Гараманты – властелины Сахары

Гараманты – властелины Сахары

А. Подцероб, кандидат исторических наук 

На первый взгляд Джерма, лежащая на шоссе Себха – Гат, ничем не отличается от десятков других оазисов, разбросанных по ливийской Сахаре. Вдоль дороги вытянулись одноэтажные глинобитные дома, магазинчики, авторемонтные мастерские. На центральной площади – мечеть, полицейский участок, бензоколонка, школа. Вдоль домов пробираются ослики, нагруженные связками сухой травы для очагов. В кафе посетители пьют маленькими глотками из крошечных стаканчиков чай с мятой... 

И все-таки Джерма не обычный поселок. В течение полутора тысяч лет она, известная под названием Гарама, была столицей некогда могущественного государства – Гарамантиды. О нем писали "отец истории" Геродот, греческий географ Страбон, римский историк Плиний. Римляне считали гарамантов своими самыми опасными противниками по ту сторону Средиземного моря. 

Происхождение гарамантов, принадлежащих к белой средиземноморской расе, точно неизвестно. Скорее всего, они были одним из тех таинственных "народов моря", которые вторгались в Северную Африку в XV-XII веках до н. э. В XI веке до н. э. гараманты, перебравшиеся в центр Сахары, создали свое государство. В VIII веке до н. э. их царство уже включало в себя весь нынешний Феззан (или феццан), южные районы Триполитании и значительную часть Мармарики. 

Среди тысяч петроглифов на скалах Акакуса, одного из отрогов горного массива Тассили, находящегося в Ливии, мне удалось разыскать изображения гарамантов – высоких длинноногих людей в белых одеждах и красных плащах. На ногах – сандалии, страусовые перья украшают головы, в руках они держат луки. А вот изображения гарамантских колесниц: распластавшиеся в беге четверки коней, возницы, хлещущие их кнутами, задние колеса быстро набирающих скорость повозок отрываются от земли. 

На карте отмечена линией территория, бывшая некогда государством Гарамантида. В скобках указаны древние названия. 

Сердцем, центром Гарамантиды было вади (так арабы называют сухие долины в пустынях) Аль-Аджьяль, где находилось большинство гарамантских поселений, включая Гараму. И до сих пор оно представляет собой цветущую плодородную долину, по которой разбросаны небольшие селения, колодцы, пальмовые плантации, растет тамариск. С одной стороны блестят под ослепительными лучами солнца ярко-желтые барханы песчаного моря, с другой – высятся мрачные черного цвета горы, окаймляющие плато Мурзук. На их склонах глаз выхватывает бесчисленные уступы. Это – захоронения гарамантов. Они разбросаны по всему вади Аль-Аджьяль то отдельными погребениями, то в виде целых некрополей. Иногда могилы гарамантов (обнаружено уже 45 тысяч захоронений) выглядят как сооруженные из песчаника небольшие курганы, в других случаях – как окруженные камнями овальные углубления либо как небольшие стеллы. На равнине также видны следы древней цивилизации: от гор, словно бусы, тянутся цепочки холмиков. То входы в построенные гарамантами подземные галереи (фоггары), дренировавшие влагу водоносных горизонтов и направлявшие воду к оазисам. Такие сооружения позволяли избежать весьма значительных в пустыне потерь воды, сберечь ее от испарения. Строительство фоггар требовало точных инженерных расчетов и тщательного исполнения: по всей длине фоггары надо было соблюдать равномерный и очень незначительный перепад высот – миллиметр или даже меньше на метр. Трудно представить себе усилия, потребовавшиеся для сооружения таких тоннелей, если длина каждого составляет несколько километров. А ведь работы проводились лишь при помощи мотыг да корзин для переноски земли! Всего в вади Аль-Аджьяль около 200 фоггар, две из которых действовали еще в 50-е годы XX столетия. 

Развалины, оставшиеся от столицы царства – Гарамы. 

На протяжении вади Аль-Аджьяль цепочкой тянутся оазисы, взращенные много веков назад гарамантами. Цепочки невысоких холмиков на первом плане отмечают входы в фоггары – подземные туннели, построенные гарамантами для сбора воды, орошающей оазисы.

