Китай в конце VI - начале X веков

Китай в конце VI - начале X веков

Тенденцию к стабилизации политического и экономического положения в Китае можно проследить приблизительно с рубежа V-VI вв. Постепенно стихают междоусобицы, не наблюдается новых разрушительных вторжений кочевых соседей. Как на севере, так и на юге страны становится прочнее власть правящих кругов, растет население, на основе расширения надельной системы землепользования налаживается хозяйство, пополняется государственная казна. 

Возрождение имперского порядка проявилось не только в политическом объединении страны, но и в изменении самого характера верховной власти, придании ей большей, чем ранее, централизации. Ян Цзянь (589-604), захватив престол с помощью армии, со временем стал все более опираться на чиновно-бюрократический аппарат, утвердил гражданские формы правления. Методы правления сына и преемника Ян Цзяня - Ян Гуана (604-617) - приближались к деспотическим. Чрезмерная роскошь и расточительность двора, размах дворцово-паркового, городского, военного и транспортно-ирригационного строительства, агрессивная внешняя политика истощили финансы государства. Обострившиеся социальные противоречия привели к вспышке народных восстаний и мятежей. В результате династия Суй (589-617) была низвергнута, империя вновь стала распадаться на части. Но отмеченная тенденция к единству и консолидации оказалась сильнее. Бывшему наместнику суйского двора в г.Тайюань Ли Юаню, провозгласившему себя в 618 г. основателем династии Тан, и его сыну Ли Шиминю удалось стабилизировать положение и к 628 г. полностью подавить восстания и мятежи. Именно при этой династии (618-907) складывается тот тип имперского управления, который вплоть до нового времени оказывал большое влияние на всю политическую систему Китая. 

Власть стоявшего во главе государства монарха, официально именовавшегося Сыном Неба (тянь цзы) и императором (хуанди), была наследственной и юридически неограниченной. Особа императора сакрализировалась; он считался повелителем не только всех людей, но и посредником между верховным божеством (Небом) и земной вселенной, призванным поддерживать весь порядок мироустроения. Практически же власть сдерживалась существующей политической традицией, требовавшей не выходить за рамки нормативных образцов поведения государя. 

Управление осуществлялось через разветвленный чиновно-бюрократический аппарат, состоявший из центральных (столичных) и местных органов. Сановники из высших правительственных учреждений - Императорского секретариата (Чжуншушэн) и Императорской канцелярий (Мэнсяшэн) - допускались к обсуждению императорских указов. Высшим правительственным учреждением было также Управление ведомств (Шаншушэн). Оно возглавляло Шесть Ведомств центральных органов исполнительной власти: ведомства Чинов, Налогов, Ритуалов, Военное, Судебное и Общественных работ. Принципы их организации и деятельности были кодифицированы в составленном в первой половине VIII в. своде "Тан лю дянь" ("Законоустановления Шести Ведомств династии Тан"). В столице, г.Чанъань, была также Палата цензоров (Юйшитай), уполномоченная проверять работу чиновников во всех центральных и местных учреждениях, кроме Императорского секретариата и канцелярии. 

На местах управление осуществлялось в соответствии с системой административного деления империи. Страна была разделена на 10 провинций. Но провинциальных органов власти еще не было. Высшим звеном местной власти было Управление округом (чжоу), возглавляемое начальником округа (цыши). Округа делились на 3 разряда в соответствии с количеством населения. Всего в империи Тан первоначально было 358 округов. Ниже стояли уездные правления. Уездов насчитывалось от 1551 до 1573, и они также делились на 3 разряда. 

Изменились и принципы отбора чиновников на службу. Если в древней империи местные чиновники могли сами подбирать себе подчиненных, то теперь назначение всех служащих должно было осуществляться ведомством Чинов. Еще при Ян Цзяне были отменены прежние "деревенские категории", определявшие служебную карьеру. Вместо них после 587 г. все большее значение стало придаваться экзаменационным испытаниям. Р 604 г. устанавливаются экзамены на степень цзиньши ("продвинувшийся" или же "выдающийся" муж). В начале периода Тан существовало уже 8 различных по значимости экзаменационных степеней. В конце VII в. подобные испытания были введены для тех, кто претендовал не только на гражданский чин, но и на военную должность. Кандидаты писали письменные сочинения на заданные темы, где должны были раскрыть свое владение обширным классическим историко-философским литературным наследием, показать знание канонизированных сочинений. Однако получение "ученой" степени давало лишь возможность быть назначенным ца служебный пост. 

Теоретически к экзаменам могли допускаться все, кто не принадлежал к "подлому люду". Однако существовавшие социальные условия и неформальная сословная иерархия сводили круг кандидатов на служебную карьеру к выходцам из состоятельных, и влиятельных кланов. Тем не менее система экзаменов расширяла базу правящего слоя, нарушая сложившуюся прежде монополию достаточно узкого круга аристократических семейств на государственную службу. 

Государственное устройство империи закреплялось детально разра-ботанным законодательством. Письменные законы в Китае в конце VI-VIII в. подразделялись на люй - уголовные кодексы, лин - админист-ративные статуты, гэ - сборники указов, дополняющие кодексы и статуты, и ши - нормативные правила поведения. При династии Тан было составлено несколько сводов законов. В 651 г. выработали кодекс "Тан лин", в котором фиксировались штаты всех центральных и местных учреждений, порядок делопроизводства, а также повинности и обязанности простого люда. В составленном к 653 г. кодексе "Тан люй шу и" нашла отражение строжайшая регламентация, которую государственная власть пыталась распространить на все стороны общественной и личной жизни населения и тем обеспечить стабильность порядка и эффективность управления. Свод "Тан лю дянь", как уже говорилось, кодифицировал принципы организации и деятельности Шести Ведомств. 

