Характеристика первобытного охотничьего хозяйства

Введение



Человек и общество прошли длительный путь развития, по последним данным составляющий около 3 млн лет. Период становления и развития человеческого общества до цивилизаций называется каменным веком. В истории каменного века выделяют три эпохи палеолит (древнекаменный век) мезолит (среднекаменный), неолит (новокаменный век) Следующую за неолитом эпоху называют энеолитом (меднокаменный век). Он открывает эпоху металла и цивилизаций. Палеолит делится на ряд стадий (культур): ранний (нижний) палеолит, включающий олдувайский период (3 – 1,5 млн. лет назад), ашель (1,5 млн – 100 тыс. лет назад), мустье, или средний палеолит (100 – 40 тыс. лет назад) и поздний, или верхний палеолит (40 – 10 тыс. лет до н.э.) Мезолит длился от 10 до 8 – 7 тыс. лет до н.э., неолит от 8 – 7 тыс. лет до 5 – 4 тыс. лет до н.э., энеолит – 4, в лесных районах – 3 тыс. лет дон,э.

В олдувайском периоде сосуществовали парантропы (зинджантропы), австралопитеки (презинджантропы), которых палеоантропологи не относят к прямым предкам человека, и гомо габилис (homo habilis) – человек умелый, большинством ученых признанный таковым. Около 1,8 млн лет назад появляется гомо эректус (homo erectus) – человек прямоходящий, просуществовавший почти 1,5 млн лет, т.е. и в олдувайском периоде вместе с гомо габилис, и в ашельском. Его называют также архантропом и древнейшим гоминином (древнейшим человеком). К архантропам относятся питекантропы и синантропы. В позднем ашеле появляются и продолжают развиваться палеоантропы, или древние гоминины (древнейшие люди), к которым относятся неандертальцы, гейдельбергский человек и другие формы. Человек современного облика и интеллекта, homo sapiens (человек разумный), завершает антропогенез в позднем палеолите, 40 тыс. лет назад. Начальную форму организации общества называют первобытным человеческим стадом или «праобщиной». 

Появление её совпадает с выделением человека из животного мира и образованием общества. Праобщина представляла собой, по-видимому, небольшую группу людей. Маловероятно, чтобы большая группа могла прокормить себя при слабой технической вооружённости раннепалеолитического человека и трудности добывания пищи. Таким образом, трудно представить себе, что праобщина состояла больше чем из нескольких десятков, скорее из 20-30 членов. Большим коллективом было трудно прокормиться и передвигаться сохраняя единство. Возможно, такие праобщины, иногда объединялись в более крупные, но это объединение могло быть только случайным. Жизнь праобщины скорее всего не была жизнью беспорядочно передвигавшихся с места на место собирателей и охотников. Раскопки в Чжоукоудяне рисуют картину осёдлой жизни на протяжении многих поколений.

Об относительной осёдлости говорят и многие пещерные стойбища раннепалеолитического времени, раскопанные в разных частях Евразии на протяжении последних 60 лет. Это тем более вероятно, что богатство четвертичной фауны давало возможность длительного пользования кормовой территорией и, следовательно, позволяло занимать удачно расположенные и удобные навесы и пещеры под постоянное жилище. Вероятно, эти естественные жилища в одних случаях использовались на протяжении жизни нескольких лет, в других — на протяжении жизни нескольких или даже многих поколений. В установлении такого образа жизни важную роль, несомненно, сыграло развитие охоты.

Об охоте раннего и среднепалеолитического времени: мы нечего не знаем, мы можем только предполагать. В количественном отношении основной пищей человека по всей вероятности были плоды, и корни, унаследованная от животного состояния. Но охота давала мясную пищу, охота стимулировала развитие орудий и развитие коллективных форм труда. Охота была ведущей формой хозяйства в продолжении всего начального этапа развития первобытного общества, и охотничий образ жизни определял всё существование древнейшего человека.




