Генералы МакКлеллан и Фремонт

Генералы МакКлеллан и Фремонт. 

Гражданская война в США.

Новые поражения северян. 

После поражения у Манассаса северяне предприняли чистку командного состава. МакКленнан вскоре после телеграммы от Линкольна прибыл в Вашингтон, и был официально назначен ответственным за оборону Вашингтона и его окрестностей. МакДауэлл, естественно, был лишен своего командного поста. "Маленький Наполеон", как прозвали МакКлеллана столичные льстецы и газеты, с энтузиазмом принялся за создание боеспособной армии. 

Первым делом предстояло укрепить дисциплину. Ведь не только офицеры, но и новобранцы предпочитали проводить время не в казармах, а в публичных домах и различных питейных заведениях. Для наведения порядка "Мак" привлек военную полицию, которая произвела массовый отлов военнослужащих из увеселительных заведений. Одним были объявлены дисциплинарные взыскания, а другие немедленно уволены из рядов армии. 

МакКленнан собрал в свой штаб только опытных профессионалов (какие только нашлись в США) и начал строительство цепи сильных фортов для защиты столицы. Из новобранцев он формировал отдельные части, которые обучались в специальных лагерях. Заметим, что южане добавляли новичков в уже обстрелянные части, чтобы "старики" на ходу учили "молодых". 

Вскоре МакКленнан действительно создал добротную Потомакскую армию, численность которой превысила 100 тысяч челове и продолжала увеличиваться. Северяне были уверены, что перед ЭТОЙ армией никто не устоит, но МакКленнан совсем не спешил вступать в бой. Он постоянно сообщал президенту, что армия еще не готова и плохо вооружена, и что у южан все еще сохраняется значительный перевес в силах. Эту позицию подкрепляли и частые донесения начальника разведки северян Аллана Пинкертона (да, этот тот самый известный частный детектив из Иллинойса!), в которых он с завидным постоянством преувеличивал силы южан не менее чем в два раза. 

Однако МакКленнан постоянно слал президенту заявления следующего рода: 

"Не позволяйте торопить меня - вот все, о чем я прошу". 

"Когда удар будет нанесен, он окажется решительным, сокрушительным и быстрым". 

Линкольн спешил успокоить генерала: 

"Заверяю Вас, что в этом вопросе вы будете действовать по своему усмотрению". 

Больше всего мешал бравому "Маку" главнокомандующий силами северян генерал Уинфилд Скотт, который с самого начала не верил ему и требовал, чтобы МакКленнан немедленно шел в наступление. Сохранилось письмо, написанное МакКленнаном своей жене 8 августа 1861 года: 

"Ген. Скотт является серьезным препятствием. Он не способен понять опасность. Я должен в одиночку сражаться против него... У меня нет выбора. Народ (ни больше, ни меньше!) призывает меня спасти страну. Я должен спасти ее и не волен щадить ничего, что окажется на моем пути". 

С главным врагом МакКленнана все ясно, но и насчет одиночества наш бравый генерал тоже приукрашивал картину. Когда 27 сентября на совещании у генерала Скотта МакКленнан был подвергнут особенно резкой критике, он повел себя несколько своеобразно. Выводов он, разумеется, никаких не сделал, но в очередном письме к жене написал: 

"...так как он бросил перчатку, а я поднял ее, считаю, что война объявлена. Так тому и быть". 

После этого МакКленнан начал повсюду публично поносить генерала Скотта и даже оскорблять его. Он заявлял о некомпетентности, забывчивости и, вообще, дряхлости 75-летнего генерала? но никто не одернул "маленького Наполеона". Напротив, Линкольн тоже поддержал "Мака" и стал намекать Скотту, что тому следует подать в отставку. Главнокомандующий не выдержал такого давления и подал прошение об отставке, которое и было удовлетворено 1-го ноября. МакКленнан лично проводил отъезжающего в свое поместье Скотта на вокзал, где даже разрыдался перед самым отправлением поезда. Я тоже чуть не плакал, читая об этом! 