В империях Суй и Тан была создана довольно совершенная для своего времени военная система, получившая наименование фу бин ("система военых округов"), имевшая истоки в военной организации империи табгачей. Не нарушая обычного административного деления, в стране учреждались своеобразные военные округа. Они могли быть трех разрядов: высшие, поставлявшие до 1200 солдат, средние - 1000 и низшие - 800 солдат. Количество военных округов в империи Тан колебалось от 600 до 800, что означало практически постоянную готовность армии в 400-800 тыс. человек. Преимущества такой организации заключались в том, что она не требовала от государства заметных расходов на содержание армии, ибо в мирное время рекруты занимались земледелием, а во время походов должны были обеспечивать себя своими средствами; не позволяла усилиться высшей военной верхушке, которая в мирное время не имела войск в своем распоряжении; делала армию также и удобным средством подавления беспорядков на местах; наконец, эта военная организация хорошо вписалась в надельную систему землепользования. 

Объединение страны, систематизация управления, расширение и укрепление надельного землепользования обеспечили укрепление экономического положения, что позволило в конце VI - начале VII в. активизировать внешнюю политику. Были присоединены к империи земли племен туюйхунь (в Восточном Цинхае). Властители Тюркского каганата признали "старшинство" Китая. В 602-603 гг. было восстановлено прерванное восстаниями китайское господство в Цзяочжоу (Северный Вьетнам), затем предприняты поход на юг Индокитайского полуострова и завоевательная экспедиция на Тайвань и о-ва Рюкю. Многократно предпринимались походы против северокорейского государства Когурё, первоначально не принесшие успеха. К концу 60-х годов VII в. Китайским войскам удалось разгромить Когурё, а еще раньше его союзника – государство Пэкче (на юге Корейского полуострова). 

Еще в 629-630 гг. китайские войска разгромили Восточный каганат , в результате чего империя утвердила свое преобладание на Великом Шелковом пути - торговой артерии, ведшей в Центральную далее в Переднюю Азию. Китайские армии дошли до Кучара и в 657 г. союзе с уйгурами разгромили Западный тюркский каганат. 

В крупных населенных пунктах вдоль Великого Шелкового пут размещаются китайские гарнизоны. В 751 г. китайская армия по начальством Гао Сяньчжи даже перешла через Тянь-Шань в Среднюю Азию, но здесь была остановлена арабами в битве на р.Талас. 

Широкое распространение в период Тан получают дипломатически связи с зарубежными странами в виде обмена посольскими миссиями. соответствии с возникшей еще в древности доктриной универсальности власти китайских государей как посредников между обожествляемыми Небесами и Землей все иноземные правители рассматривались как имеющие более низкий ранг, которые могут рассчитывать лишь на роль шуг китайского императора. Прибытие к китайскому двору иноземных досланцев официально трактовалось как выражение и подтверждения вассальной покорности, а доставляемые ими дары - как "дань" (гун). Китайские же посольства за рубеж везли "указы" иноземным влacтитeлям "жаловали" им китайские титулы, номинально вводившие их в принятую в империи иерархию. 

Со второй половины VIII в. наблюдается закат военно-политического Могущества Танской державы. На западе она теряет свои позиции в длительной борьбе с тибетцами, уйгурами, а позже кыргызами и тангутами на севере, где еще к концу VII в. был утрачен контроль на Кореей, ее теснят племена киданей, на юге - усилившееся государство Наньчжао. 

Потеря внешнеполитических позиций отражала постепенное нарастания кризисных явлений в империи, которые были обусловлены разложением крушением в конце VIII в. ее экономической основы - надельной системы землепользования. Бюрократический аппарат разрастался, что снижало его эффективность и умножало государственные расходы. Правительств пыталось его сократить, но это давало лишь временный успех. Введение экзаменов не могло искоренить процветавшие в чиновничьей среде протекционизм, взяточничество, злоупотребления властью. Не прекращалась борьба аристократических группировок за преобладающее влияние при дворе 

Разлагалась и военная система фу бин. Сменных солдат надолго задерживали в столице. Начальство всячески обирало их, использовало как подневольных работников. Усилилось дезертирство. Возрастающий нажим извне вынудил в начале VIII в. перейти к вербовке и найму солдат для пограничных гарнизонов вне рамок фу бин. Командование этими гарнизонами попало в руки местных военных губернаторов - цзедуши Опираясь на военную силу, они прибирали к рукам административную власть на местах. Логическим завершением этого процесса явился: вспыхнувший в 755 г. мятеж одного из них - Ань Лушаня. 

Мятежники овладели обеими столицами - Чанъанью и Лояном Император бежал. Подавить мятеж удалось лишь к 763 г. ценой больших усилий. Но сила цзедуши в провинции осталась прежней. В начале IX в. их насчитывалось 48 и под их контролем находилось 295 округов и областей страны. Они вели войны между собой и с центральным двором Императорская власть все больше ослабевала. 

Внутриполитическая борьба и внешние войны, тяжелым бременем ложились на население. С рубежа 50-60-х годов IX в. нарастает волн: крестьянских восстаний, которая в 874 г. переросла в одну из самых грандиозных крестьянских войн в истории страны. Движение возглавили Хуан Чао и Ван Саньчжи. Восстание началось в Хэнани, северной части Цзянсу и Южном Шаньдуне, затем распространилось на весь Центрально-Южный Китай. Острие восстания было направлено против властей - несправедливости и алчности чиновников, тяжести налогов. В 881 г. армия Хуан Чао овладела столицей. Танский двор бежал в Сычуань. Хуан Чао объявил себя императором. Пришедшие к власти повстанческие вожди оказались не в состоянии предложить что-либо принципиально новое. Они лишь заменили императорских родичей и высших чиновников своими ставленниками. Силы старой аристократии, призвав на помощь иноземные войска, в 883 г. вытеснили Хуан Чао из столицы. В следующем году основные очаги сопротивления повстанцев были подавлены. Династия Тан восстановилась, но власть ее была чисто номинальной. Удар, нанесенный крестьянской войной, оказался смертельным. Агония режима, сопровождавшаяся борьбой клик и группировок, продолжалась до 907 г., когда последний танский император был свергнут Чжу Вэнем, бывшим сподвижником Хуан Чао, перешедшим в правительственный лагерь. 

