Страноведение в системе географических и смежных наук

Страноведение в системе географических и смежных наук



Общественные потребности в развитии страноведения и его задачи

Существенным для развития науки является общественная потребность в ней. Например, появление таких определений, как «конструктивная», «инженерная», «мелиоративная», говорит о выделении географических дисциплин по прямому социальному заказу. Есть ли общественные потребности в страноведении? 

Роль страноведения в обществе определяется, прежде всего, его просветительским и мировоззренческим значением. Оно помогает человеку преодолеть отчуждение, крайнюю форму, которой так хорошо охарактеризовал Андрей Платонов в повести «Город Градов»: «Проезжие люди жили так, будто они ехали по чужой планете, а не по отечественной стране». Или так точно выразил подобную мысль Осип Мандельштам: «Мы живем, под собою не чуя страны». Конечно, причины отчуждения человека от своей страны или малой родины лежат глубже, однако страноведение может внести свой существенный вклад в преодоление этого отчуждения.

Страноведение участвует в создании географической картины мира, вырабатывая «визитные карточки» стран и районов. Тем самым оно вводит географию «общепризнанным элементом в сокровищницу национальной культуры» [Баранский, 1980, с. 50].

Другая важнейшая функция страноведения — информационная. Она состоит в сборе, хранении и предоставлении возможностей использования сведений о географии страны и ее районов. Так, анализируя последствия чернобыльской трагедии, академик Б. Патон отмечал, что одна из самых серьезных проблем, которая отрицательно повлияла на ход аварийных работ, заключалась в отсутствии всесторонних географических сведений о территории Чернобыля. Ученый отмечал, что нельзя жалеть средств на всесторонние изыскания данных о территориях.

Знание, конечно, стоит дорого, но незнание обходится гораздо дороже. Комплексные характеристики стран и районов могут быть использованы в территориальных проектах, в управлении социально-экономическим развитием. Особенно актуально создание сети автоматизированных географических информационных систем (ГИС) как комплекса самых разнообразных, но взаимосвязанных источников информации о природных, экономических, социальных, политических и культурологических явлениях и процессах как по стране в целом, так и по отдельным ее районам. Это необходимо как для староосвоенных, так и особенно для районов нового освоения.

В последние годы страноведческие работы используются для обоснования и осуществления региональной политики, региональных целевых программ, районной планировки и т.д. Комплексный страноведческий подход позволяет выявить географическое своеобразие территории, что предельно важно для районных планировок [Машбиц, 1998]. Возрастает конструктивная роль страноведения в поисках рационального устройства стран: создаются схемы территориальных структур и сетей, охватывающих подчас территорию всей страны, причем в разных разрезах; вырабатываются принципы территориальной организации производительных сил; разрабатываются направления оптимизации среды обитания.

О Существенную роль страноведение может играть в сфере внешних экономических и политических связей, способствуя повышению уровня их компетентности и эффективности путем формирования географической культуры власти, предпринимателей и дипломатов. Это особенно важно в связи с процессами интегрирования Роедж в систему мирового хозяйства.

Рекреационное страноведение содействует внутреннему и международному туризму, выступая в качестве основы научного обоснования туристско-рекреационного освоения районов страны, создания полноценных путеводителей, оптимизации туристских маршрутов. На Западе доминируют примерно пять компаний в области рекреационного страноведения. Одной из самых известных стала компания «Lonely Planet» («Одинокая планета»), выпустившая с начала 1970-х годов более 100 путеводителей по странам и регионам. Издания своевременно обновляются.

Страноведение является составной частью географии как учебной дисциплины в средней школе и в ряде специальностей в вузах.

В своем развитии страноведение опирается на многие географические дисциплины и смежные науки, но в то же время и само оказывает плодотворное влияние на них.

В системе географических наук оно играет консолидирующую роль, сохраняя целостность все-таки преимущественно «разорванной» (выражение К. К. Маркова) географии.

