Анатолия, древняя цивилизация

Анатолия, древняя цивилизация

Географические условия

Область древней Анатолии как культурной общности приблизительно совпадает с территорией современной Турции. Сердце страны – плато, высотой 900 м над у.м. На севере свободному доступу к Черному морю мешают покрытые густыми лесами хребты Понтийских гор. На юге массивный барьер, рассеченный немногочисленными проходами, образует горная страна Тавр, вершины которой достигают высоты 3700 м. Самый известный из проходов в горах Тавра – Киликийские Ворота, через него попадают на юг, на плодородные прибрежные равнины Киликии. 

Плато прорезают лишь немногие реки. Большую петлю вокруг самого ядра Анатолийского полуострова образует Кызыл (Кызылырмак), в древности называвшаяся Галис, а по западной части полуострова петляет Сакарья, в древности Сангариус; обе реки впадают в Черное море. В давние времена они были естественными разделительными линиями между государствами и культурными областями. 

На западе Анатолийские горные хребты выдаются далеко в Эгейское море, где близко сходятся с такими греческими островами, как Лесбос, Хиос и Самос. Вся береговая линия от Дарданелл до Родоса изрезана бухтами, островами, заливами и долинами. 

Самые плодородные речные долины Анатолии спускаются с гор западного плато к морскому берегу: долина Гедиза (раньше Гермус) и долина Бююмендереса (прежде Меандер). 

На востоке горы продолжают оставаться препятствием для свободного передвижения. Хребет Анти-Тавр изгибается к северо-востоку и встает высоким барьером на пути в долины Верхней Месопотамии. И Тигр и Евфрат начинаются в Восточной Анатолии, но горы расположены так, что двигаться легче в северном направлении, в Армению, над озером Ван, а не к равнинам Месопотамии. 

Географическое положение Анатолии определило ту особую роль, которую она сыграла в древней истории. Непохожая на речные культуры Египта и Месопотамии, а также отличающаяся от связанных с морем культур Греции и Крита, Анатолия представляла собой мост между Востоком и Западом, открывая дорогу предприимчивым караванщикам с Востока и предоставляя свои порты торговцам, перевозившим грузы между Анатолией, Грецией и Сирией. 

Климат Анатолии варьирует в широких пределах – от теплой дождливой зимы и влажного лета с устойчивым зноем на юге до снежной зимы с низкими температурами и сухого, жаркого лета на плато. Хотя на огромном пространстве соленой пустыни к северу от города Икониума (ныне Конья) земледелие невозможно, другие крупные области плато отличаются обилием плодородных зон, где выращивались полба и другие сорта пшеницы, ячмень и виноград. Прибрежные равнины Средиземноморья и Черного моря обладают дополнительными возможностями, благоприятствующими выращиванию фруктов. 

Развитие культуры 

Палеолит. В этот период Анатолия была заселена, но сведения, которыми мы располагаем об этом периоде, крайне скудны. Остатки древнейшей культуры были обнаружены в нескольких пещерах, особенно на южном побережье, в районе Антальи. Много находок сделано на поверхности вблизи Анкары, а также на юго-востоке, например в области Хатай. Переход к мезолиту и неолиту происходил постепенно, но местные находки не позволяют проследить строгой последовательности культур. 

Неолит. При раскопках доисторических поселений в пещерах района Антальи установлено, что они относятся к периоду неолита. К этому же периоду относятся обширные поселения в районе Коньи (в Чумре), на Киликийской равнине (в Мерсине и Тарсусе) и в области Антиохии (которые, однако, занимают промежуточное положение между Анатолией и Сирией). Первые оседлые поселенцы жили в крупных деревнях, которые вскоре стали окружать стенами. Относящиеся к тому периоду орудия изготовлены из обсидиана и кремня. Широко встречаются каменные или терракотовые идолы, в большинстве своем изображения женщин, а также стилизованные амулеты, которые нельзя назвать примитивными. 

