Презумпции невиновности в уголовном судопроизводстве на современном этапе развития российского г

3









ВВЕДЕНИЕ



Осуществление правосудия определяется рядом принципов в интересах прав и свобод человека и гражданина. Наиболее важные из них: презумпция невиновности, освобождение обвиняемого от бремени доказательства своей вины, толкование сомнений в пользу подсудимого.

Это общепризнанный принцип, согласно которому обвиняемый считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке.

Прототипом презумпции невиновности иногда называют древнеримскую формулу praesumptio boni viri, что означает: участник судебной тяжбы считается действующим добросовестно, пока иное не доказано.

Презумпция невиновности -- подлинно уголовно-процессуальная категория, «душа» уголовного судопроизводства. Как общественно-политическая идея она зародилась незадолго до Великой французской революции XVIII в. и пришла в уголовный процесс из политики. Ее выдвинуло в качестве политического лозунга, наряду с требованиями свободы, равенства и братства революционное «третье сословие» в пику отжившему инквизиционному пыточному судопроизводству, королевскому произволу и бессрочному заточению в тюрьму без суда и следствия. 

 

В своем изначальном виде презумпция невиновности формулировалась в виде следующего требования, закрепленного в статье 9 Декларации прав человека и гражданина Франции 1789 г.: «Так как каждый человек предполагается невиновным, пока его не объявят (по суду) виновным, то в случае необходимости его ареста всякая строгость, которая не является необходимой для обеспечения (за судом) его личности, должна быть строго караема законом».

 С той поры презумпция невиновности прочно внедрилась в практику общественных отношений.

 В настоящее время принцип презумпции невиновности закреплен как в основных международных документах ООН, Совета Европы, так и внутреннем законодательстве развитых стран. 

В статье 11 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. презумпция невиновности формулируется следующим образом: «Каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты».

В Международном пакте о гражданских и политических правах, принятом Генеральной Ассамблеей ООН 18 декабря 1966 г. и ратифицированном СССР 18 сентября 1973 г., записано: "Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет доказана согласно закону".

Россия также взяла на себя обязательство обеспечить любому лицу провозглашенные в международных правовых актах права и свободы. 

Декларация прав и свобод человека и гражданина Российской Федерации 1991 года и Конституция 1993 года (ст. 49) закрепили верховенство общепризнанных международных норм, относящихся к правам человека, над внутренним правом и в частности, презумпцию невиновности.

Формулировка данного принципа содержится в Конституции РФ: “Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда”. 

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в ст. 14 окончательно закрепил принцип презумпции невиновности уголовном производстве.

Актуальность выбранной темы состоит в том, что Конституция РФ провозгласив Россию правовым государством, тем самым приобщила страну к мировым общечеловеческим и государственным ценностям.

Гражданскому обществу в условиях демократической цивилизации требуется юридическая система, центром и смыслом которой является человек. Права человека в ней должны быть не просто декларациями и заявлениями, а иметь четкий механизм их фактического воплощения в социальную действительность. В системе социально-политических, правовых отношений личность и ее права должны занять приоритетное место.

В связи с этим особую значимость приобретает реализация принципа презумпции невиновности в ее международном, конституционным, уголовно-процессуальном аспектах. Презумпция невиновности фактически признанная всем демократическим мировым сообществом, в настоящее время рассматривается не просто как принцип уголовного процесса, но и приобретает особый статус в правовом регулировании общественных отношений.

Являясь одной из важнейших гарантий обеспечения защиты гражданина от необоснованного привлечения к уголовной ответственности, презумпция невиновности выполняет роль своеобразного рычага в формировании нового социального и правового сознания. Именно этим принципом должен определяться характер деятельности должностных лиц, расследующих преступления. Более того, от реальности воплощения этого принципа зависит положение человека в обществе и государстве.

Таким образом, важность изучения презумпции невиновности определяется тем, что данный принцип определяет характер расследования и судебного разбирательства, а также положение личности в уголовном процессе. Именно поэтому и объясняется выбор данной темы. 

Цель работы данной работы: выявление роли и значения презумпции невиновности в уголовном судопроизводстве на современном этапе развития российского государства, исследование сущности презумпции невиновности, ее структуры и содержания в системе принципов уголовного процесса, исследование механизма воздействия данного принципа в процессе принятия процессуальных решений следователем на досудебных стадиях уголовного процесса и при рассмотрении уголовных дел в суде.

 	Задачи данной работы: раскрыть содержание принципа презумпции невиновности с учетом положений Конституции РФ и норм УПК РФ,· определить значение презумпции невиновности для обеспечения защиты прав и законных интересов подозреваемого, обвиняемого, подсудимого,  обозначить способы обеспечения принципа презумпции невиновности на различных стадиях уголовного процесса.

	Для достижения названных целей и задач работа имеет следующую структуру. В первой главе рассмотрена презумпция невиновности как одна из важнейших  процессуальных гарантий прав обвиняемого, ее понятие и содержание. Во второй главе рассмотрен вопрос об обеспечении презумпции невиновности на стадиях досудебного производства, право обвиняемого на защиту, роль защитника на досудебной стадии, прекращение уголовных дел. Рассмотрена презумпция невиновности в судебном разбирательстве, роль защитника в судебной стадии, а также презумпция невиновности при проверке законности и обоснованности приговоров.

	Теоретическое и практическое значение выпускной квалификационной работы заключается в том, что в ней сделана попытка разработки теоретической модели принципа презумпции невиновности и выявление механизма его реализации на стадиях возбуждения уголовного дела, предварительного расследования и рассмотрения уголовных дел в суде.















1. ПРЕЗУМПЦИЯ НЕВИНОВНОСТИ КАК ОДНА ИЗ ВАЖНЕЙШИХ ГАРАНТИЙ ПРАВ ОБВИНЯЕМОГО, ЕЕ ПОНЯТИЕ И СОДЕРЖАНИЕ 





Презумпция невиновности - один из важнейших принципов демократического уголовного процесса, имеющий самостоятельное назначение и выполняющий особую, лишь ему отведенную служебную роль.

Презумпция (praesumtia) -- слово латинского происхождения. Буквально переводится оно как «предварение». Философы называют презумпцией предположение, основанное на вероятных посылках. В ином значении презумпция -- это положение, из которого исходят как из стинного, пока правильность его не будет опровергнута.

Ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса РФ провозглашается принцип презумпции невиновности, как один из принципов уголовного процесса. Заключается он в следующих положениях:

1. Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

2. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

Презумпция невиновности является объективным правовым положением. Предъявляя лицу обвинение, органы расследования считают его виновным в совершении преступления, однако его вину необходимо доказать. Закон связывает возможность признания лица виновным с обязательным проведением судебного разбирательства - стадии, где сосредоточены максимальные гарантии прав и законных интересов обвиняемого и проверки доказательств обвинения. Обвиняемый считается невиновным до тех пор, пока в отношении него не будет вынесен обвинительный приговор суда, вступивший в законную силу.

Правила ст. 49 Конституции распространяются также и на подозреваемого - лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления, или лицо, в отношении которого избрана иная мера пресечения до его привлечения в качестве обвиняемого.

Обвиняемого невиновным считает закон, который возможность признания его виновным связывает с таким порядком судопроизводства, при котором происходит полное и всестороннее судебное исследование всех обстоятельств дела на основе гласности, устности, равноправия сторон и состязательности, других демократических принципов процесса, т.е. с обязательным проведением судебного разбирательства - стадии, где сосредоточены максимальные гарантии прав и законных, интересов обвиняемого и проверки доказанности обвинения. Только тогда, когда по делу состоялось судебное разбирательство и вынесенный судом обвинительный приговор вступил в законную силу, государство принимает на себя ответственность за правильность придания подсудимого виновным и его осуждения. В этом и заключается сущность принципа презумпции невиновности как объективного правового положения, которое обязательно для всех лиц, ведущих судопроизводство, а также и всех иных учреждений, организаций, должностных лиц и граждан, которые не имеют права поступать с обвиняемым как с виновным.

Законодатель, возлагая на соответствующие органы обязанность, решительно изобличать каждого, совершившего преступление, в то же время строго требует от них, чтобы ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден.

Уголовно-процессуальное законодательство РФ (ст. 140 УПК) регламентирует основание привлечения к уголовной ответственности следующим образом: "Основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления".

В.З. Лукашевич, В.М. Савицкий и ряд других процессуалистов считают недопустимым обвинение человека, если у прокурора имеются колебания, сомнения в его виновности. Эта позиция сейчас нашла всеобщее признание.

Я также стою на той точке зрения, что прокурор, следователь, дознаватель строго разбираясь в собранных по материалу доследственной проверки доказательствах, объективно и всесторонне оценивая их, должен твердо убедится в том, что факты, образующие основание уголовной ответственности установлены в соответствии с действительностью, что принимаемое по ним решение о возбуждении уголовного дела единственно правильное, строго законное и обоснованное, ибо привлечение к уголовной ответственности только тогда отвечает интересам правосудия, когда оно является законным и обоснованным. 

Что же служит правовой основой для появления обвиняемого в уголовном процессе?

В юридической литературе по данному поводу нет единого мнения. Если М.С.Строгович, М.А.Чельцов и многие другие процессуалисты связывают появление обвиняемого с вынесением постановления о привлечении к уголовной ответственности, то другие, в том числе Р.Д.Рахунов, связывают это с непосредственным предъявлением обвинения. 

По общему правилу лицо признается обвиняемым с момента предъявления ему обвинения. 

С таким решением данного вопроса необходимо согласиться, так как именно с момента предъявления обвинения лицо полностью узнает, какое деяние и в какой степени ему инкриминируется, какими процессуальными правами оно обладает, и, следовательно, возникает реальная возможность для защиты.

Как активный участник уголовного процесса, обвиняемый наделен широким комплексом прав на защиту. Под правом на защиту следует понимать совокупность процессуальных прав, обеспечивающих обвиняемому реальную возможность защищать свои законные интересы. Это право складывается из права на личную защиту и права на помощь защитника.

Право обвиняемого на защиту выражается в предоставлении обвиняемому возможности защищаться установленными законом средствами и способами.

