Основные аспекты уголовной ответственности за хулиганство

Оглавление



Введние

1 ПОНЯТИЕ И СОСТАВ ХУЛИГАНСТВА

1.1 История уголовной ответственности за хулиганство

1.2 Объективные признаки хулиганства

1.3 Субъективные признаки хулиганства

2 Квалифицированные виды хулиганства

2.1 Хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой

2.2 Хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка

3 ОТГРАНИЧЕНИЕ ХУЛИГАНСТВА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ

Заключение

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

библиографический список

приложениЕ № 1

ПРИЛЖЕНИЕ № 2




ВВЕДЕНИЕ



На современном этапе развития российского общества государство признает, что человек, его достоинство, неотъемлемые права и свободы представляют собой высшую ценность. Приоритет человека делает необходимыми доброжелательные отношения между людьми в соблюдении правил общежития, заботливое отношение к воспитанию подрастающего поколения, создание условий, обеспечивающих здоровье населения. А это, в свою очередь, предполагает соблюдение гражданами правил общественного поведения, правил безопасности и правил, направленных на сохранение здоровья населения. Их нарушение омрачает жизнь людей, мешает им нормально работать, проводить досуг и отдыхать, препятствует нормальному воспитанию подростков, ведет к несчастным случаям, гибели материальных ценностей и т.д. Вот почему такие деяния имеют большую степень общественной опасности.

Уголовный кодекс содержит нормы, предусматривающие ответственность за посягательство, направленные на общественную безопасность и общественный порядок. Особенность данной группы преступлений состоит в том, что они сопряжены с нарушением установленных законом и подзаконными актами обязанностей и правил поведения граждан. Отсюда следует, что под преступлениями против общественной безопасности и общественного порядка понимаются общественно опасные деяния, сопряженные с нарушением правил, обеспечивающих общественную безопасность и общественный порядок, и причиняющие им существенный вред или создающие угрозу такого вреда.

Хулиганство - одно из распространенных преступлений против общественного порядка, состоит в действиях, грубо нарушающих общественный порядок, выражающих явное неуважение к обществу, совершенных с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Хулиганство совершается довольно часто и в городах, и в сельской местности. От 18 до 25 процентов всех лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, составляют хулиганы. В 2005 г. в РФ было зарегистрировано 135 183 случая совершения хулиганства. 

Одним из наиболее распространенных видов преступлений является хулиганство во всех его проявлениях. Большая общественная опасность хулиганства состоит в том, что оно часто является причиной таких опасных преступлений, как причинение тяжкого вреда здоровью, убийства, различные виды хищений и некоторые другие. Оно, как правило, совершается на почве алкоголизма или неумеренного употребления спиртных напитков.

С другой стороны, хулиганство принадлежит к числу преступлений, которые труднее всего поддаются точному определению. Вряд ли можно назвать какое-либо еще общественно опасное деяние, суть которого была так понятна каждому, и вместе с тем нет такого другого преступления, которое бы вызывало большую сложность в установлении его юридических признаков. В теории понятие хулиганства – предмет постоянных споров, на практике – объект наибольших расхождений в его квалификации между судебными и следственными органами.

По многим сложным вопросам судебной практики о хулиганстве Пленум Верховного Суда РФ дал соответствующие разъяснения. Однако до настоящего времени рассмотрение дел о хулиганстве и разрешение вопросов, связанных с квалификацией хулиганских действий, отграничением их от других преступлений, назначением мер наказания, нередко представляет для судебных органов определенную сложность. Особенно много затруднений вызывает рассмотрение и разрешение по существу дел о квалифицированных видах хулиганства.

Данная работа посвящена аналитическому рассмотрению основных аспектов уголовной ответственности за хулиганство. 

Актуальность темы подчеркивается, во-первых распространенностью данного преступления, во вторых - хулиганство является одним из наиболее опасных посягательств на общественный порядок, а также подтверждается особо сложным и спорным составом рассматриваемого преступления в практической деятельности.

Основными целями дипломной работы в связи с этим являются:

аналитическое рассмотрение объекта общественно опасного деяния, предусмотренного ст.213 УК РФ;

определение особенностей объективных и субъективных признаков состава преступления, предусмотренного ст.213 УК РФ;

описание квалифицирующих признаков хулиганства;

выявление проблем квалификации хулиганства при отграничении данного преступления от смежных преступлений, сопряженности хулиганства с другими преступлениями – убийством, причинением вреда здоровью.

В дипломной работе подвергается анализу современное российское уголовное законодательство, используются данные из монографических исследований и статей из специальных журналов, материалы судебной практики. Работа состоит из введения, трех глав, последовательно раскрывающих основной состав хулиганства, квалифицированные виды преступления и проблемные вопросы квалификации хулиганства, а также заключения




1 ПОНЯТИЕ И СОСТАВ ХУЛИГАНСТВА



1.1 История уголовной ответственности за хулиганство



Борьба с преступлениями, посягающими на общественный порядок, имеет многовековую историю. Еще в Соборном уложении 1649 года существовал ряд статей, которые устанавливали уголовную ответственность за подобные деяния. Так, в статье 7 гл.XXII устанавливалась ответственность за "мучителское надругательство". Статья 17 этой же главы гласила: "А будет кто с похвальбы, или с пьянства, или умыслом наскачет на лошади на чью жену, и лошадью ея стопчет и повалит, и тем ея обесчестит, или ея тем боем изувечит...". Однако в то время еще не существовало четкого определения общественного порядка, поэтому в подавляющем большинстве случаев деяния не дифференцировались в зависимости от умысла. Можно лишь весьма условно считать, что слова "с похвальбы, или с пьянства, или умыслом", по сути, свидетельствуют о наличии в действиях лица хулиганских побуждений, хотя в современной трактовке умысел - несколько иная категория, посредством которой определяется форма вины.

В документе, именуемом "Устав благочиния, или полицейский", который 8 апреля 1782 г. был утвержден Императрицей Екатериной II, содержался прямой запрет "учинить уголовныя преступления противу народной тишины" (ст.230), хотя в перечне деяний содержались и не имевшие непосредственного отношения к нарушению общественного порядка ("челобитье или прошение или донос скопом или заговором", "насильное завладение недвижимого имения", "разсевание лжи и клеветы"). В части 4 ст.261 Устава более полно обозначены действия, которые подпадают под признаки хулиганства в его современном понимании: "Буде кто во время общенародной игры или забавы или феатрального представления, в том месте или близ зрителей во сто сажен, учинит кому обиду, или придирку, или брань, или драку, или вынет шпагу из ножен или употребит огнестрельное оружие, или кинет камень, или порох, или иное что подобное, чем кому причинить может рану или вред или убыток или опасение, того отдать под стражу и отослать к суду".

В период судебной реформы 1861-1864 гг. согласно ст.38 Устава о наказаниях "за ссоры, драки, кулачный бой или другого рода буйство в публичных местах и вообще за нарушение общественной тишины" виновные подвергались наказанию (правда, весьма незначительному - аресту на срок не свыше семи дней или денежному взысканию не свыше двадцати пяти рублей). В рамках этой же статьи наказание могло быть назначено и в случаях, когда "в нарушениях будет участвовать целая толпа людей, которая не разойдется по требованию полиции". Это деяние больше соответствует такому преступлению, как массовые беспорядки (ст.212 нынешнего УК РФ). Таким образом, классификации нарушений, которые сейчас именуются уголовно наказуемым хулиганством, в то время еще не было.

В отечественном законодательстве послереволюционного периода хулиганство было впервые выделено в качестве самостоятельного состава. Однако в Уголовном кодексе РСФСР 1922 года хулиганство помещалось в разд.5 "Иные посягательства на личность и ее достоинство". Этот раздел наряду с четырьмя предыдущими был объединен гл.V "Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности". 

Хулиганство, согласно ст. 176, определялось как озорные, бесцельные, сопряженные с явным проявлением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целом действия.

Уголовный кодекс 1926 г. сохранил в целом такие же подходы к классификации Особенной части, как и УК 1922 г. 

Согласно ст. 74 УК хулиганство определялось как озорные, сопряженные с явным неуважением к обществу действия. 

В Уголовном кодексе РСФСР, утвержденном Верховным Советом РСФСР 27 октября 1960 г., который с многочисленными изменениями и дополнениями действовал вплоть до 1 января 1997 г., хулиганство было расположено в гл. десятой "Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения". Определялось оно как "умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу" (ч.1 ст.206 УК РСФСР). Злостным хулиганством признавались "те же действия, отличающиеся по своему содержанию особым цинизмом или особой дерзостью, либо связанные с сопротивлением представителю власти или представителю общественности, выполняющему обязанности по охране общественного порядка, или иным гражданам, пресекающим хулиганские действия, а равно совершенные лицом, ранее судимым за хулиганство" (ч.2 этой же статьи). Применение данной статьи в судебно-следственной практике сталкивалось с определенными трудностями, связанными, во-первых, с отграничением хулиганства как преступления и как административного правонарушения, а во-вторых, с поисками критерием «специальной приспособленности» предметов преступления для совершения хулиганских действий.

Несомненным достижением отечественной юридической мысли стало конструирование модифицированного состава хулиганства в УК РФ от 13 июня 1996 г. (введен в действие с 1 января 1997 г.). Состав хулиганства и в первоначальной, и в новой редакции находится в гл.24 "Преступления против общественной безопасности", которая расположена в разд.IX "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка". В первоначальной редакции ч.1 ст.213 УК РФ хулиганство определялось как "грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества". Квалифицированным признавалось то же деяние, если оно: а) совершено группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; б) связано с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка; в) совершено лицом, ранее судимым за хулиганство (ч.2 ст.213 УК РФ). Особо квалифицированным признавалось хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (ч.3 ст.213 УК РФ).

Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации". определение хулиганства по сравнению с ранее имевшимся было несколько изменено. Так, в соответствии с ч.1 ст.213 УК РФ в новой редакции хулиганство определено как "грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия". В части 2 этой же статьи в качестве квалифицированного хулиганства определено "то же деяние, совершенное по предварительному сговору или организованной группой лиц либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка".

Несмотря на то, что российское уголовное законодательство более 80 лет предусматривает ответственность за хулиганство, в разные периоды развития уголовного законодательства относилось к разным видам преступлений. К тому же при совершении хулиганства вред причиняется многим общественным отношениям. А диспозиция статьи, предусматривающей уголовную ответственность за хулиганство, всегда имела достаточно сложную юридическую конструкцию.