Пока МакКленнан создавал надежную и боеспособную армию, южане продолжали добиваться очередных успехов. Смещенный губернатор штата Миссури К. Джексон (см. вып. # 161) продолжал попытки вырвать свой штат из Союза и присоединиться к Конфедерации. С остатками своих сторонников он поступил под командование генерала МакКалоча из Арканзаса, а после прибытия подкреплений из Луизианы их силы выросли почти до 11 тысяч человек. 

Южане сконцентрировали свои силы близ хребта Оук, спускавшегося к ручью Уилсон, и планировали оттуда вторгнуться в Миссури. Бригадный генерал Лайон решил опередить северян и атаковать их первым. Хотя у него было всего около 5,5 тысяч человек, том числе полк эмигрантов из Германии под командованием Франца Зигеля, он приказал в ночь на 10 августа атаковать лагерь южан с двух сторон. Сам Лайон атаковал центральную позицию южан, а немцы, совершив ночной обход, атаковали с тыла. Южане очень быстро оправились от неожиданности и уже около 11 часов утра обратили немцев в бегство, а затем сконцентрировали все свои силы для удара по Лайону. 

Им почти удалось окружить северян, а Лайон, поднимавший своих солдат в атаки, был убит. Майору С. Стэрджесу удалось привести остаки отряда обратно в Спрингфилд. В сражении у ручья Уилсон северяне потеряли 1235 человек, в том числе 223 убитыми и 291 пленными, а южане потеряли 1184 человека, в том числе 257 убитых и 27 пленных. Большая часть штата Миссури оказалась в руках южан. 

Виноват в этом был и генерал северян Джон Фремонт, о котором стоит рассказать немного подробнее. Это был очень состоятельный и амбициозный человек, а его тесть Томас Бентон был одним из богатейших людей страны. В 1856 году он уже участвовал в президентских выборах, потерпел поражение от демократа Бьюкенена, но не оставил своих честолюбивых замыслов. В рядах республиканцев он сохранил известный вес, и когда началась Гражданская война, Линкольн назначил его на пост командующим огромным Западным округом в звании, разумеется, генерала. 

Свою резиденцию он разместил в одном из самых роскошных особняков Сент-Луиса, где устраивал пышные приемы. Но пробиться к нему по делу было очень сложно. Так Шерман, тогда еще не генерал, осенью 1861 года набирал войска для охраны штата Кентукки от южан и долго не мог попасть на прием к командующему. Позднее в своих воспоминаниях он привел рассказ офицера Р. Реника из окружения Фремонта: 

"Фремонт был могущественным властелином, окруженным часовыми и стражей, что у него более эффектный двор, чем у любого короля, что он держит в ожидании сенаторов, губернаторов и знатных граждан днями и неделями, прежде чем дать им аудиенцию". 

Вот таков был этот "решительный противник рабства", как его называли советские историки. Почему-то он им очень нравился! Вряд ли он также нравился генералу Лайону. Ведь перед сражением у ручья Уилсон он неоднократно обращался к Фремонту с просьбой, если не о подкреплениях, которых у Фремонта, разумеется, не было, то хотя бы о помощи в вооружении, обмундировании и боеприпасах. На все его просьбы Фремонт отвечал решительным отказом, а майор Стэрджис в своем официальном донесении после упомянутого боя писал: 

"Большинство наших солдат израсходовало все свои патроны и все, что можно было раздобыть в подсумках убитых и раненых". 

Действия Фремонта на территории западного округа часто шли вразрез с инструкциями, и даже приказами, Вашингтона. Однако обострение наступило только после того, как 30 августа Фремонт обнародовал декларацию, в которой объявил о конфискации всей собственности мятежников, проживавших в пределах "его" округа, включая рабов, которые автоматически становились свободными. Но конгресс Союза еще 6 августа объявил о конфискации у мятежников собственности, подчеркнув, что на рабов это не распространяется. Линкольн и его советники вполне обоснованно полагали, что освобождение рабов вызовет протест лояльных рабовладельцев и может толкнуть ряд штатов в ряды конфедератов. В условиях отсутствия боеспособной армии у северян Линкольн не мог так рисковать. 

