Г.К. Жуков - человек и политик

Контрольная работа

Г.К. Жуков - человек и политик


ПЛАН



Введение

I. Детство. Семья. Военное дело. Характерные качества личности Жукова

II. Жуков - антигерой

III. Судьба и политическая деятельность Жукова в послевоенные годы

Заключение

Список используемой литературы


ВВЕДЕНИЕ



Георгий Константинович Жуков - один из выдающихся героев и наиболее талантливый полководец Великой Отечественной войны, внесший огромный вклад в достижение победы, в развитие военной науки и военного искусства. И через полвека после победы жизнь все больше убеждает нас в этом.

О Г.К. Жукове написано уже немало. Наиболее полное и достоверное свидетельство о его жизни и полководческой деятельности - это труд самого Жукова "Воспоминания и размышления", который он посвятил советскому солдату - главному творцу победы. Михаил Шолохов, назвав Жукова великим полководцем суворовской школы, заметил: "Он понимал, что на плечи солдата легла самая нелегкая часть ратного подвига. Думаю, поэтому его воспоминания и пользуются такой любовью. Писателям-профессионалам иной раз нелегко тягаться с такой литературой. Это - свидетельство очевидцев и участников событий".

Ветераны войны, воевавшие под командованием Жукова, оставили немало таких свидетельств о самом Жукове. Обстоятельно описаны основные операции и сражения, которыми он руководил в романе В.В. Карпова "Маршал Жуков" и в других книгах дана в основном правдивая и многогранная характеристика Георгия Константиновича как человека, военного деятеля и политика.

В переживаемое нами смутное время в России, и, особенно, неимоверно трудный период для российской армии, вдохновляющий пример самоотверженного и доблестного служения Отечеству великого полководца Георгия Константиновича Жукова, гордость славным сыном нашего народа нужны нам как никогда. И не требуется никакого искусственного возвеличивания, создания культа его личности. Необходима подлинная правда о нем, надо глубже понять истоки его военной мудрости, полководческого дара, даже опыт преодоления им своих ошибок, чтобы они еще долго могли служить нашему народу.

Цель этой работы - раскрыть образ Георгия Константиновича Жукова как человека и как политика, не вдаваясь сильно в подробности военных сражений и его полководческой деятельности, что я и постараюсь сделать в основной части контрольной работы.


I. ДЕТСТВО. СЕМЬЯ. ВОЕННОЕ ДЕЛО. ХАРАКТЕРНЫЕ КАЧЕСТВА ЛИЧНОСТИ ЖУКОВА



В конце позапрошлого столетия в деревне Стрелковке Калужской губернии стоял осевший на угол дом в два окна с одной комнатой. От ветхости стены и крыша поросли мхом. В этом доме жила бездетная вдова Анна Жукова.

Сердобольная женщина, она взяла из приюта двухлетнего мальчика, оставленного там трехмесячным младенцем с запиской: "Сына моего зовите Константином". Это был отец будущего Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова, родившегося 19 ноября по старому, 2 декабря по новому стилю 1896 года.

В, годы детства Жукова деревня ничем не выделялась из тысяч русских деревень. Бедность, земля рожала плохо. Мужчины - часто на отхожем промысле, в поле - женщины и дети.

Отца Жуков видел мало, он сапожничал в городах. Мать билась на тяжелой работе. "Я думаю, - напишет на склоне лет Г.К. Жуков, - нищие собирали больше". Еще он напишет: "Спасибо соседям, они иногда нас выручали то щами, то кашей. Такая взаимопомощь в деревнях была не исключением, а скорее традицией дружбы и солидарности русских людей, живших в тяжелой нужде". Взращенной веками солидарности - проявлявшейся и на ратном поле, и тогда, когда нужно было выжить в неурожайные годы. На этом стоит жизнь человека. Просто и понятно, доступно разумению мальчика. 

На склоне лет Жуков часто возвращался к детству. Он помнил, как в церковноприходской школе в семь лет попал к "хорошему человеку", первому учителю Сергею Николаевичу Ремизову. Мудрый народный учитель, вводивший своих маленьких питомцев в XX век. Учивший их как подсказывало сердце и никогда не повышавший голоса на деревенских ребят. "Отец Сергея Николаевича, - еще припоминал Жуков, - тихий и добрый старичок, был священником и преподавал в нашей школе "закон божий".

