Бразилиа

Бразилиа

Е.В. БАРАНЧИКОВ канд. геогр. наук,  доцент кафедры экономической и социальной географии Московского педагогического государственного университета



Схематический план города Бразилиа

Судьба городов, как и судьба людей, богата на сюрпризы. Большинству из них, для того чтобы обрести всемирную известность и славу, пришлось пройти длительный путь становления и развития, в муках добывать почитание и восхищение. А сколько из них сошло с дистанции, сгинуло в бурных водоворотах мировой истории, утратило свое значение, навсегда потеряв все претензии на величие! Однако на общем фоне постоянной борьбы за выживание выделяются города, которые получили всё и сразу. В том, что они сегодня процветают, их заслуги нет. Это города «из пробирки» — их придумали люди, а сделали деньги. Они появились в буквальном смысле на пустом месте и в одночасье обрели статус столичных городов. Конечно, в этом был глубинный смысл. Все они были призваны сыграть роль новых центров тяжести, опорной базы для интенсивного развития глубинных районов своих стран. Большинство из них очень молоды, но уже сильно разрослись. Один из таких городов — новая столица Бразилии. 

Идея переноса столицы Бразилии в глубинные районы страны имела длительную историю. Еще в конце XVIII в. с этим планом впервые выступили революционеры-сепаратисты, начавшие борьбу за освобождение Бразилии от колониального гнета Португалии. Местонахождение столицы в одном из портовых городов (сначала в Сан-Салвадоре, с 1549 г.; затем в Рио-де-Жанейро, с 1763 г.) способствовало закреплению власти метрополии. Большую опасность для них представляли военные эскадры стран — соперниц Португалии. Так, с 1624 по 1654 г. Нидерланды оккупировали почти все северо-восточное побережье страны, в том числе и ее столицу — Сан-Салвадор. В 1711 г. французы высадились в крепости Рио-де-Жанейро и разграбили ее. В такой ситуации объективно возникло предложение перенести столицу в так называемые «сертаны».

В 1822 г., то есть в год обретения независимости, было предложено имя новой столицы — Бразилиа (Brasilia). В 1889 г., когда страна была провозглашена республикой, пункт о создании новой столицы в глубине страны был записан в ее конституции. Поскольку столицей страны в то время являлся Рио-де-Жанейро, для обеспечения военной независимости и предотвращения гегемонии любого из штатов этот город был временно провозглашен Федеральным столичным округом.

С 40-х годов ХХ в. идея переноса столицы уже связывалась с активной колонизацией внутренних территорий. Очевидно, что в этой ситуации требование конституции о том, чтобы место для новой столицы было выбрано в саваннах Бразильского плоскогорья, ближе к географическому центру страны, обрело новый смысл. Окончательно сдвинули с мертвой точки дело строительства новой столицы два обстоятельства. Одно из них касалось переноса государственной администрации подальше от крупных городов юго-востока страны, который к тому времени превратился в «логово» кофейно-мясной олигархии (в народе ее образно называют «кофе с молоком»). Второе было связано с резким обострением социальных противоречий в старой столице. Фешенебельный центр здесь соседствовал с дешевыми ночлежками, а загородные коттеджи — с фавелами (районами трущоб). 

Сразу же после Второй мировой войны начались изыскания на участке площадью 5814 км2, расположенном между параллелями 15° 30' и 17° ю. ш. и меридианами 46° 30' и 49° 30' з. д., как раз на пересечении границ трех штатов: Минас-Жерайс, Гояс и Мату-Гросу, недалеко от города Гояния. Первый из штатов считается староосвоенным регионом, два остальных — территориями нового освоения.

Условия оказались здесь наиболее благоприятными. Рельеф местности представляет собой систему выровненных нагорий (шапад) со средней высотой над уровнем моря 1170 м. Растительный покров состоит из островков лесных сообществ внутри кустарниковых саванн кампос-серрадос. Климат этой местности тропический континентальный. Средние температуры января составляют +22 °С, июля +19 °С. Максимальная температура составляет +35 °С, минимальная +2 °С. Красные ферралитные почвы в сочетании с обильным увлажненнием (1200—1500 мм/год) способны обеспечить развитие пригородного сельского хозяйства, а также крупного плантационного и фермерского хозяйства. Самым важным природным ресурсом для последующего развития города должны были стать не полезные ископаемые, а нетронутая вода для снабжения населения и хозяйства, благоприятные для жизни людей климатические условия, чистая атмосфера и зелень окружающей территории. Недаром главным при планировке новой столицы стало такое требование: «девственные леса должны подходить вплотную к правительственным зданиям, символизируя осознание бразильским народом ее исторической миссии освоителей земель».

