Быт чиновничества и разночинцев во второй половине XIX века и начала XX века

2



СОДЕРЖАНИЕ



Введение………………………………………………………………………...…2

1. Историческая эпоха во второй половине 19 века и начале 20 века…………9

2. Быт чиновников и разночинцев во второй половине 19 века и начале 20 века………………….…………………………………………………………….11

Заключение……………………………………………………………………….22

Литература………………………………………………………………….........23




ВВЕДЕНИЕ



Курсовая работа на тему «Быт чиновничества и разночинцев во второй половине 19 века и начала 20 века». Для раскрытия данной темы очень важно выяснить, кто же такие чиновники и разночинцы, чем они занимались, какую работу проводили, где служили и т.д.

Итак, чиновничество в России, совокупность лиц, имевших чины и состоявших на гражданской службе. Зародилось с возникновением в Русском государстве 16 веке системы приказов. Сложившаяся в них иерархия чинов (судья, думный дьяк, дьяк, подьячий) вскоре распространилась и на местные государственные органы. Приказные судьи, наместники (до середины 16 в.) и воеводы, а также дьяки назначались царём и боярской думой. За свою службу они получали поместья и крепостных. Подьячих назначал Разрядный приказ. С ростом государственного аппарата число дьяков и подьячих увеличивалось (в начале 17 в. дьяков было 55, в 1676 — 103 в приказах и 35 в уездах). В 80-х гг. 17 в. в 37 приказах служило около 2 тыс. подьячих.

С установлением в России в начале 18 века абсолютизма приказы были заменены коллегиями. Законодательство Петра I закрепило обязательность и пожизненность службы для дворян, к службе привлекались выходцы из духовенства, купечества, мещанства и государственные крестьяне. В 1-й четверти 18 в. положение чиновничества было оформлено законодательно. Высшие чиновники — президенты коллегий и губернаторы — назначались царём и Сенатом, низшие чиновники после упразднения в 1711 Разрядного приказа — Сенатом. Генеральный регламент 1720 установил единообразие структуры и порядок деятельности коллегий и других правительственных учреждений. Табель о рангах 1722 ввела единую систему чинов, узаконила замещение постов в армии и государственном аппарате по личным заслугам, способностям и опыту. Всё чиновничество разделилось на табельное (классное) — 14 классов — и внетабельное (канцеляристы, копиисты, подканцеляристы). С 1764 чиновники стали получать государственное денежное жалование, но вплоть до начала 19 в. сохранялась и такая форма поощрения высшего чиновничества, как раздача монархами населённых государственных земель. Манифест о вольности дворянства 1762 г. и Жалованная грамота дворянству 1785 г. отменили обязательную государственную службу для дворян, однако привилегированное положение чиновничества привлекало их к государственной службе. К середине 18 в. число чиновников составляло около 5 тыс. чел., из них около 150 чел. — сенаторы, президенты коллегий, начальники важнейших канцелярий и контор, губернаторы — особы первых 4 классов Табели о рангах. Вторая группа чиновников — особы 5—8-го классов — прокуроры, провинциальные воеводы, члены различных присутствий (около 600 чел.). Основной исполнительной силой государственных учреждений были чиновники 9—14-го классов, 2/3 всего чиновничества составляли внетабельные чиновники. Почти 80% двух последних групп составляли выходцы из непривилегированных сословий.

В 1-й половине 19 в. процесс бюрократизации государственного аппарата резко ускорился. Учреждение в 1802—11 министерств заложило основы для создания бюрократических ведомств со сложной внутренней организацией и делопроизводством. Если в 1804 было около 13,2 тыс. табельных чиновников, то в 1850 их было 71,8 тыс., в 1856 — 82,3 тыс. чел. Число внетабельных служащих также возросло (в 1850 — 26,3 тыс. чел., в 1856 — 31,6 тыс. чел.). Порядок определения на службу, прохождения её, награды и поощрения, наказания, выход на пенсию определялись «Уставом о службе гражданской» (1832).

