Заключение, изменение и расторжение гражданско-правового договора по российскому современному гражданскому законодательству

Дипломная работа



	Заключение, изменение и расторжение гражданско-правового договора по российскому современному гражданскому законодательству


ОГЛАВЛЕНИЕ



	ВВЕДЕНИЕ

	ГЛАВА 1 ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ЗАКЛЮЧЕНИЯ, ИЗМЕНЕНИЯ И РАСТОРЖЕНИЯ ГРАЖДАНСКО - ПРАВОВОГО ДОГОВОРА

	1.1 История заключения, изменения и расторжения гражданско-правового договора

	1.2 Общие положения об особенностях заключения договора по российскому современному гражданскому законодательству

	ГЛАВА 2 СТАДИИ И ПОРЯДОК ЗАКЛЮЧЕНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ДОГОВОРА

	2.1 Свобода заключения гражданско-правового договора как неотъемлемая часть принципа свободы договора

	2.2 Порядок заключения и существенные условия, необходимые для заключения гражданско-правового договора

	2.3 Этапы заключения гражданско-правового договора

	ГЛАВА 3 ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ УЧАСТНИКОВ ДОГОВОРА

	3.1 Прекращение и изменение договора как способ защиты прав контрагентов

	3.2 Признание договора недействительным и расторжение как способы защиты гражданских прав контрагента

	ЗАКЛЮЧЕНИЕ

	БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


ВВЕДЕНИЕ



Актуальность темы исследования. Избранную тему дипломного исследования следует считать весьма актуальной в силу того, что регулирующая функция договора позволяет уникальным способом совместить и учесть интересы каждого субъекта гражданских правоотношений. Это особенно важно в современных условиях развития российского демократического гражданского общества.

Принципы функционирования рынка обусловливают необходимость использования в деятельности субъектов гражданского оборота такого универсального правового инструмента как договор. Ежедневно каждый из нас, сам того не замечая, заключает и исполняет множество договоров. Именно договор — основное средство установления и правовой регламентации коммерческих отношений между равноправными и независимыми хозяйствующими субъектами. Гражданский кодекс РФ закрепил свободу заключения договора в качестве основополагающего начала договорного права.

Договор - одна из наиболее древних правовых конструкций. Наикратчайшее и, возможно, наиболее точное определение понятие «договор» (лат. contractus) получило две с лишним тысячи лет назад у древнеримских юристов: «любое взаимное обязательство». Развитие различных форм общения между людьми выдвинуло потребность в предоставлении им возможности по согласованной сторонами воле использовать предложенные законодателем или самим создать правовые модели. Такими моделями и стали договоры (контракты).

В нашей стране вплоть до недавнего времени основная масса договоров - те, которые связывали между собой главных участников тогдашнего экономического оборота - государственные, а также кооперативные и иные общественные организации, - заключалась во исполнение или для исполнения плановых актов. Воля контрагентов в таких договорах складывалась под прямым или косвенным влиянием исходящих от государственных органов заданий. Тем самым договор утрачивал свой основной признак; он лишь с большой долей условности мог считаться результатом достигнутого контрагентами согласия. Иного и быть не могло, если учесть, что плановый акт предопределял в виде общего правила, какие именно организации, о чем, когда и в каком объеме должны были заключать договоры на передачу товаров, выполнение работ или оказание услуг.

Указанная роль договора, а также особенности российского гражданского оборота, придают данной теме исследования очевидное практическое значение: именно здесь скрываются огромные резервы экономии средств и многообразных ресурсов партнеров, повышения эффективности использования своего потенциала.

Степень научной разработанности проблемы. Вопросы заключения, изменения и расторжения договора имеют большое теоретическое и практическое значение и являются предметом постоянного практического интереса в странах с развитой экономикой, привлекая внимание многочисленных ученых. В науке гражданского права России, исследованиям вопросов заключения, изменения и расторжения договора, посвящены работы таких авторов как Т.Е.Абова, Н.Г. Александров, Г.С.Амерханов, Г.Н. Амфитеатров, В.В. Артемов, М.И.Брагинский, В.В. Витрянский, Ф.И. Гавзе, Е.М. Денисевич, М.А. Егорова, А.Д. Жанэ, О.С. Иоффе, А.Ю. Кабалкин, Л.А. Лунц, Д.И.Мейер, Д.В. Мурзин, Н.Ю. Мурзина, И.Б. Новицкий, А.Н. Обыденнов, Е.Б. Овдиенко, Э.С. Петросян, Б.В. Покровский, Ф.К. Савиньи, О.Н.Садиков, и ряд других ученых-юристов.

Вместе с тем проблематика темы не исчерпана и требует дальнейшего изучения.

	Цели нашей работы:

											- определение круга правоотношений, возникающих при заключении, изменении и расторжении гражданско-правового договора и регулируемых современным российским гражданским правом;

											- выявление возможных пробелов в праве в части гражданско-правовой регламентации заключения договора;

	- выявление возможных недостатков и положительных моментов в правоприменительной практике при реализации вышеуказанных норм, а также предложения по повышению их эффективности.

	Данные цели обусловили необходимость следующих задач:

	- анализ гражданско-правовых норм, регулирующих правоотношения, возникающие при заключении, изменении и расторжении договора;

											- анализ юридической практики при реализации вышеуказанных норм;

	- рассмотрение круга правоотношений, возникающих при заключении договора;

	- выявление возможных пробелов в праве в части гражданско-правовой защиты прав сторон, заключающих договор.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения, возникающие при заключении договора.

В прямой зависимости от объекта находится предмет исследования, который составляют:

• нормы гражданского законодательства, регламентирующие порядок заключение договора;

• практика реализации правовых норм, регламентирующих порядок заключение договора;

• тенденции совершенствования рассматриваемых положений законодательства в части заключения договора.

Методы исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов и рекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического методов.

Нормативную базу работы составили: Конституция Российской Федерации; действующее гражданское законодательство бывшего СССР, Российской Федерации и РСФСР, а также союзных республик; подзаконные нормативные акты применительно к теме исследования.

Теоретической основой исследования явились научные труды отечественных ученых в области гражданского права, а также иные литературные источники и материалы периодической печати, относящиеся к проблемам дипломной работы, в той мере, в какой они были необходимы для возможно более полного освещения вопросов избранной темы.

Структура и объем работы соответствует целям и задачам, поставленным перед исследованием. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, включающих семь параграфов, заключения, в котором представлены основные выводы и предложения и библиографического списка.


ГЛАВА 1 ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ЗАКЛЮЧЕНИЯ, ИЗМЕНЕНИЯ И РАСТОРЖЕНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ДОГОВОРА



1.1 История заключения, изменения и расторжения гражданско-правового договора



Гражданско-правовой договор давно известен человечеству. Достаточно вспомнить римское право.

Так для обозначения договора римляне использовали слово “контракт”, в отличие от “пакта” как термина более широкой значимости, рассчитанного не только на договоры, но и на любые соглашения вообще. Когда товарный оборот достиг размаха, явившегося следствием зарождения и развития капиталистического способа производства, который нуждается в предельно упрошенных юридических формах циркуляции товаров, силу договора приобрело и простое соглашение, совершенное с юридически направленными целями. Экономика Древнего Рима даже на самом восходящем этапе своего движения надобности в этом не испытывала. Соответственно и римские источники относили к договорам не всякие, а лишь определенным образом выраженные соглашения, заключение которых сопровождалось традиционной символикой в одних случаях и иными действиями или заранее предустановленными словами в других.

Нормальным способом прекращения договора по римскому праву, было его исполнение. Договор признавался исполненным, если представлялось то, что было должно. Должное (надлежащее) исполнение включало в себя следующие элементы: 1)совершение указанных в договоре действий; 2)исполнение самим должником; 3)исполнение лично кредитору; 4)оформление исполнения.

Когда договор заключался под отменительным условием, он прекращал свое действие, если это условие наступало. Прекращение договора вызывалось, кроме того, слиянием кредитора и должника в одном лице, смертью или огорчением правового состояния любого из них.

В Древнерусском государстве договор являлся основанием возникновения обязательств. Существенные условия действительности договора, порядок совершения договора, толкование его и прекращение определялись главным образом самими сторонами.

Для возникновения договора главным и необходимым условием была свободная воля и сознание договаривающихся сторон. Отсюда само собою вытекает, что договор, заключенный по принуждению, не имел никакой силы.

Как ни просто это требование, однако московская практика едва могла сладить с явлениями противоположными: акты того времени содержат в себе частые жалобы на то, что долговое обязательство или контракт купли-продажи “вымучен” у контрагента истязаниями или угрозой истязаний. Разбирать подобные дела было тем труднее, что такие акты могли появляться в полной крепостной форме того временим, обидчик мог столкнуться с площадными подьячими (тогдашними нотариусами), взять их к себе в дом и туда же обманно зазвать жертву или вместе с подьячими наехать в его дом и таким образом отрывать ему путь от всяких сообщений со сторонними лицами, которые могли быть свидетелями. Именно такой случай имеет в виду Уложение (Х. 251). Отсюда возникло законодательное требование, чтобы о таких событиях подаваема была судебной власти явка тотчас же после события, в срок не свыше недели, т.е. спор о вынужденности обязательства может быть заявлен лишь в семидневный срок.

Требование свободной воли от заключающих договоры не выдержано, однако, вполне и в самом законодательстве того времени. Оно само иногда требует, чтобы договорные отношения возникали по необходимости. Так, при начале процесса договор поручительства (о явке к суду) обыкновенно совершался невольно или одной стороной, или обеими, когда судебная власть насильно отдавала на поруки обвиняемого его родственникам или общинникам.

В другом случае договор составляется помимо воли одного из контрагентов. Так, квартирные хозяева лиц военных во время похода считаются по закону депозиторами их вещей. Хозяин должен принять вещь на сохранение при выступлении квартиранта в поход. В законе только содержится намек на это (Улож. X. 190). Но процессуальные акты того времени указывают, что такой порядок дела усвоен, был повсюду: так, псковичи жалуются, что “ищут на них посадских людех, казаки, браняся, поклепом, поклажеев и поставленья, воровски, рублей по 5 и по 10 и болши”.

Договор, заключенный при отсутствии ясного сознания (например, в состоянии опьянения) считался недействительным.

Обязательства, основанные на обмане и ошибке, также были недействительны. Обман был возможен относительно лица обязывающегося (его тождества и правоспособности), относительно права лица (продажа чужой вещи), относительно предмета обязательства (его тождества и качеств). Эта сторона обязательственного права уясняется в московском праве так же мало, как мошенничество в уголовном праве. Законодательство того времени заинтересовано всеми этими понятиями преимущественно по отношению к договору купли-продажи и служилой кабале, и притом преимущественно с уголовной точки зрения. Купивший вещь, на которую продавец не имел права собственности, подвергается опасности не только потерять вещь, но и быть привлеченным к суду об участии в краже или утайке.

В Московском государстве продолжалось немалое время словесное совершение договоров; в этом московское право осталось далеко позади законодательства псковского. Еще Судебник Иоанна IV допускал иски о договорах, без кабалы и в процессе позволял при этом доказательства через свидетелей и поединок. В практике письменное совершение их в XVI в. делается более общим, и закон предписывает, например, чиновникам при уплате должником денег в разные сроки делать отметки об этих уплатах на кабалах и на записях, - впрочем, не отвергает еще возможности бескабальных договоров.

Акты, бывшие тогда в ходу, были кабалы, записи и памяти. Письменная форма актов, хотя в XVI в. стала всеобщей, но еще не была обязательной по закону. В первый раз эта обязательность появилась в ХVI в. 7 июня 1635 г. дан был царский указ, в котором государь говорит, что ему “ведомо, учинилось”, что многие ищут по договору поклажи и займа бескабельно - без письменных документов. Государь указал отказывать в приеме челобитных по договорам займа, поклажи и ссуды, если челобитчики не представят крепостей? кабал, записей и памятей.

Письменный акт договора должен быть собственноручно подписан обязывающимися. За того, кто не знает грамоты, по закону 5 февраля 1619 г. (Ук. кн. зем. прик. ст. XIII, 7), может подписаться его духовный отец и лишь в случае невозможности добыть такую подпись (отца духовного близко нет, или с ним вражда), дозволяется рукоприкладство ближних родственников: родных братьев или племянников. Отсюда следует заключить, что ничье рукоприкладство, кроме этих лиц, вовсе не допускается; в частности, не упоминается о возможности рукоприкладства нисходящих за отцов и обратно.

Письменная форма не считается, однако, вполне достаточной для полной достоверности акта. Она переходит постепенно в крепостную.

Акты, должным образом составленные, но подлежащие, сверх того, укреплению в приказах, при неисполнении этого последнего теряют силу.

В период Империи сначала (при Петре I) все акты подлежали укреплению; местами укрепляющими признаны были: оружейная палата (1701 г.), потом московская ратуша (1706 г.) и, наконец, юстиц-коллегия (с 1719г.). Составление актов вверено было опять подьячим Ивановской площади, с более точным определением порядка их назначения и ответственности и под наблюдением приказа крепостных дел. В городах, сначала центральных (“разрядах”), а потом при надворных судах позволено было совершать всякие акты. В портовых и более значительных городах установлены маклеры из купцов. При Екатерине II установилось правило, что крепостным порядком должны совершаться лишь акты о проходе недвижимой собственности; от крепостной формы отделилась явочная (для доверенностей, запродажных, арендных контрактов и пр.).

Договор прекращается или исполнением, его, или неисполнением в срок, или давностью, или смертью одного из контрагентов (в некоторых случаях).

Срок обязательства обыкновенно устанавливается сторонами добровольно в актах обязательства. Только в некоторых случаях законодательство определяло общий срок сделки: так, относительно крестьянской аренды имущества (перехода крестьян) в Псковской судной грамоте и в Судебнике установлен один общий срок в году. Других ограничений, например, назначения максимума срока для аренды недвижимостей, существующих теперь, не находим в древнем праве.

Иногда веритель был заинтересован в том, чтобы должник не исполнил в срок обязательства; это бывает при исполнении займа, обеспеченного залогом, когда по уплате для кредитора прекращалось право пользования заложенной вещью. Уже тогда было установлено, что должник, в случае отказа кредитора принять уплату, может представить уплачиваемые деньги судье, а от него получает отпись, расписку в получении.

Иногда срок исполнения по обязательству отдаляется по распоряжению верховной власти для известных лиц в определенных случаях или для целого населения в известный период и т.д.

Среди явлений реальной действительности, с которыми закон связывает возникновение, изменение и прекращение гражданских правоотношений, особое место занимает гражданско-правовой договор.

Гражданский кодекс РФ признает договором соглашение двух или нескольких лиц. Определение договора посредством термина "соглашение" присуще не только российскому гражданскому праву. Законодательство Франции трактует договор как "соглашение, посредством которого одно или несколько лиц обязываются в отношении одного или нескольких других лиц дать что-либо, сделать что-нибудь или не делать чего-нибудь". Английское право также констатирует, что "большинство договоров вытекает из соглашения".

В русском языке слово "соглашать" означает, в частности, "убедить, уговорить, условиться, обязать условием", термин "соглашение" подразумевает, помимо прочего, "приведение в согласный порядок", а также "взаимное решение". Таким образом, соглашение - это приведение чего-либо в согласный порядок. Применительно к договору можно сказать, что соглашение представляет собой приведение в согласный порядок воль обеих сторон. "Договор вообще есть соглашение нескольких лиц, определяющее их юридические отношения в форме выражения общей воли".

Отметим, что в проекте Гражданского Уложения (книга пятая), внесенного в Государственную Думу в 1913 г., было предусмотрено, что договор признается заключенным, если договаривающиеся стороны выразили друг другу согласие по всем предметам, имеющим по закону или по заявлению хотя бы одной из сторон существенное значение.

Законодательство советского периода практически полностью исключало для организаций право отказаться от переговоров по поводу заключения договоров. При заключении договора стороны могли действовать обычными методами гражданского права: не договорились – разошлись. Плановая организация товарооборота в стране не допускала того, чтобы «по прихоти отдельных хозяйственников или вследствие их неумения подняться до понимания народнохозяйственной точки зрения, приходилось жертвовать бы судьбой договора. Если нет договоренности, если есть разногласия, то обязателен преддоговорный арбитраж».

По ГК РСФСР 1922 г. существенными, во всяком случае, признавались предмет договора, цена, срок, а также все те пункты, относительно которых по предварительному заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (ст. 130). Однако фактически существенным и необходимым пунктом договора, был только предмет, поскольку цена и срок были необходимы не для всех видов договоров.

ГК РСФСР 1964 г. (ст. 160), Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1991 г. (ст. 58) называли три вида существенных условий договора: 1) признанные существенными по закону, 2) предопределяемые характером договора, 3) условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.




1.2 Общие положения об особенностях заключения договора по российскому современному гражданскому законодательству



В Гражданском кодексе под «Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей».

Общие правила о заключении договоров, установлены в главе 28 ГК РФ, которые не являются исчерпывающими. Правила этой главы подчинены общим положениям ГК о совершения сделок (гл. 9 "Сделки", гл. 10 "Представительство. Доверенность''), а также дополняются нормами ГК об отдельных договорах, которые предусматривают дополнительные указания о форме и других особенностях заключения некоторых договоров (ст. 493, 507, 527, 540, 574 и др.).

