Цивилизационные образования в Африке южнее Сахары в XVI—XIX вв.

Цивилизационные образования в Африке южнее Сахары.

XVI—XIX вв.


План



Страны Западного Судана (IV-XIII в.)

2. Тукулерское государство аль-Хадж Омара

3. Государства йоруба

4. Государства бассейна Конго

5. Суахилийская цивилизация

6. Арабская колонизация


Введение



В Африке южнее Сахары существовало несколько центров политического и культурного развития. К каждому из таких центров тяготел ряд периферийных обществ. Большого развития достигли страны Западного и Центрального Судана (биля-ди эс-Судан — «земля черных»), а также Эфиопия. В Западном Судане на протяжении IV—XVII вв. сменяли друг друга в качестве гегемона в политической и культурной жизни государства Гана, Мали и Сонгаи. На пространствах Центрального Судана существовали государства хауса и Фульбе, Канем и Борну.

Ареалом цивилизационных образований было побережье Гвинейского залива. Здесь находились Конфедерация ашан-ти, государства-«империи» Ойо и Бенин. В бассейне реки Конго — государства Конго, Лунда, Куба и Луба. африка арабский колонизация судан конго

В области Великих озер Восточной Африки, или Межозерья, сложились государства Китара, Буньоро и Буганда. На восточном побережье континента сформировались суахилийская и отдельно — малагасийская цивилизации, как и на юге Африки — цивилизация Мономотапа.


1. Страны Западного Судана (IV-XIII в.)

Первые сведения о Гане восходят к IV в., однако своего расцвета она достигла в IX—XI в. В этот период наследственные

Есть несколько условных, но равнозначных названий в обозначении значительной части континента (с 20° с. ш. до 20° ю. пi., от последнего градуса до мыса Игольный) — Африка южнее Сахары, Тропическая и Южная Африка, «Черная Африка». В данных названиях регион, в свою очередь, Условно делится на Западную, Центральную, Восточную и Южную Африку.

Правители Ганы («гана» означает «военачальник», таков был титул правителей государства, впоследствии распространенный на страну в целом), опираясь на армию, насчитывавшую до 200 тысяч человек, распространили свою власть на обширную территорию, включавшую западные и центральные районы современной Республики Мали, а также запад и юго-запад современных Сенегала и Мавритании. Этническую основу государства составляли Сонинке, один из народов Мандинго.

Столица Ганы — город Кумби-Сале (на территории Мавритании) — была крупным центром караванной торговли солью, золотом и рабами с мусульманскими странами Северной Африки. Если до XI в. в стране преобладали различные местные религиозные верования, то после распространился ислам. Главным образом это было связано с вторжением в «империю» воинственных племен берберов. В1076 г. их вождь Абу Бекр захватил столицу Кумби и обложил побежденных данью. Глава государства и знать Ганы приняли ислам в надежде сохранить свое привилегированное положение. Под нажимом исламизированной правящей верхушки ислам стал быстро распространяться и среди подвластных государству племен — туку лер и сонгай, сараколе и диула. Несмотря на определенные очаги сопротивления воздействию ислама, мусульманство быстро распространилось, и многие народы Западного Судана были исламизированы. Наиболее стойкое сопротивление оказали моей, которые так и не приняли эту веру, остались приверженцами собственных верований.

Наступил период междоусобиц. В 1240 г. Сундьята Кейта — глава одной из провинций Ганы, вождь народа малинке, — захватил власть и основал новое государство, ставшее второй великой державой суданского пояса, — Мали.

Во второй четверти XIII в. правители народа Мандинго, воспользовавшись ослаблением Ганы, воссоздали государство Мали, достигшее своего расцвета к первой половине XIV в. в период правления Мусы I (1312—1337) и его брата Сулеймана (1341—1360). Власть мансы (правителя) распространилась от районов, прилегавших к Атлантическому океану, до города Гао. В этот период в империи Мали отмечались стабильность центральной власти, а также обилие продовольствия и развитое ткацкое производство.

Основная масса населения Мали жила болыпесемейными общинами. Данная организация, с использованием пленников, посаженных на землю, сделалась главной формой складывания раннефеодальных отношений в государстве. Особое место в социальной структуре общества занимали замкнутые профессиональные касты. Каждая каста занималась определенным ремеслом, искусство которого передавалось по наследству. Касты ремесленников не были равноправными: на первом месте находились кузнецы, за ними следовали плотники и резчики по дереву, затем ткачи и т. д. Последнюю ступеньку иерархии занимали профессиональные певцы и рас-сказчики-гриоты. В свою очередь, весь класс ремесленников находился в более низком положении, чем земледельцы-общинники. Все возраставшую роль в жизни общества приобретали царская гвардия, создававшаяся из рабов. Ее командиры становились влиятельной частью общества.

Основу экономики государства Мали составляли земледелия и скотоводство. Важное место занимала караванная торговля со странами Северной Африки и Египтом. Основными статьями торговли служили золото и рабы, которые обменивались на соль и ремесленные изделия, производимые в Северной Африке. Мали приобрело известность поставщика золота из Западного Судана для всего Средиземноморья. На карте Африки XIV в. правитель Мали обозначался как «господин золота». Крупные торговые города — Дженне, Томбукту и Гао — одновременно играли и роль культурных центров. В них сложились мусульманские колонии, оказавшие заметное влияние на развитие Мали. Оживленный торговый и культурный обмен с мусульманскими странами на севере Африки способствовал дальнейшему распространению ислама в государстве. Паломничества правителей Мали в Мекку превращались в важнейшие политические акции, демонстрировавшие мощь и богатство империи Мали1.

В 1321 г. манса Муса I совершил хадж в Мекку. Свиту царя составляли многочисленные придворные и рабы. Царь ехал верхом на коне, предшествуемый пятьюстами рабами, каждый из которых держал в руках золотой жезл. Сопровождавший царя караван вез сто тюков золота. Арабский историк аль-Омари, посетивший Каир через двенадцать лет после путешествия мансы, сообщает, что еще долго после этого хаджа там продолжали рассказывать о владыке Судана. По его словам, сказочная щедрость, с которой манса Муса раздавал золото народу, вызвала падение цен на этот Драгоценный металл.

С 70-х годов XIV в. начинается упадок государства. Борьба за власть, дворцовые усобицы, в которых решающую роль играла гвардия из рабов, непрерывные войны с соседними странами ослабляли военно-политическую мощь Мали. Одновременно набирали силу бывшие вассалы и данники империи, прежде всего правители Сонгаи и туарегские племана. В 30-х годах XV в. Мали теряет контроль над главными центрами торговли — городами Дженне и Томбукту, а во второй половине века и само попадает в вассальную зависимость от Сонгаи. Попытки правителей Мали хотя бы частично восстановить былое могущество после разгрома Сонгайской державы марокканцами (конец XVI в.) успеха не имели.

В XVII в. территория бывшей империи ограничивалась небольшим районом и управлялась членами царского клана Кейта, которые сохраняли власть в своем домене до второй половине XIX в.

Сонгайское княжество в пору своего образования и до установления собственной гегемонии в регионе располагалось в долине реки Нигер и находилось в вассальной зависимости от малийской «империи». Еще в VII в. сложилась первая династия правителей Сонгаи, носивших титул «дья», а с конца XIII в. — титул «ши» или «сонни». В конце XI в. при «дья» Косой государственной религией в Сонгаи становится ислам.

Постепенное возвышение Сонгаи совпадает с периодом расцвета Мали. Зависимость от Мали длилась почти два века, вплоть до вступления на престол одного из выдающихся деятелей Сонгаи сонни Али. Основой экономики сонгайского княжества было земледелие. Достаточно развитыми были скотоводство и рыболовство. Значительную роль в хозяйственной жизни играла охота. Большая часть доходов правителей Сонгаи до конца XVI в. поступала от транссахарской торговли, главным образом от обмена соли на золото из южного Судана. Постепенно складывалась система феодальных отношений, переплетавшаяся с элементами рабовладельческого уклада и первобытнообщинного строя.

После вступления на престол сонни Али Бера, или Великого Али (1464—1492), Сонгаи расширяет границы своего княжества и превращается в державу. Аль захватил главные центры торговли между Северной и Западной Африкой. Нанеся тяжелое поражение правителю народа моей (1438), Али Бер более чем на столетие утвердил гегемонию Сонгаи в Западном Судане.

После смерти Али его сын и преемник сонни Бубакар Дао практически сразу был отстранен от власти (1493) бывшим военачальником отца Мухаммедом Туре, принявшего титул «аския» (царь). В период правления аскии ал-Хаджа Мухаммеда I (1493—1529) Сонгайская держава располагалась на огромной территории — от верховьев рек Сенегал и Гамбия на западе до пустыни Тенер на востоке, от соляных копей Тегаз-зы в северной Сахаре до стран хауса на юго-востоке.

