Армия Петра I

1



План



	

	Введение	2

	1. Необходимость создания регулярной армии	4

	2. Начало образования регулярной армии	4

	3. Система управления армией	7

	4. Формирование военного законодательства. Воинский устав	9

	5. Становление российского флота	13

	6. Морской Устав	22

	Заключение.	25

	Список литературы:	29






Введение

Реформы Петра 1, проведенные на феодально-крепостнической основе, были продиктованы стремлением преодолеть отсталость страны и тем самым обеспечить ей национальную независимость, экономическое и культурное развитие, обороноспособность. Создана была крупная для своего времени промышленность в лице казенных и купеческих мануфактур в металлургическом, полотняном, суконном и шелковом производстве. Значительно выросли мелкотоварное производство, внутренняя и внешняя торговля. Была создана регулярная армия, одержавшая победу в Северной войне со Швецией. Существенные перемены произошли в социальном строе общества, преимущественно среди феодально-зависимого податного населения. 

Превращение России в чиновничье-дворянскую монархию было в основном завершено в первой четверти XVIII в. Существенным признаком этого были изменения в составе и структуре государственного аппарата - замена приказов коллегиями. Боярской думы Сенатом, подчинение церкви государству (Синод), создание регулярной армии, военно-морского флота и полиции. Сохранение и дальнейшее усиление крепостничества на длительное время обеспечили политическое господство дворянства как социальной опоры абсолютизма. Дворянство было господствующей силой и в системе нового местного управления - в губерниях и провинциях. Создание на местах наряду с гражданской военной администрации путем размещения в провинции войск использовалось в качестве средства борьбы с народными движениями. Восстание К. Булавина, Астраханское восстание, побеги крестьян и их восстания в разных частях страны сыграли видную роль в умножении усилий правительства, направленных на укрепление государственного аппарата. Страх перед народными движениями толкал купцов-капиталистов и промышленников на сближение с дворянством и на союз с самодержавием. 

В итоге преобразований Петра 1 Русское государство превратилось в обширную империю. Глава государства - монарх - рассматривался как верховный носитель законодательной и исполнительной власти. Последняя осуществлялась зависимым от него аппаратом. В законодательстве появляется идея о надклассовости самодержавия, о государстве как наиболее справедливой организации, призванной в равной мере обеспечивать жизнь всех подданных ради “общего блага” и “всенародной пользы”. Впервые тезис о “всеобщем благе” мы находим в указе 1702 года о приглашении иностранных специалистов на русскую службу, с тех пор он не сходил со страниц указов.

Законодательство всячески проповедовало мысль о том, что монарху якобы в равной мере близки интересы дворян, крестьян и жителей городов. В действительности благо было только на стороне господствующего класса. Конечно, абсолютизму приходилось считаться в какой-то мере с запросами крестьян и посадских людей. Но уступки его были вынужденными. Так, милосердия о народах государств своих, Петр 1 в 1713 году издает указ о пресечении неправды и грабительства при сборе государственных податей, признавая, что многие всяких чинов люди, а наипаче крестьяне приходят в разорение и бедность. Такая “забота” о народе диктовалось соображениями экономическими. Крестьянин, лишенный средств производства или даже обедневший, становился непригодным для феодальной эксплуатации. 

С вопросом об общем благе тесно связан вопрос о “государственной пользе”, под которой подразумевались фискальные интересы казны и то, что укрепляло силу и престиж государства. Так формировалась официальная идеология абсолютизма, получившая отражение в законодательстве. В Воинском уставе форма Русского государства определялась как неограниченная монархия: Его величество есть самовластный монарх, и тут же пояснялось, в чем состоит его самовластие: который никому на свете о своих делах ответу дать не должен; но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять. Дословно эта мысль повторена в Морском уставе 1720 года. В Духовном регламенте подчеркнуто подчинение подданных власти монарха по повелению бога: Монархова власть есть самодержавная, которым повиноватись сам бог за совесть повелевает. 

Оборотной стороной таких установлений и деклараций были законы, предписывающие жестокие наказания не только за действия, но и за мысли, направленные против царя и государства. Вслед за Уложением 1649 года и продолжая линию его главы 11, уставы и регламенты считали выступления против существующего строя тягчайшими преступлениями. Постулаты об “общем благе”, которое связано с неограниченной монархией, и частые разъяснения в законах его смысла и назначения имели целью идеологически воздействовать на массы, опираясь при этом на веру крестьян и посадских людей в “хорошего царя” и поддерживая ее. Однако, невзирая на “веру”, народ многократно восставал. 

В законотворчестве Петр 1 принимал самое активное участие. Многие нормативные акты написаны им самим или при его участии и по его инициативе.

1. Необходимость создания регулярной армии



Русская армия, созданная в ходе реформы в условиях изнурительной  Северной  войны, одержала многочисленные победы над сильным противником. Старым вооруженным силам, доставшимся Петру в наследство от Московского государства в начале царствования, такие задачи оказались не под силу, что наглядно было продемонстрировано еще во время крымских походов, а затем неудачей под Нарвой в начале войны.

Вооруженные силы Русского государства имели в XVII веке структуру, которая была характерна и для более раннего времени: дворянская конница, городское (городовая рать) и сельское (посоха) ополчение, а также стрелецкое войско, появившееся при Иване Грозном. Поместная и поселенная система содержания войск, когда после окончания боевых действий дворяне возвращались в поместья, а стрельцы и посоха — к занятиям ремеслом и сельским хозяйством, не способствовала повышению боеспособности вооруженных сил.

Традиционным было приглашение на русскую службу иноземцев, причем уже с конца XVI века этот процесс значительно усиливается. Это давало возможность познакомиться ближе с западными военными порядками, постепенно усвоить их положительный опыт. Со второй половины XVII века по образцу западных формирований уже из русских создаются так называемые полки иноземного строя — пешие и конные, командирами и офицерами которых были приглашенные на русскую службу  иностранцы.  Наибольшее предпочтение при найме оказывалось англичанам и голландцам, ибо с этими странами у России были давние торговые отношения. Но все же большую часть войска составляла поместная конница, вооруженная разномастно и большей частью неудовлетворительно.

Время все более настоятельно требовало создания профессиональных вооруженных сил нового типа. Надо было оторвать ратника от земли или ремесла, сделать военную службу единственным источником его существования.





2. Начало образования регулярной армии



Начало образованию регулярной армии нового типа положили четыре полка: Лефортов и Гордона, Преображенский и Семеновский, насчитывавшие вместе чуть более 20 тысяч человек. Созданные и обученные в соответствии с западными нормами, они стали костяком и кузницей кадров для новой русской армии. После разгрома стрелецкого восстания эти формирования явились почти единственной боевой силой, на которую царь мог в полной мере полагаться. Многие выходцы из них стали затем офицерами других частей регулярной русской армии.

Осенью 1699 года были реформированы стрелецкие полки в Москве, а ряду сподвижников Петра было поручено сформировать три дивизии по девять полков в каждой, набор в которые осуществлялся из даточных людей со всего государства, а также из "охочих" людей Москвы. В течение зимы 1699/1700 годов новобранцы доставлялись в Преображенское, где лично Петр со списком в руках определял годность каждого и сам распределял их в полки, командовать которыми были назначены иноземцы, начальствовавшие раньше в полках "иноземного строя". Офицерами назначались или наемники, находившиеся в распоряжении Иноземного приказа, или семеновцы и преображенцы, прошедшие неплохую подготовку еще в потешных полках. Времени на обучение новонабранных частей практически не оказалось (всего около трех месяцев), результатом чего явилось сокрушительное поражение под Нарвой. Петр сделал правильные выводы из этого поражения. Решено было более деятельно приступить к созданию новой регулярной армии, тем более ситуация благоприятствовала тому, поскольку Карл XII, считая русскую армию окончательно разгромленной, обратил свои главные силы против Августа II.

