Ингерманландцы

План
Введение 
1 История
2 Репрессии и депортации
3 Судьба финнов, оказавшихся на оккупированной территории
4 После войны 
4.1 Динамика численности финнов-ингерманландцев
4.2 Динамика численности всех финнов в СССР/России

5 Современное расселение и численность
6 Общественные организации финнов-ингерманландцев
7 Персоналии
Список литературы
Ингерманландцы 

Введение

Фи́нны-ингерманла́ндцы (фин. inkeriläiset, inkerinsuomalaiset, эст. ingerlased, швед. finskingermanländare) — субэтническая группа финнов, проживающая на территории исторической области Ингрии (Инкери). Язык ингерманландцев относится к восточным диалектам финского языка. По вероисповеданию ингерманландцы традиционно относятся к лютеранской церкви, однако часть из них придерживается православной веры.

1. История

Ингерманландский субэтнос сложился в результате миграции в ингерманландские земли, отошедшие к Швеции по Столбовскому миру, части финнов-эвремейсов и финнов-савакотов из центральных областей Финляндии. Финнизация Ижорской земли во многом облегчалась тяжёлыми демографическими потерями, понесёнными ею в период Смутного времени, особенно её восточной частью.

После 1675 года северная и центральная Ингерманландия становится лютеранской и финноязычной. При содействии шведских властей новые поселенцы-лютеране вытеснили из Ингерманландии часть православного населения (карелов, ижор, русских) и частично ассимилировали оставшихся, таким образом сформировав своеобразную субэтническую культуру.

В западной Ингерманландии православие лучше сохранило свои позиции. Население в 1656 году было финским на 41 %, а в 1695 году около 75 % [1].

Территория заново обрусевает уже после основания Петербурга. Но даже в начале 19 века окру́га Петербурга была почти исключительно финскоязычной[3][4]. К началу XX века существовали два крупных района с наиболее высокой долей финского населения: ингерманландская часть Карельского перешейка (северная часть Петербургского и Шлиссельбургского уездов) и район к юго-западу от Петербурга, примерно вдоль линии Петергоф—Красное Село—Гатчина (западная часть Царскосельского и восточная часть Петергофского уездов).

Также существовали и ряд более мелких районов, где финское население безраздельно преобладало (Кургальский полуостров, Колтушская возвышенность и др.).

В остальной части Ингрии финны проживали чересполосно с русским, а в ряде мест (Ижорская возвышенность) — и с эстонским населением.

До XX столетия у ингерманландских финнов выделялись две субэтнические группы эвремейсы (фин. äyrämöiset) и савакоты (фин. savokot). По данным П. И. Кёппена, изучавшего географию расселения финнов в середине XIX века, эвремейсы расселялись на Карельском перешейке (кроме южной части, непосредственно прилегавшей к Петербургу, и района Белоострова), в районе Дудергофа, в восточной части Царскосельского уезда (Лисинский приход), на южном побережье Финского залива (кроме Кургальского полуострова). В остальных районах Ингрии (южная часть Карельского перешейка, Колтушская возвышенность, окрестности Колпино, район Назии, Ижорская возвышенность, Кургальский полуостров и др.) расселялись савакоты. Численно савакоты также преобладали — по данным П. И. Кёппена, из 72 354 финнов было 29 375 эвремёйсет и 42 979 савокот. К началу XX века различия между эвремейсами и савакотами постепенно стёрлись, и групповое самосознание у ингерманландцев было утрачено.

В 1926 году «ленинградских финнов» насчитывалось 114 831 человек.[5] В советский период в рамках политики «коренизации» в конце 20-х — начале 30-х годов в районах компактного проживания финнов были созданы национально-административные единицы низового уровня. На Карельском перешейке статус национального финского получил Куйвозовский (с 1936 года — Токсовский) район. В середине 30-х годов был выдвинут проект создания и второго финского района из 11 сельсоветов с центром в Тайцах, либо в Дудергофе. Этот план, однако, не был реализован. Кроме того, было образовано несколько десятков финских сельсоветов. В период коллективизации было создано также несколько сот финских колхозов (в 1936 году — 580).

Также в этот период широкое развитие получило школьное образование на финском языке. Так, в 1927/28 учбном году в Ленинградской области функционировала 261 финская школа I и II ступеней. Помимо общеобразовательных школ, в Ленинградской области работали также финские сельскохозяйственный (во Всеволожске) и педагогический (в Гатчине) техникумы, а также эстонско-финский педагогический техникум[6].

