Цепная реакция реформ 60-70-х годов XIX века в исторической литературе

Содержание



Введение ……………………………………………………… 3

Глава 1. Причинно-следственный механизм «цепной реакции» реформ 60 – 70-х гг. ………………………………………….. 7

Глава 2. Оценки реформ в историографии ………………... 14

Заключение ………………………………………………….. 16

Список источников и литературы …………………………. 18

Примечания ………………………………………………….. 20




Введение



Отмена крепостного права в России в 1861 г. и последовавший за ней комплекс т. н. «цепных» реформы (земская и городская, т. е. местного самоуправления, судебная, военная, народного просвещения, цензуры и др.) – крупнейшее событие, «перелом», «поворотный пункт» отечественной истории. Таковы оценки, в которых сходятся сами законодатели, их современники, исследователи, классики русской литературы и основоположники марксизма-ленинизма. Эти реформы дали не только новый отсчет истории России, свергшей 300-летнее крепостное иго, но они также определили путь ее исторического развития, сущность аграрного вопроса, уже в начале XX в. чреватого революционной развязкой. По мнению Н. Ч. Эйдельмана, эти реформы «сверху» во многом определили революции «снизу» 1905 и 1917 гг.

Интерес к истории реформ, называемых в дореволюционной историографии «великими», а в советской – «буржуазными», никогда не исчезал, но на определенных витках пройденного с тех пор страной пути он приобретал особенную остроту и общественно-политическую актуальность. И совсем не случайно наше время пробудило живое и пристальное внимание к эпохе реформ прошлого века. Историки, философы, экономисты, публицисты, писатели, современные государственные деятели пишут или высказываются об этих реформах – не только в нашей стране, но и за ее пределами. В мае 1989 г. в США в Филадельфии в Пенсильванском университете состоялась советско-американская конференция историков «Великие реформы в России 1861 – 1874 гг.», а спустя год, в мае 1990, в Вашингтоне в Институте Кеннана – «Реформы в России и СССР 1861 – 1990», объединившая специалистов разных стран – историков, политологов, журналистов.

Особенно важно изучение этих реформ в комплексе, поскольку они являются, по сути, «цепной реакцией» друг на друга, предыдущей на последующую. Интересно также проследить отношение различных историков и общественных деятелей к оценке этой проблемы.

В связи с этим цель данной работы – изучить механизм т. н. «цепной реакции» реформ 60 – 70-х гг. XIX в. и его отражение в исторической литературе.

Задачи таковы:

1) изучить непосредственно работу «механизма» «цепной реакции» реформаторской деятельности команды Александра II;

2) проанализировать некоторые оценки современников и исследователей относительно реформ рассматриваемого периода.

Хронологические рамки работы – 60 – 70-е гг. XIX в.

Структурно основная часть работы делится на две главы соответствующие, поставленным задачам.

При изучении данной темы были изучены свидетельства современников, например, А. Н. Энгельгардта, который анализировал последствия реформ для деревни, классиков марксизма-ленинизма, в частности, статья В. И. Ленина «Развитие капитализма в России. Процесс образования внутреннего рынка для крупной промышленности» - хотя сейчас мы не зависим от идеологических клише, сбрасывать наблюдения этого важного общественного и политического деятеля нецелесообразно. Кроме того, были изучены документы в «Хрестоматии по истории СССР. 1861 – 1917 гг.», характеризующие проводимые реформы.

Из литературы были изучены как общие работы, в частности, работы Л. Г. Захаровой «Александр II», «Освободительные реформы в России 1861 – 1881 гг.», «Россия на переломе (самодержавие и реформы 1861 – 1874 гг.)», монография В. Г. Чернухи «Внутренняя политика царизма с середины 50-х до начала 80-х гг. XIX в.», так и работы, посвященные отдельным сторонам комплекса реформ, в частности: «Подготовка земской реформы 1864 г.» В. В. Гармизы, «Судебная реформа и контрреформа в России» Б. В. Виленского, «Городское самоуправление в России в 60-е – начале 90-х гг. XIX в.» В. А. Нардовой, «Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России» М. Г. Коротких, «Влияние аграрной реформы 1860-х годов на экономику русской деревни» Н. М. Дружинина и др.

