Системность международного права

ТЕМА



Системность международного права



																
СОДЕРЖАНИЕ

																

																1. Системность международного права

																1.1 Система международного права

																1.2 Кодификация и прогрессивное развитие международного права

																Список использованных источников

																кодификация международный право

																
1. Системность международного права

																

																1.1 Система международного права

																

																Международное право - это не просто совокупность разнообразных норм, но, как и национальное право, система норм, взаимодействующих и соподчиненных друг другу.

																Система международного права, имея схожие свойства с национальной правовой системой, достаточно специфична. В отличие от национальной правовой системы она характеризуется двумя типами соотношения норм:

																- отношения соподчинения, называемые иерархией норм, устанавливающие связь по вертикали;

																- отношения взаимодействия, обеспечивают связь по горизонтали.

																Иерархическая зависимость норм международного права означает существование норм высшего и низшего порядка и проявляется в различных видах иерархических связей. 

																Выделяется общая, генеральная иерархия, согласно которой высший иерархический ранг принадлежит нормам jus cogens (императивным нормам), включающим, в первую очередь, основные принципы международного права. Как уже указывалось, их высокий статус определяется тем, что все иные нормы права должны соответствовать императивным нормам, в противном случае они теряют юридическую силу. В Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. правовая оценка императивных норм как норм высшего порядка регламентируется следующим образом: «Договор является ничтожным, если в момент заключения он противоречит императивной норме общего международного права» (ст. 53).

																Кроме того, имеется договорная иерархия норм, например, устанавливаемая в соответствии со ст. 103 Устава ООН, согласно которой, если международные обязательства государств — членов ООН «окажутся в противоречии с международными обязательствами по какому-либо другому международному соглашению, преимущественную силу имеют обязательства по... Уставу». Согласно ст. 311 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. она имеет «преимущественную силу в отношениях между государствами-участниками перед Женевскими конвенциями по морскому праву от 29 апреля 1958 г.».

																Особая иерархическая связь присуща нормам, закрепляемым в актах международной организации. Во-первых, на вершине иерархической пирамиды находится устав международной организации. Все документы, принимаемые международной организацией, не могут противоречить уставным положениям. Во-вторых, иерархия актов международной организации зависит от уровня органа, принимающего их, в структуре международной организации. Например, решения Исполнительного совета ЮНЕСКО (исполнительного органа) не могут противоречить резолюциям Генеральной конференции (высшего органа ЮНЕСКО). Наряду с соподчиненностью норм международного права, они взаимодействуют между собой, устанавливая горизонтальные связи. Такой характер связей свойствен полисистемным нормам, действующим одновременно в рамках различных отраслей международного права. Так, нормы, запрещающие загрязнение окружающей среды, имеются в международном морском праве, международном воздушном праве, международном космическом праве, международном экологическом праве. Нормы, относящиеся к институту правосубъектности, используются во всех отраслях международного права. Кроме того, полисистемные нормы с одинаковым объектом регулирования содействуют формированию в рамках отрасли международного права институтов и подотраслей, структурируя таким образом нормативную систему международного права.

																Наряду с различными видами взаимосвязей норм международного права, его системность обеспечивается и иными системообразующими элементами. К ним относится, по мнению Н.И. Ушакова, ряд юридических предписаний - постулатов, максим, используемых как в международно-правовой, так и в национальных правовых системах, а именно: непротиворечивость; неретроактивность норм; изменение или отмена предыдущей нормы последующей; приоритет специальной нормы по отношению к генеральной.

																Требование непротиворечивости норм является взаимосвязующим элементом между общими (универсальными) нормами международного права и региональными, партикулярными и локальными нормами. Учитывая то, что абсолютное большинство норм общего международного права носит диспозитивный характер, т.е. допускает отклонения при регулировании сотрудничества субъектов на региональном либо двустороннем уровне, требование непротиворечивости устанавливает границы такого отклонения. Во-первых, такое отклонение не должно нарушать права любого третьего субъекта, не участвующего в этом соглашении. Во-вторых, региональная либо локальная норма не должна быть несовместима с объектом и целями общей нормы международного права.