Акакус. Этим наскальным рисункам (см. также стр. 115), на которых гараманты изобразили себя, свои колесницы, более тысячи лет.

Жители Гарамантиды занимались земледелием и оседлым скотоводством. Время от времени они совершали набеги на соседние страны, и в египетских папирусах гараманты упоминаются среди народов, вторгавшихся в Египет. Однако своему расцвету Гарамантида обязана не земледелию, не скотоводству и не военным экспедициям, а транссахарской торговле. Мы не знаем имени человека, проведшего через Сахару первый караван. Но совершенное им сравнимо по значимости с открытием морского пути вокруг Африки, и он заслуживает такого же восхищения потомков, как Васко да Гама. 

За первым караваном последовали десятки, сотни, тысячи других. Сахару пересекли многочисленные караванные пути, связавшие Гараму с Чадом, Нигером, Суданом, Томбукту на юге и Карфагеном, Сабратой, Эа (современный Триполи) и Лептис-Магной на побережье Средиземного моря. Особое значение имел путь, проходивший через пустыню из Карфагена в Египет, Аравию и страны Леванта. Благодаря ему карфагеняне смогли вести длительные войны с греками, а затем с римлянами, избегая блокады, когда на море шли боевые действия, а прибрежные дороги оказывались захваченными противником. 

Караваны проходили по Сахаре тысячи километров. Трудности пути усугублялись тем, что товары тогда перевозили не на верблюдах, а на лошадях, ослах, мулах – на животных, не очень-то приспособленных для путешествий по пустыне. В те времена верблюды использовались только в Азии (вплоть до Аравии), но в Северную Африку они почему-то не проникали. Верблюды появились здесь лишь в начале нашей эры, тогда же, когда на Аравийском полуострове распространились лошади. С этого времени ливийский верблюд и арабский скакун "вступили в историю". 

С побережья Средиземного моря и с островов Греческого архипелага купцы доставляли в тропическую Африку ткани, текстиль, оружие. Из Судана, Центральной и Западной Африки караваны везли в Карфаген, Триполитанию, Киренаику, Египет и Сирию рабов, слоновую кость, драгоценные камни, страусовые перья, дерево. Особенно ценным товаром была добывавшаяся на разбросанных по Сахаре озерах соль: ее продавали на побережье по той же цене, что и редкие металлы. Сборы с караванов, налоги на пальмы, соль и торговлю на рынках, поступления от государственных монополий ежегодно приносили царству средства, сравнимые с бюджетом некоторых современных африканских государств. 

Гарамантида стала уникальным для античности явлением – самобытной цивилизацией, возникшей в пустыне (единственным аналогом ей была, пожалуй, лишь Пальмира). Власть в царстве находилась в руках знати, занимавшейся торговлей и сбором налогов. Гараманты играли при этом роль "господствующего класса". Основное же население составляли берберы. Жили на территории царства и "черные эфиопы" – таинственная, полностью исчезнувшая раса, населявшая Сахару с незапамятных времен. Потом в Гарамантиду начали переселяться жители побережья, спасавшиеся от войн, опустошавших Северную Африку. В центре Сахары вновь прибывшие получали возможность жить в мире и безопасности. 

Столица царства, Гарама, была большим, окруженным мощными стенами городом, вытянувшимся на 5 километров с запада на восток и на 3, 5 километра с севера на юг. Ее расцвету способствовало, в частности, падение Карфагена (см. "Наука и жизнь" № 10, 2000 г.). Когда в 146 году до н. э. римляне уничтожили богатый Карфаген, его уцелевшие жители, а среди них немало искусных зодчих и строителей, бежали в Гарамантиду. В город вели четверо сориентированных по сторонам света ворот. Восточные назывались "Большими", южные – "Праведными", а западные – "Воротами Учителя". В северо-западной части Гарамы расположилась цитадель, где находился царский дворец. С запада и юга ее полукольцом охватывали пальмовые плантации, а с севера к городу подступали возвышающиеся на 200-300 метров цепи барханов. 