Дополнительные правила о заключении отдельных групп договоров содержатся в законодательстве об этих договорах, например, в транспортных уставах и кодексах в отношении договора перевозки груза (подача предварительных заявок, особенности формы н составления перевозочных документов), в законодательстве о поставках для государственных нужд, а также в законодательстве о проведении торгов (конкурсов) на размещение заказов.

По действующему законодательству, для того, чтобы стороны могли достигнуть соглашения и тем самым заключить договор, необходимо, по крайней мере, чтобы одна из них сделала предложение о заключении договора, а другая – приняла это предложение. Поэтому заключение договора проходит две стадии. Первая стадия именуется офертой, а вторая – акцептом. В соответствии с этим сторона, делающая предложение заключить договор, именуется оферентом, а сторона, принимающая предложение, - акцептантом. Договор считается заключенным, когда оферент получил акцепт от акцептанта.

Вместе с тем далеко не всякое предложение заключить договор приобретает силу оферты. Предложение, признаваемое офертой, в соответствии со ст. 435 ГК РФ: а) должно быть достаточно определенным и выражать явное намерение лица заключить договор; б) должно содержать все существенные условия договора; в) должно быть обращено к одному или нескольким конкретным лицам.

Так А.Н. Масляев считает, что при отсутствии любого из указанных выше признаков предложение может рассматриваться как вызов на оферту.

Заключенные договоры должны исполняться на тех условиях, на которых было достигнуто соглашение сторон, и не должны изменяться. Такое общее правило придает устойчивость гражданскому обороту.

Вместе с тем может возникнуть и такая ситуация, когда интересы общества требуют изменения условий уже заключенных договоров.

ГК предусматривает способы, используя которые стороны могут по соглашению между собой расторгнуть или изменить договор. Например, путем новации, предоставления взамен исполнения отступного.

Однако по договорам в пользу третьего лица стороны не могут расторгнуть или изменить заключенный ими договор без согласия третьего лица с момента его согласия воспользоваться своим правом по договору.

Действующие процессуальные правила (ч. 2 ст. 34 ГПК и п. 4 ст. 37 АПК) запрещают судам общей юрисдикции и арбитражным судам утверждать мировые соглашения сторон (в том числе и влекущие за собой изменение или расторжение договора), если они нарушают права и охраняемые законом интересы третьих лиц. По мнению Ф.А. Вячеславова х

отя закон и не возбраняет сторонам изменять обязательство, обеспеченное поручительством, однако, коль скоро такие изменения влекут для поручителя увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия, и он не дал согласия на это, поручительство прекращается.

Изменить или расторгнуть договор, если соглашение об этом не достигнуто, можно по требованию заинтересованной стороны, причем только в судебном порядке и лишь при наличии определенных оснований.

Прямо установленное в статье 450 ГК РФ основание для изменения или расторжения договора (его существенное нарушение) следует трактовать в соответствии со смыслом предписаний закона. А он состоит в том, что существенным следует признавать такое нарушение, которое влечет для другой стороны невозможность достижения цели договора. В этой связи термин "ущерб" не должен толковаться ограничительно. Кроме возможных высоких дополнительных расходов, неполучения доходов, он включает и другие последствия, существенно отражающиеся на интересах стороны. Такой подход законодателя ясно прослеживается при анализе отдельных положений ГК. Например, по договору пожизненной ренты (ст. 599) сам факт ее неуплаты в срок дает право получателю ренты потребовать расторжения договора. Существенным нарушением договора купли-продажи признается, в частности, передача товара с неустранимыми недостатками, с недостатками, выявляемыми неоднократно либо продляющимися вновь после их устранения (п. 2 ст. 475). При применении этого правила следует учитывать арбитражную практику, нашедшую, в частности, отражение в информационном письме ВАС РФ от 5 мая 1997 г. № 14 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договора".

Прежде всего, сторона, ссылающаяся на существенное нарушение договора, должна представить суду соответствующие доказательства его наличия. Сам факт наличия такого нарушения не служит основанием для расторжения договора, если в разумный срок нарушение устранено. Когда сторона имела право в силу норм ГК требовать изменения договора, но им не воспользовалась, суд по требованию другой стороны обоснованно принял решение о расторжении договора, признав существенными допущенные наращения.

Решением Сызранского городского суда отказано в удовлетворении исковых требований Акционерного коммерческого Сберегательного банка РФ в лице Сызранского отделения N 113 о расторжении договора банковского вклада, так как после его заключения существенно изменились условия, при которых этот договор заключался.

Президиум Самарского областного суда решение отменил, указав следующее.

Отказывая в удовлетворении требований банка о расторжении договора, суд пришел к выводу о том, что банком пропущен срок исковой давности, о применении которого было заявлено ответчиком, а также о том, что отсутствуют предусмотренные законом основания для расторжения договора.

При этом суд ссылался на то, что срок обращения с данным иском в суд истек 28.02.99, т. е. через три года после введения в действие с 01.03.96 части второй ГК РФ, где статьей 838 был введен запрет на одностороннее снижение банком процентных ставок по договору банковского вклада.

Между тем, при рассмотрении данного дела судом допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в том, что суд не правильно применил исковую давность, безосновательно поставив начало течения срока в зависимость от момента введения в действие части второй ГК РФ.

Кроме того, суд также не правильно истолковал и применил ст.ст. 450,451 ГК РФ о расторжении договора, так как не принял во внимание конкретные обстоятельства данного дела, имеющие юридическое значение, не учел, что изменилась экономическая ситуация в стране, не принял во внимание и должным образом не проверил доводы истца об убыточности данного договора для банка и что в нынешней экономической ситуации с учетом изменившейся ставки рефинансирования Центрального Банка и ныне действующего законодательства банк не заключил бы данную сделку на таких условиях.

Решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

Ко второй группе оснований, дающих право требовать изменить или расторгнуть договор, относятся как установленные Кодексом и другими законами, так и предусмотренные договором. Например, по договору присоединения такое право при определенных условиях предоставлено присоединившейся стороне.

Основания для расторжения сделок приватизации государственного или муниципального имущества предусмотрены Законом о приватизации.

Необходимо проводить четкое различие между правом предъявить требование о расторжении договора (полном или частичном) и правом на односторонний отказ (полностью или частично) от его исполнения. Односторонний отказ от исполнения договора производится без обращения в суд и соответственно в силу самого факта его осуществления договор считается расторгнутым, а при частичном отказе – измененным. Это не исключает возможности оспаривать в суде обоснованность одностороннего отказа на основании общих предписаний ГК.

В части первой ГК предусмотрены некоторые общие положения, предоставляющие стороне право на односторонний отказ от исполнения договора. Таким правом обладает сторона, в отношении которой не выполнено встречное обязательство либо обстоятельства с очевидностью свидетельствуют, что оно не будет исполнено в установленный срок.

Может им воспользоваться и кредитор при просрочке должника, если в связи с этим исполнение утратило для него интерес.

По общему правилу понуждение к заключению договора не допускается.

В то же время законодатель в отдельных случаях предусматривает основания применения понуждения к заключению договора. Так, ст. 426 ГК РФ устанавливает обязательность заключения коммерческой организацией публичного договора; п. 5 ст. 429 ГК РФ содержит правило об обязательности заключения для сторон, заключивших предварительный договор, основного договора. При наличии определенных условий является обязательным заключение государственного контракта на поставку товаров для государственных нужд (ст. 527 ГК РФ), государственного контракта на выполнение подрядных работ для государственных нужд (ст. 765 ГК РФ).

Основное значение при определении последствий неисполнения установленной обязанности заключить договор имеет, на наш взгляд, п. 4 ст. 445 ГК РФ, согласно которому, если сторона, для которой в соответствии с Гражданским кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, то другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении к заключению договора.

Таким образом, исходя из положений п. 4 ст. 445 ГК РФ можно сделать вывод о том, что требование о понуждении к заключению договора может быть заявлено и рассмотрено лишь в судебном порядке. Иные формы защиты в этом случае не применяются. В то же время реализовать требование о понуждении к заключению договора сторона вправе, если заключение данного договора обязательно для контрагента в силу указания закона или добровольно принятого на себя обязательства.

Понуждение к заключению договора представляет собой способ защиты публичного интереса.

Так, в соответствии с п. 2 ст. 7 Федерального закона от 26 марта 2003 г. № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" в целях обеспечения безопасности Российской Федерации, защиты прав и законных интересов юридических и физических лиц, обеспечения единства экономического пространства в сфере обращения электрической энергии собственники или иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, входящие в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, ограничиваются в осуществлении своих прав в части: права заключения договоров оказания услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и определения условий этих договоров. Изложенная норма свидетельствует о том, что обязанность перечисленных субъектов заключать договоры о предоставлении услуг по передаче электроэнергии направлена на обеспечение интересов общества и государства, в том числе обеспечения безопасности РФ.

Конечно, как было упомянуто выше, понуждение к заключению договора возможно в случаях, предусмотренных законом или добровольно принятым обязательством. В то же время существование такого требования само по себе в значительной мере препятствует пониманию договора как соглашения сторон, т.к. в случае уклонения стороной, для которой заключение договора обязательно, от его заключения другая сторона вправе обратиться в суд с иском о принудительном заключении договора (п. 4 ст. 445 ГК РФ). В свою очередь, указанная норма не поясняет, на каких условиях будет заключаться данный договор.

Так по мнению В.П. Мозолина исходя из толкования п. 4 ст. 445 ГК РФ также следует сделать вывод о том, что суд выносит решение, принуждающее уклоняющуюся от заключения договора сторону заключить договор. Условия договора стороны устанавливают своим соглашением, если они не определены законом или иным правовым актом. Таким образом, решение суда не подменяет договор и не определяет его содержание.

А.П. Сергеев считает, что обязанность заключить договор возникает в соответствии с добровольно принятым стороной обязательством. Согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. В случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении уклоняющейся стороны к заключению основного договора (п. 5 ст. 429 ГК РФ).

Существенными особенностями отличается такой способ оформления договорных отношений, как заключение договора на торгах (ст. 447-449 ГК). Путем проведения торгов может быть заключен любой договор, если только это не противоречит его существу. Например, невозможно представить заключение подобным способом издательского договора с автором определенного произведения, договора дарения либо договора о совместной деятельности. В то же время не существует препятствий для продажи в порядке проведения торгов какого-либо имущества, включая недвижимость, ценные бумаги, имущественные права (скажем, права аренды помещения) и т.п. К их числу, в частности, относятся:

- продажа государственного или муниципального имущества на аукционе, в том числе продажа на специализированном аукционе акций созданных в процессе приватизации открытых акционерных обществ;

- продажа государственного или муниципального имущества на коммерческом конкурсе с инвестиционными и (или) социальными условиями;

- отчуждение находящихся в государственной или муниципальной собственности акций созданных в процессе приватизации открытых акционерных обществ владельцам государственных или муниципальных ценных бумаг, удостоверяющих право приобретения таких акций.

При продаже вещей или имущественных прав на открытых торгах договор должен быть заключен с лицом, выигравшим торги. Заключение такого договора - обязанность продавца, поэтому в случае необоснованного уклонения от заключения договора победитель торгов вправе потребовать понуждения продавца к его заключению, а также возмещения убытков, вызванных уклонением от заключения договора.

В определенных случаях, предусмотренных законом, договоры о продаже имущества, в том числе имущественных прав, могут заключаться только путем проведения торгов. В частности, среди способов приватизации государственного и муниципального имущества имеются такие, которые могут быть реализованы исключительно путем проведения открытых торгов.

При обращении взыскания на заложенное имущество предмет залога реализуется путем проведения торгов (ст. 350 ГК).

Форма торгов избирается собственником реализуемой вещи (обладателем права), если иное не будет установлено законом. Однако его выбор ограничен лишь двумя возможностями: торги могут быть проведены в форме либо конкурса, либо аукциона. Разница между ними заключается в том, что на аукционе выигравшим признается лицо, предложившее наиболее высокую цену, а по конкурсу - лицо, которое, по заключению конкурсной комиссии, предложит лучшие условия. В свою очередь, и аукцион, и конкурс могут быть открытыми или закрытыми. В первом случае участником аукциона или конкурса, а следовательно, и его победителем может быть любое лицо; во втором - только лица, специально приглашенные для участия в конкурсе (аукционе).

На организатора торгов возлагаются определенные обязанности как по подготовке торгов, так и по их проведению. Прежде всего он обязан обеспечить доведение до предполагаемых участников извещения об их проведении не менее чем за 30 дней до этого. Извещение должно содержать сведения о времени, месте и форме торгов, их предмете и порядке проведения, в том числе об оформлении участия в торгах, определении лица, выигравшего торги, а также сведения о начальной цене продаваемого объекта.

Впоследствии организатор торгов, давший извещение, может отказаться от их проведения в срок не позднее чем за три дня до наступления объявленной даты проведения торгов в форме аукциона и не позднее чем за 30 дней до проведения конкурса. Если при этом предполагалось провести закрытые торги, их организатору придется возместить участникам понесенные ими убытки (реальный ущерб). Что же касается открытых торгов, то обязанность возместить их участникам понесенные убытки возникает у организатора торгов только в случае нарушения установленных сроков отказа от их проведения.

Определенные обязательные условия должны соблюдаться также участниками торгов - они обязаны внести задаток. Размер, сроки и порядок внесения задатка определяются извещением о проведении торгов. Судьба задатка, внесенного участниками торгов, определяется специальными правилами, суть которых состоит в том, что тем лицам, которые приняли участие в торгах, но не стали их победителями, задаток должен быть возвращен. Задаток также подлежит возврату всем участникам, если торги не состоялись. Иначе решается судьба задатка, внесенного лицом - будущим победителем торгов: соответствующая денежная сумма засчитывается в счет исполнения его обязательств по оплате приобретенной вещи или имущественного права. Результаты торгов удостоверяются протоколом, который подписывается организатором торгов и их победителем и имеет силу договора. Если же какая-либо из названных сторон будет уклоняться от подписания договора, возникают определенные неблагоприятные последствия: победитель торгов утрачивает внесенный им задаток, а на организатора торгов возлагается обязанность возвратить лицу, выигравшему торги, внесенный им задаток в двойном размере, а также возместить ему убытки в части, превышающей сумму задатка.

В случаях, когда предметом торгов является право на заключение договора (например, договора аренды помещения), соответствующий договор должен быть подписан сторонами не позднее 20 дней после завершения торгов и оформления протокола, если иной срок не был указан в извещении о проведении торгов. Уклонение одной из сторон от оформления договорных отношений дает право другой стороне обратиться в суд с требованиями как о понуждении к заключению договора, так и о возмещении убытков, вызванных уклонением от его заключения.

Торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными, что влечет за собой недействительность договора, заключенного по их результатам. Аукцион или конкурс, в которых принял участие только один участник, признаются несостоявшимися.

Заключение договора как в обычном порядке, так и в принудительном порядке имеет свои особенности, поскольку сторонами не соблюдаются все стадии заключения договора, контрагент не принимает акцепт, либо принимает его не в полной мере и стороны не пришли к согласию. Заключение договора на торгах не распространенная форма заключения договора, как правило она используется для разгосударствления имущества.


ГЛАВА 2 СТАДИИ И ПОРЯДОК ЗАКЛЮЧЕНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ДОГОВОРА



2.1 Свобода заключения гражданско-правового договора как неотъемлемая часть принципа свободы договора



Одним из основных принципов современного гражданского права является свобода договора.

В ранее действовавшем законодательстве России (СССР) были лишь отдельные элементы свободы договора, но в целом законодательство обсуживало существовавшие командно-административные методы управления экономикой и главным образом закрепляло не свободу договора и не свободу его заключения, а плановые начала, которые охватывали практически все договорные связи между предприятиями всего народного хозяйства страны. При этом договору фактически отводилась второстепенная роль. При разрыве договора с планом, как писал Г.Н. Амфитеатров, должен был признаваться приоритет плана, а не договора, нужно было исходить из ведущей роли плана и подчиненного по отношению к нему договора.

Плановыми актами определялись как контрагенты по договору, так и условия договора. Было разработано законодательство, детально регулирующее отдельные договоры, например, поставки, подряда на капитальное строительство и др. Причем большую часть этого законодательства составляли императивные нормы, которые препятствовали свободному формированию условий договора. К тому же отдельные виды договоров, например, договор контрактации, авторские договоры, регулировались Типовыми договорами, утвержденными государственными органами, формы которых имели в большинстве случаев абсолютно обязательный характер и не могли быть изменены соглашением сторон.

Между тем вопросы, касающиеся свободы договора, не оставались без внимания ученых-юристов, проводивших исследования в советский период. Так, Н.Б. Новицкий, анализирую законодательство зарубежных стран, отмечал, что в странах с индивидуалистическим строем одним из основных принципов законодательства служит принцип свободы договорного соглашения. Его можно охарактеризовать, как право договаривающихся сторон по обоюдному соглашению вкладывать в договор то или иное содержание. При этом усмотрение сторон не ограничивается теми типами договоров, которые предусмотрены положительным законодательством; стороны вольны, создавать по мере необходимости и новые, не регулированные в законе, виды договоров, лишь бы они не противоречили основным принципам данного законодательства.

Долгое время отечественный законодатель оставался безучастным к революционным экономическим преобразованиям, проходившим в стране, вследствие этого образовался правовой вакуум, переход к рыночным отношениям не был обеспечен надлежащей правовой базой, без которой экономика не могла успешно развиваться.