В 1-й половине 19 в. чиновничество делилось на 4 группы. 1-я (с 1-го по 5-й класс) объединяла представителей высшей бюрократии, которые фактически определяли курс правительственной политики, 2-я группа (чиновники 6—8-го классов) включала лиц, занимавших должности исполнительного характера. Представители обеих групп имели большие привилегии и высокие денежные оклады. 3-я группа — чиновники 9—14-го классов, занимавшие канцелярские или низшие исполнительные должности, 4-я группа — внетабельное чиновничество, использовавшееся исключительно для технической работы, отличалось от табельного чиновничества в материальном и правовом отношениях. В условиях быстрого роста численного состава чиновничества эта группа была ближайшим резервом пополнения табельного чиновничества. До начала 19 в. не существовало образовательного ценза на замещение чиновничьих должностей. В 1809 по инициативе М. М. Сперанского был издан указ, требовавший от чиновников определённого уровня образования. При производстве в 5—8-й класс чиновники должны были представить диплом об окончании университета или сдать ряд экзаменов. Сроки производства в чины были установлены: с 14-го по 9-й класс — через 3 года службы в каждом классе, с 9-го по 8-й — через 4 года, с 8-го по 7-й — 5 лет, с 7-го по 6-й — 6 лет, с 6-го по 5-й — 4 года, с 5-го по 4-й — 5 лет, с 4-го по 3-й— 10 лет. Производство в 1-й и 2-й классы осуществлялось по личному усмотрению императора без сроков. За 1836—43 в чин 8-го класса, дававший потомственное дворянство, было произведено около 7,2 тыс. чел., из них около 4,7 тыс. — выходцы не из дворян. С 1845 потомственное дворянство стали давать чины 6-го класса в военной и 5-го (с 1856 — 4-го) в гражданской службе, личное дворянство — 9-й класс. Верхи дореформенного чиновничества были в основном помещичье-дворянскими. Считая чиновничество своей опорой, самодержавие изгоняло из его среды скомпрометировавших себя по службе и политически неблагонадёжных. «Пункт третий» Закона от 7 ноября 1850 разрешал начальству увольнять подчинённых чиновников без объяснения причин и права обжалования. Сложившаяся в 1-й половине 19 в. организация чиновничества сохранялась и в последующий период капиталистического развития, когда государственный строй сделал первый шаг в сторону буржуазной монархии, однако если высшие слои чиновничества оставались помещичье-дворянскими, то в ряды среднего и низшего чиновничества вливались буржуазные элементы, располагавшие значительными богатствами (плутократия). Созданные в ходе городской (1870) и земской (1864) реформ органы самоуправления привлекали на службу вольнонаёмный персонал (врачей, учителей, техников, агрономов и др.), получивший в бюрократических сферах название «третий элемент». С конца 1860-х гг. ряд ведомств стал привлекать на работу по найму женщин. В 1897 в бюрократическом аппарате работало 38 тыс. женщин (из них 28,9 тыс. в учебных заведениях), т. е. около 9% от общего количества чиновников (около 440 тыс.). В 1901 г. в России было около 0,5 млн. чиновников, в том числе 120—125 тыс. внетабельных. Со вступлением России в конце 19 — начале 20 вв. в эпоху империализма монополии установили тесные контакты с правительственными учреждениями. Представители монополий вошли в состав отдельных совещательных инстанций министерств торговли и промышленности, путей сообщения, финансов, военного, морского, главного управления землеустройства и земледелия.

Формально к чиновничеству относились члены Петербургской АН, Академии художеств, профессора университетов и других высших учебных заведений, учителя гимназий и некоторые другие деятели культуры и науки, имевшие классные чины и числившиеся на государственной службе.

Революция 1905—07 гг. вынудила самодержавие предоставить представителям всех сословий (за исключением некоторых нерусских народов) право служить в государственном аппарате. Фактически в силу классовых преград и образовательного ценза это право не распространялось на рабочих и крестьян. Ещё в 1903 г. В. И. Ленин сравнивал чиновничество с густым лесом, через который «... простому рабочему человеку никогда не продраться...». Изменение социального состава чиновничества к началу 20 в. отразилось на политической «благонадёжности» некоторой его части. Особое определение Сената от 30 апреля 1908 г. подтвердило несовместимость государственной службы с революционной и оппозиционной деятельностью. Верхи чиновничества сохраняли и после Революции 1905—07 гг. многие элементы и черты дворянско-помещичьей бюрократии.

В период 1-й мировой войны 1914—18 гг. чиновничество России пополнилось множеством военных чиновников, канцелярские звенья государственного аппарата стали шире привлекать к работе женщин. В военно-хозяйственных органах общественного и государственного аппарата сильно вырос и окреп «третий элемент» (особенно во Всероссийских земском и городском союзах, Земгоре, военно-промышленных комитетах). В «Особых совещаниях» царские чиновники активно сотрудничали с представителями буржуазии, осуществляя начальные этапы сращивания государственного аппарата с империалистическими монополиями.

После Февральской революции 1917 Временное правительство сохранило старый государственный аппарат и чиновничество. Вынужденное заменить некоторых чиновников в отдельных сферах государственного аппарата (администрация, полиция, частично суд), оно сохранило большинству отстранённых чиновников жалование, заштатные пособия, значительные пенсии. Порядок службы чиновничества по-прежнему регулировался Табелью о рангах и «Уставом о службе гражданской».

