Феодальное поместье каролингской эпохи

2



Федеральное агентство по образованию

ГОУ ВПО “Самарский государственный университет”







Феодальное поместье Каролингской эпохи







Курсовая работа





































2008


ОГЛАВЛЕНИЕ



Введение	3

Глава 1. Завершение переворота в поземельных отношениях	5

Глава 2. Установление феодальной поземельной и личной зависимости крестьянства	6

Глава 3. Иммунитет. Зарождение феодальной иерархии	9

Глава 4. Организация крупного землевладения. Феодальная вотчина	14

Глава 5. Положение зависимого крестьянства	17

Глава 6. Натуральный характер хозяйства	20

Глава 7. Борьба народных масс против феодализации	22

Заключение	25

Список источников и литературы	26




Введение



Главным содержанием средневековой эпохи, которое определило ее особенности, было возникновение и развитие нового общественного строя - феодального. Но для оценки исторического значения этого периода не менее существенно и другое: именно тогда были заложены основы социально-культурной общности Европы. 

Средневековье как эпоха и феодализм, как общественная формация, совпадали не полностью, лишь в общих чертах. Прежде всего, это объясняется неравномерностью исторического развития, его асинхронностью не только в разных регионах и странах, но даже нередко в разных районах одной страны. 

У истоков средних веков и феодализма в Европе действительно стояли две социальные системы, два разных мира. 

Первый - античный, рабовладельческий, уже христианский и для своего времени высокоразвитый; в него были втянуты, помимо греков и римлян, также кельты Галлии, жители Пиренейского полуострова, в той или иной мере племена Северных Балкан и Британии. 

Другим, более обширным, был мир варваров: родоплеменной, языческий, со своим неповторимым обликом, еще не знавший классового строя. Культурный разрыв между ними был огромным, казалось бы, непреодолимым. Но в средние века, когда складывание и развитие феодализма охватило весь континент, когда устанавливались и укреплялись связи, ширилось взаимное влияние различных этносов, событий, явлений и институтов, эти различия постепенно сгладились. 

Именно в средние века населявшие наш континент народы вышли на общеевропейскую арену как самостоятельные политические силы. Пространство Европы все более "насыщалось" по сравнению с древностью: росла численность населения, появились новые государственные образования, многограннее становилось общение между ними. И Европа превращалась в качественно новую цивилизацию. 

Несомненно, европейские феодальные общества были динамичнее не только обществ древности, но и современных им в других частях света. Однако по сравнению с последующими эпохами общественное развитие средневековья в Европе было замедленным. Ручное производство, прямая передача производственных и бытовых навыков, неразвитость торговли ограничивали продуктивность труда. Примитивность средств сообщения затрудняла связи, обмен опытом. Низкий уровень техники и знаний ставили человека в зависимость от естественных условий бытия: природной среды и ее капризов, демографических катастроф. Болезни людей и скота, гибель урожаев, частые голодовки и войны резко сокращали материальный достаток и саму жизнь людей. Поборы землевладельцев, государства и церкви усугубляли трудности для большинства народа. Сила традиций, догматическая скованность мышления затрудняли нововведения во всех сферах жизни. 

Целью данной контрольной работы является рассмотрение феодального поместья Каролингской эпохи. В процессе рассмотрения данного вопроса выделяется несколько задач: организация крупного землевладения, положение зависимого крестьянства, натуральный характер хозяйства и борьба народных масс против феодализма. 

Актуальность данной темы не ставится под сомнение, поскольку складывание феодальных отношений в Европе подразумевает под собой этапы дальнейшего исторического развития Европы. 

Историки-медиевисты часто в своих работах обращаются к формированию феодального поместья Каролингской эпохи. Это отражено в работах российских ученых В.Ф. Семенова, В.П. Будановой, а также зарубежных, например, Альфонса Допша и других крупных историков. 

Глава 1. Завершение переворота в поземельных отношениях



К концу VIII и началу IX в. переворот в поземельных отношениях во Франкском государстве привел к господству феодальной земельной собственности - основы феодального строя. Захват крестьянских земель светскими и церковными крупными землевладельцами сопровождался усилением различных форм внеэкономического принуждения. Это было неизбежным следствием утверждения феодальной земельной собственности, так как при условии наделения непосредственных производителей (крестьян) землей и средствами производства прибавочный труд в пользу собственника земли “можно выжать из них только внеэкономическим принуждением, какую бы форму ни принимало последнее”. 

Захваты крупными феодалами крестьянских наделов принимают особенно массовый характер к началу IX в. Это вынуждены были констатировать даже королевские капитулярии того времени. Так, в капитулярии Карла Великого 811 г. говорится, что “бедняки жалуются на лишение их собственности; одинаково жалуются на епископов, и на аббатов, и на попечителей, на графов и на их сотников”. Крупные землевладельцы, в частности те из них, которые в качестве графов или других должностных лиц располагали средствами принуждения по отношению к местному крестьянскому населению, силой превращали его в зависимых людей. 