1 Археологические находки



Новейшие открытия в Южной Африке показали, что уже австралопитеки питались мясом. Мясная пища, имела таким образом важное значение для успешного существования уже непосредственных предков древнейших людей. Эти открытия нанесли окончательный удар утверждениям о позднем возникновении охотничьего хозяйства. О том, что древнейшие люди наряду с собиранием растительной пищи, охотились на крупных животных, свидетельствуют и находки синатропа. Ряд других археологических памятников, относящихся примерно к тому же времени к дошельской и шельской эпохам, также свидетельствует об охотничьем хозяйстве древнейших людей. К числу таких памятников принадлежит стоянка Торральба, находящаяся в центральной части Пиренейского полуострова. При раскопках Торральбы обнаружены примитивные каменные орудия, характерные для конца шельской эпохи (отщепы и рубила), многочисленные кости теплолюбивых животных, живших в начале четвертичного периода: древнего слон, приближающегося к южному слону, носорога, дикого быка, дикой лошади и некоторых других. Кости слонов принадлежали не менее чем 30 особям.

Животные эти несомненно были убиты обитателями стоянки во время охоты, а часто их туши были принесены в стойбище. При раскопках грота обсерватории, расположенного на побережье Средиземного моря, близ Монако, в нижнем культурном слое найдены останки охотничьего стойбища шельского времени, примитивные каменные орудия вместе с костями древнего слона, носорога Мерка и гиппопатама. Останки подобных же охотничьих лагерей, в которых кости убитых на охоте крупных теплолюбивых животных раннечетвертичного времени (древнего слона, носорога, гипппопатама, оленя и др.) лежали перемешанными с примитивными каменными орудиями, обнаружены в Шпихерн и Бурбих в Эльзасе. Здесь, как и в Чжоукоуддяне, древнейшие охотники жили в пещерах, в последствии разрушившихся. Правда, таких охотничьих лагерей дошельского и шельского времени до нас дошло очень немного, так же как немного дошло до нас костных остатков самих людей того времени. Но всё же время от времени археологи обнаруживают новые и новые остатки охотничьих лагерей дошельской, шельской и ашельской эпох. Всвязи с этим значительный интерес представляет скелет древнего слона, обнаруженный 1948 году в Германии, у Лерингена (нижняя саксония на реке Аллер), вместе с грубыми, примитивными каменными орудиями. Между рёбрами слона было найдено изготовленное из тисового дерева копьё длиной 215см; тонкий конец копья заострён и закалён на огне. Центр тяжести копья располагается ниже его середины; следовательно, оно употреблялось не как метательное оружие, а как пика, рогатина. Принадлежность копья к тому же, вероятно ашельскому времени, что и скелет древнего слона, несомненны и доказывается залеганием их в одном и том же непотревоженном слое. Дерево, как правило не сохраняется в течении длительного времени, поэтому деревянные орудия эпохи палеолита обнаруживают лишь в виде редкого исключения. С находкой в Лерингене можно сопоставить находку в охотничьем лагере Торальба обугленного конца деревянного копья, также лежавшего среди костей древнего слона. Сходная находка была сделана в Англии, в древнепалеолитическом  местонахождении Клактон. Обе находки очень важны для характеристики древнейшего охотничьего хозяйства.




2 Охотничье хозяйство



2.1 Начальное развитие охотничьего хозяйства



Постоянная потребность в мясной пище стимулировала охоту на крупных животных. Именно по этому охота на крупных животных была основной ведущей формой производства древнейшего общества. Значение и эффективность охоты, и её удача зависела не столько от совершенства охотничьего оружия, сколько от условий местности, от случайного стечения обстоятельств.

Древнейшие люди были ещё слабы, беспомощны. Их технические достижения были ничтожны Они могли жить только в очень мягких климатических условиях, там где жили их предки, человекообразные обезьяны и где совершилось очеловечивание последних — на юге Европы, на юге Азии и значительной части территории Африки. Именно здесь и распространены археологические памятники дошельского, шелского и ашельского времени. Только в таких мягких климатических условиях с обильным и разнообразным животным и растительным миром дававшим в достаточном количестве необходимую пищу, наши предки могли постепенно овладеть простейшими хозяйственными и техническими достижениями, позволившими им на следующей ступени развития расселиться более широко, на климатически менее благоприятные территории. Страны с умеренным климатом и относительно холодными зимами первоначально были непригодны для жизни человека. Если бы люди с самого начала попали туда, то, не умея искусственно добывать огонь, лишённые одежды, жилищ, более или менее совершенных орудий и оружия, они не могли бы там существовать. 