После Октябрьской революции 1917 г. чиновники центральных государственных учреждений встали на путь саботажа Советской власти, однако попытки контрреволюционных чиновников распространить саботаж на всю страну успеха не имели. Многие саботажники были уволены, главари — арестованы. В то же время Советское правительство повысило жалование низшим служащим, привлекало их к работе в советских учреждениях. Чиновничество буржуазно-помещичьей России было упразднено первыми декретами Советской власти — от 10(23) ноября 1917 г. «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» и от 16(29) декабря 1917 г. «Об уравнении всех военнослужащих в правах». Создание нового типа государства и принципиально нового государственного аппарата означало исчезновение чиновничества, как особой социальной группы, замену её институтом советских служащих.

Разночинцы, «люди разного чина и звания», межсословная категория населения в России 18—19 вв.; выходцы из духовенства, купечества, мещанства, крестьянства, мелкого чиновничества и обедневшего дворянства, получившие образование и оторвавшиеся от своей прежней социальной среды. Формирование разночинского слоя было обусловлено развитием капитализма, вызвавшего большой спрос на специалистов умственного труда. Уже с 1840-х гг. разночинцы оказывали значительное влияние на развитие общественной жизни и культуры, с падением крепостного права стали основным социальным слоем для формирования буржуазной интеллигенции. Демократическое крыло разночинцев, выдвинувшее ещё до крестьянской реформы 1861 г. ряд видных деятелей освободительного движения (В. Г. Белинский, петрашевцы), в пореформенную эпоху заняло ведущее место в революционном движении. Буржуазно-демократический этап освободительной борьбы в России (приблизительно 1861—95гг.) В. И. Ленин назвал разночинским.

Так как тема данной курсовой работы обозначена, как быт чиновничества и разночинства, то следует дать объяснение, что же такое «быт».

«Быт - сфера внепроизводственной социальной жизни, включающая как удовлетворение материальных потребностей людей в пище, одежде, жилище, лечении и поддержании здоровья, так и освоение человеком духовных благ, культуры, человеческое общение, отдых, развлечения. В широком смысле быт — уклад повседневной жизни.

Быт оказывает огромное влияние на др. области социальной жизни и, прежде всего, на труд, настроение и поведение людей.

Различают общественный, городской, сельский, семейный, индивидуальный быт. Структура быта может рассматриваться с точки зрения соотношения: материальной и духовной сторон; социального и индивидуального аспектов; видов затрат времени и деятельности (удовлетворение физиологических потребностей, бытовой труд, досуг); типов социального объединения и общения (семья, соседство, товарищеские компании, молодёжные группы и т.д.). Под влиянием социальных, а также географических условий у различных народов вырабатывается комплекс приёмов, обычаев, обрядов, связанных с удовлетворением потребностей. При этом в условиях антагонистического общества у различных классов и социальных групп, в городе и деревне складываются разные формы быта, выражающие свойственные этому обществу социальные противоречия.

В ходе исторического развития общества изменяется характер, как самих элементов быта, так и его структуры. В основе этих изменений, в конечном счёте лежит развитие производительных сил и смена способов производства. Значение быта в жизни людей изменяется в связи с процессом урбанизации и увеличением свободного времени. Расширение сети бытовых предприятий, рассчитанных на массовые потребности и массовое обслуживание (в сфере как материального, так и духовного потребления), оказывает влияние на семейный и индивидуальный быт.

Наряду с процессом интернационализации быт сохраняет национальные и социальные особенности у разных народов и социальных групп».

Как мы выяснили, быт любых слоёв общества имеет свойство изменяться в ходе исторического развития общества. Для того чтобы определить быт чиновничества и разночинцев, в какой – либо промежуток истории, надо выяснить, какие исторические события и факты могли изменить или повлиять на его изменения.




1. ИСТОРИЧЕСКАЯ ЭПОХА СЕРЕДИНЫ 19 ВЕКА И НАЧАЛА 20 ВЕКА



XIX столетие занимает особое место в истории развития европейской цивилизации. На рубеже XVIII – XIX вв. человек создал паровую машину, приведшую к революции в области производительных сил. Паровая машина сыграла большую роль в переходе к машинному производству и привела к промышленной революции.

Во второй половине XIX в. Достоянием человечества стали два открытия:

- открытие электрической энергии, которая начала использоваться в двигателях, средствах связи (телеграф и телефон), для освещения;

- двигатель внутреннего сгорания (1860 г.), благодаря чему появился автомобиль (1885-1886 гг.).

Использование электрического двигателя и двигателя внутреннего сгорания внесло существенный вклад в развитие производительных сил общества.