																Так, Венская конвенция о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 г. закрепляет общую норму, согласно которой новое независимое государство (государство, возникшее в результате деколонизации) не обязано сохранять в силе или становиться участником какого-либо договора, который распространялся на его территорию в момент правопреемства (ст. 16). В то же время Конвенция допускает возможность для такого государства путем уведомления о правопреемстве стать участником многостороннего договора, который распространяется на его территорию в момент правопреемства (п. 1 ст. 17). Однако Конвенцией устанавливается, что вышеуказанное положение не применяется, если «из договора явствует или иным образом установлено, что применение этого договора в отношении нового независимого государства было бы несовместимо с объектом и целями этого договора...» (п. 2 ст. 17).

																Требование неретроспективности означает, что нормы международного права не имеют обратной силы, т.е. действуют только с момента вступления в силу договора. В Венских конвенциях по праву международных договоров 1969 г. и 1986 г. прямо указывается, что «Конвенция применяется к таким договорам, которые заключены после вступления в силу Конвенции...» (ст. 4). Требование неретроактивности норм имеет особое значение для института ответственности в международном праве, так как ответственность субъекта международного права наступает за нарушение международного обязательства, действовавшего в отношении субъекта в момент нарушения. Однако требование неретроактивности не распространяется на императивные нормы международного права, которые согласно Венским конвенциям 1969 г. и 1986 г. обладают обратной силой: любой действующий договор, оказавшийся в противоречии с новой императивной нормой «становится недействительным и прекращается» (ст. 64).

																Правила о преимуществе специальной нормы перед генеральной применяется во всех правовых системах, в соответствии с латинским изречением lex specialis derogat lex generali, означающим, что специальный закон отменяет общий. Такая зависимость между специальными нормами, уточняющими и конкретизирующими общую по содержанию основную, генеральную норму, характерна как для действия институтов в рамках отраслей международного права, так и определения соотноси- мости различных групп норм в рамках сложной по структуре многостатейной конвенции.

																Показательной в этом плане является Конвенция ООН по морскому праву 1982 г., регулирующая права и обязанности в отношении пользования морскими пространствами прибрежных государств, государств, не имеющих выхода к морю (внутриконтинентальных), и находящихся в иных неблагоприятных географических ситуациях. Так, в главе V, именуемой «Исключительная экономическая зона», сначала идет основная статья, устанавливающая общий режим исключительной экономической зоны (ст. 55), затем группа специальных статей, определяющих права и обязанности прибрежного государства в исключительной экономической зоне, определяющих статус внутриконтинентального государства в этой зоне, и регулирующих права государств, находящихся в географически неблагоприятном положении. Вместе с тем, несмотря на преимущество специальных норм, они тесно связаны с генеральной нормой, без учета содержания которой нельзя понять смысл специальных норм.

																Системообразующим элементом, характерным для любой правовой системы, является также правило (максима), согласно которому последующая норма отменяет или изменяет предыдущую. В латинской формуле lex posteriori derogat priori это правило означает, что закон последующий отменяет предыдущий. Иллюстрацией этого правила может служить ст. 30 Венских конвенций по праву международных договоров, регулирующая применение последовательно заключенных договоров, относящихся к одному и тому же вопросу. Согласно этой статье, «если все участники предыдущего договора являются также участниками последующего договора, но действие предыдущего договора не прекращено... он применяется только в той мере, в какой его положения совместимы с положениями последующего договора».

																Таким образом, рассмотренный механизм связи и взаимодействия норм международного права обеспечивает его целостность и функционирование как самостоятельной правовой системы. В структурном плане система международного права по аналогии с национальной правовой системой состоит из отраслей, подотраслей и институтов.

																

																1.2 Кодификация и прогрессивное развитие международного права

																

																Кодификация является обязательной стадией правотворчества в любой правовой системе, способствуя ее совершенствованию и прогрессивному развитию.