Кроме того, в декларации Фремонта говорилось о том, что все мятежники, захваченные с оружием в руках, будут расстреляны. Это противоречило всем имевшимся тогда международным законам о военнопленных и могло вызвать бурю возмущения в Европе. 

Линкольн 2 сентября потребовал, чтобы Фремонт привел свою декларацию в соответствие с актом о конфискации от 6 августа, но тот в решительной и бесцеремонной форме отказался подчиниться. Вместо этого он прислал в Вашингтон свою очаровательную супругу Джесси Бентон-Фремонт, которая в одну из ночей сумела проникнуть к Линкольну. В течение нескольких часов она убеждала президента одобрить декларацию ее мужа, а когда уставший Линкольн в сотый раз объяснял ей, что это невозможно, она вдруг заявила, что в таком случае ее супруг объявит себя диктатором всего Запада и создаст свое государство, независимое и от Союза, и от Конфедерации! 

Даже после этого президент не снял зарвавшегося Фремонта. В кабинете Линкольна несколько раз обсуждали ситуацию с зарвавшимся командующим западом. 22 октября на заседании кабинета опять обсуждался вопрос о самовольных действиях Фремонта, но министр финансов С. Чейз выступил в защиту генерала, заявив, что 

"армия предана Фремонту и полностью доверяет ему!" 

Министр юстиции Э Бейтс так прокомментировал слова своего коллеги: 

"Свидетельств обратного более чем достаточно... Насколько мне известно, активно его (Фремонта) не поддерживает никто, кроме приближенных к его персоне офицеров-подпевал". 

Линкольн решил сместить Фремонта только после того, как тот арестовал генерала Блейра за попытку дезавуировать злополучную декларацию. Но и тут президент действовал очень осторожно. Он издал приказ о смещении Фремонта и передаче командования Западным округом генералу Дэвиду Хантеру и отправил его генералу Кертису в Сент-Луис. В сопроводительном письме Линкольн добавлял, что если Фремонту удастся добиться какого-нибудь заметного успеха, то пусть тогда этот приказ останется у Кертиса на память. 

Фремонт никаких успехов, естественно, не добился, и Кертис решил передать ему приказ президента. Но оказалось, что Фремонт через своих людей узнал о планах президента в отношении его персоны и распорядился никого в свой особняк не пускать. Деловые же поездки генерал совершал в окружении столь многочисленной и плотной охраны, что и на улице приблизиться к нему было невозможно. Утром 2 ноября к резиденции Фремонта приблизился деревенский паренек с корзиной свежих овощей для генеральской кухни. Часовые ничего не заподозрили и пропустили паренька, а тот вместо кухни рванул прямо в кабинет Фремонта. Там на глазах у изумленного генерала и его приближенных он вынул из корзины приказ о смещении Фремонта. 

Роль деревенского простака Кертис попросил сыграть одного из капитанов-добровольцев. Так рухнула военная карьера несостоявшегося "диктатора всего Запада". Правда, через пять месяцев его назначили командующим только что созданным небольшим Горным округом, но после ряда поражений и конфликтов с командованием его 26 июня 1862 года окончательно уволили из армии. Следует добавить, что в 1864 году Фремонт еще раз попытался стать президентом страны, но, предчувствуя поражение, снял свою кандидатуру. 

Первые шаги генерала Гранта. 

Тем временем северяне потерпели еще одно поражение возле утеса Боллс близ городка Лисберг в Вирджинии. Там 21 сентября отряд северян под командованием полковника Э. Бейкера проводил разведку боем на южном берегу Потомака. Южанам под командованием Н. Эванса удалось блокировать северян и прижать их к реке, после чего северян стали методично уничтожать. Официальные данные о потерях северян в этом бою выглядят так: погибло 49 человек, в том числе и Бэйкер, ранено 158 человек и целыми в плен попало 714 человек. Сколько северян при этом утонуло, так никто и не подсчитал, но их было много, а спаслось всего около тридцати человек. МакКлеллан, узнав об этом поражении, равнодушно заявил Линкольну: 

"Потери не слишком велики, чтобы их нельзя было восполнить". 