Халколит. В этот период контакты с Востоком участились; это проявляется в сходстве материальной культуры, особенно заметной в типах керамики, начиная с Верхней Месопотамии, через северную Сирию и до Восточной Анатолии (область озера Ван) и Киликии (Мерсин, Тарсус). Особенности т.н. халафской, или убайдской, культуры, являющейся одной из фаз развития доисторической Месопотамии, и появление первых признаков применения железных орудий без труда прослеживаются на материале юго-восточной Анатолии. Это помогает провести корреляцию ранних культур на Ближнем Востоке и говорит о наличии контактов, возможно технического или коммерческого характера. Анатолийские поселения, теперь похожие на города, окружены оборонительными укреплениями и часто свидетельствуют о насильственном разрушении (Мерсин, уровень XVI). Возможно, что Центральная Анатолия и озерный район Юго-Востока имели иную материальную культуру, менее подверженную влиянию Востока. Самые глубокие уровни, вскрытые при раскопках в таких местах, как Алишар, могут относиться к анатолийскому халколиту; это несомненно в отношении Хасилара, поселения около озера Бурдур в Писидии. Хасилар был небольшим, однако богатым поселением, обнесенным стеной. Для него характерно производство ярко раскрашенной и отшлифованной керамики и идолов. Гибель Хасилара – доказательство борьбы между различными группами оседлого населения Анатолии. Материальная культура Хасилара значительно отличается от киликийской, северо-сирийской и месопотамской. 

Третье тысячелетие до н.э. Постепенно Анатолийское плато подпадало под власть местных династий, обосновавшихся в укрепленных поселениях. Некоторые царские семьи пришли из северо-восточной Анатолии – представляется, что кавказская и понтийская пограничные зоны являются самыми близкими родственниками комплекса, получившего название царского кладбища в Алака Хююк. Найденные в могилах металлические предметы отличаются высоким уровнем изготовления. Поразительно также религиозное искусство царей Алаки. Наконечники для посохов, скипетров и т.д., изготовленные в виде фигурок оленей и быков из меди и украшенные инкрустацией из серебра, относятся к числу самых изысканных произведений на древнем Ближнем Востоке. Среди предметов, найденных в алакских могилах, обращают на себя внимание также музыкальные инструменты и личные украшения (с большим количеством золотых ювелирных изделий). Создание этого комплекса и подобных ему захоронений, найденных в других местах (например, в Хорозтепе, недалеко от города Эрбаа на севере Центральной Турции), датируется 2500–2200 до н.э. 

Правившие в то время другие анатолийские цари занимались торговлей и пиратскими набегами вдоль южного и западного побережий Малой Азии. Цари Трои имели контакты со своими соседями на островах Эгейского моря (например, с Полиохни, крепостью на Лемносе) и с Грецией (например, с Лерной, раннеэллинским городом на побережье Арголиды), а также с прибрежными династиями юго-восточной Анатолии, где раскопки в таких местах, как Тарсус и Мерсин, показали их археологическое родство с Троей II. Второе поселение на месте раскопанного города Троя-Гиссарлык является самым характерным для этого периода. Разыскивая сокровища Приама, Шлиман случайно наткнулся на богатства, которые накапливали троянские цари. Вместо сокровищ Приама он нашел драгоценности, а также золотые и серебряные столовые предметы, которые принадлежали троянским царям за тысячу лет до Троянской войны. Источником богатства на всем протяжении археологических эпох Анатолии было выгодное прибрежное положение городов, таких как Троя, позволявшее им поддерживать морские контакты и с Эгейским миром, и с Востоком (сирийские порты активно участвовали в торговле в III тысячелетии до н.э.). Изделия анатолийских металлургов (ювелирные изделия, оружие, столовые приборы) пользовались спросом в Эгейском регионе и в других местах, что позволяло троянским царям получать такие экзотические материалы, как горный хрусталь, слоновую кость и ляпис-лазурь, на которые обменивались их товары. 

Второе тысячелетие до н.э. Начало этого периода отмечено большими потрясениями. Многие города были уничтожены, о чем свидетельствуют слои золы и пепла. Не вызывает сомнения, что Малая Азия и Греция подверглись во II тысячелетии до н.э. нашествиям, прежде всего народов, которые стали называть себя хеттами и греками. 