Иногда Георгий Константинович задавался вопросом: кто были его предки? Ответа так и не нашел. Но не был обескуражен, что не мог проследить свою родословную по линии отца дальше его самого. Георгию Константиновичу было достаточно - отец родился в России, был главой небольшой, сплоченной семьи, воспитавшим по своему разумению трудового, честного человека. А если прибегнуть к обобщению - сыном народа. Кровную связь с народом Г.К. Жуков пронес через всю свою жизнь. Судьбы Родины и семьи для него были неотделимы. В семье, в окружающей его жизни он черпал силы для служения Отчизне, а на священной службе Отчизне выполнял свой долг перед семьей, народом. Защищая Родину, он защищал жизнь родных и близких. Заглянем в одно из немногих писем Г.К. Жукова жене Александре Диевне и дочерям Эре и Элле в Великую Отечественную войну. Считанные строки этого письма лучше, чем библиотека книг, отражают внутренний мир прославленного полководца. Итак:



"Действующая армия.

10.2.44

Дорогая моя! 

Шлю тебе свой привет. Крепко-крепко целую тебя одну и особенно вместе с ребятами. Спасибо за письмо, за капустку, бруснику и за все остальное. Дела наши идут, в общем, хорошо. Все намеченные дела армией выполняются хорошо. В общем, дела Гитлера "идут явно к полному провалу, а наша страна идет к безусловной победе, к торжеству русского оружия. В общем, фронт справляется со своими задачами, дела сейчас за тылом, тыл должен очень много работать, чтобы обеспечить потребности фронта, тыл должен хорошо учиться, морально быть крепким, тогда победа наверняка будет за русскими. Крепко, крепко тебя целую.

Твой Г. Жуков".



В коротком письме, как в капле моря, весь Жуков. Он жил только интересами войны, которую расценивал как тяжкий труд фронта и тыла. Всего народа. Отсюда и придет, обязательно придет Победа. А личный вклад в нее? Маршала мало заботила слава сама по себе. О ней позаботилась история. Чем дальше в прошлое уходят годы Великой Отечественной войны, тем все рельефнее и крупнее вырисовывается на фоне величайших битв тех лет облик верного сына нашей Родины и Коммунистической партии Советского Союза, выдающегося советского полководца, четырежды Героя Советского Союза, Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова.

Много видных полководцев воспитала наша партия в предвоенный период и в годы Великой Отечественной войны. Но по праву первым из них всенародно признан Г.К. Жуков.

Если вернуться к истокам его военной службы, то началась она в августе 1915 г., когда первая мировая война была в разгаре.

Будучи девятнадцатилетним парнем и имея достаточный образовательный ценз (окончил городское училище), он мог пойти в школу прапорщиков и стать офицером. Но он этого не захотел, как и Суворов, начал службу рядовым солдатом некоторое время в пехоте, а затем в кавалерийском полку.

Солдатская служба учит многому: пониманию ее очень трудной сути, выносливости, многотерпению и повиновению. Последнее на военной службе не менее важно, чем повелевать. Уже в первые дни службы, когда маршевую роту разгрузили из товарных вагонов и повели пешком "в противоположном направлении от города", кто-то из новобранцев спросил у ефрейтора, куда их ведут. Ефрейтор душевно сказал: 

- Вот что ребята, никогда не задавайте таких вопросов... солдат должен безмолвно выполнять приказы и команды, а куда ведут солдата - про то знает начальство.

Конечно, это не очень согласовывалось с суворовским принципом: "каждый солдат должен знать свой маневр". И не всем мог быть по душе совет ефрейтора. Но молодой Жуков, как он пишет в своих воспоминаниях, начинал уже уяснять себе рациональную сторону этого совета, повидав много и хорошего, полезного и немало несправедливости и дурного. Там, где одни видели только тягость происходящего, молодой Жуков в самом начале службы видит в трудностях средство самовоспитания и подготовки к тому, что пригодится потом. Позже, несмотря на всю тяжесть военной службы, он отказывается от предложения унтер-офицера стать писарем и заявляет ему: "я пошел в учебную команду... чтобы досконально изучить военное дело и стать унтер-офицером". В последующем Жуков сделает вывод, что основным фундаментом, на котором держалась старая армия, был унтер-офицерский состав, который обучал, воспитывал и цементировал солдатскую массу. И на протяжении всей службы, на всех должностях он уделял много внимания подготовке и становлению младших командиров. 

