Геополитические аспекты изучения Сибири научными обществами во второй половине XIX — начале ХХ вв.

Геополитические аспекты изучения Сибири научными обществами во второй половине XIX — начале ХХ вв. 

Дегальцева Е. А. 

Хотя термин «Геополитика» возник в конце XIX в., его значение без данного условного обозначения понималось гораздо ранее. Уже с середины XVIII в. Академией наук началось изучение Сибири, а первые научные описания Западной и Восточной Сибири, сделанные И. Г. Гмелиным, появились в 1730-е гг. Одной из главных задач этих первых исследований было строительство пограничных оборонительных линий. С этого времени начинается интерес к Сибири и со стороны ученых иностранцев (Мессершмидт, Паллас, Миллер и др.). 

В конце 1820-х — начале 1830-х гг. в ходе экспедиций был открыт исток Катуни-Оби, описан Горный Алтай (А. А. Бунге, Ф. В. Геблер). Появляются исследования местного историка Словцова, который констатировал, что «Сибирь, как страна, заключает в себе золотое дно, но как часть государства, представляет ничтожную и безгласную область» (Цит. по: [14, с. 551]). Вторит ему и Сперанский, прослывший реформатором в Сибири. В одном из писем к дочери он пишет: «Сибирь есть просто Сибирь, т.е. прекрасное место для ссыльных, выгодное для некоторых частей торговли, любопытное и богатое для минералогии, но не место для жизни и высшего гражданского образования» (Цит. по: [14, с. 625]). 

Затем инициатива в изучении Сибири переходит к Русскому географическому обществу, созданному в 1845 г. Оно возглавило работы в области сибирских экспедиционных изысканий. С 1855 по 1862 гг. продолжалась экспедиция ИРГО в Восточную Сибирь и на Дальний Восток. В 1858 г. Л. Э. Шварцем было проведено исследование долины р. Енисей. На следующий год предпринимается сибирская экспедиция К. И. Максимовича [7, с. 533]. 

Сложившаяся в 1860-е гг. международная обстановка активизировала изучение Сибири. Этот край все еще оставался неизвестен Европе и был мало известен самой России. Отдаленность, сложившиеся в связи со ссылкой стереотипы, отсутствие популярных описаний вот несколько причин этого положения. Долгое время слово «Сибирь» для жителей европейской части России, по выражению П. М. Ядринцева, «обставлялось грозной таинственностью» [13, с. 69]. И на самом деле, по словам одного томского корреспондента, Сибирь служила для России «как бы вентилятором, в который выходит все ненужное» (Цит. по: [14, с. 287]). 

Огромных усилий стоило разубедить русскую публику, что здесь не одно сборище преступников, но сформировавшееся гражданское население и место для жизни полноправных граждан. 

Одно из первых подробных описаний Западной Сибири делается в 1862 г. членом Общества распространения полезных книг И. Завалишиным по поручению указанного формирования и им же изданное. Он указывает на то, что ход исторических событий на Западе, новое направление, данное международным отношениям европейских держав, «прогресс идей и сближение ныне цивилизации Европы с крайним Востоком, наконец, самая неожиданность вопросов, возникших теперь в Индии и Китае, внезапно раскрыли Европе и России всю политическую и стратегическую важность Сибири» [4, с. 1]. Он высказывал предположения, что, имея таких соседей, а именно, соприкасаясь с Китаем и Индией берегами Или и Амура, Сибирь должна «неминуемо сделаться в ближайшее время ареной, на которой столкнутся неизбежно Европа и Россия, русские стремления со стремлениями западными» [4, с. 1]. 

Особенное беспокойство Завалишина вызывал Китай. Внесение в эту страну христианства, оцивилизование его посредством Европы, прививка к нему западных идей, военного искусства, современных успехов науки и техники не должно было оставлять Россию равнодушной зрительницей того, что будет происходить на крайнем Востоке. Будущее человечества ему виделось в огромной Китайской империи с сотнями миллионов ее жителей, умных и предприимчивых, склонных к переселениям, умеренных в образе жизни и привычках. «Что будет с Россией, - спрашивает он, - и даже с Европой при цивилизовании Китая, при усвоении им нашего воинского искусства, наших наук и открытий, при правительстве твердом, просвещенном, честолюбивом и деспотическом» [4, с. 2]. 

C другой стороны, стратегическое значение Сибири представляет для него важность и в случае с Индией, где сойдутся рано или поздно интересы России и Англии, которая должна была расширять и сохранять свои колонии. 

