Национальная безопасность на рубеже веков

Национальная безопасность на рубеже веков 

Статс-секретарь – первый заместитель министра обороны РФ Николай Михайлов 

Не за горами XXI век. На рубеже веков невольно встают вопросы: с чем мы вступаем в XXI век, научила ли нас чему-нибудь история или нет? Это далеко не риторические вопросы, и события последних месяцев лишь усиливают интерес к их пониманию. 

Навязываемая миру либеральная система общественных отношений как единственная приемлемая для клуба «наиболее развитых стран» на самом деле противопоставляет красоте многообразия мира весьма суженное представление о духовно-культурных и религиозных нормах, сложившихся в этих странах, и уже одним этим она заведомо порождает систему конфликтных отношений. Главными инструментами насаждения либерализма стали культ силы и «двойная мораль», лишь усиливающие неприятие большинством стран предлагаемого пути развития. 

Уже одно то, что мир не содрогнулся от пещерного варварства, продемонстрированного под прямым руководством США странами НАТО в Югославии, и что даже «просвещенная Европа» с ее куда более древними и глубокими традициями демократии и гуманизма, чем в США, оказалась заложницей «права сильного» и неспособной подтвердить свое достоинство и независимость от США, говорит о том, что мы весьма и весьма идеализировали возможности современного человечества и что на пороге веков прогресс в понимании самой сущности «справедливости» остается ничтожно малым. Более того, никогда еще в истории человечества культ силы, составляющий питательную среду для государственного терроризма, не был так жестко сопряжен с прямой угрозой для всего человечества, как сейчас. 

Доминирование права сильного в свою очередь порождает множество новых угроз и вызовов как на глобальном уровне, так и в масштабах отдельных стран, народов и народностей. Набирающие силу различного рода фундаменталистские движения и нарастающий повсеместно антиамериканизм - это прямая защитная реакция и отдельных граждан, и целых народов на попытки «сильных мира сего» свойственными им методами изменить тысячелетиями складывавшийся миропорядок. Вот почему культ силы, опирающийся на развитую экономику, образованную главным образом за счет неэквивалентного обмена одной страны или группы стран, на существенный отрыв от других государств в области военных технологий и на «двойную мораль», становится очевидным вызовом человечеству в XXI веке. 

Несомненным вызовом человечеству на стыке веков продолжают также оставаться межнациональные и межконфессиональные конфликты, стремление ряда государств к сохранению или развитию авторитарных режимов власти. 

Первостепенной проблемой и вызовом человечеству в XXI веке, независимо от того, идет ли речь о развитой в экономическом и военном отношении стране или нет, становится ослабление веры людей в достойное будущее. Следствием этого стала охватившая мертвой хваткой весь мир наркомания - это лишь один наиболее наглядный и опасный результат разрушения духовно-культурных и религиозных традиций и «размывания» веками формировавшихся ценностей. Главная сущность любого неверия - ослабление воли. А безволие в свою очередь - источник слабости и благодатная среда самоуничтожения. Это одинаково справедливо как по отношению к отдельно взятому человеку, так и к целому государству. Вот почему сегодня крайне важно консолидировать усилия для предотвращения развязанной в мире глобальной информационной войны, опирающейся на то же самое «право сильного» и на современные технологии, поскольку эта война в конечном итоге сводится к стремлению достижения политических и иных целей невоенными средствами путем подавления воли к сопротивлению. При всей своей масштабности и многообразии проявления она может проводиться (и проводится!) весьма избирательно - от воздействия на целые государства и народы до отдельных слоев населения или отдельных граждан (с целью их дискредитации). Эта война неизбежно формирует агрессивную и заведомо конфронтационную информационную среду, которая теперь уже с полной очевидностью представляет нарастающую угрозу XXI века. 

Наверное, одним из самых важных завоеваний человечества после второй мировой войны было достижение стабильности в мире, и в частности на Европейском континенте. Это стало возможным только и исключительно за счет достигнутого баланса военных потенциалов СССР и стран Запада и активной дипломатии. Сложившаяся в послевоенный период система позволяла в течение более полувека удерживать ситуацию, постепенно расширяя безопасную зону в мире. Цена этой стабильности для нашей страны была непомерно высока, и мы заплатили эту цену низким уровнем жизни, сосредоточив интеллектуальные и материальные ресурсы прежде всего на обороне во имя мира на земле. 

