Дворянские корпорации в ХIХ – начале ХХ вв.

БАЛТИЙСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. И. КАНТА

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА истории РОССИИ

























Дворянские корпорации в ХIХ – начале ХХ вв.



Работу выполнил:

Студент III курса

Гавриленко С.В.















Калининград 2011


Содержание

дворянское собрание депутатское губернское общество

Введение

Структура дворянских корпораций

Дворянское собрание

Выборные должностные лица

Депутатское собрание и дворянские опеки

Заключение

Список литературы




Введение



Дворянство с самого своего возникновения, в отличие от крестьянства и городского сословия, не знало организации типа общины. Первоначально объединялись они в «служилые города», объединённые по территориальному признаку. Служилый город был прежде всего военной организацией, предназначен ной государством для контроля за несением службы. Служилый город лишь отчасти напоминал общину, во всём остальном он напоминал общество. За время своего существования служилый город переживал взлёты и падения. Но в конце XVIII века он трансформировался в дворянское общество или дворянские корпорации, которые просуществовали без значительных изменений до 1917 года. Изучение дворянских корпораций данного периода от XIX до начала XX века предоставляет нам возможность увидеть разницу в организации дворянства в отличии от основного общества. 

При подготовке данного доклада были использованы такие работы как Миронов Б.Н. - Социальная история России периода империи (XVIII—начало XX в.).Т 1, и Корелин А.П. Дворянство в пореформенной России. 1861-1904 гг.: Состав, численность, корпоративная организация. Данные работы содержат в себе полный объём информации по представленной теме. 

В своём докладе я поставил целью показать структуру дворянских корпораций, их разновидности, значение и функции каждой из них. 




Структура дворянских корпораций



В 1785 г. Жалованная грамота дворянству даровала ему право создавать губернские дворянские общества — дворянские корпорации, которые просуществовали без принципиальных изменений до 1917 г.

Согласно Жалованной грамоте, дворяне каждой губернии (но не уезда!) составляли особое дворянское общество со статусом юридического лица и с соответствующими привилегиями и атрибутами — правом владеть имуществом и капиталом, заключать имущественные сделки, вступать в обязательства, иметь собственное помещение для собрания, печать, делопроизводство и архив. Дворянское общество полностью освободилось от всех элементов общинности, которыми обладал служилый город, кроме одного: оно сохранило структурный и функциональный дуализм, поскольку служило не только местным дворянским интересам, но и государственным потребностям. Из этого мы можем заключить, что закон предусматривал погубернскую организацию высшего сословия.

Высшими органами обществ были губернские и уездные дворянские собрания. Уездные собраний занимались, как правило, вопросами, связанными с подготовкой к губернским собраниям. Все важнейшие корпоративные дела решались на губернских собраниях. 

Предводители дворянства являлись одним из важнейших институтов в дворянской сословной организации. В области внутрисословной губернские и уездные предводители представляли собой не только исполнительные органы обществ, но фактически были высшей инстанцией между собраниями.

На дворянские депутатские собрания, состоявшие из губернского предводителя и депутатов (по одному от каждого уезда), возложено было ведение родословных книг, сношение по этому вопросу с департаментом герольдии Сената, выдача дворянам грамот и свидетельств о внесении их родов в губернскую книгу, а также рассмотрение вопросов об исключении отдельных лиц из дворянских собраний и участие в наложении опек на имения. В пореформенный период компетенция депутатских собраний несколько расширилась: помимо рассмотрения материалов и докладов к предстоящему губернскому собранию, они обсуждали вопросы, переданные на их отзыв правительством. В их работе с середины 80-х годов стали принимать участие и уездные предводители. Указ от 10 июня 1902 г. узаконил эту практику, официально введя в систему дворянских корпоративных органов собрания предводителей и депутатов дворянства. Формально эти собрания подчинялись только Сенату. Но губернатор и губернское правление могли делать им замечания о промедлении и упущениях в рассмотрении тех или иных дел, требовать от них объяснений, а затем доносить об этом в департамент герольдии.

