Юридическая ответственность

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«САРАТОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ АКАДЕМИЯ ПРАВА»

Институт Юстиции























«ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ»

дипломная работа на соискание квалификации

«дипломированный специалист-юрист»

















САРАТОВ 2004




Оглавление



Введение

1. Понятие и социально-правовая природа ответственности. Признаки, понятие и основные принципы юридической ответственности

§ 1. Понятие и социально-правовая природа ответственности

§ 2. Признаки юридической ответственности, её понятие и основные принципы

§ 3. Основания юридической ответственности.

2. Обстоятельства, исключающие противоправность деяния и юридическую ответственность

3. Функции юридической ответственности и её виды

§ 1. Функции юридической ответственности

§ 2. Виды юридической ответственности

§ 3. Позитивный аспект правовой ответственности

4. Соотношение юридической ответственности с санкцией правовой нормы и методами государственного принуждения

§ 1. Юридическая ответственность и санкция правовой нормы

§ 2. Юридическая ответственность и иные методы государственного принуждения

Заключение

Список использованной литературы




Введение



Проблема юридической ответственности в настоящее время стоит достаточно остро. Причин тому множество, но основная из них – это распад Советского Союза как единого государства. А так как государство неразрывно связано с правом, то распад Советского Союза вызвал, соответственно, прекращение существования целостной советской правовой системы. И хотя Российская Федерация официально объявила себя правопреемницей СССР, в статье 1 Конституции РФ 1993 года записано, что Российская Федерация является демократическим правовым государством. Ранее действовавшая Конституция СССР такого положения не содержала, как и предыдущие Основные Законы Советского Союза.

Юридическая же ответственность – институт, наиболее тесно связанный с процессом применения права, а именно с юридической квалификацией деяния независимо от его правомерности или неправомерности.

В то же время именно в отношении института юридической ответственности возникает ряд проблем как теоретического, так и практического характера. Бесспорно то, что юридическая ответственность является неотъемлемым институтом любой отрасли права, имея в каждой из них свою специфику. Проблемными же в данном случае выступают следующие моменты:

Социальная и правовая природа юридической ответственности.

Соотношение юридической ответственности и других мер государственного принуждения.

Функции юридической ответственности, их соотношение с её целями и задачами.

Юридическая ответственность и санкция правовой нормы.

Проблемы оснований юридической ответственности.

В настоящее время однозначного ответа на эти вопросы не существует, так как не выработано единого подхода к понятию и содержанию юридической ответственности, который отвечал бы реально существующей действительности и провозглашённым Конституцией Российской Федерации реалиям правового государства. Происходит становление новых видов юридической ответственности (конституционной, финансовой, налоговой), обладающих специфичностью функционирования и, как следствие, требующих исследования.

С точки зрения структуры в работе целесообразно выделить следующие главы:

		Понятие и социально-правовая природа ответственности. Юридическая ответственность в системе данного института.

		Обстоятельства, исключающие противоправность деяния и юридическую ответственность.

		Функции юридической ответственности и её виды. 

		Соотношение юридической ответственности с санкцией правовой нормы и с другими мерами государственного принуждения.




1. Понятие и социально-правовая природа ответственности. Признаки, понятие и основные принципы юридической ответственности



§ 1. Понятие и социально-правовая природа ответственности



Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека – обязанность государства. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данные положения закреплены в Основном Законе Российской Федерации. В главе 2 нашей Конституции перечисляются основные права и свободы, не подлежащие ограничению. К ним относятся, в частности:

Право на жизнь, а также на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Право на честь и достоинство, а также на их защиту.

Право на свободу и личную неприкосновенность.

Право на труд и социальное обеспечение.

Право на жилище.

Право на свободу мысли и слова, а также право на любую форму творчества и т.д.

В то же время положение статьи 17 Конституции о том, что права и свободы других лиц не должны нарушаться при осуществлении прав и свобод конкретного человека, подразумевает то, что каждый из нас отвечает перед другими людьми. Мы все несём ответственность за то, чтобы полноценное осуществление каждым из нас своих прав и свобод не мешало такому же полноценному осуществлению прав и свобод любым другим человеком. Подобная ответственность может быть различной – моральной, психологической, этической, юридической, социальной – но всё это будет именно ответственность. Что же она собой представляет, какова её сущность и как можно её определить?

В Словаре русского языка С.И. Ожегова содержится четыре значения понятия «ответственность»:

1. Ответственность – это облечённость правами и обязанностями в осуществлении какой-либо деятельности, в руководстве делами.

2. Ответственность – это высоко развитое чувство долга, отношение к своим обязанностям с усердием и рвением.

3. Ответственность – это и существенная важность, серьёзность чего-либо.

4. Наконец, ответственность представляет собой необходимость, обязанность отвечать за свои действия, поступки, быть ответственным за них.

Уже из изложенных определений можно сделать вывод, что ответственность – явление, имеющее социальную природу. Эта природа предопределена как общественным характером отношений, так и особенностями личности, её местом в системе данных связей. По природе своей человек – общественное существо: только при условии жизни в обществе может иметь место его полноценное развитие, проявление истинной природы.

Своеобразной связью, условием эффективного функционирования общественных отношений и выступает ответственность. Человек отчитывается за свои поступки не только и не столько перед самим собой, сколько перед теми, кто его окружает, кто зависит от него или от кого находится в зависимости он сам. Именно такая подотчётность окружающим делает ответственность социальной. Безусловно, человек может прожить и в одиночку, вне социума. Однако в подобном положении можно рассуждать об ответственности его перед самим собой, но вместе с тем нельзя вести речь о полноценном развитии такого человека как личности по нескольким причинам. Ведь ответственность, являясь социальной, формируется из нескольких составных частей. Ими являются:

1. Самосознание личности.

Самосознание есть выделение человеком себя из объективного мира, осознание своего отношения к миру, себя как личности, своих поступков, действий, мыслей, чувств, желаний и интересов. Это, можно сказать, интеллектуальная сторона ответственности: человек, во-первых, сознаёт, что он – это он и что он в данный конкретный момент поступает так, а не иначе. Во-вторых, человек понимает, что тот или иной поступок в определённых условиях может порождать последствия (необязательно негативные), обязанность предусмотрения и возможного предотвращения которых будет лежать на нём, а не на его окружении. 

2. Активность личности.

Только предпринимая определённые шаги для своего же полноценного и всестороннего развития, при условии осознания и оценки самого себя как личности, человек может достичь того уровня, при котором речь заходит о его способности отвечать за свои поступки, будь то действие или бездействие.

3. Инициативность личности.

Инициативность есть способность субъекта к новым формам деятельности, предприимчивость, а также руководящая роль при осуществлении каких-либо действий. Именно последнее подразумевает то, что личность может в полной мере отвечать за свои поступки и руководить ими. Такой же позиции придерживается законодатель, освобождая от уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) или руководить ими. И если лицо берёт на себя инициативу, можно говорить о возникновении двух аспектов ответственности – позитивном (действие, которым руководит личность, необходимо довести до конца) и негативном (наложение каких-либо санкций за прерывание такого действия). 

Яркими примерами проявления двух аспектов ответственности могут служить гражданско-правовые договоры, в частности, договор хранения. Если лицо, которому передана на хранение определённая вещь, в течение срока, предусмотренного договором, бережно относится к переданной вещи, ему по окончании срока договора хранения должно быть выплачено вознаграждение. Если же переданная вещь утрачена, повреждена либо обнаружена недостача, хранитель будет нести ответственность за подобные недостатки, если не докажет отсутствие своей вины в их возникновении (ст. 901, 401 ГК РФ).

4. Самоидентификация – отождествление человеком себя с собственной личностью, осознание своего «Я». Только когда субъект понимает происходящее вокруг него и в состоянии сказать об определённом действии (бездействии) «так поступил именно я», можно говорить о его ответственности именно за это конкретное действие.

5. Нормы поведения – объективно существующее, но необязательно формально закреплённое правило, которого по обычаю придерживается большинство людей. Именно нормы поведения являются первой предпосылкой для формирования юридической ответственности: во-первых, они помогают человеку на социальном уровне осознать, что есть «хорошо», а что есть «плохо». Личности на конкретных примерах дают понять, что за «плохо» она подвергнется осуждению в глазах окружающих (например, если ребёнок чем-то обидел маму, то родители, братья, сёстры и другие родственники не будут с ним разговаривать, пока он не загладит свою вину). Во-вторых, нормы поведения, закрепляясь в источниках права, служат непосредственным основанием для возникновения юридической ответственности за их нарушение. Так, например, часть 1 статьи 105 УК РФ «Убийство» содержит норму поведения, согласно которой никто не имеет права и не должен умышленно причинять смерть другому человеку. В случае же нарушения этой нормы (непосредственно совершения убийства) наступают негативные последствия, предусмотренные соответствующей санкцией. 

Из этого можно сделать вывод, что для возникновения ответственности необходимо наличие деяния, в какой бы форме оно ни выражалось. То есть, лицо, совершая (или не совершая) определённый поступок, должно предвидеть, как на такое его поведение отреагируют окружающие. 

Но как отдельно взятая личность человек является абсолютно свободным существом, имеющим неограниченное право самоопределяться, выбирать цели и средства своей деятельности и выступать тем самым в качестве сознательного и ответственного творца. Чем могущественнее человек, тем шире его возможности, тем значительнее благие (или не благие) последствия его выбора, тем больше его «авторство» в мире, но и тем более он обязан отвечать за свои поступки перед обществом, в котором он живёт. Ценность свободы состоит, прежде всего, в том, что она содержит в себе возможность целенаправленного освоения блага. С позиций гуманизма свобода рассматривается как характеристика очеловеченности жизни. Мера свободы определяется тем, насколько многообразны и упорядочены принятые человеком ценности, высоки приоритеты, велики внутренние возможности выбора целей и средств их осуществления, насколько человек достигает гармонии с собой, с окружающими, с природным миром и бытием в целом. Уровень свободы по утверждению представителей гуманизма во многом зависит от отношения к ней как к ценности: так, свободолюбие, решимость к самоопределению, к расширению ответственности – главный шаг на пути к росту свободы. Напротив, всякого рода сомнения, так поступить или иначе, стремление к бездействию с целью избежать ответственности уменьшают свободу. 

Мыслители, философствующие в русле экзистенциализма (Б. Паскаль, С. Кьеркегор, Ф.М. Достоевский, Н.А. Бердяев, М. Хайдеггер, Ж.-П. Сартр и др.), рассматривали свободу, прежде всего, как ответственность, неизбывную заботу человеческого существования. Свобода, согласно их суждениям, есть и основа достоинства человека, и тяжкое бремя, от которого можно избавиться, лишь отказавшись от себя, от подлинного решения своей жизненной задачи.

Эрих Фромм различает отрицательную и положительную свободу. Отрицательная («свобода от») – это независимость от чуждых человеку природных, общественных или иных сил, отсутствие внешнего, пресекающего волеизъявление, принуждения. Достигается эта свобода через изменение внешних обстоятельств (в борьбе за свободу, независимость, самостоятельность) или через изменение внутреннего настроя (борьба с собой, самоограничение, отказ от желаний и намерений, отдаляющих от высших целей). Так, в концепции прав человека (ведущей, начиная с Нового времени, идеи в западной гуманитарной мысли) непременной принадлежностью свободы считается единство личной независимости и самоограничения, проявляющееся в нераздельности прав и обязанностей личности. Согласно Декларации прав человека и гражданина 1789 года свобода состоит в возможности делать всё, что не приносит вреда другому человеку, и осуществление естественных прав каждого человека встречает лишь те границы, которые обеспечивают прочим членам общества пользование теми же самыми правами. 

Указанный принцип равной свободы (суверенности) людей органично связан и с принципом самоопределения личности, и с принципом ненасилия. Вместе с тем, существует иная трактовка «свободы от». Согласно ей, отрицательная свобода – это возможность выбора чего угодно, в том числе и зла. Но в рамках классической традиции европейской философии (античной, средневеково-христианской, новоевропейской) такого рода выбор относится не к свободе, а к произволу. Так, согласно суждениям Иммануила Канта свободной является только воля к добру.

Наряду с отрицательной «свободой от» выделяется свобода положительная, «свобода для». Она представляет собой самоосуществление через освоение мира, то есть преобразование неблагоприятных (чуждых или отчуждённых) обстоятельств в ситуации благоприятные (свои), наращивание многообразия и целостности личного существования. В этом духе строится идеал Просвещения – свободное развитие каждого как условие свободного развития всех. Без «свободы от» «свобода для» недостижима.

Свобода включает в себя две составляющих. Первая из них – внутренняя, в которой главное – свобода воли (самоопределение, автономия воли). Второй составляющей является внешняя, то есть свобода действия (волеизъявления, осуществления воли). Свобода слагается из взаимодействия многих факторов, поэтому возникает вопрос о её обусловленности, отношении к необходимости. 

Наиболее актуальной является проблема свободы воли, особенно остро встающая в теистических учениях при осмыслении взаимоотношения Божественной и человеческой воли. Детерминисты, отстаивающие идеи о причинной обусловленности человеческих намерений и поступков, понимают свободу как следование внешней, по отношению к человеческой воле, необходимости. Для объяснения того, как при этом можно что-либо ставить в вину или в заслугу человеку, некоторые философы отрицают свободу воли, но не свободу действия. Осознание того, что все поступки можно разделить на хорошие и плохие, что есть нормы, исполнение или неисполнение которых поощряется или осуждается, - влияет на волю, склоняя её в определённом направлении. Человек несёт моральную, юридическую, иную ответственность за свои действия по исполнению воли. Крайнее проявление детерминизма – фатализм является представлением о жёсткой, исключающей вероятность и случайность, предопределённости – судьбой, Божественной волей, цепью естественных причин – всех событий. Можно сказать, что фатализм сводит к нулю саму свободу. Так рассуждали самые яркие его представители – французский мыслитель XVI века Жан Кальвин и французский астроном, математик и физик XVIII-XIX веков Пьер Симон Лаплас. Фатализм, во-первых, подрывает основания для признания человека самостоятельным деятелем, совершающим ценностный выбор и несущим ответственность только за то, что человеком совершено. Ответственность становится чрезмерной и, нося негативный характер, распространяется на все сферы жизни человека. Во-вторых, фатализм ставит под вопрос способность человека быть нравственным и, вообще, творческим существом. 

