Усть-Каменогорск

Усть-Каменогорск 

Усть-Каменогорск — один из самых больших городов Восточного Казахстана. Его площадь почти 55 тыс. гектаров и живет в нем более 320 тыс. человек. А начинался он с крохотной крепости. Весной 1720 году по указу Петра I генерал Иван Лихарев был отправлен с командой на восток для укрепления российских рубежей и разведки месторождений золота в верховьях Иртыша. Экспедиция столкнулась с огромными трудностями. Ко всему прочему ей постоянно приходилось отбивать атаки отрядов воинственных джунгар. К концу лета Лихарев достиг места впадения в Иртыш реки Ульбы. Двигаться дальше по воде было невозможно — от жары Иртыш сильно обмелел. Здесь отряд заложил крепость Усть-Каменную, названную так потому, что в этом месте река вырывается из устья каменных гор и дальше катит свои воды по равнине. В нынешнем Усть-Каменогорске об этой крепости ничего не напоминает, но одна из улиц названа в честь генерала Лихарева.

В 1762 году Екатерина пригласила русских староверов, которые в свое время бежали в Польшу от религиозных преследований, вернуться на родину. На Алтае и в той части сегодняшнего Восточно-казахстанского округа, которая к нему прилегает, староверы получили право свободно исповедовать свою религию. Недалеко от Усть-Каменогорска, в горах до сих пор сохранились старообрядческие деревни, а в самом городе — старообрядческий собор Покрова Пресвятой Богородицы. Старообрядцы принесли в эти края не только свою веру, но и свой уклад. Получить о нем представление можно в этнографическом музее под открытым небом в центральном парке города.

Вот это — типичная планировка старообрядческого дома. Две жилые комнаты и холодные сени. В каждой комнате по печке. Как правило, семья жила только в одной комнате. Но, когда здесь заводились домашние насекомые, семья покидала эту комнату, печку переставали топить, помещение вымораживалось и насекомые вымирали. Семья переезжала в другую комнату до тех пор, пока и здесь не поселятся домашние насекомые. И так до бесконечности.

Ни староверы, ни казаки не были, конечно, первыми, кто поселился на этих землях. Русские строили крепости и города, распахивали земли, но до них здесь уже многие века жили казахи.

Директор этнографического музея Николай Зайцев: «Русское население появилось намного позднее, это уже, так сказать, XVIII век. И безусловно, потом впоследствии колонизация данного края, его заселение было, так сказать, сопряжено не только с появлением здесь русских, но и других народов, то есть, украинцев, белорусов, татар...»

Русская колонизация Восточного Казахстана проходила в основном мирно. Этому способствовала и разумная политика российских властей, и по природе уживчивый характер казахов.

Директор этнографического музея Николай Зайцев: «Если эта конфронтация была бы, то, безусловно, подобных поселений и сел здесь бы, естественно, не осталось. То есть, любая конфронтация, любая вражда сеет разруху, сеет уничтожение, а этого здесь не было».

Крестьяне, перебиравшиеся в эти края, несли с собой культуру русского деревянного строительства. А вот дом ничем особенным не отличается. Это дом 60-х годов. Но каждый, кто приходит сюда, чувствует себя как будто в гостях у любимой бабушки.

В очень похожем домике жил известный писатель Павел Бажов. В 20-е годы он преподавал здесь в крестьянском университете, издавал газеты «Известия Усть-Каменогорского ревкома» и «Советская власть». Родом из Усть-Каменогрска и Александр Волков, тот самый, что написал «Волшебника Изумрудного города».

В начале ХХ века в Усть-Каменогорске стала стремительно развиваться промышленность, и сегодня город — один из самых индустриальных в Восточном Казахстане. Здесь создан мощный энергетический комплекс. Усть-Каменогорская ГЭС, Усть-Каменогорская и Согринская ТЭЦ обеспечивают дешевой электроэнергией не только собственный район, но и другие регионы Казахстана.

Дешевая электроэнергия — это, конечно, хорошо. Но есть и другая сторона медали. Когда в воздухе присутствует чуть ли не вся таблица Менделеева, не очень-то это полезно.

Правда, за последние годы главные предприятия города — Усть-Каменогорский металлургический комплекс «Казцинк», металлургический завод и титано-магниевый комбинат установили на своих трубах фильтры и воздух в городе стал значительно чище.

При столь развитой промышленности неудивительно, что пейзажи Усть-Каменогорска до предела индустриальны. Над городом царят три богатыря. Так здесь называют три искусственные горы, терриконы — обычные спутники металлургических и горнодобывающих предприятий.