Но наиболее интересно было ознакомиться со взглядами различных исследователей на оценку роли этого цикла реформ в истории России. Была ли это «революция сверху», как считает Н. Ч. Эйдельман, или прав Б. Г. Литвак, который считает, что Н. Ч. Эйдельман в этой работе подменяет понятия «реформа» и «революция сверху»? Статьи Б. Г. Литвака «Реформы и революции в России» «Переворот 1861 г. в России: Почему не реализовалась реформаторская альтернатива?» достаточно аргументировано противопоставляют эти два понятия.

Попытка оценить последствия реформ в контексте отечественной и общеевропейской истории сделана В. П. Волобуевым в работе «Выбор путей общественного развития: теория, история и современность», а также М. А. Бергом и Е. Б. Черняком в статье «Революция европейского масштаба в процессе перехода от феодализма к капитализму», опубликованной в журнале «Новая и новейшая история» за 1988 год.

Влияние реформ на социальное развитие российского общества изучает Миронов Б. Н. в фундаментальном труде  «Социальная история России периода империи (XVIII – начало XX в.). Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства», изданном в 1999 году.






Глава 1. Причинно-следственный механизм «цепной реакции» реформ 60 – 70-х гг.



	Так называемая «цепная реакция» была комплексом реформ, связанных тесной логикой причинно-следственных связей, однако весь этот комплекс коренился в назревших предпосылках буржуазного развития общества. «Прежняя система отжила свой век», — таков был приговор одного из ее идеологов, М. П. Погодина, произнесенный им через три месяца после смерти Николая I. «Поколение, которое воспитывалось под влиянием реформ Александра II, до боли чувствовало настоятельность разрешения этой задачи», - писал В. О. Ключевский.

	Одна цепляла за другую и, по сути, каждая последующая реформа имела своей предпосылкой предыдущую.

	Крестьянская реформа была принята. Крепостное право пало. Переворот в социально-экономических отношениях был предрешен. Такой исторический акт повлек за собой множество преобразований в различных сферах жизни.

С упразднением вотчинной власти дворянства не мог остаться прежним строй местного управления. Как замечал В. О. Ключевский, «… прямым и ближайшим последствием реформы 19 февраля было призвание всех теперь уравненных классов общества к участию в управлении. На этом основании построены земские учреждения 1 января 1864 г».  

Еще в 1857 г. в Министерстве внутренних дел исподволь началась работа над проектом земской реформы, возложенная на нового чиновника особых поручений М. Е. Салтыкова-Щедрина. Комиссия Н. А. Милютина, созданная при Министерстве, разработала основные положения земской реформы, принятой, однако, только в 1864 г. Эта комиссия была тесно связана с Редакционными комиссиями, и учреждались они одновременно. 

Вот главные черты этого закона. Все классы местного общества призывались совокупно содействовать правительству в ведении местных хозяйственных дел. Эта задача возложена была на земские учреждения. Ведомства этих учреждений: хозяйство губерний либо уезда с делами, которые имели тесное соприкосновение с хозяйством, например учреждения благотворительные, учебные, гигиенические и т. п. Земские учреждения состоят из двух слоев: из уездных и губернских. Уездные земские учреждения – это уездное земское собрание и уездная земская управа. 

Земская реформа вводила начала всесословного, выборного представительства в масштабах уезда и губернии. И хотя дворянство играло в земстве ведущую роль, а в губернских земствах являлось и абсолютно подавляющим большинством, тем не менее крестьянство впервые получило место во всесословных учреждениях. Компетенция земства была ограничена местными хозяйственными заботами (о медицине, статистике, ветеринарии, начальном образовании); делами общегосударственного масштаба оно, в отличие от губернских дворянских комитетов в пору подготовки крестьянской реформы, не занималось, не имело оно и реальной исполнительной власти.