При Мухаммеде I была упорядочена централизованная административно-политическая система, созданная еще Али Бе-ром, сформирована профессиональная армия, велись крупные ирригационные работы. Значительное развитие в городах, особенно в Томбукту, Дженне и Гао, ставшем столицей Сонгаи, получили ремесла и культура. Центром всей культурной жизни Сонгайской державы стал город Томбукту. Многие арабские ученые, врачи, архитекторы, бежавшие из Испании после изгнания мавров, были приглашены на службу царями Сонгаи. В высшем учебном заведении Санкоре наряду с Кораном и различными другими теологическими дисциплинами изучались юриспруденция, литература, история, география, математика, астрономия и другие науки. Наравне с Кайруа-ном, Каиром и Багдадом Томбукту в XVI в. был одним из крупнейших центров мусульманского просвещения.

Хотя расширение территории Сонгайской державы осуществлялось в целях сохранения контроля над транссахарской торговлей, роль последней как основного источника доходов сонгайской знати к концу XVI в. значительно уменьшилась. В период расцвета Сонгайской державы в начале XVI в. определяющую роль в социально-экономической жизни общества стали играть внутренние факторы.

Во второй половине XVI в. в результате закрепления на земельных участках рабов-военнопленных в зерновых районах государства и постепенного закабаления свободных сонгаев сложился класс феодально зависимого крестьянства. На Другом полюсе сформировался единый господствующий класс, состоявший из двух сословий — военно-административной и духовно-купеческой аристократии. Оба сословия распоряжались крупной земельной собственностью. Основным источником доходов правящей верхушки сонгайского общества стала развитая в масштабах всего государства система эксплуатации зависимого неполноправного населения. К зависимым приравнивались также и рядовые воины.

В правление аскии Дауда (1549—1582) Сонгайская держава достигла наивысшего подъема. Однако после его смерти наступает постепенный закат «империи». Внутридинастическая борьба за власть, межэтнические междоусобицы, восстания социальных низов подрывали устои державы. Ослаблением Сонгаи воспользовались султаны Марокко, которых давно привлекали богатства этой страны, и в частности крупные залежи каменной соли в Тегазза, которая вывозилась во многие страны. В 1591 г. экспедиционный корпус султана Марокко Мулая Ахмеда ал-Мансура разгромил сонгайскую армию, захватил столицу и другие крупные города. Государство аскиев распалось. На некогда обширной территории Сонгайской державы (около 3 млн кв. км) возникло несколько мелких государств и среди них — Сонгай-ское княжество Денди, которое сохраняло свою независимость до 70-х годов XVII в. и затем пало под ударами туарегов. В Томбукту же сонгайские правители сохраняли свою власть вплоть до середины XVIII в.

С падением державы Сонгаи заканчивается период объединения большей части Западного Судана под одной верховной властью. После уничтожения армии сонгайских аскиев и разграбления больших городов долины Нигера единство внутреннего Судана уже не восстанавливалось. С этого времени в истории народов Западного Судана большую роль начинают играть народы Фульбе.

Судьба Сонгаи, а в равной мере Мали и Ганы, напоминает судьбы тех временных и непрочных военно-административных объединений, которые возникали в результате завоеваний и скоро погибали в результате поражения.

Государства Фульбе

Фульбе («рассеянные», «распыленные») — народ, представленный в 12-ти современных странах Западной Африки. В XI—XV вв. Фульбе широко расселились в Западном Судане.

Своей родиной Фульбе считают Фута-Торо (на территории современной Гвинеи). Издавна занимаясь разведением крупного рогатого скота, Фульбе кочевали и в степях севернее Сенегала, и на востоке в странах Моси, и далее к озеру Чад.

В XVII—XIX вв. Фульбе были одним из наиболее активных и могущественных народов Западного Судана, создавшим в различных его районах государства Фута-Джаллон, Фута-Торо, Масина, Сокото, Адамауа, просуществовавшие вплоть до эпохи колониальных захватов. Наиболее значительным из них было государство Фульбе на Фута-Джаллоне.

В 20-х годах XVIII в. исламизированная знать Фульбе начала войну против старых хозяев края — диалонке, а также Фульбе-анимистов. Она завершилась созданием на Фута-Джаллоне раннефеодального теократического государства. Фульбская знать, захватившая в свои руки огромные земельные владения, стала играть здесь роль господствующего класса. Завоевание осуществлялось под знаменем джихада против языческого населения области.

Созданное государство управлялось альмами (имамами), сосредоточившими в своих руках и светскую, и религиозную власть. При альмами существовал совет старейшин. Власть альмами до 1725 г. распространялась только на области Фу-та-Джаллона. В 1776 г. все страны горного района Фута-Джал-лона, Фута-Торо и долина реки Сенегал были объединены в один имамат. Во главе его встал вождь одного из племен Фульбе Абд аль-Кадир, объявивший себя имамом. Страна была разделена на провинции, получившие название мисиде («мечети»). Во главе мисиде стояли старейшины родов Фульбе, живших в данном районе. Власть альмами была ограничена верховным советом, состоявшим из представителей всех мисиде. Общественный строй имел патриархально-феодальный характер. Местное население — волоф, серер и Мандинго — обязано было работать на знать Фульбе. В услужении У фульбской знати были их соплеменники-бедняки. Прежний родовой строй Фульбе, с его счетом родства по «хижинам» и «дверям», т. е. по родам, исчез, так как представители одного рода теперь жили в разных мисиде и подчинялись не родоначальникам, а ставленникам имама. Такой порядок просуществовал до конца XIX в. В вассальной, даннической зависимости от правителей фута-джаллонского государства оказались многие «королевства» народов Гвинейского залива.

В социальном отношении фута-джаллонское общество состояло из двух основных групп. Одну составляли «свободные люди», включающие правящую элиту, рядовых Фульбе и диа-лонке-мусульман. Другую — люди, находившиеся в сервильной зависимости. В отдельные периоды их было до половины всего населения страны. Они были представлены рабами, крепостными и полукрепостными. Все они принадлежали к коренным народам Фута-Джаллона и близлежащих областей. В зависимом положении находились члены ремесленных каст: кожевники, ткачи, красильщики, гончары, кузнецы, гриоты (музыканты, певцы, сказители).

В средней дельте Нигера после падения сонгайской державы и недолгого господства марокканских пашей возникло новое самостоятельное государство. В 1810 г. область между Сенегалом и Томбукту была объединена шейхом Ахмаду, Фульбе по происхождению. Он объявил себя посланцем пророка, призванным установить новый порядок. Опираясь на зажиточных горожан Дженне и других городов области, он организовал военные отряды и покорил весь регион средней дельты Нигера.

В государстве Ахмаду сложились типично феодально-теократические отношения. Все местное население, крестьяне-тубри (лично свободные) и не исповедовавшие ислам, были обязаны работать на полях шейху и его приближенным. Кроме тубри существовал еще значительный класс рабов, называемых на языке Фульбе римайбе. Они являлись собственностью либо феодальной верхушки, либо государства. Государственные рабы находились в ведении казначейства — бейт-аль-маль. В соответствии с положениями ислама все население было обязано платить десятину с ежегодного урожая и харадж (на местном диалекте — крадъе), т. е. земельную подать. Кроме того, с населения взимались особые налоги на военные нужды, налоги с рабовладельцев по числу рабов, налоги с доходов от торговли и т. п.



2. Тукулерское государство аль-Хадж Омара



Среди преемников Ахмаду, наибольшую известность получил аль-Хадж Омар (1797—1864), выходец из племени ту ку лер (одного из народов Фульбе). Он был одним из выдающихся политических и религиозных деятелей Западной Африки. Выходец из среды мусульманского духовенства, в 20-е годы во время паломничества в Мекку примкнул к секте тиджанийя, в соответствии с учением которой ее последователи могли выдвинуться в руководители секты вне зависимости от сословной принадлежности. По возвращении на родину он основал военно-религиозную общину. В 1840-е годы под флагом джихада возглавил походы туку лер в Сегу, Каар-ту, Масину и подчинил своей власти ряд исламизированных и неисламизированных народов. В 1848 г. им было создано новое теократическое государство, включавшего области расселения туку лер, бамана, Фульбе и других народов. Столицей вновь образованного государства стал город Дингирае.

В 50-е годы аль-Хадж Омар привлек к сопротивлению французским колонизаторам многих мусульман бассейна Сенегала. В 1857 г. он осадил город Медину, занятую французами, и расширил свои владения до Томбукту. В I860 г. аль-Хадж Омар заключил соглашение с французами, признавшими границы его владений. Погиб в одном из походов против восставших фульбе Месины. Тукулерское государство было одним из последних крупных африканских государств накануне колониального захвата Западного Судана.

В исторических хрониках Судана название народа хауса появляется в XVIII в. Долгое время отдельные страны хауса назывались по имени своих крупнейших городов: жители Кано называли себя канава, жители Кацины — кацинава, Жители Даура — даурава и т. д. Жители городов, населенных хауса относили себя к «настоящим хауса»1. Были и «ненастоящие хауса». К их числу относились близкие племенам хауса племена и народы, населявшие районы вокруг «настоящих хауса».