Согласно законодательству, высшее сословие не имело общероссийской организации: оно было раздроблено на отдельные общества, которые, в свою очередь, не имели какой-либо четкой иерархической структуры. Уездные дворянские органы не подчинялись губернским и могли самостоятельно сноситься с властями. Такое положение вполне отвечало природе самодержавия, всегда стремившегося к разобщению и раздроблению всех общественных групп, и до определенного времени устраивало дворянство, интересы которого в дореформенную эпоху обычно редко выходили за узкие рамки партикуляризма местной жизни. Впервые вопрос о создании в той или иной форме общедворянского представительства был поднят в проектах отдельных авторов и ходатайствах ряда собраний в конце 50-х — начале 60-х годов XIX в., когда в связи с подготовкой и проведением первых буржуазных преобразований определенные слои дворянства высказались за более широкое привлечение сословия к управлению страной. Самодержавие, как мы увидим, категорически отвергло эти притязания. Вновь этот вопрос возник в середине 80-х годов. Накануне 100-летнего юбилея «Жалованной грамоты» некоторые дворянские собрания обратились к правительству с просьбой созвать губернских и губернских предводителей законом не предусмотрены». предводителей для обсуждения мер по подготовке предстоящих торжеств. Но даже эти скромные пожелания вызвали возражения властей. В ответ на ходатайства министр внутренних дел Д.А. Толстой заявил, что «съезд

Однако усложнявшаяся обстановка пореформенного развития страны все более настойчиво требовала определенной координации действий дворянских обществ. При выработке ходатайств собрания и их органы в этих целях широко использовали переписку, обмен постановлениями, материалами комиссий и т. п. Наконец, и правительство в связи с предпринимавшимися им в конце 80—90 годов попытками упрочить пошатнувшиеся позиции высшего сословия оказалось перед необходимостью иметь коллективное мнение дворянства о путях решения этой проблемы. По инициативе МВД, заручившегося согласием императора, в феврале 1896 г. в Петербурге состоялось первое совещание губернских предводителей. В ходе его были рассмотрены более 80 вопросов, касавшихся нужд сословия, и выработаны предложения, послужившие затем отправным материалом для составления программы Особого совещания по делам дворянства. С этого времени встречи предводителей стали проводиться ежегодно и даже по нескольку раз в год. Предметом обсуждения их были первоначально вопросы, стоявшие в повестке Особого совещания. Круг их постепенно расширялся, и вскоре к предводителям стали обращаться министерства с просьбами дать отзыв на тот или иной законопроект, затрагивавший интересы сословия.



Дворянское собрание



Губернские и уездные собрания являлись представительными органами дворянского общества. Участвовать в собрании можно было в трех формах: 1) присутствовать; 2) пользоваться пассивным избирательным правом — занимать выборную должность и голосовать за всякие решения, принимаемые дворянскими собраниями, но без права выбирать должностных лиц по дворянской и коронной службе; 3) пользоваться активным избирательным правом — голосовать за всякие решения, выбирать и быть избранным на должности по дворянской и коронной службе. Присутствовать в дворянском собрании имели право (а не обязанность!) практически все потомственные дворяне мужского пола в возрасте 25 лет и старше, внесенные в родословную книгу данной губернии, не опороченные по суду и не исключенные из общества по его приговору. Для получения пассивного избирательного права достаточно было кроме перечисленных условий располагать ежегодным доходом не менее 100 р., а для получения активного избирательного права необходимо было иметь классный чин или орден и владеть населенным имением в данной губернии. Цензы лишали всех личных дворян (на их долю приходилось 44% всего дворянства) даже права присутствовать на дворянском собрании, давали пассивное избирательное право лишь 40%, а активное избирательное право — лишь около 16% потомственных дворян, или 8% всех дворян мужского пола.