Первобытное охотничье хозяйство достигает в мустьерскую эпоху несколько более высокого уровня развития. Это связано как с улучшением орудий производства, овладение огнём, изменением физического типа человека, так и с изменением общественных отношений, развитием и некоторым усложнением простейших форм коллективного труда. Показателем развития охотничьего хозяйства являются находимые во многих мустьерских стоянках больше скопления костей убитых на охоте животных — мамонтов, пещерных медведей, бизонов, диких лошадей и др. Мамонт представлял собой один из основных объектов охоты неандертальцев мустьерской эпохи, а также людей эпохи позднего палеолита.



2.2 Охота на мамонтов



Мамонты относятся к числу ископаемых, ныне вымерших, животных. Представление об их облике позволили составить широко распространённые находки трупов мамонтов, сохранившихся главным образом на севере Сибири в слое вечной мерзлоты, и наконец, реалистические изображения мамонтов, выполненные позднепалетическими людьми на камне, кости и на стенах пещер. По величине он иногда несколько превосходил своего родственника индийского слона. Высота мамонта иногда достигала 3.5 метра.

В отличие ст современных слонов, он был покрыт густой длинной шерстью рыжеватого цвета, которая образовывала на плечах и на груди длинную свисающую гриву. От полярной стужи мамонта защищала не только эта шерсть, но и толстый слой подкожного жира. Зубы мамонта (обычно их у него было всего четыре) весили каждый до 8 кг и были приспособлены для перетирания грубой растительной пищи. Бивни у некоторых мамонтов достигали в длину четыре метра; вес каждого бивня составлял до 200 кг. Они более или менее сильно изгибались и видимо, были мало пригодны в качестве орудия защиты или нападения.

Бросается в глаза резкий контраст между относительно очень примитивным охотничьем оружием неандертальцев и огромными размерами мамонтов, их мощным строением. Деревянное копьё, даже оснащённое каменным наконечником и брошенные с самого близкого расстояния, не могло прошибить толстую шкуру мамонта. Охота на них могла быть удачной лишь в том случае, если она производилась коллективно, большой группой людей, насчитывавшей несколько десятков и даже сотен человек. Люди могли устраивать на мамонтов облавы и гнать их к крупным обрывам, падая с которых животное разбивалось, или к болотам, топям; где животные вязли и становились добычей охотников. Мамонт должен был привлекать человека массой мяса и сала, которые давала ему туша, и большим количеством мозга и костного жира; несомненно, с этой целью приносились на места лагерей тяжёлые, многопудовые части конечностей и громадная голова мамонта. Она всегда попадаются в расколотом состоянии. Большие камни, использовавшиеся для этой цели, составляют нередкую находку при раскопках палеолитических стоянок.

Кости мамонта, часто в виде целых нагромождений останков не только десятков, но даже сотен особей этого огромного животного, сопровождают многие поселения Восточной и Средней Европы, относящиеся преимущественно к более ранней поре позднего палеолита. Можно думать, что такие скопления представляют не просто отброс охотничьей кухни, но служили известным хозяйственным запасом, предназначавшимся для разных целей. Находки в Костенках (наши раскопки 1931-1936 год) особых вырытых в земле хранилищ, окружавших основное жилище и заполненных костями мамонта, являются лучшим доказательством хозяйственного значения подобного материала. Особенно должны были цениться бивни мамонта дававшие прекрасный поделочный материал для развившейся в позднем палеолите обработки кости. В стоянках названной поры бивни мамонта бывают нередко намеренно отделены от других костей животного и сложены в кучу, где ни будь около очага. Такие нагромождения бивней, являвшиеся складом материала для изделий, попадаются очень часто в палеолитических стоянках Европейской части СНГ, всюду, где известны становища того времени: в Воронежской области, на Украине и в Белорусии.