Экономика возродившейся в конце VI в. империи базировалась на аграрном производстве. Состояние же последнего зависело помимо достигнутого к описываемому времени уровня возделывания земли от принятой системы землепользования и политики регулирования сельского хозяйства со стороны властей. Официально признанной и поддерживаемой нормой землепользования в конце VI-VIII в. стала зародившаяся в III-V вв. надельная система. В описываемый период она была распространена на всю страну. Всем взрослым простолюдинам от 18 до 60 лет полагалось по 80 му пахотной земли ("надельное поле", коу тянь) и 20 му земли для "вечного пользования" (юн е тянь) под тутовник, вязы и жужубы. Правда, теперь не давалось, как раньше, наделов на замужних женщин, рабов и волов. Вдовам полагалось по 30 му земли, старым (свыше 60 лет) и больным - по 40 му. Кроме того, для постройки дома и под огород выделялась земля из расчета 1 му на трех человек. Во времена Тан главе семьи полагалось давать дополнительно 20 му. Декретировался, как и прежде, периодический передел надельных полей. 

В период Тан наделы получали и городские жители, причем, если поблизости от города земли не хватало, ее можно было получить в соседних уездах. Особо оговаривалось право ремесленников и торговцев иметь наделы в половинном (против крестьянского) размере, но только в тех районах, где было достаточно свободной земли. Наделы полагались также буддийским и даосским монахам. В рамках надельной системы несравнимо большие по размерам наделы предусматривались для знати и чиновничества. 

Таковы были нормативные установки. На практике все складывалось значительно сложнее. Все волости (сян) были поделены на "просторные" (т.е. сравнительно мало заселенные) и "тесные" (где ощущалась нехватка возделываемой земли). В последних предусматривались наделы вдвое меньше обычной нормы. Фактический размер надела определялся также качеством земли и потребностями севооборота и в той или иной мере тем количеством земли, которым обладало хозяйство раньше. При всем многообразии средний крестьянский надел в период Тан составлял, по одному из вычислений, приблизительно 36 му. 

Стабильность нормативов подрывалась допущением (хотя и в известных пределах) купли-продажи земли. Запрет же держать земли больше, чем полагалось при наделении, касался лишь "тесных" волостей. 

Таким образом, осуществление надельной системы отнюдь не выливалось в уравнительное землепользование. Картина получилась достаточно пестрой. 

Эта характерная для докапиталистических порядков пестрота становится также рельефнее, если учесть, что наряду с мелкими наделами, считавшимися "общественными полями" (гун тянь), в стране существовали также казенные земли (гуань тянь) и крупные земельные владения отдельных лиц (сы тянь). Казенными землями считались поля государственных поселений (тунь тянь), должностные земли (чжи тянь) и земли различных учреждений (гун цзэ тянь), пастбища, лесные и горные урочища, речные поймы. Основной массив пахотных казенных земель составляли поля государственных (преимущественно военных) поселений. В 737 г. только военных поселений было 1147. Площадь обрабатываемых земель в каждом из них колебалась от 20 до 50цин ( 1 цин = 100 му). Обработка земли велась главным образом силами солдат, преступников и вербуемых переселенцев. В казну отбиралось около 50% урожая. 

Со времени Тан появляются императорские поместья (хуан чжуан), вырастающие на базе угодий, придаваемых строящимся в разных местах императорским дворцам. Остальные представители правящего дома получали на кормление определенное количество податных дворов, что заменяло земельные владения. Кроме того, родичам императора наряду с титулованной аристократией более низких разрядов и чиновниками полагались предусмотренные рамками надельной системы поля "вечного пользования". Размеры их в зависимости от иерархии званий и рангов колебались от 100 до 1 цин. Эти земли не облагались налогами и переходили по наследству. Помимо этого всем находящимся на службе, а также всем столичным чиновникам давались должностные поля (чжи тянь) размером от 12 до 2 цин. Они обрабатывались податными дворами, отдававшими владельцу часть урожая. 

Большинство аристократов и чиновников имело также свои частные земли. Такими землями обладали и "богатые и влиятельные дома" - официально непривилегированная часть землевладельцев. И те и другие стремились расширить свои владения путем распашки пустошей, захватов чужих земель, всевозможных подлогов: превращения надельных полей в участки "вечного пользования", незаконной покупки, изменения реестровых списков и т.д. 

В "богатых и влиятельных" легко узнать возвысившуюся еще в III-IV вв. местную элиту - "сильные дома". Но с воссозданием прочного имперского порядка в VII в. и укреплением надельной системы их экономическая значимость - как замкнутых самообеспечивающихся хозяйств - несколько снижается (параллельно с уменьшением их социальной роли). Преимущественные условия для роста, по крайней мере в первой половине периода Тан, получает землевладение привилегированных слоев. 

Порядок налогообложения был тесно связан с данной системой и представлял собой зародившуюся в предшествующие столетия триаду повинностей: зерновой налог, промысловую подать, отработки. Для учета налогоплательщиков составлялись подворные реестры. Через каждые 3 года они уточнялись. К рубежу 30-40-х годов VII в. в реестры было занесено 2 992 779 дворов налогоплательщиков, в середине VIII в. - около 8 200 000 дворов. 

Налоговые ставки не были высоки. Например, зерновой налог составлял приблизительно 1/40 часть среднего урожая. Промысловая подать состояла в куске шелка или пеньковой ткани и некотором количестве шелка-сырца или конопли. Трудовая повинность составляла 20 дней в году. Но помимо установленных налогов практиковались различные дополнительные поборы: отчисления на создание запасов зерна на случай голода, на обеспечение чиновников жалованьем, на нужды дворцового строительства, налог сеном, обязательная дань двору от каждой области и уезда и так называемые принудительные закупки, по сути являвшиеся реквизицией, поборы с обеспеченных дворов, на содержание солдат, на вспомоществование монахам и т.п. Все это усугублялось произволом причастных к сбору налогов чиновников. В результате к 30-м годам VIII в. создалось положение, при котором, по словам одного из высших сановников, Ли Линьфу, налоги "не имели установленных норм". 