Безусловно, ключевым моментом в создании нового законодательства, регулирующего экономические отношения, является принятие и вступление в силу первой и второй частей Гражданского кодекса РФ. Наиболее точную оценку Гражданскому кодексу, как «Кодексу цивилизованного рынка», дал С.С. Алексеев. «Достоинство Гражданского кодекса, писал он, его роль в придании рынку современного цивилизованного характера не исчерпывается только тем, что он призван обеспечить юридически строгое регулирование рыночных, коммерческих отношений и процедур. Можно с весомой обоснованностью утверждать, что именно в российском ГК содержится законодательно закрепленная, юридическая, в чем-то даже «философская», основа современной рыночной экономики, ее суть - экономическая свобода, выраженная в праве».

Свобода договора - это достаточно емкое понятие. В наиболее чистом виде оно характеризуется следующими моментами: 1) договор есть свободное соглашение воль, 2) объектом договора может быть любой предмет или действие, 3) условия договора всецело определяются волей сторон, 4) форма заключения договора всецело зависит от усмотрения сторон, 5) расторжение договора может произойти лишь по требованию одной из сторон, 6) последствия невыполнения договора, если они оговорены в самом договоре, не могут быть изменены судебными органами, и 7) ответственность за невыполнение договора должна быть чисто гражданской.

Так, решением Чапаевского городского суда М. отказано в удовлетворении исковых требований о признании действительным договора купли-продажи жилого дома № 43 по ул. Солдатской в г. Чапаевске, заключенного 02.12.2000 между ней и Н., и признании права собственности на данный дом.

Судебная коллегия по гражданским делам решение отменила, указав следующее.

Согласно ст.ст. 550, 556 ГК РФ, договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами.

В соответствии со ст.165 ГК РФ, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд вправе по требованию исполнившей сделку стороны признать сделку действительной.

В этом случае последующее нотариальное удостоверение сделки не требуется.

Если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регистрации сделки. В этом случае сделка регистрируется в соответствии с решением суда (эта норма воспроизведена и в ст. 551 ГК РФ).

Из указанных норм права видно, что договор продажи недвижимости может быть заключен в простой письменной форме.

Из материалов дела также видно, что по форме договор соответствует требованиям закона и между сторонами достигнуто соглашение по существенным условиям договора купли-продажи дома, истицей полностью исполнены обязательства по договору, она с семьей въехала для проживания в дом еще в 1996 году, делала ремонт в доме, производит оплаты за проживание в доме.

Суд, отказывая в иске М., сослался на то, что истица не представила доказательств, позволяющих с достоверностью убедиться, что Н. уклонялась от прохождения государственной регистрации сделки.

Между тем суд в нарушение вышеуказанных материальных норм права, а также в нарушение требований ст.ст. 56, 67 ГПК РФ, не определил обстоятельства, имеющие значение для дела, не оценил их в совокупности доказательств.

Судом не дано надлежащей оценки имеющимся в деле доказательствам, пояснениям истицы, утверждавшей, что Н. утратила документы на дом.

В связи с изложенным решение суда нельзя признать законным и обоснованным.

Конечно, такая характеристика свободы договора весьма идеализирована, и реализация каждого названного элемента имеет достаточно много законодательных ограничений, но основные позиции содержания свободы договора обозначены Ф.И. Гавзе верно.

В связи с этим свободу заключения договора можно рассматривать как составную и неотъемлемую часть принципа свободы договора.

Принцип свободы договора получил свое законодательное выражение в ст. 1 ГК РФ “Основные начала гражданского законодательства”, а также в ст. 421 ГК РФ “Свобода договора”, которая является “ключевой для понимания сущности нового договорного права”.

	Приведем пример из арбитражной практики. Управление Красноярской железной дороги обратилось в Красноярский краевой арбитражный суд с иском о понуждении акционерного общества "В-Сибпромтранс" заключить договор на эксплуатацию подъездного пути, примыкающего к ст. Базаиха.

	Определением от 02.06.96 производство по делу прекращено. В протесте заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации предлагалось определение отменить и направить дело на новое рассмотрение.

	Президиум посчитал, что протест подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

	Определение о прекращении производства по делу арбитражный суд мотивировал тем, что согласно ст. 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора и в том случае, когда обязанность заключить договор не предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством, понуждение к заключению договора не допускается. Обязанность ответчика заключить с железной дорогой договор на эксплуатацию подъездного пути не вытекает ни из Гражданского кодекса Российской Федерации, ни из закона и в соответствии со ст. 20 АПК РФ (в редакции, действовавшей на момент вынесения определения) при отсутствии такой обязанности споры о понуждении заключить договор арбитражному суду неподведомственны.

	Как видно из материалов дела, примыкающий к ст. Базаиха железнодорожный подъездной путь принадлежит АО " В-Сибпромтрапс" и обслуживается его локомотивом.

	Согласно ст. 87 Устава железных дорог взаимоотношения железной дороги с предприятием, организацией или учреждением, имеющими железнодорожные подъездные пути, регулируются договором на эксплуатацию подъездного пути. § 11 Правил эксплуатации железнодорожных подъездных путей предусмотрена обязанность железной дороги разработать проект договора и обязанность ветвевладельца подписать этот договор.

	Таким образом, законом предусмотрена обязанность железных дорог и владельцев железнодорожных подъездных путей заключать договоры на эксплуатацию подъездного пути и в соответствии со ст. 421 ГК РФ понуждение к заключению таких договоров не допускается.

	Кроме того, отзыв ответчика на иск свидетельствует о том, что ветоевладелец - АО "В-Сибпромтранс'' - не оспаривает свою обязанность заключить с железной дорогой договор на эксплуатацию подъездного пути, но ссылается на несоответствие представленного дорогой проекта договора утвержденному в установленном порядке единому технологическому процессу работы подъездного пути и станции примыкания.

	Поэтому прекращение производства по делу следует признать необоснованным.

	Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации постановил - определение Красноярского краевого арбитражного суда от 02.06.95 по делу № Э-521/2 отменить и дело направить в тот же арбитражный суд для рассмотрения по существу.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК граждане и юридические свободны в заключении договора. Представляется, что данная норма включает в себя следующие элементы, имеющие решающее значение для договорного права.

Право участников гражданского оборота самостоятельно решать, следует им заключать договор или нет. В этом проявляется автономия, независимость воли граждан и юридических лиц. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора. В связи с этим не допускается принуждение к заключению договора, за исключением случаев, установленных Федеральным законом, и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безгласности государства.

Граждане и юридические лица свободны в выборе контрагента по договору.

По ГК РСФСР 1964 года это положение, с достаточной условностью, можно было применить к отношениям граждан между собой и к отношениям между гражданами и организациями. В договорах же между организациями стороны, как правило, были заранее определены плановым актом, и самостоятельный выбор партнера по сделке был практически невозможен. В настоящее время законодатель отказался от признания планового акта основанием возникновения гражданского правоотношения, предоставив в подавляющем большинстве случаев участникам гражданского оборота самостоятельно искать себе партнеров по сделке;

В процессе достижения соглашения стороны являются юридически равноправными друг другу. Этот тезис зафиксирован в п. 1 ст. 1 ГК: «Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений». Он означает равенство правосубъектности, равенство в исходных юридических позициях контрагентов по договору, предоставлять им возможность предлагать и отвергать условия договора;

В ходе заключения договора стороны самостоятельно определяют вид (разновидность) договора, которому они хотят подчинить свои правоотношения. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (п. 1 ст. 421 ГК). Тем самым разрешается затруднение, неизбежно возникающее вследствие того, что чрезвычайно разнообразные и постоянно видоизменяющиеся гражданские отношения законодатель не только не может охватить, но и не может предугадать их дальнейшее развитие, зафиксировать всевозможные варианты поведения участников гражданского оборота в законодательстве.

При заключении договора стороны могут обратиться к примерным условиям, разработанным для договоров соответствующего вида и опубликованным в печати (ст. 427 ГК). Стороны могут также использовать в качестве образца модель, взятую из законодательства иного государства, международного акта, в том числе и конвенции, которая не подписана или, по крайней мере, не ратифицирована РФ (СССР), непосредственно из существующей договорной практики, которая относится к сфере гражданского права.

Однако необходимо, чтобы заключаемые таким образом договоры не противоречили закону (п. 1 ст. 8 ГК).

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанные договоры). К отношениям по смешанным договорам, как следует из п. 3 ст. 421 ГК, будут применяться нормы, регулирующие соответствующие виды договоров, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Современное законодательство, следуя принципу свободы заключения договора, находится на новых позициях. В соответствии с п. 2 ст. 22 АПК РФ арбитражный суд вправе разрешать споры о разногласиях по договору только в двух случаях: 1) если заключение договора, по которым возникли разногласия, предусмотрено законом и 2) если передача преддоговорных разногласия на разрешение суда согласована сторонами;

Отношения субъектов по обязательству регулируются преимущественно диспозитивными нормами, которые действуют только в случае, если иное не предусмотрено в самом договоре, разработанном сторонами. К примеру, в договоре купли-продажи стороны могут указать, что оплата товара будет производиться в рассрочку. Если такого условия в договоре нет, то в соответствии с п. 2 ст. 486 ГК покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью. Заключая договор аренды, стороны могут указать срок его действия. Если этот срок не определен, то подлежит применению п. 2 ст. 610 ГК, в соответствии с которым договор аренды будет считаться заключенным на неопределенный срок и т. д.;

ГК значительно расширил свободу участников договора. По ранее действовавшему законодательству наименьшая свобода в заключении договора предоставлялась организациям, которые ограничивались в правах не только предписаниями планового акта, но и собственными учредительными документами. Новый Гражданский кодекс значительно расширил правоспособность коммерческих организаций. В соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 49 ГК коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, наделены, обшей правоспособностью, и могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом.

Если в учредительных документах коммерческой организации не содержится исчерпывающего (законченного) перечня видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься, то ей не может быть отказано в выдаче лицензии на занятие соответствующим видом деятельности только на том основании, что этот вид деятельности не предусмотрен учредительными документами коммерческой организации.

Расширилась также и правоспособность граждан за счет предоставления им возможности осуществлять предпринимательскую деятельность;

Фактором свободы договора стало и существенное расширение сферы применения договора, включающей вопросы интеллектуальной собственности, биржевой деятельности, банковской деятельности, обращение ценных бумаг, страхование, использование залога и др.

Значительно увеличен круг объектов, по поводу которых возможно заключение договора (недвижимость, имущественные права, информация и др.).

Гарантией стабильности договорных отношений служит правило п. 2 ст. 422 ГК о том, что если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют ему. Иными словами, если закон принят после заключения договора, то последний имеет приоритет над законом за исключением случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (обратная сила закона).

Вместе с этим крайне важно подчеркнуть, что свобода договора вообще и свобода заключения договора в частности не может быть абсолютной, ибо человек, живя в обществе, не может быть абсолютно свободен. Он должен соблюдать правила этого общества, свобода одного не должна нарушать свободу другого. Человек отчуждает свою свободу, как писал Руссо, за благо жить в обществе.

Поэтому закон устанавливает определенные пределы свободы заключения договора с тем, чтобы свободное выражение воли участников договора не нарушало интересов общества.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Таким образом, возникновение договорных отношений возможно при наличии двух условий: 1) достижение сторонами соглашения по всем существенным условиям договора, 2) придание этому соглашению определенной формы, если это необходимо в силу правового акта или соглашения сторон.

Первое условие является основными, поскольку без него не обходится ни один договор, в то время как второе условие не во всех случаях влияет на установление факта заключения договора.

Например, договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, если иное не предусмотрено законом или договором. Однако отсутствие у покупателя указанных документов не лишает его возможности ссылаться на свидетельские показания в подтверждение заключения договора и его условий (ст.493 ГК).

Подход законодателя к характеристике существенных условий договора, как он зафиксирован в новом Гражданском кодексе РФ, претерпел изменения. Это выражается в том, что иначе оказались определенными виды существенных условий договора.



2.2 Порядок заключения и существенные условия, необходимые для заключения гражданско-правового договора



Первый вид существенных условий означает, что условиями, признанными существенными по закону, должны считаться те из них, необходимость согласования которых вытекает из содержащейся в законе или ином правовом акте характеристики договора соответствующего вида (разновидности). Это так называемые «объективно существенные условия», отсутствие которых в договоре влечет признание его незаключенным.

Например, § 7 гл. 30 ГК, регламентирующий договор купли-продажи недвижимости, относит к существенным условиям данного договора условия о недвижимом имуществе (предмет договора), данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, а также условия о цене этого имущества. Если перечисленные условия в договоре не согласованы, то договор считается незаключенным (ст. 554, 555 ГК).

Представляется, что к существенным условиям данного вида, отсутствие которых в договоре непременно влечет признание его незаключенным, очевидно нельзя отнести те, которые в соответствии с законом являются определимыми в силу диспозитивности соответствующей правовой нормы. Например, если в договоре купли-продажи не обозначена цена товара, и она не может быть определена исходя из его условий, то товар должен быть, оплачен по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары (п. 1 ст. 485, п. 3 ст. 424 ГК).

В то же время ни один возмездный договор не может обойтись без условия о цене, так как цена является необходимым условием, имеющим существенное значение для договоров данного вида. Если в тексте договора цена не обозначена, то обязанность оплаты полученных товаров, выполненных работ, оказанных услуг все же сохраняется и при возникновении конфликтной ситуации суд (арбитражный суд), очевидно, будет исходить из того, что, при заключении договора стороны предполагали, что исполнение договора будет оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

Поэтому, на наш взгляд, следует различать условия, имеющие существенное значение, и условия, являющиеся существенными, то есть без достижения согласия, о которых договор не заключен.

В целом, такие условия имеют важное значение для заключения тех договоров, которые хотя и не предусмотрены законом, однако должны быть признаны порождающими права и обязанности для участников гражданского оборота в силу общих начал гражданского законодательства.

Таким образом, применяя правило о буквальном толковании закона, можно заключить, что разделенные ранее существенные условия на: а) признанные существенными по закону и б) предопределяемые характером договора, слились в одно и что второй вид существенных условий оказался потерянным. Тем не менее, в современных научных работах некоторые авторы все же разделяют эти условия, придавая им самостоятельное значение.

Думается, что в настоящее время для установления факта заключения непоименованных в законе договоров можно руководствоваться аналогией закона (п. 2 ст. 6 ГК), а также общей волей сторон с учетом целей договора, принимая во внимание установившуюся между сторонами практику, обычаи делового оборота и т.д., то есть использовать предоставленные ГК возможности по толкованию договора.

Единственным общим существенным условием для всех видов гражданско-правовых договоров, прямо названным в ГК, является предмет договора (п. 1 ст. 432).

Отметим, что И.Б. Новицкий и Л.А. Лунц в своей работе “Общее учение об обязательстве”, анализируя предмет договора, пришли к выводу, что даже предмет не всегда является существенной и необходимой частью договора.

Так, при заключении договора на поставку фондированной продукции, когда предприятие-потребитель получает фонд на определенную продукцию в определенном количестве, а предприятие-поставщик получает соответствующий наряд, сторонам, заключающим договор, не приходится договариваться об этом пункте договора, ввиду определения его плановым нарядом (ст. 149). Однако в новых экономических условиях такие договоры не используются, так как плановый акт перестал быть основанием возникновения обязательства.

Далее, конкретное содержание предмета договора зависит от вида (разновидности) договора.

В большинстве случаев предметом договора является имущество, которое одна сторона обязуется передать другой стороне (например, товар в договоре купли-продажи). Предметом договора могут быть также имущественные права (например, предметом договора о залоге может быть право аренды какого-либо имущества), работы (в договоре подряда), услуги (в договоре перевозки); исключительные права (в авторских договорах) и т.д.

Если предмет договора сторонами не согласован, то договор считается незаключенным.

Наличие в договоре предмета не всегда является достаточным для констатации факта действительности договора. Для некоторых видов (разновидностей) договоров существенными могут быть также и другие условия.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ опроверг решение арбитражного суда и постановление апелляционной инстанции и отказал в иске банку на том основании, что заключенные между банком и муниципальным предприятием жилищно-коммунального хозяйства договоры на подачу тепловой энергии не содержат существенных условий. Президиум указал, что согласно правилам пользования тепловой энергией в договорах на отпуск энергии существенными условиями являются сведения о количестве поставляемой энергии, с указанием максимальной часовой нагрузки по каждому виду и параметру теплоносителя, а также месячный, квартальный и годовой отпуск тепловой энергии потребителю. Обязательным условием договора является и указание объектов теплоснабжения. Договоры между банком и предприятием этих сведений не содержали, поэтому договоры нельзя считать заключенными.

Существенным условием возмездных договоров может выступать цена. Например, если в договоре купли-продажи недвижимости не согласована цена, то договор считается незаключенным (п. 1 ст. 555 ГК).

Определяя комплекс необходимых условий отдельных договоров, законодатель использует различные юридико-технические конструкции. Так, например, перечень существенных условий договора о залоге, а именно: предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом, а также условие о том, у какой из сторон (залогодателя или залогодержателя) находится заложенное имущество, можно определить исходя из анализа п. 1 ст. 339 ГК. При этом последствия отсутствия в договоре какого-либо из перечисленных условий специально не оговариваются и о них можно судить, имея в виду ст. 432 ГК РФ.