Время шло, сменялись чины, повышались звания, осуществлялся рост профессионализма Жукова в военном деле. С годами он приобрел черты, соответствующие истинному полководцу: широта и глубина охвата явлений и событий при оценке военной и военно-политической обстановки, глубина проникновения в замыслы и действия противника, реализм в оценке соотношения сил, несгибаемая воля в достижении поставленных целей в самых сложных условиях (под его руководством иногда невозможное становилось реальностью, как это было при обороне Москвы), величайшая активность и навязывание своей воли противнику (как это было под Ленинградом), решительность и отсутствие каких-либо колебаний при выполнении крупных оперативно-стратегических решений, когда обстановка была до предела сложной и запутанной, - всем этим во всей полноте обладал Маршал Советского Союза и просто человек - Георгий Константинович Жуков. 

И вместе с тем он никогда не пытался делать все сам. Он обладал важнейшим качество - умением сплачивать и привлекать к самой активной работе подчиненных командующих и командиров, штабы и политорганы. Жуков был признанным организатором боевой работы крупных военных коллективов. Особенно большое значение имела его огромная работоспособность. Еще до войны он работал по 15--16 часов в сутки, а с началом войны почти круглые сутки.

Общеизвестно и другое. Сколько упорного труда он вложил, чтобы развить в себе качества видного военачальника. Жуков же умел не только учить, но и учиться, и как никто другой хорошо понимал, что учеба может быть эффективной, когда не просто учитель учит ученика, а ученик сам добывает знания и приобретает практические навыки под руководством учителя.

Об этом говорят его боевые друзья - видные советские полководцы. Боевой соратник Жукова Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский, служивший с ним плечом к плечу, вспоминал о двадцатых годах, когда их пути сошлись во время учебы в Высшей кавалерийской школе в Ленинграде: "Жуков, как никто, отдавался изучению военной науки. Заглянем в его комнату - все ползает по карте, разложенной, на полу. Уже тогда дело, долг для него были превыше всего". Жуков стал выдающимся полководцем только потому, что прошел долгий путь учебы овладения военным искусством в рядах Красной Армии.

Он был человеком, отличавшимся "решительным и жестким характером", - написал о Г.К. Жукове его другой боевой товарищ, Маршал Советского Союза А.М. Василевский. И далее: "Жуков решал вопросы смело, брал на себя полностью ответственность за ведение боевых действий... Думаю, не ошибусь, если скажу, что Г.К. Жуков - одна из наиболее ярких фигур среди полководцев Великой Отечественной войны".

Жуков считал самым опасным в военном деле и в подготовке военных кадров, когда сложнейший процесс выработки решений подменяется поверхностным, отвлеченным приложением теории к практике, когда решения не вытекают из анализа конкретных условий обстановки, а извлекаются из теории.

Пропорциональное развитие умственных способностей, волевых и организаторских качеств Г.К. Жуков считал важнейшим условием обучения и воспитания командных кадров вообще. 

Своеобразие умственных способностей Г.К. Жукова проявлялось прежде всего в умении предвидеть развитие событий, мыслить не только за себя, но и за противника, видеть сразу целое и все детали, в соединении, выражаясь словами Б.М. Теплова, "синтетической силы ума с конкретностью мышления", в особом даре превращения сложного в простое, сохранении верности суждений, простоты и ясности мысли в сложнейших условиях боевой обстановки, а также при решении самых запутанных и трудных проблем военной теории и практики. 

Причем Г.К. Жуков, как и М.В. Фрунзе, особое значение придавал интуиции. Интуицию он рассматривал не как случайную, счастливую догадку, а как способность к глубокому научному предвидению, умение быстро принимать смелые решения, требующие предварительного накопления больших знаний, практического опыта и длительной умственной работы.

