От богатства к упадку и вновь к процветанию, или История залива Зуин и портов Брюгге

От богатства к упадку и вновь к процветанию, или История залива Зуин и портов Брюгге 

Р.Чарлиер, (Roger H.Charlier), профессор Свободного университета г.Брюсселя

Морские заливы очень разные - и по глубине, и по площади, и по происхождению. Некоторые из них возникли в результате чисто геологических событий: таковы, например, залив Сан-Франциско, американские и европейские фьорды. Другие сформировались при изменяющихся гидрологических условиях - это эстуарии Шельды, Мааса и притоков Амазонки. Существование большинства заливов зависит от перемещающихся осадков и ограничено во времени, поскольку накапливающиеся наносы, если их регулярно не удалять драгированием, в конце концов могут полностью заполнить эти заливы. Так и случилось с нашим главным героем - заливом, который носит название Зуин (Zwin, флам.) *. 

* Здесь и далее некоторые географические названия, которых нет на картах, изданных в России, приводятся по фонетическому звучанию. - Примеч. ред.

По нему сегодня проходит граница, разделяющая Бельгию и Нидерланды. Очертания залива, его рукавов и расположение главного канала менялись несколько раз. Поэтому надпись на указателе на современной набережной Зуина гласит: “Меня сносили несколько раз, но воздвигали всякий раз вновь”. Очевидно, что надпись была сделана после 1830 г., когда Бельгия, наконец, получила независимость и граница была установлена совместной голландско-бельгийской комиссией. 



Современный Зуин.  



Карта района Зуин XIII в.

Сегодня Зуин невелик и практически не судоходен. Однако карта XIII в. показывает совсем другую картину: в районе залива существовала обширная сеть водотоков, многие из которых носят название Зуин: здесь и Старый Зуин, Первый и Второй Обманный Зуины, Новый Зуин, Зуин Черный Омут, который близко подходит к Западной Шельде. Все эти рукава свидетельствуют о частых и масштабных миграциях главной протоки. 

В то время широчайшим из Зуинов был тот, что поворачивал к западу напротив современного города Слёйса и направлялся к Дамме (Damme) и Брюгге - городам, судьбы которых во многом определялись судоходностью канала. Мы вернемся к этому позже, а сейчас обратимся к береговой линии Северного моря. 

Передвигающаяся береговая линия 

Атлантическое побережье Франции и побережье Северного моря (Франции, Бельгии, Голландии) претерпели существенные изменения за историческое время. В середине 60-х годов при сильных отливах у Сен-Мало в Бретани отступающая на мили вода обнажала множество кораблей, утонувших во время Второй мировой войны, а также остатки галльских поселений, поглощенные некогда морской пучиной. 

Наличие в осадках побережья торфосодержащих слоев, находки в них старинных монет и артефактов, датируемых неолитом, свидетельствуют о том, что здесь происходило несколько повышений и понижений уровня моря. Эти слои простираются на дне современного моря на довольно большое расстояние и вновь обнаруживаются близ побережья Англии. 

Прибрежные островные барьеры и дюны обрисовывают голоценовую береговую линию. При этом современные приливные и лагунные отложения окружают “молодые” дюны, которые иногда покрывают верхушки старых, разрушенных после галло-романского периода, когда море наступало на берег. 

На атлантическом побережье Франции голоценовая трансгрессия местами стерла плейстоценовые пляжи; они, пожалуй, сохранились лишь там, где ныне находится терминал туннеля под проливом Ла-Манш. Большинство отмелей здесь, как и в других местах побережья, возникало в периоды низких приливов - именно они намывают бары и косы на побережье, в эстуриях рек и в заливах, покрывая все наносами, иногда значительной мощности, как, например, в бухте р.Соммы. 



Среднеголоценовая трансгрессия на побережье Фландрии и в эстуарии р.Шельды: 

1 - современная береговая линия; 

2 - береговая линия эпохи Кале; 

3 - граница распространения приливных отложений; 

4 - старое направление течения р.Шельды; 

5 - современные выходы осадков эпохи Кале, обнажившиеся после добычи торфа; 

6 - остатки барьерных островов этого времени.