1.2 Объективные признаки хулиганства



Объект преступления - система общественных отношений, сложившихся на основе соблюдения норм права, направленных на поддержание общественного спокойствия и нравственности, взаимного уважения, надлежащего поведения граждан в общественных местах, отношений в сфере социального общения.

Проблема объекта хулиганства имеет важное уголовно-правовое значение. Выяснение содержания этого понятия позволяет правильно ответить на ряд теоретических и практических вопросов (конструкция состава хулиганства, объем и содержание объективных и субъективных сторон данного преступления). Как указывал профессор С. Мокринский, «описать состав преступления значит, прежде всего, определить объект последнего - социальное благо, страдающее или подвергающееся опасности от преступного действия».

В теории уголовного права нет единого подхода и к понятию «общественный порядок» и «общественная безопасность». К сожалению принятие Уголовного кодекса РФ не только не внесло ясность в определение объекта хулиганства, но во многом усложнило решение данного вопроса. К сожалению, сложность состоит в соотношении родового, видового и непосредственного объекта хулиганства. Статья 213 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за хулиганство, включена в главу 24 УК РФ «Преступления против общественной безопасности» раздела IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка». Проблема состоит в том, что непосредственный объект преступления всегда должен находиться в той же сфере общественных отношений, что и его видовой объект.

Широкая дискуссия о родовом объекте хулиганства была развернута в советском уголовном праве в семидесятые годы применительно к ст.206 УК РСФСР. При этом предлагалось несколько точек зрения. Одни ученые признавали факт существования нескольких самостоятельных родовых объектов, предусмотренных главой десятой УК РСФСР. В то же время отдельные исследователи считали, что предусмотренные в этой главе преступления имели единый родовой объект, указанный в самом названии главы, или же что следует вести речь о двух родовых объектах: а) общественный порядок и общественная безопасность и б) здоровье населения. 

Некоторые авторы полагают, что в разделе IX УК РФ содержатся два родовых объекта – «общественная безопасность» и «общественный порядок», охватывающие разные общественные отношения, так же, как в главе десятой УК РСФСР имелись три группы самостоятельных общественных отношений: «общественный порядок», «общественная безопасность», «здоровье населения». Конечно, преступления против общественной безопасности и общественного порядка тесно между собой связаны, что и позволило законодателю объединить составы этих преступлений в одном разделе УК РФ. В то же время каждой из этих групп общественных отношений присуща определенная специфика.

Ключевым понятием в определении объекта хулиганства как было, так и остается понятие «общественного порядка». Без уяснения содержания данного понятия, отграничения его от понятия «общественная безопасность» невозможно решить вопрос об объекте хулиганства.

Принято различать понятие общественного порядка в широком и в узком смысле. При этом под общественным порядком в широком смысле принято понимать совокупность всех социальных связей и отношений, складывающихся под воздействием всех социальных норм, в отличие от правопорядка, включающего лишь отношения, регулируемые нормами права. 

Из этого следует, что общественный порядок, как более широкая категория, включает в себя и правопорядок. В общей теории права общественный порядок рассматривается как социальная категория, охватывающая систему (состояние) волевых, идеологических общественных отношений, предопределяемых экономическим базисом и характеризующихся соответствием поведения их участников господствующим в обществе социальным нормам (правовым и неправовым). Сюда входят только социально значимые общественные отношения.

Общеюридическое определение общественного порядка было предложено И.Н. Даньшиным: «Общественный порядок - это порядок волевых общественных отношений, складывающихся в процессе сознательного и добровольного соблюдения гражданами установленных в нормах права и иных нормах неюридического характера правил поведения в области общения и тем самым обеспечивающих слаженную и устойчивую совместную жизнь людей в условиях развитого общества».

Две основные концепции общественного порядка в узком смысле были представлены М.И. Еропкиным и А.В. Серегиным.

М.И. Еропкин определял общественный порядок как «обусловленную интересами всего: народа, регулируемую нормами права, морали, правилами общежития и обычаями систему волевых общественных отношений, складывающихся главным образом в общественных местах, а также общественных отношений, возникающих и развивающихся вне общественных мест, но по своему характеру обеспечивающих охрану жизни, здоровья, чести граждан, укрепления народного достояния, общественное спокойствие, создание нормальных условий для деятельности предприятий, учреждений и организаций».

А.В. Серегин характеризует общественный порядок как «урегулированную нормами права и иными социальными нормами систему общественных отношений, установление, развитие и охрана которых обеспечивают поддержание состояния общественного и личного спокойствия граждан, уважение их чести, человеческого достоинства и общественной нравственности».

Некоторые исследователи считали, что в понятие «общественный порядок» следует включать и общественную безопасность. О.Н. Горбунова пишет: «Общественные отношения, которые создают в государстве обстановку спокойствия и безопасности, составляют систему волевых общественных отношений, совокупность которых можно назвать общественным порядком в узком смысле слова». 

Аналогичной точки зрения придерживается и И.И. Веремеенко: «Общественный порядок, как определенная правовая категория, представляет собой обусловленную потребностями развития социализма систему общественных отношений, возникающих и развивающихся в общественных местах в процессе общения людей, правовое и иное социальное регулирование которых обеспечивает личную и общественную безопасность граждан и тем самым обстановку спокойствия, согласованности и ритмичности общественной жизни».

Некоторые представители науки уголовного права в общественный порядок в узком смысле включают довольно широкий круг общественных отношений. Так, П.Ф. Гришаев считает, что под общественным порядком следует понимать порядок, регулирующий отношения между членами общества, согласно которому каждый из них обязан соблюдать правила в обществе, как закрепленные в правовых нормах, так и в нормах морали. Соблюдение этих правил поведения всеми гражданами гарантирует общественную безопасность, то есть безопасные условия повседневной жизни и деятельности членов общества.

Однако, если до принятия Уголовного кодекса 1996 г. высказывалась точка зрения, согласно которой общественный порядок имеет своей составной частью общественную безопасность, то в настоящее время предлагается считать, что общественная безопасность охватывает общественный порядок. А.В. Готовцев пишет, что если «общественный порядок - это обеспечение безопасности людей, то общественная безопасность - это и сохранность имущества, и нормальная работа источников повышенной опасности, представляющих угрозу для человека и общества. Отсюда следует вывод, что общественная безопасность несколько шире общественного порядка».

Некоторые современные исследователи, характеризуя общественный порядок как правовую категорию, фактически не делают различий между ним и общественной безопасностью, употребляя эти понятия как синонимы. 

Нельзя согласиться с таким подходом к пониманию общественного порядка, поскольку он противоречит как теории уголовного права, так и общей теории права. Как представляется, под общественным порядком следует понимать урегулированные нормами права и морали общественные отношения в своей совокупности, обеспечивающие общественное спокойствие, общепринятые нормы поведения, нормальную деятельность предприятий, учреждений и организаций, транспорта, сохранность всех видов собственности, а также уважение общественной нравственности, чести и достоинства граждан.. 

По мнению А.Ф. Гранина, существенные различия между понятиями «общественный порядок» и «общественная безопасность» связаны с нормативными средствами урегулирования данных явлений. Общественный порядок достигается в результате упорядочения общественных отношений с помощью всех форм нормативного регулирования, тогда как общественная безопасность - только с использованием правовых и технических норм. 

Указание законодателя в названии главы 24 УК РФ лишь на общественную безопасность следует считать юридической неточностью. Общественный порядок и общественная безопасность являются самостоятельными категориями, охватывающими обособленные группы общественных отношений. Глава 24 УК РФ включена в раздел IX, где указан наряду с родовым объектом «общественная безопасность» родовой объект «общественный порядок», а в ст.213 УК РФ, устанавливающей уголовную ответственность за хулиганство, имеется прямое указание на основной непосредственный объект данного преступления - общественный порядок. 

Сущность общественного порядка во всех случаях обеспечение безопасности людей, в одном - от незаконных посягательств других людей, в другом - от негативных проявлений источников повышенной опасности».

А.В. Куделич предлагает все преступления, содержащиеся в главе 24 УК РФ, перегруппировать в четыре самостоятельные главы: преступления против основ общественной безопасности; преступления, посягающие на общественное спокойствие; преступления, связанные с нарушением специальных правил безопасности; преступления, связанные с нарушением правил обращения с опасными предметами, веществами и материалами.

Оценивая предложенную классификацию, хотелось бы отметить, что УК РФ традиционно оперирует категорией «общественный порядок», именно он является родовым и видовым объектом для ряда преступлений, в частности хулиганства.

По мнению профессора И. Иванова, общественный порядок «неизбежно нарушается при совершении любого правонарушения - преступления, административного проступка, гражданско наказуемого деликта, аморального поведения ». Автор смешивает акценты в понимании общественного порядка в узком и широком смысле. 

Действительно, общественный порядок в широком смысле, как совокупность всех социальных связей и отношений, нарушается при совершении любого правонарушения, однако ст.213 УК РФ имеет объектом уголовно-правовой охраны общественный порядок в узком смысле. Только хулиганство и ему подобные преступления посягают главным образом на общественный порядок; другие объекты уголовно-правовой охраны носят здесь дополнительный характер, увеличивая степень общественной опасности хулиганства.

Общественный порядок является основным и постоянным непосредственным объектом хулиганства. Именно общественный порядок является основой в конструкции состава преступления – «хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка» (ч.1 ст.213 УК РФ).

Наряду с основным непосредственным объектом хулиганства в данном составе в ряде случаев могут присутствовать и факультативные непосредственные объекты хулиганства. Они увеличивают степень общественной опасности хулиганства, однако и при их отсутствии данный состав будет наличествовать. Такими объектами являются: установленный порядок управления, который нарушается путем воздействия на субъектов управленческой деятельности (при совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, по признаку оказания сопротивления представителю власти).

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что хулиганство является сложным многообъектным преступлением. Основным родовым, видовым и основным непосредственным объектом хулиганства является общественный порядок..

Отметим, что с 8 декабря 2003 г. хулиганство совершено именно с оружием или с угрозой применения оружия, что значительно меняет состав преступления в сторону усложнения его объективной стороны.

