На пути к Брестскому миру

На пути к Брестскому миру





Оказавшись у власти, большевики хорошо понимали, что положение в стране не может быть прочным и стабильным до тех пор, пока продолжается война с Германией. А потому вопрос о мире для них был первостепенным.

Не получив от бывших союзников ответа на предложение немедленно начать переговоры о заключении демократического мира, советское правительство встало на путь сепаратных переговоров с Германией.

Переговоры о перемирии со странами австро-германского блока начались 20 ноября в Брест-Литовске. Советскую делегацию, куда входили и представители левых эсеров (А. А. Биценко, С. Д. Масловский-Мстиславский), возглавлял А. А. Иоффе. А делегацию стран четвертого союза (Германия, Австро-Венгрия, Болгария, Турция) — немецкий генерал М. Гофман (хотя формально главой делегации числился министр иностранных дел Кюльман). Договор о перемирии был подписан 2 декабря .на срок до 1 января 1918 года.

С 9 декабря начались переговоры об условиях заключения мира. Персональный состав делегации претерпел к этому времени значительные изменения, он стал более узким и профессиональным. Председателем делегации по-прежнему был Иоффе, а с конца декабря ее возглавил народный комиссар по иностранным делам Л. Троцкий. Представители левых эсеров были и в новом составе делегации.

На переговорах германская делегация предъявила Советской России очень тяжелые условия мира. Она потребовала отторжения Польши, Литвы, части Латвии, Эстонии и Белоруссии.

Отношение к этим условиям было различным и в обществе, и внутри правящей партии. Они стали предметом острейшей дискуссии и борьбы. Так, на состоявшемся 11 (24) января 1918 года заседании ЦК в партии четко обозначились три точки зрения; 1) за немедленное заключение мира;

2) за продолжение революционной войны; 3) за заключение

политического компромисса.

В. И. Ленин, прекрасно понимая тяжесть предъявляемых условий мира, в своих многочисленных выступлениях, в том числе и в прессе, настаивал на немедленном заключении мира. В этом он видел спасение Советской республики. Рефреном в его высказываниях проходила мысль: если мы не подпишем мир, то подпишем смертный приговор Советской власти. 'Почему так ставился вопрос? Дело в том, что Советская Россия в то время не могла продолжать войну. Во-первых, старая армия в результате стихийной демобилизации фактически развалилась, а новая не была еще создана; во-вторых, экономика страны находилась на грани развала; в-третьих, массы устали от войны и справедливо требовали отдыха.

Группа “левых коммунистов” (Н. Бухарин, Г. Пятаков, А. Коллонтай, А. Бубнов и др.) выступала против заключения мира, за продолжение, как они заявляли, революционной войны. Эта война была необходима, якобы, в интересах мирной революции и прежде всего революции в самой Германии. Фактически “левые” выступали за “подталкивание” революций в других странах. Всех тех, кто выступал за мир, они обвинили в сговоре с империализмом, в предательстве интересов международного пролетариата. В пылу полемики и политической борьбы некоторые группы “левых” (члены Московского областного бюро партии, например) делали провокационные по сути заявления, считая, что в интересах международной революции вполне возможно и даже целесообразно  идти на утрату Советской власти.

Называя подобные заявления “чудовищными”, Ленин подчеркивал, что эмоционально насыщенные лозунги “левых коммунистов” авантюристичны и беспочвенны, поскольку не учитывают объективных реальностей текущего момента. Революций в других странах, в том числе и в Германии, еще нет, разъяснял он, и в этих условиях именно сохранение Советской республики будет лучшим подспорьем для международного пролетариата. Поэтому компромиссы с капиталистическими странами не только возможны, но в данной ситуации просто необходимы.

Троцкий и его сторонники отстаивали своеобразно сглаженную форму политического компромисса. Выражением его была формула “ни мира, ни войны”. С Лениным Трвцко-

224

го объединяло понимание невозможности успешного ведения войны, а с Бухариным — ориентация на мировую революцию.

Положение в ЦК и в партии в целом было очень сложным. Под влияние звонких псевдореволюционных лозунгов и фраз “левых коммунистов” попало немало рядовых членов большевистской партии, завороженных идеей мировой революции. Их поддержали крупнейшие парторганизации — Московская, Петроградская, Уральская, Самарская парторганизация во главе с В. Куйбышевым также высказалась против заключения мира.

В поддержку “левых” выступали и такие видные деятели партии, как Ф. Дзержинский, М. Урицкий, М. Покровский, А. Коллонтай, И. Арманд, Г. Пятаков, А. Бубнов и др.