Расположенное напротив побережий Фландрии и Пикардии юго-восточное побережье Англии в древности подвергалось жесточайшему размыву. Хотя сильный шторм 1953 г. унес около 2000 жизней, а наводнение 1978 г. привело к значительному разрушению побережья, таких катастроф, как в предшествующие века, здесь не случалось. Во время одной из них утесы близ Холдернесса (Holderness) отступили почти на 200 м. (Пожалуй, столь же серьезно повлияли на всю систему распределения осадков в Северном море построенные у его берегов в течение двух последних веков волнорезы и молы, и везде с негативным результатом.) 

Берега размывались неравномерно, иногда сельскохозяйственные угодья и даже города отступали в глубь суши. Так случилось в XIV в. с Данвичем (Dunwich), портом в Саффолке, а в XX в. Селсей Бил (Selsey Bille), например, удалился от берега на 116 м с 1955-го по 1975 г. 

Бельгийское побережье Западной Фландрии имеет все признаки современного поднятия территории. Пологий песчаный пляж примыкает к цепи дюн, распространенных на прибрежной равнине шириной от 5 до 10 км, где много речушек с песчаными берегами и небольших водоемов, ограничивающих линию распространения голоценовой трансгрессии. Эти озера часто становятся прибежищем для птиц. 

В западной части этого района в торфяниках располагается несколько неглубоких понижений, заполненных соленой водой. Такие водоемы недолговечны и становятся частью суши. В восточной преобладают польдеры. Этот созданный руками человека вид ландшафта представляет собой окультуренные глинистые земли - марши, которые формировались в зонах, отгороженных косами и отмелями, или вдоль эстуариев, под защитой барьерных островов. Основное значение голландско-фламандского термина “польдер” - земляная стена, примитивная дамба, защищающая землю от затопления; еще одно - заиленная земля, территория, отвоеванная у моря или у рек. Первые настоящие польдеры датируются XI или XII в. Наш “герой” Зуин располагался именно на той территории, которую называют страной польдеров. 

Некоторые археологические находки показывают, что область, которая стала в дальнейшем называться Фландрией, заселялась уже в эпоху неолита. Представления о племенах, которые захватили нынешние территории Голландии, Бельгии и Северной Франции, и природе того времени достаточно расплывчаты. Но известно, что береговая зона, занятая лесами и маршами, причинила много неприятностей римлянам. Действительно, этот ландшафт представлял из себя настоящий лабиринт из маленьких водотоков, во время отлива обнажались глинистые берега, накрываемые потом высокой приливной волной. 

В период от III до VIII в. береговые равнины были полностью залиты (кроме эстуария Шельды) и впоследствии преобразованы в защищенную островными барьерами приливно-отливную низину, прослеживаются также следы трансгрессий XI в. (в то время была затоплена территория от Диксмуда и Ньивпорта в эстуарии р.Изер до канала Зуин) и XIII в., во время которой оз.Флево соединилось с Северным морем и стало заливом Зейдер-Зе. 

Поскольку наводнения постоянно угрожали эстуариям Рейна, Мааса и Шельды, а также морским побережьям района, известного как Фламандская Зеландия (ныне Нидерланды), их приходилось ограждать искусственными сооружениями - дамбами. Не потому ли и здешние дюны кажутся современнику творением рук человека XII-XIII вв.? (Впрочем, большая часть заливов и каналов была защищена дамбами по плану “Дельта”, который был осуществлен после шторма и катастрофического наводнения 1953 г. Открытым остался только один канал, связывающий гавани Антверпена и Роттердама.)  







Фрагмент карты 1641 г. с изображением Земли Саафтинген. 

Справа современный взгляд на эту же землю с р.Шельдой на заднем плане. Фото М.Диклеера

Рождение и зрелость 

В 1134 г. шторм небывалой силы опустошил побережье Фландрии, а к востоку от современного г.Кнокке-Хейст сформировался Зуин. (Заметим, что хотя этот залив часто относят к приливно-отливным бухтам, иногда именуют рекой, а еще чаще каналом, на самом деле это протока, характеризующаяся двусторонним переносом воды и осадков. Когда перемещение наносов во время отлива в Зуине становится меньше, чем во время прилива, он начинает заиливаться. Зуин не образует барьерных лагун и не запруживает эстуарии Северного моря, но дренирует берега.) 

В ту пору Зуин доходил почти до Брюгге, расположенного примерно в 20 км от береговой линии. Получив выход к морю, горожане немедленно построили на конце канала поперечную дамбу. Наряду с этим плотины возводили жители рыбацких деревень. 