Итак, в 1956 г. было принято решение о начале строительства новой столицы. В 1957 г. оно развернулось в полную силу. А уже 21 апреля 1960 г., то есть в 460-ю годовщину открытия Бразилии португальским мореплавателем Педру Алваришем Кабралом, правительство страны торжественно переехало в новую столицу. Участок территории, на котором находилась новая столица, был объявлен особой территориальной единицей Бразилии — Федеральным столичным округом. Федеральный столичный округ Рио-де-Жанейро был ликвидирован, а сам город стал столицей одноименного штата. 

В результате проведенного конкурса был принят проект архитектора Лусио Коста. Тогда он выглядел суперсовременно. Город с высоты птичьего полета должен был выглядеть как натянутый лук со стрелой, самолет или птица ибис. Новая столица воплощала мечту о полете. Выгодность проекта была оценена с точки зрения просторной расстановки зданий, повсеместного озеленения, обрамления города огромным водохранилищем, что позволяло обеспечивать город водой. Большое место было отведено пригородным земельным площадям для развития сельского хозяйства. 

Всемирную известность обрел план города. По центральной линии «фюзеляжа» проходит самая широкая в мире городская магистраль — проспект Министерств, или так называемая Эспланада. На ней в стандартных 20-этажных зданиях из бетона и стекла, стоящих поперек проспекта одно за другим, разместились важнейшие министерства и Центральный банк страны. После переноса столицы в Бразилию часть министерств, посольств иностранных государств и других официальных учреждений осталась в Рио-де-Жанейро. В «крыльях самолета», размах которых составляет 12 км, расположены жилые кварталы с многорядными удобными автострадами, на которых даже в часы пик не бывает пробок. Буквально в центре города, в месте сочленения «крыльев» и «фюзеляжа», находится автовокзал (напомним, что основной вид транспорта в стране — автомобильный), железнодорожный вокзал вынесен в «хвостовую часть самолета», а аэропорт — на конец его «южного крыла». Там же, на оконечности «южного крыла», сосредоточены учреждения силовых ведомств — казармы военного гарнизона и пожарная часть, а на оконечности «северного крыла» — тюрьма. На восточной окраине города, ближе к водохранилищу на р. Парануа и зеленой зоне, расположены гостиницы, спортивные, детские и медицинские центры, университетский городок. Промышленные предприятия располагаются на западных окраинах города.

Город сам по себе очень необычный. Это одна из самых молодых столиц мира. Здесь не скажешь: по этой улице в таком-то веке ходил великий композитор, поэт, политик. Здесь нет воспоминаний, здесь история делается сейчас, прямо на глазах. Лишь совсем недавно ушли из жизни его главные архитекторы: талантливый градостроитель Лусио Коста и его ученик Оскар Нимейер. Чрезвычайная известность последнего (а он долгое время сотрудничал с «богом архитектуры» Ле Корбюзье) вводит многих в заблуждение. Они считают, что нынешнюю столицу Бразилии построил именно Нимейер. На самом деле проект принадлежит Лусио Коста, а дон Оскар построил здесь всего лишь самые интересные здания. Его мастерской принадлежат разработки знаменитых теперь архитектурных ансамблей города будущего. В них прежде всего поражает смелость мысли и богатство фантазии. Кое-кто считает, что главные идеи были заимствованы им у самих древних египтян.

Жемчужина архитектурных находок мастера — это, безусловно, площадь Трех Властей (Praca dos Tres Poderes) — символ Бразилиа, такой же известный, как Эйфелева башня в Париже, Вестминстерское аббатство в Лондоне или Бранденбургские ворота в Берлине. Площадь расположилась в «носовой части самолета» и имеет форму равностороннего треугольника, таким образом символизируя равенство и единение трех верховных ветвей власти — законодательной, исполнительной и судебной. 

