Численность населения мира и ее динамика

2



Ростовский Государственный Университет

геолого-географический факультет 

ОЗО

































































Додатко Т. А.

Студ. 4 курса ОЗО гр. 2

















г. Ростов-на-Дону

2002

СОДЕРЖАНИЕ



		ВВЕДЕНИЕ……………………………………………...………2



		ЧИСЛЕННОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ МИРА



2.1  Динамика численности населения, ее региональные особенности…………………………………………………………3

2.2  Международная миграция. Социальные, политические и экономические последствия……………………………………...8

2.3  Тенденции: урбанизация……………………………………17

2.4   Старение населения в развитых странах на примере стран ЕС…………………………………………………………...21



		ДЕМОГРАФИЯ НА ТЕРРИТОРИИ БЫВШЕГО СССР



3.1  Восточная Европа……………………………………………26

3.2  Россия на карте мира………………………………………..30



		ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………….…33



ПРИЛОЖЕНИЕ…………………………………………………..34



ЛИТЕРАТУРА……………………………………………………36







































ВВЕДЕНИЕ





В своей работе я хочу:



		Показать динамику численности населения;

		Обозначить главные направления в демографическом развитии общества, такие как:

		Старение населения в развитых странах;

		«Трансмиграция» населения;

		Тенденция урбанизации, имеющаяся в большей степени в странах Азии;

		Депопуляция населения в России.





























































2.  ЧИСЛЕННОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ МИРА



2.1  Динамика численности населения, ее региональные особенности



Вся история развития человечества неразрывно связана с изменениями динамики численности и воспроизводства населения. Из-за отсутствия достоверных данных трудно однозначно оценить динамику численности мирового населения практически вплоть до начала XIX века, когда во многих европейских странах стали проводиться переписи населения в их современном понимании.

Тем не менее, основываясь на приблизительных данных учета мирового населения, о котором упоминается еще в Библии, где приводится численность «сынов Израилевых» – более 600 тысяч человек, можно говорить о  постоянном, хотя и очень медленном, росте населения мира.



Таблица 1

Динамика численности населения мира со времени Рождества Христова (млн. человек)

(По А.Я. Кваша,  В.А. Ионцевой, 1995)



Регионы

Начало нашей эры

1000

1200

1500

1750

1900

Мир в целом

256

280

384

427

731

1668

Китай

73

60

123

100

207

500

Индия, Пакистан

70

70

75

79

100

283

Юго-Западная Азия

34

22

21

15

13

38

Япония

2

10

12

16

26

44

Другие регионы Азии

5

10

11

15

32

120

Европа

37

32

45

62

102

284

Россия

8

12

12

12

34

127

Африка

23

50

61

85

100

122

Америка в целом

3

13

23

41

15

144

Океания

1

1

1

2

2

6



В целом динамика численности населения мира, начиная со второй половины второго тысячелетия, получает определенное ускорение (таб. 1).

Особенно заметно темпы прироста населения мира возросли, начиная с XVII века и уже к 1820-1830 гг. его численность достигла своего первого миллиарда, после чего наблюдается резкое ускорение роста населения мира, происходит явление, получившее образное название «демографический взрыв».

Двадцатое столетие, особенно его вторая половина, характеризуется небывалым ростом населения (таб. 2), глубокими изменениями в области рождаемости и смертности, в возрастной и семейной структурах населения мира, урбанизации и миграции населения, значительными региональными различиями в развитии мирового населения.





Таблица 2

Изменение численности населения мира во второй половине XX века (млн. человек)

(По А.Я. Кваша,  В.А. Ионцевой, 1995)





СССР

Заруб. Европа

Заруб. Азия

Африка

Сев. Америка

Лат. Америка

Австралия

Мир в целом

1950

180

392

1329

220

166

164

12,5

2527

1960

214

425

1715

275

199

216

15,8

3060

1970

243

460

2140

356

226

283

19,3

3727

1980

266

484

2569

475

249

364

22,8

4430

1990

289,4

498

3108

648

276

448

26,5

5294

1992

292

500

3225

688

280

466

27,2

5478

1994

1483

7264

34035

708,3

290

474

28,1

5630



Никогда еще темпы роста населения в мире  в абсолютных цифрах не были столь высокими, как к концу XX века. Ежегодный прирост составил более 90 млн. человек и, по расчетам экспертов ООН, такой прирост населения останется вплоть до 2015 г., что означает, что своего шестого миллиарда население мира достигнет уже к 1997-1998 гг., т.е. за 10-11 лет, и вплоть до середины XXI века каждые 11 лет будет увеличиваться на миллиард. Причем никогда еще за всю историю не было столь разительных региональных различий.

Региональные различия в развитии народонаселения мира в XX веке, особенно во второй его половине, обусловлены в первую очередь небывалым ростом населения развивающихся стран, где разразился мощный «демографический взрыв» в противовес значительному сокращению темпов роста населения в развитых странах мира, в некоторых из которых с начала 70-х годов наблюдается даже отрицательный естественный прирост, т.е. смертность превышает рождаемость. Таким образом и в этом случае уже можно говорить об определенном демографическом кризисе. Последний со всей очевидностью все  более обусловливает современную демографическую ситуацию в России.

Современные очень высокие темпы роста численности населения мира в решающей степени определяются темпами его увеличения в развивающихся странах, где в 1994 году проживало около 80% мирового населения.

Так, численность населения мира ежедневно увеличивалась в 1992 году на 254 тыс. человек. Менее 13 тыс. из этого числа приходилось на долю промышленно развитых стран, остальные 241 тыс. – на развивающиеся страны. 60% от этого числа приходилось на страны Азии, 20% - на Африку и 10% - на Латинскую Америку. Столь разительные различия и обусловливают современный «демографический взрыв».

Каковы же основные причины, обусловливающие столь быстрый рост населения в странах? На первый взгляд, причины современного демографического взрыва в развивающихся странах действительно просты: добившись независимости, эти государства получили возможность более широкого использования мировых достижений в области медицины и с помощью мирового  сообщества (ООН, ВОЗ и др.) сумели ликвидировать многие эпидемические заболевания, уносившие десятки тысяч людей. В результате в течение нескольких десятилетий существенно снизилась смертность, что при сохранении высокой рождаемости и привело к резкому повышению естественного прироста. Очевидно, что его снижение возможно только через сокращение рождаемости, тем более что процесс снижения смертности в этих странах продолжается.

В отношении смертности надо подчеркнуть, что продолжается снижение ее общего уровня, обусловленное, в частности, очень  молодой возрастной структурой населения в развивающихся странах, что главным образом и поддерживает мощность современного «демографического взрыва». Менее значительны успехи в снижении младенческой смертности, особенно в наименее развитых странах: наиболее высокой она наблюдалась в 1990-1995 гг.  в Сьерра-Леоне – 165%о, Афганистане – 163%о и Мали – 159%0; и в повышении средней продолжительности предстоящей жизни. Изменяется и сама структура причин смерти, все более приближаясь к современному типу смертности, присущего развитым странам мира, для которого характерно преобладание эндогенных причин смерти (в отличие от традиционного типа с господством экзогенных причин смерти).