Таким образом, полюса детерминизма (всё неизбежно) и индетерминизма (всё случайно) совпадают в том, что оба не оставляют места свободе. Поэтому большинство мыслителей располагают свободу между этими полюсами. Признавая такое явление, как необходимость, они не отождествляют её с неизбежностью. Необходимость имеет вероятностный характер, поэтому человек может выбирать между возможностями, устанавливать в соответствии со своими идеалами, а также знаниями о собственных границах и закономерностях внешней действительности, свой порядок жизни, встраивая его в порядок мира. Иными словами, насколько у каждого человека будет развито чувство ответственности перед самим собой и перед окружающим миром зависит не только от него самого, но и от того, в каких условиях, в какой среде он формировался как личность. Соответственно, чем более благоприятными являются такие условия, тем более ответственным будет человек, независимо от того, о правовой ли ответственности идёт речь, либо об ответственности иного характера.



§ 2. Признаки юридической ответственности, её понятие и основные принципы



Юридическую ответственность называют одной из разновидностей ответственности социальной, и на это имеются все основания: во-первых, как уже было сказано, человек живёт и развивается в социуме, рядом с такими же людьми, как и он. Соответственно, на него распространяются все те виды ответственности, которыми ограничены в своих поступках другие члены общества. Одним из таких видов ответственности является ответственность правовая. Но так как существует ряд специфических признаков, присущих только ей, место юридической ответственности в иерархии института ответственности в целом является наиболее значимым. Признаками, позволяющими придать приоритет юридической ответственности, являются следующие обстоятельства:

	Правовая ответственность и только она основывается на особых общеобязательных, формально определённых правилах поведения, установленных либо санкционированных государством и направленных на урегулирование общественных отношений – нормах права, что не свойственно ни одному другому виду ответственности. Кроме того, ей присущи такие черты, как формальная определённость, чёткость и детализация.

	Исходя из того, что юридическая ответственность основывается на нормах права, которые устанавливаются только государством, можно сделать вывод о том, что юридическая ответственность гарантируется государством, так как оно, устанавливая указанные нормы, принимает на себя обязательство контролировать их соблюдение. Если же кто-либо нарушает установленные государством правила поведения, только оно вправе принять адекватные меры по отношению к нарушителю. 

	Юридическая ответственность как особый правовой институт обеспечивается своеобразными методами – государственным принуждением (в случае, если речь идёт об ответственности негативного характера) или государственным убеждением (если говорить о позитивной ответственности в форме, например, гражданского долга). Исходя из этого, можно сделать вывод, что негативная юридическая ответственность может применяться только специально уполномоченными органами, которым дано право использовать государственное принуждение.

	Юридическая ответственность своими последствиями влечёт либо государственное одобрение, поощрение - в случае, если речь идёт об общественно полезном поведении (позитивная ответственность), либо осуждение и наказание, если говорить о поведении отрицательном, антисоциальном (негативный аспект юридической ответственности). 

	Данный вид ответственности является единственным осуществляемым в специально предусмотренной форме – процессуальной. Именно этот признак придаёт юридической ответственности такую черту, как обоснованность, так как юридический процесс (уголовный, гражданский, арбитражный) в настоящее время носит в основном письменную форму, несмотря на сохранение элемента устности в некоторых его видах.

	Юридическая ответственность является единой, но имеет две формы реализации. Речь идёт о добровольной форме реализации юридической ответственности (деятельное раскаяние, примирение с потерпевшим, добровольное возмещение вреда и т.п.) и форме принудительной, которая начинает реализовываться только тогда, когда лицо, привлекаемое к ответственности, отказывается добровольно загладить причинённый вред (при условии, что добровольное возмещение вреда является возможным).

Приведённый перечень признаков юридической ответственности не является исчерпывающим, так как до настоящего времени ведутся споры даже о понимании данного института. 

В советское время можно было проследить отождествление правовой ответственности с государственным принуждением, когда именно принуждение считалось основным признаком данного института. То есть, в советском праве данной проблемы преимущественно не существовало. Сегодня же одни учёные видят сущность юридической ответственности в применении к правонарушителю определённых санкций, другие – в претерпевании правонарушителем каких-либо социальных «неудобств», неблагоприятных последствий. Некоторые считают, что это особое правоохранительное отношение между государством и лицом, совершившим противоправное деяние, в рамках которого они ведут себя соответственно: государство, таким образом, выступает в роли субъекта, восстанавливающего нарушенное право. С иной точки зрения юридическую ответственность сводят исключительно к наказанию виновного субъекта, лишению его тех или иных благ. Согласно иному мнению, юридическая ответственность сводится к специфической обязанности отвечать за содеянное, загладить вред, причиненный обществу. Учитывая то, что речь идёт о негативном аспекте юридической ответственности, можно сказать, что в каждом из этих определений присутствует доля истины, так как в любом из них отражается важная сторона, грань, черта определяемого явления.

Суммируя изложенные определения, А.В. Малько делает вывод о том, что юридическая ответственность – это необходимость для виновного лица подвергнуться мерам государственного воздействия, претерпеть определённые отрицательные последствия, а также вид и мера принудительного лишения лица каких-либо благ. При этом речь может идти и о материальных (возмещение ущерба потерпевшему причинителем вреда), и о нематериальных благах (лишение свободы лица, совершившего преступление). Вместе с тем, позитивную юридическую ответственность А.В.Малько тоже не отрицает, хотя и признаёт её в настоящее время изученной гораздо слабее. 

Говоря о юридической ответственности как о целостном явлении, нельзя не коснуться её основных принципов. Принципами юридической ответственности являются её основные начала, положения, без которых она не только теряет главенствующие позиции в целостной системе ответственности, но и перестаёт существовать как правовое явление, утрачивает юридическую сущность. К таким основным началам относятся:

Принцип законности.

Принцип обоснованности.

Принцип целесообразности.

Принцип неотвратимости.

Принцип справедливости.

Принцип гуманизма.

Принцип законности представляет собой положение, согласно которому вся процедура возложения и реализации ответственности должна быть основана только на нормах и правилах, закреплённых в законодательных актах. Если же ответственность реализовывать не в рамках закона, а по принципу «око за око», это приведёт, в первую очередь, к формированию вседозволенности во всех сферах человеческой жизни и деятельности, а во вторых, сведёт к нулю все усилия общества, приложенные для построения правового государства.

Принцип обоснованности юридической ответственности – правило, в соответствии с которым привлечение того или иного лица к ответу за его поведение не только основывается на нормах права, но и подкреплено (по возможности) максимальным количеством доказательств, что именно данное конкретное лицо необходимо привлечь к юридической ответственности в данном конкретном случае. Необходимым является и наличие в совершённом правонарушении всех признаков его состава, а именно непосредственного нарушения определённого права и вины в этом нарушении лица, которого предполагается привлечь к юридической ответственности.

Целесообразность предполагает соответствие избираемой в отношении нарушителя меры воздействия целям юридической ответственности. Данный принцип означает и строгую индивидуализацию карательных мер в зависимости от тяжести совершённого правонарушения, свойств личности нарушителя, обстоятельств совершения правонарушения. Этот принцип также означает, что если имеется возможность достижения целей ответственности без её осуществления (например, при отсрочке исполнения приговора), ответственность может и не иметь места.

Принцип неотвратимости юридической ответственности есть требование того, чтобы ни один шаг, имеющий хотя бы самое малое значение для жизни и деятельности отдельного человека или всего общества, не мог не повлечь соответствующей реакции. А реакция может быть как положительной, если подобный шаг делается в соответствии с общепринятыми нормами и правилами, так и отрицательной, если что-либо совершается вопреки закону. Данное положение, таким образом, выводит нас к проблеме деяния и воздаяния за него, причём воздаяние в данном случае осуществляется не от имени конкретной личности или общества, а от лица государства на законодательном уровне. Так, статья 153 Трудового кодекса РФ предусматривает, что работа в выходные и праздничные нерабочие дни оплачивается не менее чем в двойном размере. А в статье 156 Трудового кодекса содержится положение о том, что частичный брак, допущенный при производстве продукции по вине работника, оплачивается по пониженным расценкам в зависимости от степени годности продукции, а полный брак по вине работника вообще не подлежит оплате.

Таким образом, в первом случае речь идёт о позитивной юридической ответственности, когда работник выполняет свои обязанности в выходные или праздничные дни, а во втором – о негативном аспекте данного явления (имеет место вина работника в производстве бракованной продукции). И в первом, и во втором случае ответственность наступит в обязательном порядке. Если же речь идёт о преступлениях или правонарушениях, важна не суровость наказания, а его неминуемость, неизбежность: все противоправные деяния должны раскрываться, а лица, виновные в их совершении, нести ответственность.

Принцип справедливости означает, что воздаяние должно соответствовать деянию. Иначе говоря, человек, совершающий геройский поступок, должен быть представлен к награде, если же речь идёт о негативном акте, тот, кто виновен в его совершении, должен понести наказание, соответствующее тяжести того, что он содеял. Причём справедливость в данном случае будет подразумевать и положение «одно деяние – однократное воздаяние» (то есть, недопустимость повторной ответственности за ранее совершённое правонарушение; хотя и награждение дважды за один и тот же положительный поступок тоже считается нецелесообразным), и принцип равенства всех перед законом и правосудием, также провозглашённый в различных отраслях права.

Принцип гуманизма применяется в основном в сфере негативной юридической ответственности и гласит, что наказание не может иметь своей целью причинение физических страданий, унижение человеческого достоинства виновного, оно должно учитывать смягчающие обстоятельства и мотивы правонарушения. Именно благодаря принципу гуманизма наше законодательство предусматривает возможность условного осуждения, освобождения от наказания, отсрочки от исполнения приговора, назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершённое правонарушение. Хотя если говорить о принципе гуманизма, например, уголовное законодательство, хотя и пошло по пути расширения составов преступлений (о чём свидетельствует редакция Уголовного кодекса от 8 декабря 2003 года), санкции правовых норм были ужесточены только в части размеров штрафа (за исключением ответственности за терроризм). 

Вместе с тем, независимо от вышеизложенных положений, для привлечения лица к любому из видов правовой ответственности необходимы определённые основания, без которых подобные действия будут не только неправомерными, но и нецелесообразными. Более того, в некоторых случаях сами эти действия будут влечь предусмотренную законом ответственность (например, привлечение заведомо невиновного лица к уголовной ответственности). Кроме того, нельзя не отметить появление в последнее время новых видов правовой ответственности, полноценное исследование которых только начинается.



§ 3. Основания юридической ответственности



Основаниями ответственности являются те обстоятельства, наличие которых делает ответственность возможной или необходимой, а отсутствие исключает её. Проблема оснований юридической ответственности носит не только и не столько нравственный и правовой характер, сколько имеет общественное и политическое значение, так как тесно связан с положением личности в данной политической системе общества, а также с состоянием законности.

В настоящее время активно идёт разработка проблемы оснований ответственности в гражданском, конституционном, административном и иных отраслях права. По данному вопросу только за последнее десятилетие XX века появилось достаточно большое количество литературы. Тем не менее, вопрос об основаниях ответственности остаётся наиболее разработанным в уголовном праве. Причина такого положения заключается, во-первых, в том, что данный вопрос разрабатывается ещё с советских времён и не претерпевает особо контрастных изменений даже в связи с реформированием уголовного законодательства. Во-вторых, чаще всего именно в уголовном праве неясность, нечёткость, неполнота решения вопроса об основаниях ответственности может повлечь весьма серьёзные последствия, устранить которые бывает можно далеко не всегда. 

Среди советских юристов было общепризнанно мнение, которое сегодня тоже не подвергается критике, что основанием уголовной ответственности является наличие в действиях лица всех признаков состава преступления, предусмотренного уголовным законом. И сегодня это мнение закреплено в уголовно-процессуальном законе, согласно которому уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае отсутствия в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24 УПК РФ).

Состав преступления представляет собой не только совокупность, но и строгую систему признаков преступления. Состав отражает характерные для преступления внутренние связи образующих его элементов. И заслуга науки уголовного права состоит именно в обнаружении единой общей структуры всех преступлений и построение на этой основе состава каждого преступления из четырёх основных групп признаков, характеризующих объект, объективную сторону, субъект и субъективную сторону преступления. Структурный характер состава преступления имеет принципиальное значение для квалификации, так как даёт возможность выработать некоторые общие её принципы.

Состав преступления представляет собой систему таких признаков, которые необходимы и достаточны для признания лица виновно совершившим общественно опасное деяние, запрещённое Уголовным кодексом Российской Федерации под угрозой наказания. Эти признаки необходимы в том смысле, что без наличия их полной совокупности лицо не может быть обвинено в совершении преступления, а потому и привлечено к уголовной ответственности. А достаточными эти признаки являются по той причине, что при их наличии нет необходимости устанавливать какие-либо дополнительные данные, чтобы иметь основания предъявить соответствующему лицу обвинение в совершении преступления.

Состав преступления, согласно В.Н. Кудрявцеву, можно назвать и своеобразной информационной моделью преступления определённого вида, закреплённой в уголовном законе. Подобная модель образуется в результате обобщения всех признаков данной разновидности. Внимание, таким образом, обращается на то, что человеку вменяется в вину конкретное физическое действие (бездействие), обладающее признаками, описанными в уголовном законе, которое было, по мнению представителей обвинения, совершено именно данным человеком. А так как ответственность за совершённое преступление наступает по определённой статье Особенной части Уголовного кодекса, только состав преступления следует считать необходимым и единственным основанием уголовной ответственности, а поэтому и юридическим основанием квалификации преступлений. 

Значение каждого конкретного состава преступления как основания уголовной ответственности состоит и в том, что он обеспечивает разграничение преступлений различных категорий. Но нельзя отрицать, что в Уголовном кодексе присутствуют и так называемые смежные составы, то есть близкие друг к другу по строению. В этом случае между ними должен быть как минимум один отличительный признак. Яркий пример подобной ситуации – статьи 174 и 1741 Уголовного кодекса. Конструкция норм обеих статей практически одинакова, однако в статье 174 речь идёт о легализации денежных средств или имущества, приобретённого преступным путём другими лицами, а в статье 1741 – о легализации денежных средств или имущества, приобретённого лицом в результате совершения преступления им самим. Подобный признак должен существовать обязательно, иначе станет невозможным отграничение смежных составов преступлений. 