Разорению крестьянства способствовали, как уже отмечалось, активная завоевательная политика Каролингов, особенно Карла Великого, требования от еще сохранявшихся, в основном в германских областях, свободных крестьян продолжительной военной службы, надолго отрывавшей их от хозяйства, а также церковная десятина, тяжелые государственные налоги, высокие судебные штрафы. 

Большую роль в обезземелении и втягивании в зависимость крестьянства играла церковь. Для расширения своих земельных владений наряду с прямым насилием она использовала религиозные чувства крестьянских масс, внушая верущим, что дарения в пользу церкви обеспечат им отпущение грехов и вечное блаженство в загробном мире. Церковные учреждения, отдельные прелаты и прежде всего сами папы широко практиковали подделку документов, чтобы утвердить свои права на те или иные земельные владения. 



Глава 2. Установление феодальной поземельной и личной зависимости крестьянства



Среди “вечных” категорий исторической науки особое место занимает собственность. Познавательное значение этой категории огромно. Не поставив проблемы собственности, историк не в состоянии ничего понять в изучаемом им обществе. Отношения собственности выражают сущность производственных отношений, поэтому-то вопрос о характере собственности, господствующей в обществе, встает перед историком одним из первых. Но всегда ли мы пользуемся понятием собственности с должной осмотрительностью? Какое исторически конкретное содержание в него вкладывается? Отвечает ли содержание этого понятия реальности изучаемой эпохи? 

Понятие собственности может быть расчленено на две основные категории: частная собственность и коллективная собственность. В рамках каждой из них возможны дальнейшие подразделения. Первый тип предполагает различие между полной и неполной частной собственностью (а также личной собственностью). Второй тип дифференцируется сообразно субъекту коллективной собственности: родовая, племенная, общинная и т.п. Но самое содержание понятия “собственность” обычно не внушает сомнений, оно представляется достаточно ясным и само собою разумеющимся. В юридическом смысле под собственностью понимают право владения некоторым объектом, распоряжения им, свободного отчуждения. Иначе говоря, собственность выступает в виде категории вещного права, которая в определенных обществах распространяется не только на вещи, но также и на людей, трактуемых как вещи. 

Проблемы земельной собственности имеют огромное значение при исследовании процесса зарождения и развития феодализма. Согласно широко распространенному в нашей историографии мнению, рост имущественного неравенства и сопровождавшее его развитие частной собственности, приобретение общинниками права частной собственности на их наделы послужили главнейшей причиной превращения этих общинников из свободных и самостоятельных хозяев в феодально-зависимых крестьян - держателей земли от крупных землевладельцев. В центре исследования социальной истории этого периода оказывается вопрос об аллоде. Если на раннем этапе своего существования аллод представлял собой нераздельное и неотчуждаемое владение большой семьи, то затем, по мере ее распада, аллод превращается в индивидуальное владение и мыслится как неограниченная частная собственность, как свободно отчуждаемый “товар”. С возникновением аллода-товара и связан процесс становления крупного землевладения, ибо, согласно упомянутой точке зрения, именно отчуждение аллодов, утрата их мелкими собственниками и переход земель в руки собственников крупных и привели к торжеству феодального строя землевладения. Таким образом, вторжение стихии товарных отношений в сферу земельной собственности (наряду с насилием и другими факторами) породило аграрный переворот во Франкском государстве: как и во всяком обществе, строящемся на частной собственности и господстве товарных ценностей, и здесь мелкое землевладение было вытеснено крупным. Такова в самых общих чертах схема, лежащая в основе представлений о процессе становления феодализма. Необходимо отметить, что не все историки безоговорочно разделяют эту схему. А.И. Неусыхин, считая “основной причиной превращения свободных аллодистов в держателей вотчинных наделов” лишение их собственности на их наделы, вместе с тем предполагает, что крестьяне могли терять аллоды полностью или частично и что аллодисты “в ходе этого процесса лишаются земли как собственности, но не как необходимого условия хозяйствования”, нередко сохраняя в своем владении бывший аллод. Таким образом, происходит “неполное отделение” крестьянина от земли, утрата им собственности на нее с одновременным его прикреплением к ней в качестве держателя. Эти уточнения чрезвычайно важны, поскольку свидетельствуют о специфичности процессов, ведших к генезису феодального землевладения. Тем не менее, и А.И. Неусыхин считает необходимым подчеркивать свободу распоряжения аллодами и утерю их общинниками как предпосылки феодального развития. 