Современный «взрыв» населения в развивающихся странах имеет существенные особенности. Первая и главная особенность заключается в том, что если в Европе быстрый рост населения был обусловлен в первую очередь социально-экономическими изменениями, т.е. следовал за экономическим ростом и изменениями в социальной сфере, то в развивающихся странах мы наблюдаем прямо противоположную картину: быстрый рост населения значительно опережает их экономическое и социальное развитие, усугубляя тем самым и без того ложные проблемы занятости, социальной сферы, обеспечения продовольствием, экологии.

Второй отличительной особенностью современного «демографического взрыва» является его мощность, существенно большая, чем в прошлом столетии. Снижение уровня смертности происходит в развивающихся странах значительно быстрее, что при более длительном, чем в Европе, сохраняющемся высоком уровне рождаемости ведет к более интенсивному демографическому росту, обладающему большим аккумулятивным эффектом. Наблюдаемый в 70-90 гг.  прирост населения в развивающихся странах более чем в два раза превышает максимальный уровень, достигнутый в свое время в Европе.

Можно выделить и такую особенность, как масштабность явления. Современный «демографический взрыв» не только происходит в гораздо большем числе стран, непосредственно охватывая большую часть мирового населения, но прямо или косвенно затрагивает все мировое сообщество, превращая локальную демографическую проблему в одну из глобальных проблем современности.

Наряду с наблюдаемым во второй половине XX века демографическим взрывом,  в70-80-е и особенно в 90-е гг. со всей остротой проявился и демографический кризис, затронувший в первую очередь развитые страны мира.

Суть современного демографического кризиса заключается не только в резком ухудшении развития народонаселения, что выражается в резком уменьшении темпов роста численности населения в развитых странах, а в некоторых из них и снижении этого показателя за нулевую отметку, но и в определенном кризисе института семьи, в некотором ухудшении качества развития населения, в демографическом старении.

Наблюдаемая в развитых странах мира тенденция к резкому падению рождаемости значительно ниже уровня, обеспечивающего простое воспроизводств населения (лишь в немногих  из развитых стран нетто-коэффициет воспроизводства в 1994 году был выше 1,0), помимо процесса депопуляции, ведет к значительному демографическому старению, сокращению трудовых ресурсов и увеличению «экономической нагрузки» на экономически активное население, на старение населения или увеличение доли пожилых и старых людей.

















































































2.2  Международная миграция. Социальные, политические и экономические последствия



Не так уж давно выходцы из Третьего мира, обосновавшиеся на тот или иной срок в Западной Европе, Северной Америке, Австралии, воспринимались там исключительно или прежде всего как категория  экономическая – как иностранная рабочая сила. Теперь же все больше о них говорят как о силе социально-политической, которая оказывает серьезное и растущее влияние на общественный климат развитых стран.

Миграционные процессы последнего десятилетия отличаются достаточной сложностью и напряженностью. Все большее число стран мира испытывают в той или иной степени зависимость своего социально-экономического развития от международной миграции. Для некоторых стран это один из важных источников доходов. В 1991 году в Италию от работающих за границей поступило 780 млн. долл., а также «натуральные» трансферты в виде подарков, посылок и т.п., стоимость которых зачастую превышает сумму денежных переводов.

В конце XX века международная миграция населения стала глобальным процессом, охватившим практически все континенты и страны, все социальные слои. В волне перемещений смешались потоки эмигрантов, выезжающих в другие страны навсегда, временных трудовых мигрантов, специалистов, ученых и студентов, беженцев и лиц, ищущих убежище, нелегальных иммигрантов и туристов. За пределами стран происхождения, по разным оценкам, проживает от 80 до 130 млн. человек. К числу крупных центров притяжения населения в развитой части мира, помимо давних и традиционных стран иммиграции – США, Канады, Австралии, добавилась Западная Европа. Несмотря на попытки государств этого региона превратить его в неприступную для иммигрантов из третьих стран крепость на территорию ЕС (главным образом,  в ФРГ (таб.3), Италию, Францию и Англию) ежегодно «прорывается», только с разрешения властей, около 2 мл. иностранцев, что превышает масштабы легальной иммиграции в США ( 700-800 тыс. человек в год).















Таблица 3

Ежегодные абсолютные приросты численности населения ФРГ (тыс. человек)

(По Л. Тарлецкой, 1998)





1992

1993

1994

1995

Прирост общей численности

711,7

372,3

205,8

288,6

в том числе:

Естественный прирост

-76,3

-98,8

-115,1

-119,4

Немцев

-165,2

-189,8

-203,4

-206,3

Иностранцев

88,9

91,0

88,3

86,9

Нетто-миграция

788,0

471,1

320,8

408,0

Немцы

195,2

194,5

168,3

180,7

Иностранцы

592,9

276,6

152,6

227,2



Даже отказ развитых стран от крупномасштабного импорта рабочей силы, антииммиграционные кордоны, усилия по репатриации или ассимиляции пришлого населения не сокращают численности иностранцев – она продолжает расти. В Западной Европе – с 5 млн. в 1950 году до 17 млн. в 1990 году. В США в начале 90-х годов пришлое население насчитывало 21 млн., в Канаде и Австралии – по 4 млн. человек. Доля иностранцев в общей численности населения составляет в основных странах иммиграции 5-15%, в рабочей силе – 10-25%.

В обстановке ужесточения иммиграционной политики, сделавшего для временных иностранных рабочих весьма проблематичными последующие приезды в развитые страны на заработки, многие из них стали не только уклоняться от возвращения на родину, но и добиваться переселения к себе близких родственников. В результате миграция стала цепной – устойчивый приток новых мигрантов пошел по каналам воссоединения семей, а также  по другим каналам, открытым прежними переселенцами, - и превратились в постоянный, неизбежный и фактически необратимый процесс. Сформированные мигрантами сети неформальных социальных связей облегчили массовое проникновение в развитые страны беженцев и нелегальных иммигрантов из числа их соотечественников, придавая иммиграции все более спонтанный и трудно контролируемый характер. Разрастанию иммигрантских общин, особенно при воссоединении семей и растущей феминизации иммиграции, способствовал и интенсивный естественный прирост иностранного населения вследствие высокой рождаемости у выходцев из Третьего мира.

Обрастая сетью разнообразных связей и отношений между иммигрантским общинами и знаменуя собой их новый – трансгосударственный – образ жизни, миграция все более утрачивает характер одностороннего движения иммигрантов из стран происхождения в страны поселения, и приобретает черты транснационального процесса – «трансмиграции», сопровождающейся маятниковым, «челночным» переносом политической практики, процессов и проблем с одной земли на другую. Массовое присутствие иностранцев в принимающих обществах привело к расширению масштабов неправительственных, зачастую не поддающихся эффективному контролю со стороны властей, контактов между странами исхода и приема и усилило подверженность политических систем и тех и других внешним, в том числе дестабилизирующим, политическим влияниям. 

Характерной чертой современного иностранного населения стало преобладание в его структуре длительно проживающих поселенцев, имеющих постоянный вид на жительство. В ФРГ 2/3, а в Австрии и Швейцарии ¾ иностранцев имеют статус постоянных жителей. Средняя продолжительность пребывания иностранцев в Западной Европе превышает 10 лет, причем в Германии ¼ их проживает более 20  лет.

 Постоянные иностранные жители, являясь и производителями национального дохода, и налогоплательщиками, фактически стали членами принимающих обществ. Однако иностранцы с постоянным видом на жительство, не будучи гражданами принимающих обществ, не обрели полноправного членства, что ярко проявляется в их отстранении от процесса принятия политических решений.

