумя основными организациями мусульман страны раздирают прежде всего внутренние противоречия. Мансур Эскудеро действовал в интересах Федерации Испании по исламским религиозным вопросам, а Рия Татари отстаивал позиции Союза Исламских общин Испании. Имам мечети в Гранаде негативно отзывается о деятельности Исламской комиссии Испании. Он заявляет, что мусульмане в ней очень слабо слышны, а руководители комиссии не защищают интересы мусульман, а «представляют структуру, которую они создали…, все, что они сделали – это использовали демократическую систему, чтобы представить себя». Критика в адрес Исламской комиссии Испании в основном касается слабой связи с мусульманами на местных уровнях, отсутствия марокканцев в руководстве Комиссии. Однако несмотря на это, 75% мусульманских организаций страны относятся либо к Союзу, либо к Федерации. Позиции Союза исламских общин Испании наиболее сильны в северных и центральных районах страны, а Федерации Испании по исламским религиозным вопросам – в Андалусии и Мадриде17.

В 2003 г. известный идеолог радикального исламизма Юсуф аль-Аири написал книгу «Ирак аль-Джихад: Аамаль ва Ахтар» («Джихад в Ираке: надежды и угрозы»). В ней автор анализирует политическую ситуацию в некоторых европейских странах, вероятность изменения политического климата Великобритании, Испании, Польши в связи с событиями в Ираке.

Автор книги детально рассматривает политическую ситуацию в Испании. Он отмечает, что мусульмане Испании, которых там более полумиллиона, играют значительную роль в стране. Ю. Аири напоминает, что перед началом войны в Ираке улицы крупных городов Испании напоминали «интифаду» в Палестине, более миллиона человек устроили демонстрации протеста в Мадриде. Юсуф аль-Аири анализирует также политическую расстановку сил в стране. Например, полагает, что социалистам и объединенным правым, выступающим против войны, иракский кризис дает возможность привлечь голоса избирателей. Однако он напоминает: несмотря на то, что демократии в Испании уже около 400 лет, она тем не менее еще не достигла того уровня, какой существует в Великобритании. В отличие от Великобритании, где Тони Блэру фактически пришлось оправдываться за ту ложь, которая прозвучала из его уст накануне ввода войск в Ирак, в Испании этого не произошло. События в Ираке никак не отражаются на политической жизни страны. В отношении Испании Юсуф аль-Аири говорит, что самый эффективный способ заставить власть вывести войска из Ирака – нанести удары, которые своей разрушительной силой потрясут общественное мнение Испании. При этом необходимо обеспечить этим акциям информационную поддержку, которая даст наглядную картину происходящих событий в Ираке. Все это необходимо было сделать до всеобщих выборов в Испании. Так оно и произошло. Испании, несмотря на ее относительную экономическую слабость, автор придает важное значение, так как у этой страны самый низкий уровень заинтересованности в войне, а значит, с нее следует начать вывод войск, а затем, глядя на нее, остальные европейские страны последуют ее примеру18.

Автор считает, что «новый мировой порядок подобен паутине, в которой пересекаются экономические, политические интересы различных стран, и часто достаточно легкого ветерка, чтобы разрушить эти взаимосвязи». Исходя из этого, и строится стратегическая линия современного движения джихада. В формулу глобальной борьбы с Западом современные исламисты вводят различные переменные. Главный акцент в настоящее время они делают на общественное мнение, увеличение военных расходов стран, участвующих в оккупации мусульманских государств, рост мировых цен на нефть.

Власти Испании бьют тревогу в связи с быстрым распространением исламизма в тюрьмах страны.

