Остров Пасхи

Остров Пасхи

Если вы не знаете, куда идете, то, скорее всего, окажетесь где-нибудь не там. Остров Пасхи, занимающий 117кв. км - одно из наиболее уединенных мест обитания; он расположен в Тихом океане на расстоянии более 3700 км от ближайшего континента (Южная Америка) и в 2600 км от ближайшего обитаемого острова (Питкейрн). 

Вообще в истории острова Пасхи много тайн. Его первооткрыватель - капитан Хуан Фернандес, опасаясь конкурентов, решил сохранить в тайне свою находку, сделанную в 1578 году, а спустя некоторое время случайно умер при загадочных обстоятельствах. Хотя было ли то, что нашел испанец, островом Пасхи, до сих пор неясно. 

Через 144 года, в 1722 г., на остров Пасхи наткнулся голландский адмирал Якоб Роггевен, причем произошло это событие в день христианской Пасхи. Так совершенно случайно остров Те Пито о те Хенуа, что в переводе с местного наречия значит центр мира, превратился в остров Пасхи. 

Интересно, что адмирал Роггевен со своей эскадрой не просто плавал в этом районе, он тщетно пытался найти неуловимую землю Дэвиса - английского пирата, которая по его описаниям была обнаружена лет за 35 до экспедиции голландцев. Правда, никто, кроме Дэвиса и его команды, вновь открытый архипелаг больше так и не видел. 

Мягкий климат острова Пасхи и вулканическое происхождение должны были бы сделать его райским уголком, вдали от проблем, одолевающих остальной мир, однако первым впечатлением Роггевена от вида острова было как от опустошенной местности, покрытой высохшей травой и выжженной растительностью. Не видно было ни деревца, ни кустиков. 

Современные ботаники обнаружили на острове только 47 видов высших растений, характерных для этой местности; в основном это трава, осока и папоротники. В список входят также два вида карликовых деревьев и два вида кустарников. При такой растительности обитатели острова не имели никакого топлива для согревания в холодную, влажную и ветреную зиму. Из домашних животных были только куры; не было летучих мышей, птиц, змей или ящериц. Нашлись только насекомые. Всего на острове жило около 2000 человек.Сейчас на острове живет около трех тысяч человек. Из них только 150 человек - чистокровные рапануйцы, остальные же - чилийцы и метисы. Хотя опять-таки не совсем понятно, кого именно можно считать чистокровными. Ведь еще первые высадившиеся на острове европейцы с удивлением обнаружили, что жители Рапануи - полинезийское название острова - этнически неоднородны. Знакомый же нам адмирал Роггевен писал, что на открытой им земле жили белые, смуглые, коричневые и даже красноватого оттенка люди. Их язык был полинезийским, относящимся к диалекту, изолированному примерно с 400 г. н. э. и характерному для Маркизских и Гавайских островов. Совершенно необъяснимыми казались около 200 гигантских каменных изваяний - "Моаи", расположенные на массивных постаментах вдоль побережья острова с жалкой растительностью, вдали от каменоломен. Большинство статуй располагались на массивных постаментах. Еще не менее 700 скульптур, в разной степени готовности, были оставлены в карьерах или на древних дорогах, связывающих карьеры с побережьем. Складывалось впечатление, что скульпторы внезапно оставили свои инструменты и прекратили работу. 

Далекие мастера вырубали "моаи" на склонах вулкана Рано-Рораку, расположенного в восточной части острова, из мягкого вулканического же туфа. Затем готовые статуи спускали вниз по склону и расставляли по периметру острова, на расстояние более 10 км. Высота большинства идолов составляет от пяти до семи метров, более же поздние изваяния доходили и до 10, и до 12 метров. Туф, или, как его еще называют, пемза, из которого они сделаны, по структуре напоминает губку и легко крошится даже при легком на него воздействии. Так что средний вес "моаи" не превышает 5 тонн. Каменные аху - платформы-постаменты: достигали 150 м в длину и 3 м в высоту и состояли из кусков весом до 10 т. 

В свое время адмирал Роггевен, вспоминая о своем путешествии на остров, утверждал, что аборигены разводили перед идолами "моаи" костры и садились рядом на корточки, преклонив головы. После этого они складывали руки и раскачивали их вверх-вниз. Конечно, это наблюдение не в состоянии объяснить, кем на самом деле были для островитян истуканы. 

Роггевен и его спутники не могли понять, как, не применяя толстых деревянных катков и прочных канатов, можно было передвигать и устанавливать подобные глыбы. У островитян не было ни колес, ни тяглового скота и никакого другого источника энергии, кроме собственных мускулов. Древние легенды говорят, что статуи шли сами. Задавать вопрос, как это происходило на самом деле, нет никакого смысла, потому что документальных свидетельств все равно не осталось. Существует множество гипотез передвижения "моаи", некоторые даже подтвержаются экспериментами, но все это доказывает только одно - это было возможно в принципе. И двигали статуи жители острова и никто иной. Вот для чего они это делали? Здесь начинаются расхождения. 