Существенной особенностью иностранного населения стало стремительное изменение его этнической структуры – возрастание доли «цветных» иммигрантов, которые прибывают из стран, весьма далеких от принимающих не только географически, но и культурно. Доля лиц, приезжающих в Западную Европу из неевропейских стран, в первую очередь из Азии и Африки, в общем потоке иммигрантов возросла с 26% в 1976 году до 63% в 1991 году. В США процент выходцев из Латинской Америки и Азии в общем числе иммигрантов, прибывающих в страну, увеличился за 1951-1990 гг. с 12% до 88%. К 2020 году этнические меньшинства могут насчитывать там 91 млн. человек – 34% всего населения и около 40% рабочей силы. Приток населения из Третьего мира, сопровождающийся образованием в принимающих государствах новых национальных меньшинств, ведет к изменению сложившегося национально-этнического облика этих обществ.

Расселение иммигрантов, в первую очередь выходцев из развивающихся стран, отличается высокой и все усиливающейся территориальной их концентрацией в ряде городских  районов, создающей местные очаги социальной напряженности, нагнетаемой усилением нагрузки на местные бюджеты, сферу социальных услуг, рынок труда, ухудшением криминогенной и эпидемиологической обстановки.

Еще одним чисто демографическим аспектом воздействия иммиграционных потоков на социальную жизнь принимающих стран является снижение среднего возраста. Это весьма существенно для государств, отнесенных к категории «старых» в соответствии с международной рекомендацией (удельный вес населения старше 65 лет приближается к 15%).  

Ксенофобия и расизм, всегда считавшиеся спутниками иммиграции, в 90-е годы резко усилились, что было спровоцировано кризисными явлениями в экономике, утратой веры в левые утопии, упадком рабочего движения и др. Иммиграцию из неевропейских стран окрестили «иностранной интервенцией», «аннексионизмом Третьего  мира» и даже «биологическим оружием»,а иммигрантов – «внутренними врагами», которым вменяют в вину чуть ли не все экономические и социальные недуги современных обществ и на которых, соответственно, переводится недовольство коренного населения. Даже «к беженцам все чаще относятся не как к жертвам насилия или преследования, а как к угрозе политической и социально-экономической стабильности европейских государств».

Неприятие иностранцев стало весьма распространенным явлением, хотя и не всегда непосредственно проявляющимся и открыто выражаемым. По данным опроса 1992 года, в основных европейских странах иммиграции около 30% населения испытывали  раздражение в связи с присутствием иностранцев. О довольно высокой степени враждебности местного населения к иностранцам говорят также ответы немцев (1398 человек старше 14 лет) в 1993 году по пяти пунктам «шкалы ксенофобии»: недовольство соотношением немцев и иностранцев в жилых кварталах; стремление избегать контактов с иммигрантами; сочувствие публичным агрессивным акциям против них; принадлежность к сторонникам ужесточения иммиграционной политики и ухудшения социально-правового положения иностранцев; сохранение социального отмежевания от этнических меньшинств.  Было выяснено, что 16% респондентов испытывают сильную неприязнь, почти столько же – ее почти не питают и только 15% совсем не питают.

Ксенофобия и межэтнические трения стали серьезной проблемой развитых обществ. В значительной степени они связаны с предрассудками и предубеждениями против иммигрантов. Сравнительные исследования степени ксенофобии местного населения в Германии среди тех, кто ежедневно сталкивается с иностранцами на работе, и тех, кто старается уклоняться от контактов с ними, обнаружили гораздо большую толерантность к иммигрантам у первой группы, чем у второй. Преодоление острой неприязни к определенным группам иностранцев – во многом дело времени, и причем немалого, целенаправленных усилий правительств, общественных организаций и самих иммигрантов.

Современная миграция как социальное явление в большинстве случаев характеризуется усилившимся единообразием мотивации. Для основной массы мигрантов остается главной движущей силой стремление к более высокому уровню жизни, как это было и в конце прошлого века. Тем не менее не следует сбрасывать со счетов и другие факторы. В этой связи уместно кратко привести разработанную МОТ классификацию видов современной международной миграции. Существует пять основных ее типов:

		Переселенцы, т.е. переезжающие на постоянное место жительства. Эта группа мигрантов, как и прежде, ориентирована на переезд в промышленно развитые государства, особенно  в США, Канаду и Австралию. В Европе особое место занимает ФРГ. Однако во всех странах миграционный поток базируется прежде всего на принципе воссоединения семей – первичная иммиграция в последние годы существенно затруднена национальными законодательствами;

		Работающие по контракту, в котором четко оговорен срок пребывания в принимающей стране. В основном это сезонные рабочие, приезжающие на уборку урожая, например из стран Карибского региона в США и Канаду, а также неквалифицированные или мало квалифицированные;

		Профессионалы, которых отличает высокий уровень подготовки, то есть наличие соответствующего образования и практического опыта работы. К этой же группе относят представителей профессорско-преподавательского состава и студентов, свободнее, чем когда-либо прежде, перемещающихся в мировой системе высшего образования;

		Нелегальные иммигранты, в число которых наряду с теми, кто прямо соответствует названию данной категории, входят иностранцы с просроченной или туристической визой, занимающиеся тем не менее трудовой деятельностью. Миллионы представителей этой группы постоянно пребывают в США, государствах Европы, а также в Южной Америке и Африке.

		Беженцы – лица, вынужденные эмигрировать из своих стран из-за какой-либо угрозы. По состоянию на 1995 год их общая численность во всем мире оценивалась в 18 млн. человек. В последние годы отмечен ее рост, особенно в Африке, где только в 1992 году число ищущих убежища увеличилось почти на 1 млн.

Присутствие иностранной рабочей силы – непреложный факт социально-экономической ситуации во всех без исключения странах. К сожалению, размеры этой резервной армии труда не   всегда коррелируют с циклами экономического развития принимающих стран. Соответственно присутствие иностранцев в качестве претендентов на рабочие места может быть как позитивным, так и отрицательным фактором для принимающей страны.

В подавляющем большинстве иностранные рабочие занимают места, не представляющие интереса для местного населения. В  конце 80-х  годов почти 85% экономически активных иммигрантов в ФРГ были заняты на тяжелых, монотонных, а зачастую и опасных работах;. 60% из них относились к разряду неквалифицированных или низкоквалифицированных рабочих. В тот же период во Франции 69% иммигрантов трудились с использованием ручного труда.

Работающие по контракту иммигранты прекрасно осведомлены, что их заработная плата ниже ставок для местного населения, что существуют различия в правилах приема на работу и в очередности увольнения, а также в процедуре признания квалификации. Несмотря на эти и ряд других по существу дискриминационных моментов, немалая – а в некоторых странах и существенная часть -экономически активного населения приходится на иностранцев.

Относительно новым, но стабильным явлением следует признать повышение доли иммигрантов-профессионалов в общей численности трудовых ресурсов. Отсчет процессу «утечки мозгов» был дан в 60-х годах, когда немалое число ученых и инженерно-технических работников высшей квалификации из разных частей света, но особенно из Европы, в частности из Великобритании и Ирландии, эмигрировали в США. Основным побудительным мотивом к перемене места жительства был более высокий уровень оплаты и большие возможности творческого роста.

