Судебный надзор и основания для отмены судебных постановлений

Федеральное агентство по образованию



МЕЖДУНАРОДНЫЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ



Кафедра гражданского права





КУРСОВАЯ РАБОТА





тема:

Судебный надзор и основания для отмены судебных постановлений





Выполнил

студент гр. 41-ЮЗ2 

Проверил:























г. Архаровск 2008 г.


Оглавление



Введение

1. Сущность, возникновение и развитие судебного надзора в Российской Федерации

2. Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора 

2.1 Общая характеристика оснований для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора

2.2 Существенное нарушение процессуального законодательства как основание для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора

2.3 Существенное нарушение норм материального права как основание для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора

Заключение 

Список использованной литературы




Введение



Часть 1 статьи 46 Конституции РФ гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод на том основании, что государство обязано охранять достоинство личности во всех сферах, чем утверждается приоритет личности, ее прав и свобод (ст. 2, ч. 2 ст. 17, ст. 18, ч. 1 ст. 21). 

Право каждого на доступ к правосудию сформулирован в соответствии с международными договорами, в том числе в соответствии со ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод о праве на справедливое судебное разбирательство. 

Право на судебную защиту обеспечивается любому лицу – гражданину России, иностранцу и лицу без гражданства. Защите подлежат любые права и свободы, в каком бы документе они ни были закреплены. Это право носит универсальный характер и не знает никаких исключений. Личность в ее взаимоотношениях с государством выступает не как объект государственной деятельности, а как равноправный субъект, который вправе защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов. 

Главная функция органов правосудия – судебная защита прав и свобод человека и гражданина.

Суд обеспечивает реализацию гарантированного государством права на судебную защиту всем гражданам независимо от того, какую роль они играют в правовом конфликте. 

Таким образом, судебная власть восстанавливает нарушенное право, обеспечивает возмещение причиненного вреда, ограждает права и свободы от их необоснованного ограничения или нарушения.

Право на обращение в суд надзорной инстанции является проявлением конституционного принципа права на судебную защиту. В связи с этим ст. 376 Гражданского процессуального кодекса РФ полностью соответствует названному принципу, предусматривая широкий круг субъектов, обладающих данным правом.

Главная особенность судебного надзора состоит в том, что он является способом пересмотра вступивших в законную силу актов правосудия. Он призван решать одну из самых важных задач гражданского судопроизводства и гарантировать правильность осуществления правосудия в стране. Это обстоятельство дает возможность понять причины постоянной заботы законодателя о последовательном совершенствовании судебного надзора. 

Судебный надзор - это функция суда, направленная на проверку законности и обоснованности вступивших в силу постановлений нижестоящих судов, исправление их ошибок и осуществление на этой основе руководства судебной практикой с целью обеспечения строгой законности правосудия.

Целью написания данной курсовой работы является исследование следующих вопросов: понятие и сущность судебного надзора, а также основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора, полномочия суда надзорной инстанции. 




1. Сущность, возникновение и развитие судебного надзора в Российской Федерации



Гражданский процессуальный кодекс РФ предусматривает два вида пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу, а именно: пересмотр в порядке надзора и пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам. Соответственно двум видам пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу, посвящены главы 41 и 42 ГПК РФ, объединенные в раздел IV ГПК РФ.

И.В. Решетникова отмечает, что пересмотр судебных постановлений в надзорном порядке традиционно рассматривался в качестве исключительной стадии гражданского процесса, поскольку ранее лишь определенные законом должностные лица были наделены правом принесения протеста в порядке надзора. 

В настоящее время ГПК РФ изменил процедуру возбуждения дела для пересмотра судебного постановления, вступившего в законную силу, в порядке надзора, значительно упростив ее и приблизив к лицам, участвующим в деле. Теперь исключительность данной стадии процесса, по мнению И.В. Решетниковой, может быть связана лишь с тем, что пересмотру подвергаются уже вступившие в законную силу судебные постановления.

А.Б.Борисова придерживается такой же точки зрения, отмечая, что «несмотря на новое содержание, производство в суде надзорной инстанции по-прежнему можно считать исключительной стадией гражданского и арбитражного процессов, поскольку проверяется вступившее в законную силу судебное постановление. В гражданском процессе зарубежных государств такой способ обжалования называется чрезвычайным».

Надзорный пересмотр судебных постановлений, вступивших в законную силу, возник в Советской России, и можно считать его уникальной формой пересмотра, поскольку в мире распространены апелляция, кассация и ревизия. 

Надзорное производство, зародившись в России, позже распространилось на бывшие социалистические страны Европы. 

Институт пересмотра дел в порядке судебного надзора прошел сложный путь развития. 

Впервые идея создания в стране единого верховного судебного контроля законодательно была выражена в Декрете о суде от 7 марта 1918 г. N 2, но ее реализация относится к 10 марта 1921 г., когда Декретом ВЦИК и СНК РСФСР было утверждено Положение о высшем судебном контроле. Осуществление высшего судебного контроля первоначально возлагалось на Народный комиссариат юстиции РСФСР, который должен был пересматривать дела по требованию центральных, областных, губернских органов власти, а также по собственной инициативе. 

Таким образом, вначале высший судебный контроль складывался как централизованный порядок пересмотра по инициативе органов государственной власти вступивших в законную силу решений, противоречащих нормам советского права и общей политике правительства.

Вскоре функция надзора отошла к компетенции образованного Верховного Суда РСФСР, а с 1923 г. ее реализация была поручена также Верховному Суду СССР. Пленарное заседание Верховного Суда СССР получило право пересматривать в порядке надзора постановления Верховных судов союзных республик. Так, на первом этапе развития, к 1925 г. в СССР сложилась централизованная система судебного надзора.

В дальнейшем развитие рассматриваемого института шло по пути децентрализации и расширения круга лиц, которые имели право приносить протесты на акты правосудия, вступившие в законную силу. 

Законом о судоустройстве СССР от 16 августа 1938 г. судебный надзор был сосредоточен в ведении Верховного Суда СССР и Верховных судов союзных республик. 

Возврат к децентрализованной системе судебного надзора был осуществлен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 августа 1954 г. "Об образовании президиумов в составе Верховных судов союзных и автономных республик, краевых, областных судов и судов автономных областей". Основные положения Указа, предоставившего надзорные полномочия судам так называемого среднего звена, были восприняты процессуальным законодательством, где действуют и в настоящее время, но с существенными коррективами, внесенными впоследствии.

К.И.Комиссаров отмечает, что судебный надзор как самостоятельный процессуально-правовой институт появился в советское время и формировался, постепенно совершенствуясь, в результате взаимообусловленности следующих трех основных моментов.

Во-первых, провозглашенный конституционным принцип законности обусловливал необходимость аннулирования таких актов правосудия, которые хотя и вступили в силу, но существенно противоречили закону.

Во-вторых, в интересах сторон нельзя было предоставлять возможность бесконечного обжалования решений, тем самым снижать их стабильность, затягивать исполнение, неоднократно пересматривать только из-за того, что кто-либо из участников процесса с выводами суда не согласен (часто явно необоснованно).

В-третьих, государство с самого начала одну из важнейших задач в области правового регулирования усматривало в том, чтобы продвинуться как можно дальше в усилении вмешательства его в частноправовые отношения.

Таким образом, производство в порядке надзора советского периода имело определенную специфику.

М.М.Гродзинский и В.П. Чапурский отмечали, что "надзорное производство вытекает не из права стороны жаловаться на неправильное, по ее мнению, судебное решение, а из обязанности высших судебно-прокурорских органов наблюдать, чтобы каждое судебное решение соответствовало закону и интересам государства и трудящихся масс".

К.С. Банченко-Любимова обращала внимание на то, что в советском гражданском процессе принята двух инстанционная система разрешения дел. То есть первая инстанция разрешает споры по существу, вторая - осуществляет кассационно-ревизионную проверку. На этом заканчивается процесс рассмотрения дела, решение вступает в силу, оно для всех обязательно к исполнению и может быть принудительно исполненным. Третьей инстанции в советском судебном процессе не существует. Кроме того, существует исключительный, особый по форме и по содержанию способ пересмотра судебных постановлений, вошедших в законную силу, который осуществляется независимо от воли сторон, а только при наличии протеста правомочных должностных лиц суда и прокуратуры.

Надзорное производство связывалось с деятельностью соответствующих должностных лиц судебно-прокурорских органов по изучению надзорной жалобы или других документов, послуживших поводом к возбуждению надзорного производства, истребованию дела для проверки фактов, изложенных в надзорной жалобе или ином документе, принесению протестов в порядке надзора.

В последнее время данная стадия судопроизводства переживает период кардинального реформирования во всех странах СНГ, сохранивших надзорное производство в своих процессуальных кодексах. 

Можно выделить основные направления, по которым идет реформирование данной стадии процесса.

Во-первых, это установление временного отрезка, в рамках которого возможен пересмотр в порядке надзора судебных постановлений, вступивших в законную силу. 

Ранее ГПК РСФСР предусматривал возможность бессрочного (т.е. не ограниченного временем) опротестования в надзорном порядке судебных актов, вступивших в законную силу. Данное положение, будучи определенной гарантией проверки законности вступивших в законную силу судебных актов, тем не менее не могло способствовать стабильности судебных постановлений. 

В настоящее время в странах СНГ, в том числе и в России, происходит установление ограниченного срока, в рамках которого возможен пересмотр вступивших в законную силу судебных постановлений.

