Смертная казнь - за и против

Смертная казнь – за и против.







Смертная казнь в России.



. Смертная казнь в древней Руси.





Смертная казнь в истории отечественного права – явление закономерное, генетически произошедшее из обычая кровной мести, она предназначалась за убийство и имела в древнерусском обществе ряд специфических черт. Введение смертной казни как меры наказания происходило постепенно, параллельно с формированием раннефеодального государства. Уже в 5 веке, когда праславянское общество находилось на стадии военной демократии, существовал Закон Русский, представлявший собой устный свод законов обычного права, в том числе и правовой обычай кровной мести, исполнение которого было не только священной обязанностью членов рода, но и «законом» неписаного права, находившегося под контролем князей. 

Живучесть обычаев восточных славян, и особенно обычаев кровной мести, вынуждала власть санкционировать обычаи кровной мести ( ст. 1 Русской Правды Краткой редакции), придавая им форму законов. При этом проконтролировать процессуальные акты мщения не всегда было возможно из – за слабости административно – судебного аппарата и живучести обычаев кровной мести. Поэтому мщение носило как судебный, так и досудебный характер.

Отмена кровной мести и ее замена выкупом (ст. 2 Русской Правды Пространной редакции) не могла в полной мере заменить обычную практику мщения. Исследование показывает, что обычаи и верования восточных славян и, в частности, обычай кровной мести – древнейший институт родовой общины с его круговой порукой. Это стойкие явления в общественной жизни общества, оказавшие заметное влияние на формирование правовых основ российской государственной системы, в том числе на применение смертной казни. Обычаи оказывают воздействие на психологию людей и активно влияют на формирование общественного сознания. И на современном этапе общественного развития России чувство мести оказывает заметное влияние на правовое мышление как отдельного человека, так и некоторых слоев общества. Смертная казнь – продукт общественного сознания, и одним из важнейших побудительных мотивов живучести смертной казни, безусловно, является месть.











1.2. Смертная казнь в период развития раннефеодального                                                                                                                                                                   

        государства.





Однако природное предназначение смертной казни изменяется в условиях становления и дальнейшего развития раннефеодального государства. Княжеская власть во времена Владимира Святого уже не могла обойтись без активного вмешательства в первобытные обычаи славян, которые постепенно изживали себя, теряя позитивные начала регулятора основных правил общежития в условиях возникновения и развития раннефеодального государства. Более того, обычаи начинают препятствовать установлению единого правового пространства. В эпоху безраздельного господства права силы княжеская власть могла себя утвердить не иначе, как только применяя насилие, приспосабливая обычаи интересам формирующейся государственной системы. Для этого княжеской власти необходимо было иметь правовой прецедент, на основании которого можно было искоренять и приспосабливать языческие обычаи, преобразуя их в единые нормы обычного права. Такой правовой нормой стала смертная казнь. Действуя с позиции права силы в установлении правовой системы феодального государства, княжеская власть начинает активно применять смертную казнь по Градским законам, известным со времени введения христианства на Руси Великим киевским князем Владимиром. Юрисдикция князя («за бесчестие», согласно «Правосудья митрополичьего», в котором отразились традиции правоприменительной практики князей) давала возможность Великому князю применять смертную казнь в своих интересах.

Характерно, что смертная казнь в условиях возросшей дифференциации общества стала применяться и за имущественные преступления. Первое известное летописное известие о введении смертной казни относится к 996 года. Причем смертная казнь назначалась за разбой. Разбойник – это человек, убивавший не по мотивам кровной мести, а из корыстных побуждений, а Двинская уставная грамота 1397 года является первым отечественным правовым актом, который сохранился и дошел до нас, содержащим норму о смертной казни за кражу.

Дальнейшее расширение применения смертной казни в законодательстве Древнерусского государства связано с назначением этой меры за государственные преступления. Смертная казнь все более начинает приобретать политический оттенок. Впервые за государственные преступления она вводится в Псковской Судной грамоте. Псковская Судная грамота, наряду с введением смертной казни за имущественные преступления (воровство в церкви, конокрадство, кражу в посаде в третий раз), устанавливает смертную казнь за государственную измену. В целом же до издания Судебника 1497 году масштабы казней ограничивались не столько нормами права, сколько принятыми морально – нравственными категориями, традициями, обычаями и политическими интересами княжеской власти.



1.3. Смертная казнь в России в конце 15 – начале 16 века.





Настоящий прорыв в назначении смертной казни за государственные преступления начинается в период формирования единого Русского государства в конце 15 – в начале 16 веков, что и зафиксировали Судебники 1497 и 1550 годах. В Судебнике 1497 года особое внимание законодателем уделяется государственным преступлениям, могущим подорвать единство государственной власти и государственную безопасность, а потому в законе появляются такие преступления, как «государственное убойство», «коромола», которые Судебник относит к числу наиболее опасных. Особую опасность общественному и государственному спокойствию законодатель видит со стороны преступников по ремеслу – профессиональных преступников. В Судебнике, впервые в русском уголовном праве, вводится специальное обозначение таких лиц – «ведомый лихой человек». Это понятие становится важнейшим при определении наказания в виде смертной казни.

Судебник 1497 года, наряду с подтверждением смертной казни «кромьскому татю» (церковному вору) и зажигальнику, вводит смертный приговор «государственному убойце» и «коромольнику» (ст. 9). Смертная казнь предусматривается по статье 11 за повторную кражу. Статья 13 подтверждает, что ведомому лихому грозит смертная казнь, если свидетели докажут (5 – 6 человек), что он «ведомый лихой».

Деятельность церкви по отношению к смертной казни имела двойственный характер.  С одной стороны, церковь как носительница христианского вероучения боролась за ограничение и отмену обычая кровной мести (древнейшей формы смертной казни) у славян – язычников и смертной казни вообще, а с другой, выполняя важную функцию государства, она сама становилась инициатором введения карательных мер в законодательство Древнерусского государства. Инквизиционные процессы конца 15 – начала 16 веков свидетельствовали о том, что центральной власти необходима была сильная церковь, которая могла бы стать надежным проводником идеологии сильной государственной власти.





1.4. Смертная казнь в период сословно – представительной 

        монархии. 