В настоящее время уместнее говорить о качественно новом этапе этого процесса, который характеризуется несколькими взаимосвязанными и взаимообусловленными чертами.

Во-первых, на смену «утечке мозгов» пришла их циркуляция: произошла диверсификация направлений миграции. США продолжают оставаться общепризнанным центром притяжения для профессионалов. Однако одновременно из промышленно развитых стран представители профессиональной элиты едут на временную работу в развивающиеся страны, такие, как Малайзия или Тайвань.

Во-вторых, принципиально новым явлением стало движение профессионалов не только «к капиталу», но и «одновременно с капиталом или вслед за ним». Прежде всего это связано с деятельностью транснациональных корпораций, имеющих сеть филиалов по всему миру. Для профессионалов это связано с большими возможностями карьерного продвижения.

В-третьих, современному этапу миграции профессионалов присущ принципиально иной организационный уровень, выразившийся в возникновении своеобразной международной корпорации «охотников за головами».

В-четвертых, отмеченная организационная форма теснейшим образом связана еще с одной качественной характеристикой – интеграцией системы высшего образования. Последняя предполагает продолжение обучения студентов  из многих регионов мира, например, в США, стране, авторитет которой в области технической подготовки очень высок. Безусловна результативность подобного способа подготовки специалистов высшего уровня для посылающих стран. Одновременно также отметим, что тысячи иностранных выпускников американских университетов остаются на длительный период, а порой и навсегда работать за океаном.

Все перечисленные качественные характеристики процесса миграции наиболее квалифицированных специалистов отражаются в росте соответствующих статистических показателей, включая общую численность мигрантов и их долю в населении и трудовых ресурсах.

В 90-е годы максимальный удельный вес наиболее квалифицированных трудящихся в численности временно работающих отмечен в США. Одновременно происходит рост их абсолютного числа – 123,2 тыс. и 147,5 тыс. человек.

Аналогичные относительные данные за 1995 год составляли (%): в Канаде – 43; Великобритании – 42; Нидерландах – 28; Германии – 22; Австралии – 18, исключением является Германия, где в 1992 году численность данной группы иммигрантов составляла 115 тыс. против 56 тыс. в 1195 году; т.е. сократилась более чем в два раза. Это результат осуществления программы взаимодействия германских и иностранных предприятий в реализации конкретных проектов, рассчитанных в основном на два года. 

Иммиграция стала важным фактором изменений в партийно-политической системе, в механизмах и институтах политического участия и представительства. Она выявила силу и слабость политических систем и культур. Политика политических партий в отношении этнических меньшинств  во многом показала их способность мобилизовать поддержку и агрегировать интересы. Происшедшие сдвиги особенно зримо вырисовываются в политических успехах, которых добились в 90-е годы партии новых правых и другие экстремистские группы националистической и профашистской ориентации, всплывшие на волне ксенофобии и расизма. Особенно сильный импульс политический экстремизм получил во Франции.

Разыгрывая карту иммиграции в политической борьбе, многие партии, однако, ограничивались предвыборной риторикой и громкими посулами, многим из которых не суждено было воплотиться в практической политике.

Политическое участие иностранцев ограничено низшими уровнями социальной активности и проявляется главным образом в разного рода выступлениях, связанных с использованием гражданских прав, в деятельности профсоюзов, политических и других организаций, консультативных кампаниях. Основными объектами политических акций иммигрантов являются жилье, работа, расизм, иммиграционная политика, политические права и право на гражданство. 

Политическая активность иностранцев привела к постановке на повестку для общественной жизни развитых стран новых политических вопросов, связанных с иммиграцией, к возрождению таких, казалось, забытых приемов политической  борьбы, как голодные забастовки, уличные протесты и бойкоты, к появлению новых групп избирателей, что  в определенной мере содействовало улучшению положения иммигрантов.

Как долгосрочные последствия иммиграции все  более  очевидно в последние годы стали заявлять о себе институционально-правовые и социокультурные проблемы, связанные с образованием новых, неевропейских, национальных меньшинств в принимающих странах и превращением этих стран, прежде отличавшихся более или менее гомогенной этнической структурой, в многонациональные и поликультурные. На смену переставшему работать ассимиляционному подходу приходит мультикультуралистский, предусматривающий равноправие коренного и пришлого населения, сохранение за последним права на культурную автономию, на использование родного языка и вероисповедания.

С учетом растущего культурного многообразия населения Австралия и Канада пересмотрели концепции своей национальной идентичности и реформировали институционально-правовые структуры. Эти страны добились успехов в решении проблем, порожденных новой полиэтничностью общества.            

Крупномасштабная этническая миграция последних десятилетий оказала глубокое воздействие на социально-экономические, политические процессы в принимающих странах и регионах. Она стала фактором серьезных изменений в сфере массового сознания, в политической культуре, партийно-политическом механизме; институционально-правовых основах государства и системе международных отношений. Последствия иммиграции носят зачастую конфликтный, дестабилизирующий характер, проявляющийся в межэтнических трениях, усилении политических позиций антидемократических сил, в "диких" забастовках и акциях протеста иностранцев, в их оппозиции режимам на родине.

Предпринятые принимающими странами попытки свести к минимуму «деструктивное» воздействие миграции, адаптироваться к новым общественно-политическим реальностям, свидетельствуют о достаточно большой гибкости современных западных политических и правовых систем. В этом смысле иммиграция сыграла заметную роль в развитии и обновлении политических и правовых институтов и механизмов, в первую очередь системы политического и представительства, гражданства и конституционного права.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              





































2.3  Тенденции: урбанизация



Современный этап развития мирового сообщества часто называют «эпохой крупных городов», а сам процесс урбанизации – «тихой революцией» XX столетия. Действительно, именно на вторую половину текущего века приходится пик практически всех основных количественных параметров городского роста, а конец столетия в определенной мере подводит черту экстенсивному развитию урбанизации. Если раньше урбанизация рассматривалась как своего рода производная прочих важных глобальных процессов формирования социально-экономического ландшафта планеты, то к настоящему времени результаты городского роста определились в самостоятельную движущую силу развития общества. Это хорошо отражают закономерности территориальной концентрации производительных сил мирового сообщества, в том числе образование обширных, часто трансграничных, городских форм расселения, возникновение наднациональных центров мировой экономики, так называемых «мировых городов», и многие другие.

Человечество находится на пороге целого ряда кардинальных эволюционных переломов в своем развитии. Так, в ближайшем десятилетии, согласно последним оценкам экспертов ООН, ожидается, во-первых, прекращение роста и последующая убыль абсолютной численности сельского населения, а во-вторых, еще раньше, уже в самом начале XXI века свершится эпохальное событие – численность городского населения превзойдет общее число сельских жителей. Таким образом, городские отношения во всей широте своего социального содержания будут количественно закреплены и официально признаны в качестве доминирующих (таб. 4).





























Таблица 4

Изменение основных параметров урбанизации мира, 

1950-2010 гг.