Во-вторых, предоставление права на надзорное обжалование судебных постановлений, вступивших в законную силу, не только перечисленным в законе должностным лицам, но и лицам, участвующим в деле. Здесь отражается общая тенденция к сокращению полномочий прокуратуры в гражданском процессе, в т.ч. в надзорном производстве.

В целом развитие надзорного производства характеризуется повышением прав лиц, участвующим в деле. В этом отношении показательны правовые позиции, сформулированные Конституционным Судом РФ в Постановлении Конституционного Суда от 14 апреля 1999 года N 6-П по делу о проверке конституционности положений ч. 1 статьи 325 ГПК РСФСР в связи с жалобами граждан Б.Л.Дрибинского и А.А.Майстрова: «Объем процессуальных прав, предоставляемых в надзорной инстанции сторонам и другим лицам, участвующим в деле, может быть меньше, чем в суде первой инстанции, рассматривающем дело по существу на основе непосредственного исследования всех известных доказательств. Однако при определении этих прав законодатель должен учитывать закрепленные в Конституции Российской Федерации положения о равенстве граждан перед законом и судом (статья 19, часть 1), гарантиях судебной защиты прав и свобод (статья 46, часть 1) и об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3). Это означает, что на разных стадиях гражданского процесса, в том числе в надзорной инстанции, стороны должны обладать соответственно равными процессуальными правами... Предоставление названных прав (статьями 325, 328 и др. ГПК РСФСР) лишь одному или некоторым участникам гражданского процесса означает их преимущественное по сравнению с другими участниками положение, наделяет их дополнительными возможностями в отстаивании своей позиции, в обсуждении всех вопросов, связанных с разбирательством дела в надзорной инстанции, что нарушает равенство граждан в праве на судебную защиту...»

С учетом этого, Конституционный Суд РФ признал не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 46 (часть 1) и 123 (часть 3), положения части первой статьи 325 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в той мере, в какой они позволяют суду надзорной инстанции в случае извещения о судебном заседании одной из сторон или другого лица, участвующего в деле, рассмотреть дело без предоставления другой стороне или другим лицам, участвующим в деле, равных возможностей участвовать в судебном разбирательстве, а также позволяют суду надзорной инстанции определить в конкретном деле объем прав и обязанностей сторон иначе, чем это сделано судами нижестоящих инстанций, не предоставляя лицам, участвующим в деле, права быть выслушанными судом надзорной инстанции.

В-третьих, законодательному регулированию подвергается деятельность различных субъектов до вынесения решения о пересмотре судебного постановления, вступившего в законную силу. Речь идет о принесении надзорной жалобы и ее проверке, об истребовании дела для решения вопроса о необходимости пересмотра судебного постановления в судебном порядке.

Можно привести следующие примеры кардинального реформирования надзорного производства в странах СНГ. 

Например, в Республике Грузия, Республике Армения, Азербайджанской Республике законодатель отказался от надзорного производства и закрепил в ГПК две традиционные для европейских стран формы обжалования судебных постановлений: апелляцию и кассацию.

На Украине 21 июня 2001 г. был принят закон, которым в действующий ГПК "были внесены новеллы, связанные с введением апелляции и кассации (главы 40, 41) и ликвидацией пересмотра судебных постановлений в порядке надзора".

В Республике Беларусь "отказ на стадии проекта от европейской модели пересмотра судебных постановлений с использованием апелляционного и кассационного производства, привел к сохранению надзорного производства возбуждаемого по протестам должностных лиц суда и прокуратуры, и установлению принципов прокурорского и судебного надзора".

В то же время надзорное производство было определенным образом модифицировано. 

Впервые в гражданском процессе Республики Беларусь урегулировано право на подачу надзорных жалоб лишь юридически заинтересованными в исходе дела лицами, а также лицами, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены вынесенным по делу судебным постановлением. На подачу надзорной жалобы установлен трехлетний срок с момента вступления в силу судебного постановления по гражданскому делу (ст.437, 438 ГПК), определены поводы и основания к истребованию дел и принесению протестов в порядке надзора (ст.437 ГПК).

Необходимо обратить внимание на то, что надзорное производство, урегулированное ГПК Республики Беларусь, по своему содержанию аналогично российскому надзорному производству, содержание которого было изменено Федеральном законе от 27 октября 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в ГПК РСФСР".

В ГПК Республики Казахстан надзорное производство также сохранено. Однако в нормы, регулирующие порядок обжалования, рассмотрения жалоб, полномочий и оснований к отмене судебных постановлений судами апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, были внесены существенные изменения. "Эти изменения направлены в целом на реализацию принципа состязательности процесса, но не в ущерб действию принципа законности".

Сравнительный анализ соответствующих норм ГПК ряда стран СНГ позволяет сделать вывод, что реформирование системы проверки судебных постановлений осуществляется по трем направлениям.

Первое направление - это восприятие и отражение в национальном гражданском процессуальном законодательстве европейской модели проверки судебных постановлений и, как следствие этого, - отказ от существовавшего в гражданском процессуальном законодательстве советского периода пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений в порядке надзора (ГПК Азербайджанской Республики, Республики Армения, Республики Грузия).

Другое направление - сохранение надзорного производства советского периода с изменением отдельных норм, не влияющих в итоге на сущность этого вида пересмотра (гл.33 ГПК Республики Беларусь).

Третье направление - при сохранении в ГПК традиционно существующих форм проверки судебных постановлений (кассация, производство в порядке надзора) принципиально изменяется содержательная часть этих форм (ГПК Республики Казахстан, ГПК Российской Федерации).

Особое внимание при реформировании системы проверки судебных постановлений уделяется требованиям международных правовых документов, в первую очередь - требованиям Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и ее протоколов.

Необходимость реформирования российского производства в порядке надзора вызвана как указанными причинами, так и тем, что Российская Федерация после вступления в Совет Европы, присоединения к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, признания юрисдикции Европейского суда по правам человека приняла на себя обязательства по обеспечению права на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (ст.1, п.1 ст.6 Европейской конвенции).

В определенной степени п.1 ст.6 Конвенции "можно рассматривать как содержащий общие характеристики судебных учреждений и общее определение широких параметров, по которым, в конечном счете, можно судить о справедливости того или иного судебного разбирательства. Однако прежде чем сделать такую оценку, индивид должен в первую очередь иметь возможность добиться судебного разбирательства его дела".

Европейский суд по правам человека, рассматривая дело Тумилович против Российской Федерации, пришел к выводу о том, что "пересмотр дела в порядке надзора не является эффективным средством судебной защиты по смыслу п.1 ст.35 Конвенции".

Интересно обратить внимание на то, что соблюдение требований п.1 ст.6 Европейской конвенции послужило одной из причин изменения норм ГПК Германии о ревизионной проверке вступивших в законную силу судебных постановлений. В соответствии с принятым 27 июля 2001 г. и вступившим в действие с 1 января 2002 г. Законом о реформировании гражданского судопроизводства право ревизионного обжалования теперь не ограничивается ценой иска по ревизионной жалобе (ст.543 ГПК в новой редакции и 546 ГПК в прежней редакции).

Все перечисленные выше тенденции нашли свое отражение и в ГПК РФ. 

И.В.Решетникова отмечает, что «несмотря на новое видение содержательной части пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу, в надзорном порядке, значимость данной стадии процесса осталась прежней: это гарантия вступления в законную силу и исполнения законных судебных актов и возможности исправления допущенных судебных ошибок, обеспечение единства судебной практики».

К.И.Комиссаров отмечает, что «предметом судебной деятельности являются сложные общественные отношения. Поэтому при самой совершенной процессуально-правовой регламентации судопроизводства полностью исключить ошибки в разрешении конкретных дел судом первой инстанции практически невозможно». 

Главная особенность судебного надзора состоит в том, что он является способом пересмотра вступивших в законную силу актов правосудия. Он призван решать одну из самых важных задач гражданского судопроизводства и гарантировать правильность осуществления правосудия в стране. Это обстоятельство дает возможность понять причины постоянной заботы законодателя о последовательном совершенствовании судебного надзора. 

Таким образом, судебный надзор - это функция суда, направленная на проверку законности и обоснованности вступивших в силу постановлений нижестоящих судов, исправление их ошибок и осуществление на этой основе руководства судебной практикой с целью обеспечения строгой законности правосудия.

Необходимо обратить внимание на то, что в статье 127 Конституции Российской Федерации говорится о судебном надзоре.

В научной литературе неоднократно отмечалось, что "понятие судебного надзора более широкое, нежели судебно-надзорная стадия процесса, смешивать их не следует, так как исключительная стадия процесса - пересмотр решений и определений, вошедших в законную силу, в порядке надзора есть только часть судебного надзора", надзорный порядок пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений - одна из форм судебного надзора. Другой формой является рассмотрение дел в кассационном порядке.

В соответствии с Конституцией РФ (ст.127) осуществление судебного надзора возможно в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах. 

При понимании существа надзорного пересмотра важно иметь в виду отличия объектов надзорного и кассационного пересмотра.

Объект судебно-надзорного пересмотра шире объекта кассационного обжалования, так как:

- во-первых, предметом кассационного обжалования служат только решения и определения суда первой инстанции, а в надзорном порядке допускается опротестование решений, определений и постановлений судов любой инстанции;

- во-вторых, по делу вследствие неоднократной отмены решений с направлением его на новое рассмотрение может состояться несколько судебных актов, однако возможность кассационного обжалования касается только последнего решения, еще не вступившего в законную силу. Законность и обоснованность ранее отмененных решений кассационная инстанция не проверяет. В надзорном же порядке проверяются все состоявшиеся по делу решения, определения и постановления.