Разложение надельной системы и растущая неупорядоченность налогов вызвали финансовый кризис государства. Казна была вынуждена искать новые средства пополнения, пробуя с 60-х годов VIII в. новые способы сбора налогов. В 780 г. по предложению Ян Яня был введен новый порядок налогообложения. Триада повинностей была заменена налогом, собираемым дважды в год (лян шуй). Налог устанавливался с учетом не только размеров земли, но и общего достатка хозяйства. Сумма налогов исчислялась в деньгах, но все податные вносили налог зерном и тканями (и лишь частично и не повсеместно - монетой). Введение нового порядка налогообложения (широкое распространение которого по всей стране относится к 786 г.) знаменовало отказ от надельной системы. Государство теперь заботилось лишь о гарантированном поступлении налогов, но отстранялось от регулирования землепользования. Реформы 60-80-х годов VIII в. открывали дорогу принципиально иному типу земельных отношений, характеризовавшемуся неуклонным ростом крупного частного землевладения и более быстрым, чем прежде, развитием арендных отношений. Однако отдельные элементы надельной системы продолжали существовать еще довольно долго. 

Хотя реформы конца VIII в. первоначально вызвали существенное увеличение налоговых поступлений, сколько-нибудь заметного улучшения положения основной массы населения не произошло. Расширение арендных отношений вело к развитию новых форм эксплуатации. Землевладельцы всячески пытались избежать налогообложения, перекладывали его тяжесть на арендаторов. В условиях ослабления центральной власти нарастал произвол местных властей при сборе налогов. В результате менее чем через сто лет после декретирования новых порядков положение крестьянства стало настолько тяжелым, что создало благоприятную почву для широкого его вовлечения в крестьянскую войну. 

Борясь с убылью налогоплательщиков, правительство прибегало к ревизии списков податных, выявляло у выявляло укрывавшихся от обложения. Продолжала поддерживаться так называемая фискальная община принудительная организация хозяйств по пятидворкам, двадцатипятидворкам, стодворкам, во главе которых ставились старшины и старосты, ответственные прежде всего за выплату налогов. Для предотвращения бегства работников с земли практиковалась круговая порука в налогообложении. Беглецов не только наказывали, но и привлекали обратно, обещая налоговые льготы. Практиковались отмена или сокращение налогов на определенный срок в случае стихийных бедствий и неурожаев в отдельных районах. 

Пытаясь решить проблему нехватки пахотной земли, правительство поощряло или же само осуществляло переселение народа из "тесных" районов в "просторные", -чаще всего окраинные, для освоения целины и пустошей. Делались попытки конфисковать землю, "поглощенную" частными землевладельцами. Уделялось внимание ирригационному строительству. 

Однако отмена и снижение налогов оставались эпизодическими мерами; круговая порука усугубляла нелегкое положение крестьян, попытки ограничить рост крупной земельной собственности не удавались, на ирригационное строительство сгонялись десятки тысяч крестьян, отрываемых от своей работы. 

Объединение страны и налаживание хозяйства привели к постепенному повышению экономической и культурной роли городов. При Суй были отстроены обе столицы - Чанъань и Лоян. Крупными центрами оставались Тайюань, Бяньлян (Кайфэн), Чэнду, Даньян (Нанкин) и другие города. Особенно интенсивно развивались города в центральной и юго-восточной части страны - Янчжоу, Сучжоу, Ханчжоу, Цюаньчжоу, Наньхай (Гуанчжоу) и др. В VIII в. в Китае было 25 городов с населением приблизительно 500 тыс. человек. Однако если учитывать масштабы страны, то говорить о процессе урбанизации в VII-IX вв. еще рано. Горо-да, как и раньше, исполняли прежде всего военно-административные функции: служили крепостями и резиденциями местных властей. Но все же они служили и рыночными центрами, а среди их населения было немало ремесленников и торговцев. 

Экономическая роль городов усиливается со второй половины правления династии Тан. Но данный процесс сдерживался различными ограничениями и жестким контролем со стороны властей. Это проявлялось прежде всего в настойчивом стремлении обеспечить максимум потребностей в изделиях ремесла и промыслов за счет казенного, непосредственно регулируемого государственной администрацией производства. Казенное ремесло основывайтесь на труде официально признанного сословия ремесленников (гун). Они принадлежали к податному люду, но не входили в уездные списки населения и подчинялись специально созданным еще в начале VII в. центральным управлениям. В обязанности ремесленников входила ежегодная поочередная работа в казенных мастерских. Кроме сменных работников в казенных мастерских постоянно (или же до окончания срока наказания) работали государственные рабы, зависимые и преступники. Некоторые квалифицированные мастера могли наниматься или же вербоваться казной. Но в целом как подневольные, так и наемные работники использовались в гораздо меньшем числе, чем тяглые ремесленники-очередники. На местах существовали также податные дворы, приписанные к разработкам соли, полезных ископаемых, выплавке железа, меди, постройке лодок и т.д., которые находились в распоряжении окружных и уездных властей. 

Особого развития достигли казенные шелкоткачество, горноразработки, выплавка металлов, керамическое производство, судостроение, строительство, деревообработка, выделка бумаги, крашение. 

К концу VIII в. в организации казенного ремесла намечается определенный сдвиг: принудительный поочередный труд ремесленников все более заменяется рекрутированием работников по найму. Большую роль здесь сыграло юридическое закрепление в 773 г. права ремесленников откупаться от своей повинности, уплачивая 2 тыс. монет за месяц отработки. 

Казенное ремесло обслуживало главным образом нужды императорского двора и аппарата управления, включая обеспечение государственных поселенцев орудиями труда, солдат - вооружением, доставку налогов по воде - судами и т.п. Часть его весьма разнообразной продукции, несомненно, попадала в продажу, но удовлетворить нужды населения оно не могло. Поэтому закономерно, что наряду с казенным существовало частное ремесло. Значительная его доля приходилась на домашнее ремесло (изготовление тканей, одежды, утвари, примитивных орудий труда). Параллельно с домашним существовало и профессиональное (слободское и городское) ремесло, не менявшее своего характера от того, что "ремесленный двор" мог иметь земельный участок. Ремеслом добывали основные средства к существованию отбывшие свою "очередь" на казенных работах мастера. 