(По Н.А. Слука, 2000)



Показатели

Годы



1950

1970

1990

2000

2010

Общая численность населения мира (млн. чел.), в том числе:

2524

3702

5282

6091

6890

Городских жителей

750

1357

2279

2890

3586

Сельских жителей

1774

2345

3003

3201

3304

Доля городского населения, %

29,2

36,6

43,1

47,4

52,0

Доля крупногородского населения:



В городском населении, %

26,4

32,4

34,7

37,6

40,1

Во всем населении, %

7,7

11,9

14,9

17,8

20,8

Среднегодовые темпы роста:



Городского населения, %

3,0

2,6

2,4

2,2

2,0

Сельского населения, %

1,2

1,6

0,7

0,4

0,1

Число агломераций людностью:



Более 500 тыс. чел.

185

340

577

737

871

Более 1 млн. чел.

83

165

282

372

474

Средняя людность «городов-миллионеров», млн. чел.

2,4

2,7

2,8

2,9

3,0



Весьма неоднородной остается картина и по уровню урбанизованности различных стран. Так, с одной стороны, в 2/5 всех государств мира явно преобладает сельское население (преимущественно страны Африки и Азии), а с другой – в 52 государствах или чуть менее 1/5 (23,4%) доля горожан превышает 75% (страны Европы, Северной и Латинской Америки). Другое дело, что в отличие от параметра региональной концентрации территориальная контрастность урбанизации имеет устойчивую тенденцию к сокращению. Разрыв уменьшается за счет динамичного прироста горожан в развивающихся странах при его стабилизации и даже стагнации в большинстве экономически развитых государств. На сегодняшний день 9/10 всего прироста городского населения планеты приходится именно на развивающиеся страны, особенно азиатского региона, которые, собственно, во многом и определяют современное «лицо» мирового процесса урбанизации. 

В результате гетерогенности и разнотемповости развития процесса урбанизации в различных странах и регионах городской ландшафт мира в последнее время испытывает глубокие трансформационные подвижки. Это хорошо фиксируется, например, коренным изменением распределения городского населения между развитыми и развивающимися государствами.

В географическом плане равнодействующая городского роста однозначно указывает на существенной сдвиг в генеральном направлении с Запада на Восток. Хотя точнее было бы говорить о «возврате на Восток», который еще с древнейших времен и вплоть до середины XIX века считался более городским, чем Запад.

Одним из наиболее ярких атрибутивных свойств современного процесса мировой урбанизации является динамичный рост  как абсолютного числа крупных городов, в том числе мегагородов, так и концентрации в них населения (таб.4). Достаточно сказать, что в середине столетия «городами-миллионерами» располагала только каждая седьмая страна мира, а в настоящее время – уже каждая третья. Ныне на планете насчитывается около 370 агломераций с населением более 1 млн. жителей, в которых проживает примерно 37% горожан и 17% всего населения планеты. Перманентное увеличение удельного веса крупных и сверхкрупных городов в демоурбанистической структуре мира в целом, а также как развитых, так  и развивающихся стран, однозначно свидетельствует об опережающих  в них темпах роста населения по сравнению с городскими образованиями более низких иерархических рангов.

Очевидно, что формирование системы крупногородского расселения мира следует в канве общих тенденций процесса урбанизации. Хотя именно в этом случае наиболее ощутимо усиление позиций стран «третьего мира». Так, за последний полувековой период в развитых государствах численность как всего, так и крупногородского населения практически удвоилась, а в развивающихся странах шестикратное увеличение количества горожан сопровождалось десятикратным ростом крупногородского населения. Удельный вес крупногородского населения в современной демоурбанистической структуре каждого из «двух миров» практически одинаков: 36,1% - для экономически развитых стран и 35,9% - для развивающихся, хотя еще в середине века соотношения были совсем другими -  соответственно 29,1 и 22,5%.

Важно подчеркнуть, что пространственное распределение крупногородских форм расселения характеризуется значительной контрастностью. Различия между субрегионами мира только по абсолютному числу крупнейших городских центров достигают двух порядков На сегодняшний день лидирующие позиции ао числу «городов-миллионеров» занимают Восточная и Юго-Центральная Азия, отличающиеся сравнительно невысоким уровнем урбанизированности территории, но располагающие целым рядом стран с многочисленным городским населением и развитой, многоядерной сетью расселения. На долю этих двух регионов приходится более 1/3 всех «городов-миллионеров» мира. Еще одну треть рассматриваемых агломераций аккумулируют Северная Америка и Европа, а замыкают ранжированный ряд  регионов Меланезия, Микронезия и Полинезия, в которых на сегодняшний день нет ни одного города людностью более 600 тыс. жителей.

 К концу XX столетия в целом ряде экономически наиболее развитых стран мира стабилизировалась достигшая максимума концентрация производительных сил в городской среде, крупнейшие городские центры окончательно оформились в качестве своего рода интегральных элементов социально-экономического «ландшафта» планеты, а процесс урбанизации становится все более значимой преобразующей силой. В современных условиях возникает новая общественно-географическая парадигма. Если по выражению В.В. Покшишевского, «территорией заведует география», то современной социально-экономической географией все в большей мере начинает заведовать геоурбанистика. В силу этого изучение опыта формирования «командного состава» территорий видится немаловажным, если не ключевым, вопросом перспективных географических исследований.













































2.4   Старение населения в развитых странах на примере стран ЕС



1999 год был объявлен ООН международным годом пожилых людей. Старение населения – один из знаменательных демографических процессов, который нельзя ни остановить, ни повернуть вспять. Мир вступил в «век пожилых людей».

Старением населения демографы называют увеличение относительной доли лиц пожилого возраста. Население страны считается постаревшим или стареющим, когда эта доля превышает 7-8% общей его численности. В большинстве экономически развитых государств Запада к категории пожилых принято относить людей 65 лет и старше. В некоторых странах (в развивающихся и в России) границей считают 60 лет.  Вообще граница пожилого возраста всегда будет условной, поскольку психологические, биологические или социальные параметры останутся индивидуальными.

В некоторых странах, например во Франции и Швеции, первые признаки старения населения наметились еще в прошлом столетии, но никогда раньше  увеличение доли старших возрастов не происходило столь быстро и масштабно, как ныне.

Таблица 5

Удельный вес населения 65 лет и старше в странах ЕС,  (%)

(По О. Осколковой, 1999)





1975

1997

2020 (прогноз)

Австрия

Бельгия

Великобритания

Германия

Греция

Дания

Ирландия

Испания

Италия

Люксембург

Нидерланды

Португалия

Финляндия

Франция

Швеция

Для сравнения:

     США

15

14

14

14

13

13

11

11

12

14

11

10

11

13

15



10

15

16

16

15

16

15

12

16

16

14

13

15

14

15

18



12

19

18

21

22

18

20

13

17

19

20

19

16

22

19

21



16

Сейчас в 15 странах ЕС, где проживает 374 млн. человек, около 57 млн., в среднем 15%, находятся в возрасте 65 лет и старше. Самая молодая страна – Ирландия (11,5%), а самая старая – Швеция (17,5%). Однако в ближайшие десятилетия разрыв будет уменьшаться. Во втором десятилетии XXI века доля стариков в странах ЕС достигнет пика, ибо в пожилой возраст вступят поколения, родившиеся в период последнего бэби-бума (1946-1964 г.). По сравнению с западноевропейскими странами США – более молодое государство: лиц 65 лет и старше здесь менее 13%.

Причины старения населения в странах ЕС двойственны. С одной стороны, это спад рождаемости, который приводит к сокращению доли детей и молодежи. С другой – рост продолжительности жизни. Средняя ожидаемая при рождении продолжительность жизни в странах ЕС в целом в 1996 году превысила 80 лет для женщин и 74 года для мужчин. Дольше всех живут в Швеции, меньше других – в Португалии.