Е.А.Борисова дает следующую характеристику производства в суде надзорной инстанции по ГПК РФ:

- стадия производства в порядке надзора возбуждается по инициативе лиц, участвующих в деле, иных лиц, чьи права нарушены судебными постановлениями. Прокурор вправе возбудить надзорное производство при условии, что он участвовал в рассмотрении дела (ст.376 ГПК);

- в законе установлен срок, в течение которого судебные постановления могут быть обжалованы в порядке надзора: один год с момента вступления в законную силу судебного постановления (ст.376 ГПК РФ);

- возбуждается производство в суде надзорной инстанции путем подачи надзорной жалобы (ст.378 ГПК РФ). Прокурор обращается в суд надзорной инстанции с представлением о пересмотре судебного постановления в порядке надзора. Из ГПК исключено "юридическое понятие "протест", напоминающее о надзоре прокуратуры за судом";

- порядок рассмотрения заявлений, надзорных жалоб, представлений получил детальную процессуальную регламентацию. 

Как справедливо отмечает профессор В.В. Ярков, "процедура возбуждения дел в порядке надзора сделана более прозрачной, на основе решения судьи (в ГПК) или суда (в АПК)".




2. Основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора



2.1 Общая характеристика оснований для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора



Статья 387 ГПК РФ содержит кардинально новое положение об основаниях отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора. Такими основаниями закон назвал не просто незаконность судебного постановления, а существенные нарушения закона. Согласно статье 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

И.А.Приходько судебный акт, принятый с существенным нарушением норм материального или процессуального права (ст. 387 ГПК РФ), не может считаться практикообразующим; следовательно, такой акт нарушает единство судебной практики, соответствующей закону.

ГПК 1964 г. (в ред. 1995 г.) предусматривал несколько иные основания для отмены судебного постановления в надзорном порядке: 

1) неправильное применение или толкование норм материального права; 

2) существенное нарушение норм процессуального права, повлекшее вынесение незаконного судебного постановления (часть 1 статьи 330 ГПК РСФСР).

Таким образом, ранее действовавшее законодательство упоминало о существенном нарушении норм процессуального права, но в увязке с тем, что оно повлекло вынесение незаконного судебного постановления. 

И.В.Решетникова отмечает, что современный подход к определению понятия "существенное нарушение норм материального или процессуального права" законодательно не определен.

А.Е.Ефимов указывает, что в качестве оснований для отмены или изменения судебных актов в надзорном порядке ею обозначается неопределенный круг существенных нарушений норм материального или процессуального права.

П.Н.Осипов отмечает, что существенность нарушения - категория оценочная и подлежит анализу "ad hoc" в каждом конкретном случае. 

В связи с отсутствием указания, что следует понимать под существенным нарушением норм материального или процессуального права. 

Пленум Верховного Суда РФ дал необходимое разъяснение в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации": 

«23. Обратить внимание судов на то, что в силу статьи 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются не любые нарушения норм материального или процессуального права, а только те, которые признаны существенными. В связи с этим пункт 6 части 1 статьи 378 ГПК РФ требует указания в надзорной жалобе или представлении прокурора на то, в чем заключается допущенное судами существенное нарушение закона. Исходя из этого судья, которому в соответствии со статьей 379 ГПК РФ переданы на рассмотрение надзорная жалоба или представление прокурора, должен проверять, указано ли в жалобе или представлении, нарушение какого закона допущено судами и в чем состоит существенность нарушения. В случае отсутствия такого указания жалоба или представление прокурора на основании статьи 380 ГПК РФ должны быть возвращены лицу, их подавшему, без рассмотрения по существу. Такое же указание должно содержаться и в определении суда надзорной инстанции в случае отмены или изменения судебных постановлений (статья 388, пункты 2, 3, 5 части 1 статьи 390 ГПК РФ).

24. Существенность нарушения норм процессуального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам статьи 364 ГПК РФ, в которой указаны случаи таких нарушений, которые влекут безусловную отмену судебных постановлений независимо от доводов жалобы или представления (часть 2); другие нарушения норм процессуального права признаются существенными и влекут отмену судебных постановлений при условии, что они привели или могли привести к неправильному разрешению дела (часть 1).

25. Нарушение норм материального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам статьи 363 ГПК РФ. Существенность этих нарушений оценивается и признается судом надзорной инстанции по каждому делу с учетом его конкретных обстоятельств и значимости последствий этих нарушений для лица, в отношении которого они допущены (нарушения его прав, свобод или охраняемых законом интересов)». 

В надзорной жалобе необходимо указать на то, в чем заключается допущенное судами существенное нарушение закона (п.6 ч.1 ст.378 ГПК РФ). Определения понятия "существенное нарушение закона" в ГПК РФ нет. Однако анализ норм ст.378, 387, 390 ГПК РФ позволяет прийти к выводу о том, что под существенным нарушением закона законодатель имел в виду существенное нарушение норм материального или процессуального права.

Понятие существенности нарушения закона, как разъясняется в постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 20 января 2003 г. (п.23, 24), охватывается содержанием ст.363, 364 ГПК РФ.

Последнее время появилось достаточно много исследований, связанных со сравнительным анализом АПК РФ и ГПК РФ.

Положения статьи 304 АПК РФ определяется конкретный, исчерпывающий перечень оснований для отмены в порядке надзора судебных актов, вступивших в законную силу, то ст. 387 ГПК РФ подобного конкретного перечня не содержит. 

Согласно статье 304 АПК РФ судебные акты арбитражных судов, вступившие в законную силу, подлежат изменению или отмене, если при рассмотрении дела в порядке надзора Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации установит, что оспариваемый судебный акт:

1) нарушает единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права;

2) препятствует принятию законного решения по другому делу;

3) нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы.

В.В.Ефимова, сравнивая статью 304 АПК РФ и ГПК РФ, отмечает, что представляется более удачной формулировка аналогичной статьи в ГПК РФ .

Кроме того, в настоящее время важнейшей проблемой является проблема правового регулирования порядка исполнения в Российской Федерации решений международных правозащитных органов вообще и Европейского суда в частности. 

Более затруднительным, чем выплата компенсаций, является исполнение решений Европейского суда в той части, в которой устанавливается нарушение государством-ответчиком положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сама Конвенция о защите прав человека и основных свобод, предусматривая требование к государству исполнять постановления Суда (статья 46), не содержит указаний на конкретный перечень мер, которые должны быть предприняты государствами для исполнения решений в указанной части. С одной стороны, это означает, что каждое из государств вправе самостоятельно устанавливать соответствующий порядок своим внутренним законодательством. Но, с другой - определенные соображения на данный счет были высказаны Комитетом Министров, на который возложен контроль за исполнением постановлений Суда (статья 46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). Этому вопросу посвящена Рекомендация Комитета Министров Совета Европы N R (2000) 2 от 19 января 2000 г. 

"По пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями 

Европейского суда по правам человека", на ряд положений которой следует обратить внимание.

Прежде всего, отмечается, что обязательства государств, в соответствии со статьей 46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при определенных условиях могут повлечь за собой принятие мер, обеспечивающих восстановление той ситуации, в которой находилось лицо до нарушения Конвенции (restitutio in integrum). Оставляя на усмотрение государств определение мер, наиболее соответствующих достижению restitutio in integrum, Комитет Министров, исходя из практики осуществления контроля за исполнением решений Суда, указывает, что существуют обстоятельства, при которых пересмотр дел или возобновление производства по делу оказываются самыми эффективными, если не единственными мерами для достижения названного эффекта.

Следовательно, Комитет Министров ориентирует государства на то, чтобы предусматривать в своих правовых системах адекватные возможности для пересмотра дел.

Российское законодательство в настоящее время не достаточно последовательно содержит в себе механизм, соответствующий положениям приведенной рекомендации. Среди предложений, которые высказываются есть предложение дополнить статью 387 ГПК РФ таким основанием отмены или изменения вступившего в законную силу судебного акта – в случае "если судебный акт принят на основе нормативного правового, нарушающего положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод, что установлено решением Европейского суда по правам человека". 

Кроме того, в статье 387 ГПК РФ не содержится положение, которое было в ст. 330 ГПК РСФСР: "Не может быть отменено судебное постановление по формальным соображениям".

Это очень важное положение, защищающее лиц, участвующих в деле, от формализма со стороны суда. Но его отсутствие в новом ГПК РФ не должно ничего изменить в данном вопросе: суд надзорной инстанции по-прежнему не должен принимать решения исходя лишь из формальных соображений.

Так, например, нет оснований для отмены решения, если дело, по которому оно вынесено, ошибочно рассмотрено в порядке искового производства, а не, как должно, по правилам, установленным для производства по делам, возникающим из публичных правоотношений (и наоборот), если решение по существу правильное и процессуальные права лиц, участвующих в деле, нарушены не были.

Архангельский областной суд, обобщая причины отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за первое полугодие 2005 года, указывает, что в президиум областного суда было внесено на рассмотрение в порядке надзора 11 надзорных жалоб по гражданским делам, рассмотренным в суде кассационной инстанции. Все указанные жалобы были удовлетворены. 

Президиумом областного суда были отменены кассационные определения судебной коллегии, которые были вынесены: в 2002 году - 1 кассационное определение, в 2003 году - 1 кассационное определение, в 2004 году – 6 кассационных определений и в первом полугодии 2005 года - 3 кассационных определения. 