Среди различных форм превращения мелких землевладельцев в зависимых крестьян наиболее характерной и распространенной во Франкском государстве был “прекарий возвращенный”. Согласно буквальному тексту грамоты, в основе этого вида прекария лежало отчуждение права собственности на землю мелким владельцем в пользу духовного или светского магната; в результате этого акта мелкий землевладелец превращался в держателя участка. Важно было бы, однако, подчеркнуть, что фактически никакого отчуждения, строго говоря, не совершалось, то была лишь юридическая форма, в которую облекался акт, имевший существенно иное содержание. Формуляр грамоты был дан римским правом. На самом же деле происходило подчинение мелкого землевладельца магнату, превращение его из свободного и независимого субъекта в зависимого человека, подзащитного магната, вследствие чего и земля крестьянина оказывалась под властью его сеньоpa, включалась в сферу его господства. Таким образом, не происходило отрыва земледельца от его участка, он по-прежнему самостоятельно вел свое хозяйство, но в силу складывавшихся в раннефеодальный период общественных условий имел возможность сохранить в своих руках эту землю, лишь вступив под покровительство сеньора. 

Зависимый крестьянин - непосредственный владелец земли, на которой он ведет свое хозяйство, и его права на надел должен был признавать его господин. Маркс неоднократно отмечал, что феодальным правом на землю в средние века обладали не одни феодалы, но и крестьяне. Отсюда следует, что необходимо в полной мере учитывать всю специфику феодальной собственности на землю. Источником и необходимого, и прибавочного продукта служил труд крестьянина, и феодалы, присваивая прибавочный продукт-ренту, должны были считаться с тем, что крестьяне владели участками земли, в их руках находилось ведение хозяйства, они были собственниками необходимого продукта и орудий производства. Поэтому сгон крестьян с земли, предпринимавшийся господствующим классом в позднее средневековье в Англии и отчасти в некоторых других странах, воспринимался как прямое насилие и нарушение крестьянских прав. На протяжении всего предшествующего периода существования феодальной системы эти права крестьян на землю всерьез под сомнение не ставились. 




Глава 3. Иммунитет. Зарождение феодальной иерархии



Разорившиеся или стоявшие на грани разорения свободные крестьяне легко попадали в зависимость от крупных землевладельцев. При этом, однако, феодалы не были заинтересованы в сгоне крестьян с земли, ибо при феодальном строе “не освобождение народа от земли, а напротив, прикрепление его к земле было источником феодальной эксплуатации”. Земля была в условиях господства натурального хозяйства единственным средством существования. Поэтому, даже теряя аллоды, свободные общинники брали у феодалов землю в пользование на условии выполнения определенных повинностей. 

Одним из самых распространенных способов втягивания свободного крестьянства в зависимость еще при Меровингах являлась практика передачи земли в прекарий (precaria). В VIII - IX вв. эта практика получила особенно широкое распространение как одно из важнейших средств феодализации. Прекарий, что дословно означает “переданное по просьбе”, - это условное земельное держание, которое крупный собственник передавал во временное пользование (иногда на несколько лет, иногда пожизненно) какому-либо человеку, чаще всего безземельному или малоземельному. За пользование этим наделом его получатель обычно должен был платить оброк или в отдельных случаях выполнять барщину в пользу собственника земли. 

Существовали прекарии нескольких видов; иногда такое условное держание передавалось человеку, у которого было недостаточно или вовсе не было земли (precaria data), но иногда мелкий собственник сам передавал под давлением нужды и насилий соседних крупных землевладельцев право собственности на свою землю одному из них, чаще всего церкви, и получал эту же землю обратно в качестве прекария пожизненно или наследственно - в пределах одного-двух поколений (precaria oblata) - на условиях несения определенных повинностей. Иногда прекарист получал в пользование не только отданную землю, но еще и дополнительный участок. Такой прекарии назывался “прекарии с вознаграждением” (precaria remuneratoria). Прекарии последнего типа были особенно распространены на землях церкви, которая стремилась таким образом привлечь побольше крестьян-дарителей, чтобы округлить свои владения. Прибавки к дарениям давались обычно из необработанных земель, освоение которых требовало приложения крестьянского труда. 

Прекарист, отказываясь от права собственности на землю, превращался из собственника ее в держателя. Хотя первоначально он и сохранял личную свободу, но попадал в поземельную зависимость от собственника земли. Таким образом, хотя прекарные отношения имели форму “добровольного договора”, в действительности они являлись результатом тяжелого экономического положения крестьян, вынуждавшего их отдавать землю крупным землевладельцам, а иногда и следствием прямого насилия. 

