Сергей Павлович Королев

Детство. Годы учебы.	2

Болезнь. Встреча с Цандером.	4

ГИРД	5

Тяжкие испытания.	7

Возвращение	9

«Холодная война»	12

Оборона и наука	13

Человек в космосе!!!	16

Последние годы жизни.	18


С деятельностью главного конструктора первых ракетно-космических систем академика с.п. королевым связано одно из величайших завоеваний всех времен – открытие эры освоения человечеством космического пространства.

Детство. Годы учебы.



Сергей Павлович Королев родился 30 декабря 1906 г. в городе Житомире. Его отец – Павел Яковлевич Королев – очень одаренный трудолюбивый, но небогатый человек, был учителем житомирской гимназии. Мать – Мария Николаевна – купеческая дочка. Жизнь у родителей не сложилась, они разошлись, когда Сережи было 5 лет, и он воспитывался у дедушки с бабушкой, родителей матери, владевших небольшой купеческой лавкой в городе Нежине. Большое впечатление на мальчика произвел увиденный им аэроплан.

В 1917 году мать Сережи и ее новый муж – молодой инженер Григорий Михайлович Баланин переехали в Одессу и взяли Сергея к себе. Наступили трудные революционные годы. Голод, разруха, бесконечная смена власти. Только в феврале 1920 г. окончательно победила советская власть и жизнь начала налаживаться. Сергею исполнилось 13 лет, он учился дома, но его страстным увлечением было небо, он хотел летать строить самолеты.

Зная о склонности пасынка, Григорий Михайлович записал его в модельный кружок портового клуба. Мальчик занимался с увлечением, читал статьи об авиации, авиомоделированию и конструированию. В 1922 г. в Одессе открылась стройпрофшкола, к преподаванию в которой были привлечены лучшие педагоги; туда и поступил пятнадцатилетний Сергей. Прекрасная память позволяла ему запоминать наизусть целые страницы прочитанных книг. Одновременно он познакомился с летчиками из гидроавиационного отряда, изучил строение моторов,  помогал им готовить самолеты, а вскоре ему разрешили подняться в воздух.

Но было еще одно пристрастие у Сергея: он часами трудился в школьной производственной мастерской, научился работать за токарным станком, вытачивал детали сложной конфигурации. «Столярная» школа очень пригодилась Сергею, когда он начал строить планеры.

Занятия в школе требовали от Сергея особой организованности. Он умело делил время между математическим и астрономическим кружками, гимнастической и боксерской секциями спортклуба «Сокол», музыкальными и литературными вечерами. А в каникулы он посещал гидроотряд.

В 1923 г. было образовано общество друзей Воздушного флота (ОДВФ). Сергей сразу стал членом этого общества.

Знания по планеризму, истории авиации юноша приобрел самостоятельно, читая все книги, которые только мог достать. Он прочел их массу – только на немецком языке – 26. Немецкий язык Сергей знал довольно прилично, благодаря своему преподавателю Готлибу Карловичу Аве, который все уроки в стройпрофшколе вел только на немецком языке. В августе 1924 г. Сергей Королев поступил учиться в Киевский политехнический институт на механический факультет. Одновременно ему приходилось работать и разносчиком газет, и столяром, и кровельщиком, чтобы прокормить себя. Сергей прекрасно учился, все преподаватели отмечали у него огромную трудоспособность, упорство и интерес не только к техническим, но и к другим дисциплинам. Он не пропускал ни одной лекции по архитектуре и строительному искусству, литературе. Но только в авиации он видел смысл своей жизни. 

В 1926 г. Сергей забрал свои документы из Киевского политехнического института и поехал в Москву поступать в Московское высшее техническое училище. Его зачислили в вечернюю группу по аэромеханике. 

Королев учился со свойственным ему трудолюбием, подолгу занимался самостоятельно в технической библиотеке. Особенной популярностью пользовались лекции тридцатипятилетнего авиационного конструктора Туполева, который читал студентам механического отделения вводный курс по самолетостроению. Туполев заметил выдающиеся способности Королева и в дальнейшем считал его одним из лучших своих учеников.

Сергей очень интересовался работами К. Э. Циолковского. Его поражала уверенность, с которой Циолковский утверждал возможность познания Вселенной, ее освоения для пользы человечества.

В сентябре 1927 г. Сергея Королева «дипломированного» летчика-планериста, организаторы планерных состязаний в Коктебеле включили в состав тренировочной группы. В Крыму Сергей много и с наслаждением летал. Именно там его одолело желание построить планер собственной конструкции.

Производственную практику студент выпускного курса МВТУ Королев проходил в ЦАГИ, в КБ А. Н. Туполева. В это время он уже работает конструктором на авиационном заводе №  22 в Филях. Одновременно готовил дипломный проект, решив сконструировать легкомоторный двухместный самолет, выжав из него все на сегодняшний день возможное. Руководить его дипломной работой взялся А. Н. Туполев. В сентябре в Коктебеле на летном поле 5-х Всесоюзных планерных состязаний состоялись успешные испытания планера, названного «Коктебель». Сергей написал об этих днях матери:

«Все идет прекрасно, даже лучше, чем я думал, и, кажется, первый раз в жизни чувствую колоссальное удовлетворение, и мне хочется крикнуть что-то навстречу ветру, обнимающему мое лицо и заставляющему вздрагивать мою красную птицу при порывах.

И как-то не верится, что такой тяжелый кусок металла и дерева может летать. Но достаточно только оторваться от Земли, как чувствуешь, что машина словно оживает и летит со свистом, послушная каждому движению руля. Разве не наибольшее удовлетворение и награда самому летать на своей же машине?! Ради этого можно забыть все: и целую вереницу бессонных ночей, дней, потраченных в упорной работе без отдыха, без передышки…»

В августе 1929 г. по дороге из Одессы в Москву Сергей решил посетить К. Э. Циолковского. Встреча с ним сыграла решающую роль в определении жизненного пути Королева. Беседа с Константином Эдуардовичем произвела на Сергея огромное впечатление. «Константин Эдуардович потряс тогда своей верой в возможность космоплавания, - много лет спустя вспоминал Королев. – Я ушел от него с одной мыслью – строить ракеты и летать на них. Всем смыслом моей жизни стало одно – пробиться к звездам».