Хотя поселение на месте г.Брюгге существовало и раньше, его развитие обязано не только каналу и связи с морем, но и строительству здесь в IX в. замка графов Фландрии. Один из них, Филипп Алзасский (1165?-1191), пожаловал в 1180 г. статус города и Дамме, также расположенному на берегу Зуина, но в 5 км севернее, где водный поток в канале начинал ослабевать. Здесь морские суда перегружали товары на плоскодонные речные, следовавшие затем в Брюгге. Дамме получил права складировать бордоские вина и копченую сельдь, что по тем временам было высокой привилегией 

Во времена этого правителя Фландрии в береговом районе от Брескенса (Breskens) до Дюнкерка не было настоящих городов, но при его содействии было создано несколько, из которых Ньивпорт в устье р.Изер стал важным морским портом. Зуин же оставался центром района польдеров. 

Брюгге в средние века приобрел широкую известность. Его называли городом мостов (“брюгге” по-фламандски - мост) и даже Северной Венецией, впрочем не только из-за каналов, а скорее по причинам экономическим, финансовым и политическим, а также до некоторой степени благодаря международным связям. В XIII в., когда город стал главным морским портом Фландрии, дружба графов с английским королем Эдуардом III (1284-1327) позволила удачно торговать текстилем (в основном сукном из английской шерсти). Брюгге было даровано немало привилегий, среди которых права на рыбную ловлю (их и в XX в. поддерживал британский королевский двор). С колокольни, которая и сегодня возвышается над главной рыночной площадью, принимали сигналы о прибытии кораблей через Зуин и посылали за ними баркасы. В XV в. в Брюгге располагалась резиденция могущественных герцогов Бургундских. 

Область между Брюгге и Северным морем в XIII в. была насыщена дамбами. Некоторые из них до сих пор играют первоначальную роль, другие стали дорогами и даже улицами. 

Сооружение дамб было в средние века тяжелым делом. Сотни рабочих копали землю лопатами, собирали ее в корзины, перетаскивали на место, где создавалась “стена”, которая становилась защитой для польдеров, пересекаемых сетью естественных и искусственных каналов, либо предохраняла от вторжения моря. Польдеры и ограждающие их дамбы сооружались также на р.Шельде и даже более чем в 60 км от побережья. 

В районе Зуина не было водяных мельниц, на которых энергию приливов превращали в механическую и использовали в процессе осушения польдеров, хотя они функционировали на Шельде, в Дюнкерке, в Зеландии. 

Если наводнения приносили процветание Дамме и Брюгге, то в эстуарии Шельды они приводили к значительным потерям земли. Один из примеров - так называемая Затопленная Земля Саафтинген (Saafthingen, флам.), которая оказывалась под водой не один раз. Но около 1600 г. была затоплена площадь в 3500 га, в центре которой в середине XIII в. располагалась деревня, ее жители занимались пастбищным животноводством, а также ткачеством, добычей соли и торфа. 

Дважды в день приливная волна средней высоты около 4.5 м накрывает, а затем, отступая, обнажает полосу земли, которая могла бы использоваться как пастбища. Однако велик риск катастрофического затопления, поскольку вода может набегать со скоростью 7 км/ч. Повсюду здесь болота, неисчислимые ручейки и маленькие каналы. Основной геоморфологический фактор - приливная волна, но и человеческая деятельность сыграла свою роль. Плотины в этом районе, например, уничтожались, чтобы не допустить испанские войска к осажденному Антверпену. Теперь здесь даже растениям трудно бороться за существование, выживают только солянковые. В этом естественном заповеднике находят приют перелетные птицы. 

Но вернемся к нашим главным действующим лицам. 

Закат и новое начало 

Справедливости ради нужно сказать, что упадок Брюгге и Дамме произошел не только из-за заиливания Зуина, начавшегося после очередной трансгрессии моря в XIII в., но и в результате упадка текстильной промышленности в XVI в. В то время как эти города теряли свои промышленные и торговые позиции, Антверпен, расположенный в 87 км от устья р.Шельды, перехватил их функции. Брюгге стали называть мертвым городом. 

Случай заиливания Зуина на протяжении XIII-XVI вв. - не самый масштабный на берегу Северного моря (этот процесс начался здесь приблизительно 7 тыс. лет назад). Так, за последние 400 лет бухта р.Соммы в Северной Франции сократилась с 400 до 70 км2. 