Согласно ст. 49 УПК РФ защитник участвует в уголовном деле :

1. С момента  вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого;

2. С момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица;

3. С момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, в случае применения к нему в соответствии со ст. 100 уголовно-процессуального кодекса меры пресечения в виде заключения под стражу.

4. С момента вручения уведомления о подозрении в совершении преступления, в порядке, установленном ст. 223-1 УПК РФ.

5. С момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица. Подозреваемого в совершении преступления.

 В обязанность прокурора, следователя и дознавателя входит обеспечение охраны личных и имущественных прав обвиняемого. 

	На первый взгляд такое требование закона может показаться непонятным. Следователь должен привлечь к ответственности лицо, совершившее преступление. Он собрал доказательства виновности и обвиняет лицо в преступлении. Как же он должен заботиться о том, чтобы обвиняемый мог защищаться от обвинения, и даже охранять его личные и имущественные права? Возложение на следователя этой обязанности является разумным и необходимым не только в интересах обвиняемого, но и в интересах расследования.  В целях правильного, объективного выяснения всех обстоятельств дела следовать должен дать обвиняемому возможность выдвинуть все имеющиеся у него возражения, выслушать и внимательно проверить все его объяснения. 

Кроме того, следователь обязан обеспечить право обвиняемого на защиту для того, чтобы самому не допустить ошибки и правильно разрешить дело. 

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УПК обвиняемый имеет право: знать в чем он обвиняется, и давать показания по  предъявленному ему обвинению; (при согласии обвиняемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показания); заявлять ходатайства; знакомиться со всеми материалами дела с момента окончания досудебного расследования и выписывать из дела необходимые сведения или же с помощью технических средств копировать необходимые материалы дела; иметь защитника; участвовать в судебном разбирательстве в суде первой инстанции; заявлять отводы; приносить жалобы на действия и решения дознавателя, прокурора и суда. 

Как видно, данная статья не содержит специального перечня прав, которыми обладает обвиняемый только в стадии досудебного расследования. Указанными правами он наделен как участник всего уголовного процесса.

Принцип презумпции невиновности определяет правовой статус обвиняемого не только в уголовном процессе, но и во всех общественных отношениях, в которых он выступает в качестве одного из субъектов. До вступления приговора в законную силу за обвиняемым, содержащимся под стражей, сохраняется право на участие в выборах, право на пользование жилым помещением, его никто не может уволить с работы или отчислить из учебного заведения ввиду его виновности в совершении преступления. 

Расследование и судебное разбирательство по уголовному делу направлено на решение вопроса о виновности, ответственности и наказании определенного человека, гражданина -- обвиняемого. Сама процедура судопроизводства и тем более, ее исход чувствительно затрагивают права, свободы, жизненные интересы личности. Таким образом, дело касается социальных ценностей первостепенного значения. 

Привлечение к уголовной ответственности и предъявление обвинения, несомненно, причиняют серьезную психологическую травму обвиняемому. Применяемые же в связи с этим мера пресечения, отстранение от должности ограничивают его свободу и право на труд. 

Поэтому существенной гарантией прав личности в уголовном процессе является обоснованность привлечения к уголовной ответственности. Принять решение по этому вопросу следователь должен только при наличии веских улик, после того, как исследованы и отвергнуты как не подтвердившиеся, построенные на наличных доказательствах версии о невиновности данного лица. 

Таким образом, из презумпции невиновности вытекают четыре правила-следствия, которые имеют важное практическое значение и в совокупности своей верно и полно отражают ее глубинный юридический и нравственный смысл.

Никто не может быть осужден на предположениях о виновности в совершении преступления.

Бремя доказывания виновности лежит не на обвиняемом, а на обвинителе.

Все сомнения, возникшие по поводу виновности и объема                                  обвинения, толкуются в пользу обвиняемого.

Недоказанная виновность юридически абсолютно равнозначна доказанной невиновности.

Первое правило заключается в том, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановлениях лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. 

Иначе говоря, предположения, мнения, умозаключения, догадки, сколь бы вескими и остроумными они ни были и кому бы они ни принадлежали, при решении вопроса по уголовному делу основного вопроса -- о виновности -- вообще не принимаются во внимание. Значение этой «информации к размышлению» в качестве доказательства юридически ничтожно.

 Так, если после ухода одного из двух находившихся в помещении людей другой тут же обнаружил пропажу денег или вещей, отнюдь не лишенный логики и здравого смысла обыденный вывод «больше некому» сам по себе не может служить основанием ни для признания первого виновным в краже, ни даже для предъявления обвинения, ареста или задержания по подозрению в преступлении. Это -- всего лишь основание для версии.

Еще в III в. н. э. римский юрист Павел сформулиро-вал правило: ei incurnbit probatio, qui dicit, non qui lie-gat -- доказывать обязан тот, кто утверждает, а не тот, кто отрицает.

Итак, второе правило -- о бремени доказывания -- означает, что ни подозреваемый, ни обвиняемый свою невиновность доказывать не обязаны и в уголовном процессе ни при каких обстоятельствах не могут быть поставлены в положение «докажи, что ты не преступник». 

Часть 2 ст. 49 Конституции РФ запрещает возлагать на обвиняемого обязанность доказывать свою невиновность. Перенесение обязанности доказывания оказывается несовместимым с презумпцией невиновности и неуклонно приводит к противоположному принципу -- к презумпции виновности.

Участники процесса могут активно доказывать свою невиновность (например, свое алиби, т. е. тот факт, что в момент совершения преступления он находился в другом месте). Но это их право, а не обязанность. 

Обвиняемый (подозреваемый) может занять позицию полного неучастия в своем оправдании, и никто не вправе упрекнуть его в этом. 

Доказывать обвинение, а точнее говоря, объективно, полно и всесторонне исследовать все обстоятельства дела, выявить как обвинительные, так и оправдательные обстоятельства обязан тот, кто его выдвинул. На предварительном следствии -- это следователь, а в суде -- государственный обвинитель и суд.

Принуждение к даче показаний обвиняемого, подозреваемого путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или лица, производящего дознание, является преступлением и наказывается лишением свободы.

Нарушение требований УПК может привести к утрате доказательств, которые впоследствии невозможно будет восполнить. Доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы, не могут быть положены в основу обвинения, а так же использоваться для доказывания обстоятельств, подлежащих установлению по делу (ч. 1 ст. 75 УПК). 

При достаточности доказательств вины органы расследования выносят постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого. 

Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора.

Верховный Суд РФ неоднократно указывал, что переложение на обвиняемого обязанности доказывания представляет грубую судебную ошибку, и отменял в таких случаях приговоры. Так, в обзоре судебной практики от 01.02.96 г., «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», Верховный Суд Российской Федерации вновь акцентировал внимание судов на необходимость соблюдения при рассмотрении уголовных дел, закрепленного в ст. 49 Конституции Российской Федерации принципа презумпции невиновности и недопустимость возложения на обвиняемого (подсудимого) доказывания своей невиновности.

Таким образом, недопустимость переложения на обвиняемого обязанности доказывания сейчас четко определена в законе и достаточно выяснена в теории российского уголовного процесса. И дело лишь за тем, чтобы это положение последовательно проводилось в следственной и судебной практике.

Значение правил о недопустимости переложения обязанности доказывания на обвиняемого состоит в том, что таким образом устраняется зависимость выводов следствия и суда от желания и возможностей обвиняемого доказать свою невиновность. Рассматриваемое конституционное положение является важным гарантом права обвиняемого на защиту от необоснованного обвинения и осуждения.

Третье правило -- о том, что все «неустранимые» сомнения в виновности лица должны толковаться в пользу обвиняемого, закреплено непосредственно в Конституции Российской Федерации (часть третья статьи 49). Это означает, что если тщательная, всесторонняя профессиональная оценка собранных по делу доказательств порождает у следователя или суда неуверенность относительно виновности обвиняемого, а все возможности пополнения необходимой доказательственной информации исчерпаны, их юридическая обязанность и нравственный долг заключаются в том, чтобы обвиняемого полностью реабилитировать. 

Следователь выполняет эту обязанность путем прекращения уголовного дела по соответствующему основанию, а суд -- путем оправдания подсудимого своим приговором, который постановляется именем государства.

Пленумом Верховного суда РФ было отмечено, что «следует неукоснительно соблюдать конституционное положение (ст.49 Конституции Российской Федерации), согласно которому неустранимые сомнения в виновности подсудимого толкуются в его пользу.

По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и т.д

Неустранимое сомнение означает такое, которое не может быть устранено после тщательной проверки и исследования всех обстоятельств дела, представленных обвинением суду. Истолкование сомнений в пользу обвиняемого состоит в том, что в случае возникновения сомнений в доказанности обстоятельств, которые в соответствии с законом составляют предмет доказывания по уголовному делу, данные обстоятельства рассматриваются как неустановленные. Это может влечь за собой прекращение дела, изменение объема обвинения, квалификации содеянного. И, наоборот, вызывающее сомнение наличие оправдывающих или смягчающих обстоятельств, признается установленным.

Правило об истолковании сомнений - это одновременно и запрет произвольных обвинений, и требование несомненной доказанности вины обвиняемого. «Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств» (ч. 4 ст. 302 УПК).

Как отмечает Савицкий В.М., «соблюдение правил толкования сомнений -- не только одна из важнейших гарантий охраны законных интересов обвиняемого, но и стимул к подлинному раскрытию преступления, к изобличению действительных преступников».

Верховный Суд РФ неоднократно в постановлениях Пленума и решениях по конкретным делам указывал, что при наличии неустранимых сомнений в виновности подсудимого необходимо оправдывать его, имея ввиду, что законный и обоснованный оправдательный приговор является важнейшим средством реализации задач по предотвращению осуждения невиновных (Постановление Пленума Верховного суда РФ от 31.10.95 N 8 О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия).

Четвертое правило, согласно которому недоказанная виновность юридически равнозначна доказанной невиновности, означает, что уголовному процессу неизвестна фигура оставшегося под подозрением в юридическом смысле. Это правило носит абсолютный характер и не знает исключений.

Гражданин, виновность которого не доказана, так же, как и гражданин, чья невиновность доказана бесспорно, является реабилитированным. 

