История Болгарии до II мировой войны

План работы

	

	Глава первая. Переворот 19 мая 1934 года и переход к установлению открытой монархо-фашистской диктатуры

	Глава вторая. Разгром левосектантской фракции в БКП. Борьба БКП за проведение нового большевистского курса

	Глава третья. Движение за создание широкого народного фронта против фашизма и опасности новой войны

	Глава четвёртая. Прогитлеровский курс болгарских правящих кругов и включение Болгарии в блок фашистских государств

	Список использованной литературы


Глава первая. Переворот 19 мая 1934 года и переход к установлению открытой монархо-фашистской диктатуры



19 мая 1934 г. в Болгарии был совершен государственный переворот, который тайно подготовлялся в течение нескольких месяцев.… Этот переворот нельзя рассматривать изолированно, вне тех изменений, которые произошли в это время в Европе и за ее пределами.

В годы мирового экономического кризиса классовая борьба в странах капитализма обострилась. Такие события, как революция в Испании, волнения среди моряков английского военного флота, крупные стачечные бои в Германии, Чехословакии, Румынии, крестьянские выступления в Югославии были яркими показателями возросшей революционной активности трудящихся масс, их решимости бороться за революционный выход из кризиса. XII пленум Исполкома Коммунистического Интернационала отметил в своих решениях «нарастание революционного подъема как в империалистических, так и в колониальных странах» и указал на «переход к новому туру крупных столкновений между классами и между государствами, к новому туру революций и войн». Вместе с тем XII пленум ИККИ отметил, что «нет еще непосредственной революционной ситуации в важнейших и решающих капиталистических странах». Народные массы не дошли еще до того, чтобы пойти на штурм капитализма, но идея штурма уже зрела в сознании масс.

Исторические победы социализма в СССР усиливали рост революционной активности рабочего класса, трудящихся капиталистических стран, их борьбу против эксплуатации и политического гнета со стороны господствующих классов буржуазии и помещиков.

Коммунистические партии успешно руководили борьбой рабочего класса против буржуазной реакции, их авторитет и влияние среди трудящихся капиталистических стран сильно возросли. В условиях нового революционного подъёма буржуазия любыми средствами стремилась обеспечить своё классовое господство, всячески уничтожая последние остатки парламентаризма и буржуазной демократии.

В Германии, где внутриполитическая обстановка была особенно острой буржуазия в целях сохранения своего господства установила фашистскую диктатуру. Приход германских фашистов к власти вызвал одобрение со стороны правящих кругов Англии и Франции. Правительства этих государств смотрели на фашистскую Германию как на полицейскую силу для подавления революционного движения в Европе. В еще большей степени империалистические круги рассчитывали на то, что агрессию фашистской Германии им удастся направить против СССР. Отсюда дальнейшая поддержка вооружения Германии, прикрытое содействие в осуществлении ее захватнических планов в Центральной и Юго-Восточной Европе, срыв политики коллективной безопасности, которую последовательно и энергично защищал Советский Союз.

Господство фашистской реакции в Германии ободрило реакционные круги в Европе и США, вызвало ряд фашистских провокаций и насилий. Реваншистские устремления фашистской реакции в Австрии, Венгрии, Болгарии значительно усилились. Во Франции в феврале 1934 г. вооруженные фашистские банды сделали попытку совершить государственный переворот. Однако это встретило героическое сопротивление рабочего класса Франции, который под руководством Коммунистической партии преградил путь фашизму.

В Болгарии еще в 1932—1933 гг. начала создаваться политическая обстановка, которая могла быть использована для успешной борьбы за восстановление демократических прав и свобод. Рабочее движение в городе переживало революционный подъем, в селах трудящееся крестьянство боролось против политики грабежа и насилий, часть солдатских масс сочувственно относилась к движению и участвовала в нем. То же следует сказать и в отношении трудящихся Пиринской Македонии. Правительство так называемого «Народного блока» теряло остатки своего влияния в массах. В его среде возникли острые разногласия, вызвавшие уже в 1933г. Правительственный кризис. Угроза военно-фашистского переворота со стороны «национально-социального движения» Цанкова, равно как и соперничавшей с ним в борьбе за власть группы «Звено», могла быть предотвращена. Георгий Димитров в докладе на VII конгрессе Коммунистического Интернационала убедительно показал, какими мощными средствами располагает революционная партия пролетариата в борьбе против фашизма. Вместе с тем Георгий Димитров указал и на ряд ошибок коммунистических партий, тормозивших борьбу против фашизма. «В ряде стран необходимое развертывание массовой борьбы против фашизма подменивалось бесплодным резонерством о характере фашизма «вообще» и сектантской узостью в отношении постановки и разрешения актуальных политических задач партии».

Говоря о том, что фашизму можно и необходимо преградить дорогу, Г. Димитров указал, что предупреждение победы фашизма зависит, прежде всего, от боевой активности самого рабочего класса, от сплочения его сил в единую борющуюся против наступления капитала и фашизма боевую армию. Это зависит также от наличия сильной революционной партии, правильно руководящей борьбой трудящихся против фашизма, от правильной политики рабочего класса в отношении крестьянства и мелкобуржуазных масс города, от бдительности и своевременных действий революционного пролетариата.

Левые сектанты, которым в годы мирового экономического кризиса удалось захватить руководство Болгарской коммунистической партией нанесли ей и всему рабочему движению огромный вред. Их преступная политика привела к ослаблению связей БКП с массами, к ослаблению революционной бдительности, к пассивности. Именно это обстоятельство дало возможность фашистской реакции вновь обрушиться на болгарских рабочих и крестьян, боровшихся за свои права и свободы.

	Переворот 19 мая 1934 г., совершенный при содействии Офицерской лиги, объединившей свои действия с группой «Звено», имел некоторые особенности, без учета которых нельзя дать ему правильной характеристики.