Колониальный период. В анатолийских городах жили ассирийские деловые агенты и купцы. Наиболее известным торговым центром был Карум (деловой район) Канеша, теперь Культепе, неподалеку от Кайсери в Каппадокии. Ассирийцы и местные купцы вели дела основательно, сохраняя документы в архивах. В домах Карума раскопаны тысячи «каппадокийских» глиняных табличек, написанных древним ассирийский письмом и содержащих сведения о местной жизни, а также о контактах с Месопотамией. Ассирийцы импортировали в Анатолию ткани и олово, а оттуда получали в первую очередь медь. Первые местные цари, чьи имена упоминаются в капподокийских текстах, не были хеттами, но исторически связываются с традицией Древнехеттского царства. Относительная датировка этих ассирийских колоний считается хорошо установленной, поскольку каппадокийские таблички содержат имена ассирийских чиновников и царей. Последняя из табличек упоминает Шамши-Адада I, который был старшим современником вавилонского Хаммурапи. Отсюда следует, что хронологические рамки существования колонии датируются приблизительно 1900–1800 до н.э. 

С точки зрения археологии, город Канеш отличается теми же особенностями, которые преобладали затем в культуре хеттов. Внутри укрепленной цитадели стояли большие здания, дворы мостились камнем. На высоком уровне находилось искусство изготовления керамики, отличавшейся разнообразием орнаментальных форм. Ритуальные сосуды выполнены в форме животных или голов животных. Изображения, вырезанные на печатях местных купцов, свидетельствуют о первых культах, формах культов, мифах, божествах и других атрибутах религирозных верований того времени. 

Материал об этом периоде получен прежде всего из раскопок в Кюльтепе-Канеша, а также из Алишар Хююка (древнее название не установлено) и Богазкёя (древняя Хаттуса или Хаттушаш), более поздней столицы хеттов. 

Хеттское царство и хеттская империя 

Древнехеттское царство основал Лабарнаш (ок. 1700–1600 до н.э.). Его сын и преемник Хаттусилас перенес центр своего царства в Хаттусу, которая и осталась столицей хеттского царства и империи примерно до 1200 до н.э. Хаттусилас часто совершал набеги на северную Сирию (Алеппо) и Вавилонию. Его сын Муршулиш I захватил Алеппо и Вавилон (ок. 1650 до н.э. или даже несколько позже), но Древнее хеттское царство не сумело удержать власть над отдаленными территориями, и центр управления страной оставался на Анатолийском плато. 

Перечень правителей Древнего царства охватывает несколько поколений. После династических междоусобиц и перерыва во времени, о котором не осталось сведений, хеттское государство возродилось при Тудхалияше II (ок. 1430 до н.э.) как Хеттская империя. К этому времени в Верхней Месопотамии возникла соперничающая держава, которую называли Митанни и во главе которой стояла индоевропейская династия, но страна по преимуществу была хурритской. Хурриты, восточноанатолийский народ, были в культурном отношении ближе к Месопотамии, чем хетты. Они оказали сильное влияние на хеттов. Знаменитый царь Хеттской империи Суппелулиума (годы правления 1385–1345 до н.э.), современник египетского фараона Эхнатона, значительно раздвинул границы своего царства и победил Митанни. Его союзником был Киззуватна, район, населенный хеттами и ливийцами, а Кархемиш и города Северной Сирии, включая Алеппо и Алалах, стали частью империи. Расширение хеттских владений делало хеттов серьезными соперниками Нового Египетского царства. 

В результате великого сражения при Кадеше (ок. 1290 до н.э.), в котором сошлись хетты под предводительством Муваталлиша и египтяне, предводительствуемые фараоном Рамсесом II, хетты подтвердили свою мощь, хотя ни одна из сторон не сумела одержать победы. Сирия осталась разделенной между хеттами, которым досталась северная ее часть, и египтянами, которые владели южной частью. Чтобы подкрепить дружеские отношения между династиями, Рамсес II женился на дочери Хаттушилиша (ок. 1250 до н.э.). 

Подлинная угроза нарастала с другой стороны. Существовавший примерно до 1200 н.э. порядок полностью разрушила миграция т.н. «народов моря». 

Искусство и архитектура хеттов. В период наивысшей точки своего расцвета хетты много сил вложили в укрепление и украшение своей столицы Хаттуша. Цари жили в мощной цитадели, где были воздвигнуты главные дворцовые комплексы, административные здания, хранилища и архивы. Цитадель Бююкале высилась на неприступной скале, охранявшей проход на север. Территория города, занимавшая ок. 160 га, была застроена меньшими по размеру цитаделями, монументальными храмовыми комплексами и жилыми кварталами; город окружала оборонительная стена длиной почти 6 км, с воротами, башнями, туннелями и лестницами. 