С 1699 года изменяется принцип комплектования. Постепенно вводится рекрутская система набора. В военном отношении она была для своего времени прогрессивной, хотя легла тяжелым бременем на плечи простого люда. Условия существования рекрутов были невыносимо суровыми, что приводило к высокой смертности и массовым побегам.

К концу первого десятилетия XVIII века действующая полевая армия состояла из 54 пехотных полков (в их числе гвардейские — Семеновский и Преображенский) и 34 полков кавалерии. Границы и города охраняли так называемые гарнизонные полки — 2 драгунских и 40 пехотных, которые были образованы частично из бывших полков "иноземного строя", а частично из стрельцов2.

Что касается численности и распределения личного состава внутри каждого рода войск, то ситуация здесь изменялась с течением времени. Пехота делилась на два вида — гренадеров и фузилеров. К 1710 году помимо двух гвардейских полков сформировали 5 гренадерских и 47 фузилерных. После победы под Полтавой решено было иметь только 42 полка полевой пехоты: 2 гвардейских, 5 гренадерских и 35 фузилерных. Остальные полевые полки подлежали расформированию.      Изменялись штаты полков. До 1704 года полк имел 10 фузилерных рот и лишь некоторые — 9 фузилерных и 1 гренадерскую. С 1704 года все полки имели 8 фузилерных и 1 гренадерскую роты. С 1708 года после объединения всех гренадерских рот в особые полки в полевых полках осталось по 8 рот, сводившихся в 2 батальона. Лишь Семеновский, Преображенский и Ингерманландский полки имели трехбатальонный состав (12 рот). По штатам 1711 года численность пехотного полка составила 1487 человек. По штатам 1720 года численность осталась почти прежней (1488 человек), но несколько изменилось соотношение строевых и нестроевых чинов в полку. Такое положение характерно для основного состава русской пехоты, если не брать в расчет некоторые особые формирования.

В кавалерии шел аналогичный процесс. В 1702 году было сформировано 10 драгунских полков, в 1705-м — лейб-регимент (первый гвардейский кавалерийский полк). По штатам 1711 года определялось иметь 33 драгунских полка, не считая лейб-реги-мента, штат которых насчитывал 10 рот (всего в полку 1328 человек). По штатам 1720 года в кавалерии осталось 33 драгунских полка и лейб-регимент. Среди 33 полевых полков 3 были гренадерскими и 30 фуэилерны-ми. Численность полка составила 1253 человека. В 1721 году лейб-регимент был преобразован в рядовой драгунский полк.

Первой регулярной частью артиллерии стала бомбардирская рота Преображенского полка. В 1701 году был сформирован особый артиллерийский полк, состоящий из пушкарских рот и четырех бомбардирских команд, имевший также понтонную и инженерную роты и приданных чинов. Твердый штат полка определился в 1712 году. Теперь он состоял из одной бомбардирской и четырех канонирских рот, понтонной и инженерной команд и полковых чинов. По штатам 1723 года структура осталась прежней, но число людей увеличилось. Вся артиллерия делилась на полковую, полевую и осадную. Полковая входила в состав полевой, но была придана непосредственно полкам.

В это же время осуществляется унификация вооружения всех родов войск, вводится единая военная форма. Завершается переход к линейной тактике, которая в России имела специфические черты2.

Благодаря таким преобразованиям Петру в короткий срок удалось создать мобильную, четко организованную и хорошо вооруженную регулярную армию. Такая система, несмотря на небольшие изменения, была крайне громоздкой и неудобной, особенно на уровне местного территориального управления. Все это требовало самого радикального переустройства.

3. Система управления армией

В связи с созданием Сената в 1711 году система управления армией изменилась. Сенат занялся комплектованием армии. При нем был образован Комиссариат, который ведал финансированием и всеми вопросами снабжения армии. Во главе Комиссариата встал Я. Долгорукий, назначенный на должность генерал-кригско-миссара. Артиллерией по-прежнему занимался Приказ артиллерии, получивший в 1712 году особый штат2. В связи с переводом правительственных учреждений из Москвы в Петербург Приказ артиллерии разделили на московский Артиллерийский приказ, переименованный в 1720 году в Артиллерийскую канцелярию, а в 1722 году в Артиллерийскую контору, и петербургскую часть, названную Артиллерийской канцелярией, а с 1722 года — Главной артиллерийской канцелярией.

С введением в 1718 году коллегиальной системы управления была создана Военная коллегия, занимавшаяся всеми военными вопросами. В ее прерогативу входило и общее наблюдение за деятельностью Артиллерийской канцелярии, подчинявшейся непосредственно генерал-фелыщейх-мейстеру. В Москве Военная коллегия имела артиллерийскую, мундирную и счетную конторы.

Одновременно   с   центральным военным управлением изменились и органы местного управления, что было связано с формированием губерний. На губернаторов возлагали шведскую. Северная война явилась серьезным испытанием, показавшим правомерность проведенных реформ. Петровская военная система оказалась очень устойчивой и просуществовала до конца XV1I1 столетия.

Коснемся теперь вопроса о развитии системы управления российскими вооруженными силами. Она во многом определяется государственным устройством России.

В допетровское время не существовало отдельного приказа, который ведал бы всеми вооруженными силами Московского государства, и не было лица, осуществлявшего общее командование войсками. Военными вопросами занимались Разряд, Стрелецкий, Пушкарский, Иноземный и ряд других приказов. Военными делами занимались на северо-западе — Новгородская четверть, на северо-востоке — Казанский приказ и т.д. Иррегулярные казачьи войска были в ведении Сибирского, Малороссийского и Посольского приказов.

В 1700 году был учрежден Стрелецкий приказ, а Иноземный и Рейтарский были объединены в Особый приказ, в котором сосредоточилось высшее управление хозяйственными и судебными вопросами вооруженных сил. Кроме того, к концу XVII столетия относятся попытки территориально разделить государство на несколько разрядов и полков, отдаленно напоминающих военно-территориальные округа.

В 1701 году Особый приказ преобразовали в Приказ военных дел, во главе которого был поставлен Т. Стрешнев. Обеспечением войск оружием, обмундированием и деньгами занимался генерал-комиссар. Продовольствием и фуражом ведал созданный в 1700 году Провиантский приказ. 

С 1711 года в обязанность губернаторам вменили проверку хода рекрутских наборов и смотр рекрутов на предмет годности к боевой службе. По изданной Инструкции или наказу воеводам органы местной власти были подчинены непосредственно Сенату и его коллегиям. Кроме того, местные власти занимались обороной и содержанием крепостей,   расквартированием   и снабжением войск, т.е. были исполнительными органами Сената и Военной коллегии.

Что касается оперативного управления армией, то в основу этой системы был положен полк как высшая тактическая единица во главе с полковником и штабом. Полки сводились в дивизии, существовали еще и бригады, не имевшие собственного штаба. Командующие дивизиями и бригадами имели личную канцелярию и осуществляли управление своими соединениями через адъютантов.