Стабильность в мире была реальностью. В основе ее лежала мощная оборонная промышленность, способная производить практически любые образцы современного вооружения, и хорошо оснащенные этим вооружением Вооруженные Силы государства. Достижения в военно-экономической сфере позволили нам создать в этот период Ракетные войска стратегического назначения, ядерный подводный флот и стратегическую авиацию, способную нести ядерное оружие, систему предупреждения о ракетном нападении, контроля космического пространства, систему противоракетной обороны г. Москвы, тактическое ядерное оружие и высокоточное оружие как со специальной, так и с обычной боевой частью. Страна устойчиво занимала передовые позиции в космических программах. Все это давало веские аргументы для активной дипломатии и позволило уже в 70-е годы твердо встать на путь постепенного сокращения стратегических вооружений, фактически снижая уровень опасности в мировом масштабе. 

Но наряду с этим было и другое: неспособность политического руководства привести развитие страны в соответствие со сложившимися к тому времени мировыми тенденциями, заведомо затратная экономика. Все это привело к тому, что большая часть общества перестала разделять доминирующие в тот период цели государственного развития. 

Но это уже история... И дело здесь не в ностальгии. Куда важнее определить позицию, ориентированную на день завтрашний. 

Особенность современного этапа развития состоит в том, что формирование мифов, опирающееся на современные информационные технологии, стало мощным инструментом для активной политики ряда государств. Над созданием мифов «трудится» целая индустрия средств массовой информации, оснащенная самыми совершенными техникой и технологиями. Вот лишь несколько весьма характерных примеров. 

Пример первый - расширение НАТО на Восток. Какие только эпитеты и аргументы не выдвигались, выдавая этот процесс чуть ли не за благо для всего человечества! Вся индустрия пропаганды многие годы работала на полную мощь, создавая миф о том, что расширение НАТО на Восток несет благо странам, вступившим вновь в этот блок и даже не вступившим, в том числе и России. 

Какова реальность, показали события в Югославии. И реальность, как оказалось, не имеет ничего общего с созданными мифами. Во-первых, всем стало ясно, что в самой НАТО нет равноправных членов, а есть США и находящиеся в их прямой зависимости страны Европы. Во-вторых, в полной мере проявилась агрессивная сущность НАТО. Право сильного для этого альянса оказалось выше гуманистических идеалов, двойной стандарт стал нормой поведения - вот и вся реальность. Одновременно США решили и другую стратегическую задачу: создали на десятилетия вперед незаживающую рану для своего главного экономического соперника - Европы, которая непременно будет использоваться как мощный инструмент политического и экономического давления. А заодно и предупредили всех - так будет с каждым, кто вздумает ослушаться. Это теперь называется «новый порядок в мировом сообществе». 

Пример второй — борьба с терроризмом. Безусловно, терроризм - абсолютно реальная и актуальная проблема. Терроризм - зло и с этим злом необходимо вести борьбу. И необходимость эту осознает подавляющее число стран и народов. Но оказалось, что и здесь есть благодатная почва для мифов. Во-первых, искусно раскручиваемая проблема терроризма создает политический инструментарий для оказания давления на неугодную США и их союзникам политику тех или иных стран, и, во-вторых, этим самым достигаются условия для осуществления прямого государственного терроризма. Именно этот вид терроризма несет в себе одну из самых серьезных опасностей для всего мирового сообщества. Достаточно вспомнить бомбардировки Ирака и Югославии, тысячи убитых и раненых, разрушенные города и села. Сотни тысяч беженцев, гуманитарную катастрофу на Балканах и т.д. 

Очень сильно похожи на миф заявления некоторых политиков о том, что страны НАТО, включая Соединенные Штаты Америки, делают все, чтобы сохранить сложившуюся систему сдерживания, которая базируется на ракетно-ядерной компоненте и информационном обеспечении системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН), поскольку этими же странами было сделано все возможное для уничтожения РЛС этой системы в г. Скрунде (Латвия), а ранее в Красноярске. Это решение уже привело к существенному снижению характеристик СПРН и, следовательно, к снижению устойчивости всей системы сдерживания в связи с расширением возможностей и соблазнов несанкционированных, провокационных и террористических пусков баллистических ракет. Как следствие - уровень безопасности в мире, и в том числе стран НАТО, включая США, существенно снизился. 

