Государство и территория

Государство и территория 

 

1. Три важнейшие геополитические категории

Большинство споров в отношении новой геополитической картины мира сосредоточено вокруг трех фундаментальных категорий:

1) "государство-нация" ("Etat-Nation"), т.е. традиционное исторически сложившееся централистское государство (такое, как Франция, Италия, Германия, Испания и т.д.);

2) регион, т.е. такое административное, этническое или культурное пространство, которое является частью одного или нескольких государств-наций (Etat-Nation), но при этом обладает значительной степенью культурно-экономической автономии (например, Бретань во Франции, Фландрия в Бельгии, Каталония, Галисия и страна басков в Испании и т.д.);

3) Новое Большое Пространство, "содружество" или "сообщество", которое объединяет несколько государств-наций ("Etat-Nation") в единый экономический или политический блок.

Многие "европеисты", как левые, так и правые, считают, что категория "государства-нации" (Etat-Nation), т.е. традиционного централистского государства вообще изжила себя, и что следует сделать акцент именно на двух других модальностях — на регионализме и даже автономизме, с одной стороны, и на континентальном объединении регионов в единый блок, с другой стороны. Показательно, что здесь сходятся точки зрения полярных политических спектров: "новые левые" считают Etat-Nation слишком "правым", слишком "тоталитарным" и "репрессивным", слишком "консервативным" образованием, от которого следует отказаться во имя прогресса, а "новые правые", напротив, это же государство-нация (Etat-Nation) относят к слишком "модернистическому", слишком антитрадиционному этапу европейской истории, когда истинно традиционная европейская Империя была разрушена нигилистическим и светским французским абсолютизмом. Кроме того "новые правые" видят в регионализме возврат к этническим традициям и к принципу этно-культурной дифференциации, что является осью всей "новой правой" мысли.

С другой стороны, существует довольно широкая категория политиков, которая, напротив, отстаивает ценности "государства-нации" (Etat-Nation). И снова приверженность к государственному централизму может объединять и "правых" и "левых". Но, как правило, на этой позиции стоят не "новые", а "старые" правые и левые. Характерно, что во Франции противниками европейского объединения были три политические силы: Национальный Фронт Ле Пена (крайне правые), коммунисты Марше (крайне левые) и социалисты-центристы с национальными симпатиями Жан-Пьерра Шевенмана. Из этого следует, что в рамках одного и того же геополитического проекта могут сочетаться самые далекие друг от друга идеологические и политические симпатии.

И тем не менее у каждой политической силы есть свое собственное понимание трех фундаментальных версий геополитического устройства современного общества. Любопытно было бы построить схему того, как оценивают в перспективе своих собственных идеологий все три проекта разные силы. Для наглядности мы будем говорить о крайних позициях, которые, естественно, обрастают нюансами и оттенками по мере приближения к политическому центру.

 

2. Регионализм правых и левых

Общий комплекс левых идеологий (за исключением, быть может, крайне левых) ориентируется на ослабление влияния государства, административных и политических структур на общественную жизнь. Это предполагает принцип децентрализации, постепенной эволюции от одного центра власти к нескольким и, в перспективе, к большому их числу. В свое время эту теорию разработал известный анархист Прудон. Левые стремятся к ослаблению и постепенной отмене тоталитарных и авторитарных форм управления, а значит, их геополитическая ориентация направлена против сохранения традиционного государства, с его границами, чиновничьим аппаратом, репрессивными органами и т.д. Все это вытекает из главной идеологической ориентации левых на "гуманизм", на ценность атомарного индивидуума, а не на какие-то сверхиндивидуальные структуры, ограничивающие его свободы. На этой идейной основе и развился современный европейский регионализм как довольно устойчивая тенденция к социально-экономической децентрализации, к отказу от традиционного для Запада принципа Государства-Нации.

Эта либеральная тенденция левых в пределе отрицает и само понятие "государства", и само понятие "нация" как исторический пережиток. Этим принципам противопоставляется "гуманистическая" идея "прав человека", которая давно уже перестала быть абстрактным филантропическим лозунгом и превратилась а довольно агрессивный идеологический комплекс, открыто направленный против традиционных форм коллективного существования людей как членов нации, народа, государства, расы и т.д. Отсюда логичный для левых акцент на регионализме, так как административная самостоятельность территориальных частей государства с их точки зрения приближает ценностный эталон к индивидууму, снимает с широких общественных категорий ореол безусловного авторитета и функции контроля.

Очевидно, что данная тенденция левых противоречит национально- государственным идеологам, т.е. "этатистам" и "националистам", для которых именно историческое и политическое единство народа, воплощенное в Etat-Nation, представляется высшей ценностью. Противостояние государственников-националистов либералам-регионалистам представляет собой константу бурных полемик относительно основных геополитических проектов практически во всех странах, где политические процессы развиваются активно и динамично.

