Делийский султанат

Реферат



ИНДИЯ В XIII-ХV вв. ДЕЛИЙСКИЙ СУЛТАНАТ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIV в.








План:



	Делийский Султанат во второй половине XIV в. и его временный распад

	Возрождение Делийского Султаната

	Государство Бахмани

	Государство Виджаянагар

	Список литературы






1. Делийский Султанат во второй половине XIV в. и его временный распад



Новому султану Фируз-шаху Туглаку (1351—1388) досталась разоренная страна. Хотя и его предшественник в конце концов стал понимать, что общины не в состоянии нести бремя государственного налогообложения в установленном им объеме, и несколько сократил подати, было ясно, что необходимы решительные и широкие меры для восстановления экономической основы государства — сельского хозяйства.

Фируз-шах существенно сократил налоги общинников и принял меры к восстановлению заброшенных посевных площадей. Очевидно, исчезновением многих деревень и вымиранием их населения было вызвано появление государственной аренды, когда земледельцы приглашались на льготных условиях и даже получали от казны ссуды. Фируз-шах был также первым известным нам североиндийским государем, который построил оросительные сооружения, имевшие общегосударственное значение, — два канала, давшие воду целой области к северу и северо-западу от Дели. В реконструированном виде эти ирригационные каналы действуют и в наши дни. Длина одного из этих каналов превышает 200 км. Результатом умеренного налогообложения явилось постепенное восстановление сельскохозяйственного производства и увеличение численности населения. Скрывавшиеся от налоговых сборщиков и карательных отрядов, выжившие несмотря на голод и эпидемии люди возвращались на пепелища, и старые общины возрождались на прежних местах со всеми своими порядками, под тем же названием.

Фируз-шах был озабочен также восстановлением и развитием городского ремесленного производства и торговли. В панегирическом сочинении «Победы Фируз-шаха» перечислено множество отмененных им податей и поборов с городского населения.

Такая экономическая политика создала Фируз-шаху славу благодетеля народа. Действительно, жизнь явно входила в нормальную колею. Что же касается заслуг султана как «отца подданных», то они заключаются прежде всего в том, что он подчинился необходимости, его политика поощрения хозяйственной деятельности населения была вынужденной.

В целом же Фируз-шах оставался типичным средневековым правителем, полностью разделявшим классовые взгляды и хищническую психологию той группы феодалов, которую он возглавлял. Более того, он был достойным преемником Мухаммада Туглака, жестоко расправляясь с народными волнениями и сектантскими движениями, возникшими, очевидно, еще в царствование Мухаммада. Как это всегда бывало в средневековом обществе, народное недовольство принимало форму не только прямых выступлений — восстаний, но разного рода отклонений от принятых господствующими слоями религиозных порядков — появлялись еретические и сектантские учения, дававшие идеологическое выражение недовольству, имевшему в основе социальный, классовый характер.

В отношении феодалов Фируз-шаху пришлось проводить политику послаблений по части их служебных обязанностей и признания тех прав, которые они себе присваивали явочным порядком. Так, он разрешил значительно уменьшить поступающие в казну отчисления с доходов икта. Клеймение коней больше не проводилось, что ясно указывает на сокращение иктадарами численности своих отрядов. Поскольку правительство все равно не могло обеспечить выполнение положенной военной службы владельцами икта, не было смысла вызывать их недовольство строгостями контроля. Государство признало за иктадарами право на юридический иммунитет их владений, а фактически они уже стали полными хозяевами в своих икта. Широко распространилось наследование икта. Термин инам приобрел новый смысл: так стали называть большие наследственные служебные владения, выросшие из крупных икта вследствие узурпации мукта прав частного феодального собственника, исполнение которым вассальных обязанностей перед государем практически не регламентировалось. Таким образом, верх явно взяла центробежная тенденция в эволюции форм феодальной собственности. Объединяющая феодалов роль государства сводится к минимуму.

Авторитет Фируз-шаха позволял сохранять хотя бы внешность стабильности государственного порядка, но после его смерти султанат стал быстро распадаться. Клики мусульманских феодалов выдвигали своих претендентов на делийский престол, претенденты дрались за наследство великих султанов, а государство стремительно сокращалось в размерах. Владения делийских султанов сократились до области Дели и части Восточного Пенджаба.

