Монархизм в Грузии

План
Введение 
1 Багратионизм — доктрина о божественности царской династии Грузии 
1.1 Сумбат Давитисдзе и его историческое сочинение

2 Императорская Россия и февральская революция 1917 г
3 Грузинские роялисты в период СССР
4 Монархическая идея в период крушения СССР и восстановления независимости
5 Правительственный кризис 2007 г 
5.1 Инициатива Католикоса-патриарха Всея Грузии Ильи II
5.2 Дебаты в обществе о восстановлении монархии

Список литературы

Введение

В Грузии монархические традиции восходят к периоду эллинизма. Средневековые Грузинские государства (Картли-Кахетинское царство и Имеретинское царство) под властью династии Багратиони оставили после себя в народном сознании доброе наследие, которое длится в Грузии даже в современную эпоху. Качества и символы, связанные с монархией Багратиони сыграли решающую роль в становлении грузинской нации и последующее строительство национальной истории. Их правление закончилось после вхождения в Российскую империю в начале XIX века после подписания Георгиевского трактата из-за боязни быть завоевонными Персией. Попытки монархической реставрации предпринимались различными грузинскими роялистскими группами на протяжении всего XX века. После повторной аннексии в феврале 1921 г., государственная независимость Грузии была вновь уничтожена.

Грузинская нация заново обрела государственную независимость от Советского Союза в 1991 году, и прения о реставрации монархии с тех пор фактически не прекращались. Особенно сильны стали тенденции к реставрации монархии Багратионов после начала политического кризиса в конце 2007 года.

1. Багратионизм — доктрина о божественности царской династии Грузии 

Багратионы происходили из Южной Грузии, исторической грузинской провинции Спери (Испир в современной Турции).[1] Представители этого рода в первых веках нашей эры выдвинулись на исторической арене Закавказья (в Грузии, Армении), что повлекло за собой появление разных легенд об их происхождении. Армянский историк Себеос армянских Багратидов считает потомками эпонима армян Хойка,[2] Мовсес Хоренаци — отпрысками знатного еврея.[3]

В научной литературе вопроса высказаны предположения об их связи с древнегрузинским царским родом Фарнавазианов,[4] древнеармянским царским родом Оронтидов.[5]

В христианскую эпоху особенно были распространены легенды о божественном происхождении царских фамилий. В период особого возвышения Багратионов, видимо, при Ашоте I, возникла легенда об их божественном происхождении.

«Властитель, сын пророка Давида и господа помазанника нареченный ими Христос Бог да даст тебе в наследие царство свое»,[6] — обращается Григол Ханцтели к Ашоту куропалату, подчеркивая этим, что он считает Ашота Багратиони через посредство царя, пророка Давида, божественным отпрыском.[7] Эта созданная в грузинской действительности легенда нашла распространение среди соседей — армян, византийцев, что подтверждается трудами Ованеса Драсханакертци и Константина Порфирородного,[8] называющих Ашота и его и наследников потомками самого бога. За последующим возвышением рода Багратиони последовала соответствующая доработка этой легенды. В XI в. создается специальное сочинение историка Сумбата Давитисдзе с полной легендарной генеалогией рода Багратиони, обширным идеологическим обоснованием их божественного происхождения, политического и классового господства.

Легенда о бежественном происхождении фамилии Багратиони приобрела гражданские права при правлении одного из сильнейших её представителей — Ашоте I Багратиони.[9]

XI век в истории Грузии является временем богатым весьма важными событиями. В конце X — начале XI вв. завершается длительный исторический процесс объединения грузинских земель и создания грузинского государства «Сакартвело» (Грузия).

В 80-х годах X века объединились в одно государство две крупнейшие грузинские политические единицы — царство Эгрис-Апхазети и Картлийское эрисмтаварство (вся Западная Грузия и центральная часть Грузии, от р. Арагви до начала Боржомского ущелья) и большая часть Картвельского царства (Юго-Западная Грузия). В начале XI века к нему присоединилась остальная часть Картвельского царства (без южной части Тао), а также Кахети и Эрети.

Объединение, созданное в конце X — начале XI вв., является новым этапом в истории грузинской феодальной государственности. Это объединение привело к ликвидации политической независимости ряда раннефеодальных царств и княжеств и знаменовало утверждение новой (единой) политической системы в масштабе всей Грузии. Оно означало создание феодального государства типа централизованной средневековой монархии. Процесс окончательной ликвидации независимости отдельных царств и княжеств и изменение аппарата политического управления происходят уже в рамках нового государства.

Дальнейшее развитие единого государства шло по линии централизации управления как в гражданской, так и военной сферах. Объединение, конечно, не могло привести к полной ликвидации внутренних противоречий, но если до объединения друг другу противостояли самостоятельные политические единицы, то теперь уже противоречия возникают между отдельными политическими группировками и партиями внутри единого государства.

С образованием единой феодальной монархии создаются благоприятные условия для дальнейшего социально-экономического и культурного подъема.

Больших успехов достигает в XI веке грузинская историография. В XI веке создаются «История царей» Леонти Мровели, «История Вахтанга Горгасала» Джуаншера, «Матиане Картлиса» («Летопись Картли») анонимного автора, жизнеописания основоположников грузинской лавры на Афоне, «История и повествование о Багратионах» Сумбата Давитисдзе и др.

В этих исторических произведениях наряду с биографиями царей и описанием их государственной деятельности освещается общественная и культурная жизнь страны.

Историки откликаются на жизненно важные вопросы; в их произведениях отображается внутриклассовая и классовая борьба. Они выражают интересы определенных политических группировок.

В политической жизни XI века основными задачами были освобождение страны от иноземных захватчиков и нейтрализация государственной власти. Главное внимание историков было направлено именно на эти проблемы, чем и объясняется восхваление ими тех государственных деятелей, которые возглавляли борьбу с внешними врагами и добивались централизации государственного управления. Историки не скрывают своей ненависти к внешним врагам, а также к тем феодалам, которые вели борьбу против центральной монархии. Их произведения проникнуты глубоким патриотическим чувством.

Грузинские историки XI века были широкообразованными мыслителями, их труды выполнены на высоком идейном уровне. Они пытались осмыслить события с точки зрения их причинности и последовательности, стремились обосновать те или иные явления, доказать достоверность описываемых событий. При составлении трудов они пользовались как сочинениями своих предшественников, так и документальными данными, сведениями иностранных авторов, памятниками материальной культуры, в ряде случаев они осуществляли и внешнюю критику источников.

Вместе с тем грузинские историки XI века являлись типичными представителями своей эпохи и поэтому им не чужды провиденциализм и дуализм — характерные черты исторического мышления средних веков.

Таким образом, несмотря на широкое образование, правильное понимание и оценку многих конкретных исторических явлений, грузинские историки XI века всецело находятся под влиянием господствующей средневековой идеологии.

1.1. Сумбат Давитисдзе и его историческое сочинение

Историческое сочинение грузинского автора XI века Сумбата, о царском роде Багратиони, не дошло до нас в виде самостоятельного произведения. Оно включено в летописный свод «Картлис цховреба» («История Грузии»), который охватывает историю Грузии с древнейших времен до XVIII века.

Свод «Картлис цховреба», впервые, видимо, составленный в ХI (по мнению некоторых авторов, в VIII в.), затем дополнялся и редактировался.[10]

Поскольку «Картлис цховреба» составлялась в основном с санкции центральной государственной власти, то для включения в неё отбирались те исторические сочинения, которые идеологически поддерживали и обосновывали политику и деятельность грузинских царей. Этим и объясняется то обстоятельство, что «Картлис цховреба» в целом поддерживает идею единства грузинского государства, идею борьбы против иноземных захватчиков, выдвигает на передний план тех государственных деятелей, которые боролись за усиление грузинского государства, за централизацию власти. Этим объясняется как ярко выраженный патриотический характер, так и явная феодальная направленность «Картлис цховреба».