Во главе армии должен был стоять генералиссимус, но на деле она управлялась   генерал-фельдмаршалом или при его отсутствии генерал-аншефом, непосредственно подчиненным Петру. Управление войсками во время войны осуществлял генеральный штаб, при котором находилась военно-походная канцелярия.

Отдельными родами войск командовали генерал-от-инфантерии, генерал-от-кавалерии и генерал-фельд-цейхмейстер, собиравшиеся на Военный совет, обсуждавший различные оперативные   вопросы.   Военный совет был совещательным органом, не отменявшим единоначалие в армии.

Указ Петра I предписывал никому не присваивать офицерский чин без предварительной службы в рядовом составе гвардии, не осуществлять производства через чин и выбирать на вакансии баллотированием из двух-трех кандидатов. Со временем все больший вес приобретали не только боевой опыт и выслуга, но и знания в той или иной области военного дела. Был закреплен приоритет личной выслуги дворянина перед знатностью его происхождения. От офицеров требовались инициатива, творческое отношение к уставам, чуткое отношение к подчиненным.

4. Формирование военного законодательства. Воинский устав

Преобразование армии потребовало огромной работы по формированию отечественного военного законодательства. Нельзя не отметить тот факт, что Россия уже обладала солидными накоплениями в этой области.

Еще во времена Бориса Годунова в России был осуществлен перевод сборника военных законов Священной Римской империи, который в русском переводе получил название "Воинская книга".

С начала XVII века работа над переводом иностранных военных сочинений приобретает уже достаточно широкий размах. Замечательный полководец М. Скопин-Шуйский, изучивший опыт шведского генерала Де-лагарди, знакомил своих воинов с последними новшествами военного дела. Этому же способствовали наемные иноземные офицеры, а также наши послы и агенты, посылаемые за границу. В начале XVII века появляется очень важный документ — так называемый "Устав ратных, пушечных и других дел", который был составлен в 1607 году и дополнен в 1621 году дьяком О. Михайловым. Устав познакомил русских с иноземными военно-уголовными законами. Устав содержал понятия об общей организации войск, наиболее подробно были разработаны в нем артиллерийские вопросы (500 статей из 663). В 1647 году был выпущен первый печатный Устав "Учение и хитрость ратного строя пехотных людей", служивший руководством для обучения строевой службе. Устав 1647 года представлял собой в основном перевод военных законов Священной Римской империи, составленных в 1615 году. Надо сказать, что правила построения боевых порядков, изложенные в нем, устарели к моменту выхода книги в России. В Европе к тому времени уже развивались более прогрессивные тактические принципы. Военных дел касались главы VII, VIII, XXIII и XXIV Соборного Уложения 1649 года.

В Посольском приказе перевели еще ряд военных документов. Вот некоторые из них: "Книга рукописного права или устав воинский Голландской земли", "Воинская книга о всякой стрельбе и огненных хитростях", "О приуготовлении вещей, к войне надобных", "Фундаменты или максимы фортификации", "Новый фундамент умышлением артиллерии". Все эти документы появились в виде рукописей. К сожалению, в переводах допускались неточности, кроме того, многие сведения доходили из-за границы через множество рук со значительными изменениями. Критическое осмысление военного опыта западноевропейских стран было в связи с этим затруднено.

В таком виде Петр 1 получил в наследство от Московского государства зачатки военного законодательства. Большую роль сыграло личное ознакомление Петра с военным управлением в европейских странах во время зарубежных поездок. Вернувшись в Россию, Петр приступает к работе по реорганизации отечественного военного законодательства. На первых порах большую помощь оказал ему сын выходца из Пруссии А. Вейде, поступивший сержантом в Преображенский полк. В 1696 году А. Вейде был послан в Венгрию и другие земли для знакомства с военным устройством имперских вооруженных сил. А. Вейде совершил ряд поездок и в другие страны. Результатом явился подготовленный к 1698 году Воинский устав. Кроме того, в 1699 году А. Вейде было поручено составить "Воинский наказ как содерживаться" и "Артикул, какое кому наказание за вины", что тот и сделал. Одновременно Я. Брюсу было поручено составить "Краткое описание законов (или правил) Шкодских, Английских и Французских". В Уставе А. Вейде определены должности всех чинов русской армии и изложены некоторые правила строевого обучения. В целом Устав носит компилятивный характер. В нем имеются прямые заимствования из немецкого Устава, а также из Устава 1647 года. Известно также существование "статей", подготовленных А. Головиным и И. Пат-кулем, об устройстве армии. В 1700 году вводится "Краткое обыкновенное учение пеших полков", а в 1701 —"Краткое положение... при учении драгунского строю" для ускоренного обучения вновь сформированных пехотных и кавалерийских полков.

В 1702 году работа над составлением военных законов была поручена А. Виниусу, который сделал перевод с ряда иностранных документов. В том же, 1702, году в войсках Б. Шереметева действовало "Уложение или право воинского поведения генералом, средним и меньшим чином и рядовым солдатом". Это Уложение содержит описание целого ряда наказаний. Здесь впервые упоминается наказание шпицрутенами, впоследствии столь популярное в России.

Дисциплина в русской армии была на низком уровне. Петр I пытается улучшить ситуацию путем ужесточения наказаний. Около 1705 года был введен "Устав прежних лет". В предварявшем его "Манифесте" четко определялись структура военно-судебных инстанций от полкового до общеармейского суда, порядки военного следствия и судопроизводства, состав преступлений и наказания за них, правила караульной службы, смотров, обеспечения солдат довольствием и т.д.

В 1706 году появляется так называемый "Краткий Артикул, избранный из древних христианских прав и проч." из 12 глав, составленный бароном Г. Гюйссеном на основе Саксонского военного устава "для наилучшего, порядочного и честного упражнения в кавалерии". Работа велась при участии А. Меншикова. Большую часть "Артикула" занимают военно-правовые статьи, подчеркивается значение воинской присяги.

Приведенные документы сформированы по западным образцам, причем с большими неточностями и искажениями.

В 1711 году издается "Регламент кригс-комиссариату", а в 1712-м — "Краткое изображение процессов или судебных тяжеб, против римских, цесарских и саксонских прав", направленные на улучшение снабжения русских воиск, пресечение казнокрадства и других злоупотреблений.

Приведенные выше законодательные акты носят наиболее общий характер. Помимо них издавалось огромное число документов, связанных с решением конкретных задач. Большинство из них составлялось на скорую руку, когда того требовала ситуация. Вот некоторые из них: "Статьи, состоявшиеся 23 декабря 1700 г. на генеральном дворе Преображенском" о наказании солдат за побеги; пункты 1706 года "Командующим над каждым батальоном, чтобы без указа никуда ни единого человека не посылать, чтобы когда ударят сбор, все были на месте..."; указ Петра I 1706 года "О чтении воинских артикулов в каждом полку"; две тактические инструкции Петра I 1708 года — "Учреждение к бою по настоящему времени" и "Правила сражения"; инструкция 1711 года войскам в Померании. В том же году были приняты "Инструкция царевичу Алексею", запрещающая незаконные поборы с населения, и "Статьи воинские, как надлежит солдату в житии себя держать и в строю и в учении как обходиться".