К концу XIX века завершился раздел мира между крупнейшими капиталистическими державами. Сформировалась колониальная система, ставшая одним из важнейших источников получения прибыли.

В XIX столетия в странах Романо-германской цивилизации сложилась новая социальная структура. Теряет былое господствующее положение дворянство, уступая его буржуазии. Капиталистическое производство воспроизводит главного противника буржуазии – пролетариат. Формируется сильный интеллектуальный слой, который начинает играть возрастающую роль в духовной жизни и занимает влиятельное положение в социальной структуре общества.

Изменившиеся социально-экономические условия привели к существенным переменам во всех областях культуры – науке, литературе, искусстве. Бурный рост производства, необходимость его обслуживать дал толчок развитию научных фундаментальных и прикладных исследований, особенно естественных и технических.

И несмотря ни на что, в 19 веке в России успешно развивались общественные науки – история, философия, языкознание, политическая экономия. Небывалого подъёма и расцвета достигли русская литература, живопись, музыка, театральное искусство, архитектура – русская культура вышла на передовые мировые рубежи.

Конец 50-х – начало 60-х гг. стал эпохой умственного пробуждения России. Мыслящая Россия к этому времени научилась читать между строк. Поэтому, всё, что публиковалось в периодической печати и в книгах, становилось предметом споров, рассуждений и размышлений. Идеи западничества получают дальнейшее развитие. А под влиянием славянофильства складывается течение почвенничества, некоторые стороны которого в 70-80 гг. приобрели черты национализма и панславянизма. Это были так называемые поздние славянофилы. Идея славянофильства нашли своеобразное преломление в религиозно-философских концепциях конца XIX – начала XX в. В трудах В.С. Соловьёва, Н.А. Бердяева, П.А. Флоренского и др.

Небывалого подъёма и расцвета достигли русская литература, живопись, музыка, театральное искусство, архитектура.

В России была создана самобытная художественная реалистическая литература, критика, давшие миру десятки блестящих имён.

Мировой славой и признанием русская музыка XIX в. Обязана М.И. Глинке, членам «Могучей кучки» (М.А. Балакирев, А.П. Бородин, Ц.А. Кюи, М.П. Мусоргский, Н.А. Римский-Корсаков, критик В.И. Стасов)., П.И. Чайковскому, которые не только использовали русскую тему в своих произведениях, но вывели её на мировую арену.

В 1870 г. В России возникло уникальное и, пожалуй, единственное в мире Товарищество художников-передвижников, объединившее многих лучших мастеров кисти страны.

Значительных успехов достигло русское театральное искусство – оперное, балетное, драматическое. Его расцвет был достигнут благодаря блестящей плеяде российских артистов, композиторов, драматургов. В конце XIX столетия получил развитие как в столицах, так и в провинции драматический театр.

Представителями российской архитектурной школы в столичных и губернских городах созданы неповторимые ансамбли, которые остаются украшением этих городов и в наши дни.

Таким образом, русская культура в XIX в. Вышла на передовые мировые рубежи.

Первая половина 20 века ознаменовалась для России двумя кровопролитными войнами и тремя революциями, в результате чего огромная империя выпала из мировой капиталистической системы.

Вот в такую не лёгкую, но знаменательную эпоху и жили наши чиновники и разночинцы, о быте которых мы и должны выявить всё самое интересное в нашей работе.



2. БЫТ ЧИНОВНИЧЕСТВА И РАЗНОЧИНЦЕВ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ 19 ВЕКА И НАЧАЛЕ 20 ВЕКА



Быт чиновников и разночинцев существенно различался, т. к. материальное вознаграждение, которое они получали за свою службу очень различалось по сумме гонорара. Отсюда и условия быта были настолько различны, что иногда даже сопоставить их было очень трудно.

Утро чиновника начиналось примерно так:

« …Встав, надев серый халат на голубой шёлковой подкладке, закинув кисти узлом и подошёл к окну, поднял штору и громко позвонил. На звонок тотчас же вошёл старый камердинер Матвей, неся платье, сапоги и телеграмму. Вслед за Матвеем вошёл и цирюльник с припасами для бритья.

- Из присутствия есть бумаги? – спросил Степан Аркадьевич, взяв телеграмму и садясь к зеркалу.

- На столе, - отвечал Матвей…».

Одевшись, Степан Аркадьевич прыснул на себя духами, вытянул рукава рубашки, привычным движением рассовал по карманам папиросы, бумажник, спички, часы с двумя цепочками и брелоками и, встряхнув платок, чувствуя себя чистым, душистым, здоровым и физически весёлым, вышел в столовую, где уже ждал его кофей и, рядом с кофеем, письма и бумаги из присутствия.