Сомнения следователя, прокурора, суда в его виновности-невиновности, а возможно, и субъективная уверенность в его виновности остаются за рамками правоотношений. Такой гражданин считается жертвой судебной или следственной (или: и судебной, и следственной) ошибки со всеми вытекающими отсюда последствиями и  как любой другой реабилитированный, он вправе рассчитывать на полное восстановление своего доброго имени, прежних прав во всех сферах, имеющих юридическую основу, а также воинского, специального и иного звания, которых был лишен в связи с привлечением к уголовной ответственности, на возвращение наград и вообще всего изъятого по уголовному делу и на возмещение имущественного и компенсацию морального ущерба. 

Правило -- о юридическом тождестве доказанной виновности и недоказанной виновности в совершении преступления -- объективная закономерность общественных отношений, основанная на господствующей нравственной категории справедливости. 

Но его практическое воплощение зачастую драматично. Когда из зала судебного заседания выходит оправданный за недоказанностью и освобожденный из-под стражи обвинявшийся в тяжком и позорном преступлении, например в изнасиловании малолетней, а потерпевшая и ее окружение точно знают, что из-под ответственности ускользнул виновный, престиж правосудия, всей правоохранительной деятельности и, в конечном счете, государства в целом терпит невосполнимый урон, а потерпевшая и ее родные оказываются униженными дважды: один раз преступником, другой раз государством. 

Более того, реабилитация подсудимого в подобных случаях ставит потерпевшую сторону в двусмысленное положение лица, подавшего необоснованное заявление, причем с обвинением в тяжком преступлении (лжедонос), а оправдание избежавшего законного возмездия виновного поощряет к новым преступлениям. 

Но осудить того, чья виновность не доказана, на основании одних лишь предположений и подозрений -- не выход из подобных положений, подобная альтернатива чревата трагической ошибкой в виде наказания невиновного. Такую ошибку по своим последствиям принято сравнивать с общественным бедствием, разъедающим гражданское правосознание и подрывающим общественные опоры правопорядка. 

Следовательно, единственный выход заключается в том, чтобы вообще избежать судебных решений, основанных на выводе о недоказанности виновности, а такая возможность напрямую зависит только от способности органов расследования по каждому делу установить объективную истину и своей высококвалифицированной работой по собиранию доказательств обеспечить полный успех судебного разбирательства.









2. Обеспечение презумпции невиновности на стадиях уголовного

процесса



В уголовном процессе презумпция невиновности действует непрерывно -- вплоть до окончательного разрешения дела.

В законе тщательно, до деталей расписан порядок производства каждого следственного и судебного действия, и отступать от этих правил нельзя ни на шаг.



1.1. Досудебное производство



На стадии возбуждении уголовного дела обязательным правилом соблюдения принципа презумпции невиновности является то, что возбуждения уголовного дела может производиться только при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления (ч. 2 ст. 140 УПК).

Наделяя подозреваемого широкими процессуальными правами, действующее законодательство тем самым в значительной мере устанавливает определенные гарантии презумпции невиновности:

Обязательным условием выполнения принципа презумпции невиновности является участие защитника в уголовном деле.

Подозреваемому предоставляются права для оспаривания данных, которые положены в основу подозрения в совершении им преступления. 

Исходя из того, что при задержании правоохранительные органы имеют дело с лицом, виновность которого еще не установлена, закон отмечает, что мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого в исключительных случаях (ч. 1 ст. 100 УПК).

Так как при задержании ограничивается личная свобода лица, виновность которого еще не установлена, закон предусматривает сокращенный срок задержания.

"Длительное задержание становится особенно нетерпимым, - пишет В. М. Савицкий, - когда впоследствии выясняется, что гражданин был задержан незаконно, без достаточных к тому оснований. Поэтому необходимо, чтобы органы дознания или следователь немедленно по задержании подозреваемого направляли об этом сообщение прокурору, а последний в возможно короткий срок с момента получения сообщения либо санкционировал арест, либо отменил задержание..." 

При этом обвинение должно быть предъявлено подозреваемому не позднее 10 суток с момента применения меры пресечения, а если подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу - в тот же срок с момента задержания (ч. 1 ст. 100 УПК). Таково категорическое требование закона.

Если следователю (органу дознания) не удалось в течение 10 суток с момента избрания меры пресечения (или задержания) собрать достаточные доказательства для предъявления обвинения то мера пресечения немедленно отменяется, подозреваемый освобождается от ограничения своих прав, предусмотренных мерой пресечения. В этом и проявляется действие презумпции невиновности в отношении подозреваемого.

Кроме того, разрешение судом вопроса о мере пресечения предполагает необходимость проведения судебного разбирательства в соответствии с процедурой, предусмотренной ст.ст. 108 и 109 УПК РФ, в условиях обеспечения принципов состязательности и равенства сторон.

В Челябинский областной суд поступило на рассмотрение уголовное дело в отношении Х., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Срок содержания под стражей Х. истекал 16 августа 2007 года.

Постановлением судьи Челябинского областного суда от 3 августа 2007 г., вынесенным в порядке ст. 255 УПК РФ, срок содержания под стражей был продлен на три месяца – до 16 ноября 2007 г.

В кассационной жалобе подсудимый Х просил отменить постановление и освободить его из-под стражи, считая, что вопрос о продлении ему срока содержания под стражей был решен с нарушением требований уголовно-процессуального закона: в судебном заседании отсутствовали его защитники. 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 1 октября 2007 г. отменила постановление суда в связи с нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными при вынесении постановления.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уголовного дела в суд, в связи с жалобами граждан» разрешение судом вопроса о мере пресечения предполагает соблюдение требований уголовно-процессуального закона.

При этом в случаях, предусмотренных законом, участие в судебном заседании защитника подсудимого является обязательным.

Из материалов уголовного дела следует, что в судебном заседании, когда решался вопрос о продлении Х. срока содержания под стражей, защищавшие его интересы адвокаты участия не принимали.

Таким образом, в судебном заседании было нарушено право подсудимого на защиту.

С учетом изложенного постановление судьи о продлении срока содержания по стражей отменено, материал направлен на новое судебное рассмотрение.

Наряду с рассмотренными возможностями реализации в действующем уголовно-процессуальном законодательстве принципа презумпции невиновности, в стадии расследования применяется и ряд других норм, в которых находит свое выражение презумпция невиновности. К ним можно отнести ст. 161 УПК, которая, требуя неразглашения данных предварительного следствия, с одной стороны обеспечивает нормальный ход раскрытия преступления, с другой - не разрешает преждевременно разглашать данные, порочащие обвиняемого, поскольку его виновность еще не доказана в установленном законом порядке.

Презумпция невиновности достаточно четко выражается также в требованиях, обращенных к прокурору, осуществляющему надзор за исполнением законов при производстве предварительного расследования 

Мнение следователя о виновности обвиняемого необязательно для прокурора. Так, прокурор обязан строго следить за тем, чтобы ни один гражданин не подвергался незаконному и необоснованному привлечению к уголовной ответственности или иному ограничению в правах; осуществлять надзор за тем, чтобы никто не был, подвергнут аресту иначе, как по решению суда; отменять незаконные и необоснованные постановления органа дознания и следователя; прекращать уголовные дела при наличии соответствующих оснований и т.п.

В ч. 2 ст.77 УПК говорится: " Признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств".

По закону обвиняемый не несет ответственности за отказ от дачи показаний или за дачу ложных показаний. Такое же значение в уголовном процессе имеет тезис: молчание обвиняемого нельзя рассматривать как его согласие с обвинением, как признание своей виновности. Если обвиняемый молчит или отказывается от дачи показаний, это не может быть истолковано как свидетельство его виновности.

Из предписания ч.2 ст.77 УПК вытекает также весьма существенное положение о том, что обвиняемый может ограничиться заявлением о признании своей вины, не давая никаких показаний, а следователь в процессе расследования должен доказать виновность обвиняемого, собрать достаточные доказательства этого, либо, соответственно, доказательства, опровергающие показания обвиняемого. Так как признанию обвиняемого не придается решающего значения для обоснования вывода о виновности, законом не допускается ускорение или сокращение следствия в случае признания обвиняемым своей вины.

Органы расследования должны терпеливо выслушивать и фиксировать в процессуальных документах все доводы обвиняемого, его защитника, направленные на опровержение выдвинутого против него обвинения, тщательно проверить эти доводы, используя весь предоставленный им законом арсенал процессуальных средств.

Когда орган расследования, выполнив все вышеуказанные предписания, тем не менее, соберет доказательства причастности подозреваемого к совершенному преступлению, он предъявляет ему обвинение, исходя из обоснованного предположения виновности его в совершении преступления. Исходя из требований презумпции невиновности, орган расследования обязан допросить обвиняемого по всем пунктам предъявленного обвинения и тщательно проверить все контрдоводы обвиняемого. Какие бы объяснения обвиняемый не давал до предъявления обвинения, его допрос после предъявления обвинения обязателен, так как, почувствовав серьезный оборот дела, он может дать совершенно иные объяснения случившегося.

Свой окончательный вывод о виновности обвиняемого орган расследования может сделать только в итоговом документе – обвинительном заключении либо в обвинительном акте, либо в постановлении о прекращении уголовного дела. В любом случае орган расследования обязан обосновать свой вывод доказательствами. Тем не менее, его вывод о виновности обвиняемого является всего лишь предварительным, окончательное решение остается за судом.

Для решения вопроса о виновности должны быть опровергнуты все обстоятельства, оправдывающие обвиняемого; до тех пор, пока они не опровергнуты, версию обвинения и тем самым виновность обвиняемого нельзя считать доказанной.

Принцип состязательности сторон, предусмотренный ст. 15 УПК РФ, частично нашел отражение в законодательно закрепленном праве адвоката собирать доказательства.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 53 и ч. 3 ст. 86 УПК РФ адвокат вправе самостоятельно собирать доказательства путем:

получения предметов, документов и иных сведений;

опроса лиц с их согласия;

		истребования справок, характеристик, иных документов от органов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, которые обязаны предоставить запрашиваемые документы или их копии.

Таким образом, при производстве по уголовному делу адвокат наделен правомочиями напрямую участвовать в доказывании, которое заключается в первую очередь в собирании доказательств, предусмотренных ч.1 ст. 73 УПК РФ.