Генералы южан понимали, что надо немедленно нанести северянам еще один, но сокрушительный удар. 30 сентября на совещании у президента Дэвиса генерал Джонстон предложил усилить группировку у Манассаса до 60 тысяч человек и бросить ее на Вашингтон. Борегар и другие генералы поддержали это предложение, но президент Дэвис заявил, что он не может бросить все силы на одно направление и пренебречь другими. В принципе он был, конечно, прав, но удачный момент для захвата столицы Союза был упущен, а другого такого шанса у южан больше не было. Большинство американских историков считают, что в тот момент южане могли бы захватить Вашингтон без особого труда, но история не знает сослагательного наклонения. Мы же в наше время можем лишь констатировать, что президент Дэвис допустил в этой партии решающую ошибку. 

Во второй половине 1861 года у северян начала медленно всходить новая звезда. Перед войной Улисс Грант был капитаном в отставке и жил в Иллинойсе. Он несколько раз предлагал свои услуги северянам и, наконец, в июне он был зачислен в армию и получил звание полковника. После нескольких стычек с южанами в Миссури и Кентукки он с 31 июля стал уже бригадным генералом. Его противником со стороны южан был генерал Альберт Джонстон, прибывший из Калифорнии и командовавший силами южан в среднем течении Миссисипи. 

Джонстон хотел полностью взять под свой контроль штаты Миссури и Кентукки и двинул двадцатитысячную армию под командованием генерала Л. Полка к Коламбусу, штат Кентукки. Вначале планировалось захватить важный стратегический городок Кейро, расположенный на стыке штатов Миссури, Кентукки и Иллинойс. 

Фремонт получил сведения о намерениях южан и назначил Гранта командующим в прилегающих к Кейро территориях. Гранту было поручено только произвести несколько демонстрационных вылазок против южан, не вступая в крупные сражения. Грант пренебрег этим советом командующего, которого в эти дни снимали со своего поста (но Грат-то об этом еще не знал), и стал готовить нападение на лагерь южан Белмонт близ Коламбуса. 

6 ноября Грант погрузил три тысячи солдат на пароходы и двинулся к Белмонту. Бой 7 ноября 1861 года у Белмонта не был сколь-нибудь крупным сражением в ходе этой войны, но он интересен несколькими деталями. Северяне внезапно атаковали лагерь противника, выбили южан с их позиций и захватили множество пленных. А дальше проявилось полное отсутствие профессионализма у северян. Захватив лагерь бежавшего противника, северяне расположились в нем, как в своем собственном лагере, и начали жарить мясо, пить виски, а также грабить палатки врага. Для нескольких сотен пленников даже не выделили приличной охраны. Грант, узнав об этом, бросился в лагерь и приказал жечь палатки южан, чтобы солдаты прекратили грабеж и продолжали бой, но было уже поздно. 

Отошедшие к ближайшему лесу южане привели свои части в порядок, получили подкрепления из Коламбуса и атаковали недавно оставленный ими лагерь. В помощь им с позиций около Коламбуса по северянам ударила артиллерия. Ошеломленные северяне, еще недавние победители, были отрезаны от реки, окружены и прижаты к лесу. Гранту удалось-таки навести подобие порядка в своем отряде и с частью солдат прорваться к Миссисипи. Сам Грант, как подчеркивают историки, шел последним, под ним убило лошадь, и его чуть не захватили в плен южане, но все обошлось. Уже вечером северяне вернулись в Кейро. Они потеряли в этом бою 607 человек, а южане - 642. 

Сразу же после увольнения Фремонта Западный округ был разделен Линкольном на два: Миссурийский, которым стал командовать генерал Генри Хеллек, и Канзасский, который попал в подчинение генералу Д. Хантеру. Грант попал в подчинение к Хеллеку, с которым у него отношения сразу же не заладились. Во-первых, Хеллеку не нравилась излишняя самостоятельность Гранта, а во-вторых, его раздражало постоянное пьянство подчиненного. Советские историки почему-то с маниакальным упрямством отрицали пьянство Гранта, в то время как американцы над этим фактом добродушно посмеиваются, - главное-то в результате! А Грант как раз и стал добиваться результатов - первым из генералов северян. 

