Способы обеспечения обязательств в римском праве

Оглавление



Введение

1. Понятие способов обеспечения обязательств. Поручительство. Задаток Неустойка

1.1 Понятие способов обеспечения обязательств

1.2 Личные гарантии обязательства (поручительство)

1.3 Задаток. Неустойка

2. Реальные гарантии обязательства (Залог)

2.1 Понятие залогового права. Акцессорный характер залогового отношения. Фидуциарный залог

2.2 Реальный залог и ипотека

Заключение

Список использованной литературы






Введение



Обеспечение обязательств – традиционный институт гражданского права. Такие способы обеспечения исполнения обязательств, как задаток, неустойка, поручительство и залог, были известны еще римскому нраву. Необходимость их использования объяснялась тем, что кредитор, как в эпоху Древнеримского государства, так и сейчас, имеет существенный интерес в том, чтобы быть уверенным в исполнении обязательств, и в том, чтобы обеспечить себе установление убытков, на возмещение которых он имеет право в случае неисполнения обязательства, наконец, кредитор заинтересован в том, чтобы побудить должника к своевременному исполнению под страхом невыгодных для должника последствий в случае неисполнения или надлежащего исполнения обязательства.

Целью данной работы является рассмотрение института обеспечения обязательств и анализ применения способов обеспечения обязательств в римском праве.

Задачи: 1 Исследование понятия способов обеспечения обязательств. 2 Описание поручительства, задатка, неустойки, как способов обеспечения обязательств в римском праве. 3 Характеристика залогового права, как подотрасли римского права.

Объектом изучения представленной работы являются общественные отношения, связанные с обеспечением обязательств. Предметом изучения – способы обеспечения обязательств, применяемые в римском праве.

При написании работы использованы следующие источники: ГК РФ, Д.В. Дождев «Римское частное право. Учебник», И.Б. Новицкий «Римское частное право». О.Н. Садиков «Гражданское право 1 том. Учебник». В М. Хвостов «Система римского частного права Учебник»

Представленная работа состоит из введения, двух глав, пяти параграфов, заключения, списка использованной литературы.




1. Понятие способов обеспечения обязательств. Поручительство. Задаток Неустойка



1.1 Понятие способов обеспечения обязательств



Нарушение обязательства влечет для должника необходимость возместить причиненные им убытки. Однако на практике эти меры нередко оказываются недостаточными для защиты прав другой стороны – кредитора. Убытки должны быть подсчитаны и доказаны, а их взыскание требует соблюдения длительных судебных процедур и может оказаться безуспешным ввиду неплатежеспособности должника. Поэтому предусматриваются дополнительные правовые меры, призванные укреплять имущественный оборот и защищать интересы его участников. Такие меры именуются способами обеспечения исполнения обязательств. Они действуют в двух направлениях: стимулируют должника к надлежащему исполнению и одновременно облегчают кредитору возмещение его имущественных потерь в случае неисполнения должником его обязательств Первичное исполнение обязательств невозможно без содействия должника кредитору; принудить к исполнению нельзя. Зависимость кредитора от произвола должника компенсируется ответственностью последнего, которая представляет собой форму косвенного принуждения к исполнению. Интерес кредитора может быть обеспечен и в других формах. В древности, когда долг и ответственность не лежали на одном лице, кредитор получал в свою личную власть близких должника (vades и praedes) и исполнение служило их освобождению от личной зависимости от кредитора. Эта форма удержалась до I в. н.э., но уже в эпоху Республики на смену заложникам пришла практика предоставления в залог земельных участков, которые, как и praedes, подлежали продаже в случае неисполнения обязательства должником Vades предоставлялись в ходе судебного разбирательства с целью гарантии появления должника в суде (в функции позднейшей cautio vadimonium sisti), а также при публичных процессах, заменяя собой предварительное заключение. Praedes давались в ходе процесса посредством legis action sacramento (praedes sacrameni, praedes litis eх vindiciarum), а также при договорах частных откупщиков с гражданскими общинами

С установлением гомогенности обязательства (когда и долг, и ответственность признаются за одним лицом) развиваются формы личной и реальной гарантии обязательств. При личной гарантии в обязательственное отношение вводится дополнительное ответственное лицо – гарант. При реальной – устанавливается власть кредитора над вещами должника под условием неисполнения им обязательства.