	Непосредственным участником переворота была та часть болгарского офицерства и буржуазной интеллигенции, которая относилась отрицательно	к Кобургской монархии, считая ее виновником национальных потрясений и бедствий Болгарии.

Эта группа выражала также серьезное беспокойство в связи с курсом внешней политики болгарского правительства, принимавшей характер все большего сближения с фашистской Германией.

Увлеченные идеей «национального возрождения», участники переворота, стремившиеся создать «авторитарное государство», искали выхода из тупика, в какой попала Болгарин в результате гибельной политики правящих кругов. Таковы были намерения некоторых участников переворота, считавших необходимым «обновить политическую жизнь страны, игнорируя при этом борьбу рабочего класса и широких трудящихся масс за свое освобождение.

Вылко Червенков в статье, напечатанной 19 мая 1945г. в газете «Работническо дело», писал: «Одно дело — субъективные намерения авторов переворота 19 мая 1934 года и у нас нет основания брать под сомнение бескорыстность этих намерений, другое дело, однако,...объективные результаты, которые получились...

Движение 19 мая было движением части нашей буржуазной интеллигенции и значительной части младшего и среднего офицерства, которое полагало, что национальное возрождение Болгарии возможно без и против трудящихся и их борющихся организаций, без борьбы за искоренение фашизма, как предпосылки всякого национального возрождения нашей страны. И здесь первопричина его неуспеха и того, что оно объективно было использовано монархизмом».

Субъективные намерения некоторой части группы «Звено», совершившей вместе с Военной лигой переворот 19 мая 1934 г., не снимают вопроса о фашистском характере этого переворота. Тем не менее, в отличие от фашистского переворота 9 июня 1923 г. здесь имеются некоторые особенности. Новый государственный переворот не имел за собой поддержки большинства болгарской буржуазии. Социальная база «19-майцев» была крайне узка. Они опирались «непосредственно лишь на часть армии прежде всего на кадры среднего офицерского состава и на очень узкие слои буржуазии».

Существенным было и то обстоятельство, что в отличие от фашистского переворота 9 июня 1923г. переворот 19 мая 1934г.,6ыя проведен помимо желания дворцовой клики, политика«19-майцев» в известной степени затрагивала интересы двора, антидинастические тенденции характеризовали настроения некоторых участников этого переворота. Но главное, что было общим для обоих переворотов — это их террористическая диктатура, направленная на уничтожение Коммунистической партии и революционного движения в стране. Государственный переворот 19 мая 1934г., в результате которого к власти пришло правительство Кимона Георгиева, фактически отменил конституцию и покончил с последними остатками буржуазного парламентаризма и буржуазной демократии. Переворот в дальнейшем содействовал установлению открытой монархо-фашистской диктатуры, опиравшейся на поддержку гитлеровской Германии. Новое правительство встреченное враждебно народом, было крайне неустойчивым. Оно пришло к власти «в Результате обострения промышленного и аграрного кризиса, в результате страха перед ростом революционного возмущения масс, ввиду сужения социальной основы предыдущего буржуазного режима, под давлением иностранных государств - прежде всего Франции и Югославии».

Переворот вызвал огромное возмущение рабочего класса и трудящихся масс Болгарии. Однако движение рабочего класса не вылилось в форму организованного отпора вследствие того, что в руководстве Коммунистической партии были левосектантские троцкистские элементы, которые нацеливали рабочий класс не на борьбу против фашизма, а на борьбу против Земледельческого союза, за которым шли крестьянские массы. Пагубная политика левых сектантов сорвала единый фронт, дезорганизовала рабочее движение, лишила рабочий класс поддержки его основного союзника — крестьянства. Отдельные забастовки протеста и демонстрации, вспыхнувшие в Софии, Пловдиве, Хаскове, Варне и других городах, были быстро подавлены. Переворот 19 мая временно укрепил сильно расшатанные в годы экономического кризиса позиции болгарской буржуазии. Новое правительство, учитывая ненависть трудящихся к фашизму, стремилось с самого начала затушевать фашистские мероприятия, представить себя как власть «беспартийного», «национального» правительства. В своем манифесте оно ссылалась на «моральный кризис», на процесс «глубокого разложения» прежних политических партий, на то, что «только армия в состоянии положить конец теперешней анархии». Правительство удерживало власть путем жестоких преследований. Наряду с этим оно прибегало и к методам социальной демагогии, обещая провести ряд мероприятий, облегчающих положение народа. Крестьянам была обещана «самая широкая поддержка сельского хозяйства» — дешевый кредит, низкие цены на промышленные товары, обеспеченные рынки и прочее; рабочим — «облегчение безработицы путем организации общественных работ и покровительства труда». В области внешней политики правительство подчеркивало, что, идя навстречу желаниям широких трудящихся масс, оно восстановит дипломатические отношения с СССР. Подобные обещания были рассчитаны на привлечение трудящихся масс на сторону правительства.

Крупная буржуазия оказала правительству поддержку в расчете на то, что оно сможет установить «порядок» в стране и вывести ее из кризиса. Отношение к перевороту 19 мая со стороны реакционных лидеров социал-демократической партии и верхушки Земледельческого союза было отношением прикрытой поддержки. Так, социал-демократическая газета «Народ» в передовой статье от 30 июня 1934 г. цинично писала: «Мы примиряемся с создавшимся фактическим положением, охваченные чувством глубокой горечи». Часть Земледельческого союза во главе с Гичевым заняла выжидательную позицию.

Рабочий класс и трудящиеся массы крестьянства оказались в тяжелом положении. Буржуазная реакция повела самое жестокое наступление на жизненный уровень трудящихся, на их права и свободы.

			Указом от 14 июня 1934г. были запрещены и распушены все политические партии. Одновременно были распущены рабочие профсоюзы, закрыты рабочие клубы, а рабочая пресса была запрещена. Имущество рабочих профсоюзов было конфисковано. Вслед за этим последовали массовые аресты и судебные расправы, особенно усилившиеся в связи с раскрытием подпольной типографии БКП. Десятки коммунистов, революционных рабочих на судебных процессах, происходивших в Пловдиве, в Хаскове и других городах, были присуждены к длительному тюремному заключению, часть из них была приговорена к смертной казни.