Статьи, пункты, инструкции, регламенты, указы составили огромный свод документов, частично заимствованных из военных законов других стран, частично оригинальных, подготовленных самим Петром 1. Наиболее важные из них подшивались в рукописные сборники, находившиеся в канцеляриях должностных лиц. Естественно, что при переписывании допускались различные неточности, порой искажавшие смысл тех или иных постановлений. Использование многих документов было затруднено. Ситуация настоятельно требовала создания единого свода военного законодательства, который бы вобрал в себя как предыдущий опыт, так и требования самого последнего времени.

Так появился Устав воинский. К его составлению Петр I приступил весной 1712 года, а уже в апреле 1715 года в Санкт-Петербурге из печати вышли его вторая и третья книги:"Артикул воинский купно с процессом надлежащий судящим" (кн. II) и "Книга о эксерциции, церемониях и должностях воинским людям надлежащих". Артикул представляет собой свод уголовного законодательства, основанный на тексте короля Густава-Адольфа с небольшими изменениями. Воинское преступление здесь рассматривается как ослушание, неисполнение приказания, т.е. с чисто военной точки зрения. Наказание же должно стать прежде всего возмездием, а не средством исправления. Отсюда обилие страшных наказаний. Этот документ оказал огромное влияние на развитие всей карательной системы в России.

Третья книга содержит в первой части строевой Устав, известный с начала Северной войны, третья часть, о званиях и полковых чинах, взята из Устава Вейде с некоторыми дополнениями. Вторая часть книги "О приуготовлении к маршу" является инструкцией из 41 пункта, составленной на основе правил саксонского фельдмаршала Я. Флемминга.

С 1715 года Петр I начинает работу над первой книгой собственно Устава, которая выходит из печати в 1716 году. В 1717 году вышло второе издание. Книга содержала изложение обязанностей всех военных чинов.

В течение нескольких лет шла напряженная работа над текстом, исправлялись и заменялись отдельные статьи и положения. Впервые полное издание всех трех книг вместе было осуществлено в 1719 году под заглавием "Книга Устав воинский о должности генералов, фелт маршалов и всего генералитета и протчих чинов, которые при войске надлежат быть, и о иных воинских делах и поведениях, что каждому чинить должно. Купно при сем Артикул воинский и с процессом надлежащим к судящим, и эксерцициею, о церемониях и должностях воинским людям надлежащих".

Итак, издание состоит из трех книг. Первая книга содержит собственно Устав (68 глав), в котором изложены военно-учредительные законы. Вторая книга включает "Артикул воинский с кратким толкованием" (209 статей) — военно-уголовный кодекс, а также "Краткое изображение процессов или судебных тяжеб" (3 части и 14 глав). Третья книга состоит из трех частей: 1-я — "О эксерциции (или учении)", 2-я — "О приуготовлении к маршу", 3-я — "О званиях и о должности полковых чинов".

В основу каждой из книг положены лучшие иностранные образцы:

немецкие (I кн.), шведские (II кн.), саксонские (II кн., 2-я часть), французские (экзерциции), а также богатый отечественный опыт. Воинский Устав Петра определил дальнейшее развитие русского военного законодательства.

5. Становление российского флота



Попытки выйти на большую воду и обзавестись собственной военной силой на море предпринимались еще и в допетровское время. Но это были робкие первые шаги, которые не могли иметь большого значения. С петровским царствованием связано создание в России регулярного военного флота, и в первую очередь на Балтике, ибо этот район был решающим как в политическом, так и в экономическом плане. Попытки создать флот на Азовском море в начале правления Петра играли роль испытательного полигона. Но если нужда в галерах и бомбардирских судах в основном успешно удовлетворялась, то совсем иначе дело обстояло с крупными парусными кораблями, строительство которых еще только разворачивалось. Петр вынужден был прибегнуть к их покупке за границей. Качество этих судов было невысоким, но покупка обходилась казне дешевле, чем строительство у себя, и, главное, позволяла в короткий срок укомплектовать флот минимально необходимым числом боевых кораблей. Всего было куплено и построено по заказу за границей 17 линейных кораблей и 7 фрегатов, причем пик приходится на период с 1711 по 1715 год. Лишь два корабля и два фрегата из этого числа были заказаны в 1721 году.

Формирование корабельного состава Балтийского флота проходило в несколько этапов, что имело ряд причин. Первоначально, пока основные боевые действия происходили на суше и активно велось азовское строительство, от молодого Балтийского флота требовалось выполнение ограниченного круга задач — обороны строящейся новой столицы и помощи сухопутным силам. Судостроительная база для Балтики была очень слабой. Основные мастера работали в Воронеже. Поэтому в течение первого десятилетия на Олонецкой и Сясьской верфях были построены 15 фрегатов и 13 шняв, большинство из которых пришли в негодность уже к 1710 году. Лишь фрегат "Штандарт" и шнява "Мункер" ввиду добротности постройки прослужили долгие годы.

Второй этап начинается после Полтавской битвы, когда стало ясно, что теперь основной театр военных действий перемещается на Балтийское море. Флоту потребовались линейные корабли — основная ударная сила на море. В это время было построено несколько 50 — 54-пушечных, линейных кораблей Тогда же начинает функционировать Санкт-Псгербургское адмиралтейство. Там был спущен на воду линкор "Полтава".

Увеличение корабельного состава русского военно-морского флота, расширение круга его применения поставили во главу угла проблему комплектования его кадрами, как рядовыми, так и офицерскими. В рядовые матросы набирали рекрутов преимущественно из районов, жители которых были знакомы с судоходством, занимались рыбной ловлей и промыслом морского зверя. Правда, для их обучения пришлось прибегнуть к найму матросов за рубежом. Среди офицерского состава процент иностранцев был неизмеримо выше. На первых порах иноземцы получали гораздо более высокое жалованье по сравнению с их русскими коллегами. Такие меры были вынужденными, ибо требовалось время для подготовки собственных кадров, а боеспособный, укомплектованный специалистами флот нужен был немедленно. Подготовке отечественных квалифицированных моряков Петр I уделял огромное внимание. Хорошо известны такие его мероприятия, как посылка молодежи за границу для приобретения морских специальностей, создание   навигационной   школы, Морской академии и школы практического обучения на кораблях, где будущие наши моряки приобретали прекрасный опыт. В петровское царствование иноземцы в большинстве своем верой и правдой служили новому своему отечеству. Имена выдающихся офицеров — К. Крюйса, И. Ьоциса, М. Змаевича, П. Сиверса, Т. 1ордона. Дж. Паддона, В. Шельтин-га, Ф Вильбоа, В. Беринга, кораблестроителей — Д. Дена, О. Ная, Р. Кожина, P. Броуна, В. Геренса с сыном, М. Пангало и других неотделимы от славной истории русского флота. Многие из них навсегда остались в России и положили начало известным морским династиям.

Со временем, когда наш флот был уже достаточно укомплектован отечественными кадрами, отпала необходимость столь широкого найма специалистов за границей, и многим иностранцам была дана отставка, что особенно характерно для низших чинов. Так, уже в 1721 году на флоте не осталось ни одного матроса иностранца. Среди младшего и среднего комсостава была проведена строгая ревизия, приведшая к увольнению большого числа иностранцев, проявивших хоть в чем-то свою некомпетентность.