В другом случае существенные условия договора четко обозначены в законе. Статья 942 ГК “Существенные условия договора страхования” точно указывает, что при заключении договора имущественного страхования должно быть достигнуто соглашение. 1) об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования, 2) о характере события, на случай наступления, которого осуществляется страхование (страхового случая), 3) о размере страховой суммы. 4) о сроке действия договора. Последствия отсутствия соглашения по названным пунктам также специально оговариваются.

Из определения договора аренды (ст. 606 ГК) можно сделать вывод, что размер арендной платы является существенным условием договора, поскольку закон в виде диспозитивной нормы не предусматривает определение размера арендной платы, если соответствующее условие специально не обозначено в договоре. В то же время ст. 654 ГК, посвященная арендной плате по договору аренды зданий или сооружений, гласит, что при отсутствии согласованного сторонами в письменной форме условия о размере арендной платы договор считается незаключенным. Гражданский кодекс (ст. 432) предусматривает возможность установления существенных условий не только законом, но и иными правовыми актами, то есть указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ. Однако такое полномочие Президента РФ и Правительства РФ должно осуществляться в строгом соответствии с ГК и иными федеральными законами. Во всяком случае, результатом подобной правотворческой деятельности не должно быть произвольное ограничение свободы предпринимательских отношений.

За 1996 г. Президентом РФ и Правительством РФ принято не менее 18 правовых актов, которыми вводятся существенные условия различных гражданско-правовых договоров. Некоторые них предусматривают такие существенные условия, которые в принципе к таковым отнести нельзя. Например, Указом Президента РФ “О государственном регулировании внешнеторговых бартерных сделок” от 18.08.96 г. № 1209 к числу существенных условий договора мены отнесен номер договора.

Безусловно, отсутствие этой формальности не может опорочить не только внешнеторговую сделку, но любой договор, так как номер договора - это чисто техническое условие, не затрагивающее существа договора и волю сторон, направленную на достижение юридической цели. Наличие или отсутствие номера на договоре не наполняет и не лишает договор определенности.

Оперативное влияние Президента РФ и Правительства РФ на заключение договора возможно и нужно там, где требуется дополнительная защита публичных интересов или экономически слабой стороны, например потребителя. Поэтому обоснованным является, например, предоставление Правительству РФ права в случаях, предусмотренных законом, издавать правила (типовые договоры, положения и т. п.), обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (п. 4 ст. 426 ГК).

Несмотря на то, что ГК РФ исключает возможность установления существенных условий договора актами федеральных органов исполнительной власти, в настоящее время сохраняют свою силу те ведомственные акты, которые были изданы до введения в действие ГК и не противоречат ему (например: Правила пользования электрической энергией, утвержденные Министерством энергетики СССР 6.12.81 г.).

Второй вид существенных условий договора - это “субъективно существенные условия”, то есть условия, при отсутствии которых данное лицо не желает заключения договора, о котором идет речь. При этом условия, на включении которых в договор настаивает сторона, не должны противоречить закону.

Например, ломбард не вправе настаивать на включении в договор о залоге условий, ограничивающих права залогодателя по сравнению с правами, предоставляемыми ему ГК и иными законами (п.7 ст. 358 ГК).

Требование контрагента включить в договор то или иное условие может быть обусловлено стремлением, во-первых, урегулировать отношение, не предусмотренное для договора данного вида, но по соображениям контрагента имеющее крайне важное для него значение.

Во-вторых, устранить применение к отношениям диспозитивной нормы. Например, в соответствии с п. 2 ст. 363 ГК поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником. Однако в силу диспозитивности п. 2 ст. 363 ГК поручитель вправе настаивать на ограничении своей ответственности перед кредитором путем фиксации соответствующих условий в договоре. Если кредитор не согласится с условием, на котором настаивает поручитель, то договор поручительства будет считаться незаключенным.

Практическую значимость данного вида существенных условий договора проследим на конкретном примере.

В случае, когда в договоре нет каких-либо условий, не являющихся в силу закона или иного правового акта существенными, то стороны в процессе исполнения договора должны руководствоваться соответствующими диспозитивными нормами.

	При этом необходимо отличать другую ситуацию, когда в договоре, например, купли- продажи, отсутствует определяемая по закону цена и одна из сторон выполнила условия договора. В этом случае договор должен быть признан заключенным на основании п. 3 ст. 424 ГК РФ.

	Кроме того, цены (тарифы, расценки, ставки и т.д.) могут быть установлены или регулироваться уполномоченными на то государственными органами и в случаях, предусмотренных законом, они могут носить для сторон обязательный характер (например, цены на электрическую и тепловую энергию). В такой ситуации у сторон нет необходимости и даже возможности договариваться о цене, даже если она является существенным условием договора соответствующего вида.

	К существенным относятся далеко не все условия, по которым при заключении договора возникли разногласия сторон. Дня этого необходимо, чтобы в отношении соответствующего условия одной из сторон было прямо заявлено о необходимости достижения соглашения под угрозой отказа от заключения договора. Отсутствие соглашения между сторонами по не отнесенным к числу существенных условиям договора (например, о неустойке в договоре поставки) не влечет признание всего договора незаключенным.

	Таким образом, новый ГК РФ к существенным условиям относит: 1) предмет договора, 2) условия, прямо названные в законе или ином правовом акте как существенные для данного вида договоров, 3) условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Решая вопрос о наличии или отсутствии в конкретном договоре существенных условий, необходимо подвергать анализу всю совокупность правовых норм, регулирующих данный вид (разновидность) договора, и учитывать общие положения о заключении договора.

	Статья 444 предусматривает, что место заключения договора имеет также важное значение.

	Однако, правила ст. 444 не охватывают всех возможных на практике ситуаций, ибо договор может быть заключен как единая сделка, когда выделить стадию оферты практически невозможно. В этом случае место заключения договора следует считать место его совершения.

Статья 445 ГК предусматривает случаи, когда договор заключается в обязательном порядке: «В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами для стороны, которой направлена оферта, заключение договора обязательно, эта сторона должна направит другой стороне извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях.

Сторона, направившая оферту и получившая от стороны, для которой заключение договора обязательно, извещение о ее акцепте на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора), вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда в течение тридцати дней со дня получения такого извещения либо истечения срока для акцепта».

В соответствии с п. 2 ст. 445 при отклонении обязанной стороной предложенных ей условий, неурегулировании разногласий в 30-дневный срок, либо неполучении в этот срок извещения о результатах их рассмотрения, другая сторона - покупатель (заказчик) вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда.

Из этой нормы длительное время в практике делался вывод, что и при первом, и при втором варианте заключения договора обратиться в суд с разногласиями может лишь сторона, для которой заключение договора является правом, а не обязанностью.

Хотя при непередаче спора в суд и неурегулировании сторонами разногласий договор в силу ст. 433 ГК признается незаключенным, обязанная сторона нередко заинтересована во вмешательстве суда в согласование возникших разногласий. В судебно-арбитражной практике встречались случаи рассмотрения разногласий, переданных в суд обязанной стороной, при отсутствии возражений второй стороны против рассмотрения спора.

Эта практика получила одобрение ВАС РФ. В Обзоре практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров, направленном информационным письмом от 5.05.97 г. № 14, такой путь разбирательства рекомендован арбитражным судам в случаях, когда обязанная сторона передала разногласия на рассмотрение арбитражного суда, а контрагент представил свои предложения по условиям договора. При этом суд вправе исходить из того, что спор передан на его рассмотрение по соглашению сторон.

В этом же Обзоре ВАС РФ ориентировал суды на то, что установленный статьей срок не должен рассматриваться, как ограничивающий возможность заинтересованной стороны передать разногласия по договору на рассмотрение суда, в том числе при получении разногласий по истечении этого срока. В тех случаях, когда заинтересованная сторона передала разногласия в суд по истечении 30-ти дневного срока, а другая сторона не возражает против рассмотрения спора, суд вправе рассматривать заявление по существу.

При отказе стороны, обязанной заключить договор, от его заключения или при уклонении от заключения (невозвращение подписанного проекта в установленный 30-дневный срок, неизвещение о принятии договора в редакции стороны, направившей его проект, ненаправление проекта договора при получении предложения другой стороны выслать проект до-опора) контрагент обязанной стороны (покупатель, заказчик) вправе обратиться в суд с иском о понуждении заключить договор.



2.3 Этапы заключения гражданско-правового договора

	

	Гражданский кодекс подробно регулирует порядок заключения договора. Прежде всего, следует указать на то, что процесс заключения договора включает в себя три последовательных стадии: 1) направление одной стороной предложения заключить договор (оферта); 2) принятие предложения заключить договор (акцепт); 3) получение акцепта стороной, направившей оферту.

	Такое понимание стадий заключения договора является наиболее правильным, но не единственным.

	Такие авторы как например, О.С. Иоффе, В.А. Рясенцев, В.Ф. Маслов, А.А. Пушкин) выделяют только две стадии заключения договора, а именно: 1) направление оферты и 2) акцепт. Однако такое деление стадий заключения договора не лишено недостатков, поскольку этим отвергается юридическая значимость факта получения акцепта лицом, направившим оферту. Между тем этот факт имеет в большинстве случаев решающее значение для констатации возникновения договорных отношений.

	С разделением процесса заключения договора на две стадии можно согласиться, но только применительно к ранее действовавшему гражданскому законодательству, которое, с одной стороны, принимало во внимание срок рассмотрения оферты, но, с другой стороны, не придавало юридического значения моменту получения акцепта. Это относилось в первую очередь к договорам поставки продукции и товаров, договорам подряда на капитальное строительство.

	Г.С. Амерханов справедливо замечает, что для заключения договора не всегда достаточно соблюсти названные выше стадии заключения договора. В некоторых случаях необходимо также передать имущество, осуществить государственную регистрацию договора, если закон связывает с этими фактами момент заключения договора (п.п. 2, 3 ст. 433 ГК).

	По мнению Е.В. Блинкова совершение подобных действий не во всех случаях является необходимым для возникновения договора. Поэтому передача имущества и государственная регистрация договора могут рассматриваться в качестве факультативных стадий заключения договора.

	Процесс заключения договоров предопределен самой природой соответствующей конструкции: если смысл договора состоит в соглашении, то тем самым его заключение предполагает выражение воли каждой из сторон и ее совпадение.

	Традиционным для законодателя в течение длительного времени было выделение двух случаев заключения договоров с созданием для каждого из них своего особого режима. Речь идет о заключении договора между "присутствующими" и между "отсутствующими". При том и другом варианте стадии предложения (оферты) и ее принятия (акцепта) следуют одна за другой и никогда не совмещаются.

	Необходимость в особом режиме заключения договоров между отсутствующими усматривается в том, что в этом случае имеет место разрыв во времени от волеизъявления одной из сторон и до его восприятия находящимся более или менее далеко возможным контрагентом. Напротив, заключение договора между присутствующими предполагало, что такого разрыва во времени нет, поскольку стороны непосредственно общаются между собой.

	Кодекс начинает регулирование договоров со стадии выражения стороной воли заключить договор, т.е. выступления с офертой. Все, что предшествует этой стадии, создать договор не может (разумеется, это не относится к действиям, направленным на заключение предварительного договора, которому придается самостоятельное значение). Сделанный вывод в равной мере относится к переписке сторон, к протоколу о намерении и ко всем другим актам, выражающим желание каждой из сторон или обеих вместе заключить договор при условии, если исходящие от сторон документы не подпадают под признаки оферты и (или) акцепта.

	Отмеченное обстоятельство не означает, что предшествующие заключению договора материалы, направленные каждой из сторон или разработанные обеими вместе, вообще лишены какого-либо значения. Имеется в виду, что ст. 431 ГК, как уже отмечалось, допускает при толковании договора использование для целей выяснения общей воли сторон предшествующие договору переговоры и переписку. Однако в указанном случае и переписка, и переговоры названы лишь обстоятельствами, связанными с заключением договора. Если учесть, что переговоры и переписка поставлены в один ряд с установившейся между сторонами практикой и их последующим поведением, становится ясным: и переговоры, и переписка имеют лишь доказательственное, а не правообразующее значение.

	Для решения ряда вопросов, связанных с правовыми последствиями договора, определяющее значение имеет указание места его заключения. Так, применительно к некоторым ситуациям ст. 316 ГК ставит установление места исполнения обязательства в зависимость от места заключения договора (или, что то же самое, места возникновения обязательства). Иллюстрацией служат некоторые коллизионные нормы, например ст. 165 , сохранившие пока еще свою силу в этой части Основ гражданского законодательства 1991 г. В ней установлено, что "форма сделки подчиняется праву места ее совершения... Права и обязанности сторон по сделке определяются по праву места ее совершения, если иное не установлено соглашением сторон. Место совершения сделки определяется по советскому праву".

	ГК впервые содержит общую на этот счет норму - ст. 444. В ней приоритет отдается месту заключения, указанному в договоре. И только при отсутствии в нем такого указания местом заключения договора признается место жительства (гражданина) или место нахождения (юридического лица) оферента.

	Гражданские права и обязанности всегда приведены к определенному времени. Уже по этой причине значение имеет установление момента их возникновения. В случаях, когда речь идет о правах и обязанностях, важно определить момент, с которого договор начинает действовать. Теперь ГК, также впервые, включил в свой состав на этот счет специальную норму: в соответствии со ст. 425 ГК договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения; сторонам предоставляется право согласиться с тем, что условия договора распространяются на их отношения, возникшие до заключения договора.

	Таким образом, в конечном счете определяющее значение для установления и места и времени заключения договора имеет момент, в который договор признается заключенным. Общее правило на этот счет содержится в п. 1 ст. 433 ГК, в силу которой договор считается заключенным в момент получения акцепта оферентом. Дополнением к нему в той же ст. 433 ГК установлено в виде исключения, что если для договора необходима также и передача имущества, то он считается заключенным с момента, когда в соответствии с законом (ст. 223 ГК) произведена передача, а если договор подлежит государственной регистрации, - то с момента ее совершения.

	Существуют и некоторые специальные правила о моменте заключения договора. Так, например, в п. 1 ст. 540 ГК договор энергоснабжения для бытового потребления считается заключенным с момента первого фактического подключения абонента в установленном порядке к присоединенной сети.

	Об оферте как таковой идет речь в ст. ст. 435 - 437 ГК. В указанных статьях определяется, во-первых, что представляет собой оферта; во-вторых, какие требования предъявляет к ней законодатель; в-третьих, каковы порожденные ею последствия и, в-четвертых, как следует отграничить оферту от смежных правовых понятий.

	Офертой является предложение, которое отличает ряд индивидуализирующих признаков и влечет за собой установленные в законе правовые последствия как для того, от кого она исходит (оферента), так и для адресата (акцептанта). Поскольку последствия, о которых идет речь, весьма существенны для обоих - оферента и акцептанта, к оферте предъявляются весьма строгие требования. При их несоблюдении из нее не вытекает никаких правовых последствий или, по крайней мере, тех, которые закон, а в его рамках стороны с нею связывают.

	Первое требование - достаточная определенность оферты. Это предполагает, что из нее адресат способен сделать правильный вывод о воле оферента. Любая неопределенность, касающаяся различных элементов будущего договора - указания сторон, их прав и обязанностей, а равно предмет договора вызывает возможность различного понимания содержания оферты, что особенно важно для случаев, когда моменты оферты и акцепта предельно сближаются. Это может повлечь за собой утрату офертой своего назначения. Есть основания полагать, что такая неопределенность должна быть истолкована в пользу акцептанта исходя из общего принципа, в силу которого в первую очередь учитываются интересы стороны, воспринявшей нуждающееся в толковании изъявление воли.

	Второе требование относится к направленности оферты: она должна выражать намерение лица, которое выступает с предложением, считать себя заключившим договор на условиях, указанных в договоре с адресатом, в случае, если последний примет предложение. Указанное требование означает, что оферта должна быть составлена таким образом, чтобы позволить адресату сделать вывод: для заключения договора достаточно выражения совпадающей с офертой воли им самим. Отмеченный признак, как и предыдущий, позволяет отграничить оферту от обычных переговоров, совершаемых устно или письменно и имеющих целью уточнить намерения контрагента или вызвать его на то, чтобы он, в свою очередь, выступил с контрпредложением.

	Третье требование относится к содержанию оферты: ст. 435 ГК предполагает, что оферта включает существенные условия договора. Указанное требование имеет двоякое значение. Во-первых, предложение должно охватывать все такие условия, которые однозначно определены как существенные в ст. 432 ГК либо вытекают из нее. Во-вторых, указанный в оферте набор условий является для него максимальным. Следовательно, после того как адресат примет предложение, не предложив со своей стороны никаких изменений или дополнений, оферент не сможет менять набор условий, содержащихся в оферте. В конечном счете смысл этого важнейшего требования к оферте состоит в том, что она, по выражению Л. Эннекцеруса, "должна быть настолько определенная, чтобы можно было путем ее принятия достигнуть соглашения о всем договоре".

	Четвертое требование связано с адресностью оферты. Иначе говоря, из нее должно быть ясно, к кому именно она обращена. Определенность адреса оферты в литературе понималась по-разному. Так, была весьма распространена точка зрения, по которой оферта должна быть всегда адресована конкретному лицу (конкретным лицам) и никогда не может быть "брошена в толпу".

	Сторонником такого взгляда была, например, Р.О. Халфина. Она полагала, что "предложение не может рассматриваться как оферта, поскольку здесь еще не установлен один из существенных элементов договора - его сторона". Ее позицию поддержал Ф.И. Гавзе.