2.3 Охота на медведя



Одним из характерных объектов охоты неандертальцев являлся также пещерный медведь. Он был примерно вдвое больше современного бурого медведя; крупные самцы, поднявшись на задние лапы, достигали в высоту почти 2.5 метра. В тундре и степях пещерные медведи встречались сравнительно редко; но зато они прекрасно чувствовали себя в горных, скалистых местностях, где завладели большей частью пещер. Охотясь на медведей, люди могли сбрасывать на них сверху тяжёлые камни или выходить на них с рогатинами. Многие медвежьи черепа находимые в тематических пещерах, проломаны, вероятно, в результате того, что люди сваливали сверху на головы животных глыбы камня. При раскопках грота близ Триеста был найден медвежий череп с вонзившемся в него мустьерским кремневым остроконечником; возможно это кремневое орудие представляло собой наконечник боевой секиры. В мустьерских пещерах Вильдкирхли, Петерхём и Драхенлох в Альпах, в Ахштырской пещере на Черноморском побережье Кавказа найдены кости многих десятков пещерных медведей, разумеется, убитых людьми в течении весьма длительного времени. В пещере Тютейль (Франция) обнаружены своего рода колодец, служивший ловушкой, куда палеолитические люди спускались, чтобы добивать попавших туда медведей и расчленять их туши.



2.4 Охота на зубра



Важным объектом охоты неандертальцев являлись также бизоны, или иначе зубры, представлявшие собой вид диких быков. Они были длинной до 3.5 метра весом около тонны и являлись для человека очень опасным противником. Зубры обитали в открытых пространствах лугового и степного типов. Первобытные люди могли устраивать на них большие коллективные облавы, в частности путём «пускания огня», то есть поджигания окружающей сухой степи.



2.5 Охота на дикую лошадь



Среди изображений животных в искусстве позднего палеолита, которое воспроизводило главным образом виды животных, имевших особенное значение в существовании человека, изображение лошади наряду с изображением мамонта является одним, из наиболее распространённых. Судя по рисункам и скульптурным изображениям, дикая лошадь в ледниковое время была представлена несколькими видами.

Кроме мяса, костного мозга, шкуры и костей, также находивших применение в хозяйственной деятельности человека, лошадь давала позднепалеолитическому охотнику ценный материал в виде конского волоса, который он, очевидно должен был широко использовать для плетения верёвок, силков, ловушек и т.п.



2.6 Охота на остальных животных



Охота на северного оленя в условиях ранней поры позднего палеолита имела не такое большое значение, как охота на мамонта и лошадь, хотя, несомненно, её роль постепенно возрастает к концу этого времени. Постепенно во многих стоянках Европы и Северной Азии остатки, северного оленя. Начинают занимать главенствующее место. Наряду с северным оленем в интересующее нас время добычей человека часто становились и другие виды оленей, в особенности благородный олень, а также и его крупные разновидности типа морала и вапити, хотя последние в стоянках позднего палеолита встречаются значительно реже, чем в лагерях мустьерского времени.

Список животных, кости которых встречаются в кухонных отбросах позднепалеолитических поселений ранней поры в меньших количествах, весьма обширен и неодинаков для разных областей. Это естественно. В одних местностях где человек жил ещё в окружении леса, среди остатков его добычи мы видим лесных животных – таких, как носорог, гигантский олень, лось, кабан, рысь, волк и др. В пещерных стойбищах, расположенных в скалистой, сильно расчленённой местности, и позднеледниковое время ещё довольно обычны обитатели пещер и ущелий пещерный или бурый медведь, лев и гиена. В иных стоянках встречаются остатки степных животных – таких как сайга. Наконец, во многих поселениях, особенно ближе к концу интересующего нас времени, часто попадаются, кроме северного оленя, характерные представители тундры – мускусный овцебык, росомаха, песец, лемминги и др. Разнообразие фауны в отбросах стоянок можно рассматривать как одно из свидетельств того, что люди позднего палеолита жили целиком за счёт добывания диких животных и приручение животных оставалось им ещё неизвестным. Природные условия и претерпеваемые ими изменения определяют путь, по которому должно было следовать развитие хозяйственной деятельности первобытных обитателей Европы в течение начальной поры позднего палеолита.