В годы правления Ивана Грозного особенно ярко проявилась позиция центральной власти на применение смертной казни в политических целях. В условиях централизации власти Московского государства во второй половине 16 века обычай «поля» был использован Иваном Грозным для борьбы с оппозицией в лице боярской аристократии, результатом чего явились безудержное попирание основ законности и правопорядка, существовавших по понятиям того времени, и организация инквизиционного процесса, методов сыска и пыток. Обычай восточных славян разрешать спорные вопросы с помощью выявления сильнейшего в очном поединке на «поле» оказался стойким языческим обычаем, просуществовавшим в правоприменительной практике Российского государства до периода первой четверти 17 столетия.

Инквизиционный или сыскной процесс не был порождением самодурства Ивана Грозного. Такая форма следствия возникла во второй четверти 16 столетия (до самостоятельного правления Грозного) и была объективной реакцией власти на ухудшение криминогенной обстановки в государстве, учащение случаев разбойного нападения. Причем если при Иване Грозном смертная казнь применялась без должных правовых оснований, поскольку служила политическим целям укрепления единодержавной власти царя, то по Уложению 1649 года она встала во главе всех наказаний и защищала прежде всего основы феодально - крепостнического строя. Активное применение смертной казни в правоприменительной практике государства сыграло свою роль в укреплении центрального аппарата государственной власти (особенно карательных органов) и создании основ абсолютизма Московского государства к середине 17 века, когда смертная казнь оказалась во главе всех наказаний по Уложению 1649 года царя Алексея Михайловича. Обилие статей Уложения, содержащих нормы применения смертной казни за различные преступления, - не результат того, что государство вступило в новый этап репрессивной политики. Скорее это можно отнести к усложнению задач, стоявших перед государством, вступавшим в период становления абсолютистской формы правления. Это приводило к «собиранию» случаев применения смертной казни в предшествующем законодательстве и во многом искусственной компоновки статей на одно и тоже преступление, за которое в прошлом законодательстве предусматривалась смертная казнь. Законодатель еще пользовался казуистическим приемом, подробно описывая различные ситуации одного и того же преступления. Способы смертной казни и преступления, за которые предусматривалась смертная казнь, говорили о том, что древнерусское общество, законодательство Российского государства середины 17 века были еще не свободны от пережитков языческих обычаев.





1.5. Смертная казнь в Росси в период абсолютизма (17 – 18 век).

   

 

С конца 17 – первой четверти 18 века, с утверждением абсолютизма в России, смертная казнь рассматривается не только как наиболее эффективная мера наказания, но прежде всего как эффективная мера устрашения преступников, а значит, превентивная от совершения дальнейших преступлений. Активное использование смертной казни в законодательстве и правоприменительной практике этого периода было непосредственно связано и с личностью Петра первого, деятельность которого по реформированию социально – экономических отношений, государственного аппарата управления могла продвигаться успешно только с применением варварских методов устрашения и повсеместного применения смертной казни за неисполнение или ненадлежащее исполнение его воли. В результате государственной деятельности Петра первого сложилась государственно – правовая система абсолютизма, в руках которой оказалась вся полнота государственной власти. Создание огромной государственной машины, разветвленной системы чиновничье – бюрократического аппарата, способного эффективно контролировать и наказывать за малейшие проявления неповиновения абсолютистской власти, объективно способствовало постепенному сокращению применения смертной казни в период «просвещенного абсолютизма». 

Отсутствие надежного правового механизма престолонаследия и усиление роли дворянства как опоры абсолютизма в России привело после смерти Петра первого к чреде дворцовых переворотов. Абсолютистская власть вынуждена была считаться с корпоративными требованиями дворян об отмене смертной казни для благородного сословия. С середины 18 века для дворянского сословия  высшей мерой наказания практически являлась политическая смерть. Смертная казнь в законодательстве и правоприменительной практике применялась за государственные преступления, среди которых важнейшими были бунт и возмущение народа, а также действия, могущие вызвать «безначалие» государства. Непременным спутником смертной казни, составным ее элементом становится объективное вменение и заложничество, применяемое в отношении родственников осужденного. Юридическое оформление крепостного права, прикрепление крестьян не только к земле, но и к личности помещика превратило основную часть населения России в юридически бесправное, угнетенное сословие.

Кризис крепостнической системы и последующая отмена крепостного права ввиду половинчатости проведенной крестьянской реформы привели к оформлению народнического движения и, как следствие, к увеличению количества государственных и уголовных преступлений. Нерешенный крестьянский вопрос стал объективной основой ухудшения криминогенной обстановки в стране, привел к массовым казням и применению репрессий. Организация чрезвычайных судов и применение смертной казни в массовых масштабах по политическим делам в годы первой русской революции не решили и не могли решить коренных социальных проблем. Применение смертной казни без должных правовых оснований сыграло негативную роль в ухудшении морально – психологического климата в обществе, развращало и ослабляло и без того хрупкие социально  – правовые устои общества.











1.6. Смертная казнь в эпоху пролетариата и гражданской войны.





Анализ смертной казни в истории советского права показывает, что смертная казнь как высшая мера наказания никогда не исключалась большевиками из арсенала уголовно – правовых мер. Ее отмена вторым съездом Советов рабочих и солдатских депутатов на фронте была актом больше символическим, признающим перспективную задачу полной отмены смертной казни в условиях нового бесклассового общества. Активное сопротивление, оказанное большевикам в установлении их власти в период гражданской войны и интервенции, предопределило и введение смертной казни. Теория революционной сознательности, революционной законности предполагала на начальном этапе создания Советского государства и права применение смертной казни в отношении явных врагов революции, оказывающих активное сопротивление установлению Советской власти. Поэтому в основе применения высшей меры наказания лежал классовый принцип. Этот принцип реализовывался, во – первых, через создание общих судов и революционных трибуналов специально для борьбы с контрреволюцией, которые только и могли применять смертную казнь. И, во – вторых, проведение политического террора с использованием расстрела в качестве меры борьбы с контрреволюцией с использованием методов внесудебной расправы по приговорам ВЧК – ГПУ. Причем террор с использованием расстрела официально был введен по декрету – воззванию «Социалистическое отечество в опасности!»,а смертная казнь по приговорам судов согласно постановлению НКЮ от 16 июня 1918 года.