																Под кодификацией в международном праве понимается сложный правотворческий процесс, включающий несколько стадий:

																1) выявление действующих обычных и договорных норм по вопросу, подлежащему кодификации;

																2) ревизия и пересмотр устаревших норм;

																3) разработка новых норм и принципов с учетом реалий и потребностей международных отношений;

																4) закрепление всего комплекса норм и принципов в согласованном государствами международно-правовом документе: договоре (конвенции) либо в декларации, общем акте, руководстве по практике.

																Попытки кодификации международного права предпринимались отдельными юристами уже в XVIII в. Английский юрист и философ И. Бентам подготовил «План Уложения международного». Рекомендованный им кодекс зафиксировал действующие в то время преимущественно обычные нормы классического международного права. В XIX в. уже ряд юристов подготовили свои кодексы. Среди них Блюнчли (Швейцария), Фильд (США), Манчини и Фиоре (Италия), Каченовский (Россия), Либер (Колумбия). Общим, что объединяло все указанные кодификации, было то, что они носили частный характер, были подготовлены на неофициальном уровне и являлись лишь систематизацией, регистрацией действующих норм классического международного права. Такое узкое понимание кодификационного процесса было характерно и для доктрины международного права этого периода.

																Первые шаги в официальной кодификации международного права были сделаны в начале XIX в. созывом в 1815 г. Венского конгресса, принявшего Регламент о рамках дипломатических агентов. В доктрине международного права этот кодификационный документ оценивают как свидетельство нового понимания кодификационного процесса. Регламент не только закреплял действующие ранги дипломатических агентов, но и вводил в международную практику новые.

																Аналогичное, более широкое понимание кодификационного процесса, не ограничивающееся систематизацией норм международного права, но и содействующее его развитию, проявилось в ходе работы международных конференций, происходивших в 60-80-х гг. XIX в. (Женевская 1864 г., Петербургская 1868 г., Парижская 1884 г., Гаагская 1889 г.) и начале XX в. (Гаагские конференции 1906 г. и 1907 г.), занимавшихся кодификацией норм относительно законов и обычаев морской и сухопутной войны и мирного разрешения международных споров. Принятые конференциями декларации и конвенции не только обобщали обычную и договорную практику государств, но и внесли значительный вклад в формирование и развитие международного права в области регулирования вооруженных конфликтов.

																Новых тенденций в кодификационном процессе придерживались и первые международные межправительственные организации Лига Наций и Международная организация труда, созданные в 1919 г. и осуществлявшие кодификационную деятельность. Так, в принятой Ассамблеей Лиги Наций Резолюции в 1927 г., касающейся созыва I конференции по кодификации, подчеркивалось, что «Конференция должна руководствоваться таким пониманием кодификации, которое не будет ограничиваться простой регистрацией существующих правил, а должно состоять в их максимально возможной адаптации к современным условиям международной жизни».

																Что касается доктрины международного права, то под влиянием новой практики кодификационного процесса, в ней появилось два подхода: большинство, особенно западноевропейские юристы, придерживались старого узкого понимания кодификации, меньшинство - латиноамериканские юристы - были сторонниками широкой трактовки кодификации, указывая на то, что «кодификация должна быть обобщением международных законов, но обобщением прогрессивным, открытым для реформ». Следует отметить, что широкая трактовка кодификационного процесса получила полное признание в современной доктрине.

																Кодификация международного права в современном понимании этого процесса стала осуществляться после Второй мировой войны в рамках международных межправительственных организаций - универсальных и региональных, созданных в этот период. Это привело к использованию в международной практике двух форм кодификационной деятельности: официальной к неофициальной.

																Официальная кодификация в настоящее время осуществляется в рамках международных межправительственных конференций и организаций, обладающих нормотворческой функцией (например, ООН, ИКАО, МОТ, ИМО, ЮНЕСКО, СЕ, СНГ, Африканский союз, ОАГ и др.).

																Неофициальная кодификация проводится в рамках неправительственных организаций и научных учреждений (например, Институт международного права, Ассоциация международного права), неправительственными правозащитными организациями.