Наряду с крестьянами в VIII-IX вв. в качестве прекаристов часто выступали мелкие вотчинники, сами эксплуатировавшие труд зависимых людей, обычно вышедшие из среды более зажиточных аллодистов-общинников. В этих случаях прекарии служил для оформления поземельных отношений внутри складывающегося класса феодалов, так как такой мелкий вотчинник был уже, по существу, феодальным землевладельцем, вступившим в определенные отношения с более крупным феодальным земельным собственником, предоставившим ему землю в прекарии. 

Если в VI-VII вв. решающую роль в складывании крупной феодальной собственности и установлении крестьянской зависимости играли королевские пожалования, то в VIII-IX вв. более важным фактором этих процессов становится разорение массы крестьянства и втягивание его в поземельную зависимость от крупных феодалов даже без активной роли государства. Теряя землю, крестьянин часто вскоре терял и свою личную свободу. Но могло быть и иначе. Так, бедняк, будучи не в состоянии уплатить долг, попадал в кабалу к кредитору, а затем и в положение лично зависимого человека, мало чем отличавшегося от раба. 

Такая же участь часто ожидала бедняка, которого нужда толкнула на кражу или другие преступления и который, не имея возможности возместить ущерб потерпевшему, становился его кабальным рабом. К личной зависимости часто вел акт коммендации мелкого свободного крестьянина светскому магнату или церкви (см. выше). На практике установление личной зависимости крестьянина от феодала могло иногда предшествовать утере им аллода. Однако широкое распространение таких личных отношений между ними имело своей общей предпосылкой быстрый рост крупного землевладения за счет мелкой крестьянской и общинной собственности, выражавший главную тенденцию социального развития Франкского государства той эпохи. 

Разорению и втягиванию крестьянства в зависимость способствовала в немалой степени и дальнейшая концентрация в руках отдельных крупных землевладельцев политической власти, служившей им орудием внеэкономического принуждения. Короли, будучи не в силах препятствовать этому процессу, вынуждены были санкционировать его путем специальных пожалований. Такие пожалования появились еще при Меровингах, но широкое их распространение относится к каролингскому периоду. Сущность их заключается в том, что особыми королевскими грамотами должностным лицам - графам, сотникам и их помощникам - запрещалось вступать на территорию, принадлежащую тому или иному магнату, для выполнения на ней каких-либо судебных, административных, полицейских или фискальных функций. Все эти функции передавались магнатам и их должностным лицам. Такое пожалование называлось иммунитетом (от латинского immunitas - неприкосновенность, освобождение от чего-либо) . 

Обычно иммунитетные права крупного землевладельца сводились к следующему: он пользовался на своей земле судебной властью; имел право взимать на территории иммунитета все поступления, которые до этого шли в пользу короля (налоги, судебные штрафы и иные поборы); наконец, он являлся предводителем военного ополчения, созываемого на территории иммунитетного округа. Юрисдикции иммуниста обычно подлежали иски о земле и другом имуществе и дела о мелких правонарушениях не только лично зависимых, но и лично свободных жителей его владений. Высший уголовный суд обычно оставался в руках графов, хотя некоторые иммунисты присваивают себе также и права высшей юрисдикции. 

Иммунитетное пожалование чаще всего лишь оформляло те средства внеэкономического принуждения, которые феодал в качестве крупного землевладельца присваивал себе обычно задолго до получения пожалования. Располагая судебно-административными и фискальными полномочиями, иммунист использовал их для приобретения все новых земельных владений, усиления эксплуатации и укрепления зависимости своих крестьян, в том числе и еще лично свободных. В каролингский период иммунитетное пожалование часто распространяло власть иммуниста на землю и людей, до этого не находившихся под чьей-либо частной властью. Вместе с тем иммунитет способствовал усилению независимости феодалов от центральной власти, подготовляя тем самым последующий политический распад Каролингской империи. 

Росту политической самостоятельности феодалов немало способствовало и развитие вассальных отношений. Вассалами первоначально назывались свободные люди, вступившие в личные договорные отношения с крупным землевладельцем, большей частью в качестве его военных слуг - дружинников. В каролингский период вступление в вассальную зависимость часто сопровождалось пожалованием вассалу бенефиция, что придавало ей характер не только личной, но и поземельной связи. Вассал обязывался верно служить своему господину (сеньору), становясь его “человеком” (homo), а сеньор обязывался защищать вассала. Располагая большим количеством вассалов, крупный землевладелец приобретал политическое влияние и военную силу, укреплял свою независимость от королевской администрации. 

В 847 г. внук Карла Великого Карл Лысый в своем Мерсенском капитулярии предписывал, чтобы “каждый свободный человек выбрал себе сеньора”. Таким образом, вассалитет признавался главной законной формой общественной связи. Развитие вассалитета вело к формированию иерархической структуры господствующего класса феодалов, ослабляло центральную власть и способствовало усилению частной власти феодалов. 



