Феномен межплеменного и межэтнического договора (постановка проблемы половецкого компонента в этногенезе саха и кыргызов)

Феномен межплеменного и межэтнического договора (постановка проблемы половецкого компонента в этногенезе саха и кыргызов)

Василий Ушницкий

Договор между различными тюрко-монгольскими племенами и родами занимал большое место при этногенезе тюркских народов. Он обьединял различные тюрко-монгольские племена в единое целое, служил главным стержнем при формировании нового этноса. В тюрко-монгольской ойкумене Евразийских степей с VI вплоть до XIX вв., в составе различных кочевых обьединений встречались одни и те же племена и роды, родственные между собой, которые были потомками какого-либо крупного племени, некогда властвовавшего на весьма обширной территории, затем распавшегося на составные части. Поэтому изучение родоплеменного состава тюркских народов и их сравнение между собой представляет определенный интерес для исследователей. Считается, что этногенез кыргызов и саха проходил независимо друг от друга, на территориях, разделенных тысячами километров. Но на самом деле, был момент, когда этнические предки данных народов близко соприкасались друг с другом, входя в состав кимако-кыпчакского обьединения, что мы постараемся доказать в данном исследовании. Поэтому у них между собой много общего, чем между другими тюркскими народами, что представляется нам еще не изученным. 

Во многих преданиях саха рассказывается о том, что в глубокой древности, предки саха жили в стране Ураанхай. Оттуда они всем народом, со скотом и всем богатством переселились к берегам Байкала. В этой связи весьма интересно, что казахский востоковед, историк и археолог С.М. Ахинжанов утверждал, что реальным самоназванием народа кимак в арабо-персидских источниках было cлово уранкай. При этом, этноним уранкай представляется композитным, состоящим из двух слов, обозначающих змею в монгольском (кай) и тюркском (уран) вариантах. Данные олонхо же говорят о том, что в "Среднем мире" предков саха, на его западной части будто бы находится "Араат Байгал" или "Арылы Байгал". Исходя из этого, П.А. Ойунский располагал прародину саха "на востоке или в северо-восточном направлении от Аральского моря". 

Значит, у нас есть возможность связать предания саха о легендарной прародине Ураанхай - с уранкаями-кимаками, которые обитали в последние периоды своей истории вокруг Аральского моря. На территории Казахстана можно найти гору, речку, поселок и городище XIII-XV вв. под названием Уранхай. Кимаки - это народ, построивший огромный каганат "от верхней Оби до Нижней Волги и от низовий Сырдарьи до сибирской тайги в период с IX в. по XI в." Проблемы происхождения и потомства кимаков по данным современной науки не может считаться полностью решенными, не случайно Л.Н. Гумилев называл их "странным" или "позабытым" этносом. Обозначение "ус саха", могло восходить к территориальному делению кимаков на три области. Так, область Йагсун-йасу охватывала территорию Барабинских cтепей, в ней жили сами кимаки. Как выше говорилось, есть довольно веские основания связывать предков народа "ураанхай-саха" с уранкаями-кимаками. Можно привести тот факт, что ряд дореволюционных исследователей, на основании фольклорных источников, прародину саха связывали с Барабинскими степями. 

Весьма любопытно, что в кимакской области Кыркырхан, по сведениям "Худуд-ал-Алам" жители некоторыми обычаями напоминали кыргызов. По древней версии эпоса "Манаса", Манас был внуком Каркары. Народ же Манаса именовался кыпчаками Каркары. Кыргызские племена именуются в этом сочинении чаще кыпчаками и сравнительно редко кыргызами (напомним, современный кыргызский язык принадлежит к кыпчакской группе). Также отмечается, что с ними одного происхождения были и кыпчаки Джетти-кашка, жившие в области Ульмас-Кулан. В "Маджму ат-Таварих" "джети-кашка" - это потомки Ак-Тимур-кыпчака, выезжавшие на семи серых лошадях с белыми пятнами на лбу. 

Этимология имени Манаса до конца не выяснена. Нужно отметить его безусловную связь с обозначением родоплеменной аристократии кыргызов - манапами, название которых сходится с якутским словом мааны - "лучшие", "знатные" люди. Данные термины, по-видимому, восходят к слову манихей или к имени пророка Мани. Как известно, знать, аристократия Кыргызского и Кимакского каганатов исповедовало манихейскую религию, которая была чужда простому народу. Таким образом, в имени Манаса следует увидеть образ родоплеменной знати, его богатырей, защищавших кыргызский народ от враждебных племен. 

В исторических преданиях саха, есть предания о племени кыргыс, переселившемся из южной страны во времена прибытия на Среднюю Лену Омогой Бая и Эллэй Боотура. Однако на Средней Лене не известен факт существования отдельного племени кыргыс, если не принимать во-внимание наличие небольшого рода кыргыс - кыргыдай, который, видимо, был частью народа туматов. Зато на Иртыше, отдельные группы (скорее всего военные отряды) енисейских кыргызов проникали в места расселения кимако-кыпчакских племен. 

Взаимопроникновение кимаков и древних кыргызов и их культурно-этническая интеграция очевидна. К XI в. в кимакском каганате образуется целая область со смешанным населением, причем имело место именно древнекыргызское проникновение в районы кочевания кимакских племен. Однако известно и о военном противостоянии между кимаками и кыргызами. Страна кимаков была обьектом активной военной экспансии древних кыргызов. В свою очередь, кимаки также не оставались в долгу, кыргызы имевшие 4 города в стране кимаков, "особо должны опасаться предприимчивости царя кимаков, воинственного государя, который находится почти всегда в состоянии войны со своими соседями". В языке саха, слова "кыргыс", "кыргыhыы" означают "сражение", "битва". Видимо, в результате векового противостояния предков саха кимаков-уранхаев енисейским кыргызам в исторической памяти народа название воинственных кыргызов стала прочно ассоциироваться с понятием о сражениях и битвах. 