Именно разграничительная функция составов в конечном итоге позволяет дифференцировать ответственность в зависимости от степени общественной опасности конкретных преступлений. Она же даёт возможность законодателю избрать наиболее эффективные правовые последствия для борьбы с данным видом преступлений. И признаков, которые не играли бы разграничительной роли, в составе преступления нет и быть не может. Если даже речь не идёт о разграничении самих составов преступления между собой, подобные признаки могут отделять конкретное преступление от иных правонарушений или общественно опасных действий. Так, нарушение правил пользования объектами животного мира может влечь как административную ответственность при нарушении правил охоты, рыболовства, а равно правил добычи водных биологических ресурсов (статья 8.37 Кодекса РФ об административных правонарушениях), так и ответственность уголовную (ст. 256–258 УК РФ). Разграничение проводится, в частности, по размеру причинённого ущерба: для признания деяния преступлением необходимо причинение крупного ущерба или массовый характер вредных последствий.

Что касается других видов негативной ответственности, можно сказать, что они наступают при одном условии – нарушении лицом законных прав и интересов другого лица, группы лиц или общества в целом. Таким образом, основанием иных видов правовой ретроспективной ответственности выступает правонарушение, то есть, поведение, противоречащее нормам права. Противоправность поведения выражается в том, что лицо, совершающее правонарушение, противопоставляет своё поведение нормам закона, как бы диктует свою собственную волю воле государства.

Правонарушение как основание юридической ответственности обладает следующими признаками, позволяющими отличить его от иных негативных (аморальных и т.д.) поступков:

1. Правонарушение - такое поведение людей, которое выражается в действии или бездействии. Не могут быть правонарушениями мысли, чувства и желания человека, его интеллектуальная деятельность, если они не воплотились в определенных поступках и не регулируются правом. Бездействие является правонарушением, если человек должен был совершить определённые действия, предусмотренные нормой права, но не совершил их (не оказал помощь пострадавшему).

2. Правонарушение - такое поведение человека, которое противоречит нормам права, то есть, направлено против тех общественных отношений, которые регулируются и охраняются этими нормами (таким образом, присутствует признак противоправности). То есть, подобное поведение направлено против интересов других лиц, находящихся под защитой закона. Вместе с тем, не все интересы человека охраняются законом, поэтому их нарушение не противоправно (самооборона). 

3. Правонарушениями считаются деяния только деликтоспособных людей. Деликтоспособность есть сознательный выбор определённой линии поведения и возможность предвидения социальных и индивидуальных последствий своих поступков. 

4. Виновность деяния как признак правонарушения представляет собой сознательное ответственное отношение человека к своим поступкам и окружающей действительности. Причём противоправное поведение лица при обстоятельствах, лишающих его выбора иного варианта поведения (самозащита), не является правонарушением. Противоправный поступок становится правонарушением, если в его совершении есть вина лица, действующего вопреки правовым предписаниям. 

5. Правонарушение влечет за собой применение к правонарушителю мер государственного воздействия.

6. Правонарушение - поведение, причиняющее вред обществу, государству, гражданам. Оно в силу своей противоправности может наносить ущерб как политическим, трудовым, имущественным, личным правам и свободам граждан, так и экономическим интересам организаций, боеспособности воинских подразделений.

Но, безусловно, главным отличием правонарушения от других деяний, носящих аморальный характер, является то, что именно правонарушение влечёт за собой юридическую ответственность, вид которой зависит от той сферы, где совершено правонарушение. В то же время нельзя не отметить, что существуют ситуации, в которых деяние лица содержит все признаки состава правонарушения (преступления), но от ответственности это лицо освобождается. Законодатель именует их обстоятельствами, исключающими преступность (или противоправность) деяния (глава 8 УК РФ, статьи 2.7 – 2.9 КоАП РФ). 




2. Обстоятельства, исключающие противоправность деяния и юридическую ответственность



Итак, ретроспективную юридическую ответственность влечёт за собой практически любое деяние независимо от его формы (действие или бездействие), если такое деяние противоречит правовым нормам. Это общее правило, закреплённое в отраслевом законодательстве. Однако существуют ситуации, когда деяние, предусмотренное административным или уголовным законом под угрозой наложения санкции (наказания) являются реакцией человека на нарушение его законных прав и интересов, а также законных прав и интересов других лиц, общества или государства. Естественно, что подобные ситуации являются чрезвычайными, а потому законодатель счёл необходимым выделить их из общей массы. Цель законодателя вполне понятна: то, что человек совершает в чрезвычайной ситуации, которая создаёт угрозу для него и его близких, он (человек) при условии нормального личностного развития никогда не совершил бы в обычной жизни, а потому ответственность в этих случаях должна быть исключена. К таким обстоятельствам законом были отнесены:

	Необходимая оборона – это ситуация, в которой происходит причинение вреда посягающему лицу при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, а также охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства. Закон оговаривает, что подобное общественно опасное посягательство должно быть сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Если имеет место подобная ситуация, необходимая оборона будет правомерной в любом случае. Когда же общественно опасное посягательство не сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, необходимая оборона будет правомерной при отсутствии превышения её пределов. Таковым же признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и общественной опасности посягательства. 

Вместе с тем, Федеральным законом от 8 декабря 2003 года №161-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» в статью 37 УК РФ введено положение о том, что не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения. Введение подобного положения в современных условиях не только обоснованно, но и абсолютно необходимо, так как большинство ситуаций, в которых имеет место необходимая оборона, развиваются именно по такому сценарию. Положительно и то, что право на необходимую оборону УК РФ 1996 года предоставляет в равной мере всем лицам, независимо от профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к органам власти. Данное положение служит дополнительной гарантией равенства прав граждан, закреплённого в статье 6 Конституции РФ. 

		Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление. Это обстоятельство исключает ответственность причинителя вреда при следующих условиях: 

задержание лица, совершившего преступление, должно осуществляться только в целях доставления его органам власти и пресечения возможности совершения этим лицом новых преступлений. 

причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, является правомерным, только если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным. 

не должно иметь место превышение необходимых для задержания мер. 

Превышением же, согласно части 2 статьи 38 УК РФ, признаётся явное несоответствие принятых мер характеру и степени общественной опасности совершённого задерживаемым лицом преступления и обстоятельствам задержания. То есть, при превышении указанных мер лицу без необходимости причиняется явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред. Не совсем корректна формулировка закона о том, что такое превышение влечёт за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда: как правило, при задержании лица, совершившего преступление, тот, кто его задерживает, должен понимать и осознавать свои действия. Поэтому причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, должно находить отражение на сознательном уровне, а потому является, прямо или косвенно, но умышленным. Вместе с тем, если бы в законе было указание, например, на степень тяжести вреда и на то, что вред причиняется, скажем, здоровью, вопрос о некорректности формулировки был бы снят.

		Крайняя необходимость. Данное обстоятельство по многим признакам сходно с необходимой обороной. Законодатель, раскрывая понятие крайней необходимости, указывает на три условия, при которых противоправное деяние не является правонарушением:

причинение вреда охраняемым законом интересам для устранения непосредственно угрожающей опасности. То есть опасность должна быть не мнимой, а реальной, и не в будущем, а в настоящий момент;

опасность, угрожающая охраняемым интересам, не могла быть устранена иными средствами, то есть, отсутствовала возможность избрать другие меры для защиты, не причиняющие вреда. Орган (должностное лицо), рассматривающий данное дело, с учетом конкретных обстоятельств должен решить вопрос о том, являлось ли совершение противоправного деяния единственной возможностью для предотвращения вреда;

причинённый вред должен быть менее значительным, чем предотвращённый. При оценке предотвращённого и причинённого вреда следует учитывать значимость интересов, которые защищались и которые были нарушены. Бесспорно, что интересы, связанные с жизнью, здоровьем человека, более значимы, чем имущественные интересы. Если речь идет об имущественных интересах, то здесь должен быть применён оценочный критерий - стоимость вреда предотвращённого и причинённого.

При наличии всех этих условий причинение вреда охраняемым законам интересам признаётся уполномоченным органом (должностным лицом) крайней необходимостью, не является правонарушением и, следовательно, ответственности не влечет.

		Физическое или психическое принуждение. Само по себе данное основание исключения юридической ответственности является достаточно интересным: законодатель так сконструировал норму части 1 статьи 40 Уголовного кодекса, что безусловным основанием освобождения от ответственности на практике осталось только физическое принуждение, вследствие которого лицо лишается возможности руководить своими действиями (бездействием). А представить такую ситуацию достаточно сложно, потому что если лицо лишается возможности руководить своими действиями, целесообразно говорить одновременно и о физическом принуждении, и о воздействии на психику принуждаемого человека. Вопрос же о психическом принуждении полностью поставлен в зависимость от крайней необходимости, как и вопрос с физическим принуждением, в результате которого лицо сохраняет возможность руководить своими действиями. Получается, что если при психическом принуждении, а также при принуждении физическом с сохранением возможности контроля над своими действиями крайней необходимости в причинении вреда нет, лицо будет привлечено к уголовной ответственности.

		Обоснованный риск. Данное обстоятельство исключает ответственность лица при одновременном наличии следующих условий:

цель, ради которой предпринимается обоснованный риск, должна быть общественно полезной.

обоснованность риска, то есть, невозможность достижения указанной цели не связанными с риском действиями.

лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым законом интересам.

Вместе с тем, даже при наличии всех указанных условий риск может быть не признан обоснованным. Имеется в виду случай, когда риск заведомо сопряжён с угрозой для жизни многих людей, экологической катастрофы или общественного бедствия. Таким образом, для обоснованного риска важно ещё одно обстоятельство – непредсказуемость последствий, которые могут наступить в результате предпринимаемых действий.

		Исполнение приказа или распоряжения. Особенность данного основания заключается в том, что законодатель, исключив ответственность непосредственного исполнителя приказа, возлагает её на лицо, отдавшее приказ, повлекший причинение вреда охраняемым законом интересам. Однако если исполнитель приказа не только осознаёт его незаконность, но и желает исполнить его, совершая умышленное преступление, такой исполнитель будет нести ответственность на общих основаниях. Неисполнение же заведомо незаконного приказа или распоряжения, наоборот, освобождает лицо от ответственности.

		Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (статья 2.8) одним из оснований для исключения ответственности лица называет его невменяемость в момент совершения правонарушения. Данное основание предусмотрено и в Уголовном кодексе (статья 21), но в части 2 этой статьи законодатель говорит о возможности назначения судом такому лицу принудительных мер медицинского характера. При этом под понятием невменяемости подразумевается невозможность физического лица осознавать фактический характер и противоправность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики. 

В рассматриваемом понятии, таким образом, названо два критерия невменяемости: медицинский и юридический. Первый указывает на различные формы болезненных расстройств деятельности психики. В статье перечислены четыре такие формы: 

хроническое психическое расстройство - когда динамика болезненного процесса имеет длительный характер и есть тенденция к прогрессированию (при шизофрении, эпилепсии, маниакально-депрессивном психозе и некоторых других заболеваниях); 

временное психическое расстройство - кратковременное расстройство психики человека, протекающее скоротечно и заканчивающееся выздоровлением, например, алкогольный психоз (белая горячка), реактивные симптоматические состояния, такие как патологический аффект, т.е. расстройство психики, вызванное тяжелым душевным потрясением; 

слабоумие - дефект психики, проявляющийся в слабости интеллекта, который может быть врождённым (олигофрения) или приобретённым в результате изменений мозга при различных заболеваниях - деменция; 

иное болезненное состояние психики - различные заболевания, которые сопровождаются временным расстройством психики, но не относятся собственно к психическим расстройствам.

Юридический критерий невменяемости состоит в отсутствии у лица способности осознавать фактический характер и противоправность своих действий (бездействия) - интеллектуальный момент и руководить ими - волевой момент. И уполномоченный орган (должностное лицо) при рассмотрении дела об административном правонарушении, должен установить состояние невменяемости на момент совершения правонарушения. Но так как для этого требуются специальные медицинские знания, данный орган (должностное лицо) обязан назначить специальные психиатрические экспертизы. И если физическое лицо – правонарушитель будет признано находившимся в состоянии невменяемости на момент совершения правонарушения, такое лицо подлежит освобождению от административной ответственности.

		Ещё одним основанием, исключающим ретроспективную правовую ответственность, является малозначительность совершённого деяния. Однако в отличие от предыдущих оснований, Кодекс РФ об административных правонарушениях содержит положение о возможности, а не обязательности освобождения от ответственности нарушителя в случае малозначительности совершённого административного правонарушения. Но понятие малозначительности не раскрывается. 

Уголовный кодекс РФ в ст.14 закрепляет положение о том, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. Как видно из этого определения, критерии малозначительности в уголовном законе тоже не установлены и потому поставлены в зависимость от степени общественной опасности деяния. Следовательно, речь идет о том, что такое деяние не является преступлением и именно потому не наступает уголовная ответственность.

Кодекс РФ об административных правонарушениях признает малозначительное деяние правонарушением, но предусматривает возможность освобождения от административной ответственности. Представляется, что малозначительность следует определять исходя из последствий правонарушения, а именно из того, насколько значителен размер причинённого ущерба или вреда. 

Поскольку ст.2.9 Кодекса устанавливает не обязанность, а возможность судьи, органа, должностного лица, уполномоченного решать дело об административном правонарушении, освободить лицо, совершившее правонарушение, от ответственности, то, соответственно, решение будет принято по усмотрению этого лица. Однако в данном случае усмотрение должно быть основано на учёте всех обстоятельств совершения правонарушения, оценке его последствий, личности правонарушителя, обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность. Лишь оценив всю совокупность указанных обстоятельств, уполномоченные органы и должностные лица могут принять решение об освобождении от ответственности. Освобождение от ответственности данная статья связывает с устным замечанием, которое уполномоченный орган или должностное лицо объявляют правонарушителю в связи с совершенным правонарушением. Устное замечание не влечет для нарушителя юридических последствий, но свидетельствует о неотвратимости государственного реагирования на противоправное поведение. Эта мера воспитательного воздействия направлена на то, чтобы лицо, совершившее правонарушение, осознало противоправность своего поведения и в дальнейшем не допускало подобного.