В VI веке до н. э. в Северной Африке появились персы. В 525 году до н. э. они завоевали Египет, после чего греки, финикийцы и берберы Киренаики признали власть персидских царей. Гарамантида, однако, сохранила независимость. И дело не только в том, что ее защитила пустыня. У гарамантов была сильная и, главное, хорошо приспособленная для действий в Сахаре армия, состоявшая из кавалерии и колесниц. В нее входили отряды следопытов, инженерные подразделения (обученные в том числе засыпанию колодцев) и части, предназначенные для действий в тылу противника (что-то вроде современного спецназа). 

Во II веке до н. э. на границах царства появился новый грозный противник – римляне. Но даже им потребовалось более ста лет, чтобы покорить гарамантов. Римляне продвигались вперед шаг за шагом. Цепочки их военных поселений сдвигались все дальше и дальше к югу, оттесняя гарамантов в глубь пустыни. Наконец, в 19 году до н. э. Рим нанес решающий удар. 

В точке, где сейчас сходятся границы Ливии, Алжира и Туниса, находится один из самых красивых оазисов Сахары – Гадамес. Особенно сильное впечатление производит старый город с его перекрытыми, похожими на коридоры улочками и тихими затененными площадями. В садах зреют апельсины, лимоны, мандарины. Через плантации финиковых пальм на высоко поднятых дамбах проложены окаймленные высокими стенами дороги. По пустыне метет песчаная поземка, а на улицах оазиса царят приятная прохлада, покой, умиротворение. На скамейках, вделанных в стены домов, сидят, как белые статуи, исполненные достоинства арабы. Прямой уверенной походкой проходят туареги в синих одеяниях с закутанными лицами. В толпе то и дело мелькают яркие одежды негров тубу... 

В нескольких километрах от Гадамеса высится одинокий холм. С него открывается захватывающий вид на уходящие за горизонт дюны Большого восточного эрга (песчаной пустыни) и на покрытые черными камнями хамады – каменистой пустыни ливийской и алжирской Сахары. Вершина холма окружена разрушенными крепостными стенами, внутри которых сохранились фундаменты каких-то построек. Это все, что осталось от Кидамуса – второго по величине и значению города Гарамантиды. 

Во главе подошедшего к Кидамусу легиона стоял проконсул Африки Л.-К. Бальба, в молодости отважно сражавшийся в войсках диктатора Гая Юлия Цезаря, затем с беспощадной жестокостью управлявший римскими провинциями, а теперь выполняющий личный приказ императора Августа покорить Гарамантиду. Ее жители оказывали врагу ожесточенное сопротивление, но силы были слишком неравны. Римляне взяли крепость штурмом, а цветущий оазис предали огню и мечу. 

На следующий год Бальба двинулся из Кидамуса на Гараму. Следует отдать должное мужеству легионеров. Насколько сложен был переход, мы убедились, проехав по тому же маршруту в комфортабельном "Лендкрузере", слушая льющуюся из динамиков музыку и наслаждаясь веющей из кондиционера прохладой. Бескрайние просторы мрачной хамады, кое-где пересеченной руслами высохших десятки тысяч лет назад рек, сменяют громоздящиеся друг на друга барханы, затем вновь начинается каменистая пустыня. На всем 800-километровом пути до Джермы встречается лишь два-три колодца с солоноватой водой, а в путеводителе как особая достопримечательность отмечена акация, одиноко стоящая посреди пустыни в 400 километрах от Гадамеса. Легионеры проделали весь путь в тяжелом вооружении, нагрузив запасы пищи и воды на вьючных животных. 

Для гарамантов появление у их столицы закаленных в боях воинов стало катастрофой. Соорудив из вырубленных пальм осадные машины, римляне взяли Гараму штурмом и разрушили ее. Мощь Гарамантиды была подорвана навсегда. Ее жители признали себя вассалами Рима. В Кидамусе и некоторых других оазисах были расквартированы подразделения Африканского легиона. Для Рима эта победа имела столь важное значение, что впервые полководца, не являвшегося римским гражданином (Бальба – уроженец Пиренейского полуострова), римский народ удостоил триумфа.