Г.К. Жукова отличали гибкий ум и твердая воля. Для его полководческого искусства было характерно тщательное планирование предстоящих операций и твердое проведение в жизнь принятых решений и разработанных планов. Вместе с тем эта настойчивость не превращалась в неумное упорство, в упрямство, по словам Б.М. Теплова, разрушающее ту самую волю, которая на первый взгляд представляется его источником. Георгий Константинович проявлял необходимую гибкость, когда обстановка изменялась, и своевременно уточнял свои решения и действия, проявляя при этом суворовский "глазомер", быстроту ориентировки, соображения и реагирования на изменения обстановки. Жукову были свойственны и многие другие качества, характеризующие его как великого полководца.

Его аналитический ум, способности к анализу и синтезу позволяли ему в минимально короткое время охватить одновременно как всю оперативно-стратегическую обстановку в целом, так и мельчайшие тактические детали. Это способствовало глубокой оценке обстановки, обоснованным выводам и нахождению неожиданных оригинальных решений, все новых и новых возможностей войск, которые никогда не смогут прийти в голову командующего, командира, формально выполняющего свои обязанности.

Жукову было также свойственно умение сжато, емко и четко излагать обстановку и свои решения, чего он требовал и от подчиненных.

Хочется подчеркнуть, что Жуков к себе относился не менее строго и требовательно, чем к другим. "Я никогда не был, - говорит он, - самоуверенным человеком. Отсутствие самоуверенности не мешало мне быть решительным в деле. Когда делаешь дело, несешь за него ответственность, решаешь, тут не место сомнениям в себе или неуверенности. Ты всецело поглощен делом и тем, чтобы всего себя отдать этому делу и сделать все, на что ты способен. Но потом, когда дело закончено, когда размышляешь о сделанном, думаешь не только над прошлым, но и над будущим, обостряется чувство того, что тебе чего-то не хватает, того или иного недостает, что тебе следовало бы знать ряд вещей, которых ты не знаешь, и это снова вернувшееся чувство заставляет все заново передумывать и решать с самим собой: "А не мог бы ты сделать лучше то, что ты сделал, если бы ты обладал всем, чего тебе не хватает?" 

Мне многое приходилось осваивать практически, без достаточных, предварительно накопленных, широких и разносторонних знаний. Это имело и свою положительную сторону. Отвечая за дело, стремясь поступить наилучшим образом и чувствуя при этом те или иные пробелы в своей общей подготовке, я стремился решать встававшие передо мной вопросы как можно фундаментальнее, стремился докопаться до корня, не позволить себе принять первое попавшееся, поверхностное решение. Было повышенное чувство ответственности по отношению к порученному делу, ощущение необходимости до всего дойти своим умом, своим опытом, стремясь тут же, непосредственно пополнить свои знания всем тем, что было нужно для дела. 

Однако главное, что характеризует полководческое искусство Жукова, как и других великих полководцев, - это величие одержанных им побед и свершенных ратных подвигов. Для Жукова - это Халхин-Гол, оборона Ленинграда, Московская битва, Сталинград, Курская битва, Белорусская, Висло-Одерская и Берлинская операции, активнейшее участие в руководстве советскими вооруженными силами в период Великой Отечественной войны в качестве представителя ставки ВГК и заместителя Верховного главнокомандующего, наконец сама достигнутая победа над сильнейшим противником, глубокий след, оставленный им в военном искусстве.

И еще одно. Время рождает своих героев. Г.К. Жукову было суждено жить в великое время, в расцвете сил и военного таланта он встретил испытание, обрушившееся на наш народ: великую и тягчайшую войну против озверевшего фашизма. Он жил этой войной, сделал все, что было в его силах, для Победы. В суровом военном противоборстве и проявились качества характера, которые сделали Жукова тем, кем он вошел в историю.



II. ЖУКОВ – АНТИГЕРОЙ



Одной из самых ярких личностей, олицетворяющих нашу победу в минувшей Великой Отечественной войне и национальное достоинство российских народов, является Г.К. Жуков. Поэтому не случайно люди, чуждые подлинным российским национальным интересам, кому не по нутру наша армия и ее герои, направляют свои отравленные ложью стрелы в первую очередь против великого полководца. Как справедливо отмечали генерал-полковник Родионов И.Н. и другие товарищи из Академии Генштаба: "Жуков по праву стал одной из выдающихся фигур в национальном самосознании нашего народа, и именно поэтому появились нападки на него, как на национального героя...".