Уже в годы гражданской войны проявилась утопичность теории революционной законности в части применения смертной казни в отношении классовых врагов. Несмотря на правовые рекомендации применения этой меры наказания в отношении эксплуататорских классов, высшая мера наказания применялась и к представителям трудящихся классов, в том числе и к партийным лицам (большевикам) за различные политические, должностные и уголовные преступления. Смертная казнь в виде террора рассматривалась как основной метод борьбы с контрреволюцией, как возмездие, в качестве «лучшей» превентивной меры против совершения различных преступлений, наиболее опасных в каждый конкретный период времени с точки зрения Политбюро ЦК РКП(б). 

Вторичная попытка отмены большевиками смертной казни (декрет СНК от 17 января 1920 года), связанная с прекращением активных военных действий на фронтах гражданской войны, также характеризовалась более политическими соображениями, нежели сокращением преступности и, в частности, совершения особо опасных уголовных преступлений. Тот факт, что большевики в неопубликованной части (секретно) декрета СНК от 19 февраля 1920 года оставляли за собой право на применение высшей меры наказания для борьбы с бандитизмом, говорит об идеалистичности, утопичности и непоследовательности большевиков в позиции к применению высшей меры наказания.





1.7. Смертная казнь в Советском государстве и права.





Переход к мирному строительству социализма в переходный период, связанный с новой экономической политикой, еще более отдалил большевиков от их первоначальной позиции в отношении смертной казни. Несмотря на то, что наличие смертной казни в уголовном законодательстве по – прежнему объяснялось политическими причинами – многоукладностью экономики, а отсюда постоянной борьбой между капиталистическими и социалистическим элементами, смертная казнь рассматривалась как высшая мера наказания, которая назначалась в зависимости от тяжести совершенного поступка, характеризовавшегося степень нанесенного ущерба основам Советской власти – экономической и политической безопасности государства, порядку управления, государственной собственности, в меньшей степени – личности человека. Уголовный кодекс 1922 году, наряду с закреплением высшей меры наказания за контрреволюционные преступления (политический террор), предусматривал смертную казнь за ряд уголовных, должностных и экономических преступлений. В этот период происходит значительное снижение уровня применения смертной казни, что было результатом отсутствия внутренней 

 политической оппозиции большевикам и стабильного                                              экономического развития страны.     

Отказ от новой экономической политики, базировавшейся на экономических факторах развития, и переход к командно – административным методам управления экономикой стали основой формирования разветвленного репрессивного аппарата, который непосредственно подчинялся ЦК партии большевиков, его Политбюро. Проведение насильственной коллективизации крестьянских хозяйств, ускоренной индустриализации требовало огромных самопожертвований народных масс, чтобы при минимуме средств поддерживать высокие темпы экономического развития страны в годы первых пятилеток. В этой связи происходит реанимация теории революционной законности, которая получила свое развитие в докладах И. В. Сталина. Сталинский тезис – чем дальше мы продвигаемся к социализму, тем ожесточеннее сопротивление свергнутых классов – давал возможность применения жестоких мер репрессий, смертной казни в отношении тех трудящихся, ради которых совершалась социалистическая революция. Смертная казнь рассматривалась как наиболее эффективное средство держать в узде трудящиеся массы в угоду нереальным планам социалистического строительства. Классовая борьба, развернутая Сталиным (согласно его теории против разбитых остатков эксплуататорских классов разных мастей) на самом деле была направлена против инакомыслящих, выступавших прямо или молчаливо против личной власти И. В. Сталина. Это привело к развязыванию широкомасштабного террора, внесудебной расправе при помощи расстрелов органами НКВД, скороспелым осуждениям к высшей мере наказания военной коллегией Верховного Суда СССР, различными трибуналами старых большевиков – руководителей ВКП(б), рядовых партийцев и беспартийных, которые были или могли встать в оппозицию к Сталину.

Отмена смертной казни в 1947 году носила характер политической акции. Сталин хотел продемонстрировать перед всем миром преимущества построенного социализма, показать, что в России низкий уровень преступности и государство сосредоточено не на каре преступников, а на их перевоспитании. На самом деле, в этот период к расстрелам могли приговаривать органы МГБ, а в 1950 году высшая мера наказания была введена вновь.

После смерти Сталина были восстановлены нормы так называемой «социалистической законности». Но социалистическая законность с отказом от применения террора предполагала смертную казнь в качестве высшей меры наказания за наиболее серьезные с точки зрения государства преступления. Смертная казнь широко применялась за государственные, экономические преступления, за преступление против личность.





2. Теоретико – правовые проблемы смертной казни в Российской Федерации.



2.1.Помилование осужденных.





После распада СССР в 1991 году и демократизации российского общества произошли важные изменения в позиции применения смертной казни. Это прежде всего касается широкого применения помилования к осужденным к смертной казни. Впервые это право было изъято у высших представительных органов власти и передано Президенту РФ. При этом подготовку материалов о помиловании осуществляет целый ряд органов. Само ходатайства о помиловании сначала поступает в Управление о помиловании при администрации Президента, которое подготавливает нужную документацию, а при необходимости может истребовать из суда все дело в отношении лица, приговоренного к высшей мере наказания. После чего эти материалы направляются в Комиссию по вопросам помилования, которая была образована Указом Президента РФ от 12 января 1992 года. Комиссия, в свою очередь, после изучения материалов предлагает Президенту РФ свой вариант решения по каждому конкретному лицу согласно ходатайству, а Президент принимает окончательное решение о помиловании. Так, например, в 1992 году образованной Комиссией по вопросам помилования при Президенте РФ было рассмотрено 56 дел осужденных к смертной казни, помиловано Президентом по предоставлению комиссии 55 человек; в 1993 году рассмотрено 153 дела, а помиловано – 149 человек, 1994 году рассмотрено 137 дел, помилован 124 осужденных. 

