Испания в период между мировыми войнами

Географическое положение

	Испания расположена на юго-западе Европы и занимает примерно 85% территории Пиренейского полуострова, а также Балеарские и Питиузские острова в Средиземном море, Канарские - в Атлантическом океане. Под управлением Испании находятся города Сеута и Мелилья (на территории Марокко) и острова Велес де ла Гомера, Алусенас и Чафаранас. Общая площадь: 504,750 кв.км. земля - 499,400 кв.км. вода - 5,350 кв.км. Испания имеет сухопутные границы с Францией - 623 км, Португалией - 1,214 км, Андоррой - 65 км, английской колонией Гибралтар - 1.2 км, с Марокко (Ceuta) - 6.3 км, (Melilla) - 9.6 км. Общая протяженность границы по земле: общая - 1,919.1 км, береговая линия - 4,964 км. На востоке и юге страна омывается Средиземным морем, на западе - водами Атлантического океана. Испания находится на пересечении важных морских и воздушных путей, связывающих Европу с Африканским и Американским континентами и занимает стратегическое положение вдоль Гибралтарского пролива.

Испания заметно выделяется среди других стран Европы. Ее положение на стыке Европы и Африки, христианского мира и мира ислама, замкнутого Средиземноморья и бескрайней Атлантики оставило неизгладимый след на всем облике страны. Здесь всегда есть место удивлению! Именно поэтому Испания - один из крупнейших мировых центров туризма и отдыха. Туристов привлекают в основном, древние города и солнечные пляжи.

Мало кто знает, что после Швейцарии Испания самая высокогорная страна Европы: горы занимают 90% ее территории. И Пиренеи вовсе не самые высокие горы в Испании. Юго-восток страны занимает Кордильера-Бетика - система горных массивов и хребтов, по высоте уступающих только Альпам. Высшая точка - гора Муласен - находится недалеко от Гранады. Это наиболее южная часть Европы, где летом сохраняется снег! Несмотря на то, что Пиренейский полуостров почти со всех сторон окружен морем, климат страны определяется не столько океаном, сколько горами, защищающими ее от внешних влияний. В Испании очень заметна вертикальная поясность климата: можно дрожать от холода, кутаясь в теплую шаль высоко в горах и наблюдать, как где-то далеко внизу дети плещутся в теплых волнах ласкового моря. Испания многогранна, каждый раз она предстает перед вами другой, неожиданной, но всегда захватывающе интересной.

Почему эта страна называется Испанией, не скажет сейчас никто, даже сами испанцы. В древности эту землю населяли племена иберов, по чьему имени весь полуостров с середины первого тысячелетия до нашей эры стал называться Иберией. Греки называли эту страну Гесперией - Страной вечерней звезды. После раздела Римской империи на Западную и Восточную, Западная официально носила название "Гесперия". Со 2 века до н. э., то есть со времени проникновения в Испанию римлян, страна получила название "Гиспания". Некоторые историки предполагают, что "Гиспания" - это искаженное "Гесперия". Но кто теперь скажет об этом с уверенностью?































Социально-политическое положение

	Испанская буржуазия конца XIX – начала XX века не отличалась особой смелостью, не в последнюю очередь по причине своей слабости. В стране ее душила феодальная реакция, на мировых рынках (даже в собственных колониях, куда, формально, не допускались иностранцы, но где они в широких масштабах занимались контрабандой) места уже были заняты англо-французским капиталом. Как следствие отсутствия решительного руководства, буржуазные революции периода 1808-74 гг. отличались половинчатостью, заканчивались поражениями и потерей большинства революционных завоеваний. Вначале буржуазия была нерешительна в силу своей слабости, затем, когда она нарастила свои мускулы, она стала нерешительной потому, что испугалась радикализации растущего пролетариата, который все более активно поднимался на борьбу. В результате буржуазные преобразования XIX века носили на себе печать компромисса испанской буржуазии с феодальным дворянством, монархией и церковью. Испания вошла в эпоху империализма, сохраняя феодальные пережитки, которые крайне трудно было ликвидировать, поскольку буржуазия, опасаясь пролетариата, предпочитала союз с помещичьими, монархическими и клерикальными кругами, который накладывал необходимость сохранения привилегий союзников, тогда как развитие капитализма требовало их ликвидации. Нарастающий кризис требовал руководства пролетариата даже для разрешения буржуазных задач, что в условиях всемирного кризиса капитализма, начавшегося войной в 1914 г., давало ему возможность, опираясь на революционный подъем масс, попытаться разрешить и задачи социалистической революции.