Причем опубликовать что-либо доброе о Жукове или других полководцах сложно. В то время как порочащие их материалы охотно издаются и тиражируются.

Поощрение конъюнктурности неизбежно ведет к снижению научной требовательности. В научную среду под прикрытием модной политической демагогии легко проникает масса посредственностей, порождающих ту самую глухую стену, о которую в истории науки разбивались многие новые мысли и открытия. Эта среда и порождает в основном ниспровергателей Жукова.

На этой бесплодной ниве, к сожалению, подвизается В.П. Астафьев - известный писатель-фронтовик. В последние годы он не только о Жукове, но и о всей войне пишет как-то озлобленно, однобоко, главным образом о ее грязной, жестокой стороне. Вроде бы оно и правильно. Все это было, война есть война. Но В. Астафьев, - замечает Виктор Розов, - "как бы забывает, во имя чего она нами велась, что это все было необходимо для спасения Родины, то есть матери нашей. Ведь если ты хочешь спасти свою мать или спасти своего ребенка, ты готов горло врагу перекусить". Присоединился к ниспровергателям полководца писатель В. Солоухин, которого, как говорят, война обошла стороной.

Среди других историков и публицистов, занимающихся дискредитацией Жукова, нет людей ни с таким фронтовым опытом, как у В. Астафьева, ни с современными военными и военно-историческими знаниями, без чего судить обоснованно о чьем-либо полководческом искусстве невозможно. Кто же они? Один из них во время войны заведовал библиотекой, был начальником Дома офицеров; другой - разносчиком газет в политотделе корпуса; третий ухитрился всю войну просидеть в запасном полку и только к концу войны на короткое время попал на фронт. На этом недостойном поприще ниспровержения нашей победы и Жукова пытаются приобрести себе скандальную известность и некоторые более молодые, не нашедшие себя в серьезном деле младшие научные сотрудники.

Исполнителями травли Жукова после войны стали работники ЦК КПСС, Главпура, КГБ, в частности Шелепин и Семичастный, отсидевшиеся в тылу во время войны на комсомольской работе. Система наша в этом отношении была никудышной, но ее питали подобные, в том числе и быстро перевернувшиеся, люди.

Историк А. Мерцалов в своей публикации "Георгий Жуков: новое прочтение или новый миф? Посмертная судьба "маршала Победы" пишет о низком уровне советского военного искусства, полководческих способностей Жукова, представив его в качестве малообразованного, посредственного военачальника, лишенного морали, нравственности и допустившего во время войны "грубейшие просчеты и вреднейшие действия". В таком же духе брани и выдумок писали в "Независимой газете" Арсений Тонин и Б. Соколов.

Полковник М. Захарчук в той же газете пишет: "За время правления Сталина и за многие годы после него в армии царило тотальное невежество убогих духовно, интеллектуально и нравственно, но очень исполнительных людей". Далее продолжает он: "Даже самого Жукова, нашего выдающегося, если хотите гениального, полководца, нельзя поставить в один ряд с известными генералами русской армии. И не вина его в том, а беда великая, что двигался он по службе не в окружении людей высокообразованных, благородных, честных, какими были царские офицеры, а в амбициозной массе сослуживцев - послушных, исполнительных, готовых по первому зову партии предать, оклеветать, осудить. Хотя повторяю: Жуков был гениален для той конкретно-исторической обстановки, когда солдаты закрывали своими телами вражеские амбразуры, а смершевцы за нечаянно оброненное слово истребляли этих бойцов или в лучшем случае формировали из них штрафные батальоны".

В подобных статьях говориться о его "полководческой бездарности", жестокости, самоуправстве, многочисленных ошибках и промахах, допущенных во всех сражениях и операциях от Москвы до Берлина. К сожалению, приложил к этому руку и такой заслуженный военачальник как И.С. Конев. (Не имеет значения, сам или не сам был он автором подписанных им антижуковских статей).