Как раз в момент наибольшей слабости Делийского султаната, теперь уже небольшого государства, раздираемого усобицами, в Индию вторглись через Афганистан войска Тимура. Знаменитый завоеватель создал огромную империю. Он, конечно, был прекрасно осведомлен об обстановке в Индии и воспользовался ею для легкого и сулящего богатую добычу грабежа. Все его расчеты блестяще оправдались. Правда, оказавшийся в это время на престоле султан отважно дал бой Тимуру, но он не мог противостоять этому искусному полководцу и его многочисленной опытной армии. Дели был разграблен; в отместку за сопротивление Тимур велел истребить все население города, а из отрезанных голов сложить башни. Подобные приказы он отдавал везде, где по пути следования армии встречал хоть малейшее сопротивление. По словам историка этого похода, сопровождавшего Тимура, «башни, сложенные из голов индийцев, достигали огромной высоты». Правда, Тимур сохранил жизнь тем, кто мог пригодиться победителям. В Самарканд было вывезено большое число индийских ремесленников, предназначенных своим искусством увеличить славу столицы «Железного хромца».






2. Возрождение Делийского Султаната



Разграбленные и сожженные территории, полный разлагающихся трупов Дели, начавшиеся эпидемии и голод — вот что оставил за собой Тимур, когда в начале 1399 г. ушел из Индии. Раздираемое внутренними смутами, Делийское государство временно распалось. Прошло более десятка лет, прежде чем вновь начался процесс консолидации, выдвинувший на политическую арену новую династию Сайидов (1414—1451). Возрожденный султанат объединял всего лишь область Дели и Восточный Пенджаб. Однако выгодность стратегического и экономического положения этой территории, удобство коммуникаций с внешним миром способствовали росту значения Делийского султаната. В частности, он оказывался посредником в торговых связях внутренних районов Индии со странами Среднего и Ближнего Востока через караванные пути. Немалое значение имела близость к соседним мусульманским странам еще и в том отношении, что господствующий политически военно-феодальный слой получал пополнение своих рядов за счет притока воинов, групп и целых племен переселенцев, желавших найти лучшую долю в Индии. Особенно усилился в этот период приток иммигрантов из Афганистана. Простым воинам находилась военная служба, их вожди соперничали со старыми мусульманскими поселенцами, которые были уроженцами Индии в течение многих уже поколений и стали индийцами по многим усвоенным ими чертам быта, вследствие браков на индианках, даже по языку (начал формироваться на основе новоиндийского языка хиндустани уснащенный персидско-арабской лексикой и грамматическими формами «язык орды» — военного лагеря, понятный как мусульманам, так и индусам, будущий язык урду). В середине XV в. власть в Дели захватил вождь обосновавшегося к северу от этого города афганского клана Лоди Бахлул. Его предки поселились в Индии в конце XIV в. Во владении Бахлула оказалась большая область между р. Сатледж и Дели и Лахор. Его войско, превышавшее 20 тыс. человек, состояло из афганцев, среди которых многие были его соплеменниками, и среднеазиатских тюрок. Такое крупное владение в пределах Делийского султаната в конце правления Сайидов не было чем-то исключительным. Существовал еще целый ряд подобных полусамостоятельных феодальных владений. Даже во внешних проявлениях обнаруживались претензии таких могущественных феодалов на царское достоинство, например, в торжественных случаях они выезжали на слонах, держали в своем войске боевых слонов, что при прежних делийских султанах считалось привилегией только верховного правителя.

Бахлул Лоди (1451—1489), стремясь создать социальную опору своей власти, приглашал на военную службу в Индию афганские племена, отдавая для их поселения, разумеется, населенные территории. Таким путем возникал новый надобщинный слой феодалов (подобный раджпутам), отличавшихся примитивным уровнем социального развития, господством родоплеменных порядков и соответствующей психологии. Вожди этих племен включались в ряды феодальной знати, получали дополнительно значительные служебные пожалования и нередко также становились крупными владетелями. Султан Бахлул Лоди сумел подчинить своей воле феодальную знать, завоевал государство Джаунпур и восстановил Делийский султанат в качестве самого обширного и сильного государства Северной Индии. Владения Лоди включали в конце XV в. Пенджаб и долину Ганга до границ Бенгалии.