В новой редакции ст.213 УК РФ заметны два изменения. Во-первых, декриминализированы действия, которые, хотя и нарушают общественный порядок, но были осуществлены без использования оружия или предметов, используемых в качестве такового. И, во-вторых, в диспозиции ч.1 этой статьи отсутствует такой признак хулиганства, как сопровождение действий, грубо нарушающих общественный порядок, применением насилия к гражданам или угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

Однако и в том виде, в котором хулиганство определено в ст.213 УК РФ, ряд вопросов остался в разряде дискуссионных. Прежде всего обращает на себя внимание, что хулиганство, обозначенное как "грубое нарушение общественного порядка", расположено в гл.24 УК РФ "Преступления против общественной безопасности", которая находится в разд.IX "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка". Отдельной же главы "Преступления против общественного порядка" в УК РФ нет. Хулиганство безосновательно отнесено в разряд преступлений против общественной безопасности. Кроме того, к преступлениям против общественного порядка по признаку общности непосредственного объекта относятся: заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст.207), массовые беспорядки (ст.212), вандализм (ст.214 УК РФ).	

Полагаем что для юридически точного определения видового объекта хулиганства, следует внести изменения в главу 24 УК РФ, дополнив название главы указанием на общественный порядок. Следовало бы внести изменения в УК РФ, предложив в структуре раздела IX создать отдельную гл.24.1 "Преступления против общественного порядка", в которую включить преступления, предусмотренные следующими статьями УК РФ: ст.207 "Заведомо ложное сообщение об акте терроризма", ст.212 "Массовые беспорядки", ст.213 "Хулиганство", ст.214 "Вандализм". Преимущества данного подхода заключаются в том, что, во-первых, показывается самостоятельность объектов «общественный порядок» и «общественная безопасность», а, во-вторых, подчеркивается связь общественного порядка с общественной нравственностью, а одна из задач укрепления общественного порядка состоит именно в охране нравственности нашего общества. 

Значительные сложности вызывает и установление некоторых элементов состава преступления, предусмотренного ст.213 УК РФ.

До недавнего времени общепризнанным было мнение, согласно которому хулиганство посягало на два непосредственных объекта. Первый из них представляли собой отношения, обеспечивающие общественный порядок. Второй объект именовался альтернативным, поскольку хулиганство имело место при нарушении хотя бы одной из следующих групп общественных отношений: 1) обеспечивающих здоровье, телесную неприкосновенность или свободу личности; 2) обеспечивающих безопасность этих благ личности или безопасность жизни; 3) связанных с правом собственности (но не с порядком распределения материальных благ). Считалось, что первая группа отношений нарушалась, если в ходе хулиганства было совершено насилие, вторая - если имелась угроза применения насилия, третья - при повреждении или уничтожении имущества.

В настоящее время объект существенно изменился. Он больше не является альтернативным, поскольку, как и в УК РСФСР, основным и единственным объектом стал именно общественный порядок. Одновременно произошла частичная декриминализация деяния, поскольку ч.1 ст.213 УК РФ, предусматривавшая грубое нарушение общественного порядка, исключена (с одновременным изменением диспозиций последующих частей).

Объективную сторону хулиганства могут составлять только действия, то есть активное поведение лица, достигшее определенного результата. Причем такое поведение является достаточно сложным явлением, ибо необходимо, чтобы оно сопровождалось применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

При этом грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, не может быть отделено от применения оружия или иных предметов, используемых в качестве такового. В противном случае деяние может "расслоиться" на два самостоятельных действия. Например, грубое нарушение общественного порядка будет признано мелким хулиганством, а последовавшее затем, но не связанное с ним хранение оружия - преступлением, предусмотренным ст.222 УК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.213 УК РФ обязательный признак хулиганства - его совершение с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Оружием считаются устройства и предметы, которые предназначены для поражения живой или иной цели, а также для подачи сигналов.

С введением Федерального закона «Об оружии» от 13 декабря 1996 г. и вступлением в действие с 1 января 1997 г. УК РФ термин «предметы, используемые в качестве оружия» стал трактоваться непозволительно широко. 

Судебная практика считает используемыми в качестве оружия любые предметы, которыми здоровью человека может быть причинен тяжкий вред. Так, Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил протест заместителя Генерального прокурора по уголовному делу о признании Кукушкина виновным в совершении хулиганства, предусмотренного ч.3 ст.213 УК РФ (в первоначальной редакции), которое ранее Судебной коллегией по уголовным делам было квалифицировано по ч.1 ст.213 УК РФ. Как видно из материалов дела, Кукушкин использовал металлическую крышку скороварки, применил ее в качестве оружия как средство насилия над потерпевшим, причинив ему рану на голове. Президиум Верховного Суда РФ указал, что предметами, используемыми при хулиганстве в качестве оружия, в соответствии с новым законом могут быть любые предметы, в том числе и хозяйственно-бытового назначения, применение которых может причинить телесные повреждения. Таким образом, необходимо лишь установить, что в ходе хулиганских действий виновный применил предметы, с помощью которых причинил потерпевшему телесные повреждения.

Так, О. Вознесенская на примере двух уголовных дел, по которым спонтанно подобранные на месте происшествия деревянный ящик и камень признаны предметами, использованными в качестве оружия, указывает на возможность (и опасность) чрезмерно широкого толкования ч.1. ст. 213. Со своей стороны, А. Непринцев считает это мнение ошибочным, ссылаясь на тенденцию развития законодательства Российской Федерации.

Авторы комментариев к УК РФ в принципе однозначно дают определение предметов, используемых в качестве оружия. В. Комиссаров, например, понимает под ними «как предметы хозяйственно-бытового назначения (кухонные ножи, топоры, бритвы и т.д.), так и любые иные предметы, применяемые для причинения физического вреда человеку (дубинка, палка, камень и т.д.), вне зависимости от того, были ли они приготовлены и приспособлены заранее или нет».

Следует напомнить, что термин «предметы, используемые в качестве оружия» известен давно. В. Попов писал: «Совершенно невозможно дать перечень оружия ударного типа, именующегося в судебной медицине тупыми предметами. В качестве такого оружия в следственных делах фигурировали палки, камни, доски, кирпичи, скалки, ломы, молотки, утюги и пр.».

Определение «оружие - устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов», данное в ст.1 Закона «Об оружии», страдает рядом недостатков, которые, впрочем, довольно полно описаны в литературе. Поддерживая высказанные другими авторами замечания, следует особенно выделить слова: «предметы», «поражение живой и иной цели», «сигнальное оружие», которые дают возможность непозволительно широкого толкования оружия: ими, например, могут быть обрывок велосипедной цепи, перчатки для занятий боксом, камень, чертежная линейка, милицейский свисток и т.д., которые трудно отнести к гражданскому или служебному оружию и к оружию вообще.

Исходя из законодательного понятия оружия, можно выделить два его основных признака: конструктивное устройство и целевое назначение. Отсутствие же этих признаков, как думается, ведет к научной несостоятельности определений предметов, используемых в качестве оружия. Недостаточная разработка этих вопросов в Федеральном законе «Об оружии» и действующем УК РФ, а также отсутствие преемственности этой нормы уголовного законодательства и действовавшей ранее ч.3 ст.206 УК РСФСР порождают трудности практического свойства.

Учитывая сказанное, думается, что ч. 2 ст. 213 УК РФ следует изложить в следующей редакции: «Хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, специально приспособленных для нанесения телесных повреждений».



1.3 Субъективные признаки хулиганства



Субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом и специальным мотивом. В литературе высказано мнение о возможности совершения хулиганства с косвенным умыслом. Такая позиция противоречит теории вины в формальных составах преступлений. Признание хулиганства как преступления с формальным составом исключает косвенный умысел, поскольку невозможно, совершая определенные действия по своей воле, не желать совершения этих действий. Лицо осознает, что своими действиями, сопряженными с применением насилия или угрозой его применения, грубо нарушает общественный порядок и выражает явное неуважение к обществу, и желает совершить эти действия, либо осознает, что грубо нарушает общественный порядок и выражает явное неуважение к обществу, предвидит возможность уничтожения или повреждения чужого имущества, и желает либо сознательно допускает наступление этих последствий либо безразлично относится к их наступлению.

Важное значение для определения содержания и направленности умысла имеет установление мотива и цели преступления. Хулиганство всегда вызывается специфическим, присущим этому преступлению мотивом хулиганскими побуждениями. Интересно высказывание профессора Б.С.Волкова, который считает, что «поскольку хулиганский мотив входит в социальную характеристику одноименных действий, он не может не рассматриваться как обязательный элемент субъективной стороны данного преступления. Без хулиганского мотива не может быть и хулиганских действий».

В основе хулиганских побуждений лежат стремление показать нарочито-показное пренебрежение к окружающим, к обществу, к личному достоинству человека, его труду, явно противопоставить свое поведение требованиям общественного порядка, желание показать свою грубую силу, пьяную удаль, жестокость, поиздеваться над беззащитным, в вызывающей форме выразить протест против общественной дисциплины, бросить вызов общественной нравственности и другие низменные стремления. Таким образом, внутренняя побудительная сила, толкающая к хулиганским действиям, может сводиться не к одному какому-либо мотиву, а к множеству, называемых в уголовном праве хулиганскими побуждениями и выступающих в каждом случае либо раздельно, либо в определенном сочетании, в совокупности с иными, нехулиганскими побуждениями - корыстью, местью, ревностью, завистью и др.

Для хулиганских побуждений свойственные три основные характерные черты. Первая - внезапность их появления и скоротечность формирования. Вторая черта хулиганского мотива сводится к явной недостаточности повода или несоразмерности его с учиненным действием. Поэтому о хулиганских действиях можно говорить как о неадекватном ответном действии виновного. Третья черта состоит в относительной легковесности мотивации хулиганских действий. Хулиган вполне осознает характер совершаемых действий и их общественную опасность, но представление о них не способствует развитию - чувств, которые могли бы задержать волевые процессы.

Мотив хулиганства и его цель неразрывно связаны между собой. Цель окончательно вырисовывается и твердо избирается после обсуждения мотивов. Она неразрывно связана с сознанием субъекта, определяет наряду с мотивом вероятность его поведения в данных условиях, не может существовать вне сознательной деятельности субъекта и выступает как ее сущностная основа.

Под целью нужно понимать субъективно представляемый человеком результат его будущей деятельности, направленной на преобразование объективного мира в соответствии с его потребностями. Или, иначе, цель - это мысленно измененная в соответствии с потребностями субъекта действительность. Применительно к хулиганству это можно выразить следующим образом. Виновный, совершая действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, имеет вполне определенную конечную цель: привнести в сознание других лиц вопреки их воле и желанию представление о значимости его личности. В этом и заключается содержательная характеристика цели хулиганства.

