Этимология русских имен и фамилий

Русские имена




Имена, как и все на свете, имеют свою историю. Они, как и другие слова, создаются человеческой фантазией, расцветают, умирают, исчезая из языка народа, который был их творцом. История русских имен своими корнями уходит в очень отдаленную эпоху и тесно связана с историей русского народа и его языка.

Около четырех тысяч лет тому назад на равнинах, раскинувшихся между речками Одрой, Вислой и Днепром, жили древние племена – предки древних славян. Эти племена жили родовым строем и говорили на одном языке, который ученые называют общеславянским.

Когда начался процесс объединения племен, славяне, жившие на Востоке Европы, положили начало русской народности. Их язык стал несколько отличаться от языка других славян, хотя и не потерял своих родственных связей с ними и с общеславянским языком, от которого произошел.

Древнейшие памятники русской письменности относятся к X – XI векам. С этого времени и начинается достоверная, научно обоснованная история русских имен.

Древние русские имена были своеобразными характеристиками людей. Имя давалось человеку как примета, по которой можно было выделить его из семьи или рода.

В одних случаях человек характеризовался по какому-либо внешнему признаку, в других - по моральным качествам, по положению в племени или семье, по отношению к нему родителей и сородичей, а иногда - по роду его занятий. Последнее было возможно потому, что имена давались не только в раннем детстве, как теперь, но и в зрелом возрасте. При этом взрослое имя часто жило одновременно с детским.

Вот несколько древних имен- характеристик:

по внешности человека: Мал, Бел, Косой, Рябой, Кудряш, Черныш;

по черте человеческого характера: Добр, Умник, Горд, Молчан, Храбр, Горд, Дурак, Боян;

по месту в семье: Первый, Второй, Друган, Третьяк, Ждан, Нечай, Меньшак, Старшой;

по профессии: Кожемяка, Селянин, Воин и др.

Впервые столкнувшись с таким именем, можно подумать, что это не имена, а прозвища. Ведь никакой разницы между именем и прозвищем в древней Руси не было. И каждое из этих имен может быть документально подтверждено.

В древней рукописной книге «Начальная русская летопись» упоминается, например, что вождь восточно-славянского племени древлян по имени Мал. Что значит это имя? Да ничего иного кроме того, что владелец его был не высокого роста. Имя князя было краткой, но весьма выразительной характеристикой его. Имя Мал кажется нам смешным, но тысячу лет тому назад никому и в голову не пришло видеть в не какое-нибудь посягательство на княжеское достоинство, т.к. имена-характеристики были обычным явлением и воспринимались как должное.

Имена Храбр и Добр обнаружены тоже в древних рукописях. Они говорят о высоких моральных качествах их носителей. Имя Добрыня (производное от имени Добр)обозначает «очень добрый», «очень хороший». Ждан значит «тот, кого ждали». Такое имя в древней Руси получали дети, рождение которых было большой радостью для их родителей. Теперь только фамилия Ждановы хранит в основе своей следы этого имени. Имена Первый, Второй возникали в больших семьях, где число детей часто переваливало за десяток. В таких случаях было тяжело подбирать имена-характеристики. Имя выбиралось просто: появился первым на свет –получай имя Первый или первак; родился вторым будешь Второй или друган и т.д. вплоть до Девятого и даже Десятого.

Такие имена числительные встречались не только у русских или у славян, но и у др.народов Европы. Довольно распространенными они были у древних римлян: Квинт - пятый, Секст - шестой, Септимий – Седьмой, Октавий – Восьмой, Нонний – Девятый, Децим - десятый, между прочим, в русский язык пришло имя Нонна, что означает Девятая. От корней старинных русских имен существительных позднее образовались фамилии Первовы, Первушины, Друговы, Третьяковы, Девятовские, Десятовы и им подобные. 

Имя Меньшак (Меньшик, Меньшой) давалось младшему сыну, а первенец в такой семье получал имя Старшой. Вероятно эти имена давались уже взрослым людям, т.к. трудно заранее определить кто из детей будет последним. Безусловно взрослыми были имена с профессиональной окраской: Селянин, Кожемяка, Боян.

В основе имени Боян лежит корень – бой, зн. Боян – это боец, воин. В древних рукописных документах имя Боян произносится и пишется на московский манер с гласной а: Баян. Переогласовка имени привела к его переосмыслению: его стали объяснять исходя из основы глагола «баять», т.е. говорить - «говорун», «сказочник», «песенник ». Этим именем был назван известный в древнем мире музыкант-исполнитель и певец. В честь него, то и назвали один из любимых народом инструментов – Баян. 

Весь мир казался нашим предкам одушевленным, все предметы – обладающими свойствами, похожими на человеческие, по этому древние славяне стали использовать в качестве личных имен названия птиц, животных, растений и различных предметов: Волк, медведь, Соловей, Жук, Орел, Щука, Дуб, Береза и т.д. 

Нам кажется смешным стремление быть похожим на того или иного зверя. Но древние люди, рассуждали иначе: да волк не красив, но он силен и вынослив. А эти свойства полезны человеку. По этому в древней Руси можно было не редко встретить мужчину с таким грозным звериным именем.

Впоследствии это имя вышло из употребления древних славян, но осталось производное от него - это фамилия Волковы. Но оно бытует еще во многих языках мира, что объясняется интернациональностью самого принципа использования нарицательных имен существительных. Так у сербов имя Волк звучит как Вук, в немецком как составная часть имен Вольфганг, Адольф, Рудольф. Встречалось оно и в древних европейских языках: в готском – Ульф или Вульф, в латинском Лупус, от которого, между прочим произошло русское имя Луп, которое встречается в пьесе А. Н. Островского «Пучна» - Луп Лупыч Переярков. Имя Соловей давалось в древности талантливым певцам. Не трудно догадаться, что фамилия Соловьевы произошла именно от этого имени.

Также древние славяне испытывали слепую веру в имена-талисманы, имена «с хитринкой». 