Степан Аркадьевич сел, прочёл письма… Окончив письма, Степан Аркадьевич придвинул к себе бумаги из присутствия, быстро перелистовал два дела, большим карандашом сделал несколько пометок и, отодвинув дела, взялся за кофе: за кофеем он развернул ещё сырую утреннюю газету и стал читать её.

Степан Аркадьевич получал и читал либеральную газету, не крайнюю, но того направления, которого держалось большинство. И, несмотря на то, что ни наука, ни искусство, ни политика, собственно, не интересовали его, он твёрдо держался тех взглядов на все эти предметы, каких держалось большинство и его газета, и изменял их, только тогда когда большинство изменяло их, или, не изменял их, а они сами в нём незаметно изменялись…».

«…Окончив газету, вторую чашку кофе и калач с маслом, он встал, стряхнул крошки калача с жилета и, расправив широкую грудь, радостно улыбнулся…».

«…- Карета готова, сказал Матвей. – Да просительница,- прибавил он… - Ну проси же скорее…».

После ухода просительницы он засобирался в присутствие…

«Степан Аркадьевич надел шубу и вышел на крыльцо.

- Кушать дома не будете? – сказал провожающий Матвей.

- Как прийдётся. Да вот возьми на расходы, сказал он, подавая десять рублей из бумажника. – Довольно будет?

- Довольно ли, не довольно, видно, обойтись надо, сказал Матвей, захлопывая дверку кареты…».

Многие чиновники и в быту были неотделимы от своей службы: некоторые хотели побыстрее продвинуться по служебной лестнице, а некоторые (высшие чины) могли устроить своё служебное время, не ограничиваясь только местом службы, но и ведя приёмы посетителей и просителей у себя дома.

Чтобы получить приличное место надо было обладать не только хорошими способностями, но и протекцией.

«Алексей Александрович рос сиротой. Состояние было маленькое. Окончив курсы в гимназии и университете с медалями, он с помощью дяди тотчас стал на видную служебную дорогу и с той поры исключительно отдался служебному честолюбию…».

«Степан Аркадьевич в школе учился хорошо благодаря своим хорошим способностям, но был ленив и шалун и потому вышел из последних, но, несмотря на свою всегда разгульную жизнь, небольшие чины и нестарые годы, он занимал почётное и с хорошим жалованием место начальника в одном из московских присутствий. Место он получил через …занимавшего одно из важнейших мест в министерстве, к которому принадлежало присутствие…Занимавший третий год место начальника одного из присутственных мест в Москве, Степан Аркадьевич приобрёл, кроме любви, и уважение сослуживцев, подчинённых, начальников и всех, кто имел до него дело…». «…Приехав к месту своего служения, Степан Аркадьевич, провожаемый почтительным швейцаром, с портфелем прошёл в свой маленький кабинет, надел мундир и вошёл в присутствие…». Так начинался рабочий день не простого чиновника, а начальника присутствия, утро рядового чиновника начиналось более скромно, на службу он добирался на извозчике или пешком (зависело от материального положения данного чиновника).

Далее можно проследить вторую половину дня чиновника (по окончании службы).

«Алексей Александрович вернулся из министерства в четыре часа…Он прошёл в кабинет принимать дожидавшихся просителей и подписывать некоторые бумаги, принесённые правителем дел. К обеду приехали гости: старая кузина М.М., директор департамента с женой и один молодой человек, рекомендованный Алексею Александровичу на службе. Анна вышла в гостиную, чтобы занимать их. Ровно в пять часов бронзовые часы не успели добить пять ударов, как вышел Алексей Александрович в белом галстуке и во фраке с двумя звёздами, так как сейчас после обеда ему надо было ехать. Каждая минута жизни Алексея Александровича была занята и распределена. И для того, чтоб успевать сделать то, что ему предстояло каждый день, он держался строжайшей аккуратности. «Без поспешности и без отдыха» - было его девизом…».

«…Он вошёл в залу, раскланялся со всеми и поспешно сел, улыбаясь жене…За обедом он поговорил с женой о московских делах, о петербургских служебных и общественных делах. После обеда он провёл полчаса с гостями и, опять с улыбкою пожав руку жене, вышел и уехал в совет…».

«Вечером вернувшись домой, Алексей Александрович прошёл в свой кабинет, как он это делал обыкновенно, и сел в кресло, развернув на заложенном разрезным ножом месте книгу о папизме, и читал до часу, как обыкновенно делал. В обычный час он встал и сделал свой ночной туалет…».

Так в основном и проходил день за днём чиновника высокого чина, добавляя в будни выходные, праздничные дни, дни траура или торжественные семейные дни, которые конечно были каждый интересен по-своему.