Известный испанский судья Бальтасар Гарсон говорит, что испанские тюрьмы, равно как и тюрьмы других государств, стали питательной средой для радикальных исламистских групп19. Директор Института проблем национальной безопасности Испании Хуан Авилес отмечает, что «в тюрьмах находятся люди, которые молоды, отчуждены, у них жажда приключений и рискованных дел, они чувствуют, что их жизнь проходит впустую, – это сырье для превращения их в террористов». Сейчас каждый десятый заключенный в Испании – мусульманин, причем их число увеличивается. Если в 2000 г. в тюрьмах содержалось 45 тысяч мусульман, то теперь их уже 60 тысяч. Власти принимают меры для того, чтобы лиц, обвиняемых в участии в радикальных исламистских группировках, отделить от остальных заключенных. Серьезность проблемы подчеркивает генеральный секретарь Исламской комиссии Испании Мансур Эскудеро. В частности, он говорит, что заключенные-мусульмане являются самой влиятельной группой во всех тюрьмах страны. Среди них много тех, кто участвовал в деятельности исламистских группировок, и именно они могут ускорить процесс радикализации остальных, осужденных за мелкие преступления20.

Изготовитель взрывного устройства для теракта в Мадриде в марте 2004 г. Жозе Эмилио Суарес был заключен в тюрьму за сбыт наркотиков в 2001 году. В ту же тюрьму был помещен Джамал Ахмидан, марокканец, проживающий в Испании, который был членом марокканской радикальной исламистской организации «Такфир ва-ль-Хиджра»21. Оказавшись в тюрьме, Ахмидан вовлек в свою деятельность Жозе Эмилио Суареса. После освобождения оба стали активно участвовать в различных операциях, проводимых «Такфир ва-ль-Хиджра». Главным образом они занимались сбором финансов, в основном за счет сбыта наркотиков. Здесь и пригодились знакомства с наркодилерами и знание каналов транспортировки, которыми обладал Жозе Эмилио Суарес. Позже Ахмидан руководил ячейкой, которая организовала теракт в Мадриде, а Суарес изготавливал бомбы.

Другой участник теракта в Мадриде, Имад ад-Дин Баракат Яркас, – руководитель ячейки «Аль-Каиды» в Испании. Известно, что он находился в тюрьме с 2001 г. по подозрению в причастности к теракту в США 11 сентября. Следствием установлено, что в июне 2003 г. Яркаса посещал в тюрьме член радикальной исламистской группировки Валид аль-Масри, в квартире которого недалеко от испанской столицы проходила сборка взрывных устройств для терактов в Мадриде. Следствию удалось выяснить, что в тюрьме намечалось устроить теракты около Национального верховного суда Испании. Чтобы уничтожить террористическую сеть, спецслужбы страны провели рейды в восьми тюрьмах, в которых были арестованы 10 заключенных. Через десять дней были арестованы еще пятеро заключенных22.

Проблема в том, что исламисты-радикалы есть в каждой тюрьме страны. Радикальные исламистские группы готовят своих членов таким образом, чтобы они продолжали борьбу и в местах заключения. Например, в одной из тюрем Испании было изъято обращение, в котором говорится: «Братья в горах сражаются пулями и бомбами, а те, кто в тюрьмах, ведут джихад против неверных, проповедуя ислам сердцем, языком и ручкой»23.

«Салафитская группа проповеди и джихада» (СГПД) активно действует в Испании. Ряд контртеррористических операций, проведенных спецслужбами Испании, показали наличие в стране радикальных исламистских группировок. Особую настороженность властей вызывает деятельность радикальных исламистов в Мелилье и Сеуте – городах в Марокко, которые вместе с прилегающими территориями образуют полуанклавы, находящиеся под управлением Испании. После терактов в Мадриде в 2004 г. испанские власти провели аресты нескольких десятков исламистов в Мелилье, Сеуте и Андалусии. В начале 2007 г. марокканские власти ликвидировали ячейку, состоящую из 62 человек. Согласно обнародованным данным, ячейка была связана с международными исламистскими террористическими структурами: «Аль-Каидой», «Салафитской группой проповеди и джихада», а также получала от них финансовую помощь. В результате слияний группировок в Испании и странах Магриба угроза региону резко возрастает. Отмечается также, что группировки активно участвуют в переправке своих боевиков в Ирак, которые по возвращении будут представлять дополнительную угрозу для внутренней стабильности в Испании и странах Магриба. С огромным числом мигрантов из стран Магриба в Испанию проникает все больше радикалов-исламистов, которые прочно обосновались на юге страны24. ислам испания мусульманин иберийский

Радикализации мусульман Испании способствует и большое количество радикальных исламистских центров и мечетей. Недавно был подготовлен отчет, в котором говорится, что в стране около 600 мечетей и исламских религиозных центров, из них приблизительно 10% проповедуют радикальный ислам25.

