Московская Русь и Золотая Орда

Министерство образования и науки РФ

ГОУ ВПО Красноярский государственный педагогический университет

Им. В.П. Астафьева



Институт дистанционного образования























КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по истории

«Московская Русь и Золотая Орда»







Выполнил:

Демидович Е.Г


Введение



История – есть наука, изучающая конкретные факты в условиях именно времени и места, и главной целью ее признается систематическое изображение развития и изменений жизни отдельных исторических обществ и всего человечества.

С.Ф. Платонов



Цель написания этой работы, рассказать о героической борьбе Руси против монголо-татарских захватчиков, о героическом прошлом нашей Родины. Показать причины поражений и побед, русских против монголо-татар, а также их влияние на политическое и экономическое развитие Русского государства.

В данной работе собраны материалы по одной из интереснейших тем истории моей Родины, моей страны, моего народа.


Монгольское государство возникло в Центральной Азии в конце XII – начале XIII века. В период становления феодально-кочевого феодализма главными богатствами были скот и пастбища, столкновения из-за которых перерастали в кровопролитные войны отдельных монгольских родов. В ходе этих столкновений выдвинулся хан Темучин. На пути к единоличной власти он расправился с врагами, а за тем и с соратниками. 1206 году курултай, проходившем в верховьях реки Онон, провозгласил Тамучина великим каганом всех монголов, назвав Чингис-ханом. К началу 20-х годов XIII века монголами были покорены Средняя Азия, значительная часть Закавказья, Северный Китай. В ходе завоевания Китая монголы овладели военной техникой (осадными машинами), окончательно сформировались принципы построения войска, зафиксированные в «Ясе».

		Чингиз-хан укрепил издавна существовавшую военную организацию монголов, которая совпадала с территориальной. Вся территория была поделена на три части: центр, левое и правое крыло. Каждая из них делилась на десятки, сотни, тысячи, тумены во главе с темниками,

тысячниками, сотниками, десятниками. Десяток составляли воины из одного аула (рода). Действовала жесткая дисциплина: за трусость, проявленную в бою одним воином, казнили весь десяток. Такое устройство способствовало быстрому и четкому развертыванию военных сил. Основной ударной силой являлась конница. Создав сильную и агрессивную организацию, Чингиз-хан приступил к завоеваниям.

		Первые удары были нанесены соседним народам: тангутам, чжурженям (предки современных маньчжур), а также уйгурам, туркменам и др. Используя их военные силы, а также их боевые навыки, монголы в 1219-1224 гг. предприняли поход в Среднюю Азию, Иран, Афганистан, на Кавказ и в половецкие степи. В Средней Азии были захвачены и разрушены Самарканд, Бухара, Ходжент, Мерв и другие богатые города. Жители уничтожались, а наиболее искусных ремесленников уводили в плен. Эту территорию стали заселять кочевниками, ирригационное земледелие было уничтожено, началось наступление песков на земледельческие оазисы. Исчезла с лица земли веками создававшаяся земледельческая цивилизация.Далее, после захвата Северного Ирана монголо-татары двинулись в Закавказье. Однако вследствие сильного сопротивления армян и грузин и непривычных естественных условий они были вынуждены покинуть эту территорию. В свои степи монголы возвращались другим путем. Найдя узкую равнинную полоску между Каспийским морем и горами у Дербента, «псы» Чингиз-хана Джебе и Субедей ворвались в половецкие степи. Разгромив часть половцев, они стали продвигаться к русским землям. Тогда один из половецких ханов – Котян обратился за помощью к русским князьям: «Побороните нас. Аще не поможете нам, мы ныне иссечени будем, а вы наутрие иссечени будете». Перед лицом опасного врага просьба древнерусскими князьями была принята. Однако не все русские земли выставили свои войска (отсутствовала дружина из Ростово-Суздальской земли), а между пятнадцатью направившимися к Дону князьями не было единства. Заманив русское войско в степи, монголо-татары (численность их доходила до 30 тыс.) 31 мая 1223 г. в битве на р.Калке нанесли ему жестокое и сокрушительное поражение. Из Приазовья вернулась лишь десятая часть войска. Пленных князей монголы задушили. Положив на них доски и устроив сверху пир. Несмотря на успех, монголо-татары, продвинувшись до Днепра, неожиданно повернули назад в степи. Так закончился первый поход монголо-татар на Русь.