Таким образом, работа судов по рассмотрению преступлений и вынесению наказания в виде смертной казни за особо тяжкие преступления была сведена на нет. По сути дела, квалифицированная оценка преступных деяний судами подменялась юридически некомпетентным органом, каким является Комиссия по вопросам помилования при Президенте. По официальным данным, фактически в этот период приведены в исполнение лишь немногие из смертных приговоров: в 1992 году исполнено 18 смертных приговоров; в 1993 году – 10; в 1994 году – 10. Процент помилованных в период с 1992 по март 1995 года составлял 90 – 92%. Оправдано ли было такое отношение к применению смертной казни? Ответ должен быть отрицательным. Ситуация в стране свидетельствовала о том, что возросло количество особо опасных преступлений, и прежде всего убийств. Мы согласны с мнением А. С. Михлина, «что помилование не может быть правилом, иначе наказание теряет смысл. А смертная казнь – основную цель – общепревентивное воздействие».

Да и суды, в связи с демократизацией общества, также достаточно либерально относились к совершению опасных преступлений, не осуждая к смертной казни. По сведениям генерал – лейтенанта милиции Вл. Колесникова, органы МВД и прокуратуры только за первое полугодие 1995 года изобличили около 40 тысяч убийц. Судьи приговорили к исключительной мере наказания за 1995 год (по официальным данным) 143 человека, помиловано 5, приведено в исполнение  86. Понадобилось громкое заказное убийство (1 марта 1995 года) известного журналиста и директора программ ОРТ Влада Листьева, чтобы суды и Комиссия по помилованию стали более жестко подходить к таким преступлениям, как убийство. Но обнаружилась другая крайность. После убийства Листьева Президент перестал подписывать ходатайства о помилованиях. В 1996 году, по официальным данным, к смертной казни было осуждено 153 человека, комиссия не рассмотрела ни одного дела, но приведено в исполнение 53 смертных приговора. Это еще раз доказывает, что по вопросам помилования, к сожалению, у нас руководствуются больше политическими соображениями, а не обстоятельствами совершения преступлений.





2.2. Новый Уголовный кодекс РФ (с 1 января 1997 года).





По – новому институт смертной казни стал рассматривать новый Уголовный кодекс РФ, вступивший в действие с 1 января 1997 года.

Во – первых, высшая мера наказания включена в систему наказаний, а не вынесена в отдельную статью, как раньше. Это означает, что отброшена в сторону формулировка «временная мера», т. е. институт смертной казни рассматривается как действующий на постоянной основе. Это положение соответствует и Конституции РФ. Согласно ч. 2 ст. 20 Конституции РФ «смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни…» 

Уголовный кодекс в соответствии с Конституцией назначает высшую меру наказания за 5 составов преступления. Это: убийство (ч. 2 ст. 105 УК), посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277 УК), посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295 УК), посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК) и геноцид (ст. 357 УК). Все эти составы преступлений связаны с посягательством на жизнь человека и являются по своему характеру особо тяжкими преступлениями. Однако кодекс ничего не говорит о временности этого вида наказания.

Вторым отличием отношения нового Уголовного кодекса к институту смертной казни является существенное сокращение составов преступления (с 33 до 5), за которые может быть назначена смертная казнь. Уголовный кодекс отстаивает в соответствии с Конституцией и объективными свойствами смертной казни истинное понимание ее происхождения и предназначения как меры, защищающей высшую ценность – человеческую жизнь.

Третьем отличием является то, что новый УК РФ запрещает применение смертной казни к женщинам, а также к лицам, не достигшем 18 лет, и мужчинам, достигшим к моменту совершения преступления и к моменту вынесения приговора 65 лет. Напомним, что прежний кодекс запрещал применение высшей меры к лицам, не достигшим 18 лет, и к женщинам, находящимся в состоянии беременности во время совершения преступления и в момент вынесения приговора.

Четвертым отличием является то, что по желанию подсудимого дело о совершении тяжкого преступления, за которое может быть назначено наказание в виде смертной казни, должно быть рассмотрено (согласно ч. 2 ст. 20 Конституции РФ) «судом с участием присяжных заседателей».

Кроме того, как прежде, ни в одном случае применение смертной казни не является абсолютно определенной санкцией, а только альтернативной, применяемой наряду с лишением свободы на определенный срок и пожизненным заключением, причем в самом уголовном законе альтернатива в виде лишения свободы и пожизненного заключения является предпочтительной.

Применение смертной казни связано с особыми обстоятельствами, отягчающими ответственность, а также принимается во внимание  исключительная опасность лица, совершившего преступление. Прежде всего, это относится к такому составу преступления, каким является убийство с отягчающими обстоятельствами (ч. 2 ст. 105 УК). Из практики судов известно, что за это преступление чаще всего выносилась смертная казнь. Статья предусматривает 13 квалифицирующих признаков, существенно повышающих общественную опасность этого преступления.



2.3. Квалифицирующие обстоятельства.





К квалифицирующим обстоятельствам закон относит: убийство двух или более лиц; лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга; лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с помещением человека или захватом заложника; женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; совершенное с особой жестокостью; совершенное общественно опасным способом; совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, бандитизмом или вымогательством; из хулиганских побуждений; с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с ним изнасилование или другие действия сексуального характера; по мотивом расовой, национальной, религиозной вражды и ненависти, а также кровной мести; с целью использовать органы или ткани потерпевшего; совершенное неоднократно. Этот список носит исчерпывающий характер, и за убийство с иным квалифицирующими обстоятельствами смертная казнь назначаться не может.





2.4. Состав преступления.



Следующий состав преступления, за который закон предписывает наказание в виде смертной, - посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (теракт) (ст. 767). Это преступление представляет собой индивидуально направленное проявление политического террора, и одним из его объектов является жизнь государственного или общественного деятеля. Введение высшей меры наказания за данное преступление соответствует Конституции РФ, так как оно может быть совершено только умышленно, является особо тяжким и направлено против жизни человека. Кроме того, это преступление характеризуется высокой общественной опасностью, поскольку, кроме того, что данное преступление направлено против жизни человека, оно может вызвать дестабилизацию политической системы РФ, обострение противоречий в сфере общественных отношений и другие неблагополучные последствия. В связи с этим составом преступления, содержащимся в этой статье, а также в статьях 295 и 317 УК, - посягательство на должностное лицо, отметим, что в понятие «посягательство» входит как покушение на убийство, так и оконченное убийство. Данное преступление считается оконченным с момента совершения первого действия, непосредственно направленного на причинение вреда объекту, т. е. покушение на убийство само по себе рассматривается законодателем как оконченное преступление, а следовательно, назначение высшей меры наказания теоретически возможно. Отметим, что данное положение входит в противоречие с ч. 4 ст. 66, запрещающей вынесение смертного приговора за приготовление и покушение. Законодатель в данном случае отличает покушение на убийство государственного или общественного деятеля и рассматривает данное деяние как окончательный состав преступления, за который может быть назначена высшая мера наказания.

