Историографический обзор проблемы происхождения киргизов

Историографический обзор проблемы происхождения киргизов

Рустам Абдуманапов. Томск. 2004.

Вопрос происхождения киргизов является одним из наиболее спорных и сложных в этнической истории Средней Азии, так как он сопрягается с древними реалиями Южной Сибири, Казахстана, Монголии и Китая. Для удобства восприятия сначала оговорю используемую терминологию. В этом очерке будет использоваться, если можно так выразиться - старое официальное название среднеазиатских кыргызов - "киргизы", тогда как под названием "древние кыргызы" будут подразумеваться насельники Минусинской котловины и Саян, создавшие в 840 году государство, известное под именем Кыргызского каганата.

Происхождение киргизов волнует умы ученых на протяжении уже нескольких столетий, однако и по сей день нет однозначного ответа на вопрос - кто такие киргизы, где они сформировались как единое этническое целое, когда киргизы заселили нынешние земли современного Кыргызстана?

Известия о народе «кыргыз», жившем в Сибири на Енисее в древние времена, его сравнение с автоэтнонимом современных киргизов - «кыргыз», сразу же определили вектор исследований.

Одним из первых, кто высказал предположение о тесных связях нынешних киргизов с «енисейскими кыргызами», стал известный исследователь Сибири, академик Российской академии наук Фридрих Миллер [Миллер Г.Ф. Описание Сибирского царства и всех произошедших в нем дел от начала, а особливо от покорения его Российской державе, по сии времена. СПб. 1750. Кн. 1]. Немногим позднее, И.Э. Фишер предположил, что современные киргизы были переселены джунгарами с Енисея на территорию современного Кыргызстана в XVII веке [Фишер И.Э. Сибирская история. СПб. 1774]. Мнение Фишера о появлении киргизов на Тянь-Шане во времена джунгарского переселения енисейских кыргызов разделили ученые Ю. Клапрот [Бутанаев В.Я., Худяков Ю.С. История енисейских кыргызов. Абакан, 2000] и А.И. Левшин [Левшин А.И. Описание киргиз-кайсакских или киргиз-казачьих орд и степей. СПб. 1832. Ч.2]. В настоящее время практически все киргизоведы справедливо признают ошибочность этой версии, так как существует много фактов нахождения киргизов на Тянь-Шане значительно ранее начала XVII века – времени переселения енисейских кыргызов джунгарами Цеван Рабтана в Семиречье.

Наряду с трактовками предыдущих ученых, известность получила и точка зрения русского китаиста Н. Я. Бичурина, который в соответствии со своими взглядами об автохтонности большинства южносибирских и центральноазиатских народов, считал, что киргизы издавна жили на Тянь-Шане и Восточном Туркестане [Бичурин Н.Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Срединной Азии в древние времена. М. 1950. Т. 1]. К этой теории вплотную примыкает гипотеза о происхождении киргизов, высказанная известным ученым Н.А. Аристовым, предполагавшим то, что киргизы были известны нам под именем усуней. Он писал: «Мне кажется весьма возможным, что кыргызы именно и есть усуни и что народное имя у усуней было кыргыз, а имя усуней было только политическим термином, названием того аймака или того политического союза кыргызских родов, который ранее III века до Р.Х. передвинулся в западный Тяньшань» [Аристов Н.А. Усуни и кыргызы или кара-кыргызы: Очерки истории и быта населения западного Тянь-Шаня и исследования по его исторической географии. Бишкек. 2001]. К схожим выводам пришел и киргизский историк начала XX века Белек Солтоноев. По его версии, енисейские киргизы, они же усуни, начали постепенно проникать на Тянь-Шань с III века до н.э. вплоть до времен Чингиз-хана [Белек Солотоноев. Кызыл кыргыз тарыхы. Бишкек. 1993. I т.].