Земская реформа вызвала к жизни аналогичные преобразования в городском самоуправлении (1870 г.), тоже подготовленные в Министерстве внутренних дел. По этому закону в 509 городах России вводились новые всесословные органы городского самоуправления — городские думы, избираемые на четыре года, которые из своей среды выбирали действующие исполнительные органы — городские управы. Право избирать и быть избранным в городскую думу имели обладатели определенного имущественного ценза, плательщики городских налогов, не исключая и мелких налогоплательщиков. Рабочие, служащие, интеллигенция, не уплачивающие городские налоги, исключались из числа избирателей. Городская дума подчинялась непосредственно Сенату, а не местной администрации, однако губернатор следил за законностью ее постановлений. Компетенция органов городского самоуправления, как и земского, была ограничена рамками хозяйственных вопросов, здравоохранения, народного образования.

Роль городской реформы 1870 в социальной истории России рассмотрел Б. Н. Миронов. По его мнению, Городовое положение 1870 г. во многом способствовало девальвации сословной парадигмы, формированию нового политического менталитета. Он полагает, что / общественный характер, который городское самоуправление приобрело в результате преобразования 1870 г., последовавшая в 1892 г. реформа не изменила.

В связи в отменой крепостного права, приобщением к гражданской жизни крестьянства, составляющего подавляющую массу населения, находится и судебная реформа. «Судебные уставы 20 ноября 1864 г.» были разработаны прогрессивными юристами в соответствии с тогдашними достижениями науки и судебной практики передовых стран Европы. В их числе — С. И. Зарудный, Д. А. Ровинский, Н. А. Буцковский. 

20 ноября 1864 года, после длительной подготовки были приняты судебные уставы: 

- Учреждения судебных установлений; 

- Устав уголовного судопроизводства;

- Устав гражданского судопроизводства;

- Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями.

Именно эти уставы составили в целом судебную реформу.

Россия получила новый суд: бессословный, гласный, состязательный, с адвокатурой, с выборностью мирового суда, с несменяемостью судей коронных, независимый от администрации, с общими для всех сословий судебными учреждениями: окружным судом и судебной палатой. Венцом судебной реформы, ее наивысшим достижением был суд присяжных, который враги преобразований тогда же окрестили «судом улицы». Суд присяжных выносил вердикт о виновности или невиновности. Состав его был выборным из различных слоев населения с небольшим имущественным цензом либо без ценза, как, например, для крестьян, но только для определенной категории — должностных лиц, избранных крестьянским самоуправлением. По 20 губерниям (без столицы) в 1883 г. в числе присяжных было: дворян и чиновников —14,9%, купцов —9,4, мещан —18,3, крестьян —57%. «Судебные уставы» были самой последовательной и радикальной из реформ 60-х годов XIX в. в России. Они не только создали новый, буржуазный суд, но установлением норм правового порядка в сфере юридической в определенной степени ограничивали самодержавную монархию.

Были приняты и другие реформы: народного просвещения во всех его звеньях, цензуры, военные, финансов (сюда можно отнести очень важную акцизную реформу 1863 г., заменившую винные откупа), статистики, государственного контроля (т. е. учета и публикации расходов и доходов) и др. Только высшие органы государственной власти, центральная администрация, власть монарха и всесилие бюрократии остались вне процесса перестройки. Во всех тих реформах стремление сохранить самодержавие восторжествовало, что и отличало официальную политику от курса либеральной бюрократии. Возобладала «идея откупного торга» (выражение Валуева), т. е. уступок ради самосохранения власти. И в этом заключалась угроза самим реформам.

Крепостничество как система общественных отношений перестало существовать, хотя многие его черты и пережитки сохранились до 1917 г. Характеризуя пореформенную деревню, Л. Н. Толстой устами Константина Левина в «Анне Карениной» говорит: «... у нас теперь, когда все это переворотилось и только укладывается, вопрос о том, как уложатся эти условия, есть только один важный вопрос в России». По поводу этих слов Ленин замечает: «Трудно себе представить более меткую характеристику периода 1861—1905 годов». Он считал важнейшим вопросом, «как уложится в России этот строй, буржуазный строй».

В аграрном строе пореформенной России, в соответствии с концепцией реформы 1861 г., развивались два типа хозяйства: крупное помещичье и мелкое крестьянское,— и то и другое, но особенно крестьянское, в крайне тяжелых условиях, при сохранении множества феодальных пережитков. Земельный вопрос требовал радикального, глубокого, подлинно революционного решения. Две последовавшие буржуазные революции оказались в этом отношении несостоятельными. Крестьянскую реформу 1861 г. Ленин сравнивал с европейскими буржуазными революциями именно в смысле выявления общности направления развития. Но при этом половинчатость реформы с годами обнаруживалась все сильнее; закреплению пережитков способствовали контрреформы. Главным препятствием на пути буржуазного развития страны оказалось именно самодержавие.