Гараманты не сразу смирились с поражением. В течение нескольких десятилетий они поднимали восстания, которые неизменно жестоко подавлялись, и римские войска вновь и вновь подступали к Гараме. Лишь в конце I века н. э. гараманты осознали, что величию их царства пришел конец. В 89 году царь Гармантиды посетил Рим и Галлию, встретился с императором Домицианом и подписал с ним соглашение, по которому в Гараме разместился римский гарнизон, а гараманты обязались помогать римлянам охранять караванные пути. 

В конце 90-х годов нашего времени римляне совместно с гарамантами организовали две торговые экспедиции на юг. Первая из них достигла "страны эфиопов", а участники второй, длившейся четыре месяца, вышли к реке Конго. С этого времени Гарамантида стала своеобразным мостом через Сахару для римских купцов, направлявшихся в тропическую Африку за рабами и слоновой костью. 

Шло время. Рим начал клониться к упадку. Наступали времена смут, мятежей, междоусобиц. В 355 году Гараму захватили донатисты – участники религиозного движения, направленного против официального христианства, а в 395-м ее разрушили восставшие берберы. В V веке н.э. Северную Африку завоевали вандалы. Однако проникнуть в Сахару германское племя так и не сумело, и Гармантида вновь обрела независимость, хотя и на короткое время. В VII веке на ее границах появились арабы, народ, привычный к пустыне и вдохновлявшийся только что возникшей новой религией – исламом. Завоевав Египет, они в 642 году двинулись на Киренаику, а оттуда на Гараму. Их было совсем немного – четыре тысячи человек, которые тем не менее всего за год преодолели две тысячи километров, пройдя с боями от Мармарики до гор Джебель-Нафусы в северо-западной части страны. Гарама была разорена, ее царь взят в плен. Легкость, с которой арабы везде добивались своей цели, объясняется тем, что местное население, видя в них освободителей от гнета иноземцев и от притеснений собственных правителей, оказывало им всяческую помощь. 

Гарамантида прекратила свое существование, ее жители арабизировались, приняли мусульманство. Гараманты смешались с другими народами, став родоначальниками туарегов кель-аджер. Потомками гарамантов считает себя и живущее в Нигере племя гарма. 

Проходили века. История Гарамантиды погружалась все глубже и глубже в прошлое, память о ней стиралась. Но сохранились легенды о находившемся в центре пустыни государстве, о существовавшей там загадочной цивилизации. Может быть, отголоски этих легенд и побудили французского писателя П. Бенуа написать роман "Атлантида", в котором рассказывается о потомках атлантов, обитающих в недоступных районах Сахары. 

Сегодня о Гарамантиде и гарамантах известно не так уж много. Сведения о них почерпнуты в основном из греческих и римских, а также египетских источников. В Акакусе, правда, сохранились надписи на гарамантском языке, сделанные древнеливийским алфавитом – тифинаром. Как говорили нам пользующиеся им до сих пор туареги, они могут читать эти надписи, но не понимают их смысла. Наши проводники утверждали, что попытки расшифровать гарамантский язык, в том числе и с помощью компьютеров, предпринимались не раз, но все они закончились безрезультатно. Остается лишь ждать и надеяться, что настанет день, когда надписи в Акакусе "заговорят" и расскажут о жизни гарамантов – исчезнувшего народа, бывшего властелином центральной Сахары в течение полутора тысяч лет. 

От Гарамы, находящейся рядом с современной Джермой, мало что осталось. Как ни редко идут в Сахаре дожди, за многие сотни лет они размыли глинобитный город. Сохранились лишь стены домов, цитадели, царского дворца. И когда мы бродили по улицам Гарамы, на память пришли строки О. Хайяма: 

Где высился чертог в далекие года 

И проводила дни султанов череда, 

Там нынче горлица сидит среди развалин 

И плачет жалобно: "Куда, куда, куда?..