Так ликвидировались издержки, которые были неизбежны в начале становления русского флота, когда на службу порой поступали люди, далекие от морского дела, привлеченные высоким жалованьем и легкой возможностью сделать в России быструю карьеру. Однако случаев предательства среди иностранцев-моряков практически не было. Самые высшие должности занимали русские — Ф.М. Апраксин, Ф.А. Головин, сам Петр I. Многие русские офицеры — братья Наум и Иван Си-нявины, К. Зотов, И. Муханов, М. Коробьин, Д. Мясной — дослужились до высоких чинов, а кораблестроители Ф. Салтыков, Ф. Скляев, Г. Меншиков, Ф. Пальчиков и их более молодые коллеги Г. Окунев, И. Рамбург значительно  продвинули вперед отечественное кораблестроение.

При комплектовании войск Петр отдавал значительное предпочтение флоту по сравнению с армией. Лучшие рекруты всегда отправлялись на флот, и в тех случаях, когда нехватка личного состава была особо ощутимой, в матросы и корабельные плотники переводились солдаты из сухопутных частей. Морские офицеры были более приближены к Петру, чем сухопутные. Флот был любимым детищем Петра, и тот отдавал ему все самое лучшее. Неукомплектованность была хроническим явлением, и часто корабли не могли выйти в море именно по причине нехватки личного состава.

При составлении команд кораблей Балтийского флота за образец был взят голландский флот. Судовые экипажи состояли на две трети из матросов и пушкарей и на одну треть из морских солдат. Выгодно отличало русский флот от других очень ограниченное использование невольников на гребных судах. В основном использовались солдаты или вольнонаемные, которые во время боя являлись не пассивными, равнодушными зрителями, а дополнительной боевой силой, способной прийти на выручку в решающий момент.

Такой сложный организм, как военно-морской флот, не мог нормально функционировать без четкой системы управления. Одновременно с флотом возникают, действуют и развиваются  особые  учреждения, обеспечивающие нормальную деятельность всех его звеньев. С самого начала существования петровского флота управление им было возложено на адмирала, а для решения многочисленных сопутствующих непосредственно” боевой службе задач учреждалась должность адмиралтей-ца. Первыми адмиралами были Ф. Лефорт (1696 — 1699) и Ф Головин (1699 — 1707), адмиралтейцами — В. Протасьев (1696 — 1700) и Ф. Апраксин (1700 — 1707). Первым морским учреждением стал созданный в 1698 году Приказ воинского морского флота, в ведении которого находились служившие на флоте иностранцы и Монетный двор. Собственно же адмиралтейскими делами ведал Владимирский судный приказ, преобразованный в 1700 году в Приказ адмиралтейских дел, в управлении которого были кораблестроение, снабжение флота, финансы, а также все адмиралтейские и морские чины "из русских". Пока создавался только Азовский флот, этой системы было достаточно, но с началом строительства флота для Балтики потребовалось значительное расширение системы управления "морской частью". Возникает необходимость при едином подчинении всего морского управления более четко разграничить обязанности административной и портовой администрации от собственно морской. Так, хотя главным начальником Балтийского флота числился адмирал Ф. Головин, до него самого доводили только общие распоряжения. Основными вопросами, связанными с созданием флота, занимался сам Петр, а общее руководство кораблестроением осуществлял ингер-манландский комендант А. Менши-ков. Работой же Олонецкой, а затем С.-Петербургской верфей непосредственно руководил олонецкий комендант И. Яковлев.

Военное командование на Балтике осуществляли:  корабельным  флотом — вице-адмирал К. Крюйс, галерным — шаутбенахт И. Боцис. Так было до 1707 года. Здесь не приходится говорить о четкости и слаженности управления делами флота. Обязанности административных лиц четко не разграничивались. Сферы их деятельности постоянно перекрещивались. Кроме того, некоторые были некомпетентны во флотских делах, что часто приводило к различного рода конфликтам, погасить которые порой было способно лишь радикальное вмешательство самого Петра.

После смерти в 1707 году адмирала Ф. Головина и олонецкого коменданта И. Яковлева в управлении Адмиралтейством и флотом произошли значительные перемены. Адмиралом и президентом адмиралтейств был назначен Ф. Апраксин, должность адмиралтейца была упразднена, а Воинский морской приказ присоединен к Адмиралтейскому. Таким образом, верховная морская власть сосредоточилась в руках одного из наиболее выдающихся сподвижников Петра Ф. Апраксина. Как адмирал он осуществлял общее командование корабельным и галерным флотом, как президент Адмиралтейства — управлял верфями и адмиралтейством Балтийского флота, для чего при нем была образована Адмиралтейская канцелярия. Непосредственным управлением адмиралтейскими и экипажескими делами в С.-Петербурге после смерти И. Яковлева стал заниматься А. Кикин, назначенный на должность адмиралтейского советника.

Крайне неудобным было территориальное размещение управленческих учреждений. В то время как высшая морская власть находилась в С.-Петербурге, целый ряд важнейших вопросов оставался в ведении Приказа адмиралтейских дел, расположенного в Москве. Работа там шла по старинке, что явилось значительным тормозом ходу дела. Поэтому в 1712 году функции Приказа были возложены на специально созданную Военную морского флота канцелярию. Ей же передавались аптека и вычеты денег на госпитали. Во главе был поставлен ооер-комиссар И. Тормасов.

В связи с такими изменениями Адмиралтейский приказ в Москве постепенно терял свои функции. Он был преобразован в Московскую адмиралтейскую контору, в ведении которой с 1718 года оставались "до указу" Математическая школа, Ха-мовный двор, поставлявший парусину, сбор средств для флота с денежных дворов и из приказов, а также сбор "корабельной запущенной доимки" с Московской губернии за прежние годы.

В 1717 году организуется Обер-сар-ваерская контора во главе с обер-сар-ваером И. Головиным, занимавшаяся вопросами кораблестроения, и Адмиралтейская подрядная контора во главе с обер-комиссаром полковником Г. Норовым, в подчинение которого поступили обер-провиантмейс-тер со своей канцелярией, цалмейс-тер со своим аппаратом и военные комиссары.

Осуществленные   преобразования явились,   несомненно,   крупным шагом вперед, но в целом управление было еще весьма далеким от идеала. Допускались значительные злоупотребления, конфликты продолжали возникать, и сам Ф. Апраксин при их разрешении часто принимал сторону нарушителей, особенно если они были приближенными царя. Это не могло не вредить делу. Видя трудности и противоречия сложившейся ситуации, Петр решает ввести коллегиальное управление по примеру других стран. После нескольких лет организационных перестановок Адмиралтейская коллегия приобрела законченную форму. Во главе ее встал президент Ф. Апраксин, вице-президентом был назначен К. Крюйс, а асессорами генерал-майор Г. Чернышев и полковник Г. Норов. Секретарем стал И. Тормасов1 С 1720 года было велено присутствовать по одному шаутбе-нахту (контр-адмиралу) и по одному капитан-командору, что было очень важно, ибо эти люди как никто знали нужды флота. Коллегии подчинялись все канцелярии, конторы и правления дел, которых к 1722 году насчитывалось 13. Это были Военно-морская и Адмиралтейская канцелярии, Обер-сарваерская,    Провиантская, Подрядная,  Мундирная, Счетная, Лесная и Контролерская конторы, а также правления дел — цейхмейстер-ских, казначейских, цалмейстерских и аудиторских.

Военный флот подразделялся на корабельный и галерный2. Корабель-нын состоял из двух эскадр — Ре-вельской и Котлинской. Флагман эскадры осуществлял и общее командование портом приписки. В отсутствие флагмана портом управлял его сухопутный комендант.