Иначе как циничной нельзя квалифицировать позицию США на примере разрушения созданной по решению Совета Безопасности ООН системы объективного контроля за соблюдением Ираком обязательств о прекращении работ по оружию массового уничтожения. И здесь почерк тот же самый: декларации и мифы - это одно, дело - совсем другое. 

Подобных примеров можно привести множество, и все они свидетельствуют лишь о том, что мировому сообществу необходимо ориентироваться не на мифы, а на реальность. Только в этом случае возможно обеспечить стратегическую стабильность и устойчивость мира на планете. Только в этом случае возможна осмысленная логика поведения человечества. В этой связи первое и главное, вокруг чего следовало бы максимально консолидировать усилия действительно независимых стран, состоит в необходимости ликвидации монополии одной страны или группы стран на оценку событий в мире. Объективная востребованность идеи ликвидации информационной монополии становится все более очевидной. Для этого как минимум должен быть объединен потенциал России, Китая, Индии, Малайзии, Республики Корея и многих других стран, стремящихся к реальной независимости и долговременной стабильности в мире. Рано или поздно, но свое слово в этом вопросе должна сказать и просвещенная Европа. 

Система обеспечения национальной безопасности - это такая сфера многогранной деятельности государства, где любая ошибка может оказаться роковой. Здесь не может быть неравнопрочных элементов, поскольку устойчивость таких систем всегда определяется наиболее слабыми из них. Примеров тому множество, самый яркий - сокрушение политической, социальной и экономической систем Советского Союза невоенными методами при наличии у него мощного оборонного потенциала. 

Совершенно очевидно, что основой обеспечения национальной безопасности России от внешних военных угроз в ближайшей перспективе будет оставаться стратегия ядерного сдерживания. Она заключается в угрозе применения ядерных сил против любого агрессора в масштабе, обеспечивающем нанесение ему заведомо неприемлемого ущерба. При этом мера ущерба должна исключать провоцирование агрессора на неоправданную эскалацию применения ядерных сил. Другими словами, речь идет о дозированном применении стратегических ядерных сил, адекватных угрозе. 

В настоящее время мало кто отрицает, что появление этой стратегии явилось мощным стабилизирующим фактором, удерживающим ядерные страны от применения своих стратегических сил на протяжении десятилетий. 

Не случайно, что, несмотря на окончание «холодной войны», стратегию ядерного сдерживания подтвердили в своих военных доктринах практически все страны ядерного клуба. 

Для обеспечения эффективности стратегии ядерного сдерживания как средства обеспечения национальной безопасности России необходимо, чтобы каждое из ядерных государств оставалось уязвимым для наших ядерных сил при любом сценарии развития конфликта. Причем уязвимость эта должна быть постоянной. Только тогда все страны ядерного клуба будут вынуждены стремиться к исключению эскалации конфликтов и искать компромиссные решения, и только тогда можно говорить о том, что стратегия ядерного сдерживания является стабилизирующим фактором. 

Любая попытка одного из государств снизить степень своей уязвимости до уровня, который породит у других государств сомнение в возможности его сдерживания, неотвратимо вызовет у них стремление повысить эффективность своих сил сдерживания до уровня, обеспечивающего необходимую уязвимость, то есть неизбежно приведет к гонке в области стратегических вооружений. Вот почему необходимо предельно жестко противодействовать любой попытке любого государства снизить эффективность российских сил ядерного сдерживания. 

Ранее достигнутое согласие ядерных государств в этой области стало основой поддержания стратегической стабильности между ними и принципом, определяющим направления взаимного сокращения стратегического наступательного вооружения (СНВ), не нарушая стратегической стабильности. 

Особое место в вопросе о ядерном сдерживании и стратегической стабильности занимают системы противоракетной обороны (ПРО). 