В 1227 году Чингис-хан умер. Перед смертью он разделил свою империю на улусы. Западный улус достался его внуку Бату-хан (Батыю). В 1235 году каган Угедей, поддержанный курултаем, принял решение о новом походе на Европу. На помощь Бату-хану направлялись силы других улусов. В 1236 году монголы разорили Волжскую Болгарию и окончательно разгромили половцев. В декабре 1237 года монголы вторглись в пограничное Рязанское княжество. После шести дней осады Рязань подверглась жестокому разорению. Монголы сожгли Коломну, Москву, Владимир, пал после двухнедельного сопротивления Торжок. 4 марта 1238 года на реке Сити русские потерпели жестокое поражение, великий князь погиб. Несомненно, преимущество в уровне организованности, дисциплины обеспечило монгольскому войску, несмотря на героизм защитников Руси, победу во время похода 1237-1241 годов, главными целями которого были грабёж и получение дани. Северо-восточная Русь оказалась под властью монголов. Монголы двинулись к Новгороду, но не дошли до него около 100 км. Вероятно, отказ от взятия Новгорода был вызван боязнью распутицы и тем, что монголы для похода на Европу обезопасили свой тыл от удара русских. К тому же лесистая местность Северной Руси не годилась для кочевого хозяйства. Монголы не собирались здесь жить, а получение дани они уже обеспечили. На обратном пути неожиданно упорное сопротивление (7 недель!) им оказал небольшой город Козельск. Осенью 1240 года монголы осадили Киев, принадлежавший в это время Даниилу Галицкому. Разрушив стены, монголы ворвались в город, бой развернулся на его улицах. Последние защитники собрались в десятинной церкви, но она рухнула. Киев пал. После этого монголы продолжили поход на Запад, захватили Галицко-Волынское княжество, вторглись в Польшу, Венгрию, вышли к Адриатическому морю. Однако весть о смерти кагана прервала поход Бату-хана на Европу, возобновить который у монголов уже не хватило сил. Русскому народу пришлось вести упорную борьбу за свою независимость не только на Востоке, но и на Западе. Еще за долго до монголо-татарского нашествия немецкие, шведские и датские рыцари при поддержке римского папы начали проникновение на северо-западные русские территории, а в конце 30-х годов ХIII века Тевтонский и Ливонский ордены объединились. Для нападения были выбраны три пункта: устье Невы, бассейн реки Нарвы и Псковская земля. Но разгром «крестоносцев» в Невской битве (1240 год), на льду Чудского озера (1242 год) под руководством Александра Невского не позволил им использовать монгольское нашествие для осуществления своих агрессивных планов. Псков и Новгород стали мощным барьером против вторжения с Запада, что помогло северо-восточной Руси накопить силы для удара. Империя делилась на улусы, среди которых одним из самых больших был улус потомков Джучи (старшего сына Чингиз-хана). В русских летописях она получила название Золотой Орды. Орда была одним из крупнейших государств Средневековья. По ее территории проходили важнейшие торговые маршруты, связывающие Восток и Запад. В сферу политических, экономических, военных, культурных связей и интересов монгольских правителей оказались вовлечены многочисленные народы всего Азиатского континента и значительной части Европы. Завоевание Руси не сопровождалось ее оккупацией: монголо-татары создали на границе с нею собственную многоплеменную «кочевую империю».

Дружбы с ордынцами искали правители даже отдаленных стран. Русские князья после Батыева разорения были вынуждены признать верховную ханскую власть, особенно зависимыми от орды были земли северо-восточной Руси. Правители Орды стремились создать жестокую систему контроля над деятельностью русских князей для исправного получения дани. Контроль до конца XIII века осуществлялась с помощью баскаков. В конченом итоге это вылилось в систему ярлыков (верховной властью обладал князь, получавший ярлык на Великое Владимирское княжество). Однако сопротивление, оказанное Русью, вынудило Орду смягчить контроль, отменив в 1262 году баскачество и передав в начале XIV века сбор дани в руки самих князей.