Весьма интересно то, что кыргызов XV в. именовали "арслан кыргызлар" Моголистана, которое современники истолковывали как "львы" - кыргызы. Следует напомнить, то, что второй основной эпитет - к имени Манаса "арслан", воспринимаемый как "лев". В этой связи следует привести тот факт, что глава враждебных предкам саха племен нижнего мира носит имя Арсан Дуолая. Данное прозвище якутские фольклористы Н.В. Емельянов и В.М. Никифоров производят от слова Арслан. 

Во II тюркском каганате вторым по значению родом-племенем после рода Ашина, был род Ашидэ, из которого происходил Тоньюкук. Племя, обозначенное в летописях как ашидэ, имело тюркское имя арслан "лев". Он был катунским, находясь в брачных отношениях с Ашина (вспомним Айына Сиэра - прародителя саха). Cледует отметить и то, что басмылы также обозначались термином ашина и шары, и находилась в брачных отношениях с ашина - каганами, выступая по отношению к ним как женский род. В этой связи следует привести тот факт, что в Центральной Азии есть каменные изваяния львов, стоящие у поминальных комплексов тюркских каганов. В Минусинской котловине известны и два "каменных изваяния в виде маленьких львов", близкие древнетюркским. 

Одной из характерных черт кыргызских преданий является отражение в них особого почитания предками кыргызов духов воды. Духи воды-реки являлись главными божествами также у кимакских племен. Главным обьектом поклонения были духи реки Иртыш. "Кимаки оказывают уважение этой реке, почитают ее, поклоняются ей и говорят: "Река-бог кимаков", - писал о них Гардизи. В сочинении ал-Бируни есть сообщение о том, что в стране кимаков имеется "источник пресной воды... в горах, называемых Манкур, ...иногда из него пьет целое войско... Около этого источника следы ног, рук с пальцами и колен человека, который молился здесь, следы ребенка и копыт осла; тюрки-гузы поклоняются им, когда видят их". В этой связи, можно привести сообщение о том, что в горах Бегазы (недалеко от г. Каркаралинска) много древних наскальных рисунков, изображающих козлов, лошадей и следы копыт. Одну из этих групп казахи связывали с богатырским конем Манаса - Кула ат. В кыргызской легенде о происхождении озера Иссык-Куль в записи Ч.Валиханова, речь идет о хане с ослиной головой. В Таласе бесплодные женщины с целью лечения от бесплодия пили воду из источника (родника) недалеко от мазара Манаса. По преданиям, источник образовался на месте следа, оставленного копытом коня Манаса. Вода этого источника якобы способствовала оплодотворению женщин. 

К этому следует добавить то, что во время первого праздника саха "ыhыах" Эллэй благословил божеств айыы и совершил обряд вызывания страсти дьалын тардыы. У саха существовал весенний обряд вызывания сексуальной страсти у женщин, когда женщины изображали из себя кобылиц. С этим В.Е. Васильев сравнивает представление золотоордынских кочевников, согласно которой, возможная беременность женщины зависела от оплодотворения ее кобылы. В эпизоде эпоса ''Идиге и Тохтамыш" девушка говорит Идиге, что прежде с ней наслаждался Альп, и в тот день ее кобыла играла с жеребцом того великана". 

Имеется предание, согласно которому предок саха - Омогой Баай жил в далекой стране народа Монкуур. Как выше говорилось, арабский автор Ал-Бируни писал, что в центре кочевий кимаков находилась гора Манкур. Другой автор, но уже XIV в. ад-Димашки среди кыпчакских племен упоминает племя манкуроглы. Так как около горы Манкур обитали кимаки-уранкаи, то видимо этот топоним позднее стал одним из их обозначений. 

Во всех циклах эпоса "Манас" описываются переправы через реки, сопряженные с риском для жизни героев, со сценами их утопания и спасения, что, возможно, представляет тему смерти и воскресения водного божества. В кимакской легенде есть интересная деталь об омовении в Иртыше жены предводителя кимаков, что представляло собою символический акт общения (оплодотворения) с духом воды. В "Эллайаде" также широко встречается мотив о переправе героя через реку. Также говорится о прекрасной женщине, живущей на дне моря, которое оказывается духом воды. 

Название "киргиз-кайсаки", "киргизы" под которым обозначали казахский народ в русскоязычной литературе и документах с XVIII в. до З0 -х годов прошлого века считается ошибочным названием. Однако, указывая на вышеприведенные факты, следует указать на то, что эти названия могли относиться к древней степной традиции, под которым привыкли обозначать обитателей казахских степей. Ведь в территории Центрального Казахстана в средние века (IX-XI вв.) в период Кимакского каганата проживало многочисленное кыргызское население, входившее в состав кимаков - уранкаев. Раскопанные на данной территории кимакские города, судя по вышесказанному сообщению принадлежали кыргызам. Нужно напомнить и то, что кимаки имели письменность енисейского типа, попросту позаимствовав ее от кыргызов. Названия кимакских городов и местностей, представленные в сообщениях восточных писателей, по-видимому принадлежат кыргызам - наиболее культурному элементу в составе кимаков-уранкаев. Так в них фигурируют горы Гиргир (Кыркыр), реки Шария (от сары, шары) и Гамаш - Иртыш (от енис. Кем, Кам - река). 