Применение высшей меры наказания должно быть мотивировано в приговоре на основе установленных обстоятельств совершения преступления и исчерпывающих данных, характеризующих подсудимого как личность. Прежде всего, это данные: о психическом и интеллектуальном уровне развития лица, его возрасте; Обстоятельствах, свидетельствующих об исключительной опасности виновного; других обстоятельствах, которые могут иметь значение для характеристики преступления.





2.5. Сокращение применения смертной казни и постепенная ее отмена.  



Следующий шаг на пути к полной отмене смертной казни Россия сделала в 1996 году. В связи со вступлением РФ в Совет Европы был объявлен мораторий на применение смертной казни в России. Президент РФ своим Указом № 724 от 16 мая 1996 года «О поэтапном сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в Совет Европы», а также распоряжением от 27 февраля 1997 года ввел мораторий на неприменение смертной казни на всей территории. Протокол № 6 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, принятый Советом Европы 28 апреля 1983 года, содержит требование полного отказа от применения смертной казни в мирное время. Россия, вступив в Совет Европы, обязалась выполнять указанное требование.

С введением моратория, начиная с 1997 года, вынесенные судами приговоры о смертной казни не исполнялись, а Конституционный Суд РФ своим постановлением от 2 февраля 1999 года запретил и назначение наказания в виде смертной казни до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Таким образом, создалась парадоксальная ситуация. С одной стороны, юридически смертная казнь как мера наказания наличествует в арсенале уголовно – правовых мер, а с другой стороны, назначаться и применяться не может. В очередной раз мы вынуждены констатировать политическое решение вопроса о применении смертной казни. Это достаточно опасное явление, ибо криминогенная ситуация в стране не способствует отказу от применения высшей меры наказания. Достаточно сказать, что за период с 1986 по 1995 года число только умышленных убийств увеличилось в три раза и за первое пятилетие 90 – х годов вместе с покушениями на убийство составило 5760 зарегистрированных случаев. В связи с этим отметим, что исследователи этого вопроса накопили достаточно аргументов как «за», так и «против» применения смертной казни. В обобщенной форме аргументы «против» смертной казни выглядят следующим образом.





2.6. «Против» смертной казни.



Смертная казнь – это продукт варварского общества и как мера наказания попирает основные права человека, которые закреплены в многочисленных международно – правовых актах.

Действительно, происхождение смертной казни связывается с кровной местью – распространенным обычаем у древних народов, который санкционировался государствами, в том числе и в первом кодифицированным акте Киевской Руси Русской Правде Краткой редакции. Однако стоит заметить, что этот обычай защищал жизнь человека и успешно выполнял историческую миссию обеспечения жизнедеятельности членов рода. Кстати сказать, цивилизованные государства, в отличие от варварских обществ, отошли от природного предназначения высшей меры наказания – защиты жизни человека и использовали смертную казнь за самые различные преступления. Так что в современных исторических условиях назначение высшей меры наказания за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах и других квалифицирующих обстоятельствах, связанных с угрозой жизни человеку, в уголовном праве РФ – реальный правовой шаг в сторону истинного понимания предназначения смертной казни как меры наказания. Не излишне будет напомнить, что защита жизни человека с помощью разрешения свободной продажи оружия в этих целях (например, в США) дает значительно больше жертв, чем все войны, проведенные США, - вот вам и современная цивилизация.

Смертная казнь не имеет превентивного эффекта. Многократные исследования доказали отсутствие какой  - либо зависимости между уровнем преступности и наличием смертной казни в системе уголовных наказаний.

По большому счету, наличие или отсутствие смертной казни в законодательстве государства – только один из признаков благополучия общественных отношений. Применение смертной казни ради «очищения» общества вряд ли приведет к его очищению. Это не самоцель, а взвешенный нравственно – правовой подход к проблеме ограничения преступности. И если эту функцию смертная казнь не выполняет, то ее надо отменить.



«За» смертную казнь.



С точки зрения цивилизованной защиты общества от преступности активно обсуждается вопрос об эффективности применения смертной казни, ее сдерживающей роли от совершения преступлений. Мы уже отмечали, что превентивное свойство смертной казни, как другого наказания, является ее объективным свойством, хотя единой точки зрения в этом вопросе у исследователей нет. Так, например, З. М. Черниловский считает, что смертная казнь не эффективна как устрашающее действие и вредна. И. И. Карпец придерживается другой точки зрения, согласно которой «прямого влияния на состояние преступности смертная казнь не оказывает, но средством защиты общества от тяжких преступлений служит». На этом основании И. И. Карпец выступает как последовательный сторонник применения смертной казни за наиболее опасные виды преступлений. Однако когда И. И. Карпец пишет, что «естественный отбор оставляет в природе полезных особей» или «когда общество применяет к преступникам всякое наказание, и смертную казнь в особенности, оно тоже как бы исправляет само себя и тем самым очищается», то «биологизм» подобных рассуждений очевиден и спорен. Соразмерность преступления и наказания в основе своей базируется на древнейшем принципе талиона – око за око, зуб за зуб. С тех пор общество стало цивилизованнее. И единственная мера наказания (во многих государствах), которая по способу нанесения ущерба преступнику сродни талиону, - смертная казнь. По большому счету, наличие или отсутствие смертной казни в законодательстве государства – только один из признаков благополучия общественных отношений.





Статистический анализ преступлений в европейских государствах.