		О трагедии, постигшей русский народ, А.С. Пушкин сказал, одновременно определив то значение, которое имели стойкость и мужество русских людей: «…растерзанная и обескровленная Русь остановила монголо-татарское нашествие на краю Европы». Дорого обошлась Руси ее самоотверженность. По подсчетам археологов, из 74 русских городов 49 были разорены татарами. 14 из них перестали существовать навсегда, а 15 превратились в сельские поселения. Погибли тысячи горожан, селян, знатных людей и простых общинников. Многие, особенно ремесленники, были уведены в плен. Кривая татарская сабля и сопутствующий ей огонь опустошил Русь, но не поставили ее на колени. Нашествие Батыя не повлекло за собой уничтожения древнерусской народности и цивилизации.

Территории Восточной Европы, куда не «пришли» монголы, более трех столетий существовало сильное Литовско-Русское государство.

Объединение западнорусских земель началось во второй трети XIII века при Миндовге, великом князе Литовском. В период правления Гедимина и его сына Ольгерда которые составляли коренная Литва окружалась поясом русских земель, 9/10 всей территории образовавшегося государства. Сегодня это Прибалтийские государства, Белоруссия, Украина. В годы правления Ягайло политика, поддерживавшая все польское, и принудительное окатоличивание привели к национально-религиозной вражде, которой не было до 80-х годов XIV века. Часть западнорусского населения неизбежно стала искать поддержки в Московском государстве.

В истории образования Российского государства можно выделить три этапа.

На первом этапе (1301-1389) происходило возвышение Москвы.

На втором (1389-1462) шли внутренние распри между потомками московского князя Дмитрия Донского (война второй четверти XV века). По сути, это был династический конфликт, по окончании которого произошло усиление власти Великого князя. Третий этап (1462-1533) Русь освобождается от ненавистного ига при московских князьях Иване III и его сыне Василии III завершается политико-территориальное формирование Российского государства.

В 1301 году младший сын Александра Невского Даниил отвоевал у Рязани важную крепость Коломну, за тем были присоединены Переяславль, Можайск. При Юрии Даниловиче (1303-1325) Московское княжество стало одним из сильнейших в северо-восточной Руси. Женитьба Юрия на сестре хана Узбека укрепила его положение в жестокой борьбе с тверскими князьями, представляющими старшую княжескую ветвь, он добился ярлыка на Великое Владимирское княжение. В 1327 году произвол и насилие, которое творили ордынцы наместника Холхана, вызвали мощное восстание в Твери. Московский князь Иван Калита (1325-1340) воспользовался этими событиями и присоединился к карательной экспедиции. Тверская земля подверглась такому погрому, что уже не могла соперничать с Москвой. Кроме ярлыка на великое княжение, Иван Калита получил право на сбор ордынской дани, а система баскачества была окончательно отменена. Калита сумел сделать Московское княжество самым сильным среди прочих, что сочеталось у него с жестокостью и немилосердием по отношению к другим князьям. Политика стабилизации отношений с Ордой была продолжена его сыновьями, Симеоном Гордым (1340-1353) и Иваном Красным (1353-1359). В конечном счете, начало хозяйственного подъёма, упрочнение положения северо-восточной Руси сделали возможным открытое противоборство с Ордой, на которое решился внук Калиты,



Князь Дмитрий Иванович (1359-1389)



Во второй половине XIV века Золотая орда была охвачена внутренними смутами, за двадцать лет у власти сменилось 14 ханов. В этих условиях один из ордынских эмиров, Мамай, предпринял попытку захватить ханский престол. Мамай стремился распространить свою власть и на русские княжества. Союз Мамая с Западом нёс угрозу государственной и идеологической самостоятельности Руси. Это хорошо понимал преподобный Сергий Радонежский, который ещё при жизни почитался пророком. Обратившись к князю Дмитрию, отец Сергий дал ему своё благословение: «Пойди против безбожных и с Божью помощью победишь». 