Но существует и "правый регионализм", тесно связанный с проблемой традиции и этноса. Такой регионализм исходит из положения о том, что современное централистское государство является лишь инструментом культурного и идеологического нивелирования его членов, что оно давно утратило сакральные функции и превратилось в репрессивный аппарат, ориентированный против остатков подлинных культурных, этических и этнических традиций. Правые видят в децентрализации возможность возродить отчасти обрядовую, культовую форму жизни народов, традиционные ремесла, восстановить такие формы правления, которые были свойственны традиционной цивилизации до наступления сугубо современного мира. Фактически, такой "правый регионализм" точно соответствует понятию "почвенничество". В принципе, правые подспудно имеют в виду и некоторый "природный" дифференциализм, свойственный жителям провинций, которые гораздо более остро и неприязненно реагируют на инородцев, чем жители крупных городов.

Таким образом, складывается вторая линия политического противостояния: "правые регионалисты", часто апеллирующие и к этнически-расовой чистоте, и "левые этатисты", считающие, что лучший способ внедрения "прогрессивных", "либеральных" ценностей в общество — это государственный централизм, предохраняющий общество от возможной реставрации "преодоленных прогрессом" пережитков.

 

3. Новое Большое Пространство: мондиализм или Империя?

В отношении сверхгосударственной интеграции также существует довольно противоречивая политическая раскладка. С одной стороны, имеется "мондиалистский проект", предполагающий полную отмену традиционных государств и создание планетарного цивилизационного поля, управляемого из единого центра, который условно можно назвать "мировым правительством". В принципе такой проект является логическим завершением либеральных тенденций, стремящихся разрушить все традиционные общественные структуры и искусственно создать единое "общечеловеческое" пространство, состоящее не из народов, а из "индивидуумов", не из государств, а из технократических ассоциаций и промышленных чернорабочих. Именно в таком свете виделись мондиалистам начала века "Соединенные Штаты Европы", о которых мечтали как капиталисты-либералы (Моне, Куденоф-Калегри и т.д.), так и коммунисты (Троцкий и т.д.). Позже эти же идеи вдохновили и конструкторов Маатстрихта и идеологов "нового мирового порядка".

Но параллельно такой мондиалистской перспективе существует и альтернативный вариант, отстаиваемый альтернативными политическими силами. Речь идет о теоретиках Империи, считающих современные государства-нации результатом трагического распада традиционных империй, которые только и могут в полной мере соответствовать истинно сакральной организации общества, основанной на качественной дифференциации, на духовной иерархии, на корпоративной и религиозной базе. Такое понимание "Нового Большого Пространства" основано не на чисто количественном подходе к интеграции (как у мондиалистов), но на вычленении некоего духовного и сверхнационального принципа, который был бы трансцендентен по отношению к существующим историческим формациям и мог бы объединить их в высшем сакральном синтезе. В зависимости от обстоятельств "имперский проект" берет за основу либо религиозный фактор (католические сторонники восстановления Австро-Венгерской Империи), либо расовый (идеологи Европейской Империи, объединенной единством происхождения индо-европейских народов, в частности, французские "новые правые"), либо геополитический (теории бельгийца Жана Тириара), либо культурный (проекты русских евразийцев).

Следовательно, и здесь существуют два противоположных политических полюса, которые видят схожие геополитические реальности, но в обратной перспективе.

Схема:

регионализм государство-нация Большое Пространство

Левые антинационализм просвещенное мондиализм анархизм "прогрессивное" государство

Правые этнизм национализм Империя традиционализм "этатизм" почвенничество

Итак, мы выделили в каждом из геополитических проектов по два радикально различных, противоположных подхода, что в совокупности предопределяет все основные возможности идеологической борьбы вокруг этих принципиальных вопросов. Благодаря такой схеме можно классифицировать различные политические альянсы между довольно далекими друг от друга силами.

 

4. Геополитика России

Общая проблематика геополитического устройства современного мира имеет прямое отношение к России, где мы встречаемся с теми же самыми основными геополитическими проектами. Три категории — регионализм, государство-нация и Большое Пространство — имеют прямые аналоги в нашей геополитической действительности.

Регионализм соответствует сепаратистским тенденциям в пределах РФ — как в случае национальных республик и округов, так и в случае претензий на полную автономию сугубо территориальных образований (проекты Сибирской, Уральской и др. республик).

Централистско-государственная модель отстаивается сторонниками геополитического проекта "Россия в рамках РФ".

Те, кто ратуют за восстановление СССР, воссоздание Российской Империи в рамках СССР или создание Евразийской Империи, относятся к категории идеологов Нового Большого Пространства.

Как и в общей схеме, сторонники того или иного проекта совершенно не обязательно придерживаются одинаковых политических убеждений. Более того, каждый проект может иметь два полярных знака, которые можно условно определить как "правый" и "левый".

Попробуем определить позиции "правых" и "левых" в российской политической жизни в их отношении к трем геополитическим вариантам.