С декабря 1861 года Грант стал указывать Хеллеку на необходимость удара в междуречье Теннесси и Кемберленда. Эти реки впадали в Миссисипи на довольно близком расстоянии друг от друга, а места их впадения были укреплены фортами Генри и Донелсон соответственно. Захват этих фортов позволил бы северянам прорваться в центральную часть штата Теннесси. Командующий не привык получать указания от подчиненного и отказал Гранту, что не улучшило их отношений. Но тут идеей Гранта проникся командующий флотилией северян в верхнем течении Миссисипи коммодор Эндрю Фут. Вдвоем они сумели уломать Хеллека и получить разрешение на совместную атаку форта Генри объединенными силами армии и флотилии. 

2 февраля 1862 года Грант погрузил на пароходы экспедиционный корпус численностью около семнадцати тысяч человек и в сопровождении семи канонерок Фута отправился к форту Генри. Северяне высадились в восьми милях выше форта, и тут их поджидал один, но весьма неприятный сюрприз: южане выстроили здесь еще один форт - форт Хейман. Разведка северян была поставлена так плохо, что умудрилась не заметить этого строительства! А форт Хейман был расположен, в отличие от форта Генри, на высоком берегу и контролировал все подходы к форту Генри. 

Несмотря на болотистую и труднопроходимую местность Грант принял решение атаковать оба форта одновременно. При мощной артиллерийской поддержке орудий с канонерских лодок северяне 6 февраля двинулись в атаку. Комендант форта Генри Л. Тиглмен быстро понял, что северяне имеют огромный численный перевес и без поддержки он не сможет удержать форты. Тогда он сумел организовать отход основных сил южан, около 2,5 тысяч человек в соседний форт Донелсон. Их отход прикрывали артиллеристы форта Генри. После этого Тиглмен с остатками своего отряда сдался в плен. Северяне захватили около восьмидесяти артиллеристов и шестнадцать раненых на барже-госпитале. Во время штурма погибло одиннадцать южан. Северяне тоже понесли потери, так как один из снарядов южан попал в паровой котел канонерки "Эссекс", которая тут же и взорвалась, при этом погибли 16 человек и 31 получили ранения. 

Это была первая значительная победа, как для самого Гранта, так и для всего Севера вообще. Эйфория восторга захлестнула газеты северян, которые опять стали предрекать Союзу быструю победу. Сам Грант был настроен более трезво, так как основные силы южан сумели ускользнуть от него. Поэтому он решил безотлагательно атаковать и форт Донелсон. Грант понимал, что Хеллек вряд ли разрешит ему опасный штурм Донелсона, поэтому он прибегнул к своеобразному трюку, который потом использовал еще не один раз. Грант отправил Хеллеку телеграмму следующего содержания: 

"Я возьму и уничтожу форт Донелсон 8-го числа, после чего вернусь в форт Генри". 

После чего Грант приказал сломать телеграфный аппарат, чтобы Хеллек не смог помешать ему. 

В планы Гранта, однако, неожиданно вмешалась погода. В ночь на 7-е февраля хлынул жуткий ливень, который продолжался трое суток без перерыва. Дороги превратились в жижу, по которой даже пехота не сумела бы пройти. Только 14-го февраля отряды Гранта подошли к форту Донелсон и при поддержке артиллерии с канонерок Фута начали атаку. 

Южане имели в форте Донелсон группировку численностью около 20 тысяч человек. Они хорошо защищались и 15-го провели мощную контратаку за стены форта. Они смяли дивизию Дж. МакКлернанда, захватили более 300 пленных и несколько орудий и продолжали развивать свой успех. С помощью дивизии Л. Уоллеса Гранту удалось как-то отразить этот натиск южан. Офицеры Гранта стали уговаривать его прекратить штурм форта и отвести войска. Тут генерал заметил двоих пленников с солидной поклажей за спиной и приказал посмотреть, что у них там. Мешки были набиты сухарями и беконом, и Грант понял, что южане раздали солдатам продовольствие в надежде вырваться из форта и уйти к своим. 