Цензы на право присутствия в дворянском собрании в дальнейшем не изменялись, за исключением возрастного, который был понижен до 21 года. Имущественный ценз для активного избирательного права в 1831 и 1836 гг. был повышен: требовалось владеть 100 крепостными мужского пола либо 3000 десятин (3270 га) незаселенной земли. Полковникам или действительным тайным советникам достаточно было иметь 5 душ крепостных или 164 га земли. Мелкие помещики, имеющие не менее 1/20 полного ценза, т. е. 5 крепостных или 164 га земли, могли получить активное избирательное право в складчину. Такая группа выбирала из своего состава одного уполномоченного, который располагал в собрании одним голосом. В результате этой реформы около 40% дворян-помещиков потеряли право голоса в дворянском собрании. Активное избирательное право сохранили примерно 13 тыс. помещиков, что составляло около 5—6% потомственных, или 3% всех дворян мужского пола. Ценз для пассивного избирательного права, наоборот, был понижен: все потомственные дворяне губернии старше 21 года, не привлекавшиеся к суду, получили право избираться на все выборные должности, а личные дворяне — на должности заседателя земских судов (правления уездной полиции) и земского исправника (начальника уездной полиции). Разрешение избирать личных дворян на некоторые выборные должности устанавливало связь между ними и дворянским обществом, но эта тенденция не получила развития. В 1889 г. в связи с полицейской реформой личные дворяне утратили это право и тем самым потеряли последнюю реальную связь с дворянским обществом.

В пореформенное время имущественный ценз для получения пассивного избирательного права остался прежним, а ценз для обладания активным избирательным правом стал понижаться. В 1890 г. ценз для получения активного избирательного права был вторично понижен. Однако на этот раз уменьшение ценза не привело к росту электората, так как многие дворяне разорились и продали землю. В конце XIX в. этому цензу соответствовало примерно 55 тыс. дворян Европейской России, что составляло около 13% от числа потомственных и 8—9% от общего числа дворян мужского пола. Процент цензовых дворян через 100 лет после введения дворянского самоуправления вернулся к исходному рубежу конца XVIII в.

Таким образом, дворянское собрание находилось в руках дворянской элиты, доля которой редко поднималась выше 10% общей численности дворянского общества. Основу дворянского собрания как до, так и после 1861 г. составляло потомственное поместное дворянство, которое после освобождения от обязательной службы в 1762 г. в массе своей проживало в своих поместьях. В 1858 г. 67% от общего числа дворян находились в деревне. Поскольку, по данным 1897 г., доля потомственных дворян в сельской местности в 2.2 раза превышала долю проживавших там же личных дворян, то можно предположить, что в 1858 г. около 80% потомственных дворян жили в деревне. К 1897 г. эта доля существенно понизилась — до 53%.

Следовательно, социальная база дворянских обществ всегда находилась не просто в провинции, а в деревне; интересы дворянских обществ всегда должны были иметь аграрную окраску, так как их выражали помещики — члены дворянского собрания. Однако в силу того, что значительная часть потомственного и большинство личных дворян имели местожительство в провинциальных городах, дворянство не было совсем безразличным к тому, что происходило в городах. Порядок участия дворян в собраниях, так же как и процедура их проведения, носил строго формальный характер, никаких признаков непосредственной демократии, свойственных крестьянским или городским сходам, там не наблюдалось.

Далеко не все цензовые дворяне пользовались своим правом участвовать в самоуправлении, был широко распространен абсентеизм, что следует признать нормальным явлением. Всюду, где не было принуждения, общественные мероприятия, включая выборы, редко привлекали более половины тех лиц, кто имел на это право. Подъем общественной активности наблюдался в 1785 —1796 гг., при Павле I (1796—1801) он упал и сами собрания были запрещены. В начале царствования Александра I активность вновь возросла, а в 1820-е гг. — упала. Ввиду этого Николай I в 1831 г. признал участие дворян в собраниях обязанностью, уклонение от которой каралось штрафом и временным исключением из собрания. Но это постановление не имело серьезных последствий. В период подготовки Великих реформ и их проведения в 1860-х гг. без всякого принуждения сверху обнаружился спонтанный рост общественной активности дворян, в том числе и в их обществах. Но затем активность вновь пошла на убыль, и в конце XIX в. в дворянских собраниях принимали участие около 21% из имевших на это право. Обычно наибольшую активность в дворянских собраниях проявляли средние и крупные помещики, наименьшую — мелкие и крупнейшие помещики. Мелкие помещики игнорировали собрания из-за бедности и страха попасть в унизительное положение, крупнейшие — из-за спеси и стремления продемонстрировать свою независимость от местного дворянского общества. Богатейшие помещики, как правило, были близки ко двору, занимали влиятельное положение в столице, были тесно связаны друг с другом и считали излишним свое непосредственное участие в жизни местного дворянского общества.