Династия Лоди правила в Дели до 1526 г. К этому времени султанам не удалось повернуть дело так, чтобы, ограничив владельческие права феодалов, подавить их сепаратистские устремления. В своих попытках усилить центральную власть последний султан афганской династии Ибрахим Лоди установил строгий придворный этикет, призванный показать, что все вельможи являются лишь покорными слугами великого государя. Особенно его раздражали влиятельные феодалы-афганцы, занимавшие при предшествующих правителях привилегированное положение. Придворные унижения и репрессии против некоторых афганцев-военачальников вызвали глубокое недовольство как раз той части господствующего слоя, которая в наибольшей степени поддерживала султанов Лоди. Другие группы знати также не были склонны безропотно сдавать свои позиции. В последние годы правления этот султан был вынужден вести жестокую борьбу с феодалами. Ослабленное государство находилось на грани распада, когда было завоевано Бабуром, основавшим новую династию Великих Моголов (1526—1858).



3. Государство Бахмани



Возникшее в 1347 г. на Декане государство Бахмани было основано на господстве очень немногочисленной военно-феодальной прослойки мусульман над огромными массами лишь только что завоеванного населения, причем князья и более мелкие феодалы-индусы еще не утратили влияния и силы. Мусульманам приходилось с ними считаться, и они в немалом числе вошли в состав бахманидской аристократии хотя и оттеснялись постоянно мусульманской знатью. Эти феодалы сохраняли наследственные владения и выступали в случае нужды со своими военными отрядами на помощь бахманидскому султану, когда тот отправлялся в поход. Мусульманские военачальники держали владения на правах икта, но контроль государства за ними, по-видимому, не был слишком строгим. Во всяком случае, численность своих военных отрядов, состоявших из наемных воинов, феодалы стали определять по своему усмотрению. Возить коней на Декан было сложнее, чем в Северную Индию, и они стоили много дороже, поэтому в бахманидской армии большую роль играла пехота, активно использовались и боевые слоны. Некоторые мусульманские феодалы и индусские князья владели очень большими территориями и могли снаряжать настолько сильное войско, что решались восставать против султана. Для удобства управления государство было разделено на четыре военных наместничества - тарафы. Наместники - тарафдары имели большую самостоятельность, держали собственные армии и накапливали значительные богатства. Хотя история Бахманидского государства дает много примеров деспотизма и жестокости султанов, реальное их участие в делах управления было невелико, текущими государственными делами занимались обычно высшие должностные лица.

Особенностью политической обстановки в султанате было также острое соперничество двух группировок господствующего феодального слоя: потомков первых мусульманских захватчиков-суннитов и более поздних переселенцев на Декан, поступавших на службу к султанам Бахмани Эти «чужеземцы», принадлежавшие к шиитскому толку ислама особенно потеснили старых деканских феодалов в период длительного правления главного министра - «наместника государства» Махмуда Гавана. Прибыв в государство Бахмани в качестве купца из Ирана он в конце 50-х годов XV в. стал приближенным султана и быстро забрал все нити управления в свои руки. Он проявил себя не только как выдающийся государственный деятель, но и как способный полководец

Со времени образования государство Бахмани вело войны главным образом с возникшим в 1336 г. к югу от р. Кришны государством Виджаянагар. Эти войны были кровопролитны и разорительны, но по результатам — маловпечатляющими. Борьба шла в общем с переменным успехом за плодородное и богатое алмазными копями двуречье Кришны и Тунгабхадры - Райчур. Значительные военные успехи бахманидов были связаны с именем Махмуда Гавана. Ему удалось нанести жестокое поражение усилившемуся северному соседу - султанату в Мальве и тем самым расстроить враждебный союз Мальвы, Ориссы и Теленганы (Андхра). В итоге возглавленных им походов была присоединена большая часть Апдхры, и владения Бахманидов достигли Коромандельского берега Бенгальского залива в районе устьев рек Кришны и Годавари. Махмуд Гаван нанес также поражение государству Виджаянагар и захватил важный порт Гоа на Малабарском берегу, через который в Виджаянагар ввозили лошадей и шла оживленная торговля с Передним Востоком.

