Аракчеев и "Аракчеевщина"

Аракчеев и "Аракчеевщина" 

Рэм Бобров

"Солдафон, царский сатрап, мечтавший превратить Россию в большую казарму с фельдфебелями по углам... " 

"Его неутомимая, всесторонняя и несомненно полезная для государства деятельность,  бескорыстие и старание всюду добиться правды, и, наконец, железная воля и разумная строгость - качества, необходимые для кормчего русского государственного корабля, плывшего в то время в водовороте бурных иноземных течений..." 

Эти две взаимоисключающие характеристики относятся к одному и тому же человеку - генералу Алексею Андреевичу Аракчееву, чье имя в XIX веке стало для многих россиян нарицательным.

Судить о людях лучше спустя столетия после их смерти. Человеку, находящемуся в пути, надо непременно останавливаться время от времени, оглядываться, вспоминать, сравнивать. Тогда он меньше совершит ошибок и вернее достигнет намеченной цели. Итак, Алексей Андреевич Аракчеев, родился он 23 сентября 1769 года в Бежецком уезде Тверской губернии, в имении отца, происходившего из старинного, но очень небогатого дворянского рода. Свое дворянство Аракчеевы вели от Ивана Степанова Аракчеева, которому в 1684 г. царь Алексей Михайлович пожаловал вотчины в Бежецкой пятине Новгородского уезда. Это были небольшие деревенские хозяйства в Модлинепустоши, Санникове, Игначихе, деревни в Клобуках и Шепиловке, и деревеньки в Петровском уезде Тихвинского погоста, да в слободке Березинской на реке Волчьих пустошь Пушенная. Прадед будущего генерала и графа принял смерть капитаном, дед погиб в турецком походе армейским поручиком, а отец, выйдя в отставку в 1762 г., поселился в деленном, переделенном прадедовском имении, в котором на его долю досталось всего 20 крепостных крестьян в Вышневолоцком уезде Тверской губернии. Женился Андрей Андреевич удачно, на женщине исключительно хозяйственной и заботливой. Благодаря усердию и бережливости Елизаветы Андреевны семья отставного поручика недостатков в семейном бюджете не знала, хотя и потребности мелкопоместных дворян того времени были самые что ни есть житейские. Аракчеевы, как любила повторять матушка Елизавета Андреевна, жили вполне прилично и во многом благодаря ее распорядительности, расчетливости, трудолюбию, похвальному, хотя и не частому на Руси, искреннему почтению к порядку. Качества эти, так же, как неприязнь к воровству, лжи и пьянству, Елизавета Андреевна передала своим трем сыновьям сполна. Мать всегда самый усердный и запоминающийся учитель.



Портрет Аракчеева А.А.

27 сентября 1787 г. сын отставного поручика Аракчеева - Алексей с величайшими трудностями зачислен в Артиллерийский шляхетский корпус, который окончил в числе лучших его воспитанников в 1789 г. Был произведен в поручики и оставлен при кадетском корпусе сначала преподавателем математики и заведующим библиотекой, а затем, опять же в числе лучших офицеров, переведен в гатчинскую артиллерию. Артиллерию Алексей Аракчеев знал и любил.

Надо заметить, что при императрице Екатерине II гатчинский гарнизон являлся чем-то вроде государства в государстве, переданном в полнейшее управление цесаревичу Павлу Петровичу, будущему императору Павлу I, который на манер настоящего императора проводил в своих малочисленных войсках смотры и учения. На одном из таких смотров поручика Аракчеева и заметил будущий император. Объявленный смотр по забывчивости Павла Петровича чуть было не сорвался: большая часть его участников после долгих бесполезных ожиданий разошлась по казармам. Только батарея Аракчеева "в полной готовности к боевому применению" оставаться на определенных ей позициях. Заметив ее, Павел Петрович вспомнил о смотре и, заслушав четкий доклад командира батареи, проникся к нему искренним уважением и доверием.

Вскоре Аракчеев стал комендантом дворца, к обязанностям которого относился все с той же исполнительностью и усердием. Нельзя сказать, что внешностью своей комендант соответствовал роскошной красоте дворцовым интерьеров: был он высок, сутул, худ, с большими мясистыми ушами, торчащими над коротко остриженной головой; бритым лицом с некрасивыми, вульгарными чертами лица, мясистым неуклюжим носом "дулей". Зато этот комендант всегда был на службе, в любое время суток. И днем и ночью Аракчеев находился "при исполнении", держал марку государева человека. Его глаза с наполовину опущенными веками смотрели на собеседника бесстрастно, умно и внимательно, а в голове моментально созревал план самого разумного исполнения очередного императорского поручения. 