Часто факт абсентеизма приводится в доказательство того, что дворянское самоуправление было не правом и привилегией, а обязанностью дворян поставлять чиновников в коронные учреждения.

Однако, во-первых, по закону нельзя было заставить дворянина служить против его воли, как это было в городских и крестьянских общинах; во-вторых, абсентеизмом отличались преимущественно крайние страты дворянства; в-третьих, дворянство уклонялось от участия в собраниях и от выборной службы не потому, что не ценило дворянское общество и не дорожило выборной службой, а потому, что искало более выгодную и престижную службу в центральных учреждениях, особенно по военной части. После неудачных поисков в столицах желающие служить возвращались в провинцию и поступали на службу в какое-нибудь местное учреждение. Поскольку неудачниками, как правило, были бедные и незнатные дворяне, то дворянские выборы превращались в раздачу богатым дворянством должностей беднейшим дворянам для доставления им средств существования и ради поддержания чести всей дворянской корпорации. Поэтому выборная служба высоко ценилась большей частью дворянства.

Дворянское собрание всегда имело в глазах дворянства большую социальную значимость, потому что оно выполняло две важные и высоко им ценимые общественные функции: во-первых, ограничивало произвол коронной администрации, защищая своих членов от ее злоупотреблений, и, во - вторых, служило выразителем общественного мнения (до 1861 г. это было мнение всего образованного общества, а после Великих реформ — мнение дворянского сословия), с которым коронная администрация всегда считалась.

В полной мере дворянские собрания функционировали до 1863 г. в 44 губерниях, после 1863 г. — в 37, включая Тифлисскую и Кутаисскую губернии.

Дворянские собрания разделялись на губернские и уездные. С 1831 г. те и другие могли быть обыкновенными — для решения всяких дел, касающихся губернского дворянского общества, и чрезвычайными — для решения дел, не терпящих отлагательства. Первые созывались раз в три года губернатором, вторые — по мере необходимости губернским предводителем с разрешения губернатора. В день, назначенный для открытия собрания, губернатор приводил дворян к присяге в церкви, но сам не имел права присутствовать на собрании, хотя бы и был помещиком данного уезда или губернии. На уездном собрании председательствовал уездный предводитель дворянства, на губернском — губернский предводитель дворянства. В компетенцию обыкновенных губернских дворянских собраний входило: 1) избрание должностных лиц по дворянскому самоуправлению, в дворянский суд и в коронные учреждения; 2) представления и жалобы коронной администрации и государю об общественных нуждах и потребностях местного дворянства; 3) установление размеров денежных сборов на нужды дворянского общества; 4) исключение из среды собрания «порочных членов»; 5) проверка дворянских родословных книг; 6) распоряжения относительно использования имущества, принадлежавшего дворянскому обществу; 7) составление смет и раскладка земских повинностей с помещичьих имений (с 1805 г.). Обыкновенные уездные дворянские собрания имели ограниченные функции. Они собирались за три месяца до открытия губернского собрания с целью составления двух списков — списка дворян уезда, имевших право участвовать в губернском собрании, и списка лиц, изъявивших желание служить по выборам, а также для выборов лиц в комиссию по проверке финансового отчета и посредников полюбовного размежевания спорных земель между дворянами уезда. Таким образом, важнейшие решения, касающиеся местного дворянства, и выборы лиц на общественные и коронные должности являлись прерогативой обыкновенных губернских дворянских собраний. Чрезвычайные дворянские собрания и в губернии, и в уезде собирались редко и не имели сколько-нибудь серьезного значения.

В соответствии с законом дворянские собрания регулярно представляли правительству и государю свои ходатайства. В 1785—1831 гг. не существовало никаких ограничений относительно предмета прошений, а сами ходатайства по желанию дворянства могли представляться непосредственно государю через особо избранных самим дворянством депутатов. В 1831 г. Николай I постановил, чтобы дворянское собрание передавало свое ходатайство лично императору через своих депутатов только тогда, когда сам император вызовет депутатов, причем их не могло быть более трех человек. Предмет ходатайства был ограничен местными, но не обязательно сословными, дворянскими нуждами. В 1865 г. Александр II ограничил предмет ходатайства только дворянскими нуждами и ввел запрещение на то, чтобы одно какое - нибудь сословие (здесь имелось в виду прежде всего дворянство) говорило от имени других сословий и брало на себя инициативу в вопросах, решение которых зависело исключительно от верховной власти. В 1888 г. предмет дворянских ходатайств снова расширился до уровня местных нужд губернии. Конституция 1906 г. даровала всем сословиям право апелляции к верховной власти.