Свое мнение по поводу этногенеза киргизов высказал и российский ученый-этнограф и археолог В.В. Радлов, отмечавший, что во времена монгольской экспансии кыргызы были вытеснены с первоначальных мест обитания к югу от Саян в XIII веке по трем направлениям: на Тянь-Шань, Верхний Енисей и к северу от Саян [Радлов В.В. Этнографический обзор турецких племен Сибири и Монголии. Иркутск. 1929]. В своих изысканиях с ним был солидарен и известный казахский ученый XIX века Ч.Ч. Валиханов, предполагавший, что сибирские кыргызы переселились в Среднюю Азию в домонгольское или монгольское время: «При всем том развить этот вопрос до известной ясности, принимая первое – дикокаменных киргизов за один и тот же народ с сибирскими киргизами, но переселившийся до Чингиз-хана или современно ему в Восточный Туркестан» [Ч.Ч. Валиханов. Собрание сочинений в пяти томах. Алма-Ата. 1985. Т. 2]. К тому же периоду - ко времени образования Великого монгольского улуса в XIII веке, относил перекочевку киргизов из Сибири на Тянь-Шань ученый Г.Е. Грумм-Гржимайло. Первоначальным районом обитания кыргызов он считал область Баргуджин-Токум в Предбайкалье: "... остается несомненным, что некогда буруты (киргизы - А.Р.) жили в соседстве с бурятами в области, носившей название Барга, Баргуджин-токум. С ними соседили как киргизы, так и ойраты, что также указывает на то, что без достаточных этнологических оснований ойроты (джунгары) не могли перенести на тянь-шаньских киргиз имени бурут, а что эти основания были, это доказывает имя барга, которое носит в настоящее время один из многочисленнейших киргизских родов" [Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия и Урянхайский край. Ленинград. 1926. Т.2; Грумм-Гржимайло Г.Е. Киргизы (Реферат) // Известия государственного географического общества. Ленинград, 1934. Т.66. Вып. 1].

Мнение Ч.Ч. Валиханова было поддержано киргизскими исследователями О. Караевым и М. Кожобековым [Караев О., Кожобеков М. О переселении енисейских кыргызов на Тянь-Шань//Вопросы этнической истории киргизского народа. Фрунзе. 1989], которые предположили, что енисейские кыргызы участвовали в этнокультурных и политических процессах на Тянь-Шане в IX-XIII веках. Мнение о переселении енисейских кыргызов на Тянь-Шань в IX-XIII веках поддержала и Ч.Д. Турдалиева [Турдалиева Ч.Д. История и культура кыргызов в трудах Ч.Ч. Валиханова. Бишкек. 2000]. Практически тех же позициях стоит историк Т.К. Чороев, который, опираясь на предпринятую Л.А. Боровковой локализацию кыргызов времен династии Хань в районе хребта Боро-Хоро, предположил, что киргизы издревле жили в Восточном Тянь-Шане, затем переселились на Енисей и потом тремя основными волнами вернулись на Тянь-Шань. Он отмечает, что основные группы носителей этнонима «кыргыз» оказались в Тенгир-Тоо (Тянь-Шане – прим. Р.А.) в результате мощной третьей волны в составе тюрко-монгольских миграций XIII века [Чороев Т.К. Тенгир-Тоо (Притяньшанье) как регион этногенезиса кыргызского народа // Этногенетические и этнокультурные процессы в древности и средневековье в Центральной Азии. Бишкек. 1996].

Известный российский исследователь Азии В.В. Бартольд, обобщив в 1927 году все известные сведения китайских и мусульманских источников, пришел к выводу, что «только в XVI веке впервые упоминаются киргизы в той местности, где они живут теперь, причем, как мы увидим, нет никаких сведений о том, как и когда они туда пришли». Он также уточнил, что самой ранней датой, когда источники сообщают о кочевании кыргызов на Тянь-Шане, следует признать зиму 1503-04 г. [Бартольд В.В. Сочинения. М. 1963. Т. 2. Ч. 1].

По мнению А.Н. Бернштама, выдвинувшего свою теорию происхождения киргизов с опорой на данные археологии, переселение киргизов на Тянь-Шань происходило постепенно. Он считал, что кыргызы Енисея и киргизы Тянь-Шаня в IV веке до н.э. входили в единую этнокультурную общность, «разорванную» во времена вторжения гуннов. Позднее енисейские кыргызы переселяются на Тянь-Шань: «исторические источники позволяют ясно выделить два основных этапа: I в. до н. э. и VIII-Х вв. н. э. Можно предположить, что третий этап переселения имел место при каракитаях и монголах, когда окончательно складывалась основная этническая масса киргизов на Тянь-Шане» [Бернштам А.Н. К вопросу о происхождении киргизского народа // Советская этнография. 1955. № 2]. 