Чтобы уменьшить влияние наместников, Махмуд Гаван разделил страну на восемь наместничеств и отнял у них право назначения начальников крепостей — теперь это были его ставленники. Очень важным шагом на пути укрепления государства было упорядочение феодального владения икта. Махмуд Гаван стал требовать соблюдения определенного соотношения между размером владения и численностью военного отряда феодала. В связи с этим стали устраиваться регулярные смотры. Феодалы, выставившие отряды меньшей численности, чем положено, обязаны были соответствующую недостаче долю доходов отчислять государству. Новые порядки, конечно, не могли не вызвать недовольства феодалов, привыкших чувствовать себя хозяевами в своих владениях.

Могущество и величие Махмуда Гавана красочно описаны первым русским путешественником в Индию Афанасием Никитиным (1471— 1474). В частности, Афанасий Никитин рассказывает, что фактический правитель государства имел свой пышный двор, куда стекалась знать. Первый министр владел огромными богатствами, держал собственную армию. При нем государство Бахманидов достигло наивысшего расцвета. Однако конец его был трагичным. Несколько вельмож из враждебной Махмуду Гавану партии декани пошли на хитрость и обвинили его в государственной измене, представив султану подложное письмо с печатью Махмуда Гавана. Султан пришел в ярость и велел убить министра, что и было тотчас же исполнено. Это случилось в 1481 г. Султан, привыкший проводить все свое время в развлечениях в гареме и не способный ни к какой государственной деятельности, оказался в центре ожесточенной борьбы феодальных группировок и крупнейших сановников. Государство Бахмани начало распадаться. Наместники стали провозглашать себя независимыми султанами. В 1489—1490 гг. образовались самостоятельные султанаты в Биджапуре, Бераре и Ах-маднагаре, в 1512 г. стала независимой Голконда. Султаны из династии Бахмани, сидевшие в г. Бидаре, являвшемся в XV в. столицей их государства, фактически не играли никакой роли в управлении сохранявшейся частью их номинальных владений, и власть их ограничивалась дворцом и гаремом. В 1525 г. последний Бахманид бежал из Бидара. Там стала править новая династия. Этим формально завершилась история Бахманидского государства.

Афанасий Никитин рассказывает о поразившей его роскоши, окружавшей бахманидскую высшую знать, и страшной нищете простонародья. Он сочувственно рисует жизнь бедного люда и подчеркивает произвол и всевластие сановников. Его сочинение является самым подробным и ценным историческим источником по истории Бахманидского государства, дающим нам разнообразные сведения. В частности, мы узнаем, что на Декан ежегодно ввозилось около 20 тыс. коней. Сам Афанасий Никитин совершил выгодную торговую операцию, привезя на корабле из порта Ормуз (в Иране) первоклассного коня. Внешняя торговля имела для Бахманидского государства важное значение. Косвенным, но очень интересным подтверждением этого является то обстоятельство, что правители государства Махмуда Гавана путешественник называет «мелик-тучаром», т. е. «малик-ут-туджаром» (князем или главой купцов), а не величает его в соответствии с его главным титулом «наместника государства». Очевидно, титул «главы купцов» был почетным и не случайно сохранялся Махмудом Гаваном, вероятно, имевшим прямое отношение к торговым делам.

Бахманидское государство не было захолустной окраиной мусульманского мира. В основных чертах оно во многом напоминает Делийский султанат. Такое военно-техническое новшество, как огнестрельное оружие, появилось здесь даже раньше, чем на севере Индии. Это время было началом массового распространения ислама на Декане. По сравнению с Северной Индией здесь меньше заметно стремление к подавлению индусской культуры, проявлялась большая терпимость по отношению к индуизму.

От Бахманидского государства и деканских султанатов XVI в. (Биджапура, Берара, Ахмаднагара, Голконды, Бидара) сохранились архитектурные памятники — остатки средневековой индо-мусульманской культуры: крепостные сооружения, культовые и гражданские здания.