Дворянское собрание пользовалось правом налогообложения дворян на условиях как добровольности, так и обязательности. В дореформенное время облагалась только земля, с 1870-х гг. стали облагаться другие недвижимые имущества, в частности городские дома. Капиталы дворянских обществ пополнялись также за счет пожертвований и вкладов по завещаниям. Дворянские общества долго боролись за переход в их собственность выморочных дворянских имуществ и капиталов, которые по закону отходили к казне. Первую уступку в этом вопросе правительство сделало в 1883 г., а в 1902 г. полностью удовлетворило их желание. Благодаря этому дворянские общества стали получать значительные капиталы. Например, за 1883—1892 гг. по всем губерниям Европейской России дворянские общества получили выморочных земель, денег и ценных бумаг на 3 млн р. После 1861 г. расходы на материальную помощь бедным дворянам стали наиболее крупной статьей в бюджете дворянских обществ, которые учреждали и содержали богадельни, приюты, сиротские и воспитательные дома. В 1902 г. во всех губерниях с помощью государства были учреждены губернские дворянские кассы, призванные помогать местным потомственным дворянам в уплате долгов и по случаю разного рода «бедственных событий».

Дисциплинарная власть дворянских собраний состояла в их праве исключать из собрания дворян, бывших под судом, а также тех, которые не судились, но за которыми всем известен «явный и бесчестный поступок». Для исключения требовалось большинство в две трети голосов, решение не подлежало апелляции.

Дворянские общества в лице своих органов самоуправления использовали право заниматься предпринимательством. С 1805 г. они без очереди брали на откуп сбор земских налогов, с 1816 г. допускались к подрядам на поставки в казну провианта для войск и т. п. Наконец, с 1902 г. дворянские общества пользовались полной свободой в своей хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Дворянские собрания долго и упорно ходатайствовали перед правительством о предоставлении им права возводить в дворянство и отказывать нежелательным лицам в записи в губернскую родословную книгу. Однако в этой сфере им удалось добиться немногого. По закону дворянские собрания сами устанавливали размер вступительного взноса, уплачиваемого при записи в родословную книгу, но его максимальный предел регулировался правительством. В 1895 г. максимум был повышен с 60 до 200 р. В 1900 г. дворянские собрания получили право отказывать лицам, получившим дворянство, в записи в дворянскую книгу, если они не имели достаточного количества земли в губернии. Но без такой записи новоиспеченный дворянин не мог подтвердить своего дворянского достоинства, и правительство попадало в пикантную ситуацию: оно возводило в дворянство, а дворянское общество этого как бы не признавало. Тогда в 1904 г. была учреждена всероссийская родословная книга, которую вел департамент герольдии Сената, куда могли записаться лица, возведенные в дворянство, но получившие отказ от губернского дворянского общества записать их в дворянскую книгу.



Выборные должностные лица



Как до, так и после реформ 1860-х гг. губернские и уездные дворянские собрания избирали кроме лиц на службу в органы дворянского самоуправления множество лиц на службу в различные коронные губернские и уездные учреждения, правда, после 1860-х гг. число выборных чиновников существенно сократилось. Интересно отметить, что с 1797 по 1806 г. жалованье этим лицам выплачивалось за счет сборов с дворянских имений, т. е. дворянство в существенной мере содержало местную коронную администрацию. Служба в коронных учреждениях официально считалась и в действительности являлась важнейшей государственной функцией дворянских обществ. Выборные чиновники не должны были забывать дворянские интересы и на коронной службе, а те, кто этим пренебрегал, не избирались на следующий срок. До 1831 г. служба лиц как по дворянскому самоуправлению, так и по местному коронному управлению не являлась в полном смысле коронной: хотя на время службы им присваивались чины, но повышение в чинах и представление к орденам происходило на других основаниях, чем на государственной службе. С 1831 г. по желанию самих дворян выборная дворянская служба во всех отношениях сравнялась с государственной. Таким образом, дворянские выборные, подобно городским и крестьянским выборным, служили одновременно и своему дворянскому обществу, и короне. Дуализм их обязанностей оставался характерной чертой выборной дворянской службы вплоть до 1917 г.