Причины отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам областного суда по отдельным категориям дел явились: 

неправильное применение и толкование норм материального права - 10 определений (90,9 %);



Категории дел по спорам, возникающим из: 

Количество дел

договорных правоотношений 

1 

жилищных правоотношений 

2 

внедоговорных правоотношений 

1 

пенсионных правоотношений 

4 

социальных правоотношений 

1 

трудовых правоотношений 

1 



существенное нарушение норм процессуального права - 1 определение (9,1 %)

Рассмотрение гражданских дел в суде кассационной инстанции характеризуется следующим образом: 






 

Первое полугодие 



1997

1998

1999г

2000г

2001г

2002

2003г

2004г

2005г

всего поступило дел по жалобам (представлениям) 

1162

1542

1650

1796

1990 

1951 

1698 

1674 

1516 

из них: на решения

887

1232

1282

1447

1481

1285 

1087 

1015 

823 

на определения

275

318

368

349

509

666 

611 

659 

625 

всего окончено производством дел 

1011 

1408 

1502 

1675 

1857 

1859 

1504 

1599 

1448 



Из приведенных выше данных видно, что, если до 2001 года наблюдался постоянный рост числа дел, рассмотренных в кассационной инстанции, то, начиная с 2003 года, имеет место относительное сокращение количества поступивших в кассационную инстанцию и оконченных производством гражданских дел. 

По сравнению с первым полугодием 2004 года количество поступивших гражданских дел в суд кассационной инстанции в первом полугодии 2005 года сократилось на 158 дел или на 9,5 %, из них по кассационным жалобам и представлениям – на 192 дела или на 19,9 %, по частным жалобам и представлениям – на 34 дела или на 5,2 %. 

За первое полугодие 2005 года количество оконченных производством дел в суде кассационной инстанции, рассмотренных по существу, сократилось на 151 дело или на 9,5 %. 

Судом второй инстанций в первом полугодии 2005 года было прекращено кассационное производство по 8 делам (на 25 дел меньше, чем за первое полугодие 2004 года), что составило 0,5 % от числа поступивших дел. 

При этом в связи с ненадлежащим оформлением районными судами гражданских дел при направлении в суд второй инстанции за первое полугодие 2005 года было снято с рассмотрения и возвращено в районные (городские) суды 60 дел (на 18 дел больше, чем за первое полугодие 2004 года), что составило 3,9 % от числа поступивших дел. 

Согласно статистическим данным утверждаемость определений суда кассационной инстанции характеризуется следующим образом: 



 

Первое полугодие 



1997

1998

1999

2000

2001

2002

2002 

2004 

2005

количество отмененных и измененных определений 

10 

13 

33 

19 

21 

11 

19 

12 

11 

утверждаемость в процентах от числа рассмотренных дел 

99,02 

99,07 

97,83 

98,87















2.2 Существенное нарушение процессуального законодательства как основание для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора



Исходя из пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 № 2 дается необходимое разъяснение "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" под существенными нарушениями процессуального законодательства следует понимать основания, указанные в ст. 364 ГПК РФ, в которой указаны случаи таких нарушений, которые влекут безусловную отмену судебных постановлений независимо от доводов жалобы или представления (часть 2); другие нарушения норм процессуального права признаются существенными и влекут отмену судебных постановлений при условии, что они привели или могли привести к неправильному разрешению дела (часть 1). 

Нарушения норм процессуального права по степени значимости в процессуальной науке подразделяются на три группы:

1) формальные нарушения, которые не составляют повода к отмене обжалуемого решения, являющегося по сути правильным (ст. 362 ГПК);

2) существенное нарушение, которое привело или могло привести к неправильному разрешению дела (ч. 1 ст. 364 ГПК);

3) нарушение, составляющее повод к безусловной отмене решения независимо от правильности разрешения дела по существу (ч. 2 ст. 364 ГПК).

Исходя из части 1 статьи 364 ГПК РФ под существенными нарушениями процессуального законодательства следует понимать нарушения норм процессуального права признаются существенными и влекут отмену судебных постановлений при условии, что они привели или могли привести к неправильному разрешению дела. 

Рассмотрим пример из судебной практики Архангельского областного суда. 

К-ва обратилась к К-ву с иском о разделе совместно нажитого в период брака имущества.

Определением суда первой инстанции утверждено мировое соглашение, заключённое между сторонами, производство по делу прекращено. 

Согласно условиям мирового соглашения в пользование истцу переходит квартира, расположенная в ЖСК «Северянка», и гаражный бокс, а в пользование ответчика переходит доля другой квартиры, расположенной в этом же доме, и автомашина. Истец отказывается от заявленных требований к ответчику и все понесенные по делу судебные расходы берет на себя. 

В апелляционном порядке определение суда не обжаловалось.

Президиум указанное определение суда отменил по нижеследующим основаниям.

В соответствии со ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

На основании мирового соглашения, утвержденного судом, выдается исполнительный лист (п. 1 ст. 428 ГПК РФ), который может быть предъявлен к принудительному исполнению.

В случае противоречия мирового соглашения положениям закона суд, руководствуясь ч. 2 ст. 39 ГПК РФ, не утверждает мировое соглашение и продолжает рассмотрение дела по существу.

Следовательно, условия мирового соглашения должны быть сформулированы таким образом, чтобы исключалось их двоякое толкование. Мировое соглашение должно быть исполнимо, то есть все его существенные условия должны быть согласованы лицами, участвующими в деле, и соответствовать закону.

Утвердив мировое соглашение, предусматривающее только переход в пользование сторонам определенного имущества, а также пользование долей в праве собственности на квартиру, суд не учел, что пользование является лишь одним из правомочий собственника, заключающееся в праве потребления вещи.

Таким образом, спор о разделе совместно нажитого во время брака имущества остался неразрешенным, режим общей совместной собственности не прекращен. 

В то же время, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья должен отказать в принятии искового заявления, если имеется определение суда о прекращении производства по делу по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям в связи с утверждением судом мирового соглашения сторон.

На указанное требование гражданско-процессуального законодательства, как препятствующее в будущем разрешению существующего спора, обоснованно указывает податель надзорной жалобы.

При таких обстоятельствах в связи с существенным нарушением судом норм процессуального права определение суда было отменено. 

В соответствии с другим случаем, суд неправомерно прекратил производство по делу в связи со смертью истца при наличии оснований для процессуального правопреемства. 

П. обратился в суд с иском к К. о возмещении материального ущерба, причиненного 26 января 2003 года повреждением принадлежащего ему автомобиля в дорожно-транспортном происшествии, которое имело место быть по вине ответчицы. 

В процессе судебного производства истец умер. 

Супруга умершего истца обратилась в суд с заявлением о признании её правопреемником истца для участия в рассмотрении дела. 

Определением мирового судьи данное гражданское дело было прекращено на основании ст. 220 ГПК РФ в связи со смертью истца. 

Президиум областного суда указанное определение отменил в связи с существенным нарушением судом норм процессуального права. 

Прекращая производство по делу, суд руководствовался ст.220 ГПК РФ. 

Однако, в соответствии с данной правовой нормой суд прекращает производство по делу, если после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемства.

В то же время заявленные истцом требования касались возмещения имущественного ущерба, причиненного повреждением в дорожно-транспортного происшествии принадлежащего ему автомобиля, то есть спорное правоотношение допускало правопреемство. 

При таких обстоятельствах, прекращение производства по делу произведено в нарушение норм процессуального права, так как согласно ст.215 ГПК РФ в случае смерти гражданина, если спорное правоотношение допускает правопреемство, суд обязан приостановить производство по делу, которое может быть возобновлено после определения правопреемника лица, участвующего в деле (ст.217 ГПК РФ).

Суд данные требования закона не выполнил, поэтому вынесенное определение не может быть признано законным и оно подлежит отмене.

Кроме того, президиум указал, что при новом рассмотрении дела суду следует учесть, что наследники истца в порядке универсального правопреемства могут быть допущены судом к участию в деле на стороне истца. 

В связи с изложенным следует обратить внимание на доводы заявителя о том, что на момент смерти истца она являлась его супругой, то есть по закону наследником первой очереди, проживала совместно с ним, продолжая после его смерти пользоваться имуществом, являющимся совместной собственностью супругов, имея в виду, что согласно ст.1153 ГК РФ признается, что наследник принял наследство не только в случае подачи заявления нотариусу о выдаче свидетельства о праве на наследство, но и если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства. 

По другому делу судебной коллегией не было учтено, что отказ от иска, заявленный представителем истца, может быть принят при условии, если такое право ему предоставлено на основании доверенности. 

В. обратился в суд с иском к ОВД Исакогорского округа г. Архангельска о признании права на компенсационные выплаты за участие в боевых действиях и иных мероприятиях по обеспечению порядка на территории Северо-Кавказского региона, взыскании 56100 рублей задолженности по указанным выплатам и перерасчете выслуги лет для назначения пенсии из расчета один месяц за три месяца. 

По заявлению представителя истца определением Исакогорского районного суда г. Архангельска от 15.03.2004 г. был принят отказ от иска в части перерасчета льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии, и производство по делу в указанной части прекращено. 

Решением Исакогорского районного суда г. Архангельска от 15.03.2004 г., оставленным без изменения кассационным определением от 17.05.2004 г., в иске В. к ОВД Исакогорского округа г. Архангельска о взыскании задолженности по компенсационным выплатам за участие в боевых действиях отказано. 

На основании определения судьи Верховного Суда РФ президиум областного суда отменил состоявшиеся по делу судебные постановления, в частности, и определение суда о прекращении производства по делу по иску В. к ОВД Исакогорского округа г. Архангельска в части перерасчета льготного исчисления выслуги лет для назначения пенсии. 