В XVIII в. города «настоящих хауса» представляли собой самостоятельные государства. Основу экономики городов-государств составляло земледелия. Столичные города были также центрами торговли и ремесел. В XVI в. в хаусанских государствах сложилось раннеклассовое общество: класс феодалов из служилой знати, исламского духовенства, купечества и класс феодально зависимых крестьян из свободных общинников, полузависимых групп населения и рабов. Рабский труд широко применялся в ремесленном производстве и в XIX в. Сотни рабов трудились в ткацких мастерских. Ежегодно военные экспедиции направлялись за рабами на юг, в Адамауа. Эти походы были настолько обычны, что в языке хауса имелись даже специальные термины, обозначающие поход или набег за рабами.

Долгое время самым процветающим среди городов-государств был город Кано. Он также был важным западносуданским центром мусульманской учености. В XVII в. роль главного центра транссахарской торговли среди городов хауса перешла к Кацине. Город прославился и тем, что в нем жил известный мусульманский ученый Дан Марина. Роль южного форпоста системы хаусанских городов играла Зариа.

Расцвету государств хауса в XVI—XVIII вв. во многом способствовал ряд факторов, а именно: крушение Сонгаи и перемещение транссахарских торговых путей в страну хауса, что способствовало превращению городов-государств в центры международной торговли и исламской культуры Западного Судана. Между хаусанскими государствами не было единства, они соперничали между собой за господство в политике и транссахарской торговле.

В1804—1808 гг. в стране хауса вспыхнуло массовое народное движение, известное в истории Нигерии по имени его руководителя — Османа дан Фодио (Фульбе по этнической принадлежности). Движение было направлено против знати — правителей хаусанских городов-государств. Восстание началось в государстве Гобир. Правитель и его приближенные были изгнаны из страны. Движущей силой восстания дан Фодио были рабы и талакава, т. е. беднейшая часть населения хауса. Рядовые земледельцы, ремесленники, мелкие торговцы выступали против должностных лиц. Кочевники Фульбе боролись против обращения их в рабство для работы в хозяйствах знати. Недовольством народа воспользовались исламизи-рованная фульбская знать и мусульманское духовенство. Они придали движению форму джихада — «священной войны» против язычников. Движение приобрело массовый характер, охватив к 1805 г. практически все государства хауса и прилегающие к ним регионы. В ходе восстания были уничтожены и свергнуты большинство представителей хаусанских династий.

Главным результатом восстания дан Фодио стало создание в 1808 г. халифата Сокото, объединившего в единое феодально-теократическое государство все города хауса. Осман дан Фодио стал первым халифом Сокото. Его ближайшие сподвижники по осуществлению джихада составили высшую группу новых правителей — нуввабов (позднее вошел в употребление титул эмир). На смену свергнутой хаусанской знати пришло новое правящее сословие из среды исламизированных Фульбе. Одной из главных задач халифата было расширение его территории, в основном на юг, в области Среднего пояса, и на север — в стороны «империй» Бенина и Ойо. Расширение осуществлялось преимущественно в форме военных набегов, в ходе которых захватывались рабы, имущество, а население облагалось данью.

Осман дан Фодил умер в 1818 г. Следующим халифом был избран старший сын Османа — Мухаммед Белло. При нем на базе прежних самостоятельных городов-государств были созданы эмираты. Установленный внутренний строй государства Сокото требовал неукоснительного подчинения власти эмиров власти султана. Каждый из эмиров имел в своем распоряжении военные дружины, взимал подати с населения и был обязан являться со своими отрядами по первому требованию султана. Такие порядки царили и в конце XIX в., когда Сокото было захвачено Великобританией и вошло в состав английской колонии Нигерия.

В конце XV в. на юго-западном берегу озера Чад возникло государственное образование Борну, связанное исторической и династической преемственностью с государством Канем (IX — конец XIV в.). В 1470 г. столицей Борну стала Нгазаргаму. Этническую основу государства составлял народ Канури. Верхушка Борну со времен Канема исповедовала ислам и поддерживала тесные торговые и религиозно-культурные связи с Северной Африкой.

Государство Борну достигло своего могущества в XVII в. В начале XVI в. династия Сейфува вернула свои владения в некогда существовавшем государстве Канем, поставив его в вассальную зависимость. В том же XVI в. Борну вело войны за завоевание соседних государств Багирми, Кано, Рано и др. В правление маи (верховный правитель, царь) Мухаммеда (1526—1545) и его брата Али (1545—1562) широкие масштабы приобрело торговое и военно-политическое продвижение Борну на запад, в страны хауса.

Подчиненные Борну страны были поделены на четыре территории с условными названиями — Север, Запад, Восток и Юг. Во главе их ставились либо кто-то из местных правителей, находившихся в вассальной зависимости, либо из числа ближайших родственников царя. В завоеванных странах сохранялась власть местных правителей и вождей. Территория же самого Борну управлялась наместниками различных рангов: начальниками крупных округов, главами групп деревень и деревенскими старостами. Должности наместников (на уровне округов) по наследству не передавалась. Армия, включавшая копьеносцев и стрелков, вооруженных ружьями, подчинялась главному военачальнику, который управлял войсками через своих помощников. Доходы правителей Борну складывались из дани, значительная часть которой в XV—XVI вв. выплачивалась невольниками, а также из торговых пошлин и военной добычи.

Своего наивысшего подъема Борну достигла в период правления Идриса Алумы (1571—1603), самого известного из ее царей. Он превратил Борну в крупнейшую мусульманскую державу Центрального Судана. В столице государства Нгазаргаме в этот период проживало около 200 тысяч человек.

Господствующий класс Борну был окончательно исламизиро-ван. В стране утвердились мусульманские системы судопроизводства и административного управления.

Политический строй Борну оказал большое влияние на общественное развитие окружавшей его периферии (народы бассейна реки Комадугу, островов озера Чад, северной части Адамауа и юго-восточной Сахары), определив, в частности, некоторые общие черты управления, военной организации, титулатуры и местной исламской культуры. В конце XVII в. армия Борну сыграла решающую роль в окончательном разгроме джукун, что позволило маи Борну восстановить на короткий срок свое господство над странами хауса.

Однако с середины XVIII в. власть маи стала ослабевать, начался период упадка Борну. В правление Али ибн Хаджа (1750—1791) его армия потерпела несколько крупных поражений от Мандара, кочевников-фульбе и арабов шауа. При преемнике Али Ахмеде (1791—1808) войска Фульбе разграбили столицу Борну. Члены правящей династии Сейфува вынуждены были бежать на северо-восток страны, в Канем. Вооруженную помощь правящей династии оказал мусульманский проповедник Мухаммед алъ-Амин, объединивший под своим руководством все население Канема. Власть Сейфува над Борну была восстановлена, но на короткий период. В 1810 г. Фульбе вновь захватили Нгазаргаму. Сейфува в очередной раз пришлось бежать в Канем, где в 1814 г. на берегу озера Чад ими была основана новая столица государства — Кукава. Однако в 1817 г. аль-Амин лишил династию Сейфува реальной власти, а в 1846 г. окончательно сверг династию и принял титул шеху (шейх). Его преемники сохранили старую систему управления, но не смогли добиться постоянной лояльности правителей и вождей племен, поддерживавших в свое время аль-Амина. В1880 г., после смерти шейха Умара, Борну вступило в период распада, а в 1893 г. было завоевано Раббахом, который перенес столицу в город Диква и правил страной до 1900 г., когда потерпел поражение в битве с французами при Куссери.



3. Государства йоруба



На территории ряда современных штатов Нигерии и юго-восточной части нынешнего Бенина в XVII в. Сложилась система йорубских государств, связанных отношениями дан-ничества или торгово-культурных контактов.

Общими чертами политической организации государств йоруба было наличие признанного центра в ранге столичного города — ил у алале («город короны»), где располагалась резиденция главных правителей (оба), и ряда подчиненных городов и селений — илу эреко («города-поля»), подразделявшихся на илу олоджа (город, где есть рынок), илето (деревня) и аба (временное поселение на период земледельческих работ). Подчиненные города были связаны со столицей обязательством ежегодных подношений, выполнения воинской повинности и некоторых видов общественных работ.

Подавляющую массу населения в государствах йоруба составляли лично свободные общинники. Общинная организация, точнее иерархия общин, составляла основу социальной структуры государств. Господствующий слой образовывал иерархию носителей титулов, куда наряду с родовой по происхождению знатью входили и привилегированные рабы. Существовали как кабальное рабство, так и рабство иноплеменников.

В XVII в. возникло крупнейшее доколониальное государство в тропической части Западной Африки — государство Ойо с одноименной столицей. Важное преимущество Ойо перед большинством других йорубских государств заключалось в том, что оно развивалось не в тропических лесах, зараженных мухой цеце, а в лесистой саванне, благоприятной для сочетания мотыжного земледелия со скотоводством и для создания системы коммуникаций. Южные ответвления транссахарских торговых путей находились недалеко от северных рубежей государства Ойо.

Государство возглавлялось священным царем (алафином), власть которого была ограничена советом родовой знати. Страна была разделена на провинции. Провинциальные города имели своих наследственных правителей или же наместников из числа царских рабов. Все они находились под жестким контролем центральной власти и были связаны со столицей отношениями данничества.

Во второй половине XVII в. началась экспансия Ойо в южном направлении, повлекшая за собой создание империи Ойо.