На месте столицы раскопаны впечатляющие остатки хеттского искусства. Городские ворота построены из циклопических блоков, разных по величине, но тщательно подогнанных друг к другу. Эти гигантские блоки украшены скульптурами. На левом внутреннем косяке т.н. Царских ворот изваяна величественная фигура воина-бога, высеченного глубоким горельефом; у него типичные для других хеттских скульптур тяжелые широкие скулы и большой крючковатый нос. Среди остальных скульптур, украшающих ворота Богазкёя, обращают на себя внимание изображения передней части тела льва, с ревом повернувшегося навстречу врагу, а также стилизованные величественные сфинксы, египетские по духу, но выполненные в полном соответствии с хеттскими стилистическими принципами. 

Особенность хеттской культуры – создание крупных барельефов на скалах или больших каменных блоках, которые могли быть частью зданий и других сооружений. Самое интересное святилище в Богазкёе – это не большой храм на территории города, а гробница, высеченная в целой скале в 3 км к северу от цитадели. В этом месте, носящем теперь название Язиликая, на стенах открытого зала изваяны процессии богов и богинь. В центре изображены главные божества, к которым стекаются процессии. В момент создания этого произведения резьба по камню была такой же глубокой и отчетливой, как на «королевских воротах» цитадели. Отношение богов к царской династии в Хаттуше подчеркнуто на различных царских барельефах (например, на одном из изображений царя Тудхалияса IV его обнимает бог Шаррума) и в картушах Язиликая. 

Во многих местах на плато, где сохранились следы хеттской культуры, такая наскальная скульптура осталась преимущественно в форме барельефов, изображающих жертвоприношение и высеченных в скалах над реками, ручьями и главными дорогами. Надписи, выбитые на камне, сделаны т.н. хеттской иероглификой, отличающейся от хеттской клинописи, которой пользовались при дворе или чиновники администрации. 

Художественное наследие хеттов дошло до нас во фрагментах, поскольку металлических предметов сохранилось мало. Мастерство в изготовлении металлических изделий отчасти объясняется доступностью хороших руд, даже железа. Древние хеттские торговые реестры рассказывают о тех материалах, из которых изготавливались статуи религиозного назначения, включая золото, серебро, железо и дерево; но, если не считать нескольких реплик в золоте, до нас не дошло почти никаких произведений хеттской скульптуры. Однако даже в этих миниатюрных копиях виден типичный хеттский стиль моделирования скульптуры и подачи характерных черт лица. В отличие от своих сирийских соседей, хетты не поддались влиянию месопотамского и египетского искусства. У них сложился собственный, оригинальный стиль. 

Анатолийское побережье во времена хеттов. Хеттское государство окружало множество небольших политических образований. Населявшие южное и западное побережья Анатолии народы говорили отчасти на языках индоевропейского происхождения. Жили они главным образом за счет моря и морской торговли. Названия некоторых из них известны из хеттских текстов, написанных во времена, когда Хеттская империя простиралась до берегов Средиземного моря. 

В Киззуватне местное население и династия были тесно связаны с Хеттским царством. Установлено, что там имели место династические браки. Хаттусилис III женился на Пудехепе из Киззуватана. В лице Киззуватана хетты имели надежного военно-морского союзника. Смешение элементов хеттской и киззуватанской (хурритолувианской) культур продолжалось на протяжении II тысячелетия до н.э. 

Жители западного побережья отличались независимостью, а потому упоминаний о них в хеттских источниках значительно меньше. Археологические данные свидетельствуют о том, что новая династия восстановила крепость в Трое VI и накопила в отстроенной заново цитадели большое количество припасов. Троя VI сделалась скорее соперником греков Бронзового века (ахейцев), чем хеттов, поскольку ее интересы, связанные с мореходством, сталкивали троянцев с микенскими купцами и будущими колонистами, особенно в 14 в. до н.э. На западном побережье Малой Азии развернулась конкуренция между местными купцами и греками. В конце концов Троя была разграблена греками во время Троянской войны (ок. 1200 до н.э.), значительная часть ее населения была перебита. В Милете, еще одном великом городе Бронзового века, микенцы поставили гарнизон. 