4. Государство Виджаянагар



Это государство возникло в результате мятежа поступивших на службу к Мухаммаду Туглаку и принявших ислам двух феодалов из Южной Индии братьев Букки и Харихары. Так в 1336 г. от империи Мухаммада Туглака отпал весь юг Индии за р. Кришной (годом раньше другой мусульманский наместник в Южном Тамилнаде создал недолговечный Мадурский султанат). Сложившаяся политическая обстановка позволила братьям укрепиться, построить мощную крепость Вид-жаянагар, ставшую столицей и давшую название созданному ими государству, и постепенно расширить свои владения. К концу XIV в. правители Виджаянагара подчинили почти весь юг Индии и вступили в борьбу с султанами Бахмани за пограничные земли, главным образом за Райчурское междуречье. Воевали виджаянагарские императоры и с Орисским государством за примыкающую к Бенгальскому заливу часть Андхры. Фактически независимой оставалась защищенная почти непроходимыми горами — Западными Гхатами — Керала. Столица империи превратилась в огромный, богатый и хорошо укрепленный город. Само ее расположение близ северного рубежа государства демонстрировало значение прилегающей территории, как во внутренней, так и во внешней политике империи.

При всем своем видимом могуществе Виджаянагар был довольно рыхлым образованием. Многие входившие в состав государства земли находились под властью вассальных князей. Князья обладали большой самостоятельностью и нередко даже воевали друг с другом, поднимали они и мятежи против центральной власти. Но большая часть территории находилась под управлением правительства Виджаянагара и была разделена на провинции, губернаторы которых осуществляли свою власть на местах и собирали налоги и подати, отчисления с доходов феодалов и дань с князей. В обязанности губернаторов входили военная защита территории и подавление мятежей вассалов. Права их были велики, но правительство старалось не оставлять губернаторов на одном месте долее двух-трех лет, чтобы они сами не могли укрепиться и использовать свою силу в сепаратистских целях.

Основной формой феодальных владений был амарам. Это было условное временное владение, напоминающее икта. Владелец амарама — амаранаяк — обязан был содержать военный отряд и являться по зову государя на службу в армию. Часть собираемых податей (около трети дохода) он должен был отчислять в пользу казны. Владение считалось пожизненным и ненаследственным, но фактически обычно переходило к сыну феодала, когда он обращался с просьбой передать отцовский амарам ему и приносил вассальную присягу. Существенным отличием от мусульманских порядков было то, что норму налогообложения определяли не государственные чиновники, а сам амаранаяк. Он обладал также административным и юридическим иммунитетами. Со временем эволюция этого вида феодального владения шла в сторону еще большего расширения феодальных вольностей. Наследование стало считаться правилом, а отчисления в казну резко уменьшились или не выплачивались вовсе. Амаранаяки все чаще стали уклоняться от своих военных обязанностей. Особенно распространенным стало содержание меньшего военного отряда, чем полагалось, особенно конницы, поскольку расходы на покупку лошадей были для феодалов наиболее чувствительной статьей расхода. В начале XVI в. большинство амаранаяков приводило на службу государю в два раза меньшие отряды конницы, чем были обязаны. Но такое нарушение вассальной службы или неуплата доли казны и прочие подобные нарушения, насколько известно, не карались конфискацией владения. Так бывало лишь в случае мятежа. Крупные амаранаяки, подобно мукта, часть своих владений отдавали на условиях военной службы своим собственным вассалам.

Часть территории государства, главным образом примыкающая к столице, составляла казенное владение, наподобие земель халисе в мусульманских султанатах. Налоги с деревень, расположенных на этих землях, шли на содержание армии, государственного аппарата. Государственные владения пополнялись за счет завоеваний, конфискаций у мятежных феодалов, из выморочных владений и т. д., они использовались как фонд для феодальных пожалований. Таким образом, категория государственных владений не была стабильной.

Довольно значительными были феодальные владения храмов и брахманов. Некоторые знаменитые храмы владели десятками деревень. Такие храмы обычно рассматривались как вассалы государя, более мелкие храмы считались вассалами или государя, или тех феодалов, во владениях которых были расположены, и часть доходов отдавали в пользу сеньоров. К этой категории феодальных владений относятся также религиозные пожалования отдельным брахманам или брахманским общинам. Отнять полученные храмами и брахманами в качестве религиозного дара владения считалось великим грехом.

Армия Виджаянагара состояла из наемного войска самого императора, военных отрядов амаранаяков и вассальных князей. Она включала три рода войска: пехоту, конницу и боевых слонов. Пешее войско было многочисленно, конница же уступала по численности и боевым качествам бахманидской армии. По некоторым данным, Виджаянагар ежегодно завозил около 13 тыс. коней, однако их не хватало, да и воины часто не обладали навыками конных бойцов. Поэтому виджаянагарские императоры нанимали крупные конные мусульманские отряды или приглашали на вассальную службу мусульманских феодалов. Напомним, что и в бахманидской армии выступали военные отряды вассальных индусских князей.