																Однако статус таких форм кодификации не одинаков. Представляется справедливой позиция А.П. Мовчана, согласно которой «кодификация международного права - это вид межгосударственной деятельности, имеющий в силу этого только официальный характер». Проекты конвенций, подготовленные научными учреждениями или неправительственными организациями, могут использоваться как вспомогательный материал при проведении кодификации в рамках международных межправительственных организаций, так как любой неофициальный проект не может рассматриваться как кодифицирующий нормативный акт, если он не получил одобрение со стороны государств.

																Среди международных межправительственных организаций, занимающихся кодификационной деятельностью, первостепенная роль в кодификации норм общего международного права принадлежит Организации Объединенных Наций, в силу универсальности ее нормотворческой функции, регулирующей сотрудничество государств во всех областях. Уставом ООН Генеральной Ассамблее (далее - ГА ООН) (один из главных органов ООН) предоставлены полномочия по организации исследований и даче рекомендаций в целях содействия и поощрения прогрессивного развития международного права и его кодификации (ст. 13). Такая регламентация компетенции ГА ООН вызывала оживленные дискуссии в доктрине относительно того, что означают выражения «прогрессивное развитие международного права» и «кодификация международного права» и считать ли прогрессивное развитие международного права и кодификацию автономными или взаимосвязанными элементами единого кодификационного процесса.

																Спор в дальнейшем был разрешен трактовкой указанных терминов в Положении о Комиссии международного права ООН (далее - КМП ООН) 1947 г. - главном кодифицирующим органе ООН. В Положении указывалось, что выражение «прогрессивное развитие международного права» означает подготовку проектов конвенций по вопросам, которые еще не регулируются международным правом либо не'имеют достаточной практики государств; выражение «кодификация» употребляется в смысле более точного формулирования и систематизации международного права в тех областях, где имеется обширная государственная практика, доктрина и прецеденты (ст. 15). Очевидно, что при такой трактовке кодификация и прогрессивное развитие международного права выступают как обязательные элементы кодификационного процесса, тесно взаимосвязанные друг с другом, что было подтверждено работой самой КМП ООН и других кодификационных органов.

																Структурно кодификационный механизм ООН включает:

																- главные органы ООН: ГА ООН, Экономический и Социальный Совет ООН (далее - ЭКОСОС);

																- специальные кодификационные органы, действующие на постоянной основе: КМП ООН, Комиссия по правам человека, Комитет по мирному использованию атомной энергии;

																- временные кодификационные органы ad hoc, учрежденные для разработки проекта конкретной конвенции (например, Специальный комитет по разработке Конвенции против транснациональной организованной преступности).

																Центральное место среди перечисленных органов занимает КМП ООН, вспомогательный орган ГА ООН, учрежденный ею в 1947 г. для разработки проектов универсальных конвенций или иных кодификационных документов с целью кодификации и прогрессивного развития международного права. КМП ООН состоит из 34 членов, избираемых ГА ООН из числа кандидатов, представленных государствами - членами ООН, сроком на пять лет. Основное требование к кандидатам - быть признанным авторитетом в области международного права. В составе

																КМП ООН не может быть двух граждан одного государства. Члены КМП ООН не являются представителями государств, а выступают ь своем личном качестве.

																При формировании КМП ООН соблюдается критерий «обеспечения представительства всех главнейших форм цивилизации и основных правовых систем мира» (ст. 8). Выполнение данного условия приводит к постепенному расширению состава КМП ООН: от 15 членов в первые годы деятельности до 34 членов в настоящее время.

																Универсальность состава КМП ООН, представляющего все регионы земного шара, можно проиллюстрировать на примере ее состава на 2002 г. Европейский регион представлен 9 юристами (Англия, Испания, Германия, Франция, Финляндия, Польша, Словакия, Российская Федерация, Португалия); американский регион - 7 (США, Венесуэла, Мексика, Коста-Рика, Уругвай, Аргентина); африканский регион — 7 (Южная Африка, Гана, Камерун, Уганда, Мозамбик, Танзания); арабский регион - 4 (Сирия, Катар, Тунис, Бахрейн); азиатский регион - 5 (Китай, Япония, Иран, Корея, Индия).