Однако реализация данного права адвоката на досудебных стадиях происходит опосредованно – через субъектов уголовного судопроизводства, на которых согласно ч. 1 ст. 86 УПК РФ обязанность собирать доказательства путем производства следственных действий возлагается на следователя, прокурора, дознавателя. Адвокат в данном перечне отсутствует.

Кроме того, Кодекс в силу ч.2 ст.74 допускает в качестве доказательств только оформленные соответствующими протоколами следственные действия, иные документы.

Право оформлять протоколы всех следственных действий на стадии предварительного расследования, предоставлено исключительно следователю.

Таким образом, законодатель в ч. 3 ст. 86 УПК РФ определяет, что именно является доказательствами, которые вправе собирать и представлять адвокат, однако в перечне доказательств по уголовному делу (ч.2 ст. 74) отсутствует пункт, позволяющий признавать представленные адвокатом доказательства в качестве таковых.

Для того, чтобы полученные адвокатом на стадии досудебного производства предметы, документы, иные сведения приобрели статус доказательств, адвокат должен обратиться к органу уголовного преследования с ходатайством об их приобщении к материалам уголовного дела.

Порядок разрешения данного ходатайства следователем или прокурором предусмотрен ст. 119-122 УПК РФ. В случае отказа в удовлетворении заявленного ходатайства адвокат, по усмотрению следователя или прокурора, может лишиться возможности увидеть в материалах дела оправдывающие его подзащитного доказательства.

Получается, что право адвоката собирать предусмотрено нормами УПК РФ, но закрепление результатов работы отдано на усмотрение следователя или прокурора.

На основании вышеизложенного представляется целесообразным внести в ст. 74 УПК РФ дополнения относительно того, что перечисленные в ч. 3 ст. 86 Кодекса доказательства, полученные адвокатом, рассматриваются наравне с доказательствами, которые собраны по уголовному делу органом преследования.

При этом приобщение указанных сведений к материалам уголовного дела следует осуществлять посредством не заявления соответствующего ходатайства, а письменного уведомления адвоката о предоставлении в распоряжение следователя перечня доказательств по делу. При этом следователь и прокурор должны наделяться не правом, а обязанностью приобщать представленные адвокатом доказательства к материалам уголовного дела и только после этого производить их оценку на предмет подтверждения или опровержения, как того, требует ст. 87 УПК РФ.



1.2. Презумпция невиновности и прекращение уголовных дел



Основаниями к прекращению уголовного дела на предварительном следствии являются предусмотренные законом обстоятельства, которые исключают производство по уголовному делу или влекут освобождение лица, о котором оно велось, от уголовной ответственности. Уголовное дело может быть прекращено только тогда, когда все обстоятельства события, в связи с которым оно возбуждалось, выяснены всесторонне, полно и объективно и имеются фактические и правовые основания прекратить производство по делу, разрешив его, не обращаясь к судебной власти.

Основания к прекращению дела существенно различаются по своему содержанию, правовым и нравственным последствиям их применения. Одна группа оснований к прекращению уголовного дела связана с установлением отсутствия преступления или невиновности лица в том деянии, по признакам которого возбуждалось уголовное дело. Это так называемые реабилитирующие основания: отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления, а также недоказанность участия обвиняемого в совершении преступления.

При прекращении уголовного дела по реабилитирующим обвиняемого основаниям проблем, связанных с презумпцией невиновности не возникает, поскольку в этих случаях репутация и доброе имя лица, привлекавшегося к уголовной ответственности, восстанавливается полностью и без всяких сомнений.

Иначе обстоит дело, когда речь идет о нереабилитирующих основаниях, то есть таких, ссылка на которые прямо или косвенно указывает на совершение лицом, в отношении которого прекращено дело, преступного деяния. Вполне понятно, что использование таких оснований требует особой осмотрительности и соблюдения таких гарантий, которые исключали бы необоснованное указание в какой бы то ни было форме на конкретное лицо, как на виновное в совершении преступления. Естественно, что это требует последовательного и неуклонного соблюдения требований презумпции невиновности.

Вопрос о целесообразности и правомерности прекращения уголовных дел в стадии предварительного расследования по нереабилитирующим основаниям уже давно и весьма активно обсуждается на страницах юридической печати.

Представляют интерес рассуждения тех процессуалистов, которые, признавая противоречие между нормами УПК, регулирующими прекращение дел по нереабилитирующим основаниям и конституционными нормами, одновременно поддерживают такое положение. "Если же считать, что признание виновности при прекращении уголовного дела с освобождением обвиняемого от уголовной ответственности и наказания может быть осуществлено только судом в приговоре, то тогда необходимо запретить вообще прекращение уголовных дел по всем нереабилитирующим обвиняемого основаниям не только в судебном разбирательстве, но и в стадиях предварительного расследования",- пишет В.З. Лукашевич.

И. Д. Перлов утверждал, что во всех случаях прекращения уголовных дел по нереабилитирующим основаниям прокурор, следователь или суд вообще не решают вопрос о виновности обвиняемого. "Они прекращают дело производством потому, что отпали основания для дальнейшего продолжения этого производства и дальнейшего исследования вопроса о виновности или невиновности".

"... Ведь ясно же: если уголовное дело прекращено, значит уголовного дела в юридическом понятии этого слова нет. Как же можно признавать человека виновным в совершении преступления без уголовного дела?" писал М. С. Строгович. Правда, когда следователь или орган дознания прекращал уголовное дело, а прокурор санкционировал это прекращение, они, конечно, считали, что обвиняемый совершил те действия, в которых он обвинялся, но это не означает признания обвиняемого виновным в совершении преступления.

"...Тут мера ... воздействия применяется не за преступление, а за правонарушение, антиобщественное поведение, проступок",- далее пишет М.С. Строгович.

 По мнению автора, институт прекращения дел по нереабилитирующим основаниям, при правильном его понимании и применении, не противоречит конституционным нормам, вполне совместим с принципом презумпции невиновности. Прекращение дела по таким основаниям фактически констатирует виновность обвиняемого, хотя и освобождает его от уголовной ответственности и наказания.

Таким образом, следователем (прокурором) производится декриминализация деяния, и здесь очень важно определить пределы, в которых возможна подобная декриминализация. Поэтому уголовно-процессуальным законодательством в настоящее время установлены такие пределы декриминализации, как: а) деятельное раскаяние, которое выражается в том, что лицо впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления (ст.75 УК РФ);  б) прекращение уголовного дела в отношении несовершеннолетнего с применением принудительных мер воспитательного воздействия, если будет признано, что его исправление может быть достигнуто путем применения указанных мер; в) примирение потерпевшего с лицом, совершившим уголовно наказуемое деяние.

 С другой стороны, декриминализация данного деяния зависит не только от волеизъявления правоохранительных органов, потерпевшего, но и от волеизъявления обвиняемого. Ведь в уголовно-процессуальном законодательстве установлено, что прекращение дела не допускается, если обвиняемый против этого возражает. 

 Благодаря этому, такого рода лицам дана возможность добиваться восстановления своего доброго имени в суде. Однако, как показывает практика, обвиняемые, даже если они и не виновны, не всегда возражают против прекращения дел по этим основаниям, так как им нередко безразлично, по какому основанию дело прекращается. Также такое явление можно объяснить не только безразличием заинтересованных лиц, их желанием во что бы то ни стало уйти от уголовной ответственности, но и тем, что они могут опасаться поворота к худшему, если будут возражать против прекращения уголовного дела. 

Как известно, закон прямо не требует привлечения лица в качестве обвиняемого до того, как дело о нем будет прекращено по нереабилитирующим основаниям. Этим путем идет и практика, чем в основном и можно объяснить ошибки при прекращении дела по основаниям такого рода в следственной практике, поскольку без предъявления обвинения и допроса лица в качестве обвиняемого проверка всех обстоятельств дела не может быть полной и всесторонней.

Вместе с тем нельзя не учитывать, что публичное рассмотрение дела в условиях гласности, детального анализа доказательств и соблюдения других правил судопроизводства имеет значительное преимущество перед единоличным решением работника органа дознания, следователя, прокурора. Также при рассмотрении дела в суде возрастает воспитательное воздействие мер по борьбе с преступностью, уменьшается вероятность ошибок, которые имеются в следственной практике. Если иметь в виду хотя бы эти соображения, то было бы логично отнести решение вопроса об освобождении виновных от уголовной ответственности и наказания по всем нереабилитирующим основаниям к компетенции суда. Такое решение вопроса, с другой стороны, в большей мере исходило бы из требований презумпции невиновности, было бы дополнительной гарантией ее осуществления.

Таким образом, значительная часть норм, регулирующих проведение предварительного расследования и регулирующих процессуальное положение лиц, привлеченных к уголовной ответственности, исходит из того, что обвиняемый считается невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена согласно действующему законодательству; убежденность работника органа дознания, следователя и прокурора в виновности обвиняемого означает лишь субъективную уверенность в том, что собранные в стадии расследования доказательства дают основания для предварительного вывода о виновности обвиняемого. Именно поэтому работнику органа дознания, следователю, прокурору не дано права применять к обвиняемому меры уголовного наказания, обращаться с ним, как с виновным.

Целесообразно отдельно рассмотреть вопрос о противоречии или непротиворечии прекращения уголовного дела по ч. 2 ст. 24 УПК РФ принципу презумпции невинности.

Уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием в деянии состава преступления в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния устранены новым уголовным законом. В сущности, это самостоятельное основание для прекращения уголовного дела, причем относится к числу нереабилитирующих (ч. 4 ст.133 УПК РФ).

Прекращение уголовного дела допускается как в досудебных стадиях производства по уголовному делу по решению прокурора, следователя, дознавателя, так и в суде  при подготовке дела к судебному заседанию или в ходе судебного разбирательства до вынесения по делу обвинительного приговора.

Важным для ответа на вопрос о соответствии Конституции РФ прекращения уголовного дела в связи с принятием нового уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, является определение Конституционного суда РФ от 05.11.2004 г. № 361-О по жалобе В.Т. Филиппова на нарушение его конституционных прав ч.2 ст.24, ч.4 ст.133, ст. 239 и п. 1 ст. 254 УПК РФ.

Постановлением городского суда уголовное дело в отношении В.Т. Филиппова, обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ (нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств) было прекращено на основании ч. 2 ст. 24, ст. 239, и п. 1 ст. 254 УПК РФ.