«На другой день было воскресенье. Степан Аркадьевич заехал в Большой театр на репетицию балета и передал подарок своей протеже – молодой танцовщице и назначил свидание…Из театра Степан Аркадьевич заехал в Охотный ряд, сам выбрал рыбу и спаржу к обеду и в двенадцать часов он был в гостинице у друзей, с приглашением их отобедать сегодня у него дома.

Степан Аркадьевич любил пообедать, но ещё более любил дать обед, небольшой, но утончённый и по еде и питью, и по выбору гостей. Программа нынешнего обеда ему очень понравилась: будут окуни живые, спаржа – главное блюдо – чудесный, но простой ростбиф и сообразные вины: это из еды и питья. А из гостей будут близкие родственники и хорошие знакомые…».

«Как и в прежние годы, он с открытием весны поехал на воды за границу поправлять своё здоровье и, как обыкновенно, вернулся в июле и тотчас же с увеличенной энергией взялся за свою обычную работу. Как и обыкновенно, жена его переехала на дачу, а он остался в Петербурге…

Со временем своего возвращения из-за границы Алексей Александрович два раза был на даче. Один раз обедал, другой раз провёл вечер с гостями…»

Немногие чиновники могли себе позволить такое развлечение, как присутствие на скачках. «День скачек был очень занятой день для Алексея Александровича; но, с утра ещё сделав себе расписание дня, он решил, что тотчас после раннего обеда он поедет на дачу к жене и оттуда на скачки, на которых будет весь двор и на которых ему надо быть. К жене он заедет потому, что ему нужно было передать ей к пятнадцатому числу, по заведённому порядку, на расход деньги…».

Но не все чиновники были столь воспитаны и с уважением относились к своим семейным обязанностям…

«В то время как Степан Аркадьевич приехал в Петербург для исполнения обязанностей по службе, а также напомнить о себе в министерстве, - при этом взяв все деньги из дому, весело и приятно проводил время на скачках и на дачах. Долли (жена его) с детьми переехала в деревню, чтоб уменьшить сколько возможно расходы…». «Как ни старался Степан Аркадьевич быть заботливым отцом и мужем, он никак не мог помнить, что у него есть жена и дети. У него были холостые вкусы, и только с ними он соображался».

Кроме того, каждый чиновник, имевший высший чин, мог себе позволить посещение клубов, ресторанов, театров, балов, и т.д. Многие из них увлекались игрой в крокет, бильярд, ну и конечно карты. Любители охоты могли себе позволить держать охотничьих собак, имели охотничьи ружья и припасы. В долгие зимние вечера они читали новые книги, журналы, писали друзьям письма.

С появлением в России первых автомобилей, многие чиновники предпочли их каретам, при поездках в другие города непременно стали пользоваться услугами железной дороги, что было намного удобнее.

С появлением телефона и электричества – эти необходимые, улучшающие быт нововведения непременно были первыми установлены у чиновников, имевших высшие чины.

А теперь перейдём к быту рядового чиновника, которых было конечно больше всего в России.

Многие рядовые чиновники не могли позволить себе вступить в брак, из-за маленького жалованья, т.к. физически не могли содержать дом и семью, некоторых просто устраивала холостяцкая жизнь, т.к. можно было себе позволить «некоторые вещи», которые не позволительны для семейного человека.

Вступление в брак для чиновника того времени было ответственным моментом в его жизни, знакомство, ухаживание и наконец предложение выйти замуж – всё это занимало немало времени и средств.

Каждый вступающий в брак чиновник того времени должен был подготовить себя к этому непростому жизненному шагу.

«…И Левин стал говеть. Для Левина, как для человека неверующего и вместе с тем уважающего верования других людей, присутствие и участие во всяких церковных обрядах было очень тяжело.

Стоя у первой обедни, Левин попытался смотреть на всё это, как на не имеющий значения пустой обычай, подобный обычаю делать визиты…Верить он не мог, и поэтому смотрел на всё это равнодушно, как на пустую формальность…». «Он отстоял обедню, всенощную и вечерние правила и на другой день, встав раньше обыкновенного, не пив чаю, пришёл в восемь часов утра в церковь для слушания утренних правил и исповеди…».

Свадьба справлялась по тем правилам и канонам как и ранее, но расходы на неё были соответственно занимаемому положению и материальному достатку чиновника. Церковное венчание было обязательным и все торжества, связанные с этим тоже, правда менее пышные, чем у чиновников высших чинов.

«Левин был женат третий месяц. Он был счастлив…Он наблюдал за женой, как она расставляла мебель, привезённую из Москвы, как убирала по-новому свою и его комнату, как вешала гардины, как распределяла будущее помещение для гостей, как она заказывала обед старику повару, как препиралась со старой экономкой, отстраняя её от провизии.