																Темы для кодификации после проведения определенных исследований предлагаются Комиссией международного права ООН и окончательно утверждаются резолюцией Генеральной Ассамблеей ООН. На 2003-2006 гг. в программу кодификационной работы КМП ООН включены следующие темы: оговорки к международным договорам, дипломатическая защита, односторонние акты государств, ответственность международных организаций, международная ответственность за вредные последствия действий, не запрещенных международным правом, фрагментация международного права, общие природные ресурсы.

																При определении тем, подлежащих кодификации, КМП ООН и ГА ООН (Шестой комитет) руководствуются следующими критериями:

																а) актуальность для международного сотрудничества;

																б) наличие обширной практики государств, судебных прецедентов и доктрины международного права;

																в) имеющиеся доктринальные разногласия.

																Различная судебная, законодательная и договорная практика государств не исключает возможности согласования позиций государств, достижения компромисса, а следовательно, и получения их одобрения кодификационного проекта. Значимость указанных критериев при определении тем для кодификации можно проиллюстрировать на примере работы исследовательской группы, созданной КМП ООН в 2002 г. для определения вопросов, подлежащих кодификации в рамках общей темы «Фрагментация международного права».

																Обосновывая необходимость включения в кодификационную программу вопроса о функции и применении норм lex specialis (специальные нормы), исследовательская группа в своем докладе приводила такие аргументы: норма lex specialis является одним из аспектов юридической аргументации, тесно связанной с идеей международного права как правовой системы; принцип, согласно которому специальное право есть отступление от общего права, является традиционной и общепринятой максимой правового толкования и методом разрешения коллизий между нормами; существует обширное прецедентное право, основанное на использовании принципа lex specialis. Оно широко используется как в рамках одного документа, так и для определения соотносимости договорной и обычной нормы, либо двух недоговорных норм в практике как государств, так и международных организаций; указанный принцип «не только наилучшим образом отражает требования контекста договора, но и наилучшим образом отражает намерения тех, кто должен выполнять обязательства в соответствии с этим принципом».

																Кодификационный процесс начинается с назначения Специального докладчика и формирования рабочей группы из членов КМП ООН для оказания помощи Специальному докладчику в подготовке первоначального текста Проекта статей по кодифицируемой теме. КМП ООН разрабатывается вопросник, рассылаемый через Секретариат ООН государствам-членам с целью выяснения, какова законодательная, судебная и договорная практика по вопросу, являющемуся объектом кодификации. Получив такие материалы, Специальный докладчик с учетом доктринальных подходов готовит первоначальный Проект статей и представляет его на обсуждение членов КМП ООН.

																Ежегодно КМП ООН представляет доклад о своей работе ГА ООН, включающий подготовленные проекты статей с комментариями, содержащими:

																а) ссылки на прецеденты, договоры, судебные решения и доктрину;

																б) выводы относительно степени согласия по каждому аспекту доктрины и практики государств, возникших при обсуждении «разногласий, а также аргументов в пользу того или иного решения (ст. 20).

																Подготовленные КМП ООН проекты отсылаются Секретариатом для замечаний шестому комитету ГА ООН и государствам. Спецдокладчик и рабочая группа учитывают их при дальнейшей работе над подготовкой Проекта статей и представляют вновь на рассмотрение КМП ООН. Кроме того, отдельные государства, международные межправительственные и неправительственные организации по своей инициативе могут заниматься разработкой проектов статей, которые через Секретариат ООН представляются КМП ООН, решающей по своему усмотрению вопрос о возможности их использования в качестве вспомогательного материала.

																Обширность материала, который приходится рассматривать и обобщать Спецдокладчику и членам КМП ООН, несходство позиций государств свидетельствует о сложности процесса кодификации международного права и обусловливает его затяжной, длительный характер. Так, процесс разработки Проекта статей об ответственности государств длился 45 лет с 1956 г. по 2001 г., при этом сменилось 12 специальных докладчиков, что во многом объяснялось доктринальными разногласиями и обширной разнообразной практикой государств.