Но стоит покинуть Усть-Каменогорск, и взору сразу открывается другой мир. Недаром Восточный Казахстан считается одним из самых живописных и экологически чистых регионов республики. Здесь высоко в горах находится удивительный по красоте заповедник Маркаколь.

Создан он в 1976 году. Территория Маркаколя — это горы и девственные леса, в которых встретить медведя — дело обычное. В них водятся даже такие редкие, занесенные в Красную книгу животные, как снежный барс и красный волк. На вертолете до заповедника около 2 часов. Виды — глаз не оторвешь. Несмотря на шум и тряску, весь полет я провела прильнув к иллюминатору. Вертолет забирается все выше и выше. Скоро должно показаться озеро Маркаколь, по которому и назван заповедник.

В деревне Урунхайка, стоящей на берегу, находится администрация заповедника. Живут в деревне и казахи, и русские — примерно половина на половину. Кормятся в основном за счет приусадебных хозяйств. Кое-что дает озеро. Оно огромное, почти 44 тысячи гектаров, и богато рыбой. Но норма вылова даже для местных строго ограничена, а для приезжих рыбалка вообще запрещена.

Наш вертолет привлек внимание одних ребятишек. Но их интересовал главным образом вертолет, а не люди, на нем прибывшие. Попытка заговорить с детьми особого успеха не принесла. Что естественно: надо было догадаться запастись в городе гостинцами.

Из взрослого населения поглазеть на нас вышла одна-единственная женщина, вооруженная биноклем.

— А зачем вам бинокль?

— А я вас от в бинокль смотрела, так же бабка слепа, далеко не видит, так бинокль одела, такие дела...

Развлечений у бабы Фени немного, а тут люди из самой Москвы пожаловали. Я, понятно, стала ее расспрашивать о житье-бытье.

У Фени четверо внуков, так что забот хватает. Пенсию, слава Богу, выплачивают регулярно, и еще Феня корову держит. Деньги тут тратить особо негде — все свое. Разве что на одежду и сладости детям. Так бы все хорошо, только вот мальчиков после армии не очень-то назад в деревню тянет, многие в городе оседают.

Пока я беседовала с бабой Феней, подошел еще один местный старожил. Он по случаю какого-то одному ему известного праздника пребывал в весeлом настроении и изъяснялся весьма загадочно: «Батька Махно глянул в окно стало темно. Не надо меня снимать».

До кордона, где базируется администрация заповедника, я вполне и пешком бы добралась. Но не хотелось обижать хозяев, специально приславших за мной уазик. Езда по здешним дорогам здорово укрепляет вестибулярный аппарат. К счастью, тренировка длилась недолго, минут пятнадцать максимум.

Если в столице Маркаколя — Урунхайке еще как-то чувствуется цивилизация, то здесь попадаешь в настоящую глушь.

Когда прилетаешь сюда, в Алтайские горы, трудно поверить, что вообще-то большая часть территории Казахстана — это безжизненные степи. В таких местах водятся медведи, маралы, рыси и другие животные, многие из которых занесены в Красную книгу.

Маркакольский государственный заповедник обеспечивает работой многих жителей окрестных деревень. Глава местной администрации, по-казахски аким, Асымкан Халитов считает, что роль заповедника в экономике региона будет только расти:

«Сейчас вот как можно сказать, что вот этот государственный заповедник и лесхоз, в общем, государственные учреждения, создают нам новые рабочие места для наших рабочих».

Пока же строгий природоохранный режим, не позволяет развивать здесь туризм. В год заповедник может посещать крайне незначительное число приезжих, причем группы водят только по строго определенным экологическим тропам. А ведь желающих попасть в этот первозданный край более чем достаточно, и доход краю они бы могли приносить значительный.

Директор Маркакольского заповедника Есен Албакиров: «Сейчас на правительственном уровне решается вопрос о туризме, потому что закрыться, значит, как собака на сене, у нас вот такой вот, значит, ужасом я считаю, это не правильно, почему, потому что, значит, этот уникальный край, его надо пропагандировать, надо, значит, его охранять для будущего поколения, ну, и надо, чтобы она приносила какую-то пользу, значит, окупалась.

На обратном пути я попросила летчиков еще раз облететь вокруг озера — когда еще удастся его увидеть? Край-то не близкий. Впрочем, любителей путешествий расстояния никогда не останавливали. И когда местные власти начнут развивать туризм, желающих побывать в этом девственном краю, где русские и казахи живут в согласии с природой и друг другом, найдется немало.