Таким образом, Сибирь в ближайшее время будет передовым станом России и поэтому «должна сделаться предметом живейшего интереса для Европы и Росии» [4, с. 3]. 

Но кроме политических целей изучения края, Завалишин отмечал и коммерческие, поскольку в материальном отношении Сибирь представлялась ему золотым дном для России, и ее необходимо было немедленно узнать, изучить, оценить. Действительно, эксплуатация колонии как сырьевой базы, была возможна лишь при условии ее предварительного изучения. И с этого периода (конец 1860-х гг.) начинается интенсивное изучение региона. В 1869–1875 гг. А. Л. Чекановским были проведены исследования Сибири и Дальнего Востока, в 1876–79 гг. М. В. Певцов изучал Монголию и Северный Китай, там же и на окраинах Тибета проводил свои научные изыскания Г. Н. Потанин, с 1877 г. до 1882 г. И. Д. Черский вел исследование побережья озера Байкал, бассейна реки Селенга, верховьев р. Нижняя Тунгуска и др. Полученные научные результаты издавались ИРГО.[*] 

В Сибири исследования края велись преимущественно Восточно-Сибирским (основанным в Иркутске в 1851 г.) и Западно-Сибирским (в Омске) отделами ИРГО. Объектами изучения стали области, мало известные в географическом отношении. Эти географические исследования преследовали не только научные, торговые, промышленные, транспортные, но и военно-политические цели. С другой стороны, появление ИРГО, а затем и его отделов стало следствием резко возросшего в тогдашней России интереса к географии, в котором своеобразно проявился более глубокий интерес к острым социально-экономическим проблемам эпохи. 

В этих отделах научные изыскания вели сосланные в Сибирь ученые с народническим мировоззрением, а также местные исследователи. В экспедициях наиболее активно проявили себя М. В. Певцов, И. Я. Словцов, Д. А. Клеменц, А. В. Адрианов, Н. М. Ядринцев, М. М. Сиязов, С. П. Швецов и др. Общества вели геологические (польские повстанцы Н. Черский, А. Чекановский), географические, стат.-экономические (А. Щапов, В. Л. Серошевский, С. Ф. Коваль, Станиловский, С. Л. Чудновский, Дыбовский), культурно-исторические (Д. А. Клеменц, Ф. Кон, Виташевский, Майнов, Пекарский) и другие исследования региона. Ими поднимались также вопросы строительства в Сибири железной дороги, колонизации, промышленного освоения и др. 

Отделами широко развивались географические исследования в плане общего землеведения, описания земли, областей и краев не только в физическом отношении (геология, почвы, климат, флора и фауна), но и включая человека, население в конкретных географических и материальных условиях. 

Особо хотелось бы выделить Александра Михайловича Сибирякова, активного члена ВСОИРГО, крупного мецената России в области географических исследований, члена научного и литературного общества г. Гетеборга, члена-корреспондента общества военных моряков Швеции, почетного члена Шведского общества антропологии и географии и многих других обществ в России. Он являлся одним их первых видных организаторов научного обследования Сибири. Сибиряковым было потрачено более 1,5 млн. руб. на изучение и освоение Сибири, а также на развитие в ней культуры и просвещения [9, с. 50–51]. Александр Михайлович занимался серьезными исследованиями Северного морского пути из Европы в Сибирь, а также более экономичного сухопутного маршрута из России в Сибирь. Им в конце 70-х гг. прошлого века была высказана идея, до сих пор не потерявшая своего значения, о том, что необходимо связать все уголки восточной части России посредством водных артерий и волок в единый хозяйственный организм, открыть новые порты для активизации внешней торговли Сибири. 

Сибиряков способствовал использованию природных богатств региона, развивал пути его сообщения, в частности, водные. Совместно со шведским королем Оскаром II и гетеборгским купцом и меценатом Оскаром Диксоном Сибиряков финансировал экспедицию шведского полярного исследователя А. Э. Норденшельда, который на пароходе «Вега» в 1878–1879 гг. первым прошел Северным морским путем. Во время этого плавания один из островов, открытых им в Карском море, Норденшельд назвал островом Сибирякова. Позже Александр Михайлович и сам участвовал в полярных экспедициях, плавал на собственном пароходе «Оскар Диксон» в 1880 г. к устьям Енисея [3]. 