2.7 Охотничье оружие и способы охоты



При охоте на зубров, как при охоте на диких лошадей и северных оленей, немалую роль должно было играть и само охотничье оружие. Восстановить характер последнего, а также определённые способы охоты позволяют некоторые археологические находки. Так например, при раскопках мустьерской стоянки Ла Кина (Франция) французским археологом Анри Мартеном найдено несколько костей, из которых торчали осколки кремня. Можно было предположить что осколки застряли в костях во время раскалывания или разрезания последних с помощью кремневых орудий. Однако характер поверхности одной из костей показал, что животное ещё жило несколько дней после того, как в его кость вонзился кремень. Очевидно осколки кремния принадлежали наконечникам копий и вонзились в кости в кости животных во время охоты. Одно из животных было ранено, но ускользнуло от погони и было убито лишь в последствии. Этим и объясняются следы заживления вокруг травмированного места на кости. Таким образом, неандертальцы несомненно пользовались в качестве охотничьего оружия копьями и рогатинами с кремневым наконечником, хотя у значительной части копий и рогатин острия для большей твёрдости, вероятно, просто обжигались на костре. Другим охотничьим оружием неандертальцев возможно была бола – длинный ремень с каменными шарами, привязанными на его конце. Такое оружие до недавнего времени употреблялось некоторыми примитивными племенами Южной Америки во время охоты. Ремень накидывался на ноги бегущих животных, причём груз на конце ремня способствовал тому, что последний плотно обвивался вокруг ног животного и спутывал их. О существовании этого охотничьего оружия в мустьерскую эпоху возможно, свидетельствуют находки в некоторых мустьерских стоянках (Ла Кина и Ребиер во Франции и др.) шарообразных обтёсанных кусков камня. Иногда их обнаруживают по три вместе, как раз в том положении, в каком они должны были привязываться к ремню. Каменные шары могли образовывать составную часть и другого оружия — кистиня с короткой, гибкой, оплетённой ремнём рукоятью. Всё это оружие было ещё очень мало совершенно. Оно приносило пользу главным образом при охоте облавой, загоном, в которой принимало участие большое количество людей, возможно, применялись горящие факелы и поджигание окружающей местности. Такие способы распространены у наиболее примитивных племён прошлого. Наряду с облавами при охоте на некоторые виды животных, вероятно, применялись подстерегание и подкрадывание. Туши убитых животных расчленялись на месте охоты, а чаще целиком приносились в стойбище и разделывались уже там. Тщательное изучение нарезок на костях животных, найденных при раскопках, позволило восстановить процессы разделки туши. Удалось выделить нарезки, наносившиеся при следующих последовательных операциях: снятие шкуры, расчленение туши и отделение мяса от костей, за которым уже следовало разбивание костей для добывания костного мозга. Анализ нарезок показал, что туша животного не разрубалась, а разрезалась. Следы скобления на многих костях свидетельствуют о том, что неандертальцы часто употребляли в пищу сырое мясо. Если бы куски расчленённой туши подвергались предварительному прожариванию на углях (о варке речи быть не может, так как сосуды тогда ещё отсутствовали), мясо легко отделялось бы от кости и не было бы надобности скоблить последнюю. Таким образом и после освоения огня им пользовались для приготовления пищи не систематически, а лишь от случая к случаю. Понадобилось очень долгое время для того, чтобы развились различные способы употребления огня в быту. В некоторых мустьерских стоянках на костях установлены также следы вырезания из шкуры ремней и срезания сухожилий, несомненно использовавшихся для хозяйственных целей. Столь же несомненно, что в условиях холодного ледникового климата неандертальцы пользовались примитивной одеждой из шкур.