Таков вкратце путь развития русского флота и его учреждений в первой четверти XVI И века.

Становление русского военно-морского флота сопровождалось составлением различного рода законодательных документов, регулирующих все аспекты его деятельности. Русское военно-морское законодательство совершенствовалось параллельно со всеми структурами флота, направляло этот процесс. Работа по формированию военно-морского законодательства петровского времени была огромна по объему и завершилась только на исходе первой четверти XVIII века изданием таких важнейших документов, как Устав морской (1720 г.) и Адмиралтейский регламент (1722 г.).

Надо отметить, что определенный, хотя и небольшой, опыт в этой области имелся. Первым российским специальным актом военно-морского законодательства справедливо принято считать "Артикульные статьи", составленные в 1668 году капитаном Ботлером, которые явились руководством к плаванию по Каспийскому морю на единственном крупном корабле того времени "Орел". Документ состоял из 34 статей, две трети которых кратко и конкретно определяли обязанности капитана корабля и его подчиненных во время плавания, стоянки на якоре и боевых действий. Лишь 10 заключительных статей касались общих и дисциплинарных вопросов. Мы отмечаем этот документ вовсе не случайно. По сути дела, он является зрелым морским уставом, пусть очень кратким (составлялся только для одного корабля), но тем более поразителен достаточно глубокий и всесторонний охват главных аспектов военно-морской службы. Примечательно, что "Артикульные статьи" практически не содержат пунктов об уголовных наказаниях: здесь лишь оговаривается, что наказание за неисполнение приказа определяется   капитаном   корабля (ст. 29), а за измену предусмотрены арест и передача виновного на берегу приставам для дальнейшего судебного разбирательства (ст. 30). Этим "Статьи" значительно отличаются от всех дальнейших уложений, где уголовная часть занимает солидное место. К сожалению, видимо, после сожжения "Орла" документ этот затерялся и никак не использовался. Упоминание о нем встречается лишь единожды в Указе Петра от 13 января 1720 г. по поводу создания Устава морского.

Официальной датой начала русского военного флота считается 1696 год, когда состоялся знаменитый приговор Боярской думы "Морским судам быти...". В этом же году появляется и первый собственно петровский Морской устав из 15 статей, содержавшихся в царском "Указе по галерам". Здесь изложены лишь самые общие положения о плавании флотом, снятии с якоря и постановке на него, о боевых действиях против неприятеля и взаимопомощи при несчастных случаях. При минимальном чисто военно-морском содержании значительное место занимает уголовная часть, где каждая статья содержит описание наказания, предусмотренного за ее невыполнение, начиная с рублевого штрафа и кончая смертной казнью.

Следующим документом явились "Правила службы на кораблях", известные как "Артикулы Крюйса", составленные этим вице-адмиралом на основе голландского и датского морских уставов. Появление их было обусловлено значительным увеличением личного состава флота в первую очередь за счет найма иностранцев из Целого ряда стран на различные Должности. Необходимо было составить документ, определяющий их взаимоотношения и служебные обязанности. В 64 статьях "Артикулов Крюйса" содержались общие положения об обязанностях корабельных чинов и порядках на судне. Опять же достаточно подробно определены наказания за неисполнение различных статей — от штрафа в 10 копеек до смертной казни. Среди перечня наказаний есть и специфические, флотские, характерные, впрочем, для европейских флотов, например: купание с раины, килевание, битье у мачты. Некоторые отличались особо утонченным изуверством. Так, за убийство полагалось спинами друг к другу связать убийцу и труп убитого и обоих выбросить за борт (ст. 40). За угрозу ножом полагалось прибить руку виновного к мачте этим же ножом (ст. 77). Правда, нет сведений о применении именно таких наказаний на русском флоте. Чисто военно-морских статей в "Артикулах Крюйса" немного. Документ этот носит сугубо уголовно-правовой характер и весьма примитивен. Изложенные в нем без всякой системы положения направлены лишь на усиление дисциплины и порядка. В то же время обязанности тех или иных должностных лиц определены весьма туманно. Не конкретизированы служебные отношения между различными специалистами. На этот счет имеются только расплывчатые предписания о безоговорочном повиновении младших старшим. "Артикулы Крюйса" применялись как на корабельном, так и на галерном флотах. Сведения об официальном утверждении "Артикулов Крюйса" отсутствуют, но, очевидно, ими широко пользовались. Вместе с тем совершенно ясно, что "Артикулы Крюйса" не охватывали всех аспектов морской службы. Поэтому Петру I и его сподвижникам приходилось  издавать различного рода указы и инструкции по каждому конкретному случаю, когда на то возникала необходимость. За период до 1710 года появилось огромное число документов. Отметим лишь некоторые из них.

В первую очередь, это мартовский Указ 1706 года К. Крюйсу об отношениях флагманов корабельного и галерного флотов, о запрещении арестовывать офицеров без суда и об обучении матросов во время крейсерства. В этом Указе впервые делается особый упор на разделение функций парусного и гребного флотов, "ибо корабли ветром, а галеры тишью действуют". В апреле 1706 года были даны инструкции командирам каждого корабля. В мае в специальном Указе И. Боцису Петр предписывает встретить адмирала Головина в соответствии с правилами, принятыми в Венеции. Отсылки к морским уставам и правилам других стран встречаются постоянно. Пока не было разработано отечественное законодательство, опыт европейских государств был просто необходим. Так, суд по делу К. Крюйса осуществлялся на основе Устава Вильгельма Оранского.

В ноябре 1706 года Петр издает Указ на имя Ф. Апраксина "О производстве по морской службе" из боцманматов в боцманы и далее до капитан-порошков через три года, от капитан-поручика до командора — через четыре года и далее "по рассмотрению".

В апреле 1710 года были изданы "Инструкции и артикулы военные российскому флоту", состоявшие так же, как и "Артикулы Крюйса", из 64 статей. Сравнительный анализ текста обоих документов показывает их родственную близость, с той лишь разницей, что статьи "Инструкций и артикулов..." 1710 года приобрели более жесткую структуру, точные и четкие формулировки, а тяжесть наказаний была увеличена. Так, смертная казнь предусматривалась уже в 13 случаях вместо пяти, как у Крюйса. Автором "Инструкций и артикулов..." выступил сам Петр 1.

Надо отметить, что Петр 1 ясно осознавал неполноту "Инструкций и артикулов..." и рассматривал данный документ как временный. На это есть прямое указание в 64-й статье: "Все иные принадлежащие артикулы, которые в сих не помянуты, ниже написаны, однако ж которые в войне на море употреблены быть могут, оные введены, умножены и к сим приобщены быть могут". Также был издан специальный текст присяги, принявший которую обязывался "поступать по Артикулам и учреждениям для службы сочиненным или впредь сочиняемым..."

Издание отдельных указов и инструкций продолжалось в том же объеме, что и прежде. Причем некоторые документы по форме весьма своеобразны. Например, был очень распространен тип документа, содержавшего вопросы и резолюции. В левой части листа бумаги Ф. Апраксин или К. Крюйс писали в столбик под номерами вопросы, на которые в правой части листа Петр накладывал резолюции, определявшие, как поступать в том или ином случае. 