Кровавые расправы над деятелями революционного движения продолжались и в дальнейшем. На судебном процессе, происходившем в декабре 1934г. в городе Руссе, был вынесен смертный приговор неутомимому организатору подпольных ячеек Йордану Лютибродскому. Народное собрание было разогнано, закон об общинах изменен. Кметы обшин теперь назначались министерством внутренних дел. Самоуправление общин фактически было сведено на нет. В целях централизации власти вводилось новое административное деление, страна разделялась на семь областей.

Правительство провело ряд мероприятий и в области экономической политики. В частности, оно ввело новые государственные монополии, которые в известной степени затронули интересы некоторых групп крупного капитала. В это время прибыль только трех наиболее крупных табачных фабрик достигала 14 млн. левов, значительную прибыль получали и капиталисты спиртоводочной промышленности. Однако введение этих монополий (отмененных последующем правительством) не могло улучшить положение трудящихся масс. 

Интересы крупного капитала были учтены и созданием специального банка «Болгарский кредит» с капиталом в 125 млн. левов. Государственные кредиты были предоставлены частным банкам и крупным предприятиям как средство, облегчающее выход из кризиса. Сельскохозяйственная политика была направлена на поддержку зажиточных слоев крестьянства, которые могли бы служить опорой правительству в деревне.

Опубликованный 7 августа 1934 г. новый закон «Об облегчении положения должников и оздоровлении кредита» создавал ряд льгот для тех крестьянских хозяйств, долги которых не превышали половины суммы стоимости их имущества. Закон совершенно игнорировал интересы бедняцких слоев деревни и ремесленников, имеющих долги на сумму менее 2000 левов.

Правительство пыталось создать «новую систему общественных отношений», взяв в качестве образца итальянский фашистский режим. Было  особое ведомство, так называемая «Дирекция общественного обновления», с задачей пропаганды среди населения идей авторитарного строя. Правительственный печатный орган «Нови дни» на своих страницах обосновывал ненужность парламентского строя указывал на необходимость объединения всего населения по профессиям, построенным на принципе солидарности труда и капитала, пропагандировал идею сильной власти в руках «компетентных лиц» и пр. Ряд законодательных распоряжений предусматривал создание корпоративного режима. Внешняя политика правительства. Кимона Георгиева отличалась от внешнеполитического курса предыдущего правительства «Народного Блока». В первую очередь она характеризовалась антигерманской направленностью и стремлением сблизиться с Францией.

Вместе с тем правительство взяло решительный курс на сотрудничество с зависимой от Франции Югославией, разгромив враждебную ей черносотенную македонскую организацию Ивана Михайлова, бывшую в течение долгих лет орудием итальянского империализма и великоболгарской, реваншистски настроенной буржуазии. Важным внешнеполитическим шагом правительства К. Георгиева было восстановление дипломатических отношений между Болгарией и СССР (23 июля 1934 года). Советское правительство приняло предложение об установлении дипломатических отношений с Болгарией, считая, что оно отвечает интересам обеих стран. В. М. Молотов в докладе о работе правительства VII съезду Советов СССР 28 января 1935 г. отметил, что «установление нормальных отношений с Румынией, Чехословакией и Болгарией также целиком отвечает интересам дела, интересам мира в Европе в особенности».

Болгарский рабочий класс в условиях нарастающей военной диктатуры сумел выразить свою глубокую признательность к СССР, создав в Софии первое болгаро-советское общество дружбы. Вскоре в ряде других городов также возникли подобные общества.

Политика правительства Кимона Георгиева, направленная в сторону укрепления отношений с империалистическими кругами Франции, вызывала недовольство со стороны реваншистски настроенной буржуазии и дворцовой клики. Кроме того, царь Борис опасался потерять свое влияние в армейских кругах, среди которых были сторонники Георгиева, настроенные против Кобургской династии.

	Правительство Георгиева опиралось на очень узкую социальную основу. Народные массы, лишённые всех демократических прав и свобод, относились к нему враждебно.

В результате закулисной борьбы в январе 1935г. правительство Кимона Георгиева было свергнуто. Большую роль в падении «Правительства 19 мая» сыграл царь Борис, которому удалось расколоть Офицерскую лигу и часть ее руководства привлечь на свою сторону. Власть на короткое время перешла в руки ставленника царя — генерала Златева, который занимал пост военного министра в правительстве Кимона Георгиева. Новое правительство не замедлило выступить с декларацией, в которой было заявлено, что оно является противником республиканского строя и приверженцем конституционной монархии, что оно будет беречь престол и неприкосновенность монархического строя, как «единственной государственной формы, соответствующей исторической жизни болгарского народа»

Правительство генерала Златева просуществовало всего три месяца (январь — апрель 1935 г.). Его классовая база была столь же узкой, как и классовая база предшествовавшего правительства. Это был союз крупного капитала с представителями генералитета. Приход к власти нового правительства означал заметный поворот во внешней политике в сторону Германии, отмеченный вскоре первым визитом царя Бориса в Германию в целях установления связей с гитлеровским фашизмом. Этот поворот сказался и в политике сближения с Польшей и Венгрией. Что касается отношений с Югославией, то в последовавших переговорах с ней Болгария добилась ее поддержки в вопросе вооружения своей армии.

Правительство Златева не внесло каких-либо изменений в режим военно-фашистской диктатуры. Основная его задача заключалась в укреплении позиций монархо-фашизма, устранении из армии сторонников группы Дамяна Велчева, участвовавшей в перевороте 19 мая 1934 г.. перешедшей теперь на положениe оппозиции и замышлявшей новый государственный переворот. Царь воспользовался выходом из кабинета Златева некоторых членов предыдущего состава правительства, настроенных против Кобургской династии. для того чтобы создать правительство, более преданное монархо-фашистской диктатуре.