Субъект преступления по ч. 1 ст. 213 УК - общий. За квалифицированное хулиганство ответственность в соответствии с ч. 2 ст. 20 УК наступает по достижении 14-летнего возраста. Статистические данные о состоянии преступности в России показывают, что удельный вес несовершеннолетних в общем числе осужденных за хулиганство за пять лет сократился с 13 до 10%. Вместе с тем обращает на себя внимание существенное увеличение среди осужденных доли лиц женского пола. В 2004 г.она составила -6%, а в 2005 г. -11,3%, то есть увеличилась почти в два раза.

Таким образом, субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом и специальным мотивом. Лицо осознает, что своими действиями, сопряженными с применением насилия или угрозой его применения, грубо нарушает общественный порядок и выражает явное неуважение к обществу желает совершить эти действия, предвидя возможность уничтожения или повреждения чужого имущества, сознательно допускает наступление этих последствий либо безразлично относится к их наступлению. Хулиганство вызывается специфическим, присущим этому преступлению мотивом - хулиганскими побуждениями. Виновный имеет вполне определенную конечную цель: привнести в сознание других лиц вопреки их воле и желанию представление о значимости его личности. В этом и заключается содержательная характеристика цели хулиганства. Субъектом хулиганства является вменяемое лицо, причем, если хулиганство квалифицируется по ч.1 ст.213 УК РФ, оно должно достичь возраста 16 лет, по ч.2 статьи - 14 лет.




2 Квалифицированные виды хулиганства



2.1 Хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой



Группа лиц по предварительному сговору - опасная форма соучастия, в которой участвуют лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления (ч. 2 ст.213 УК). В судебной практике отмечается рост преступлений, совершаемых в данной форме соучастия. Так, если в 2003 г. по предварительному сговору совершено 259 936 преступлений, то в 2005 г. - уже 373 118. При этой форме соучастникам становится известным не только общий характер предполагаемого преступления, но и ряд других обстоятельств, характеризующих будущее преступление.

Однако степень соглашения, которая появляется в результате сговора, остается достаточно низкой (отсутствие конкретизации деталей преступления, планирование его совершения в самой простейшей форме, простейшее или полностью отсутствующее разделение ролей и т.д.). Законодатель характеризует данную форму, указывая на такой существенный момент, как «заранее договорившиеся о совместном совершении преступления».

Таким образом, от простой группы лиц данная форма отличается наличием сговора и временем достижения такого сговора - заранее. В содержание предварительного сговора входит соглашение, во-первых, о совместности, т.е. о функциях в совершении преступления и, во-вторых, о самом совершении преступления. Чаще всего сговор касается таких элементов состава преступления, как место, время, способ совершения преступления. Он может достигаться словами, жестами, условными знаками, а иногда даже взглядами. Сорганизованность соучастников при данной форме соучастия незначительна.

Сговор на совместное совершение преступления обязательно должен быть предварительным, т.е. предварять преступление.

В теории и судебной практике сложилось устойчивое мнение, что предварительный сговор должен быть достигнут до момента начала совершения преступления. По одному из дел Судебная коллегия Верховного Суда РСФСР указала, что преступление может быть квалифицировано как совершенное по предварительному сговору группой лиц тогда, когда участники преступления договорились о его совершении до начала преступления. В уголовном праве началом преступления принято считать выполнение объективной стороны. Все договоренности, которые достигаются до начала покушения, являются предварительными, те же, которые выполняются в процессе или после покушения, не могут рассматриваться как предварительные. При этом промежуток времени между сговором и началом совершения преступления может быть различным и решающего значения не имеет.

Сложным и не получившим разрешения в теории и судебной практике вопросом является также определение вида соучастия (только соисполнительство или возможность соучастия с распределением ролей) при совершении преступления по предварительному сговору группой лиц. 

УК РФ 1996 г. значительно расширил круг составов преступлений, в которых группа лиц по предварительному сговору является квалифицирующим обстоятельством, поэтому данный вопрос не потерял своей актуальности.

После введения в действие УК РФ 1996 г. в уголовно-правовой доктрине также не сформировалось единой точки зрения. Одна группа авторов по-прежнему считает, что в рассматриваемых случаях возможно как соисполнительство, так и соучастие с распределением ролей. Другие авторы полагают, что данная форма соучастия должна выполняться только в виде соисполнительства. Думается, что решение данного вопроса зависит от того, как законодатель закрепляет в УК группу лиц по предварительному сговору. В тех случаях, когда группа лиц по предварительному сговору предусматривается в Особенной части УК как квалифицирующий преступление признак, она должна состоять только из соисполнителей. Общественная опасность такой формы совместного совершения преступления возрастает до уровня, закрепляемого законодателем в виде квалифицирующего обстоятельства, именно благодаря единству места и времени действий, соучастников. Во-первых, в этих случаях возможно совершение таких преступлений, которые не под силу одному лицу. Во-вторых, противодействие либо даже полное устранение мер по защите объекта от преступного посягательства носят реальный объединенный характер и, следовательно, снижает степень его защищенности. В-третьих, значительно облегчается совершение преступления (достигается максимальный эффект, быстрее наступает преступный результат, тяжесть причиняемого вреда увеличивается).

Группой лиц по предварительному сговору могут совершаться различные преступления. В некоторых случаях это обстоятельство прямо выделяется законодателем в качестве квалифицирующего и влечет более суровое наказание. В других случаях это обстоятельство не рассматривается как квалифицирующее конкретное преступление. Поэтому здесь вполне возможно юридическое распределение ролей среди соучастников. И по Особенной части УК группа лиц по предварительному сговору предусматривается как квалифицирующий признак по весьма значительному количеству составов (преступления против личности, собственности, против общественной безопасности и др.). В Общей части данная форма соучастия предусматривается в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

Группа лиц по предварительному сговору была известна и дореволюционному уголовному праву, где она именовалась «сговор». В качестве характерных признаков сговора в литературе выделялись: а) возможность соглашения не только на одно, но и на несколько преступных деяний, причем не обязательно предполагающего общность действий по месту и времени; б) возможность распределения ролей и необязательность участия в непосредственном совершении преступления; в) возможность ответственности за сговор и в тех случаях, когда сообщники и не приступали к выполнению задуманного. Весьма близким к сговору являлся скоп, который предполагал не только общность умысла, но, согласно условиям своего возникновения, общность действия по времени и по месту, безотносительно к самому характеру и объему деятельности.

В истории предшественником организованной группы как формы соучастия была шайка, известная еще Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Уложение 1903 г. в ст. 52 определяло, что участие в шайке, составившейся для учинения нескольких тяжких преступлений или преступлений, наказывается в случаях, особо законом указанных. Такие случаи указывались, в частности, в ст. 279 Уложения. В УК РСФСР 1926 г. группа лиц (шайка) выделялась в качестве квалифицированного вида грабежа (ч. 2 ст. 183). Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества», который действовал наряду с УК РСФСР 1926 г., совершение преступления организованной группой (шайка) прямо предусматривается в качестве квалифицирующих признаков хищения государственного или общественного имущества (ч. 2 и 4). Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 19 марта 1948 г. №6/4У «О применении Указов от 4 июня 1947 г.» разъяснил: «1. Под организованной группой или шайкой следует понимать группу из двух или более лиц, предварительно организовавшихся для совершения одного или нескольких хищений. При этом ответственность по соответствующим статьям Указов от 4 июня 1947 года несут не только организаторы, но и участники организованной группы (шайки)».

В УК организованная группа как квалифицирующий признак была введена в 1989 г., в частности, в состав вымогательства и спекуляции. До этого она предусматривалась лишь в Общей части в качестве обстоятельства, отягчающего ответственность. Пленум Верховного Суда РСФСР в п. 14 постановления «О судебной практике по делам о вымогательстве» от 4 мая 1990 г. (с последующими изменениями) указал: «Под организованной группой, предусмотренной в качестве квалифицирующего признака вымогательства (ч. 5 ст. 148 УК РСФСР, ч. 3 ст. 163 УК РФ), следует понимать устойчивую группу из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких преступлений. Как правило, такая группа тщательно готовит и планирует преступление, распределяет роли между соучастниками, оснащается технически и т.д.».

Согласно ч. 2 ст. 213 УК РФ организованной группой признается «устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений». Из данного определения следует, что характерными признаками организованной группы являются устойчивость и предварительная объединенность членов группы на совершение одного или нескольких преступлений.

Устойчивость характеризуется наличием достаточно прочных постоянных связей между членами группы и специфическими индивидуальными формами и методами деятельности. На признак устойчивости как основной признак организованной группы указывается и в УК Республики Беларусь (ст. 18), Уголовном законе Латвийской Республики (ст. 21) и других УК стран СНГ. В судебной практике в качестве показателей устойчивости выделяются:

а) высокая степень организованности (тщательная разработка планов совершения, как правило, не одного, а ряда преступлений, иерархическая структура и распределение ролей между соучастниками, внутренняя, нередко жесткая, дисциплина, активная деятельность организаторов, продуманная система обеспечения орудиями и средствами совершения преступления, нередко наличие системы противодействия различным мерам социального контроля со стороны общества, в том числе и обеспечения безопасности соучастников);

б) стабильность костяка группы и ее организационной структуры, которая позволяет соучастникам рассчитывать на взаимную помощь и поддержку друг друга при совершении преступления, облегчает взаимоотношения между членами и выработку методов совместной деятельности;

в) наличие своеобразных, индивидуальных по характеру форм и методов деятельности, находящих свое отражение в особой методике определения объектов, способах ведения разведки, специфике способов совершения преступления и поведения членов группы, обеспечении прикрытия, отходов с места совершения преступлений и т.д.;

г) постоянство форм и методов преступной деятельности, которые нередко являются гарантом надежности успешного совершения преступления, поскольку они сводят до минимума вероятность ошибок участников в случаях непредвиденных ситуаций. О постоянстве могут свидетельствовать также устойчивое распределение обязанностей среди членов группы, использование специальных форм одежды и специальных опознавательных знаков (жетонов, жезлов, повязок) и т.д. Применительно к банде, которая в законе определяется как «устойчивая вооруженная группа», Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 постановления от 17 января 1997 г. «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» отметил: «Об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений».

Предварительная объединенность членов организованной группы означает, что ее участники не просто договорились о совместном совершении преступления, что характерно для группы лиц по предварительному сговору, но достигли субъективной и объективной общности в целях совместного совершения одного, чаще нескольких преступлений, причем нередко разнородных.