		Наконец, ещё одним основанием исключения ретроспективной правовой ответственности И.Н. Сенякин называет казус, понимая под ним те возможные общественные отношения, которые влекут нарушение определённых прав. Однако в силу многообразия таких отношений многие из них трудно заранее предусмотреть и закрепить законодательно. Именно поэтому под действие права они не всегда подпадают, а, следовательно, казус, как явление единичное, не влечёт правовой ответственности. 

Из вышеизложенного видна связь негативной правовой ответственности с наказанием за совершённое противоправное деяние. Однако такое наказание должно осуществляться в пределах санкций правовых норм. Следовательно, юридическая ответственность самым тесным образом связана с санкцией правовой нормы. Виды таких санкций могут быть различными в зависимости от характера правовой ответственности и функций, выполняемых ею.




3. Функции юридической ответственности и её виды



§ 1. Функции юридической ответственности



Активная роль правовой ответственности в жизни общества выражается в её функциях. Однако, что касается понятия функций юридической ответственности, вопрос до настоящего времени является весьма спорным. Некоторые авторы приводят совершенно противоположные определения данного понятия. Зачастую функции юридической ответственности отождествляются с её целями или принципами. Это может зависеть от нескольких факторов, главным из которых является различное понимание правовой ответственности.

Первым автором современного периода, попытавшимся рассмотреть правовую ответственность как целостное и многогранное явление с учётом изменений российского законодательства, стал Д.А. Липинский. Под функциями юридической ответственности он предложил понимать основные направления её воздействия на общественные отношения, поведение людей, мораль, правосознание, культуру, в которых раскрываются сущность и социальное назначение юридической ответственности. Это направления, через которые достигаются цели данного института. Отличительным их признаком является целевой характер, то есть, каждая функция юридической ответственности имеет конкретные цели, задачи, которые могут быть решены только с её помощью. Никакими другими функциями данных целей достичь невозможно.

В литературе можно найти следующие классификации функций правовой ответственности:

Карательная и правовосстановительная;

Превентивная, репрессивная, компенсационная, сигнализационная;

Штрафная, воспитательная, правовосстановительная, организующая;

Штрафная, превентивная, предупредительно-воспитательная; 

Штрафная, превентивная, компенсационная, воспитательная.

Но, выделяя указанные функции правовой ответственности, авторы данных классификаций не предлагали самого главного – оснований, по которым такие классификации ими проведены. Только в работах М.П. Трофимовой и И.А. Галагана были предприняты попытки выделить подобные основания. 

В работе «Административная ответственность в СССР» И.А. Галаган выделил в соответствии с целями юридической ответственности две группы её функций:

1. Организационные функции (защита общества, государства и личности от правонарушений, а также правовосстановительная, идеологическая, педагогическая и психологическая функции);

2. Специальные функции (штрафная, карательная, а также функция исправления, перевоспитания правонарушителя).

М.П. Трофимова, определяя функции юридической ответственности как основные направления воздействия норм юридической ответственности на общественные отношения, через которые достигаются её цели и проявляется назначение, приводит две классификации функций правовой ответственности, которые можно было бы назвать частью и целым относительно друг друга. В соответствии с более общей классификацией функции правовой ответственности делятся на общесоциальные и специально-юридические. При этом автор говорит о достаточной условности такой классификации, утверждая, что «право – явление социальное, и все его функции социальны». 

Во второй классификацией М.П. Трофимова выделяет в соответствии с задачами, стоящими перед правовой ответственностью следующие группы её функций:

Карательная, регулятивная, превентивная, восстановительная.

 Воспитательная.

Вместе с тем в указанной работе автор отождествляет функции юридической ответственности с её целями и задачами. Данные понятия близки по своей природе, но отнюдь не тождественны: функции юридической ответственности служат инструментом для достижения определённой цели, а цели, в свою очередь, могут выступать в качестве классифицирующего критерия функций правовой ответственности. Задачи же юридической ответственности – это внешний по отношению к функциям фактор, то, что необходимо решить при эффективном функционировании правовой ответственности. В процессе функционирования правовой ответственности её цели могут становиться задачами, а задачи – целями. 

Но если цель юридической ответственности в процессе функционирования становится задачей, это ещё не означает их отождествления. Д.А. Липинский полагает, что цель может преобразоваться в задачу только в результате эффективного функционирования. А появившийся результат функционирования правовой ответственности может выступать необходимым условием для разрешения задачи более высокого порядка и достижения перспективной цели.

Что касается общего перечня функций правовой ответственности, многие авторы включают в него следующие основные направления её действия:

Регулятивная функция.

Превентивная функция.

Карательная функция.

Восстановительная функция.

Воспитательная функция.

К элементам содержания функций можно отнести формальные и фактические основания, объекты и результаты воздействия, а также способы их осуществления. Но бесспорно то, что эти элементы находят в каждой из перечисленных функций своё, отличающееся от других случаев, выражение. Кроме того, даже подобное выражение будет различным в разных отраслях права.

Так, к содержанию регулятивной функции относится непосредственное регулирование правоотношений. Она призвана не допускать возникновения таких ситуаций, в которых имело бы место нарушение законных прав и интересов граждан. Она представляет собой обобщённое наименование двух функций – регулятивно-статической и регулятивно-динамической. Регулятивно-статическая функция выражается в воздействии права на общественные отношения путём их закрепления в определённых правовых институтах, а регулятивно-динамическая – в воздействии права на общественные отношения путём оформления их динамики. 

В других источниках внимание акцентируется на определении круга юридических фактов, способных вызвать определённые правовые последствия, в том числе наступление правовой ответственности. Но так или иначе регулятивная функция правовой ответственности призвана упорядочить реакцию государства на определённое поведение каждого конкретного субъекта. И способом её осуществления является, соответственно, фиксация в правовых нормах необходимого поведения, которое будет считаться правомерным и позитивным. Вариантами такой фиксации являются установление стимулов и ограничений, в качестве которых могут выступать соответствующие меры одобрения, запреты, обязанности, поощрения. Последние, кстати, есть наиболее наглядная, объективизированная мера добровольной правовой ответственности: с одной стороны они выступают в качестве меры ответственности, с другой поощрения – способ её же регулирования.

Основание возникновения регулятивной функции одно – наличие нормы права. Однако Д.А. Липинский считает, что для реализации данной функции необходимы, помимо формального (указанной нормы права), также фактическое (выражающийся в форме определённого поведения юридический факт) и процессуальное (решение компетентного органа) основания. Трудно не согласиться с ним в данном случае. Но необходимо учесть тот факт, что данное положение касается только негативного аспекта правовой ответственности, а в случае с ответственностью позитивной процессуальное основание будет иметь место не всегда: на мой взгляд, это будет зависеть от того, какие органы можно считать компетентными в применении мер позитивной ответственности, а какие – нет.

Существует и способ осуществления регулятивной функции правовой ответственности, в соответствии с которым в нормах права не устанавливается точных границ поведения, а указывается его общая правомерная направленность. В данном случае правовое предписание лишь требует реализации правомерного поведения на практике, устанавливая формулировками «несёт ответственность», «усилить ответственность», «повысить ответственность» и тому подобными санкции за нарушение этих норм. Таким образом, позитивными средствами стимулируется не только должное поведение субъекта, но и его инициатива, ответственность за порученное дело.

Следующей функцией правовой ответственности, но не менее важной, является превенция. Данная функция направлена на предупреждение преступлений, а потому объектом её реализации выступает воля и сознание лиц, склонных к совершению правонарушений, преступлений, то есть, деяний, находящихся в противоречии с нормами законодательства. Но некоторые учёные связывают воздействие превентивной функции со всеми лицами, а не только с теми, кто совершает противоправные действия. Это обусловлено, в первую очередь, разделением превенции на общую и частную. Общая превенция воздействует на неограниченное число действий и субъектов, их совершающих, а частная – на неопределённый круг субъектов, желающих совершить конкретный противоправный поступок. 

Непосредственное воздействие превентивной функции правовой ответственности складывается из суммарного действия на волю субъектов запрета и наказания за его нарушение. При этом субъект, на которого воздействует превенция, должен быть деликтоспособным. 

Способами осуществления превентивной функции выступает весьма специфический круг действий, характерных только для неё. Это, например, неотвратимое применение наказания за совершённое противоправное деяние, но это может быть и поощрение лица, совершившего преступление, если оно сотрудничает с правоохранительными органами и не осуществляет преступную деятельность в дальнейшем. То есть, в результате воздействия превентивной функции правовой ответственности формируется правомерное поведение, снижается количество нарушений закона, прекращается развитие социально вредных последствий правонарушений. 

Карательная функция правовой ответственности призвана наказать нарушителей закона за те осуждаемые правом поступки, которые были ими совершены. При этом у указанных субъектов могут быть существенно ограничены некоторые конституционные права и, как правило, появляется весьма широкий круг дополнительных обязанностей. Происходит, в конечном итоге, сужение правового статуса. А объект воздействия карательной функции тоже достаточно специфичен: в этом качестве выступает сознание правонарушителя. Если оно первоначально является деформированным, то осуществление карательной функции призвано его «исправить» до нормального, свойственного каждому законопослушному гражданину состояния. Такое исправление осуществляется, в соответствии с принципом гуманизма, не путём воздаяния «око за око», а с помощью порицания, выносимого личности по решению суда. И вместе с тем, одинаковая по содержанию и объёму кара может одним лицом восприниматься как нестерпимая боль, страдание, а другим – как ничего не указывающая мелкая неприятность.

Способами осуществления карательной функции наряду с осуждением являются фиксация в правовых нормах ограничений определённых прав, ликвидация коллективного или физического (при запрещении лицу, например, заниматься предпринимательской деятельностью) субъекта права, сужение имущественных, а также личных неимущественных прав.

Карательная функция правовой ответственности, в свою очередь, корреспондирует другому направлению данного института – восстановлению нарушенных противозаконной деятельностью прав. Необходимо отметить, что одно без другого является невозможным: если не было факта правонарушения, прав, которые следует восстанавливать карательным путём, тоже не имеется. И наоборот: если знать, что за нарушение норм закона последует кара, велика вероятность, что число правонарушений значительно сократится, а, значит, не будет нужды и восстанавливать определённые права. Таким образом, объектом восстановительной функции являются общественные отношения, правоотношения, а также отдельные элементы указанных отношений, но только в случае их нарушения, ведь вред, причиняемый отдельным элементам общественного отношения, ведёт к причинению вреда всему этому отношению.

Вместе с тем существуют определённые случаи, когда восстановление нарушенного общественного отношения невозможно. В таких ситуациях целесообразно не восстановление, а соразмерная компенсация, в результате которой станет возможным возникновение нового, аналогичного отношения.

Объектом воздействия восстановительной функции юридической ответственности будет выступать и поведение субъекта: действуя одновременно с карательной функцией, восстановительная функция принуждает виновное лицо предпринять определённые меры по возвращению первоначального положения (компенсировать моральный вред, принести публичные извинения и т.п.). В результате воздействия восстановительной функции правовой ответственности также формируется правомерное поведение лица, ранее совершавшего нарушение норм закона, восстанавливается его позитивная ответственность.

Наконец, юридическая ответственность выполняет ещё одну функцию, которая является, пожалуй, самой главной среди всех направлений действия данного института. И действительно, при отсутствии воспитательной функции все остальные теряют смысл: действия, которые нарушают естественные нормы жизни, будут иметь место. Именно воспитательная функция правовой ответственности, как и воспитательная функция права в целом, воздействует на мотивацию человеческих поступков, корректируя их в соответствии с требованиями морали, нравственности, права. То есть, объектом реализации данной функции выступает непосредственно личность во всех её проявлениях. Но вот результаты воздействия зависят от того, какое поведение было характерно для человека. Так, если он ранее нарушал нормы права, результатом воздействия на него воспитательной функции юридической ответственности может стать только исправление. Если же речь идёт о формирующейся личности, никакими противозаконными деяниями не отличившейся, следует говорить о формировании позитивных установок, мотивов, ценностей. У таких субъектов необходимо сформировать законопослушание и законоуважение. 

Результат воздействия данной функции правовой ответственности может заключаться в устранении из внутреннего мира субъекта отрицательных установок и антисоциальных мотивов поведения, в повышении уровня правосознания и позитивного отношения к закону. А это, в свою очередь, ведёт к повышению уровня правосознания и правовой культуры.

Конечно, нельзя ещё раз не отметить то, что каждая из функций имеет своё собственное проявление. Но даже каждое проявление любой из функций будет различным в разных отраслях юридической науки. Будут в зависимости от отраслей права различаться и виды юридической ответственности, на освещении которых следует остановиться более подробно.



§ 2. Виды юридической ответственности



В юридической литературе нет единой точки зрения по поводу классификаций правовой ответственности. Наиболее часто употребляется классификация, критерием которой служат отрасли юридической науки. В соответствии с ней выделяются уголовная, гражданско-правовая, конституционная, административная, финансовая, налоговая, трудовая (включающая материальную и дисциплинарную) и процессуальная ответственность. Однако с такой классификацией соглашаются не все учёные: некоторые считают нецелесообразным выделять, например, налоговую ответственность из состава финансовой, чем ставят под сомнение существование налогового права как самостоятельной отрасли, которое уже было признано с принятием Налогового кодекса РФ. Немногие признают на сегодняшний день и существование конституционной ответственности, но и приверженцы последней говорят лишь о начале её становления.

Существует и классификация правовой ответственности в зависимости от нарушенных норм права. В соответствии с этим основанием можно выделить ответственность материального и процессуального характера. Последняя носит специфический характер, поскольку наступает только в рамках определённого процесса (гражданского, уголовного, арбитражного) за нарушение конкретных процессуальных кодексов. Соответственно, и меры процессуальной ответственности весьма специфичны (в большинстве случаев это штраф, хотя возможно применение иных мер, например, привод свидетеля на допрос при его двукратной неявке без уважительных причин, но наличии достоверных сведений о надлежащем извещении). Наиболее целесообразно, конечно, осветить вопрос о видах юридической ответственности с позиций отраслей права, тем более, что в последнее время некоторые из них были коренным образом реформированы. 