Вопрос об эффективности превенции смертной казни не нов. Один из родоначальников «социологической школы» в уголовном праве России А. Кистяковский в своем знаменитом Исследовании о смертной казни», проведя статистический анализ преступлений в ряде европейских государств, пришел к выводу, что введение смертной казни в законодательстве только непродолжительное время положительно сказывается на динамике роста преступности. При этом следует заметить, что анализируемая Кистяковским статистика применения смертной казни во второй половине 18 – первой половине 19 века проводилась по странам, в законодательстве которых смертная казнь назначалась за многие виды преступлений, в том числе и за политические преступления. Не случайно и количество смертных казней, назначаемых за разные преступления, было впечатляющим. Например, с 1748 по 1776 год в одном округе Баварии с населением в 174 058 человек «приговорено было к смертной казни 11 000 человек; в течение 4 лет и одного месяца, т. е. с 21 сентября 1792 года по 25 октября 1795 года революционные трибуналы во Франции казнили по исчислению Прудомма 18 613 человек…»; «в Англии уголовное законодательство оставалось без перемен до начала 19 века и заключало в себе более 200 смертных преступлений».

Кроме того, А. Кистяковский пришел к выводу, что «в период государственный 3 рода преступлений: против государства, против религии и нравственности карались с особой жестокостью…». По свидетельству того же Кистяковского , «в период господства государственной власти…смертная казнь определяется, наряду с тяжкими преступлениями, за действия меньшей важности и даже маловажные. Такой порядок в Европе продолжался почти до конца 18 столетия».

Значительные изменения в подходе к смертной казни появляются только после ряда буржуазно – демократических революций в Европе, начиная с Великой французской революции 1789 года. Эти изменения проявляются постепенно, и прежде всего в том, что в ряде государств отменяется смертная казнь за кражу, церковные и политические преступления. М. Н. Гернет, анализируя ситуацию вокруг смертной казни в Европе в первой половине 19 – начале 20 века, отмечает, что «в то время как в одних государствах политические преступления не влекут за собой смертной казни (Франция, Германия, Бельгия, Швейцария, Венгрия, Сербия, Соединенные Штаты Северной Америки и пр.), в некоторых других эти преступления караются смертью (Австрия, Англия, Дания, Швеция, Испания, Болгария, Греция, Финляндия, Уругвай, Парагвай, Россия и пр.)». Причем из стран, которые имели в законодательстве смертную казнь за политические преступления, наиболее широко она была представлена в Англии и России. В Австрии, например, смертная казнь могла назначаться за насильственное изменение форм правления, тогда как в России смертью каралось не только покушение, но и приготовление к посягательству на права государственной власти.

Во Франции, например, смертная казнь назначалась только в связи с насильственным лишением жизни человека или угрозой для жизни человека: «за предумышленное убийство, нанесение должностному лицу, с целью убить, раны или удара, арест или отобрание вещей, сопровождавшиеся физическими мучениями, умышленный поджог и разрушение взрывчатыми веществами обитаемого здания, кастрацию, повлекшую смерть жертвы в течение 40 дней после кастрирования, и некоторые др.». А в России государственные преступления традиционно считались наиболее опасными, и за их совершение предусматривалась смертная казнь, тогда как умышленное убийство уже с середины 18 века смертной казнью не каралось. Соответственно, статистика также говорит не в пользу России: во Франции в 1803 году было приговорено к казни 605 человек, в период с 1826 по 1830 год по 72 человека ежегодно, а в 1908 году - 6–человек. В Бельгии в 1800 – 1804 годах – ежегодно 71 человек, а казнено 37 человек. В 1908 году – 6 человек. В Германии в 1822 году – 95 человек, в 1910 году – 43 человека. В Австрии уменьшение приговоров: с 1877 года – 128 человек, казнен 1 человек, в 1908 году приговорено 45 человек, казнен 1 человек. В Англии в 1800 – 1810годов было казнено 802 человека, а в 1908 году приговорено 25 и казнено 13. В России число приговоренных в 19 веке и до 1905 года не превышало 54 за год, но число казненных в 1906 году – 574; в 1907 году – 1139; в 1908 году – 134; в 1909 году – 717 и в 1911 году – 60 человек.





«За» и «против» смертной казни.



3.1. Эффективность отмены смертной казни.



 

Таким образом, уменьшение смертных казней наблюдалось в странах, где смертная казнь вводилась за преступления против жизни и не выносилась за политические, государственные преступления  либо выносилась за единичный состав политических преступлений. Это – история, которая показывает эффективность превенции смертной казни. Что касается эффективности применения смертной казни на современном этапе, то на собственном опыте мы сделать какой – либо вывод не можем, ибо кратковременная отмена ее в 1947 году не дает очевидных данных для анализа. Такие исследования проводились за рубежом. Выводы исследователей достаточно противоречивы, но большинство из них считают, что превентивное  значение смертной казни невелико. Какие же аргументы приводятся противниками смертной казни о неэффективности высшей меры наказания на современном этапе?

В литературе приводятся эмпирические данные, свидетельствующие, что «убийства чаще всего совершаются в состоянии волнения, когда крайние эмоции берут верх над разумом. Убийство также может быть совершено под воздействием алкоголя или наркотика или в состоянии паники, например, когда преступник застигнут в момент совершения кражи. Некоторые из тех, кто совершает насильственные преступления, - люди чрезвычайно неуравновешенные или психически больные. Ни в одном из таких случаев страх перед смертной казнью не может выступать как сдерживающий фактор».

Таким образом, рассматривая смертную казнь как превентивную меру от совершения наиболее опасных преступлений, связанных с насильственным лишением жизни человека, необходимо иметь в виду, что превенция высшей меры наказания зависит от цели введения ее в законодательство государства – защиты жизни человека. Справедлива и обратно пропорциональная зависимость. Там, где смертная казнь предусматривается за многие составы преступлений, не связанных с защитой жизни человека, превенция высшей меры не только ослабевает, но и провоцирует на совершение опасных преступлений. Например, профессор И. Я. Фойницкий отмечал, что «в то время, когда во Франции наиболее деятельно работала гильотина, этот инструмент в виде игрушки был в каждом семействе; дети для забавы гильотинировали птиц, собак, кошек и т. п.». Противники смертной казни, приведенный И. Я. Фойницким, используют в качестве аргумента о пагубности и неэффективности смертной казни на современном этапе. Но, во – первых речь не идет о публичности, наглядности смертной казни в современных условиях, а во – вторых, как мы уже отмечали, эффективность превенции смертной казни зависит от правильного применения этой санкции – в отношении лиц, осужденных за умышленное убийство. 



3.2. Состояние фрустрации.