В случае неисполнения должником обязательства обращается взыскание на имущество должника при содействии государственных органов. Однако кредитор имеет существенный интерес в том, чтобы быть уверенным в исполнении обязательства, и в том, чтобы облегчить себе установление убытков, на возмещение которых он имеет право в случае неисполнения обязательства, наконец, кредитор заинтересован в том, чтобы побудить должника к своевременному исполнению под страхом невыгодных для должника последствий в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

Этой цели служат различные средства, обеспечивающие исполнение обязательства, а именно: задаток, неустойка, поручительство, залог.

Этот перечень не является исчерпывающим: другие обеспечительные меры могут согласовываться сторонами в договоре. Механизм обеспечительных мер не гарантирует кредитору безусловного исполнения обязательства, однако существенно облегчает возмещение его имущественных потерь в случае неисправности должника. Это достигается фиксацией суммы платежа, которую должник уплачивает при нарушении обязательства (неустойка, задаток), выделением в натуре имущества, за счет которого будут возмещаться потери кредитора (залог, ипотека), и включением в обязательство третьих, достаточно надежных, лиц – поручительство

Способам обеспечения исполнения обязательств присущи важные правовые особенности, вытекающие из природы этих мер.

Во-первых, способы обеспечения, в отличие от убытков, являющихся общей мерой имущественной ответственности, должны быть специально оговорены или в норме законодательства, или в условиях того обязательства, которое принимает на себя должник. Способы обеспечения – это дополнительная мера, повышающая надежность обязательства.

Во-вторых, способы обеспечения наделены правовым качеством, которое именуется акцессорностью, т.е. следованием за обеспечиваемым обязательством. Недействительность основного обязательства по общему правилу влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, а при уступке права требования другому лицу к этому лицу переходят и сопутствующие обязательству обеспечительные меры

С акцессорным характером обеспечительных мер связано и другое практически важное следствие. С истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по неустойке, залогу, поручительству

Наконец, в-третьих, способы обеспечения, если они не предусмотрены законодательством, должны под страхом их недействительности оговариваться в письменной, форме (ипотека). Важность способов обеспечения требует их четкой фиксации, исключающей неясности при возникновении возможных споров.

Т.о. исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, поручительством, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности этого обязательства (основного обязательства).

Недействительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, если иное не установлено законом



1.2 Личные гарантии обязательства (поручительство)



Личные гарантии обязательства устанавливаются в форме adpromissio – дополнительной стипуляции третьего лица, заключаемой одновременно с установлением основного обязательства. В соответствии со словами, произносимыми при установлении обязанности поручителя (concepcio verborum), различают три формы личной гарантии: sponsio, fidepromissio и fideiussio Уже в постклассический период две первые формы отмерли, и в текстах юстиниановской компиляции все упоминания о sponsio и fidepromissio были заменены на. fideiussio Наши представления о формах поручительства опираются в основном на сведения, содержащиеся в «Институциях» Гая.

Предмет ответственности поручителя не может превышать объем основного обязательства: он может обязаться только in eadem или in leviorem causam (по тому же или по более легкому основанию), но не in duriorem (не по более тяжелому), как в отношении размера предоставления, так и в отношении сроков и условий Обязанность поручителя зависит от самого существования основного обязательства: с его прекращением (исполнением или с наступлением невозможности исполнения) ответственность с гаранта, как правило, снимается. В этом заключается принцип функциональной дополнительности (акцессорности) гарантийного обязательства.

С другой стороны, исполнение основного обязательства поручителем не ведет автоматически к возникновению на его стороне регрессного требования к основному должнику. Для этого между ними должно существовать отношение поручения (mandatum), тогда должник отвечает перед гарантом по action mandati contraria Действия поручителя – при наличии необходимых реквизитов могут трактоваться и как ведение чужих дел без поручения (negotiorum gestio), тогда должник отвечает перед гарантом, исполнившим обязательство за него, по action negotiorum gesyorum contraria.