Положение,   охарактеризованное нами выше, не могло долгое время удовлетворять Петра I. Все очевиднее была необходимость издания единого кодекса   военно-морских  правил, предусматривающих    максимально возможное количество ситуаций. Несмотря на то, что к этому времени был накоплен солидный отечественный опыт, Петр решает еще раз более глубоко и всесторонне исследовать и зарубежный. В 1715 году во Францию для изучения морского делопроизводства был направлен один из самых талантливых и образованных морских офицеров петровского времени Конон Зотов, который затем сыграл огромную роль при работе над текстом Морского устава. Помимо французского, были переведены на русский язык датский, голландский и английский морские уставы. Очень много сделал для ознакомления русских моряков с опытом английского  военно-морского флота перешедший на российскую службу капитан Паддон, к сожалению, очень рано ушедший из жизни. Кроме исследовательской, была проведена обширная издательская работа. В 1714 году была издана "Книга ордера или во флоте морских прав", содержащая "ордер принца Оранского". В 1715 году вышли из печати "Устав о войсках морских и их арсеналах Людовика XIV", а также "Инструкция о морских артикулах и крихсрехтах или воинских правах Фредерика IV, короля Датского". Затем Петр 1 намечает дальнейшую программу: "Сделать две книги: первую, когда флот приготовить и что на оный людей и артиллерии, амуниции и прочего принадлежит по рангу на один корабль, также инструкцию, как должность сию офицерам и рядовым знать, также и артикул воински”: вторую, как содержать флот в гавани и верфи с их вышними и нижними служителями, и какая их должность, также магазины и прочее .

6. Морской Устав



13 января 1720 г. был объявлен Указ об издании Устава морского, а 13 апреля — обнародовали и сам Устав, вышедший под заглавием "Книга Устав морской о всем, что касается доброму управлению в бытности флота на море". В "Манифесте", которым начинается Устав, цель его издания определяется следующим образом: "И понеже сие дело необходимо нужное есть государству.., того ради сей воинский Морской устав учинили, дабы всякий знал свою должность, а неведением никто б не отговаривался". За "Манифестом" в Уставе напечатано "Предисловие к доброхотному читателю", написанное Феофаном Прокоповичем и представляющее собой краткий очерк развития русского флота по 1719 год.

В Уставе, согласно его заглавию, подробно освещается все, что касается "доброму управлению в бытности флота на море". Вначале помещен текст присяги, требуемой от каждого поступившего на морскую службу, затем объяснялось значение самого слова "флот", разделение флота на части, подчиненные разным начальникам, имеющим свои флаги, и приложен штат всех типов для кораблей различных рангов.

Сам текст Устава состоит из пяти книг и особого приложения о сигналах.

Книга первая предусматривает обязанности главного начальника флота и лиц его штаба, заведовавших различными частями управления. Вторая — определяет взаимоотношения лиц, служащих на флоте, и содержит постановления о военно-морских почестях, флагах и вымпелах, соответствовавших определенным чинам и званиям. Третья книга определяет обязанности всех чинов — от командира корабля до профоса. Четвертая — содержит устав поведения и предусматривает все служебные порядки на корабле. Пятая — устанавливает наказания за проступки, совершенные моряками.

В   приложении,   озаглавленном "Сигналы", определен порядок производства сигналов: дневных, туманных, ночных на корабельном и галерном флотах и указано значение каждого сигнала. К Уставу приложены две таблицы сигнальных флагов, корабельных и галерных, а также формы различных списков и ведомостей, которые должны были вести на каждом корабле командир, корабельный секретарь и комиссар.

Таким образом. Устав представлял собой полный свод военно-морских узаконений, которыми определялись обязанности и права всех служащих на флоте, их взаимные отношения и внутренний корабельный распорядок. Устанавливался общий порядок при плавании как нескольких судов, так и целого флота. Большое число статей Устава имеет отношение исключительно к корабельному флоту.

Первое издание вскоре потребовало некоторых изменений. Так, в первую главу книги первой были введены артикулы о необходимости "брать ведомости о всем, что отпущено во флот, а о недостатке доносить"; "о учреждении флота по эскадрам и дивизиям"; "...о офицерах, кому где быть, не променять без указу". Вместо одного артикула "о эксерцициях" в первой главе книги первой Устава были введены два артикула: "о эксер-нициям кораблям и ботам" (арт. 16) и "эксерцициях пушками и ручным ружьем" (арт. 17). Было включено еще несколько новых артикулов. Помимо того, в книгу первую Устава вошла новая вторая глава "О генерале кригс-комиссаре , состоящая из четырех артикулов.

В Уставе 1720 года пятая глава — "О докторе при флоте" книги первой содержит всего два артикула. В Уставе же 1722 года медицине посвящены уже две главы — пятая со старым названием, но уже состоящая из четырех артикулов. Следующая, шестая, "О главном лекаре" содержит один артикул. В главе "О майоре" к трем имеющимся добавлен еще один артикул.

В книге второй в четвертую главу "О салютах" добавлен 12-й артикул "О салютах торговых".

В первую главу книги третьей добавлено 11 артикулов, а в седьмую главу — один артикул.

Добавления еще более четко определили круг обязанностей различных корабельных чинов. С этими изменениями Устав и просуществовал до принятия нового Устава военного флота при Павле I в 1797 году.

Совершенствовалось и административное морское законодательство, получившее   свое   окончательное оформление в Адмиралтейском регламенте, изданном в 1722 году. Его полное название — "Регламент благочестивейшего государя Петра Великого, Отца Отечества, императора и самодержца всероссийского о управлении адмиралтейства и верфи и о должностях коллегии Адмиралтейской и прочих всех чинах, при Адмиралтействе обретающихся". Регламент состоял из двух частей, содержащих: первая — 52, вторая — 16 глав. В первой части изложены обязанности Адмиралтейств-коллегий и всех   собственно   адмиралтейских чинов от президента, генерал-кригс-комиссара до мастера каждой профессии и писарей В первой же части находятся "формы книгам для записи людей, денег, провианта и прочих вещей" и штат, или "определение" о числе канцелярских чинов, комиссаров и других офицеров, а также мастеров, учеников и рабочих, состоящих при разных делах в петербургском, котлинском и ревельском портах. Во второй части Регламента содержится все, что касается "доброго управления в бытность флота в порте, також о содержании портов и рейдов". Здесь определены обязанности и права главного командира, интенданта, капитана над портом, цейхмейстера, капитана, командующего кораблем в гавани, обер-сарвае-ра, корабельных мастеров и пр., правила о содержании при порте матросов и гардемаринов, порядок охраны порта и кораблей, стоящих в гавани, и обязанности дальней и внутренней брандвахт.

Петровские Устав морской и Адмиралтейский регламент, охватывая всю деятельность по управлению флотом на море и в портах, юридически оформили существование мощного русского флота, не уступающего иностранным. В течение многих лет эти акты поддерживали на русском флоте порядки, установленные его великим основателем, и даже в какой-то мере способствовали сохранению флота в самые тяжелые периоды его существования.


Заключение.

Подведем итоги.

Петровское законодательство отличается от предыдущего значительно меньшей казуистичностью, более высоким уровнем обобщений, более четкой схемой и последовательностью. Оно отражает, несомненно, более высокий уровень юридической техники. Вместе с тем в петровских законах нашла отражение его любовь ко всему западному, порой доводимая до абсурда. Без особой надобности правовые акты были засорены массой иностранных слов, преимущественно германоязычных. Так, в Табели о рангах русские слова встречаются лишь в виде исключения. Основную же массу наименований чинов должностных лиц составляют замысловатые штат- галтеры, обер-штеркрикскомиссары, обер-щенки и т. д

Петр 1 требовал неукоснительного соблюдения законов, предписывая в указе 1722 года “О хранении прав гражданских”: Ничто так ко управлению государства нужно есть, как крепкое хранение прав гражданских, понеже всуе законы писать, когда их не хранить, или ими играть, как в карты, прибирая масть к масти... Придавая большое значение указу об исполнении законов и самому исполнению законов, Петр приказал наклеить его на доску и держать на столе заседаний Сената и других судебных учреждений - где такого указа не будет, то сто рублев штрафу в госпиталь. 