Т.к. наши предки очень боялись «злых духов», злого слова, сглаза и др. опасностей, которые мерещились им всюду. По их представлениям, наибольшей опасности подвергались люди честнее, умные, положительные черты которых, обычно подчеркивались их именами-характеристиками. В целях обмана злых людей и нечистой силы заботливые родители специально давали своим хорошим детям плохие имена. Мальчиков умных и красивых нарочно называли Дураками и Уродами, честных и смелых – Негодяями и Трусами, желанных дорогих сердцу Нечаями.

Следы таких «профилактических» имен сохранились до наших дней в основаниях современных фамилий типа Нечаевы, Дураковы и т.п.

Как назвать новорожденного? Этот вопрос волнует многих родителей. В дореволюционное время вопрос об имени для ребенка решался просто. Регистрация новорожденных детей проводилась только церковью, где осуществлялся обряд крещения. Таким образом, крещения не миновал ни один ребенок, даже если его родители были неверующими.

Какие же имена давались тогда? В русской православной церкви были (да и теперь есть) особые книги — месяцесловы, или святцы. В месяцеслове на каждый день каждого месяца записаны имена святых, которых в этот день чтит церковь. Священник перед обрядом крещения предлагал на выбор несколько имен, которые значились в святцах на день рождения ребенка. Этим обычно дело и кончалось.

Почему на Руси было так много Иванов? Да по той простой причине, что имя Иван (Иоанн) в полных святцах встречается 170 раз (!), т. е. почти через день.

Правда, иногда священник шел на уступки и по просьбе родителей давал другое имя, которое на данный день в святцах не значилось. Этим, собственно, и объясняется, что иногда имя, редко встречающееся в святцах, в жизни встречалось довольно часто. Так, славянские имена Вера, Надежда и Любовь в дореволюционное время давались детям часто, несмотря на то, что Вера в святцах встречается в году только два раза, а Надежда и Любовь — только по одному разу.

Но, во всяком случае, ребенку можно было дать только такое имя, которое имелось в святцах. Никакого “вольнодумства” тут не допускалось.

В ином положении оказались родители после Великой Октябрьской социалистической революции. Регистрацию новорожденных стали вести отделы записи актов гражданского состояния (загсы), и родители могли теперь выбрать любое имя: старое (бывшее церковное), заимствованное имя (польское, немецкое и т. д.) и, наконец, могли даже изобрести новое имя.

Пользуясь свободой выбора имени, родители иногда давали своим детям странные, необычные имена. Известно около трех тысяч новых и заимствованных имен, которые, за редким исключением, никогда не привьются на русской почве. Здесь такие имена, как Дуб, Береза, Гвоздика, Сирень. Представлены чуть ли не все элементы Менделеевской системы (Радий, Ванадий, Вольфрам, Иридий, Рутений и т. д.), минералы (Гранит, Рубин). В качестве личных имен выступают географические названия (Алтай, Гималай, Казбек, Арарат, Волга, Онега, Амур, Каир и т. д.) и все названия месяцев, начиная с января и кончая декабрем, математические термины и технические названия (Медиана, Радиана, Гипотенуза, Алгебрина, Трактор, Турбина, Дрезина, Дизель, Комбайн и т. д.).

Очень много имен было образовано от революционных лозунгов, названий учреждений и т. п. Например, Икки (Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала), Роблен (родился быть ленинцем), Ремизан (революция мировая занялась), Реввола (революционная волна), Ревдит (революционное дитя), Лорикэрик (Ленин, Октябрьская революция, индустриализация, коллективизация, электрификация, радиофикация и коммунизм), Лориэкс (Ленин, Октябрьская революция, индустриализация, электрификация, коллективизация, социализм).

О таких неблагозвучных именах, как Цас (Центральный аптечный склад), Гласп (Главспирт), Райтия (районная типография) и им подобных, не приходится и говорить.

В послереволюционное время усиливается приток иностранных имен. Встречаются имена, заимствованные у разных народов: Роберт, Ромуальд, Рудольф, Ричард, Жозефина, Эдуард, Эрик, Жанна и т. д.

Появляются имена, состоящие из двух и даже из нескольких слов: Белая ночь, Артиллерийская академия, Серп-и-молот, Жан-Поль-Марат. Л. В. Успенский в статье “Зовут Зовуткой” приводит такие женские имена: Великий рабочий (!) и Цвет вишневого дерева в мае.

Есть еще особый вид имен, названных автором, может быть не особенно удачно, “родительскими”. У родителей Михаила и Ольги сын Миоль, а дочь Миолина, у Владимира и Екатерины три дочери — Владикатра, Влена и Века, и т. д.

Наконец, есть еще имена — от слов, прочитанных с конца: Нинель — Ленин, Авксома — Москва.

Чрезмерно увлекаясь иностранными именами, родители забывали, что эти имена нередко звучат диссонансом с русским отчеством и фамилией носителя имени. Например: Гарри Семенович Попов, Диана Кривоногова, Роберт Овечкин, Рэд Алексеевич.

Иногда в такое же неудобное сочетание попадают и “революционные” имена, например: Революция Кузьминична. Некоторые родители любят давать своим дочерям вместо полной формы имени его уменьшительную форму. Иногда в загсах так и записывают: Люся, Ира, Ина, Рита, Ната и т. д. Пока носители имени еще дети, это звучит неплохо. Но вот Ната окончила вуз и стала учительницей, Ага стала врачом, Рита — инженером. И как нелепо будет звучать: учительница Ната Петровна, знаменитый хирург Лена Романовна, или еще лучше: профессор Люся Кондратьевна Кондакова!

Но судьба, пожалуй, большинства этих имен одна: подрастает носитель такого имени и ставит вопрос о его перемене.

Нельзя не упомянуть о так называемой “моде” на имена. Кажется, даже самые красивые имена теряют свою прелесть, если они встречаются слишком часто. Учительница С. Н. Уварова из села Коростово Рязанской области пишет, что “из 23 учениц, окончивших в 1955 году семилетку, было 17 Нин! За последние два года новорожденные девочки в названном селе называются или Танями, или Надями. Исключения редки”. В разные периоды очень модными были мужские имена Валерий, Геннадий, Игорь, Глеб, Всеволод, Вадим. И это не только в селе. О том же пишут в газетах Ленинграда и других городов.