В одном из ее углов находятся небоскребы-близнецы секретариата Национального конгресса (парламента — верховного законодательного органа страны). Рядом, симметрично по обе стороны от них сооружены залы заседаний обеих палат парламента. Зал заседаний верхней палаты — федерального сената — имеет форму чаши, которая символизирует связь с космосом. Зал заседаний нижней палаты — палаты депутатов — наоборот, имеет форму перевернутой чаши, которая символизирует связь с Землей. Во втором углу площади согласно концепции расположен Дворец правительства (верховный исполнительный орган), в третьем — Дворец юстиции (верховный судебный орган). В центре площади установлена мачта высотой 100 м, на вершине которой постоянно развевается полотнище национального флага.

Рядом с площадью Трех Властей находится здание Министерства иностранных дел. В его строительстве применены знаменитые нимейеровские колонны. Вынесенные за стену здания, они создают своеобразную галерею, легкую, воздушную, а за ней — стены из затемненного стекла, что немаловажно в тропиках. В десяти минутах езды от МИДа расположен главный штаб армии. Основным архитектурным достоинством этого здания является огромная арка. Она одновременно служит навесом над трибуной для генералитета, когда на площади проходят военные парады. Здесь Нимейер дал свободу не только фантазии, но и игре инженерной мысли. Арка сделана таким образом, что голос говорящего под ее сводом человека слышен без микрофона в любой точке огромной площади. Если зайти под нее глубже — она повторит сказанное 24 раза, два шага вперед — и эхо будет уже двенадцатикратным. Настоящие чудеса акустики! 

К числу новомодных архитектурных шедевров можно отнести также находящиеся все на том же проспекте Министерств Национальный театр и кафедральный собор.

Недалеко от Эспланады на берегу водохранилища Парануа сооружен Президентский дворец, или Дворец Рассвета (Palasio da Alvorada). Своим вторым названием он обязан положению в крайней восточной точке города, там, откуда восходит солнце.

На другом конце Эспланады, в «хвостовой части самолета», находится пирамидообразная телебашня (Torre de Televisao) высотой 230 м и мемориал Жуселину Кубичека. Жи Кей — так вполне дружелюбно называют в Бразилии этого президента — был основателем города, именно он принял окончательное решение о переносе столицы страны и перевел все государственные учреждения на новое место. Мемориал Кубичека — это почти скрытое зеленым пологим холмом здание. Подземный переход ведет к залам музея, научного центра, изучающего все, что касается Бразилии. Здесь же находится черный мраморный саркофаг с надписью, состоящей всего лишь из одного слова — «Основателю». Над мемориалом возвышается колонна, на вершине которой установлена скульптура Жуселину Кубичека, прикрытая полуокружностью из железобетона. Если посмотреть издали, силуэт памятника напоминает серп и молот. В годы военных диктатур было много попыток заменить памятник. Аргумент был такой: в центре бразильской столицы не может стоять символ другой страны (конечно, имелся в виду СССР). Но Нимейер не согласился что-либо менять. И нужно отдать должное бразильским военным, никто не отдал приказа снести памятник.

Есть в городе и совсем простые ансамбли, напоминающие архитектурные решения новых микрорайонов российских городов. В зелени деревьев утопают пятиэтажки, рядом — детские площадки, магазины, спортивные комплексы (по одному на каждый микрорайон). 

И еще деталь — здания здесь стоят так, что из окон одного дома не видно окон другого. За жилье в этих домах платят довольно мало. И совсем не платят за обучение детей. Это дома для государственных служащих. Они работают поблизости, в министерствах. Промышленных предприятий в центре города нет. Нет дыма и гари: улицы спланированы так, что на них никогда не бывает автомобильных пробок.

Нимейер начинал свою творческую деятельность, когда в городском строительстве окончательно укрепились железобетон и стекло. Появилась возможность дешево и быстро строить огромные здания. «Целесообразно и безобразно! — сказал Нимейер, — природа не знает прямых углов, ее линии плавны, в этом красота!» Он вписал свои ансамбли в ландшафт Бразилии. Это и был его вклад в архитектуру.