Как раз таким видом является ответственность уголовная. Она предполагает обязанность лица, совершившего преступление, подлежать воздействию уголовного закона, то есть, отвечать за совершённые деяния, предусмотренные Особенной частью Уголовного кодекса. В соответствии с иным пониманием уголовной ответственности она связана с санкцией, предусмотренной уголовным законом за совершение запрещённого им деяния. При этом санкция (наказание) может применяться только уполномоченными на то органами государственного принуждения. В целом же уголовная ответственность представляет собой реакцию государства на совершение противоправного предусмотренного Уголовным кодексом деяния. Особенностями её является то, что:

	Для уголовной ответственности характерна строгая законодательная регламентация, конкретизация мер, которые может применить государство, реагируя на совершённое преступление.

	 Санкции, в пределах которых наступает уголовная ответственность, определяются только судом.

	Уголовная ответственность наступает только после того, как судом будет доказана виновность лица в совершении преступления.

	Уголовная ответственность носит исключительный характер, то есть, наступает только тогда, когда иными мерами восстановление справедливости не представляется возможным.

	Наказание в рамках уголовной ответственности налагается от имени государства. Меры не от имени государства, даже направленные на восстановление справедливости, являются карой, возмездием, но не наказанием.

	Уголовная ответственность может иметь место и в случаях, когда применяются меры иные, чем наказание (например, принудительные меры воспитательного воздействия или принудительные меры медицинского характера). Осуждение же противозаконных деяний должно иметь место всегда. Уголовная ответственность устанавливается нормами соответствующей отрасли права и имеет место только тогда, когда возникают уголовно-правовые отношения. Такие отношения возникают с момента вынесения лицу, совершившему преступление, обвинительного приговора и вступления этого приговора в законную силу. Но вынесение обвинительного приговора и вступление его в законную силу имеет лишь предварительное значение: уголовно-правовые отношения предполагают возникновение дополнительных прав и обязанностей и у государства, и у осуждаемого лица. Так, суд вправе при наличии достаточных оснований признать лицо виновным в совершении преступления и обязан назначить ему наказание, соответствующее тяжести совершённого деяния. Виновное лицо же, в свою очередь, обязано нести назначенную ему ответственность, но вправе обжаловать лично или через защитника вынесенный приговор.

	 Окончание же уголовно-правовых отношений связано с окончанием срока судимости или её снятием по жалобе или просьбе осужденного лица. 

Таким образом, единственным основанием уголовной ответственности выступает наличие в деянии лица состава преступления. Последний включает в себя объективные и субъективные элементы (объект и объективная сторона, а также субъект и субъективная сторона соответственно). И отсутствие хотя бы одного из них влечёт отсутствие уголовной ответственности, для которой необходимо единство этих элементов.

В отличие от уголовной ответственности ответственность гражданско-правовая для своего возникновения требует наличия трёх элементов: вреда, вины и причинной связи между виновно совершёнными действиями и наступившим вредом. Под последним может пониматься не только имущественный, но и физический, и моральный вред. Субъектами гражданско-правовой ответственности могут быть не только отдельные граждане, но и юридические лица, то есть, организации, имеющие в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечающие по своим обязательствам этим имуществом. Естественно, что при привлечении организации к суду в качестве ответчика будет иметь место представительство, осуществляемое на основании доверенности. Такая доверенность в соответствии с пунктом 5 статьи 185 Гражданского кодекса должна быть подписана руководителем или иным лицом, уполномоченным на это учредительными документами, с приложением печати организации.

Вместе с тем, статья 1064 ГК РФ говорит о том, что вина в причинении вреда не всегда является условием ответственности его причинителя. В главе 59 оговорены некоторые случаи, когда вред возмещается не его непосредственным причинителем, а иными субъектами. Так, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Ответственность за вред, причинённый малолетними, несут их родители (усыновители), опекуны либо учреждения, обязанные в силу договора или закона осуществлять надзор за такими лицами, если не докажут, что вред возник не по их вине. 

Существуют добровольный и принудительный способы реализации гражданско-правовой ответственности. При этом их перечень практически одинаков, отличаясь только порядком реализации. В случае добровольного осуществления гражданско-правовой ответственности её реализация происходит без участия судебных органов, то есть, виновное лицо само признаёт нарушенное право, исполняет обязанность в натуре, возмещает убытки, компенсирует моральный вред или осуществляет иные действия по заглаживанию своей вины перед лицом, которому причинены неудобства. Принудительный же порядок реализации гражданско-правовой ответственности всегда связан с обращением к органам правосудия. Так, сугубо принудительным способом реализации гражданско-правовой ответственности является пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону.

И ещё, говоря о гражданско-правовой ответственности, нельзя не отметить того факта, что её реализация может протекать и в рамках ответственности уголовной (институт гражданского иска в уголовном деле). В соответствии с частью 1 статьи 44 УПК гражданский истец может предъявить иск для имущественной компенсации морального вреда. Соответственно, гражданский ответчик несёт ответственность за причинение не только имущественного, но и морального вреда. Гражданский истец имеет право требовать денежной компенсации за причинённый моральный вред в соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса РФ. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что потерпевший от преступления вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда. Этому правомочию соответствует обязанность гражданского ответчика нести ответственность за причинённый моральный вред.

Ответственность по гражданскому иску чаще всего несёт обвиняемый, однако на практике он не признаётся гражданским ответчиком и в связи с этим не обладает такими гражданско-процессуальными правами, как признание иска, заключение мирового соглашения и др. Для возникновения этих прав обвиняемого, причинившего вред, следует признавать одновременно и гражданским ответчиком.

В качестве гражданских ответчиков привлекаются к участию в уголовном деле физические и юридические лица, несущие ответственность за действия (бездействие) обвиняемого. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет несут материальную ответственность за свое противоправное поведение (статья 1074 Гражданского кодекса РФ). Однако если у таких несовершеннолетних нет средств, то ответственность возлагается на их родителей, законных представителей или специализированное учреждение для несовершеннолетних, где воспитывается подросток, если не будет доказано, что вред возник не по их вине.

Статья 1064 ГК РФ вводит имущественную ответственность причинителя вреда, которую, в частности, несут юридические лица - владельцы источников повышенной опасности - за вред, причинённый их работниками. Гражданскими ответчиками в этих случаях являются не сами работники, а юридические лица, которым принадлежат источники повышенной опасности.

Лицо может быть признано гражданским ответчиком только при наличии в уголовном деле заявленного гражданского иска.

Части 2 и 3 статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса определяют пределы прав гражданского ответчика. Так, он вправе:

1) знать сущность исковых требований и обстоятельства, на которых они основаны;

2) возражать против предъявленного гражданского иска;

3) давать объяснения и показания по существу предъявленного иска;

4) отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определён Уголовно-процессуальным кодексом. При согласии гражданского ответчика дать показания он должен быть предупреждён о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний;

5) давать показания на родном языке или языке, которым он владеет, и пользоваться помощью переводчика бесплатно;

6) иметь представителя;

7) собирать и представлять доказательства;

8) заявлять ходатайства и отводы;

9) знакомиться по окончании предварительного расследования с материалами уголовного дела, относящимися к предъявленному гражданскому иску, и делать из уголовного дела соответствующие выписки, снимать за свой счет копии с тех материалов уголовного дела, которые касаются гражданского иска, в том числе с использованием технических средств;

10) участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в судах первой и апелляционной инстанций;

11) выступать в судебных прениях;

12) приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора, суда в части, касающейся гражданского иска, и принимать участие в их рассмотрении судом;

13) знакомиться с протоколом судебного заседания и подавать на него замечания;

14) обжаловать приговор, определение или постановление суда в части, касающейся гражданского иска, и участвовать в рассмотрении жалобы вышестоящим судом;

15) знать о принесённых по уголовному делу жалобах и представлениях и подавать на них возражения, если они затрагивают его интересы.

В то же время гражданский ответчик не вправе уклоняться от явки по вызовам дознавателя, следователя, прокурора или в суд. Он не имеет права разглашать данные предварительного расследования, ставшие ему известными в связи с участием в производстве по уголовному делу, если он был об этом заранее предупрежден в порядке, установленном статьёй 161 Уголовно-процессуального кодекса РФ. За разглашение данных предварительного расследования гражданский ответчик несет ответственность в соответствии со статьей 310 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Гражданский ответчик, хотя и несёт ответственность за причинение вреда потерпевшему, сам очевидцем преступления не является, поэтому его показания могут касаться лишь фактических обстоятельств, исключающих его вину в причинении вреда, в частности, непреодолимой силы. По окончании предварительного расследования гражданский ответчик знакомится лишь с теми материалами уголовного дела, которые относятся к гражданскому иску, и имеет право снимать копии только с этих материалов.

При неявке без уважительных причин гражданского ответчика по вызову следователя (дознавателя), прокурора, суда уголовное дело рассматривается в его отсутствие.

Признание иска гражданским ответчиком на предварительном следствии, а также примирение сторон влечёт прекращение производства по иску. Признание иска в суде влечёт его удовлетворение, о чем указывается в приговоре суда, а в случае примирения сторон суд прекращает производство по иску.

Административная ответственность. Напрямую определения данного вида юридической ответственности законодатель не даёт, хотя анализ статей главы 1 Кодекса РФ об административных правонарушениях позволяет сделать вывод, что под ней понимается назначение судьями, уполномоченными органами и должностными лицами предусмотренного Кодексом наказания за такое правонарушение. Предложенное же понятие административного правонарушения вызывает интерес, прежде всего с позиций его сравнения с тем, которое было закреплено в статье 10 КоАП РСФСР. В связи с этим следует обратить внимание на новеллы, содержащиеся в новом определении. Их суть в следующем:

1. В действующем Кодексе отсутствует указание на объект правонарушения. Он определён в статье 1.2 в виде задач законодательства об административной ответственности. 

2. Законодатель, закрепляя понятие административного правонарушения, в отличие от КоАП РСФСР не дает его второго названия - проступок. И это логично, ибо включение этого понятия в КоАП лишь порождало бесплодные дискуссии. Также впервые в статье 2.1 действующего Кодекса в качестве субъекта правонарушения закрепляются не только физические, но и юридические лица.

3. Понятие административного правонарушения раскрывается через его основные юридические признаки.

Прежде всего, это характер поведения (действие – активное или бездействие – пассивное). Вторым признаком административного правонарушения является его противоправность, означающая, что в результате подобного поведения нарушаются установленные нормами права специальные правила, нормы, стандарты, защищаемые положениями административного законодательства. К признакам административного правонарушения можно также отнести виновность и наказуемость. Только виновное (умышленное или неосторожное) нарушение субъектом установленных правил влечет административную ответственность. Данное положение отвергает возможность объективного вменения, то есть, привлечения к административной ответственности независимо от вины.

Наказуемость означает, что административным правонарушением может быть признано только конкретное противоправное, виновное действие (бездействие), за которое КоАП или законами субъектов РФ установлена административная ответственность, т.е. предусматривается применение к нарушителю закрепленных в КоАП мер административных наказаний.

Эти признаки состава правонарушения являются основными при решении вопроса о возможности привлечения лица к административной ответственности. 

Для понимания сущности административного правонарушения недостаточно одних юридических признаков. Необходимо определить и юридический состав административного правонарушения, т.е. установить совокупность обязательных элементов правонарушения.

Состав правонарушения включает в себя следующие элементы: объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона.

В статье 2.1 КоАП нет указания на объект административного правонарушения. Однако определить общий объект – совокупность общественных отношений, охраняемых законодательством об административных правонарушениях – можно из анализа статьи 1.2. К нему относятся:

		Права и свободы человека и гражданина. 

		Здоровье граждан. 

		Санитарно-эпидемиологическое благополучие населения.

		Общественная нравственность. 

		Окружающая среда.

		Установленный порядок осуществления государственной власти.

		Общественный порядок, общественная безопасность. 

		Собственность.

		Законные экономические интересы физических и юридических лиц, общества и государства.

Родовой объект - совокупность однородных общественных отношений, на которые посягает административное правонарушение, определяется в Особенной части КоАП, например, административные правонарушения в области охраны окружающей природной среды и природопользования, административные правонарушения в промышленности, строительстве и энергетике, административные правонарушения в сельском хозяйстве, ветеринарии, мелиорации земель и т.д.

Объективная сторона правонарушения - это действие (бездействие), причинившее вред общественным отношениям, а также способ, место, время, орудия и средства совершения правонарушения и др. обстоятельства. В составах конкретных правонарушений закреплены различные признаки, но обязательным является действие (бездействие). Большинство правонарушений выражается в виде действий. 

Другие признаки могут быть также указаны в конкретной норме. В статье 8.18 указано место совершения правонарушения - внутренние морские воды, территориальное море, континентальный шельф и, возможно, исключительная экономическая зона РФ. В статье 11.1 указывается способ совершения правонарушения: повреждение железнодорожного пути, сооружений и устройств сигнализации или связи либо другого транспортного оборудования, сбрасывание на железнодорожные пути или оставление на них предметов, которые могут вызвать нарушение движения поездов. В ст.15.16 закрепляется время совершения правонарушения: установленный срок платы за пользование бюджетными средствами, предоставленными на возмездной основе.

Объективная сторона правонарушения может характеризоваться и такими признаками, как повторность, систематичность, злостность. Так, ст.3.8 предусматривает, что лишение физического лица, совершившего административное правонарушение, ранее предоставленного ему специального права устанавливается за грубое или систематическое нарушение порядка пользования этим правом. Однако в статьях Особенной части КоАП, закрепляющих составы административных правонарушений, нет указаний на данные признаки объективной стороны. Только в статье 15.11 говорится о грубом нарушении правил ведения бухгалтерского учета. 

Из анализа статей, предусматривающих административное наказание в виде лишения управления транспортным средством, можно сделать вывод, что вопрос о признании правонарушения грубым решается по усмотрению уполномоченного должностного лица либо судьи. Так, ст.12.24 КоАП РФ гласит: "Нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего, - влечет наложение административного штрафа в размере от пяти до восьми минимальных размеров оплаты труда или лишение права управления транспортными средствами на срок от трех до шести месяцев

Признаки объективной стороны имеют значение в основном для квалификации административных правонарушений.

Субъектом правонарушения является тот, кто совершил административное правонарушение - физические и юридические лица. В рамках общего субъекта - физического лица - КоАП определяет и специальных субъектов. К ним относятся несовершеннолетние, лица в возрасте от 16 до 18 лет (ч.2 ст.2.3), должностные лица (ст.2.4), военнослужащие и иные лица, на которых распространяется действие дисциплинарных уставов (ст.2.5), иностранные граждане и лица без гражданства (ст.2.6). Выделение специальных субъектов обусловлено особым порядком привлечения их к административной ответственности, который определяется КоАП и специальными нормативными актами. 