В надзорной жалобе В. указывает на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившееся в принятии отказа от иска в части перерасчета выслуги лет для назначения пенсии, который был заявлен в судебном заседании представителем В., из содержания которой не усматривается наличие у него полномочий на отказ от исковых требований. 

Президиум областного суда признал, что этот довод заслуживает внимания и материалами дела не опровергается. 

Так, в силу ст. 54 ГПК РФ право представителя на полный или частичный отказ от исковых требований должен специально оговариваться в доверенности, выданной представляемым лицом. 

Не проверив полномочия представителя на частичный отказ от исковых требований, суд первой инстанции был не вправе прекращать производство по делу в части требований о перерасчете выслуги лет, поэтому вынесенное по этому вопросу определение от 15 марта 2004 года также является незаконным и подлежит отмене.

Часть 2 названной статьи перечисляет существенные нарушения процессуального законодательства, при наличии которых судебные постановления подлежат обязательной отмене. Эти нарушения процессуального законодательства в большинстве своем касаются нарушений принципов гражданского процессуального права:

1) дело рассмотрено судом в незаконном составе;

2) дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания;

3) при рассмотрении дела были нарушены правила о языке, на котором ведется судебное производство;

4) суд разрешил вопрос о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле;

5) решение суда не подписано судьей или кем-либо из судей, либо решение суда подписано не тем судьей или не теми судьями, которые указаны в решении суда;

6) решение суда принято не теми судьями, которые входили в состав суда, рассматривавшего дело;

7) в деле отсутствует протокол судебного заседания;

8) при принятии решения суда были нарушены правила о тайне совещания судей.

Поскольку невозможно предусмотреть все случаи существенного нарушения процессуального законодательства, законодателем повторена норма, действовавшая и ранее: "Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для отмены решения суда первой инстанции только при условии, если это нарушение или неправильное применение привело или могло привести к неправильному разрешению дела" (ч. 1 ст. 364 ГПК РФ). Это означает, что во всех иных случаях нарушения процессуального законодательства судебные постановления подлежат отмене, если это привело или могло привести к неправильному разрешению дела.

Первое основание, предусмотренное п. 1 ч. 2 статьи 364 ГПК РФ, в последнее время встречается на практике крайне редко. Отмена решения суда по данному основанию возможна в тех случаях, когда вместо коллегиального состава дело рассматривалось судьей единолично. ГПК РФ предусматривает всего лишь одну категорию дел, которые должны рассматриваться судом первой инстанции в коллегиальном составе, - дела о расформировании избирательной комиссии, комиссии о референдуме (абз. 2 ч. 3 ст. 260 ГПК РФ). Кроме того, решение может быть отменено по данному основанию в тех случаях, когда дело рассматривалось судьей, заинтересованным в исходе дела, и имели место основания для его отвода (ст. 16 ГПК РФ). В тех случаях, когда в ходе судебного разбирательства происходит замена судьи и дело не рассматривается заново, решение может быть отменено по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 2 статьи 364 ГПК РФ.

Отмена решения по основанию, указанному в п. 2 ч. 2 статьи 364 ГПК РФ, имеет место в тех случаях, когда в деле отсутствуют доказательства того, что лица, участвующие в деле, не извещены надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела. Отмена решения возможна и в тех случаях, когда лица, участвующие в деле, были извещены о времени и месте рассмотрения дела, но суд начал рассмотрение дела ранее назначенного часа. Время начала судебного заседания должно быть указано в протоколе.

Нарушение правил о национальном языке (п. 3 ч. 2 статьи 364 ГПК РФ) может заключаться в том, что лицу, не владеющему языком, на котором ведется судопроизводство, отказано в предоставлении услуг переводчика, либо перевод был искажен, либо предоставлен не в полном объеме. Принцип национального языка гражданского судопроизводства раскрыт в ст. 9 ГПК РФ.

Основание, предусмотренное п. 4 ч. 2 статьи 364 ГПК РФ, применяется в тех случаях, когда в резолютивной части решения определены права и обязанности лиц, которые не были признаны судом лицами, участвующими в деле, и не были вовлечены в процесс. Например, если при определении порядка пользования квартирой, в которой проживают бывшие супруги с ребенком шестнадцатилетнего возраста, суд не привлек ребенка в качестве третьего лица, хотя в решении было определено, какой из комнат будет пользоваться ребенок. В таких случаях согласно п. 4 ст. 37 ГПК РФ суд обязан привлекать к участию самих несовершеннолетних.

Рассмотрим пример из судебной практики Президиума Архангельского областного суда. 

Судебная коллегия при оставлении без изменения решения суда первой инстанции о выселении не обратила внимание на тот факт, что истцом были заявлены требования к несовершеннолетнему ребенку, который к участию в деле не привлекался, и его интересы в суде оказались не защищенными. 

О-ва Т.Н. обратилась в суд с иском о выселении бывшей невестки О-вой О.Н. из занимаемой квартиры, принадлежащей истице на праве собственности, обосновывая свои требования тем, что в 1994 году ответчица, состоявшая в браке с её сыном, вселилась на спорную жилую площадь и в ней проживала. После расторжения брака О-ва О.Н. квартиру не освободила, квартира нужна истцу для собственного проживания. 

В судебном заседании О-ва Т.Н. дополнила исковые требования заявлением о выселении истицы вместе с несовершеннолетним сыном. 

Решением Ломоносовского районного суда гор. Архангельска от 4.12.2003 г., оставленным без изменения кассационным определением от 19.01.2004 г., иск О-вой Т.Н. был удовлетворен, и О-ва О.Н. с несовершеннолетним сыном О-вым А.А. выселена из квартиры без предоставления другого жилого помещения. 

На основании определения судьи Верховного Суда РФ от 8.12.2004 г. дело передано для рассмотрения по существу в президиум Архангельского областного суда, который отменил состоявшиеся по делу судебные постановления как вынесенные с существенным нарушением норм материального и процессуального права. 

В частности, президиум обратил внимание на то, что первоначально истицей были заявлены исковые требования о выселении только О-вой О.Н. 

В судебном заседании истица дополнила свои требования и просила выселить со спорной жилой площади также несовершеннолетнего О-ва А.А., который в нарушение требований п.3 ст.37 ГПК РФ в установленном законом порядке к участию в деле в качестве ответчика не привлекался. 

Между тем его права в процессе должны были защищать его законные представители, которые в таком качестве также к участию в деле не были привлечены, что свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права, ибо разрешен вопрос о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле. 

Таким образом, судом нарушены требования ст.52 ГПК РФ, а также ст. 38 ГПК РФ, согласно которой стороны в процессе пользуются равными процессуальными правами и несут равные процессуальные обязанности.

Под нарушением тайны совещательной комнаты, предусмотренным п. 8 ч. 2 статьи 364 ГПК РФ, подразумевается, что при постановлении решения судьи покидали совещательную комнату либо совещательную комнату посещали лица, не являющиеся судьями, участвовавшими в рассмотрении дела, а также имело место иное вмешательство в процесс постановления решения.




2.3 Существенное нарушение норм материального права как основание для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора



Статья 387 ГПК РФ предусматривает такое основания для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора как "существенные нарушения норм материального права". 

Е.Алексеевская отмечает, что из этого следует, что законодатель ввел вроде бы новое основание для отмены в порядке надзора судебных постановлений - существенное нарушение норм материального права.

И.В.Решетникова отмечает, что «безусловно, законодатель избрал оценочную норму, доверяя судьям каждый раз решать индивидуально вопрос о существенном характере нарушения права». 

Обращаясь к истории развития института пересмотра судебных постановлений, можно вспомнить, что аналогичную формулировку содержал ГПК РСФСР 1923 года. Постановление ВЦИК и СНК от 30 октября 1930 г. "Об изменениях Гражданского процессуального кодекса РСФСР", которое внесло изменение в ст.254 этого Кодекса, дополнило перечень оснований для отмены решения в порядке надзора оценочным критерием - "существенное нарушение действующих законов или явного нарушения интересов Рабоче-крестьянского государства или трудящихся масс". Такое изменение в процессуальном законодательстве было обусловлено объективными причинами того времени: низкой правовой культурой, дефицитом квалифицированных кадров судейского корпуса и т.д.

Формулировка "существенное нарушение" норм материального права сохранялась и в ГПК РСФСР 1964 года (статья 330). Однако на практике критерий "существенности" в отношении норм материального права никогда не применялся. Основанием к отмене в порядке надзора являлось любое нарушение из перечисленных в статье 307 ГПК РСФСР. Оно расценивалось как существенное нарушение норм материального права.

Федеральный закон от 30 ноября 1995 г. "О внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс РСФСР" отразил такую практику. 

Статья 330 ГПК РСФСР (в ред. от 30 ноября 1995 г.) предусматривала в качестве оснований для отмены судебных актов в порядке надзора: 

неправильное применение или толкование норм материального права; 

существенное нарушение норм процессуального права, повлекшие вынесение незаконного решения, определения, постановления. 

Следует отметить, что критерий "существенности" нарушений норм права был уже только по отношению к процессуальному порядку. Статья 308 ГПК РСФСР расшифровывала такую формулировку, указывая, что нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием к отмене решения лишь при условии, если это нарушение привело или могло привести к неправильному разрешению дела. Этой же нормой устанавливался перечень таких нарушений.