Комплексное географическое страноведение обогащает и негеографические науки, особенно такие как экономику, социологию, культурологию, которые все чаще обращаются к оригинальным синтетическим страноведческим материалам, углубляя свои выводы пространственными вариациями изучаемых процессов;

Показателен в этом отношении достаточно известный труд американского экономиста Майкла Портера «Международная конкурентоспособность» (1998). Развивая положение о том, что экономический прогресс — это история преодоления страной неблагоприятных условий хозяйствования, Портер обращается к страноведческим материалам по. десяти крупнейшим промышленным странам. Работы Арнольда Тойнби по цивилизациям носят ярко выраженный страноведческий характер. Еще ближе к страноведению труды Фернана Броделя по истории мирового хозяйства и формированию пространства Франции. Ежегодное приложение к «Политическому альманаху России» под названием «Регионы России» (Московский Центр Карнеги) нередко обращается к страноведению и его методам.

«Необходимое», но слабо реализуемое в конкретных исследованиях положение комплексного (не отдельно общественно- или физико-географического) страноведения в системе географических наук показано на схеме Я. Г. Машбица ( рис. 1).

В своей программной статье о страноведении Н. Н. Баранский отмечал, что ни физическая, ни экономическая география по отдельности не могут дать даже сколько-нибудь цельного представления об облике страны или района, не говоря уже о решении какого-либо конкретного практического вопроса, ибо и для того, и для другого необходима известная степень контакта взаимопроникновения [Баранский, 1980].

	В свете изложенных проблем можно определить три подхода к страноведению:

<> Научное страноведение (как отрасль географии) выполняет исследовательские функции. Основной его метод — синтез.

О Информационно-поисковое страноведение. Его задача состоит в отборе, систематизации, хранении и упрощении пользования разносторонней («от геологии до идеологии») информацией. Это направление плодотворно может развиваться только на стыке географии, информатики и картографии.

О Публицистическое страноведение. Оно требует литературного таланта, мастерства художественного слова, использования изобразительных средств, в частности художественной фотографии. Здесь на первый план выдвигаются не исследовательские задачи, а методы изложения и отмечается существенное различие между иллюстративным описанием и описанием сути явления.



Анализ используемой в страноведении программы

	

	В 1920-е годы в нашей стране сформировалась программа страноведения районного направления. Н. Н. Баранский говорил тогда о двух фундаментальных основах страноведения: ландшафто- ведении и учении об экономическом районе. Он составил схему иссле дования применительно к характеристике госплановской области, которая до сих пор в своей первооснове широко распространена в школах, вузах, научных монографиях.

Схема исследования Баранского



Первоначальная схема отражала задачи индустриализации страны и в принципе выглядела следующим образом:

О обоснование границ области (таксономизация территории нашей страны сейчас также весьма актуальна; имеются интересные проекты, связанные, например, с созданием новой федерации);

О характеристика факторов, влияющих на формирование области;

		О характеристика хозяйства и населения; выявление внутренних и межобластных хозяйственных связей;

		О обоснование перспектив развития области.

Схема Баранского отражала задачи времени, в частности связанные с реализацией плана ГОЭЛРО, а в научном плане была противопоставлена схеме «отраслевиков», исходящих из идей камеральной статистики и коммерческой географии. Эти идеи кратко сводились к тому, что целью экономической географии являлось изучение состояния отдельных отраслей хозяйства и условий их развития в различных странах и районах.

Работы петербургской школы В. Э. Дена в основном носили описательный характер и были снабжены большим количеством статистических данных без должного их анализа. Баранский резко выступил против этого направления и впервые поставил вопрос о переходе в экономической географии от функций описания к функциям объяснения и предсказания. Собрание справок — не наука, отмечал он. Самый важный вопрос для географии — вопрос о связи явлений. Такой подход и основанные на нем достижения Н. Н. Баранского и Н. Н. Колосовского в одной из своих науковедческих работ Т. М. Калашникова назвала научной революцией в географии [Калашникова, 1984].

Схема Баранского существует и используется по сей день.