…Оставшись один и убрав свои тетради в новый, купленный ею портфель, он стал умывать руки в новом умывальнике с новыми, всё с нею же появившимся элегантными принадлежностями…

Когда Левин вошёл наверх, жена его сидела у нового серебряного самовара за новым чайным прибором и наливали чай…». Мы видим, что женившись, чиновник привёл в дом жену, но кроме того он приобретал какое-то имущество, в лице приданного, которое было дано за женою. Быт его налаживался, в доме становилось уютнее, начиналась семейная жизнь.

Летом семья чиновника выезжала по-возможности в деревню, на отдых, где каждый находил себе занятие по душе: рыбалка, поход за грибами и ягодами, охота, просто прогулки по лесу, парку, полям, купание в реке, чтение книг и т.д.

«…Охотники прошли всё болотце. Кроме курочки и чибисов ничего не было в болоте…».

В выходные дни чиновники могли себе позволить отправиться на концерт, в театр или клуб.

«В утреннем концерте давали две очень интересные вещи. Одна была фантазия «Король Лир в степи», другая был квартет, посвящённый памяти Баха. Обе вещи были новые и в новом духе, и Левину хотелось составить о них своё мнение.

«Левин приехал в клуб в самое время. Вместе с ним подъезжали гости и члены. Левин не был в клубе очень давно, с тех пор как он ещё по выходе из университета жил в Москве… В клубе мужчины играли в бильярд, карты, беседовали, спорили, выпивали».

Когда в семье чиновника появлялся ребёнок, это накладывало свой отпечаток на весь быт чиновника, так как рождение ребёнка требовало от него и всех членов его семьи дополнительного внимания, времени и денег для ухода, воспитанием, обучением нового члена семьи.

В доме появлялась детская, няньки, кормилицы и всё, что связано с появлением малыша в доме. Иногда изменялся распорядок и уклад всей жизни.

«Дети? В Петербурге дети не мешали жить отцам. Дети воспитывались в заведениях, и не было этого, распространяющегося в Москве дикого понятия, что детям всю роскошь жизни, а родителям один труд и заботы…».

Но не все отцы-чиновники жили по таким правилам, среди них встречались ревностные в воспитании родители, некоторые сами принимали участие в обучении своих детей на начальной стадии, затем нанимали для них учителей, отдавали детей учиться в гимназию и т.д.

И завершающим этапом рассмотрения данной темы остаётся быт разночинцев. Из всех рассмотренных категорий – это самые материально обеспеченные чины, соответственно и быт этих людей самый примитивный. Не многие разночинцы имели собственный дом – некоторые снимали у хозяев дом, комнату или квартиру. Иногда молодые люди жили вместе с друзьями и сослуживцами – так было выгоднее материально. А если и имели свой дом, то он выглядел приблизительно так: «…Он мал, в один маленький этаж и в три окна, и ужасно похож на маленькую, горбатую старушку. Оштукатуренный в белый цвет, с черепичной крышей и ободранной трубой, он весь утонул в зелени шелковиц, акаций и тополей, посаженных дедами и прадедами теперешних хозяев. Эта масса зелени не мешает ему, впрочем, быть городским домиком. Его широкий двор стоит в ряд с другими, тоже широкими зелёными дворами, и входит в состав Московской улицы.

Ставни в домике постоянно прикрыты. Окна никогда не отворяются…». Или другой дом..

«Небольшой домик на московский манер находился на одной улице губернского города ***.У дверей, над криво прибитою визитною карточкой, виднелась ручка колокольчика, и в передней встретила пришедших какая-то то ли кухарка, то ли служанка…Комната, в которой они очутились походила скорее на рабочий кабинет, чем на гостиную. Бумаги, письма, толстые нумера русских журналов, большею частью неразрезанные, валялись по запылённым столам; везде белели разбросанные окурки папирос. У стены стоял кожаный диван…».

«Весь его домик состоял из шести крошечных комнат. Одна из них называлась кабинетом. Толстоногий стол, заваленный почерневшими от старинной пыли, словно прокопчёнными бумагами, занимал весь промежуток между двумя окнами; по стенам висели какие-то портреты, рисунки и диплом под стеклом; кожаный, кое-где протёртый и продавленный диван помещался между двумя громадными шкафами из карельской берёзы; на полках в беспорядке теснились книги, коробки и т.д., в одном углу стояла сломанная электрическая машина…»

Разночинцы каждый по своему проводил свободное время, это всё зависело от того, был ли разночинец холост или у него была семья.