	Раздавались голоса и в пользу признания офертой при некоторых условиях предложения, адресованного неопределенному кругу лиц, если из нее усматривалась воля оферента заключить сделки "с любым и каждым".

	В настоящее время, когда участники оборота имеют возможность сами находить себе партнеров, при этом в условиях все ужесточающейся конкуренции распространилась практика помещения различного рода приглашений к заключению договоров по радио, телевидению, в прессе и т.п., ГК изменил свою позицию. Имеется в виду, что, отвечая этим потребностям, Кодекс признал офертой предложение, которое при соблюдении всех остальных требований - достаточной определенности и полноты - выражало волю заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется.

	К такой "публичной" оферте может быть отнесено сообщение в газете, по радио или телевидению о продаже точно указанных товаров, выполнении точно указанных работ, предоставлении строго определенных услуг адреса оферента, готовности вступить на объявленных условиях в договор с любым желающим и др. С точки зрения законодателя, никакой разницы между такой публичной офертой и обычной, адресованной конкретному лицу, нет. Имеется в виду, что все те последствия, которые вызывает обычная оферта, следуют и из публичной.

	Все же п. 1 ст. 437 ГК содержит общую презумпцию в пользу того, что реклама и иные предложения, которые адресованы неопределенному кругу лиц, признаются только приглашением к оферте, но не офертой. При публичной оферте определенность во взаимоотношениях сторон зависит от характера предложения, а значит, снять неопределенность должен тот, кто обращается с предложением. Если он хочет выступить с офертой, ему надо прямо выразить это в предложении, не заставляя вторую сторону догадываться, что следует понимать под соответствующим извещением.

	Наряду с приведенным общим существует и специальное правило, которое действует применительно к розничной купле - продаже (п. 2 ст. 494 ГК). Оно выражается в том, что выставление товаров в месте продажи (на прилавке, витрине и т.п.), демонстрация их образцов или представление сведений о продаваемых товарах (описаний, каталогов, фотоснимков товаров и т.п.) в месте их продажи могут быть признаны публичной офертой даже в случаях, когда отсутствует цена и другие существенные условия, если только продавец явно для окружающих определил, что соответствующие товары предназначались для продажи (подобное указание может быть сделано, например, в витрине). Таким образом, в исключение из правила, установленного п. 1 ст. 437 ГК, самого по себе выставления товара в месте продажи недостаточно для предположения, что продавец рассматривает эти свои действия как оферту.

	По мнению Е.А. Суханова после принятия ГК с его нормами о публичной оферте, высказываются взгляды в пользу "конкретного адресата оферты". Соответственно смысл публичной оферты усматривают в том, что это "предложение заключить договор обращено не к неопределенному кругу лиц, а к любому и каждому. Поэтому первый, кто отзовется на публичную оферту, акцептует ее и тем самым снимает предложение (такси, стоящее на стоянке с включенным зеленым огоньком; автоматы по продаже прохладительных напитков; размещенные на прилавке магазина товары и т.п.)".

	Правила о публичной оферте введены в интересах участников гражданского оборота. Поэтому сужение указанного понятия практически приводит к ограничению предоставляемых соответствующими нормами гарантий для "отозвавшихся", в числе которых основную массу составляют потребители, т.е. заведомо более слабая сторона.

	Заслуживает внимания в этой связи то, что, когда много лет назад в России появились первые автоматы, выбрасывающие в обмен на деньги конфеты и другие подобного рода товары, Г.Ф. Шершеневич, не испытывая колебаний, безоговорочно признавал выставление автомата офертой. Есть все основания занять аналогичную позицию и теперь. Это прямо предусмотрено п. 2 ст. 498 ГК: договор розничной купли - продажи с использованием автоматов считается заключенным с момента завершения покупателем действий, необходимых для получения товара.

	Последствием оферты служит связанность оферента. Это означает, что, если конкретный адресат оферты отзовется и в той или иной форме выразит согласие заключить договор на указанных в оферте условиях, договор будет признан заключенным. Соответственно оферент, направивший предложение, в течение срока, установленного для акцепта, не может его отозвать. Более конкретные последствия зависят от вида оферты: сделана ли она с указанием или без указания срока. В первом случае оферта связывает оферента с адресатом на протяжении всего этого времени и отозвать ее в виде общего правила он не вправе. Поэтому, если в течение указанного срока оферент заключит, не дожидаясь отказа адресата оферты, договор с кем-либо иным, это не лишает первоначального адресата права выразить свое согласие и затем требовать от оферента исполнения договора (при невозможности исполнить - возмещения причиненных нарушением договора убытков). При этом ст. 436 ГК устанавливает специальное последствие в виде связанности оферента как для оферты, которая содержит срок, так и для такой, которая срока не содержит, но о ее безотзывности можно сделать вывод из существа предложения (например, если оферта включает указание "всегда в продаже") или из обстановки, в которой она была сделана (например, при посылке каталога, содержащего описание товаров с указанием существенных условий будущей сделки).

	Позиция ГК совпадает с позицией, занимаемой Венской конвенцией о договорах международной купли - продажи товаров, которая (ст. 16) признает способной породить связанность наряду с офертой, содержащей срок ее действия, и такую оферту, в которой хотя и отсутствует срок, но содержится прямое указание на соответствующее намерение оферента (быть связанным) или иным образом дано понять о безотзывности оферты. В этих двух последних случаях речь должна пойти, очевидно, о применении правил о разумном сроке.

	Связанность оферента начинается не с момента направления оферты, а только с того времени, когда адресат ее получит (п. 2 ст. 435 ГК). Следовательно, до этого момента оферент вправе от нее отказаться. Он может поступить таким образом и в момент, когда отказ получен адресатом вместе с самой офертой. Кроме того, оференту предоставлено право отказаться от оферты даже и после получения ее адресатом, но лишь в случаях, когда это вытекает из существа предложения либо из обстановки, в которой оферта сделана.

	Не только связанность, но и самый срок, предоставленный оферентом адресату, начинают течь с момента ее получения последним. А значит, все то время, которое прошло от выражения предложения до его получения, в расчет не принимается.

	Таким образом, ГК, как и его предшественники, из двух возможных конструкций, существующих в юридической практике, - "получения" (получение извещения) и "отсылки" (отправки извещения) - выбрали первую.

	Следовательно, ответственность за все, что произошло с момента выражения воли и до восприятия извещения адресатом, несет тот, от кого оно исходит. Имеются в виду утрата почтового отправления, задержка его действия, выдача соответствующей корреспонденции ненадлежащему лицу, искажения текста извещения и т.п. Все неблагоприятные последствия этих случаев падают на отправителя извещения, а не на его получателя.

	И.Б. Новицкий, придерживаясь теории получения, особо подчеркивал, что "получение" не равнозначно "восприятию чужой воли". В этой же связи он специально выделил случаи, когда оферент "или умышленно помешает получению ответа на предложение, или не получит его по небрежности", перенося тем самым негативные последствия подобных ситуаций на адресата оферты.

	В литературе в свое время была высказана Н.Г. Александровым точка зрения, в силу которой оферта и акцепт представляют собой односторонние сделки. Решительным ее противником выступал Ф.И. Гавзе. Он обращал внимание на то, что "эти действия - предложение (оферта) и принятие предложения (акцепт) - являются лишь составными частями двусторонней сделки - договора. Волеизъявление одного из лиц, изъявивших свою волю (оферента), направлено на получение ответного волеизъявления другого лица (акцептанта), в результате чего возникает общий волевой акт, договор, приводящий к достижению встречных результатов, желательных для них".

	Следует признать, что последняя точка зрения пользуется всеобщим признанием среди цивилистов. В подтверждение можно привести взгляды по этому же поводу О.А. Красавчикова, который полагал, что "договор является не суммой двух односторонних сделок, а тем конечным результатом, в котором воля сторон находит свое общее выражение, то есть единым, с юридической точки зрения, "волевым актом".

	Указанная идея теперь более явно выражена в ГК РФ, который впервые дал определение оферты, последовательно выразив в нем цель, которую ставит перед собой тот, кто с нею выступает. Офертой признается, подчеркнуто в п. 1 ст. 435 ГК, намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Цель оферты состоит, таким образом, не в том, чтобы заключить договор, а в том, чтобы поставить товары, выполнить работы или оказать услуги либо заказать все это. Следовательно, содержание оферты и акцепта совпадает не только одно с другим, но и с содержанием договора.

	Поскольку соглашение - это сделка, очевидно, составляющие ее волеизъявления сторон должны подчиняться общим правилам о сделках. Особенность действия соответствующих статей главы "Сделки" состоит в том, что если речь идет о требовании к форме и содержанию сделки, то оно адресовано самому соглашению, а в случаях, когда имеются в виду требования к воле и волеизъявлению, они должны иметь своим предметом волю и волеизъявление каждой из сторон.

	Акцепт в такой же мере выражает волю лица, как и предложение. Требования к акцепту вытекают из его особенностей как рефлекторного волеизъявления. Стандартная ситуация состоит в том, что акцепт приобретает юридическую силу, если он полный, т.е. выражает одобрение всему, что указано в оферте, и безоговорочный, т.е. не содержит никаких дополнительных условий.

	Ответ на иных условиях, чем предложено в оферте, не является акцептом. Это лишь встречная оферта (ст. 443 ГК). Однако действия акцептанта могут рассматриваться как встречная оферта лишь при условии, что они обладают указанными признаками оферты. Поскольку такого рода встречная оферта направляется первоначальному оференту, т.е. конкретному лицу, необходимо сохранить в такой встречной оферте все существенные условия договора. Следовательно, ответ на оферту, в котором исключено из нее хотя бы одно из существенных условий, не может рассматриваться как встречная оферта. Такой ответ представляет собой отказ от заключения предложенного оферентом договора и приглашение к заключению другого договора.

	По своей юридической конструкции акцепт и оферта в определенной части совпадают. В этой связи некоторые из положений, которые относятся к оферте, распространяются и на акцепт. Имеется в виду, что акцептант может отозвать сделанный акцепт до момента получения оферентом извещения об отказе акцептанта от заключения договора либо одновременно с таким извещением. Соответственно отказ от акцепта не считается сделанным и тогда, когда моменты получения оферентом самого акцепта и извещения об его отказе совпадают.

	Особому урегулированию подвергнуто молчание. По самому своему характеру оно может быть только акцептом. При этом существует единая для всего гражданского права презумпция того, что молчание вообще не является юридическим фактом. Такая презумпция включена в общую норму, посвященную значению молчания. Имеется в виду ст. 158 ГК о форме сделок. Указанная статья, как и ст. 438 ГК, предусматривает те исключительные случаи, когда молчание приобретает правообразующее (правоизменяющее или правопрекращающее) значение. Из п. 3 ст. 158 ГК следует, что молчание может быть признано выражением воли совершить сделку только в случаях, когда это предусмотрено законом или соглашением сторон, в то время как по п. 2 ст. 438 ГК, являющемуся специальной и тем самым приоритетной нормой, молчание приобретает силу, если это предусмотрено либо законом, либо обычаем делового оборота, либо вытекает из прежних деловых отношений сторон. При этом п. 2 ст. 438 ГК имеет в виду, что в указанных трех случаях речь идет только об акцепте. Тем самым снимается вопрос о возможности использовать молчание в качестве оферты.

	ГК придает молчанию разный смысл, имея в виду, что в одних случаях оно означает "да", а в других - "нет".

	Конструкция "молчание - да" применяется наиболее широко. Так, молчание арендатора и арендодателя в течение определенного срока рассматривается как согласие на продление арендного договора (п. 3 ст. 610 ГК); неполучение в разумный срок ответа на извещение комиссионером комитента о необходимости отступить от его указаний означает согласие на такое отступление (п. 1 ст. 995 ГК); отчет агента считается принятым, если в течение тридцати дней принципал не пришлет возражений (п. 3 ст. 1008 ГК); комитент признается согласившимся на покупку комиссионером имущества по цене выше ранее согласованной между комиссионером и комитентом, если не пришлет возражений в разумный срок (п. 3 ст. 995 ГК) и др.

	Молчание следует отличать от бездействия. Последнее может рассматриваться исключительно как отсутствие воли адресата. Из этого следует, что в отличие от "молчания" "бездействие" должно во всех случаях означать "нет" при условии, если соответствующие последствия должны вызвать именно "да".

	По модели "молчание - нет" построен п. 1 ст. 556 ГК: уклонение стороны от подписания документа о передаче проданной недвижимости независимо от того, исходило ли оно от продавца или покупателя, рассматривается как их отказ от принятия оферты и соответственно от принятия имущества.

	Еще одним способом заключения договора служат конклюдентные действия. Общее правило на этот счет применительно к сделкам содержится в п. 2 ст. 158 ГК, который допускает признание устной сделки совершенной в случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку. Обычно на этот счет в законе (ГК) содержатся специальные указания, какие именно действия могут совершаться и какие последствия они должны повлечь. Так, например, вещи, помещенные в гостиничный номер или в иное предназначенное место, а равно вверенные работникам гостиницы, признаются переданными на хранение гостинице (п. 1 ст. 925 ГК), а принятие страхователем от страховщика страхового полиса, свидетельства, сертификатов, квитанции означает согласие заключить договор страхования (п. 2 ст. 940 ГК). Неявка покупателя или несовершение иных необходимых действий рассматриваются как отказ от исполнения договора розничной купли - продажи, заключенного с условием о его принятии покупателем в определенный срок (ст. 496 ГК).

	Конклюдентным действиям придается правообразующее значение и при заключении договора. Специальные указания на этот счет содержатся в п. 3 ст. 434 и п. 3 ст. 438 ГК, которые посвящены акцепту в форме конклюдентных действий.

	Во-первых, акцепт должен принимать форму совершения действий по выполнению указанных в оферте условий договора. Соответствующие положения ГК нуждаются в некотором уточнении, поскольку, строго говоря, договор к моменту совершения действия акцептантом только будет подобным образом заключен; самого договора пока еще нет. В качестве примера ГК приводит отгрузку товара, предоставление услуг, выполнение работ, уплату соответствующей суммы. Первая по счету ситуация имеет место в случае, когда в роли оферента выступает покупатель, вторая - предполагает, что оферентом является заказчик услуг, при третьей - в этой роли выступает заказчик работ, а четвертая - возможна при любом возмездном договоре, который связан с оплатой предложенных оферентом товаров, работ или услуг.

	Во-вторых, необходимо, чтобы оферта удовлетворяла определенным требованиям. Одно из них непосредственно вытекает из п. 3 ст. 438 ГК: в оферте должно содержаться условие о сроке акцепта.

	В-третьих, предусмотренная в п. 3 ст. 438 ГК ситуация исключает в некоторых случаях возможность признать исполнение обязанности акцептантом заключением договора, если есть специальное указание на этот счет в оферте, в законе или ином правовом акте.

	В-четвертых, п. 3 ст. 434 ГК признает применительно к рассматриваемой ситуации требование закона об обязательной письменной форме соблюденным лишь в случае, если оферта была письменной. Из этого следует, что все же при условии, если необходимости в письменной форме договора нет, способом, предусмотренным в п. 3 ст. 438 ГК, возможно заключить договор и в ответ на устную оферту (например, переданную по телефону).

	В связи с применением соответствующей нормы (п. 3 ст. 438 ГК) возник вопрос о том, должен ли акцепт в рассматриваемом случае представлять собой исполнение акцептантом всей своей обязанности или достаточно выполнить ее часть. Ответ на указанный вопрос был дан в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8: "Для признания соответствующих действий адресата оферты акцептом Кодекс не требует выполнения условий оферты в полном объеме. В этих целях для квалификации указанных действий в качестве акцепта достаточно, чтобы лицо, получившее оферту (в том числе проект договора), приступило к ее исполнению на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок". Думается, что соответствующее разъяснение позволяет различить две ситуации. Первая - совершение исполнения, которое само по себе является достаточным для признания наличия акцепта. Вторая - адресат оферты только приступил к исполнению. Последний случай не вполне соответствует п. 3 ст. 438 ГК, и по этой причине, очевидно, требуется непременное направление соответствующего извещения оференту, поскольку в противном случае последний не будет знать отношения адресата к оферте. Поэтому в случае спора ссылки адресата оферты в подтверждение возникновения договора только на то обстоятельство, что он приступил к исполнению (поставщик начал изготовление заказанного товара, подрядчик завез механизмы на стройплощадку и т.п.), недостаточно для признания договора заключенным.

	Применение п. 3 ст. 438 ГК ставит перед сторонами, другими участниками гражданского оборота, а также перед судом вопрос о моменте, при котором в подобной ситуации договор должен считаться заключенным. На наш взгляд, есть основания и в данном случае исходить из общего принципа определения момента заключения договора. Следовательно, договор считается заключенным в момент, когда оферент узнал о совершении ответчиком соответствующих действий. Приведенное положение означает, что в пределах указанного в оферте срока должно последовать либо само исполнение, либо получение оферентом извещения на этот счет. Иное решение поставило бы в затруднительное положение оферента, так как означало бы удлинение действия связанности за пределы срока, указанного в оферте.