—К-сожалению, в нее внесены некоторые поправки, в ряде мест ухудшившие ее. Одна из таких поправок касается историко-географического очерка, который либо вообще теперь отсутствует в страноведческих работах, либо утратил географическую направленность. Первоначальная идея очерка заключалась в том, чтобы показать, как в ходе истории переплетались естественные и общественные процессы на конкретной территории и какое влияние они оказывают на современные пространственные процессы. Исторический принцип помогает объяснить развитие территории. Но для того, чтобы провести такое исследование, необходимо изучение различных исторических документов, карт, архивов. Большинство же современных авторов, используя материалы гражданской истории, дают историческую справку, не носящую исследовательский характер. Но все же самый большой порок работ по страноведению — отсутствие изучения связей между явлениями и процессами на территории.

Итак, Баранский выработал классическую программу страноведческого исследования. Витвер, Маергойз и другие авторы написали на этой основе страноведческие работы, которые и поныне во многих отношениях остаются образцом. В конце 50-х — начале 60-х годов поток интересных работ вышел из стен Института географии АН СССР, где под руководством К. М. Попова проводились исследования промышленно развитых капиталистических стран. После деколонизации стали изучаться развивающиеся страны под руководством В. Т. Зайчикова, В. М. Гохмана, Я. Г. Машбица, В. А. Пуляркина и других ученых. Вышла известная «синяя серия» страноведческих характеристик экономических районов СССР] По подсчетам Я. Г. Машбица, в 1950—1990 гг. было опубликовано около 100 страноведческих монографий по странам зарубежного мира [Машбиц, 1998]. В 1970-1985 гг. усилиями географов и этнографов была создана 20-томная комплексная страноведческая серия «Страны и народы». Я. Г. Машбиц проследил изменения тематического содержания страноведческих исследований. Если в 1940—1950-е годы упор делался на характеристику хозяйства, то позже были широко рассмотрены вопросы культуры, социальной структуры общества, экологии и выявлены тенденции территориальной организации хозяйства и общества в целом.

Насколько важно творческое следование традиции для развития науки, настолько пагубен для нее шаблон.

Шаблонное использование схемы Баранского для «выпечки» книг и кандидатских диссертаций (нередко негеографами) вызвало справедливые нарекания со стороны многих географов и определенную дискредитацию такого рода страноведения, что стало явственным примерно к середине 1960-х годов.

Выделим основные методические недостатки программы Баранского:

О Компилятивность. Этим недугом в наибольшей степени страдают страноведы-зарубежники. У них больше соблазна заимствовать у зарубежных авторов. Кроме вульгарного заимствования, существует и мировоззренческий «плен». Это может происходить в случае низкого профессионализма и в какой-то мере из-за теоретической беспечности, из-за недостаточной методологической культуры (незнание направлений и школ, недопонимание теоретических исходных посылок и т.п.).

Энциклопедичность как недостаток научного страноведения — это стремление написать обо всем и изготовить универсальный кодекс знаний, что было бы неплохо для информационного страноведения. Энциклопедичность, заключающаяся в описании всех явлений и процессов «от геологии до идеологии», настолько далеко заходит, что в последние годы в вузовском страноведении идея синтеза, к сожалению, не поднимается. В целом ситуация близка к той, когда исследователь достигает стадии, на которой он перестает видеть за деревьями лес, и охотно, склоняется к разрешению этой трудности, переходя к изучению отдельных листьев.

	О Шаблонность. Введение готовых схем объяснения — это самый большой недостаток страноведения. Множество цифр и голых схем -- характерная черта некоторых монографий и учебников. Берутся определенные, часто политэкономические подходы, и к ним подгоняется фактический материал. В таких работах нет преломления общих закономерностей к конкретным условиям страны и района. Другими словами, не соблюдается один из фундаментальных научных принципов — конкретность исследования. Законы проявляются неизбежно, но, во-первых, они выражают только вероятность, наиболее общие тенденции. Во-вторых, общественные законы подчас имеют неоднозначное толкование. Но главное состоит в том, что условия страны существенно модифицируют исторические процессы, которые к тому же протекают неравномерно от страны к стране и от района к району, т.е. имеют свои географические особенности.