Какие экономические и социальные последствия имеет старение населения? Во-первых, увеличивается доля пенсионеров по возрасту. Во-вторых, увеличение доли пожилых людей ставит перед обществом задачу организации ухода за ними, тем   более, что удельный вес лиц старше 80 лет растет быстрее, чем доля пожилых людей в целом. С 1960 по 1990 годы численность населения 80 лет и старше выросла в странах ЕС с 5 до 12 млн. человек, то есть на 140%. В-третьих – медицинское обслуживание пожилых, потребность в котором по мере старения, естественно, возрастает. Медицинское обслуживание требует дополнительных средств, расширения сети медицинских, геронтологических учреждений, качественной перестройки системы здравоохранения. В-четвертых, занятость пожилого населения, обеспечение работой «молодых пожилых», желающих работать.

Не менее важно сохранение у пожилых активной жизненной позиции, вовлечение их в общественную жизнь, борьба с одиночеством. Один из путей – привлечение «молодых пожилых» к уходу за престарелыми.

Старение населения воздействует на структуру материального производства и сферы услуг, изменяя ассортимент товаров и услуг в соответствии с запросами пожилых клиентов. Требуется изменить и некоторые технологические операции, приспособить машины и оборудование к возрастным особенностям работников. Запросам старших возрастов должны также отвечать возможности и удобства пользования средствами транспорта.

Определенная часть пожилого населения в государствах ЕС хочет и может работать. Однако в ряде стран существуют законы и подзаконные акты, которые устанавливают возраст, когда человек должен оставить работу. В большинстве стран ЕС такой границей является 65 лет. Но жизнь не всегда укладывается в жесткие предписания законодателей. Поэтому в соответствии с некоторыми пенсионными системами поощряется досрочный выход на пенсию.

С одной стороны, налицо  тенденция более раннего выхода на пенсию, что в отдельных странах ведет к некоторому снижению пенсионных выплат. С другой – часть профессионалов, особенно высокого уровня, не желает выходить на пенсию даже в установленное законом время. В целом, доля работающих после 65 лет сокращается. Это не относится к фермерским хозяйствам, где люди трудятся до преклонного возраста, но доля занятых в сельском хозяйстве невелика и продолжает уменьшаться.

Если обратиться к статистике занятости мужчин в возрасте 60-64 лет, то окажется, что в 1994 году в 9 странах ЕС доля работающих в этой возрастной категории была наиболее велика в Швеции – 68%,  Дании – 57  и Великобритании – почти 57%, минимальна в Австрии – 21,5%.После 65 лет доля работающих резко падает. Сопоставление данных 1970, 1975 и 1980 гг. отчетливо отражает неуклонное сокращение доли работающих пожилых, т.е. налицо тенденция более раннего выхода на пенсию даже у мужчин (таб. 6).

Таблица 6

Участие пожилого населения некоторых стран ЕС в экономической деятельности

(По О. Осколковой, 1999)





Годы

мужчины

Женщины

Все население





55-64

65 и выше

55-64

65 и выше

55-64

65 и выше

Великобритания



Германия



Испания



Италия



Финляндия



Франция



Швеция 



1970

1985

1970

1985

1972

1985

1970

1984

1970

1985

1970

1985

1970

1985

91,3

66,4

82,2

57,5

84,2

66,3

48,2

38,2

71,1

57,8

75,4

50,1

85,4

76,0

20,2

7,6

19,9

5,2

25,9

5,9

12,9

8,9

19,0

10,6

19,5

5,3

28,9

11,0

39,3

34,1

29,9

23,9

22,0

20,0

10,6

10,5

46,3

52,9

40,0

31,0

44,5

59,9

6,4

3,2

6,5

2,5

7,7

2,1

2,6

2,1

4,4

4,8

8,6

2,2

8,7

3,2

63,9

49,7

52,0

38,4

50,9

42,3

28,8

23,5

57,2

55,1

56,8

40,1

64,6

67,7

11,7

4,9

11,7

3,4

15,3

3,7

7,0

5,0

10,1

7,0

12,8

3,4

18,0

6,8

Огромный приток женщин (часто высокообразованных) на рынок труда ведет в некоторых странах к вытеснению пожилых мужчин. Применение принципиально новой техники и технологии производства также вытесняет старшее поколение из состава рабочей силы. Переподготовку пожилых  предприниматели считают невыгодной – средства целесообразнее вкладывать в обучение молодых, перспективных работников, у которых впереди еще много лет трудовой жизни.

Процесс старения населения тесно связан с эволюцией, которую претерпевает в европейских странах институт семьи. Сейчас в результате крупных социальных, демографических и экономических изменений семья разобщена по поколениям и часто не может обеспечить ухода за престарелыми родственниками. Доля пожилых, живущих со своими детьми или родственниками, неуклонно сокращается.

Некоторые специалисты утверждают, что семья разваливается и даже существует опасность ее полного исчезновения как общественного института. Во всяком случае размер семьи во всех странах  ЕС уменьшается. В основном современная семья состоит из родителей и несовершеннолетних детей. Женатые дети, как правило, не живут со своими родителями и  все меньше хотят и могут оказывать им материальную помощь. 

За последние десятилетия в странах ЕС число домашних хозяйств, состоящих только из пожилой супружеской пары, выросло. Увеличилось и число одиноких стариков, которые иногда объединяются для совместного проживания, но это редкие случаи. Все меньше стариков живет с другими родственниками. При этом старики-родители часто сами высказывают желание жить отдельно, хотя и неподалеку, от детей.

Различия между странами ЕС по условиям жизни стариков довольно велики. В Швеции, например, подавляющее большинство пожилых людей живет удовлетворительно. Риск оказаться за чертой бедности здесь самый низкий в ЕС. В этой стране также самая низкая доля населения, которое не доживает до 60 лет, - всего 8%. Что касается некоторых других стран ЕС, то там перспектива  не дожить до 60 лет такова (%): Великобритания, Ирландия, Италия, Нидерланды, Норвегия – 9, Бельгия и Испания – 10, Германия, Финляндия и Франция – 11, Дания – 12.

«Бум стариков» постепенно охватывает весь мир, порождая немало проблем. Человечество должно отдавать себе отчет  в важности задач, выдвигаемых в «век пожилых», признать ценность старшего поколения, стимулировать людей всех возрастов. Страны Европейского союза уже немало сделали для достойной жизни пожилого населения. Но всеобъемлющая государственная политика еще ждет своей разработки. 



















































































ДЕМОГРАФИЯ НА ТЕРРИТОРИИ БЫВШЕГО СССР



3.1  Восточная Европа



Демографам хорошо известна обозначенная Джоном Хаджналом прямая линия Петербург – Триест: на протяжении столетий демографическое поведение большинства населения к западу и к востоку от этой линии существенно различалось. Но сейчас эта граница стирается, ибо в главном обе части Европы движутся в одинаковом направлении, обе пережили период демографической модернизации – демографический переход, в результате чего на всем протяжении от Дублина и Лиссабона до Урала  и даже дальше – до Владивостока, установился одни и тот же тип демографического поведения, определяемого одними и теми же материальными и социокультурными детерминантами. Разумеется, и сейчас сохраняются многие, нередко очень важные различия. Но это различия – в рамках одного исторического типа поведения. Их преодоление не требует резких скачков и переворотов, происходит и будет происходить постепенно.