Монарх Испании  Альфонс XIII (годы правления 1902-1931) имел реакционное военно-религиозное воспитание, нежелание поступаться своей властью в пользу столь необходимых для страны буржуазно-демократических реформ. Альфонс XIII грешил германофильством и был горячим поклонником германского кайзера Вильгельма II, которому старался во всём подражать. Известный испанский беллетрист Бласко Ибаньес так писал о них (о Вильгельме и Альфонсе): “Два комедианта различного происхождения и возраста, претендующие играть одну и ту же роль. Характер их тождественный: та же любовь к актёрству, то же страстное стремление привлекать внимание, вмешиваться во всё, всем управлять, произносить речи, та же уверенность в том, что они подписывают самые блестящие в мире манифесты. Та же любовь к переодеванию: в два часа дня Альфонс XIII в мундире адмирала, в три часа он гусар смерти, в четыре часа он улан. Днём каждый час он показывается в новой форме”.

в 1898 г. Испания была втянута в нежелательную войну с США, которые “во имя гуманности, во имя цивилизации и во имя защиты подвергшихся опасностям американских интересов” отобрали у Испании большинство ее колоний: Кубу, Пуэрто-Рико, Филиппины и т.д. Утрата колоний больно ударила по экономическим интересам и самолюбию испанской буржуазии. Отсталая экономика лишала ее возможности иметь современную армию. Флот, также далекий от современного, был уничтожен американцами, а строительство новой эскадры было начато по закону о военном флоте только в 1908 г. Таким образом, Испания потеряла всякую возможность вести колониальные войны вдали от собственной территории. А раздел мира между тем подходил к концу.

Однако к революции это не привело, но поражение было воспринято как национальная катастрофа. Необходимость реформ ощущали не только оппозиционные, но и правящие круги. Представители национальной культуры и политических партий искали пути преодоления экономической отсталости страны. “Поколение 98-го года” оказало огромное воздействие на Испанию первой трети XX века, т.е. периода, когда созревали непосредственные условия вооруженного конфликта 1936-1939 гг.

Испания не участвовала в первой мировой войне, капиталистические противоречия, поэтому, не вскрылись здесь в такой степени как в воюющих странах. Более того, не участвуя в войне и получая заказы от стран Антанты, она использовала свое положение для подъема национальной экономики, и даже повышения уровня жизни отдельных категорий трудящихся, что, впрочем, не остановило революционный подъем еще до конца войны. Окончание первой мировой войны изменило конъюнктуру, вновь вскрыло слабость испанской экономики: желая излечить разрушенную войной экономику, мировые державы прикрыли свои рынки запретительными пошлинами, доля Испании в мировой торговле оказалась даже ниже, чем до войны. Если в 1918г. положительное сальдо торгового баланса превышало 385 млн. песет, то в 1920г. внешнеторговый баланс стал резко отрицательным, его дефицит превысил 380 млн. песет. Революционные выступления трудящихся, террор анархистов, неудачи в колониальной войне в Марокко еще больше обострили старые язвы испанского общества. Тем не менее, социальный конфликт не успел набрать полные обороты – у капитализма еще оставался  некоторый запас времени и сил. Он достаточно легко смог справиться с революционным движением. Сказались разобщенность и неорганизованность рабочих, не в последнюю очередь обязанные преобладающему влиянию анархизма, а также террор, ослабивший руководство рабочих организаций в период, когда еще не закончился экономический подъем, связанный с мировой войной, т.е. когда социальные противоречия не достигли высшей точки.