Исторически первой формой личной гарантии является sponsio, которая представляет собой дополнительную стипуляцию третьего лица на пассивной стороне отношения, принимающего на себя ответственность за факт неисполнения обязательства основным должником Sponsio была доступна только римским гражданам, так как перегрин не мог заключить обязательство посредством слова «spondeo» («торжественно обещаю»), но мог сказать лишь «fidepromitto» («обещаю по совести») или «fideiubeo» («ручаюсь»). Отличие этой формы от древнего гетерогенного обязательства состоит только в том, что теперь основной должник также несет ответственность. Гарантируя объективный факт – поведение третьего лица, sponsor отчасти принимает обязательство и на себя. Так, ничтожность основного обязательства (например, из-за того, что стипуляция была заключена женщиной или малолетним без auctoritas опекуна или на случай смерти кредитора не влечет за собой ничтожность sponsio. Sponsio недопустима при обязательствах in faciendo имеющих своим объектом незаменимые вещи, т.е. когда sponsor не мог бы исполнить предоставление самостоятельно. При наступлении невозможности исполнения, sponsor остается ответственным, хотя основной должник освобождается. В отличие от солидарного должника, sponsor несет ответственность даже в том случае, если невозможность исполнения наступает по вине основного должника. Первоначально sponsor не имел регрессного требования против основного должника, за которого он исполнил обязательство. В конце IV в. до н.э. Lex Publilia предусмотрел право гаранта, уплатившего долг за основного должника (depensio), на manus iniectio pro iudicayo для взыскания расходов. В рамках процесса per formulas регрессное требование осуществлялось посредством action depensi, при которой объем ответственности удваивался.

Наряду со sponsio, с III в. до н. э. появляется параллельная adpromissio (в отличие от sponsio, доступная Перегринам) – fidepromissio, которая подобна sponsio в основных чертах. Существенным отличием является то, что на нее не распространяется режим регрессного требования, предусмотренный по 1 ех Publilia так как в ту эпоху fidepromissio еще не существовала. Дальнейшее законодательство распространяется и на fidepromissio

В середине III в. 1 ех Appuleia предусматривает регрессное требование гаранта, исполнившего основное обязательство, против других согарантов в соответствии с их долей, устанавливая своего рода товарищество между ними. В конце III в. до н. э. 1 ех Furia de sponsu ограничивает ответственность гарантов двумя годами, после чего они автоматически освобождались. Этот же закон устанавливает, чтобы при наличии нескольких гарантов каждый мог отвечать только в доле (beneficium devisionis). Последовавший вскоре закон Цицерея допускал установление дополнительных гарантов даже по истечении некоторого времени с момента заключения основной стипуляции – adpromissio ex intervallo При этом, развивая положение, а долевой ответственности гарантов, закон обязывал кредитора прямо объявить (praedicere palam et declarare) размер долга и количество уже имеющихся гарантов. Права гарантов защищались посредством praeiudicium ex lege Cicereia – особого предварительного судебного разбирательства, в ходе которого гарант, доказавший ложность или отсутствие такого объявления со стороны кредитора, освобождался от ответственности

Наконец, при Сулле был принят закон, который запрещал принимать на себя гарантии по обязательствам в пользу одного кредитора больше, чем на 20 тыс. сестерциев в год, так что поручитель, обязавшийся на большую сумму, отвечал только в объеме 20 тыс.

Этот закон распространялся и на третий вид личной гарантии – fideiussio видимо, уже известный в это время. В отличие от sponsio и fidepromissio, ответственность по fideiussio переходит по наследству. lex Furia de sponsu не распространялся на fideiussio, и ответственность гаранта не имела временных ограничений. Поручители этого типа всегда отвечают солидарно, только в первой половине II в. н. э. epistula Habriani предусмотрела и в этом случае beneficium devisionis (ibid.). В связи с этим interpritacio iuris распространила и на fideiussio режим, предусмотренный по Lex Ciceria. Fideiussior мог потребовать, чтобы его ответственность по иску соответствовала его доле. При денежном долге, если поручитель был готов исполнить обязательство полностью, кредитор принуждался передать ему свои иски к остальным поручителям, назначив его заместителем в процессе (procurator in rem suam).

Принято содействовать поручителям так чтобы тому [из них], кто готов уплатить долг в целом, стипулятор. принуждался продать свои требования к остальным.

Юридические трудности, возникавшие при этом в связи с тем, что с исполнением основного обязательства иски кредитора погашались, преодолевались с помощью фикции, что поручитель лишь выкупает требования у кредитора.