В кыпчакскую эпоху (XII-XIII вв.)кыргызский элемент как бы исчезает из степей Казахстана. Племя кыргыз не представлено в списках кыпчакских племен. Спрашивается, куда же подевался благословенный народ Манаса? Однако, можно обратить внимание на кыпчакскую легенду, которая относится к периоду завоевания территории степей Восточной Европы монгольскими завоевателями, которую приводит египетский (мамлюкский) автор Рукн ад-дин Бейбарс. В ней рассказывается о войне некоего Монгуша из племени дурут (тортуул) с Ак-Кубулом, владыкой племени токсоба. Весьма интересно то, что имя Монгуш является названием кыргызского племени монгуш из правого крыла, и его родоначальником считается некий Ак-Кубул. Как свидетельствует ономастика, кыргызы дошли не только до Средней Азии, но и Предуралья, Северного Кавказа, Астрахани, Крыма. Имеются в степях Южной Руси и названия местностей с корнем ман, например река Маныч. Можно отметить и присуствие племен кыргыз и монуш в составе башкир. Следует подчеркнуть и близкие культурно-исторические связи кыргызов с мангытами-ногаями. Так, по кыргызским преданиям, Манас был ногайским (мангытским) мирзой. В этом можно увидеть факт возможной принадлежности предков кыргызов к половецкому обьединению, историческими преемниками которых являлись ногаи. 

Следует отметить и то, что среди племен - народов покоренных монголами в Восточной Европе упоминаются керкисы. Считается, что под этим названием фигурируют черкесы. Это также интересно. Так как этноним черкес широко встречается в тюркской среде, и в общем-то, считается синонимом другого - кергис. Среди казахов имелся род шеркес, название которого сравнимо с родом саха Сэргэччи в Ботурусском улусе. Кыргызско-черкесские параллели этим не ограничиваются. Так, название черкесского народа адыге сравнимо с именем кыргызского племени адыгене, которого в свою очередь сравнивали с именем рода саха уодугэй. Следовательно, можно предположить, что в этногенезе черкесов на Кубани (от куба-куманды) мог принимать участие тюркский кочевой элемент, связанный с кыргызами - черкесами. Еще также бесспорно то, что он связан с словом черкас - обозначением тюркских групп населения, принимавших православие и селившихся в русских землях, еще со времен древнерусских княжеств вплоть до присоединения Украины к России. В них следует видеть основное ядро этнической группы казаков в составе восточнославянских народов. Черкасами называли, прежде всего, запорожских казаков, иногда донских и волжских. Западноевропейский путешественник XV в. Герберштейн упоминает о двух групп горских черкасов, одно на Кубани и другое глубоко на Кавказских горах, христианах со славянским языком. В них следует видеть предков кубанских и терских казаков. 

Весьма интересно, что по сообщениям западноевропейских путешественников карачаевцев называли кара-киркез, т.е. черные черкесы. Средневековое наименование карачаевцев - кара-куиркуез. Другой западноевропейский путешественник называл их, наряду с этими названиями, также куманами. На основе сопоставления известия Ибн-аль-Асира с фактом принадлежности карачаевского языка к половецкому кругу, можно придти к заключению, что предками нынешних карачаевцев была та часть половцев, которая во время монгольского нашествия в XIII в. покинула свои степи и укрылась в горах Кавказа. 

Следует указать на то, что в отечественной и зарубежной историографии сложилось мнение о том, что кипчаки западных источников были куманами. В западноевропейских, византийских, армянских, грузинских источниках кыпчаки называются с позиции их языка по-своему - команы, куманы, валаны, плавцы, хардиаш. Например, по мнению профессора О. Притцака, термин "куман" в названии кумандинцев адекватен названию "половец" и "кыпчак". Однако известные исследователи П. Пелльо, К. Цегледи, А.Н. Кононов и Б.Э. Кумеков разделяют куманов и кыпчаков. Например, Б.Э.Кумеков утверждает, что на востоке и на западе Дешт-и-Кыпчака были племена или группы племен, носившие общее, обьединявшее их самоназвание - куман, и они просто находились под политическим влиянием кыпчаков. В этой связи следует привести тот факт, что родоначальниками левого и правого крыла кыргызов считаются Кобул и Ак-Куу огул. Также встречаются родоплеменные названия у кыргызов - куба, кумач, кызыл, сарычаа из племен сары-багыш. В кыргызском языке слово куба имеет значение - белый, бледный, блондин, в казахском - куба жигит - бледнолицый парень. В языке саха есть слово "куба манан", "кубагай"-"светлый", "светло-белый", "бледный". 

По одной точке зрения куманы сопоставимы с народом сары ал-Марвази. Например, как считал С.М.Ахинжанов, этнонимы "куман" и "сары" обьясняют внешний облик кыпчаков-половцев. В.В.Бартольд впервые высказал предположение, что этноним "половцы" - это калька с тюркского этнонима "сары (к)". Однако бытование этнонима сары(к) у среднеазиатских народов, казахов и башкир приводит к мысли, что в средние века "сары(к)" ("желтый"), видимо, было наименованием крупного тюркоязычного племени. По мнению же С.Г. Кляшторного, половцы отличны от кыпчаков и являются потомками части басмалов, прозываемых шары. Русским источникам половцы были известны, кроме названия команы, под названием сарацин, сорочин, срачин, сорочинин. Весьма показательным представляется тот факт, что западноевропейские и древнерусские источники не знакомы с этнонимом кыпчак. В якутском эпосе-олонхо часто встречается слово "сараhын" - бледноликая в применении к дочери абааhы, применительно к дочери Сах. В некоторых текстах олонхо упоминается сараhын улууhа, т.е. "племя лукавых". Есть упоминание и о спрятавшихся в ветвистых деревьях аймахе сараhын. 