Относительно либеральная диктатура генерала Примо де Ривьеры установленная 13 сентября 1923 года в результате государственного переворота (получившего, впрочем, поддержку короля Альфонса XIII и испанского общества) дала капиталистической Испании еще несколько лет “процветания” за высокой стеной таможенных пошлин. Конец последнему положил мировой экономический кризис 1929-1933 гг., который подтолкнул страну к реформизму. В январе 1930 г. возглавлявший с 1923 г. испанское правительство диктатор, генерал Примо де Ривьера, в ответ на предложение короля Альфонсо ХIII подать в отставку совершенно неожиданно подчинился, и в феврале 1931 г. в стране было восстановлено действие Конституции. В апреле состоялись муниципальные выборы, на которых сторонники монархии потерпели поражение. Победившие республиканцы призвали Альфонсо XIII отречься от престола. В ответ король покинул страну, но отказался от формального отречения. К власти пришло коалиционное правительство социалистов, либералов и республиканцев при участии нескольких монархистов. Испания была провозглашена республикой. Была намечена программа умеренных преобразований, проведение которых, однако, было сразу же осложнено конфликтами нового режима с католической церковью, с одной стороны, и оппозицией анархистов и коммунистов, с другой.

Вскоре, однако, новый режим себя исчерпал. Республика с ее куцыми реформами не удовлетворяла интересам пролетариата и крестьянства, чьи требования становились все настойчивее, и которые все чаще обращали свой взор на пример Октябрьской революции в России. Не устраивала она и реакцию, которая была недовольна даже самым малым ущемлением своих привилегий и которую не устраивала неспособность республики остановить рост революционного движения. Республика 1931-1936 гг. стала тем полем, на котором вызрели два непримиримых классовых интереса, две непримиримые классовые и политические группировки, которые неизбежно должны были столкнуться в ожесточенной кровавой схватке на уничтожение, в ходе которой Испания и должна была определить путь своего дальнейшего развития, вышвырнув буржуазную демократию как совершенно непригодный инструмент для той эпохи.

В июле 1936 г. испанские фашисты и другие правые силы во главе с генералами Э. Мола и Ф. Франко подняли мятеж против демократического правительства Народного фронта, возникшего к середине 30-х гг. в Испании. Народный фронт являлся попыткой сплочения всех демократических сил перед лицом угрозы фашистской диктатуры. Однако участие в этих фронтах леворадикальных групп, в том числе и коммунистов, подрывало их единство. Коммунисты стремились использовать народный фронт не столько для борьбы с фашизмом, сколько для установления собственной диктатуры. Хотя истоки конфликта уходили своими корнями в спор столетней давности между традиционалистами и сторонниками модернизации, в Испании 1930-х гг. он принял форму столкновения между фашизмом и антифашистским блоком Народного фронта. Этому способствовала и интернационализация конфликта, вовлечение в него других стран. Премьер-министр Х. Хираль обратился с просьбой о помощи к правительству Франции, Франко апеллировал к А. Гитлеру и Б. Муссолини. Первыми откликнулись на призыв о помощи Берлин и Рим, направившие в Марокко (где тогда находился Франко) 20 транспортных самолетов, 12 бомбардировщиков и транспортное судно "Усамо". К началу августа африканская армия мятежников была переброшена на Пиренейский полуостров. 6 августа юго-западная группировка под командованием Франко начала марш на Мадрид. Одновременно северная группировка под командованием Молы двинулась на Касерес. Началась гражданская война, унесшая сотни тысяч жизней и оставившая после себя руины.

Германия и Италия, открыто выступившие на стороне Франко, щедро снабжали мятежников вооружением и войсками. Они направили Франко крупный контингент военных инструкторов, германский легион "Кондор" и 125-тысячный итальянский экспедиционный корпус. С другой стороны, в  октябре 1936 года Коминтерн инициировал создание интербригад, собравших под свои знамена антифашистов многих стран. Для борьбы с фашистами в Испанию переправлялось и вооружение (в том числе танки, самолеты, тяжелые орудия).

Другие европейские страны и США заявили, что считают начавшуюся в Испании гражданскую войну ее внутренним делом и потому не намерены вмешиваться.

Военный конфликт обострялся созданием двух различных типов государственности: республики, где с сентября 1936 по март 1939 находилось у власти правительство Народного фронта, возглавляемое социалистами Ф. Ларго Кабальеро и Х. Негрином, и авторитарного режима в т. н. национальной зоне, где всю полноту законодательной, исполнительной и судебной власти сосредоточил в своих руках генерал Франко. В национальной зоне преобладали традиционные установления. В республиканской же зоне была национализирована земля, а крупные промышленные предприятия и банки конфискованы и переданы профсоюзам. В национальной зоне все поддерживавшие режим партии были в апреле 1937 года объединены в "Испанскую традиционалистскую фалангу", во главе с Франко. В республиканской же зоне соперничество между социалистами, коммунистами, анархистами выливалось в открытые столкновения, вплоть до вооруженного путча в мае 1937 года в Каталонии.