Послехеттская эра 

Хеттская империя распалась ок. 1200 до н.э. в результате нашествий. Некоторые из захватчиков давно поселились на окраинах Хеттской империи, например каски – воинственные и весьма агрессивные горцы, которые неоднократно нападали на хеттов с севера. К тому же в Анатолию с востока и запада хлынули племена индоевропейского происхождения. На западе старые царства были заняты захватчиками из Фракии и находились в состоянии хаоса. Фракийцы появились в Трое через какое-то время после Троянской войны (Троя VII). 

Хеттская столица и другие центры хеттской державы, такие как Кархемиш на Евфрате, были сметены волнами нашествий. Египетские источники времен Рамсеса III описывают ужасающее опустошение, произведенное в Анатолии и Сирии. Конец хеттского владычества отбросил Анатолию в Темные века, временные рамки которого пока неясны. Остатки хеттов и их союзников – лувиан образовали небольшие города-государства на юго-востоке, и эти «неохеттские» центры – Малатья, Кархемиш, Самал, Сакча-Гёзю и Каратепе сохранили кое-что от древней культуры. Они стали участниками бурной политической жизни Западной Азии и оставались независимыми вплоть до завоевания их армянами, а затем ассирийцами в 8 в. до н.э. На западе в армянском регионе возникло царство Урарту. 

Западнее выдвинулось новое племя, во главе которого стоял царь, распространивший свое господство на Анатолийском плато до старых хеттских центров. Этого царя звали Мидас, и он был известен грекам как богатейший правитель 8 в. до н.э. 

Неохеттские государства. Города-государства юго-восточной Анатолии имели небольшие укрепленные столицы. В Кархемыше до сих пор высится цитадель и, как во времена Хеттской империи, стоит нижний город, окруженный крепостными стенами. Город Сенджерли (древний Самал) был надежно защищен системой внутренних оборонительных стен, находившихся в пределах единого внешнего обвода крепостных сооружений. Ворота, входы, фасады зданий Самала украшали барельефы на поставленных вертикально каменных плитах, подпиравших основание стен, сложенных из сырцового кирпича. Обычно вход охраняли симметричные скульптуры львов. Грубо высеченные в базальте, они служили внушительными стражами от всевозможных зол и бед, хотя в художественном отношении уступают произведениям, созданным в зрелом стиле Хеттской империи. Украшения продолжаются вдоль стен, расходясь в стороны от ворот. В Кархемыше на вертикальных плитах перемежающегося светлого и темного цвета изображены мифические животные, геральдические группы, мифологические сцены. Другие сцены изображают войну и охоту, культовые ритуалы, процессии и парады. Здесь отчетливо видны сохранившиеся хеттские элементы, но в них внедрились новые, одни из хурритского мира, другие из Ассирии и Урарту. В неохеттском Кархемыше пользовались хеттской иероглификой. 

Следы хеттской культуры видны в скульптурах Малатьи на Евфрате, хотя более поздняя продукция свидетельствует о ее близости к ассирийским барельефам 9 в. до н.э. У прохода в ворота цитадели в Малатье стояла колоссальная статуя царя, крупные каменные скульптуры найдены во всех неохеттских городах, где производились раскопки. 

Одна из последних неохеттских цитаделей была построена в Каратепе в горах Тавра на правом берегу реки Кейхан (древняя Пирамус). В открытой в 1946 цитадели имеется пара ворот, украшенных вертикальными плитами. В скульптурах в дополнение к обычным неохеттским чертам обнаруживается поразительное множество финикийско-кипрских элементов. Пространные надписи сообщают об основании города царем Астивандасом. По одну сторону ворот они сделаны хеттскими иероглифами, по другую – финикийским алфавитом. Находка такой длинной двуязычной надписи помогла лучше понять хеттскую иероглифику. Цитадель, вероятно, была сооружена незадолго до 700 до н.э. и вскоре подверглась разграблению ассирийцами. 

Неохеттские города-государства играют роль промежуточного звена между Бронзовым и Железным веками и между Востоком и Западом. Они сохранили традиции периода Хеттской империи и их лувианских союзников и были оживленными торговыми центрами во времена, когда первые греческие купцы прокладывали путь к Киликийским и Сирийским берегам, т.е. в 8 в. до н.э. (возможно, еще в 9 в. до н.э.). Раннегреческое искусство столкнулось с продукцией неохеттских ремесленников, которая по стилю и традиции отличалась от финикийской, что пришлось по вкусу многим грекам. Неохетты передали грекам знания восточной мифологии и религии. 