Это право называется beneficium cedendarum actionum – привилегия на уступку исковых требований.

При Юстиниане, когда новирующий эффект litis cotestatio был отменен, процесс против гаранта оставлял в силе требование к основному должнику. beneficium cedendarum actionum стало нормальным правом любого поручителя

Fideiussio допускалась не только при вербальных, но и при любых обязательствах, даже натуральных, недействительных ни поius civile, ни по ius honorarium. Однако при ничтожности основного обязательства fideiussoг освобождался от ответственности: здесь выдерживается требование функциональной дополнительности, свойственное поручительству («horum obligacio accessio est principalis abligacionis» – «их [гарантов] обязательство является дополнением к основному обязательству).

При Юстиниане получает всеобщее распространение порядок, по которому поручитель отвечает лишь в пределах того, что кредитору не удалось взыскать с основного должника (beneficium excussionis): поручитель, привлеченный к ответственности, мог потребовать, чтобы прежде кредитор установил и привел в исполнение («excussio» – «вытряхивание») процесс против основного должника.

Т.о. по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.



1.3 Задаток Неустойка



В классическую эпоху задаток имел целью подтвердить, подкрепить факт заключения договора (arra confirmatoria). Это была денежная сумма или ценность, например, кольцо, которое одна сторона, чаще всего покупатель, иногда наниматель, вручал другой стороне в момент заключения договора. То, что дается в виде задатка, является доказательством заключенного договора купли-продажи. Это не значит, что без дачи задатка договор не имеет силы, но задаток дается для того, чтобы было наглядное доказательство состоявшегося договора. Задаток и самое название его – агга – ближневосточного происхождения. Указом Юстиниана от 528 г. подчеркивается другая функция задатка – штрафная, имеющая целью побудить должника исполнить обязательство (так называемая arra poenalis), а именно: покупатель, отказывающийся исполнить договор, теряет задаток, а продавец, отказывающийся исполнить договор, обязан возвратить задаток в двойном размере впрочем, Юстиниан в данном случае следовал за мнением юриста Цервидия Сцеволы. Стороны могут договориться, чтобы ответственность лица, отступающего от договора, исчерпывалась размером, равным сумме задатка, В таком случае говорят о задатке, играющем роль отступного – arra poenalis Если же сделка развивалась нормально и договор исполнялся сторонами, то сумма задатка зачислялась в счет причитающегося платежа.

Неустойка (stipulatio poenae) Неустойкой называется принимаемое на себя должником обязательство уплатить определенную сумму в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства. Неустойка заключалась в форме стипуляции:

Pamphilium dari spondes? Si non dederis, centum dare spondes? По-видимому, каждый из двух вопросов сопровождался ответом: spondeo – обязуюсь. Таким образом, мы имеем основную стипуляцию: дать Памфила, подкрепленную добавочной стипуляцией, изложенной в виде условного обязательства и состоящей в неустойке на случай неисполнения.

Более сжатая формула сводилась к одной условной стипуляции: Si Pamphilum non dederis, centum dari spondes?

Если основное обязательство недействительно, как противоречащее добрым нравам, то и условие о неустойке недействительно. Например, нельзя обусловить неустойку на случай невступления в брак с данным лицом; недействительно условие о неустойке следующего содержания: Si heredem me non feceris, tantum dare spondes? (haec stipulatio) inutilis est, quiacontra bonos mores est. но были договоры, которые добрым нравам не противоречили, но все же римским правом не признавались. Речь идет о договорах в пользу третьих лиц: они не признавались в силу старинного правила 1alteri stipulari nemo potest

Это правило в свою очередь коренилось в строгом индивидуализме римского права, которое выставляло требование: Ut unusquisque sibi adquirat quod sua interest; ut alii detur, nihil interest mea

Но потребности оборота были сильнее этого консерватизма. Ульпиан, приведя эти слова, добавляет: (» А все же, если я хочу это сделать?»).

Мы видим здесь, как жизнь вступает в столкновение со старой нормой. Юрист приходит на помощь советом: – нужно скрепить обязательство неустойкой. Таким образом, неустойка помогала закрепить договор, который сам по себе не пользовался защитой.