Первый цикл «Картлис цховреба» (так называемая «Древняя Картлис цховреба») был доведен до XIV века. После XIV века, в силу создавшегося общего тяжелого положения в Грузии, свод не пополнялся. Лишь в начале XVIII века царь Вахтанг VI (1703—1724) обратил на это должное внимание и составил специальную комиссию «ученых мужей» (во главе с историком Бери Эгнаташвили), которой поручил восполнить этот пробел. Комиссия составила историю Грузии XIV—XVII веков, которая вошла в цикл «Новой Картлис цховреба».

Но работа над «Картлис цховреба» на этом не закончилась. Комиссия под руководством Вахтанга VI отредактировала весь сборник. Редакционная работа проявилась как во внесении ряда поправок, так и в некоторых дополнениях и изменениях.[11] В частности, весьма существенные изменения внесла комиссия в сочинение Сумбата (об этом ниже).

На сегодняшний день в распоряжении науки имеется несколько рукописей довахтанговской редакции (список царицы Анны (XV в.), список царицы Мариам (XVII вв.), список 1967 г., список Мачабели 1736 года и др.) и несколько рукописей послевахтанговского периода. В древней части «Картлис цховреба» представлено 10 исторических сочинений:

	1. «История царей» (с древнейших времен до V в.) Леонти Мровели.

	2. «История Вахтанга Горгасала» (V—VIII вв.) Джуаншера.

	3. «Мученичество Арчила» (VIII в.) Леонти Мровели.

	4. «Матиане Картлиса» (VIII—XI вв.) анонимного автора.

	5. «История царя царей Давида» анонимного автора.

	6. «История и повествование о Багратионах» (с древнейших времен до XI в.) Сумбата Давитисдзе.

	7. «Летопись времен Лаша Гиорги» (2-я пол. XII в. — нач. XIII в.) анонимного автора.

	8. «История и восхваление венценосцев» (так называемого первого историка царицы Тамар).

	9. «История царицы Тамар» Басили Эзосмодзгвари (так называемый второй историк царицы Тамар).

	10. «Хроника» эпохи монгольского владычества анонимного историка.

Но не все эти произведения включены во все наличные списки «Картлис цховреба». Например: «История и повествование о Багратионах» Сумбата имеется в списке Мариам, в копии «Мцхетского» списка (1697 г.) и в списке Мачабели. Сочинение включено в «Картлис цховреба» вслед за историей царя Давида IV Строителя. «История царя царей Давида» заканчивается смертью Давида IV в 1125 году. В списке Анны за историей царя Давида следует так называемая «Летопись времен Лаша Гиорги», сочинение, которое начинается временем царствования Деметре I (1125—1156), сына Давида IV Строителя. В список Мариам после истории Давида Строителя включена история рода Багратиони. Это первый случай, когда в своде «Картлис цховреба» нарушается хронологическая последовательность. Возможно, для исправления этого несоответствия, при редактировании «Картлис цховреба» комиссией Вахтанга, сочинение Сумбата не внесли как отдельное и самостоятельное сочинение, а сведения из его «Истории» выборочно, в соответствии с хронологической последовательностью, включили в соответствующие места «Древней Картлис цховреба». Этим объясняется то обстоятельство, что в списках «Картлис цховреба» послевахтанговского периода, «Истории» Сумбата как отдельного произведения нет, она почти полностью расчленена и по частям помещена в разные места.

Историческое сочинение «История и повествование о Багратонианах, царях наших грузинских, откуда явились они в эту страну, и с каких времен владеют царством грузинским», как явствует из заглавия, ставит целью выяснить происхождение и генеалогию рода Багратиони, определить время и условия получения им власти в Картли и изложить историю их царствования.

Во вступительной части «Истории» указано, что автором является Сумбат Давитис-дзе.[12]

Ни в сочинении Сумбата и ни в других исторических источниках нет сведений о самом авторе. Предполагают, что он принадлежал к роду Багратиони[13] и скончался в начале 30-х годов XI века.[14]

Как было отмечено, не должно подлежать сомнению то обстоятельство, что свод «Картлис цховреба» является выразителем идеологии официальной историографии и при составлении свода отбирались произведения с ярко выраженной тенденцией поддержки политики центральной государственной власти. Включение произведения Сумбата в «Картлис цховреба» вполне оправдано, но можно предположить, что это произведение было написано по инициативе государственной власти.

В начале XI века, когда представители рода Багратиони стали царями объединенного грузинского царства и реально наметились перспективы воссоединения всех грузинских земель, для поддержки царского рода и оправдания их стремлений необходима была и идеологическая основа. Именно таким идеологическим обоснованием и оправданием возвышения рода Багратиони над другими грузинскими царскими родами, имеющими претензии на первенство, является сочинение Сумбата.

Произведение начинается с изложения генеалогии Багратионов, которая связывает происхождение рода с Клеопой, братом Иосифа, отца Иисуса Христа. Как известно, с образованием классового общества во многих странах возникали легенды о «сверхчеловеческом», «божественном» происхождении лиц, стоявших во главе государства. На определенном этапе развития «теория» о божественном происхождении рода Багратиони создается и в Грузии. Багратиони рано возвысились на политической арене Закавказья и вокруг рода в грузинско-армянской среде были созданы разные легенды.

Армянская историческая традиция возвышение армянской ветви рода Багратуни связывает с I в. до н. э.[15]

Одну из древнейших, из дошедших до нас легенд о возвышении этого рода, сохранил историк VII века Себеос. Согласно данным Себеоса, Багратуни являются потомками эпонима армян Хайка.[16] Армянская историография происхождение рода Багратуни связала также с еврейским этносом. Так Мовсес Хоренаци объявляет Багратидов потомками знатного еврейского пленника Шамбата.[17] Грузинская историография теорию о происхождении рода Багратиони от Давида Пророка считает местной грузинской традицией. Древнейшей фиксацией этой традиции является «Житие Григола Хандзтели» Гиорги Мерчуле и произведение Константина Порфирородного «De administrando imperio». Источником Константина Порфирородного считают неизвестный грузинский письменный источник или же устную традицию.[18]

Можно предполагать, что с легендой о происхождении Багратионов от пророка Давида была знакома и армянская историография. Древнейшая литературная фиксация данной легенды в армянской литературе должна быть сохранена в сочинении армянского историка начала X века Иоанна Драсханакертци.[19]

В грузинской письменности самое раннее сообщение о божественном происхождении Багратионов зафиксировано в середине X века в «Житии Григола Хандзтели» Гиорги Мерчуле. Григол Хандзтели, обращаясь к Ашоту I Курапалату, называет его «государем, нареченным сыном Давида, пророка и помазанника господня». Так обращается Григол Хандзтели к Ашоту I Багратиони в 20-х годах IX века, но фиксация этого происходит в середине X века (произведение Гиорги Мерчуле написано в 950 году).

Относительно датировки времени появления теории о божественном происхождении рода Багратиони существуют разные предположения.

По мнению Маркварта, теория божественного происхождения Багратионов создалась в конце IX — начале Х вв.[20] По мнению же К. Кекелидзе и П. Ингороква, — в начале IX века, во время правления Ашота I Багратиони.[21] С IX веком связывает создание этой легенды и С. Джанашиа.[22] Е. Такайшвили временем создания легенды считает вторую половину VIII века. По словам Е. Такайшвили, легенда претерпела постепенное изменение, была переработана и к XI веку приняла ту форму, в которой она представлена в историческом произведении Сумбата.[23]

Во второй половине VIII века Восточная Грузия находилась под игом арабского владычества и грузинский народ боролся с завоевателями. Во главе этой борьбы стояли эрисмтавары Картли, за что они были подвергнуты репрессиям со стороны халифской власти. С конца VIII и начала IX века начинается постепенное изгнание завоевателей из Грузии. На грани VIII—IX веков в Грузии начинается процесс создания новых царств и княжеств, ведется борьба за объединение страны. К этому времени относится создание Картвельского, или Тао-Кларджетского, княжества во главе с родом Багратиони.