Отнюдь не случайно в Договоре об ограничении систем ПРО 1972 г. между СССР и США отмечена недопустимость создания территориальной стратегической системы ПРО как наиболее дестабилизирующего стратегическую обстановку фактора. При этом важно отметить, что, несмотря на двусторонний характер договора, он по духу разделяется другими ядерными странами, которые внимательно отслеживают его судьбу и учитывают его в своих концепциях национальной безопасности и в военных доктринах. 

Тем не менее вопреки этому договору президент США 23 июля с.г. подписал закон «О национальной системе противоракетной обороны - 1999 г.», который практически открывает работы по созданию территориальной системы ПРО США. Более того, в оборонном бюджете США на 2000 г. уже выделено 4,5 млрд. долларов на эти работы. Последствия такого решения могут иметь лишь один результат - существенное снижение уровня стабильности в мире, в том числе и уровня национальной безопасности самих США. Почему? Попробуем разобраться. 

В качестве основных аргументов, обосновывавших отрицательное отношение к разработке, созданию и развертыванию территориальной системы ПРО, российские специалисты всегда приводили следующие: 

- принятое США решение о создании и развертывании ПРО национальной территории с возможностью ее развития в многоэшелонную систему перехвата баллистических ракет (БР) неадекватно возможным угрозам; 

- создание эффективных средств борьбы даже с ограниченными ударами стратегических ракет может существенно ослабить потенциал сдерживания Китая, Франции, Индии, имеющих малый по отношению к России и США ракетно-ядерный потенциал. Очевидно, что негативная реакция возникнет у этих ядерных стран вне зависимости от того, рассматривают ли они пытающуюся выйти из круга ядерного сдерживания страну как своего потенциального противника или нет; 

- создание эффективной системы перехвата стратегических ракет, атакующих территорию США, возможно только при выходе из Договора по ограничению систем ПРО. Поскольку выход из договора при современных средствах информационного обеспечения и средствах дальнего перехвата создает предпосылки для создания системы ПРО, эффективной против ответного удара, то это неизбежно породит новый виток гонки вооружений, связанный с необходимостью для других государств, включая Россию, восстановить свой потенциал сдерживания; 

- планируемое использование для защиты территории противоракет с большой дальностью перехвата придаст этой территориальной системе большой противокосмический потенциал, способный противодействовать разведывательным системам и средствам в «ближнем» космосе (до высот порядка 2.000 км). Другими словами, создание такой системы открывает гонку вооружений в космическом пространстве. Это тем более опасно, что США всячески препятствуют идее запрета создания и развертывания противокосмических систем; 

- создание средств борьбы со стратегическими ракетами может затормозить процесс дальнейших ограничений и сокращений стратегических наступательных вооружений (СНВ) и подключения к нему других государств; 

- отказ от хранения полетных заданий на БР стал недорогим, но значительно более действенным шагом по предотвращению несанкционированных пусков БР, чем создание территориальной системы ПРО с сомнительной эффективностью; 

- реализация как односторонних, так и совместных мер по решению проблемы обороны от оружия массового уничтожения (ОМУ) и ракетного оружия (РО) третьих стран не требует выхода или корректировки Договора по ПРО. В частности, решение любых возникающих трудностей по этой проблеме вполне может быть обеспечено в рамках Договора по ПРО и подписанных протоколов, определяющих разграничения тактических и стратегических систем ПРО. 

Таким образом, создание территориальной системы ПРО не является адекватным ответом на реально существующие для США угрозы, не решает возникших в этой связи задач и неизбежно вызовет новый виток гонки стратегических и космических вооружений во всем мире. Негативные последствия для стратегической стабильности принятого США решения признают многие ответственно думающие специалисты и в самих Соединенных Штатах. В неофициальном порядке они уже сегодня зондируют возможность обмена нашего согласия на создание США территориальной системы ПРО на возможный ряд уступок по другим направлениям, обеспечивающим национальную безопасность. Но это не тот вопрос, где возможен торг. Цена его непомерно высока - стабильность в мире! 

Исходя из неизбежности сохранения в ближайшей перспективе приверженности стратегии ядерного сдерживания как средства обеспечения национальной безопасности необходимо уже сегодня вести поиск новой эффективной стратегии и способов ее реализации. А пока нет иного решения, чем наделение наивысшими государственными приоритетами комплекса работ по модернизации существующих, разработке и созданию новых стратегических и тактических систем с параметрами и масштабом развертывания, адекватными реальной угрозе и исключающими возможность снижения стратегического потенциала ядерного сдерживания. 