Таким образом, непосредственная близость Магриба к Испании, наличие таких анклавов, как Сеута и Мелилья, могут представлять серьезную угрозу для страны. В декабре 2006 г. испанской прессой были обнародованы детали доклада, подготовленного спецслужбами нескольких стран Евросоюза: Испанией, Францией, Германией и Великобританией. В нем говорится о приблизительно двух сотнях человек, постоянно проживающих в странах Европы, которые прошли подготовку в лагерях СГПД и в Ираке, большинство из них является выходцами из стран Северной Африки. Министр внутренних дел Испании Антонио Алонсо заявил, что сеть «Аль-Каиды» в южных регионах страны разделена на три группы: ячейки планирования операций, ячейки тех, кто занимается вербовкой боевиков для участия в войне в Ираке и Афганистане, и ячейки, которые изготавливают фальшивые документы. Алонсо также заявил, что они тесно сотрудничают с «Аль-Каидой» в Ираке. Спецслужбы Испании считают, что свой след оставил на юге Испании известный идеолог радикального исламизма Абу Мусаб ас-Сури, который в 90-х годах жил несколько лет в г. Гранаде. В этот период Ас-Сури вывел на ряд активистов и курьеров «Аль-Каиды» несколько местных радикальных группировок. Власти также выявили ряд ячеек, в обязанности которых входило снабжение радикальных исламистских групп. Эти ячейки также активно функционировали в Сеуте, Мелилье и городах юга Испании. Также удалось подтвердить прочную связь между некоторыми террористами, причастными к теракту в Касабланке в мае 2003 г., и имамами некоторых мечетей юга Испании.

В Андалусии приблизительно 100 мечетей, здесь проживает около 250 тыс. мусульман. Однако из-за наплыва мигрантов растет количество незарегистрированных молельных комнат. Основной причиной радикализации мигрантов-мусульман юга Испании является то, что радикальные исламистские группы, а также отдельные активисты-радикалы используют нелегальные каналы транспортировки людей, чтобы переправиться в Европу. Это своего рода перевалочный пункт для них. Скрываясь от преследований властей на родине, они ведут здесь проповедническую и вербовочную работу.

Аресты, проведенные по всей стране испанскими спецслужбами, показали, что радикальные группы в Испании постоянно эволюционируют. Во-первых, специалисты отмечают, что в последнее время группировки стали многонациональными с преобладанием выходцев из стран Магриба – марокканцев и алжирцев. Когда в 90-е годы впервые была отмечена активность «Вооруженной Исламской группы», «Салафитской группы проповеди и джихада», отмечалось, что по национальному составу они были гомогенны и состояли из алжирцев. Алжирцы считали марокканцев слабыми, трусливыми и ненадежными. Марокканцы же рассматривали алжирцев слишком воинственными. Основные причины того, что группировки становятся многонациональными, – глобализация джихада и ужесточение контртеррористических мероприятий со стороны властей. Глобализация джихада приводит к расширению фронта и масштаба проводимых акций, которые отодвигают на второй план прежние форматы борьбы в рамках национальных границ Марокко, Алжира. Теперь их цели стали более масштабными. С другой стороны, «Аль-Каида» использует военный и кадровый потенциал группировок из Северной Африки.