Судьба Испании решалась на полях сражений. Франко до конца войны так и не смог овладеть столицей – Мадридом. В битвах при Хараме и Гвадалахаре был разгромлен итальянский корпус. Неблагоприятный для республиканцев исход 113-дневной "битвы на Эбро" в ноябре 1938 года предопределил исход гражданской войны. 1 апреля 1939 война в Испании закончилась победой франкистов.

О результате кровопролитной, разрушительной гражданской войны 1936-1939 годов убедительно говорят такие цифры: около 1 млн. человек погибло в ходе войны; не менее 500 тыс. испанцев были вынуждены покинуть родину, спасаясь от мести победителей. По подсчетам видного испанского экономиста Романа Тамамеса, в 1939-1940 гг. сельскохозяйственное производство составляло всего 21% от довоенного уровня, а промышленное – 31%. В 192 городах и населенных пунктах было разрушено до 60% всех зданий, полностью уничтожено 250 тыс. квартир и еще 250 тыс. невозможно было использовать. Страна потеряла почти половину подвижного состава железных дорог, 30% судов торгового флота, более 70% автомашин. Доходы основной массы трудящихся в конце 1939 г. упали до уровня 1900 г. Стране понадобилось более 10 лет для ликвидации только материального ущерба, нанесенного войной.

Франкисты обрушивали на своих реальных и потенциальных противников жесточайший террор. Были запрещены все поддерживающие республику политические партии, такие как Коммунистическая партия Испании (КПИ), Испанская социалистическая рабочая партия (ИСРП), различные республиканские партии, ведущие профсоюзные организации. Около 2 млн. испанцев прошло в первые послевоенные годы через тюрьмы и концлагеря. 

































Историческое положение

Испания начала XX в. была аграрно-промышленной страной, сравнительно отсталой по западноевропейским меркам. Развитие капитализма в период становления его монополистической стадии происходило при сохранении пережитков феодализма, в условиях сохранения монархии, господства латифундистов (крупных землевладельцев) в деревне и сращивания финансово-промышленной верхушки с земельной аристократией. Единая финансово-помещичья олигархия опиралась при этом на союз с католической церковью и иностранным капиталом, преобладавшим в современных отраслях промышленности.

Задержка в развитии капитализма не позволила народам Пиренейского полуострова слиться в единую нацию с единым языком и культурой. Из 24 млн. населения страны 7 млн. составляли национальные меньшинства. Баски, каталонцы и галисийцы продолжали противопоставлять себя испанцам, в значительной степени сохранили свой язык и серьезные (по крайней мере, для первых двух) сепаратистские или автономистские настроения.

В промышленности и на транспорте было занято 2 млн. человек – 22% трудоспособного населения Испании. Промышленные предприятия распределялись по территории страны крайне неравномерно. Крупные современные предприятия были сосредоточены, главным образом, в Каталонии, Астурии, Стране Басков. В то же время значительная часть испанской промышленности едва вышла из мануфактурного периода. Илья Эренбург в ходе своей поездки в Испанию в конце 1931г. так описывает экономические контрасты представшей перед ним страны: “Возле Саморы строят электрическую станцию “Сальтос-дель-Дуэро”. Это будет “самая мощная станция Европы”. На скалистых берегах Дуэро вырос американский город: доллары, немецкие инженеры, гражданская гвардия, забастовки, чертежи, цифры, полтора миллиона кубических метров, энергия за границу, выпуск новых акций, огни, грохот, цементные заводы, диковинные мосты, не двадцатый, но двадцать первый век. В ста километрах от электрической станции можно найти деревни, где люди не только никогда не видали электрической лампочки, но где они не имеют представления об обыкновенном дымоходе, они копошатся в чаду, столь древнем, что легко вообще забыть о ходе времени”.

Основная часть современных предприятий находилась под контролем иностранного капитала. К 1930г. прямые иностранные инвестиции в экономику Испании достигли 1 млрд. долларов.