Важной целью экспансии было овладение торговыми путями и обеспечение благоприятных условий для участия в работорговле с европейцами. Главным инструментом завоеваний была конница, которая на протяжении нескольких сот лет составляла основу военного могущества государства.

Наивысшего могущества Ойо достигло во второй половине XVIII в. во время правления узурпатора Г ахи и алафина Абио-дуна, который восстановил значение царской власти и вел успешную завоевательную политику. В этот период Ойо подчинило себе все йорубские государства к западу от Идже-бу, Дагомею и большинство городов-государств побережья, от границ Дагомеи до города-государства Лагос (Эко).

Период с конца XVIII в. по 30-е годы XIX в. был временем заката и распада империи Ойо. Аппарат насилия государства не был в состоянии длительное время эффективно контролировать огромную, даже по современным масштабам, территорию империи. Губительно влияние на судьбу Ойо оказал также рост сепаратистских тенденций и политической нестабильности в прибрежных районах под влиянием трансатлантической работорговли.

Джихад, объявленный Османом дан Фодио в начале XIX в., и образование мощного и агрессивного халифата Сокото имело самые тяжелые последствия для существования державы Ойо. В 1836 г. войска Фульбе захватили и разграбили ее столицу, разрушили многие другие йорубские города. Империя Ойо пала. Оставшееся в живых население бежало на юг, в города тропических лесов.

После 1837 г. под руководством алафина Атибы началось воссоздание «империи» на новом месте, в 130-ти км южнее старой столицы с центром в городе Новый Ойо. Однако могущества прежней империи возродить не удалось. Ойо превратилось в рядовое государство.

В лесной зоне к востоку от йорубских городов-государств развивался второй по значению после Ойо центр государство-образования на территории Южной Нигерии — Бенин, или Венинское царство. Бенин был создан народом эдо. По преданию, первоначально им управляли старейшины-огисо. Столица царства была основана около XI в. В XIII в. она стала развитым ремесленным центром. Устная традиция Бенина связывает происхождение бенинской государственности и некоторых элементов культуры, например, искусства литья бронзовых скульптур, с государством Ифе. Принц Ораньян, призванный бенинцами из Ифе, стал основателем династии бенинских царей. С правления Эвуаре Великого и его преемника Озолуны, вторая половина XV в., начинается создание бенинской «империи».

В XVI в. бенинцами был основан военный лагерь на острове Эко, положившего начало росту города-государства Лагос. Основное население его составляли йоруба. К XVII в. политическое и культурное влияние Бенина распространилось на народы Нижнего Нигера, западных игбо и юго-восточных йоруба.

Территория собственно Бенина включала в себя столицу и несколько сотен деревень. Группы деревень образовывали своего рода кормления. Они даровались пожизненно царем как награда за службу. Лица, получившие кормления, становились посредниками между главой государства и деревенской общиной. Они же следили и за сбором регулярной дани. Общинники были лично свободными и владели основными средствами производства. В общине существовало и домашнее рабство. Завоеванные земли были связаны со столицей отношениями данничества.

С конца XV в. Бенин принимал участие в европейской работорговле. Попытки португальцев христианизировать население Бенина закончились для них неудачей. В XVIII в. бе-нинскую «империю» потрясла многолетняя междоусобная война. В XIX в. активность государства Нупе и образование халифата Сокото привели к разрушению торговых связей Бенина с северными соседями, а распад империи Ойо — к дестабилизации отношений с восточными йоруба. Это способствовало ослаблению Бенина, сокращению его торговли и с европейскими купцами.

Бенин внес великий вклад в мировое искусство замечательными художественными изделиями из бронзы и слоновой кости. Стены дворца бенинских царей были облицованы плакетками — бронзовыми барельефами высокой художественной ценности. На алтарях и святилищах стояли скульптуры из бронзы и латуни, отлитые способом «утраченного воска», или вырезанные из слоновой кости. Большая часть бенинских сокровищ была разграблена в конце XIX в. англичанами и вывезена в Европу.

Самым крупным государственным образованием Золотого Берега (современная Гана) было Ашанти. Оно представляло собой конфедерацию нескольких государств, возникшую в конце XVII в. Столицей стал город Кумаси.

Конфедерация возникла как военный союз оманов («лесные страны») Квамана, Кумаси, Нсута, Беквай, Мампонг, Джуатен и др. для борьбы с могущественным царством Денчира, вассалами которого были все мелкие государства побережья. Платили дань Денчире и племена ашанти. Однако вскоре, в 1701 г., и это царство вошло в состав Конфедерации.

В первой четверти XVIII в. Конфедерация ашанти боролась с южными и западными оманами (Ассин, Васса, Сефви и др.); во второй четверти — с северными и юго-восточными (Банда, Гнджа, Ачем), значительно расширив к середине XVIII в. свою территорию. Сложившееся государственное образование стало одним из самых развитых феодальных государств западно-африканского побережья.

Во главе Конфедерации ашанти стояли верховный вождь (ашантпехене), его соправительница, царица-мать (ашантпе-хема) и совет старейшин, состоявший из правителей оманов (оманхене), а также военных вождей (ашафохене). Царица-мать играла большую роль в управлении Конфедерацией. Во-первых, именно по ее совету избирался царь из членов правящей династии, утвердившейся в Кумаси. Затем кандидатура верховного правителя утверждалась общим собранием вождей и старейшин. Во-вторых, советы, даваемые царицей-матерью правителю, должны были обязательно им учитываться.

Не обладая материальными ресурсами для саморазвития вследствие экологических условий, но занимая выгодное положение в центре региона, Конфедерация существовала за счет посреднической торговли, включая и работорговлю, между европейцами и народами внутренних районов. Охота на рабов и борьба за контроль над районами добычи золота и производства орехов кола, а также над торговыми путями к европейским фортам на побережье Гвинейского залива,

приводили к непрерывным войнам во внутренних районах Золотого Берега. Опираясь на сильную военную организацию, правители Конфедерации завоевали себе право на монопольную торговлю с европейцами. В течение XIX в. Конфедерация ашанти отстаивала свою независимость в борьбе с англичанами в ходе многочисленных англо-ашантийских войн.



4. Государства бассейна Конго



Крупный центр становления государственности существовал и в бассейне реки Конго, а также к югу от него, за пределами зоны тропического экваториального леса. Отдельные общества сложились здесь в крупные государственные образования. Самым ранним, восходившим еще к XIII в., было государство Конго. К юго-востоку от него в XV—XVI вв. сформировались два других крупных государства — Лунда и Луба. Во второй половине XVI в. к северу от Лунды образовалось государство Куба.

Оно сложилось в низовьях реки Конго (на территории современных Демократической Республики Конго и Анголы). Этническую основу государства составлял народ баконго. Становлению единого государства предшествовало образование в пределах расселения баконго 6-ти «княжеств». Предания связывают их объединение с переселением на южный берег. Конго в XIII в. отряда воинов во главе с Нтину Вене и завоеванием им княжества Нсунди. Позднее были подчинены и остальные княжества, составившие основу государства Конго. Власть Нтину Вене признали также правители небольших северных раннегосударственных объединений, близких этнически к баконго (Каконго, Нгойо, Лоанго), а также государство Ндонго. В пору наибольшего могущества, достигнутого в XV — начале XVI в., государство Конго занимало обширный регион, ограниченный с севера рекой Конго, с юга — рекой Данде, с запада — побережьем Атлантики, а его восточные границы проходили по берегу Малебо.

Государство возглавлял правитель, носивший титул мани-конго. Управление страной находилось в руках знати — мфу-му, которая из своей среды и избирала царя. В свою очередь, из среды знати царь назначал правителей областей и других высших чиновников.

Первоначально наследование шло по женской линии, от дяди к племяннику (сыну сестры). Позднее установился отцовский счет родства и сын наследовал отцу. В Конго, как и во многих других государственных объединениях Тропической Африки, большую роль в управлении страной играла мать царя или жена царя, нередко бывшая его сестрой (как правило, двоюродной).

Двор царя, отличавшийся большой пышностью, находился в столице государства — Мбанза-Конго. Это был довольно большой город со множеством построек и с населением в несколько десятков тысяч человек. Повеления царя передавались по стране при помощи барабанов или через гонцов. Постоянной армии не было. В случае войны мобилизовывалось все взрослое мужское население. Наряду с ополчением при царе имелись дружины.

Население Конго преимущественно занималось земледелием. Охота и рыболовство имели лишь подсобное значение. Вся забота по обработке полей приходилась на долю женщин, мужчины выполняли только наиболее трудные работы по расчистке лесных участков и постройке хижин, а также занимались ремесленничеством. Особое место в обществе занимали кузнецы — нгангула. Название это связано со словом нганга — колдун, знахарь. В своем лице нгангула объединял функции не только кузнеца, но и колдуна. Он же руководил и обучением юношества. Кузнечное дело, пользовавшееся большим уважением, было окутано особой тайной. Даже претенденты на трон царя должны были показать свое умение в этом ремесле.