Фактически до 18 февраля Ленин не имел большинства в ЦК партии. Все его предложения о немедленном заключении мира отвергались. Судьба Советской власти висела на волоске, и он это прекрасно понимал. Но этого не осознавали многие из его соратников. В этих условиях приходилось довольствоваться принятием паллиативных, компромиссных решений. Так на заседании ЦК 11 (24) января фактически было принято два предложения: предложение В. И. Ленина (“Мы всячески затягиваем подписание мира” за — 12, против — 1) и предложение Л. Д. Троцкого (“Мы войну прекращаем, мира не заключаем, армию демобилизуем” за — 9, против — 7)

Формула Троцкого “ни мира, ни войны” в то время была своеобразной “спасительной гаванью” для всех колеблющихся и пользовалась популярностью. И недаром на объединенном заседании Центральных Комитетов большевиков и левых эсеров 13 января именно эту формулу было решено предложить на рассмотрение работавшего в то время III съезда Советов. Разумеется, все это укрепляло веру Троцкого в свою правоту. Как показывают протоколы заседаний ЦК, он вовсе не испытывал какой-либо вины за последующее развитие событий.

' См.: Протоколы ЦК РСДРП(б), М., 1958, с. 173. 27 января (9 февраля по новому стилю) Германия предъявила советской стороне ультиматум по поводу принятия условий мира. На другой день Троцкий на заседании политической комиссии, превысив данные ему полномочия, от имени правительства РСФСР сделал краткое заявление в духе своей формулы, а затем послал телеграмму главковерху Н. Крыленко с предписанием издать приказ о прекращении войны и демобилизации русской армии. Это предписание было отменено по распоряжению В. И. Ленина.'

Своими действиями Л. Троцкий поставил страну в еще более тяжелое положение. 'После недельного ожидания, 16 февраля (нового стиля), Германия заявила о возобновлении военных действий. Началось наступление на Петроград. Создалась критическая ситуация. В этот ответственный момент правительство издало Декрет “Социалистическое отечество в опасности!”, в котором содержался призыв к массам встать на защиту революции и намечался ряд жестких мер по обороне столицы.

Первые бои отрядов красногвардейцев и формирующихся частей новой армии под командованием П. Дыбенко (23 февраля и в последующие несколько дней) с наступавшими немецкими войсками, вопреки расхожему сталинскому мнению, оказались тяжелыми и неудачными. Наспех организованные, необученные, не имея достаточного количества вооружения и боеприпасов, они не могли должным образом противостоять регулярным войскам. В ночь с 24 на 25 февраля немцы овладели Псковом, а немного позднее была сдана и Нарва.2

' См.: Вопросы истории КПСС. № 7, 1990, с. 48.

2 П. Дыбенко был отдан под суд революционного трибунала. Его обвинили в яеумении организовать руководство войсками, в попустительстве пьянству, в необоснованных .расстрелах. Главным обвинителем выступал Н. Крыленко, не менее повинный в неудачах  под Псковом и Нарвой. П. Дыбенко был оправдан.

226

Все дни между 16 и 23 февраля в ЦК велась острейшая борьба. Еще 17 февраля шестью голосами против пяти было отвергнуто предложение о вступлении в новые переговоры с Германией. Утром 18 февраля ЦК вновь отвергает это предложение (б—за, против—7).' И только на вечернем заседании этого дня наступил перелом. Было принято два принципиально важных решения:

1). “О немедленном обращении к немцам с предложением заключения мира” (за — 7, против — 5, воздержался —1); и 2). “О готовности “подписать старые условия с указанием, что нет отказа от принятия худших предложений” (за—7, против—4, воздержалось—2).2

19 февраля Ленин и Троцкий подписали телеграмму германскому правительству о согласии Совнаркома подписать мир на ранее выдвинутых условиях. В своем ответе 23 февраля Германия предъявила Советской России новые, гораздо более тяжелые условия мира: отторжение Польши, всей Прибалтики, части Закавказья в пользу Турции, фактическое превращение Украины в германский протекторат, выплату огромной контрибуции (6 миллиардов марок).

Сразу же по получении новых условий мира состоялось заседание ЦК партии. Свердлов огласил германские условия, которые произвели на присутствующих ошеломляющее впечатление. Не дожидаясь развертывания прений, выступил В. И. Ленин и поставил ультиматум. Вот как это выглядит в протокольной записи: “Тов. Ленин считает, что политика революционной фразы окончена. Если эта политика будет продолжаться, то он выходит из правительства и из ЦК”.3

Разумеется, ленинский ультиматум повлиял на поведение некоторых членов ЦК. Так, Дзержинский, Крестанский,

Иоффе и Троцкий, ранее, как правило, голосовавшие против, воздержались при голосовании предложения о заключе-

' См.: Протоколы ЦК РСДРП(б), М., 1958, с. 193-194, 199.

2 Там же, с. 204—205.

3 См.: Протоколы ЦК РСДРП (б), М., 1968, с. 211. 

                                                                                          227

нии мира. Объективно это предопределило выход из тупика. В итоге голоса разделились следующим образом: за — 7, против—4, воздержались—4.

Однако и после этого разногласия не были сняты, борьба продолжалась. Сохранялась и опасность раскола в партии.