Есть ли надобность слепо следовать примеру других при таком богатстве русских имен?

Хочется предостеречь родителей в их желании назвать ребенка как-нибудь особенно. Это ведет к появлению вычурных, непривычных для русского человека имен и, как правило, не приносит впоследствии радости их ребенку. Трудно рекомендовать имена, т. к. выбор имени определяется вкусом родителей. Но прежде всего заслуживают внимания старые русские имена, такие как Пётр, Александр, Константин, Иван, Мария и т. д. Хотя в далеком прошлом эти имена были заимствованы нами у греков, они существуют на русской земле почти тысячу лет и давно обрусели, обросли большим количеством производных форм.

Кроме так называемых канонических имен, у нас вошло в употребление немало старых русских и славянских имен. Например: Боримир, Борислав, Мстислав, Пересвет, Светозар, Святослав, Доброслава, Милослава, Всемила, Любомир и т. д.

Наконец, некоторые новые имена, удачно составленные, также прижились и могут быть рекомендованы. Это известные имена Владилен, Владилена, Нинель и другие.



Фамилии

русский имя фамилия частотность

Фамилии в русской именной формуле появились довольно поздно. Большинство из них произошло от отчеств (по крестильному или мирскому имени одного из предков), прозвищ (по роду деятельности, месту происхождения или какой-то другой особенности предка) или других родовых имён. Первыми в русских землях приобрели фамилии граждане Великого Новгорода, вероятно, перенявшие этот обычай из Великого княжества Литовского. Затем в XIV—XV вв. приобрели фамилии московские удельные князья и бояре. До конца XVIII — середины XIX века большинство населения центральной России фамилий не имело[1]. Как правило, русские фамилии были одинарными и передавались только по мужской линии. В середине XIX в., особенно после отмены крепостного права в 1861 г., формируются фамилии у большинства крестьян. Процесс приобретения фамилий в основном завершился только к 30-м годам XX века.

Впервые к изучению фамилий в России обратился Е.П. Карнович, который во второй половине XIX в. составил "Словарь древнерусских имен и фамилий" (СПб., 1903). Но лишь в 1980-е годы географическая среда бытования славянских фамилий впервые была проанализирована в посмертном капитальном труде В.А. Никонова "География фамилий" (М., 1988). Он на основе изучения фондов 52 архивохранилищ собрал фамилии более 3 млн. человек русского сельского населения, а также по дополнительным источникам - еще более 1 млн. человек.

География русских фамилий позволяет проследить передвижение населения, "переселенческие пути", ареал расселения. Очевидно происхождение таких фамилий как Рязанцев, Ярославцев, Тамбовцев. Фамилии с окончанием на -ых, -их (Черных, Косых, Седых и т.п.) как правило, отсутствуют в Подмосковье и распространены в Сибири, на Урале, в междуречье рек Северная Двина и Сухона, в "треугольнике" Воронеж - Курск - Орел. Наоборот, фамилии с суффиксом на -итин в основном бытовали около Москвы (Боровитинов, Болховитинов) и чуть дальше (Тверитинов). 

В.А. Никонов обратил внимание на жесткую географическую привязку происхождения русских фамилий (теперь перемешанных). Он первым разделил Европейскую часть России по наиболее распространенным фамилиям (фамилиям-"чемпионам" по выражению В.А. Никонова), выделив: 1) Ивановию, которую он ассоциировал с бывшими Новгородской и Псковской землями; 2) Смирновию, находившуюся в Верхнем Поволжье, на территории Владимиро-Суздальского княжества; 3) Поповию, Русский Север; 4) Кузнецовию, территорию более позднего (XVI-XVII вв.) русского заселения к югу и востоку от Ивановии и Смирновии. 

В.А. Никонов также справедливо отметил некоторую перемешанность Поповии и Кузнецовии. Им была составлена карта с четырьмя очерченными массивами - на основании доминирующих фамилий. 

Применяя компьютерные методы, можно, образно говоря, "раскрасить карту" большим количеством цветов, что использовал В.А. Никонов. При этом были использованы менее "чистые", но более доступные источники. 

В качестве основного источника были взяты не разрозненные документы сельских загсов и списки избирателей, а составлявшиеся единовременно городские телефонные справочники, которые применялись Никоновым лить как вспомогательный материал. Исходной для расчетов была таблица, содержащая встречаемость ста трех самых "популярных" фамилий в 516 городах на территории СССР. Выходная таблица парных корреляций фамилий 103x103 обрабатывалась вручную. Выделялись группы фамилий по такому пороговому значению коэффициента корреляции, чтобы группы не пересекались (он оказался равен 0,40). В результате были выделены следующие группы фамилий (фамилии, привязанные к местности В.А. Никоновым, помечены*): 

1) Васильев*, Федоров*, Иванов*, Петров*, Николаев, Алексеев, Александров, Яковлев, Михайлов, Семенов, Андреев, Григорьев -привязанные к псковско-новгородским землям; 

2) Смирнов*, Румянцев, Тихомиров, Соколов*, Лебедев, Цветков, Виноградов, Белов, Соловьев, Беляев, Кудрявцев, Крылов, Орлов - на территории бывшего Владимиро-Суздальского княжества. 

Три группы фамилий без определенной географической привязки: 

3) Попов*, Мартынов, Медведев, Мельников, Чернов, Щербаков; 

4) Воробьев, Гусев, Зайцев, Сорокин; 

5) Прохоров, Фролов, Родионов, Савельев; 

и 64 фамилии, не поддающиеся ни классификации, ни локализации. 

Анализ географии русских фамилий помогает глубже изучить демографические процессы, историю этноса, семьи, различные социокультурные и даже социально-экономические проблемы. 