В сентябре 1929 г. студент Королев успешно защитил дипломный проект. Поздравляя молодого инженера А. Н. Туполев предупредил: «В авиации легких путей нет. Если не боитесь трудностей, дорога к нам для вас открыта».

Болезнь. Встреча с Цандером.

		

В марте 1930 г. инженер-аэромеханик Королев становится сотрудником крупнейшего в стране Центрального конструкторского бюро (ЦКБ), руководителем которого являлся Д. П. Григорович. Первым осуществленным проектом Королева стал одноместный самолет СК-4. Нагрузка на квадратный метр у него была больше, чем у «Коктебеля» – 22.5 килограмма. Данные нового планера казались столь необычными, что ставилась под сомнение сама возможность парения в воздухе.

	Но перед испытательными полетами Королева свалил тиф. Он настолько тяжело болел, что две недели находился на грани жизни и смерти. Молодой организм победил болезнь, но произошло осложнение – сильные головные боли. Врачи настаивали на операции. Операция прошла успешно, но осталась у Сергея и его родных Тяжелым испытанием. Организм королева так ослаб, что ему на несколько месяцев пришлось оставить работу. Сергей сидел дома, время тянулось бесконечно, едва полегчало он принялся за труд К. Э. Циолковского «реактивный аэроплан». Он читал внимательно, по несколько раз перечитывая заинтересовавшие его места, делая пометки. Идеи высказанные Циолковским, он как бы примерял на себя, что-то хотелось додумать, что-то попробовать. «Надо попытаться создать ракету для полета в заатмосферное пространство. Дело сложное, прежде всего надо создать самолет с реактивным двигателем, а прообразом такого самолета должен стать планер на реактивной тяге». Так в сознании Королева накрепко слились два слова: «ракета» и «планер» – в одно – ракетоплан.

Однажды на улице случайно Королев познакомился с человеком, с которым давно искал встречи. Это был Фридрих Артурович Цандер – конструктор ракетных двигателей, последователь Циолковского. Цандер уже был наслышан о Королеве. Они познакомились поближе. Цандер пригласил Королева сотрудничать с группой ученых, занимавшихся практическими исследованиями возможностей использования реактивного движения. Условно ее называли ГИРД: группа изучения реактивного движения.



ГИРД



В марте 1931 г. Сергей Павлович Королев окончательно оправился от болезни и возвратился в ЦАГИ, работал над созданием автопилота. 6 августа 1931 г. он женился на Ксении Винцентини, которую он давно и нежно любил.

Судьба, казалось опять стала благоприятна к Сергею. Любимая девушка с ним, 	мать, отчим, бабушка – все рядом. Им хорошо вместе. На работе в ЦАГИ все потихоньку движется вперед. Дни мчались неудержимо.

Рабочий день Королева начинался в 7 часов утра и заканчивался около полуночи. Первая половина дня уходила на работу в КБ Григоровича – автопилот требовал много времени – потом ГИРД. Шел трудный организационный период, забиравший у Сергея Павловича много сил.

На первых порах гирдовцы повели активную административную пропагандистскую и организационную работу, сразу став тем центром, куда стекались все интересующиеся ракетной техникой. Выступая в печати, читая на предприятиях лекции, гирдовци привлекали в свои ряды новых сторонников идей Циолковского. Но главную свою задачу они видели в практической работе.

К началу организации группы ракетчиков Ф.А. Цандер уже располагал значительным теоретическим и экспериментальным материалом, накопленным во время работы над одним из первых в стране лабораторным реактивным двигателем ОР-1, работающем на сжатом воздухе и бензине. Важным шагом в этом направлении стало письмо в Калугу К. Э. Циолковскому в сентябре того же года с целью привлечь его внимание к своим работам. В нем сообщалось об организации ГИРДа и содержалась просьба быть консультантом по научно-техническим вопросам. Константин Эдуардович горячо откликнулся на зов москвичей и, несмотря на возраст и недуги, помогал, чем мог. «Удивляюсь и радуюсь вашей энергии, - писал калужский провидец гирдовцам, - деятельность ваша необычайная и полезная…»

На одной из первых встреч гирдовцев С. П. Королев предложил построить реактивный планер – прообраз будущего самолета. Едва идея ракетоплана была принята Осоавиахимом, как королев вновь блеснул своей напористостью, умением организовать дело, увлечь им всех.

5 октября на аэродроме Осоавиахима Королев и Цандер встретились с Б. И. Черановским, самым тщательным образом осмотрели его планер БИЧ-8, наблюдали за его полетом. Королев уговорил конструктора ознакомиться с реактивным двигателем ОР-1, созданным Цандером. Сергей Павлович считал, что при взаимном доверии друг к другу может появиться задуманный ракетоплан. Был составлен план работ, подготовлен проект договора между Бюро воздушной техники ЦС Осоавиахима и конструкторами планера и двигателя – Черановским и Цандером. По этому договору  Цандер брал на себя проектирование и разработку чертежей по опытному реактивному двигателю ОР-2 к реактивному самолету РП-1. В свою очередь Осоавиахим принимал на себя финансовые расходы и хозяйственные заботы. Позднее вся ответственность за выполнение работ по двигателю и ракетоплану легла на С. П. Королева. 

В феврале 1932 г. самим Королевым было произведено испытание автопилота в полете.