Большого могущества достигает княжество в годы правления основателя династии.[24] Ашот I объединил под своей властью большую часть исторической Юго-Западной Грузии, активно воевал с арабами, успешно боролся за центральную часть Грузии, — Шида Картли. От империи Ашот I Багратиони получил титул «курапалата» и претендовал даже на титул «царя».

В это время Картвельское княжество было сильнейшей политической единицей в Грузии и играло ведущую роль в борьбе за её объединение. Видимо, в это время и создается данная легенда.[25]

После смерти Ашота I для княжества создаются неблагоприятные внешние и внутриполитические условия. Во второй половине IX и первой половине X века гегемонию в борьбе за объединение Грузии захватывает царство Эгрис-Апхазети. Так что, конец IX — начало X в. не является подходящим временем для создания легенд, возвеличивающих род Багратиони.

Как уже отмечалось, с начала IX века в Грузии ведется борьба за объединение страны. Несколько крупных политических единиц соперничают друг с другом. Княжеские роды, возглавляющие эту борьбу, прибегают к различным политическим и дипломатическим манёврам. Дом Багратиони совместно с политическим возвышением старается обосновать свои легитимные права и теоретически. Ашоту Багратиони приходилось вести борьбу, как с другими грузинскими политическими единицами, так и со своими внутренними противниками.

В результате конфликта с арабами, Ашот I Багратиони обосновался в Юго-Западной Грузии, хотя Шавшет-Кларджети исторически является доменом рода Багратиони, но в данной ситуации Ашот оказался все же человеком, пришедшим извне. Против него ведут борьбу арабы; нет у него солидной опоры и внутри страны, а из внешних сил его поддерживает Византия. В таких условиях вполне понятно, что Ашоту I приходится преодолевать сильные препятствия для утверждения и упрочения своей власти.

Ашот I должен был создать себе крупную вотчину, и он создает её. Часть земель Ашот I Багратиони покупает, часть захватывает, присваивает незаселенные земли, пустоши, приобретает крестьян. Все это — создание вотчины, приобретение и подчинение сидящих на этих землях крестьян, — происходит за счет местного населения, что вызывает рост социальных протестов, обострение борьбы в обществе.

Таким образом, в то время когда Ашот I Багратиони соперничает с другими грузинскими царями и князьями за первенство в борьбе за объединение Грузии, ему приходится преодолевать большие препятствия и внутри страны для укрепления своего положения. В этой сложной ситуации Ашот I Багратиони должен был обосновать свои преимущества перед другими грузинскими владетелями, а также свое право господствовать над местным населением. Всего этого он добивается в основном силой, но при этом большое значение имело идеологическое обоснование прав рода Багратиони на верховную власть.

Для определения времени создания легенды о происхождении рода Багратиони немаловажное значение имеет тот факт, что армянский историк VII века Себеос предком Багратуни называет Хайка. К этому времени армянские Багратуни уже получили основание связывать свое происхождение с эпонимом армян. В начале X века Иоанн Драсханакертци о предках Багратуни пишет: «Говорят что он был потомком Давида». Видимо, Драсханакертци имел письменное или устное основание для данного заявления. Сообщение Драсханакертци о том, что Багратуни являлись «венцевозлагателями», подтверждается и более древними армянскими сведениями.[26]

Как уже отмечалось, Багратиони рано выдвинулись на политической арене Закавказья. В грузинской историографии существует предположение о происхождении Багратиони от древнегрузинского царского рода Парнавазидов.[27]

По мнению К. Туманова, Багратиони — потомки древнеармянского царского рода Ервандидов.[28]

Грузинская историческая традиция, в частности Сумбат, возвышение рода на политической арене Грузии датирует VI веком.

Таким образом, политическое возвышение Багратионов вызвало создание легенд вокруг их происхождения. Древнеармянская историческая традиция их объявляет потомками Хаикидов, древнегрузинская — Парнавазидов. Та же армянская традиция считает их потомками знатного пленного еврея Шамбата, а более поздняя армянская и грузинская историческая традиции их происхождение связывают с царем-пророком Давидом. Драсханакертци является звеном, связывающим две традиции о происхождении от Шамбата и Давида.

Таким образом, в грузинской и армянской действительности существовали разные версии о происхождении рода Багратиони. Самая претенциозная из существующих версий связывает происхождение рода с божественным началом. Подходящим временем для создания данной версии, видимо, был "период правления Ашота I курапалата. Если учесть сообщение Драсханакертци, можно предположить, что данная версия легенды была выработана в общей грузинско-армянской среде.

В конце VIII — начале IX вв., в условиях напряженной борьбы с арабами усиливаются и возвышаются как грузинские Багратиони, так и армянские Багратуни. В данный период обе ветви преследуют общую цель: изгнание арабов. В этих условиях происходит образование Картвельского (Тао-Кларджетского) княжества грузинских Багратиони и Ширакского княжества армянских Багратуни. Начинается новый этап истории рода и создается новая версия легенды об его происхождении, версия, которая лучше обосновывает право первенства данного рода в Закавказье. Как уже отмечалось, след звена, связывающего старую и новую версии легенды, сохранен у Драсханакертци. Если легенда о божественном происхождении рода была бы создана только в грузинской среде и о собственно грузинской ветви, то сомнительно чтоб Драсханакертци перенес её на армянских Багратуни. В конце IX — начале X вв. интересы грузинских Багратионов и армянских Багратуни находились в остром противоречии. Историк рода Багратуни, именно в это время создавший свое произведение, восхвалявшее деятельность Багратуни с целью их возвеличивания приводит легенду об их происхождении от Давида. Он вряд ли обратился бы к этой легенде, если бы данная версия не имела распространения и в армянской среде. Поэтому у этого соображения Драсханакертци должна была быть основа и в армянской традиции.

Дальнейшая обработка легенды происходит уж на собственно грузинской почве. Ситуация, созданная в Армении последующего времени, не давала повода для дальнейшей идеализации Багратуни. Особенное значение приобретает эта легенда после того, как Багратиони становятся царями объединенного грузинского государства. Именно в связи с этим и создается специальное историческое сочинение Сумбата, в котором изложена история рода и дана его генеалогия.

Для составления своего исторического сочинения Сумбат пользуется разными историческими источниками.

Источником для вводной части «Истории» Сумбата является грузинский перевод Библии. Генеалогию Багратионов от Адама до царя Давида Сумбат приводит по «Евангелию» от Луки (3,32 — 38), а от царя Давида до мужа богородицы Марии — по Матфею (1,1 — 16), с той лишь разницей, что в отличие от «Евангелия» он вводит в повествование брата мужа Марии Клеопу. Источником же относительно Клеопы, брата Иосифа, для Сумбата является «Церковная история» Евсевия Кесарийского.[29] Затем уже идет линия потомков Клеопы. Один из потомков Клеопы Соломон имел семерых сыновей. Эти семь сыновей Соломона отправились из Палестины и прибыли в Армению, в Акилисену, расположенную в верховьях реки Евфрат, к неизвестной в истории царице Ракаэл, которая их крестила. Трое из братьев остались в Армении. Одного из этих братьев звали Багратом, и он явился родоначальником армянских Багратидов. Четверо прибыли в Картли, из них одного избрали эриставом Картли и его потомками являются Багратиони Картли.