Ведущая роль в обеспечении национальной безопасности принадлежит Вооруженным Силам. 

В российской политической элите длительное время идут дискуссии о Военной доктрине Российской Федерации как важнейшем политическом документе, определяющем систему принципов защиты национальных интересов, характер и способы военного реагирования на возникающие угрозы и вызовы. Тем не менее переоценивать роль и значение различного рода доктрин и концепций в условиях быстро меняющегося мира не следует, поскольку они всегда отстают от жизни и никогда и никоим образом не в состоянии подменить принятую систему реального оперативно-стратегического планирования Вооруженных Сил. С учетом приведенных выше аргументов в Военной доктрине представляется целесообразным отразить следующие наиболее принципиальные положения. 

1. Вооруженные Силы Российской Федерации в единстве с другими войсками и воинскими формированиями обеспечивают вооруженную защиту жизненно важных интересов Российской Федерации. 

К жизненно важным интересам Российской Федерации относятся долгосрочные геополитические интересы, обеспечивающие России: 

- статус великой державы; 

- способность влиять на глобальные процессы в мире; 

- экономическую стабильность; 

- суверенитет, целостность и неприкосновенность территории; 

- высокий жизненный уровень населения и его духовное развитие; 

- безопасную деятельность в Мировом океане и космическом пространстве, свободный доступ к важным международным экономическим зонам и коммуникациям. 

2. Государство осуществляет ресурсное обеспечение (финансовое, материальное, кадровое) Вооруженных Сил Российской Федерации на уровне, позволяющем им выполнять поставленные задачи. 

3. Основой предотвращения угроз национальной безопасности России на ближайшие 10-15 лет остается стратегическое ядерное сдерживание. 

4. Вооруженные Силы Российской Федерации обеспечивают решение следующих задач: 

- поддержание стратегической стабильности в мире; 

- предотвращение агрессии, откуда бы она ни исходила; 

- уничтожение противника при развязывании им агрессивных действий против Российской Федерации или ее союзников; 

- участие в миротворческих операциях (по решению ООН). 

5. Для решения этих задач Вооруженные Силы используют ракетно-ядерные силы и силы общего назначения. При неотвратимой угрозе жизненно важным интересам Российской Федерации возможно превентивное применение всего арсенала сил и средств Вооруженных Сил. 

6. Для предотвращения военных конфликтов Российская Федерация использует весь арсенал прежде всего невоенных средств, включая дипломатические, экономические и другие средства. 

7. Вооруженные Силы Российской Федерации должны быть способны к ведению боевых действий в любой среде: на суше, море, в воздухе и космосе. Достижение успеха должно обеспечиваться концентрацией усилий на главных направлениях и преимущественно меньшим числом личного состава, как правило, не вводя его в зону действия огневых средств противника. 

8. Вооруженные Силы Российской Федерации действуют в рамках Конституции и законов Российской Федерации. Руководство Вооруженными Силами осуществляет Верховный Главнокомандующий - Президент Российской Федерации. 

Вооруженные Силы Российской Федерации находятся вне политики. Партийная агитация в них не допускается. 

9. Повседневная деятельность Вооруженных Сил организуется в соответствии с планами боевой подготовки и боевого применения, разрабатываемыми Генеральным штабом Вооруженных Сил Российской Федерации под руководством министра обороны Российской Федерации. 

Ответственность за соблюдение в повседневной деятельности основных положений Военной доктрины возлагается на органы законодательной и исполнительной власти всех уровней в пределах полномочий, определенных Конституцией и законами Российской Федерации. 

Достойное будущее России в мировом сообществе немыслимо без эффективной системы национальной безопасности, важнейшие составляющие которой - боеспособные Вооруженные Силы РФ и потенциал военно-промышленного комплекса. Сохранение этих базовых компонентов на необходимом уровне должно стать абсолютно приоритетной государственной задачей. У нынешних политических руководителей государства имеется возможность осуществить эту высокую миссию и тем самым войти в историю созидателями новой России.