Значение и этимология



Антропонимика русских фамилий утверждает, что чаще всего фамилии образуются от личных имён через притяжательные прилагательные. Основная масса русских фамилий имеет суффиксы -ов/-ев, -ин, от ответа на вопрос «чей?». Различие чисто формальное: -ов добавлялось к прозвищам или именам на твёрдый согласный (Игнат — Игнатов, Михаил — Михайлов), -ев к именам или прозвищам на мягкий согласный (Игнатий — Игнатьев, Голодяй — Голодяев), -ин к основам на а, я (Путя (Путята) — Путин,Бусыга - [Бусыгин], Ерёма — Ерёмин, Илья — Ильин). Это говорит также о том, что, например, имеющие один корень фамилии Голодаев и Голодяев, являются родственными, а вот внешне схожие с ними Голодов, Голоднов, Голодный вовсе нет.

Абсолютное большинство русских фамилий происходит от дедичества, временной фамилии отца, то есть имени деда, таким образом, закрепляя наследственное имя в третьем поколении. Так проще стало обозначать семьи одного корня. В случае, если у деда, чьё имя легло в основу утвердившейся фамилии было два имени — одно крестильное, другое обиходное, то фамилия образовывалась от второго, так как крестильные имена не отличались разнообразием.

Следует отметить, что по имени деда записывались русскими чиновниками в конце XIX — начале XX века и фамилии для жителей национальных окраин, таким образом возникло большинство фамилии в Закавказье и Средней Азии.

Русские фамилии в основном образованы как отчества от церковных или нецерковных личных имён или прозвищ, например, Иван > Иванов сын > Иванов, Медведь > Медведев сын > Медведев. Сюда же относятся фамилии, образованные от прозвищ, связанных с профессией: Гончаров, Мельников, Красильников.

Гораздо реже — от названий местности, например Белозерский от Белоозеро. Такой способ образования особенно характерен для княжеских фамилий, однако (в отличие от Западной Европы) не характерен для дворянских.

Фамилии духовенства образованы от названий приходов (например, Космодемьянский, Рождественский) либо искусственно созданы в семинарии (Афинский, Добровольский).



Зарождение русских фамилий



В различных общественных слоях фамилии появились в разное время. Первыми в русских землях приобрели фамилии граждане Великого Новгорода и его обширных владений на севере, простиравшихся от Балтийского моря до Уральского хребта. Новгородские летописцы упоминают множество фамилий-прозвищ уже в XIII в. Так в 1240 г. среди новгородцев, павших в Невской битве, летописец упоминает имена: «Костянтинъ Луготиниць, Гюрята Пинещиничь, Намѣстъ, Дрочило Нездыловъ сынъ кожевника» [2]. В 1268 г. «убиша посадника Михаила, и Твердислава Чермного, Никифора Радятинича, Твердислава Моисиевича, Михаила Кривцевича, Ивача, Бориса Илдятинича, брата его Лазоря, Ратшю, Василя Воиборзовича, Осипа, Жирослава Дорогомиловича, Поромана Подвоиского, Полюда, и много добрыхъ бояръ» [2]. В 1270 г. «побѣгоша къ князю на Городище тысячьскыи Ратиборъ, Гаврило Кыяниновъ и инии приятели его»[2]. В том же году князь Василий Ярославич «поѣха в Татары, поима съ собою Петрила Рычага и Михаила Пинещинича» [2]. В 1311 г. «убиенъ бысть Костянтинъ, Ильинъ сынъ Станимировича»[2]. В 1315 г. князь Михаил Тверской требует у новгородцев: «выдаите ми Федора Жревьского»[2]. В 1316 г. «Данилъко Писцевъ убьенъ бысть»[2]. В 1327 г. «новгородци от себе послаша Федора Колесницю, въ Орду». В 1329 г. «убиша въ Юрьевѣ новгородского посла мужа честна Ивана Сыпа» [2]. В 1332 г. «Въсташа крамолници в Новѣгородѣ, и отъяша посадничьство у Федора у Ахмыла и даша Захарьи Михаиловичю, и пограбиша дворъ Смена Судокова» [2].

Несколько позже в XIV—XV вв. родовые имена появились у князей и бояр. Князья прозывались по имени своего удела, и моментом возникновения фамилии надо считать момент, когда князь, лишившись удела, все-таки сохранял за собой и потомками его название в качестве прозвища: Шуйский, Воротынский, Оболенский, Вяземский и пр. Меньшая часть княжеских фамилий происходит от прозвищ: Гагарины, Горбатые, Глазатые, Лыковы и пр. Фамилии вроде Лобанов-Ростовский соединяют наименование княжения с прозвищем. Боярские и дворянские фамилии образовывались также от прозвищ либо от имен родоначальников. Процесс становления боярских фамилий из наследственных прозвищ хорошо иллюстрируется историей боярского (впоследствии царского) рода Романовых. Его родоначальниками были жившие в XIV в. Андрей Иванович Кобыла и Фёдор Андреевич Кошка Кобылин. Потомки Фёдора Кошки на протяжении нескольких поколений носили прозвище-фамилию Кошкины (впрочем, не все: его сын Александр Беззубец стал родоночальником Беззубцевых, а другой сын Фёдор Гольтяй — родоночальником Гольтяевых). Кошкиными звались его сын Иван и внук Захарий Иванович. Среди детей последнего, Яков Захарович Кошкин стал родоначальником дворянской фамилии Яковлевых, а Юрий Захарович стал зваться Захарьин-Кошкин, тогда как сын последнего звался уже Роман Захарьин-Юрьев. Фамилию Захарьин-Юрьев, или просто Захарьин, носил и сын Романа, Никита Романович (а равно его сестра Анастасия, первая жена Ивана Грозного); однако дети и внуки Никиты Романовича звались уже Романовыми, включая Фёдора Никитича (патриарха Филарета) и Михаила Фёдоровича (царя).