Одним из основных источников «Истории» Сумбата является хроника «Обращения Картли». Как отмечает Е. Такайшвили, этой хроникой пользуется Сумбат начиная от Гуарама (VI век) курапалата до Ашота I курапалата.[30]

Существует предположение, что одним из источников «Истории» Сумбата может быть «Матиане Картлиса», сочинение анонимного историка XI века.[31] Но думаем, что более обосновано предположение, которое считает, что не «Матиане Картлиса» является источником для «Истории» Сумбата, а, наоборот, автор «Матиане Картлиса» пользовался произведением Сумбата.[32]

В распоряжении Сумбата Давитисдзе, видимо, была фамильная хроника рода Багратиони, которой он пользовался при составлении той части своего произведения, в которой передана история владетелей Тао-Кларджети.[33]

Как и автор анонимного сочинения «Матиане Картлиса», Сумбат тоже должен был пользоваться сведениями Кедрина-Скилицы.[34]

Сумбат пользовался также многочисленными надписями.[35]

Произведение Сумбата очень сжатое историческое сочинение, в котором, в основном, даны сведения биографического характера о представителях рода Багратиони (рождение, смерть, принятие титула или должности, потомство). Первый раз принцип такого краткого повествования нарушается, когда дело доходит до основателя княжества Ашота I. После Ашота I автор сравнительно пространно рассказывает уже о первых царях объединенной Грузии (Баграт III, Георгий I и Баграт IV). Сумбат сообщает также сведения о строительных мероприятиях представителей рода (например, строительство храма Джвари эриставами Картли, строительные работы Ашота I) и других деятелей (например, строительство Сиони в Тбилиси, Тбетской обители). Особое внимание уделяет автор борьбе внутри представителей рода и взаимоотношениям с Византией.

Огромным достоинством «Истории» Сумбата является обилие хронологических данных. В средневековых грузинских исторических источниках вообще мало указаний на даты описываемых событий, но наш автор в этом отношении является заметным исключением.

Правда, в первой части «Истории» Сумбата прямых хронологических данных нет. Первая дата дана в связи со смертью Ашота I курапалата, затем сведения о сыновьях Ашота даются без дат, а со времени внука Ашота I, Ашота II (сконч. в 867 году), почти о всех его преемниках даны основные хронологические указания. Видимо, фамильная хроника, которой пользовался Сумбат и которая изобиловала хронологическими данными о жизни представителей рода, начиналась с основателя княжества Ашота I.

Первая дата (дата смерти Ашота I) дана по двум хронологическим системам — от сотворения мира и грузинскому короникону, затем, без исключения, все даты даны по грузинскому короникону, который основан на 5604-годичной эре от сотворения мира и 532-летнем цикле. События, датируемые автором, имеют место в XIII цикле, то есть с 780 года.

Как уже отмечалось, стиль изложения Сумбата весьма сжатый. Он кратко, в (нескольких славах сообщает о жизни, деятельности и смерти представителей владетельного дома, указывает лишь некоторые важные, с его точки зрения, факты. Основная цель автора — дать полную, непрерывную генеалогию Багратионов, выполнена безукоризненно. Начало владычества Багратионов в Картли, указанное Сумбатом (середина VI века), подтверждается данными ряда других историков.[36] Источниковедческое изучение «Истории» Сумбата и сопоставление сведений Сумбата с данными других грузинских историков, с эпиграфическими данными, сведениями армянских, арабских, византийских и других исторических источников, дает основание считать произведение Сумбата весьма ценным историческим сочинением и указывает на достоверность основных сообщений историка.[37] Хотя указанное обстоятельство не исключает явно выраженной тенденциозности Сумбата.

Сумбат, как уже отмечалось, очень скупо и сжато излагает исторические события, но совместно с общей целенаправленностью он весьма тщательно подбирает факты для внесения их в свою «Историю». Согласно концепции Сумбата, жизнь в Шавшети и Кларджети возобновляется с обоснованием там Ашота Багратиони. Историк следующими словами характеризует положение в крае непосредственно перед прибытием Ашота Багратиони: "Хеви Шавшетский, за исключением несколько селений, тогда не был заселен, ибо опустошился во времена владычества персов, когда глухой из Багдада сокрушил все крепости и прошёл по Шавшети и через Гадони. А вслед за этим повальный понос истребил (население) Шавшети, Кларджети и лишь немногие из жителей остались в некоторых местах.[38] Сомневаться в весьма тяжелом положении этой части Грузии в результате вторжения арабов и эпидемий не приходится. Приблизительно такую же картину рисует и другой источник — «Житие Григола Хандзтели» Гиорги Мерчуле, указывая на малочисленность населения и опустошение края. Но если Мерчуле восстановление жизни в этом крае в основном считает заслугой Григола Хандзтели и монастырской колонизации, то Сумбат на первый план выставляет заслуги Ашота I Багратиони. Следует предполагать, что при описании состояния края оба автора немного преувеличивают, а восстановление шло как в результате деятельности Ашота курапалата, так и вследствие монастырской колонизации и деятельности Григола Хандзтели.

В «Истории» Сумбата почти нет обобщающих теоретических положений, но в подборе фактов и нескольких скупых фразах явно ощущается его точка зрения. Он не скрывает своего отрицательного отношения к тем феодалам, деятельность которых направлена против политики централизации и усиления государства. Описывая время господства в Картли азнауров Сумбат пишет: «Но когда лишились царства потомки Горгасала, с тех времен до них, господствовали в Картли азнауры, а конец власти азнауров Картли пришел по причине их злых деяний».[39] Отношение Сумбата к вельможной знати явно чувствуется и в других случаях.[40]

Как и все грузинские средневековые историки, Сумбат находится во власти провиденциализма. Рассказывая о событиях, связанных с возвращением царевича Баграта (будущего Баграта IV, царя Грузии) и намерениях императора Константина VIII, Сумбат пишет: «О великая и удивительная милость божья! Как спасся праведный от рук вражеских, желавших захватить его».[41] Победу малочисленного грузинского войска над сравнительно превосходящими силами врага автор объясняет милостью и помощью бога и святых апостолов[42], а по случаю смерти императора Константина VIII пишет: «Настиг гнев молниеносно безрассудного царя Константина, наподобие неверного Юлиана, за немилость к царю нашему Баграту, за опустошение страны его»[42].

2. Императорская Россия и февральская революция 1917 г

Российская империя, нарушив Георгиевский трактат 1783 г., присоединила к своим владениям грузинские царства Багратионов, Картли-Кахетинское и Имеретинское в 1801 и 1810 гг., соответственно. Члены королевской династий возглавили серии восстаний против русского господства, но все они окончились неудачей. Русская администрация, при сочетании военного умиротворения и дипломатического убеждения, до некоторой степени получила лояльность местной элиты. Багратиони временно смирились с потерей независимости.[43]

Царизм под предлогом «обеспечения спокойствия и безопасности грузинского народа» счел необходимым и возможным упразднить (аннексировать) Картли-Кахетское царство и установить новое (русское) правление взамен старого (грузинского). Тем самым был нарушен договор 1783 г. Это было крупное поражение грузинских политиков-прогресситов, поскольку им не удалось сохранить самоуправление грузинского народа хотя бы в форме автономии.[44]

Вскоре после восстания декабристов в 1825 году, грузинские роялисты, обосновавшиеся в Санкт-Петербурге и Москве, подстрекаемые внуками предпоследнего царя Грузии — Ираклия II, князьями Окропиром и Димитрием, пытались убедить грузинских студентов, которые учились в двух русских городах, что Грузия должна быть независимым с династией Багратиони во главе. Окропир посетил Тбилиси (тогда Тифлис) в 1829 году и установил связи с тайными обществами с целью восстановления грузинской монархии. Вдохновленные Французской революцией 1830 года и польским восстанием 1830—1831 гг., заговорщики были едины в своем анти-российском настроении, но были разделены в программных установках и методах его осуществления, хотя большинство предпочитали восстановление династии Багратиони на грузинском троне. Планируемый переворот был предотвращен благодаря полиции в 1832 году.[45] Заговор 1832 г., невзирая на слабость и конечный провал, был прогрессивным общественным явлением. С этого времени грузинское национально-освободительное движение первой трети XIX в. становится сознательным и организованным.