На казенных землях виджаянагарские государи стремились регламентировать сбор налога. С орошаемых, наиболее плодородных земель доля государства могла достигать, видимо, половины урожая, но в целом с учетом всех категорий земли норма податного обложения примерно соответствовала североиндийской (примерно 1/4, потом 1/3). В этот период широкое распространение получает исчисление налогов в деньгах, что свидетельствует о возраставшей роли денежного обращения. По-видимому, все-таки в большей части районов Южной Индии основной земельный налог брали обычно натурой, и исчисление в деньгах имело формальный характер. В целом за время существования государства Виджаянагар податное давление государства и феодалов на общины заметно усилилось. Так же как в Северной Индии, это сказывалось, прежде всего, на положении полноправных общинников-налогоплательщиков. Поэтому столкновения общин с царскими чиновниками и отдельными феодалами из-за чрезмерного обложения, происходили под руководством именно этого господствующего в общинах слоя, к которому присоединялись зависевшие от него касты. Однако такая конфронтация очень редко разрасталась в сколько-нибудь массовое восстание.

Общинные вожди, прежде всего руководители областных общин Южной Индии, во многих случаях выбивались в господствующий феодальный слой, поступая на службу государству или феодалу. Но в этот период заметно и другое явление: правители Виджаянагара стремятся подчинить общины, превратив их старост и писцов в своих чиновников, по возможности свести на нет общинное самоуправление, с тем чтобы ослабить сопротивление общин податному гнету. В этом же направлении действовали и отдельные феодалы.

Во второй половине XV в. происходит усиление феодалов и ослабление руководящей роли государства. В основе этого лежит подрыв могущества центральной власти из-за неисполнения амаранаяками феодальной службы, но эта естественная в феодальном обществе тенденция представителей господствующего слоя к укреплению собственной самостоятельности в ущерб центральной власти дополнялась в данном случае и субъективным фактором: императоры вырождавшейся династии все силы отдавали дворцовым развлечениям, отстранившись от государственных дел. Как раз в это время Махмуд Гаван, используя сложившуюся в Вирджаянагаре ситуацию, провел против него победоносные войны и отнял ряд важных областей.

Политическая неустойчивость, смена династий привели к дальнейшему ослаблению целостности империи, но при Кришнадеварайе (1509—1529) Виджаянагар вновь превратился в могучую державу. Талантливый полководец и твердый политик, Кришнадеварайя сумел подчинить своевольных феодалов и привлечь их на свою сторону перспективой богатой военной добычи, заставить амаранаяков выплатить ему недоимки по той доле доходов, которую они обязаны были отчислять в пользу казны. Кроме того, амаранаяки не содержали положенное количество войска. В счет погашения своей задолженности амаранаяки согласились передать правителю боевых слонов и коней. Кришнадеварайя подчинил отпавших вассальных князей, восстановил единство империи, отвоевал междуречье Кришны и Тунгабхадры (Райчур) у деканских султанов, над которыми одержал ряд блестящих побед, разгромил усилившееся к этому времени государство Ориссу.

Политика Виджаянагара в отношении деканских султанов заключалась в натравливании их друг на друга и недопущении их объединения или чрезмерного усиления кого-либо. И эта политика средствами дипломатии и с помощью военной силы успешно проводилась в жизнь. Но в 1565 г. деканские султаны неожиданно сумели сговориться и выступили в совместный поход против Виджаянагара. Огромные армии противников встретились на р. Кришне (это сражение называют также битвой при Таликоте). Армия Виджаянагара была разгромлена и почти полностью истреблена, столица захвачена без боя, полностью разграблена и разрушена.

Государство Виджаянагар после этой катастрофы существовало еще почти век, но потеряло прежнее политическое значение, и территория его постепенно сузилась до небольшой области. На месте распавшейся империи возникло много мелких государств, созданных бывшими князьями и губернаторами.






Список литературы



История стран Азии и Африки в средние века. Ч.1. М.: Издательство Московского университета. 1987.