	Вывод о возможности заключения договора двусторонними конклюдентными действиями основан на признании их способом выражения воли лица. По этой причине, когда конклюдентные действия с обеих сторон позволяют сделать вывод о совпадении воли сторон, этого достаточно для признания договора заключенным. Но для этого необходимо учесть второе обстоятельство: ст. 431 ГК не делает никаких изъятий из правила о необходимости согласования существенных условий. Значит, конклюдентные действия той из сторон, которая может считаться оферентом, должны включать существенные условия договора, а также действия второй стороны - подтверждать согласие с указом или условиями. Эти требования относятся к продаже товаров с использованием автоматов, при этом обычные существенные условия здесь дополнены перечнем, содержащимся в п. 1 ст. 498 ГК. Что же касается публичной оферты, то, на наш взгляд, п. 2 ст. 494 ГК нуждается в уточнении, поскольку не может считаться офертой предложение, в котором отсутствуют существенные условия. Иное противоречит природе существенных условий и оферты, определенной соответственно в п. 1 ст. 432 и п. 1 ст. 435 ГК.

	В зависимости от наличия или отсутствия срока в оферте договор признается заключенным либо при получении оферентом акцепта в пределах указанного в оферте срока (ст. 440 ГК), либо (ст. 441 ГК) при получении оферентом акцепта до срока, указанного в законе или ином правовом акте, а при отсутствии срока в оферте, законе или ином правовом акте - в течение нормально необходимого для этого времени.

	Особо выделена ситуация, когда оферта сделана и устно и без срока: в таком случае для заключения договора необходимо, чтобы другая сторона немедленно заявила об акцепте.

	Подробно урегулирован в ст. 442 ГК вопрос о последствиях получения акцепта с опозданием. Указанная статья состоит из двух частей. В первой из них предусмотрено, что в случаях, когда своевременно направленное извещение об акцепте получено с опозданием, акцепт не считается запоздавшим, если сторона, направившая оферту, немедленно уведомит другую сторону о том, что направленный акцепт поступил с опозданием. Вторая часть той же статьи дополняет приведенную норму: в случае, когда оферент немедленно направит извещение акцептанту о принятии такого запоздавшего акцепта, договор считается заключенным. Постановлением Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 выделена ситуация, при которой в оферте указан помимо срока для акцепта также и особый срок для ее рассмотрения. Этому сроку придается специальное значение: имеется в виду, что, если извещение об акцепте направлено в пределах такого срока, хотя и с пропуском срока для акцепта, оференту предоставляется право все же и в этом случае направить немедленно отказ от заключения договора.

	Различие между ст. 442 ГК и посвященной тому же вопросу ст. 164 ГК 64 состоит в том, что последняя рассматривала ответ о принятии оферты, полученный с опозданием, как новую оферту. Таким образом, извещение оферента о том, что, несмотря на получение акцепта с опозданием, он считает заключенным договор, должно было быть расценено как принятие оферты, т.е. как акцепт. Поскольку без принятия оферты договор не может считаться заключенным, отсутствие какого бы то ни было уведомления оферента означало, что договор не заключен.

	Из приведенного текста ст. 442 ГК вытекает, что она имеет в виду две ситуации, различающиеся содержанием посланного оферентом извещения. Оференту либо подтверждают, что договор заключен, либо сообщают, что его оферта не принята. Остается открытым вопрос о третьем варианте: оферент при поступлении акцепта с опозданием вообще не посылал никакого извещения акцептанту. В подобных случаях следует учитывать характер ст. 442 ГК, которая представляет собой исключение из ст. 440 ГК. Имеется в виду, что содержащаяся в этой последней статье общая норма считает договор заключенным при условии, что акцепт получен (именно получен, но не отправлен) в установленный срок. С учетом неоднократно уже приведенного в книге положения о недопустимости распространительного толкования исключительных норм следует прийти к выводу, что расхождение между статьями обоих кодексов носит чисто формальный характер. Речь идет о том, что молчание оферента, получившего акцепт с опозданием, как и с позиций ГК 64, означает отклонение акцепта. В пользу такого вывода может быть приведен ряд аргументов. Один из них, в частности, состоит в том, что любое молчание, как уже отмечалось, приобретает юридическую силу, т.е. рассматривается как "да" или "нет", только в случае, когда в законе имеются прямые указания на этот счет. В данном случае такие указания отсутствуют. Значит, молчание не может играть правообразующей роли и по отношению к запоздавшему акцепту означать согласие.

	Другой аргумент связан с тем, что в случае, если бы законодатель действительно хотел считать молчание оферента достаточным для заключения договора, не было бы оснований включать в ГК требование о немедленном подтверждении запоздавшего акцепта.

	По мнению Г. Отнюкова значение запоздавшего акцепта состоит только в том, что он предоставляет оференту право немедленно выразить согласие с акцептом. При этом нет никакой разницы между запоздавшим акцептом и действиями адресата оферты, который направил акцепт на иных условиях, чем те, которые в ней содержались.

	Сказанное о стадиях заключения договора не может в полной мере распространяться абсолютно на все договоры.

	Общие положения о договоре применяются к договорам, заключаемым более чем двумя сторонами, если это не противоречит многостороннему характеру таких договоров (п. 4 ст. 421 ГК).

	Примером многосторонних договоров являются учредительные договоры о создании товариществ, обществ с ограниченной ответственностью, обществ с дополнительной ответственностью, договор о создании акционерного общества и ряд других, которые, как правило, заключаются более чем двумя сторонами.

	В юридической литературе нет единого мнения о процессе заключения многосторонних договоров.

	Как отмечает А.Ю. Кабалкин, заключение таких договоров в силу их специфики не происходит путем направления одному или нескольким лицам оферты и получения акцепта.

	Иное мнение высказывает Н.П. Журавлев, который полагает, что многосторонний договор является результатом простых согласованных волеизъявлений, но его формированию предшествует не два простых волеизъявления (оферта и акцепт), а три и более. Это означает (если каждое волеизъявление рассматривать как стадию), что процесс заключения многосторонней сделки состоит из трех, четырех и более стадий, в зависимости от количества сторон, участвующих в совершении сделки.

	Действительно, процесс заключения многосторонних договоров представляет собой усложненную конструкцию. Однако вряд ли следует полностью отказываться от обычного порядка заключения договора, который в некоторых случаях может быть успешно применен (например, к заключению договора простого товарищества). С другой стороны, например, учредительный договор не может заключаться путем направления оферты и получения акцепта, как с юридической, так и с практической точки зрения, поскольку, во-первых, такой договор должен быть заключен только путем составления одного документа, который подписывается всеми участниками (учредителями) создаваемого юридического лица (п. 1 ст. 70, п. 1 ст. 89 ГК), и, во-вторых, трудно представить, что учредительный договор, участниками (учредителями) которого могут быть десятки контрагентов, будет заключаться путем обмена между ними письмами или другими документами.

	Не вписываются в общую конструкцию и те виды договоров, которые под страхом их недействительности должны быть выражены в едином документе (например, договор купли-продажи недвижимости). Предшествующие составлению таких договоров переговоры, обмен документами не имеют юридического значения, а отдельные их стадии не приобретают силу оферты и акцента. В подобных случаях каждая из сторон становится юридически связанной лишь после учинения на документе подписи ею самой и другой стороной.

Поэтому при заключении многосторонних договоров необходимо определять юридическую природу конкретного вида договора, руководствоваться правовыми предписаниями и практическими соображениями.

Таким образом можно выделить две стадии заключение договора оферта и акцепт оферты, согласование условий договора не следует считать стадией его заключения поскольку следует говорить не заключении договора, а достижение договоренности по его существенным условиям.


ГЛАВА 3 ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ УЧАСТНИКОВ ДОГОВОРА



3.1 Прекращение и изменение договора как способ защиты прав контрагентов



Заключение договора имеет большое правовое значение, так как именно он определяет дальнейшие действия сторон и последствия неисполнения таких действий.

Подобная значимость договора позволила Н.Л. Дювернуа говорить о признаке обособленности договора. "Характер самостоятельности этой юридической фигуры заключается в том, что из двух волеизъявлений, которые лежат в ее основе, образуется совершенно новое нечто, не составляющее только сумму этих двух волеизъявлений (два голоса), а именно как бы новое юридическое тело, единство... которое раз образовавшись, уже не зависит от воли или усмотрения той или другой стороны, а существует отдельно и самобытно". Иными словами, по мнению ученого, договор - это новая реальность, вызванная к жизни волей сторон. Он представляет собой акт, связывающий поведение участвующих в нем сторон, ограничивающий свободу и волю участников необходимостью исполнять содержащиеся в нем условия.

Конечно, сказанное не означает, что, заключив договор, стороны лишаются права прекратить или изменить его. Прекращение договора, в частности, возможно путем его расторжения либо осуществления любой из сторон права на односторонний отказ от договора. С.А. Соменков справедливо отмечает: "Говоря о прекращении договора и, следовательно, вытекающих из него обязательств, мы подразумеваем, что расторжение - это частный случай прекращения обязательств. Это подтверждается п. 2 ст. 453 ГК РФ, в котором говорится, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. При этом прекращение договорных обязательств далеко не всегда представляет собой расторжение договора".

В соответствии со ст. 12 ГК РФ право на прекращение или изменение договора служит способом защиты нарушенных субъективных прав. В данном контексте представляет интерес исследование особенностей защиты нарушенных субъективных прав посредством названного способа.

Согласно п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. Таким образом, в качестве общего правила предполагается, что по соглашению сторон договор может быть расторгнут. Наряду с этим законодательством предусмотрены случаи, когда расторжение договора допускается в судебном порядке (п. 2 ст. 450, ст. 451 ГК РФ). Как правило, судебное расторжение договора имеет место при нарушении прав и интересов участника гражданско-правового договора со стороны его контрагента.

Представляет интерес соотношение категорий "расторжение договора" и "односторонний отказ от его исполнения".

Как полагает Е.М. Денисевич, "несмотря на то что правомочие на расторжение договора и правомочие на отказ от исполнения договора преследуют одну и ту же конечную цель прекращения договорных отношений, они, тем не менее, весьма существенно различаются по способам их осуществления. Расторжение договора есть способ прекращения договорных отношений либо во внесудебном порядке на основании соглашения сторон (п. 1 ст. 450 ГК РФ), либо в судебном, посредством обращения управомоченного лица к компетентному государственному органу. Напротив, отказ от исполнения договора представляет собой одностороннюю сделку, направленную на прекращение обязательственного правоотношения во внесудебном порядке...". Таким образом, расторжение договора и односторонний отказ от договора, наряду с общими признаками, обладают существенными различиями, в частности, отказ от исполнения договора направлен на прекращение договорных отношений во внесудебном порядке.

В.В. Витрянский считает, что право на односторонний отказ от договора является способом расторжения или изменения договора. Также обращает внимание на то, что "для реализации права одностороннего отказа от исполнения договора либо изменения его условий не требуется обращаться в суд с иском о расторжении или изменении договора". Это мнение находит подтверждение при анализе законодательства.

Так, при исследовании ряда правовых норм, определяющих последствия передачи стороной договорного правоотношения вещи с существенными недостатками по договорам купли-продажи, аренды и подряда, обнаруживаются следующие особенности. В соответствии с п. 2 ст. 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. В свою очередь, согласно п. 3 ст. 723 ГК РФ, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком срок не были устранены или являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков. Как в договоре купли-продажи, так и в договоре подряда при обнаружении существенных недостатков переданной вещи как покупатель, так и заказчик вправе отказаться от исполнения договора.

В отличие от этого, согласно п. 2 ст. 620 ГК РФ, если переданное арендатору имущество имеет препятствующие пользованию им недостатки, которые не были оговорены арендодателем при заключении договора, не были заранее известны арендатору и не должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора, то договор аренды может быть досрочно расторгнут судом по требованию арендатора.

Таким образом, на примере ст. 620 ГК РФ видно, что, говоря о расторжении договора, законодатель подразумевает расторжение договора именно в судебном порядке. Однако, на наш взгляд, трудно объяснить причины различного подхода законодателя к процедуре прекращения обязательственных отношений в договорах купли-продажи, подряда и аренды. Очевидно, что право на односторонний отказ реализовать проще, чем право на обращение в суд с требованием о расторжении договора. Представляется, что подобное различие вызвано, прежде всего, тем, что как по договору купли-продажи, так и по договору подряда вещь передается в собственность контрагента. А вот по договору аренды вещь передается арендатору лишь во временное владение и пользование. В связи с этим закон в большей мере защищает интересы той стороны, которая должна была стать собственником передаваемой вещи, чем участника, который будет владеть имуществом лишь временно.

Однако положение о том, что расторжение договора может быть проведено как по соглашению сторон, так и в судебном порядке, а односторонний отказ от договора реализуется лишь во внесудебном порядке, не получает безусловного подтверждения в законодательстве. Так, согласно п. 1 ст. 546 ГК РФ в случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, он вправе расторгнуть договор в одностороннем порядке при условии уведомления об этом энергоснабжающей организации и полной оплаты использованной энергии. Представляется, что в данном случае абонент не обязан обращаться в суд с требованием о расторжении договора энергоснабжения. На наш взгляд, если абонент выполнит условие о полной оплате использованной энергии и уведомит о своем решении отказаться от договора энергоснабжающую организацию, договорные отношения сторон могут быть прекращены и без судебного рассмотрения. В то же время, как представляется, законодатель неверно использует в данной норме указание на возможность абонента расторгнуть договор в одностороннем порядке. На наш взгляд, п. 1 ст. 546 ГК РФ должен предусматривать следующее: "1. В случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, он вправе отказаться от исполнения договора при условии уведомления об этом энергоснабжающей организации и полной оплаты использованной энергии".

Необходимо также отметить, что право на односторонний отказ от договора возникает не только при нарушении обязательства. Такое право в силу ГК РФ принадлежит заказчику по договору подряда (ст. 717), заемщику по кредитному договору (ст. 821), вкладчику по договору банковского вклада (ст. 837), поклажедателю по договору хранения (ст. 904), сторонам договора поручения (ст. 977), комитенту по договору комиссии (ст. 1002), учредителю управления по договору доверительного управления имуществом (ст. 1024) и др.

При рассмотрении вопросов, связанных с прекращением договора, особенно в одностороннем порядке, вызывает трудности определение момента, с которого данный договор можно считать расторгнутым. В главе 29 ГК РФ, посвященной изменению и расторжению договора, об этом ничего не говорится. Момент расторжения договора наиболее четко определен в п. 4 ст. 523 ГК РФ, в силу которого договор поставки считается расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.

Представляется, что подобное положение, учитывая распространенность норм об одностороннем отказе от исполнения договора, должно содержаться в п. 3 ст. 450 ГК РФ. В данный пункт следует внести дополнение, в результате чего он будет сформулирован следующим образом: "В случае одностороннего отказа от исполнения договора, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора, если иное не предусмотрено законом или договором".

Наряду с правом на односторонний отказ от договора в гражданском законодательстве существует право на отказ от принятия товара (ст. 464 ГК РФ).

Полагаем, что при отказе от исполнения договора покупатель демонстрирует утрату интереса к договору вообще. Покупателя уже не устраивает содержание данного договора, он, по сути, в одностороннем порядке от него отказывается.

При отказе от товара покупатель отказывается от конкретного товара, который уже передан или только подлежит передаче. Однако покупатель сохраняет интерес к договору вообще, он желает, чтобы продавец передал требуемый товар, но уже со всеми необходимыми принадлежностями и документами.

Что касается правовой природы действий покупателя в виде отказа от товара или от исполнения договора, то они направлены на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Поэтому есть все основания квалифицировать данные способы самозащиты в качестве односторонних сделок.

Гражданский кодекс РФ в ст. 451 предусматривает возможность расторжения или изменения судом условий договора при существенном изменении обстоятельств. Представляет интерес разница подходов законодателя к расторжению договора и изменению его условий. Если расторжение договора - это болезненная, но распространенная процедура его прекращения, то изменение его положений в судебном порядке по требованию одной стороны при отсутствии согласия другой производится только в исключительных случаях.

Недостаточная теоретическая разработка понятия договора обусловила несовершенство и даже противоречивость действующего законодательства, что можно продемонстрировать посредством анализа правовых норм, регулирующих отдельные виды гражданско-правовых договоров. Так, представляют интерес положения ст. 523 ГК РФ, предусматривающие односторонний отказ от исполнения договора поставки. В пункте 1 данной статьи содержится следующее положение: "Односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или односторонние его изменения допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон". Таким образом, законодатель предоставляет стороне, права которой нарушены неисполнением или ненадлежащим исполнением договора контрагентом, выбор: отказаться от исполнения договора поставки или в одностороннем порядке изменить его условия.

Очевидно, что закон должен предусматривать определенные способы защиты нарушенных прав стороны договорного обязательства, и представляется, что право на односторонний отказ от договора поставки призвано решать связанные с этим задачи. А вот предоставлять стороне право в одностороннем порядке изменять условия договора, на наш взгляд, нельзя, так как это противоречит существу гражданского договора. Как было сказано, договор - это единство двух волеизъявлений. Заключив его, стороны достигли не какого-то абстрактного соглашения, а единства по конкретным пунктам (условиям) договора. Если стороны, руководствуясь своими мотивами, добровольно заключили договор на согласованных условиях, то изменять данные условия можно также лишь по взаимной воле обеих сторон.