В 60-е годы XX века появились работы исследователя киргизской истории К.И. Петрова, которые положили начало новому подходу к проблеме происхождения с учетом некоторых принципиальных моментов, которые предыдущими учеными рассматривались лишь мимоходом или вообще не принимались во внимание. Эти моменты связаны, прежде всего, с киргизским языком, который во всех классификационных системах тюркских языков относится к кыпчакской языковой группе. Не секрет, что современная научная историческая школа признает исключительную роль языка, своеобразной основы этничности любого народа и очень важно понимать, что история языка напрямую связана с историей его носителя. Здесь уместно процитировать киргизского академика Б.М. Юнусалиева: «при интерпретации языковых фактов в связи с историей народа мы исходим из положения, что процесс формирования общенародного языка неразрывно связан с процессом формирования его носителя-народа» [Юнусалиев Б.М. К вопросу о формировании общенародного киргизского языка // Труды института языкознания и литературы АН Киргизской ССР. 1956. Вып. VI]. Следовательно, принадлежность киргизского языка к кыпчакской языковой группе, говорит об исключительном значении кимако-кыпчакского круга племен в процессе формирования киргизского народа. Именно это положение и легло в основу теории К.И. Петрова, который выдвинул гипотезу о формировании киргизской народности на Тянь-Шане в послемонгольское время на основе трех этнических компонентов. Согласно его исследованиям, формирование кыргызов происходило на основе уйгуро-карлукских племен Тянь-Шаня; монгольских племен, прибывших на Тянь-Шань в XIII веке и племен верховий Енисейско-Иртышского междуречья, основное ядро которых составляли кимако-кыпчакские племена верховий Оби и Северного Алтая, ассимилировавшие родоплеменные группы кыргызов Енисея в период, начало которого можно отнести к XIII-XIV в.в. Сам процесс формирования киргизов происходил, по мнению Константина Ивановича, на территориях современного Кыргызстана с некоторыми прилегающими районами Восточного Туркестана [Петров К.И. Киргизо-кыпчакские отношения и этногенез киргизов // Известия АН Киргизской ССР. 1961. Т.3. Вып. 2.; Петров К.И. Очерк происхождения киргизского народа. Фрунзе. 1963; Петров К.И. Очерки феодальных отношений у киргизов в XV-XVIII веках. Фрунзе. 1961].

С основными положениями теории К.И. Петрова не согласился известный этнограф С.М. Абрамзон. Он раскритиковал излишнюю усложненность процесса этногенеза киргизов, однако пришел к схожему выводу, «что на территорию современного Киргизстана пришли преимущественно не киргизы, жившие на Енисее, а некоторые, главным образом тюркоязычные, племена, проживавшие ранее в пределах Восточного Притяньшанья, отчасти Прииртышья и Алтая». Согласно его изысканиям, начало процесса формирования киргизов можно отнести к XIV-XV векам, но наиболее интенсивно он шел, по мнению С.М. Абрамзона, в XVI-XVII веках и происходил на территориях Притяньшанья, Алтая, Восточного Туркестана, Памиро-Алая и прилегавших областей Кыргызстана [Абрамзон С.М. Киргизы и их этногенетические и историко-культурные связи. Фрунзе. 1990].

Гипотезу К.И. Петрова подвергнул критике и киргизский историк О.К. Караев. По его мнению, период формирования киргизской народности следует относить к XI-XV векам, и, критикуя гипотезу Петрова, он писал, что "киргизы, захватившие в X веке город Аксу и обитавшие в то время на большом пространстве от Кастека до Тарима на востоке - не могли успеть "беследно исчезнуть" за двести лет, пока в XII-XV ввеках на Тянь-Шань не пришли новые, так называемые "кыпчакско-кыргызские племена" [Караев О.К. К вопросу о передвижении киргизов на Тянь-Шань и ассимиляции местных племен в XIII - XV веках // Советская этнография. 1966. № 4]. О.К. Караев считал, что современные киргизы сформировались на основе енисейских кыргызов, переселившихся на территории современного Киргизстана в IX-X веках, во времена так называемого "кыргызского великодержавия". С теорией О. Караева соглашается известный археолог и исследователь вооружения кочевников Ю.С. Худяков. Он предполагает, что было двухэтапное переселение части кыргызского этноса с Енисея в IX-X вв. в Восточный Туркестан и Монгольский Алтай, разделение кыргызов в начале II тыс. на два этноса: енисейских и восточнотуркестанских, и переселение в XV в. восточнотуркестанских на Тянь-Шань [Бутанаев В.Я., Худяков Ю.С. История енисейских кыргызов. Абакан. 2000].