В.Т. Филиппов не признавал себя виновным в совершении инкриминировавшегося ему деяния и полагал, что как самим фактом прекращения уголовного дела по указанному основанию, так и наступившими последствиями (в частности, отсутствием права на возмещение вреда, причиненного в результате привлечения к уголовной ответственности) были существенно нарушены его права и законные интересы. Он обжаловал принятое судом решение в кассационном порядке. В удовлетворении жалобы ему было отказано со ссылкой на то, что при наличии обстоятельств, указанных в ч.2 ст. 24 УПК РФ, дело во всяком случае подлежит прекращению.

По мнению заявителя, содержащиеся в ч. 2 ст. 24, ст. 239, и п. 1 ст. 254 УПК РФ нормы, не предоставляющие обвиняемому право возражать против прекращения уголовного дела в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость деяния устраняются новым уголовным законом, нарушают гарантируемые ст.ст. 52 и 53 Конституции РФ право потерпевших от злоупотребления властью на доступ к правосудию и право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц.

Конституционный суд не согласился с мнением заявителя, указав, что суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения законного, обоснованного и справедливого решения по делу. В рамках уголовного судопроизводства это предполагает установление обстоятельств происшествия, в связи с которыми возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, действительной степени вины (или невиновности) лица.

Если новым уголовным законом устраняются преступность и наказуемость деяния, в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления констатируется невозможность дальнейшего осуществления уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, хотя ранее выдвигавшиеся против него обвинения и не признаются необоснованными

В таких случаях объективно ограничиваются права участников уголовного судопроизводства, в Ом числе право доказывать свою невиновность в совершении преступления и возражать против прекращения уголовного дела в соответствии с ч.2 ст. 24 УПК РФ, а также на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Уголовное дело не может быть прекращено, если лицо против этого возражает и ходатайствует о продолжении производства по делу. В этом случае производство по делу должно быть продолжено в обычном порядке.

Статьи УПК  РФ, предусматривающие основание и порядок прекращения уголовного преследования в связи с принятием нового уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, не противоречат Конституции РФ. Хотя отсутствие в уголовно-процессуальном законе нормы, предоставляющей подозреваемому, обвиняемому и подсудимому права возражать против прекращения уголовного дела в соответствии с. ч. 2 ст. 24 УПК РФ, приводит к нарушениям конституционного права на судебную защиту и презумпции невиновности, а также к объективному ограничению прав участников уголовного судопроизводства, в том числе права доказывать свою невиновность и права на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

В стадии предварительного расследования уголовное дело не может быть прекращено в случае устранения преступности и наказуемости деяния новым уголовным законом, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В этом случае производство по делу должно быть продолжено в целях реабилитации этих лиц. Производство должно быть сходно с производством по уголовному делу по. п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. когда оно необходимо для реабилитации умершего.

Продолжение производства по делу для реабилитации подозреваемого, обвиняемого или подсудимого вытекает из назначения уголовного судопроизводства на защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. 

Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ст.6 УПК РФ).

Исходя из вышеизложенного, полагаю целесообразным внести в ст. 24 УПК РФ положение, согласно которому при устранении преступности и наказуемости деяния новым уголовным законом дело подлежит прекращению, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации подозреваемого или обвиняемого.





1.3. Судебное производство





Презумпция невиновности находит полное выражение в главной стадии уголовного процесса - в стадии судебного разбирательства. Ведь только на этой стадии обвиняемый может быть признан преступником.

Нормы п. 1 ст. 49 Конституции РФ и п. 2 ст. 8 УПК утверждают:

«Никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном законом».

Выражая существенный аспект презумпции невиновности, это конституционное установление определяет: единственным органом, управомоченным признавать кого-либо преступником, является суд; единственная форма такого признания -- приговор суда; необходимое условие признания виновным и применения наказания -- соответствие действий и решений суда закону.

Осуществление презумпции невиновности в данной стадии обеспечивается, прежде всего, нормами, наделяющими подсудимого такими правами, которые предоставляют ему возможность активно оспаривать обвинение, создавать благоприятные условия для защиты всеми законными и не противоречащими закону средствами.

Гарантиями соблюдения презумпции невиновности призваны служить и нормы, определяющие общие условия судебного разбирательства. Анализ этих норм показывает, что законодатель устанавливает существенную разницу между подсудимым и осужденным, считает необходимой тщательную проверку и оценку судом всех собранных в ходе расследования и проверенных в ходе назначения судебного заседания доказательств в условиях гласности, устности и непосредственности, с соблюдением всех правил, которые исключают необоснованное признание гражданина виновным в совершении преступления.

Например, суд обязан проверить все доказательства, собранные органами дознания или следствия: допросить подсудимых, потерпевших, свидетелей, заслушать заключения экспертов, осмотреть вещественные доказательства, огласить протоколы и иные документы; обвинитель, подсудимый, защитник пользуются равными правами по представлению доказательств, участию в исследовании доказательств и заявлению ходатайств.

Судебное следствие - одна из основных частей судебного разбирательства.

По старому законодательству оглашение обвинительного заключения, особенно председательствующим, создавалось впечатление, будто суд согласен с обвинением, предъявленным подсудимому в стадии расследования. Поэтому в новый УПК внесены изменения следующего характера:

Предъявленное подсудимому обвинение излагается не председательствующим как ранее, а только государственным обвинителем. 

Далее председательствующий спрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению. Последнее действие  введено в уголовное производство после многолетних споров и является определенным положительным моментом для обвиняемого (ст.273 УПК).

Судебные прения - часть судебного разбирательства, где весьма ярко выражается вытекающее из презумпции невиновности правило об обязательности доказывания, поскольку здесь на основе исследования и оценки доказательств анализируется тезис о виновности подсудимого.

Основная тяжесть обоснования тезиса о виновности подсудимого ложится на государственного обвинителя. В связи с этим возникает вопрос, руководствуется ли он в этой стадии презумпцией невиновности.

С одной стороны, как государственный обвинитель, прокурор считает подсудимого виновным, иначе он не поддерживал бы государственное обвинение. С другой стороны, поскольку согласно закону подсудимый еще не признан виновным, прокурор обязан обращаться с подсудимым как с лицом невиновным. При этом он должен руководствоваться тем, что его убеждение в виновности подсудимого - это субъективное мнение, которое в ходе судебного разбирательства может, не подтвердится. Поэтому, выступая в суде в качестве обвинителя, он должен быть объективен.

При судебном разбирательстве уголовного дела в условиях состязательности стороны защиты и обвинения представляют свои различные доказательства и могут заявить ходатайства об исключении доказательств, оценку и решение по которым должен сделать суд.

Действующее законодательство предусматривает, что на предварительном слушании сторона может заявить ходатайство об исключении доказательства как недопустимого. Судья выясняет у другой стороны, имеются ли у нее возражения против данного ходатайства (п. 5 ст. 234 УПК РФ). При отсутствии возражений судья удовлетворяет ходатайство. Бремя опровержения доводов о необходимости исключения доказательств, полученных с нарушением требований УПК, практически во всех случаях лежит на стороне обвинения.

Если суд принял решение об исключении доказательства, то данное доказательство теряет юридическую силу и не может быть положено в основу приговора и судебного решения, а также исследоваться и использоваться в ходе судебного разбирательства. Нельзя согласиться, что отказ в ходатайстве об исключении доказательства по уголовному делу на предварительном слушании не может быть обжалован (п.7. ст. 236 УПК РФ). Иначе зачем тогда предоставлять такое право стороне об исключении доказательств по мотивом их недопустимости, если незаконный отказ суда в удовлетворении ходатайства не может быть обжалован в вышестоящую судебную инстанцию, что является полумерой реализацией предусмотренного законом права.

На гибкость применения правила об исключении доказательства ориентирует Постановление Пленума Верховного суда РФ «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ».

В ситуации, когда остаются сомнения относительно того, было ли нарушение закона, прокурору следует настаивать на исследовании фактической стороны обстоятельств получения доказательств на следующей стадии. При рассмотрении уголовного дела по существу суд по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым.

Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа (п. 7 ст. 246 УПК). 

Излагая такого рода, мотивы прокурор, по сути дела, доказывает необходимость оправдания и полной реабилитации подсудимого. С позиций презумпции невиновности отказ прокурора от обвинения - вполне логичное явление, особенно если учесть, что проверка доказательств на судебном следствии обладает рядом неоспоримых преимуществ по сравнению с исследованием, проводимым в стадии дознания и предварительного следствия.

В соответствии с.ч.ч. 7 и 8  ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения входе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения влекут прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей части.

Самарским областном судом 20 июля 2005 года уголовное преследование в отношении Т., Ж. и Х. в части их обвинения по п. «в» ч. 4 ст. 162, п.п. «ж», «з», ч. 2 ст. 105, п. «б» ч. 2 ст. 131, п.п. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ  по эпизодам в отношении Анищенко, Утенковой и Федоровой прекращено на основании ст.ст. 246, 254, п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью подсудимых к совершению данных преступлений.

Т., Ж. и Х. обвинялись в умышленных нападениях на ранее не знакомых им женщин, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и убийстве с целью завладения имуществом потерпевших, а также в изнасиловании и последующем убийстве потерпевшей.

В ходе судебного заседания государственный обвинитель отказался от обвинения, предъявленного Т., Ж. и Х по эпизодам убийства Анищенко, Утенковой и Федоровой, на основании ст. 27 УПК РФ. Суд признал отказ от обвинения и в приговоре указал, что события преступления по данным эпизодам действительно имели место, это подтверждено представленными доказательствами, однако в деле нет доказательств, совокупность которых привела бы к выводу о доказанности вины Т., Ж. и Х. в совершении вышеуказанных преступлений.

В кассационной жалобе потерпевшая Малахова просила постановление суда о прекращении уголовного дела отменить с направлением дела на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на то, что выводы суда содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о виновности обвиняемых, и что отказ государственного обвинителя не является обязательным для суда.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 23 декабря 2005 г. постановление суда оставила без изменения, а кассационную жалобу потерпевшей – без удовлетворения, указав следующее.

Согласно ч.ч. 7 и 8 ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного, а также изменение им обвинения в сторону смягчения влечет за собой прекращение уголовного преследования полностью или в соответствующей части, поскольку уголовно-процессуальный закон  исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается обвинителем.