Формирование нового кабинета было поручено Андрею Тошеву — одному из доверенных лиц царя Бориса, в прошлом находившемуся на дипломатической службё. Новое болгарское правительство с удовлетворением было встречено в фашистской Германии. Ее печать отмечала, что руководство царя Бориса выступает все больше и больше как главная ось внутриполитического развития Болгарии. Приход к власти правительства Тошева фашистская реакция пыталась представить как решающее событие во всей политической жизни Болгарии, как нечто отличное от военно-фашистской диктатуры, установленной переворотом 19 мая 1934 г. В царском манифесте, опубликованном 21 апреля 1935 г., были обещаны «преобразования», отвечающие духу нового времени. «Преобразования» начались с того, что вместо распущенных профессиональных союзов правительство стало создавать фашистские казенные профсоюзы, которые должны были стать одним из звеньев корпоративной организации государства. Однако на созванном в Софии в октябре 1935 г. учредительном конгрессе объединения казенных профсоюзов правительству не удалось обеспечить нужного ему состава делегатов; значительная часть делегатов конгресса была представлена рабочими-антифашистами. Сопротивление рабочего класса заставило правительство отсрочить намеченное создание корпоративной организации сельскохозяйственных рабочих и крестьян. В области экономической политики правительство Тошева в интересах крупного капитала отменило систему государственных монополий, ставших теперь стеснительными, снизило в интересах крупных сахарозаводчиков цены на свеклу, провело «оздоровление» государственного путём значительного увеличения налогового обложения (акциз на бумагу, текстиль, строительные материалы). Выпуск Национальным банком особых казначейских билетов (бон) на сумму около 1,5 млн. левов был одним из дополнительных средств грабежа народных масс. Несмотря на все эти мероприятия, государственный бюджет по-прежнему продолжал оставаться дефицитным. Правительство Тошева продолжало политику террора по отношению к трудящимся массам. Им были проведены новые казни коммунистов, осуждённых фашистскими судами. Был организован ряд карательных экспедиций.

Среди буржуазных политических группировок происходили трения по вопросу о создании массовой фашистской партии, которая могла бы послужить социальной опорой фашистскому режиму. Правительство Тошева пыталось смягчить противоречия внутри буржуазного лагеря, опереться на более широкую социальную базу, обещая новую конституцию. Добиться укрепления внутриполитического положения ему не удалось. Фашистское «национально-социальное движение» Цанкова, в свою очередь, стремилось к захвату власти. Неустойчивостью положения правительства Тошева попытались воспользоваться оппозиционные элементы Офицерской лиги. Часть недовольного офицерства во главе с полковником Д. Велчевым пыталась в октябре совершить новый переворот. Заговорщики были раскрыты, их главари были приговорены к смертной казни, замененной впоследствии пожизненным заключением. Внешнеполитический курс правительства А. Тошева был направлен на укрепление связей с фашистской Германией. Вопреки установленным дипломатическим отношениям с Советским Союзом, правительство Тошева проводило враждебную ему политику, поощряя антисоветские выступления со стороны белогвардейских групп, которые продолжали пользоваться, как и в период нахождения у власти Цанкова и Ляпчёва, помощью со стороны болгарских властей. Советское правительство в ноте от 4 июня 1935 г заявило решительный протест в связи с открытой антисоветской деятельностью белогвардейских групп в Болгарии, потребовав принять необходимые меры к ликвидации этих групп.

Правительства Златева и Тошева были переходными правительствами, расчищавшими путь установлению открытой монархо-фашистской диктатуры царя Бориса.

В ноябре 1935 г. у власти оказалось правительство Кьосейванов, близкого дворцовой клике, начальника царской канцелярии, бывшего ранее дипломатическим чиновником. Проводя неоднократно «реорганизации» кабинета, он продержался у власти вплоть до начала 1940 г. Приход правительства Кьосейванова, в которое входили заядлый реакционер военный министр Луков и группа цанковистов, был одобрительно встречен правящими кругами фашистской Германии и Италии. Эти правители, так же, как и сменившие их позднее фашисты, Филов, Божилов и другие, всей своей преступной политикой способствовали укреплению режима открытой фашистской диктатуры царя Бориса, подчинили Болгарию империалистическим планам фашистской Германии и поставили ее в положение гитлеровского вассала. Однако свою преступную антинародную политику Кьосейванов проводил крайне осторожно, маскируя ее рядом псевдодемократических заявлений, обещаний, широко используя метод политического маневра и даже шантажа. Так, например, в правительственной декларации, обнародованной в ноябре 1935 г., было сказано, что вновь организованный кабинет ставит своей задачей «привлечение народа к участию в управлении». Одним из первых мероприятий правительства Кьосейванова было проведение мер по упрочению влияния царя Бориса в армии. На военного министра генерала Лукова была возложена задача разогнать Военную лигу, уволить недовольных существующим режимом офицеров, расправиться с заговорщиками. В начале 1936г. были арестованы и затем осуждены полковники Колев и Календеров которым было предъявлено обвинение в подготовке заговора. Правительством был принят закон, запрещающий вовлекать офицерство в общественно-политическую борьбу. Борьба за армию, которая развернулась в 1934—1935 гг. между Военной лигой (группа младшего и среднего офицерства) и царским двором теперь была закончена.

Руководство армией полностью находилось в руках царя Бориса и верного ему генералитета.