Еще на заседании ЦК 23 февраля Дзержинский, Крес-тинский, Иоффе сделали письменное заявление, что они не считают возможным подписание мира, а воздержались при голосовании лишь из-за нежелания раскола партии. Урицкий от имени Бухарина, Ломова, Бубнова, Пятакова, Смирнова и Яковлевой объявил об отказе от всех ответственных партийных и государственных постов, “оставляя за собой полную свободу агитации как внутри партии, так и вне ее”.

На другой день во время обсуждения состава делегации на переговорах Троцкий вновь поставил вопрос об уходе с поста наркома иностранных дел (первый раз он заявил об этом 22 февраля), поскольку, он не может отстаивать позицию, с которой не согласен. По предложению В. И. Ленина было принято постановление: “ЦК, не считая возможным принять отставку тов. Троцкого, просит его отсрочить это его решение впредь до возвращения делегации из Бреста”.2 Не удовлетворенный этим решением, Л. Троцкий заявил, что будет “вынужден устраниться от появления в официальных учреждениях”.3 По предложению В. И. Ленина ЦК согласился и с этим, но просил его “не отстраняться от других решений”. На этом заседании было решено послать на переговоры делегацию в составе Г. Сокольникова, Л. Карахана, Г. Петровского и Г. Чичерина.4 ЦК обратилось к Урицкому и другим авторам заявления об уходе со своих постов с просьбой отложить его исполнение, с чем они и согласились.

' Там же, с. 215. Левые эсеры, ранее выступавшие за подписание мира, теперь были против. Правда, М. Спиридонова, оставшись в меньшинстве, по-прежнему поддерживала большевиков.

2 См.: Протоколы ЦК РСДРП (б), М., 1958, с. 215.

3 Там же.

4 Там же, с. 223.

228

3 марта 1918 года советская делегация в Бресте демонстративно, не обсуждая условий, подписала мирный договор с Германией. При этом она сделала официальное заявление, в котором говорилось о вынужденном характере этого шага.

После подписания мирного договора внутрипартийная и межпартийная борьба обострилась с новой силой. Противники мира направили свои усилия на то, чтобы не допустить его ратификации.

Для окончательного выяснения мнения членов партии по вопросу о мире с Германией был созван экстренный VII съезд, работавший 6—8 марта 1918 года. На нем “левые

коммунисты” решили взять реванш за свое поражение в ЦК. Содокладчиком Ленина выступал Н. И. Бухарин. В; И. Ленину пришлось выступать 18 раз с обоснованием решения ЦК и Совнаркома. В итоге съезд одобрил подписание мира с Германией.

;На этом съезде было принято новое название партии — Российская коммунистическая партия (большевиков). Была избрана также “программная” комиссия во главе с Лениным, которой было поручено подготовить к очередному съезду новую партийную программу. В состав избранного на съезде ЦК вошли и основные лидеры “левых коммунистов”.

' В публикациях последнего времени высказываются и иные суждения. ,В частности, Д. Воякогонов рассматривал Брестский мир как акт национального предательства и предательства по отношению к своим союзникам. И цена этого мира была одиидком велика—около одного миллиона квадратных километров территории и выплата контрибуции 245,5 тоин золота (6 миллиардов марок). Непобежденная Россия .признала себя побежденной, а Германии был дан шанс продержаться еще несколько месяцев. (См.: Волкогонов Д. А. Семь вождей, 1995, Книга первая, с. 58, 98).

229

Для ратификации мирного договора 14 марта 1918 года был созван IV Чрезвычайный съезд Советов. От имени ВЦИК выступал Ленин. Работа съезда проходила в острейших дискуссиях не только с “левыми коммунистами”, но и с меньшевиками (Мартов), и левыми эсерами.

Содокладчиком от партии левых эсеров выступал Б. Камков. Он говорил, что Брестский мир уничтожил нашу революцию и независимость России, поэтому всех сторонников мира обвинял в сговоре с германским империализмом, в предательстве интересов мировой революции. И содокладчик, и другие выступавшие в его поддержку заявили о своем выходе из состава Совнаркома. Это было роковое решение, положившее конец двухпартийной коалиции в правительстве.'Оно имело трагические последствия для последующего развития событий.

Попытки противников мира сорвать ратификацию договора не удались. В результате поименного голосования заратификацию высказались 784 делегата, против — 261, воздержалось — 115. Страна получила долгожданную мирную передышку.

' Правда, такие видные лидеры левых эсеров, как Спиридонова, Колегаев и Трутоцокии, выступали за продолжение сотрудничества с большевиками не только во ВЦИК, но и в правительстве. Но они не были поняты и услышаны.

230







Отечественная история XX века. Учебное пособие. Книга первая.

Тольяттннский филиал Самарского государственного педагогического университета. Сдано в набор 11.03.97 г. Подписано к печати 23.05.97 г. Заказ № 8589. Формат 7х12. Гарнитура литературная. Печать высокая. Печатных листов 29. Тираж 2000. Отпечатано ТОО предприятием “Форум”. 44&6211 г. Тольятти, ул. М. Горького, 96.