Глава 4. Организация крупного землевладения. Феодальная вотчина



С утверждением и оформлением к началу IX в. крупной феодальной собственности на землю происходят существенные изменения в хозяйственной и социальной организации франкского общества. В VIII - начале IX в. основой ее становится феодальная вотчина - сеньория, поглотившая как свободные франкские общины, так и крупные земельные комплексы галло-римского типа. 

Структура крупного феодального землевладения, сложившегося в каролингский период, не была однородной. Крупные землевладельцы, как светские, так и духовные, располагали землями самого различного размера и качества. Среди их владений имелись крупные вотчины, которые занимали сплошные территории, совпадавшие с целой деревней или состоявшие из ряда деревень. Вотчины такого типа были наиболее широко распространены в северных областях Франкского государства - между Рейном и Луарой. Но и там иногда владения даже крупных землевладельцев складывались из небольших вотчин, включавших часть большой деревни или лежавших в разных деревнях, либо даже из отдельных дворов, расположенных вперемежку с владениями других собственников, иногда еще свободных крестьян. Такой тип был особенно характерен для южных областей государства. 

Разнообразие в структуре крупного землевладения объяснялось тем, что как на севере, так и на юге страны далеко не всегда крупный землевладелец становился сразу собственником всей деревни. Иногда он приобретал сначала несколько мелких крестьянских участков, а затем постепенно округлял свои владения путем обмена, покупки или прямого захвата, пока вся деревня не превращалась в его вотчину или ее часть. 

Источники по истории крупной феодальной вотчины каролингского периода [полиптики, картулярии, “Капитулярий о поместьях” (Capitulare de villis) Карла Великого] более полно рисуют нам феодальную вотчину Франкского государства. Они показывают, что уже в эту эпоху она являлась организацией для эксплуатации зависимого крестьянства, для присвоения крупными землевладельцами феодальной ренты - прибавочного труда крестьян в форме оброков и барщины. Земля в феодальной вотчине обычно делилась на две части: на господскую землю, или домен (от латинского dominus - господин) , на которой велось хозяйство феодала, и на землю, находившуюся в пользовании зависимых крестьян и состоявшую из наделов. На севере домен в таких вотчинах был довольно велик, составляя не менее '/э всех входивших в них земель. 

В состав господской, или домениальной, земли входили барская усадьба - дом и двор с хозяйственными постройками, иногда с мастерскими вотчинных ремесленников, сад, огород, виноградник, скотный двор и птичник сеньора. С барской усадьбой обычно были связаны мельницы и церковь, которая считалась собственностью феодала. Пахотные земли, луга и виноградники вотчинника, разделенные на мелкие участки, в северных областях королевства лежали вперемежку (чересполосно) с участками зависимых крестьян. Часть лесных массивов и тех пастбищ, лугов и пустошей, которые прежде принадлежали свободной общине, теперь также превратилась в собственность феодала. Вследствие чересполосицы в вотчине господствовали принудительный севооборот с выпасом скота по пару и по жнивью после снятия урожая. Обработка господской земли велась в основном зависимыми крестьянами, трудившимися на барщине со своим скотом и инвентарем, а также, хотя и в гораздо меньшей степени, дворовыми рабами, использовавшими инвентарь и скот вотчинника. 

Земли, находившиеся в пользовании крестьян, делились на наделы, называвшиеся в западной части Франкского государства мансами, в восточной - гуфами, а на юге - колониками. В каждый надел входили: крестьянский двор с домом и дворовыми постройками, иногда сад и виноградник, примыкавшие ко двору, и полевой пахотный надел, состоявший из отдельных полос пашни, разбросанных чересполосно с земельными участками других крестьян и самого вотчинника. Кроме того, крестьяне пользовались выпасами, оставшимися в распоряжении общины, а иногда и в руках феодала (за плату). Таким образом, общинная организация с принудительным севооборотом и коллективным пользованием не поделенными угодьями не исчезла с возникновением вотчины. Однако из свободной она превратилась теперь в зависимую, а сельский сход свободных общинников - в сход зависимых крестьян. Он проходил под председательством назначенного сеньором старосты, проводившего в жизнь требования сеньора, но вместе с тем отстаивавшего перед ним интересы крестьян. 

Наделы, на которых сидели зависимые крестьяне, были тяглыми наделами, так как на них лежали определенные повинности (оброк, барщина). На землях вотчины обычно имелись и свободные держания - прекарии и бенефиции должностных лиц вотчинной администрации, которыми они пользовались как платой за свою службу, а также бенефиции мелких вассалов сеньора. 