День за днем коллектив ГИРДа вел экспериментальные исследования, расширял тематику исследований, устанавливал деловые связи с научными учреждениями. С. П. Королев проявлял свой недюжинный талант организатора. Он продумывал, как найти необходимое оборудование, сформировать творческие и производственные бригады, расставить людей так, чтобы каждому было интересно, и это бы содействовало успеху. Появился единый план творческой жизни ГИРДа, в котором оказались взаимосвязаны все службы. Заведенное делопроизводство – папки с входящими и исходящими документами, приказы и распоряжения, выдаваемые под расписку, вход по пропускам – все утверждало соответствующий строгий порядок, внушало каждому гирдовцу, что он работник важного для страны научного учреждения. Коллектив ракетчиков оценил по достоинству Королева. Несмотря на молодость, все уважительно называли его – Сергей Павлович.

ГИРД стал школой для многих будущих конструкторов  и прежде всего для самого Сергея Павловича Королева.

17 августа 1933г. на полигоне Нахабино был произведен первый запуск ракеты ГИРД-09. Сергей Павлович продиктовал акт: «Старт состоялся на станции № 17 инженерного полигона Нахабино 17 августа в 19 часов 00 минут. Вес объекта 18 килограммов. Вес топлива – твердый бензин – 1 килограмм, кислорода – 3.45 килограмма, давление в кислородном баке 13.5 атмосферы. Продолжительность полета от момента запуска до момента радения 18 секунд. Высота вертикального подъема на глаз примерно четыреста метров».

В сентябре 1933 г. ГИРД и Газодинамическая лаборатория в Ленинграде были объединены в Реактивный научно-исследовательский институт (РНИИ) Рабоче - Крестьянской Красной Армии. Начальником института назначили И. Т. Клементьева, а заместителем по научной части – Сергея Павловича Королева. Королев был горд и счастлив: основная задача ГИРДа – доказать на практике возможность осуществления реактивного принципа движения при данном состоянии науки и техники вообще – была выполнена на высоком уровне и в удивительно короткий срок.

В марте 1934 г. в Ленинграде проходила первая Всесоюзная конференция по изучению стратосферы. Королев делал доклад о возможности полета человека в стратосферу на ракетоплане, показал, что для подобного полета предпочтительнее жидкое топливо, так как оно эффективнее твердого и дает возможность управлять двигателем. Он рассказал, каким ему видится первый реактивный корабль. По расчетам Королева, пилотская кабина должна быть герметичной, весом не менее двух тысяч килограммов, иметь «жизненный запас» для человека и вмещать экипажи от одного до двух человек. Королев сообщил о трудностях, связанных с созданием реактивного аппарата подобного класса, но и сумел убедить всех, что они в конечном итоге преодолимы. Успех Сергей Павлович видел прежде всего в координации усилий ракетчиков и представителей ряда других областей науки и техники.

В декабре 1934 года в военном издательстве вышла книга С. П. Королева «Ракетный полет в стратосфере». Описывая в книге различные типы летательных аппаратов, автор убедительно доказывал важность баллистических, то есть бескрылых ракет, а также говорил о необходимости создания в первую очередь совершенно нового реактивного двигателя, на высоте и, возможно, когда-нибудь даже в межпланетном пространстве».

Лето и осень 1935 г. наполнены для Сергея Павловича неотложными делами. Его назначили начальником сектора крылатых ракет. В феврале 1936 г. в РНИИ создается новый крупный отдел реактивных летательных аппаратов. Начальником его, а по сути и главным конструктором назначается Сергей Павлович, получивший таким образом возможность вести работу по целому семейству автоматически управляемых и пилотируемых ракетных летательных аппаратов (РЛА). Именно они, по его убеждениям смогли бы составить первый в истории комплекс управляемого ракетного оружия. Развитию и становлению оборонного комплекса Королев уделяет львиную долю своего внимания.



Тяжкие испытания.



Но всему задуманному так и не суждено было свершиться. Осенью 1937 г. волна репрессий и произвола, захлестнувшая страну, докатилась и до Ракетного института. После того, как «военные заговорщики» К. Н. Тухачевский и другие были расстреляны, началась чистка ближнего и дальнего их окружения… 28 июня 1937 г. бюро октябрьского райкома, куда входила парторганизация института, в своем постановлении среди неблагонадежных в классовом и политическом отношении назвала и Королева, «тесно связанного с врагом народа Эйдеманом».

Королева понизили в должности, не уменьшив объема работы. Стали приостанавливать проводимые Сергеем Павловичем работы… 27 июня 1938 г. Королева арестовали. За ним пришли ночью. На следствии Королева обвинили в том, что он якобы член троцкистской антисоветской контрреволюционной группы и занимался вредительством в области военной техники, что все ранее арестованные дали против него такие показания. 27 сентября 1938 г. «правосудие» сказало свое слово: десять лет заключения в исправительно-трудовых лагерях. Место ссылки – Колыма. Сергею Павловичу исполнился всего тридцать один год.

Началась каторга – вместе с остальными заключенными Королев трудился с утра до ночи, добывая золотоносный песок. Но больше всего угнетали Сергея Павловича, жгли душу сознание судебной несправедливости, предвзятость и надуманность обвинения и этот ярлык – «враг народа». Королев писал письма в Москву с просьбой пересмотреть его дело. За облегчение его участи боролись депутаты Верховного Совета СССР, знаменитые летчики В. С. Гризодубова и М. М. Громов. А. Н. Туполев, сам находившийся за решеткой в стенах Центрального конструкторского бюро, созданного НКВД, настаивал на том, чтобы к нему перевели нескольких инженеров и конструкторов, в том числе и Королева. Но решающее значение в этом деле сыграло назначение наркомом внутренних дел Л. П. Берии, который – чтобы снять народную напряженность – приступил к частичному пересмотру дел. В их числе оказалось и дело Королева.13 июня 1939 года он был возвращен в Москву. Но еще год пребывания в Бутырской тюрьме оказался напрасным – Королев снова был признан виновным и осужден на «восемь лет в исправительных трудовых лагерях».