Князь Дмитрий - это исторический деятель, который сумел понять народные чаяния и объединить всех русских людей на их свершение и перед решающей схваткой с угнетателями примирить самые острые общественные противоречия. В этом его заслуга во внутренней политике. Но он не только возродил лучшие традиции военного искусства, он обогатил его новыми принципами стратегии и тактики, в невероятно сложных условиях сумел вооружить и обучить войско. Сподвижниками во всех его делах были митрополит Алексей и игумен Троицкого монастыря Сергий Радонежский. Эти люди смогли под эгидой русской церкви собрать всех гонимых людей под единое знамя освобождения. Одним из самых значительных полководцев Древней Руси был Дмитрий Волынский, отнюдь не по капризу отдал князь под его начало засадный полк и руководство всей битвой. Это ли не высшая оценка?

Исход противостояния разрешился Куликовской битвой, происшедшей в день праздника Рождества Богородицы, 8 сентября 1380 года, на правом берегу дона, при впадении в него Непрядвы. Войско Мамая, по некоторым данным, достигало 200 тысяч. Московский князь подготовился дать отпор врагу и собрал невиданную до тех пор на Руси рать (летопись гласит, что она насчитывала 150 тысяч воинов). Кровопролитное побоище закончилось бегством мамаевой конницы. Русские ратники одержали победу, а Дмитрий Иванович получил в народе почётное прозвище Донской.

Важно отметить, что православная солидарность, становясь всеобщим убеждением, сопровождалось готовностью к самопожертвованию и подвигу за веру. На Куликовом поле русские сумели наглядно и ярко проявить эти качества. Характерно, что перед битвой Сергий освятил меч Дмитрия Ивановича и благословил на участие в бою иноков Ослябю и Пересвета. В русском православии взяться за оружие не было грехом, когда речь шла о защите святынь, о выполнение нравственного долга. Куликовская победа создала в Восточной Европе качественно новую политическую ситуацию, при которой искусственно сдерживавшиеся объединительные процессы получили простор для своего развития. Хотя через два года Москва подвергалась тяжелому разгрому Тохтамыша и вновь вынуждена была платить дань, прежнее положение не могло быть восстановлено. В 1389 году Дмитрий Донской сам передал ярлык на великое Владимирское княжение старшему сыну Василию I (1389-1425), присоединившему Нижний Новгород, Городец, Муром. Итогом первого этапа централизации явилось окончательное утверждение Москвы как центра объединения северо-восточных русских земель взрыв вассальных отношений Руси с Ордой любят представлять картинно: Иван III ломает ханскую басму (дававшийся послам знак) и топчет ее сафьянными сапогами, а верные слуги истребляют посланцев хана. После этого Ахмат бросается на Русь, но встречает на Угре блистающее броней войско великого князя и убирается восвояси. Эта легенда сомнительна по двум причинам: последнее ханское посольство было в Москве в 1476 г., уже после прекращения выплаты Сараю дани и за четыре года до похода Ахмата, а главное, такой трус, как Иван, не мог растоптать басму, и сим открыто объявить войну самому «царю».