Впервые КоАП закрепил в качестве субъекта административного правонарушения юридическое лицо. Для характеристики юридического лица как субъекта административного правонарушения его понятие заимствовано из частного права. Из содержания ст.48 ГК вытекает, что юридическими лицами признаются коммерческие и некоммерческие организации, созданные в организационно-правовой форме, предусмотренной ГК, и имеющие статус юридического лица. Вместе с тем, в течение последних лет было принято много законодательных актов об административной ответственности юридических лиц, но ни в одном из них юридическое лицо не определялось как субъект правонарушения, а его вина определялась через вину должностного лица.

В настоящее время в соответствии с ч.2 ст.2.1 вина юридического лица признается в том случае, если будет установлено, что у него имелась возможность обеспечить соблюдение установленных правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но оно не приняло все зависящие от него меры по их соблюдению. Ответственность юридического лица возможна только в случаях, если она прямо предусмотрена в конкретных составах. Например, ст. 5.3 устанавливает наложение штрафа на юридических лиц за неисполнение решения избирательной комиссии, комиссии референдума; ст. 14.7 предусматривает ответственность юридических лиц в виде штрафа за обман потребителей.

Субъектом одного правонарушения могут быть одновременно и физическое, и юридическое лицо. При этом назначение наказания юридическому лицу не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение виновное физическое лицо. Одновременно привлечение к административной или уголовной ответственности физического лица не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение юридическое лицо. Следовательно, орган, рассматривающий конкретное дело об административном правонарушении, должен будет доказать вину как юридического лица, так и физического.

Субъективная сторона правонарушения выражается в вине. Только за виновное противоправное действие (бездействие) наступает юридическая ответственность. Что касается виновности физических лиц, то она отражает психическое отношение лица к совершаемым действиям и их последствиям. Сложнее обстоит дело с установлением вины юридического лица. В соответствии с частью 2 статьи 2.1 для того, чтобы признать его виновным в совершении административного правонарушения, необходимо доказать, что юридическое лицо (его коллектив, администрация, должностные лица) могло, но не приняло всех мер, необходимых для обеспечения правил и норм, за нарушение которых КоАП или законом субъекта РФ предусмотрена административная ответственность. 

Законодателем устанавливаются две формы вины: умысел и неосторожность. Определение формы вины имеет значение для правильной квалификации противоправного деяния.

Вина в форме умысла присутствует тогда, когда лицо, совершившее деяние, сознавало противоправный характер своего действия или бездействия, предвидело его вредные последствия и желало или сознательно допускало наступление этих последствий либо относилось к ним безразлично. В некоторых статьях КоАП прямо указывается на вину в форме умысла. Так, в статье 7.17 говорится об умышленном уничтожении или повреждении чужого имущества, в статье 8.5 - об умышленном искажении информации о состоянии окружающей природной среды и природных ресурсов, в статье 17.7 - об умышленном невыполнении требований прокурора, вытекающих из его полномочий. В то же время в некоторых статьях КоАП форма вины не указывается, но состав сформулирован таким образом, что дает возможность говорить об умышленной вине (статьи 14.12, 17.9 КоАП РФ ). 

В части 2 статьи 2.2 закрепляется форма вины в виде неосторожности. Правонарушение считается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия либо бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть. В данной статье указаны два вида неосторожной вины: самонадеянность, когда лицо предвидело вредные последствия своих действий, но без достаточных оснований рассчитывало на их предотвращение, и небрежность - лицо не предвидело таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть. Из содержания статьи вытекает, что вина в форме неосторожности применима к материальным составам правонарушений, предусматривающим наступление вредных последствий, и предполагает психическое отношение нарушителя к ним. Что касается формальных составов правонарушений, то в них рассматриваемая форма вины выражается в том, что лицо, как правило, не сознавало противоправности своего деяния, хотя должно было и могло сознавать.

Некоторые особенности предусмотрены для привлечения к административной ответственности отдельных категорий лиц. Так, должностные лица подлежат административной ответственности в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. Иностранные граждане, находящиеся на территории Российской Федерации на законных основаниях, за административные правонарушения, совершенные на территории Российской Федерации, несут ответственность на общих основаниях. Однако в КоАП имеются статьи, по которым субъектом правонарушения может быть только иностранец (Статьи 18.8, 18.11 КоАП РФ). Кроме того, в РФ существует вид административного наказания, применяемый только к иностранным гражданам и лицам без гражданства - административное выдворение за пределы Российской Федерации.

Вместе с тем, не подлежат административной ответственности иностранные граждане, совершившие на территории РФ административное правонарушение, но пользующиеся иммунитетом от административной юрисдикции Российской Федерации в соответствии с федеральными законами и международными договорами РФ. Иммунитет от административной юрисдикции распространяется на глав дипломатических представительств, членов дипломатического персонала, членов их семей, глав консульских представительств и некоторых консульских должностных лиц, а также членов государственных делегаций, осуществляющих официальные визиты в Российскую Федерацию. Вопрос об административной ответственности вышеперечисленных лиц разрешается в соответствии с нормами международного права.

Кодексом об административных правонарушениях предусмотрен и иной вид юридической ответственности – дисциплинарная. Правда, согласно данному нормативно-правовому акту, она может применяться только к военнослужащим и призванным на военные сборы гражданам, если административное правонарушение предусмотрено в соответствующем дисциплинарном уставе. Вместе с тем, меры наказания за совершение правонарушения такими лицами практически совпадают с мерами административного наказания в целом: к указанным лицам могут применяться все меры административного наказания за исключением административного ареста, а к военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, наряду с административным арестом не может применяться и административный штраф. Административное выдворение, исходя из положений действующего законодательства, применению к ним также не подлежит (ст. 3.10 КоАП РФ), Поэтому ответственность в отношении таких субъектов было бы правильнее называть административно-дисциплинарной.

Дисциплинарная же ответственность как отдельный вид ответственности правовой предусмотрена Трудовым кодексом РФ. И в отличие от предыдущих видов ответственности, она может носить как позитивный (статья 191 ТК), так и негативный характер. То есть, всё зависит от поведения работника на службе. Если последний добросовестно исполняет свои обязанности, работодатель, как правило, поощряет его. К мерам поощрения законом отнесены объявление благодарности, выдача премии, награждение ценным подарком, почётной грамотой, представление к званию лучшего (или заслуженного) по профессии и иные меры, предусмотренные законом либо локальными актами (абзац 2 ст. 191 ТК РФ).

Если же работник совершил по своей вине дисциплинарный проступок, то есть, трудовое правонарушение, работодатель вправе применить к нему такие дисциплинарные взыскания, как замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям или другие дисциплинарные взыскания, предусмотренные федеральным законодательством, уставами и положениями о дисциплине для отдельных категорий работников. Применение иных дисциплинарных взысканий не допускается, как и применение дисциплинарных взысканий позднее одного месяца со дня обнаружения проступка (в этот месяц не засчитывается время болезни или отпуска работника, а также время, необходимое для учёта мнения представительного органа всех работников данного предприятия, учреждения, организации). Наложение взыскания не допускается и в том случае, если к моменту обнаружения проступка прошло более шести месяцев со дня его совершения. 

Если же имела место проверка финансово-хозяйственной деятельности, ревизия или аудиторская проверка, наложение дисциплинарного взыскания не допускается по истечении двух лет со дня совершения проступка. Данное положение обусловлено тем, что подобные проверки занимают, как правило, длительный срок. И если факт правонарушения не подтвердится, наложение дисциплинарного взыскания будет попросту несправедливым и нецелесообразным, хотя работник в любом случае вправе наложенное взыскание обжаловать.

Трудовым же кодексом РФ предусмотрен такой вид правовой ответственности, как материальная. В соответствии с ч. 2 ст. 8 Конституции РФ в РФ признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности. И материальная ответственность сторон трудового договора - один из способов защиты права собственности работодателя и работника.

Законодатель впервые включил в Трудовой кодекс Российской Федерации специальный раздел о материальной ответственности сторон трудового договора. Ранее действовавший Кодекс законов о труде РСФСР 1971 г. содержал статьи о материальной ответственности работника, а также статьи о выплатах, которые должен был производить работодатель работнику в случаях незаконного увольнения либо незаконного перевода на другую работу, об удовлетворении денежных требований работника в связи с указанными действиями работодателя и о возмещении морального вреда, причиненного работнику, в тех же случаях.

Статья 1 ТК отношения по материальной ответственности работодателей и работников в сфере труда включает в отношения, непосредственно связанные с трудовыми отношениями, а потому регулируемые трудовым законодательством.

Подобная характеристика правовой природы всех отношений по материальной ответственности сторон трудового договора представляется не совсем точной. Так, статьи 21 и 22 Кодекса предусматривают взаимные обязанности работника и работодателя в части имущественных отношений. Статья 21 ТК в числе основных обязанностей работника указывает на обязанность бережно относиться к имуществу работодателя и других работников. А статья 22 ТК среди основных обязанностей работодателя называет обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Кодексом, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии с Кодексом - это обязанности сторон трудового отношения (трудового договора), а значит, элементы его содержания

Отношения же по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью работников в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, регулируются нормами гражданского законодательства (ст. 1084-1094 ГК).

Указанные в ст. 21 и 22 обязанности, служат основой для предусмотренной ст. 232 и последующими статьями данного раздела материальной ответственности сторон трудового договора друг перед другом, если они не выполняют этих обязанностей.

Частью 1 ст. 232 ТК предусмотрено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом (см. ст. 233, 250, 142) и иными федеральными законами. 

Конкретизация материальной ответственности сторон может быть произведена в трудовом договоре либо в специальном письменном соглашении, прилагаемом к трудовому договору (ч. 2 ст. 232). Под специальным письменным соглашением в данном контексте понимается в первую очередь договор о полной материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю (ст. 242-245 ТК). Письменное соглашение (договор) может быть заключен и в других случаях, когда это предусмотрено законом.

Конкретизированы могут быть объекты, ценности, к которым работник имеет непосредственное отношение в процессе труда; обязанности работодателя по созданию работнику условий для сохранности этих предметов, ценностей; обеспечению сохранности переданного работодателю имущества работника и др. При этом установленный Кодексом порядок возмещения ущерба не может быть изменен.

Специальной гарантией при материальной ответственности служит запрет в договорном порядке снижать размер ответственности работодателя перед работником и повышать размер ответственности работника перед работодателем по сравнению с Кодексом или иными федеральными законами (ч. 2 ст. 232).

Гарантией реального возмещения ущерба, причиненного одной стороной трудового договора другой его стороне, служит положение ч. 3 ст. 232 ТК о том, что расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Кодексом или иными федеральными законами. В этом случае вопрос о возмещении решается по соглашению сторон или судом.

Нормы Кодекса, других федеральных законов о материальной ответственности сторон трудового договора в равной мере распространяются на них независимо от вида собственности, организационно-правовой формы работодателя, его ведомственной подчиненности, является работодатель юридическим или физическим лицом, поскольку не предусмотрено исключений из этих норм по указанным основаниям.

Работодатель - юридическое лицо действует (осуществляет свои права и дееспособность) через своих полномочных представителей - руководителя организации, других уполномоченных в установленном порядке лиц.

За ущерб, причиненный работнику виновными противоправными действиями представителей работодателя, материальную ответственность несет работодатель. У него есть право возместить свой ущерб, возникший в связи с возмещением материального ущерба работнику, за счет виновного представителя в установленном законом порядке (ст. 238-248 ТК).

Работодатель - физическое лицо непосредственно несет материальную ответственность за ущерб, причиненный работнику.

Ущерб, причиненный одной стороной трудового договора другой стороне, может быть возмещен добровольно. Между сторонами может быть заключено соглашение о размере, порядке и сроках возмещения.

Споры о возмещении ущерба стороной трудового договора другой его стороне рассматривается судом (ст. 235, 391 ТК). В ходе судебного разбирательства не исключается возможность заключения мирового соглашения.

Как и любая другая юридическая ответственность, материальная ответственность может наступить лишь при соблюдении определенных условий. Общими условиями являются вина причинителя ущерба, противоправность его поведения и причинная связь между поведением причинителя ущерба и наступившим ущербом. Но ТК, иным федеральным законом может быть предусмотрено иное (например, ответственность владельца источника повышенной опасности).

Ущерб может быть возмещен добровольно. При возникновении спора каждая сторона доказывает размер причиненного ей ущерба (ч. 2 ст. 233), а также вину причинителя ущерба и причинную связь между поведением причинителя ущерба и наступившими последствиями - материальным ущербом.

В определенных случаях причинитель ущерба должен доказать свою невиновность (например, работник, заключивший договор о полной материальной ответственности).

Налоговая ответственность – это вид юридической ответственности, наступающий за совершение налогового правонарушения. Таковым признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое Налоговым кодексом установлена ответственность.

Ответственность за совершение налоговых правонарушений несут организации и физические лица. Физическое лицо может быть привлечено к налоговой ответственности с шестнадцатилетнего возраста. Общими условиями привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения является то, что:

1. Никто не может быть привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения иначе, как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Налоговым кодексом.

2. Никто не может быть привлечен повторно к ответственности за совершение одного и того же налогового правонарушения.

3. Предусмотренная Налоговым кодексом ответственность за деяние, совершенное физическим лицом, наступает, если это деяние не содержит признаков состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации.

4. Привлечение организации к ответственности за совершение налогового правонарушения не освобождает ее должностных лиц при наличии соответствующих оснований от административной, уголовной или иной ответственности, предусмотренной законами Российской Федерации.

5. Привлечение налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения не освобождает его от обязанности уплатить причитающиеся суммы налога и пени. Привлечение налогового агента к ответственности за совершение налогового правонарушения не освобождает его от обязанности перечислить причитающиеся суммы налога и пени.

6. Лицо считается невиновным в совершении налогового правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу решением суда. Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Формой вины физического лица при совершении налогового правонарушения может выступать как умысел, так и неосторожность. Налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Налоговое правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, не осознавало противоправного характера своих действий (бездействия) либо вредного характера последствий, возникших вследствие этих действий (бездействия), хотя должно было и могло это осознавать. 

Вина же организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины её должностных лиц либо её представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения.