Сепаратистские тенденции на крайне "левом" фланге используются теми силами, которые стояли и за развалом СССР. Считая советское государство оплотом "реакционности" и "тоталитаризма", российские либералы уже давно выдвигали идеи "Руси в границах 16 века" и т.д., что предполагало дробление русских территорий на отдельные фрагменты как по этническому, так и по чисто географическому принципу. Для таких "левых" единство русской нации и могущество русского государства не только не представляют никакой исторической ценности, но , напротив, рассматривается как помеха на пути к общечеловеческому "прогрессу". Данный регионалистский проект отстаивается некоторыми крайними либералами, откровенно желающими распада РФ.

Такой ультралиберальный вариант созвучен некоторым идеям определенной части противоположного, крайне националистического лагеря, которая считает, что русским необходимо создать компактное моноэтническое государство, основанное на принципах расовой чистоты и этнического изоляционизма. Такова идея создания "Русской Республики". Среди нерусских этносов, населяющих территорию РФ, существуют аналогичные по сути проекты создания независимых мононациональных государств.

"Левый" вариант национально-государственной программы в рамках РФ воплощает в себе нынешнее российское руководство, убежденное, что для проведения либеральных реформ выгоднее всего использовать именно централистские методы, подчинив все российские регионы жесткой линии, проводимой Москвой. Государственный централизм по мысли этих сил является наилучшим и скорейшим способом трансформировать социально-политическую реальность России таким образом, что бы привести ее к "общечеловеческим", "прогрессивным", а по сути "западным" и "атлантистским" стандартам. В регионализме "левые" централисты закономерно видят опасность для осуществления своих целей, так как децентрализация и автономизация регионов могут способствовать созданию таких режимов, которые отвергли логику либеральных реформ и предложили бы иные, альтернативные (условно "правые") социально-политические проекты. Имперская экспансия также неприемлема для этих сил, так как восстановление СССР может повлечь за собой соответствующие идеологические последствия.

Существует и активно набирает силу движение "правых" государственников. Это — патриоты, смирившиеся с распадом СССР и считающие, что создание из РФ мощного централизованного российского государства послужит делу сплочения нации, организации мощного самостоятельного автаркийного пространства. "Правые" государственники отвергают и сепаратизм и империализм, считая, что дробление РФ означает потерю русскими принадлежащих им территорий, а имперская экспансия привнесет много инонациональных элементов и грозит национальной доминации русских.

Среди теоретиков воссоздания Империи также есть два полюса. "Левые", российские мондиалисты, в основном ориентирующиеся на Горбачева и его лобби, считают необходимым скорейшее создание "единого демократического пространства" как на территории СНГ, так и шире, в рамках евразийского пространства. Одна из таких мондиалистских идеологических структур выделилась из ДДР для и развивает свои проекты под вывеской "левого", "прогрессивного" или "либерального" евразийства, противопоставляемого "правому" евразийству националистов имперской ориентации и сторонникам СССР.

И наконец, "правое" понимание Нового Большого Пространства воплотилось в политических программах национальной оппозиции, непримиримой по отношению к нынешнему режиму. Большинство представителей этой оппозиции, как национал-коммунисты, так и традиционал-империалисты (газета "День" и т.д.), считают, что Россия в рамках РФ является не только территориально недостаточным геополитическим образованием, но принципиально ложным решением для защиты стратегических интересов России, как великой державы. "Правое" евразийство исходит из сугубо имперского понимания исторической миссии России, которая, по их мнению, либо должна быть самостоятельным автаркийным "континентом", либо она отклонится от своего исторического и геополитического предназначения.

Итак, мы можем свести все варианты геополитических проектов относительно будущего российской государственности в одну схему, учитывающую идеологическую ориентацию тех или иных сил.

Российский Российский Евразийство, регионализм централизм Большое Пространство

Российские сепаратизм, либеральные "единое "левые", этнические реформы демократическое либералы- республики при авторитарном пространство", реформаторы центре, "общеевропейский дом", "ельцинизм" лобби Горбачева, "левый мондиализм"

Российские "Русская "правый Евразийская "правые", Республика" ельцинизм", Империя, патриоты- "патриотизм РФ восстановление СССР консерваторы

Очень важно заметить, что все проекты "левых", несмотря на геополитические различия, направлены к о д н о й единственной цели — вовлечение России в планетарную мондиалистскую и космополитическую структуру, основанную на либерально-рыночной идеологии и называемую "новым мировым порядком". Все действия "реформаторов" проходят под знаком мондиализма, разрушения национально-государственных традиций России, отказа от уникальности исторической судьбы русского народа. И вступая между собой в дискуссии, "либералы" ясно понимают ту общую задачу, которая стоит перед ними всеми, и ищут лишь наиболее эффективного способа реализации мондиалистской программы.

В лагере "правых" дело обстоит совершенно иначе. Здесь споры и дискуссии часто принимают непримиримый характер, и сторонники одной геополитической модели всерьез обвиняют сторонников другой в "предательстве национальных интересов" и т.д. И не из-за этого ли разброда в лагере "правых" именно "левые", прекрасно осознающие свою сверхзадачу, последовательно осуществляют свои антинациональные и космополитические по сути проекты, успешно преодолевая инерциальное сопротивление патриотического лагеря?