Земля в государстве находилась в общинной собственности, но каждая община обязана была обрабатывать специально выделенные участки, урожай с которых поступал в государственную казну. Эксплуатация податного населения происходила в форме даней поскольку считалось, что верховным собственником на землю в государстве является его правитель. Кроме того, крестьяне должны были обрабатывать поля старейшин, начальников деревень, отдавать им часть своего урожая и. охотничьей добычи. Наряду со свободным крестьянством в конголезском обществе существовал, хотя и незначительный, класс рабов. Их захватывали в войнах с соседними племенами, а также из числа бывших свободных общинников, попавших в рабство за долги. Самым крупным владельцем рабов был сам маниконго. Его рабы добывали золото и медь на царских рудниках.

По всей стране шла оживленная торговля. Существовали специальные базарные дни и установившиеся единицы обмена — раковины-каури и платки определенного размера, выполнявшие функции денежного эквивалента. Правители областей и округов, деревенские начальники обязаны были содействовать безопасности торговли. Они также должны были следить за состоянием дорог, сооружать переправы через реки, держать наготове необходимый транспорт, строить хижины для привалов.

В конце XV в. у берегов Конго появились португальцы. На начальном этапе европейцы не захватывали земель, не создавали на территории африканского государства своих поселений. Однако они стремились подчинить своему влиянию маниконго и заставить его проводить угодную им политику. И властителям Конго на первых порах было выгодно иметь такого союзника в надежде получения помощи по удержанию в повиновении вассальных государств и по отражению нападения со стороны пограничных племен. В 1491 г. в Конго прибыла группа католических миссионеров. Нзинга а Нкуву, правитель страны, принял христианство под именем Жоао да Сильва, а столица Мбанза-Конго была переименована в Сан-Сальвадор. Сын правителя Энрике, с 11-ти лет воспитывавшийся в Лиссабоне, стал по возвращении в 1518 г. первым епископом-африканцем.

Во второй половине XVI в. ряд вассальных областей смогли добиться самостоятельности, частыми стали и нападения соседей. В 1568 г. столица Конго была захвачена враждебными племенами. Обращение к португальцам за помощью в восстановлении единства страны обратилось в превращение самого Конго в вассальное от короля Португалии государство.

С 1665 по 1710 г. Конго потрясали междоусобные войны, борьба за престолонаследие. В 1703 г. в стране вспыхнуло народное восстание, переросшее в массовое движение. Оно проходило под религиозными лозунгами («антонианская ересь»). Движение охватило почти все провинции страны и приобрело антимиссионерский характер. Во главе движения стояла женщина по имени Беатриче, которая объявила себя посланницей «святого Антония». В 1706 г. войска конголезского короля Педро IV схватили Беатриче, и по настоянию придворных католических миссионеров она подверглась сожжению на костре. Само движение было окончательно подавлено только в 1709 г. Победа над антонианским движением не привела, однако, к восстановлению государства в его прежних границах. Обескровленное работорговлей, обессиленное междоусобными войнами и набегами соседних племен Конго к середине XVIII в. утратило свое могущество и распалось на ряд княжеств.

К началу XVII в. в междуречье Касаи и Санкуру сложилось самое северное из государств внутренних районов бассейна реки Конго — Куба (Бушонго). Оно возникло на основе союза племен, мигрировавших с побережья Атлантики. Этническое ядро государственного объединения составили бушонго, которые вобрали в свою орбиту и другие разнородные этнические элементы. В своем устройстве Куба сочетала архаические черты с развитой структурой управления.

Во главе государства стоял священный правитель — нъими, жизнь которого была обставлена разными запретами. Он не имел права касаться земли, проливать кровь, показываться народу и др. Власть наследовал по нормам матрилинейного права (от старших братьев к младшим, а затем к сыновьям дочерей королевы-матери, т. е. племянникам правителей). Глава королевского рода — королева-мать — также являлась священной личностью и считалась стоящей выше самого ньими. Ее совета обязательно спрашивали при решении важных вопросов, ее обязательно должны были держать в курсе всех событий, происходивших в стране, хотя прямого участия в управлении она не принимала.

В иерархии власти, помимо верховного правителя — ньими, значительную роль играли два совета — Малый и Большой. Особенность государственной организации заключалась в том, что ньими делил власть с Малым советом, состоявшим из высших должностных лиц государства. Среди них выделялись глава совета — камикаубу, четыре военачальника, верховный судья, глава фискального ведомства, сыновья ньими. Сам правитель не имел права участвовать в его работе. Но на его заседаниях присутствовала, занимая самое почетное место, королева-мать. Принимаемые на совете решения через сыновей ньими передавались ему, а он, в свою очередь, опять же через своих сыновей передавал совету свои пожелания и решения. Большой совет состоял из всех должностных лиц государства и насчитывал до ста человек. В его состав входили представители ремесленных корпораций, «княжеств» — данников и пигмеев-батпва, штат, обслуживавший судебные и податные ведомства, несколько женщин (сестры и дочери правителя), придворные «историки», хранители легенд и преданий старины. Все они составляли знать государства.

Помимо сословия знати в государстве Куба было еще три основных социальных слоя: свободное крестьянство, организованное в земледельческие общины; корпорации ремесленников и несвободное население. Ремесленные корпорации, сложившиеся на основе «родовых ремесел», представляли собой замкнутые группы, принадлежность к которым передавалась по наследству. Несвободное население включало в себя домашних рабов и лично зависимых людей, живших и работавших на землях верховного правителя.

Ко второй половине XVII в. завершилось территориальное складывание государства Куба. Помимо изначально союзных территорий, в состав государства вошли земли покоренных монго, балубакасаи, лесных и оседлых пигмеев-батва. Все эти «княжества»-данники пользовались большой автономией и управлялись наследственными правителями. Они несли натуральные или денежные (раковинами каура) повинности.

С 30-х годов XVII в. государство Куба переживает период своего расцвета. При правлении Шьяма а Мбул в Нгоонга (1630—1640) в земледелие были внедрены культуры маиса, маниоки, табака. Выращивание сахарного тростника и земляного ореха, а также бобов сделало сельскохозяйственное развитие в стране весьма эффективным. Оно способствовало широкому развитию торговли и ремесла.

С конца XVII в. положение дел в государстве стало ухудшаться. Страну потрясали восстания и бунты, со стороны соседних племен и народов предпринимались неоднократные попытки вторжения на ее территорию. Особенно сильный удар могуществу государства был нанесен вторжением в 1770 г. народа балуба. На несколько лет Куба оказалась в состоянии анархии. И хотя государство вышло из борьбы с вторгнувшимися балуба победителем, оно уже никогда не обретало впредь своего былого величия.

На протяжении всего XIX в. страну потрясали восстания племен, она страдала от междоусобиц. Государство Куба, хотя и в сократившихся размерах, сохраняло статус независимого образования до конца века, пока в 80-х годах не была включена в так называемое «Независимое государство Конго» под управлением бельгийского короля Леопольда П.

Ядром государства издревле служили территории между истоками рек Луалаба и Ломами (современная провинция Шаба в Демократической Республике Конго), населенные народностью балуба. В своей многовековой истории это государство знало и периоды подъема и периоды упадка. Наивысший расцвет страны приходится на время правления мулохве (титул верховного правителя) Кумвимба Нгомбе (1785— 1805). При нем окончательно оформилось государственное устройство Лубы, хотя элементы его сложились задолго до XIX в. Мулохве К. Нгомбе присоединил к своим владениям обширные области на восток и запад от реки Луалаба. На востоке границы государства подошли к берегам озера Танганьика, на западе они проходили по реке Бушимае. На севере страна стала граничить с областью Маниема, а на юге — с государством Казембе.

Вся территория была разделена на провинции, которые делились на округа, а последние, в свою очередь, на более мелкие территориальные единицы. Одни провинции напрямую подчинялись мулохве, другие лишь зависели от него, но возглавлялись назначенными мулохве правителями. Округа управлялись принцами крови или знатью (бафума). Мелкие территориальные единицы находились под управлением чиновников или, как правило, традиционных вождей. Должности всех правителей, за редким исключением, были наследственными.

Высший слой общества составляла аристократия балуба и верхушка покоренных племен и народностей. Они признавали верховную власть мулохве, получали от него символы власти, наследственные права на управление землями. Верховные правители проводили политику «территориального» расселения балуба во вновь завоеванных провинциях, отказавшись от сохранения принципа расселения по кровнородственному признаку. В деревне преобладающей являлась соседская община. Рабовладение в обществе существовало как уклад. Власть самого мулохве ограничивалось советом знати.

Население платило верховной власти регулярные подати, которые вносились либо непосредственно в центре государства, либо передавались через зависимых правителей на местах. Распространенной формой взимания податей было полюдье.

Одной из важнейших причин упадка государства Луба к середине XIX в. стали бесконечные войны за престол, между братьями и сыновьями умерших правителей, приводившие к частой гибели только что ставших мулохве от рук других претендентов на власть. Немалую роль в расшатывании государственных устоев сыграла и европейская работорговля, источавшая людские ресурсы в обществе.

В правление последних балохве (множественное число от мулохве) шла война между государством Луба и племенами байеке, пришедшими с верховьев Луапулы. И хотя они не смогли покорить Лубу, тем не менее упадок этого государства из-за междоусобий давал преимущество его противникам. К концу XIX в. Луба распалась на ряд независимых территориальных объединений. В начале 1890-х годов территория Лубы (Шаба), несмотря на сопротивление населения, была завоевана бельгийскими колонизаторами и включена в состав «Независимого государства Конго».