Он решил "дожать" противника, не давая ему передышки. На помощь Уоллесу была брошена дивизия Ч. Смита и пришедшая в себя дивизия МакКлернанда. Совместными усилиями северяне пресекли все попытки южан прорваться из форта и загнали их за крепостные стены. К ночи бой затих. У южан были еще и боеприпасы, и продовольствие, но вот их командиры на этот раз немного подкачали. 

Командовал гарнизоном форта Донелсон генерал Дж. Флойд, который до 29 декабря 1859 года был министром обороны в администрации президента Бьюкенена и сумел переправить на Юг множество винтовок, патронов и орудий, а потом сбежал на Юг и сам. Он опасался, что северяне казнят его за измену, и, прихватив с собой три тысячи отборных виргинцев, поспешно бежал из форта, перепоручив командование гарнизоном генералу Г. Пиллоу. Тому тоже не очень хотелось попадать в плен, и он последовал за Флойдом. Так во главе гарнизона оказался генерал Симон Боливар Букнер, с которым Грант вместе учился в Вест-Пойнте, а потом воевал с Мексикой. В 1854 году Букнер одолжил Гранту довольно крупную сумму денег, которые тот так и не вернул. 

16-го февраля Букнер направил Гранту письмо, в котором просил сообщить о возможных условиях капитуляции, намекнув, что рассчитывает на благородство старого однокашника. Но тут заартачился генерал Ч. Смит, который заявил: 

"Никаких условий проклятые мятежники не заслужили". 

После этого Грант послал Букнеру свое знаменитое послание, которое потом часто использовали генералы Севера в схожих ситуациях: 

"Не может быть принято никаких условий, кроме безоговорочной и немедленной капитуляции. Я намерен безотлагательно атаковать Ваши укрепления". 

Букнер, который был удручен и деморализован бегством своих начальников, ответил, что обстоятельства принуждают его 

"принять те неблагородные и нерыцарские условия, которые Вы предложили". 

Так родился термин "безоговорочная капитуляция", который по одной из версий закрепился за генералом Грантом в качестве его прозвища. Дело в том, что американцы, говоря о Гранте или обращаясь к нему, использовали только две буквы, "US", которые, во-первых, совпадают с инициалами генерала, во-вторых, являются первыми буквами от сокращения слов "безоговорочная капитуляция", а в-третьих, совпадали с названием страны. 

В тот же день гарнизон форта Денилсон капитулировал. Северяне насчитали 14623 пленных, что по тем временам было огромным числом. Судите сами, ведь к началу войны численность всей федеральной армии составляла 16367 человек! 

Когда южане выходили из форта и складывали свое оружие, к Букнеру подошел Грант и молча протянул ему кошелек с давно одолженной суммой денег. 

Газеты северян пестрели заголовками типа "Полная победа!", "Блестящий результат!", "Враг отступает!", а Юг погрузился в траурное уныние. Перед северянами же встала проблема, что делать с таким огромным количеством пленных, и изобретательные янки придумали концентрационные лагеря.

Война затягивается 

Вскоре генерал Грант добился нового успеха. В двухдневном сражении у порта Шайло на реке Теннесси 6 и 7 апреля 1862 года он разбил армию южан во главе с генералом А. Джонстоном, который считался одним из лучших генералов Конфелерации. В этом сражении Джонстон был ранен в ногу и умер от заражения крови. Сражение у Шайло было первым кровопролитным сражением в ходе Гражданской войны. Ведь за два дня боев погибло больше американцев, чем за всю войну за Независимость, англо-американскую войну 1812-1815 гг. и мексиканскую кампанию вместе взятые. Было убито 1754 человека у северян и 1723 человека у южан, а общие потери северян составили 13447 человек, против 10694 у южан. 

Вашингтон вновь праздновал победу, но страна была шокирована таким неслыханным ранее количеством жертв. Впрочем, к этому все скоро привыкли. Хеллек повысил Гранта, сделав его своим заместителем, а армия Теннесси была передана генералу У. Розенкранцу, который в дальнейшем отличился только осторожностью и медлительностью на грани трусости. 