Вместе с тем не исключена возможность создания организованной группы для совершения и одного преступления, которое требует достаточно серьезной и тщательной подготовки (нападение на банк, захват заложника и т.д.).

Участники организованной группы могут выполнять роль исполнителей преступления, но могут и не принимать непосредственного участия в выполнении объективной стороны преступления, что чаще всего и происходит. Члены группы для того и организуются, чтобы объединение происходило путем четкого распределения функций по совершению преступлений. Все соучастники с момента вступления в организованную группу становятся ее членами и независимо от места и времени совершения преступления и характера фактически выполняемых ролей признаются соисполнителями. Согласно ч. 2 ст. 34 УК они несут ответственность по статье Особенной части, предусматривающей ответственность за совершенное преступление, без ссылки на ст. 33 УК. В этом случае законодатель обоснованно переносит центр тяжести ответственности с роли каждого соучастника на организованный характер совершения преступления.

В Особенной части УК совершение преступления организованной группой признается квалифицирующим обстоятельством значительного ряда преступлений (против собственности, в сфере экономической деятельности, против общественной безопасности). В тех случаях, когда организованная группа не предусматривается в Особенной части УК как квалифицирующий признак, их организаторы в случаях пресечения их деятельности на стадии создания организованной группы несут ответственность за приготовление к тем преступлениям, для совершения которых она создана (ч. 6 ст. 35 УК). Совершение преступления организованной группой в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК является обстоятельством, отягчающим наказание.

Хулиганство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее (до момента начала хулиганских действий) Договорившиеся о совместном совершении преступления.

Хулиганство признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.



2.2 Хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка



Под сопротивлением представителю власти или иному лицу следует понимать активное противодействие соответствующим лицам при исполнении ими своих служебных или общественных обязанностей по охране общественного порядка. Ответственность за сопротивление указанным лицам квалифицируется по ч. 2 ст. 213 УК только в случае, когда оно оказывается в процессе пресечения хулиганства. Сопротивление, оказанное после прекращения хулиганских действий, в частности, в связи с последующим задержанием виновного, не должно рассматриваться как квалифицирующее обстоятельство хулиганства и подлежит квалификации по совокупности с последним (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 1991 г.). В частности, к ним относятся депутаты, сотрудники правоохранительных и контролирующих органов (работники милиции, прокуратуры, суда, государственных инспекций и др.). Иными лицами следует признавать представителей общественности (народных дружинников, общественных инспекторов и т.д.), а также отдельных граждан.

В соответствии с примечанием к ст. 318 УК РФ представитель власти - это должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, во-первых, наделенное распорядительными полномочиями и, во-вторых, полномочия которого адресуются лицам, не находящимся в его прямом подчинении. Распорядительные полномочия реализуются в праве должностного лица отдавать в пределах своей компетенции указания, обязательные к исполнению, другими должностными лицами и гражданами. О понятии «правоохранительные органы» и их видах говорилось при характеристике преступления, предусмотренного ст. 317 УК.

К контролирующим органам, согласно ст. 2 Федерального закона от 20 апреля 1995 г. №45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» с последующими изменениями и дополнениями, относятся работники контрольных органов Президента РФ, главы администраций субъектов Федерации, осуществляющие контроль за исполнением законов и иных нормативных правовых актов, выявление и пресечение правонарушений, работники таможенных органов, органов государственной налоговой службы, органов надзора за соблюдением правил охоты на территории государственного охотничьего фонда, органов рыбоохраны, органов государственной лесной охраны, органов санитарно-эпидемиологического надзора, контрольно-ревизионных подразделений Министерства финансов РФ и финансовых органов субъектов Федерации, органов государственного контроля в сфере торговли, качества товаров (услуг) и защиты прав потребителей, осуществляющие контроль за исполнением соответствующих законов и иных нормативных правовых актов, выявление и пресечение правонарушений и т.д.

К представителям власти относятся, в частности, лица, осуществляющие законодательную, исполнительную или судебную власть, а также работники государственных, надзорных или контролирующих органов, наделенных в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, а также организациями независимо от их ведомственной подчиненности. Например, члены Совета Федерации, депутаты Государственной Думы, депутаты законодательных органов государственной власти субъектов Федерации, члены Правительства РФ и органов исполнительной власти субъектов Федерации, судьи федеральных судов и мировые судьи, наделенные соответствующими полномочиями работники прокуратуры, налоговых, таможенных органов, органов МВД России и ФСБ России, состоящие на государственной службе аудиторы, государственные инспекторы и контролеры, военнослужащие при выполнении возложенных на них обязанностей по охране общественного порядка, обеспечению безопасности и иных функций, при выполнении которых военнослужащие наделяются распорядительными полномочиями). Представителями власти являются также и представители различных общественных организаций, которые по специальному полномочию наделяются на время осуществления своих функций правомочиями представителя власти (народные и присяжные заседатели, народные дружинники, общественные инспекторы и т.п.).

Не относятся к потерпевшим от деяния, предусмотренного ст. 318 УК, лица, участвующие в отправлении правосудия или производящие предварительное расследование, а равно их близкие. При применении насилия к следователям, судьям, прокурорам и др. ответственность наступает по ст. 296 УК. Потерпевшими от преступления могут быть и близкие представителя власти, понятие которых рассматривалось при анализе преступления, предусмотренного ст. 317 УК.

Московским городским судом 13 ноября 1997 г. Демидов (судимый 8 апреля 1996 г. по ч.1 ст.144 УК РСФСР) осужден по п. «б» ч.2 ст.158, ч.3 ст.213, ч.2 ст.318 УК РФ.

Демидов признан виновным в краже чужого имущества, совершенной неоднократно, хулиганстве с применением предметов, используемых в качестве оружия, а также в применении насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти - работника милиции В.

Кража совершена 12 апреля 1996 г., а хулиганство и применение насилия в отношении представителя власти - в апреле 1997 г.

Государственный обвинитель в основном и дополнительном кассационных протестах поставил вопрос об изменении приговора, исключении осуждения Демидова по ч.2 ст.318 УК РФ как излишне вмененного в связи с ошибочной квалификацией одних и тех же действий осужденного и как хулиганство и как применение насилия в отношении представителя власти, поскольку, по мнению прокурора, не доказано, что потерпевший в момент совершения преступления исполнял свои должностные обязанности. Кроме того, действия Демидова, квалифицированные по ч.2 ст.213 УК РФ, прокурор просил переквалифицировать на ч.1 ст.213 УК РФ, считая, что применение молотка, специально не приспособленного для нанесения телесных повреждений, не может служить основанием для такой квалификации содеянного.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 4 февраля 1998 г. приговор оставила без изменения, а кассационный протест прокурора - без удовлетворения, указав следующее.

Вина Демидова в совершенных преступлениях, помимо его частичного признания, полностью установлена приведенными в приговоре доказательствами.

С доводами прокурора о том, что суд излишне квалифицировал действия Демидова по ч.2 ст.318 УК РФ, согласиться нельзя.

Как установлено судом, и это не оспаривалось в протесте, Демидов, совершая хулиганские действия, оказал сопротивление представителю власти - работнику милиции В., ударил его молотком по голове, причинив легкий вред его здоровью, т.е. применил насилие, опасное для здоровья потерпевшего.

По смыслу ст.213 УК РФ, если при совершении хулиганства, сопряженного с сопротивлением представителю власти, было применено насилие, опасное для здоровья, то оно (в зависимости от конкретных обстоятельств) должно быть дополнительно квалифицировано по ст.317 или ст.318 УК РФ. Поскольку в данном случае Демидов знал, что В. - работник милиции, представитель власти, но несмотря на это применил по отношению к нему насилие, опасное для его здоровья, суд правильно квалифицировал действия осужденного дополнительно и по ч.2 ст.318 УК РФ.

Довод государственного обвинителя о том, что потерпевший В. не находился при исполнении своих должностных обязанностей, необоснован, так как согласно п.1 ст.10 Закона Российской Федерации «О милиции» милиция обязана предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения. При этом не имеет значения, находился ли работник милиции на дежурстве или же по своей инициативе принял меры к пресечению преступления. В соответствии с этим Законом работник милиции В. принял меры к пресечению преступления, совершенного Демидовым.

Нельзя также согласиться с доводами прокурора о переквалификации действий Демидова с ч.2 ст.213 на ч.1 ст.213 УК РФ. В протесте государственного обвинителя сделан ошибочный вывод о том, что применение во время хулиганства молотка в данном случае не может служить основанием для квалификации действий осужденного по ч. 1 ст.213 УК РФ, поскольку молоток не был заранее приспособлен для нанесения телесных повреждений. В отличие от диспозиции ч.3 ст.206 УК РСФСР редакция нового закона – ч. 1 ст.213 УК РФ предусматривает ответственность за хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Молоток и являлся тем предметом, который был использован Демидовым в качестве оружия. По новому закону, в отличие от старого, не требуется, чтобы эти предметы были заранее приспособлены для нанесения телесных повреждений.

При таких обстоятельствах преступные действия осужденного Демидова по п. «б» ч.2 ст.158, ч.1 ст.213, ч.2 ст.318 УК РФ квалифицированы правильно.

Под сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, понимается активное противодействие осуществлению указанными лицами служебного или общественного долга. Сопротивление выражается в оказании физического воздействия на личность представителя власти или иного лица, исполняющего обязанности по охране общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка (связывание, нанесение ударов, побоев, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью). Если насилие выразилось в причинении более тяжкого вреда (тяжкого вреда здоровью или смерти), то содеянное должно квалифицироваться не только по ст. 213 УК, но и по соответствующим статьям о преступлениях против личности. Неповиновение законному требованию представителя власти либо иного лица, исполняющего обязанности по охране общественного порядка или пресекающего нарушение общественного порядка, исключает квалификацию содеянного по ч. 2 ст. 213 УК, образуя согласно ч. 2 ст. 20.1 КоАП квалифицированный вид мелкого хулиганства.




3 ОТГРАНИЧЕНИЕ ХУЛИГАНСТВА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ



Административная ответственность представляет собой один из видов юридической ответственности и заключается в применении правомочными органами административных взысканий к нарушителям, совершившим административные проступки, К таким проступкам относится мелкое хулиганство, понятие которого раскрыто в КоАП РФ. Из этого следует, что обязательными признаками мелкого хулиганства являются: нецензурная брань, оскорбительные приставания к гражданам, нарушение общественного порядка и спокойствия граждан, кроме того, необходимо, чтобы характер этих действий, а значит, и размеры причиненного ими вреда позволили бы ограничиться наложением административного взыскания.