В 1792 году А.А. Аракчеев назначен старшим адъютантом инспектора гатчинской артиллерийской команды в чине полковника. 28 сентября 1798 года произведен в генералы от артиллерии, с возложением на него обязанностей начальника квартирмейстерской части для улучшения артиллерии. При Павле I А.А. Аракчеев был комендантом и Гатчины, и Санкт-Петербурга. За успехи по службе награжден 2 тысячами крестьян в Новгородской губернии. В день коронации Павла Петровича 5 апреля 1797 г. новый император жалует бедному, худородному, но поистине образцовому своему офицеру баронский герб, в который тот, с разрешения императора, вписал девиз: "Без лести предан". И сколько бы ни злорадствовали по этому поводу острословы, - Аракчеев действительно был предан без лести делу и тому, кому присягал на верную службу.

Еще через две недели после коронации Павла I Аракчеев назначен генерал-квартирмейстером уже всей российской армии. Бывали в России генералы и помоложе, но то из старой вельможной знати. Алексей Андреевич - двадцативосьмилетний генерал из захолустной российской провинции. И не случайно он практически сразу же стал объектом зависти и злых шуток придворных. Впрочем, Аракчеев мало на то обращал внимания, продолжая с предельным усердием исполнять свой служебный долг.

Тлевшие на западе очаги войны между тем все ближе подступали к границам Российской империи. Уязвимым местом российской армии на старте XIX века по-прежнему были артиллерийские ее подразделения. Именно эта часть вооруженных сил страны и была передана А.А. Аракчееву для полного ее переустройства. О том, как Аракчеев исполнил свое поручение, можно судить по словам будущего противника России Наполеона, испытавшего на себе силу русской артиллерии уже под Прейсиш-Эйлау: 

"Видно, прошло то время, - писал он, - когда с 40 пушками можно было выигрывать генеральные сражения". 

Завистников у А.А. Аракчеева всегда хватало. По части его трудов с перевооружением артиллерии - так же. И тем не менее, вспомним, что именно при А.А. Аракчееве с 1804 г. начались в России практические артиллерийские учения, а в 1805 г. составлены современные правила об артиллерийских маневрах, запрещена международная торговля порохом и селитрой, в 1806 г. учреждены артиллерийские бригады и батареи, сведенные в дивизии, в 1807 г. появились конно-артиллерийские роты, в 1808 г. составлены правила приема орудий и снарядов, начато издание "Артиллерийского журнала", в 1809 г. учреждены специальные юнкерские и фейерверкские школы, стандартизированы орудия, усовершенствованы лафеты к ним, модернизируются артиллерийские заводы.

1810г. А.А. Аракчеев - председатель департамента военных дел Государственного совета. Не было ни одного большого или малозначительного артиллерийского дела, в которое бы лично не вникал генерал А.А. Аракчеев. В 1812 г. Алексей Андреевич находится в действующей армии. Участвует в боях под Люцерной и Бауценой. С 1815 по 1825 г. он - правая рука и первый советник руководителя государства: редко какое из важных государственных решений принималось Императором без его одобрения. После окончания войны А.А. Аракчеев продолжает заниматься перевооружением войск и командует российской артиллерией. Было чем заняться в армии и по части укрепления дисциплины. Особенно по борьбе с казнокрадством, к которому после войны попривыкли некоторые офицеры. Надо ли говорить, сколько врагов нажил А.А. Аракчеев в этой борьбе, сколько легенд сложилось о его непреклонности и жестокости при этом? Появилось хлесткое определение "аракчеевщина", под которым "страдатели о былой вольнице" подразумевали "режим реакционного полицейского деспотизма и грубой военщины, грубого произвола, палочной муштры и "бесчеловечности" А.А. Аракчеева по отношению к тем, кто плохо помнил свой гражданский и служебный долг. Трудно судить обо всем этом спустя столетия. Только где-то прав был и А. Н. Толстой, заметивший, что без порядка не может быть государства и "человека приходится ради его же пользы либо дрессировать, либо просвещать". 

"Человечество по природе своей склонно больше к осуждению, чем похвальбе", - писал итальянский мыслитель и писатель Макиавелли (1469-1527), потому "Не с ненавистью судите, а с любовью, если хотите истины", - читаем мы эпитафию на могиле известного адвоката Плевако.