Особенно отчетливо сближение типа демографического поведения заметно на примере рождаемости. Еще недавно различия были велики. Сто женщин из поколений, родившихся в России в последнем пятилетии XIX века, давали жизнь 408 детям, тогда как их французские сверстницы – 210, а шведские – 194. Если же обратиться к поколениям женщин, родившихся около 1940 года, то станет видно, что рождаемость в европейских республиках СССР во многих случаях опустилась ниже  западноевропейских отметок. 

На протяжении всего послевоенного периода сближение уровней рождаемости во всех европейских странах – несмотря на некоторые отличия в фазах колебаний показателей – становилось все более очевидным. Это сближение – естественное следствие сходства таких ключевых для демографического поведения факторов, как степень урбанизации и образ жизни в городах, уровень образования и положение женщины, требования, предъявляемые к подрастающим поколениям, ощущение родителями ответственности за будущее детей и т.п. Современные реформы, переход к рыночной экономике в постсоветских государствах еще больше усиливают их сходство с Западной Европой, а тем самым и действие факторов, предопределяющих конвергентное демографическое развитие. 







Коэффициент суммарной рождаемости в некоторых европейских странах,  1950-1995 гг.

(По  А. Вишневскому, 1998)































Рис. 1





В отличие от показателей рождаемости показатели смертности и продолжительности жизни указывают на большие различия, существующие между Восточной  и Западной Европой. Уже более 30 лет ожидаемая продолжительность жизни в России и других бывших республиках СССР либо не растет, либо даже сокращается, особенно резким было ее падение в первой половине 90-х годов. Для западных стран это был период успехов в борьбе со смертностью, так что  разрыв между западом и востоком Европы все время увеличивался. 

Однако в долговременной перспективе положение выглядит несколько иначе. До середины 60-х годов эволюция смертности в СССР напоминала ее эволюцию в Японии. Бывшие советские республики сравнительно успешно преодолели этап «первой эпидемиологической революции»,  когда устанавливается контроль над инфекционными болезнями и резко снижается смертность от них, в особенности детская, и на первое место выходят «болезни цивилизации», прежде всего болезни органов кровообращения и рак. В этот момент и произошло сближение России и Японии с большинством западных стран, разрыв между ними стал минимальным. Сближение было не только количественным: все страны европейской культуры, как в самой Европе, так и за океаном, включая и европейские республики СССР, а также Япония в своих усилиях по продлению жизни оказались перед лицом общего врага. Борьба с ним в 60-80 годы была успешной и принесла замечательные плоды. Младенческая смертность в странах Европейского союза за 1960-1990 гг. сократилась в 4,5 раза, ожидаемая продолжительность жизни мужчин выросла на 5,3, женщин – на 6,7 года. Но Советский Союз не участвовал в этой борьбе, а потому и не получил ее плодов. По ряду известных экономических и политических причин, вся система здравоохранения людей в СССР оказалась в затяжном кризисе и не смогла ничего противопоставить ни «болезням цивилизации», ни давлению социогенных и техногенных факторов, обусловивших очень высокую смертность от внешних причин.



Изменение ожидаемой продолжительности жизни в России, США, Франции и Японии с 1980 г.

(По А. Вишневскому, 1998) 































Рис.2



Этот кризис не преодолен и сейчас, он даже обострился в 90-е годы. Проблемы смертности в постсоветском пространстве – это проблемы городских, промышленных обществ европейского типа, и они могут быть решены только теми же способами, какими они были решены на Западе. Нарастающее отставание в продолжительности жизни ощущается постсоветскими странами все более болезненно, заставляет из стремиться к замене дивергентных тенденций конвергентными, а значит, к «европеизации». 

Главные стимулы к сближению, диктуемые сходными демографическими тенденциями, связаны с общими особенностями роста населения, в которых находят обобщенное выражение три процесса: изменение рождаемости, смертности и возрастной структуры.

Уже долгое время и на востоке и на западе Европы идет непрерывное сокращение естественного прироста населения. В странах ЕС он сократился с 7,9 на тысячу в 1960-1964 гг. до 1,4 на тысячу в 1990-1994 гг. В 1994 г он опустился до 1 на тысячу. В некоторых из этих стран уже с 70-х годов отмечался отрицательный естественный прирост. Сейчас пришла очередь бывших советских республик, значительная часть постсоветского пространства  в 90-е годы превратилась в зону демографической депрессии, где наблюдается самая значительная в Европе естественная убыль населения. Однако и в тех европейских странах, где положение более благополучно, естественный прирост населения также невелик. Соответственно повсюду возрастает роль миграции как фактора роста численности населения (рис. 3). 



Компоненты прироста населения Европейского Союза и России, 1960-1995 г.

(По  А. Вишневскому, 1998)































Рис. 3















3.2  Россия на карте мира



Распад Советского Союза изменил не только политико-административные границы на 1/6 земного шара.     Совсем другим стало место России на демографической карте мира – не сравнимое с тем, которое занимал СССР. И изменения эти коснулись не только количественных, но и качественных характеристик.

Возьмем численность населения. Она составляла в 1990 году в СССР 288,6 млн. человек, в том числе в Российской Федерации – 148,2 млн. В 2000 г. в СССР должно было по прогнозам, проживать 308 млн. человек. С 1992 года в России началось абсолютное сокращение численности населения – ежегодно на 200-400 тыс. и на начало 1999 года здесь проживало 147,1 млн. – менее половины предполагавшегося к тому времени населения Советского Союза . Сокращение происходило за счет естественной убыли и было бы еще большим, если бы не миграция из бывших союзных республик, компенсирующая больше половины естественной убыли.

Советский Союз по численности населения занимал третье место в мире; Россия сегодня – на шестом месте. Ныне на Россию приходится около 2,5 % мирового населения – в 2 раза меньше, чем в 1990 году (5%). Если оправдаются прогнозы ООН (1996 г.), то население России сократится до 138 млн. к 2015 году и до 114 млн. к 2050 году и страна выпадет из первой десятки самых крупных по населению государств мира. Уже через несколько лет ее обгонит Пакистан, затем Бразилия, Бангладеш, Нигерия, Иран, Эфиопия и Заир. В конечном итоге к 2050 году по числу жителей Россия окажется на 15 месте.

Сегодня общий прирост населения России выражается отрицательной величиной (-0,2% в 1995 году) из-за превышения смертности над рождаемостью. Говоря о современной России следует упомянуть, что вопрос о том, нужен ли нам рост населения, носит дискуссионный характер. Нет единства мнений и среди демографов. Когда государство не в состоянии на современном уровне выхаживать младенцев, лечить больных детей, когда семья и общество не могут обеспечить каждого ребенка полноценным питанием и уходом, гарантировать детям условия для интересного досуга и отдыха, когда в детских домах в 2,5 раза больше детей, чем было после войны, а 4 млн. детей – бомжуют, можно ли сокрушаться по поводу низкой рождаемости. 