В конце XV в. среди русских дворян появляются первые фамилии иностранного происхождения, прежде всего фамилии польско-литовских и греческих (напр. Философовы) выходцев; в XVII в. к ним прибавляются такие фамилии западного происхождения, как Фонвизины, Лермонтовы. Фамилии потомков татарских выходцев напоминали об именах этих выходцев: Юсупов, Ахматов, Кара-Мурза, Карамзин (также от Кара-Мурза). Однако следует заметить, что далеко не всегда восточное происхождение фамилии свидетельствует о восточном происхождении ее носителей: в ряде случаев, они происходят от татарских прозвищ, бывших в моде на московской Руси. Такова фамилия Бахтеяровы, которую носила ветвь ростовских князей-Рюриковичей (от Фёдора Приимкова-Бахтеяра), или фамилия Беклемишевы, произошедшая от прозвища Беклемиш (тюркскс. — охраняющий, сторожащий), которое носил Фёдор Елизарович, боярин Василия I.

У крестьян в этот период фамилий обычно не было, функцию таковых выполняли прозвища и отчества, а также упоминание их хозяина, так как в XVI в. крестьянство центральной России подвергалось массовому закрепощению. Например, в архивных документах того времени можно встретить такие записи: «Иван Микитин сын, а прозвище Меншик», запись 1568 года; «Онтон Микифоров сын, а прозвище Ждан», документ 1590 года; «Губа Микифоров сын Кривые щёки, землевладелец», запись 1495 года; «Данило Сопля, крестьянин», 1495 год; «Ефимко Воробей, крестьянин», 1495 год. В этих записях можно видеть указания на статус еще свободных крестьян (землевладелец), а также отличие отчества от фамилии (сын такого-то). Крестьяне северной России, бывших новгородских владений, могли иметь настоящие фамилии и в эту эпоху, так как крепостное право на эти области не распространялось. Вероятно, самый известный пример такого рода — Михайло Ломоносов. Можно также вспомнить Арину Родионовну Яковлеву — новгородскую крестьянку, няню Пушкина. Имело фамилии и казачество. Фамилиями была наделена и значительная часть населения земель входивших ранее в Речь Посполитую — Белоруссия до Смоленска и Вязьмы, Малороссия.

При Петре Первом Сенатским Указом от 18 июня 1719 года, в связи с введением подушной подати и рекрутской повинности официально были введены и самые ранние документы полицейского учёта — проезжие грамоты (паспорта). Паспорт содержал сведения: имя, фамилия (либо прозвище), откуда выехал, куда направляется, место жительства, характеристика его рода деятельности, сведения о членах семьи, которые ехали вместе с ним, иногда сведения об отце и родителях.

Указом от 20 января 1797 года император Павел I повелел составить Общий гербовник дворянских родов где было собрано более 3000 дворянских родовых имён и гербов.



Распространение фамилий у купечества и служилых людей



В XVIII-XIX вв. стали распространяться фамилии у служащих людей и у купечества. Поначалу только самое богатое — «именитое купечество» — удостаивалось чести получить фамилию. В XV-XVI веках таких было немного и, в основном, северорусского происхождения. Например, купцы Калинниковы, основавшие в 1430 г. город Соль Камская, или знаменитые Строгановы. Среди фамилий купечества было много таких, в которых отражалась «профессиональная специализация» их носителей. К примеру, фамилия Рыбников, образованная от слова рыбник, то есть «торговец рыбой». Можно вспомнить также гражданина Кузьму Минина, как известно не относившегося к дворянству, но имевшего собственную фамилию уже в конце XVI, начале XVII веков.



Распространение фамилий у духовенства



У духовенства фамилии стали появляться лишь с середины XVIII в. Обычно они образовались от названий приходов и церквей (Преображенский, Никольский, Покровский, Благовещенский, Рождественский, Успенский, Космодемьянский и т.п.). До этого иереев обычно именовали отец Александр, отец Василий, батюшка или поп Иван, при этом никакой фамилии не подразумевалось. Их дети, если возникала необходимость, часто получали фамилию Попов.

Некоторые священнослужители приобретали фамилии при выпуске из семинарии: Афинский, Духосошественский, Пальмин, Кипарисов, Реформатский, Павский, Голубинский, Ключевский, Тихомиров, Мягков, Липеровский (от греческого корня, означающего «печальный»), Гиляровский (от латинского корня, означавшего «веселый»). При этом лучшим ученикам давались фамилии наиболее благозвучные и несшие сугубо положительный смысл, на русском или латинском языке: Бриллиантов, Добромыслов, Бенеманский, Сперанский (русский аналог: Надеждин), Беневоленский (русский аналог: Добровольский), Добролюбов и пр.; наоборот, плохим ученикам придумывали неблагозвучные фамилии, например Гибралтарский, или же образованные от имен отрицательных библейских персонажей (Саулов, Фараонов).


Распространение фамилий у крестьянства



В 1888 году был опубликован специальный указ сената, гласивший:

		...Как обнаруживает практика, и между лицами, рожденными в законном браке, встречается много лиц, не имеющих фамилий, то есть носящих так называемые фамилии по отчеству, что вызывает существенные недоразумения, и даже иногда злоупотребления... Именоваться определенной фамилией составляет не только право, но и обязанность всякого полноправного лица, и означение фамилии на некоторых документах требуется самим законом.

В центральной России среди крестьянства фамилии до XIX в. были относительно редки. Тем не менее, можно впомнить отдельные примеры — знаменитый Иван Сусанин, живший в XVI-XVII веках. Кроме того, известны фамилии некоторых крестьян — участников тех или иных войн, походов, оборон городов или монастырей и прочих исторических катаклизмов. Однако, действительно, до XIX в. массового распространения среди крестьян Центральной России фамилии не имели. Но это скорее связано с тем, что в те времена не было необходимости в поголовном упонминании всех крестьян, и документов, в которых крестьяне поголовно или в большинстве своем упоминались бы, не существует. И для официального документооборота тех лет в случае, если в нём упоминался крестьянин, обычно, вполне достаточно было упомянуть деревню, в которой он проживал, помещика, которому он принадлежал, и его личное имя, иногда вместе с профессией. Большинство крестьян центра России было официально наделено фамилиями, зафиксированными в документах только после отмены крепостного права в 1861 г.