С шаблонностью связано и слабое развитие типологических подходов. На первый взгляд типологический подход противоречит принципу конкретности. Этот спор давний. Наиболее известным и даже хрестоматийным теоретиком «уникальности» изучаемых региональной географией объектов является американский ученый Р. Хартшорн. Его основная мысль сводилась к тому, что поскольку география, как и история, имеет дело с уникальным предметом исследования, постольку они не могут опираться на научный метод. Позже многие географы, не отрицая, что география имеет дело с уникальными объектами, предлагали свои обоснования того, что это не отменяет использования законов для их объяснения, не отменяет и типологических подходов.



Альтернативы «старому» страноведению



Оживление в обсуждении методологических проблем страноведения произошло в конце 1970-х — начале 1980-х годов. Возникло стремление сформулировать новые задачи и методы страноведения. Нужно сказать, что и на Западе региональная география пришла к тому времени в упадок. Американский географ Р. Браун отмечал, что региональная география за последние полтора-два десятилетия не только страдала от пренебрежения, но подверглась настоящему избиению со стороны профессиональных географов, которые со всем рвением новообращенных отвернулись от изучения регионального разнообразия к тому, что они считали более глубоким анализом процессов, природных и общественных, которые определяют лик Земли... Заброшенная, избитая, умирающая региональная география могла бы, но отказалась лежать недвижно (Brown, 1978)(Количественная революция, которую переживала география в тот период, при значительных методических достижениях сопровождалась отрицанием многих плодотворных традиционных направлений географической науки, включая страноведение.

С 1970-х годов происходит переоценка многих ценностей. Новейшая дискуссия относительно программы исследования страноведения в нашей стране может быть сведена к следующему обзору.

		1. Концепция проблемного страноведения. Его авторы В. М. Гохман и Я. Г. Машбиц, которые в середине 1980-х годов примерно так выразили задачи проблемного страноведения: наряду с описательным страноведением необходимо создавать характеристики иного типа, освещающие узловые проблемы, от покомпонентных описаний территории надо переходить к аналитическим характеристикам ключевых проблем.

	Исследователи выделяют три широкие группы проблем

	Общие для всех стран

представляющие особый интерес для стран определенного типа, например, нефтедобывающие страны с проблемой их баснословного богатства и архаичности общественных отношений; в различной степени развитые островные; горные страны и т.д.; 

индивидуального характера.

	В число ключевых проблем ими включены среди прочих такие: 1) место страны в мирохозяйственных отношениях; 2) ресурсо-обеспеченность; 3) структурные проблемы экономики и общества в целом; 4) проблемы расселения людей; 5) образ жизни и проблема социального равенства в территориальном аспекте; 6) экология; 7) проблемные районы стран. 

	Глобальные проблемы — это область междисциплинарных исследований, имеющих дело с общественными процессами и явлениями всемирного характера, которые рассматриваются в перспективе на 20—30 и более лет вперед. На Западе создано до трех десятков глобальных проектов и моделей. В бывшем СССР, а затем в России опубликовано по этой теме порядка двух-трех десятков крупных монографий. Среди глобальных проблем, как кризисных ситуаций, охватывающих очень большое количество людей и распространяющихся на огромные регионы и даже весь земной шар, — ядерная война, резкая нехватка продовольствия, ухудшение качества биосферы (географической оболочки), неравномерность в распределении материальных благ, нехватка энергии и сырья и др.

Глобальные проблемы не только не отменяют и не ослабляют страноведение, а, наоборот, усиливают его позиции, ставят при этом перед ним существенно новые задачи. Локальные общественные процессы перерастают в региональные, а региональные в глобальные. Отдельные регионы и мир все более превращаются в целостный общественный организм, что позволяет лучше видеть специфику и сходство (подобие) стран и районов. Глобальный подход ориентирует на сравнительные межстрановые исследования не только для доказательства различий, но и для проникновения в глубинную суть явлений, опираясь на анализ различий. После первой глобально-агрегированной модели «Пределы роста» [Медоуз и др., 1972] последующие глобальные модели строятся на региональной основе. Эволюция здесь такова: доклад М. Месаровича и Э. Пестеля «Человечество на перепутье» (1974) основывался на 10 макрорегионах; проект В. Леонтьева «Будущее мировой экономики» (1979) — на 15-членной региональной группировке; Модель международных отношений в продовольственной сфере Г. Линнемана и его коллектива включает 106 районов — отдельных государств и их группировок.