Покинем теперь, уважаемые читатели, генерала Гранта и вернемся к Потомакской армии, численность которой к началу 1862 года достигла 170 тысяч человек, т.е. более чем втрое превышала численность армии южан, защищавшей Ричмонд. Хоть МакКлеллан вместе с Пинкертоном и убедили страну, а отчасти и Линкольна, в невозможности прямого наступления на Ричмонд через Манассас, президент Линкольн, как главнокомандующий всеми силами северян, издал 27 января 1862 года приказ © 1, которым предписывалось МакКлеллану начать наступление на Вирджинию не позднее 22 февраля - дня рождения Джорджа Вашингтона. 

Тогда МакКлеллан предложил план, по которому Потомакская армия должна была быть на пароходах доставлена к мощному форту Монро в низовьях реки Джемс, который северяне удерживали с самого начала войны. На это Линкольн заметил, что тогда армия южан в районе Булл-Рана, которая по оценкам МакКлеллана насчитывала 120 тысяч человек, сможет легко захватить беззащитный Вашингтон, и потребовал оставить часть Потомакской армии для защиты столицы. МакКлеллан с помощью многочисленных цифр и доводов сумел убедить президента в правильности своего плана, но выговорил себе неопределенный срок для дополнительной подготовки армии. 

Но тут произошли два события, которые сильно поколебали позиции МакКлеллана. 8-го марта Линкольн потребовал, чтобы операция северян началась не позднее 18 марта. В этот же день обшитый железом фрегат южан "Вирджиния" атаковал флотилию северян в устье реки Джемс и нанес ей поражение. В столице стали опасаться, что "Вирджиния" вот-вот прорвется в Потомак и появится у Вашингтона, а "маленький Наполеон" был явно не готов отстаивать столицу. Но 9-го марта "Вирджиния" была атакована маленьким железным судном северян "Монитор", получила несколько повреждений и отступила. В Вашингтоне перевели дух. 

И в этот же день армия генерала Дж. Джонстона неожиданно оставила свои позиции в районе Булл-Рана и расположилась на южном берегу реки Джемс. Разведка конфедератов узнала о планах МакКлеллана и поспешила блокировать возможные пути наступления северян из форта Монро. Когда 10-го марта изумленные северяне торжественно занимали покинутые противником позиции, то выяснилось, что численность армии южан не превышала 50 тысяч человек. 

Терпение Линкольна лопнуло, и 11-го марта он снял МакКлеллана с поста главнокомандующего, мотивируя это тем, что во время выполнения сложной операции в тылу противника генерал не сможет совмещать два поста. 

17 марта Потомакская армия МакКлеллана начала погрузку на пароходы, чтобы затем высадиться на маленьком Вирджинском полуострове, который американцы давно называют просто Полуостровом. Высадившись там, армия северян оказалась в ловушке, в которую прибыла добровольно. Это маленькое пространство было с двух сторон ограничено реками, сзади оказался Атлантический океан, а впереди были позиции Вирджинской армии, которые МакКлеллану представлялись неприступными. До сих пор остается загадкой, почему МакКлеллан высадил войска северян именно в этом месте? 

Да, тыл северян со стороны Океана защищал мощный форт Монро, но оттуда их никто и не мог атаковать, а высадившись на узком Полуострове Потомакская армия оказалась лишенной возможности маневра. Северяне топтались на месте и не предпринимали никаких решительных действий. В это время 8-го апреля Линкольн прислал МакКлеллану телеграмму, в которой в довольно резких выражениях он выговаривал своему генералу за невыполнение тем своих обещаний и сообщал, что корпус МакДауэлла будет отправлен теперь в район Манассаса. МакКлеллан смирился с потерей части своей армии, но теперь у него была железная отговорка на случай любой неудачи: ведь в решающий момент он был лишен лучшей части своей армии. 