Государство Лунда сложилось на территории от берегов Кванго до верховьев Замбези и было населено в основном народом балунда. В литературе это государство больше встречается под названием царства Мвата-Ямво (по титулу главы государства). Лунда существовала с конца XVI в. и до второй половины XIX в. и представляла собой раннегосударственное образование. Особенностью государства, отражавшего еще не изжитые порядки матриархата, было своеобразное разделение власти: наряду с королем, как называли мвата-ямво европейские путешественники, пользовалась властью и королева - лукокеша.

Совет знати избирал короля из числа сыновей двух главных жен умершего правителя, а лукокешу — из числа дочерей этих жен. Таким образом, правители государства Лунда — мвата-ямво и лукокеша — были всегда братом и сестрой (двоюродной или сводной). Вступление на престол сопровождалось сложными и пышными церемониями. Вся придворная жизнь была строжайше регламентирована. Особа мвата-ямво считалась священной, и он никогда не показывался народу, ему запрещалось принимать пищу на глазах своих приближенных и т. п. Мвата-ямво, как и лукокешу, окружал большой штат придворных.

Правители пользовались верховными правами на землю, которую они раздавали своим приближенным за службу. Однако эти владения могли быть отобраны и переданы другому лицу. В провинции контроль над землепользованием осуществляли главы провинций и округов. В пределах общины эти функции выполнял потомок первых поселенцев — «владыка земель», а глава деревни осуществлял только административные и судебные функции.

Регулярная армия отсутствовала. Во время войн происходила мобилизация населения. Отдельными подразделениями, действующими на постоянной основе, были так называемый офицерский корпус и гвардия, охранявшие правителя и его двор. Порядок в провинциях обеспечивали специально предназначенные для этого военные отряды.

Лунда была разделена на территории, находившиеся под верховенством мвата-ямво, и провинции, где правили потомки военачальников-завоевателей. Ежегодная подать, которую они платили правителю Лунды, выражала верховную власть последнего над всеми землями. Провинции-«княжества» повторяли административную структуру ядра государства со всеми его архаичными чертами. Столица государства — Мусумба (буквально «лагерь») не имела определенного местоположения, и каждый новый мвата-ямво создавал себе новую резиденцию. По степени централизации власть Лунда представляла собой самое слабое государственное объединение в регионе, прежде всего по сравнению с Лубой и тем более с Кубой.

Основу экономики Лунда составляло натуральное хозяйство земледельцев. Сохранялась общинная собственность на землю в сочетании с семейным пользованием. Экстенсивность подсечно-огневого земледелия обусловливало отсутствие крупных поселений и постоянную текучесть населения, частое перемещение деревень в пределах территории, отведенной кровнородственному объединению.

Важное место в экономике занимали также охота и ремесла. Все виды торговли в государстве являлись монополией мва-та-ямво. С конца XVII в. правители страны активно участвовали в европейской работорговле, выполняя посреднические операции. Доходы государства, его правящей верхушки, знати составлялись из податей, дани, собираемой с подвластных народов и из награбленного имущества соседних племен. К началу XIX в. государство Лунда фактически распалось на отдельные «княжества».

Общества региона Великих озер в Восточной Африке в средние века развивались без непосредственного контакта со средиземноморско-ближневосточным миром. Однако, мигранты-скотоводы, появившиеся в Межозерье не ранее XVI в., застали здесь уже сложившиеся государственные образования.

Наиболее ранним государственным образованием на севере Межозерья была Китара (территория современной Уганды). Данное протогосударство возникло на базе большого племенного объединения еще в XIII в. и включало в себя земли Южного Уньоро, Восточного Торо, Западной Буганды и Северного Нкоро.

На протяжении короткого времени сформировалась политическая надстройка, выделилась верхушка общества во главе с правителем — омукамой. В период правления династии Бачвези (XIV—XV вв.) Китара стала самым крупным государством Межозерья. Усиливалась власть правителя, укреплялась и совершенствовалась политическая и административная структура в виде создания иерархии назначавшихся чиновников. Имелась постоянная армия, возводились фортификационные сооружения.

Происходили заметные сдвиги и в хозяйственной жизни Китары. В земледелии стало применяться орошение, ремесленники освоили производство разнообразных железных и керамических изделий, одежды из луба. Расцвет государства пришелся на первую половину XV в. Однако к концу века Китара стала терять свое могущество.

В конце XV в. власть в Китаре перешла к династии Баби-то. Государство получило новое название — Буньоро (Уньоро). Это произошло в результате частичного распада государства Китара, а также восхождения к власти династии, основанной скотоводами лу о. До середины XVII в. Буньоро играло роль правопреемника Китары («Буньоро-Китара»).

На протяжении своего существования в Буньоро продолжилось развитие и совершенствование государственной структуры. Правитель (омукама) приобрел наследственный статус. В управлении государством ему помогал совет, в состав которого входили наиболее влиятельные вожди. Страна делилась на 24 провинции во главе с назначавшимися и подотчетными правителю наместниками. Омукама был верховным командующим армией, самой сильной на то время в Межозерье.

Население Буньоро подразделялось на три категории: ба-кама — правящая элита, бахума — скотоводы («знать») и земледельцы баиру, имевшие более низкий социальный статус. Существовало домашнее рабство (баиру рубале). Основу хозяйства составляли мотыжное подсечно-огневое земледелие и разведение крупного рогатого скота. Большую роль играли охота, рыболовство и добыча соли.

К началу XVIII в. в государстве Буньоро стали проявляться центробежные тенденции. Усилившиеся наместники все чаще стали поднимать мятежи против центральной власти. Междоусобицы вели к утрате обширных территорий с многочисленным населением, к экономическому и политическому упадку. В то же время происходило усиление соседних стран Нкоро и Буганды, бывших буньорских провинций.

Нкоро отделилось от Буньоро еще в начале XVI в. Правитель (омугабе) в возвысившемся государстве обладал неограниченной властью — и светской, и духовной. Общество имело сложную общинно-кастовую систему. Население делилось на две большие группы: на нилотоязычных скотоводов (бахила) и бантуязычных земледельцев (баиру). При этом первая группа возвышалась над второй. Именно владение скотом, который считался не только мерилом богатства, но и показателем социального престижа, определялось место человека в обществе. Баиру запрещалось владеть скотом, быть администраторами и воинами. Их уделом оставалось земледелия и ремесло, они выполняли тяжелые повинности в пользу верхушки бахима.

В XVIII—XIX в. в Нкоро происходило усиление власти правителя, укрепления эффективной военно-бюрократической системы. В этот период оно успешно противостояло соседним государствам — Буньоро и Буганде.

В Буганде процесс формирования раннефеодального государства занял период с XV по XVIII в. Этническую основу страны составлял народ ганда. Экономической основой являлось земледелия в сочетании с присваивающими видами хозяйства. К концу XVIII в. окончательно сложились административно-территориальное деление и государственный аппарат.

В ходе многовековой трансформации общества род постепенно утратил свое значение и лишился своих прав. На смену ему пришла сельская община. Родовых старейшин (батака) оттеснила на второй план служилая знать (бакунгу). Правитель Буганды (кабака) уже не выбирался как прежде родовой знатью, его трон стал переходить по наследству к одному из членов правящей династии. Кабака становится верховным собственником земли. В обществе постепенно складываются феодальные поземельные отношения.

Еще в XVIII в. ненаследственное служилое сословие бакунгу стало получать землю, доходами с которой оно могло пользоваться при условии выполнения определенных обязательств перед верховным правителем. С начала XIX в. возникает новый тип феодалов — батонголе, которым разрешалось передавать свои права пользования землей по наследству. Кроме батонголе обширными угодьями, стадами скота владели жрецы, оказывавшие огромное влияние на всю жизнь государства. По всей стране существовали святилища и храмы богов.

Основную массу населения страны составляли свободные крестьяне-общинники (бакопи). Они жили на общинных землях и управлялись старейшинами, выбираемыми из их же чреды. Но пользовались они землей до тех пор, пока ее обрабатывали, и утрачивали на нее всякие права, если переселялись в другую местность. Бакопи платили налоги натурой, но со второй половины XIX в. уже деньгами — раковинами-каури. Бакопи привлекались, кроме того, к выполнению разных общественных работ — прокладке дорог, строительству домов и других построек для кабаки и всех его вельмож. Имелась и другая категория крестьян, которые жили и работали на землях светских и духовных феодалов. Они платили им дань и обрабатывали их поля. Но они не были прикреплены к земле и могли свободно покинуть ее, уйдя к другому владельцу или поселившись на общинных землях.

В Буганде, как и в соседних с ней странах, существовало и рабство. Рабами становились бывшие военнопленные. Они использовались на различных работах в хозяйствах знати всех рангов, на землях общинников. Им разрешалось заключать браки со свободными. Дети от таких браков приобретали все права свободных буганда. Рабом мог стать и лично свободный крестьянин-арендатор, если он не расплачивался с феодалом в срок.