Иногда для того, чтобы опорочить Жукова, ссылаются на отдельные критические замечания других полководцев, в частности, Рокоссовского. Но они ведь, в отличие от нынешних ниспровергателей, не отрицали в целом роль и способности Жукова. Тот же Константин Константинович, отмечая недостатки в его характере, вместе с тем признавал, что у Георгия Константиновича "всего было через край - и таланта, и энергии и уверенности в своих силах". И разговор о заслугах Жукова не умаляет и не может умалять заслуг других полководцев.

Наиболее распространенный тезис в обвинениях в адрес Жукова - это ничем не подтвержденные домыслы о его жестокости, невнимательности к подчиненным, стремлении добиваться цели "любой ценой", о непомерно больших потерях в личном составе (по сравнению с другими полководцами) во всех операциях, которые он проводил. Георгий Владимов в романе "Генерал и его армия" приводит мысль, что Гудериан бережно относился к людям, а наш Жуков исходил из принципа "с потерями не считаться". Как же обстоит дело в действительности? Жуков на протяжении всей своей военной службы исповедовал принцип максимально возможного сбережения людей, достижения победы с минимальными потерями. Но Жуков не просто голословно провозглашал требования о сбережении людей. Он своим самоотверженным требовательным отношением к своей личной особе и боевой подготовке войск, тщательной подготовкой командиров, штабов и войск к каждой операции, предостерегая от оплошностей, настойчиво добиваясь (насколько это было возможно) наиболее целесообразных решений - всем этим уже закладывал основы для успешного выполнения боевых задач и сокращения потерь в людях и технике.

Уже на Халхин-Голе Жуков тяжело переживал потери, требуя беречь людей, в том числе командиров. Например, он приказывал на всех танках "БТ", а не только на командирских, установить штыревые антенны, по которым японцы опознавали и выводили в первую очередь из строя командиров. И тогда все танки внешне стали одинаковыми. Да и в целом он разгромил группировку японских войск, понеся значительно меньшие потери, чем противник.

Во время Великой Отечественной войны Жуков, как уже отмечалось, настойчиво добивался, чтобы не предпринимались не подготовленные операции, но это не всегда удавалось. Сталин распоряжения о немедленном наступлении или контрударе нередко доводил непосредственно до командующих объединениями. Имело место стремление некоторых из них выполнить сталинскую директиву любой ценой, не считаясь ни с обстановкой, ни с потерями. Поэтому Жуков оказывался в труднейшем положении.

Есть люди, в целом благожелательно относящиеся к Г.К. Жукову, но поговаривающие сегодня о том, что стоит ли так "раздувать культ Жукова", безмерно его возвышать, ведь были во время войны и другие заслуженные полководцы, которые остаются в тени. Последнее, разумеется, в какой-то степени справедливо. Но если мы воздаем должное заслугам Жукова, это не значит, что мы принижаем других наших выдающихся полководцев.

Если объективно и всесторонне взвесить все, что совершил маршал Советского Союза Жуков, то без всякого преувеличения и со всей определенностью можно сказать, что он был наиболее одаренной, самобытной военной личностью и самым выдающимся, гениальным полководцем нашей отечественной и всей второй мировой войны. А если брать в более широком историческом ракурсе, то Г.К. Жуков навсегда войдет в военную историю как великий полководец. Равных ему в нашей стране после А.В. Суворова не было. 



III. СУДЬБА И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЖУКОВА В ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ



Жуков еще в ходе войны, и особенно настоятельно после войны, постоянно думал о том, как опыт и мудрость, добытые такой дорогой ценой, использовать рационально для решения задач военного строительства. Но ему не дали возможности в полной мере осуществить его замыслы. Согласно принятой тогда сталинской системе за ним, как и за другими военачальниками, постоянно следили. "Грехов" для того, чтобы расправиться с ним, было собрано уже вполне достаточно. Но Сталин видел, что пока идет война, без Жукова не обойтись. Поэтому до поры до времени терпел его славу, авторитет и крайне раздражавшие его самостоятельность и принципиальность Жукова. Но, как это не раз бывало в истории, как только кончилась война, военачальники такого масштаба, как Жуков, были уже не нужны. По замыслу Сталина и Берия для него была уготована самая страшная участь. Только огромный авторитет в народе, армии и за рубежом спасли его. Диктатору хотелось быть "лучом света в темном царстве" и всю славу, все заслуги за победу присвоить себе. Как всегда, в мирное время нужны были более удобные люди. Так вышли на первый план Н.А. Булганин и В.Д. Соколовский, отстраненные от должности в 1944 г. за полную неспособность готовить и проводить наступательные операции и это в условиях, когда вся Советская Армия уже мастерски воевала. Однако Жуков не сломался и продолжал самоотверженно трудиться на всех постах, которые ему поручались.