«С четырёх часов Невский проспект пуст…но как только упадут сумерки на дома и улицы…Невский проспект опять оживает. Молодые коллежские регистраторы, губернские и коллежские секретари очень долго прохаживаются по Невскому проспекту: но старые коллежские регистраторы, титулярные и надворные советники большею частию сидят дома, или потому, что это народ женатый, или потому, что им очень хорошо готовят кушанье живущие у них в домах кухарки-немки…»

В одном знаменитом произведении русского писателя можно прочесть о быте такого вот разночинца.

«Даже в те часы, когда совершенно потухнет петербургское серое небо и весь чиновный народ наелся и отобедал, кто как мог, сообразно с получаемым жалованьем и собственной прихотью, - когда всё уже отдохнуло после департаментского скрипенья перьями, беготни, своих и чужих необходимых занятий и всего того, что задаёт себе добровольно, больше даже чем нужно, неугомонный человек, - когда чиновники спешат предать наслаждению оставшееся время: кто побойчее, несётся в театр; кто на улицу, определяя его на рассмотрение кое-каких шляпёнок; кто на вечер – истратить его в комплиментах какой-нибудь смазливой девушке; когда многие чиновники рассеиваются по маленьким квартиркам своих приятелей поиграть в штурмовой вист, прихлёбывая чай из стаканов с копеечными сухарями, затягиваясь дымом из длинных чубуков…»

В летнее время они не могли выехать за границу, единственно, что они могли себе позволить - поехать в гости к родственникам или просто к знакомым в деревню или небольшой городок с рекой и лесом, чтобы отдохнуть от большого города.

Здесь их ожидали все прелести деревенской жизни: рыбалка, охота, купание в реке, прогулки в лес за грибами, вечерние посиделки у самовара, беседы, чтение книг и многое другое.

В городе они жили скромно, так как получали небольшое жалованье и не могли себе позволить более удобное и комфортабельное жильё, много прислуги (один слуга был и повар, и эконом, и лакей и всё остальное).

Разночинцы, как малообеспеченный слой населения естественно были недовольны условиями своей жизни, в свободное от службы время они иногда собирались в компании, обсуждали свою жизнь, спорили – всё это постепенно стало выливаться в организацию кружков, где молодые люди стали интересоваться политикой, новостями науки и просвещения.

Начало 20 века сильно изменило жизнь и быт всех чиновников и разночинцев, а затем в России произошла Октябрьская революция, которая полностью изменила их мир. Декретами Советской власти были отменены все сословия.




ЗАКЛЮЧЕНИЕ



В данной курсовой работе была сделана попытка кратко осветить быт чиновничества и разночинцев в период с середины 19 века и начала 20 века.

Если вторая половина 19 века мало затронула быт чиновников всех уровней, то наступивший 20 век принёс много потерь, тревог, вверх ногами полетело всё – жизнь, карьера, быт, семейные отношения, связи с друзьям, связь с Родиной и многое другое. Первая мировая война, а затем и 2 революции перевернули не только быт, но и весь смысл жизни людей, в том числе и жизнь чиновников и разночинцев.

Быт этих всех людей зависел от их материального благополучия, от уклада жизни, от многих и многих факторов. Чиновники с большим достатком, хорошим семейным бюджетом устраивали свой быт наиболее комфортно, чиновники, чей бюджет был небольшим, не могли позволить себе «всех прелестей жизни».




ЛИТЕРАТУРА



Викторов В.В. Наука о культуре. Учебное пособие.- М., Финансовая академия при Правительстве РФ, 2000.

Евреинов В. А., Гражданское чинопроизводство в России. - СПБ, 1888.

Ерошкин Н. П., История государственных учреждений дореволюционной России, 2 изд. - М., 1968.

Зайончковский П. А., Российское самодержавие в конце XIX ст..- М., 1970.

Зайончковский П.А. Высшая бюрократия накануне Крымской войны, «История СССР», 1974, №4.

Зайончковский П.А. Губернская администрация накануне Крымской войны, «Вопросы истории», 1975, №9.

Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в., М., 1978.

Карнович Е. П., Русские чиновники в былое и настоящее время. - СПБ, 1897.

Лейкина-Свирская В. Р., Интеллигенция в России во второй половине XIX века. - М., 1971.Силичев Д.А. Основы культурологи. Учебное пособие. – М., 1997.

Соловьев Ю. Б., Самодержавие и дворянство в России в конце XIX в. - Л., 1973.

Толстой Л.Н. Анна Каренина.- Л., «Художественная литература», 1982.

Толстой Л.Н. Война и мир. – М., «Просвещение», 1981.

Троицкий С. М., Русский абсолютизм и дворянство в XVIII в. Формирование бюрократии. - М., 1974.

Тургенев И.С. Дворянское гнездо. Отцы и дети.– М., « Правда», 1980.

Чехов А.П. Повести и рассказы. – М., «Художественная литература»., 1985.