Римские юристы ставили себе вопрос в отношении неустойки на случай неисполнения обязательства о передаче раба. Подлежит ли взысканию – et homo et pecunia aut homo aut pecunia

Другими словами: взыскивается ли неустойка кумулятивно (совокупно) с основным требованием или же кумуляция не допускается. Римские юристы склонялись ко второй точке зрения, допуская кумуляцию в виде исключения в зависимости от намерения сторон или от редакции условия о неустойке Это можно подтвердить примером одного из наиболее ранних случаев применения неустойки, который относится ко временам республиканского юриста Алфена Вара: два учителя составили товарищество по обучению языковедению с тем, чтобы заработки делить пополам, установив при этом неустойку в 20 тысяч за нарушение договора.

Non utriusque rei promissorem obligari ut ea daret faceret et, si non fecisset, poenam sufferre

В зависимости от формулировки договора требование предъявляется либо по договору товарищества (убытки от неисполнения), либо по условию о неустойке, поскольку этим условием новируется и поглощается основное обязательство по исполнению.

Т. о. неустойка – определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Задаток – денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.






2. Реальные гарантии обязательства (Залог)



2.1 Понятие залогового права. Акцессорный характер залогового отношения. Фидуциарный залог



Залоговое право может рассматриваться как особая группа прав на чужие вещи (iura in re aliena), так как сущность реального обеспечения исполнения заключается в установлении определенного права кредитора на вещь должника (или третьего лица – гаранта исполнения). Два аспекта этого права – ius sequelae (в средневековой терминологии) и ius praelationis – относятся к возможности удовлетвориться за счет вещи должника, независимо от того, осталась ли вещь в сфере контроля должника, и к преимуществу прав залогового кредитора на удовлетворение своего интереса за счет данной вещи перед всеми другими кредиторами. Последний аспект залогового права выделяется в оппозиции к общему правовому ожиданию всякого кредитора в отношении доли имущества должника, которое реализуется в случае неисполнения в форме участия в конкурсе при распродаже. В то же время реальная гарантия обязательства представляет собой особое правоотношение, зависимое от основного обязательства, при котором кредитор по основному обязательству выступает должником, а залогодатель – кредитором под условием исполнения долга (или прекращения основного обязательства иным способом). Как только основное обязательство прекращается, залоговое право прекращается как акцессорное отношение, и залогодатель получает требование к залогопринимателю о восстановлении своего полного права на вещь.

Развитие форм реальной гарантии обязательств связано с достигнутым уровнем согласования интересов по поводу вещей. Эволюция залогового права отражает исторические перемены в римском вещном праве и научной разработке форм принадлежности.

Древнейшей формой реальной гарантии обязательства является fiducia cum creditore – фидуциарная сделка с кредитором, при которой вещь должника передавалась кредитору посредством обряда per aes et libram или in iure cessio, с тем, чтобы кредитор (фидуциарий) удержал вещь у себя в случае неисполнения или вернул ее должнику (фидуцианту) в случае получения ожидаемого предоставления. Сама эта форма является суррогатом древней nexi datio, сохранившимся после отмены личной расправы (и гарантии в форме потенциального личного подчинения должника кредитору) по 1 ех Роеtelia Papiria 313 г. до н. э. Nexum (nexi datio) – это институт периода перехода к гомогенному обязательству, когда установление долга сопровождалось принятием должником на себя личной ответственности в форме подверженности manus iniectio с последующей редукцией статуса (личной расправой и продажей в рабство trans Tiberium). Обязательство прекращалось посредством solitio per aes et libram (nexi liberatio).actus contraries nexi datio Сходным образом fiducia cum creditore расторгалась в форме remancipatio – обратного акта посредством меди и весов. Отличие этих двух форм nexi datio друг от друга состоит в том, что при fiducia cum creditore власть кредитора над вещью устанавливается сразу, так что исполнение предстает формой выкупа вещи должником, тогда как при nexum переход должника (как рабочей силы – operae) во власть кредитора откладывается до выявления неисполнения так как в противном случае исполнение стало бы невозможным.