Глава 5. Положение зависимого крестьянства



Крестьянское население вотчины не было единым по своему происхождению и правовому положению. Оно делилось на три основные группы - колонов (coloni, ingenui), литов и рабов-сервов (servi, mancipia). Большинство зависимого крестьянства в каролингской феодальной вотчине составляли колоны. Они не утратили полностью личной свободы, но уже находились в поземельной зависимости от вотчинника, не могли уйти со своего надела, находившегося у них в наследственном пользовании, и были ограничены в распоряжении этим наделом. Основную массу колонов этой эпохи составляли потомки ранее свободных крестьян - как франкского, так и галло-римского происхождения. 

С течением времени они все больше теряли личную свободу и сливались с литами и посаженными на землю рабами в одну массу лично зависимых крестьян. 

Рабы (сервы), жившие в вотчине, разделялись на две категории: дворовые рабы, не имевшие надела (mancipia non casata), и рабы, сидевшие на земле (servi casati). Первые жили и работали на барском дворе; их можно было продать и купить, и все то, что они имели или приобретали, рассматривалось как собственность господина. Рабы (сервы), наделенные землей и прикрепленные к ней, обычно не отчуждались без земли и по своему фактическому положению были уже не рабами, а лично зависимыми крестьянами. В отличие от колонов они находились не только в поземельной, но и в полной личной зависимости от феодала. В большинстве своем сервы были потомками зависимых людей позднеримского и меровингского времени - рабов, колонов и др. 

Промежуточное положение между колонами и сервами занимали литы, обычно находившиеся под патронатом какого-либо светского или духовного крупного землевладельца и державшие свой земельный надел в наследственном пользовании. 

В зависимости от того, кому первоначально принадлежали крестьянские наделы (мансы) - колону, литу или серву, - они назывались свободными, литскими или рабскими (mansi ingenuiles, mansi lidiles, mansi serviles). Однако в IX в. рабские или литские мансы часто попадали в руки колонов, и наоборот. При этом повинности, которые крестьяне должны были выполнять в пользу феодала, определялись не стоько правовым положением самого держателя, сколько характером манса (свободного, литского или рабского). 

Грани в правовом положении отдельных категорий крестьян постепенно стирались и они все больше сливались в единую массу зависимых. Зависимые крестьяне всех категорий обязаны были нести повинности в пользу сеньора - выполнять барщину и платить оброк. 

Тяжелее всех была барщина сервов, составлявшая обычно не менее трех дней в неделю. Сервы выполняли при этом особенно трудные работы. Колоны также работали на барщине, но основной ее формой у них была не недельная, а поурочная барщина, при которой они обязывались обработать в пользу помещика определенный участок земли и собрать с него урожай, выполнять извозную повинность, рубить лес и т.п. 

С начала IX в. наблюдается тенденция к росту размеров барщины и у колонов. Все зависимые крестьяне обязаны были платить сеньору, кроме того, и оброк, большей частью в натуральной форме - зерном, мукой, вином, пивом, домашней птицей, яйцами, ремесленными изделиями. Иногда оброк взимался в денежной форме (например, поголовный сбор - capaticum) с лично зависимых крестьян. Однако денежная рента не имела большого распространения. 

В южных областях преобладали вотчины, более мелкие по размеру. Домен занимал в них меньше места, с чем связана была и относительно небольшая барщина, зато дольше сохранял значение рабский труд на домене. При относительно значительной прослойке свободных крестьян-аллодистов положение зависимых - колонов, манципиев, вольноотпущенников - сохраняло больше поздне-античных черт, присущих рабскому состоянию, чем на Севере. В силу природных условий: горного ландшафта, теплого климата, допускавшего разнообразие возделываемых культур, - система открытых полей с чересполосицей и принудительным севооборотом на Юге не была распространена. Здесь господствовали компактные домен и крестьянские наделы, на которых велось поликультурное земледельческое хозяйство (возделывались одновременно зерновые, виноград, оливки и др.), а также было развито скотоводство. 

Большая часть французского крестьянства подвергалась тяжелой феодальной эксплуатации. Крепостной (серв) находился в личной, поземельной и судебной зависимости от сеньора, т.е. собственника сеньории (так обычно называлось во Франции феодальное поместье), в которой он жил. Как лично зависимый человек серв платил поголовное обложение (capaticum), так называемый брачный побор (forismaritagium), если он вступал в брак со свободным лицом или с сервом других сеньоров, посмертный побор, т.е. побор с наследства (manus naortuus, inortuarium), чаще всего в виде лучшей головы скота. Наконец, с серва сеньор мог требовать неограниченных повинностей и платежей (произвольная талья). 