Общий коэффициент рождаемости в России почти в 2 раза ниже,  чем был в СССР (1989г. – 17,6). Это связано с выходом среднеазиатских республик с очень высокой рождаемостью и с падением этого показателя по самой Российской Федерации.  Содержать и воспитывать детей в России становится большой роскошью. Даже скудные пособия на детей не всегда выплачиваются, а все виды льгот семьям с детьми не могут идти  ни в какое сравнение с тем, что имеет место в большинстве стран Западной Европы. Нежелание рожать детей в сочетании с невысоким уровнем развития служб планирования семьи и доступа к контрацептивам (они слишком дороги) ставит Россию на малопочетное Iе место в мире по числу абортов. В начале 90-х годов в России делалось около 100 абортов на 1000 женщин детородного возраста (в США – 20, в странах Западной Европы – менее 10).

Как и во всех развитых государствах, в России происходит процесс старения населения. По удельному весу лиц 65 лет и старше (12%) она приближается к странам Западной Европы и Северной Америки (от 12 до 15%). Сегодня удельный вес лиц нетрудоспособного возраста в России существенно вырос и составлял в 1997  году 20,7%. Такая высокая доля пенсионеров тяжелым бременем  ложится на экономику.

После 1987 года средняя продолжительность жизни стала падать, и только в последние годы наметился ее слабый подъем. В 1996 году продолжительность жизни в России составила 65,9 лет, в 1997 году – 66,9 лет. По данному показателю мы отстаем от большинства развитых стран на 12-15 лет. Ни в одной стране Восточной Европы, включая Украину, Белоруссию и Молдавию, нет такой низкой продолжительности жизни, как в России.

Основные причины снижения средней продолжительности жизни в России по сравнению с советскими временами очевидны. Низкое качество, нехватка питания, ухудшение медицинского обслуживания, недоступные цены на хорошие лекарства, нарастающее загрязнение среды, усиление нервно-психических нагрузок, травматизм на производстве, рост алкоголизма и наркомании. Если в странах Запада мужчины, достигнув пенсионного возраста, который там выше, чем в России, имеют шанс прожить еще 10-15 лет, то в нашей стране многие мужчины даже при низком пенсионном возрасте умирают, так и не дожив до пенсии.

Россия – высокоурбанизированная страна. По удельному весу городского населения (76%) она стоит в одном ряду с США и Францией, значительно уступая Германии, Англии, Швеции, Бельгии и Нидерландам (84-89%).

Что ожидает Россию в демографическом отношении в ближайшей перспективе к 2010 году? Государственный комитет по статистике РФ разработал три варианта демографических прогнозов. По среднему из них в России будет 140 млн. жителей, рождаемость несколько повысится до 11,4 на 1000, смертность будет по-прежнему превышать рождаемость, так что естественная убыль населения составит около 0,5% в год. Что же касается ожидаемой средней продолжительности жизни, то специалисты даже не решаются ее прогнозировать. 

Еще одно важное изменение в этно-демографическом облике страны произошло после распада СССР. Хотя  Россия осталась многонациональным государством, но по сравнению с прошлым сильно изменился национальный состав населения и его структура. Второй по численности национальностью России (после русских) стали татары. В Советском Союзе по переписи 1989 года они находились на шестом месте. После  татар по численности вслед за украинцами идут чуваши, башкиры, белорусы, мордва и удмурты.





























































ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Заканчивая работу, хочу выделить главное. 

		Численность населения мира продолжает расти, причем не одинаково в разных регионах – лидируют, так называемые, страны третьего мира;

		Рождаемость в целом растет, но если судить  в мировом масштабе  - медленно, хотя в некоторых странах предпринимаются попытки уменьшения рождаемости (государственные программы, просвещение);

		Общий уровень смертности снижается, но успехи в снижении детской смертности незначительны. Причины смертности становятся все более эндогенными;

		В экономически развитых государствах происходит старение населения: увеличивается процент лиц пожилого возраста к общему количеству населения страны. Эта тенденция все более расширяется;

		Все большими темпами урбанизируются государства, особенно ярко  этот процесс выражается в Азиатских странах;

		Россия: рождаемость уменьшается, смертность в основном от неестественных причин, также как и в  США и странах ЕС наблюдается старение населения.











































ПРИЛОЖЕНИЕ

Таблица 1

Основные демографические показатели по регионам,

 1975-2015гг.

(По Кваша А.Я., Ионцевой В.А.)



Регионы

Численность населения (млн)

Средняя продолжительность жизни при рождении

Городское население (%)

Доля населения в возрасте:









До 15 лет

65 лет и старше

Мир

1995

2015



5759

7609



64,7

70,2



45,2

55,6



31,9

27,1



6,5

7,8

Развитые страны

1995

2015





1224

1366





74,6

77,5





74,2

80,8





20,9

19,5





12,9

15,4

Развивающиеся страны

1995

2015





4515

6242





62,4

68,6





37,2

50,1





34,9

28,9





4,8

6,2

Африка

1995

2015



744

1265



53,0

61,1



34,7

47,6



44,8

40,0



3,1

3,3

Латинская Америка

1995

2015





482

637





68,0

72,0





74,2

81,8





33,8

26,4





5,1

7,1

Северная Америка

1995

2015





292

341





76,1

78,8





76,4

82,2





21,8

19,0





12,6

14,4

Азия

1995

2015



3408

4461



64,8

71,1



31,2

47,3



32,2

25,5



5,4

7,3

Европа

1995

2015



516

540



75,2

78,0



75,0

81,6



19,0

18,2



14,1

16,8



Таблица 2

Численность населения и основные компоненты ее изменения в России по разным сценариям прогноза

 (По Кваша А.Я., Ионцевой В.А.)



Годы

Численность населения (тыс.)

Число родившихся (тыс.)

Число умерших (тыс.)

Число иммигрантов (тыс.)

Число эмигрантов (тыс.)

Прирост (убыль)

(тыс. человек)













Всего

В том числе















Естест.

Миграц.

Пессимистический сценарий

2012

2017

147205

143777

1644,3

1484,0

2356,7

2386,7

1200,0

1095,0

1137,0

1106,0

-649,4

-913,7

-712,4

-902,7

63

-11

Средний сценарий

2012

2017

149912

148856

1838,2

1709,4

2078,5

2073,0

1254,0

1195,0

1169,0

1161,0

-155,3

-329,6

-240,3

-363,6

85

34

Оптимистический сценарий

2012

2017

153230,2

153661

2039,7

1941,6

1940,2

1952,1

1226,4

1230,4

1209,0

1214,0

117,0

5,9

99,6

-10,5

17,4

16,4















































ЛИТЕРАТУРА



		Вишневский А. Постсоветское демографическое  пространство: Восточная Европа или интегративная часть Европы. МЭ и МО, 1998 №5 – с.122-127

		Осколкова О. Россия на демографической карте мира. МЭ и МО, 2000 №2 – с.70-72

		Осколкова О. Старение населения в странах ЕС. МЭ и МО, 1999 №10 – с.74-83

		Слука Н.А. Урбанистическая панорама мира на пороге  XXI века. Вестник Московского Университета, 2000 №2 – с. 7-12

		Современная демография. Под ред. Кваша А.Я. и Ионцевой В.А. М.: Издательство Московского Университета, 1995 – 270 с.

		Тарлецкая Л. Международная миграция и социально-экономическое развитие. МЭ и МО, 1998 №7 – с.140-145

		Цапенко И. Социально-политические последствия международной миграции населения. МЭ и МО, 1999 №3 – с.52-63