Чехов, этот эталон писательской совести заметил, что "дело писателя - быть адвокатом человеков, прокуроров же хватает и без нас". Касается это всех, в том числе и людей, стоящих во главе государства. Так что будем и мы снисходительны к генералу А.А. Аракчееву. Он имел почти все высшие награды России: орден Святого Владимира I степени; Святой Анны I степени; Мальтийский крест и 3 иностранных ордена. И слыл не просто ловцом чинов и наград: после взятия Парижа Аракчеев отказался от фельдмаршальского жезла и от высшего ордена союзных армий - "Большого черного орла". Да и прижизненные свои награды А.А. Аракчеев не очень-то ценил. Выходя в отставку, он вернул в герольдию орденскую все заслуженные на полях сражений ордена и награды мирных лет службы. При себе оставил только орден Святого Александра Невского, врученный ему самим императором.

Не был А.А. Аракчеев и стяжателем: завещанием своим он вернул в казну полученное в начале службы имение "Грузино", в которое генерал при жизни вложил немало сил и времени.

После смерти Аракчеева император передал имение генерала новгородскому кадетскому корпусу, присвоив ему имя дарителя.

Нельзя не упомянуть еще одно значительное государственное дело, в котором А.А. Аракчеев употребил немало труда и которое, собственно, подвинуло нас к этому очерку. Имеются в виду те огромные военные поселения, что были созданы в России в начале XIX века под его управлением.

Из войны 1812 - 1815 гг. Россия вышла с гордостью и заслуженной славой, но с огромными финансовыми прорехами в бюджете. Содержать армию в прежней боевой готовности страна была должна, но уже не могла. Тогда-то и появилась идея военных поселений, способных в мирное время кормить себя, а в случае войны незамедлительно выступить в очередной военный поход.

В военных поселениях просматривалась не одна военная и финансовая стратегия. Угадывались в них еще и перспективы социальные, способствующие эффективному продвижению в стране просвещения и распространения в народе передовых приемов хозяйствования.

Европа в начале XIX в. уже была свободной от крепостничества. Участь его скорейшей отмены была неизбежной и для России. Но для осуществления таких реформ надо было иметь хорошо подготовленных людей, способных самоорганизовываться на принципах равноправия и свободы. Крепостной мужик в барском поместье - все одно раб, при любых императорских послаблениях. Мужик, одетый в военный мундир, формально уже не крепостной. Он - слуга царю, человек государственный. Военные поселения создавали новое российское сословие - военное. Оказавшиеся в нем бывшие солдаты становились людьми почти свободными да и с крышей над головою в случае увечья и старости. Нет, не такое простое дело - эти военные поселения. Они - резерв, школа будущего государственного переустройства. Аракчеев понял это и полностью поддержал их создание.

Первыми и самые крупные военные поселения сложились в Новгородской губернии по соседству с имением Аракчеева - Грузиным. Затем они появились в Харьковской, Херсонской, Подольской губерниях на границе с вечно мятежной Польшей. Численность военных поселений достигла 700000 душ.

Солдаты военных поселений наряду с несением военной службы вели сельское и лесное хозяйство. На поселении каждому хлебопашцу давался пахотный надел в 6 десятин и 2 десятины сенокосу. Дом строится за счет казны. Полагалась поселенцу верхняя и нижняя одежда, каждой семье прикуплены были 1-2 лошади и коровы. В случае надобности каждой хлебопашеской семье приходилось пускать к себе двух постояльцев. За право пользования всем этим имуществом поселянин должен был 2-4 дня в неделю трудиться на общих работах, а остальное время заботиться о собственном хозяйстве и пропитании своих домочадцев (жены и одного ребенка). На всех остальных полагался государственный прокорм (четверть муки и 1,5 гарнца крупы в месяц). Поселенцы-ремесленники жили либо на постое у хлебопашцев, либо при заводе - в домах-казармах квартирного типа. Служба тех и других заканчивалась после 25 лет выслуги. Дети поселян по достижении школьного возраста в военных поселениях переводились в особые школы, в которых обучались прежде всего военным, да и штатским дисциплинам, пополняя собой ряды пока еще малочисленного класса специалистов: фельдшеров, лесников, телеграфистов, мастеровых различных профилей.