2.8 Места поселений



В мустьерскую эпоху, вместе с изменениями в технике и в охотничьем хозяйстве, несколько изменился и характер поселений. Люди продолжали, как и прежде устраивать свои становища на открытом воздухе по берегам рек, но несколько чаще стали заселять пещеры. Существует распространённое представление о том, что люди древнего каменного века выбирали для жилья пещеры коридорного типа, селились в тёмных переходах в глубине пещер, далеко от входа, чтобы тем самым защититься от холода и диких зверей. Это представление не отвечает действительности. В глубине пещер господствовали мрак и сырость, и отсутствовал выход для дыма костров. Поэтому палеолитические люди избегали там селиться, и остатки их культуры (каменные орудия и осколки, раздробленные кости животных угли от костров) почти никогда там не находят. Чаще всего люди селились в открытых неглубоких гротах или же просто на площадке под нависающей скалой. Старались выбирать грот открывающейся на юг, скалы которого защищали бы от холодных северных ветров и расположенный недалеко не далеко от источников воды и от выхода кремня, в местности удобной для охоты. Более постоянное заселение пещер в некоторых случаях было обусловлено похолоданием. Скальные навесы не только защищали от ветра, горевшие под ним костры. Распространение пещерных жилищ было связано с овладением огнём. В то же время оно имело и свои технические предпосылки. Заселяя пещеры, люди должны были быть в достаточной мере сильны, и вооружены, чтобы выгнать оттуда хищников, для которых пещеры нередко служили логовом.

Другим очень важным промысловым животным в раннее время позднего палеолита была дикая лошадь, водившаяся огромными табунами на степных равнинах Европы и Азии. Некоторые стоянки указанной эпохи бывают переполнены костями лошадей, которые также всегда разбивались людьми для получения костного мозга. По подсчётам некоторых авторов, в известной стоянке Солютре были найдены остатки десятков тысяч лошадей, убитыми обитателями первобытного лагеря и принесённые на место их становищ




Заключение



Приходится думать, что собирательство (связанное с употреблением растительной пищи), которые в мустьерское время могло ещё составлять довольно важный источник существования, в последующую эпоху должно было уступить главенствующее место в жизни человека охоте. Только охота, как хозяйственная база, с её растущим, всё увеличивающимся значением в жизни первобытного общества, может объяснить те изменения, которые переживало это общество в вещественном облике его материальной культуры и, очевидно в какой-то его социальной структуре. Но, разумеется, растительная пища в виде ягод, трав, кореньев, играющая всё же относительно большую роль в жизни современных обитателей крайнего севера, очевидно, являлась одинаково необходимой для охотников на мамонта, дикую лошадь и северного оленя ледникового периода.

Что касается рыбной ловли, являющейся одним из основных источников существования у всех современных полярных народностей, то вряд ли она могла иметь то же значение и в эпоху позднего палеолита, во всяком случае, в более раннею пору её хозяйственное значение должно было быть ещё весьма ограниченным. По крайней мере, находки костей рыб на местах поселений того времени составляют довольно редкое явление. Из поздних памятников Европы можно, например, указать пещеру Сюрень в Крыму (если будет подтверждён её ранний возраст), где Г.А Бонч-Осмоловским найдены остатки главным образом лосося. Для среднего же палеолита вообще нет данных, чтобы предпологать наличие рыболовства, хотя бы в ограниченных размерах. Всё что известно в отношении памятников описываемого времени, как отмечалось, говорит об исключительно большом значении в ту эпоху охоты на мамонта и затем дикую лошадь. Скопления остатков названных животных, к которым в разных районах Европы присоединяются другие виды, известны уже в стоянках эпохи мусьте. Прогрессировали — производственные навыки человека. Расширились знания о природной среде, накопился опыт, улучшилась организация коллективного труда. Так, при загонной охоте объединялись трудовые усилия отдельных индивидов по отношению к одному и тому же предмету труда. Полной однообразности трудовых операций никогда не было. При той же загонной охоте выделялись опытные организаторы, загонщики, новички, помогавшие разделывать и нести добычу, и т. д. Постепенное усложнение производственных навыков, чем дальше, тем больше требовало хозяйственной специализации. Поэтому существовавшее уже в праобщине естественное разделение труда по полу и возрасту получило теперь дальнейшее развитие. Мужчина стал преимущественно охотником, а позднее обычно и рыболовом, женщина сосредоточилась на собирательстве, на домашнем хозяйстве, стала хранительницей очага. Дети и старики помогали трудоспособным членам общины. Старики, кроме того, обычно являлись хранителями коллективного опыта и активно участвовали в изготовлении орудий труда. Подобное разделение функций вело к росту производительности труда всего коллектива.