К недостаткам налогового законодательства, по мнению Д.А. Липинского, относятся: однотипность мер налоговой ответственности (в основном это штраф), не позволяющая, в свою очередь, индивидуализировать указанную ответственность применительно к каждому правонарушителю. Вызывает нарекания и система построения санкций за налоговые правонарушения. Так, в одних случаях установлен абсолютный размер штрафа, в других – его абсолютный процент с определённых сумм.

От налоговой ответственности отличается ответственность финансовая. Хотя данная точка зрения является достаточно спорной: многие учёные не признают налоговую ответственность как самостоятельный вид правовой ответственности, называя ответственность налогоплательщиков финансовой или административной ответственностью. Особый интерес в этом отношении представляет работа А.В. Зимина «Специфика налоговой ответственности российских организаций»: с одной стороны, данный автор отстаивает административно-правовую природу ответственности, предусмотренной Налоговым кодексом. С другой же стороны, в его работе достаточно часто можно встретить такие понятия, как «налоговая ответственность», «налоговое правонарушение», «налоговая санкция». Кроме того, Зимин выделяет особенности налоговой ответственности, что также свидетельствует о её разделении с ответственностью финансовой.

Если выделять финансовую ответственность как самостоятельный вид ответственности правовой, следует отметить, что существует точка зрения, согласно которой функции финансовой ответственности носят самостоятельный характер и сходны с функциями права. Так, среди функций финансовой ответственности выделяются охранительная, регулятивная, воспитательная, социально-превентивная, ценностно-ориентационная, оценочная, юридико-регулятивная, социально-интегративная, системно-правовая и фискальная функции, а также функция поддержания и укрепления государственной власти и местного самоуправления. Безусловно, рациональное зерно в таком выделении есть, но недостатком его является излишнее дробление функций, не вызываемое особой на то необходимостью. 

Д.А. Липинский выдвигает большое количество аргументов, доказывая нецелесообразность приведённого деления, однако по этому поводу с ним согласиться можно не во всём. В частности, он говорит о неясности различия регулятивной и юридико-регулятивной функций финансовой ответственности. На мой взгляд, эти две функции соотносятся как целое и часть соответственно: если регулятивная функция делает акцент непосредственно на регулировании ответственности, то юридико-регулятивная сосредоточивает внимание не на самом регулировании правовой ответственности, а на средствах такого регулирования, указывая, что оно осуществляется только с помощью правовых средств. 

К субъектам финансовой ответственности относятся: государство в целом; органы законодательной и исполнительной власти РФ и её субъектов; муниципальные образования; организации (предприятия, бюджетные учреждения). Могут быть её субъектами и физические лица, если это предусмотрено ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле».

Мерами финансовой ответственности могут выступать: 

	предупреждение о ненадлежащем исполнении бюджетного процесса;

	блокировка расходов; 

	изъятие бюджетных средств; 

	приостановление операций по счетам в кредитных организациях;

	наложение штрафа; 

	начисление пени; 

	иные меры, предписания Счётной палаты об устранении допущенных нарушений; 

	|0бrd(_,фSPQR^! IW5_ЮvMrLg¬>¶0иные меры, предусмотренные федеральным законодательством. 

В целом же финансовая ответственность направлена на предупреждение нарушений отношений, складывающихся в процессе деятельности государства и муниципальных образований по планомерному распределению и использованию финансовых ресурсов. 

Новым видом правовой ответственности является ответственность конституционная. Она является основой, базисом для развития других видов правовой ответственности. А исследования последних лет убедительно доказывают её самостоятельность. Данный вид ответственности признан и Конституционным Судом в Постановлении от 11 декабря 1998 г. «По делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции Российской Федерации», согласно которому так как Президент РФ является главой государства, имеет полномочия по формированию Правительства РФ, определению основных направлений его деятельности и контролю за такой деятельностью, Президент РФ несёт конституционную ответственность за деятельность Правительства РФ. 

Ведущее место конституционной ответственности обусловлено:

1. Прямым действием Конституции, в которой закреплены естественные права человека, обязанности и ответственность государства и его должностных лиц за соблюдение этих прав;

2. Характером регулируемых общественных отношений;

3. Целенаправленным воздействием на развитие законодательства;

4. Наивысшей юридической силой Конституции.

В качестве субъектов конституционной ответственности наиболее целесообразно выделять не отдельных физических лиц, а определённые государственные структуры, органы, обладающие властными полномочиями, так как именно на них возложены обязанности не нарушать права и свободы человека и гражданина, соблюдать основы конституционного строя. Способами осуществления конституционной ответственности является формулирование составов правомерного конституционного поведения. Таким образом, данный вид ответственности является не только наиболее общим по сравнению со всеми вышеперечисленными; конституционная ответственность есть своеобразная форма реализации ответственности позитивной. Если субъект конституционной ответственности осуществляет свою деятельность правомерно, не допуская никаких правонарушений, он тем самым подаёт каждому конкретному лицу пример того, что за свои права и обязанности нужно нести ответственность. Последняя же, по сути своей, и является позитивной.



§ 3. Позитивный аспект правовой ответственности



Юридическая ответственность – один из основных институтов, опосредующих охранительную функцию права. Поэтому традиционно она рассматривалась как один из видов негативной реакции государства на правонарушение. В этих рамках разрабатывались различные подходы, которые, несмотря на их отличия, объединяло главное, а именно - признание ее ретроспективности, обязательной связи с предшествующим ей противоправным поведением. Однако в шестидесятые годы в отечественной юриспруденции и в первую очередь в науке уголовного права правильность такого подхода ставится под сомнение. Обосновывается необходимость иной трактовки юридической ответственности, расширения сложившегося понятия за счет включения в него, наряду с ретроспективным, и позитивного аспекта.

Первоначально наличие позитивной юридической ответственности усматривалось в особом состоянии индивида, характеризующемся глубоким пониманием интересов общества и государства, активным и добросовестным выполнением им своих обязанностей, гражданского долга. Здесь акцентировалось внимание на субъективной стороне поведения, а ответственность распространялась и на правомерную деятельность субъектов. Данная позиция не нашла широкого признания, но определенную поддержку среди ученых все же получила. Более того, ее влияние можно обнаружить и в законодательстве. Например, ч.1 ст.59 Конституции Российской Федерации гласит о том, что защита Отечества является не только обязанностью российского гражданина, но и его долгом. Статья 12 отклонённого Президентом Российской Федерации Федерального Закона «О материальной ответственности военнослужащих» устанавливала материальную ответственность при досрочном увольнении военнослужащих (отчислении курсантов из военного образовательного учреждения профессионального образования) и при отсутствии правонарушения. То есть, ответственность устанавливалась за правомерное, но, с точки зрения законодателя, позитивно безответственное поведение: финансовые затраты государства на подготовку такого военнослужащего в результате его действий адекватной компенсации не получали. Следовательно, налицо было ненадлежащее отношение к интересам общества и государства. Или, например, пункт 20 части 6 новой редакции Устава Омского государственного университета возлагает на ректора ответственность за подготовку высококвалифицированных специалистов, руководство образовательной, научной, воспитательной работой и т.п. Как и в вышеуказанных актах, в этом случае имеется в виду необходимость добросовестного выполнения руководителем вуза его служебных обязанностей, то есть о том, что было предложено именовать позитивной юридической ответственностью. 

С момента своего появления концепция позитивной юридической ответственности как осознания долга по выполнению правовой обязанности стала объектом серьезной и справедливой критики. Показательно, что даже сторонники расширения понятия ответственности путем конструирования двух её аспектов были вынуждены признать, что перспективы разработки перспективной правовой ответственности в такой интерпретации весьма и весьма призрачны.

Аргументы оппонентов понимания позитивной правовой ответственности как гражданского долга сводилась к указанию на излишнюю психологизацию данного подхода. Дополнительно можно отметить лишь следующее:

	Указанный подход является апологией, казалось бы, давно отвергнутой цивилизованным обществом идеи юридической ответственности за образ мыслей и чувств, широко представленный в европейских памятниках средневекового права, поскольку одним из его фундаментальных положений выступает тезис о том, что позитивно безответственное поведение влечёт за собой ретроспективную ответственность, кару, наказание. 

	Если учесть, что осуществление моральных и иных неюридических прав индивида всегда оценивается с точки зрения соответствующих видов социальной ответственности, то остаётся только констатировать: понимание позитивной ответственности в праве не согласуется с понятием позитивной социальной ответственности как таковой. Но ведь именно необходимостью привести в соответствие с категорией социальной ответственности трактовку ответственности в праве объясняли свою позицию сторонники ее расширения. 

В результате трактовка позитивной ответственности была расширена. Появился подход, переносящий нагрузку с субъективной стороны поведения на объективную, внешнюю сторону человеческой деятельности. Под позитивно ответственным, согласно данному подходу, предлагалось понимать любое правомерное поведение, в котором исполняются обязанности или используются права, либо реализуются только юридические обязанности независимо от обусловивших его мотивов.

На сегодня о неоднозначности определения позитивной правовой ответственности наиболее правильно высказался Н.С. Малеин. «Чёткого и однозначного определения позитивной ответственности пока нет, а в имеющихся определениях допускается подмена терминов и объединение различных категорий. Новым же во всех указанных категориях является только то, что такое смешение (обязанности, правомерное поведение и т.п.) предполагается именовать позитивной юридической ответственностью». Но ведь добровольная форма реализации правовой ответственности, по возражению Д.А. Липинского, не сводится только к указанным понятиям и не растворяется в них, так как:

	Юридическая обязанность – это вид и мера должного поведения. Именно в силу должности такое поведение не может существовать без правовой нормы.

	Юридическая обязанность, как и всё право, рассчитана, прежде всего, на осознанное и волевое поведение: субъективной стороны определённого деяния не может быть без её объективной основы. А только единство субъективного и объективного критериев образует полноценную ответственность субъекта за его деяния.

	Юридическая ответственность не тождественна обязанности, которая реализуется лишь в её внешнем выражении – волевом, осознанном и правомерном поведении. 

	Правоотношение, участником которого выступает ответственный субъект, возникает и функционирует на основе правовой нормы. Правомерное поведение осуществляется в рамках регулятивных правоотношений, где обязанности субъекта неизменно сопутствует соответствующее право, а сама эта обязанность гарантируется государством. Следовательно, необходимость совершить определённые действия или воздержаться от их совершения должна гарантироваться не только с помощью принуждения, но и методами поощрения и убеждения.

	Оценка юридически значимых правомерных поступков – результат функционирования и развития динамики правовой ответственности.

Как отмечалось, основным аргументом сторонников позитивной юридической ответственности является ссылка на социально-философское понимание ответственности как диалектического единства исключающих друг друга аспектов (позитивного и ретроспективного). Из этого делался вывод о том, что сущность юридической ответственности состоит в государственно-правовой оценке юридически значимого поведения субъекта с целью возложения позитивных и негативных санкций. С таким утверждением нельзя согласиться:

		Под юридически значимым поведением в теории права понимаются юридические факты - физические действия лиц, не осуществляющих правового поведения (действия недееспособных субъектов). Поскольку их поведение не является правовым, постольку оно не может повлечь юридической ответственности. 

		Диалектический подход предполагает поиск противоположностей в сущности самого явления, а не привнесение их сюда извне. Сущность противоречива, но едина и не может заключать в себе разнородных, взаимоисключающих сторон. Не взаимоисключение, а неразрывная связь, взаимодействие противоположностей выражают их диалектику. При рассмотрении же юридической ответственности в двух аспектах ею охватываются разнородные, разнопорядковые феномены. Этого не отрицают и его приверженцы. Как отмечает один из них, "к позитивной ответственности нельзя подходить с мерками негативной, так как с этих позиций её не понять. Это особый феномен, выражающий иные связи и отношения. Соответственно здесь должны применяться другие оценки и критерии. В противном случае можно было бы довольствоваться одной лишь ретроспективной ответственностью". И справедливость этих слов нельзя не признать.

	Завершая рассмотрение позитивной юридической ответственности, необходимо отметить тот немаловажный факт, что начало активной разработки идеи позитивной социальной ответственности, в том числе и юридической, совпало по времени с появлением идеологической установки на воспитание «нового человека». Именно такой человек должен был стать строителем прогрессивного общества - социально активный, сознательный, добросовестный, ответственно относящийся ко всему, что происходит в обществе, государстве и за его пределами. Так как традиционная трактовка ответственности в праве с подобным пониманием ответственности была несовместима, именно эта идея преломилась в юриспруденции в концепцию позитивной юридической ответственности.

	


4. Соотношение юридической ответственности с санкцией правовой нормы и методами государственного принуждения



§ 1. Юридическая ответственность и санкция правовой нормы



Широко распространено определение правовой ответственности как реализации санкций правовых норм. Данную концепцию можно считать нормативной, поскольку её ядром выступает норма права и санкция как структурный элемент правовой нормы. Сама же ответственность в этом случае служит реализации санкции. Однако Д.А. Липинский отмечает, что не всякая санкция есть юридическая ответственность, а сама ответственность не всегда сводится только к реализации санкции. Так, возможны случаи освобождения лица от наказания в силу объективных (изменение обстановки, болезнь и т.д.) или субъективных (позитивное поведение) причин. В этом случае лицо, привлекаемое к правовой ответственности, осуждается государством, но непосредственной реализации санкции не происходит. В то же время другие меры в рамках юридической ответственности могут применяться (возложение обязанности принести публичные извинения потерпевшему и т.п.). Поэтому, хотя некоторые учёные и говорят о юридической ответственности как о сугубо реализации санкции нарушенной правовой нормы, само понятие ответственности является гораздо более широким по своему объёму, чем применение санкций правовых норм. В то же время сама реализация негативной санкции всегда основывается на таком институте права, как юридическая ответственность и не может существовать без неё. В противном случае можно говорить о таких составах преступления, как незаконное заключение под стражу или содержание под стражей (ч.2 ст.301 УК РФ) или злоупотребление должностными полномочиями (ч.1 ст.285 УК РФ).