При этом государственный обвинитель в соответствии с требованиями закона должен изложить суду мотивы полного или частичного отказа от обвинения, равно как и изменения обвинения в сторону смягчения со ссылкой на предусмотренные законом основания.

Суд рассматривает указанные предложения в судебном заседании с участием сторон обвинения и защиты на основании исследования материалов дела, касающихся позиции государственного обвинителя.

Указанные требования суд не нарушил. Как следует из протокола судебного заседания, государственным обвинителем отказ от обвинения был заявлен в судебных прениях, после исследования всех имеющихся по делу доказательств.

При таких обстоятельствах оснований для отмены постановления суда не усматривается 

Ранее, согласно ч. 4 ст.248 УПК РСФСР отказ прокурора от обвинения не освобождал суд от обязанности продолжить разбирательство дела и разрешить его на общих основаниях. Иными словами, независимо от отказа прокурора суд мог вынести обвинительный приговор.

Это недопустимое совмещение, несомненно, противоречило важнейшему принципу уголовного процесса - принципу состязательности. 

Из принципа презумпции невиновности в совокупности с принципом состязательности следует, что суд вправе устанавливать виновность лица лишь при условии, если доказывают ее органы и лица, осуществляющие уголовное преследование.

По всем нормам уголовного процесса на суде не должна лежать обязанность доказывания обвинения. Обязанность доказывания применительно к суду должна означать обязанность проверять и оценивать доказательства, обязанность принимать все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Норма ч. 4 ст.248 УПК РСФСР была оспорена в Конституционном суде РФ, который в своем постановлении от 20 апреля 1999 года признал часть четвертую статьи 248 УПК РСФСР, как допускающую при отказе прокурора от обвинения осуществление судом не свойственной ему обязанности по обоснованию предъявленного органами расследования обвинения, не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 49 и 123 (часть 3).

Новый УПК РФ действует с данной поправкой: «Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса» (п. 7 ст. 246 УПК).

В силу презумпции невиновности подсудимый считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном законом порядке. Из этого следует, что подсудимый не обязан доказывать свою невиновность, однако это не означает, что и защитник в этом же смысле полностью свободен от обязанности доказывания невиновности своего подзащитного. 

"Защитник обязан доказывать невиновность обвиняемого (подсудимого). Но это его моральная обязанность, а не процессуальная",- пишет по этому поводу Клямко Э.И.

По мнению А. М. Ларина, поскольку понятие юридической обязанности неразрывно связано с применением санкции к лицу, не исполнившему или неудовлетворительно исполнившему возложенную на него обязанность, а к защитнику в случае неудачи не могут быть применены никакие санкции, "доказывание обстоятельств, оправдывающих обвиняемого и смягчающих его ответственность не процессуально-правовая обязанность, а задача, призвание, право защитника".

В ст. 52 УПК РФ закреплено право подозреваемого, обвиняемого в любой момент производства отказаться от помощи защитника. Такой отказ не лишает их права в дальнейшем ходатайствовать о допуске защитника к участию в производстве по уголовному делу.

Алтайским городским судом Л. осужден  за незаконное приобретение, хранение и ношение огнестрельного оружия. по ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Алтайский областной суд 21 марта 2007 г рассмотрев дело в кассационном порядке решение суда оставил без изменения 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 9 августа оставила определение без изменения.

В надзорных жалобах Л. и в его защиту адвокат просили отменить кассационное определение и материал передать на новое кассационное рассмотрение. Они указывали, что Л. отказался от услуг адвоката А., представлявшего его интересы в суде первой инстанции, и заключил соглашение с другим адвокатом, о чем написал в президиум коллегии адвокатов и в Верховный суд РФ.

Президиум Верховного Суда РФ 12 декабря 2007 года рассмотрел дело и удовлетворил надзорные жалобы по следующим основаниям.

Из материалов дела видно, что в суде первой инстанции защиту интересов Л. осуществлял адвокат А.

После поступления материалов дела в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой Л. его рассмотрение в кассационном порядке откладывалось в связи с болезнью адвоката А.

7 и 8 августа 2007 г. он направил два ходатайства в Верховный Суд РФ, в которых указывал, что заключил соглашение на защиту своих интересов с другим адвокатом, в связи с чем просил слушание по делу отложить 

Ходатайства Л. поступили в Верховный Суд РФ 8 августа до рассмотрения дела в кассационном порядке, однако какого-либо решения по ним принято не было. Судебная коллегия ограничилась тем, что назначила осужденному адвоката в порядке ст. 51 УПК РФ, с участием которого и рассмотрела дело.

Между т.е согласно ч. 3 ст. 50 УПК РФ в случае неявки приглашенного защитника в течение пяти суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника следователь, прокурор или суд вправе предложить подозреваемому, обвиняемому другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника.

Таким образом, суд второй инстанции должен был отложить дело на пять суток для явки защитника, приглашенного Л. Назначение защитника для Л. против его воли является нарушением права осужденного на защиту  и согласно п. 4 ч. 2 ст. 381 УПК РФ служит основанием к отмене кассационного определения. (Постановление Президиума Верховного суда РФ от 12 декабря 2007 г. № 503-П07 Бюллетень Верховного Суда РФ № 7 июль 2008 г.)

Рассматривая доказательственную деятельность субъектов уголовного судопроизводства в свете его современных принципов, ученые выдвигают различного рода предложения, направленные к ее совершенствованию. Например, указывается, «что собирание доказательств должно осуществляться только по инициативе сторон.» Также отмечается, что «адвокат защитник своими действиями, а именно возможностью заявлять ходатайства о признания  того или иного доказательства недопустимым, помогает осуществлять суду свои полномочия» 

Некоторые исследователи обосновывают мнение о необходимости и целесообразности существования параллельного адвокатского расследования, хотя и признают наличие обстоятельств, препятствующих этому.

Указанные полномочия пойдут на пользу уголовному судопроизводству и могут быть реализованы только в том случае, если обе стороны будут активно выполнять свои процессуальные полномочия.

В то же время одной из современных проблем уголовного процесса России является пассивность доказательственной деятельности стороной защиты. Причина тому, как я полагаю, заключается в отсутствии обязанности доказывать невиновность обвиняемого, что определяет как правило стратегическую линию поведения стороны защиты. Обеспечить реальную активность в доказывании, а соответственно и реальную состязательность, можно только в том случае, если защита будет обязана доказывать определенные обстоятельства уголовного дела.

Действующая формулировка презумпции невиновности лишает сторону защиты необходимой мотивации в доказательной деятельности.

На мой взгляд. Возложение бремени доказывания на участников стороны защиты будет стимулировать активность в реализации функции защиты на стадии предварительного расследования. Также среди современных ученых имеется предложение о том, чтобы законодательно закрепить обязанность адвоката-защитника по доказыванию, которая рассматривается как важная гарантия «права обвиняемого на защиту» и справедливого уголовного судопроизводства».

В данном же случае презумпция невиновности, исключая обязанность доказывания для стороны защиты, создает базу для отказа от активной деятельности по доказыванию обстоятельств уголовного дела для указанной стороны.

Активностью стороны защиты следует считать выполнение ее участниками самостоятельных (по собственной инициативе) процессуальных действий, направленных на достижение стоящих перед ними целей и решение необходимых для защиты их интересов и задач. 

Степень активности оценивается исходя из количества совершенных самостоятельных действий и качества достигнутых при этом результатов, как промежуточного, так и итогового характера.

Активность стороны защиты в ведении уголовно-процессуальной деятельности, в частности, по доказыванию отдельных обстоятельств свидетельствует о качестве выполнения адвокатом-защитником своих профессиональных обязанностей. В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности адвокатуре в РФ» от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами. Статья 8 Кодекса профессиональной этики адвоката предписывает при осуществлении профессиональной деятельности честно, разумно, добросовестно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителя.

Для создания условий, стимулирующих защитников к активному осуществлению доказывания в уголовном судопроизводстве и возможности достижения максимального справедливого результата, представляется определенное распределение бремени доказывания. Безусловно, что доказывание обвинения не может быть возложено ни на кого иного, кроме субъекта, его выдвигающего, т.е на сторону обвинения. Однако в процессе рассмотрения уголовного дела стороной защиты могут быть представлены обстоятельства , оправдывающие подсудимого либо смягчающие его ответственность.

Как представляется, доказывание этих обстоятельств должно быть возложено на сторону защиты. Нельзя исключить ситуацию, при которой недобросовестный адвокат-защитник, не желая затруднять себя поиском необходимых аргументов, упускает возможность доказать в суде указанные обстоятельства. В целях недопущения подобных случаев необходимо предусмотреть разъяснение доверителям права на обращение в квалификационную коллегию адвокатов для проверки качества оказанной ими помощи.

Определенным подтверждением того, что распределение бремени доказывания предлагаемым способом имеет место в действующем уголовно-процессуальном законе РФ, являются нормы ч. 2 ст. 14 и ч. 4 ст. 235 УПК РФ. В них указывается, что на сторону обвинения возложено бремя опровержения доводов стороны защиты. Указание на категорию «доводы» применительно стороне защиты свидетельствует, что указанная сторона должна не только выдвигать какую-либо точку зрения, но и обосновывать ее, т.е. доказывать.

Предлагаемый способ распределения бремени доказывания, как представляется, вполне согласуется с формулировкой принципа презумпции невиновности, при условии, что содержание категории «доводы» стороны защиты будет толковаться с учетом совокупности иных законодательных положений как позиция стороны защиты, основанная на совокупности подтверждающих ее доказательств.

Приговор - процессуальный акт, который после вступления в законную силу, окончательно, от имени государства решает вопрос о невиновности или виновности подсудимого либо об освобождении его от наказания, вынесенное судом первой или апелляционной инстанции. 

Установленный ст. 299 УПК РФ перечень вопросов, которые суд обязан разрешить при постановлении приговора свидетельствует о том, что, приступая к обсуждению своего решения, суд должен обосновать его. В противном случае законодатель не требовал бы решения таких вопросов, как: 

1) доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый;

2) доказано ли, что деяние совершил подсудимый;

3) является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено;

4) виновен ли подсудимый в совершении этого преступления.