В описываемый период появляются и отдельные частные предприятия, использовавшие кооперированный труд (ткацкие мастерские со многими станками, работа по заказу типа рассеянной мануфактуры). Но подобные предприятия были редки. Преимущественной формой частного ремесла была индивидуальная (семейная) мастерская, служившая одновременно и лавкой. Лавки-мастерские располагались на рыночных площадях по профессиональному принципу, образуя ряды (хан, сы). Во главе этих территориально-профессиональных объединений стояли назначаемые властями старшины. Они отвечали за соблюдение установленного порядка торговли и сбор соответствующих пошлин. Входящие в хан ремесленники совершали совместные ритуальные обряды и так или иначе должны были учитывать общие интересы. Но названные объединения еще не были цеховой организацией, так как не обладали основными ее функциями (самоуправлением, монополией производства, возможностью устанавливать цены и т.д.). Их можно считать лишь первым шагом на пути к образованию цехов. 

Тот факт, что частное ремесло существовало параллельно с казенным и в известной мере с ним переплеталось, сдерживало естественный ход его развития. Мешал и скрупулезный контроль со стороны властей. Тем не менее общий уровень, достигнутый как частным, так и казенным ремесленным производством в VII-IX вв., оставался для своего времени весьма высоким. 

Наличие мастерских-лавок и торгово-ремесленных рядов говорит о недостаточно четком расчленении в описываемый период производственной и торговой сфер в экономике города. 

Владельцами мастерских, горных и соляных разработок или же скупщиками продукции у надомников выступали чаще всего богатые торговцы. Оптовая торговля сочеталась с мелкой, лавочной. Появились торговые компании и дома (дидянь), осуществлявшие скупку и перевозку товаров. 

Развитию торговли способствовало само образование в конце VI в. единой империи, охватывавшей огромные пространства, весьма разнящиеся по структуре и уровню экономического развития. Благоустраивались торговые пути, обрастая складами, постоялыми дворами и т.п. Широко использовались перевозки товаров по воде, в частности по отреставрированному и усовершенствованному в начале VII в. Великому каналу. 

Развитию торговли способствовало введение в конце VI в. эталонов мер и весов и выпуск единообразной, установленного веса монеты из меди с небольшими добавлениями олова и свинца. В 621 г. начали отливать новую унифицированную медную монету. Ежегодно отливалось около 327 млн. монет. Но потребность в средствах обращения и платежа не была полностью удовлетворена. К VIII-IX вв. относится появление так называемых летучих денег (фэц, цянь) - своеобразных векселей, или кредитных чеков, позволявших сдавать деньги в определенные конторы и получать их в иных городах. 

Имперская администрация старалась удержать торговую деятельность под строгим контролем. Рынки разрешались лишь в областных и уездных центрах. Существовал строгий надзор за временем их открытия и закрытия и соблюдением порядка торговли. Торговцы должны были получать письменные разрешения на продажу товаров и перевозку грузов. Власти оставляли за собой право устанавливать цены. 

На торговых путях располагались таможни, отбиравшие с некоторых видов товаров до 10% их стоимости. Купцы и их имущество облагались регулярными и дополнительными налогами, принудительными займами. Все это отражало официально поддерживаемое негативное отношение к частной торговой деятельности, которая порицалась как непроизводительная и могущая нарушить стабильность существующих порядков. 

Активизация внешней политики и расширение зарубежных связей в VII-VIII вв. повлекли за собой интенсификацию торговли с другими странами. Предоставление иноземными послами "дани из местных товаров" и ее отдаривание двором превращалось в специфическую форму торгового обмена. Вместе с посольствами или вслед за ними в Китай прибывали многочисленные зарубежные купцы. На Великом Шелковом пути были устроены караван-сараи. Развивалась и заморская торговля. Крупнейшим китайским портом с VII в. становится Гуанчжоу. В городе был отдельно расположенный иноземный квартал. Специальные чиновники контролировали здесь торговлю иностранных купцов, отбирая в казну до 1/3 их товаров. Выезд же китайских торговцев за рубеж всячески ограничивался. 

Значительная централизация внешней торговли, а также большая доля предметов роскоши в китайском импорте свидетельствуют, что в описываемый период эта торговля преимущественно служила потребительским интересам верхушки общества и еще не оказывала существенного влияния на экономическое развитие страны в целом. 

Изучение сословно-классовой структуры китайского общества конца VI-IX вв. затрудняется тем, что официально принятое тогда социальное деление ("чиновники" и "народ", состоявший, в свою очередь, из четырех категорий - ученые, земледельцы, ремесленники и торговцы) далеко не адекватно отражает реальность. Кроме того, ни родовитость, ни обладание богатством не давали закрепленного законом особого статуса и поэтому недостаточно фиксировались в источниках. Китайское общество того времени представляло собой довольно жесткую иерархическую структуру. Социальные барьеры разделяли аристократов и неаристократов, служилое сословие и простолюдинов, свободных и зависимых. 

Верхушку господствующего класса составляла аристократия. К ней относились столичная знать - родичи императора, придворные и титулованные сановники, а также представители местной провинциальной элиты, объединявшиеся в несколько могущественных группировок. Их родовитость удостоверялась сводами-перечнями, первый из которых в описываемый период появился в 637 г. и включал 293 фамилии и 1654 семьи. Своды периодически уточнялись и пополнялись. 

Обозначившаяся кастовость аристократии не находила, однако, адекватного отражения в официальной политико-административной доктрине. Политическое преобладание знати реализовалось прежде всего ее участием в управленческом аппарате, что приводило к ее слиянию с верхами чиновно-бюрократического сословия. Тем не менее аристократическое начало, столь ярко проявившееся в социальных порядках предшествующего периода, в конце VI-IX в. продолжало сохранять значительную роль. 

Важной составляющей господствующего класса являлось учено-служилое сословие, чиновничество. Вместе с семьями чиновники составляли от 1,5 до 2% населения. На их родичей распространялись различные привилегии, отбрасываемые "тенью" носителя служебного ранга. Эти привилегии сохранялись и за родственниками отставных, не имевших конкретной должности и умерших чиновников. Были также многочисленные обладатели почетных и наградных званий. Рядом материальных преимуществ и социальным весом пользовались получившие на государственных экзаменах ученые степени, а также готовившиеся к государственной службе учащиеся. 