Тем не менее, теория К.И. Петрова в последние годы получила свое развитие в работах целого ряда историков. Так историк А.М. Мокеев предположил, что формирование киргизского народа протекало на Тянь-Шане в XV-XVIII веках, где происходил длительный процесс взаимодействия и взаимовлияния двух его основных компонентов - древних и средневековых племенных объединений Притяньшанья с собственно киргизскими племенами, переместившимися сюда в XV веке из Прииртышья и Алтая. При этом он уточняет, что «… к середине XVIII в. окончательно сформировалась этнополитическая организация киргизской народности, возникло ее этническое самосознание, определился устойчивый хозяйственно-культурный тип, сложилось фольклорное выражение историко-культурного единства киргизских племен (эпос "Манас")» [Мокеев А.М. Этапы этнической истории киргизского народа на Тянь-Шане; Мокеев А.М. О локализации алтайских киргизов в IX-XVI веках // Кыргызы. Этногенетические и этнокультурные процессы в древности и средневековье в Центральной Азии. Бишкек. 1996].

На V тюркологической конференции в 1988 году, ряд авторов - С.Г. Кляшторный, А.М. Мокеев и В.П. Мокрынин, выдвинули версию об образовании киргизов вследствие взаимодействия в Прииртышье и Горном Алтае кимако-кыпчакских и кыргызских племен. Кыргызы, по мнению авторов, переселились туда с Енисея и полностью растворились в кимако-кыпчакской среде после XII века. Эти киргизы в XV веке переселяются на Тянь-Шань, где в свою очередь ассимилируют местные тюркские и монгольские племена [Кляшторный С.Г., Мокеев А.М., Мокрынин В.П. Основные этапы этногенеза киргизского народа // Тюркология - 88. Фрунзе. 1988. № 2].

Исследователи В.П. Мокрынин и В.М. Плоских, придерживающиеся той же гипотезы, уточняют, что на Алтае и в Джунгарии в IX-X веках образовался один из шести кыргызских субэтносов. Эти кыргызы в результате длительных взаимосвязей с численно превосходящими местными народами, входившими в кимако-кыпчакское объединение, приобрели новое этническое лицо, включая язык, но сохранили этноним «кыргыз» [Койчуев Т., Мокрынин В., Плоских В. Кыргызы и их предки. Бишкек. 1994].

Согласно мнению историка Д. Бактыгулова, «в этногенезе современного киргизского народа приняли непосредственное участие три большие группы киргизских кочевых племен, различающиеся друг от друга уровнем развития производительных сил, разными политическими условиями, этническим составом, географической средой и многими другими обстоятельствами и факторами. Эти группы кыргызских племен - древние и раннесредневековые кыргызы Притяньшанья, Памиро-Алая и Восточного Туркестана; енисейские кыргызы; алтайские кыргызы [Д. Бактыгулов. О локализации алтайских киргизов в IX-XVI веках. // Кыргызы. Этногенетические и этнокультурные процессы в древности и средневековье в Центральной Азии. Бишкек. Кыргызстан. 1996].

Особняком в киргизоведении стоит гипотеза известного хакасского историка Л.Р. Кызласова, который полностью исключает древних енисейских кыргызов из предков современных киргизов. По его мнению, «центральноазиатские киргизы не были родственны кыргызам Енисея. Они, например, в 1293 году в составе карательной армии Тутухи, действовавшей по приказу императора Хубилая, участвовали в подавлении восстания саяно-алтайских племен (при этом была захвачена и истреблена знать енисейских кыргызов – Л. К.)… Центральноазиатские киргизы происходили из многочисленных тюркских племен, которые обитали в Центральной Азии еще в периоды Тюркского (VI-VIII вв.) и затем Уйгурского (VIII-IX вв.) каганатов. В 840-847 гг. эти земли были захвачены древними хакасами, во главе которых стояли каганы и беги из рода кыргызов. После того как восточные монголоязычные племена вытеснили древних хакасов из Центральной Азии обратно на Енисей, бывшие подданные кыргызского кагана, центральноазиатские тюркоязычные племена в XII-XIII вв., восприняли имя киргизов» [Кызласов Л.Р. История Южной Сибири в средние века. М. 1984]. 