Петра 1 отличает вера во всесилие закона, во всемогущество государственной власти, призванной регулировать жизнь подданных. Отсюда крайне активная законодательная деятельность. Полное собрание законов дает такую картину: на вторую половину XVII в. приходится 1821 указ, в среднем в год по 36 указов. В первой половине XVIII в. ежегодно в среднем издавалось по 160 указов. 

Однако вера Петра во всесилие закона была в большой мере иллюзорной. На практике в громадной империи, столица которой была перенесена на самую границу, творилось отнюдь не то, что хотелось самодержавному, неограниченному, абсолютному монарху.

При Петре 1 появляются разные формы правовых актов. И здесь очевидно стремление к новой, иноязычной терминологии. Так, закон о государственной службе называется “Табель о рангах”, закон о крестьянских податях и повинностях 26июня 1724г. назван Плакатом, военно-уголовный кодекс - Воинским артикулом и т. п. 

Постепенно выделяются акты и их группы, имеющие определенную целевую направленность, например законы об учреждении тех или иных государственных органов, чего раньше не было. 

Исполнителями и блюстителями законов мыслились чиновники. Разветвленная сеть государственных учреждений в центре и на местах, естественно, породила огромную прослойку чиновничества, формировавшегося преимущественно из дворян, не получивших имений по указу о единонаследии 1714 года. По Табели о рангах ряды высших слоев чиновничества могли пополнять и выслужившиеся выходцы из низов общества. 

Конечно, проведением в жизнь законов занимался весь государственный аппарат. Однако Петр создал и органы, специально предназначенные для надзора за соблюдением законности, - институт фискалов, прокуроров. Правда, добиться реального осуществления этой функции царю не удалось. Лихоимство, казнокрадство и прочие атрибуты чиновничьего бытия при Петре отнюдь не стали меньше, а даже усилились. Новое чиновничество хотело и жить по-новому - на широкую ногу, в то время как многие чиновники уже не имели иных законных доходов, кроме жалованья, которое к тому же нередко задерживалось. 

Законодательство первой четверти XVIII в. в отличие от предшествующего времени высоко превозносило самодержца, упорно пропагандируя мысль, что все достигнутое в стране - плод “неусыпных трудов” монарха. Указы “поднимали государя на недосягаемую высоту, окружали его ореолом сверхчеловека”. Наряду с этим навязчиво преподносилась мысль, что целью законов и государства является “всеобщее благо”, что царь не зависит от каких-либо классов и в равной мере печется о всех подданных. Пропаганда таких идей приняла систематический характер. До Петра 1 правители применяли в указах в качестве средств достижения цели только приказание, понуждение и наказание. Абсолютизм, не отказываясь от этих традиционных приемов, существенное место уделял пропаганде и разъяснению своих идей. Это сказалось и на структуре законодательных актов - почти в каждом из них имеется мотивировочная часть, содержащая правовые, политические и экономические аргументы в подкрепление предписываемых указом норм. 

Наряду с провозглашением крупных реформ и больших преобразований законодательство первой четверти XVIII в. отличается мелочной регламентацией многих сторон жизни - хозяйственной деятельности, быта, развлечений и т. п. Предполагалось, что подданные передали свой суверенитет верховной власти, отсюда - оправдание принуждения и грубого насилия. 

Начинается и систематизация права. Петр первоначально хотел издать новое Уложение, которое должно было заменить собой Соборное уложение 1649 года. Однако затем он пошел по линии создания отраслевых кодексов. При любви Петра ко всему военному в первую очередь подверглись кодификации военные отрасли права. Так возник Воинский артикул, было издано Краткое изображение процессов, посвященное целиком процессуальному праву и судоустройству в военной юстиции. Воинский и Морской уставы - тоже кодифицированные законы, регламентирующие соответствующие сферы жизни. По существу значение кодекса наследственного права имеет и указ о единонаследии 1714 года. 

Заимствуя государственные институты европейских стран и приспосабливая их к нуждам государства, правительство Петра 1 пыталось использовать систему права главным образом таких государств, как Швеция, Дания. Это сказалось преимущественно в сфере судопроизводства, процессуального и уголовного права. Что касается законодательства о землевладении и о крестьянах, то оно не испытало каких-либо воздействий западноевропейского права. Предписывая в 1719 году Сенату рассмотреть шведское Уложение с целью использования пригодных к России политических норм, Петр 1 сделал оговорку: “Для поместных дел взять права эстляндские и ли- фляндские, ибо оные сходнее и почитай одним манером владение имеют как у нас”. Однако следов использования каких-либо норм прибалтийского права не обнаружено. 

Законодательство периода становления абсолютизма охватывало все стороны государственной и общественной жизни и регулировало общественные отношения в интересах дворянского сословия. Но и на дворянство накладывались определенные обязанности во имя так называемой “государственной пользы”. Законодатель пытается обосновать социальную необходимость и ценность этого сословия - первого сословия феодального общества. Обязанности, которые возлагаются на дворян, служат интересам самого же дворянства. Однако эгоистические потребности дворян побуждают их после смерти Петра 1 постараться освободиться от всяких обязанностей. Это получило свое отражение в законодательстве последующих десятилетий XVIII в., которому будет посвящен следующий том нашего издания. 

В исследуемый период продолжает расширяться территория России. Все новые народы становились подданными Русского государства. Это включало их и в орбиту действия общероссийского законодательства. В публикуемых в настоящем томе законах мы не найдем, однако, установления системы привилегий для русского народа или ограничений для других народностей. Конечно, присоединение к России, например, Прибалтики обусловило определенные особенности правового статуса этого района, что не означало установления национального гнета со стороны русских. Там сохранялось национальное угнетение коренного населения со стороны немецких баронов, и латыши, эсты, например, видели в Русском государстве не угнетателя, а защитника от этого угнетения. В публикуемых законах читатель найдет некоторые нормы, говорящие о приравнении нерусских народов по правам и обязанностям к русскому населению, конечно, с учетом классовой принадлежности. Так, ст. 25 Новоуказных статей о поместьях приравнивает нерусских землевладельцев в их правах на вотчины и поместья к русским. 

Итак, Россия стала великой державой. Ее государственный строй, ее право отвечали этому международному статусу страны. 


Список литературы:



Алекссев С. Петр 1. –М., 1995.

Баггер Х. Реформы Петра. –М., 1985.

Буганов В. Петр Великий и его время. –М., 1988.

Валишевский К. Петр Великий. –М., 1993.

Воскресенский Н.А. Законодательные акты Петра I. M. —Л., 1945.

Орлов . История России. –М., 1997

Законодательство Петра.//Преображенский А. –М., 1997

Российское законодательство Х –ХХ веков.т. 4./ред. Маньков А. Г.  –М., 1986

Стешенко Л.А., Софроненко К.А. Государственный строй России в первой четверти XVIII в. М., 1973.