В 70-е годы, после более чем 500 лет затишья и после свержения диктатуры Франко, ислам начал свое медленное возвращение на испанскую землю. Конституция 1978 г. положила конец монополии католичества, длившейся пять столетий. Следует отметить, что до терактов 2004 г. мусульманская община, несмотря на некоторые трудности, динамично развивалась. Даже сейчас 80% мусульман Испании, согласно опросам, проведенным исламскими изданиями, чувствуют себя «принятыми испанским обществом»26. По данным профессора одного из ведущих университетов Мадрида Луиса Фернандо Вильшеца, интеграция мусульман хотя и проходит с некоторыми трудностями, тем не менее только каждый десятый мусульманин страны считает себя маргиналом. После терактов в Мадриде, безусловно, отношение коренных испанцев к последователям исламской религии заметно ухудшилось. Так, например, если в 2005 г. 46% жителей Испании положительно относились к исламу, то в настоящее время их численность составляет 29%27. С общими экономическими трудностями сталкиваются не только мусульмане, т.к. Испания является одной из стран ЕС с наибольшим уровнем безработицы – это общая тенденция. Испания окончательно превращается в страну, где иммигрантам отведена роль чернорабочих. Любая более-менее «чистая» работа зарезервирована за испанцами28. Для «отсечения» иностранных кандидатов на подобные рабочие места им предъявляются требования наличия гражданства, хорошего владения языком, профессионального опыта (при этом учитывается лишь тот, который получен в Испании). Присутствие мусульман в Испании – уже свершившийся факт. Многие исследователи говорят о «возвращении ислама» в страну. Решается вопрос сообщества испанских мусульман о преобразовании статуса мечети в Кордове (которая была превращена в католический собор после захвата города христианскими королями в 13 веке и недавно объявлена ЮНЕСКО мировым культурным наследием) – в здание, предназначенное для сугубо религиозных целей, где католики и мусульмане смогли бы проводить свои поклонения. Как было показано выше, само географическое положение Испании способствует проникновению сюда радикальных исламистов, которые не только занимаются здесь вербовкой молодых людей в ряды экстремистских группировок и сбором средств на войну в Ираке, Афганистане, но и проводят теракты, что, безусловно, даже с оглядкой на богатое исламское прошлое не способствует скорейшей интеграции мусульман в стране.




Литература



1 Ланда Р.Г. История арабских стран. М.: Восточный университет, 2005, с. 49.

2 Д.Чанц. Науки Аль-Андалус.

http://www.islamua.net/gazeta/1203/andaluz.shtml

3 Ланда Р.Г. История арабских стран. М.: Восточный университет, 2005, с. 52.

4 Lane – Poole S. The Moors in Spain. Fisher Unwin.London, 1888.

5 Hillenbrand R. Granada, dictionary of the Middle Ages. N.Y., 1980, с. 651–653.

6 Scott S. history of The Moorish Empire. Philadelphia, 1904, Vol. III, с. 446.

7 Kamen H.: Spain: 1469–1714; Longman; London; 1983, с. 176.

8 Scott S.P.: History of the Moorish Empire; The Lippincot Company, Philadelphia, 1904, voI. III, с. 225.

9 Irving T.B.: Dates, Names and Places: The end of Islamic Spain; in Revue d'Histoire Maghrebine; № 61–62; 1991; с. 77–93.

10 Dietz G. Friontier hybridization or culture clash? Transnational migrant communities and sub-national identity politics, in Andalusia, Spain. Journal of Ethnic and Migrations Studies, 30,6, 2004, с. 1087–1112.

11 Arigita E. Representing Islam in Spain: Muslim Identities and The Contestation of Leadership. The Muslim World. 2006, № 4, с. 569.

12 Shireen T. Hunter. Islam, Europe’s Second Religion. The New Social, Cultural, and Political Landscape. London, 2002, с. 167–168.

13 Shireen T. Hunter. Islam, Europe’s Second Religion. The New Social, Cultural, and Political Landscape. London, 2002, с. 169.

14 Shireen T. Hunter. Islam, Europe’s Second Religion. The New Social, Cultural, and Political Landscape. London, 2002, с. 171.

15 Arigita E. Representing Islam in Spain: Muslim Identities and The Contestation of Leadership. The Muslim World. 2006, № 4, с. 576.

16 Gema Martin Munoz. Moroccans in spain. Madrid. 2003, с. 113–116.

17 Arigita E. Representing Islam in Spain: Muslim Identities and The Contestation of Leadership. // The Muslim World. 2006, № 4, с. 570.

18 Юсуф аль-Аири. Ирак аль-Джихад: Аамаль ва Ахтар, 2003, б.м.

19 Renwick McLean. Spanish Prisons Provide Pool of Recruits for Radical Islam // The New York Times, USA 31.10.2004.