Основной линией, которую в области внутренней политики проводило правительство, было усиление борьбы против антифашистского движения в стране, против героическою рабочего класса Болгарии, возглавлявшего это движение. Правительство употребляло большие усилия, чтобы разъединить силы складывавшегося под руководством Коммунистической партии демократического лагеря, отколоть от рабочего класса крестьянские массы, мелкую буржуазию, трудовую интеллигенцию, требовавших восстановления демократических свобод (в первую очередь отмены цензуры над печатью и закона о контроле над общественными организациями). Правительство Тошева, таким образом, пыталось создать предпосылки для утверждения корпоративного режима, установить который не удалось предшествующим правительствам. Между тем, экономическое положение Болгарии оставалось тяжелым.

Мировой экономический кризис продолжался до конца 1933 г. После этого кризис перешел в депрессию, и только через некоторое время началось небольшое оживление в промышленности, частичный ее подъем. Однако и этот подъем не перешёл в процветание.

В Болгарии, стране экономически отсталой, зависимой от чужеземного капитала, экономический кризис принял затяжной, длительный характер. Лишь после 1934 г. Болгария вышла из кризиса и вступила в период депрессии. Выход из кризиса был достигнут путем чудовищного наступления буржуазии на жизненный уровень трудящихся масс Болгарии. Это наступление в еще большей степени было усилено переходом к установлению открытой военно-фашистской диктатуры. За годы экономического кризиса и последовавшей за ним депрессии, с 1929 по 1937 г., заработная плата болгарского рабочего упала на 42%. 

Признаки некоторого хозяйственного оживления стали обнаруживаться в Болгарии только со второй половины 1935 г. К этому времени продукция сельского хозяйства дала некоторый прирост по зерновым при значительном расширении посевов технических культур; цены на сельскохозяйственные продукты выросли.

Что касается промышленности, то сколько-нибудь заметных перемен здесь не было. Безработица по-прежнему охватывала зрительное число рабочих. Общий торговый оборот страны достиг в 1935 году суммы 6262 млн. левов или на 31% превысил торговый оборот 1934г., но это составляло менее половины докризисного уровня. Финансовое сложение страны также оставалось тяжелым, дефицит государственного бюджета за 10 месяцев 1935 г. составил 866 млн. левов.

Монархо-фашистское правительство пыталось приукрасить действительность неоднократными заявлениями об экономическом подъеме страны, об улучшении положения трудящихся и пр. Фактически дело обстояло иначе. За это время несколько повысился удельный вес крупных предприятий, частично обновивших свою технику и увеличивших объем своей продукции. Число рабочих на этих более крупных предприятиях увеличилось с 38 251 человека в 1929 г. до 44 325 человек в 1937 г., при общем увеличении мощности механических двигателей на 55,5%. Однако стоимость валовой продукции важнейших отраслей промышленности оценивалась в 1937 г. в 7,2 млрд. левов и была ниже уровня 1929 г. Ряд отраслей промышленности по стоимости произведенной продукции значительно отставал от докризисного уровня. Одна из ведущих отраслей болгарской промышленности — пищевая — давала в 1937 г. всего лишь 66,3% продукции по сравнению с 1929 г. Этот факт показателен в том отношении, что он свидетельствует об обнищании масс Болгарии, вынужденных сократить нормы потребления. Отстающими отраслями болгарской промышленности были также кожевенная, деревообрабатывающая и лесная и некоторые другие. В лучшем положении были текстильная промышленность, продукция которой достигла 113,4% по отношению к 1929 г., энергетическая — 170,7%, и бумажно-картонажная — 265,4% 2.

В сельском хозяйстве, несмотря на некоторый рост посевных площадей, положение оставалось исключительно тяжелым. Достаточно сказать, что доход болгарского села, исчислявшийся в 1926 г. в 12,9 млрд. левов, в 1938 г. снизился до 8 млрд. левов, что около половины мелких крестьян продолжали обрабатывать землю посредством самой примитивной техники, не имея средств на приобретение плуга. Конгресс болгарских скотоводов, происходивший в том же 1938 г., констатировал значительное уменьшение поголовья крестьянского скота. Огромная задолженность продолжала давить на плечи болгарских крестьян. Все это убедительно свидетельствовало о том, что процесс восстановления хозяйственной жизни Болгарии, потрясенной экономическим кризисом, происходил крайне медленно и мучительно отзывался на положении широких народных масс.

Новым явлением в хозяйственной жизни страны в это время было значительное усиление экономического влияния фашистской Германии, вскоре подчинившей себе все хозяйство Болгарии и поставившей его на службу целям войны. Удельный вес Германии во внешней торговле Болгарии вырос с 22,2% в 1929 г. до 61 % в 1936 г. по ввозу и с 29,9% до 48% по вывозу в те же годы.

В соответствии с политикой подготовки войны фашистская Германия систематически расширяла свои торговые отношения с аграрными странами Юго-Восточной Европы путем заключения двусторонних расчетно-компенсационных (клиринговых) соглашений. Торговый договор, заключенный между Германией и Болгарией в июле 1935г., стал рычагом воздействия на экономику страны, рычагом ее ограбления и подчинения. Хозяевами экономической жизни страны становились крупные немецкие банки —» Дрезденер банк» и «Дейче банк», - в интересах которых работал созданный институт по изучению экспортной торговли.


Глава вторая. Разгром левосектантской фракции в БКП. Борьба БКП за проведение нового большевистского курса



Монархо-фашистской диктатуре удалось нанести тяжелое поражение рабочему классу: ликвидировать его классовые профсоюзные организации, загнать рабочих в государственные фашистские союзы (в 1935 г. был принят специальный закон об обязательном членстве в государственных профсоюзах), подавить на время стачечную борьбу. Но эти мероприятия, так же как и специально созданный аппарат для пропаганды идей «нового» строя, не могли заставить рабочий класс, трудящееся население Болгарии отказаться от борьбы. Массы по-прежнему были верны Коммунистической партии и независимым профсоюзам. По мере того как восстанавливались нелегальные организации Коммунистической партии, комсомола и независимых профсоюзов, вновь оживало в Болгарии массовое рабочее движение.