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что в старинных преданиях саха, их имя иногда чередуется с названием Саара. Например, в олонхо предком народа "ураанхай-саха" выступает Саха Саарын тойон. Или же первоначальное место, где остановились предки саха на Средней Лене, это озеро Сайсары или Сахсары. Сахсара-древнее название Лены. Иногда Саара - имя жены Омогоя, в то же время Эллэй - саха. По фольклорным источникам, предком саха в некоторых случаях является женщина из племени кыргыс по имени Сайсары или Сахсары. В этой связи заслуживает внимания отождествление П.А. Ойунским персонажей олонхо-прародителей саха Саха Саарын тойона и Сабыйа Баай хотуна с героями казахского эпоса "Баян Слу" - Сары-баем и Сабыйа Хатуном. 

Следует сказать, что Сары-бий считается родоначальником всего кыргызского народа. С этим можно сравнить данные якутских преданий о том, что "Эллэй - выходец из племени кыргызского хана Сарабая". По одним фольклорным данным, предки саха "пришли из страны, находящейся на три тысячи верст южнее того места, где стоит Иркутск. Киргиз Сарабай Тойон и его жена Сайсар, родом татарка, с детьми своими отправились со своей родины на север. Сарабай Тойон умер в том месте, где ныне стоит Иркутск, а жена его с детьми отправилась дальше и прибыла на то место, где ныне стоит г. Якутск". Т.е. на основе данного фольклорного источника, можно сделать вывод о принадлежности предков саха к кыргызскому (половецкому?) обьединению, от которых они потом откололись. 

Р.Г.Кузеев, исходя из распространенности этнонимов, топонимов, гидронимов с элементом "сары" (Сары-тау, Сары-кехер, Сары-юрт, Сары-су и др.) на огромной территории Дешт-и-Кыпчака связывает данный этноним с эпохой возвышения кыпчаков. Поэтому эпонимы Сарабай, Сайсары также связывают саха с кыпчаками и с кыргызами. Весьма любопытно, что в Хакасии имеется хребет под названием Сахсаар (что означает "военный город"), где на основной вершине расположена средневековая крепость. К востоку от нее найдены остатки большого столичного города. 

Множество исследователей, изучавших половецкую проблему, заявили о том, что этнонимы сары и куман - желтый, половый, белокурый относились к внешнему облику куманов - половцев. Китайские и арабо-персидские источники особо подчеркивали среди тюркских народов европеидный облик енисейских кыргызов (рыжие, белокурые), отличая их от других, также европеидных, но относящихся к южной ветви. На самом деле, если внимательно изучить все материалы, наблюдения арабо-персидских и европейских авторов и замечания поздних историков о белокурых и стройных тюрках племени команов-половцев-кыпчаков относятся исключительно к западной ветви кыпчаков. 

Весьма любопытно то, что этноним куманды известен кроме этого только на Алтае. Весьма интересно то, что русский ученый Н.И. Ядринцев среди кумандинцев еще в XIX в. отмечал наличие белокурых особей. Этнические корни тюрко-монгольских племен невозможно выяснить без изучения института свойства - брачных договорных отношений между разными этническими группами. Следовательно, сары-куманы представляются нам синтезированной группой между шары-басмылами (басмыльская группа Ашина), кыргызо-черкесами и собственно кимако-кыпчаками. 

На основе арабских источников о кипчаках, установлено, что в IX-X вв. между Северным Приаральем и Южным Уралом кочевала отдельная группа команов (куманов), которая в начале IX в. "попала под политическое влияние кыпчаков". Спрашивается, какое племя могло фигурировать под данным названием? Исходя из вышеприведенных материалов, можно установить, что под данным именем скрываются те-же кыпчаки или кимаки области Кыркырхан, т.е. кыргызы. В середине XI в. именно команы составили авангард западной миграции степных племен, вероятно, всего политически стимулируемый кипчаками, но возглавленной команами-шары. Казахский востоковед Б.Э.Кумеков на этой основе, выдвинул версию о существовании и этническом развитии трех отдельных народов: кыпчаков, куманов и кимаков и пересмотре представления о едином массиве кыпчакских племен от Иртыша до Дуная. Безусловно, данное разделение восходит к делению Кимакского каганата на три вышеозначенных области. Возможно, именно на этой основе возникло этническое ядро трех близко родственных тюркских народов: казахов, кыргызов и саха. 

Весьма загадочным представляется и происхождение самого племени кыпчак, реальное упоминание которого встречается только в поздних источниках. Согласно легенде об Огуз-кагане, кыпчаки были одним из 24 племен огузов. Мальчик, получивший имя Кыпчак, ставший персонифицированным этнонимом, появляется после неудачного похода Огуз-кагана на племя ит-барак. В.Ф. Минорский высказал предположение о том, что мифическую страну ит-бараков следует искать на Енисее, где обитали в тот период киргизы. Таким образом, в этногенезе кыпчаков активное участие могли принимать древнекыргызские племена. О многом говорит и близость кыргызского и некоторых диалектов хакасского языка к кыпчакским языкам. 