Социальный престиж чиновничества всемерно поддерживался правительством и официальной традицией и признавался населением. Даже в случае разжалования чиновник оставался по своему статусу выше простолюдина. Карьера чиновника была весьма притягательной, ибо открывала дорогу к обогащению. Юридическое допущение к этой карьере простолюдинов не мешало тому, что чиновное сословие в большой степени ограничивалось выходцами из аристократической и чиновничьей среды. Этому способствовал целый ряд дополнительных условий: для сдачи экзаменов требовалась рекомендация влиятельного лица, для получения должности - специальный "допуск" и т.д. На высокие же посты выходцы из "простых" не могли попасть даже теоретически. К концу Тан 3/4 кандидатов на экзаменах были выходцами из знати и чиновников. 

Служебная пирамида состояла из 9 рангов (где высшим был первый) и 30 ступеней (внутриранговых делений). Заметная социальная грань пролегала между 5-м и более низкими рангами. Выше этого рубежа можно было попасть лишь с разрешения императора. Еще одна грань отделяла обладателей первых трех рангов. Они пользовались наибольшими привилегиями. 

Связь с государственной службой, отсутствие принципа прямого наследования, строгая иерархичность внутренней структуры и открытость (допущение представителей простолюдинов к служебной карьере) - все это делало китайское чиновничество слоем, весьма отличным от благородных сословий западноевропейских средневековых государств, хотя и те и другие играли сходную социальную роль - служили оформлению господствующего класса. 

Аристократы, чиновники и родственные последним кланы чаще всего были и наиболее крупными землевладельцами. Однако наряду с ними земля концентрировалась и в руках незнатных и нечиновных богатых людей, что стало особенно заметно со второй половины VIII в. Эти люди не выделяются источниками из широкой категории налогообязанных простолюдинов (лянминь, байсин). Но их можно относить к экономически господствующему классу, так как они эксплуатировали обрабатывавших их землю крестьян и приобретали доминирующее положение в местном обществе. Выходцам из этого зажиточного слоя было легче, чем остальным простолюдинам, пробиться в учено-служилое сословие. 

К экономически господствующему классу следует отнести также крупных купцов и ростовщиков. При этом надо учитывать, что крупными торговыми операциями имели возможность заниматься прежде всего выходцы из семей тех же богатых землевладельцев, а также знати и чиновничества, которые делали это через посредников. 

Основное ядро юридически не пораженных в правах простолюдинов оставляли крестьяне (по приблизительным подсчетам, около 60% населения). Однако в соответствии с неодинаковыми методами эксплуатации среди них выделяются различные слои. В VII-VIII вв. количественно преобладали крестьяне - пользователи наделов. Юридически они сохраняли определенные права на землю (наследовали ее, получали добавки на новых членов семьи), но не могли ею свободно распоряжаться (передавать, продавать), а также оставлять ее необработанной или же бросать. Практически они были в известной мере прикреплены к земле (учтены в списках без права ее покидать) и, кроме того, связаны круговой порукой при выплате налогов и несении повинностей. 

Еще более жестким было прикрепление крестьян, работавших в военных поселениях, на должностных землях чиновников и во владениях императорских родичей. 

Часть крестьян брала землю в аренду у частных хозяев. Арендные отношения подразумевали не только частную эксплуатацию, но и своего рода патронаж хозяина над работником, закрепляемый в терминах патриархального главенства над "младшими". 

Хотя традиционное сословное деление обособляло ремесленников и торговцев от земледельцев, не было никаких официально зафиксированных различий между сельскими и городскими жителями. Социальная организация города с ее замкнутыми, поднадзорными со стороны властей кварталами строилась опять-таки по принципу сельских общин, механически собранных в одном месте (т.е. в пределах городских стен). Например, Чанъань делилась на два уезда, каждый из которых включал не только городские кварталы, но и прилегающую сельскую местность. Социальный статус ремесленников и торговцев был ниже земледельцев, ибо эти занятия расценивались как "второстепенные" по сравнению с сельским хозяйством. 

Наибольшей эксплуатации подвергались люди неполноправных категорий, противопоставлявшиеся лично-свободному "доброму народу" (лянжэнь) как "подлые" или же "низкие" (цзяньжэнь). Грань между ними четко прослеживается в законодательстве. Строго запрещались браки между свободными и зависимыми. Последние различались по степени личной зависимости, могли быть казенными или же иметь частных хозяев. 

На самой низкой ступени в иерархии зависимости стояли рабы (нуби). Казенные рабы состояли главным образом из родственников лиц, совершивших преступления. Они не вносились в списки податного населения, а приписывались к учреждениям, распоряжавшимся ими. Обрабатываемые рабами угодья могли жаловаться чиновникам и знати. 

Казенные рабы составляли одну из самых многочисленных групп неполноправных. С 605 г. частным рабам не полагалось давать земельные наделы. Как и казенные рабы, они не несли повинностей перед казной и не включались в списки населения, фигурируя лишь в подворных списках семьи хозяина. 

Рабов презирали, приравнивали к имуществу и скоту, продавали. Им не полагалось фамилий, а только клички. В брак они могли вступать только между собой. Дети рабов оставались рабами. Но, с другой стороны, практически почти все рабы имели свои семьи и некоторое имущество. Хозяин не мог их убить. Сохранялась возможность выкупа из рабства. Казенные рабы в 60 лет переводились на положение полурабов (фаньху), а в 70 лет получали свободу. Частные рабы благодаря сохранявшейся патриархальной традиции рассматривались как младшие члены семьи хозяина. Таким образом, рабство в Китае отличалось сравнительной мягкостью. 

В несколько меньшей степени зависимости находились гуаньху (казенные дворы), положение которых было близко к государственным крепостным. Как лично-несвободные рассматривались казенные ремесленники (гун) и музыканты (юэ). Наибольшей независимостью среди казенных категорий работников пользовались цзаху ("дворы различных занятий") - далекие потомки семей обращенных в рабство преступников. Они имели право на полный земельный надел, несли равные со свободными наказания за проступки и отпускались на волю в 60 лет. К особой категории казенных зависимых можно отнести работников, жаловавшихся властями буддийским монастырям (чанчжу). 