В послевоенные годы Жуков, будучи главнокомандующим группой советских оккупационных войск в Германии, главнокомандующим сухопутными войсками, командующим войсками Одесского и Уральского военных округов, первым заместителем министра и министром обороны СССР, большое внимание уделял осмысливанию, обобщению и внедрению в практику боевой и оперативной подготовки органов управления и войск (сил) опыта Великой Отечественной войны.

Жуков, придавая большое значение прошлому опыту, вместе с тем правильно уловил основные направления научно-технического прогресса и развития вооружений. С появлением ядерного оружия особенно важно было определить, что является основным средством его доставки: стратегическая авиация или ракеты. Американцы долгое время основную ставку делали на стратегическую авиацию. Наше руководство ориентировалось в основном на ракеты, в том числе на создание ракетных войск стратегического назначения, и это дало возможность нашей стране сделать огромный рывок вперед и получить существенные преимущества по достижению стратегического паритета.

Мысли маршала Жукова все больше обращались к будущему. Он отчетливо представлял себе то огромное влияние, которое окажет на дальнейшее развитие военного искусства появление ядерного оружия и других новых средств вооруженной борьбы. Вместе с тем, как всегда, он подходил ко всем этим новациям весьма взвешенно и мудро, не поддаваясь крайним точкам зрения.

Наиболее полно изложил Жуков свое отношение к новым явлениям в военном деле на военно-научной конференции руководящего состава вооруженных сил в мае 1957 г. Весьма остро он поставил вопрос о необходимости критического анализа опыта минувшей войны и извлечении из него нужных уроков. 

Жуков произвел коренные преобразования в оперативной подготовке командования и штабов, в боевой подготовке войск и сил флота. Прежде всего, им был поставлен вопрос о ликвидации сезонности в боевой подготовке, когда в начале учебного года проводилась одиночная подготовка, затем - последовательное обучение подразделений и лишь во второй половине года, а в основном к концу года доходило дело до боевого соединения частей и соединений. Получалось так, что минимум полгода они оставались недостаточно боеспособными. Жуков потребовал проведения учений с подразделениями, частями и соединениями, а также стрельб и других занятий на протяжении всего года, чтобы войска в любое время были готовы к выполнению боевых задач. Особое внимание он уделил обучению и воинскому воспитанию военных кадров, перестройке учебного процесса в военно-учебных заведениях. Исключительно полезным делом было привлечение на командно-штабные и войсковые учения профессорско-преподавательского состава военных академий.

По указанию Жукова был значительно повышен удельный вес ночных занятий стрельб и учений в боевой подготовке. В этом он видел одну из дополнительных возможностей по повышению боевых возможностей войск, получению преимуществ над противником. Жуков неустанно проводил мысль о том, что не надо бояться ошибок и недостатков, которые допускаются обучаемыми, не облегчать их действий.

Все недостатки устранимы. Важно, чтобы состоялась настоящая боевая учеба. На вопрос: как же учить, он твердо и определенно сказал: "Ответ может быть только один - кончайте скорее с дилетантским подходом к делу, ликвидируйте всякий шаблон".

Один из чинов, полученных Г.К. Жуковым, был чин министра обороны. В этой должности маршал Жуков активно участвовал в политической и общественной жизни страны. Когда возникла угроза того, что Молотов, Маленков, Берия вновь могут попытаться повернуть жизнь страны к сталинским временам, Георгий Константинович решительно выступил против этой группы и поддержал Хрущева. Последний был перепуган возросшим авторитетом, влиянием Жукова и при первом удобном случае решил от него избавиться. На октябрьском пленуме ЦК КПСС в 1957 г. Жукову были предъявлены надуманные обвинения, в том числе в недооценке партийно-политической работы в вооруженных силах. Такое обвинение было нелепым, ибо Жуков придавал большое значение морально-политической подготовке и воинскому воспитанию военнослужащих, считая их важнейшим условием обеспечения высокой боеспособности войск. Он выступал против крайностей и формализма в этом деле, против превращения так называемой партийно-политической работы в самоцель. Георгий Константинович добивался повышения роли командиров в воспитательной работе, сокращения количества штатных политработников. Его особенно беспокоило то обстоятельство, что воспитательная работа стала все больше оказениваться и отрываться от жизни, от задач боевой подготовки войск. Дело доходило до абсурда, когда, например, в сокращенных, скадрованных соединениях и частях личный состав ходил в основном в наряд и занимался политподготовкой, на боевую учебу вообще времени не оставалось. 