Fiducia cum creditore сохраняется и в классическую эпоху, но исчезает в постклассическую эпоху вместе с mancipatio и с in iure cessio, так что в текстах юстиниановской компиляции слово «fiducia» везде заменено на «pignus». Только в «Институциях» Гая, «Сентенциях» Павла и в «Collatio» сохранились прямые упоминания института. В текстах Дигест Юстиниана интерполяции выявляются на основе анализа палингенезии классических сочинений: установив, в какой части своего труда классик рассматривал фидуциарную сделку, можно реконструировать первоначальное содержание фрагментов, включенных в Дигесты.

Режим фидуциарного соглашения вызвал в науке дискуссию, продолжающуюся по сей день. Проблема заключается в согласовании реального эффекта манципации или in iure cesio с обязанностью фидуциария возвратить фидуцианту вещь, данную в обеспечение исполнения основного обязательства (res fiduciae data). Господствующий взгляд предполагает, что в древности обязанность фидуциария носила моральный характер (на основе fides, которой отказывают в юридическом значении), а в предклассическую эпоху стала основываться на дополнительном соглашении сторон (paktum fiduciae). Между тем права фидуцианта из сделки защищались посредством цивильной action fiduciae – одного из древнейших исков Ьonae fidei (с формулой in ius concepta). Представляется, что обязанность фидуциария основывалась на особом заявлении (nuncupatio), которое он совершал во время манципационного акта (в соответствии с законом XII таблиц). Эта nuncupatio должна была отличаться от MEUM ESSE AIO стандартной манципации (или in iure cessio), нацеленной на перенос собственности. В пользу такого взгляда говорят известные особенности вещноправового положения сторон в результате сделки.

Если фидуциант произвольно завладевает вещью, данной в обеспечение обязательства, то акт не квалифицируется как кража (firtum), даже если такой захват совершен до уплаты долга. Этот факт говорит об однотипности положения сторон во владении. О том, что фидуциант сохраняет определенную юридически значимую связь с вещью свидетельствует также его управомочение на обратное приобретение res fiduciae data usureceptio ex по давности – usureceptio ex causa fiduciae, при котором даже недвижимые вещи приобретаются в течение года, а не двух, как при обычной usucapio. Наконец, некоторые полномочия, связанные с вещью, по-прежнему принадлежат фидуцианту. Так, фидуциарий обязывался засчитывать плоды, полученные от вещи, в счет погашения долга и не имел права продавать res fiduciae data без согласия фидуцианта. Фидуциант же мог ее продавать, хотя и был обязан передать вырученную цену кредитору в уплату долга; мог обещать вещь в приданое (in dotem promittere), отказывать ее по завещанию (legatum per praeceptionem); был пассивно управомочен на ноксальные иски (action noxalis), если объектом фидуциарной сделки был раб, а также активно управомочен на иск из воровства (action furti).

Такая однотипность вещноправового положения сторон в результате сделки per aes et libram может быть результатом разделения собственности (как в институте доверительной собственности – trust – англо-американского права), но может указывать и на особый статусный эффект древнего ритуала, когда каждый из контрагентов отчасти утрачивал собственную автономию и в отношении к вещи оказывались поставленными оба обладателя-распорядителя, как это свойственно древнейшей форме коммерческого оборота (usus auctoritas). Таким образом, можно считать, что сделка имела специфический вещноправовой эффект, в соответствии с синкретизмом вещноправовых и обязательственных субъективных юридических ситуаций в древности. Так, в систематике Сабина fiducia рассматривалась среди способов приобретения вещных прав.

Т.о. в основании залога лежит ответственность должника по обязательству; эта ответственность (obligatio) скрепляется вещным обеспечением, «ответственностью вещи» – res obligata.



2.2 Реальный залог и ипотека



Уже в конце III в. до н.э. развивается другая форма реальной гарантии – pignus datum (или datio pignoris), реальный контракт установления залога, при котором к кредитору по основному обязательству переходит владение (possession ad interdicta) вещью должника. Первоначально datio pignoris имела своим объектом только движимые вещи, что указывает на применимость этой формы к res nec mancipi, тогда как залог res mancipi осуществлялся в форме fiducia. Признание владения на стороне залогового кредитора приводит к тому, что должник, произвольно овладевая данной в залог вещью до исполнения долга, совершает кражу собственной вещи