Урарту. На Армянском нагорье теперь господствовал народ, говоривший и писавший на неохеттском языке. Это были урартийцы, честолюбивые соперники ранних ассирийцев. В городах Урарту имелись окруженные крепостными стенами цитадели, часть из них были вырублены в скалах и снабжены туннелями, лестницами и потайными ходами. Столицей Урарту была Тушпа, город около озера Ван, процветало множество провинциальных центров. В первой половине 8 в. до н.э. цари Урарту (Менуа, Аргишти I, Сардур III) распространили свою власть на территории, расположенные глубоко в анатолийских землях и в северной Сирии, до самого Алеппо. В последующие десятилетия ассирийцы значительно сократили их владения, но к этому времени Урарту успело оставить свой след в этой части Ближнего Востока. 

Урартийцы были превосходными металлургами. Их бронзовые котлы, тазы, кубки, чаши и треножники расходились не только по Западной Анатолии, но даже в Греции и Этрурии. К малым формам искусства, которыми славились урартские мастера, следует отнести литье и изготовление небольших резных статуэток людей, животных и особенно мифических существ; некоторые такого рода изделия украшали мебель – деревянную и из слоновой кости, различные металлические предметы. 

Фригия. Единственным племенем, которое появилось на исторической арене Анатолии того периода и повлияло на судьбу региона, были фригийцы, игравшие большую роль в развитии событий после 1200 до н.э. История их появления в Анатолии еще ждет своего исследователя. К 800 до н.э. население западного анатолийского плато состояло из фригийцев, и Фригия стала самым могущественным государством при царе Мидасе (к 725 до н.э.). Столицей фригийцев был Гордий, расположенный у стратегического пересечения пути с востока на запад и реки Сангарий. 

Во времена Мидаса Гордий был большим городом, защищенным 6-метровой каменной стеной. Архитектура Гордия напоминает древние западноанатолийские прототипы; его свободно стоящие здания с остроконечной кровлей напоминают мегары Бронзового века. Фригийцы в 8 в. до н.э. изготавливали свои скульптуры, слегка имитируя восточные прототипы, но исполняли их в своем особом стиле. Наиболее известные фригийские произведения искусства – геометрические орнаменты на гончарных изделиях, в мозаике и деревянные резные детали для мебели. Наиболее интересной индустрией была металлургия, искусство которой, несомненно, фригийцы переняли от своих восточноанатолийских соседей. 

Ассирийцы называли Мидаса Митой, или Мушки. На самом деле Мушки, вероятно, собственное имя из языка одного из восточноанатолийских племен (известного грекам под именем мосхои), покоренного Мидасом. Сами фригийцы поддерживали тесные отношения с Западом. Как утверждает греческая традиция, Мидас женился на гречанке и поставил алтарь в святилище в Дельфах. 

Конец Фригийского царства был трагическим. Оно было сметено с лица земли кочевниками-киммерийцами с Кавказа, которые прошлись по Анатолийскому плато огнем и мечом. До этого они нападали на Урарту. В 696 до н.э. они добрались до Гордия, разграбили его и не оставили от него камня на камне. По словам греков, Мидас покончил с собой от отчаяния. Его могилу открыли в 1957. В деревянной погребальной камере под насыпным курганом были сложены образцы царских фригийских сокровищ: материи, богато украшенная резьбой мебель и масса бронзы, часть которой приобреталась в таких отдаленных местах, как Урарту. Выдающееся положение, которое занимал Мидас в древнем мире, подтверждается найденными в гробнице предметами и размером надмогильного холма, который возвышается над кладбищем его предшественников и преемников (высота холма 49 м). 

Ликия. Несколько иную ветвь анатолийцев Железного века составляли жители Ликии, живописной горной области на юго-западном побережье Малой Азии между Фетие (в древности Телмесос) и Антальей. Окраинное государство в хеттский период – родина моряков и пиратов, которые в разных источниках Бронзового века назывались «лукку», эта провинция после окончания Темных веков вновь обрела независимость. Ликийцы были местным населением, выжившим после множества войн и нашествий. Их язык происходил от лувийского, а культурные традиции восходили к давним временам. Деревянная архитектура Ликии, скопированная в вырубленных в скале гробницах архаического и классического периодов, свидетельствует о высоком мастерстве плотников, разработавших собственные методы и приемы, собственные формы сооружения деревянных зданий. У греков в Бронзовом веке и после периода Темных веков были связи с Ликией, о чем говорит легенда о Беллерофонте и Химере (сражаться с Химерой Беллерофонта послал царь Ликии). В 6 в. до н.э. Ликия постепенно впитала в себя греческую культуру. 