Тому лучше соответствует легенда, согласно которой выходить пешком к послам ордынским, пить кумыс, кланяться и т. п. запретила московскому государю жена, София Фоминична Палеолог, племянница последнего Византийского императора Константина, которая вышла за Ивана 12 ноября 1472 г. «Отец мой и я, — выговаривала София супругу, — захотели лучше отчины лишиться, чем дань давать; я отказала в руке своей богатым, сильным князьям и королям, а ты теперь хочешь меня и детей моих сделать данниками! Разве мало у тебя войска?». Оказавшись между послами Ахмата и женой, Иван III предпочел устраниться от каких-либо действий, и притворился больным. Источники рассказывают, что именно София настояла отобрать у послов и купцов татарских Кремлевское подворье. Принцесса православной империи, передающая наследственные права Палеологов, осененные крыльями черного двуглавого орла, русскому великокняжескому дому, и без того произвела при московском дворе изрядный переворот.  Но к прямому столкновению с «татарским царем» Иван III оказался не готов. Страх перед Ордой был еще силен на Руси, хотя Золотой Орды уже не существовало: она распалась на Астраханское ханство, Казанское ханство, с которым московские воеводы весьма успешно воевали, Крымское ханство, где правил верный союзник Ивана Менгли-Гирей. Наконец, изрядная часть ордынцев составляла под предводительством хана Ахмата Большую Орду. Этот-то Ахмат в год приезда Софии Фоминичны в Москву сжег град Алексин, но не рискнул переправиться через Оку. Он-то и посылал возмутившее царевну посольство в Москву. А в 1480 г., ровно через столетие после Мамаева побоища, сам отправился на Русь, побуждаемый обещаниями большой военной помощи от польско-литовского короля Казимира IV и уповая на ссору Ивана III с братьями. Король не смог выступить, отбиваясь от союзной Москве Крымской орды. Братья помирились. Русское войско во главе с прославленными воеводами вышло на рубеж Оки. Едва, узнав о походе Ахмата, легкая рать воеводы Василия Ноздреватого, погрузилась в ладьи и поспешила вниз по Волге на оставленный без должной обороны Сарай. Сам Ахмат шел опасливо, дожидаясь помощи Казимира и не рискуя в одиночку заезжать в русские пределы. Летописцы оставили нам немало сведений о тревоге самых разных слоев общества, включая великокняжеское окружение. Больше всех испугался Иван III, отправивший жену и казну на Белоозеро с наказом ехать к морю, коли хан возьмет Москву. Сам он засел в Кремле, но, побуждаемый матерью и духовенством, вынужден был выступить к войскам в Коломну. «Богатые сребролюбцы, брюхатые предатели» молили Ивана: «Не становись на бой, великий государь, лучше беги; так делали прадед твой Дмитрий Донской и дед твой Василий Дмитриевич». Иван III ускакал в Москву, но был еще более перепуган гласом разъяренного народа: «Ты, государь, княжишь над нами так, что пока тихо и спокойно, обираешь нас понапрасну, а как придет беда, хочешь бежать! Сам разгневал царя, не платил ему дани, а теперь нас всех отдаешь царю и татарам!» От народа Иван III удрал в Красное Село и послал в войска к старшему сыну приказ немедля прибыть к нему. Юный князь, взявшись защищать границу, ответил: «Умру здесь, а к отцу не пойду». Даниил Холмский, коему приказано было доставить княжича силой, был доволен этим ответом и продолжал устраивать полки. Ахмата устерегли на переправе через Угру и по четырехдневном сражении отбросили с большим уроном. Иван III нашел смелость прибыть к полкам и... стал просить хана милостиво не разорять своего улуса. Ахмат потребовал, чтобы князь явился с поклоном. Это испугало Ивана еще больше. Хан приглашал княжьего сына или брата, наконец, просто посла. Положение было критическое. Тогда ростовский епископ Вассиан Рыло написал к Ивану III воззвание, ради защиты Отечества поставив под сомнение идею покорности любой установленной власти, в особенности царской.

«Басурманин Ахмат уже приближается и христианство губит; ты пред ним смиряешься... Убойся же и ты, пастырь! Не от твоих ли рук взыщет Бог эту кровь?.. Может, ты опять скажешь, что мы находимся под клятвою прародительской не поднимать руки на царя? Но мы благословляем тебя идти на Ахмата не как на царя, но как на разбойника, хищника, богоборца... Какой пророк, какой апостол или святитель научил тебя, великих Русских стран христианского царя, повиноваться этому богостыдному, оскверненному, самозваному царю? Не только за наше согрешение, но особенно за отчаяние и маловерие попустил Бог на твоих прародителей и на всю землю Русскую окаянного Батыя, который пришел, разбойнически попленил нашу землю, поработил нас и воцарился над нами!»