	Казалось, этого удара Королев не вынесет, но несгибаемая воля и вера в собственную правоту взяли верх. После долгих размышлений Королев решает обратиться лично к И. В. Сталину. В этом письме Сергей Павлович ставил акцент не на личном положении, а на интересах страны, ее обороны, на которую он не покладая рук, не щадя себя работал. Видимо, голос Королева был все-таки услышан. 13 сентября 1940 г. его перевели в Особое техническое бюро НКВД в группу А. Н. Туполева.

	Там тридцатитрехлетний Королев уже не урывками, как во время диплома, а в повседневной работе проходил туполевскую высшую школу авиастроения. Работал Сергей Павлович,  по воспоминаниям «сокамерников», неистово, органически влившись в общее дело. Вместе с другими учеными он работал над созданием пикирующего бомбардировщика – 103. Все специалисты работали не на страх, а на совесть, понимая, что дело их необходимо стране, и свято веря, что скоро разберутся в их делах и убедятся в их невиновности.                   

В июле 1941 года туполевское КБ вместе с заводом было эвакуировано за Урал – в Омск. Вскоре Королев был назначен заместителем начальника сборочного цеха, где шла работа по строительству бомбардировщика ТУ-2. Досконально разобравшись в делах, он составил четкий план работы каждого подразделения, фактически каждого из ста пятидесяти работающих.

 К середине декабря 1941 года начались летные испытания ТУ-2, а в августе 1942года государственная комиссия приняла ТУ-2 к войсковым испытаниям, а затем и к серийному производству. Этот самолет признан намного лучшим немецких и итальянских бомбардировщиков.

В пригороде Омска параллельно с Туполевым работал научный коллектив В.М.Мясищева. Они завершали разработки дальнего высотного бомбардировщика ДВМ-102. Конструктор искал опытного человека в технологический отдел и пригласил Сергея Павловича. Чем глубже вникал Королев в суть технологии производства, тем чаще возвращался к мысли об использовании в авиации могучих сил, таящихся в реактивном движении, и тем энергичнее трудился над проектом ракетного самолета.

Но работа над 102-м вскоре прервалась. Мясищева перевели в Казань на авиазавод № 22. От него Королев узнал, что в Казани на авиамоторостроительном заводе № 16 есть «шарашка» где работают над реактивным двигателем. Он стал хлопотать о смене места заключения, чтобы быть поближе к реактивной технике, и добился своего – в ноябре 1942 года состоялся перевод Королева в Казань в КБ Глушкова. 

В КБ его приняли прекрасно, хотя и оставался он по-прежнему заключенным. Но жизнь постепенно налаживалась. Королев вплотную занялся ракетным делом, разработкой авиационного реактивного ускорителя.

Проект Королева специалисты оценили по достоинству. 1 января 1943 года его назначили руководителем отдельной группы, которой поручалось конструирование авиационной ракетной установки. Но, отрывая время у сна и отдыха, одновременно с АРУ Королев продолжал совершенствовать проект реактивного самолета-перехватчика, начатый еще в Омске. Еще в декабре 1942 года С. П. Королев представил руководству моторостроительного завода 58 листов расчетов, эскизов, компоновок самолета-перехватчика и приложил объяснительную записку. В ней предельно лаконично определил назначение и применение проектируемого самолета «как средства борьбы с немецкой авиацией в воздухе при обороне наземных объектов – городов, укреплений и т.д., а также для внезапной и быстрой атаки наземных целей противника – танков, батарей, зенитных точек, переправ».

Через несколько дней руководство завода, несмотря на очень заманчивые характеристики предлагаемого самолета, все-таки потребовало от Королева не отвлекаться от поставленной первоочередной задачи и сосредоточить усилия на доработке проекта ракетной установки-ускорителя ПЕ-2. Королев со своей группой выполнил приказ в беспрецедентно короткий срок – за четыре месяца. В окончательном проекте АРУ отмечалось: «РУ-1 является совершенно новым техническим аппаратом, впервые осуществленным на самолете с целью испытания и отработки реактивного двигателя в летных условиях». Королев, хотя это и не входило в его обязанности, опробовал двигатель лично, непосредственно в полете на различных высотах и скоростях.

Ракетные установки, разработанные Королевым, составляли основу аналогичных экспериментальных АРУ, которые использовались затем на самолетах Лавочкина, Яковлева, Сухого.



Возвращение



В августе 1944 года произошло долгожданное и вместе с тем неожиданное событие – С. П. Королева и остальных участников работ АРУ освободили из заключения. Но шла война, и освобожденные не могли пока разъехаться по домам. Королев остался: он не мог бросить испытания, не доведя их до конца. Теперь вольнонаемный Сергей Павлович жил в собственной комнате, которую ему выделило руководство завода. 

Королев начал атаковать Наркомат авиационной промышленности: 14 октября 1944 года и 30 июля 1945 года он посылает письма, в которых настойчего предлагает строить твердотопливные баллистические ракеты дальнего действия на твердом топливе. С этой целью Сергей Павлович считает необходимым создать специальное конструкторское бюро с экспериментальной и опытной базой. Основной работой предполагаемого коллектива  СКБ в 1945-1946 гг. может стать предлагаемая им твердотопливная ракета, способная доставить боеголовку на расстояние 70 километров. Предложения Сергея Павловича не остались без внимания, и он получил проектное задание именно такое, на которое рассчитывал.

Война длилась еще длинных четыре месяца. 8 мая 1945 года был подписан Акт о безоговорочной капитуляции Германских вооруженных сил.

Еще три месяца оставался Королев в казанском КБ, заканчивая дела, подводя итоги более чем двухлетней работы, после того, как покинул Омск и А. Н. Туполева. Тома документов. В одних – все о ракетных ускорителях, в других – наброски, эскизы, проекты, чертежи реактивных самолетов различных типов, деловые записки в высокие инстанции с предложениями о необходимости развертывания ракетостроения. Скрасила жизнь Королева последних казанских дней волнующая неожиданность: Указом Президиума Верховного Совета СССР Сергей Павлович, как и миллионы тружеников тыла был удостоен Государственной награды – медали  «за доблестный труд в Великой Отечественной Войне 1941–1945 гг.». а через несколько дней пришел долгожданный вызов в Москву.