Данному выводу можно противопоставить следующее возражение: право на одностороннее изменение условий договора предоставляется стороне в качестве способа защиты своих прав от ненадлежащего поведения другого участника договора. Тем не менее, даже наилучшие стремления законодателя не должны противоречить природе гражданско-правовых институтов, в частности, природе гражданского договора. Нельзя допускать произвола одной стороны и одной воли, в противном случае, защитив права одной стороны, можно неоправданно ограничить права другой стороны договора. Одностороннее изменение условий обязательства, как правило, ставит другую сторону в неблагоприятное положение. Выходит, что одна сторона изменяет условия договора по своему усмотрению, а другая обязана исполнять обязательство в измененном виде, что, естественно, не соответствует сущности такой конструкции, как гражданско-правовой договор.

При рассмотрении проблемы изменения в одностороннем порядке условий обязательства возникает вопрос об отграничении данной конструкции от такого способа прекращения обязательства, как новация. Согласно ст. 414 ГК РФ обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения (новация).

Следует отметить, что в науке гражданского права уже предпринимались попытки разделить категории "новация" и "изменения договора". Так, М.И. Брагинский пишет, что "изменение договора в смысле, который ему придается в главе 29 ГК РФ, имеет строго определенные границы. В подобных случаях меняются конкретные условия договора, но не его модель. В соответствующие рамки укладывается, в частности, замена в договоре поставки предмета, например вместо угля сланец, или способа исполнения - вместо отгрузки железнодорожным транспортом так называемый "самовывоз" и т.п. Иное дело, когда в договоре купли-продажи, другом возмездном договоре образовывается задолженность стороны по договору и он превращается в заемное обязательство: в силу ст. 818 ГК РФ такая замена долга заемным обязательством принимает форму новации, представляющей собой особый вид прекращения договора, а не его изменения".

Изложенная точка зрения была подвергнута критике. Д.В. Мурзин и Н.Ю. Мурзина полагают, что попытка отграничения новации от изменения договора, предпринятая М.И. Брагинским, представляет собой "игнорирование достаточно ясного текста Гражданского кодекса об изменении предмета обязательства как основания новации...". Однако в дальнейшем указанные авторы приходят к выводу о том, что "статья 414 ГК РФ говорит о новации не как о замене предмета и способа исполнения в обязательстве, а как о замене первоначального обязательства другим обязательством, предусматривающим иной предмет или способ. Такая формулировка и заставляет искать то, чего, на наш взгляд, в Кодексе нет: прежде всего другое обязательство, мыслимое как другой тип договора".

Таким образом, в науке гражданского права на данный момент не выработаны критерии, позволяющие четко отличить изменение договора от новации. Мнение, согласно которому результатом новации должен быть иной тип договора, не основано на действующем законодательстве, так как в ст. 414 ГК РФ об этом ничего не говорится.

Несомненно, категория "изменение договора" шире, нежели новация, так как речь идет об изменении любых условий договора, а не только предмета или способа исполнения. Также можно утверждать, что при изменении договора обязательство не прекращается, а лишь изменяется в соответствии с новыми условиями. При новации первоначальное обязательство прекращается, но возникает другое с иным предметом или способом исполнения. Однако при новации прекращение первоначального обязательства достаточно условно. "Быть может, главное отличие новации от обычного способа будет как раз в допустимости отсылок к недействующему договору...". Следовательно, отграничение изменения условий договора, особенно когда речь идет об изменении предмета исполнения или способа исполнения, от новации, весьма проблематично.

Применительно к теме нашего исследования принципиальным является то, что новация возможна только при соглашении сторон (ст. 414 ГК РФ). В качестве способа защиты прав и интересов участников договорных отношений новация не применяется, в отличие от изменения условий договора. Значит, возможна ситуация, когда при изменении участником в одностороннем порядке предмета исполнения обязательства или способа его исполнения возникает новация, но не по соглашению участников, а по волеизъявлению одного из них. По сути произойдет принудительная новация, что противоречит положениям ст. 414 ГК РФ, предусматривающим только добровольный ее характер. Таким образом, согласно действующему законодательству сторона вправе в одностороннем порядке изменить (к своей, естественно, выгоде) условия договора, и с момента получения другой стороной данного уведомления измененные условия договора вступят в силу (п. 4 ст. 523 ГК РФ).

Конечно, к "договорам" подобная конструкция после этого относится лишь условно. Законодатель ничего не говорит о возможности другой стороны, не согласной с предложенными условиями, обратиться в данной ситуации в суд за защитой своих прав. И даже в случае такого обращения не предусматривается никаких критериев оценки судом новых условий договора. Говоря об изменении гражданско-правового договора, следует отметить, что этот акт может быть осуществлен двумя различными способами: 1) направление другой стороне измененных условий договора; 2) частичный отказ стороны от условий договора. На наш взгляд, оба способа изменения договора неприемлемы, так как не соответствуют природе данной правовой конструкции. Вследствие всего сказанного представляется, что ст. 523 ГК РФ в части права стороны договора поставки на одностороннее изменение условий договора в случае существенного нарушения его условий другой стороной противоречит действующему законодательству, в частности п. 1 ст. 420 ГК РФ, определяющему договор как соглашение сторон, и должна быть отменена. Таким образом, если ст. 523 ГК РФ называется "Односторонний отказ от исполнения договора поставки", то ее содержание должно предусматривать только положения, касающиеся права сторон на односторонний отказ от исполнения договора и порядка осуществления этого права. Положения о праве на одностороннее изменение условий договора поставки должны быть отменены.



3.2 Признание договора недействительным и расторжение как способы защиты гражданских прав контрагента



В практике арбитражных судов прирост дел, связанных с признанием сделок недействительными и применением последствий ничтожных сделок, ежегодно составляет 10 - 12%. Данное обстоятельство связано с активным использованием участниками имущественного оборота способа защиты нарушенных гражданских прав, предусмотренного в соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки являются одним из способов защиты субъективных гражданских прав. Судебная практика свидетельствует о том, что нередко этот способ защиты используется недобросовестными должниками в целях избежания ответственности в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора.

При расторжении договора договорные обязательства сторон прекращаются на будущее время. Этот признак позволяет отличить расторжение договора от признания его недействительным или незаключенным. Любые нарушения закона, влекущие недействительность договора, должны иметь место еще при его заключении. Незаключенным же договор признается в силу отсутствия в нем существенных условий или из-за недостижения сторонами соглашения по этим условиям, поэтому недействительный договор теряет силу с момента его заключения. Признание договора незаключенным влечет за собой те же последствия, что и признание договора недействительным, поскольку договора фактически не было. При расторжении, напротив, обстоятельства, служащие основанием этого, должны появиться уже после заключения договора, и только с момента расторжения обязательства сторон прекращаются на будущее время. Как отмечал Б.В. Покровский, "поскольку расторжение договора и признание его недействительным или несостоявшимся влекут за собой неодинаковые правовые последствия, смешение этих понятий не только не оправдано теоретически, но и может привести к существенным ошибкам на практике".

Необходимо определить соотношение институтов недействительности договора и его изменения и расторжения, поскольку расторгать можно только действительную сделку, а сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, по общему правилу (ст. 168 ГК) ничтожна. Однако из того, что для признания рассматриваемых договоров недействительными необходимо обращаться в суд, можно сделать вывод, что они представляют собой оспоримые сделки. Следовательно, до момента признания их судом недействительными они остаются действительными и могут быть расторгнуты, в том числе и соглашением сторон.

Действительно, в практике встречаются случаи, когда вместо требования о расторжении договора истец требует от суда признать договор недействительным. Иногда, напротив, вместо предъявления иска о признании договора недействительным, сторона обращается в суд с иском о его расторжении. Косвенным подтверждением положения о том, что институты недействительности договора и его изменения и расторжения имеют сходные правовые режимы, служит сравнение применения последствий недействительности договоров и ответственности за существенное нарушение условий договора одной из сторон, приведшее к его изменению или расторжению. Так, п. 5 ст. 453 ГК РФ устанавливает, что, если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора. В данном случае прослеживается аналогия понятий возмещения убытка и реституции, являющейся следствием применения последствий недействительности сделок в соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ. По правовой природе в соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Другими словами, недействительный договор, заключенный не в соответствии с требованиями закона, может расцениваться как существенное нарушение его условий, что и является основанием для его изменения или расторжения (ч. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ). Вопрос о возмещении убытков в данном случае должен решаться, исходя из того, нарушен ли закон одной стороной или обеими.

Признание сделки недействительной необходимо отличать от нарушений, дающих право другой стороне требовать расторжения сделки. Проблема разграничения признания договора недействительным и расторжения договора имеет большое значение, и, как выясняется, не только судебная практика, но и сам законодатель не всегда четко разграничивает эти понятия. Так, например, еще до принятия ГК РФ ст. 30 Закона "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации" признавались недействительными сделки приватизации, в частности, в случаях, когда покупатель отказался от внесения платежа за приобретенный им объект приватизации, а также в случае нарушения условий, на которых объект приватизации был приобретен по конкурсу. Пленумы Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указали в своем совместном Постановлении № 6/8 от 1 июля 1996 г. на ошибки в ст. 30 Закона РФ "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации". Высшие судебные инстанции в связи с этим указали на то, что в данном случае упомянутые обстоятельства в соответствии с п. 2 ст. 450 Кодекса не могут рассматриваться в качестве оснований для признания сделки недействительной, поскольку они не могли иметь место при ее совершении, и что признание сделки приватизации недействительной влекло бы за собой возврат сторон в первоначальное положение, поэтому при разрешении споров, связанных с расторжением договора купли-продажи приватизированного объекта, следует исходить из того, что в соответствии с п. 4 ст. 453 ГК РФ и ст. 30 Закона Российской Федерации "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации" стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по договору купли-продажи до момента его расторжения. Таким образом, п. 59 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 6/8 арбитражным судам было рекомендовано признавать эти факты основанием для расторжения договора купли-продажи приватизированного объекта по требованию одной из сторон. Эти замечания были учтены при подготовке Федерального закона от 21 июля 1997 г. "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации", в котором указывается на то, что в случае, если приватизация государственного или муниципального имущества осуществлялась с нарушением положений указанного Федерального закона, других федеральных законов и принятых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, а также условий договоров купли-продажи государственного или муниципального имущества, Правительство Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, соответствующие органы по управлению имуществом, продавцы имущества, покупатели, органы прокуратуры Российской Федерации вправе в судебном порядке предъявить иски (возбудить дела) о расторжении сделок приватизации государственного или муниципального имущества, применении мер ответственности, признании указанных сделок недействительными, применении последствий недействительности ничтожной сделки, об устранении нарушений законодательства Российской Федерации о приватизации и о привлечении к ответственности виновных лиц. В данном Федеральном законе законодатель уже разделил расторжение договора приватизации и признание оспоримого договора недействительным в соответствии со ст. 12 ГК РФ в качестве способов защиты гражданских прав. В пришедшем на смену вышеназванному Закону ныне действующем Федеральном законе от 21 декабря 2001 г. "О приватизации государственного и муниципального имущества"  институты расторжения договора и признания его недействительным рассматриваются в различных главах.

Юридическая доктрина и современное законодательство на сегодняшний день рассматривают изменение и расторжение договора прежде всего в узком смысле, когда под изменением договора понимается трансформация любого или нескольких его условий, составляющих содержание договора (ст. 432), а под расторжением договора - досрочное прекращение неисполненного (полностью или частично) договора по основаниям, не предусмотренным ст. 407 - 419 настоящего Кодекса. При этом А.Ю. Кабалкин указывает, что расторжение договора необходимо отличать от недействительности договора, регулируемой ст. 166 - 179 о недействительных сделках. По утверждению М.И. Брагинского, "изменение договора в смысле, который ему придается в гл. 29 ГК, имеет строго определенные границы. В подобных случаях меняются конкретные условия договора, но не его модель".

Согласно Постановлению Президиума ВАС РФ N 6103/99 от 14 марта 2000 г. ничтожные договоры не требуют признания их таковыми судом, а также изменения или расторжения с соблюдением порядка, предусмотренного Гражданским кодексом Российской Федерации. Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения. Однако практика показывает, что многие недействительные, а также ничтожные договоры оспариваются в судебном порядке и суды в процессе принятия решений не всегда принимают решения о применении последствий недействительности сделок, так как иногда даже ничтожная сделка оказывается правомерной.

Например, в соответствии с п. 2 ст. 172 ГК РФ в интересах малолетнего совершенная им сделка может быть признана судом действительной, если она совершена к выгоде малолетнего. То есть закон в отдельных случаях поощряет заключение даже ничтожных договоров, если они выгодны недееспособным и малолетним. Тем самым косвенно признается, что ничтожная сделка может быть вполне правомерным действием.

Объяснить данные положения законодательства, придерживаясь мнения о неправомерности недействительных сделок, невозможно. Исходя из требований закона, суд своим решением может даже поощрять исполнение неправомерной (ничтожной) сделки, признавая ее действительной.

То, что недействительные договоры могут не содержать в себе ничего неправомерного, давно отмечалось в судебной практике. Так, еще в 1927 г. Пленум Верховного Суда РСФСР давал следующее разъяснение: "...в случаях, когда договорные отношения оказались... незаконными... но лица, владеющие или пользующиеся предметом соглашения, при заключении договора не имели ни социально опасных (преступных), ни социально вредных намерений, суд должен решить дело по возможности в интересах сохранения договора".

Как видно из приведенных примеров, речь идет о конверсии, которая наряду с реструктуризацией, новацией, пролонгацией и уступкой права требования представляет собой один из методов правового регулирования. В результате конверсии происходит замена одних видов обязательств на другие.

Следовательно, конверсия (т.е. превращение недействительного договора в действительный), при которой, по сути, происходит замена одного обязательства на другое, представляет собой одну из разновидностей изменения договора. Это подтверждается п. 1 ст. 453 ГК РФ, устанавливающим, что при изменении договора обязательства сторон сохраняются в измененном виде.

Волевое действие, следствием которого является конверсия, по своей юридической природе является юридическим фактом, так как оно имеет своей целью изменение гражданских правоотношений и его юридической целью является наступление определенных правовых последствий. Следовательно, модель трансформации недействительного договора в действительный может расцениваться в качестве основания для его изменения.

К сожалению, в действующем гражданском законодательстве правила о конверсии не получили отражения, и на практике суды вынуждены либо руководствоваться ст. 431 ГК РФ (о толковании договора), либо применять положения п. 2 ст. 170 ГК РФ о притворной сделке.

Однако ограничивать применение конверсии только случаями совершения притворных (противоправных) сделок было бы неправильным.

Наоборот, основное значение конверсии должно заключаться в упрочении гражданского оборота и защите сторон, не знающих закона или не имеющих возможности правильно его применить, но действующих при этом добросовестно. Это стороны, которые не совершают неправомерных действий и стремятся лишь юридически закрепить в доступной им форме ясно осознаваемые и вполне правомерные экономические цели и интересы.

Косвенным подтверждением положения о том, что институты недействительности договора и его изменения и расторжения имеют сходные правовые режимы, служит сравнение применения последствий недействительности договоров и ответственности за существенное нарушение условий договора одной из сторон, приведшее к его изменению или расторжению. Так, п. 5 ст. 453 ГК РФ устанавливает, что, если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора. В данном случае прослеживается аналогия понятий возмещения убытка и реституции, являющейся следствием применения последствий недействительности сделок в соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ. По правовой природе в соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Другими словами, договор, заключенный не в соответствии с требованиями закона, может расцениваться как правонарушение, и в качестве последствий такого правонарушения выступает признание этого договора недействительным, а существенное нарушение условий договора следует рассматривать как гражданско-правовой деликт, который является основанием для изменения или расторжения договора (ч. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ). Вопрос о возмещении убытков в данном случае должен решаться, исходя из того, нарушен ли закон одной стороной или обеими.

Отечественная юридическая доктрина четко подразделяет последствия недействительности договора-сделки и основания для его расторжения, при этом следует учитывать, что признание договора недействительным само по себе не является основанием для его изменения или расторжения.

Проводя сравнительный анализ оснований недействительности договоров и их изменения и расторжения, необходимо сделать следующие выводы.

Правовая природа оснований признания договоров недействительными и оснований расторжения договоров различны. Договоры признаются недействительными в качестве ничтожных и оспоримых сделок в соответствии со ст. 167 - 181 ГК РФ как противоречащие законам и правовым актам, основам правопорядка и нравственности, так же как и сделки, совершенные с пороками воли, правоспособности и дееспособности. Основания для изменения и расторжения договоров - это правомерные волевые действия сторон договора, имеющие юридической целью изменение или прекращение договорно-правовых отношений.

Правовая сущность признания договоров недействительными и их расторжения сходна и является одним из способов защиты гражданских прав. В этом смысле закон (ст. 12 ГК РФ) приравнивает по своему значению оба эти института гражданского права. Согласно ст. 12 ГК РФ "защита гражданских прав осуществляется путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки". Из этого вытекает вывод, что, если происходит нарушение гражданских прав совершением какой-либо сделки, данная сделка в целях защиты нарушенных прав должна быть признана недействительной. Согласно п. 2 ст. 450 существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Оба рассматриваемых института гражданского права являются отражением особенностей договора как сделки. В этом смысле их следует рассматривать в качестве юридических фактов. С этой точки зрения различия налицо. Изменение и расторжение договоров можно расценивать как волевые юридические акты, правомерные действия, в которых отражена воля самих участников правоотношения. Если они, сохраняя природу юридического акта, совершаются не по обоюдному согласию, а в форме, например, отказа от исполнения договора, их можно расценивать как один из видов самозащиты гражданских прав (ст. 14 ГК РФ). Основаниями недействительности договоров как сделок являются прежде всего либо несоответствие договора закону или иным правовым актам, либо неправомерные действия, совершенные с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 166 - 169 ГК РФ). Режим недействительности договоров направлен на реализацию охранительной функции права, его нормы, как правило, императивны и направлены на установление социальной справедливости, в то время как нормы права, касающиеся особенностей регулирования изменения и расторжения договоров, носят диспозитивный характер, они выполняют и охранительную, и регулятивную функцию в гражданско-правовых отношениях.