Следовательно, кыргызы еще ранее проникшие в кимако - кыпчакскую среду, затем могли уйти еще дальше на запад. Представляя тем-самым западную ветвь единого кыпчакского сообщества. Именно они могли быть известны под названием сары-куманы, на славянском языке - половцы из-за своей характерной внешности. Но данное утверждение отнюдь не противоречит тому факту, что в составе западных кыпчаков - половцев были широко представлены также представители других тюркских племен-народов: уранкаи-каепичи, котаны-куны, остатки ранних тюркоязычных кочевников Европы, особенно печенегов, огузов, а также канглы. Но среди них, по-видимому, преобладали в численном отношении бывшие жители кимакской области Кыркырхан, заметно отличавшиеся своей характерной внешностью среди других тюркских народов. Полная интеграция и слияние ушедших на запад кыргызов среди кимако-кыпчакского сообщества привела к возникновению единого этнического самосознания с ними и временной утрате этнонима кыргыз в их среде. Поэтому новым их обозначением стало куман и сары - слова, происхождение которых было связано с внешностью кыргызов - потомков динлинов. 

Внутри обширного кыпчакского союза племен (XI и XIII вв.), от Иртыша до Дуная существовали отдельные племенные группировки - прообразы будущих тюркских народов с кыпчакскими языками. Некоторые из них были потомками других племен, проникших в европейские степи задолго до куманов-кыпчаков. Так в составе кыпчаков-половцев упоминается племя башкорт (потомки древних мадьяр) - предки современных башкиров, караклобуки или черные клобуки (потомки печенегов) - союзники русских князей, в том числе известного Игоря Святославича в войнах против половцев - предки современных каракалпаков. Были еще загадочные саксины или сахсы - поволжская группировка кыпчаков-половцев, проживавшее на территории Нижней Волги - бывшей Хазарии, современной Калмыкии. Они видимо были группой племен огузского происхождения и имели язык огузского типа, как и саха. В этой связи, следует привести ряд материалов, на основании которых можно утверждать о связи кыпчакских предков саха скорее с западным обьединением кыпчаков - половцами, чем с восточными - казахстанскими. 

В "Эллайаде" также есть десятки преданий об отце Эллэя Джура-хане, который воевал с русскими и когда последние победив начали истреблять татар, Эллэй переселяется в другое место, точнее на Среднюю Лену. Данный персонаж присуствует и в предании, записанном С.И. Боло. Там он носит имя Суура Хаана (Шури-хана) из татар. Надо сказать, что Шури-хана, который воевал с русскими, в XIX в. считали своим предком часть саха, а именно каглассцы. В некоторых преданиях даже уточняется, что он якобы воевал с Иваном Грозным. Однако действительно, во времена Владимира Мономаха был знаменитый половецкий хан Шарукан, в течении 40 лет грозивший существованию Древней Руси. Так вот, С.М.Ахинжанов считал династию Шаруканидов династией племени уранкай (кимак). Таким образом, не исключено, что Эллэй т.е. кыпчакские предки саха могли происходит от донских половцев. 

Возможно, фольклорный образ Шури-хана связан с героем татарско-казахского фольклора Чора-ханом или Шора-батыром, который также воюет с русскими. Однако прототипом его считается казанский витязь Чора Нарыков, отличившийся при обороне Казани от захватчиков. Но врядь ли прообраз одного батыра мог служить поводом для возникновения целого эпоса у тюркских народов. Таким героем мог являться половецкий хан Шарукан, легенды о котором можно сказать пережили века как среди его потомков, так и врагов. Кстати так же считал Н.А. Баскаков. 

Наша убежденность в тождестве половцев, точнее их аристократии с этническим ядром современных тянь-шанских кыргызов не была бы такой полной, если бы она не подкреплялась множеством археологических и этнографических наблюдений, имеющих этнокультурные параллели с якутскими материалами. Так Ибн-Баттута оставил описание теплой шапки кипчаков, называемой кула, идентичной по форме и названию с кыргызской шапкой "кулла". Старинная конусовидная шапка саха - чомпой с высокой макушкой и удлиненными наушниками, опущенная по краям длинноворсным мехом росомахи, соболи и рыси также сходствует с ней. Мужской головной убор - колпак, бытующий в настоящее время у кыргызов по форме идентичен изображению высокой войлочной шапки с загнутым вверх полями на половецких статуях. Якутская шапка, образующая в верхней части купол типа шатра, (так называемая шапка-ермолка) также восходит в своих истоках к ней. 

У якутов наездников-скотоводов в старину бытовала ныне совершенно забытая одежда-набедренник (бэлэпчи), генетически и этимологически связанная с киргизским "бэльдэмчи". Из-за этого, ранее ее считали заимствованием от курыкан. Но в последнее время появилось сообщения, что найден исторический прототип киргизско-казахских белдемчи. Это распашная юбка средневековых половцев европейских степей. Как известно, именно с половцами-куманами в степях Восточной Европы распространяются каменные бабы, почти не встречающиеся у восточных кыпчаков. В этой связи следует сказать, что в Минусинской котловине в раннетюркскую эпоху широко отмечается возведение антропоморфных каменных изваяний, привнесенные древними тюрками. Позднее это традиция у енисейских кыргызов совершенно исчезает, видимо в связи с уходом группы населения, связанной родственными отношениями с древними тюрками. 