Залоговый кредитор был обязан вернуть должнику res pignori data по исполнении долга. Ожидания должника защищались посредством action pigneraticia (in personam), которая, видимо, имела две формулы: in ius и in faktum. Располагая владением вещью, залоговый кредитор был лишен прав пользования; нарушение квалифицировалось как кража пользования (furtum usus). Плоды, приобретенные от вещи, залоговый кредитор был обязан засчитывать в счет погашения долга или – при наличии специального соглашения, антихрезы – в счет погашения процентов по долгу

Удовлетворение кредитора за счет залога предусматривалось в особом пакте, по которому кредитор получал право продать залог в случае неисполнения – ius vendendi (известно уже Сервию Сульпицию). Должник при этом освобождался. Если выручка превышала размер долга, кредитор был обязан вернуть излишек (superfluum, или hyperocha) должнику. В конце классической эпохи такое соглашение уже подразумевается при установлении залога. В дальнейшем допускается, чтобы, если покупателей не находилось, кредитор сам приобретал залог в собственность на основании решения императора – impetration iure dominii.

Другим способом было приобретение кредитором права собственности на залог (pleno iure – на res nec mancipi, in bonus esse – res mancipi) в случае неисполнения, которое предусматривалось в особом соглашении – lex commicioria, сформулированном как отлагательное условие. При этом кредитор не был обязан возвращать должнику излишки. Эта несправедливость стала одним из мотивов запрета lex commicioria при Константине

Со II в. до н.э. получает развитие и форма установления залога без перехода владения к кредитору – pignus conventum (convention pignoris) или hypotheka Первоначально различение pignus от hypotheka было чисто терминологическим термин «ипотека» утвердился для обозначения конвенциональной формы реальной гарантии только в конце классического периода.

Именно в отношении pignus conventum, когда к кредитору не переходило владение, получили развитие особые преторские средства защиты залогового кредитора, которые определили вещноправовой характер залогового права (как ius in re aliena). Первое вмешательство (с начала I в. до н. э.) связано с предоставлением interdiktim Salvianum – интердикта для получения владения (interdiktum adipiscendae possessionis) вещами арендатора земельного участка, задолжавшего с уплатой ренты. Кредитор-арендодатель мог захватить все внесенное и ввезенное арендатором (invecta in illata) в соответствии с конструкцией договора аренды, ставшей нормой уже во II в. до н.э.

В середине I в. до н.э. Сервий Сульпиций в качестве претора ввел action Serviana – петиторный иск для защиты кредитора, посредством которого он мог истребовать invecta et illata у третьих лиц, а позже – любую вещь, объект conbentio pignoris. Уже в конце I в. до н.э. action Serviana стала применяться и при pignus datum. Благодаря этому иску вещноправовое положение залогового кредитора оказалось сильнее, чем у всех третьих лиц, включая залогодателя (поэтому иск называется также vindikatio pignoris или action pigneraticia in rem). Бонитарная собственность на стороне кредитора возникала с момента установления залога (при условии, что залогодатель был собственником вещи, по меньшей мере – бонитарным), так что только исполнение долга могло восстановить вещное право залогодателя. Иск имел формулу in faktum и содержал arbitrum de restituendo, как все вещные иски:

Если выяснится, что А. Агерий и Луций Тииий заключили соглашение, чтобы эта вещь, о которой идет спор, была заложена А. Агерию в обеспечение долга, и эта вещь, когда заключалось соглашение, принадлежала Луцию Тииию in bonus и этот долг не был ни исполнен, ни дано satisfactio по этому делу, и от А. Агерия не зависит отсутствие исполнения, и если эта вещь не будет возвращена Н. Негидием по приказу судьи, то присуди Н. Негидия уплатить А. Агерию столько, сколько будет стоить эта вещь; если не выяснится, оправдай.

Несовпадение имени ответчика (Н. Негидий) с именем залогодателя (Л. Тиций) в формуле иска демонстрирует вещный характер action Serviana. Иск мог быть с успехом предъявлен и против последующих залогодержателей, если одна и та же вещь была дана в залог несколько раз последовательно в связи с тем, что ее ценность значительно превышала размер долга. Первый кредитор имел преимущество перед последующими (prior lempore prior iure – предшествующий по времени сильнее по праву), что выражало исковое возражение о том, что вещь была дана в залог раньше, чем противнику, – exception rei sibi ante pignoratae. Это возражение строилось на том основании, что при установлении последующего залога залогодатель уже не имел вещь in bonus и условие, поставленное в intentio иска, не выдерживалось. Таким образом, залоговое право последующих кредиторов, также располагавших action Serviana против третьих лиц, вступало в силу только с отменой залогового права предшественника. Однако, если последующий кредитор предлагал предшествующему исполнить долг вместо основного должника, его право на залог становилось сильнее ius offerendi.