12 августа 1945 года Сергей Павлович вошел в свой дом. Дочка, вбежавшая в дом, увидев сидящего рядом с мамой мужчину, улыбающихся бабушку и дедушку, сначала растерялась, но быстро сообразив, что перед ней ее отец, которого она знала лишь по старой фотографии да по рассказам матери, бросилась к нему и крепко обняла.

—  Папа, почему ты так долго был в командировке?

—Так случилось, Наташа, - это все, что мог ответить ее отец.

Жена Сергея Павловича Кеана тоже много изменилась за последние семь лет. Стала строже, молчаливее, почти седая, а ведь ей всего тридцать семь…

Все эти годы она трудилась в больнице имени Боткина, лечила раненых, защитила кандидатскую диссертацию. Ее ценили, как прекрасного хирурга травматолога. После возвращения в Москву Королева привлекли к работе над созданием военной ракетной техники, подобной трофейной немецкой ракете «фау». В сентябре 1945 г. Сергей Павлович в составе Межведомственной комиссии прибыл в Берлин. Перед командировкой ему присвоили звание подполковника, и он впервые за много лет одел военную форму. Предстояло полностью разобраться в конструкции и производстве «фау», попытаться собрать хотя бы несколько немецких ракет. В этих условиях было принято единственно верное решение – каждый из специалистов, в зависимости от направления его деятельности, отвечал за один из компонентов ракеты.

Немецкая ракета «фау» имела единственное техническое преимущество по сравнению с подобными разработками советских ученых, чьи ракетные агрегаты развивали тягу в полторы тонны. «Фау» же поднял в небо и унес за двести километров от старта двигатель тягой в 25 тонн. (Немецкие ученые и инженеры, начиная с 20х годов, проявляли постоянный повышенный интерес к трудам К. Э. Циолковского и его последователей, к ракетным организациям, приступившим к реализации его идей.)

С. П. Королев как специалист, лучше других знавший все проблемы ракетостроения в комплексе, стал неофициальным лидером группы. Большую помощь работе оказал Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков, бывший тогда главнокомандующим группы советских войск в Германии.

Международная обстановка между тем все осложнялась. Стали создаваться военно-политические блоки, направленные против СССР. Над миром нависли грозные тучи «холодной войны». Создавалась взрывоопасная обстановка, и было необходимо экстренно повысить обороноспособность страны. 13 мая 1946 года Совмин СССР принял постановление о создании отечественной ракетостроительной промышленности. В подмосковных Подлипках был организован научно-технический центр по разработке ракет на жидком топливе. В дополнение к новому НИИ невдалеке от Подлипок, в Болшеве, появился НИИ-4 военного ведомства. Его задачей стала разработка проблем применения ракетной техники в Советской Армии. Одновременно в астраханской степи, у поселка Капустин Яр, возводился испытательный ракетный полигон.

Сергей Павлович Королев был назначен начальником отдела и Главным конструктором баллистических ракет дальнего действия главного научно-технического института (НИИ-88).

Работы по изучению трофейных ракет продолжались. По результатам исследования советские специалисты подготовили многотомный труд «Сборник материалов по изучению трофейной ракетной техники». Вывод ученых был однозначным: несмотря на большие практические достижения «немецкий путь развития ракетной техники не содержал каких-либо откровений…» Надо учесть их опыт, но продолжать идти своим путем, начало которому положено еще в 30х годах коллективами ГДЛ, ГИРД и Реактивного научно-исследовательского института (РНИИ).

 В феврале 1947 года Королев вернулся в Москву. С женой Ксаной произошел разрыв, она не согласилась с необходимостью ехать в Подлипки, потерять работу, друзей.

Сергей Павлович приступил к работе в Подлипках. Он руководит сборкой и доводкой ракет, доставленных из Германии спецпоездом, ведет строительство первой отечественной ракеты дальнего действия Р-1. Чем больше вникал Сергей Павлович в работу, тем больше возникало проблем. Создание ракеты – это непрерывные взаимные увязки между разработчиками отдельных систем, постоянная борьба за каждый килограмм веса конструкции. Это и извечный компромисс между старыми, отработанными и, следовательно, надежными принципами и устройствами и еще недостаточно проверенными, с непредсказуемой надежностью, но более перспективными и многообещающими решениями.

Идей рождалось немало. Ему, Главному конструктору, следовало каждую оценить, многократно обдумать, прежде, чем дать ей ход. Многое опровергала практика, но кое-что становилось нужным. Научные решения порой казались настолько смелыми, что отдавали фантастикой, их-то и брал на вооружение Королев; но осуществлять удавалось далеко не всегда.

18 октября 1947 года на полигоне Капустин Яр состоялся старт первого образа баллистической ракеты А-4, собранного и отлаженного под руководством С. П. Королева. Испытания были признаны успешными. 

В том же году в МВТУ состоялся набор студентов на новый специализированный факультет. С.П. Королев прочитал там курс лекций по «Основы проектирования баллистических ракет дальнего действия».

Но Главный конструктор сам оставался «вечным студентом» – он учился на философском факультете вечернего Университета марксизма-ленинизма, посещал в столичных институтах по выбору лекции ученых.



«Холодная война»



29 августа 1949 года в Казахстане в присутствии Верховного командования Советской Армии, руководителей партии и правительства была испытана атомная бомба. Советский Союз показал, что он создал атомное оружие и любому агрессору может дать достойный отпор. Но страну со всех сторон со всех сторон окружали военные базы англо-американского военного блока. Проблемы доставки нового вида оружия к цели ракетами стала первостепенной. Вчерашние планы ОКБ воплощались в реальные дела. Ракета Р-2 поступила на вооружение Советской Армии в 1951 году, в середине 1953 года состоялся первый пуск ракеты Р-5, позднее началась доработка ее под атомную боеголовку. Особое место в те годы заняла, стартовавшая в апреле 1953 года оперативно-тактическая ракета под индексом «11».