О чем свидетельствуют данные факты? Прежде всего о том, что динамика совершения наиболее опасных преступлений (преступлений против жизни) зависит от многих субъективных  факторов. Эта проблема особенно актуальна для нашего общества. Психолог А. Толстых однажды заметил: «религия воспитала в человеке чувство вины, раскаяния, наше же общество за 70 с лишним лет воспитало в человеке чувство обиды. Люди ощущают себя постоянно ущемленными. Страшное это чувство и дикая сила – обида. Копится, созревает в тебе, переполняет до краев, рождает агрессию, озлобленность, слепую ненависть, ждет своего часа, врага себе выискивает, а уж как взбунтуется, вырвется наружу – пускай даже с помощью рюмки, - врагом этим может оказаться кто угодно, каждый: и близкий друг, и родной сын, и любимая сестра. Без разбору». 

Данное состояние ученые называют фрустрацией. Профессор Джордж Палермо, директор колледжа судебной психиатрии штата Висконти, г. Милуоки, объясняет, что это «слово происходит от латинского – обман, неудача и обозначает психологическое состояние, возникающее в ситуации разочарования, неосуществления, возникающее в ситуации разочарования, неосуществления какой – либо очень важной для человека цели, потребности, в результате это состояние проявляется в гнетущем напряжении, в чувстве безысходности. Реакцией на него может быть либо уход в мир грез, фантазии, либо – враждебность, агрессия». Другой ученый – профессор юриспруденции и психиатрии государственного университета имени Вайна, школа права, г. Дейтройт, Р. Соленко так поясняет это состояние: «Агрессия, враждебность накапливаются в человеке, но до поры до времени они как бы закупорены в нем, словно зелье в бутылке с пробкой. Но берегитесь! Это мина замедленного действия. Наступает момент (кружки пива, рюмка водки), и враждебность вырывается наружу, переходит в насилие, и тогда она может обрушиться на совершенно невиновного, даже случайного человека. Спросите потом убийцу: «За что ты его убил?» – и он вам ответит: «Не знаю». И ответ его будет не так уж далеко от истины. Он ведь и вправду не знает».

Сколько человек совершают убийства в состоянии фрустрации, никто не подсчитал. Но совершенно ясно, что убийство, совершенное в состоянии фрустрации, не может быть умышленным убийством в корыстных целях. Признавая, что лица, находящиеся в таком состоянии при совершении преступления, не думают о страхе перед смертной казнью, вовсе не означает, что эта мера наказания не имеет не имеет превентивного свойства. Статистика показывает неуклонный рост в РФ умышленных, заказных убийств. И смертная казнь должна стать одним из факторов, сдерживающих рост преступности. Как справедливо отмечает А. В. Малько, «она нужна и потому, что другие сдерживающие элементы социальной регуляции (прежде всего культурные, нравственные, религиозные нормы) еще не заявили о своей эффективности. 



3.3. Исследование необходимости смертной казни. 



Соответствует ли институт смертной казни в уголовном праве РФ естественному праву человека на жизнь? С нашей точки зрения, ответ однозначен – не соответствует. Тогда неизбежно возникает второй вопрос – имеет ли государство право лишать человека жизни? Когда совершается хладнокровное, преднамеренное убийство человека человеком и при этом динамика преступлений такого рода по стране высока – да, имеет. Как известно, гуманное отношение к убийцам в настоящее время в РФ пока не приносит сколько – нибудь положительных результатов в сокращении числа совершаемых особо опасных преступлений. Пожалуй, даже наоборот – их рост увеличивается. Поэтому применение смертной казни (кара преступников) как меры предупреждения подобных преступлений правомерно, когда обычные меры предупреждения подобных преступлений неэффективны. Мы присоединяемся к тем исследователям смертной казни, которые одобряют ее в качестве правового ограничения, сдерживающего преступников, ибо, как верно заметил А. В. Малько, «это вытекает из ее природы и является объективным свойством». Добавим также, что из природы происхождения смертной казни вытекает круг преступлений, за которые она может быть назначена, а именно за убийство человека. Только при соблюдении последнего условия смертная казнь будет оправдана, а эффективность ее превенции будет высокой.

Такие исследования проводятся достаточно давно. В этой связи отметим, что мы согласны с точкой зрения, высказанной И. И. Карпецом о том, что прямая «увязка» необходимости наказаний и состояния общей преступности является глубокой ошибкой. Следует отдавать отчет в том, что наказание – не главное, а вспомогательное средство борьбы с преступностью, которое «выполняет свою роль в системе мер борьбы с преступностью настолько, насколько оно может. Оно, конечно, играет предупредительную роль, но оно еще как говорил К. Маркс, есть способ защиты общества от преступлений. Смертная казнь в числе других наказаний играет эту роль. И большего от уголовного наказания (смертной казни) требовать нельзя… Нельзя напрямую связывать наличие любых наказаний, в том числе смертной казни, с состоянием преступности. Думать, что, вот, введем пошире смертную казнь, - и преступлений станет меньше – глубокое заблуждение. Как не следует бояться и того, что если не будет смертной казни, то вырастет преступность». В то же время превенция смертной казни будет эффективна, если она будет применяться за преступления, связанные с умышленным убийством. Кроме того, необходимо учитывать и то обстоятельство, что широкое применение смертной казни в законодательстве за различные преступления и в правоприменительной практике способствует привыканию преступников к этой мере, и как следствие не только снижается превентивный эффект, но и возрастает количество особо опасных преступлений. Наша советская история безудержного применения смертной казни за различные действительные и мнимые преступления немало способствовала дискредитации этой меры уголовного наказания, снижению уровня ее превентивного эффекта. 



3.4. Исключение судебных ошибок.



Смертная казнь не дает права на судебную ошибку, совершение которой может стать лишением жизни невиновных людей и которую в силу необратимости этого наказания невозможно исправить.

Действительно, судебная практика, и мировая и отечественная, изобилует непоправимыми судебными ошибками, в результате которых к смертной казни осуждались невиновные лица. На современном этапе, как нам кажется, созданы необходимые предпосылки к исключению возможных судебных ошибок в отношении лиц, осуждаемых к смертной казни.

Во – первых, сужен круг лиц, которых за совершение особо опасных преступлений возможно осудить к высшей мере наказания. В частности, исключаются несовершеннолетние, престарелые, женщины, страдающие психическими отклонениями от нормы.