Удивительно и то, что в 1770 г. статуи еще стояли, Джеймс Кук, побывавший на острове в 1774 году, упоминал лежащие статуи, до него никто ничего подобного не замечал. В последний раз стоящие истуканы видели в 1830 г. Тогда на остров заходила французская эскадра. С тех пор оригинальных, то есть установленных самими жителями острова, статуй никто больше не видел. Все, что существует на острове сегодня, было восстановлено в ХХ веке. Последняя реставрация пятнадцати "моаи", расположенных между вулканом Рано-Рораку и полуостровом Поике, произошла относительно недавно - с 1992 по 1995 г. Причем занимались восстановительными работами японцы. 

Во второй половине XIX века умер и культ человека-птицы. Этот странный, уникальный для всей Полинезии, обряд был посвящен Макемаке - верховному божеству островитян. Избранный становился его земным воплощением. Причем, что интересно, выборы проходили регулярно, раз в год. При этом самое активное участие в них принимали слуги или воины. Именно от них зависело, станет ли их хозяин, глава семейного клана, Тангатаману или человекомптицей. Именно этому обряду обязан своим возникновением главный культовый центр - скальный поселок Оронго на самом большом вулкане Рано-Као в западной оконечности острова. Хотя, может быть, Оронго существовал задолго до возникновения культа Тангатаману. Предания сообщают, что наследник легендарного Хоту Матуа, первого вождя прибывшего на остров, родился именно здесь, В свою очередь, его потомки через сотни лет сами давали сигнал к началу ежегодного состязания. 

Весной на небольшие островки Моту-Као-Као, Моту-Ити и Моту-Нуи, расположенные недалеко от берега, прилетали посланники бога Макемаке - черные морские ласточки. Тот воин, который первым находил первое яйцо этих птиц и доставлял его вплавь своему господину, получал в награду семь прекрасных женщин. Ну а хозяин становился вождем, или, вернее, человеком-птицей, получая всеобщее уважение, почет и привилегии. Последняя церемония Тангата-ману прошла в 60-х годах XIX века. После катастрофического пиратского рейда перуанцев 1862 года, когда пираты забрали в рабство все мужское население острова, выбирать человека-птицу стало некому и не из кого. 

Зачем аборигены острова Пасхи высекали статуи "моаи" в карьере? Почему они прекратили это занятие? Общество, создававшее статуи, должно было существенно отличаться от тех 2000 человек, которых видел Роггевен. Оно должно было быть хорошо организовано. Что с ним произошло? 

Более двух с половиной столетий тайна острова Пасхи оставалась нераскрытой. Большинство теорий об истории и развитии острова Пасхи строится на устных преданиях. Происходит это потому, что никто до сих пор не может понять, что же начертано в письменных источниках - знаменитых табличках "ко хау моту мо ронгоронго", что в переводе приблизительно означает - рукопись для декламации. Большая часть их была уничтожена христианскими миссионерами, но и те, что сохранились, могли бы, наверное, пролить свет на историю этого таинственного острова. И хотя ученый мир не раз бывал взбудоражен сообщениями о том, что древние письмена наконец-то расшифрованы, при тщательной проверке все это оказывалось не слишком точной интерпретацией устных фактов и сказаний. 

Несколько лет тому назад палеонтолог Дэвид Стэдмен и несколько других исследователей выполнили первое систематическое исследование острова Пасхи с тем, чтобы выяснить, каким был ранее его растительный и животный мир. В результате появились данные для новой, удивительной и поучительной, интерпретации истории его поселенцев. 

Остров Пасхи был заселен примерно в 400 г. н.э. Островитяне выращивали бананы, таро, сладкий картофель, сахарный тростник, тутовник. Кроме кур, на острове были также крысы, прибывшие с первыми переселенцами. 

Период изготовления статуй относится к 1200-1500 гг. Количество жителей к тому времени составляло от 7 000 до 20 000 человек. Для, подъема и перемещения статуи достаточно несколько сотен человек, которые использовали канаты и катки из деревьев, имеющихся в то время в достаточном количестве. 

Кропотливая работа археологов и палеонтологов показала, что примерно за 30 000 лет до прибытия людей и в первые оды их пребывания остров вовсе не был таким пустынным, как сейчас. Субтропический лес из деревьев и мелколесья возвышался над кустарниками, травами, папоротником и дерном. В лесу росли древесные маргаритки, деревца хаухау, из которых можно делать канаты, и торомиро, которое пригодно в качестве топлива. Имелись также разновидности пальм, которых сейчас нет на острове, но раньше их было так много, что подножие деревьев было плотно укрыто их пыльцой. Они родственны чилийской пальме, которая вырастает до 32 м и диаметром до 2 м. Высокие, без ветвей, стволы были идеальным материалом для катков и сооружения каноэ. Они также давали съедобные орехи и сок, из которого чилийцы делают сахар, сироп, мед и вино. 