В отношении норм материального права устанавливалось, что основанием к отмене в порядке надзора могло быть неправильное применение или толкование норм материального права. В ст.307 ГПК РСФСР указывались случаи нарушений или неправильных применений норм материального права. Согласно этому перечню нормы материального права считаются нарушенными: если суд не применил закон, подлежащий применению; применил закон, не подлежащий применению, либо когда суд неправильно закон истолковал.

Новая формулировка статьи ГПК РФ, устанавливающая основания для отмены судебных решений в порядке надзора, принята без учета аналогичных норм процессуального законодательства. Так, ст.304 АПК РФ определяет в качестве основания для изменения или отмены в порядке надзора судебного акта, вступившего в законную силу, нарушение единообразия в толковании и применении арбитражными судами норм права. Поскольку дано общее основание - нарушение в толковании и применении норм права, следовательно, подразумевается нарушение как материального, так и процессуального права.

Основаниями отмены или изменения приговора, определения либо постановления суда при рассмотрении уголовного дела в порядке надзора являются основания, предусмотренные ст.379 УПК РФ. Данная статья указывает, что нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона являются основанием для отмены или изменения приговора. 

Таким образом, законодатель установил общее правило в АПК РФ и УПК РФ: нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права служит основанием к отмене или изменению судебных постановлений, вступивших в законную силу.

Е.Алексеевская отмечает, что «закрепив в новом ГПК РФ формулировку относительно существенного нарушения норм материального права, законодатель возродил правовой атавизм».

ГПК РФ не раскрывает проявлений существенных нарушений норм материального права. Решение будет зависеть от усмотрения правоприменителя, поскольку имеет место оценочный критерий.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" разъяснено, что нарушения норм материального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам статьи 363 ГПК РФ. Существенность этих нарушений оценивается и признается судом надзорной инстанции по каждому делу с учетом конкретных обстоятельств и значимости последствий этих нарушений для лица, в отношении которого они допущены. Таким образом, судья, рассматривающий надзорную жалобу или представление прокурора, в каждом случае будет оценивать, являются ли допущенные судом нарушения норм материального права существенными для лица, в отношении которого они допущены.

В соответствии с требованиями ст.381 ГПК РФ по результату рассмотрения судья выносит определение: об истребовании дела, если имеются сомнения в законности судебного постановления, либо об отказе в истребовании дела, если изложенные в жалобе или представлении доводы в соответствии с федеральным законом не могут повлечь за собой возможность отмены судебного постановления.

Е.Алексеевская отмечает, что «установление оценочного критерия в норме, закрепляющей основания для отмены судебных постановлений в порядке надзора, неприемлемо и противоречит сущности надзорного производства. Суд надзорной инстанции должен проверять судебные постановления на предмет их точного соответствия закону, предписывающего процессуальные и материальные правила регулирования правоотношений. Постановления Пленума Верховного Суда РФ принимаются по вопросам применения и разъяснения законодательства при рассмотрении гражданских, уголовных, административных дел, подсудных судам общей юрисдикции, имеют целью обратить внимание судей на неверное толкование положений закона и рекомендуют, как надлежащим образом применить ту или иную норму права. Но могут ли разъяснения Пленума Верховного Суда РФ устранять недостатки процессуального законодательства? Думается, что исправить их может только законодатель, а именно - исключить из текста ст.387 ГПК слово "существенные".

Согласно ст. 363 ГПК РФ "нормы материального права считаются нарушенными или неправильно примененными в случае, если:

суд не применил закон, подлежащий применению;

суд применил закон, не подлежащий применению;

суд неправильно истолковал закон".

Нарушение или неправильное применение норм материального права может проявляться по-разному.

Неприменение закона, подлежащего применению, имеет место в тех случаях, когда суд не только не указывает в решении подлежащую применению норму права, но и разрешает дело в противоречии с действующим законодательством. Если суд не указал в решении подлежащую применению норму материального права, но разрешил спор в соответствии с действующим законом, кассационная инстанция может внести в него соответствующие изменения, не отменяя решения.

Рассмотрим пример из судебной практики: отказ родителя либо лица, его заменяющего, от получения алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка не допускается. 

З-ва Н.Н. обратилась в суд с иском к своему бывшему мужу З-ву Д.В. о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего сына З-ва Артема, 21 октября 2003 года рождения. 

Ответчик с иском не согласился и предъявил встречное исковое заявление к З-вой Н.Н. об оспаривании отцовства. 

В судебном заседании стороны по делу отказались от своих исковых требований друг к другу. 

Определением районного суда отказ сторон от встречных исков был принят и производство по ним прекращено. 

Президиум определение суда первой инстанции отменил по следующим основаниям. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 39 ГПК РФ суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц. 

Придя к выводу о том, что отказ З-вой Н.Н. от исковых требований не противоречит закону и не нарушает права других лиц, суд не учел следующего. 

Обращаясь в суд с иском к З-ву Д.В. о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего сына Артема, З-ва Н.Н. сослалась на статью 80 Семейного кодекса РФ, в силу пунктов 1 и 2 которой родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. 

Одновременно в статье 60 СК РФ закреплено право ребенка на получение содержания от своих родителей и других членов семьи в порядке и размерах, которые установлены разделом V Семейного кодекса РФ. 

Следовательно, взыскивая алименты на содержание своего ребенка, истица действовала в его интересах как законный представитель несовершеннолетнего, имеющего право на получение материального содержания в равной степени от обоих родителей. 

В такой ситуации, принимая отказ З-вой Н.Н. от иска, суд первой инстанции не учел, что тем самым нарушаются права несовершеннолетнего З-ва Артема на получение содержания от своего отца З-ва Д.В. 

Кроме того, действующим законодательством не допускается отказ родителя либо лица его заменяющего от получения алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка.

Рассмотрим другой пример, связанный с неприменением закона, подлежащего применению. 

В соответствии со ст. 543 ГК РФ в случае, если абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, обязанность обеспечить надлежащее техническое состояние и безопасность энергетических сетей, подводящих для них энергию, установленных вне квартиры, возлагается на энергоснабжающую организацию, если иное не установлено законом или иными правовыми актами 

Ряд жильцов обратились в суд с иском к МУ РЭП «Октябрьское» о возмещении материального ущерба, причиненного замыканием электропроводки, в результате которого сгорел нулевой провод и вышли из строя принадлежащие им электроприборы.

Решением мирового судьи, которое оставлено без изменения судом апелляционной инстанции, взысканы с ответчика денежные суммы в возмещение вреда.

Президиум областного суда апелляционное решение отменил по следующим основаниям. 

Из дела усматривается, что истцы проживают в доме, где произошло короткое замыкание, возгорание щитка электроснабжения и нулевого провода. 

Суд признал установленным то обстоятельство, что причиной возгорания явилось неудовлетворительное состояние электропроводки и оборудования распределительной сети. 

В то же время суд возложил обязанность по возмещению причиненного ущерба на МУ РЭП «Октябрьское», как на балансодержателя жилого дома, осуществляющего его техническое обслуживание, содержание, эксплуатацию и ремонт. 

Между тем, в соответствии со ст. 543 ГК РФ в случае, если абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, обязанность обеспечить надлежащее техническое состояние и безопасность энергетических сетей, подводящих для них энергию, установленных вне квартиры, возлагается на энергоснабжающую организацию, если иное не установлено законом или иными правовыми актами. 

Доказательств, подтверждающих, что лицо, обязанное судом к возмещению материального ущерба, является энергоснабжающей организацией, в деле не имеется. 

Изложенное не позволяет признать постановленное апелляционное решение законным. 

О неприменении закона, подлежащего применению, можно говорить, если суд применил отмененный закон либо нормы подзаконного акта, противоречащие закону или изданные с нарушением действующего законодательства. О подобном нарушении норм материального права речь идет и в случаях неприменения судом первой инстанции закона по аналогии.

Рассмотрим пример из судебной практики, связанный с неприменением закона, подлежащего применению. 

Судебной коллегией была допущена ошибка при определении размера убытков при неисполнении договора, в частности, не было учтено требование закона о полном возмещении причиненного вреда. 

М-на М.Г. обратилась в суд с иском к Д-вой Т.В. о взыскании убытков, ссылаясь на то, что 7 сентября 1997 года заключила с последней в устной форме договор безвозмездного хранения 480 кг картофеля до весны 1998 года. Впоследствии оставшиеся 300 кг картофеля по цене 2 руб. 50 коп. за 1 кг Д-вой Т.В. возвращены не были, в связи с чем она в исковом заявлении от 21 апреля 1998 года просила взыскать в ее пользу убытки в размере 750 рублей. 

Решением Приморского районного суда от 22 ноября 2002 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии областного суда от 9 января 2003 года в указанной части, иск удовлетворен: в пользу М-ной М.Г. взысканы убытки в размере 750 руб. 

Президиум областного суда по надзорной жалобе, переданной для рассмотрения по существу определением судьи Верховного Суда РФ, признал незаконным указанные выше судебные акты в части разрешения требований о взыскании убытков. 

Как видно из дела, определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда от 6 июля 2000 года отменено решение Приморского районного суда от 24 марта 2000 года, которым взыскано с Д-вой Т.В. в пользу М-ной М.Г. в качестве возмещения убытков 492 руб. Судебная коллегия при этом указала, что, определяя стоимость невозвращенного картофеля, суд исходил из стоимости картофеля на день подачи иска. В соответствии со ст.393 ГК РФ исходя из обстоятельств суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения. Суд не учел, что стоимость картофеля на день рассмотрения дела значительно возросла. 