Помимо финансовой помощи экспедиции на «Веге», Сибиряков ранее передал в распоряжение Норденшельда 25 тысяч рублей для его поездки к Енисею в 1875 г. Он также оплатил расходы на исследование инженером Р. Рунебергом реки Ангары в 1883 г., построил в Швеции пароход «Лена», сопровождавший «Вегу» до реки Лена, по которой он потом курсировал. В начале 1879 г., когда начали опасаться за судьбу застрявшей во льдах «Веги», Сибиряков построил пароход «А. Э. Норденшельд», который отправился на розыски экспедиции, но сел на мель. После того, как пароход был снят с мели, Сибиряков отправился на нем в 1884 г. до устья Печоры, проследовал вверх по реке па пароходе, потом перевалил через Урал на оленях и добрался по реке Тоболу до Тобольска (так называемый «Сибиряковский тракт на Север»). 

Научные исследования Сибири, проводимые как самим Сибиряковым, так и на его щедрые пожертвования, носили, помимо академического, большое практическое значение, способствовали определению народно-хозяйственного и географического положение края в России и по отношению к близлежащим государствам. В 1893 г. его заслуги в этой области были отмечены Русским географическим обществом, удостоившим Сибирякова серебряной медалью организации. 

Ход и результаты путешествий Сибирякова были изложены в статьях и отдельных книгах, обобщающий характер носит его книга «О путях сообщения Сибири и морских сношениях ее с другими странами» (СПб., 1907). Среди наиболее крупных исследований в этой области, связанных с его именем - экспедиции Норденшельда (1876–1879 гг.), Григорьева (1879–1880), Де Лонга (1881) и др. 

Среди других крупных исследователей выделяются невольный житель Сибири, ученый-народник Л. А. Клеменц, в 1883–1888 гг. совершивший путешествия в Кузнецкий Алатау, Саяны, а также А. А. Буше и Э. В. Толь, которые в 1885–1886 гг. исследовали побережья между реками Лена и Колыма, Новосибирские острова. 

В это же время возникают и ряд научных обществ при первом сибирском университете - Томском. В 1889 г. оформилось общество естествоиспытателей. В своих программных целях оно заявляло о стремлении изучать Сибирь и прилегающие к ней страны в естественно-историческом отношении, «имея в виду не только научные, но и практические цели изучения страны» [11, с. 110]. Особое внимание формирование уделяло организации студенческих экспедиций для исследования Сибири. 

Вторая творческая волна в деле изучения края наметилась в начале XX в. «Нет сомнений в том, - отмечал член ЗСО ИРГО И. Мельник, - что русско-японская война придала Сибири международное значение, что культурный подъем Сибири необходим для России и по соображениям внешней политики» [5, с. 1]. 

В этот период наблюдается и европейский интерес к Сибири. В рамках парижского, лондонского, штутгарского и др. географических обществ вышли работы Дж. Фра-зера, Н. Майора, С. Свайна, А. Глейнера, пытавшихся дать Европе представление о «настоящей Сибири».[**] 

Интенсивные исследования близлежащих территорий вело основанное в 1891 г. Общество любителей исследования Алтая (ставшее в 1901 г. Алтайским подотделом ЗСО ИРГО). Н. Овчинниковым было проведено исследование свойств почв и условий земледелия [6]. Другой член формирования, Н. М. Трегубов, подробно изучал положение переселенцев, в частности зависимость роста их благосостояния от естественных условий [10]. Обществом велись исследования климата, оказывающего громадное влияние «на физическую, органическую и социальную жизнь каждой страны» [1]. 

В начале века стали создаваться и другие общества, основной своей целью ставившие научное исследование Сибири во всех направлениях. Под таким флагом объединилось в 1907 г. томское студенчество. Их организация называлась «Сибирский кружок томских студентов». В уставе среди прочих задач указывалось «создание научного центра местного характера, который следил бы за всеми научными работами, изысканиями, экспедициями по Сибири» [12, с. 60]. 

Секциями кружка, отражавшими различные отрасли изучения края, руководили профессора Томского университета - М. И. Боголепов, Н. Я. Новомбергский, Богаевский, а также А. В. Адрианов и Г. Н. Потанин. По просьбе сибирской фракции в Государственной Думе членами кружка были собраны материалы по вопросам о порто-франко в устьях Оби и Енисея, о Северном Морском пути и др. 