После отстранения Жукова от должности министра обороны одно из обвинений, которые ему предъявляли, состояло в том, что он запретил разработку наставления по ведению операций. Мотивировали обвинение тем, что Жуков, мол, считает, что такие военачальники как он в наставлениях и уставах не нуждаются. Но дело обстояло несколько иначе. Проект наставления, который ему предоставили, был разработан неудачно. В нем слишком детально расписывался порядок работы командующих и штабов, которые только что вышли из войны и в таких инструкциях и в самом деле не нуждались. Такое наставление толкало к шаблону, против чего особенно резко восставал всегда Жуков. Поэтому он приказал Генштабу подготовить "Основы подготовки и ведения операций", где бы излагались наиболее принципиальные вопросы, раскрывающие характер современных операций и важнейшие требования к их подготовке и ведению.

Георгий Константинович, возможно, был единственным министром обороны, который лично ознакомился с десятком диссертаций, посвященных проблемам военного искусства. Он был удручен их беспомощностью и оторванностью от жизни и реальных проблем. По его убеждению для того, чтобы отвечать своему назначению и высоким ученым званиям, нужно вкладывать в труды свои мысли, выдвигаемые положения и выводы должны быть продуктом своего собственного ума.

После неожиданного и ничем не обоснованного отстранения от должности министра обороны Г.К. Жуков подвергся новой тягчайшей опале. Само его увольнение из армии в 1958 г. было незаконным, так как по установленному статусу маршалы Советского Союза не могли увольняться. Такой опытнейший и талантливый человек как Г.К. Жуков был лишен возможности заниматься не только проблемами современной военной науки, что могло бы принести огромную пользу, но и обобщением опыта Великой Отечественной войны. С большим трудом, преодолевая всевозможные бюрократические рогатки, ему удалось написать свою знаменитую теперь книгу "Воспоминания и размышления" о Великой Отечественной войне.

Г.К. Жуков умер в 1974 г. Похоронили его у Кремлевской стены. Увы, эта противоречивая фигура была до мозга костей продуктом системы. Системы, обусловившей как взлет этого человека, так и его падение.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Роль и значение любой личности в истории, и тем более человека с высоким положением, определяются в конечном счете не только его способностями и потенциальными возможностями, а совершенными им делами, результатами, эффективностью его практической деятельности на том или ином участке работы, который был ему доверен. Или, как иногда говорят, "сухим остатком" прожитой жизни, то есть тем, что удалось сделать из того, что не удавалось на этом поприще предшественникам. 

Г.К. Жуков был величайшим полководцем и духовно одаренным обаятельным человеком. Как говорил А.М. Василевский, он был рожден для военной деятельности, для больших ратных дел... "Человеку, который чувствовал так слитно личную жизнь свою и народа, можно только позавидовать". Жизнь и деятельность такого человека достойна подражания. Его по-солдатски простое и одухотворенное лицо, крепко скроенная осанка, весь облик мудрого, волевого и мужественного военачальника всегда вызывали и вызывают особое почтение и глубокое уважение к нему. Обобщая все сказанное и несколько перефразируя слова М. Горького о Л. Толстом и о Жукове можно сказать: смотришь на него и страшно приятно сознавать себя тоже человеком, сознавать, что человек, российский офицер, может быть Жуковым.


СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



Гареев М. Маршал Жуков. Величие и уникальность полководческого искусства - М. 1996;

Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. В 3-х томах. - М. 1981;

Сульянов А. Маршал Жуков. Слава, забвенье, бессмертие. - М. 2006;

Яковлев Н. Маршал Жуков. - М. 1995.





2