Во – вторых, смертная казнь может быть назначена не ниже, чем республиканским, областным, краевым и вышестоящим судом, что должно сказаться на качестве судебного разбирательства.

В – третьих, приговор к высшей мере наказания может быть приведен в исполнение только после тщательной проверки в различных инстанциях: в кассационном порядке и в порядке надзора Верховным Судом РФ, Комиссией по помилованию при Президенте РФ и лишь только после отклонения жалобы осужденного и его ходатайства о помиловании Президентом РФ.

В – четвертых, согласно ст. 36 Закона РФ «О чрезвычайном положении» от 17 марта 1991 года, приговоры о смертной казни, вынесенные в период чрезвычайного положения, могут быть приведены в исполнение не ранее чем по истечении 30 суток после отмены чрезвычайного положения.



3.5. Отмена смертной казни.



Полная отмена смертной казни в нашей стране связана со множеством объективных и субъективных факторов.

Во – первых, главным образом это зависит от амплитуды совершения наиболее опасных преступлений, к которым относится умышленное убийство.

Во -  вторых, это связано с социально – психологическим фактором – отношением населения к отмене смертной казни. В этой связи хотелось бы заметить, что позиция Г. М. Черниловского к интерьвью Г. М. Миньковского, в котором последний говорит, что 80 – 85 % опрошенных высказались против отмены смертной казни, излишне категорична. Аргумент З. М. Черниловского – «я не знаю, каким образом проводился опрос» – не может быть принят в качестве аргумента. В то время напрямую связывать возможность отмены смертной казни с данными социологического опроса населения нельзя. Здесь мы согласны с мнением А. В. Малько, который отмечает, что «от общественного мнения реализация прав человека не зависит, но она напрямую и жестко зависит от степени демократичности, гражданского общества, от его качественно – нравственного состояния, уровня политической и правовой культуры, меры правового прогресса, масштаба юридического сдерживания государства». Когда С. Г. Келина упоминает о том, что после окончательной отмены смертной казни в 1969 году английским парламентом «восемнадцать раз представлялись предложения о ее восстановлении», а «последняя парламентская дискуссия имела место летом 1988 года» и Англия «все – таки осталась в числе государств, отказавшихся от применения этой меры наказания» – это преподносится как достижение английской общественности. С. Г. Келина не учитывает, что в Англии, несмотря на богатые правовые и демократические традиции, вопрос о применении смертной казни все – таки ставился всерьез, а что говорить о нашем современном обществе, длительное время развивавшемся в условиях диктатуры, где смертная казнь применялась прежде всего за политические преступления, государство защищало государственную власть, в то время как защита жизни, здоровья и прав личности оставались на втором плане.

 В – третьих, отмена смертной казни связана во многом с решением вопроса о ее замене пожизненным заключением, поскольку превенция этого наказания практически столь же высока, как и высшей меры наказания, и почти полностью исключает совершение повторного преступления особо опасных преступников. Однако на вопрос о том, что лучше – смертная казнь или пожизненное тюремное заключение, невозможно ответить утвердительно ни в одном случае. Это зависит исключительно от личности подсудимого. В отечественной судебной практике были случаи, когда приговоренные к длительным срокам заключения преступники обращались с просьбой о замене приговора на высшую меру наказания. Причины подобного обращения к правосудию не только в неудовлетворительности условий содержания заключенных, приговоренных к пожизненному заключению (они у нас отсутствуют), но, прежде всего, в потере свободы на всю жизнь. По данным опроса института Геллапа, проведенного в 1986 году в США, когда опрашиваемым задавали вопрос, что они предпочтут – смертную казнь или пожизненное заключение без какой – либо возможности досрочного освобождения, то 55 % выбрали смертную казнь, а 35 % - пожизненное заключение.



                                      Заключение.



В заключении, в качестве довода о необходимости сохранения в законодательстве смертной казни, добавим, что, как верно отмечает А. В. Малько, «в условиях слабости действия нравственных и религиозных норм, хрупкости демократических институтов и традиций, отсутствия правовой государственности отказ от смертной казни необоснован"»

Идея справедливости, которая лежит в основе современной доктрины отечественного уголовного права, должна быть назначена справедливая мера наказания, т. е. соответствующая характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, должна учитывать очень непростую современную криминогенную ситуацию, когда каждую неделю совершаются не просто убийства, но убийства по заказу (заказное убийство), когда террористические акты, в результате которых гибнут десятки людей, стали обыденным явлением на улицах крупных городов. Поэтому уголовный закон должен содержать достаточно строгое наказание, каким является смертная казнь, для адекватного воздействия в отношении самых опасных преступников, виновных в совершении тягчайших преступлений, связанных с лишением жизни многих невинных жертв.

Применение смертной казни как высшей меры наказания имеет своей целью лишение жизни преступника и предупреждение совершения особо опасных преступлений в обществе. Имея объективную основу своего происхождения, смертная казнь и на современном этапе общественного развития сохраняет свое основное свойство – превентивное предназначение. Для этого, согласно природе происхождения и предназначения смертной казни, эта мера наказания должна применяться за наиболее тяжкие преступления, связанные с преднамеренным убийством при отягчающих обстоятельствах. 

В Уголовном кодексе пять видов преступлений, за которые предусмотрена высшая мера наказания, - посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277), посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295), посягательство на жизнь сотрудников правоохранительного органа (ст. 317), геноцид (ст. 357) и умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах (ст. 105) связаны с защитой людей. Однако высшая мера наказания, по нашему определению, может последовать только за совершенное умышленное убийство, но никак не за попытку к его совершению.

В будущем в качестве первого шага по ограничению смертной казни в российском законодательстве нужно заменить смертную казнь на пожизненное заключение при созданий условий содержания приговоренных к длительным срокам заключения.

Введение или отмена смертной казни не просто волевой акт со стороны государства, но осознанная необходимость подобного акта с учетом правовой культуры общества в целом и конкретно уровня криминогенной обстановки. Но и в том и в другом случае законы необходимо исполнять. Вместе с тем не правовые законы должны отменяться. Вступление России в Совет Европы, конечно накладывает перед нашим государством определенные обязательства по выполнению норм международного права и, в частности, по отмене смертной казни в законодательстве РФ. Однако это не должно происходить автоматически.