Значительных успехов далось достичь  при создании геофизических ракет на основе боевых машин, получивших позднее название академических. На них с помощью всевозможных приборов велись научные исследования. По просьбе ученых в верхние слои атмосферы на разные высоты от 100 до 500 км поднимались возвращаемые на землю контейнеры с подопытными биологическими объектами, в том числе собаками. Шел новый активный процесс изучения стратосферы, прерванный войной, зондирование глубин ионосферы. Наука вплотную приступила к изучению условий осуществления пилотируемых полетов. Все, что делалось в этом направлении, проходило при активной практической и организаторской поддержке Королева. 

В 1954 году начальник ОКБ С. П. Королев подписал пятнадцать томов эскизного проекта первой межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) и к нему атлас чертежей.



Оборона и наука



Ракеты надежно встали на защиту Родины. Знаменитый королевский девиз: «Ракета – это оборона и наука!», с которым Королев пришел в ракетную технику, постепенно осуществлялся. Рождалась межконтинентальная ракета: шла наземная отработка ее систем, двигателей. С ней он связывал свои давние научные мечты. Королеву уже виделись спутники, запуски животных, полет человека на орбите вокруг Земли, Старт ракет к Луне, Венере, Марсу.

Предложение Королева о запуске искусственного спутника Земли нашло поддержку в Академии наук СССР. М. И. Тихонравов перевелся в ОКБ Королева и начал комплектовать свой отдел по разработке искусственных спутников Земли. С. П. Королев использует каждую возможность, чтобы подключить к идеям о космосе широкую научную общественность. Он встречается с астрономами, физиками, медиками, социологами и юристами. Постепенно идея о прорыве в космос сплачивает многих сторонников ее осуществления.

В апреле 1956 года по инициативе Королева Академия наук СССР созвала Всесоюзную конференцию по исследованию верхних слоев атмосферы. На ней доклад «Исследование верхних слоев атмосферы с помощью ракет дальнего действия» делает Сергей Павлович. На этой конференции он с трибуны заявил, что задача об осуществлении пилотируемого полета человека в ракете реально осуществима.

Межведомственный совет  под председательством академика М. В. Келдыша в итоге тщательной проработки плана исследований околоземного пространства пришел к заключению не ограничиваться одним вариантом. Рекомендовано было создать несколько летательных аппаратов, отличающихся друг от друга составом аппаратуры, весом.

В ОКБ приступили к созданию нескольких вариантов спутника-лаборатории массой до 1300 кг. На одном из вариантов такого спутника в специальном контейнере предполагалось послать в околоземное путешествие первое живое существо – собаку.

Шли споры о форме первого спутника Земли. 

— Шар и только шар! – настаивал Королев. – Шар, его форма, условия обтекания с точки зрения аэродинамики досконально изучены, известны все плюсы и минусы. Но дело не в этом. Поймите – первый! Когда человечество увидит искусственный спутник, он должен вызвать у всех добрые чувства. Что может быть выразительнее шара? Он близок к форме естественных небесных тел Солнечной Системы. Люди воспримут спутник как символ  космической эры. На борту его считаю нужным установить передатчики, чтобы их позывные могли принимать радиолюбители всех стран. Орбиты полета надо рассчитать так, чтобы каждый с Земли мог с помощью простейших оптических приборов видеть полет советского спутника.



Запуск первого спутника Земли состоялся 3 октября 2957 года в 22 часа по московскому времени. Это была мировая сенсация. 

А в конце 1957 года уже начался завершающий этап подготовки к запуску второго искусственного спутника Земли. Он весил в шесть раз больше первого, на его борту разместилась кабина для собаки по кличке Лайка. От успеха второго запуска зависело – быть в ближайшее время пилотируемому полету в космос или нет.

Утром 3 ноября 1957 года состоялся старт второго спутника. Наблюдения за Лайкой продолжались 7 суток. Из этого полета Лайка на Землю не вернулась, но ученые получили весьма ценные данные о воздействии невесомости на живой организм.

В ОКБ Королева под его личным руководством в то время на базе носителя «Спутник» создавалась трехступенчатая ракета – носитель «Восток», которая могла бы развивать вторую космическую скорость – 11 километров в секунду, необходимую для достижения Луны, или же для выноса на орбиту Земли полезные массы свыше четырех с половиной тонн. 

15 февраля 1958 года Королеву был представлен проект летательного аппарата, состоящего из двух отсеков: приборно-агрегатного и кабины для пилота. Но проблемы возникали одна за другой. Главной из них стала разработка способа возвращения корабля из космоса на Землю.

Дискуссии, споры, взаимоисключающие суждения, идеи, фантастические проекты, непонимание – все это Королев нес на своих плечах, сводил воедино, отбирал оптимальный вариант. Вряд ли пришлось бы это по силам кому-нибудь еще. Только всестороннее знание предмета, напористость и убежденность Сергея Павловича, его несгибаемая воля могли выдержать все это и добиться желаемых результатов в столь короткие сроки. 

Второй этап работы по кораблю – конкретная разработка его «начинки», проектирование систем жизнеобеспечения, кресла пилота, приборной доски, систем управления полетом, средств радиосвязи, телеметрии и много другого. Все это должно строго соответствовать своему назначению и укладываться в строго определенную массу и размер. Инженеры помнили строгое указание Королева – «не изобретать колес». Старались брать готовые агрегаты и приборы, выпускаемые радиоэлектронной промышленностью, создавали многие новые системы и все это пытались объединять на корабле так, чтобы разнообразная механика стала «живым» комплексом, работающим надежно.

С. П. Королев настолько тонко чувствовал взаимосвязь между многочисленными проблемами создания корабля, что подчиняя все его элементы единому техническому замыслу, не подавлял творческой индивидуальности участников разработки, стремился добиться самостоятельности и инициативы каждого. 