К аналогичным выводам о том, что енисейские кыргызы не являлись предками современных киргизов, пришел и киргизский историк М.Б. Джамгерчинов [Джамгерчинов М.Б. Были ли сибирские киргизы этническим компонентом киргизской народности? // Труды Киргизского государственного университета. Фрунзе. 1971. Вып. XI; Джамгерчинов М.Б. Из истории киргизской народности XVI- 1-й половины XVIII в. Автореферат кандидатской диссертации. Фрунзе. 1972].

Обозрение историографии вопроса происхождения киргизов предполагает и изложение своей версии их этногенеза. Изучение истории киргизов сформировало у меня твердое убеждение в правильности теорий, предполагающих смешение енисейских кыргызов и кимако-кыпчакских племен на территориях Прииртышья и Алтая. 

В первую очередь, об этом говорят данные киргизского языка, который наряду с языком южных алтайцев, входит в особую киргизско-кыпчакскую группу тюркских языков [Самойлович А.Н. Некоторые дополнения к классификации турецких языков. Петербург. 1922; Р. Гаджиева. Тюркские языки. // Лингвистический энциклопедический словарь. М. 1990; Баскаков Н.А. Тюркские языки (общие сведения и типологическая характеристика) // Языки народов СССР. М. 1966. Т. 2; Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков. Региональные реконструкции. М. 2002]. К этим языкам, если принять во внимание исследования лингвиста Е. Поливанова, примыкал и язык кыпчаков Ферганы XIX- начала XX веков [Плоских В.М. Киргизы и Кокандское ханство. Фрунзе. 1977]. Это позволяет определить Прииртышье и Большой Алтай как примерный ареал формирования общности этих народов и уточнить, что этнические истоки киргизов, южных алтайцев и ферганских кыпчаков следует искать в среде восточных кимако-кыпчакских племен.

«Происхождение любого народа является процессом его формирования из существовавших ранее этнических компонентов. Синтез нескольких компонентов, обладающих определенными культурными и антропологическими особенностями, дает в результате совершенно новый, специфический, не присущий ни одному из взаимодействующих компонентов набор признаков, который отражает этническую специфику нового народа» - соглашусь с этой точкой зрения А.Г. Селезнева, который исследовал проблемы этногенеза и этнической истории барабинских татар [Селезнев А.Г. Барабинские татары: истоки этноса и культуры. Новосибирск. 1994]. И далее попробую определить пути этногенеза киргизов, опираясь именно на его теорию о двухэтапном формировании этноса.

«Первый этап – этап развития этнического компонента. Субстратный (аборигенный) компонент развивается на основной территории формирования будущего этноса». 

В качестве субстратного компонента я рассматриваю восточную часть массива кимако-кыпчакских кочевых племен, сформировавшихся к IX веку на территориях именно Прииртышья и предгорий Алтая. Эти племена входят в состав большой общности кимако-кыпкско-канглыйских племен, кочевавших на обширных землях от Саян до Балкан. Эта общность являет собой единое целое в культурном отношении, ее материальная культура уже имеет черты унификации. По мнению археолога Д.Г. Савинова, перспектива выделения археологических памятников этих племен наиболее реальна в рамках сросткинской культуры IX-X веков, этническую принадлежность которой больше всего есть оснований определять как кимакскую в широком, этнополитическом значении термина [Савинов Д.Г. Об основных этапах развития этнокультурной общности кыпчаков на юге Западной Сибири // История, археология и этнография Сибири. Томск. 1979].

«Пришлые компоненты формируются в областях, отдаленных от территории формирования этноса, и поэтому их развитие включает в себя время и характер миграций».

Примерно с середины I тысячелетия в Минусинской котловине, в бассейне реки Енисей из местных племен динлинов и пришлых протокыргызских племен формируется этнос кыргызов. Здесь стоит уточнить проблему локализации протокыргызских племен, земли их обитания перед уходом в Минусинскую котловину. Долгое время в отечественном тюрковедении была принята точка зрения, впервые высказанная В.В. Бартольдом и впоследствии уточненная Л.Р. Кызласовым. Эти ученые предположили то, что протокыргызские племена обитали на территории современной Монголии в районе озера Кыргыз-нур. В последние годы появилась еще одна локализация этих племен, выдвинутая известным синологом Л.А. Боровковой, помещающая их к западу от пустыни Дзосотын-Элисун, к северу от горного хребта Боро-Хоро на Восточном Тянь-Шане [Л.А. Боровкова. Запад Центральной Азии во II в. до н.э. – VII в.н.э. М. 1989]. По предположению Ю.С. Худякова, эти протокыргызские племена мигрировали на Енисей во время жужаньско-телесских войн, которые велись с переменным успехом в V в. - первой половине VI в.н.э. [Бутанаев В.Я., Худяков Ю.С. История енисейских кыргызов. Абакан. 2000].