Все лица на должности по дворянскому самоуправлению избирались во время проведения губернского дворянского собрания, при этом на должности губернского уровня (губернский предводитель дворянства, секретарь дворянского собрания, представители дворянства в губернские комитеты и комиссии, специализировавшиеся на особой сфере местного управления) — самим дворянским собранием, а на должности уездного уровня (уездные предводители дворянства, члены депутатских собраний, заседатели опек и уездных судов и др.) — представителями каждого уезда, участвовавшими в дворянском собрании, которые собирались порознь. Выборы совершались тайным голосованием. Среди собственно дворянских должностей на первом месте стояли губернский и уездные предводители дворянства. Уездные предводители подлежали утверждению губернатором, губернские — до 1831 г. губернатором, после — императором, который выбирал одного из двух кандидатов, представленных дворянским собранием. Губернский и уездный предводители были независимы друг от друга, функции у них были во многом похожи, оба представляли, типичный для России пример сословного лидера, который одновременно имел много обязанностей по коронному управлению.

В компетенцию губернского предводителя дворянства входило решение как чисто сословных, так и административных вопросов по местному коронному управлению. Из сословных дел на протяжении 1785—1917 гг. наиболее важные состояли в следующем: руководство деятельностью дворянских собраний, представления правительству о дворянских нуждах, хранение и расходование казны дворянского общества, собирание сведений о рождении дворян, их поведении, образе жизни и имущественном положении и выдача о том свидетельств (в частности, свидетельств о бедности, которые требовались при получении государственной стипендии для учащихся дворян или для получения пособия). Что касается дел из сферы коронной администрации, то одни из них входили в компетенцию губернского предводителя вплоть до 1917 г. (например, посредничество между правительством и дворянским собранием, увольнение с выборной дворянской службы, участие в качестве члена во всех совещательных при губернаторе учреждениях — в губернской строительной комиссии, комитете о земских повинностях и т. д.), другие дела — только до 1860-х гг. (например, надзор за отношениями между помещиками и крепостными, участие в раскладке рекрутской повинности между помещичьими имениями до введения всеобщей воинской повинности в 1874 г., составление смет земских повинностей321), третьи — появились после отмены крепостного права (например, участие в разрешении споров между помещиками и крестьянами).

В компетенцию уездного предводителя по сословному самоуправлению на протяжении 1785—1917 гг. входило ведение списков дворян уезда, председательство в дворянской опеке и ревизионной комиссии по проверке финансовой отчетности, а по коронному управлению до 1860 - х гг. — надзор за детьми канцелярских служителей, сдача на откуп земских повинностей, выдача свидетельств о крестьянах, ссылаемых помещиками в Сибирь. Фактически уездному предводителю приходилось в той или иной форме участвовать практически во всех делах местного коронного управления на уездном уровне. Реформы 1860-х гг. увеличили его обязанности по коронному управлению, так как уездный предводитель стал председателем всех вновь созданных уездных совещательных при коронной администрации организаций, которые до 1860-х гг. существовали только на губернском уровне (например, уездные присутствия по крестьянским делам, по воинской повинности, по питейным делам и т. д.).


Депутатское собрание и дворянские опеки



Дворянское депутатское собрание включало губернского предводителя дворянства и по одному представителю от уезда, избираемому на три года. Оно рассматривало материалы и доклады к предстоящему губернскому собранию, ведало губернскими родословными книгами дворянства и формулярными списками лиц, служивших по дворянским выборам, выдавало свидетельства о дворянстве, составляло списки дворян, рассматривало вопросы об исключении дворян из членов собрания и взятии опек над имениями. По существу депутатское собрание выполняло функции ревизионного органа, проверяющего мандат на принадлежность лица к дворянскому обществу и дворянскому собранию. В пореформенное время в компетенцию депутатского собрания вошло также обсуждение вопросов, переданных на его отзыв правительством, что стало также важнейшей государственной функцией всего дворянского общества. С 1880-х гг. в работе депутатского собрания стали принимать участие все уездные представители дворянства. С 1902 г. депутатское собрание губернского и уездных предводителей и уездных представителей дворянства получило статус отдельного дворянского корпоративного органа и подчинялось только Сенату. Уездные дворянские опеки, включавшие уездного предводителя дворянства и заседателей, осуществляли опекунство над несовершеннолетними си ротами, престарелыми и «явными расточителями своих имуществ»; до отмены крепостного права в опеку брались имения помещиков, которые злоупотребляли своей властью над крестьянами. Под опекой находились тысячи имений, и масштабы этой деятельности постоянно расширялись. Например, с 1885 по 1895 г. число дворянских опекунств увеличилось с 15 670 до 16 429, а стоимость имущества, подведомственного опекам, — до 243 млн р.