Ядром государственного строительства были области на северо-западном побережье озера Виктория. Долгое время

государство было не велико. Расширение его территории относится к XVII—XVIII вв. Кабака Буганды Кьябагу завоевал страну Бусога, расширив тем самым пределы страны до озера Кьога. Его преемник Джунджу присоединил страну Буду, лежавшую к югу от Буганды. К началу XIX в. границы владений государства вновь значительно расширились. Этому способствовало и наличие крупных вооруженных сил, которыми не обладала ни одна страна в Восточной Африке. Общая численность бугандийской армии составляла около 150 тысяч воинов. В ее рядах несли службу 131 военачальник различных рангов. В личном отряде, окружавшем кабаку, было 3 тысячи воинов с 23-мя военачальниками. При дворе была особая тайная полиция, во главе которой стоял сабангази, старший из братьев матери кабаки. Он пользовался полным его доверием. О могуществе царей Буганды можно судить по наличию и размерам военного флота. В его состав входило до ЗОО военных кораблей.

К середине XIX в. Буганда достигла наивысшего расцвета и стала крупнейшим государством Межозерья. Владения царей Буганды простирались от озера Кьога на севере до реки Кагера на юге; на западе они достигали озера Альберта; на востоке были покорены племена багешу и элъгуми, жившие на склоне горы Эльгон. Кабаке Буганды были подчинены и острова в северной части озера Виктория — архипелаги Сессе и Увума.

Вся страна была поделена на десять областей — саза. Стоявшие во главе их наместники (басаза), собирали налоги, следили за прокладкой дорог, наблюдали за порядком в области, организовывали военные отряды и т. п. Области, в свою очередь, делились на округа (гомбололо), главам которых подчинялись деревенские старейшины. Во всех областях и в столице существовали базары. За порядком ведения торговли наблюдали особые лица, которые устанавливали цены и собирали торговые налоги. Они же разбирали тяжбы и споры, штрафовали провинившихся. На всех переправах водных путей взимались пошлины.



5. Суахилийская цивилизация



Своеобразный характер носило историко-культурное развитие прибрежной океанской зоны Восточной Африки. Первые поселения на побережье были местного, т. е. африканского происхождения. Арабы их называли «страной зинджей* (страной черных).

«Страна зинджей» не была, однако, централизованным государственным образованием. Это были отдельно развивающиеся общества на побережье, находившиеся на разных стадиях развития — от родоплеменных до раннеклассовых.

Еще в средние века на Восточном побережье Африки сложилась суахилийская цивилизация — цепь «городов-государств», протянувшаяся от современного Сомали на севере до Мозамбика на юге. Она возникла в результате длительных исторических (торгово-экономических, культурных, политических) контактов между местным африканским населением, с одной стороны, и пришельцами из Аравии, районов Персидского залива и Индии — с другой.

Первыми, кто стал создавать свои поселения на побережье, были персы, позднее их сменили арабы, которые появились в регионе еще до ислама. С VII в. арабские поселения стали приобретать большое значение и из малых торговых факторий превращались в крупные городские центры. Это было связано с переселениями целых родов и племен, бежавших из Аравии вследствие междоусобных войн. Было несколько «волн» переселений с Востока вплоть до XII в., когда на восточноафрикан-ском побережье началось активное распространение ислама. Переселения стимулировали развитие прибрежных городов прежде всего как центров торговли с внешним миром.

В 975 г. арабы-сунниты построили город Килву, ставший впоследствии столицей всех арабских поселений Восточной Тропической Африки, когда они объединились в один султанат. Позднее в Килву прибыло много персов из Шираза. Весь восточный берег Африки был усеян арабскими поселениями. Наиболее значительными из них были Пате, Момбаса, Занзибар, Ламу, Малинди, Мафия, Пемба, Чоле, Софа ла и др. Известно 175 восточноафриканских прибрежных городов и поселений, свыше 65% из них были прямо связаны с морской торговлей.

Арабские переселенцы, выстраивая города, обносили их стенами, разводили вокруг них плантации, на которых в основном использовался рабский труд. Рабовладение было распространено во всех султанатах. Рабов использовали не только на месте, но и большими партиями вывозили в Аравию,

Персию, Индию и другие азиатские страны. С восточного побережья Африки также вывозилась слоновая кость, черепашьи панцири, а из Малинди и Момбасы, ставших к XII в. главными торговыми центрами побережья, и железо местной выплавки. Ввозились же ткани разных типов, керамика, стекло, другие товары.

В VII—VIII вв. на побережье начала складываться новая этническая общность — суахили («васуахили», «васвахили» — «береговые жители»). Ее местную основу образовано бантуя-зычное население побережья, частично ассимилировавшее пришельцев с Востока. В X—XIII вв. на восточноафриканском побережье появляется письменность, основанная на арабской графике. Возникает язык суахили, вобравший в себя многие элементы языков банту и арабского языка.

Этносоциальная структура суахилийских городов-государств и поселений выглядела следующим образом. Низшую общественно ступень занимали рабы (ватумва) — военнопленные или купленные; над ними располагались домашние рабы (вазалиа), считавшиеся «младшими членами» семьи или клана; на верхней ступени находились свободные горожане (васвахили) — свободнорожденные или дети от браков свободных и рабов, а также ширазы и арабы (ваширази и ваара-бу) или их потомки. Правили городами-государствами местные независимые арабо-суахилийские династии. Каждый город имел обычно своего правителя (султана). В XIII— XVI вв. суахилийская цивилизация вступила в период расцвета, который был прерван португальским завоеванием.

В начале XVI в. португальцы осваивают морской путь вокруг Африки в Индию, утверждаются в суахилийских городах-государствах. К 1513 г. все города от Могадишу до Мозамбика оказываются в руках захватчиков. Для управления ими учреждаются подчиненные вице-королю португальской Индии два наместничества — в Малинди и на острове Мозамбик. В 1593 г. португальцы построили в Момбасе цитадель — форт Иисус и перевели туда из Малинди северное наместничество.

Господство Португалии на восточноафриканском побережье было неустойчивым. Связь с метрополией и Гоа (португальская Индия) поддерживалась нерегулярно. Большая часть исламизированного населения побережья относилась к португальцам крайне враждебно.

В 30-е годы XVII в. начинают нарастать антипортугальские выступления. Одним из наиболее крупных было восстание 1631 г. в Момбасе под руководством Юсуфа ибн Хасана (Чин-гулиа), проходившее под знаменем джихада. К этому времени численность португальских гарнизонов была доведена до 4 тысяч человек. В ходе подавления антипортугальских выступлений уничтожались целые города с населением, осуществлялись массовые вырубки кокосовых пальм — основы хозяйственной жизни побережья.

Все возрастающую роль в антипортугальском сопротивлении в XVII в. начинает играть Омано-Маскатский султанат, правители которого в 1650 г. вытеснили португальцев из Маската. Между имамами Омана и Набаханской династией Пате, возглавившей сопротивление на побережье, сложился устойчивый союз. Во время восстаний в Пате в 1637, 1660, 1678, 1686 и 1687 гг. Оман каждый раз оказывал поддержку этому городу. В декабре 1698 г. после длительной осады оман-цы захватили форт Иисус — последний укрепленный португальский пункт в северной части восточноафриканского побережья.



6. Арабская колонизация



Утверждение Омана на побережье положило начало арабской колонизации восточноафриканского региона. Территория побережья к северу от реки Руфиджи была разбита на провинции во главе с губернаторами (вали). Был введен натуральный налог, в крупных населенных пунктах размещены арабские гарнизоны. Жизнь местного населения стала регламентироваться законами и распоряжениями, издаваемыми в Омане.

В 1741 г. к власти в Омане пришла династия Бусаиди, которая встретила сильную оппозицию на побережье. В том же году в Момбасе утверждается местный арабо-суахилийский клан Мазруи, провозгласивший независимость от Омана. Мазруи на протяжении 50-ти лет фактически контролировали часть побережья и остров Пемба. Бусаиди сохранили за собой лишь Занзибар.

В начале XIX в. влияние Мазруи на свой регион ослабевает. Воспользовавшись этим обстоятельством правитель Омана восстанавливает власть Бусаиди над побережьем и жестоко расправляется с оппозицией и членами клана Мазруи. К1840 г. правитель Омана Сеид Саид ибн Султан переносит свою столицу на Занзибар. В 1861 г. образовался самостоятельный Занзибарский султанат, в состав которого вошла значительная часть восточноафриканского побережья и прилегающие к нему внутренние территории региона.

Присутствие арабов на побережье, с одной стороны, сопровождалось развитием работорговли и неэквивалентного торгового обмена, а также нарушением ранее сложившегося баланса этнополитических сил. С другой стороны, одновременно с арабской колонизацией происходило внедрение новых для глубинных районов сельскохозяйственных культур и интенсивное распространение языка регионального общения — суахили, письменной культуры и знаний.

Народ Машона, расселившийся в районе междуречья Замбези-Лимпопо, создал высокоразвитую «культуру Зимбабве» (сер. I тысячелетия XVIII в.), названную так по названию одного из самых значительных памятников — архитектурного комплекса — Большого Зимбабве. Всего же в районе междуречья находится около тысячи сооружений из камня.