Между тем при новом рассмотрении дела суд первой инстанции, удовлетворяя требования о взыскании убытков, снова исходил из стоимости картофеля на момент подачи искового заявления, хотя истцом представлялись доказательства роста цены 1 кг картофеля, в частности, до 6 руб. 65 коп. в сентябре 1999 года. 

В результате, как указывается в надзорной жалобе, убытки были взысканы не в полном объеме. 

Отменяя состоявшиеся по делу судебные постановления, суд надзорной инстанции, указал, что при новом рассмотрении дела суду первой инстанции также следует выяснить мнение истца относительно заявленного в иске требования о возмещении убытков путем возврата аналогичного имущества, то есть картофеля в натуре, принимая во внимание, что впоследствии ответчик в суде не возражала вернуть картофель, и, в зависимости от мнения по этому поводу сторон и иных установленных по делу обстоятельств, правильно применить нормы права и вынести законное и обоснованное решение.

Нормы материального права считаются нарушенными, если суд применил закон, не подлежащий применению (абз. 3 ст. 363). Такое нарушение имеет место, когда суд при разрешении дела неправильно квалифицирует взаимоотношения сторон и применяет не ту норму, которая регулирует спорное отношение (например, норму семейного, а не гражданского права, и др.).

Неправильное истолкование закона допускается судом в тех случаях, когда применяется закон, подлежащий применению, но содержание и смысл его понимаются неверно, вследствие чего в решении суд делает неправильный вывод о правах и обязанностях сторон. Подобное нарушение может быть допущено, в частности, при расширительном или ограничительном толковании.

Рассмотрим пример из судебной практики, связанный с неправильным истолкованием закона.

Судебная коллегия допустила неправильное толкование норм Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», ошибочно полагая, что владелец транспортного средства, являясь собственником и страхователем принадлежащего ему автомобиля, должен возместить в порядке регресса страховое возмещение, выплаченное страховой организацией потерпевшей стороне, поскольку вред причинен лицом, не включенным в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством.

Страховая компания обратилась в суд с иском к Г. о взыскании 80 418 руб. 17 коп., обосновывая свои требования тем, что 13 июля 2004 года в результате дорожно-транспортного происшествия был причинен вред автомобилю «Опель-Вектра», принадлежащему Д. 

Постановлением по делу об административном правонарушении было установлено, что ДТП произошло в результате нарушения правил дорожного движения водителем автомобиля «Опель-Омега» М. 

На основании Полиса обязательного страхования и Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая компания выплатила страховое возмещение в размере 80 409 руб. 17 коп. потерпевшей стороне. В связи с тем, что М. не была указана в полисе в качестве лица, допущенного к управлению автомобилем, полагала, что вред должен быть возмещен страхователем Г. на основании ст. 14 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». 

В процессе производства по делу суд привлек к участию в деле в качестве соответчика Ч. 

Решением Октябрьского районного суда гор. Архангельска от 13.01.2005 г., оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда от 7.02.2005 г., взыскан с Г. в пользу страховой компании материальный ущерб в размере 80 408 руб. 17 коп. В иске к Ч. отказано. 

Президиум областного суда признал необоснованными указанные судебные постановления ввиду неправильного применения норм материального права. 

Судом установлено, что Г., как собственник автомобиля «Опель-Омега», заключил договор обязательного страхования гражданской ответственности с истцом со сроком действия договора с 10 октября 2003 года по 9 октября 2004 года с ограничениями водителей, допущенных к управлению (Г. и Ч.) и периода использования транспортного средства (с 10 октября 2003 года по 9 июня 2004 года). 

27 февраля 2004 года Г. выдал доверенность со всеми правами собственника на вышеуказанный автомобиль и передал автомобиль Ч., который в свою очередь аналогичным образом передал автомобиль во владение М. 

13 июля 2004 года в результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного по вине М., управлявшей автомобилем «Опель-Омега», был причинен Д., собственнику автомобиля «Опель-Вектра», материальный ущерб в размере 80 408 руб. 17 коп., возмещенный страховщиком - истцом по делу. 

Удовлетворяя требования страховой компании и взыскивая выплаченное ею страховое возмещение с Г., суды и первой и кассационной инстанции исходили из того, что данный ответчик является надлежащим собственником и страхователем принадлежащего ему автомобиля, поэтому, коль скоро вред причинен лицом, не включенным в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, в то время как сам договор заключен с использованием транспортного средства только указанными в договоре водителями, он должен возместить в порядке регресса страховое возмещение, выплаченное истцом потерпевшей стороне. 

Данный вывод судебных инстанций, по мнению президиума, не основан на нормах материального права. 

В соответствии со ст. 15 ч. 2 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» по договору обязательного страхования является застрахованным риск гражданской ответственности самого страхователя, иного названного в договоре обязательного страхования владельца транспортного средства, а также других использующих транспортное средство на законном основании владельцев, и согласно ст. 4 п. 4 данного Закона владелец транспортного средства, риск ответственности которого застрахован иным лицом (страхователем), не обязан страховать свою гражданскую ответственность. 

Таким образом, любое лицо, владеющее конкретным транспортным средством на законных основаниях в период действия договора обязательного страхования, освобождено законодателем от заключения иного договора о страховании своей гражданской ответственности. 

При этом, в соответствии со ст. 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» под владельцем транспортного средства понимается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). 

Из дела усматривается, что Ч. управлял автомобилем по доверенности, выданной Г., т.е. на законном основании. 

М. управляла автомобилем по доверенности, выданной Ч., что также не оспаривалось. 

Кроме того, выплачивая страховое возмещение за вред, причиненный водителем автомобиля «Опель-Омега», страховая компания исходила из того, что гражданская ответственность М., как допущенной к управлению автомобилем на законном основании, застрахована. 

Таким образом, суд установил, что вред причинен по вине водителя М., являющейся на момент причинения вреда с позиции закона владельцем автомобиля, что она не включена в полис обязательного страхования как водитель, допущенный к управлению автомобилем «Опель – Омега». Кроме того, страховой случай произошел при использовании ею транспортного средства в период, не предусмотренный договором обязательного страхования. 

В то же время, в соответствии со ст.14 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу (страхователю, иному лицу, риск ответственности которого застрахован), если … указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, или если страховой случай наступил при использовании указанным лицом транспортного средства в период, не предусмотренный договором обязательного страхования. 

В иных случаях, кроме предусмотренных указанной нормой Закона, страховщик не имеет права на возмещение выплаченных сумм в порядке регресса. 

Представленными в деле доказательствами подтверждено, что вред, возмещенный страховой компанией, причинен не Г., что данный ответчик был включен в страховой полис в качестве водителя, допущенного к управлению транспортным средством – автомобилем «Опель-Омега». В то же время по смыслу ст. 14 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» только лицо, не включенное в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством в случае причинения им вреда, возмещенного посредством страховой выплаты страховщиком, может быть признано кредитором (страховщиком) должником по регрессному требованию. Данное лицо не признается должником только тогда, когда его ответственность не застрахована, но при таких обстоятельствах страховой случай не наступает, страховая организация не выплачивает страховое возмещение, и у неё не наступает право предъявления регрессного требования.

В зависимости от конкретных обстоятельств дела неправильное истолкование норм материального права может служить основанием к отмене или изменению решения суда.

Рассмотрим пример из судебной практики Архангельского областного суда. При разрешении жилищного спора о выселении судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда необоснованно оставила без внимания обстоятельства, связанные с установлением характера правоотношений, сложившихся между истцом и ответчиком по поводу жилого помещения. 

О-ва Т.Н. обратилась в суд с иском о выселении бывшей невестки О-вой О.Н. из квартиры в гор. Архангельске, принадлежащей истице на праве собственности, обосновывая свои требования тем, что в 1994 году ответчица, состоявшая в браке с её сыном, вселилась на спорную жилую площадь и в ней проживала. После расторжения брака О-ва О.Н. квартиру не освободила, квартира нужна истцу для собственного проживания. 

В судебном заседании О-ва Т.Н. дополнила исковые требования заявлением о выселении истицы вместе с несовершеннолетним сыном. 

Решением Ломоносовского районного суда гор. Архангельска от 4.12.2003 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда от 19.01.2004 г., иск О-вой Т.Н. был удовлетворен. Решено выселить О-ву О.Н. с несовершеннолетним сыном О-вым А.А. из занимаемой квартиры в гор. Архангельске без предоставления другого жилого помещения. 

На основании определения судьи Верховного Суда РФ от 8.12.2004 г. дело по надзорной жалобе ответчицы передано для рассмотрения по существу в президиум областного суда, который отменил состоявшиеся по делу судебные постановления как вынесенные с существенным нарушением норм материального и процессуального права. 

Удовлетворяя исковые требования О-вой Т.Н., суд исходил из того, что между сторонами был заключен договор найма жилого помещения, который, являясь срочным, в соответствии со ст. 684 ГК РФ мог быть расторгнут по требованию собственника, если последнему жилое помещение необходимо для личных нужд (п.2 ст.135, ст.136 ЖК РСФСР). 

Между тем, согласно статей 671 и 674 ГК РФ по договору найма жилого помещения, заключаемого в письменной форме, одна сторона – собственник жилого помещения (наймодатель) обязуется предоставить другой стороне (нанимателю) жилое помещение за плату во владение и пользования для проживания в ней. 

Из дела усматривается, и эти обстоятельства не оспаривались истицей, что письменного договора найма между сторонами не заключалось, что жилое помещение за плату ответчице не предоставлялось. 