Судьба реформ оказалась драматичной. Сами по себе половинчатые и непоследовательные, они тут же по принятии были вырваны из рук составителей и переданы для реализации их врагам. Концепция реформ, разработанная либеральной бюрократией, оказалась под ударом с первых лет их проведения в жизнь, механизм гарантий был уязвим и слаб, тогда как традиционная феодальная государственность сильна. Реформа 1861 г., отменив крепостное право, не решила земельного вопроса, а завязала новый гордиев узел, который не разрубили даже две буржуазные революции.

Некоторые проекты так и не прошли. Впервые в России закон о подоходном налоге был принят 6 апреля 1916 г. в разгар мировой войны и финансового кризиса. Но возник он на полвека ранее, на рубеже 1850-1860-х гг., как одна из составных частей программы буржуазных реформ. Кроме экономического, вопрос о подоходном налоге имел еще социальный и политический аспекты. С его введением в систему налогообложения включалось бы дворянство, пользовавшееся правом податной неприкосновенности. Исследователь проблемы В. Г. Чернуха небезосновательно отмечает, что такая правительственная мера могла быть чревата недовольством большей части дворянства, и так ослабленного реформой 1861 г.

Правительство после длительного обсуждения всех проектов и мнений, высказанных на местах, не предприняло практических действий. Была создана комиссия П.А. Валуева для обсуждения реформы, мнение большинства ее членов склонилось в пользу коренных преобразований, но при этом члены комиссии поставили под сомнение вывод земств о бедственном положении крестьянства, мнение губернаторов и губернских присутствий были названы «неопределительными и бездоказательными».21 В итоге было решено провести серию последовательных, разделенных во времени налоговых реформ. Однако комиссия, как отмечает В. Г. Чернуха, сделала еще один вывод – о ненужности привлечения земств к обсуждению реформ.






Глава 2. Оценки реформ в историографии



Уступки, на которые пошло самодержавие, решившись на реформы 1860-х годов, провозглашались «выдающейся вехой» в истории России, их называли даже «революцией сверху». Исследователь Б. Г. Литвак считает, что Эйдельман в этой работе подменяет понятия «реформа» и «революция сверху», и делает это весьма убедительно.

Послушаем двух современников эпохи кануна реформ. Князь Д. А. Оболенский, служивший в Морском министерстве («министерстве прогресса») под началом великого князя Константина Николаевича, брата Александра II, свой человек в «верхах», вместе с тем подружившийся с вернувшимися из ссылки декабристами Е. П. Оболенским и И. И. Пущиным, оставил в своем дневнике характерные записи. 16 октября 1856 г.: «Вообще есть сила, на которую я начинаю возлагать большие надежды,— это сила вещей, она неоспоримо начинает действовать... Люди начинают свободно дышать, уже это большой шаг к выздоровлению. Хотя дико еще кажется многим это отсутствие постоянного гнета, хотя еще правительство не составило плана и не определило образ действия в новом направлении, но... всеобщее окоченение начинает пропадать, и как в отдельных лицах, так и в обществе начинает проявляться некоторое сознание». 30 декабря, подводя итог истекшего 1856 г.: «Он, однако, ярко отличается от предшествовавших годов, как перед наступлением весны бывают дни хотя еще холодные, но с весенним запахом, предшественником наступающей оттепели. Свободно дышала Россия в этом году».

В 1860 г., в самый канун отмены крепостного права, Лев Толстой в романе «Декабристы» обобщит свои впечатления о той оттепели: «Как тот француз, который говорил, что тот не жил вовсе, кто не жил в Великую французскую революцию, так и я смею сказать, что, кто не жил в пятьдесят шестом году в России, тот не знает, что такое жизнь». Оба одинаково видели рубеж, отделявший в 1856 г. Россию казарменно-палочного режима от грядущей — новой, пробуждающейся к общественной жизни и самосознанию. Интересна и возникшая у Толстого ассоциация с европейской революционной историей. 