В начале II тыс. н. э. предводителю племени каранга удалось создать крупный союз племен машона, упоминаемый арабами и португальцами в их хрониках под названием Мвене Мутала, или Мономотапа. Это политическое образование просуществовало с XII до XVII в. Период его наивысшего расцвета приходится на XIV—XV вв.

Согласно легендам, примерно в XIV в. жил полумифический-полуисторический вождь каранга Соко-Чиронго, который сначала управлял северной частью современной Зимбабве, а затем присоединил к ней и ее южные земли. После

длительной политической борьбы в начале XV в. к власти в стране пришел Ньятсимба Мутота (1420—1450), реальное существование которого зафиксировано в письменных источниках. Он совершил несколько военных походов, в результате которых к 1450 г. под его контролем оказались огромные земли, охватывающие почти все междуречье. За свои военные достижения Мутота получил титул «мвене му тапа» (господин, хозяин присоединенных земель, собственник рудников), который затем переходил ко всем последующим верховным вождям каранга. Его сын Матопе (1450—1480) к завоеваниям отца сумел присоединить новые владения, в результате чего территория «империи» простерлась от реки Замбези до северной части Трансвааля и от пустыни Калахари до Индийского океана. «Она велика, как море» — так писали о Мономотапе очевидцы. Карты этого времени под таким названием показывают почти половину Африки южнее экватора.

В этот период Мономотапа достигла наивысшего расцвета в области земледелия, ремесла, строительства и торговли. Весь внешний и внутренний обмен осуществлялся под контролем верховного правителя через арабских купцов. Добыча золота, железа, меди, а также выплавка металла находились в ведении мвене му тапа, который сосредоточивал в своих руках и всю политическую, военную, юридическую и религиозную власть, символами которой являлись ассегай (или дротик) с золотым наконечником, золотая мотыга, лук и две стрелы. Все подчиненные вожди и племена вынуждены были платить ему дань. Время от времени верховный правитель во главе своей военной дружины сам отправлялся в покоренные области собирать «излишки» сельскохозяйственных продуктов, часть добычи, полученной общинниками на охоте, изделия ремесла и т. п.

Столицей «империи» было Большое Зимбабве, а резиденцией мвене мутапа — монументальное сооружение, впоследствии названное археологами «Храмом». Здесь же, на 30-метровой скале возвышалось другое внушительное сооружение, обозначенное как «Акрополь», украшенное каменными монолитами с изображениями птиц, символизирующих сверхъестественную силу. Между «дворцами» располагались мелкие каменные постройки — поселения знати, а также хижины из соломы и глины простых общинников, снабжавших верхушку общества плодами своего труда. Вторым важным военным и религиозным центром Мономотапы была крепость Мапунгубве, расположенная на высокой скале на первом берегу реки Лимпопо.

Личность мвене му тапа считалась священной. Он был, по мнению его почитателей, представителем верховного божества Мвари на земле и поэтому выступал как распорядитель культовых церемоний общеплеменного значения. Его имели право лицезреть лишь самые близкие придворные, в состав которых входили управитель двора верховного вождя, барабанщик, телохранители, придворные поэты и музыканты. Са-крализованный правитель выступал скорее как лицо ритуальное и юридическая власть строго контролировалась обычным правом и советом знати. Согласно обычаю, одряхлевший правитель или правитель, нарушивший, по мнению совета знати, законы, должен был быть смещен (когда-то его убивали).

Доминирующую роль в обществе Мономотапы играли мужчины. Однако, как отголосок когда-то существовавшего матрилинейного счета родства, отдельные женщины имели высокое положение в семейно-родовой иерархической структуре. К ним относились мать и главная жена верховного вождя, сестры вождей и патриархов семейных общин. Эти женщины контролировали право наследования. Верховный вождь каранга мог войти в свою резиденцию только с разрешения своей главной жены. В военных походах принимал участие специальный женский отряд.

Рабовладение существовало лишь как уклад: рабский труд не играл существенной роли в производстве и чаще всего рабов использовали как телохранителей, челядь, носильщиков. В общественной жизни и управлении сохранялось немало черт традиционной организации (вожди, тайные общества, возрастные классы и т. п.), были сильны кровно-родственные отношения.

Добыча руд и обработка металла занимала важное место в системе хозяйства. Очень высоко ценилась медь, ее сплавы (латунь и бронза), а также олово. Из них делали наиболее дорогие украшения, они же до середины XVII в. являлись всеобщим ценностным эквивалентом (для этой цели выплавлялись слитки в форме вытянутого кресла). Золото не играло никакой роли внутри страны, но продажа его за пределы Мономотапы давала значительный доход центральной власти.

Внутренние связи отдельных областей Мономотапы были весьма слабы, не сложилось еще единого рынка, сохранились натуральное хозяйство и экономическая самостоятельность провинций. Правителям приходилось сдерживать стремление к независимости покоренных вождей, отражать набеги соседей, которые то признавали вассальную зависимость, то активно выступали против центральной власти, удерживать восточноафриканских купцов, стремившихся к непосредственному контролю над добычей железа, золота и меди.

При сыне Матопе Ньяхуме в результате усилившейся династической и межплеменной борьбы и отсутствия экономического единства от «империи» отделился ряд областей. Во главе отколовшихся районов стал вождь (мамбо) племени розви Чанга, поднявший в 1490 г. восстание против верховного правителя каранга. Ньяхума был убит. Наследники мвене мутапа удерживали свое политическое господство лишь в северных и восточных районах страны.

В разжигании противоречий между каранга и розви большую роль сыграли проникшие в междуречье в начале XVI в. португальцы, которые всеми силами пытались вытеснить арабов из сферы торговли с местными племенами. Однако мвене мутапа долгое время препятствовал продвижению европейцев в свою страну. Лишь в 1575 г. вождь каранга позволил им торговать во внутренних районах «империи». При мвене мутапа Мавури (1629) в междуречье появляются уже и военные отряды португальцев. Однако попытка военного проникновения в страну и старания католических миссионеров распространить там христианскую веру закончились в конечном итоге неудачей. Но это не остановило португальцев в их посягательствах на территорию Мономотапы. Началось антипортугальское движение. Вскоре выдвинулся деятель, который сумел свести воедино отдельные очаги сопротивления. Им стал мамбо Чангамире Домбо, правитель народа розви, южного соседа и бывшего вассала мвене мутапа. Он начал открытую борьбу против португальцев. Первое серьезное столкновение произошло в 1684 г. у Маунгве. Португальцы отступили и укрылись в трех оставшихся в их руках фортах: Сене, Тете, Мозамбике. Чангамире поддержал новый мвене мутапа Нья-камбира.

Дальнейшее наступление войск Чангамире приостановила его смерть в 1685 г. Но восстание, возглавленное им, было столь сильным, что португальцы так и не оправились от поражения: больше они никогда не пытались подчинить своей власти глубинные районы материка.

В ноябре 1693 г. произошло еще одно значительное сражение. Объединенные силы мамбо розви и мвене мутапа разбили португальские отряды у фортов Сена и Тете и захватили их. Таким образом, у португальцев остался только форт Мозамбик. Однако многолетние войны на территории Мономо-тапы, в результате которых были изгнаны чужеземцы, в то же время расшатали и центральную власть. Могущество Мономотапы было подорвано. Некогда «великая империя» распалась на ряд государственных образований. Наиболее крупное возглавила династия Чангамире. Мамбо розви сумели объединить вокруг себя большинство районов бывшей «империи» Мономотапа, распространили свою власть почти на все междуречье (в пределах современного Зимбабве) и северный Трансвааль. Так на смену династии мвене мутапа пришла династия Чангамире. Наследники мвене мутапа были низведены до положения провинциальных вождей, сохранивших под своим контролем лишь некоторые северо-восточные районы современной Зимбабве. Здесь титул мвене мутапа переходил из поколения в поколение. Последним, кто им обладал, был верховный вождь каранга Барве-Чиоко Дамбамупуте (1887—1902).

При династии Чангамире продолжали успешно развиваться земледелие и скотоводство, выплавка металлов и другие ремесла, внутренняя и внешняя торговля. Большое Зимбабве по-прежнему осталось политическим центром и резиденцией верховного вождя. О процветании новой династии говорят относящиеся к XVIII — началу XIX в. каменные сооружения, отличающиеся сложными и более изящными формами, богатым декором. Сфера торговли португальцев теперь целиков зависела от волеизъявления мамбо, диктовавшего пришельцам свои условия.

К началу XIX в. в междуречье Замбези-Лимпопо участились миграционные волны африканских племен с севера и юга. Особенно сильными по своему разрушительному воздействию на культуру и хозяйство машона были миграции племен Ндебеле. Они разрушили Большое Зимбабве и другие сооружения. В ходе другого крупного вторжения Ндебеле во главе с вождем Мзиликази «империя» розви в 1837 г. пала. Члены семьи мамбо бежали на восток страны.

Однако, оправившись от вторжения, машона продолжали развивать свое хозяйство и торговлю, сохраняя сформировавшиеся на протяжении многих столетий культурные традиции.







1