Если участники прений сторон или подсудимый в последнем слове сообщат о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или заявят о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства, то суд вправе возобновить судебное следствие. По окончании возобновленного судебного следствия суд вновь открывает прения сторон и предоставляет подсудимому последнее слово (ст. 294 УПК).

Если у присяжных заседателей во время совещания возникнут сомнения по поводу каких-либо фактических обстоятельств уголовного дела, имеющих существенное значение для ответов на поставленные вопросы и требующих дополнительного исследования, то они возвращаются в зал судебного заседания и старшина обращается с соответствующей просьбой к председательствующему, который, выслушав мнение сторон, решает вопрос о возобновлении судебного следствия 

Возобновление судебного следствия можно отнести к числу важных гарантий не только установления истины, но и презумпции невиновности, поскольку эта мера способствует обоснованности приговора, осуждению только тех лиц, виновность которых, несомненно, доказана (обвинительный приговор не может быть основан на предположениях).

Одним из положений презумпции невиновности на завершающем этапе судебного разбирательства - при вынесении приговора - является требование закона о полной и несомненной доказанности виновности подсудимого. 

Формула "подсудимый виновен, но его виновность не удалось, несомненно, доказать" ни при каких условиях не может быть признана допустимой, ибо принцип презумпции невиновности требует, чтобы всякие сомнения, которые не представляется возможным устранить, толковались в пользу подсудимого. Во всех случаях недоказанность участия подсудимого в совершении преступления не должно истолковываться как сомнение в виновности оправданного.

«Не допускается включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного", - указывается в ч. 2 ст.305 УПК.»

Для последовательного проведения в жизнь положений презумпции невиновности при оправдании за недоказанностью участия подсудимого в совершении преступления необходимо, чтобы в резолютивной части оправдательного приговора не употреблялось формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного. В оправдательном приговоре не должно также употребляться формулировок порочащего характера.

Анализ норм, регулирующих судебное разбирательство, приводит к выводу о том, что суд руководствуется презумпцией невиновности на всем протяжении этой стадии, хотя с момента постановления обвинительного приговора эта презумпция для суда, вынесшего приговор, считается опровергнутой.

Однако презумпция невиновности как объективное правовое положение продолжает действовать, и обязательна для всех до момента вступления приговора в законную силу.









1.4. Презумпция невиновности при проверке законности и обоснованности приговоров





Институт кассационного и апелляционного обжалования и опротестования приговоров, не вступивших в законную силу, позволяет в установленные законом сроки (при наличии кассационной жалобы или протеста) еще раз проверить истинность положений, закрепленных данным приговором. Этим создаются дополнительные условия для защиты осужденным своих прав и интересов. 

Подача такой жалобы или протеста на обвинительный приговор вызывает правовые последствия: отодвигает момент вступления в законную силу до рассмотрения дела в кассационной инстанции и приостанавливает приведение приговора в исполнение.

В этом смысле презумпция невиновности сохраняет свое действие, и осужденный продолжает считаться невиновным до тех пор, пока в результате рассмотрения дела в кассационном порядке суд второй инстанции не примет решения о законности и обоснованности приговора.

По приговору Верховного Суда Республики Дагестан от 27.03.2006 г. осуждены Велиханов, Пирсаидов, Агаев по ч. 4 ст. 111, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

В кассационных жалобах осужденные и их адвокаты оспаривали обоснованность осуждения, ссылаясь на недостаточность доказательств их вины.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия установила, что приговор в части осуждения Агаева по ч. 4 ст. 111 УК РФ подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Признавая Агаева виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Мамедову, повлекшего по неосторожности смерть последнего, суд сослался на показания Пирсаидова и Велиханова на предварительном следствии. Однако этими показаниями в совокупности с другими доказательствами бесспорно подтверждается лишь участие Агаева в разбойном нападении на Мамедова. Сведения, сообщенные указанными лицами, о применении Агаевым насилия к потерпевшему, содержат противоречия, не выясненные судом. Какие-либо иные доказательства, подтверждающие участие названного лица в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в судебном заседании не установлены.

В приговоре имеется ссылка на заключение эксперта, согласно которому на куртке Агаева и в подногтевом содержимом имеется кровь, которая могла произойти как от потерпевшего, так и от самого Агаева. Сославшись на этот акт экспертизы, суд тем не менее не сделал вывод о том, кому принадлежит кровь.

Установлено, что Агаев наносил потерпевшему удары ногами по голове. Однако на тех предметах, которые в случае нанесения им ударов были бы в контакте с потерпевшим (туфли, носки, брюки), следов крови не обнаружено.

Сам Агаев в ходе следствия и в суде отрицал свое участие в избиении Мамедова. Доводы осужденного не опровергнуты доказательствами, приведенными судом в приговоре. Одних показаний Пирсаидова на предварительном следствии (которые к тому же противоречат иным доказательствам) недостаточно для решения вопроса о виновности Агаева в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Приговор в этой части был отменен, дело прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления. Кроме того, поскольку Агаева не принимал непосредственного участия в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, его действия переквалифицированы с п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ на ч. 3 ст. 162 УК РФ.

В случае признания обвинительного приговора законным и обоснованным кассационная инстанция оставляет его без изменения, а жалобу (протест) - без удовлетворения. Презумпция невиновности, действовавшая на протяжении всего производства в кассационной инстанции с этого момента перестает действовать. Приговор считается истинным и обращается к исполнению. Но если суд кассационной инстанции отменяет приговор и направляет дело на новое расследование (или новое судебное рассмотрение), презумпция невиновности действует до тех пор, пока в общем порядке вновь не будет установлена виновность лица вступившим в законную силу приговором.

Действие презумпции невиновности в данной стадии процесса имеет свою специфику. Обязанность доказывания не лежит на осужденном (оправданном); он не обязан доказывать свою невиновность или порочить приговор, приводить достаточные аргументы его незаконности и необоснованности, и может, ограничится лишь принесением жалобы, в которой выражает свое несогласие с приговором. 

Суд кассационной инстанции не вправе отказать в рассмотрении кассационной жалобы на том основании, что осужденный не обосновал свое несогласие с приговором, не привел дополнительных доказательств и. т. д. Рассмотрение дела в кассационном порядке включает анализ собранных по делу доказательств, проверку законности и обоснованности приговора, исследование дополнительных материалов.

Одним из положений, говорящих в пользу презумпции невиновности является и правило о том, что обжалованию подлежат не только обвинительные, но и оправдательные приговоры: "Право обжалования судебного решения принадлежит осужденному, оправданному, их защитникам и законным представителям, государственному обвинителю, потерпевшему и его представителю" (п. 4 ст.354 УПК).

Несмотря на то, что оправдательный приговор, независимо от оснований оправдания реабилитирует подсудимого полностью, последний может не удовлетвориться мотивировкой или основанием оправдания. Так, подсудимый может быть оправдан за недоказанностью его участия в совершении преступления в то время как его следовало оправдать в связи с отсутствием состава преступления

Основания к отмене и изменению приговоров должны рассматриваться как выражение гарантий презумпции невиновности:

Основаниями отмены или изменения приговора в суде второй инстанции являются:

1) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела;

2) нарушение уголовно - процессуального закона;

3) неправильное применение уголовного закона;

4) несправедливость назначения наказания.

Ясно, что наличие любого из этих оснований ставит под сомнение допустимость виновности, а это означает, в конечном счете, что суд не опроверг презумпцию невиновности.



















ЗАКЛЮЧЕНИЕ





Принципы уголовного процесса - это основополагающие, руководящие правовые нормы, определяющие характер уголовного процесса, содержание всех его институтов и выражающие взгляды о построении процессуального порядка, обеспечивающего справедливое правосудие по уголовным делам, эффективную защиту личности, ее прав и свобод, интересов общества от преступных посягательств.

Один из важнейших принципов уголовного процесса - презумпция невиновности. Его формулировка содержится в ч.1 ст.49 Конституции РФ: “Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда”.

 Данный принцип провозглашен в ст.11 Всеобщей декларации прав человека, которая принята Генеральной Ассамблеей ООН, а также в ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Государство, общество считают гражданина добросовестным, добропорядочным до тех пор, пока иное не доказано и не установлено законным порядком компетентной судебной властью. 

Это принцип, призванный помочь человеку в его противостоянии власти, сбалансировать, уравновесить заведомо неравные силы в извечном споре личности и государства.

         Сейчас у презумпции невиновности прочные позиции, обеспеченные авторитетом Конституции. Хочется верить, что это надолго, навсегда. 

Презумпция невиновности – не бабочка однодневка. Ее существование благотворно сказывается на множестве явлений общественной жизни. Она тысячами нитей связана со строительством правового, демократического государства, с жизнью его граждан. 

Человек, привлеченный в качестве обвиняемого, занимает в обществе положение не преступника. Он может быть оправдан судом, или же признан виновным в менее тяжком преступлении, да и обвинительный приговор может быть отменен по его жалобе или жалобе других участников процесса.

Обвиняемый - это человек, против которого собраны доказательства, дающие основания утверждать, что именно он совершил конкретное преступление, и который официально обвиняется в этом преступлении компетентным должностным лицом.

Но к обвиняемому, исходя из принципа презумпции невиновности, не могут применяться ограничения прав и свобод, допустимые в отношении преступника. Обвиняемый, находясь под стражей, сохраняет жилищные права, право на участие в выборах, он не может быть уволен с работы или отчислен из учебного заведения. Все ограничения конституционных прав и свобод обвиняемого, допускаемые по закону, должны применяться лишь при действительной необходимости, осмотрительно.

Презумпция невиновности выражает не личное мнение того или иного лица, ведущего производство по делу, а так называемое объективное правовое положение. Следователь, который формулирует обвинение, предъявляет его обвиняемому, составляет обвинительное заключение, и прокурор который утверждает это заключение и приходит в суд поддерживать обвинение, конечно, считают обвиняемого виновным, убеждены в этом, иначе они не поступали бы данным образом.

Обвиняемого невиновным считает закон, который возможность признания его виновным связывает с таким порядком судопроизводства, при котором происходит полное и всестороннее исследование всех обстоятельств дела на основе гласности, устности, состязательности и других демократических принципов процесса, то есть с обязательным проведением судебного разбирательства - стадии, где сосредоточены максимальные гарантии прав и законных интересов обвиняемого и проверки доказанности обвинения.