Идея царя-поработителя была неприемлема и опасна для Ивана III. Призыв же пролить собственную кровь за Отечество выглядел в его глазах дико. Как только Угра покрылась льдом, он велел отступать на Кременец, вызвал панику, побежал еще дальше... Русь спас еще больший страх Ахмата, простоявшего на Угре после ухода русских до начала ноября. Чтобы сохранить воинство, Ахмат бросился на земли своего лживого союзника Казимира и ограбил их, но по возвращении не смог закрепиться в разоренном русскими, ногайцами и крымчаками Сарае. Вскоре Ахмат был зарезан тюменским ханом, известившим об этом Москву и одаренным. Ордынское иго пало окончательно. Отказавшись от подчинения, царю татарскому, Иван III обязан был занять место суверенного, никому не подвластного государя, по-русски царя, на западный манер — цесаря или императора. Так он и поступил, именуя себя в сношениях с соседями «царем всея Руси», «великим государем Русской земли», наконец, «царем и самодержцем всея Руси». Западные государи не отказывались признавать за Иваном императорское достоинство: проблема была в русских, с большим трудом приучавшихся видеть в своем князе самодержца, то есть, по мнению Ивана, лишь Богу подотчетного владыки, совершенно бесконтрольно распоряжавшегося жизнью, свободой и имуществом подданных. Иван III добился того, что одно появление его наводило трепет; что женщины падали в обморок от его гневного взгляда, а придворные раболепно стояли вокруг задремавшего царя, не смея шевельнуться или кашлянуть. Самодурство было непременным условием такого воспитания окружения. Иван мог сковать цепями и морить в тюрьме сына, венчать на царство, а потом гноить в узилище внука, по малейшему подозрению рубил знатнейшим людям руки, ноги и головы. Людей публично засекали кнутом до смерти, жгли живьем в клетке. К концу царствования на Руси запылали на кострах «еретики», осмелившиеся думать о «самовластии души», равенстве народов и вер: ведь духовенство, требовавшее их «жечь и вешать», утверждало близкую Ивану мысль, что «царь своим естеством подобен всем людям, а властью подобен вышнему Богу». Кровожадность и сумасбродность не заменяли, конечно, внешних признаков державного достоинства. Прежде всего следовало заново отстроить совсем обветшавший Успенский собор: подобно Владимирскому, но обязательно больше того. Знаменитый болонский мастер Аристотель Фиораванти, ознакомившись с русскими традициями и с помощью русских мастеров, возвел стоящий доныне Успенский собор в 1479 г. Затем был окончен и освящен Благовещенский собор, игравший роль домового храма государя, и церковь Риз Положения. Последним из великих храмов, окруживших Ивановскую площадь Кремля, стал заново построенный миланским зодчим Алевизом Новым Архангельский собор.