Побережье Фландрии пострадало и в XX в., во время крупного наводнения 1921 г., а в 1953 г. Зуин был наполнен опять и вода достигла окрестностей Дамме. Это наводнение, однако, положило начало гигантским работам в дельте Шельды, был даже отрезан один из рукавов реки. Правда, несмотря на блестящие технические решения, эти мероприятия имели негативные последствия для течения самой реки, до сих пор не преодоленные. 

В 1908 г. Леопольд II (1835-1909), король Бельгии (1865-1909), способствовал сооружению на берегу Северного моря порта в 15 км к северу от Брюгге и примерно в 10 км к востоку от Зуина. Он получил название Зебрюгге и входит в состав муниципалитета Брюгге. Были прорыты каналы, построены шлюзы, и в конце концов морской путь связал обе части города. В течение последних десятилетий XX в. порт значительно расширился и стал использоваться как паромный и контейнерный терминал, возвратив Брюгге и всей Западной Фландрии былое процветание. Провинция, которая включает район современного Зуина, - второй производитель ковров в мире, поставщик кормов для скота в Ливию, производитель льна для США. 



Вид на порт Зебрюгге.

Главный туристический “полюс” - Брюгге с его многочисленными памятниками. Архитектурное своеобразие города, который и сегодня нередко называют Северной Венецией, обусловлено искусственно сохраняемым средневековым обликом, старинными узкими домами, готическими зданиями, церквами и башнями в сочетании с большим количеством каналов (из которых поднимаются стены домов) и горбатыми мостами. На главной площади Гроте-аркт - Суконные ряды XIII в., на площади Бург - ратуша и капелла Святой крови XIII-XIV вв. Среди церквей - собор Синт-Салвадор (XII-XIII вв.), Онзе-ливе-Врауэкерк (1276-1549 гг.; с Мадонной Микеланджело и бронзовыми гробницами Марии Бургундской и Карла Смелого, XVI в.). В городе располагается несколько музеев нидерландского искусства, и в том числе известного живописца Х.Мемлинга (1440-1495). Дамме же привлекает туристов как центр легендарной земли благородного Тиля Уленшпигеля, символа борьбы против испанского правления XVI-XVII вв. 

Менее чем за сто лет бельгийское побережье, включая Зебрюгге, преобразилось коренным образом. Традиционные направления экономики здешней береговой зоны - рыболовство, охота на китов (вошедшая ныне в предания), а позже сельское хозяйство. Многочисленные рыболовецкие хозяйства пришли в упадок в XX в., в то время как туризм стал основным источником жизни местного населения. Вместо вереницы рыбачьих деревень, расположенных между дюнами и польдерами, очень близко к береговой линии, появились фешенебельные места отдыха на воде, а позднее, вслед за возникновением порта и промышленным развитием береговой зоны, - города-курорты. Привлекательность местного туризма возросла, когда в 1912 г. параллельно побережью была построена узкоколейная железная дорога, впоследствии электрифицированная. К тому же к середине XX в. количество туристов увеличилось, поскольку появились оплаченные отпуска, и теперь отдых на море могут позволить себе не только богатые люди. В последние годы прибавился так называемый туризм выходного дня - поездки на побережье на собственных автомобилях. В целом, если население Бельгии за 1860-1970 гг. выросло примерно в 1.5 раза, то население прибрежной зоны - почти в 3 раза, а самый близкий к Зуину город - Кнокке-Хейст - увеличился в 10 раз. 

Из скромной гавани с единственным молом длиной менее километра Зебрюгге стал крупным портом с несколькими причалами и, вопреки ожиданиям, курортом, поскольку вдольбереговой поток наносов перегородили, и образовался более широкий, чем до строительства порта, устойчивый пляж. Правда, с другой стороны гавани он практически исчез - песок использовали при строительстве порта; в то время это был крупнейший в мире проект такого типа. 

Однако в конце XX в. из-за расширения порта была создана грандиозная программа восстановления песчаных пляжей на соседних с ним участках. Дело в том, что при углублении акваторий порта и навигационных каналов добывается песок, который используется для подсыпки пляжей. 