Заключение



Итак, дворянство никогда не знало организации общинного типа. Каждый дворянин всегда нес индивидуальную ответственность за свою службу, когда она была обязательной, за преступления, обязательства и долги; все обязанности перед другими юридическими лицами выполнял также индивидуально. Дворяне не знали круговой поруки, коллективной собственности на землю и другое имущество, которым владели индивидуально и распоряжались по своему личному усмотрению даже до 1762 г., когда земля не являлась их безусловной частной собственностью. Межличностные отношения между дворянами никогда не носили соседского, товарищеского характера. Дворяне одного уезда поддерживали довольно тесные контакты друг с другом, почти все они знали друг друга лично, так как считалось неприличным не делать ежегодных визитов друг к другу. Но личные, земляческие контакты не создавали интимных, эмоциональных связей, как в сельской общине, поскольку они, как правило, не переходили границ вежливых, уважительных, формальных отношений.

В XVI—XVII вв. дворянская служба протекала в рамках служилого города— корпорации, мало напоминавшей общинную структуру. К началу XVIII в. служилый город перестал отвечать требованиям времени и прекратил свое существование, но дворянская корпорация не умерла вместе с ним. На новых основаниях она возродилась в течение 1761 —1785 гг. и получила законодательное оформление в Жалованной грамоте дворянству 1785 г. как губернское дворянское общество. Возникшее спонтанно и поддержанное законом, дворянское общество принципиальным образом отличалось от крестьянской или посадской общин: оно объединяло свободных людей высокого социального статуса, управлялось представительным собранием и выбранными на нем должностными лицами, не имело принудительного характера и административно-полицейской власти над своими членами, его организация и компетенция были четко определены в законе. Дворянское общество, подобно крестьянским и городским общинам, отличалось структурным и функциональным дуализмом, поскольку обслуживало как местные, сословные, так и государственные интересы, но оно было теснее связано с государством, которое считало дворян своей социальной опорой в провинции и возлагало на них большие обязанности по местному коронному управлению. Поэтому дворянские общества всегда получали от государства поддержку.

Еще до Великих реформ 1860-х гг. каждое дворянское общество представляло собой сложившийся элемент гражданского общества, поскольку являлось автономным от государства сообществом свободных граждан со своей организацией, через которую они имели право и возможность влиять на политику правительства. Органы дворянского общества действовали по закону и на основе разделения властей: распорядительная власть принадлежала дворянскому собранию, исполнительная — предводителям, ревизионная — депутатским собраниям, судебная — уездному и верхнему земскому суду. Закон установил компетенцию всех органов дворянского самоуправления, определил отношения между ними и между ними и членами дворянских обществ, установил четкие процедуры для дискуссий, принятия решений и их реализации. Дворянское общество имело свой представительный орган в лице дворянского собрания, в деятельности которого можно видеть зачатки парламентаризма: там действовали заинтересованные группы лиц, иногда с различными политическими взглядами; эти группы по определенным правилам и в рамках закона вели борьбу за достижение своих целей. Не случайно именно в дворянских обществах впервые зарождались идеи введения в России конституционного порядка, ограничения самодержавия, создания всероссийской политической организации. Дворянские общества имели реальную возможность влиять не только на губернскую коронную администрацию, но и на правительство.


Список использованной литературы



Миронов Б.Н. - Социальная история России периода империи (XVIII—начало XX в.) В 2 Т. – 2003. Т 1. 

Корелин А.П. Дворянство в пореформенной России. 1861-1904 гг.: Состав, численность, корпоративная организация. М.,1979.



2



1