Модель шляхетской демократии в Польше (XVI-XVIII вв.)

Модель “шляхетской демократии” в Польше (XVI - XVIII вв.)



Материал для истории сеймов заключается в так называемых “диариях”, или дневниках сеймов, сохранившихся в рукописях, и только в конце XIX века напечатанных, или же увидевших свет в печати вскоре после своего составления, равно как известия об отдаленных сеймах можно найти в летописях, мемуарах и т.п., а результаты их деятельности - в сборниках “конституций”, т.е. сеймовых постановлений.

У польского сейма было две особенности. Первая из них - это участие в нем только одного сословия, тогда как в других подобных учреждениях участвовали кроме дворянствадругиесослоия - духовенство, горожане и даже, случалось, крестьяне. Вторая особенность состояла в том, что будучи предствавительным учреждением одного госуларства, на деле сейм получил характер международногго конгресса послов от якобы совершенно самостоятельных земель.

Во всех важных случаях, касавшихся всей страны, король должен был договариваться со всеми теми лицами, между которыми была разделена верховная власть над нею, а это были: духовные и светские сеньеры с суверенными правами, выборное начальство суверенных городских общин или “коммун”.



В удельное время вельможи и шляхта захватили большую власть. Потом, когда польские земли обединились в одно государство, при Владиславе Локотке и Казимире Великом, стала усиливаться королевская власть. Казимир Великий не лишал привилегий дворян; напротив, обо всех важных делах он советовался со своими баронами и высшим духовенством. Но он не позволял им злоупотреблять своей властью, он заботился также об интересах других сословий: горожан и крестьян. Но после его смерти все изменилось. Прекратилась династия Пястов. Королем был избран сначала его племянник, Людовик Венгерский, а потом Ягелло, князь Литовский. И тот и другой были чужие в Польше. Их выбирали в короли из дипломатических расчетов: первого - чтобы устроить союз Польши с Венгрией, а второго - чтобы присоединить к Польше Литву. Они не были прирожденные короли Польши. Вельможи и шляхта сами избирали, их и притом избирали на известных условия. Они старались уменьшить власть этих чужих королей, а свои права увеличить. А так как те иначе и не могли сделаться королями, то поневоле соглашались на условия, указывающие их власть. Фамилия Ягеллонов царствовала в Польше без малого двести лет. Кто же решал, кому из них царствовать? Это решали вельможи и шляхта. Они выбирали того, кто им казался наиболее подходящим, но при этом соблюдали свои выгоды. Такой принцип избрания себе каждый раз нового короля называют “вольной элекцией”. От каждого нового короля они требовали, чтобы он подтвердил их прежние привилегии, и чтобы принес присягу, что ни в чем не нарушит их шляхетских вольностей. Да и потом, когда король был уже выбран и коронован, ему трудно было что-нибудь предпринять без согласия дворян. У королей не было больших доходов. Деньги для войны или для чего-либо другого они могли получить только от вельмож и шляхты. А те могли дать, а могли и не дать. И так само собой вышло, что король в Польше оказался в зависимости от дворян - вельмож и шляхты. Он был не государь в полном смысле этого слова, а просто высший чиновник в государстве, который выбирался на всю жизнь. 

После короля первое место в государстве занимали самые родовитые дворяне, важные вельможи (магнаты), а затем уже обыкновенная шляхта. Сначала простые шляхтичи - менее знатные и менее богатые, иногда и вовсе бедные - не имели такого значения, как вельможи. Но с течением времени они сравнялись в правах с высшим дворянством. Значение шляхты увеличилось особенно со времен короля Казимира Ягеллончика, который обязался не издавать ни одного закона, не назначать новых налогов, не объявлять войны без соглсия шляхты. Еще раньше шляхта была освобождена от всяких государственных повинностей, кроме небольшой только поземельной подати (по 2 гроша с лана). Этим король был поставлен в зависимость от шляхты в денежном отношении.

Шляхта сама управляла всеми своими делами. Шляхтичи каждой области (воеводства) стали съезжаться на съезды, или сеймики, и тут рещали свои дела. Таких сеймиков по всей Польше было несколько десятков, - столько же, сколько и воеводств. Когда королю нужны были деньги, или нужно было собрать ополчение на войну, - шляхтичи в каждом воеводстве решали, какую дать подать королю и какое выставить войско. Чтобы объединить их решения, депутаты от этих отдельных сеймиков сталисъезжаться вместе на генеральные сеймы. Их было в Польше три. А потом, в конце XV века возник один общий или вальный сейм.