В ОКБ Королева знали: американцы тоже ведут интенсивные работы по созданию пилотируемого космического аппарата – корабля «Меркурий». Американцы обладали пока меньшими ракетными возможностями для космических полетов, но могли вложить больше средств в их осуществление. Между конструкторами двух стран шло необъявленное соревнование.

В конце 1959 года  сошло несколько готовых экземпляров спусковых аппаратов для наземных испытаний. Спускаемый отсек представлял собой шар серебристого цвета, диаметром 2.4 метра.

«Шарик» был похож на подводный батискаф, и вес его составил около двух с половиной тонн при объеме больше пяти кубических метров. При этом на долю кабины космонавта приходилось не многим более полутора кубических метров.

Все остальное пространство заполнялось приборами и системами, создававшие нормальные условия для полета человека и его возвращения на Землю. 

В начале 1960 года проводились самолетные испытания спускаемого аппарата, одновременно проводилась отработка приборного отсека космического корабля. 

Вместе с тем шла работа по лунной программе. 2 января 1959 года была запущена первая автоматическая станция «Луна-1». 

Но где-то произошла ошибка, и первый «лунник» не достиг Луны, а промчался в непосредственной близости от нее и вышел на околосолнечную орбиту, став первой искусственной планетой нашей Солнечной Системы. Хотя конечная цель не была достигнута, аппаратура станции представила во время полета уникальные данные о радиационном поясе Земли и о космическом пространстве. Новый эксперимент наших ученых получил мировое признание и вошел в историю космонавтики как начало межпланетных сообщений.

Старт «Луны-2» состоялся 12 сентября 1959 года в 0 часов 2 минуты 24 секунды. Второй  «лунник» доставил на поверхность Луны вымпел с гербом Советского Союза.

7 октября в 6 часов 30 минут московского времени «Луна-3» с расстояния 60-70 тысяч метров от Луны начала фотографирование лунной поверхности, продолжавшееся 40 минут. Впервые земляне увидели снимки обратной стороны Луны! Полет «Луны-3» позволил начать работу по созданию лунного глобуса.

Мечта Сергея Павловича о полете человека к Луне и планетам постепенно превращалась в реальность.



Человек в космосе!!!



К началу 1960 года специальная комиссия по отбору кандидатов в первый отряд космонавтов сформировала его: Юрий Гагарин, Герман Титов, Павел Попович, Валерий Быковский, Владимир Комаров, Павел Беляев, Алексей Леонов, Борис Волынов, Евгений Хрунов, Виктор Горбатко, Георгий Шонин и другие летчики-истребители высокого класса. Был создан центр подготовки космонавтов в Щелковском районе Московской области; журналисты окрестили его «Звездным городком».

14 марта 1960 года начались тренировочные занятия. Впервые в истории предстояло подготовить людей к полету в неведомое, наблюдать за их состоянием во время небывалого рейса, вернуть на Землю и сделать выводы о возможности дальнейших полетов человека в космос. Особенно интересовала специалистов невесомость. Состояние, близкое к невесомости удалось создать на самолете ТУ-104 на высоте 8000 метров.

Космонавты первыми проверяли на себе специально сконструированные центрифуги для выяснения возможностей человека при стартовых перегрузках и особенно при возвращении на Землю. Опыт показал, что человека следует располагать в кресле в лежачем положении под определенным углом. Выяснилось, что тренированный человек может выдержать кратковременное увеличение своего веса в 26 раз. В первых числах мая 1960 года был запущен один из прототипов «Востока» – корабль КП. Он вышел на орбиту без теплозащиты и без космонавтов. На 65-м витке 19 мая было решено возвратить корабль на Землю. Но тормозная установка не сработала, а выполнила роль ускорителя, и корабль ушел на другую орбиту. Старт второго, усовершенствованного корабля-спутника состоялся спустя три месяца. На его борту находились собаки Белка и Стрелка, мыши, крысы, насекомые, растения, зерна злаков, некоторые микробы. Полет и возвращение прошли строго по программе.

Наступил апрель 1961 г.

На космодроме Байконур шли в напряженном темпе предстартовые работы. Люди не замечали границ дня и ночи, порой часами не уходили с объекта, отдохнув час-другой на раскладушках, продолжали работу. Готовился полет человека в космос. 

Госкомиссии предстояло решить, кто из космонавтов полетит первым. В характеристике Гагарина было написано: «Настроение обычно немного приподнятое, вероятно потому, что у него с юмором, смехом все в порядке. Вместе с тем трезв и рассудителен, наделен беспредельным самообладанием. Тренировки переносит легко, работает результативно. Развит весьма гармонично. Чистосердечен. Чист душой и телом. Вежлив, тактичен, аккуратен до пунктуальности. Скромен. Прекрасная память. Выделяется среди товарищей широким объемом активного внимания, сообразительностью, быстротой реакции. Усидчив. Тщательно готовится к занятиям и тренировкам. Не стесняется отстаивать точку зрения, которую считает правильной».

8 апреля 1961 года Государственная комиссия по организации первого полета человека в космос утвердила дату полета – 12 апреля – и кандидатуру первого космонавта – Юрий Александрович Гагарин. Запасным пилотом назначен Герман Степанович Титов.

Утром 11 апреля космический комплекс был вывезен на стартовую площадку. Королев смотрел на ракету словно в первый раз. Высота трехступенчатого носителя была 38 метров, общий полетный вес с кораблем 287 тонн. На старте и первом этапе синхронно работают две первые ступени, состоящие из пяти блоков, снабженных собственными двигателями. Выработав свой топливный ресурс, четыре боковых блока, составляющих первую ступень ракеты, отбрасываются и падают на землю. Оставшийся центральный блок - вторая ступень - продолжает работу с силами земного притяжения, поднимая ракету все выше и выше. Но только после включения последней - третьей ступени - скорость достигает нужной величины. Корабль выходит на орбиту, становясь спутником Земли. 