При таких обстоятельствах, при разрешении спора суду следовало установить, на каких условиях, на основании какого договора (договора безвозмездного пользования имуществом или иного) ответчица пользовалась спорной жилой площадью, и в зависимости от этого определить обстоятельства, имеющие правовое значение для дела, и материальный закон, подлежащий применению к спорным правоотношениям.




Заключение 



Статья 387 ГПК РФ содержит кардинально новое положение об основаниях отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора. Такими основаниями закон назвал не просто незаконность судебного постановления, а существенные нарушения закона. Согласно статье 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

Вместе с тем, понятие «существенное нарушение норм материального или процессуального права» законодательно не определено. 

Понятие существенного нарушения норм материального или процессуального права определяется Пленумом Верховного Суда РФ, который дал необходимое разъяснение в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 № 2 "О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации". 

Вместе с тем, Постановления Пленума Верховного Суда РФ принимаются по вопросам применения и разъяснения законодательства при рассмотрении гражданских, уголовных, административных дел, подсудных судам общей юрисдикции, имеют целью обратить внимание судей на неверное толкование положений закона и рекомендуют, как надлежащим образом применить ту или иную норму права. При этом разъяснения Пленума Верховного Суда РФ не могут устранять недостатки процессуального законодательства. 

Существенность нарушения норм процессуального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам статьи 364 ГПК РФ, в которой указаны случаи таких нарушений, которые влекут безусловную отмену судебных постановлений независимо от доводов жалобы или представления (часть 2); другие нарушения норм процессуального права признаются существенными и влекут отмену судебных постановлений при условии, что они привели или могли привести к неправильному разрешению дела (часть 1).

Нарушение норм материального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам статьи 363 ГПК РФ. Существенность этих нарушений оценивается и признается судом надзорной инстанции по каждому делу с учетом его конкретных обстоятельств и значимости последствий этих нарушений для лица, в отношении которого они допущены (нарушения его прав, свобод или охраняемых законом интересов). 

Нарушения процессуального законодательства в большинстве своем касаются нарушений принципов гражданского процессуального права:

1) дело рассмотрено судом в незаконном составе;

2) дело рассмотрено судом в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания;

3) при рассмотрении дела были нарушены правила о языке, на котором ведется судебное производство;

4) суд разрешил вопрос о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле;

5) решение суда не подписано судьей или кем-либо из судей либо решение суда подписано не тем судьей или не теми судьями, которые указаны в решении суда;

6) решение суда принято не теми судьями, которые входили в состав суда, рассматривавшего дело;

7) в деле отсутствует протокол судебного заседания;

8) при принятии решения суда были нарушены правила о тайне совещания судей.

ГПК РФ не раскрывает проявлений существенных нарушений норм материального права. Решение будет зависеть от усмотрения правоприменителя, поскольку имеет место оценочный критерий.

Нормы материального права считаются нарушенными или неправильно примененными в случае, если: - суд не применил закон, подлежащий применению;

 - суд применил закон, не подлежащий применению;

 - суд неправильно истолковал закон.

Согласно части 1 статьи 390 ГПК РФ суд, рассмотрев дело в порядке надзора, вправе:

1) оставить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции без изменения, надзорную жалобу или представление прокурора о пересмотре дела в порядке надзора без удовлетворения;

2) отменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции полностью либо в части и направить дело на новое рассмотрение;

3) отменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции полностью либо в части и оставить заявление без рассмотрения либо прекратить производство по делу;

4) оставить в силе одно из принятых по делу судебных постановлений;

5) отменить либо изменить судебное постановление суда первой, второй или надзорной инстанции и принять новое судебное постановление, не передавая дело для нового рассмотрения, если допущена ошибка в применении и толковании норм материального права;

6) оставить надзорную жалобу или представление прокурора без рассмотрения по существу при наличии оснований, предусмотренных статьей 380 ГПК РФ.




Список использованной литературы



			Конституция Российской Федерации. Принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года // Российская газета. 1993. № 237.

			Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) (с изм. и доп. от 21 сентября 1970 г., 20 декабря 1971 г., 1 января 1990 г., 6 ноября 1990 г., 11 мая 1994 г.). Конвенция ратифицирована Российской Федерацией Федеральным законом от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ, с оговоркой и заявлениями // Собрании законодательства РФ. 2001. № 2. Ст. 163. 

			Рекомендация N R (2000) 2 Комитета Министров Совета Европы "По пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского суда по правам человека" (Вместе с "Пояснительной запиской к рекомендации") (Принята 19.01.2000 на 694-м заседании представителей министров) // Журнал российского права. 2000. № 9. С. 61-64.

			По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 325 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.Л.Дрибинского и А.А.Майстрова". Постановление Конституционного Суда РФ от 14 апреля 1999 г. № 6-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 16. Ст. 2080. 

			Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 N 95-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями, в редакции Федерального закона от 31.03.2005 № 25-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.

			Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями, в редакции Федерального закона от от 21.07.2005 № 93-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 46. Ст. 4532.

			Гражданский процессуальный кодекс РСФСР. Утвержден Верховным Советом РСФСР 11.06.1964 // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1964. № 24. Ст. 407. – Далее ГПК РСФСР. 

			Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ (с последующими изменениями и дополнениями, в редакции Федерального закона от 01.06.2005 № 54-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 52 (ч. 1). Ст. 4921.

			О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней. Федеральный закон от 30.03.1998 года № 54-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1998. № 14. Ст. 1514.

			О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации. Федеральный закон от 28.07.2004 № 94-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2004. № 31. Ст. 3230. 

			О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 № 2 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 3. 

			О судебном решении. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. № 2.

			Алексеевская Е. Существенное нарушение норм материального права как основание для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора // Российская юстиция. 2003. № 6.

			Банченко-Любимова К.С. Пересмотр судебных решений в порядке надзора. М., 1959. 

			Борисова Е.А. Производство по проверке судебных постановлений в порядке надзора в гражданском и арбитражном процессе // Законодательство. 2003. № 9, 10. С.56.

			Гражданский процесс: Учебник / Отв. ред. В.В. Ярков. М.: Волтерс Клувер, 2004. 

			Дудник М.В. О нарушении конституционного права на судебную защиту нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации // Адвокат. 2004. № 3.

			Едидин Б.А. Исполнение решений Европейского Суда по правам человека: современные проблемы теории и практики // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. № 11. 

			Ефимов А.Е. Об унификации надзорных производств в гражданском и арбитражном процессах // Современное право. 2005. № 6. 

			Ефимова В.В. Надзор как стадия арбитражного процесса // Право и экономика. 2004. № 5. 2004. 

			Гродзинский М.М., Чапурский В.П. Кассационное и надзорное производство по уголовным и гражданским делам. М., 1945. С.44.

			Грось Л.А. О постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебном решении" // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. N 10.

			Жуйков В.М. Применение судами Конституции Российской Федерации // В кн. Комментарий российского законодательства. М., 1995. С. 15.

			Клепикова М.А. Пределы защиты правовых интересов в гражданском и арбитражном судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 4.

			Лехтблау Е.А. Анализ положений ГПК и АПК с точки зрения соблюдения прав человека // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. № 3. 

			Научно-практический комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации: постатейный / Под ред. В.М. Жуйкова, В.К. Пучинского, М.К. Треушникова. М.: Издательский дом "Городец", 2003.

			Осипов П.Н. Практическое содержание процессуальных форм обжалования постановлений суда апелляция, кассация, надзор: сравнительный анализ // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 3. 

			Постатейный комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации. Издание второе, исправленное и дополненное / Под ред. П.В. Крашенинникова. М.: Статут, 2005. 

			Попов П.П. Функции современного гражданского судопроизводства. М., 1990. С.137 - 139.

			Приходько И.А. Доступность правосудия в арбитражном и гражданском процессе: основные проблемы. М.: Издательство юридического факультета С.-Петербургского государственного университета, 2005. 

			Решетникова И.В. Современный гражданский процесс в странах СНГ // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2001. № 1. С.147 - 160.

			Решение Европейского суда по правам человека от 22.06.1999 "По вопросу приемлемости жалобы N 47033/99, поданной Людмилой Францевной Тумилович против Российской Федерации" // Журнал российского права. 2000. № 9. С.58 - 61.

			Фокина М.А. Роль судебной практики в совершенствовании доказывания по гражданским делам // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. № 4. 

			Хесин Д.А.. Средства защиты интересов ответчика в гражданском и арбитражном судопроизводствах // Арбитражный и гражданский процесс. 2004. № 1.

			Улетова Г. Процессуальные регламенты ГПК и АПК РФ требуют изменений // Российская юстиция. 2003. № 12.

			Ярков В.В. Основные правовые институты АПК и ГПК РФ. Все познается в сравнении // ЭЖ-Юрист. 

			Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за первое полугодие 2005 года. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44г-163 // Информационный бюллетень кассационной и надзорной практики по гражданским делам Архангельского областного суда за третий квартал 2005 года. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44г-157 // Информационный бюллетень кассационной и надзорной практики по гражданским делам Архангельского областного суда за третий квартал 2005 года. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-Г-66// Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за первое полугодие 2005 года. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-Г-5 // Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за первое полугодие 2005 года. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-г-97 // Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за 2004 год . 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-г-25 // Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за 2004 год . 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-Г-270 // Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за 2004 год. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-Г-92// Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за 2004 год. 

			Постановление суда надзорной инстанции № 44-Г-5 // Справка о причинах отмены кассационных определений судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда в порядке надзора за первое полугодие 2005 года. 

	





2