Храмам должен был соответствовать роскошный каменный дворец, расположившийся между Успенским и Благовещенским соборами и далее вдоль набережной к Боровицким воротам. Под руководством венецианца Марко Руффо стали расти на высоких сводчатых подвалах (подклетах) «великие» палаты, самая знаменитая из которых выступает на площадь с Красным крыльцом и снаружи украшена граненым камнем, потому и именуется Грановитая. Дворец и соборы были обрамлены новым каменным Кремлем, прочно и красиво возведенным итальянскими и русскими мастерами. Окружность его составила более 2 километров, под башнями устроены были хитрые тайники, в которых прятали сокровища. По примеру Ивана III и другие люди, например митрополит, стали строить себе каменные палаты, хотя на Руси от веку было ведомо, что жить в деревянных домах полезнее для здоровья. Поэтому деревянные терема для государя тоже поставили — позади дворца. Роскошь царского двора требовала мастеров — и их призывали из Италии, Германии, Греции. Итальянцы Петр и Яков Дебосис лили пушки. Рудокопы Иоганн и Виктор нашли серебряную руду: в Кремле стали чеканить монету из русского серебра. Аристотель Фиораванти оказался не только архитектором и инженером, но мастером лить пушки и колокола, чеканить монету. Иван III платил ему изрядно, однако, когда мастер попросил отпустить его на родину, -- попросту заточил. Государь был оскорблен поведением своего «раба» и отобрал у него заработанное. Хорошо хоть не убил: лекарю Леону из Венеции, не сумевшему вылечить смертельную болезнь сына, Иван III отрубил голову, а немецкого доктора Антона, не излечившего татарского князька Каракучу, приказал зарезать на льду Москвы-реки, как овцу, хотя татары его простили... Иван III велел торжественно венчать своего внука на трон Мономаховым венцом. В связи с этим составили «Сказание о князьях Владимирских»: будто бы государи русские еще со времен Киевской Руси есть законные наследники Римской империи и власти византийских (восточноримских) цесарей. Посему Москва — третий Рим. «Два Рима пали, а третий стоит и четвертому не быть!» Конечно, отвоевывать Константинополь у турок и гнать из Рима папу Иван III не собирался. Важнее было напоминание о принадлежащем роду московских самодержцев киевском наследии, о собирании под крыльями двуглавого орла земель Древней Руси. Злая слава о жестокости и самовластии московского государя была одной из причин, надолго приостановивших объединение юго-западных земель Руси с государством Российским. В отличие от отца великому князю московскому Василию Ивановичу (1505—1533) не было особой нужды щеголять царским титулом. Он временами употреблял его во внешних сношениях, но большей частью титуловался «великий государь Василий, Божиею милостию государь всея Руси и великий князь владимирский, московский» и прочая и прочая. Зато самовластие его, выросшее на отцовских плечах, шагнуло в дали неизмеримые. При Иване III бояре и князья, хотя именовались холопами, но осмеливались говорить в Боярской думе и давать советы государю. Василий же возражений не переносил: когда любимец его боярин Берсень Беклемишев осмелился на свое мнение, государь сказал: «Ступай, смерд, прочь, не надобен ты мне». Боярин оказался в наказании — опале. Говорили, что Василий любит дьяков и, с ними «запершись сам-третей, у постели все дела делает». Однако стоило одному из виднейших дьяков, отправляемых в посольство к императору Максимилиану, упомянуть, что у него нет средств на путешествие, несчастный был лишен всего имущества и заточен на Белоозере. «Знает Бог да великий князь», - говорили при Василии. Никакого признака иной воли не допускалось. Псковичи пожаловались как-то на несправедливость наместника: государь в ответ заточил посадников и челобитчиков, при полном непротивлении жителей уничтожил во Пскове вече, вывез в Москву вечевой колокол и расселил по разным землям 300 лучших городских семейств. Заподозрив бессловесного рязанского князя, Василий III заточил и его, а рязанцев толпами погнал в московские волости, селя на их место москвичей. Государь не упустил случая включить в свои владения даже небольшие города, вроде Углича и Бежецка. Наконец, северские князья, добровольно перешедшие под руку Москвы и отличившиеся в войне с Литвой, были изгнаны из своих городов, а их «уделы» перешли к великому князю. Принимая и даже приглашая к себе литовско-русских князей, государь полагал, что они поступают в полное холопство и не имеют права выезда назад. Хотя беглецов он казнил смертью не всегда, но брал с каждого поручные грамоты со страшной клятвой не отъезжать, хранить московские тайны, не приставать к заговорам и т. п. Даже братья и прочая родня были для тирана только подданными. Однако с такой же основательностью заботился государь об обороне русских рубежей. Польско-литовские войска так и не смогли отбить Смоленск, оставив его по условиям мира 1522 г. на стороне Москвы. В Крым ежегодно посылались «поминки» — дары хану и знати, дабы влиять на их политику и отвращать от набегов; но ежегодно же на Окский рубеж выводились войска стеречь границу. В наиболее опасных местах на Оке и за рекой возведены были каменные крепости: Калуга, Тула и Зарайск. Цари московские с успехом заменяли собой царей татарских, и оставалось лишь ждать включения осколков Золотой Орды в состав нового — Российского — государства. Способ объединения русских земель вытекал из представлений московских властей о богатстве. В самом деле: сними государь между покорными ему землями и княжествами бесчисленные заставы, взимавшие торговые и проезжие пошлины, — многие торгово-промышленные люди Новгорода, Твери или Вятки сами устремились бы в объятия Московского государства. Но зажиточные купцы и промышленники захваченных земель были ограблены и разогнаны по разным городам, а заставы и чрезвычайное множество различных пошлин в пользу великого государя продолжали сковывать пережившую тяжкие удары русскую торговлю, а значит, и промышленность. Мало того, Иван III нанес удар по иноземной торговле, обогащавшей русских оптовиков и перекупщиков, велев в 1495 г. враз схватить и ограбить в свою пользу немецких купцов. Обогащаясь крохами, московская казна теряла огромные доходы от возможного развития частной коммерции, значения коей власти не уразумевали. Богатством в глазах властей была земля и крестьяне, обязанные ее обрабатывать. Эту-то землю Иван и захватывал, беспощадно сгоняя крупных землевладельцев и крестьян, не щадя в своих грабительских походах даже церковные и монастырские владения. Огромный земельный фонд раздавался верховным владельцем переселенному боярству, московскому дворянству и мелким дружинникам — детям боярским — в пользование под условием службы: в поместья. Не без влияния Софии Палеолог в духе традиций Византийской империи менялся сам двор московских государей. Боярство сделалось первым придворным чином, за коим следовал меньший чин окольничих; появились чисто придворные чины ясельничего, конюшего и постельничих, зарождались приказы. Чины играли собственные роли в придворном церемониале и государственной деятельности. Бояре занимали первые места в дворцовых церемониях и должны были заседать в высшем совещательном органе при государе — Боярской думе. Им доверялись приказы — поручения и целые направления деятельности, превратившиеся в XVI в. в центральные государственные учреждения (начиная с Посольского приказа и Разряда — ведомства служилых людей). Бояре становились наместниками и волостелями. — правителями и судьями крупнейших городов и земель от государева имени. Соответственно знатности они командовали армиями и полками. Менее знатные наместники в местах маловажных могли не иметь боярского чина и права «боярского суда»: окончательного решения по важным уголовным и имущественным вопросам (оно передавалось в Москву). Окольничие и дворяне московского списка составляли штат придворных, обслуживали огромное личное — дворцовое хозяйство великого государя, которому принадлежала масса городов, сел, деревень, промыслов и мастерских, возглавляли военные подразделения, а также выступали на войну в составе привилегированного Государева полка.