Город Бразилиа был детально спланирован как чисто административный центр, расчитанный всего на 500 тыс. чел. По замыслу он должен был стать центром государственного управления и избежать типичных для страны социально-экономических проблем. Также на него возлагались функции форпоста в освоении центральных, западных районов и Амазонии. Освоение новых территорий мыслилось как ключ к решению острых проблем аграрного перенаселения. Учитывались также интересы конкурирующих Рио-де-Жанейро и Сан-Паулу. 

Новая столица решала их спор за первенство, как это было ранее в США, Канаде и Австралии. Крупные землевладельцы штатов Минас-Жерайс, Гояс и Мату-Гросу рассчитывали на повышение цен на землю. В связи с проникновением в глубь страны город должен был стать крупнейшим транспортным узлом, через который осуществлялась бы колонизация. Планировалось, что в дальнейшем развитие новой столицы будет определяться темпами заселения и экономического освоения прилегающих территорий. Неизбежным считалось развитие в ней некоторых отраслей промышленности. Сама жизнь города должна была зависеть от того, как в нем сконцентрируются функции безусловного политического и административного лидера, промышленного и культурного центра, транспортного узла. Ведь для обслуживания прилегающих территорий потребуется развитие третичного и четвертичного секторов экономики.

Бразилиа находится примерно в 1000 км от побережья, почти на равном удалении (около 1500 км) от главных экономических центров. Это способствовало началу сооружения крупных автомобильных магистралей от города в разные концы страны. Магистрали связывают столицу с Беленом (столица штата Пара), с Форталезой (Сеара), с Салвадором (Баия), с Белу-Оризонти (Минас-Жерайс) и Рио-де-Жанейро (Рио-де-Жанейро), с Сан-Паулу (Сан-Паулу), с Гоянией (Гояс) и Кампу-Гранди (Мату-Гросу-ду-Сул), с Куябой (Мату-Гросу), в будущем достигнут Порту-Велью (Рондония). Вслед за дорогами в город пришла промышленность, в его пригородах стало развиваться сельское хозяйство.

По большому счету, новая столица оправдала возложенные на нее надежды и прилежно исполняет свои функции политико-административного центра и форпоста освоения новых земель. Но с ростом и развитием города, особенно в условиях развивающейся страны, где все процессы стихийны и трудно поддаются планированию, возникло множество проблем. С течением времени функции города увеличились, существенно изменились структура хозяйства и планировка, возникли проблемы совсем непредвиденного характера. Такие, например, как экологическая, рост окраин и заселение их маргинальным населением, увеличение доли промышленности и т. д. Хотя это и не предусматривалось, но в город безоблачного будущего все же добралась бедность. Неимущие со всей страны ринулись сюда в поисках работы, денег и счастья. Они образовали поселения вокруг новой столицы. К счастью, в саму Бразилиа нищета не вошла так откровенно, как в Рио-де-Жанейро или Сан-Паулу. 

Как заметил Г.М. Лаппо, город начинает развертываться в агломерацию, когда численность его населения достигает 100 тыс. чел. Бразилиа же изначально была задумана на 500 тыс. чел. Следовательно, предполагалось дальнейшее ее развитие в крупный метрополис, что, несомненно, повлекло бы за собой возникновение городов-спутников, усложнение системы связи, снабжения, социально-экономической и экологической обстановки в городе и его окружении. Для дальнейшего роста города были зарезервированы обширные территории, однако в последнее время его рост вышел за рамки предполагаемых границ и контроля. 

Процесс колонизации центральных, западных и северных районов Бразилии, начавшийся еще в 50-е годы, а также распространение кофейных плантаций на правый берег р. Паранаиба (в штат Мату-Гросу-ду-Сул) привели к спонтанному возникновению нескольких городов в ближнем хинтерланде столицы: Бананал к северо-западу, Планалтина — к северу, Собрадинью — к северо-востоку, Ретиру — к востоку, Парануа — к востоку, Гама и Айпа — к югу, Нуклеу-Бандейранти — к юго-западу, Тагуатинга и Бразиландия — к западу. Однако слабая экономическая база их развития, отсутствие необходимой инфраструктуры для сельскохозяйственного освоения превратили эти города-спутники в города-спальни, население которых устремилось на работу в столицу. Исключением стал лишь Нуклеу-Бандейранти, превратившийся в крупный торговый центр Федерального столичного округа.