Относительно холодные прибрежные воды обеспечивали рыбную ловлю только в нескольких местах. Основной морской добычей были дельфины и тюлени. Для охоты на них выходили в открытое море и применяли гарпуны. До прихода людей остров был идеальным местом для птиц, т. к. у них не было здесь никаких врагов. Здесь устраивали гнездовья альбатросы, олуши, фрегаты, глупыши, попугаи и другие птицы - всего 25 видов. Это было, вероятно, богатейшее гнездовье во всем Тихом океане. 

Примерно в 800-х годах началось разрушение лесов. Все чаще стали встречаться слои древесного угля от лесных пожаров, все меньше становилось древесной пыльцы и все больше появлялась пыльца от трав, приходивших на смену лесу. Не позже 1400 г. пальмы исчезли окончательно, причем не только в результате вырубки, но и из-за вездесущих крыс, которые не давали им возможности восстановиться: дюжина остатков орехов, сохранившихся в пещерах, имела следы изгрызенности крысами. Такие орехи не могли прорасти. Деревья хаухау не исчезли полностью, но их уже не хватало на изготовление канатов. 

В XV-м веке исчезли не только пальмы, но и весь лес целиком. Он был уничтожен людьми, которые очищали участки для садов, вырубали деревья для постройки каноэ, для изготовления катков под изваяния, для отопления. Крысы поедали семена. Вполне вероятно, что птицы вымирали из-за загрязнения цветов и уменьшения урожая фруктов. Произошло то же, что происходит везде во всем мире, где уничтожают лес: исчезает большинство обитателей леса. На острове исчезли все виды местных птиц и зверей. Была выловлена и вся прибрежная рыба. В пищу пошли мелкие улитки. Из рациона людей к XV в. исчезли дельфины: не на чем было выходить в море, да и гарпуны не из чего было делать. Дело дошло до каннибализма. 

Райский уголок, открывшийся первым поселенцам, 1600 лет спустя стал практически безжизненным. Плодородные почвы, изобилие еды, множество строительных материалов, достаточное жизненное пространство, все возможности для безбедного существования оказались уничтоженными. Ко времени посещения острова Хейердалом там было единственное дерево торомиро; сейчас его уже нет. 

А началось все с того, что через несколько столетий после прибытия на остров люди принялись, подобно их полинезийским предкам, устанавливать на платформы каменных идолов. Со временем статуи становились все большими; их головы начали украшать красные 10-тонные короны; раскручивалась спираль соревнования; соперничающие кланы пытались превзойти друг друга, демонстрируя здоровье и мощь подобно египтянам, строившим свои гигантские пирамиды. На острове, как в современной Америке, существовала сложная политическая система распределения имеющихся ресурсов и интегрирования экономики в различных областях. 

Постоянно растущее население изводило леса быстрее, чем они могли восстанавливаться; все больше места занимали огороды; почва, лишенная леса, родники и ручьи высыхали; деревьев, которые тратились на транспортировку и подъем статуй, а также на строительство каноэ и жилищ, оказалось недостаточно даже на приготовление пищи. По мере уничтожения птиц и животных наступал голод. Уменьшалось плодородие пашен из-за ветровой и дождевой эрозии. Начались засухи. Интенсивное разведение курей и каннибализм не решили проблемы с продовольствием. Подготовленные к перемещению статуи с запавшими щеками и видимыми ребрами - свидетельство начавшегося голода. 

При нехватке еды островитяне больше не могли содержать вождей, бюрократию и шаманов, которые осуществляли управление обществом. Выжившие островитяне рассказали первым посетившим их европейцам, как на смену централизованной системе пришел хаос, и воинственный класс победил наследственных вождей. На камнях появились изображения копий и кинжалов, изготовленных воюющими сторонами в 1600 и 1700 гг.; они и сейчас разбросаны по всему острову Пасхи. К 1700 г. население составляло от четверти до одной десятой своего прежнего количества. Люди переселились в пещеры, чтобы прятаться от своих врагов. Около 1770 г. противоборствующие кланы начали опрокидывать статуи друг у друга и сносить им головы. Последняя статуя была опрокинута и осквернена в 1864 г. 

По мере того как перед исследователями проявлялась картина упадка цивилизации острова Пасхи, они спрашивали себя: - Почему они не оглянулись, не осознали происходящего, не остановились, пока не было слишком поздно? О чем они думали, срубая последнюю пальму? 

Вероятнее всего, катастрофа произошла не внезапно, а растянулась на несколько десятилетий. Изменения, происходящие в природе, для одного поколения были не заметны. Только старики, вспоминая годы своего детства, могли осознать происходящее и понять угрозу, которую несет уничтожение лесов, однако правящий класс и каменотесы, боясь потерять свои привилегии и работу, относились к предупреждениям точно так же, как и сегодняшние лесозаготовители на северо-западе США: "Работа важнее леса!". 

Деревья постепенно становились меньше, тоньше и менее значимыми. Когда-то была срезана последняя плодоносящая пальма, а молодые побеги уничтожали вместе с остатками кустарников и подлеска. Никто не заметил гибели последней молодой пальмы.