Лидия. Последним из анатолийских народов, проявивших имперские притязания в Малой Азии, были лидийцы. Их страна была расположена внутри Западной Анатолии и не имела выхода к морю; столица Сарды стояла на реке Хермус. В 8 в. до н.э. фригийцы превосходили их в политической активности, но в водовороте киммерийского нашествия лидийцы выступили защитниками Западной Анатолии. Позже, при царях Альятте и Крезе, Лидия достигла вершины своего могущества, которое продлилось до тех пор, пока персидское завоевание Малой Азии в 546 до н.э. не покончило с последними остатками независимых анатолийских империй. 

Сарды были крупным городом с укрепленной цитаделью, удобно расположенной на вершине горы Тмолос (ныне Боздаг). Искусство Лидии представляет собой сплав восточных и западных элементов. Некоторые его стилистические особенности видны на примере изделий из слоновой кости 7 в. до н.э., найденных в храме Артемиды в Эфесе. Массивность хеттских форм уравновешивается вновь обретенными элегантностью и утонченностью отделки. Лидийские ткани, изделия из слоновой кости, парфюмерия и ювелирные изделия продавались в Грецию и на Восток. В Ионии греческие колонии прибрежной зоны обогащались благодаря близости Лидии, и многое из того, что называют «восточногреческим» характером ионийского искусства, пришло из Лидии. Больше того, персы руководствовались сплавом ионического и лидийского искусства, сооружая и украшая Пасаргады и Персеполь. 

Резюме. Основу анатолийской экономики составляло процветавшее сельское хозяйство, земледелие и скотоводство, а также торговля. Первоначально страна состояла из небольших княжеств, самые богатые из которых контролировали торговлю с Понтом и Кавказом, осуществлявшуюся по караванным путям, которые пересекали плато. Государства на плато богатели благодаря сухопутной торговле, но и прибрежные скоро нашли себя в морской торговле с Эгейским миром и Северной Сирией. 

С приходом хеттов и других индоевропейских племен многое осталось нетронутым, в том числе языки и религия побежденных народов, но воинственные и имперские амбиции новых правителей изменили лицо страны. Центральная и Юго-восточная Анатолия была в основном объединена под властью хеттских царей, и Хеттская империя в 14 в. до н.э. сделалась военным соперником более древних ближневосточных держав в Египте и Месопотамии. Не только военное дело, но и культурные и политические институты находились здесь на том же уровне, что и на всем Ближнем Востоке. В хеттском обществе имелись и библиотеки, и архивы, и своя бюрократия. На образ действия хеттов сильное влияние оказывали соображения религиозного характера. 

Сведения о хеттской религии можно почерпнуть из изображений на монументах, особенно в святилище, расположенном в Язиликае, и на многообразных наскальных барельефах с изображением приношения даров божествам, которые встречаются по всей Анатолии. Во главе пантеона богов, включающего божества дохеттской Анатолии, стояла богиня Солнца Аринна и бог погоды Хаттиль. Как художественные, так и ритуальные формы хеттской религии оставили свой отпечаток на более поздних анатолийцах. 

Письменное наследие хеттов сохранилось до наших дней главным образом в архивах из Хаттуши. Исторические, правовые, дипломатические, религиозные и литературные тексты написаны клинописью на глиняных табличках, преимущественно на хеттском языке, но есть и исполненные на иностранных языках (аккадском, хурритском) и местных анатолийских (протохаттианском, палаикском, лувийском). 

	Перерыв в истории хеттов, возникший вследствие нашествий и внутренних потрясений ок. 1200 до н.э., не означает конца анатолийской культуры. Неохеттские государства юго-восточной Анатолии спасли многое из хеттского наследия невзирая на то, что их правители принадлежали к другим племенам. Потомки прибрежных соперников Хеттской империи встретились с первыми греками, ионийские колонии которых сформировали стиль жизни и художественного выражения, представлявший собой сплав анатолийского и греческого стилей.