Некоторые фамилии образовались от фамилий помещиков. Одним крестьянам давали полную или изменённую фамилию их бывшего владельца, помещика — так появлялись целые деревни Поливановых, Гагариных, Воронцовых, Львовкиных и т.д.

В корне фамилий некоторых лежали названия населенных пунктов (сел, деревень), выходцами откуда были эти крестьяне. В основном это фамилии, оканчивающиеся на -ских. Брынских, Лебедевских,Успенских

Однако, большинство фамилий, по происхождению являются семейными прозвищами. Которые, в свою очередь происходили от «уличного» прозвища того или иного члена семьи. Основной массе крестьян в документе записывали именно это самое «уличное» прозвище, которых у иной семьи могло быть и не одно. Прозвищные фамилии появились гораздо раньше поголовного офамиливания. Эти самые семейные прозвища, иногда уходившие своими корнями, в глубь многих поколений, фактически выполняли роль фамилий у крестьян Центральной России - в обиходной жизни, еще до поголовного их закрепления. Именно они в первую очередь попадали в переписные листы, и на самом деле, офамиливание являлось просто записыванием этих прозвищ в документы. Таким образом, наделение крестьянина фамилией часто сводилось просто к официальному признанию, узакониванию, закреплению семейных или личных прозвищ за их носителями. Этим и объясняется то, что в эпохи до массового наделения крестьян Центральной России фамилиями - нам все же известны отдельные имена и фамилии крестьян, принимавших участие в тех или иных важных событиях. При появлении необходимости упомянуть крестьянина в летописи или в повествовании о каком-то событии, участником которого он являлся - в качестве его фамилии, просто указывалось соответствующее прозвище - его собственное, или его семьи. И затем, в ходе поголовного присвоения фамилий крестьянам Центральной России, которое произошло после отмены крепостного права, эти же прозвища были в большинстве своем официально признаны и закреплены.

Мирские фамилии образовывались на основе имени мирского. Мирские имена пришли из языческих времен, когда имен церковных еще не существовало или они не принимались в простом народе. Ведь христианство далеко не сразу заполонило умы, а тем более души славян. Старые традиции хранились долго, заветы предков чтились свято. В каждой семье помнили, как звали прародителей до 7 колена и даже глубже. Предания из истории рода передавались из поколения в поколение. Поучительные истории о былых деяниях пращуров рассказывались на ночь юным продолжателям рода. Многие из мирских были именами собственными (Горазд, Ждан, Любим), другие возникли как прозвища, но потом стали именами (Некрас, Дур, Чертан, Злоба, Неустрой). Здесь надо заметить, что в древнерусской системе имен также было принято называть младенцев охранными именами, оберегами — именами с отрицательным содержанием — для защиты, отпугивания злых сил или для обратного действия имени. Это как до сих пор принято ругать держащих экзамен, или желать охотнику «ни пуха, ни пера». Считалось, что Дур вырастет умным, Некрас красавцем, а Голод всегда будет сытым. Охранные имена потом становились свыкшимися прозвищами, а далее и фамилией.

У некоторых в качестве фамилии записывали отчество. В царских указах о проведении переписи обычно говорилось, что следует записывать всех «по именам с отцы и с прозвищи», то есть по имени, отчеству и фамилии. Но в XVII — первой половине XVIII веках у крестьян наследственных фамилий не было вовсе. Крестьянская фамилия жила лишь в продолжение одной жизни. Например, Родился в семье Ивана Прокопий, и во всех метрических записях именуется он Прокопий Иванов. Когда же у Прокопия родился Василий, то стал новорожденный Василий Прокопьев, а вовсе не Иванов

Первая перепись 1897 г. показала, что фамилии не имеет до 75 % населения (впрочем, это относилось более к жителям национальных окраин, чем коренной России). Окончательно у всего населения СССР фамилии появились только в 30-е годы XX века в эпоху всеобщей паспортизации.




Частотность и список общерусских фамилий



Русские фамилии, а также фамилии созданные по их образу и подобию, распространены на большей части территории России и во многих странах ближнего зарубежья. Десятка самых распространенных выглядит так (справа от фамилии указан % от общего числа населения России):

Смирнов 1,862

Иванов 1,33

Кузнецов 0,998

Соколов 0,856

Попов 0,806

Лебедев 0,742

Козлов 0,636

Новиков 0,61

Морозов 0,568

Соловьёв 0,486



Женские фамилии



От мужских русских фамилий на -ов, -ев, -ин, склоняющихся по парадигме кратких притяжательных прилагательных, образуются формы женских фамилий с флексией -а, склоняющиеся по парадигме кратких притяжательных прилагательных женского рода (например, «у Елены Сергеевны Булгаковой»). От фамилий на -ий, -ый, -ой, склоняющихся по парадигме полных прилагательных, образуются формы женских фамилий с флексией -ая, склоняющиеся по парадигме полных прилагательных женского рода (например, «у Софьи Васильевны Ковалевской»). Для остальных (кроме славянских фамилий на -а/я, склоняющихся по парадигме существительных 1-го склонения) фамилий форма женского рода совпадает с мужской, и не склоняется, даже если она склонятся в мужском роде (например, «у Анны Павловны Шерер»).

В русской традиции женщины при вступлении в брак обычно принимают фамилию мужа, хотя с 1918 г. закон к этому не обязывает 



Фамильные тайны



Что может рассказать фамилия о ее владельце? Специалисты в сфере ономастики - науки об именах - сумели выявить связь фамильных тайн не только с социальными корнями и профессиональной родословной владельца, но даже тайными обществами и религиозными сектами. 

Русский, украинец, татарин, грузин... - отмечаем мы про себя часто даже бессознательно, знакомясь с новым человеком и слыша его фамилию. И редко ошибаемся, потому что фамилия, как правило, в первую очередь указывает на национальную принадлежность человека. А вот специалисту фамилия говорит гораздо больше - и о самом человеке, и о народе, из которого он вышел. Недаром этим занимается целая наука - ономастика, и в частности ее раздел - антропонимика.