Обвиняемый может быть признан виновным при условии несомненной доказанности его виновности, и эта обязанность лежит на тех ведущих производство по делу должностных лицах, которые выполняют функцию обвинения, - лице, производящем дознание, следователе и прокуроре.

Из презумпции невиновности следует, что: "Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность" (п. 2 ст. 49 Конституции РФ). Вывод о виновности лица в совершении преступления не может основываться на предположениях и должен быть вне сомнений подтвержден достаточной совокупностью доказательств.

Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого

Это правило распространяется и на предварительное производство по делу.

Все сомнения в доказанности обвинения (подозрения), которые не представляется возможным устранить, разрешаются в пользу обвиняемого

(подозреваемого). Это может влечь за собой прекращение дела, изменение объема обвинения, изменение квалификации содеянного.

В соответствии с презумпцией невиновности обвиняемый в совершении преступления считается невиновным пока виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

С презумпцией невиновности не вступают в противоречие сообщения средств массовой информации о ходе производства по уголовному делу, если такие сообщения сделаны в установленном законом порядке, носят информативный характер, не содержат выводов о виновности обвиняемого, не объявляют его преступником до вынесения приговора и не оказывают давления на суд.

Презумпция невиновности отвергает обвинительный уклон, и, по определению, служит важным гарантом права обвиняемого на защиту. Обвиняемый наделяется правом защищаться от предъявленного обвинения именно потому, что до вступления приговора в законную силу он считается невиновным.

Презумпция невиновности освобождает обвиняемого от обязанности доказывать свою невиновность, препятствует переоценке сознания обвиняемого и действует независимо от того, признает ли он себя виновным.

Таким образом, исходя из результатов данного исследования можно сделать ряд важных выводов, вытекающих из принципа презумпции невиновности: 

а) ни один невиновный не должен быть привлечен к уголовной ответственности и осужден ;

 б) никто не может быть привлечен в качестве обвиняемого иначе, как на основаниях и в порядке, установленном законом;

в) никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе, как в соответствии с действующим законом.

 в) признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинительного приговора только при подтверждении признания совокупностью имеющихся доказательств по делу;

г) Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (4 ст. 302 УПК РФ)

д) всякое неустранимое сомнения должно толковаться в пользу обвиняемого;

 е) В случае если в ходе судебного разбирательства не установлено событие преступления, либо установлено, что подсудимый не причастен к совершению преступления и в его деянии отсутствует состав преступления, выносится оправдательный приговор. Оправдание по любому из вышеуказанных оснований означает признание подсудимого невиновным и влечет за собой его реабилитацию (ч.ч. 2,3 ст. 302 УПК РФ).

























































































































БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Нормативно правовые акты



1. Конституция Российской Федерации [Текст]: [принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.] М.: Изд-во Эксмо, 2002. – 48 с. – 5000 экз.

2 Постатейный комментарий к Конституции Российской Федерации //Под общ. ред. В.Д. Карповича. М., 2002.

3. Всеобщая декларация прав человека [Текст]: // Российская газета. 05.04.1995.

4. Международный пакт о гражданских и политических правах [Текст]: // Ведомости ВС СССР. 28 апреля 1976 г. N 17.

5. Декларация прав и свобод человека [Текст]: //"Ведомости СНД РСФСР и ВС РСФСР", 26.12.1991, N 52.

6 Закон РФ «О милиции». [Текст]: федер.закон [принят пост. Вер.Совета РСФСР 18 апреля 1991 г. № 1027-I] офиц. текст Ведомости съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991 г., № 16.

7. Закон РФ «О статусе судей» [Текст]: федер.закон [принят 26 июня 1992 г. Закон РФ № 3132-I] офиц. текст Российская газета от 29.07.1992 г., Ведомости Съезда народных депутатов и Вер. Совета РФ от 30.07.1992 г., № 30., ст.1792.

8. Закон РФ «О прокуратуре РФ» [Текст]: федер.закон [принят 17 января 1992 г. ФЗ № 2202-I] офиц текст Ведомости Съезда народных депутатов и Вер. Совета РФ от 20.02.1992 г., № 8, ст.336.

9. Уголовно-процессуальный кодекс РФ [Текст]: федер. закон: [принят Гос. Думой 22 ноября 2001 г.: одобрен Сов. Фед. 5 декабря 2001 г.] офиц. текст: по сост. на 20 февраля 2008 г. - Новосибирск: Сиб, унив. Издательство, 2008. – 239 с.

10. Комментарий к УПК РФ (постатейный).// Под общ. Ред. Б.Т. Безлепкина М., 2002.

11. Уголовный кодекс РФ [Текст]: федер. закон: [принят Гос. Думой 24 мая 1996 г.: одобрен Сов. Фед. 5 июня 1996 г.]: офиц. текст: по сост. На 1 апреля 2007 г .- Новосибирск: Сиб. унив. изд-во, 2007. – 192 с. – (Кодексы и законы России).

12. Кодекс об административных правонарушениях РФ [Текст]: федер. закон от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ: [принят Гос. Думой 20 декабря 2001 г., одоб. Сов. Фед. 26 декабря 2001 г.]: офиц. текст: по сост. На 1 августа 2007 г. // СЗ РФ, 2002, № 1 (ч. 1).

13 Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ: [Текст]: федер. закон от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ // СЗ РФ, 2002, № 4 

14. Постановление Конституционного суда РФ от 20.04.99 г. N 7-П //СЗ РФ,26.04.99. N 17.

15. Постановление Конституционного суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П // Бюллетень Верховного суда РФ № 2 февраль 2008 г.

16. Определение Конституционного суда РФ от 5 ноября 2004 г. № 361-О // Бюллетень Верховного суда № 3 март 2006 г.

17. Постановление Президиума Верховного суда РФ от 12 декабря 2007 г. № 503-П07 //Бюллетень Верховного Суда РФ № 7 июль 2008 г.

18. Постановление Президиума Верховного суда от 16 ноября 21006 г. № 650-П05 // Бюллетень Верховного суда № 10 октябрь 2007 г.

19. Постановления Пленума ВС РФ от 29.04.2000 г. N 1 «О судебном приговоре» //Бюллетень ВС РФ. № 7 июль 2001.г.

20. Постановление Пленума ВС РФ от 31.10.2004 N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» // Российская газета, 28.12.2004г. N 247

21. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 23 декабря 2005 г. № 46-О05-60. //Бюллетень Верховного суда РФ         № 1 январь 2007 г.

22. Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 01.02.2005 г., «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» //Бюллетень ВС РФ, N 2 февраль 2005.г.



Список специальной научной литературы



23 Альперти, С.А., Бажанов М.И. Законность и обоснованность актов обвинения в стадии предварительного следствия. //Правоведение.1995. №3.

24 Воробьев Г.А. О расширении права обвиняемого на защиту в уголовном судопроизводстве. М., 1998. с. 14-18.

25 Добровольская Т.Н. Основания предварительного заключения. Комментарий к Положению о предварительном заключении под стражу // под ред. З.А.Кирина. М., 1997. 104 с. 

26 Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. - М., 1995. 217-223 с.

27. Ларин А.М. Презумпция невиновности.- М.: Наука, 1982, с. 30.

28. Савицкий В.М. Презумпция невиновности: что означает? Кому нужна? Как применятся? - М.: Норма, 1997, с. 202.

29 Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпция невиновности. М., 1984. с. 110.

30. Стецовский Ю.И. Если человек обвинен в преступлении М.: Советская Россия, 1988. с. 47.

31. Кобликов А.С. Право обвиняемого на защиту при производстве предварительного следствия. М., 1996.

32. Мударьян Э.М. Истина как проблема судебного права М., 2002.           

33. Егоров А.Ю. Состязательность в стадии назначения судебного заседания. Екатринбугр, 2003. с. 20.

34. Аширова Л.М. Проблемы реализации принципа справедливости в уголовном процессе. Уфа, 2006. с. 15.

35. Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в уголовном процессе. М., 1996.

36. Стецовский Ю.И., Ларин А.М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М.,1995.

37. Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. Тула, 2000. с. 162.

38. Савицкий В.М. Презумпция невиновности. М,. 1997.

39. Мотовиловкер Я.О О принциапах объективной истины, презумпции невиновности и состязательности процесса. Ярославль.,1978.

40. Громов Н.А., Зайцева Н.А. Предварительное расследование (понятие значение и формы) М., изд-во Приор, 2002.

41. Карнеева Л.М., Чувилев А.А. Обеспечение законности и обоснованности привлечения в качестве обвиняемого. М., 1988. с. 14.

42. Перлов И.Д. Право на защиту. М., 1998. с. 67.

43. Кудрявцева А.В. Теория доказывания в юридическом процессе. Челябинск, 2006. с. 78.

44. Карнеева Л.М. Привлечение к уголовной ответственности. Законность и обоснованность. М., 1997. 110 с.



Список учебной литературы



45. П.Яни Доследственная проверка: Ваши права [Тест] / П.Яни /Человек и закон. 1996.№1.

46 Лившиц Ю.Д., Даровских С.М. Вопросы принципа состязательности в стадии предварительного расследования [Тест] / Лившиц Ю.Д., Даровских С.М. научно-практический журнал «Следователь» 2002. № 8.

47.Божьев В.П. Уголовный процесс. Учебник. М., Спарк, 2002. 234 с.

48 Каминская В.И. Охрана прав и законных интересов граждан в уголовно-процессуальном праве. [Тест] / Каминская В.И. Научный журнал «Советское государство и право» 1998. № 10. 

49. Даньшина Л.И. Возбуждение уголовного дела и предварительное расследование в уголовном процессе России: [Тест] / Даньшина Л.И. Учеб пособие. М.: изд. «Экзамен», 2003. с.28.

50. Клямко Э.И. О правовом содержании презумпции невиновности. [Тест]    / Клямко Э.И. Научно-практический журнал Государство и право. 1994. № 2. 

51. Рыжаков А.П. Возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Учебное пособие. Тула.1996. с. 54.

52. Белозеров Ю.Н., Марфицин П.Г. Обеспечение прав и законных интересов личности в стадии возбуждения уголовного дела: Учебное пособие. М.., 1994. 89 с.