Среди частных зависимых помимо рабов были известные еще с предшествующих времен буцюй. Они не имели надела и работали главным образом на земле хозяина. Их могли посылать на общественные работы вместо хозяина и членов его семьи. Хозяин не мог продать их и за их убийство нес более строгое наказание, чем за раба. В кабальную зависимость от хозяина попадали также лица, нанимаемые им в услужение по контракту, - суйшэнь. 

Промежуточными слоями тогдашнего общества можно считать монахов и не имевших ранга служащих бюрократического аппарата (так называемых под-чиновников). Монахи получали удостоверения от властей и не включались в списки податных. Их общины при монастырях рассматривались как особого рода большие семьи с общим имуществом. Монахи использовались администрацией как глашатаи, смотрители за работами, осведомители и т.п. В распоряжении монастырей были земельные владения, зависимые и рабы. Подчиновники относились к простым людям (шужэнь) и квалифицировались как "дети от наложниц" в сравнении с "законными" чиновниками. Юридически у них не было привилегий, но причастность к власти давала им некоторые практические преимущества перед прочими простолюдинами. 

С объединением Китая в VII-VIII вв. наблюдается процесс этнической консолидации. Это прервало намечавшиеся в IV-VI вв. тенденции, которые в перспективе могли привести к распаду китайского этноса. Однако различие между Севером и Югом страны не было преодолено и в рассматриваемый период. Оно проявлялось в разности диалектов, обычаев, пищи и т.д. Северяне впитали в себя путем ассимиляции многие некитайские племена и народы, в частности сыгравших немалую роль в истории IV-VI вв. сяньбийцев. Тенденции к консолидации проявились в дальнейшем проникновении китайцев на юг и постепенном выравнивании количества населения в обеих частях страны, насчитывавшей от 46 до 55 млн. человек. Единым было и самоназвание китайцев - хуа или же ханьжэнь. 

Восстановление имперского порядка открыло дорогу ощутимому взлету культуры страны. Расширяются посевные площади, на севере страны; распространение получает овощеводство, на юге осваиваются ранний и поздний сорта риса, метод возделывания пшеницы после уборки. риса. Широко распространяется возделывание и употребление чая, на который в 30-х годах IX в. вводится государственная монополия. Начинается производство сахара из сахарного тростника. Совершенствуется сельского хозяйственная техника. Было, например, II различных типов железных и деревянных плугов. Широко использовалась ирригация. Появилось поливное колесо с кувшинами, приводимое в движение рабочим cкoтoм, распространились водяные мельницы. 

Заметным был прогресс в строительной технике, что отразилось в усовершенствовании Великого канала, восстановлении и достройке Великой стены, возведении столиц и загородных дворцово-парковых комплексов многоярусных пагод, каменных мостов, храмов и т.д. К концу периода Тан завершается складывание огороженного и состоящего из нескольких простроек жилого и служебного назначения двора-усадьбы - типичного китайского жилища, дошедшего до XX в 

Мастерство и изящество отличают изделия ремесла VII-IX вв.: ткани ювелирные украшения, зеркала и т.д. Появляются первые образцы фарфоровых изделий. Пробуются корабли на колесном ходу. 

Благодаря развитию внешних связей в обыденной жизни зажиточных слоев сказывается культурное влияние соседних народов. Входят в употребление иноземные косметические средства, лекарства, продукты питания (в частности, перец, виноград и виноградное вино), различное минеральное сырье, редкости и экзотические вещи. В свою очередь, многие достижения материальной культуры китайцев (например, в строительстве изготовлении бумаги, монет и т.д.) заимствовались в зарубежных краях. 

Но наиболее прославлен период VII-IX вв. достижениями духовной культуры. Ориентированность на служебное и социальное продвижение путем сдачи экзаменов привела к расширению системы образования. В столице имелось 8 различных училищ. Училища и школы были открыты также в областных, окружных и уездных центрах. И хотя в них изучалось в основном классическое этико-политическое и философское наследие, прослойка овладевших определенной суммой знаний людей значительно увеличилась. Заметен сдвиг в книжной культуре, появляются крупные библиотеки, во второй половине IX в. начинается книгопечатание с резных досок (методом ксилографии). 

Прогресс научного знания наблюдается в географии, астрономии и математике, истории, филологии. Совершивший в 629-645 гг. путешествие в Индию через страны Центральной Азии монах-паломник Сюань-цзан оставил описание виденного в книге "Описание Западного края в период Великой Тан". Подробное описание морского пути от Гуанчжоу до Персидского залива и далее в Багдад дал Цзя Дань (730-805). Ли Чуньфэн в конце VII в. уточнил календарные исчисления и писал комментарий в математическим трактатам. В начале того же века появился сводный перевод индийских трудов по математике, а в 718 г.- индийских календарных методов. В VII в. было написано 8 официальных "династийных" историй (из существующих двадцати пяти). В первой половине VII в. Янь Шигу дал новую редакцию канонического "Пятикнижия", а Кун Инда написал ставший впоследствии также классическим комментарий к нему. Система образования, имевшая широкую гуманитарную направленность, способствовала развитию энциклопедичности китайских ученых, владевших и литературными навыками, и политическими, историческими и философскими знаниями. В этом плане характерна деятельность таких литераторов и мыслителей, как Ду Ю (735-812), Хань Юй (768-824) и Лю Цзунюань (773-819). В 601 г. появился словарь литературного языка "Це юнь", составленный Лу Фанем и включавший 12158 иероглифов. Не прекращался и перевод санскритских текстов на китайский язык. 

Буддизм в конце VI-IX в. продолжал оказывать огромное влияние на идеологию и культуру Китая. Императорское правительство до середины IX в. поддерживало буддизм, пытаясь использовать его для укрепления своего престижа. Обрядовая практика буддизма вошла в повседневную жизнь широких слоев. Продолжалось паломничество в Индию. Помимо Сюань-цзана и И-цзина там только в конце VII в. побывало 37 паломников, а вслед за И-цзином отправилось 56 его учеников. Однако даже в период своего расцвета буддизм в Китае не смог стать безраздельно господствующей идеологией. Здесь сыграли роль и стойкость конфуцианской традиции, и сопротивление даосизма. Увеличение числа монахов, земельных владений и богатств буддийских монастырей сокращало доходы казны и толкало власти на ограничение деятельности буддистов. Переход в монахи контролировался и сдерживался, делались попытки сократить количество деревенских храмов и кумирен. В 845 г. было конфисковано имущество около 45 тыс. монастырей и храмов, расстрижено много монахов. Несмотря на гонения, позиции буддизма оставались достаточно прочными. 