«Но в обоих случаях любой компонент оказывается продуктом взаимодействия нескольких компонентов, те, в свою очередь, еще нескольких, и т.д, до момента, пока эти процессы фиксируются наукой».

Действительно, если в сложении кимако-кыпчакского этноса принимали участие угорские племена, то в формировании енисейских кыргызов участвовали протокыргызы и динлины – племена конфедерации кочевых и «лесных» племен, известные нам под именем Тэле.

«Второй этап рассматриваемого процесса – это этап взаимодействия компонентов. Он начинается с момента контакта аборигенного и пришлых компонентов, а заканчиваются с образованием нового этноса, носители которого обладают присущим ему этническим самосознанием».

В 840 году, после многолетних кровопролитных войн с уйгурами, глава кыргызского государства с титулом инал, направляет уйгурскому кагану известное послание: «Твоя судьба кончилась. Я скоро возьму золотую орду, поставлю перед нею моего коня, водружу мое знамя» [Малявкин А.Г. Уйгурские государства в IX-XII вв. Новосибирск. 1983]. В этом же году уйгурский военачальник Кюлюг Бага, переходит на сторону кыргызов. Это предопределяет судьбу Второго уйгурского каганата. В решающем сражении под Орду-Балыком, кыргызы и воины Кюлюг Бага разбивают войска уйгуров. Кыргызский инал переносит свою ставку на территорию Монголии и объявляет себя каганом. Начинается период, названный В.В. Бартольдом «эпохой кыргызского великодержавия». С этого момента кыргызы начинают военную экспансию во все части известной им ойкумены, в том числе и в Прииртышье.

Кыргызы проникают в земли кимако-кыпчакских племен, частично оседают в Прииртышье и на Алтае. Кыргызские погребения, идентифицируемые по обряду трупосожжения, обнаруживаются на различных территориях, где были расселены кимако-кыпчакские племена [Д.Г. Савинов. Памятники енисейских кыргызов в Горном Алтае // Вопросы истории Горного Алтая. Горноалтайск. 1980; Ю.П. Алехин. Енисейские памятники на Юго-Западном Алтае. // Памятники кыргызской культуры в Северной и Центральной Азии. Новосибирск. 1990; В.А. Могильников. Тюркское население северо-западных предгорий Алтая конца I тысячелетия н.э. и его связи с западно-сибирской лесостепью // Этногенез и этническая история тюркоязычных народов Сибири и сопредельных территорий. Тезисы докладов областной конференции. Омск. 1979]. 

Интеграционные процессы и культурное взаимовлияние отмечают и письменные источники - в анонимном сочинении «Худуд ал-алем» говорится: «[кесим]… …один из хырхызских народов, их речь ближе к халлухской, а по одежде они напоминают кимаков» [Перевод извлечений из «Худуд ал-Алам». // Материалы по истории киргизов и Киргизии. М. 1973]. На границах Кимакского и Кыркызского каганатов происходят процессы взаимной ассимиляции кимако-кыпчакского и кыргызского населения. К X веку – то есть ко времени написания «Худуд ал-Алем», в Кимакском каганате уже существует большая культурно-историческая область Каркар(а)хан, население которой уже отличается от собственно кимако-кыпчакских племен «кыргызскими» обычаями [Абдуманапов Р.А. К вопросу о связях кыргызов с алтайским регионом // Этнография Алтая и сопредельных территорий. Барнаул. 2003. Выпуск 5].

Таким образом, при всем многообразии теорий о происхождении киргизов, все они рассматривают киргизский этнос как продукт взаимодействия разнообразных этнических компонентов. Вопрос времени и соотношения этих компонентов и является основным в определении этногенеза киргизов. Хочется верить, что появление новых источников, особенно археологических исследований на территориях Кыргызстана, Монголии, Большого Алтая, Восточного Туркестана и Джунгарии, новые сравнительно-исторические исследования по этнографии тюркских и монгольских народов, систематизация этнографических исследований по широкому кругу народов Центральной Азии, сравнительный анализ кёк-тюркских, уйгурских, огузских, кыргызских, карлукских, кыпчакских и других компонентов в составе киргизов позволят в будущем реконструировать этногенез киргизов на новом, более качественном, уровне.