Возрождение рабочего движения в тяжелых условиях монархо-фашистского режима было тесно связано с борьбой за проведение нового, большевистского курса в Коммунистической партии после изгнания из руководства левых сектантов.

Решающую роль в деле выправления линии Болгарской коммунистической партии, преодоления левосектантского курса и восстановления широких связей партии с массами сыграли помощь Коммунистической партии Советского Союза, решения VII конгресса Коминтерна и указания Георгия Димитрова, вновь ставшего после Лейпцигского процесса во главе партии и избранного в 1935 г. генеральным секретарем Коминтерна. Новое руководство вывело Коммунистическую партию Болгарии из того тупика, в который поставило ее левосектантское, троцкистское руководство. В своих выступлениях, посвященных памяти Димитра Благоева (1934 -1935 гг.), Георгий Димитров ярко обрисовал героическое прошлое партии тесных социалистов, которое Умышленно извращалось левосектантами в целях фракционной борьбы, и вместе с тем указал на отрицательные стороны тесиосоциалистического движения, мешавшие ему стать на путь большевистской партии. Димитров разоблачил троцкистскую сущность левосектантов, использовавших тяжелое нелегальное положение партии и временно захвативших её руководство.

В конце февраля — начале марта 1936 г. состоялся VI расширенный пленум ЦК БКП, давший в своих решениях конкретную разработку вопросов проведения партией нового, большевистского курса.

В резолюции пленума разоблачалась политика фашистской диктатуры, осуществляемая болгарским монархо-фашизмом. Эта политика характеризовалась введением новых налогов, вычетами и удержаниями из заработной платы рабочих, отказом от помощи безработным, увольнением служащих, закрытием школ, запретом крестьянам пользоваться общинными угодьями, скупкой крупными торговцами за бесценок крестьянской продукции, угнетением национальных меньшинств и, наряду с этим, ростом расходов на вооружение.

Пленум указывал, что под натиском народных масс правительство вынуждено было заговорить о «смягчении режима», о «нормализации» положения и одновременно с этим утверждало драконовские приговоры по политическим процессам, отсрочивало выборы, покровительствовало фашистским организациям. Указывая на правительство царя Бориса и партию Цанкова, как на носителей фашизма и врагов болгарского народа, пленум ЦК БКП дал конкретную программу действий:

«Для того чтобы выйти из нынешнего невыносимого положения, для того чтобы не допустить к власти партию Цанкова и новой попытки военного переворота и чтобы прекратить ограбление масс необходимо:

		немедленно восстановить Тырновскую конституцию, права и свободы, предусмотренные в ней;

	немедленно назначить срок выборов в Народное собрание на основе старого избирательного закона;

отменить все антиконституционные декреты, принятые после 19мая; распустить все гражданские и военные организации, которые отменили конституцию или выступают против ее восстановления

Этого можно добиться только дружной борьбой всех народных сил. Нет у фашизма большего врага, чем сплочение народных сил.

Пленум ЦК БКП ещё раз подтвердил готовность партии вести вместе с социал-демократической партией и другими нефашистскими партиями борьбу за создание правительства Народного фронта. Вместе с тем пленум в специальной резолюции указал на необходимость развернуть экономическую борьбу рабочего класса в защиту его жизненных интересов, за повышение заработной платы и тд.

Борясь за проведение в жизнь решений VI пленума ЦК, партия умело и энергично защищала интересы трудящихся масс. Значительная работа была проведена партией и по организации крестьянских масс, подвергавшихся жестокому ограблению со стороны капиталистических монополий. Влияние партии выросло в таких организациях, как союзы крестьян - табакопроизводителей, виноделов и других массовых организациях трудящихся.

Партия всемерно продолжала крепить боевой союз рабочего класса и крестьянства как важнейшее условие, обеспечивающее успех в деле создания антифашистского Народного фронта.



Глава третья. Движение за создание широкого народного фронта против фашизма и опасности новой войны



Рост антифашистского движения в стране вселял тревогу в кругах правящей клики, тщетно пытавшейся создать широкую социальную опору для монархо-фашистского режима. Правительство Кьосейванова наряду с реакционными мерами полицейско-охранительного порядка — запрещением стачек (август 1936 г.), принятием закона о контроле над общественными организациями (недопущение в них лиц, подозреваемых в принадлежности к Коммунистической партии), закрытием газет и другими — использовало метод политического маневрирования. В июне 1936г. правительство Кьосейванова, просуществовав всего полгода, «реорганизуется», в его состав включаются некоторые представители распущенных политических партий, тесно связанных с фашистской реакцией — Тодор Кожухаров (цанковист), Ради Василев (крыло Ляпчева) и др. Одновременно правительство царя Бориса выступило с декларацией, обещая «нормализировать» политическое положение в стране и провести в октябре того же года «свободные парламентские выборы». Цель этих обещаний сводилась к тому, чтобы создать в массах иллюзии о готовности правительства восстановить демократическое правление и, обманывая массы, расколоть движение борьбы за создание Народного фронта.

Правительственное заявление было одобрительно встречено лидерами старых буржуазных партий и Земледельческого союза, рассчитывавших, после созыва Народного собрания, вновь стать у власти. Они отвергли предложение коммунистов о совместной борьбе на основе движения I Народного фронта, несмотря на то, что низовые организации Земледельческого союза и социал-демократической партии высказывались за совместные выступления с коммунистами. По инициативе Гичева, который играл не малую роль в наступлении реакции на демократические права трудящихся, была создана особая группа «Пятёрка» - в составе представителей правого крыла земледельческого союза, социал-демократической партии, национал либералов и радикалов. Формально, объявив себя в оппозиции к открытой фашистской диктатуре, своими колебаниями, пассивностью на деле препятствовала развёртыванию борьбы против фашистской реакции.

Надежды лидеров буржуазной «оппозиции» на скорое проведение выборов в Народное собрание и участие в создании парламентского правительства вскоре же рассеялись. В октябре 1936 г. правительство заявило, что ввиду необходимости обеспечить спокойствие в стране, особенно в связи с тревожным международным положением, парламентские выборы откладываются, и что правительство сначала проведет выборы общинных советников.