Лояльность большей части грузинского дворянства русскому царю была достигнута в период либеральной политики императорского наместника князя Воронцова (1844—1854), но оно стало исчезать в 1860-е гг. Тем не менее, несмотря на продолжившиеся с 60-х гг. попытки грузинских патриотов получить независимость, Грузия обрела её лишь после Первой мировой войны (26 мая 1918 г.).[46]

Во время Первой мировой войны, грузинские эмигранты, под руководством князя Мачабели создали Национальный комитет в Берлине, который выступал за восстановление монархии в Грузии под немецким протекторатом. Влиятельным лоббистом данной идеи выступал генерал Отто фон Лоссов, который предлагал поставить на грузинский престол немецкого принца Иоахима Франца. Однако после февральской революции 1917 года, грузины восстановили свое независимое государство в форме демократической республики. С мая 1918 по февраль 1921 гг. на грузинской политической сцене господствовали социал-демократы во главе с Жордания. Грузинское дворянство, в том числе потомки бывшей королевской династий, оказали свою поддержку новой республике. Современные западные наблюдатели отмечают: «Как и во Франции, грузинское дворянство имеет социальное, а не политическое значение. Люди настроены в демократическом духе, нет ни малейшего шанса на возрождение монархии в Грузии, и дворяне вряд ли больше будут иметь политический вес, чем их индивидуальные заслуги».[47]

3. Грузинские роялисты в период СССР

Грузинская Демократическая Республика пала под наттиском советской армии в 1921 году. Последующие политические репрессии, особенно после неудачного восстания в августе 1924 г., вынудили многих членов семьи Багратиони бежать из Советского Союза, а некоторые из них погибли во время большевистских чисткок.

Один из эмигрантов, князь Ираклий из дома Мухрани (боковой ветви династии Багратиони) (1909—1977), пытался заручиться поддержки европейских держав в деле восстановления грузинской монархии. Ещё в 1942 году в Риме на съезде представителей грузинских эмигрантских организаций князь Ираклий Георгиевич Багратион-Мухранский был признан старшим в доме Багратионов. В связи с этим безоговорочно был объявлен Главой Грузинского Царского Дома и единственным законным претендентом на престол. Ряд организаций так же объявил его Грузинским Царем в изгнании. Когда князь Ираклий умер в Испании в 1977 году, принц Георгий стал первым в очереди в королевском доме Грузии и был признан как таковой, несмотря на притязания из других семей.[48] Законные права этого дома на престол неоднократно подвергалась сомнению. Данную линию в настоящее время представляет Нугзар Багратион-Грузинский (род. 1950), глава Кахетинской ветви Багратионов (с 1984 года), прямой потомок по мужской линии последнего грузинского царя Георгия XII. Две ветви Багратионов были объединены посредством брака принца Давида с дочерью князя Нугзара — Анны в феврале 2009 года.

4. Монархическая идея в период крушения СССР и восстановления независимости

Во время правления Эдуарда Шеварднадзе (1992—2003), никакого серьёзного внимания не было уделено монархической идеей, хотя несколько мелких политических партий, в том числе Союз грузинских традиционалистов во главе с бывшим председателем парламента Акакий Асатиани, продолжали выступать за конституционную монархию как форму государственного устройства Грузии.

«Вариант монархии в Грузии обсуждался еще в 1992 году, когда я вернулся из Москвы в Тбилиси», — рассказал газете «Время новостей» бывший президент Грузии Эдуард Шеварднадзе. До этого эту тему серьёзно рассматривал президент Звиад Гамсахурдия.[49]

5. Правительственный кризис 2007 г 

Выступления оппозиции в Грузии 2007 года свидетельстовали о структурном кризисе, поразившей государственный аппарат и правительство Саакашвили. Первые протесты, вылившиеся в массовые демонстрации, последовали в сентябре 2007 года и носили мирный характер; численность митингующих была невелика. Однако после обвинений, высказанных в прямом эфире грузинского телеканала «Имеди» экс-министром внутренних дел Грузии Ираклия Окруашвили в адрес действующего президента обстановка в Грузии накалилась. В частности, в речи Окруашвили говорилось о физическом уничтожении политических оппонентов Михаила Саакашвили с ведома самого президента, в пример приводилось убийство Зураба Жвании.[50]

Следующий этап выступлений начался в ноябре 2007 года, а именно 2 ноября перед зданием парламента в Тбилиси, собрались, по различным оценкам, от 50 до 100 тысяч сторонников оппозиции, с требованиями проведения досрочных парламентских выборов, изменения избирательного законодательства и освобождения всех политзаключенных страны. Когда власти отказались идти на уступки, лидеры оппозиции заявили, что их главным требованием становится отставка президента. В последующие дни количество митингующих составляло от 10 000 до 150 000 человек, позже количество демонстрантов сократилось до нескольких тысяч.[51] Утром, 7 ноября, когда у здания парламента находилось около 200 человек, их оттеснили с площади сотрудники полиции, ссылаясь на то, что участники акции мешают движению общественного транспорта, а площадь нуждается в уборке. Между митингующими и полицией завязалась потасовка, к месту событий стали стягиваться большие силы оппозиционеров, через некоторое время к площади были стянуты подразделения спецназа. Они применили против собравшихся слезоточивый газ и водометы.[52] В больницы Тбилиси было доставлено около 360 пострадавших с отравлениями различной степени тяжести,[53] позже появилась информация о 600 пострадавших.

5.1. Инициатива Католикоса-патриарха Всея Грузии Ильи II

Всплеск монархических настроений на Кавказе получили живой отклик у представителей монархических сил России. Директор Канцелярии Главы Российского Императорского Дома Александр Николаевич Закатов, к примеру, заметил:



«Патриарх Илия II, высказавшийся за восстановление конституционной монархии в Грузии, выступил как духовный отец нации, понимающий при этом, что у государства должен быть и еще один отец — монарх. Это уже не первое выступление Илии II на монархическую тему, хотя на сей раз его призыв был вызван, очевидно, обострением ситуации в Грузии вследствие политического скандала между президентом Саакашвили и бывшим министром обороны Окруашвили. Разумеется, в подобной ситуации всегда хочется предложить какой-то выход, напомнить о возможностях, — заметил Александр Закатов. — И в таком случае следует говорить о власти, основанной на традиции, освященной ею. Просто сильная власть, власть вне традиции ведет к диктатуре и произволу, а либерализм — к анархии. Выход — в монархическом правлении».



Следует отметить, что заявления главы Грузинской Православной Церкви прозвучали на фоне небывалых национальных волнений, которых в Грузии не наблюдалось с 2004 года, и заметно повлияли на общий политический дискурс.

«Обсуждения возможности возвращения Грузии к монархическому правлению витают на политической арене последние 18 лет, — писала „The Telegraph“. Признанный глава королевской династии де-юре король Георгий XIV умер в этом году, однако его 32-летний сын Давид может быть призван на трон как Давид XIII».