Конечно, район новой столицы стал очень притягателен для внутренних мигрантов. Сюда направился мощный поток строителей и сельхозколонизаторов, рассчитывающих получить работу и надел дешевой земли. И все они так или иначе прошли через город: часть осела здесь, часть, выполнив свою работу, вернулась обратно.

В настоящее время ежегодный прирост населения в Федеральном столичном округе составляет 5 тыс. чел. Его главным источником по-прежнему является миграционный приток. Вклад естественного прироста не столь значителен, хотя год от года растет. Социально-экономический состав мигрантов разнообразен: неграмотные, безработные, с уровнем дохода ниже официально установленного минимального размера оплаты труда (100 долларов США), выходцы из штатов Северо-Востока, из соседнего штата Гояс, а также служащие и лица свободных профессий с относительно высоким уровнем образования из других крупных городов Бразилии. Миграционные потоки приобретают многоступенчатый характер. Крестьяне сначала переселяются в местные центры, жители которых, в свою очередь, мигрируют в более крупные города. Благодаря этому некоторой части переселенцев из сельской местности все же удается приобрести навыки городской жизни. В результате сочетания сложных комбинаций миграционных потоков для столицы характерны относительная перенаселенность, нехватка рабочих мест и обострение социально-экономических проблем. Ведь ее специализация изначально была нацелена на преимущественное развитие третичной и четвертичной сфер экономики при почти полном отсутствии промышленных предприятий и преобладании мелких хозяйств в аграрном секторе. Все это не дает возможности получить работу значительной части переселенцев.

Население города продолжает расти, несмотря на все ограничения. 

В проектах часто исходят из желательной проектной величины города, которая воспринимается как самоцель и отвергает последующие рассуждения. Для того чтобы добиться нужной численности населения, было принято решение ограничить его механический прирост, не допускать размещения новых и расширения уже существующих предприятий, научных и проектных институтов. Таким образом, предусматривалась консервация его производительной структуры, которую следовало бы преобразовать, заменяя традиционные производства прогрессивными, наукоемкими, отвечающими среде крупного города. Резкое сокращение числа кадров на крупных промышленных предприятиях встречает активное сопротивление со стороны рабочих. Выходом могла бы стать стабилизация численности высококвалифицированных кадров. Уменьшения темпов прироста населения реально можно также достичь за счет сокращения притока молодежи и специалистов, что неизменно приведет к старению населения и создаст новые проблемы. 

Для того чтобы Бразилиа не превратилась в еще одного экономического монстра, переброшенный с побережья Атлантического океана в глубь страны, промышленное строительство в самом городе не ведется. Новые предприятия сооружаются в городах, расположенных в 50—300 км от агломерации. Однако численность населения города продолжает расти. В новой столице уже возникли зоны неупорядоченной застройки, снабжение этих районов водой и электроэнергией дезорганизовано, плохо работает общественный транспорт, ухудшается состояние окружающей среды. Центр города не занят трущобами, но его окраины уже заселяются маргинальным населением. В старых городах трущобы встречаются и в центре, Бразилиа же — совсем молодая столица, и этот процесс пока захватил только ее пригороды. 

В качестве решения проблем новой столицы была предложена программа развития, разработанная совместными усилиями бразильских и немецких специалистов еще в 1975 г. Согласно этой программе преобразования коснутся не только самой Бразилии, но и ее хинтерланда. Во избежание чрезмерно высоких темпов роста, а также возможного ослабления функций государственного управления вокруг столицы предусматривается создание так называемого защитного пояса. Он будет состоять из трех зон: локальной, переходной и региональной. На локальном уровне по охвату территории, соответствующему Федеральному столичному округу, будет сформирована зона, контролируемой урбанизацией. Локальный уровень должен ограждаться переходной зоной с лимитируемым использованием земельных участков, в которой необходимо осуществить коренную реконструкцию инфраструктуры всех существующих населенных пунктов и жесткое регулирование миграционного притока населения. Региональный уровень должен быть представлен пятью районами, функции которых будут заключаться в развитии сельского хозяйства. Попутно предусматривается постепенное формирование сети вторичных полюсов роста. В качестве таких полюсов и одновременно ядер будущей системы городов в центральных и западных штатах предлагаются Алвораду-ду-Корте, Уруоку, Анаполис, Пирис-ду-Риу, Косталу, Паранату и Унаи.