Сегодня стало модно интересоваться своими предками. И это отрадно: из иванов, не помнящих родства, мы превращаемся в нормальных людей, мыслящих не по шаблонам, которые устанавливают официальные идеологи, а пытающихся понять окружающий мир во всем его многообразии, стремящихся осознать свое место в этом мире. А этому очень помогает знание своих корней: "откуда аз есть пошел" - кем были твои предки, чем занимались, какое принимали участие в истории страны. Об этом может много рассказать фамилия.

Большинство людей и не подозревает, сколько информации несет их фамилия. В первую очередь - как она вообще образовалась. Бытует наивное представление, почерпнутое из исторических романов, авторы которых были не сильны в ономастике, что фамилии образовались либо по имени отца: Петр, Иванов сын, отсюда и Иванов, либо по профессии: Степан, кузнецов сын, вот вам и Кузнецов. И произошло это будто бы в эпоху Петра I, когда царь-реформатор, беря пример с западных соседей, повелел писаться "с отечеством", освободив таким образом место для еще одного слова, определяющего человека.

- Ничего подобного, - говорит профессор, доктор филологических наук Александра Суперанская, ведущий научный сотрудник Института языкознания РАН. - Фамилии на Руси оформились уже в ХV веке, а тенденции к их образованию появились с самого начала нашей письменной истории. В древнейших русских летописях людей зовут по имени и отчеству. Вообще в старину имя, отчество и фамилия имели гораздо большее значение, чем сегодня - они определяли место человека в обществе.

Правда, само слово "фамилия" появилось только в XIX веке, раньше оно не употреблялось. А в древности полагалось называть людей по именам "с отцы и прозвищи". На современный слух звучало это несколько странно. Например, Пушкарь Иван Максимов Беляков - так обозначено в одном старинном документе, где на первом месте стоит профессия человека, обозначающая его место в социуме, что считалось самой важной характеристикой. А далее Иван - его имя, Максимов - имя его отца, а Беляков - семейное прозвание по главе семьи. Или по родоначальнику семьи. С современной точки зрения кажется, что у него две фамилии - Максимов и Беляков, по форме они одинаковые, но несут разные функции. Последнее слово означало, что его прадед, а то и прапрадед звался Беляк.

Но и само это прозвище претерпевало ряд изменений. Когда фамилии зарождались, на Руси были помимо христианских, еще древнерусские имена, которые детям давали до крещения. Причем нередко придерживались, так сказать, тематического подбора. Летописи донесли до нас немало забавных сочетаний. Скажем, в одной семье ребенка назвали Горох Капуста Редька. И если бы в летописи больше ничего о нем не было, то определить его пол по имени было бы затруднительно. В другой семье - Ягныш Баранов-сын Овцын. Это означало, что у него в роду три поколения и все они назывались по разным обозначениям овцы. Было и такое имя: Пирог Оладьев Блинов. Опять же по именам, которые носили три поколения семьи и которые указывают на профессию, передаваемую от отца к сыну, что было обыденностью в те времена. И было это в ХV и даже ХVI веках. Но не забудем, что кроме этого у людей были и крестные имена. Так что по документам полное имя звучало так: Михаил Ягныш Баранов-сын Овцын. Последнее имя, как можно предположить, стало со временем фамилией.

- Сегодня многие пытаются по своей фамилии выделить социальный статус предков, - говорит Александра Васильевна. - Дворяне ли они были, что больше всего хочется, или мещане, а то и, не дай Бог, крепостные крестьяне. Не всегда это можно определить. В древности не только это ставилось во главу угла, фамилии несли более широкий спектр информации. Было много разных способов определения личности. Использовалось до семи типов именований. У кого-то по месту жительства, у кого-то по отцу, деду, прадеду, у кого-то по профессии - все зависело от того, как оценивался человек в обществе и что было важнее. Так, однажды в Новгороде изгнали служивого человека и пригласили на ту же должность другого только потому, что у первого было "плохое" отчество: был он сыном недостойного отца. А значит, и из семьи, которой нельзя доверять.

Особое место занимают так называемые "тайные" фамилии, обозначающие понятия, знакомые только узкому кругу лиц. Возникали они в неких сообществах, члены которых предпочитали не раскрывать подробности своей жизни. Нет, речь не идет о криминальных структурах. Но были люди, объединенные общим названием - офени. Мелкие торговцы или ремесленники. И они брали себе фамилии, на слух совершенно непонятные, а для посвященных обозначающие тайны их ремесла. Ходит по земле какой-нибудь Журин. Фамилия как фамилия, и только немногие знают, что он изготавливает некие изделия, какие будут продавать "свои" люди. Потомки его занимались совсем другим делом, а фамилия осталась, значение которой уже для них непонятно.

Ономастика разрушает многие традиционные представления. Помните знаменитую фразу танкиста, которого блестяще сыграл Олег Ефремов: "На моей фамилии вся Россия держится"? А фамилия была Иванов. Так и считалось, что Ивановых на Руси больше всего. Была даже поговорка: "На Руси Иванов, что грибов поганых". Но как объяснила моя собеседница, популярность имени "Иван" возросла в течение лишь XIX века, в конце его четверть мужского населения носила это имя. Это легко объяснимо: церковь в перечне святых чествует это имя 64 раза в году, а имена давали по святцам. Но это имя, а вот фамилия "Иванов" далеко не самая распространенная. Самая массовая - Кузнецов. Оно и понятно: кузнец в каждом селении был самым нужным и уважаемым человеком. Потому из западных областей пришли Ковалевы (от "Коваль" - кузнец), а от южных славян - Ковач, с тем же значением. И не только "основная" фамилия, но и ее многочисленные производные.