Судя по всему, политическое кредо грузинских монархистов сводится к следующему: «Мы никогда не признаем легитимности республиканских выборов, — год от года заявляют представители Общества монархистов Грузии, — пока живы законные наследники Грузинского царского дома. Только представители грузинской царской династии могут претендовать на право называться легитимными руководителями Грузии».[54]

Инициатива Католикоса-Патриарха Всея Грузии Илии II о восстановлении в стране конституционной монархии, высказанная им во время воскресной проповеди в кафедральном соборе «Самеба», получила широкий резонанс в обществе и среди политиков. Эту инициативу активно поддержала как парламентская, так и непарламентская оппозиция.[55]

Патриарх Илия II заявил:



«Сегодня в Грузии такие условия, что мечта грузинского народа о восстановлении конституционной монархии может быть осуществлена, если будет на то воля Божия. Мы просим Господа, чтобы Грузия окрепла, Грузия успокоилась и объединилась, и, если это произойдет, мы возблагодарим Его».



По его словам, сегодня идет обсуждение того, какой должна быть Грузия, с кем должна дружить, что должна делать.

Далее патриарх сказал:



«Очень часто другие страны диктуют нам, что делать. Некоторые говорят, что Грузия должна быть президентской республикой, некоторые — парламентской, и так далее. Это не другим решать, это нам решать — грузинскому народу и всем людям, проживающим в Грузии».



Католикос-Патриарх всея Грузии отметил, что грузинский народ со дня прекращения царствования Багратионов в 1801 году не прекращал мечтать о восстановлении этой «древнейшей, благословенной династии».[56] Он также подчеркнул, что если народ Грузии выберет эту модель управления", кандидат на корону должен быть выбран из числа представителей королевской династии, и он должен быть надлежащим образом воспитан с детства".[57][58] Тогда же, согласно социсследованиям, проведенного еженедельником «Квирис палитра» («Палитра недели») среди 402 респондентов, 45 % граждан Грузии поддержали изменение политического строя Грузии и переход к монархической форме власти, 29,6 % высказались против этого, и ещё 25,4 % затруднились с ответом.[54]

Инициатива Илии II показывает, насколько осложнилась сегодня политическая ситуация в Грузии. Обычно священнослужители воздерживаются от публичного выражения своих политических пристрастий, а тем более — от призывов к изменению государственного строя.[59]

О тенденциях реставрации власти Багратионов в Грузии внимательно наблюдают в России монархические круги. В одном из интервью председатель Российского общественного Монархического Движения Кирилл Немирович-Данченко, прокомментировал грузинские события:



«Обращение грузин к идее установления монархии является очень важным шагом в становлении современного грузинского самосознания. И серьезным решением на путях поиска наиболее адекватной государственности формы правления. Крайне показательно, что при поиске выхода из той тупиковой ситуации, в которой сейчас находится Грузия, когда как во-первых необходимы поиски механизмов стабилизации нынешней Грузии, и во вторых, гарантии ее от подобных потрясений в будущем, грузины обратились именно к монархии.

Это решение грузинского общества еще раз показывает, что институт монархии остается актуальной и равноправной альтернативой на современном политическом поле.

Независимо от того, примет ли сейчас народ Грузии (дадут ли ему принять) однозначное решение в этом вопросе, столь острая актуализация монархической идеи должна явиться примером для российских монархистов, стать еще одним аргументом для сомневающихся, и серьезным поводом задуматься тем кто отрицает благотворную роль монархии для будущего развития России».



[49]

5.2. Дебаты в обществе о восстановлении монархии

Идею о реставрации власти династии Багратионов в виде конституционной монархии поддержали все ведущие оппозиционные партии Грузии, а также многие общественные деятели и экспертное сообщество. Основным лозунгом оппозиции стало — «Грузия без президента», с постепенным переходом на парламентскую форму республики, с последующим упразднением республиканской системы и реставрации монархии.[57][58][60][61] При этом, идея не находит поддержки нынешних властей.

Глава оппозиционной «Консервативной Партии Грузии» Звиад Дзидзигури заявил:



«Лозунг объединенной оппозиции "Грузия без президента" означает, что страна должна быть парламентской республикой и укрепляться монархом. Я полностью разделяю и мнение Патриарха Всея Грузии Ильи II о том, что воспитывать будущего наследника престола в грузинском духе должен сам Патриарх».



Глава оппозиционной «Партии Народа» Коба Давиташвили заявил:



«Я поддерживаю инициативу Католикоса-Патриарха Всея Грузии Ильи II-го об установлении в стране конституционной монархии. В Грузии должен быть царь. Время вождей должно уйти в прошлое. Мы не индейские племена».



Представитель оппозиционной партии «Правая Оппозиция» Мамука Кацитадзе заявил:



«Вопрос установления в Грузии конституционной монархии должен быть решен путем референдума. При этом данный вопрос не станет причиной нового противостояния — между сторонниками и противниками конституционной монархии. Конституционная монархия всегда объединяет народ, и в случае ее установления мы действительно не должны ожидать противоположных результатов».



Лидер оппозиционной партии «Новые Правые» Давид Гамкрелидзе отметил:



«Учитывая события, которые имели место в период независимости Грузии, анализ международной практики и заявление Католикоса-Патриарха Всея Грузии Ильи II-го в повестке дня Грузии появилась необходимость установления конституционной монархии. Конституционная монархия станет гарантом свободного и независимого государства. В условиях конституционной монархии царь будет только символическим главой государства, а все решения в стране будет принимать Парламент и Правительство, укомплектованные из членов "парламентского большинства". Царь будет иметь только моральное влияние на власть. В то же время он будет символом грузинского народа и отражением его характера. Монарх будет покровителем каждого, несмотря на этническое происхождение. Наша партия инициативу Патриарха и уже приняла декларацию об установлении в Грузии конституционной монархии».



Председатель оппозиционной «Лейбористской Партии Грузии» Шалва Нателашвили заявил:



«Мы поддерживаем инициативу Католикоса-Патриарха Всея Грузии, Ильи II-го об установлении в стране конституционной монархии. Мы благодарим Католикоса-Патриарха Всея Грузии Илью II-го и как его паства поддерживаем принятое им решение. Этот государственный строй станет гарантом единства Грузии и шагом в будущее. Самыми реальными претендентами на престол являются представители царской династии Багратиони. Кандидата на трон должны утвердить Патриархия Грузинской Православной Церкви и Священный Синод ГПЦ».



Лидер оппозиционного политического движения «Мы Сами» Паата Давитая считает:



«Восстановление конституционной монархии является залогом восстановления территориальной целостности страны. Монарх будет гарантом территориальной целостности Грузии и на пребывание в составе монархической Грузии согласны и абхазы. Еще до начала конфликта, осенью 1991 года, в Сухуми прошло заседание собрания представителей грузинских и абхазских княжеских родов, которые избрали председателя и рассмотрели вопрос восстановления в Грузии конституционной монархии и вопрос вхождения Абхазии в это монархическое государство. Что же касается того, кто должен быть и должен воспитать грузинского монарха в случае восстановления монархического строя, то это должны решать Патриарх и Святейший Синод. Правовая база же для этого должна быть восстановлена Парламентом».



Лидер оппозиционной партии «Путь Грузии» Саломе Зурабишвили (бывший министр иностранных дел) заявила:



«Я всегда была сторонником конституциональной монархии, как правильной формы для Грузии. Но, этот вопрос необходимо решать после проведения в стране выборов. Сейчас же главное в том, чтобы вывести страну из потрясений и подготовиться к очередным выборам, а затем уже решать вопрос о том, нужен ли нам институт президента. Лично я считаю, что президентская республика у нас не оправдывает себя и надо подумать о переходе на систему конституционной монархии».



Лидер оппозиционной партии «Свобода» Константин Гамсахурдия (сын экс-президента Звиада Гамсахурдия) считает:



«Я крайне положительно оцениваю инициативу Патриарха о переходе на систему конституционной монархии. Король в этом случае не означает правящего диктатора. С одной стороны он будет гарантом грузинских традиций, а с другой стороны - территориальной целостности страны».