Такое же положение можно наблюдать и при рассмотрении вопроса о соотношении правовой ответственности с наказанием. Н.С. Малеин считает, что наказание и правовая ответственность суть одинаковые явления, а сущность ответственности, её неотъемлемый признак состоит в наказании, каре правонарушителя, а потому в защите справедливости. Однако нельзя не отметить и того, что понятия «юридическая ответственность» и «наказание» в настоящее время чётко разграничены на законодательном уровне. Да, наказание является одной из характеристик правовой ответственности, но очень часто находит свою реализацию лишь в негативном аспекте данного института. Если же речь идёт об ответственности позитивной, целесообразно говорить об иных мерах, но не наказании: например, увольнение государственного служащего при неудовлетворительных результатах его аттестации наказанием считать никак нельзя. Правовые наказания есть форма и мера юридического осуждения (порицания) виновного, противоправного поведения, в результате которого человек в чём-то обязательно ограничивается, чего-то лишается. В данном же случае отсутствует основной признак, который должен повлечь наказание – вина: у человека могут быть обстоятельства, в силу которых он работает не так продуктивно, как необходимо. Чрезмерная загруженность делами одной сферы, из-за которой не остаётся времени на решение других вопросов, отнесённых к компетенции данного служащего, тоже может служить причиной неудовлетворительной оценки его работы. Поэтому отождествлять юридическую ответственность только с наказанием и реализацией санкции правовой нормы весьма и весьма нецелесообразно.




§ 2. Юридическая ответственность и иные методы государственного принуждения



И.С. Самощенко и М.Х. Фарукшин понимают под юридической ответственностью государственное принуждение к исполнению требований права, содержащее осуждение правонарушителя государством и обществом, выделяя, таким образом, государственное принуждение в качестве основного признака правовой ответственности. Безусловно, отчасти они правы, и государственное принуждение является одним из признаков правовой ответственности. Однако речь вновь идёт в основном о негативном аспекте данного института. Но нельзя не признать и того факта, что перечень мер государственного принуждения гораздо шире по сравнению с количеством мер негативной правовой ответственности: к мерам государственного принуждения можно отнести и меры безопасности, и меры принуждения к исполнению правовых норм, и меры предупреждения правонарушений или преступлений. А эти меры не относятся к правовой ответственности, если, конечно, речь не идёт о приготовлении к тяжким или особо тяжким преступлениям. То есть, не всякое правовое принуждение можно признать юридической ответственностью. А в условиях демократизации государственно-правовой и общественной жизни страны, совершенствования законодательства в целом и механизма его действия в частности, значение мер государственного принуждения снижается, в то время как роль позитивной ответственности возрастает.

Свидетельством несовпадения понятий «юридическая ответственность» и «государственное принуждение» служит и то, что для применения последнего необходимо сначала установить вину лица в совершении правонарушения, привлечь виновного к ответственности и вынести соответствующий акт о применении мер государственного принуждения. Кроме того, необходимо установить наличие обстоятельств, которые могут препятствовать исполнению мер государственного принуждения. Только при отсутствии таких обстоятельств подобные меры могут быть применены к виновному лицу. 

На практике меры государственного принуждения могут быть применены и вне зависимости от правовой ответственности. Например, при осуществлении розыска лица, совершившего преступление, может быть задержано несколько похожих людей, которые, в случае подтверждения их алиби должны быть отпущены с принесением извинений работниками правоохранительных органов. Подобного рода задержание есть не что иное, как мера государственного принуждения. К юридической же ответственности будет привлекаться только то лицо, в отношении которого имеются основания полагать, что преступление совершено именно им.

Таким образом, государственное принуждение и юридическая ответственность на определённых этапах реализации могут совпадать, но это вовсе не означает их равенства. В юридической ответственности демократического общества главным элементом выступает отнюдь не государственное принуждение или наказание, а твёрдое и осознанное убеждение большинства граждан в необходимости соблюдения законов и нецелесообразности совершения правонарушений. Из этого можно сделать вывод, что, хотя правовая ответственность и находится под защитой государства, её позитивное проявление в дальнейшем будет расширено, а ретроспективное подвергнется сужению. 




Заключение



Итак, правовая ответственность представляет собой сложный и многосторонний аспект жизни и деятельности человека. Ею, независимо от нашей воли, пронизан практически каждый шаг, имеющий сколь-нибудь важное общественное значение. Безусловно, в настоящее время концепция юридической ответственности нуждается в реформировании с учётом новейшего законодательства. Появляются новые виды правовой ответственности, которые ещё надлежит исследовать самым детальным образом. В существующих видах юридической ответственности также нельзя не заметить ряда недостатков, которые необходимо устранить за как можно более короткий период времени. Но в конечном итоге именно это делает проблему юридической ответственности актуальной. Нельзя не отметить и того факта, что детальных исследований правовой ответственности в настоящее время очень и очень мало (если брать полный и всесторонний её анализ с учётом современных изменений). Но даже после полного и всестороннего исследования институт правовой ответственности не перестанет быть актуальным, поскольку для эффективного функционирования и процветания правового государства необходимо осуществлять правовое воспитание каждого гражданина. А одним из элементов правового воспитания как раз и является формирование ответственности, уважение действующего законодательства, которое должно прививаться не только каждому гражданину Российской Федерации, но и каждому человеку, желающему жить в условиях правового государства.




Список использованной литературы



Нормативные акты.

	Конституция Российской Федерации // Российская газета, 1993. 25 декабря.

	Гражданский кодекс РФ. Ч.1 // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301; 1996. №9. Ст. 773; 2003. №52 (ч.1). Ст. 5034.

	Гражданский кодекс РФ. Ч.2 // СЗ РФ. 1996. №5. Ст. 410.

	Уголовный кодекс РФ // СЗ РФ. 1996. №25. Ст. 2954; 1998. №22. Ст. 2332; №26. Ст. 3012; 1999. №7. Ст. 871, 873; №11. Ст. 1255; №12. Ст. 1407; №28. Ст. 3489, 3490, 3491; 2001. №11. Ст. 1002; №13. Ст. 1140; №26. Ст. 2587; №33. Ст. 3424; №47. Ст. 4404, 4405; №53. Ст. 5028; 2002. №10. Ст. 966; №11. Ст. 1021; №19. Ст. 1793, 1795; №26. Ст. 2518; №30. Ст. 3020, 3029; №44. Ст. 4298; 2003. №11. Ст. 954; №15. Ст. 1304; №27. Ст. 2708, 2712; №28. Ст. 2880; №50. Ст. 4855.

	Бюджетный кодекс РФ // СЗ РФ. 1998. №31. Ст. 3823; 2001. №33. Ст. 3429; 2002. №22. Ст. 2026; №30. Ст. 3021, 3027; 2003. №28. Ст. 2886; №40. Ст. 4443, 4444.

	Налоговый кодекс РФ. Ч.1 // СЗ РФ. 1998. №31. Ст. 3824; 1999. № 28. Ст. 3487; 2003. №22. Ст. 2066; № 23. Ст. 2214; №27 (ч.1). Ст. 2700.

	Уголовно-процессуальный кодекс РФ // СЗ РФ. 2001. №52. Ст. 4921; 2002. №22. Ст. 2027; №30. Ст. 3015, 3020, 3029; №44. Ст. 4298; 2003. №27. Ст. 2700, 2706; №28. Ст. 2880; №50. Ст. 4847; 2004. №11. Ст. 914.

	Кодекс РФ об административных правонарушениях // СЗ РФ. 2002. №1 (ч.1). Ст. 1; №18. Ст. 1721; №30. Ст.3029; №44. Ст. 4295, 4298; 2003. №1. Ст. 2; №27 (ч.1). Ст.2700; №27 (ч.2). Ст. 2708, 2717; №46 (ч.1). Ст. 4434, 4440; №50. Ст. 4847, 4855; №52 (ч.1). Ст. 5037.

	Трудовой кодекс РФ // СЗ РФ. 2002. №1 (ч.1). Ст.3; 2003. №27 (ч.1). Ст.2700.

	Арбитражный процессуальный кодекс РФ // СЗ РФ. 2002. №30. Ст. 3012.

	Гражданский процессуальный кодекс РФ // СЗ РФ. 2002. №46. Ст. 4532; 2003. №27 (ч.1). Ст.2700.

	Конституция (Основной Закон) СССР от 7 октября 1977 г. (прекратила действие) // ВСНД СССР и ВС СССР. 1977. № 41. Ст. 617; 1988. № 49. Ст. 727; 1989. № 28. Ст. 538, 540; 1990. № 12. Ст. 189; 1991. № 1. Ст. 3.

	Кодекс законов о труде Российской Федерации (утратил силу) // ВВС РСФСР. 1971. №50. Ст. 1007; 1982. №47. Ст. 1725; ВСНД РФ и ВС РФ. 1992. №41. Ст. 2254; СЗ РФ. 1995. №35. Ст. 3504; 1999. №18. Ст. 2210; 2001. №29. Ст. 2945.

	Кодекс РСФСР об административных правонарушениях (утратил силу) // ВВС РСФСР. 1984. №27. Ст. 909; 1985. №40. Ст. 1398; 1988. №31. Ст.1005; 1989. №10. Ст.246; №50. Ст. 1477; 1990. №1. Ст. 3; №10. Ст.287; ВСНД РСФСР и ВС РСФСР. 1991. №15. Ст. 494; ВСНД РФ и ВС РФ. 1992. №17. Ст. 894; 1993. №33. Ст. 1313; СЗ РФ. 1995. №18. Ст. 1594; 1996. №22. Ст. 2593; 1999. №14. Ст.1651; 2000. №2. Ст. 125; 2001. №13. Ст.1140.

	Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих» (отклонён Президентом РФ) // Российская газета, 29 апреля 1997 г. 

	Закон РФ от 9 октября 1992 г. N 3615-1 «О валютном регулировании и валютном контроле» (с изм. и доп. от 29 декабря 1998 г., 5 июля 1999 г., 31 мая, 8 августа, 30 декабря 2001 г., 31 декабря 2002 г., 27 февраля, 7 июля 2003 г.) // ВСНД РФ и ВС РФ. 1992. №45. Ст. 2542; СЗ РФ, 1999. № 1. Ст. 1; № 28. Ст. 3461; 2001. № 23. Ст. 2290; № 33. Ст. 3432; 2003. № 9. Ст. 804; №28. Ст. 2885.

	Федеральный закон от 19 мая 1995 г. «Об общественных объединениях» // СЗ РФ. 1995. №21. Ст. 1930;1998. №30. Ст. 3608;2002. №11. Ст. 1018. 

	Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. «Об акционерных обществах» // СЗ РФ. 1996. №1. Ст. 1; 2001. №33. Ст.3423. 

	Федеральный закон от 8 мая 1996 г. «О производственных кооперативах» // СЗ РФ. 1996. №20. Ст. 2321; 2001. №21. Ст.2062.

	Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» // СЗ РФ. 2003. №50. Ст. 4855.

	Монографии

	Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. М., 1966. 187 с.

	Алексеев С.С. Проблемы теории права: В 2 т. // Т.1: Основные вопросы общей теории социалистического права. Свердловск, 1972. 396 с. 

	Астемиров З.А. Уголовная ответственность и наказание несовершеннолетних. М., 1970. 125 с. 

	Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и её основание в советском уголовном праве. М., 1963. 275 с.

	Варул П.А. Методологические проблемы исследования гражданско-правовой ответственности. Таллинн, 1986. 152 с.

	 Галаган И.А. Административная ответственность в СССР (государственное и материальное исследование). Воронеж, 1970. 251 с.

	Колесников Е.В. Источники Российского конституционного права. Саратов, 1998. 196 с.

	Кудрявцев В.Н. Закон, поступок, ответственность. М., 1986. 448 с.

	Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. М.,1975. 304 с. 

	Липинский Д.А. Проблемы юридической ответственности. СПб., 2003. 387 с.

	Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1985. 192 с.

	Малеин Н.С. Юридическая ответственность и справедливость. М., 1992. 204 с.

	Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. Саратов, 1994. 184 с.

	Марцев А.И. Уголовная ответственность и общее предупреждение преступлений. Омск, 1973. 95 с.

	Матузов Н.И. Правовая система и личность. Саратов, 1987. 294 с. 

	Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой.-18-е изд., стереотип. М., 1987. 797 с.

	Петелин А.И. Проблемы правовой ответственности в социалистическом обществе. Омск, 1976. 118 с.

	Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. М., 1971. 240 с.

	Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1990. 269 с.

	Явич Л.С. Право и социализм. М., 1982. 175 с.

Учебники и учебные пособия

	Карасёва М.В. Финансовое право. Общая часть. М., 1999. 256 с.

	Кузмичёва Г.А., Калинина Л.А. Административная ответственность: Учеб. пособие. Норм. акты. М., 2000. 464 с.

	 Н.И. Матузов, А.В. Малько. Теория государства и права: Учебник. М., 2001. 512 с.

	Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М., 1997. 672 с. 

	Теория государства и права / Под ред. В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. М.,1999. 570 с.

	Статьи

	Емельянов А.С. Меры финансово-правового принуждения // Правоведение. 2001. №6. С. 42-56.

	Зимин А.В. Специфика налоговой ответственности российских организаций // Правоведение. 2001. №6. С. 33-42. 

	Колосова Н.М. Конституционная ответственность – самостоятельный вид юридической ответственности // Государство и право. 1997. №2. С.86-92. 

	Смирнов В.Г. Уголовная ответственность и наказание // Правоведение, 1963 №4. С.78-90.

	Собчак А.А. О некоторых спорных вопросах теории правовой ответственности // Правоведение. 1968. №1. С. 49-58. 

	Хаменушко И.А. О правовой природе финансовых санкций // Юридический мир. 1997. №1. С. 46-51. 

	Чиркин В.Е. Президентская власть // Государство и право. 1997. №5. С.15-24. 

	Авторефераты диссертаций

	Булатов А.С. Юридическая ответственность (общетеоретические проблемы): Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. Л., 1985. 19 с.

	Кондратьева С.Л. Юридическая ответственность: соотношение норм материального и процессуального права: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1998. 286 с.

	Трофимова М.П. Функции юридической ответственности: Дис. … канд. юрид. наук. Самара, 2000. 209 с.

	Шабуров А.С. Политические и правовые аспекты социальной ответственности личности: Дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 1992. 400 с.

Материалы правоприменительной практики

	Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с изменениями от 25 октября 1996 г., 15 января 1998 г.) // Российская газета, 1995. 8 февраля; БВС РФ. 1997. №1; 1998.№3.

	Постановление Конституционного Суда РФ от 11 декабря 1998 г. «По делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции Российской Федерации» // СЗ РФ. 1998. №52. Ст. 6447.