Влияние даосизма было менее значительно. Правительство поощряло даосизм: монахам давались почетные звания, в 666 г. была официально признана святость Лао-цзы, в первой половине VIII в. была учреждена даосская Академия. Но даосов было гораздо меньше, чем буддистов. 

В VII-IX вв. в Китай проникают "три варварских учения" - манихейство (инь-ян цзяо) от уйгуров, зороастризм (тянь) от персов и несторианское христианство (цзин цзяо) из восточных районов Византийской империи. Но сколько-нибудь глубокого воздействия на религиозную и идеологическую жизнь в стране они не оказали. 

Эпоха Тан по праву считается золотым веком китайской поэзии. Именно тогда жили и творили великие китайские поэты Мэн Хаожань (689-740) Ван Вэй (699-759), Ли Бо (701-762), Ду фу (712-770), Бо Цзюйи (772-846) и многие другие. В творчестве некоторых из них ярко отразились социальные мотивы: бедность и страдания простого народа, произвол власть имущих, ужасы войны и т.п. 

К концу VI - началу VII в. формируется как особый литературный жанр прозаическая новелла, в которой также рельефно проступают многие бытовые, социальные и идеологические черты эпохи. 

В изобразительном искусстве того времени прослеживается ощутимое влияние буддизма и в то же время сохраняются и развиваются традиционные, чисто китайские начала. Здесь следует упомянуть скальные рельефы вЛунмэне, ритуальную буддийскую скульптуру в храмах Бинлисы и Майцзишань. Изяществом отмечены поливная керамическая бытовая скульптура малых форм, а также народная скульптура, сохранившаяся в погребениях. Прекрасные образцы фресковой живописи представлены в пещерных храмах Дуньхуана. В пейзажной живописи прославились Ли Сысюнь, У Даоцзы и знаменитый поэт Ван Вэй. К VIII в. складывается как особый жанр живопись "цветов и птиц", получившая впоследствии всеобщее признание. Появляются трактаты о живописи, ее истории и художниках. 

В целом китайское общество конца VI-IX в. представляло собой ярко выраженную иерархическую структуру с монархической, централизованной формой правления, преобладанием аристократических начал в социальной и политической жизни и весьма дробным сословным делением, отражавшим различную степень относительной личной свободы или зависимости. Экономической основой этого иерархического строя по-прежнему оставалось сельское хозяйство, и прежде всего земледелие. Хозяйство по преимуществу носило натуральный характер, хотя изымаемая и перераспределяемая в господствующих слоях общества масса продукции была довольно значительна. Система эксплуатации не отличалась единообразием, но во всех формах содержала существенный элемент внеэкономического принуждения. Ярче всего это прослеживается на примере различных категорий лично-зависимого люда. Юридически не ущемленное в личной свободе население непривилегированных сословий эксплуатировалось главным образом с помощью ренты-налога и системы государственных повинностей. Вопрос о характере государственной эксплуатации в странах Востока вообще и в Китае в частности остается дискуссионным. Автор данного раздела считает, что государственный поземельный налог приобретал характер ренты не в силу верховных собственнических прав государя и олицетворяемого им государства на закрепляемые за производителем наделы и не в силу государственного суверенитета над территорией страны, но благодаря социальному статусу (сословной приниженности) эксплуатируемого. Фиксируемые налоги и повинности дополнялись неписаными, но общепризнанными обязанностями простолюдинов перед носителями власти и аристократией, проистекавшими из сословно-классовой приниженности одних и доминирования других. Жесткий контроль, сопровождавший систему централизованной эксплуатации, приводил к практическому (но не юридическому) прикреплению производителя к земле, наследственному закреплению его профессиональной деятельности. Существовавшая параллельно с этим частнособственническая эксплуатация посредством сдачи землевладельцем участков в аренду также сопровождалась внеэкономическим принуждением, ибо условия аренды носили кабальный характер и арендатор практически утрачивал часть личной полноправности. 

Сказанное позволяет охарактеризовать китайское общество эпохи Тан по его основным параметрам как разновидность феодального. Однако в нем можно обнаружить ряд архаических черт. Несмотря на всю его иерархичность и значимость сословных перегородок, оформление сословного деления по-прежнему оставалось расплывчатым и нечетким. Это обусловило несовпадение сословного и классового деления, что ярче всего проявилось в растворении значительного слоя экономически господствующего класса землевладельцев в непривилегированном сословии простолюдинов. Вместе с тем отсутствие четких понятий о правах собственности на землю, проявившееся в нерасчлененности (двойственности) собственнических прав (например, на наделы и целый ряд категорий жалуемых земель), приводило к сложному переплетению централизованных (государственных) и частных начал в методах эксплуатации. Архаичность проявлялась также в сохранении патриархальности в отношениях личной зависимости, в неразвитости города и городской экономики и, наконец, в жесткости всего социального порядка и системы эксплуатации в целом. Наличие указанных архаических черт дает возможность относить рассматриваемое общество к раннефеодальным. 

Сделанное заключение не подразумевает типологической идентичности Китая конца VI-IX в. раннефеодальным европейским странам. Среди отличий, характерных для китайского общества рассматриваемого периода, помимо того, что оно формировалось в специфических исторических условиях (длительность и непрерывность китайской цивилизации, масштабность страны, внешнее окружение), следует выделить повышенную регулирующую роль государственных властей в экономической и социальной жизни, сохранение большинством эксплуатируемых юридической свободы, а также слияние высокого социального статуса с политическим, что сказывалось на самой структуре господствующего класса. Все это делает китайский образец раннефеодального общества весьма специфическим. 

Список литературы

1. История Востока; Издательская фирма "Восточная литература" РАН, Москва, 1997