В 1908–1913 гг. во многих городах региона (Томск, Новониколаевск, Мариинск, Тобольск, Тюмень, Красноярск, Иркутск, Бийск, Омск, Чита, и др.) создаются отделы основанного в Петербурге Общества изучения Сибири и улучшения ее быта [2]. Их, на первый взгляд, узкоспециальные и практические исследования различных сторон внутренней жизни региона (о сибирских самоедах, областничестве, кооперации; метеорологические, этнографические экспедиции и т.д.), служили дальнейшему расширению представлений о Сибири, имевшие впоследствии огромное научное и государственное значение. 

Почетным членом многих отделов формирования Потаниным в уникальном очерке «Города Сибири» была высказана мысль, что некоторые приграничные сибирские города "могли бы для монголов сыграть роль «окон в Европу» [8, с. 256]. 

Центральные исследования, проводимые ИРГО, начиная с этого времени, приобретают целенаправленный характер. В 1910–1912 гг. была предпринята экспедиция В. И. Вернадского по исследованию месторождений радиоактивных руд в Сибири. В этом же году началось географическое изучение пограничной полосы между Россией и Китаем от Кяхты до Юстыда, на Алтае (В. Л. Попов). 

Итак, изучение Сибири, проводимое в рамках самодеятельных общественных научных формирований, велось на высоком профессиональном уровне. В Сибири исследования велись зачастую специалистами, попавшими сюда не по своей воле. Интерес к региону, начиная с середины прошлого века, был тесно связан со всесторонним освоением и эксплуатацией колонии, а также с международными событиями, в которых участвовала Россия, и в целом со сложившейся внешнеполитической обстановкой. 

Список литературы

Березовский Е. П. Климат и гидрография Алтайского края //Алтайский сборник. Т. XII. Барнаул, 1930. 

В обществе изучения Сибири и улучшения ее быта // Сибирская жизнь. 1917. 9 февраля; ГАНО. Ф. Д. 38. ои. 1. д. 145. л. 34. 

Валлениус С. Загадка Сибирякова // Поиск. 1999. № 1. 

Завалишин И. Описание Западной Сибири. М., 1862. 

Мельник И. Введение // Сибирь, ее современное состояние и ее нужды. СПб., 1908. 

Овчинников Н. К вопросу о поземельном устройстве в Алтайском округе // Алтайский сборник. Т. VIII. Барнаул, 1907. 

Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 г. Энциклопедия. Т.1. А-Д. М., 1994. 

Потанин Г. Н. Города Сибири // Сибирь, ее современное состояние и ее нужды. СПб., 1908. 

Сибиряков А. М. //Краткая энциклопедия по истории купечества. Т.1. Кн.1. Новосибирск, 1997. 

Трегубов Н. М. Сибирское переселенческое селение Чистюнька Барнаульской волости Барнаульского уезда //Алтайский сборник. Т. VII. Барнаул, 1907. 

Устав общества естествоиспытателей и врачей // Краткий исторический очерк Томского Университета (за первые 25 лет его существования). Томск, 1917. 

Эйнштейн И. Сибирский кружок // Сибирский студент. 1914. № 1. 

Ядринцев Н. М. На чужой стороне // Литературное наследство Сибири. Т.4. Новосибирск, 1979. 

Ядринцев Н. М. Сибирь как колония. В географическом, этнографическом и историческом отношении. СПб., 1892. 

Примечания: 

*  Землеведение Азии. Т. IV. Алтайско-Саянская горная система в пределах Российской империи и по Китайской границе, по новейшим сведениям 1832–1876 гг. Сост. П. П. Семеновым и Г. Н. Потаниным. СПб., 1877; Восточная Сибирь: озеро Байкал и Прибайкальские страны, Забайкалье и степь Гоби. СПб., 1879; Колонизация Сибири в связи с общим переселенческим вопросом. СПб., 1900; Кирьяков В. Д. Очерки по истории переселенческого движения в Сибири. М., 1902; Дунин-Горкавич А. А. Тобольский север. СПб., 1904; Сапожников В. В. От Саура до Джунгарского Алатау. СПб., 1905; Маляревский Г. Я. О проведении железной дороги до г. Тобольска, как средство к оживанию севера Западной Сибири. Тобольск, 1905 и др. 

** Fraser J. F. The real Siberia. Paris, 1902; Major H. G., Swayne C. Through the highland of Siberia. London, 1904; Gleiner A. Sibirien das Amerika der Zukunft. Stuttgart, 1904. (Nach J. F. Fraser’s «The real Siberia»).