Среди иностранных капиталов, вложенных в испанскую промышленность в течение нескольких десятилетий в наиболее рентабельные отрасли экономики, наибольшее значение имели: бельгийские (0,5 миллиарда франков), вложенные в железные дороги и трамвайные линии, французские (3 миллиарда) – в горнодобывающую, текстильную и химическую промышленность, канадские – в гидроэлектростанции в Каталонии и Леванте, британские (5 миллиардов), которые контролировали всю металлургию Страны Басков, судостроение и, вместе с компанией Rio Tinto, медные рудники, американские, контролировавшие, в частности, телефонные сети и производство электроэнергии в отдельных регионах (так компания Traction Light Electric Power контролировала 9/10 производства электроэнергии в Каталонии), наконец, немецкие, связанные с производством электроэнергии в Леванте и пытающиеся внедриться в металлургию.

В целом, однако, испанская промышленность не могла успешно конкурировать с промышленностью передовых государств, особенно с началом великой депрессии, когда таможенные барьеры, охраняющие рынки последних, стали особенно высоки. На мировом рынке Испания, главным образом, могла предложить продукцию сельского хозяйства и своих недр.

Процесс концентрации производства в Испании шел медленно. Только металлургия Страны Басков давала нам пример крупной современной капиталистической промышленности. В Каталонии текстильная промышленность, играющая там ведущую роль, в значительной степени была распылена среди мелких предприятий.

Темпы развития испанской экономики были достаточно высоки в условиях диктатуры Примо де Ривьеры. Однако мировой экономический кризис прервал этот подъем. В самой Испании кризис продолжался вплоть до начала второй мировой войны. Если взять собственно период великой депрессии, то падение производства, по сравнению с другими странами, было не так уж велико: в 1932 г. оно составило 10% по отношению к 1929 г. (по сравнению с более 50% для США и Германии). Но для Испании, с ее отсталостью и нищетой, этого было достаточно для того, чтобы довести до крайности бедствия трудящихся. Тем более, что и позже экономический подъем не возобновился. В марте 1936 г., т.е. на следующий день после победы на выборах Народного Фронта, индекс промышленного производства составлял лишь 77% от докризисного. Уровень котировки акций в 1935 г. упал до 63% по отношению все к тому же 1929 г.. Курс песеты упал на 35% в 1931 г. по отношению к 1929-му, еще на 10% в 1932 г. и оставался практически неизменным до 1936 г.

Особенно пострадала горнодобывающая промышленность: добыча железной руды упала с 6559 тыс. тонн в 1930 г. до 1760 в 1933-м, поднявшись в 1936 г. до 2633, медной руды – с 63,7 тыс. т. в 1929 г. до 30 в 1934 и 1935 гг., добыча марганцевых руд снизилась почти до нуля, пирита – 3867 тыс. т. в 1929 г. до 2286 – в 1935-м. Лучше обстояло дело с добычей угля: 7120 тыс. т. в 1930 г., падение до 5932 – в 1934, и подъем до 7017 в 1935 г.. Но испанский уголь не мог конкурировать в цене с английским. Чтобы избежать нежелательных последствий для экспорта цитрусовым (основным покупателем которых была Великобритания) страна была вынуждена регулярно импортировать английский уголь для того, чтобы уравновесить торговый баланс.

Соответственно сократилось и металлургическое производство: выплавка стали уменьшилась с 1003 тыс. т. в 1929 г. до 580 в 1935-м, меди соответственно с 28,5 до 10,8 тыс. т. и т.д.

Тяжкий кризис переживало судостроение. В 1929 г. было спущено на воду 37 судов, в 1931 – 48, в 1932 – 11, в 1933 и 1934 – по 18, в 1935 – только 3.

Утешением для экономики республики могло служить положение в энергетике (2433 млн. квт – в 1929 г., 3198 – в 1934-м) и в строительстве.

Следствием кризиса была постоянно растущая безработица. Если в декабре 1931 г. она составляла 400 тыс. человек, то в декабре 1933 г. – 600 тыс. Накануне войны, в июне 1936 г., она перешагнула рубеж в 800 тыс. человек. Положение усугублялось еще и возвращением эмигрантов, в основном из Латинской Америки – около 100 тыс. человек в период 30-х годов.