О производных - особый разговор. Многие из тех, кто по фамилии пытается определить общественный статус своих предков, и не подозревает, что сами предки сделали их поиски бесцельными. Изменяли на свой лад христианское имя при общении в быту, и оно в конце концов становилось фамилией. Ученые называют это неофициальными вариантами. Например, рос в семье мальчик Петя, которого мама ласково называла Петруня. И соседи так привыкли называть. Или кличку такую прилепили, как было в обычае. Да и сам он иначе себя уже не именовал и ходил до старости Петруней, а сына его Ивана так и записали в документах: "Иван Петрунин сын". И пошла по земле новая фамилия - Петрунин. Это только один из вариантов, а их множество. Петрушин, Петряев, Питяев, Петин, Петенькин, Петищев, Петрищев, это еще неполный перечень. То же самое и по другим именам - фантазия народная неистощима. В нашей беседе Александра Суперанская перечислила столько вариантов самых распространенных имен, которыми звали людей в своей семье или деревне, что для них просто не хватило бы места в газете.

- Когда хотят подчеркнуть массовость людей, участвующих в каком-то деле, - говорит Александра Васильевна, - то обычно перечисляют: Иванов, Петров, Сидоров. И это тоже ошибка. Потому что если Ивановых и Петровых действительно много, то Сидоровых как раз очень мало. И имя такое, и фамилия на Руси не распространены. Гораздо чаще упоминается сидорова коза, хотя откуда пошло это выражение - неизвестно. Так что Сидор не товарищ Ивану и Петру, и как он попал в эту поговорку, исследователей пока тайна.

Зато прозрачной стала ситуация, когда у семей, живущих в одной деревне, одинаковые фамилии, хотя они никакие не родственники. Все дело в том, что при советской власти деревня долго жила без паспортов. Фактически на положении крепостных крестьян, которые никуда не могли выехать без документа, удостоверяющего личность. Паспортизация деревни началась лишь при Хрущеве, а закончилась в 70-е годы. И оказалось, что многие семьи просто "потеряли" свои фамилии. Обходились прозвищами, которые им давали соседи или их звали просто по месту поселения. Скажем, жили несколько семей за запрудой, при паспортизации все стали Запрудские. Жили на конце села - Конечные. На берегу пруда - Береговые. Вот такая обидная ситуация, когда фамилии не отражали родовые корни.

Случались и похлеще казусы именно потому, что крестьяне "теряли" фамилии. Когда забирали ребят в армию, они бывало путались при заполнении документов. Не знали, какую фамилию назвать, не будешь же ставить прозвище. И тогда в полку поступали просто: называли фамилию по имени где отца, а где деда. И возвращаясь из армии, родные братья оказывались с разными фамилиями, что приводило порой к недоразумениям. Впрочем, в те времена, когда человек считался винтиком в общей машине, на это редко обращали внимание.

Но таких не очень много. Гораздо больше фамилий исконных, от пращуров. А самые распространенные на Руси - Кузнецовы, Поповы, Ивановы, Смирновы. Они и поделили между собой четыре зоны - исторически разрозненные территории. У Кузнецовых самая огромная область распространения - от Тулы, где их больше всего, до Нижнего Новгорода и Самары. "Ивановия" - это северо-запад - Псков, Новгород, смежные земли. "Поповия" - Север, особенно Архангельская область. "Смирновия"- центр и северное Поволжье - Ярославская, Владимирская и другие области от Твери до Нижнего Новгорода. А границы этих четырех зон сталкиваются на Тульской и Рязанской земле. 



Мы одной крови - ты и я



Отнюдь не случайно еще в раннем средневековье возник интерес к генеалогическому древу - выявлению людей, связанных с твоей семьей родственными в той или иной степени узами.

Пусть у них разные национальности, пусть судьба раскидывает их по разным странам и материкам, скрупулезный анализ фамилий, нередко меняющихся в браках разных поколений, дает порой удивительные открытия, которыми можно зачастую гордиться.

Все люди - братья, утверждает Библия, все произошли от одного корня. Математика частично подтверждает это. В самом деле, в вашем появлении на свет участвовало двое родителей, четверо бабушек и дедушек, восемь прабабушек и прадедушек. Простой расчет показывает, что 200 - 250 лет назад ваших прямых предков было уже больше тысячи, а 400 - 500 лет назад - более одного миллиона. И если предположить, что в каждой семье было только по два ребенка, то где-то по земле ходит по крайней мере миллион ваших кровных родственников. Так что вдруг вы приходитесь родней французскому королю и можете претендовать на престол. Не знаете? А вот в старину, составляя генеалогическое древо, такую возможность не упустили бы.

Известно, что родственниками были Шеллинг, Гегель, Шиллер и Макс Планк - по общему предку Иоганну Ванту, жившему в XV веке. Общий предок был у Карла Маркса и Генриха Гейне. А Карл Либкнехт - по женской линии потомок Мартина Лютера. Так что буйная революционная кровь передалась ему по наследству. Так же, как знаменитому английскому премьер-министру Уинстону Черчиллю передалась с одной стороны кровь знаменитого пирата Фрэнсиса Дрейка, а с другой - кровь герцога Мальборо, о котором сложили песенку "Мальбрук в поход собрался".

Внучатая племянница Белинского была матерью Плеханова, а сводная сестра Плеханова стала потом матерью организатора советского здравоохранения Н.Семашко. Историк Соловьев приходился Александру Блоку троюродным братом, а Блок по матери был в родстве с Аксаковыми и Карамзиным, не говоря уже о том, что она была дочерью Менделеева. Миклухо-Маклай состоял в дальнем родстве с Мицкевичем и Гете, а маршал Тухачевский через Арсеньевых был в родстве с Лермонтовым. Поэт Николай Клюев был прямым потомком мятежного протопопа Аввакума.

Общий прапрапрадед адмирал Головин был у Пушкина и Льва Толстого. Пушкин и поэт Веневитинов были четвероюродными братьями, а через своих детей Александр Сергеевич породнился с Гоголем, Бенкендорфами и императорской фамилией.

Как видите, людей много, но все так или иначе пересекаются. Так что не пожалейте времени и сил, полюбопытствуйте о своих предках. Выведите генеалогическое древо. Наверняка узнаете много любопытного.