Как наследственный держатель земельного участка крестьянин обязан, был работать на сеньора: отбывать (как правило, не менее трех дней в неделю) полевую барщину, выполнять строительные, транспортные и другие повинности, уплачивать натуральный и денежный оброки, в ту пору сравнительно небольшие. Как зависимый в судебном отношении крестьянин должен был вести свои тяжбы и судиться в курии (поместном суде) сеньора, за что с него взимались судебные поборы и штрафы. Затем он уплачивал сеньору рыночные, мостовые, паромные, дорожные и другие пошлины и поборы. Так как

сеньор имел монопольное право на мельницу, печь и виноградный пресс (так называемые баналитеты), то крестьяне обязаны были молоть зерно на его мельнице, печь хлеб в его печи и давить виноград на его прессе, уплачивая за пользование натурой или деньгами. 

Часть крестьян сохраняла личную свободу (вилланы), но при этом находилась в поземельной, а иногда и в судебной зависимости от феодала. 

Окончательное оформление феодальных отношений сопровождалось ростом эксплуатации. К старым повинностям в пользу сеньора прибавлялись все новые и новые. Дополнительную плату крестьяне вносили помещику за пользование лесами, водами и лугами, раньше принадлежавшими крестьянской общине, а в Х-XI вв. захваченными феодалами. Поборы феодалов и разорявшие хозяйство постоянные феодальные войны делали жизнь крестьян крайне необеспеченной. 

Голодовки представляли собой обычное явление, и смертность от голода была очень велика. В случае неурожая или других стихийных бедствий, неизбежных при низкой сельскохозяйственной технике того времени, населению неоткуда было ждать помощи. 



Глава 6. Натуральный характер хозяйства



В феодальной деревне каролингского периода господствовало натуральное хозяйство. Преобладание натурально-хозяйственных отношений объясняется низким уровнем развития производительных сил, в частности отсутствием общественного разделения труда между ремеслом и сельским хозяйством. 

В феодальной вотчине каролингского периода ремесленный труд был соединен с сельским хозяйством, что обеспечивало феодала также основными изделиями ремесла. Производством одежды, обуви и необходимого инвентаря занимались сами зависимые крестьяне или дворовые ремесленники, обслуживавшие также население деревни. Все что производилось в вотчине, шло главным образом на снабжение всем необходимым барского двора и за редким исключением потреблялось внутри вотчины. 

Это, конечно, не значит, что в каролингский период вовсе не было торговли. Существовали рынки и даже ярмарки, денежное обращение. Но торговые связи не играли существенной роли в хозяйственной жизни вотчины и вообще деревни. Продавались излишки, в том числе иногда зерна или шерсти, а покупалось то, что нельзя было произвести в вотчине: соль, вино, металл, иногда оружие, а также предметы роскоши, пряности, привозимые иностранными купцами из заморских стран. Постоянных торговых связей между отдельными частями Каролингской империи не было. Внешняя торговля была развита слабо, удовлетворяла только потребность верхушки общества в предметах роскоши и не оказывала серьезного влияния на общий уровень экономической жизни. 

Из исторических источников видно, что сеньор, владеющий поместьем, заботился о поддержании натурального хозяйства в своем поместье: “при житницах наших в главных поместьях содержать не менее 100 кур и не менее 30 гусей”, “при господских дворах наши рыбные садки”, “в каждом поместье нашем управляющие пусть содержат как можно больше хлевов для коров, свиней, овец, коз и козлов, и никак без этого нельзя обходиться”. Последняя фраза подчеркивает, что без такого устройства существование поместья просто невозможно себе представить. 

Данные источников VIII-IX вв. убедительно доказывают несостоятельность утверждений австрийского историка А. Допша и его последователей о том, что во времена Каролингов господствовало якобы “капиталистическое хозяйство” в форме “вотчинного капитализма”, всецело руководствовавшееся торговыми интересами. 

Натуральное хозяйство непосредственных производителей - крестьян - постепенно втягивалось в товарные отношения, создавались условия для развития внутреннего рынка на основе дальнейшего общественного разделения труда и специализации отдельных районов и отраслей хозяйства (земледелие, скотоводство, горное дело, разные виды ремесла). 



Глава 7. Борьба народных масс против феодализации



Лишение крестьян собственности на землю и втягивание их в зависимость вызывали ожесточенное сопротивление как еще свободного, так и уже зависимого крестьянства. Оно принимало различные формы. Одной из них были массовые побеги крестьян. Нередко происходили и открытые крестьянские выступления. 

Об упорном сопротивлении крестьянства феодализации свидетельствует капитулярий 821 г. короля Людовика Благочестивого, сообщающий о существовании во Фландрии “незаконных” заговоров и союзов зависимых крестьян. Крестьянские восстания происходили в 848 и 866 гг. во владениях майнцского епископа. Наиболее крупное восстание имело место в Саксонии в 841 - 842 гг. Лозунгом крестьян, поднявшихся против угнетателей - саксонских и франкских феодалов и поддерживавшей их королевской администрации, - был возврат к старым, дофеодальным порядкам: крестьяне изгнали господ и “стали жить по старине”. Отсюда и название движения - восстание “Стеллинга”, что можно перевести: “Дети древнего закона”. Восстание это лишь с большим трудом было подавлено феодалами. 