Качественные отличия мелкого хулиганства от хулиганства криминального определяется одним важным свойством: наличием или отсутствием общественной опасности. Правоприменителю следует помнить, что новое уголовное право России по сути дела декриминализировало деяния, которые по УК РСФСР 1960 г. рассматривались как простое хулиганство и квалифицировались по ч.1 ст. 206 УК РСФСР. 

В практике может произойти подмена одного вида ответственности другим в результате недостаточно четкого выяснения обстоятельств правонарушения, неточного определения содержания признаков состава (преступления и административного проступка).

Часто возникает ситуация квалификации преступлений со смешанной противоправностью (уголовной и административной). Признаками, отграничивающими преступление со смешанной противоправностью от проступка являются: место, время- орудие, способ совершения преступления, неоднократность, повторность. Эти же признаки отделяют и преступление от проступка, и простой состав от квалифицированного.

Для обеспечения точной квалификации преступления со смешанной противоправностью следователю необходимо:

	-	установить полный перечень нарушенных виновным предписаний норм административного права, связанных с составом преступления,

	установить объектные и субъективные признаки правонарушения, а так же признаки объекта и субъекта состава административного поступка;

	закрепить в правоприменительных документах как уголовно-правовую квалификацию, так и результат применения норм административного права .1

Отсутствие в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого или в обвинительном заключении ссылки на нарушение предписаний конкретных пунктов и статей специальных нормативных актов может повлечь за собой возвращение уголовного дела на дополнительное расследование.

При конкуренции норм уголовного и административного права одной из них (норма утоловного права) с большей полнотой охватывает совершенное деяние, задача следователя заключается в установлении указанных в законе ограничительных признаков. Однако, в такой ситуации уголовное право поглощает административное правонарушение2

В некоторых случаях законодательным путем не разрешается вопрос, какую из двух конкурирующих норм требется применить, т.е. возникает коллизия норм двух отраслей права. В отличие от конкуренции норм уголовного и административного права коллизия этих же норм не может безусловно решаться в пользу уголовного права. Предпочтение норме уголовного права отдается только в том случае, если по характеру и степени общественной опасности деяние может быть признано преступлением.

Таким образом, рассмотрение уголовно-правовой характеристики хулиганства показывает, что этот состав является сложным и включает в себя такое множество оценочных признаков, которые не встречаются в других составах. Однако тщательное и всестороннее исследование всех обстоятельств дела, их анализ и правильная правовая оценка позволяют следователям и работникам органов дознания избежать ошибок при квалификации хулиганства.

Говоря о качественной разнородности преступления и проступка, следует помнить, что границу между ними нельзя считать застывшей. Она не одинакова для различных преступлений и административных проступков, и даже не одинакова для одних и тех же правонарушений, совершенных в разное время и в разных условиях, Фактическая граница может быть минимальной, но юридическая граница между ними не исчезает. Следователь лишь конкретизирует признаки состава преступления внутри границ, определяемых уголовным законом. Конкуренция и коллизия правовых норм может разрешаться следователем только на основе действующего законодательства.

Вопрос о квалификации хулиганства по совокупности с другими преступлениями возникает в связи с тем, что явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов используемых в качестве оружия, указано ст.213 УК РФ и, следовательно, является способом совершения данного преступления. Однако ст.213 УК РФ не определены конкретные последствия неуважения к обществу, совершенное с применением оружия или предметов используемых в качестве оружия. Между тем последствием такого неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов используемых в качестве оружия может быть вред здоровью потерпевшего различной тяжести (побои, легкий вред здоровью, вред здоровью средней тяжести или даже тяжкий вред здоровью). При оценке соотношения хулиганства и преступлений против личности надлежит четко выделять реальную совокупность преступлений и ситуации, когда вред здоровью является составным компонентом хулиганства.

Если содеянное виновным образует реальную совокупность преступлений, то сложностей в квалификации подобных ситуации не возникает, совершенное во всех случаях квалифицируется по двум и более статьям Особенной части УК РФ, предусматривающим ответственность за соответствующие преступления. Иная уголовно-правовая оценка совершенного деяния применяется к тем разновидностям действий виновных, когда неуважение к обществу (ч.1 ст.213) является способом хулиганства.

Если в процессе хулиганства потерпевшему причинены побои, легкий вред здоровые или совершены иные насильственные действия, а также оскорбление личности, то совершенное охватывается признаками ст.213 УК РФ и требуется дополнительная квалификация по статьям 115, 116, 130 УК РФ. Хулиганские действие, повлекшие причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью или вреда здоровью средней тяжести, образуют совокупность преступлении и подлежат квалификации по статьям 111, 112 и ст.213 УК РФ.

При разграничении хулиганства и преступлений против личности важное значение имеет место совершения оцениваемых действий, присутствие при этом посторонних, помимо потерпевшего, граждан, родственные или другие близкие отношения потерпевшего и виновного. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 24 декабря 1991 г. "О судебной практике по делам о хулиганстве", касаясь данного вопроса, указал, что "нанесение оскорблений, побоев, причинение легких или менее тяжких телесных повреждений и другие подобные действия, совершенные в семье, квартире, в отношении родственников, знакомых и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т.п., должны квалифицироваться по статьям УК, предусматривающим ответственность за преступления против личности. Однако в тех случаях, когда такие действия были сопряжены с очевидным для виновного грубым нарушением общественного порядка и выражали явное неуважение к обществу, их следует квалифицировать как хулиганство".1

Данное разъяснение Верховного Суда Российской Федерации подчеркивает важность тщательного анализа и развернутого обоснования конкретными обстоятельствами содеянного содержания умысла, который обусловил преступные действия виновного. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда России, изменяя квалификацию совершенного К., указала, что у виновного "не было умысла на нарушение общественного порядка. Он звал свою жену домой, чтобы разобраться с ней в личных отношениях, и лишь после того, как она отказалась, избил ее».2

По другому уголовному делу Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации переквалифицировала действия М. со статьи о хулиганстве на статью о причинении вреда здоровью, указав, что М. "нанес телесные повреждения не из хулиганских побуждений, а в связи с неправомерными действиями потерпевших, которые били окна в клубе».3 

Вопрос об отграничении данных преступлений возникает применительно к тем фактическим ситуациям, когда хулиганство выразилось в уничтожении или повреждении чужого имущества и, имеете с тем, уничтожение или повреждение чужого имущества является самостоятельным преступлением (ст. 167, 168 УК РФ), которое может быть совершено также из хулиганских побуждений. Разграничение этих преступлений проводится по объекту преступления. При уничтожении или повреждении имущества ущерб причиняется только отношениям собственности, а если оно было в процессе хулиганства, то вред причиняется прежде всего отношениям общественного спокойствия, а собственность является факультативным объектом.

Если в процессе хулиганства было простое уничтожение или повреждение чужого имущества (ч.1 ст. 167 УК РФ), то совершенное охватывается признаками ст.213 УК РФ и не образует совокупности преступлений, а квалифицированное хулиганство, охватывает также деяние, предусмотренное ч.2 ст. 167 УК. Во всех этих случаях уничтожение или повреждение имущества является составной частью хулиганских действий, так как совершается из хулиганских побуждений и нарушает отношения общественного спокойствия.

Если действия, образующие признаки вандализма, предшествовали хулиганству или были совершены после его окончания, то содеянное квалифицируется по совокупности статей 213 и 214 УК РФ.1

Необходимо учитывать, что незаконное приобретение, хранение, перевозка или ношение огнестрельного оружия никогда не являются его применением, в связи, с чем совершенное образует реальную совокупность преступлений, предусмотренных статьями 213 и 222 УК РФ. 

Хулиганские действия, сопряженные с сопротивлением представителю власти (ч.2 ст.213 УК РФ), необходимо отграничивать от преступления, предусмотренного ст.318 УК РФ.

Если сопротивление представителю власти в процессе хулиганских действий выразилось и насилии, не опасном для жизни или здоровья, то совершенное виновным полностью охватывается ч.2 ст.213 У К РФ.

Если в процессе хулиганских действий и связанного с ними сопротивления представителю власти к последнему было применено неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов используемых в качестве оружия, опасное для жизни или здоровья (ч.2 ст.318 УК РФ), совершенное виновным образует совокупность преступлений, предусмотренных ч.2 ст.213 и ч.2 ст.318 УК РФ.

Практика показывает, что иногда возникают сложности в разграничении хулиганства и деяния, предусмотренного ст.321 УК РФ, когда неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов используемых в качестве оружия применяется в отношении сотрудника места лишения свободы или места содержания под стражей и совершаются такие действия в общественном месте. Надлежит признать, что при наличии реальной совокупности этих преступлений они квалифицируются по ч.2 ст.213 и ч.1 ст.321 УК РФ.

Однако само по себе насилие в отношении названных представителей власти, даже если оно и применено в общественном месте, признаков хулиганства не образует. Так, Президиум Нижегородского областного суда не усмотрел наличия хулиганства со стороны осужденных, которые, будучи в нетрезвом состоянии, когда им было предложено написать объяснение по данному поводу, выражались нецензурно в адрес сотрудника исправительного учреждения и угрожали ему физической расправой. Их действия были квалифицированы как применение угрозы в отношении потерпевшего.1

Подведем итоги. Рассмотрение уголовно-правовой характеристики хулиганства показывает, что этот состав является сложным и включает в себя такое множество оценочных признаков, которые не встречаются в других составах. Однако тщательное и всестороннее исследование всех обстоятельств дела, их анализ и правильная правовая оценка позволяют следователям и работникам органов дознания избежать ошибок при квалификации хулиганства. Качественные отличия мелкого хулиганства от хулиганства криминального определяется одним важным свойством: наличием или отсутствием общественной опасности. При оценке соотношения хулиганства и преступлений против личности надлежит четко выделять реальную совокупность преступлений и ситуации, когда вред здоровью является составным компонентом хулиганства.

Отграничение хулиганства от других преступлений должно производится в зависимости от содержания и направленности умысла виновного, мотивов, целей и обстоятельств, совершенных им действий. Убийство, причинение тяжкого, средней тяжести или легкого вреда здоровью, а также побои, совершенные из хулиганских побуждений, надлежит квалифицировать только по ст. 105,111,112,115 или 116 УК. Выявлены также основания разграничения хулиганства и вандализма, преступлений, предусмотренных статьями 222 , 223, 318 , 321 УК РФ.