Таким образом, будучи планетарными по масштабам, охватывая все районы мира, глобальные процессы имеют в то же время в каждой стране специфическое проявление и зарождение самих глобальных проблем связано с конкретными странами и районами

3. Концепция экономико-географического страноведения, базирующегося на идее о территориальной структуре хозяйства страны (автор И. М. Маергойз). Согласно этой концепции, хозяйство представляет собой сложную систему, имеющую множество взаимосвязанных структур, т.е. оно, выражаясь языком системного подхода, обладает свойством полиструктурности. Одной из структур (наряду, например, с отраслевой) является территориальная структура. Ее анализ в широком смысле означает рассмотрение хозяйства с позиций территориальности, изучение территориального аспекта строения, функционирования и развития хозяйственной системы.

Страна, по Маергойзу, это таксон страноведения, хозяйство — объект исследования (его изучают и многие другие науки, в частности экономика), а территориальная структура хозяйства страны — предмет экономико-географического страноведения.

4. Концепция среды общественного развития как предмета страноведения, рассматриваемого в рамках всей географии (и физической, и общественной) (или географической среды) на территории, очерченной государственными или историко-географическими границами. «Когда исчезнут государственные границы, останутся регионы с историко-географическими различиями. Серого однообразия на Земле не будет. Этому препятствует природа. Этого не захотят люди!» [Анучин, 1981, с. 38]. Интеграция в Европе не отменит своеобразия Великобритании и Греции, например. Идея В. А. Анучина привлекательна. Страноведение может ставить и такую задачу: изучение географической среды, тем более что «географическая среда претерпевает изменения, угрожающие современному человечеству экологическим кризисом» [Анучин, с. 41]. Географическая среда непрерывно изменяется и самопроизвольно (с помощью палеогеографического метода К. К. Марков доказал, что даже в голоцене, когда в основном уже сложились современные географические зоны, происходили и довольно быстро изменения в природе), и под влиянием техногенеза. При этом все «накопления» (исторические в том числе) влияют через среду на современную жизнь. Известный советский географ Ю. Г. Саушкин сформулировал закон, названный им законом Д. И. Писарева, который заключается в том, что прошлое влияет на настоящее многими путями, в том числе и через географическую среду, которая обладает свойством накопления результатов человеческого труда. Эту идею в свое время высказал географ Л. И. Мечников, автор классического труда «Цивилизация и великие исторические реки».

По его мнению, накопления, вкладываемые в землю в долинах рек — очагов древней цивилизации, позволяют в течение тысячелетий жить более 1000 человек/км2. В то же время «староскотоводческие» («староживотноводческие») и «старопромысловые» (охота и т.п.) ареалы с их кочевым прошлым осваивались преимущественно эксплуатационно, отличаясь низкой аккумулирующей способностью. В противоположном — стационарном типе освоения присутствует не только эксплуатация территории, но также и сознательное воспроизведение ее свойств, модернизация, накопление результатов освоения — постоянных поселений, производственных фондов, объектов культуры.

Подход В. А. Анучина и аналогичные историко-культурологические идеи Ю. К. Ефремова способствуют развитию комплексных исследований, в которых осуществляется взаимодействие физической и общественной географии, а объединяет их общий объект — географическая среда.