В результате сравнительного исследования института недействительности договоров и института расторжения договора выявлено, что эти правовые институты, во-первых, имеют различные направления деятельности, а во-вторых, они регулируются различными по характеру правовыми нормами: расторжение и изменение договора - диспозитивными нормами, а недействительность договора - императивными.

Поэтому, несмотря на то, что и признание договоров недействительными, и основания их изменения и расторжения отражают особенности договора как юридического факта, они имеют совершенно различное направление действия и предполагают разные формы правового регулирования.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Итак, рассмотрев тему заключение договора, можно прийти к выводу, что заключение договора – это не просто формальность. От того, насколько юридически грамотно составлен договор, зависит, будут ли достигнуты поставленные цели и обезопасит ли договор лицо от возможных неприятностей в случае возникшего спора. Значение договора в финансово-хозяйственной деятельности недооценивать нельзя. Дело в том, что реализация коммерческих планов любого хозяйствующего субъекта, будь то предприятие или индивидуальный предприниматель, невозможна без совершения сделок и заключения договоров. Договор — это и есть та форма, в которой воплощаются все замыслы и расчеты бизнесменов. Заниматься предпринимательством и не заключать сделки, не подписывать договоры и документы по его исполнению просто невозможно.

Договор — это наиболее оперативное и гибкое средство связи между производством и потреблением, изучения потребности и немедленного реагирования на них со стороны производства. С помощью договора граждане по своему усмотрению расходуют полученные ими доходы, приобретая на них те ценности, которые способны удовлетворять их индивидуальные материальные и культурные потребности.

1. С помощью договора у граждан и юридических лиц формируется уверенность в том, что их предпринимательская деятельность будет обеспечена всеми необходимыми материальными предпосылками, а результаты предпринимательской деятельности найдут признание у потребителей и будут реализованы.

2. Проблеме заключения договора и формирования условий договора для его заключения уделялось малое внимание в условиях административно-командной системы хозяйствования, поскольку договор рассматривался как инструмент содействия выполнению плана. «В настоящее время ГК уделяет этому больше внимания, ГК регламентирует порядок заключения исполнения и расторжения договора, однако в связи с развитием средств связи некоторые положения требуют уточнения».

2. Особого внимания заслуживает порядок заключения договоров и обмена документами в сети Интернет, в частности договора розничной купли-продажи, который является наиболее распространенным видом договора, заключаемым посредством сети Интернет. Хотя принятие ФЗ "Об электронной цифровой подписи" закрепивший условия признания равнозначности электроно-цифровой подписи и собственноручной подписи, устранил многие проблемы, но далеко не все вопросы решены этим законом. Одним из наиболее важных вопросов, возникающих при осуществлении электронной торговли, является проблема легитимности сделок, достоверное определение стороны по договору, а также способов доказывания факта и условий их заключения. «В настоящее время каких-либо действенных способов проверки контрагента не существует, и стороны действуют на свой страх и риск».

3. При рассмотрении вопроса об акцепте при электронной связи, когда одномоментное направление двух различных уведомлений практически невозможно, понятие одномоментности следует трактовать как незамедлительное последующее уведомление об отзыве тем же или аналогичным средством электронной связи. На практике может возникнуть вопрос, какой период времени будет считаться незамедлительным. Ведь каждая сторона этот момент может трактовать по своему. «Ч.1 Ст. 439 ГК предложением следующего содержания «В случае использования средств электронной связи акцепт считается не полученным в случае поступления извещения об отзыве акцепта незамедлительно. Незамедлительным признается время в течении одного часа после поступления акцепта. Ст. 439 ГК следует дополнить ч.2 следующего содержания «Извещение об отзыве акцепта должно быть направлено тем же или аналогичным способом, что и акцепт.

4. Остро ощущается необходимость в выработке методик ведения переговоров по согласованию условий договоров, их правовом регулировании, четкой регламентации урегулирования разногласий, способов оформления результатов переговоров и т.д. В настоящее время это различные протоколы, согласительные совещания, необходимо урегулировать на законодательном уровне порядок урегулирования споров на преддоговорном этапе, порядок оформления, регламент и форму. «Необходимо дополнить кодекс гл. 28-1 предусматривающей порядок переговоров, урегулирование споров, сроки и способы уведомления контрагентов, регламент ведения переговоров, формы составляемых при этом документов, в настоящее время этот вопрос никак не урегулирован».

5. При заключение договора в обязательном порядке не предусматривается срок направления оферты (проекта договора). Судебно-арбитражная практика исходит из отсутствия оснований для понуждения обязанной стороны к заключению договора, если вторая сторона предварительно не обращалась к ней с предложением заключить договор. Необходимо установить срок направления оферты. «Ч.1 Ст. 445 ГК необходимо дополнить предложением: В случае заключения договора в обязательном порядке оферта должна быть направлена в срок 30 дней с момента возникновения обязанности заключить договор».

6. С торгами также связан широкий набор проблем. Например, возникает вопрос об установлении правовой природы извещения о предстоящих торгах – является ли извещение офертой или приглашением к ней.

В практике часто возникают ситуации, когда порядок проведения торгов может быть осуществлен с нарушением законодательства, что приводит к негативным последствиям, связанным с признанием торгов недействительными. Статья 449 ГК содержит достаточно широкую формулировку оснований для признания торгов недействительными. Другие действующие нормативные акты также конкретно не определяют основания для признания торгов недействительными. Необходимо внести изменения в ст. 449 ГК РФ, предусмотрев основания для признания их недействительными и последствия недействительности.

Итак, на основании вышесказанного, видно, что в настоящее время правовое регулирование заключения договора разработано не до конца, существует множество вопросов, для решения которых необходимо создать правовую базу.


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК



	Нормативно-правовые акты

	Конституция Российской Федерации // Российская газета. – 1993. – № 237. – С. 5.

	Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) № 51-ФЗ от 30.11.1994 г. // Собрание законодательства РФ. – 1994. – № 32. – Ст. 3301.

	Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) № 14-ФЗ от 26.01.1996 г. // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 5. – Ст. 410.

	Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) № 146-ФЗ от 26.11.2001 г. // Собрание законодательства РФ. – 2001. – № 49. – Ст. 4552.

	Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации № 138-ФЗ от 14.11.2002 г. // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 46. – Ст. 4532.

	Федеральный закон РФ № 178-ФЗ от 21 декабря 2001 г. «О приватизации государственного и муниципального имущества» // Собрание законодательства РФ. - 2002. - № 4. - Ст. 251.

	Федеральный закон РФ № 123-ФЗ от 21 июля 1997 г. «О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в Российской Федерации»// Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 30. – Ст. 3595.

	Закон РФ № 1531-1 от 3 июля 1991 г. «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» (в ред. от 17.03.1997) // Ведомости СНД и ВС РСФСР. – 1991. – № 27. – Ст. 927.

	Указ Президента РФ № 1209 от 18 августа 1996 г. «О государственном регулировании внешнеторговых бартерных сделок» // Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 35. - Ст. 4141.

	Указ Президента РФ № 2204 от 20 декабря 1994 г. «Об обеспечении правопорядка при осуществлении платежей по обязательствам за поставку товаров (выполнение работ или оказание услуг)»// Собрание законодательства РФ. - 1994. - № 35. - Ст. 3690.

	Указ Президента РФ № 1212 от 18 августа 1996 г. «О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения» // Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 35. - Ст. 4144.

	Научная и учебная литература

	Александров Н.Г. Право и законность в период развитого строительства коммунизма. М.: Госюриздат, 1961. – 212 с.

	Амерханов Г.С. Заключение договора по советскому гражданскому праву: Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. – М. 1940. – 96 с.

	Амфитеатров Г.Н. Нужен развернутый закон о договорах (краткое содержание доклада, прочитанного на Пленуме комиссии по разработке хозяйственного кодекса при Ком. академии) // Бюллетень Госарбитража при СНК СССР. – 1933. – № 19. – С. 2-3.

	Ансон В. Договорное право. – М. Юридическая литература. 1984. – 520 с.

	Артемов В.В. Недействительность сделок и их последствия: некоторые аспекты // Юрист. - 2002. - № 6. – С.24.

	Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. – М. Статут. 1997. – 648 с.

	Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. Книга 1 (издание 2-е, завод 6-й стереотипный). – М. Статут. 2003. – 682 с.

	Брагинский М. И. Сделки: понятие, виды и формы (комментарий к новому ГК РФ) // Правовые нормы о предпринимательстве. Выпуск 2. – М. Статут. 2000. – 642 с.

	Блинкова Е.В. Конклюдентные деяния как формы заключения договоров снабжения товарами через присоединенную сеть // Юрист. – 2004. – № 10. – С. 25.

	Витрянский В.В. Гражданский кодекс о договоре // Вестник ВАС. – 1995. – № 10. – С. 101.

	Витрянский В.В. Договор: порядок заключения, изменения и расторжения, новые типы (комментарий к новому ГК РФ). – М. Статут. 1995. – 368 с.

	Витрянский В. Общее положение о договоре // Хозяйство и право. – 1995. – №12. – С.15-16.

	Витрянский В. Общее положение о договоре // Хозяйство и право. – 1999. – №12. – С. 23.

	Гавзе Ф.И.Социалистический гражданско - правовой договор. М.: Госюриздат, 1972. – 314 с.

	Гальперин М. Понуждение к заключению договора // ЭЖ-Юрист. – 2005. – № 44. – С. 26.

	Годэмэ Е. Общая теория обязательств. – М. Наука. 1948. – 542 с.

	Гражданское право. Часть первая: учебник / Отв. ред. Мозолин В.П., Масляев А.И. – М. Юристъ. 2005. – 564 с.

	Гражданское право. Учебник. Часть 1. / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М. Проспект. 2000. – 654 с.

	Гражданское право. Учебник. Часть II. // Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. – М. Проспект. 2002. – 682 с.

	Гражданское право: Учебник. Часть 1./ Под ред. Толстого Ю.К., Сергеева А.П. – М. Норма. 1996. – 642 с.

	Гражданское право: Учебник / Под ред. Е.А. Суханова. Т. 2, полут. 1. – М. Норма. 1999. – 624 с.

	Гавзе Ф.М. Договор по Гражданскому кодексу // Еженедельник советской юстиции. - 1923. - № 13. - С. 289.

	Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. Т. 4. – М. Наука. 1999. – 864 с.

	Денисевич Е.М. Односторонние сделки, направленные на прекращение гражданских правоотношений // Цивилистические записки: Межвуз. сборник науч. тр. Вып. 2. – М. Статут. 2002. – 562 с.

	Дзюба И.А Пределы возможностей сторон по установлению в договоре условий об ограничении и освобождении от ответственности. // Право и экономика. – 2003. – № 8. – С. 33.

	Древнерусское государство и право. Учебное пособие. / Под ред. Новицкой Т.Е. – М. Зерцало. 1998. – 642 с.

	Дювернуа Н.И. Пособие к лекциям по гражданскому праву. – Самара. 2001. – 348 с.

	Егорова М.А. Условия о предмете договора как один из критериев существенности его нарушение // Нотариус. – 2005. – № 1. – С. 24.

	Ермошкина М. Задаток и предварительный договор: тест на совместимость // ЭЖ-Юрист. – 2005. – № 32. – С. 22.

	Жанэ А.Д. Заключение гражданско-правового договора // Право и экономика. – 2004. – № 9. – С. 26.

	Иоффе О.С., Мусин В.А. Основы римского гражданского права. – Л. ЛГУ. 1974. – 542 с.

	Иоффе О.С. Советское гражданское право (курс лекций) – Л. ЛГУ. 1958. – 624 с.

	История государства и права: Словарь –справочник / Под ред. Сизикова М.И. – М. Юридическая литература. 1997. – 682 с.

	Кабалкин А.Ю. Понятие и условия договора // Российская юстиция. – 1999. – № 6. – С. 20.

	Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) (издание третье, исправленное, дополненное и переработанное) / Под ред. Садикова О.Н. – М. Контракт. 2005. – 724 с.

	Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М. Юрайт. 2004. – 642 с.

	Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (часть первая) / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М. Юрайт. 2002. – 568 с.

	Комментарий к ГК РФ, части первой / Отв. ред. Садиков О.Н. – М. БЕК. 1995. – 620 с.

	Комментарий к ГК РФ, части первой (постатейный). Руководитель автор. коллектива и ответ. редактор Садиков О.Н. – М. Инфра-М. 1997. – 642 с.

	Комментарий к ГК РФ, части первой (постатейный). Руководитель автор. коллектива и ответ. редактор Садиков О.Н. – М. Инфра-М. 1999. – 686 с.

	Комментарий к ГК РФ, части первой (постатейный). Руководитель автор. коллектива и ответст. Редактор проф. Садиков О.Н. – М. Инфра-М. 2002. – 724 с.

	Крохина Ю.А. Государственный кредит и государственный долг: политические причины и правовые последствия // Финансовое право. - 2003. - № 2. – С.17.

	Майорова Т. Свобода договора – миф или реальность? // Бизнес-адвокат. – 2004. – № 24. – С. 27.

	Мейер Д.И. Русское гражданское право (в 2-х ч.Часть 1).По исправленному и дополненному 8-му изд., 1902. – М. Статут. 1997. – 628 с.

	Мурзин Д.В., Мурзина Н.Ю. Новация в российском договорном праве // Актуальные проблемы гражданского права. – М. Статут. 2000. – 342 с.

	Научно-практический комментарий к ГК РСФСР / Под ред Флейшица Е.А.. - М. Юрлитиздат. 1966. – 562 с.

	Научно-практический комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. Мозолина В.П., Малеиной М.Н. – М. Норма. 2004. – 620 с.

	Новицкий Н.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве – М. Юридическая литература. 1950. – 610 с.

	Новицкий И.Б. Обязательства из договоров. Заключение договора. Дарение. Двусторонние договоры. Договоры в пользу третьего лица. Комментарий к ст.ст. 130, 140 и 144-146 ГК. – М. Право и жизнь. 1924. – 98 с.

	Новицкий И.Б. Сделки. Исковая давность. – М. Госюриздат. 1954. – 428 с.

	Обыденнов А.Н. Предмет и объект как существенные условия гражданско-правового договора // Журнал российского права. – 2003. – № 8. – С. 32.

	Овдиенко Е.Б. Методы правомерного толкования гражданско-правовых договоров // Современное право. – 2005. – № 11. – С. 21.

	Отнюкова Г. Исполнение обязательств // Российская юстиция. - 1996. - № 3.- С.11.

	Петросян Э.С. Оферта и акцепт на рынке срочных сделок // Право и экономика. – 2004. – № 9. – С. 24.

	Покровский Б.В. О расторжении договора по советскому гражданскому праву // Казахская республиканская научная конференция на тему: "Гражданское и гражданско-процессуальное законодательство Казахской ССР" 2 - 4 сентября 1965 г. Тезисы докладов и научных сообщений. - Алма-Ата. 1965. – 216 с.

	Помешкин С. Обмен документами как способ заключения договора // ЭЖ-Юрист. – 2005. – № 49. – С. 9.

	Российское законодательство Х-ХХ веков. Т.3. Акты земских соборов. / Под ред. Чистякова О.И. – М. Юридическая литература. 1985. – 538 с.

	Савиньи Ф.К. Обязательственное право. – СПб. Изд-во. «Питер». 2004. – 548 с.

	Словарь синонимов. – М. Наука. 1976. – 782 с.

	Советское гражданское право: Учебник / Под ред. Рясенцева В.А. – М. Юридическая литература. 1986. – 628 с.

	Советское гражданское право / Под ред. Маслова В.Ф., Пушкина А.А. – Киев. Высшая школа. 1983. – 642 с.

	Стучка П.И. 13 лет борьбы за революционно-марксистскую теорию права. Сборник статей (1917-1930). – М. Госполитиздат. 1931. – 328 с.

	Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы ХIY-ХY вв. Ч. 2. – М. Наука. 1951. – 562 с.

	Эрделевский А. Толкование договора // Российская юстиция. – 1999. – № 4. – С. 13.

	Материалы юридической практики

	Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. - 1996. - № 9. – С. 4.

	Информационное письмо ВАС РФ № 14 от 5 мая 1997 г. «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договора» // Вестник ВАС РФ. – 1999. – № 7. – С. 108.

	Постановление Президиума ВАС РФ № 6103/99 от 14 марта 2000 г. // Хозяйство и право. - 2001. - № 4.- 36.

	Вестник ВАС РФ. – 2000. – № 6. – С. 71-72.

	Вестник ВАС РФ. – 1996. – № 8. – С. 38.

	Вестник ВАС РФ. – 1996. – № 9. – С. 10.

	Вестник ВАС РФ. – 2006. – № 3. – С. 102.

	Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 21.04.2004 года//Судебная практика. Самара.- 2005.- № 2.- С.6.

	Извлечение из определения Президиума Самарского областного суда № 07-06/126 от 18.03.04 года//Судебная практика. Самара.- 2005.- № 3. - С.4.