	В январе 1937 г. был опубликован новый избирательный закон, реакционный характер которого был, подчеркнут требованием к каждому кандидату в депутаты подать заявление о том, что он не является членом запрещенных организаций, не придерживается «антигосударственных идей», «насильственных методов борьбы» и пр., Распространение избирательных обращений запрещалось под угрозой тюремного заключения

	Закон предусматривал участие в выборах наряду с мужчинами лишь замужних женщин, имеющих детей (в предположении того, что женщины отдадут свои голоса благонадежным, с точки зрения правительства, кандидатам). Закон увеличивал возрастной ценз избирателей. Итак, масса демократически настроенной молодежи, наиболее передовые представители, которой были объединены в молодежные организации Народного фронта еще осенью 1936 г, была лишена возможности участвовать в выборах.

Общинные выборы в Болгарии происходили в момент напряженно-международной обстановки в Европе. Фашистская Германия и Италия развертывали интервенцию в Испании, готовясь к новым захватам. Правительства Англии и Франции при поддержке США, прикрываясь политикой «невмешательства» и систематически саботируя проводимую Советским Союзом политику коллективной безопасности, направляли гитлеровскую агрессию против СССР. Вместе с тем между империалистическими державами шла напряженная дипломатическая борьба на Балканах и в Центральной Европе за союзников в предстоящей войне. Вопрос о национальной независимости малых держав в Центральной и Юго-Восточной Европе стал одним из основных в их политической жизни.

Коммунистические партии этих стран, ведя борьбу против фашистской агрессии, за национальную независимость, за мир, направляли движение рабочего класса, трудящихся масс в сторону укрепления дружбы с Советским Союзом.

В то время, когда жизненным интересам болгарского народа все более стала угрожать гитлеровская Германия, захватывавшая важнейшие позиции в экономике страны и подчинявшая ее своим планам подготовки разбойничьей войны, когда при содействии болгарских властей в стране активизировались старые и возникали новые фашистские организации, действовавшие по указке той же гитлеровской Германии, правительство лицемерно заявляло о своей приверженности делу мира и о том оно ведет самостоятельную внешнюю политику. Своими многочисленными декларациями о нейтралитете, о верности обязательства, связанным с членством в Лиге Наций, правительство фактически прикрывало антинародную деятельность Царя Бориса, активно сотрудничавшего с фашистскими правящими кругами Берлина и Рима.

Болгарское правительство полностью солидаризировалось с агрессивными действиями гитлеровской Германии. Германо-Японский союз, заключённый осенью 1936 года, был встречен болгарским правительством с одобрением. На страницах болгарской буржуазной печати с удовлетворением отмечалось, что этот договор направлен против СССР. Болгарское правительство, имея официальные дипломатические отношения с Советским Союзом, вело против него клеветническую кампанию, защищало агрессивную политику фашистских государств, участвовало вместе с ними в заговоре против мира

Поездка царя Бориса летом 1936 г. сначала в Италию, а затем в Германию была тесно связана с изменением в международной обстановке в это время и стремлением согласовать свои планы с действиями фашистских держав. Именно в этой связи нужно рассматривать некоторый поворот в отношениях между Болгарией и Югославией, который вскоре нашел свое выражение в заключении болгаро-югославского пакта о «вечной дружбе», предусмотренного фашистской дипломатией Гитлера. Заключению пакта (24 января 1937 г.) предшествовал ряд дипломатических встреч — поездка премьер-министра Югославии Стоядиновича в Болгарию, его беседа с царем Борисом и Кьосейвановым, его последующее пребывание в Анкаре, затем заявление, сделанное в печати, о том, что еще никогда болгаро-югославские отношения не были столь «сердечными» и «дружественными» и т. д.

В болгаро-югославском пакте ничего не было сказано о тех вопросах (македонском и др.), которые в течение многих лет по вине правящих клик служили причиной враждебных отношений между Болгарией и Югославией. Никакими обязательствами ни одна, ни другая сторона не были связаны. И, тем не менее, пакт носил отнюдь не декларативный характер. Пакт был, несомненно, ударом по Малой Антанте, свидетельством отказа Югославии от системы договоров, которую в течение ряда лет создавала Франция в Центральной и Юго-Восточной Европе.



Глава четвёртая. Прогитлеровский курс болгарских правящих кругов и включение Болгарии в блок фашистских государств



Даже после начала II Мировой войны Правительство оставалось глухим к многочисленным и настойчивым требованиям болгарского народа - ориентироваться на Советский Союз как на единственное государство, способное оказать действенную помощь, обеспечить мир на Балканах и независимость балканских народов. Болгарская рабочая партия, под руководством которой рабочий класс и широкие трудящиеся массы вели борьбу за установление дружественных отношений с Советским Союзом, была единственной партией в стране, мужественно отстаивавшей ее национальную независимость, демократические права и свободы народа.

Еще в начале второй мировой войны Рабочая партия поставила в области внешней политики Болгарии основную задачу—заключение пакта о дружбе и взаимной помощи с Советским Союзом. Такой пакт полностью отвечал национальным интересам страны, открывал новые перспективы в борьбе за мир и восстановление демократических свобод. Выдвинутое Рабочей партией требование о заключении пакта о дружбе и взаимопомощи с СССР стало самым популярным среди трудящихся масс Болгарии Партия всеми силами крепила единство всех демократических сил страны, разоблачая как преступную политику болгарского монархо-фашизма так и происки империалистических держав, пытавшихся втравить Болгарию в войну Она неустанно указывала, что только Советский Союз

Является мощной и надёжной опорой в борьбе народов за сохранение мира. Однако в ходе переговоров, происходивших в сентябре-октябре 1939 года, выяснилось, что болгарское правительство не стремилось получить помощь от Советского Союза и взять на себя какие-либо обязательства. Болгарское правительство отклонило предложение о заключении пакта о дружбе и взаимопомощи с СССР.