Однако недостаток гипотезы В. А. Анучина заключается в том, что в понятие среды общественного развития не входят целиком сами общественные явления, а это существенно затрудняет развитие общественно-географического страноведения. Действительно, в понятие географической среды входят природные условия и ряд антропогенных элементов (каналы, насыпи, плотины и т.п.). Влияние географической среды на жизнь общества проявляется через способ производства материальных благ. Следовательно, значительная часть производительных сил, население не могут быть отнесены к географической среде, что и создает трудности для развития общественно-географического страноведения. Таким образом, подход В. А. Анучина возможен, но это будет специфическое страноведение с экологическим и этнологическим уклоном. Такое страноведение обеспечивало бы связь двух ветвей географии, способствовало бы развитию общегеографической методологии и ее связям с этнологией.

Большой вклад в развитие учения об этносе и его взаимоотношениях с ландшафтом внес Л. Н. Гумилев. Он исходит из того, что с точки зрения географии этнос представляет собой группу людей, которая приспособила определенный ландшафтный регион к своим потребностям и сама к нему приспособилась. Если люди не научились или разучились приспосабливаться к естественным ландшафтам и находить в них оптимальный ' способ существования, это приводит к самым трагическим последствиям для этносов.

5. Концепция «географического страноустройства». В последние годы появился ряд публикаций, связанных с так называемым географическим страноустройством, что вызвано и потребностями практики, и потребностями науки в переходе от описания («коллекционирования» данных) к объяснению и конструированию. Задачи размещения производительных сил, создания оптимальной среды обитания ставят перед исследователем проблему поиска, выявления общих структур «устройства» страны.

Страна — это не просто сумма локальных и региональных систем, она обладает определенной «генеральной» территориальной структурой как результирующей сложного взаимодействия частных пронизывающих территорию всей страны структур (единой системы расселения, опорного каркаса расселения, единой транспортной системы, единой энергосистемы, макрорекреационной среды страны с ее отдельными специализированными районами, национальными парками и т.д.).

В результате сложного и противоречивого взаимодействия формируется единая территориальная макроструктура страны, познание которой и является предметом страноведения. В современном же страноведении рассматривается такое количество фактов и деталей, которое затемняет общую картину «строения» страны. Поэтому оно не испытывает при накоплении данных качественного скачка к обобщающему знанию, не создает моделей устройства страны, не может сформулировать общих закономерностей в интегральной структуре страны.	





Переход на новый уровень объяснения (модельный) возможен благодаря системному подходу, согласно которому информация об относительно небольшом количестве переменных служит достаточной основой для построения эффективных моделей, поскольку каждое явление в значительной степени управляется или контролируется ключевыми эмерджентными, или интегративными, факторами.

На рис. представлены картоиды, графически отражающие главную идею страноустройства.

Известны два подхода к страноустройственной концепции:

со стороны изучения соответствия складывающейся политики освоения страны (района) системе ландшафтов (идея А. Б. Басаликаса);

со стороны изучения целостной территориальной структуры хозяйства страны (идея И. М. Маергойза).

Итак, мы рассмотрели новые трактовки задач страноведения. В одних из них выражен методический подход к изучению предмета, а не его предметная сущность (проблемное страноведение, концепция соединения страноведения с изучением глобальных проблем, страноустройственный подход). В других делается попытка ответить на вопрос, что изучать (концепция территориальной структуры, анучинская идея «среды общественного развития»), а не как изучать.

	
Перечень ссылок

	

	1.Машбиц Я.Г. Комплексное страноведение. Смоленск: 1998. – 235с.

	2.Вопросы географии. Сборник 16. Страноведение: состояние и задачи. М.: Мысль, 1981. – 255с.

	3.Мироненко В.В.Страноведение: теория и методы. М.: Аспект Пресс, 2001. – 267с.

	4.Кочетов Э.Г. Геоэкономика. (Освоение мирового экономического пространства). М.:, 2002

	5.Україна у цифрах 2004. Статистичний довідник. К.: „Консультант”, 2005. – 263с.

	6.Ушакова Н.Г., Помінова І.І. Соціально-економічні типи країн. К.: ВД „Професіонал”, 2004. – 304с.

	7. Содружество независимых государств и страны мира. Статистический сборник./ Статкомитет СНГ – М.: 2002, -324с.

1