Если имеет место реальная совокупность названных преступлений и хулиганства, содеянное квалифицируется по совокупности с хулиганством




ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Хулиганство - одно из распространенных преступлений против общественного порядка.

Проведенный анализ позволяет сделать некоторые выводы. Уголовное законодательство (УК РФ в ред. Федерального закона от 23 ноября 2003 г.) характеризует хулиганство такими признаками, как:

грубое нарушение общественного порядка;

проявление явного неуважения к обществу;

совершение с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Существенной неточностью новой редакции ст.213 УК РФ является отсутствие такого признака, как применение насилия. Насилие присуще хулиганству, и это было закреплено в прежнем законодательстве, а также полно и точно рассмотрено в литературе.	

Новеллой закона является признание хулиганством в смысле уголовного преступления только деяний, совершенных с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. В данном случае законодатель пошел по пути формализации квалификации хулиганства, декриминализировав все хулиганские деяния без применения оружия и предметов, используемых в качестве оружия. С одной стороны, в этом есть определенный смысл: уголовное законодательство последовательно проводит линию по декриминализации незначительных правонарушений, переводу их в разряд административных проступков, квалификация хулиганства как преступного деяния формализуется по признаку применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия; с другой стороны, грубое нарушение общественного порядка и явное неуважение к обществу вполне возможно и без применения оружия или предметов, используемых как оружие – скажем, субъект преступления обладает большой физической силой, владеет приемами боевых единоборств и т.п.

В любом случае необходимо дополнение в диспозицию статьи 213 УК РФ такого признака хулиганства, как насилие.

В теории уголовного права нет единого подхода и к понятию «общественный порядок» и «общественная безопасность». Проблема состоит в том, что непосредственный объект преступления всегда должен находиться в той же сфере общественных отношений, что и его видовой объект.

Общественный порядок является основным и постоянным непосредственным объектом хулиганства. Именно общественный порядок является основой в конструкции состава преступления. Хулиганство является сложным многообъектным преступлением. Основным родовым, видовым и основным непосредственным объектом хулиганства является общественный порядок..

Полагаем что для юридически точного определения видового объекта хулиганства, следует внести изменения в главу 24 УК РФ, дополнив название главы указанием на общественный порядок. Следовало бы внести изменения в УК РФ, предложив в структуре раздела IX создать отдельную гл.24.1 "Преступления против общественного порядка", в которую включить преступления, предусмотренные следующими статьями УК РФ: ст.207 "Заведомо ложное сообщение об акте терроризма", ст.212 "Массовые беспорядки", ст.213 "Хулиганство", ст.214 "Вандализм". Преимущества данного подхода заключаются в том, что, во-первых, показывается самостоятельность объектов «общественный порядок» и «общественная безопасность», а, во-вторых, подчеркивается связь общественного порядка с общественной нравственностью, а одна из задач укрепления общественного порядка состоит именно в охране нравственности нашего общества. 

Образующие объективную сторону хулиганства действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, должны сопровождаться применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Именно этот признак позволяет отличить уголовно наказуемое хулиганство от административно наказуемого мелкого хулиганства, под которым согласно ст. 20.1 КоАП понимается нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

Применение означает использование оружия или предметов для фактического причинения вреда здоровью людей либо создание реальной угрозы такого вреда. Это обстоятельство отсутствует в случаях, когда оружие или предметы, используемые в качестве оружия, применялись для уничтожения или повреждения имущества и это не создавало опасности для жизни и здоровья граждан 

Хулиганство признается оконченным преступлением с момента фактического применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Закон «Об оружии», страдает рядом недостатков. Поддерживая высказанные другими авторами замечания, следует особенно выделить слова: «предметы», «поражение живой и иной цели», «сигнальное оружие», которые дают возможность непозволительно широкого толкования оружия: ими, например, могут быть обрывок велосипедной цепи, перчатки для занятий боксом, камень, чертежная линейка, милицейский свисток и т.д., которые трудно отнести к гражданскому или служебному оружию и к оружию вообще.

Исходя из законодательного понятия оружия, можно выделить два его основных признака: конструктивное устройство и целевое назначение. Отсутствие же этих признаков, как думается, ведет к научной несостоятельности определений предметов, используемых в качестве оружия. Недостаточная разработка этих вопросов в Федеральном законе «Об оружии» и действующем УК РФ, а также отсутствие преемственности этой нормы уголовного законодательства и действовавшей ранее ч.3 ст.206 УК РСФСР порождают трудности практического свойства.

Учитывая сказанное, думается, что ч.1 ст. 213 УК РФ следует изложить в следующей редакции: «Хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, специально приспособленных для нанесения телесных повреждений».

Субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом и специальным мотивом. Субъектом хулиганства является вменяемое лицо, причем, если хулиганство квалифицируется по ч.1 ст.213 УК РФ, оно должно достичь возраста 16 лет, по ч.2 ст.213 - 14 лет.

Хулиганство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее (до момента начала хулиганских действий) Договорившиеся о совместном совершении преступления.

Хулиганство признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

По некоторым объективным признакам хулиганство нередко совпадает с объективной стороной целого ряда преступлений, в частности причинения тяжкого вреда здоровью, побоев, оскорблений. 

Отграничение хулиганства от других преступлений должно производится в зависимости от содержания и направленности умысла виновного, мотивов, целей и обстоятельств, совершенных им действий. Убийство, причинение тяжкого, средней тяжести или легкого вреда здоровью, а также побои, совершенные из хулиганских побуждений, надлежит квалифицировать только по ст. 105,111,112,115 или 116 УК. Если имеет место реальная совокупность названных преступлений и хулиганства, содеянное квалифицируется по совокупности с хулиганством

В данном случае основной рекомендацией следственным и судебным органам может быть строгое соблюдение требований закона об отграничении хулиганства от таких преступлений против личности, как оскорбление, нанесение побоев, причинение легкого и средней тяжести вреда здоровью и иных подобных действий, совершенных по личным мотивам, если они не сопровождались нарушением общественного порядка или явным неуважением к обществу. Как показывает анализ судебной практики именно в этом плане суды довольно часто допускают ошибки.

Таким образом, как представляется, проблема хулиганства фактически мало исследована в юридической литературе последнего времени, в то время как хулиганство является одним из опасных и достаточно распространенных посягательств на общественную безопасность и общественный порядок, поскольку оно нарушает нормальную деятельность государственных учреждений и предприятий, общественных организаций, подвергает опасности жизнь, здоровье, спокойствие граждан. Кроме того, хулиганство нередко приводит к совершению других, более тяжких, преступлений. Сегодняшняя практика борьбы с преступностью требует научного анализа проблемы преступности, в частности, хулиганства.




СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ



АПК РФ — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации

БВС РФ — Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации

БНА — Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти (до июля 1996 г. — Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР, РСФСР, РФ)

ВВС — Ведомости Верховного Совета (СССР, РСФСР), Ведомости Съезда народных депутатов (РСФСР, РФ) и Верховного Совета (РСФСР, РФ)

ВС РФ — Верховный Суд Российской Федерации

ВКС — Вестник Конституционного Суда

ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации

ГП РФ — Генеральный прокурор Российской Федерации

ГПК РСФСР — Гражданский процессуальный кодекс РСФСР

ЗК — Земельный кодекс Российской Федерации

КоАП РФ — Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации

Конституция РФ — Конституция Российской Федерации

Минюст (СССР, РСФСР, России) — Министерство юстиции СССР, РСФСР или Российской Федерации

НК — Налоговый кодекс Российской Федерации

п. (пп.) — пункт (пункты)

Президент РФ — Президент Российской Федерации

РГ — Российская газета

РФ — Российская Федерация

САПП — Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации

СЗ РФ — Собрание законодательства Российской Федерации

СК РФ — Семейный кодекс Российской Федерации

ст. (ст.ст.) — статья (статьи) нормативно-правового акта

ТК РФ — Трудовой кодекс Российской Федерации

УИК РФ — Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации

УК РФ — Уголовный кодекс Российской Федерации

УПК РСФСР — Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР

УПК РФ — Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации

ФЗ — Федеральный закон

ФКЗ — Федеральный конституционный закон

ч. (ч.ч.) — часть (части)




БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК



Нормативно-правовые акты



Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г.//Российская газета – 1993. – 25 декабря

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. №195-ФЗ // СЗ РФ. 2002. №1. Ст. 1.

Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ (УК РФ) (с изм. и доп. от 27 мая, 25 июня 1998 г., 9 февраля, 15, 18 марта, 9 июля 1999 г., 9, 20 марта, 19 июня, 7 августа, 17 ноября, 29 декабря 2001 г., 4, 14 марта, 7 мая, 25 июня, 24, 25 июля, 31 октября 2002 г., 11 марта, 8 апреля, 4, 7 июля, 8 декабря 2003 г., 21, 26 июля, 28 декабря 2004 г., 21 июля, 19 декабря 2005 г., 5 января 2006 г.). 

Уголовно-исполнительный кодекс РФ от 8 января 1997 г. N 1-ФЗ (УИК РФ) (с изм. и доп. от 8 января, 21, 24 июля 1998 г., 16 марта 1999 г., 9, 20 марта, 19 июня 2001 г., 11 июня, 8 декабря 2003 г., 29 июня, 22 августа, 4 ноября 2004 г., 1 февраля, 1 апреля, 9 мая 2005 г., 5, 9 января 2006 г.).

Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. N 174-ФЗ (УПК РФ) (с изм. и доп. от 29 мая, 24, 25 июля, 31 октября 2002 г., 30 июня, 4, 7 июля, 8 декабря 2003 г., 22 апреля, 29 июня, 2, 28 декабря 2004 г., 1 июня 2005 г., 9 января 2006 г.)

Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" (с изм. и доп. от 11 марта 2004 г., 5 января 2006 г.)

Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" (с изм. и доп. от 21, 31 июля, 17 декабря 1998 г., 19 ноября 1999 г., 10 апреля 2000 г., 26 июля, 8 августа, 27 ноября 2001 г., 25 июня, 25 июля 2002 г., 10 января, 30 июня, 8 декабря 2003 г., 26 апреля, 29 июня 2004 г.)

Федеральный закон от 20 апреля 1995 г. №45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» // СЗ РФ. 1995. №17. Ст. 1455.