																Итогом работы КМП ООН является подготовка окончательного Проекта статей, который затем предлагается ГА ООН для вынесения резолюции об одобрении и рекомендации государствам-членам «с целью заключения конвенции» (например, Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией 56/ 589 от 12 декабря 2001 г. приняла к сведению Проект статей об ответственности государств за международно-противоправные деяния, а затем предложила их государствам в качестве проекта для заключения будущей конвенции либо, созвав конференцию, для доработки заключения конвенции (ст. 25).

																Большинство проектов статей, подготовленных в рамках КМП ООН, рекомендовались ею для окончательной доработки и принятия на международной конференции, созываемой на основе резолюции ГА ООН. Таковы были Венские конвенции по праву международных договоров 1969 г. и 1986 г.; Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 г.; Венская конвенция о консульских сношениях 1963 г.; Венская конвенция о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера 1975 г., Венская конвенция о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 г., Венская конвенция о правопреемстве государств в отношении государственной собственности, государственных архивов и государственных долгов 1983 г.

																Кроме того, ГА ООН может не одобрить Проект статей, представленный КМП ООН, и вернуть ей для доработки и окончательной редакции (ст. 23). Так случилось с Проектом Конвенции о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности, которая в 2001 г. была отправлена ГА ООН на доработку в КМП ООН и в 2004 г. Конвенция была принята ГА ООН.

																Наиболее успешным результатом кодификационной работы КМП ООН является разработка кодифицирующей конвенции. Однако КМП ООН, с учетом наличия разнообразной практики по кодифицируемому вопросу, может прийти к выводу о необходимости ограничиться только выработкой Проекта статей в форме Руководства для государств по данному вопросу. Таково было решение КМП ООН относительно юридической формы Проекта статей по теме «Оговорки к международному договору». Комиссия международного права ООН единогласно, с одобрения Генеральной Ассамблеи ООН, выраженного в ее резолюциях 48/31 и 49/51, пришла к решению не вносить изменения в соответствующие положения Венских конвенций 1969, 1978, 1986 гг., касающихся оговорок, а разрабатывать проект Руководства по практике, который не будет «сводом императивных норм, а будет являться кодексом рекомендованной практики, цель которого состоит в побуждении государств к пересмотру своих оговорок к договорам для определения их актуальности в рамках развития внутреннего права государств».

																Следует отметить, что кодификационная деятельность КМП ООН носит отраслевой характер, направленный преимущественно на кодификацию норм общего международного права, регулирующих отдельные институты и подотрасли международного права. Показательна в этом смысле кодификация подотраслей и институтов, проведенная Комиссией международного права ООН в рамках такой важной отрасли международного права, как право внешних сношений. КМП ООН были разработаны Проекты 4-х действующих конвенций: Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 г., Венская конвенция о консульских сношениях 1963 г., Конвенция о специальных миссиях 1969 г., Венская конвенция о представительствах государств в их отношениях с международными организациями универсального характера 1975 г. Столь же плодотворная кодификационная работа КМП ООН осуществляется в области права международных договоров.

																Таким образом, анализ кодификационного процесса, осуществляемого Комиссией международного права ООН, свидетельствует о ее определяющей роли в совершенствовании и прогрессивном развитии международного права.

																

																
Список использованных источников

																

																1. Васильева Л.А. Международное публичное право: курс интенсивной подготовки / Л.А. Васильева, О.А. Бакиновская. – Минск: ТетраСистем, 2009. 256 с. 

																3. Лукашук, И.И. Нормы международного права в международной нормативной системе / И.И. Лукашук. - М.: Спарк, 1997.

																3. Марочкин, С.Ю. Проблема эффективности норм международного права / С.Ю. Марочкин. - Иркутск: Изд-во Иркутского университета, 1988.

																4. Международное право: учеб. Для вузов по специальности и направлению «Юриспруденция» / Н.Г. Беляев – 2-е изд., изм. и доп. – Млсква: Норма: Изд. Дом «Инфра-М», 2002. – 577 с.

																5. Международное публичное право. Общая часть: учеб. Пособие / Ю.П. Бровка [и др.]; под ред. Ю.П. Бровки, Ю.А.Лепешкова, Л.В.Павловой. \ Минск: Амалфея, 2010. 496 с.