Общий сейм созывался королем. Кроме послов от сеймиком на нем присутствовали еще высшие сановники - сенаторы, и сам король. Таким образом, сейм состоял из трех синов: короля, сената и послов, или так называемой посольской избы. В сенате участвовали: высшее духовенство - архиепископы и епископы, воеводы, каштеляны и министры.

Со временем вошло в обычай созывать сейм раз в два года на шесть недель. Но король мог созвать чрезвычайный сейм, когда в этом была необходимость. Когда же король умирал, и наступало время ыбирать нового, сейм созывался высшим духовным лицом в государстве, гнезненским архиепископом (примасом). На таком избирательном сейме участвовали не только сенаторы и послы, но и все желающие шляхтичи, которые съезжались с оружием в руках.

В истории отношений между сеймами и сеймиками в эпоху избирательных королей (1572-1795гг.) профессор Павинский различает три периода: в первый период (последняя четверть XVI в. И первая половина XVII в. (1572-1648)) значение сеймиков увеличивается за счет вального сейма, т.е. единство государства расшатывается. Во второй период (вторая половина XVII века и шесть с половиной десятилетий XVIII века (1648-1764)) сеймики достигают полного преобладания, сейм утрачивает свою силу, государство, так сказать, разлагается. В третий период (цартствование Станислава Августа(1764-1795)) власть сеймиков начали ограничивать, усиливать значение сейма и, следовательно, укреплять единство Речи Посполитой.



Одни только шляхтичи были полноправными гражданами Польши. Они пользовались такими правами, каких не имело дворянство ни в одном другом государстве. Шляхтичи совсем ослабили королевскую власть. 

В XVII веке во всех европейских государствах усиливалась королевская власть. В Польше, как мы уже знаем, король не имел почти никакой власти, он находился в зависимости от шляхты. Польша не была монархией. Сами поляки называли ее “Речь Посполитая”, т.е. республика. Но Польша не была и республикой, потому что в республике весь народ принимает участие в управлении государством. Здесь же водворилась форма правления, называемая олигархией, т.е. власть немногих знатных людей.

Шляхтичи выше всего ставили свои права, свою “золотую вольность”. У них не было развито сознание, что они все составляют одно государство. Огромный вред приносил Польше обычай выбирать королей. Когда король умирал, вся Польша превращалась в несколько враждебных лагерей. Шляхтичи делились на партии и съезжались на избирательный сейм с оружием, как на войну.

Высшее государственное учреждение в Польше, сейм, тоже с течением времени потерял свое значение. Дела на сейме обычно решались не большинством голосов, а единогласно: нужно было, чтобы все послы согласились с каким-нибудь решением, для того, чтобы оно было принято и стало законом. Если же некоторые из шляхтичей не соглашались с большинством, тогда сейм не мог сделать никакого постановления. Любой шляхтич, в случае своего несогласия со всеми остальными, мог сказать свое liberum veto.

С 1652 года (когда впервые был сорван сейм) и по 1764 год было сорбрано 55 сеймов, из них толко 7 закончились благополучно, остальные 48 были сорваны. Так как на сейме трудно было добиться чего-либо даже большинству, то установили такой обычай. Недовольные чем-либо или желающие провести какую-либо меру, которую через сейм нельзя было провети, составляли союз, или так называемую конфедерацию. Тут дела решались большинством голосов, а свое требование конфедераты поддерживали оружием. Иногда составлялись две конфедерации, враждебные друг другу. Тогда начиналась междоусобная война.

Когда умер Август II, часть шляхты объявила королем Станислава Лещинского; но другая часть шляхты, оддержанная русскими войсками, провозгласила королем сына Августа II, Августа III. Обязанный своей короной России, Август III был в полном подчинении у нее.Внутри Польша все также страдала от своих неурядиц. За все царствование Августа III, в течение 27 лет, только один сейм закончился благополучно. Соседи, особенно прусский король, подкупая кого-либо из шляхтичей, срывали сеймы, чтобы Польша как-нибудь не увеличила своего войска и не сделала бы преобразований, которые бы усилили ее.

В это время в Польше в среде знатного сословия начинают распространяться новые взгляды. Польские вельможи теперь стали сознавать, какой опасностью грозит Польше ее неустройство.