Заключение



	Так называемая «цепная реакция» была комплексом реформ, из которых одна цепляла за другую и, по сути, каждая последующая реформа имела своей предпосылкой предыдущую. 

	Крестьянская реформа 1961 г. повлекла за собой множество преобразований в различных сферах жизни. С упразднением вотчинной власти дворянства не мог остаться прежним строй местного управления. Земская реформа вводила начала всесословного, выборного представительства в масштабах уезда и губернии. Земская реформа вызвала к жизни аналогичные преобразования в городском самоуправлении (1870 г.). 

	В связи в отменой крепостного права, приобщением к гражданской жизни крестьянства, составляющего подавляющую массу населения, находится и судебная реформа. Россия получила новый суд: бессословный, гласный, состязательный, с адвокатурой, с выборностью мирового суда, с несменяемостью судей коронных, независимый от администрации, с общими для всех сословий судебными учреждениями: окружным судом и судебной палатой.

	Были приняты и другие реформы: народного просвещения во всех его звеньях, цензуры, военные, финансов (сюда можно отнести очень важную акцизную реформу 1863 г., заменившую винные откупа), статистики, государственного контроля (т. е. учета и публикации расходов и доходов) и др. Только высшие органы государственной власти, центральная администрация, власть монарха и всесилие бюрократии остались вне процесса перестройки.

	Крепостничество как система общественных отношений, выходящая за пределы деревни, перестало существовать, хотя многие его черты и пережитки сохранились до 1917 г.

Но, что немаловажно, общественное оживление, вызванное реформами Александра II, надолго пережило реформаторский запал правительства, под влиянием которого они были начаты. 

	




Список источников и литературы

Источники



Ленин В.И. Развитие капитализма в России. Процесс образования внутреннего рынка для крупной промышленности // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 3. С. 164 – 246, 246 – 315. 

Энгельгардт А.Н. Из деревни. 12 писем. 1872 – 1887. М., 1987. 

Хрестоматия по истории СССР. 1861 – 1917 гг. М., 1990.



Литература



Великие реформы в России 1856 – 1874 гг. М., 1992.

Виленский Б. В. Судебная реформа и контрреформа в России. Саратов, 1969.

Волобуев В. П. Выбор путей общественного развития: теория, история и современность. М., 1987. 

Берг М.А., Черняк Е.Б. Революция европейского масштаба в процессе перехода от феодализма к капитализму // Новая и новейшая история. 1988. N 3. 

Гармиза В.В. Подготовка земской реформы 1864 г. М., 1957. 

Дружинин Н.М. Влияние аграрной реформы 1860-х годов на экономику русской деревни // История СССР. 1975. N 5 – 6.

Захарова Л. Г. Александр II // Российские самодержцы. М., 1994. 

Захарова Л. Г. Освободительные реформы в России 1861 – 1881 гг. // Знание-сила. 1992. N 2.

Захарова Л. Г. Россия на переломе (самодержавие и реформы 1861-1874 гг.) // История отечества: люди, идеи, решения. 

Очерки истории России IX – начала XX вв. М., 1991.

Ключевский В. О. Курс лекций. СПб., 2000.

Коротких М. Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 г. в России. Воронеж, 1989. 

Литвак Б.Г. Реформы и революции в России // История СССР. 1991. N 2. 

Литвак Б.Г. Переворот 1861 г. в России: Почему не реализовалась реформаторская альтернатива? М., 1991. 

Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII – начало XX в.). Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства. Т. 2. СПб., 1999.

Нардова В.А. Городское самоуправление в России в 60 - начале 90-х гг. XIX в. М., 1984. 

Панин И., Плимак Е. Россия XVIII – XX вв. Тип «запоздавшего» исторического развития // Коммунист. 1991. N 11. 

Российские реформаторы XIX – начала XX вв. Сб. ст. М., 1995. 

Чернуха В. Г. Внутренняя политика царизма с середины 50-х до начала 80-х гг. XIX в. Л., 1978.

Эйдельман Н. Ч. «Революция сверху» в России. М., 1989.


Примечания



3