Это решение Линкольна было вызвано не тем, что он разочаровался, наконец, в способностях МакКлеллана, а в успехах Джексона Каменная Стена. Этот генерал южан со своей небольшой армией несколько раз умудрился разбить в боях армию северян под командованием генерала Н. Бенкса в долине реки Шенандоа. Особенно сильно он потрепал северян 23 марта 1862 года возле Кернстауна, после чего Линкольн и изъял тридцатитысячный корпус МакДауэлла из состава Потомакской армии, чтобы прикрыть им Вашингтон. Линкольн и его советники допускали, что генерал Джонстон может легко вернуться в район Булл-Рана и занять покинутые позиции. 

МакКлеллан тем временем имитировал войну на Полуострове. На пути к Ричмонду, правда, сильно укрепленному, у него лежали речушка Уорвик и городок Йоркстаун, однако три корпуса северян более месяца простояли около этих препятствий, даже не делая попыток наступать. 

Обороной Йорктауна руководил генерал Дж. МакГрудер, который в полной мере проявил свое искусство мистификации и введения противника в заблуждение. У него было всего около пятнадцати тысяч человек, но он возвел на подступах к городку укрепления, которые были рассчитаны на пятьдесят тысяч человек. Ну, а искушенному в таких делах МакКлеллану показалось, что перед ним находится, как минимум, стотысячное войско. 

Орудий у МакГрудера было очень мало, но он оснастил все брустверы бревнами, выкрашенными в орудийный цвет. Настоящие же орудия МакГрудер разместил так, что северянам казалось, будто интенсивный обстрел ведется со всех сторон. Кроме того, генерал МакГрудер выделил специальную группу солдат, которая маршировала по специальным маршрутам, поднимая тучи пыли и создавая иллюзию огромной массы войск. Эти незамысловатые хитрости принесли, однако, МакГрудеру замечательный успех. 

Северяне так и не смогли раскусить эту мистификацию конфедератов. Им не помог даже наблюдательный аэростат, привязанный за веревку подальше от передовой, чтобы снайперы южан не подстрелили его. Однажды на этом аэростате поднялся командир 5-го корпуса северян генерал Фитц-Джон Портер, но внезапный порыв ветра порвал веревку, и перепуганного генерала несколько часов носило над позициями южан. Южане не смогли подстрелить этот аэростат, но генерал Портер был так перепуган, что не высовывался из гондолы и поэтому не смог заметить уловок южан. К вечеру ветер переменился, и незадачливого генерала Портера принесло к своим. После этого случая МакКлеллан строго запретил своим генералам и полковникам подниматься на аэростате. 

Присутствие армии северян близ Ричмонда все же беспокоило конфедератов. Ведь их разведка получила сведения о том, что армия генерала Бенкса должна из долины Шенандоа переместиться к Манассасу, соединиться с частями МакДауэлла и с севера ударить по Ричмонду. Южане решили нанести упреждающий удар, и генерал Джэксон К.С. (Каменная Стена) вместе со своим советником генералом Ли вернулись в Долину. Здесь они узнали, что на соединение с Бенксом двигаются с Запада части Фремонта, которого северяне, остро нуждавшиеся в квалифицированных кадрах, опять вернули на фронт. 

Джексон и Ли решили бить врага поочередно. 8-го мая близ деревни Макдауэлл был разбит авангард Фремонта. Затем Джексон двинулся против Бенкса, нагнал его и дважды подряд, 23-го и 25-го мая, у Форт-Ройяла и у Винчестера нанес северянам серьезные поражения. У Форт-Рояла северяне потеряли 904 человека, а южане менее 50, а при Винчестере северяне потеряли более двух тысяч человек, против 350 у южан. Кроме того, в этих двух боях южане захватили более десяти тысяч винтовок, несколько орудий, множество боеприпасов, лошадей и военного снаряжения. Бенкс в панике бежал за Потомак. 

Северянам пришлось оставить идею двойного удара по Ричмонду. Вместо этого они попытались расправиться с неугомонным Джексоном, но тот умело маневрируя среди значительно превосходящих его почисленности соединений северян сумел 8-го июня разгромить Фремонта у Кросс-Киз, а 9-го июня - армию генерала Дж. Шилдса близ Порт-Рипаблик. Так армия Джексона численностью не более 18 тысяч человек изрядно потрепала северян, чья группировка насчитывала более семидесяти тысяч человек.