	12 апреля 1961 года Сергей Павлович внешне казался невозмутимым, может только чуть больше обычного сосредоточенным: брови вытянулись в линию, почти сошлись на переносице, образовав глубокую складку, губы плотно сжаты, в глазах настороженность. Внутренне Королев напряжен до предела.

	На стартовой площадке космодрома Байконур стояла готовая к старту ракета. На фоне огромного диска Солнца, подсвеченная яркими лучами она казалась произведением искусства, а не творением инженерной мысли. Невдалеке собрались члены государственной комиссии - ученые, конструкторы, испытатели, ракетчики. Из подъехавшего автобуса вышел Юрий Гагарин. Он доложил председателю государственной комиссии о готовности к полету и, попрощавшись со всеми, подошел к подножью ракеты. Последний шаг по Земле, последний  - дополетный.  Его первые шаги по Земле после полета ознаменуют начало Новой Эры.

Прощальная речь космонавта, аплодисменты, пожелания счастливого пути. Гагарин поднимается в кабину корабля.

Наступили самые ответственные минуты для тех, кто создавал ракету и корабль, готовил их к старту. Нервы у всех были взвинчены до предела. Негромкий монотонный звук хронометра, отчитывающего секунды, раздавался в голове, как молот по наковальне. Неторопливо, одна за другой, отдавались команды. Сергей Павлович дублировал их на борт «Востока» Юрию Гагарину, и, казалось, что именно он отдает их. 

- Подъем! - почти закричал в микрофон Королев.

Ракета сначала медленно, словно нехотя, а затем все быстрее устремляется ввысь. Факел пламени бьет в бетон стартовой площадки.

- Поехали! - донесся в бункер счастливый голос космонавта.

Это неожиданное и такое подходящее к моменту, удалое «поехали» в одно мгновенье сняло нервное напряжение.

 Все заулыбались, облегченно вздохнули, словно сбросили с плеч тяжелый груз. 

Человек в космосе!

Полет продолжался 108 минут и не обошелся без неприятности. Когда включилась тормозная двигательная установка, «Восток» вышел на спусковую траекторию, отстыковка спускаемого аппарата от корабля произошла с задержкой почти на 10 мнут.

В 10 часов 55 минут состоялось приземление недалеко от Саратова. Все нормально. Космонавт невредим, чувствует себя хорошо. 

В эти апрельские дни весь мир произносил по-русски ставшие сразу знаменитыми слова: «Гагарин», «Восток», «Космос». Мировая слава обрушилась на Гагарина, он за несколько часов стал любимцем всей планеты. А Сергей Павлович Королев, шаг за шагом 30 лет упорно шедший к своей победе, так и остался до конца своих дней никому не известным главным конструктором.

Его имя было засекречено. Свои научные работы и статьи в прессе Сергей Павлович подписывал псевдонимом «профессор К. Сергеев».



Последние годы жизни.



Годы заключения, годы напряженного труда на пределе человеческих возможностей подорвали здоровье Сергея Павловича, на которое он никогда не жаловался. Он не любил лечиться. После полета Гагарина жить ему оставалось чуть меньше пяти лет. Вот основные замыслы и свершения этих последних лет:



1962 – С. П. Королев руководил: летными испытаниями первой стратегической ракеты на твердом топливе, совместным полетом двух кораблей «Восток», пилотируемых Андрияном Николаевым и Павлом Поповичем, стартом межпланетной станции «Марс-1»; подготовил «Заметки по тяжелому межпланетному кораблю и тяжелой орбитальной станции»; получил согласие правительства на доработку тяжелой ракеты Н-1 с доведением ее полезного груза до 75-100 тонн.



1963 – Руководил космическим полетом кораблей «Восток», пилотируемых Валерием Быковским и первой женщиной-космонавтом Валентиной Терешковой; закончил научно-техническую справку «О возможности использования корабля «Восток» для экспериментальных исследований по перспективным программам космонавтики; внес предложение в правительство о создании лунного пилотируемого корабля и посадочного модуля для суперракеты Н-1 многоцелевого назначения.



1964 – Осуществлял руководство полетом спутников системы «Электрон», а также трехместного корабля «Восток» с космонавтами – летчиком Владимиром Комаровым, конструктором Константином Фиоктисовым и врачом Борисом Егоровым; вел отработку ракеты-носителя «Союз» с третьей ступенью повышенной мощности; продолжал работы по модификации Н-1.



1965 – Руководил: созданием лунного корабля и разгонного блока для осуществления облета Луны с помощью тяжелого носителя УР-500 конструкции В. Н. Челомея, полетом корабля «Восход-2» с Павлом Беляевым и Алексеем Леоновым на борту и выходом человека в открытый космос; возглавил создание многоцелевого корабля «Союз» провел эксперимент «Зонд» с фотографированием обратной стороны Луны и испытанием спутника связи «Молния».



1966 – С. П. Королев отправил в Академию Наук СССР отчет о научной деятельности  за 1965 год; под псевдонимом «Профессор К. Сергеев» опубликовал 1 января в «Правде» статью «Шаги в будущее»; созвал как руководитель ОКБ м его Главный конструктор совещание своих заместителей для обсуждения задач на ближайшее будущее.



16 января 1966 года С. П. Королев скончался во время операции. Легенду о безымянном конструкторе  развеяли суровые и скорбные строки правительственного некролога. Земляне узнали, что под именем таинственного Главного «скрывался» Сергей Павлович Королев.

Люди Земли никогда не забудут его слова:

«…То, что казалось несбыточным на протяжении веков, что еще вчера было лишь дерзновенной мечтой, сегодня становится реальной задачей, завтра – свершением. 

Нет преград человеческой мысли!»


Список использованной литературы:



1. Советские ученые. Очерки и воспоминания. Изд-во Агентства печати и Новости, 1982.

2. А. П. Романов. Королев. Молодая гвардия. ЖЗЛ. 1996.

3. Ю. В. Бирюков. Материалы к биографической хронике С. П. Королева. М., 1983г.









1

	- 1 -	



8