Федеральный закон «О статусе судей в Российской Федерации» от 21 июня 1995 г. С дальнейшими изм. и доп.//Собрание законодательства РФ. – 1995. - № 26. – Ст.2399.

Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 года//Международная защита прав и свобод человека. Сборник документов. – М.: Международные отношения, 1990.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г.//Права человека. Сборник универсальных документов. – М.: Международные отношения, 1990.

	Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года//Права человека. Сборник универсальных и региональных международных документов. – М.: Международные отношения, 1990.

Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г.//Права человека: Сборник универсальных документов. – М.: Международные отношения, 1990.

Концепция национальной безопасности Российской Федерации. Утверждена Указом Президента РФ от 17 декабря 1997 г.



Научная литература



Волков Б.С. Мотив и квалификация хулиганства. – Казань.: КГУ, 1998.

Векденко С.В. Уголовно-правовые меры воздействия на хулиганские действия.-М.: Юрист. 2003.

Вознесенская О. Камень в руке хулигана - не всегда оружие // Российская юстиция. 2001. №6.

Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Вопросы квалификации. – Краснодар.: Норма, 2004.

Готовцев А.В. Организационно-правовые вопросы взаимодействия милиции и внутренних войск в охране общественного порядка: Автореф. дисс.: канд. юрид. наук. - М.: Новый юрист, 2004.

Горбунова О.Н. К вопросу об определении понятия «общественный порядок» в советской науке административного права // Труды Иркутского госуниверситета. Т. XIX. Серия юридическая. Вып.8. Часть 2. – Иркутск: Право 1987.

Гранин А.Ф. Теоретические вопросы социалистической законности в деятельности органов внутренних дел: Автореф. дисс.: докт. юрид. наук. – Киев: Вега, 1975.

Гришаев П.И., Кригер Г.А. Соучастие по уголовному праву. – М.: Юридическая литература, 1998.

Гришаев П.И. Преступления против общественной безопасности. - М.: юридическая лмтература, 1999.

Даньшин И.Н. Ответствениость за хулиганство по советскому уголовному праву. –М.: Просвещение. 1991.

Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. - М.: Просвещение, 1983.

Даньшин И.Н. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. –М.: Просвещение, 1983.

Егоров В.С. Уголовная ответственность за хулиганство. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. - М.: Белые Альвы, 2004.

Еропкин М.И. Управление в области охраны общественного порядка. - М.: Право, 1981.

Зарубин В.И. Понятие общественного порядка как объекта хулиганства // Журнал российского права. 2001. №8.

Иванов В.Д. Комментарий к Закону «Об оружии». - Ростов-на-Дону : Дон, 2002.

Иванов В.Д., Мазуков С.X. Соучастие в преступлении. - Ростов-на-Дону : Дон, 2002.

Иванов И. Хулиганство: проблемы квалификации // Российская юстиция. 1996. №8.

Игнатов А.Н. Курс советского уголовного права. - М.: Юритинформ, 1981. Т. 6.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации с постатейными материалами и судебной практикой / Под общ. ред. С.И. Никулина. - М.: Бек, 2003.

Комментарий к Уголовному Кодексу Российской Федерации. Особенная часть. /Пол ред. Скуратова Ю.И., Лебедева В.М. - М.: ИНФРА –М, 2002.

Корма В. Что считать предметом, используемым в качестве оружия // Российская юстиция. 2002. №12.

Криминология / Под ред. А.И. Долговой. - М.: Юрист, 2002.

Куделич А.В. Уголовно-правовая охрана общественного порядка в современной России: Автореф. дисс.: докт. юрид. наук. - М.: Спарк, 2004.

Курс уголовного права. Том 1. Общая часть. Учение о преступлении. / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. - М.: ИКД «Зерцало-М», 2005.

Мокринский С. Озорство и хулиганство // Еженедельник советской юстиции. 1994. №38.

Научный комментарий к УК РСФСР.- Свердловск: Правовая культура, 1984.

Непринцев А. Камень в руке хулигана - всегда оружие // Российская юстиция. 2002. №2.

Попов В.И. Осмотр места происшествия //Под ред. В.А. Хвана.-М.: НОРМА 1999.

Портнов И.П. Хулиганство: состав и вопросы правоприменительной практики. //Вопросы совершенствования работы подразделений милиции общественной безопасности.- М.: НОРМА.М, 2003.

Российское законодательство Х-ХХ веков. Т.3. Акты земских соборов.- М.: Юридическая литература, 1995

Российское законодательство Х-ХХ веков. Т.5. Законодательство периода расцвета абсолютизма.- М.: Юридическая литература, 1997.

Российское законодательство Х-ХХ веков. Т.8. Судебная реформа.- М.: Юридическая литература, 2000

Российское уголовное право. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева и А.В. Наумова. - М.: Спарк, 2001.

Серегин А.В. Советский общественный порядок и административно-правовые средства его укрепления. - М.: Правовая культура, 1995.

Советское уголовное право. Часть Особенная. - М.: Право 1984.

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая. Т. I-II. - М.: Наука, 1999.

Уголовный Кодекс РФ с постатейными материалами./ Под ред. Бородина С.В., Замятина С.В. , Лебедева В.М..-М.: ИНФРА-М, 2001.

Уголовное право. Особенная часть. Т.2 / Под ред. Л.Д. Гаухмана и С.В. Максимова.- М.: МИ МВД России, 2003.

Уголовное право России. Часть Особенная / Под ред. Л.Л. Кругликова. - М.: Зерцало, 2001.

Уголовное право Российской Федерации. Общая часть.-М.: Юристъ, 2001. 

Яценко С.С. Ответственность за преступления против общественного порядка. – Киев: Вега, 1990.

Яценко С.С. Уголовно-правовая охрана общественного порядка. Сравнительно-правовой аспект. – Киев: Вега, 1990.


Материалы судебной практики



Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. №6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. №4.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. №1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. №3.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о хулиганстве» от 24 декабря 1991 г. в ред. постановлений Пленума от 21 декабря 1993 г. № 11, 25 октября 1996 г. № 10//Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации. – М.: Спарк, 2001. – С.848 – 850.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 мая 1990 г. №3 «О судебной практике по делам о вымогательстве» // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ 1961-1993. - М.: Юридическая литература, 1994.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 3 июля 2002 г. «Отсутствие у виновного хулиганских побуждений к совершению преступлений явилось основанием для переквалификации содеянного им с ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ и с ч. 3 ст. 213 на ст. 115 УК РФ» //Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. №11.

Постановление президиума Верховного Суда Республики Башкортостан от 4 сентября 2002 г.//Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. №11.

Постановление Пленума Верховного суда от 24 декабря 1991г.№3 в редакции постановления от 21 декабря 1993г.» О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинства работников милиции, народных дружинников и военнослужащих в связи с выполнениемими обязанностей по охране общественного порядка» // Бюллетень Верховного Суда РФ 1992 №4.С.12.

Обзор судебной практики по делам о хулиганстве//Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2000. - № 3. – С.12 – 14.

Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ от 5 июля 2001 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. №9.

Определение СК Верховного Суда РФ от 4 февраля 1998 г. «Суд обоснованно квалифицировал действия виновного по совокупности преступлений как хулиганство, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия (ч.3 ст.213 УК РФ), и применение насилия, опасного для здоровья, в отношении представителя власти (ч.2 ст.318 УК РФ)» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. №1.

Определение СК Верховного Суда РФ от 29 апреля 1997 г. «Действия, совершенные не из хулиганских побуждений и не сопряженные с грубым нарушением общественного порядка, необоснованно квалифицированы как хулиганство» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. №1.




ПРИЛОЖЕНИЕ №1



Хулиганство в общем количестве преступлений в России в 2005 г.



Зарегистрировано в отчетном периоде

Из числа преступлений, дела и материалы о которых находились в производстве в отчетном периоде





Раскрыто

Не раскрыто



Всего 

+/- в %

Всего 

+/- в %

Всего 

+/- в %

Хулиганство

114052

- 14,4

78241

- 16,5

37973

- 15,7

Хулиганство, совершенное в общественных местах, на дорогах вне населенных пунктов

25487

- 5,1

-

-

-

-

Хулиганство, совершенное на транспорте

1609

- 28,3

1283

- 21,5

345

- 8,2



Хулиганство в общем количестве преступлений в России в январе-марте 2006 г.



Зарегистрировано в отчетном периоде

Из числа преступлений, дела и материалы о которых находились в производстве в отчетном периоде





Раскрыто

Не раскрыто



Всего 

+/- в %

Всего 

+/- в %

Всего 

+/- в %

Хулиганство

8962

-10,2

5691

-11,2

5420

-2,4

Хулиганство, совершенное в общественных местах, на дорогах вне населенных пунктов

2138

-1.2

-

-

-

-

Хулиганство, совершенное на транспорте

96

-3,1

68

-2.2

38

-1.3




ПРИЛОЖЕНИЕ №2



Мотивы совершения вооруженных преступлений

Мотивы совершения вооруженных преступлений

Лица, совершающие вооруженные преступления в одиночку

Лица, совершающие групповые вооруженные преступления

Корысть

 23%

 81%

Месть

 40%

 8%

Неприязненные отношения

 31%

 11%

Хулиганские побуждения

 6%

 -



Социально-демографические признаки лиц, совершивших вооруженные преступления, выглядят следующим образом: в 92% случаях это мужчины, женщин – 8%, что несколько ниже их удельного веса в общем массиве преступлений (13 – 16%).



Возрастные границы у мужчин в зависимости от мотива совершения преступления 

Возраст преступников

Лица, совершающие вооруженные преступления в одиночку

Лица, совершающие групповые вооруженные преступления

Лица, незаконно носившие и хранившие оружие

Несовершеннолетние

 -

 6,6%

 -

18 – 21 год

 17%

 26%

 9%

22 – 28 лет

 50%

 33%

 20%

29 – 39 лет

 25,7%

 26%

 34%

40 – 45 лет

 7,3%

 8,4%

 18%

Старше 45 лет

 -

 -

 19%



Таким образом, наиболее предрасположена к вооруженному насилию возрастная группа 18 – 29 лет, незаконное хранение и ношение оружия характерно для лиц в возрасте 29 – 39 лет. С увеличением возраста преступников (30 – 45 лет) снижается общественная опасность совершенного преступления. Лица старшего возраста также совершают групповые вооруженные преступления, однако степень их организации гораздо ниже. Лица старше 45 лет также совершают преступления с использованием оружия, однако, все преступления совершаются ими на бытовой почве.