Главным начальником военных поселений Александр I назначает А.А. Аракчеева. В создании их последний проявил все ту же настойчивость и требовательность. Входил во все мелочи, испрашивал самые подробные отчеты, а главное - строил дороги, казармы, дома, школы. Через несколько лет российские военные поселения превратились в образцовые сельские поселки. 

А.А. Аракчееву был свойствен хозяйственный талант. Умение вести дело он доказал на примере собственного имения Грузине. По тем временам Аракчеев сделал его прибыльным хозяйством, ориентированным не на барщину и оброк, а на доход от продажи готовой продукции - сена, фуражного зерна и товарной древесины.

При всей своей строгости порядок в имении А.А. Аракчеев наводил не столько палками, но и методами экономическими. В Грузино крестьяне трудились на бригадном подряде с тарифной оплатой, чем всерьез занялись в России спустя полтора столетия. Часть дохода Аракчеев вкладывал в земельные улучшения. Это, кстати, подтверждают и записи, оставленные Императором во время очередных его инспекторских поездок: "Граф Алексей Андреевич! Устройство и порядок, которые я самолично видел в деревнях ваших при посещении вас на обратном пути моем из Твери, доставили мне истинное удовольствие. Доброе сельское хозяйство есть первое основание устройства государственного. Посему я всегда с особым вниманием взираю на все селения, доходящие ко мне, о благоустройстве частных сельских учреждений, и всегда желаю, чтобы число добрых и попечительных помещиков в отечестве нашем умножалось... Быв личным свидетелем того благоустройства, которое без принуждения, одним умеренным и правильным распределением крестьянских повинностей и тщательным ко всем нуждам их вниманием, успели вынести в вашем селении, я поспешил изъявить вам истинную мою признательность за удовольствие, которое вы мне сим доставили: когда с деятельною государственной службою сопрягается пример частного доброго хозяйства, когда и служба, и хозяйство получают новую цену и уважение.

Пребываю к вам благосклонным. Александр". 

Порадоваться в имении Грузино действительно было чему. А.А. Аракчеев привел в порядок принадлежащие ему селения, оставив 32 лучших из них и проложив между ними хорошо устроенные шоссейные дороги.

Существенным недостатком северо-западных российских земель был избыток влаги. Осушение болот составляло меру, необходимую в Санкт-Петербургской, Новгородской, Тверской, Ярославской, Минской и других губерниях, где стоячие воды, занимая огромные пространства, вредно действовали на климат, портили леса, затрудняли земледелие и препятствовали развитию скотоводства.В связи с чем в аракчеевских имениях и в целом на землях военных поселений осушению уделялось особое внимание. В Новгородских имениях Аракчеева проложены были сотни километров канав. Работы по осушению и строительству канав и дорог отличались высоким качеством. При прокладке канав расширялись лесные просеки, строились мосты. Уже наш современник, ученый-лесовод Г.М. Пятин доказал высокую лесохозяйственную эффективность мелиоративных и дорожных работ, выполненных при Аракчееве.

Осушительные системы, построенные в Старорусском, Грузинском и Новгородском лесничествах, частично сохранились до нашего времени. Благодаря дорогам и противопожарному устройству пожары в лесах прекратились. 

После смерти Александра I Аракчеев практически отошел отдел государственных. Он много ездит по загранице - учится. И занимается исключительно своим имением, на примере которого доказывает рентабельность сельского хозяйства даже на таких бедных в плодородном отношении землях, как земли новгородские. Всякая культура начинается с личной инициативы энтузиастов. Примеру А.А. Аракчеева следовали и другие землевладельцы: Данилевский, Полторацкий, Энгельгард и многие другие. И их хозяйственные начинания, в первую очередь, начинались со строительства дорог. Отмена крепостного права впоследствии не застала таких землевладельцев врасплох. Они не разорились, как это случилось после 1861 года с тысячами других помещиков. Имения их не оказались "под опекой", в закладе, а затем на аукционах. Имения помещиков предпринимателей типа А.А. Аракчеева надежно перерастали в товарные хозяйства рыночного уклада. 

Умер А.А Аракчеев в Грузино Новгородской губернии 21 апреля 1834 года. К сожалению, мало что осталось в Грузино от его многолетних трудов. Разве что дороги и каналы до сих пор облагораживающие небогатые новгородские земли. Пусть они и дальше остаются зримыми памятниками старому заслуженному русскому генералу от артиллерии Алексею Андреевичу Аракчееву. 

Что же касается его грехов и заслуг, то история рассудит.