Развязанная фашистской Германией война в Европе застала Болгарию в трудном положении. Правительство царя Бориса, не сумевшее преодолеть тяжелые последствия экономического кризиса, связавшее страну кабальными соглашениями с гитлеровской Германией, в новых условиях военной обстановки оказалось полным банкротом.

В начале войны фашистское правительство опубликовало декларацию о «полном нейтралитете» Болгарии. Эта декларация от начала до конца была лицемерной. Фактически правительство маневрировало, выжидая благоприятный момент для вступления Болгарии в начавшуюся войну в Европе. Под предлогом необходимости усиления «обороны» страны правительство провело ряд мероприятий, направленных на подготовку к войне: оно провело через парламент новые дополнительные военные кредиты на сумму в 670 млн. левов, лихорадочно сооружало стратегические железнодорожные линии, идущие в направлении румынской и греческой границ, министерство торговли взяло под контроль работу промышленных предприятий страны. Под давлением народных масс, жестоко страдавших от дороговизны, правительство ввело нормированные цены на ряд продуктов первой необходимости. Однако это нисколько не мешало росту спекуляции, так как специально созданной при том же министерстве торговли комиссии разрешалось повышать цены на товары. Положение трудящихся масс города и деревни было настолько тяжелым, что об этом вынуждены были писать даже такие газеты, как орган банковских кругов газета «Слово», которая сообщала: «Хотя вся заработная плата работающих по найму уходит на питание, она не в состоянии удовлетворить нужду в пищевых продуктах. Очень небольшая часть нашего населения питается прилично». Болгарское правительство могло бы значительно улучшить экономическое положение страны, расширив и укрепив торговые отношения с Советским Союзом. Вопрос о заключении торгового договора между Болгарией и Советским Союзом ставился неоднократно после восстановления дипломатических отношений между обеими странами в 1934г. Однако всякий раз болгарское правительство уклонялось от переговоров. И только в декабре 1939 г. оно направило в Советский Союз торговую делегацию, после чего 5 января 1940г. договор о торговле и мореплавании между СССР и Болгарией был подписан. Договор намечал на 1940 г. оборот торговли в сумме 920 млн. левов, т. е. сумму, в два раза превышающую весь торговый оборот между СССР и Болгарией за предыдущие 20 лет. Договор значительно облегчал положение рабочего класса Болгарии. 

Царь Борис постоянно оттягивал присоединение Болгарии к Тройственному пакту. Но страх перед коммунизмом, уверенность в конечной победе германского оружия, возникшая под влиянием военных успехов вермахта в Западной Европе, соблазн получить обещанные Гитлером территориальные приращения в случае вступления Болгарии в Тройственный пакт взяли верх над колебаниями царя. Кроме того, Борис понимал, что промедление с присоединением к Тройственному пакту может привести к печальным последствиям - немецкие войска войдут в страну и без его согласия, и он окажется в роли царствующего пленника. 1 марта 1941 года был подписан протокол о присоединении Болгарии к Тройственному пакту.

1918 году, в начале своего правления, под впечатлением событий на Салоникском фронте, Борис поклялся, что ни один болгарский солдат больше не будет вовлечен в войну. Эта клятва представляла собой редкое исключение из высказываний царя Бориса - она была искренней. Однако обстоятельства оказались сильнее желаний монарха. Борису, правда, удалось, в отличие от всех других союзников Гитлера, не посылать болгарские войска на фронт, ограничить их участие в войне оккупацией югославских и греческих территорий. Болгарская армия выполняла функции по поддержанию порядка в тылу гитлеровских армий. Но Гитлер сам считал целесообразным держать основную часть болгарской армии на турецкой границе для предотвращения вступлении Турции в войну на стороне антигитлеровской коалиции. И все же под давлением Германии в ходе войны Борису пришлось увеличивать свои военные обязательства. Немцам были предоставлены военно-морские базы и другие военные субъекты на болгарской территории для военных действий против СССР. Неоднократно расширялась болгарская оккупационная зона в Югославии и Греции, туда направлялись дополнительные болгарские войска для усиления репрессий против югославских и греческих партизан, а также с целью высвобождения немецких дивизий для более «горячих» участков военных действий, прежде всего на Востоке. Борис III сделал роковой шаг, объявив в декабре 1941 года под давлением Германии, ссылавшейся на обязательства Болгарии по Тройственному пакту, войну США и Англии. Борис III надеялся, что эта война будет лишь «символической». Такой шаг привел к тому, что спустя два года англо-американская авиация подвергла разрушительным бомбардировкам Софию и другие болгарские города.

Делая ставку на Германию, Борис, как и его отец в 1915 году, совершил фатальную ошибку. После Сталинградской и Курской битв, высадки союзных войск в Северной Африке в ноябре 1942 года и в Сицилии в июне 1943 года, выхода Италии из войны стало ясно, что гитлеровскую Германию ожидает близкий военный крах. Болгария оказалась на грани очередной национальной катастрофы. В этот критический для страны момент царь Борис внезапно в конце августа 1943 г. Скончался.


Список использованной литературы



	История Болгарии. Том II. М., 1976 г.

	Г. Димитров. В борьбе за единый фронт против фашизма и войны. Статьи и речи 1935-1939 гг. ОГИЗ, М., 1939 г.

	XII пленум ИККИ. Стенографический отчёт, т. III, М.,1933 г.

	БКП в резолюции… т. III.

	Вълко Червенков. Истинската поука. «Работническо дело», 19 мая 1945г.

	Аграрный вопрос и крестьянское движение. Справочник, т. II.

	Мировое хозяйство и мировая политика. 1940, № 10

	Стенографски дневници на XXIV-то ОНС, 1 р.с. Книга 2, София, 1940.