Следовательно, есть основания утверждать о том, что роль кыпчакского этнического элемента в происхождении поздних дештикыпчакских кочевников (узбеков, казахов и ногайцев) довольно сильно преувеличена и совершенно еще не оценена в этногенезе кыргызов и саха. Нужно сказать, что большая часть обитателей восточной части дештикыпчакских степей была физически уничтожена монгольскими завоевателями, часть попала в качестве рабов в страны Ближнего Востока (от них пошли мамлюки - славные правители Египта и Сирии). Батый и Менгу-хан вывозили кыпчакскую аристократию, батыров-богатырей их племен из Восточной Европы в Монголию и Китай, где они составили гвардию монгольских императоров в Юаньской империи, наряду с полками аланских и русских воинов. Также массовому геноциду и выселению подверглись кыпчаки Восточного Казахстана (Сыгнака) - страны Уйгур, так как армия Хорезма состояла из воинов племен канглы и уран, происходивших из данных местностей. Мать хорезмшаха Мухаммеда Теркен-Хатун со своими сородичами из данных племен, была выселена в Монголию. Там кыпчакские ханы попали в рабство к рядовым монгольским кочевникам, до времен Хубилая, который опирался на них и обьединил их в единый корпус. 

Сравнительно мало от монголов пострадали кыпчаки Западного Казахстана, на этнической основе которых произошли ногаи, башкиры, татары и казахи, также узбеки-кыпчаки. Нашему предположению о возможном участии кыпчаков-половцев в этногенезе саха и кыргызов противостоит убежденность почти всех исследователей разных времен и народов в их европеидности. Ведь кыргызы являются наиболее монголоидным народом из всех народов Средней Азии, а саха вообще из всех тюркских народов. Следовательно, можно утверждать о том, что переселенные кыпчакские воины составили аристократию, верхушку новых этнических формирований, основную массу составляли коренные роды саяно-алтайских народов: туматов и енисейских кыргызов (ошибочно называемых хакасами). 

При этом разделение единого кыпчакского сообщества на две ветви могло происходит исходя из древнего этнического родства между половецким элементом (сары-куманским) и енисейскими кыргызами и не менее древней вражды их с кимако-кыпчакской (уранхай-саха?) группой. Следовательно, в данное время происходило слияние двух групп кыргызов: енисейских и кыпчакских в единый этнос. Позже после их разделения, кыргызы перекочевали в Восточный Туркестан и постепенно ассимилировали своих бывших господ - монгольские племена, составлявших этническое ядро государства Моголистан. В свою очередь предки саха - кыпчакские воины на территории Прибайкалья, по фольклорным источникам ассимилировали часть бурятских племен батулинцев и хоринцев, которую можно дополнить археологическими, этнографическими, антропологическими и языковыми материалами. 

Как утверждает хакасский ученый Л.Р. Кызласов, центральноазиатские кыргызы в эпоху Монгольской империи являлись вассалами юаньских феодалов. Они были родственны кыпчакам и входили в одну армию с ними, которой командовал кыпчакский хан из династии эльбури и юаньский генерал Тутуха. Это армия в 1292-1293 гг. в крови подавила восстание енисейских кыргызов и туматов на Саяно-Алтае, и разместилась на их территории. Подвиги эпического героя Манаса заканчиваются тем, что он погибает от стрелы пущенной неким Токтукой, отождествляемого кыргызским ученым Б.Э.Молдобаевым с исторической личностью Тутухи. Т.е. древнекыргызская государственность заканчивается с гибелью родоплеменной аристократии в ходе борьбе против монгольских завоевателей, при этом верными проводниками политики юаньских императоров на юге Сибири, в Китае и Юго-Восточной Азии были переселенные кыпчаки. 

Тюркоязычных предков саха также следует увидеть в этих кыпчакских воинах. Дореволюционные исследователи, на основе фольклорных источников, предков саха выводили с Енисея. Следует напомнить, что с саяно-алтайскими народами саха связывает единая основа в материальной культуре связанная с средневековыми кыпчаками. Поэтому у нас есть основания связывать Тутуху с сыном Эллэя Аан-Татыйык, во времена которого, по словам И.Линденау, предки саха давали достойный отпор кыргысам и монголам. 

Далее при распаде Юаньской империи в конце XIV в. земли по Среднему и Верхнему Енисею отошли к ойратам, которых в 1399 г. возглавила кыргызская династия. Ее основатель Угэчи-кашка отменил прежнее название Юань, и учредил новое название владения и народа Дадань, т.е. татар. Однако в 1468 г. обьединенные силы монголов во главе с Мандухай-Сайн-Хатун в местности Таш-Тураду нанесли поражение ойратам. С этого времени ойратское государство Татар (1399-1469 гг.) пришло быстро в упадок и рассеялось. Возможно, именно с этими фактами связано множество вариантов в преданиях саха, согласно которым их предки Омогой и Эллэй предстают выходцами из татар или кыргысов. 

Cледует выделить существование двойного названия кыргызского этноса: кыргызы и буруты. Следует отметить, что в якутском языке, существует слово "бурут", одноименное с обозначением среднеазиатских кыргызов. Поздние бурятские исследователи сделали вывод об ошибочности отождествления данного этнонима с самоназванием их народа. Замечание Г.В. Ксенофонтова о том, что среди саха могли очутиться буруты в качестве военнопленных, и находились в постоянном давлении, хорошо согласуется с тем подневольным, угнетаемым положением, в каком находились предки кыргызов в кимакском государстве. В то же время, сравнение слова "бурут" с собакой, видимо было продиктовано тем фактом, что собака - была тотемом, прародителем кыргызов. 