Данная инициатива находит поддержку и в экспертных кругах. Грузинский политолог Рамаз Климиашвили заявил:



«Установление в Грузии конституционного строя является единственным реальным путем спасения страны. Нескончаемый кризис и тяжелейшее политическое положение, существующее в настоящее время в Грузии, свидетельствует о том, что действующий конституционный строй Грузии неприемлем. Католикос-Патриарх Всея Грузии Илья II-ой предложил грузинскому обществу и президенту замечательный выход, который должен быть поддержан всеми. По выбору кандидата на трон, естественно, возникнет большой спор, но это будет происходить только до тех пор, пока кандидата не назовет сам Католикос-Патриарх Всея Грузии».



Между тем, появление в стране монарха не особо рады представители нынешних грузинских властей. Один из лидеров «парламентского большинства» Гига Бокерия заявил:



«Заявления оппозиции о том, что новое государственное устройство в форме конституционной монархии разрядит обстановку в стране является полным абсурдом. Невозможно за один день восстановить традицию, которая уже несколько веков в Грузии не существует. Впрочем, в будущем я не исключаю восстановление института монарха, хотя и остаюсь сторонником республики».



Гига Бокерия попытался смягчить заявление патриарха: «Патриарх не предлагаем установить монархию сегодня. Он хотел сказать, это может произойти после того как Грузия решает свои основные проблемы».[58] Позднее он утверждал, что выступление оппозиции за конституционную монархию лишь популистский шаг: «Они говорят о конституционной монархии здесь и ничего не говорят о ней за границей. Это их политика двойных стандартов».[62] Сам патриарх Илия II не стал комментировать дальше по этой теме.[58]

Тем временем, оппозиционная партия «Новые правые», которая стояла в стороне от антиправительственных демонстраций, организованных коалицией из десяти оппозиционных партий в октябре и ноябре 2007 года, стала единственной крупной политической группой, занявшая более гибкую позицию по вопросу о реставрации конституционной монархии. Они подготовили специальную декларацию, поддерживающую эту идею. «Новые правые» предлагали провести референдум по этому вопросу. Данное предложение было включено в предвыборную кампанию Давида Гамкрелидзе, кандидата в президенты от блока «Новые правые / Промышленники» на досрочных президентских выборах, состоявшихся 5 января 2008 г.[57][58]

Нино Бурджанадзе заявила:



«Патриарх для меня величайший авторитет, и все его помыслы и предложения требуют серьезного осмысления. Высказанное им предложение рассчитано на дальнейшую перспективу, но, тем не менее, Парламент готов к обсуждению этого вопроса».



Один из представителей «парламентского большинства», вице-спикер Парламента Грузии Михаил Мачавариани заявил:



«Лично я являюсь сторонником парламентской республики, но на данном этапе конституционные изменения считаю преждевременными. Проведение референдума по вопросу государственного устройства и восстановления конституционной монархии, весной 2008 года будет преждевременным. Патриарх не говорил, что переход на эту систему должен произойти прямо сейчас. Консультации и дебаты будут проводиться, но переход на эту систему пока преждевременен. Это можно будет осуществить через 7—10 лет».



Один из представителей «парламентского большинства» Вахтанг Балавадзе считает:



«Сама идея конституционной монархии в целом приемлема. Однако об этом можно будет серьезно думать только после восстановления территориальной целостности страны».



Один из представителей «парламентского большинства», председатель комитета по юридическим вопросам Парламента Грузии Леван Бежашвили заявил:



«Введение конституционной монархии — это шаг назад для страны. Если кому-то не нравится политический спектр и политические фигуры, это не означает, что следует радикально менять государственный строй. Мы живем в начале XXI-го века, когда самыми оправданными формами правления являются президентская и парламентская республика».



Не торопятся с решением этого вопроса и представители царской династии Багратиони. Один их представителей династии Багратиони, почетный президент «Национального Олимпийского Комитета Грузии» Джано Багратиони заявил:



«На мой взгляд, Грузии еще рано переходить на модель конституционной монархии. Конечно же, такое предложение приемлемо и очень важно. В Тбилиси проживает молодежь из династии Багратиони, которые являются прямыми наследниками престола. Несмотря на это, думаю, что пока рано восстанавливать монархию, так как к этому еще не готовы».



[63]

Скептики говорят, что восстановление монархии технически невозможно по нескольким причинам, включая число кандидатов и неурегулированный вопрос о правопреемстве на грузинском троне. Кроме того, они считают, что критерии для выбора короля приведут к крупным разногласиям.[60]

Сторонников конституционной монархии продолжают утверждать, что такая форма государственного устройства наилучшим образом защитить интересы граждан Грузии; монарх «будет царствовать, но не править», и выступать в качестве гаранта стабильности и национального единства.[58] Они считают, что возвращение к монархии будет торжеством "исторической справедливости", ссылаясь на тот факт, что царская династия Багратионов никогда не отклонялась или свергалась грузинским народом, но была отстранена от власти иностранной державой (Российской империей).[57][64]

Список литературы:

	Джанашиа С. Н. Об одном примере искажения исторической правды. Тб., 1946, с. 19-20.

	Себеос. История Армении. Под ред. Патканяна. Спб., 1862, с. 10, 171 и др.

	История Армении Моисея Хоренского. Пер. И. Эмина. М., 1858, с. 61.

	Ингороква П. Указ. соч., с. 77-79; Мамулиа Г. Происхождение классового общества и государства в древней Картли. Тб., 1979. с. 114—155.

	Toumanoff C. Studies…, с. 316—318 и др.

	Георгий Мерчуле. Житие…, с. 263, пер., с. 96.

	Литерутару по вопросу см.: Лорткипанидзе М. Д.. Легенда о происхождении Багратионов. — ВИНК, Тб., 1966, с. 144—149 (на груз. яз.).

	Ованес Драсханакертци. Сведения о Грузии. Изд. И. А. Абуладзе. Тб., 1937, с. 3; Constantinus Porphyrogenetus. De administrando Imperio, p. 45, Georgica, IV, ч. 2, с. 255.

	Ингороква П. Указ. соч., с. 76-77; Лорткипанидзе М. Д.. Легенда о происхождении Багратионов. — ВИНК, Тб., 1966, с. 147—149 (на груз. яз.).

	О составлении «Картлис цховреба», произведениях, вошедших в этот сборник, циклах сборника см. С. Г. Каухчишвили, Предисловие к «Картлис цховреба», I, Тбилиси, 1955, с. 021—034; там же, см. основную литературу. См. также «Матиане Картлиса», перевод, введение и примечания М. Д. Лордкипанидзе, Тбилиси, 1975, с. 13, 14.

	К. Г. Григолия, Ахали Картлис цховреба (Новая история Грузии), Тбилиси, 1954, с. 197—287 (на груз. яз.)

	Сумбат Давитис-дзе, История, см. ниже, с. 27.

	Хроника Сумбата Давитис-дзе о Багратионах Тао-Кларджети, издание текста, введение, примечания и генеалогические таблицы Е. Такайшвили, МИГК, 27. 1949, введение, с. 27 , с. 11—12 (на груз. яз.).

	И. А. Джавахишвили, Цель, источники и методы истории, кн. I, Древнегрузинская историческая литература, Тбилиси, 1945, с. 193 (на груз. яз.).

	Н. Адонц, Армения в эпоху Юстиниана, СПб., 1909, с. 413.

	Себеос, История Армении, под ред. Патканяна, СПБ., 1862, с. 7, 10, 177 и др.

	История Армении Моисея Хоренского, пер. И. Эмина, М., 1858, с. 61.