Все землевладельцы постепенно превращались в чины Московского государства. Владение поместьем, связанное с обладанием чином, обязывало в первую очередь к военной службе. По приказу помещики каждого города и прилегающей к нему округи — уезда должны были явиться «конно, людно и оружно» и составить, во главе с командирами из местной знати, сотни тяжело вооруженных конных воинов с холопами-оруженосцами и слугами.

Государь не склонен был раздавать помещикам черносошные земли, население которых было обязано нести налоги и повинности только в пользу государства. Но бояре, дворяне и монастыри ловко и жестоко расхищали «черные» земли, сгоняя или закабаляя их держателей. Доходило до того, что в уезде три четверти помещичьей земли состояло из отнятой у крестьян. Получалось, что на барщине они даром обрабатывали отнятую у них землю. Ясно, что для этого требовалось применить силу, заставить людей работать с помощью внеэкономического принуждения. Что ж, военный лагерь, в который превращалось государство, был ориентирован и на это.

Судебник 1497 г., зафиксировавший состояние права единого русского государства, смертной казнью защищал жизнь и имущество бояр, помещиков и духовных лиц. Беспощадные наказания предписывались и за поджог, и за объединение обездоленных против мирских кровососов («скоп»). Именно эти статьи выполнялись неукоснительно, тогда как торжественный призыв к судьям судить праведно и не брать посулов — взяток выглядит насмешкою до сего дня. Однако закрепощение подразумевало и выхлопные клапаны, позволявшие снижать давление народного гнева. Несколько ограничивался произвол с обращением в холопы и предусматривалось освобождение холопа, например, за участие в борьбе с татарами. Неделя до и неделя после осеннего Юрьева дня (26 ноября) оставлялась Судебником для свободного ухода крестьянина от помещика, из села или волости. Да только человек, решивший оставить недвижимость и искать счастья вдалеке, должен был за проживание на господской земле выплатить «пожилое». Это установление возмущало даже некоторых представителей духовенства, за которым Судебник закрепил все имущественные и судебные привилегии.

Наступил конец 250-летнему Монголо-татарскому игу на Русской земле. Эти годы оказали огромное влияние на развитие русских земель. Под игом татар вырастали целые поколения русского народа и также умирали, не изведав свободной жизни. Избавление от татарского ига, было целью, всего русского народа, люди жили и умирали с этой мыслью.


Используемая литература



1. Алфёрова И.В., Блохин И.Ф. ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВА В ТЕРМИНАХ И ПОНЯТИЯХ: Учебный словарь-справочник – Смоленск: Русич,1999.- 528с.

2. А.П. Богданов ИСТОРИЯ РОССИИ до Петровских времён. 10-11кл. Проб. учеб. для общеобразовательных учебных заведений. М.: Дрофа,1996.- 336с

3. OC-R, Spellcheck: Максим Пономарёв Петроград. 5 Августа 1917 г.

4. Печатный источник: С.Ф. Платонов. Полный курс лекций по русской истории. Издание 10-е. CD-R, История России от древнейших времен до начала XX в. Под.ред. И.Я. Фроянова.





2