Крестьяне всячески сопротивлялись феодальной эксплуатации. В 997 г. восстание охватило Нормандию. Крестьяне требовали восстановления своих прежних прав на свободное и безвозмездное пользование общинными угодьями. В 1024 г. вспыхнуло крестьянское восстание в Бретани. Как говорит хроника, крестьяне восстали “без вождей и оружия”, но сумели оказать героическое сопротивление рыцарским отрядам. Отстаивая свои права, крестьяне действовали обычно целыми общинами. Община давала им, “даже в условиях жесточайших крепостнических порядков средневековья, локальную сплоченность и средство сопротивления... “ 

Крестьянские восстания жестоко подавлялись, но упорное сопротивление крестьян заставляло феодалов несколько умерять свои аппетиты. В результате классовой борьбы возникли обычаи, которые до известной степени регулировали отношения в сеньории и устанавливали более или менее определенный уровень феодальной ренты. 

Они предоставляли крестьянину больше времени и возможностей для работы в своем личном хозяйстве, укрепляли его права на наследственный участок и в какой-то мере ограничивали эксплуатацию. Таким образом, борьба крестьянских масс против их угнетателей содействовала расширению и закреплению права крестьянина на его личное хозяйство и тем самым создавала условия для более быстрого развития производительных сил в феодальном обществе. 

Крестьянские восстания обычно терпели поражения вследствие своей стихийности и неорганизованности. Однако сопротивление крестьян вынуждало представителей господствующего класса фиксировать повинности зависимых крестьян. Фиксация феодальных повинностей, хотя бы на некоторое время ограждавшая крестьянина от повышения нормы эксплуатации, в значительной мере была следствием непрерывной, каждодневно возобновляемой борьбы крестьянства против феодалов. Фиксация феодальных повинностей диктовалась и стремлением феодалов определить и закрепить размеры своих вотчинных доходов. 

Следствием переворота в поземельных отношениях в VIII - IX вв. явилось значительное укрепление феодализма в Каролингском государстве. Уже к началу IX в. здесь сложились крупная феодальная вотчина и основные классы феодального общества - феодалы и зависимые крестьяне. По словам Энгельса, за эти четыреста лет, прошедшие со времени крушения Западной Римской империи, был сделан шаг вперед, “исчезло античное рабство, исчезли разорившиеся, нищие свободные, презиравшие труд как рабское занятие. Между римским колоном и новым крепостным стоял свободный франкский крестьянин”. Развившиеся на развалинах античного общества феодальные отношения обеспечивали дальнейший подъем общественных производительных сил и “были теперь для нового поколения исходным моментом нового развития”. 




Заключение



Развитие феодальных взаимоотношений, как и господство религиозного мировоззрения, давали основание многим историкам, начиная с эпохи Возрождения, считать данный период "темными веками", временем упадка, деградации человеческой личности и общества в целом. Так родилось традиционное обозначение, введенное в употребление еще историками-гуманистами, - термин "средние века", т.е. как бы "безвременье", промежуточная ступень между высоким взлетом человеческого духа в античности и его возрождением на пороге нового времени. Такая негативная оценка классического средневековья, понятная в устах гуманистов, просветителей XVIII в. и некоторых либеральных историков XIX в., боровшихся с пережитками феодализма в Европе, представляется с позиций современной науки не только не историчной, односторонней и поверхностной, но попросту неправильной. 

Ведь невозможно забыть о том, что как раз в средние века возникло большинство современных государств, определились в основном их границы, были заложены этнокультурные основы будущих наций и национальных языков. Появились парламенты, суды присяжных и первые конституции. Были изобретены ножницы, часы, книгопечатание, оконное стекло, огнестрельное оружие и множество иных новшеств. Написаны прикладные и теоретические труды по химии, математике, механике, медицине, первые энциклопедии. Возникли "проекты" общества благоденствия и всеобщего равенства людей. В конце XV в. европейцы открыли Америку, совершили первые кругосветные путешествия. Великие сдвиги в области производства, социальных отношений, духовной жизни принесла Европе эпоха средневековья. 




Список источников и литературы



Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия. Электронное издание.М., 2007

Буданова В.П. Средние века.М., 2006

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т.23

Неусыхин А.И. Судьбы свободного крестьянства в Германии в VIII-XII вв.М., 1964, с. 19,20,22, а также примеч.14 на с.22-23. 

Романова Е.Д. Прекарий на землях Сен-Галленского аббатства в VIII - IX вв. В сб.: “Средние века”, вып. XV, 1959, с.70-72. 

Семенов В.Ф. История средних веков.М., 1975

Сказкин С.Д. История средних веков.М., 1977