	Е. Такайшвили, Хроника Сумбата Давитис-дзе о Багратионах Тао-Кларджети, с. 24 (на груз. яз.); E. Taqaishvili, Georgian chronology and the beginning of Bagratide rule in Georgia, «Georgica». A Journal of Georgian and Caucasian Studies, v. I, № 1, 1935, с. 18; К. Кекелидзе, История грузинской литературы, I, 1960. с. 154 (на груз. яз.); С. Джанашиа, Сведения Константина Порфирородного о Багратионах Тао-Кларджети, Труды ТГУ. XVIII, 1941, с. 69—85 (на груз. яз.); П. Ингороква, Гиорги Мерчуле, Тбилиси, 1954. с. 76—77 (на груз. яз.); С. Каухчишвили, Георгика, IV, 1955, с. 255—256 (на груз. яз.); История Грузии, под ред. С. Джанашиа, I, Тбилиси, 1946, с. 190—191.

	И. Абуладзе, Сведения Иоанна Драсханакертци о Грузии, Тбилиси, 1937, с. 3 (на груз. яз.).

	J. Marquart, Osteuropäische und Ostasiatische Streifrüge, Leipzig, 1903, с. 403.

	К. Кекелидзе, указ. работа, с. 154; П. Ингороква, указ. работа, с. 76—77.

	История Грузии, I, с. 190—191.

	Е. Такайшвили, указ. работа, с. 25—26; Г. Мамулиа создание данной легенды также связывает с концом VIII века. См. Генезис реформ «царя» Арчила и их политическая тенденция, сб. «Разыскания по истории Грузии и Кавказа», Тбилиси, 1976, с. 121 (на груз. яз.).

	Скончался Ашот в 826 г. (или 836 г.). По вопросу датировки деятельности Ашота Багратиони см. К. Кекелидзе, К хронологии Ашота Великого, «Этюды по истории древнегрузинской литературы», 8, 1962, с. 251—257; Т. Ломоури, Сведения Сумбата Давитис-дзе и Гиорги Мерчуле о грузинских Багратионах IX—X вв. Сб. «Арили», 1925, с. 48—50; П. Ингороква, Гиорги Мерчуле, с. 39—50; А. Богверадзе, К дате смерти Ашота I великого курапалата. Сб. «Вопросы истории феодальной Грузии», I, 1970, с. 131—138 (на груз. яз.); C. Toumanoff, Date of the death of the Curopalates Ashot the great of Iberia, «Le Museon», LХ1Х, 1—2, 1956, с. 83—85.

	Подробнее, с указанием литературы, см. М. Лордкипанидзе. Легенда о происхождении Багратионов, сб. «Вопросы истории народов Кавказа», Тбилиси, 1966, с. 144—149 (на груз. яз.).

	Фавстос Бузанд, История Армении, Ереван, 1953, с. 196; И. Абуладзе, Сведения Иоанна Драсханакертци о Грузии, с. 3.

	П. Ингороква, Гиорги Мерчуле, с. 77—79; Г. Мамулиа, Происхождение династии Багратионов и образование царства Картли (Иберии), журн. «Мнатоби», № 2, 1971, с. 171—191 (на груз. яз.).

	C. Toumanoff, Studies in Christian Caucasian History, 1963, Georgetown University Press, с. 277—354.

	Г. С. Мамулиа, К вопросу об одном источнике Сумбата сына Давида, «Грузинское источниковедение», III, Тбилиси, 1971 с 115—116 (на груз. яз.).

	Е. С. Такайшвили, указ. работа, с. 13—15.

	К. Г. Григолия, Ахали Картлис цховреба, с. 225—235.

	Е. С. Такайшвили, Источники грузинских летописей, СМОМПК, вып 28, Тифлис. 1900, с. 42, 118, 174—175, 177; Г. И. Гелашвили Сумбат Давитис-дзе и «Матиане Картлиса», Труды ТГУ, 87, 1960, с. 235—256; также «Матиане Картлиса», русский перевод, введение и примечания М. Лордкипанидзе, с. 21.

	Е. С. Такайшвили, указ. работа, с.15; Об источниках «Истории» Сумбата, см. также: C. Toumanoff, Iberia on the eve of Bagratide Rule, Le Museon, LХV, 1—2, 1952, с. 21—22; Его же, Studies…, с. 423—427.

	С. Г. Каухчишвили, указ. работа, с. 37—39; Г. И. Гелашвили, указ. работа, с. 239—256.

	Е. С. Такайшвили, указ. работа, с. 15.

	Хотя вопрос спорный и вызывает серьезные возражения.

	И. Джавахишвили, указ. работа, с. 192—194; Е. Такайшвили, указ. изд. Вступительная статья. C. Toumanoff, Iberia…, с. 22.

	Сумбат, История с. 31.

	Сумбат, История с. 28.

	И. Джавахишвили, указ. работа, с. 192—193.

	Сумбат, История, с. 40—41.

	Сумбат, История, с. 42.

	Lang, David Marshall (1962), A Modern History of Georgia, pp. 42-70. London: Weidenfeld and Nicolson.

	Бердзенишвили Н. А., Джавахишвили И. А., Джанашиа С. Н.* История Грузии. Тбилиси, 1946, с. 419; Бердзенишвили Н. А., Дондуа В. Д., Думбадзе М. К., Меликишвили Г. А., Месхиа Ш. А., Ратиани П. К.* История Грузии, 1. Тбилиси, 1968, с. 387.

	Suny, Ronald Grigor (1994), The Making of the Georgian Nation, pp. 70-71.

	Jones, Stephen F. (2005), Socialism in Georgian Colors: The European Road to Social Democracy, 1883—1917, p. 292.

	Edward Alsworth Ross (1918), Russia in Upheaval, pp. 67-8. New York City: Century Co.

	«Prince George Bagration of Mukhrani, Claimant to the throne of Georgia who became well known in Spain as a fearless motor racing and rally driver». The Times. 2008-02-02. http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/obituaries/article3291285.ece. Retrieved 2008-02-09.

	http://www.monarchist.ru/news2008/news_2008-01-18-4-1.htm

	Сайт РИА-Новсти Georgian riot police use tear gas, water cannons on protesters

	Сайт Лента.ру Оппозиция против Саакашвили

	Сайт Лента.ру http://lenta.ru/news/2007/11/07/gas/

	Сайт РИА-Новсти В результате столкновений в Тбилиси пострадали 360 человек

	Грузия возвращается к монархии! | Я 2020

	Российский Имперский Союз-Орден. Ставропольский отдел. Современная монархия

	Предложение Католикоса Илии II о введении в Грузии конституционной монархии рассмотрят в комитетах и фракциях парламента страны / Новости / Патриархия.ru

	Zaza Jgharkava (October 18, 2007). Will a Constitutional Monarchy Be Restored in Georgia?. Georgia Today, Issue #379.

	Giorgi Lomsadze (December 18, 2007). Time for a King for Georgia?. EurasiaNet Civil Society.

	РЕЛИГИЯ и СМИ — Илия II возвращает Багратионов на царство

	Nino Edilashvili (October 15, 2007). Is a Constitutional Amendment the Only Way out for Georgia?. The Georgian Times.

	Vladimir Socor (October 26, 2007). Georgian radical opposition fancying regime change. Eurasia Daily Monitor Volume 4, Issue 199.

	11. Nino Khutsidze (October 31, 2007). 'No Compromise on Elections Date' (An interview with Giga Bokeria). Civil Georgia.

	Мнения по поводу перехода Грузии к конституционной монархии разделились — Новый Регион

	Declaration of New Rights Party regarding advisability of re-establishing the Constitutional Monarchy in Georgia. The New Rights Party. October 8, 2007.

Источник: http://ru.wikipedia.org/wiki/Монархизм_в_Грузии