Буруты упоминаются и в составе конфедерации монгольских племен, возглавляемых Джамухой-сечен. Буруты остались в Хакасии и Горном Алтае, где до недавних пор имелись рода бюрют, парат, пурут. Возможно, именно они были упомянуты как племя бурийат или ойрат-бурийат. В составе обьединения восточнокыпчакских (половецких) племен позднего периода можно встретить племя барат или б-р-т (бурут?), относящиеся к аристократической группе, как и представители племен дурут и токсоба. Весьма любопытно то, что в памятниках кочевых ногайских племен золотоордынского периода археологами отмечается появление предметов аскизской культуры енисейских кыргызов. 

Говоря о кыргызо-бурятской, или саха-кыргызской этнической связи нельзя не привести факт существования третьей группы кыргызов под названием ичкилик-булгачи, не относящейся к двум крылам кыргызского народа и где, по мнению К.И. Петрова, даже не знали имени Манаса. Т.е. ичкилик-булгачи явно иноплеменники в составе кыргызского этноса, об этом говорит и их диалект, общий с уйгурскими наречиями. Вслед за К.И. Петровым можно сказать о том, что они явно связаны с лесными племенами Баргуджин-Тукума под названием керемучин и булагачин, в которых совершенно справедливо усматривают предков бурятских племен эхирит-булагачин, первоначальных носителей этнонима бурят. Дело усложняется еще тем, что булагаты по антропологическому типу вместе с саха составляют единую ангаро-ленскую группу центральноазиатской расы. При этом можно добавить этнографические и языковые материалы, на основе которых, И.В. Константинов саха считал народом составлявшим единое целое с приангарскими булагатами, а Б.О. Долгих с верхнеленскими эхиритами. 

Однако современные кыргызские этнографы утверждают, об исконной принадлежности ичкилик-булгачинов к кыргызскому этносу, отвергая какую-либо их связь с монгольскими племенами. Весьма любопытно и то, что племена канды и кыпчак входят в состав как-раз группы ичкилик - т.е. внутренных. Вот такая особенность межэтнического договора между саха, кыргызами и бурятами ставить множество вопросов этногенетического характера, и от должного подхода к ней зависит распутывание сложного узла проблем, связанных с их этногенезом. 

Якутские предания говорят о том, что Омогой Баай - предок саха был из рода Боотулу или "батулинского племени". В то же время подчеркивается, что эти батулинцы были бурятским племенем или же народом "бырааскай". Среди четырех древнеойратских племен домонгольской эпохи, мы находим племя под названием батут. Батуты участвовали в формировании ойратов - джунгар и позже калмыков. Здесь же следует подчеркнуть тот факт, что батулинцы в источниках иногда именуются батуринцами, а этноним батут-багатут считается производным от термина батур-багатурь. Данное утверждение опирается на тот факт, что формы якутских монголизмов соответствуют формам калмыцкого (ойратского) языков. 

Следовательно, для изучения этногенеза кыргызов и саха, могло бы стать перспективным изучение сведений монгольских летописей об ойратах XIII-XV вв. Ойраты имели славную и бурную историю. Известно, что они боролись за главенство над всей Монголией и громили китайские армии. В кочевое обьединение, возглавляемое ими, тогда входили как предки саяно-алтайских народов, так и хоринцы и предки среднеазиатских кыргызов. Не исключено, что среди них могли быть и предки саха. Надо заметить, что наиболее ранние исследователи саха, утверждали с их слов, что они отделились либо от калмыков-джунгар, либо от монголов. Ойрат-монголы именовали своих северных соседей кыргызов на свой лад кыргу (кергуд). Таким образом, у нас есть основания связывать племя кергуд в четырехплеменном ойратском союзе XIV-XV вв. с предками кыргызов, а племя батут или бахатутэ с батулинцами - предками саха и булагатов. После вышесказанного разгрома одна крупная группа ойратских племен, перекочевала на территорию Восточного Туркестана, с этого времени берет начало этнической истории ойратов-джунгар, кыргызы же остались в Моголистане, тем самым сохранившись как отдельный народ. Другая, менее многочисленная группа этих татар-ойратов, а именно батуты-батулинцы вместе с зависимыми им кыпчакскими воинами могла уйти в сторону Байкала. 

Как видно, при изучении этногенеза тюрко-монгольских народов следует прояснить феномен межплеменного и межэтнического договора между ними. Поэтому, изучая проблему этногенеза саха, поневоле приходится залезать в дебри этнической истории древних и современных тюрко-монгольских народов и иногда не только их. Как показано, невозможно выяснить многие проблемы этногенеза таких родственных народов как бурятов, саха, кыргызов, калмыков и казахов без уяснения существования межэтнической связи между ними. Только параллельное изучение может дать материалы, способные открыть некоторые неизученные моменты в данном вопросе. Изучая проблему этногенеза саха, приходится признать феномен тесного межкультурного и межэтнического диалога между алтайскими народами и не только ими. 

Следовательно, многие народы, реальное упоминание о которых относится к позднему периоду, могли быть синтезированными группами, возникшими в результате смешения представителей разных народов. Еще большое смешение происходило в монгольскую эпоху, когда на протяжении Евразийских степей и сопредельных территорий существовала сначало единая империя, распад которой на составные части способствовал возникновению новых народов: прежде всего саха, кыргызов и казахов. Поэтому этот момент надо особенно учитывать при изучении этногенеза тюрко-монгольских народов. Следовательно, прародиной этих народов была вся территория Евразийских степей. Именно поэтому нам так трудно определиться с местом и временем образования этнических предков саха. 