	При этом последующий кредитор становился преемником предыдущего (succession in locum) и при продаже залога мог не только удовлетворить собственное требование из обязательства, но и возместить свои расходы по уплате долга первому кредитору 

И за всем тем римское ипотечное право было далеко не совершенным. Допускался залог всего имущества как наличного, так и будущего – obligativ quae habet habituruque. Была широко распространена генеральная ипотека, обременяющая в силу закона все имущество должника в обеспечение различных привилегированных требований. К требованиям, обеспеченным генеральной ипотекой, относятся: требования фиска об уплате налогов, требования жены после прекращения брака о возврате приданого, генеральная законная ипотека, лежавшая на всем имуществе опекуна или попечителя в обеспечение требований к ним со стороны подопечных.

Постепенно вырос целый ряд привилегированных требований, пользующихся преимуществом в порядке взысканий, как упомянутые выше, обеспеченные законной генеральной ипотекой, так и другие требования, как например требования по кредиту на ремонт домов, постройку или покупку судна, или его оснащение, или отделку: похоронные расходы

Все это при отсутствии регистрации ипотечных операций по каждой недвижимости сделало римскую залоговую систему чрезвычайно запутанной. Вместо документальной записи о наличии ипотеки приходилось ограничиваться личным заверением должника о том, что, например, лавка и служащие в ней рабы никому другому не заложены, в чем кредитор верит должнику, как порядочному человеку

Однако для гражданского права рабовладельческого общества честное слово является недостаточно надежной опорой. На помощь приходит устрашение уголовным наказанием.

Риск, лежавший на кредиторе, должен был вести к удорожанию кредита. Должник, несмотря на то, что он требовал доверия к себе, как честный человек, попав в нужду, не гнушался никакими средствами: закладывая вещь, он показывал золотую, а подменивал ее медной, а, уплачивая долг, он пытался платить фальшивой монетой

При таком положении неудивительно, что римский кредитор предпочитал залоговому, так называемому реальному кредиту обеспечение личное, в виде различных форм поручительства.

Т.о. в конце III в. до н.э. развивается форма реальной гарантии – pignus datum (или datio pignoris), реальный контракт установления залога, при котором к кредитору по основному обязательству переходит владение (possession ad interdicta) вещью должника. Со II в. до н.э. получает развитие и форма установления залога без перехода владения к кредитору – pignus conventum (convention pignoris) или hypotheka Первоначально различение pignus от hypotheka было чисто терминологическим термин «ипотека» утвердился для обозначения конвенциональной формы реальной гарантии только в конце классического периода.






Заключение



В процессе проведенного исследования были сделаны следующие выводы:

1 Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, поручительством, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

2 Недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности этого обязательства (основного обязательства).

3 Недействительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, если иное не установлено законом

4. По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

5 Неустойка – определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

6 Задаток – денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

7. В основании залога лежит ответственность должника по обязательству; эта ответственность (obligatio) скрепляется вещным обеспечением, «ответственностью вещи» – res obligata.

8. В конце III в. до н.э. развивается форма реальной гарантии – pignus datum (или datio pignoris), реальный контракт установления залога, при котором к кредитору по основному обязательству переходит владение (possession ad interdicta) вещью должника. Со II в. до н.э. получает развитие и форма установления залога без перехода владения к кредитору – pignus conventum (convention pignoris) или hypotheka Первоначально различение pignus от hypotheka было чисто терминологическим термин «ипотека» утвердился для обозначения конвенциональной формы реальной гарантии только в конце классического периода.






Список использованной литературы



		ГК РФ ред. от 26 07 06

		Д.В. Дождев Римское частное право. Учебник М. 1999 г.

		И.Б. Новицкий Римское частное право. Учебник М. 2000 г.

		О.Н. Садиков Гражданское право 1 том. Учебник. М. 2006 г.

		В М. Хвостов Система римского частного права Учебник. М. 1996 г.





3