Брюгге, чей морской берег переместился в Зебрюгге, входит в когорту девяти бельгийских и голландских портов в так называемой “дельте” Рейна-Шельды. Они отличаются по размерам, важности, интенсивности перевозок и значению. На бельгийской стороне это Ньивпорт, Остенде, также соединенный каналом с Брюгге, Брюгге-Зебрюгге и речные порты Гент и Антвепрен. На голландской стороне - два морских порта и три речных. Роттердам и Антверпен, расположенные в середине “дельты”, соответственно первый и второй по величине из крупнейших портов Европы, первый и третий - мира. Через них проходят 300 млн т грузов в год, они обеспечивают занятость 250 тыс. человек. 

Фламандские банки 

Параллельно побережью Бельгии располагаются большие песчаные отмели-Фламандские банки. Обсуждается возможность создания на них искусственных участков суши, но места для них подобрать нелегко. Так, например, четыре варианта были предложены для “полуострова” близ Остенде, на котором должно было быть построено новое казино. Защитники окружающей среды энергично выступили против этих планов, и они не были реализованы из-за близости поселений (менее 10 км), а также строительства морского курорта. (Сам Зебрюгге, правда, построен на молах и является прекрасным местом для развития яхтенного спорта, а также базой Бельгийского морского флота.) 

Ближайшие к берегу банки - широкие, плоские и протяженные, дальше от берега - более узкие и крутые, поскольку поступление сюда песка ограничено. Некоторые, хотя и незначительные, изменения берегов происходят и здесь из-за переноса осадков рек Северной Франции и размываемых кайнозойских отложений, перемещающихся в зону банок. В тихую погоду эти отложения, состоящие в основном из песка, гальки и ракушечника, откладываются в проливах между банками, а при волнении моря чаще всего находятся во взвешенном состоянии. На некоторых банках возможна добыча песка. Такое месторождение, как, например, Аппельзак, находится в конечном пункте переноса осадков, и добыча песка позволяет избежать заиливания ближайшей бухты. 



Схема расположения Фламандских банок.

Существует мнение, что некоторые банки подходят даже для строительства атомной электростанции (примерно в 7 км от берега на глубине от 3 до 6 м), поскольку достаточно стабильны, и около них тоже добывают песок. Еще один вариант - банка, расположенная в бельгийских территориальных водах, но вдали от маршрутов судов. Устойчивые слои глин толщиной от 120 до 180 м составляют здесь верхнюю часть кайнозойских осадков, перекрытых четвертичными отложениями, местами существует и слой голоценовых глин от 1 до 10 см. 

Однако создание искусственных островов недалеко от побережья связано со множеством проблем. Прежде всего эволюция берега должна быть рассчитана по крайней мере на 40 лет вперед. К тому же неизбежный размыв приведет к тому, что каждые пять лет понадобится около 40 тыс. м3 песка, чтобы искусственно поддерживать эти искусственные берега. Но, по мнению некоторых специалистов, создание вблизи берега атомной электростанции и связанных с ней теплоемких производств пошло бы на пользу и Бельгии, и Великобритании 

Европейская комиссия поддерживает также идею расширения порта Зебрюгге на 282 га, но, к сожалению, эти мероприятия явно затронут заповедные территории. Пока что нет никакой информации о том, как будет компенсироваться возможный ущерб. 

Что касается главного героя нашего повествования, приливно-отливного залива Зуин, то ныне это практически стоячий водоем в 2 км от прибрежного городка Кадзанд-Бада, который вдается в сушу всего на 2-3 км. Он судоходен только при высоком приливе, но более всего подходит для лодок - каноэ и каяков (больше же всего здесь пловцов, берега оккупировали туристы из Кадзанд-Бада). Залив и окружающая его территория по соглашению Бельгии с Нидерландами объявлены заповедником, часть которого служит прибежищем для птиц (в основном перелетных) и морских животных. Он очень похож на национальной парк в бухте р.Соммы в Северной Франции, хотя побережье Фландрии не несет на себе следов зеленых приливов, которые так сильно проявляются на пляжах Бретани. Однако нельзя сказать, что на бельгийском побережье нет следов цветения воды. Еще одна экологическая проблема - создание настоящей охраняемой территории для диких птиц во Фландрии, на которую у правительства не хватает средств. 

Нынешняя связь между Брюгге и Зуином не так значительна, как в средние века, поскольку порт Зебрюгге обслуживает не только пассажиров, но и выполняет функцию торгового порта, обладая всеми современными инфраструктурами. Воспоминания о старом Зуине остаются - они становятся культурной и исторической ценностью.