Ситуация в сельском хозяйстве была более обнадеживающей. В целом оно давало 2/5 национального дохода. Производство зерна, риса и кукурузы сохранялось на прежнем уровне или возрастало. Общий улов рыбы (морской) возрос на треть. Площади, на которых выращивали апельсины, возросли наполовину по сравнению с 1926 г. В годы республики экспорт апельсинов достиг рекордного уровня, составив более 20% всего испанского экспорта. Правда, последнее увеличение было также и следствием снижения объемов экспорта ряда других продуктов. Так экспорт вина и оливкового масла составил в середине 30-х гг. лишь четверть от уровня 1930 г.

Нельзя сказать, что республика не пыталась ничего изменить. Проектов было немало, и ряд из них был реализован. Энергию в их осуществление вложил министр финансов, а затем министр общественных работ Индалесио Прието. Строительство плотин, ирригация и лесонасаждение внесли свой вклад в развитие сельского хозяйства и рост производства электроэнергии. Были электрифицированы железные дороги, завершено строительство железнодорожного туннеля под Сьерра-де-Гвадаррамой, начатое еще Примо де Ривьерой, реконструированы многие шоссейные дороги и т.д. В целом, однако, в своей попытке модернизировать экономику республика потерпела полный провал. Осуществлению этой цели мешала старая социальная система. Нужна была новая (или, по крайней мере, кардинально обновленная), которая не только направит соответствующим образом людские и финансовые ресурсы, но и сможет объединить общество (в т.ч. и силой), раздираемое экономическими и социальными конфликтами, парализующими выполнение указанных задач.

Испанский фалангизм, пришедший к власти в результате военного путча, который возглавил генерал Франсиско Франко, стремился установить в стране свой, специфический вариант фашистского, тоталитарного режима. Ему был свойственен тот же крайний национализм, шовинизм, которыми отличались другие фашистские движения. Крупные промышленники и землевладельцы своими денежными пожертвованиями негласно вскармливали фалангистов, за что последние, придя к власти, всячески оберегали интересы своих покровителей. Мощь карательного аппарата государства обращалась против тех, кто не желал подчиниться фашистской диктатуре. Во главе режима оказался жестокий диктатор, способный потопить в крови собственный народ с помощью солдат и штыков “дружественных” армий государств фашистской “оси”. При создании своего государства Франко неизбежно должен был обратиться к опыту “коллег”. “Обработать” народные массы ему помог националистический лозунг возрождения “великой Испании”.

Как можно заметить, установлению фашистской диктатуры в Испании способствовали экономические потрясения и, как следствие - нарастание борьбы трудящихся за улучшение своего экономического положения. В этих условиях с особой ясностью обнаруживалась неспособность правящей буржуазно-либеральной верхушки найти выход и обезвредить ситуацию, грозящую взрывом народного возмущения.

Демократические силы не сумели оказать достойного сопротивления фашизму. Наступательность и жизнеспособность фашизма недооценили как либерально-буржуазные представители правящего класса, так и левые партии.

Обобщающий анализ условий становления и укрепления фашистского режима в Испании позволяет выделить четыре стадии его развития.

Первая стадия. Приход к власти в период обострения всеобщего кризиса, охватившего все сферы жизнедеятельности государства: политическую, экономическую, социальную. Быстрое наведение общественного порядка путем жесткого подавления неподчиняющихся режиму. Упорядочение экономики, сопровождающееся падением безработицы и инфляции, путем целенаправленного государственного регулирования. Превращение лидеров политических движений, пришедших к власти, в диктаторов. На этом этапе все внешне довольны. Недовольные принуждены к молчанию, репрессированы или эмигрировали из страны.

Вторая стадия. Опьянение государственной и военной мощью. Переход к подготовке территориальной экспансии. Отшлифовка идеи национального превосходства. Окончательный отказ от принципов демократии.

Третья стадия. Полная расправа с внутренним инакомыслием под лозунгом единства нации (партии) перед лицом внешних угроз. Посягательства на территории соседних государств, развязывание войны.

Четвертая стадия. Перенапряжение внутренних сил и ресурсов. Появление внутренних противоречий режима. И как следствие, распад режима - при жизни диктатора или сразу после его смерти.

2