Список литературы

Абдрахманов А.А. Этимологические исследования средневековых топонимов Центрального Казахстана (Сарыарки) // Проблемы этимологии тюркских языков. - Алма-Ата: Гылым, 1990; 

Ахинжанов С.М. Кыпчаки в истории средневекового Казахстана. - Алма-Ата: Наука, 1989; 

Байчоров С.Я. Этимология этнонима ас // Проблемы этимологии тюркских языков. - Алма-Ата: Гылым, 1990; 

Бейшеналиев Т.О. Гибель ойратского государства татар и переселение кыргызов на Тянь-Шань. // Происхождение кыргызов. - Бишкек, 1995; 

Бичурин Н.Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. - М.- Л.: Изд-во АН СССР, 1953. - Т.III; 

Боло С.И. Прошлое якутов до прихода русских на Лену. /По преданиям якутов бывшего Якутского округа/ - Якутск: Нац. кн. изд-во "Бичик", 1994; 

Кумеков Б.Е. Арабские источники по истории кыпчаков, куманов и кимаков VIII - нач. XIII вв.//Дис. канд. ист. наук/СПб.РАН.ИВ.СПб. филиал.- СПб., 1994; 

Гоголев А.И. Якуты (Проблемы этногенеза и формирования культуры). - Якутск: Изд-во ЯГУ, 1993; 

Гумилев Л.Н. Тысячелетия вокруг Каспия. - М: "Мишель и К", 1993; 

Гумилев Л.Н. Тысячелетия вокруг Каспия. - М: "Мишель и К", 1993; 

Жирмунский В.М. Тюркский героический эпос. - Л: Наука, 1974; 

Иванов В.Н. Русские ученые о народах Северо-Востока Азии (XVII - начало XX вв.). - Якутск, 1978; 

Исторические предания и рассказы якутов. - М.-Л., 1960. - Ч.I; 

Кляшторный С.Г. Кыпчаки в рунических памятниках // Turcologiga. - Л., 1986; 

Кляшторный С.Г. О статье Кызласова "О самоназвании хакасов" // Советская этнография. - 1992. - N:2; 

Кононов А.Н. Родословная туркмен. Сочинение Абу-л-Гази, хана хивинского. - М.-Л., 1958; 

Ксенофонтов Г.В. Ураанхай-сахалар. Очерки по древней истории якутов. - Якутск, 1992. - Т.I. - Кн.I; 

Ксенофонтов Г.В. Эллэйада: материалы по мифологии и легендарной истории якутов. - Новосибирск: Наука, 1977; 

Кумеков Б.Е. Арабские источники по истории кыпчаков, куманов и кимаков XIII - нач. XIII вв.: Диссертация в виде научного доклада д-ра ист.наук. - СПб. РАН ИВ СПб филиал; 

Кумеков Б.Е. Государство кимаков IX-XI веков по арабским источникам. - Алма-Ата, 1972; 

Кызласов Л.Р. История Южной Сибири. Учеб.пособие. - М., 1984; 

Кызласов Л.Р. Кыпчаки и восстания енисейских племен в XIII в. // СА, 1980. - N: 2. 

Кызласов Л.Р. Письменные известия о древних городах Сибири. Спецкурс. - Изд-во Моск. ун-та, 1992; 

Кюнер Н.В. Китайские известия о народах Южной Сибири, Центральной Азии и Дальнего Востока. - М., 1961; 

Лавров Л.И. О некоторых этнографических данных по вопросу происхождения балкарцев и карачаевцев // О происхождении балкарцев и карачаевцев. - Нальчик, 1960; 

Линденау Я.И. Описание народов Сибири: (первая половина XVIII века). - Магадан: Кн. изд-во, 1983; 

Лобачева Н.П. К истории среднеазиатского костюма:киргизские белдемчи // Этнографическое обозрение. - 1997. - N:6; 

Молдобаев И.Б. "Манас" - историко-культурный памятник кыргызов. - Бишкек: Кыргызстан, 1995; 

Молдобаев И.Б. Кыргызы и народы Сибири: истоки этнической общности // Сибирь в панораме тысячелетий (Материалы международного симпозиума). - Новосибирск: Изд-во ин-та археологии и этнографии СО РАН. - Т.II; 

Ойунский П.А. Якутская сказка, ее сюжет и содержание // Избр. произв. - Якутск, 1975. - Т.2; 

Ойунский П.А. Якутская сказка, ее сюжет и содержание. // Айымньылар. - Якутск, 1962 - Т.VII; 

Плано Карпини Дж. Дель. История монголов. Гильом де Рубрук. - М.: Мысль, 1997; 

Попов Г.В. Слова "неизвестного происхождения" якутского языка. (Сравнительное историческое исследование). - Якутск, 1986; 

Рашид-ад-Дин. Cборник летописей. - М.-Л., 1952. - Т.I - кн.I; 

Савинов Д.Г. Государства и культурогенез на территории Южной Сибири в эпоху раннего средневековья. - Кемерово, 1994; 

Савинов Д.Г. Народы Южной Сибири в древнетюркскую эпоху. - Л., 1984; 

Тизенгаузен В. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. - СПб, 1884 - Т.1; 

Трощанский В.Ф. Эволюция черной веры (шаманства) у якутов. - Казань, 1902; 

Шаниязов К.Ш. К этнической истории узбекского народа. - Ташкент, 1974.