В горных местностях верхнепалеолитические люди продолжали использовать под жилища пещеры, теперь уже не только навесы, но и достаточно глубокие пещеры с разветвленными внутренними ходами. В Испании, Франции, Швейцарии, Австрии, на Балканском полуострове, в Крыму, на Кавказе и в Средней Азии открыты многочисленные стоянки пещерного типа. Но в открытых местностях создавались жилища, иногда достаточно обширные и поэтому явно коллективные, с несколькими очагами и достигавшие длины в 35 и ширины в 15 метров. Каркасом им служили кости крупных животных, покрытием — ветви и шкуры. Вырывались и неглубокие землянки, иногда достигавшие больших размеров — до 200 метров. Вполне очевидно, что потолок в таких крупных землянках должен был укрепляться во избежание обвала длинными жердями, изготовление которых свидетельствует еще об одной стороне производственной деятельности верхнепалеолитических людей. Очевидно и другое — подобное жилище должно было иметь отверстие в крыше для свободной циркуляции воздуха и выхода дыма. В общем, человек эпохи верхнего палеолита научился хорошо защищать себя от непогоды и перешел к определенной оседлости, так как конструирование жилища не могло не требовать больших затрат труда и поэтому использовалось долговременно. Но, и покидая жилище, человек был, по-видимому, уже защищен от дождя и холода. Обилие в каменном инвентаре верхнепалеолитических стоянок шильев и иголок, в том числе и иголок с ушками, говорит об изобретении шитья. Шитье это было, конечно, грубым, в качестве ниток использовались специально приготовленные сухожилия или растительные волокна, но так или иначе все это дает возможность предполагать наличие у верхнепалеолитического человека простейшей одежды из шкур животных. Коллективной была и собственность на пищу или другую добычу. Независимо от того, как — коллективно или индивидуально — она была добыта, распределение ее было уравнительным, или равно обеспечивающим. 

По-видимому, древнейшим принципом дележа добычи, отмеченным у ряда низших охотников, рыболовов и собирателей, а в пережитках — и у более развитых групп первобытного человечества, был ее раздел между присутствовавшими либо всеми вообще членами общины. При этом даже самый удачливый добытчик получал не больше других. Во многих общинах аборигенов Австралии человек, убивший кенгуру, не имел на него никаких особых прав, и при разделе ему доставалась едва ли не худшая часть мяса. У бушменов, по сообщению очевидца XVIII в., все члены группы имели право на долю в охотничьей добыче каждого. У одной из групп канадских эскимосов, по свидетельству известного полярного исследователя К. Расмуссена, люди жили в состоянии настолько выраженного коммунизма, что даже не было охотничьих долей и все трапезы были совместными. Ч. Дарвин во время своего путешествия на корабле «Бигл» был свидетелем случая, когда группа огнеземельцев, получив в подарок кусок холста, разодрала его на равные части, чтобы каждый мог получить свою долю. Такой коллективизм в распределении был не просто автоматическим следствием коллективного производства, а необходимым условием выживания в условиях примитивного присваивающего хозяйства с его низкой производительностью труда и частой нехваткой пищи. Коллектив, получавший лишь жизнеобеспечивающий продукт, должен был регулировать потребление в интересах всех своих членов и не допускать положения, при котором одни благоденствовали, а другие голодали. Но вместе с тем распределение было не просто уравнительным, а учитывающим различия в потребностях по полу и возрасту, и поэтому некоторые специалисты считают, что его точнее называть равно обеспечивающим. В определенных случаях учитывались и высшие интересы коллектива в целом. В тяжелой борьбе с природой, которую постоянно вели раннепервобытные общины, их судьба нередко зависела от запаса сил у трудоспособных охотников и рыболовов. Вот почему в случаях необходимости, при чрезвычайных обстоятельствах последние могли получать последние куски пищи, а их иждивенцы оставаться голодными.




Библиографический список



1. Алексеев В.П, Першиц А.И. История первобытного общества: Учебник для студентов вузов по спец. «История» - 6-е изд.-2004.

2. Борисковский П.И Древнейшее прошлое человечества -2-е изд. (перераб. и доп. 1979.)

3. Ефименко П.П, Первобытное общество. Очерки по истории палеолитического времени. 3-е изд.-1957.