Однако во второй половине 30-х годов в национальной политике произошёл коренной поворот: обучение в школах с 1938 года было переведено на русский язык, а в 1939 году упразднены и национальный район и сельсоветы. Токсовский район был включён в состав Парголовского района, а финские сельсоветы частью включены в состав соседних, частью преобразованы в обычные сельсоветы. Кроме того, в 1937 году были закрыты и все лютеранские приходы на территории Ингрии.

2. Репрессии и депортации

С начала 1930-х годов ингерманландское население подверглось репрессиям со стороны советских властей, итогом которых стало практически полное его исчезновение из районов традиционного проживания ко второй половине 1940-х годов. Можно выделить следующие три «волны» репрессий в отношении ингерманландцев до войны: первая и вторая в 1931, третья в 1935.

В 1928 происходит межевание земли. Вначале все хозяйства распределяют по 5 классам. Землю также классифицируют. В первый класс относятся беднейшие жители, из которых многие лишь недавно приехали в деревню. Во 2-й класс относиться беднота, которая в силу своей лености и плохой жизни опустилась до полной разрухи. В 3-й класс относились средне-зажиточные. в 4-й и 5-й класс относились богатые или так называемые «буржуи», как их тогда называли.[7] Раздел земли по новому вызвал споры и раздор, когда у всех, кто в то время хорошо обрабатывал землю, её отняли, и дали взамен землю другого класса. Отнесённые к 1-му классу получили лучшие земли и т.д. Неудивительно что среди сельчан появилась ненависть к властям и её представителям.

В 1930 начинается коллективизация. В колхоз вступают единичные хозяйства, например в Колтушах вначале лишь 8 домов из ста. В 1931 происходят первые крупные выселения в Сибирь, в Красноярский край, на берег Енисея на золотые рудники. Второй раз отправляют большие группы людей на работы в Хибины, в строящийся город Хибиногорск (c 1934 Кировск). Никто не знал заранее места назначения и люди не успевали даже напечь хлеба. Например, приказ о выселении жители Колтушей получили 12 декабря 1931 поздно вечером, отправляться нужно было в 8 утра следующего дня. Нужно было найти любое жильё вне родной деревни.[8] Выселенные лишались дома, земли, скота, то есть всего, что давало средства к существованию. Перед этим, как правило, власти давали различные сроки главам семей, мужчинам, и отправляли их на принудительные работы в лагеря. Женщинам из таких семей становилось трудно прокормить детей, и найти работу. При этом половина земель оставалась необработанной, просьбы выделить какой-либо участок, не имели действия. Такое безземельное существование продолжалось 4 года.[8]

В 1935 происходит третье выселение, на этот раз изгнание. Например, 6 апреля 1935 жители Колтушей получают приказ взять еды на 6 дней, и две пары нижнего белья. Охранники сразу предупреждают, что будут стрелять, если кто попытается сойти с дороги. Задержанных собирают в народном доме, объясняют, что поезд отправится через 6 дней, на человека можно взять мешок картошки. Каждая пятая семья может взять одну лошадь и одну корову. После этого объявили, что от каждой семьи останется один заложник, на то время, пока другие готовятся к отправке. 12 апреля все прибыли на станцию Мельничный ручей (фин. Myllyoja). Как пишет очевидец, в поезде было 35—40 вагонов, заполненых людьми, кроме трёх вагонов для животных. В каждый вагон разместили 45 человек. По обе стороны вагона были нары в три уровня, в центре печка, у одной из дверей дырка в полу для нужды, дали два ведра воды. Двери сразу закрыли. Снаружи вагонов было написано: «Добровольные переселенцы».[9] Спать приходилось по очереди, охранники на каждой станции следили, чтобы никто не подходил к вагонам поболтать. После Самары охрана сменилась и вагоны далее запирали только на ночь. 26 апреля эта группа из Колтуш прибыла на конечную станцию Сырдарья в колхоз Пахта-Арал.[10]

1) В период массовой коллективизации большое число ленинградских финнов было переселено за пределы Ингерманландии, в Сибирь, на территорию Кольского полуострова, в Казахстан, Узбекистан. На основе данных, в основном финских исследователей, собравших данные о численности населения и свидетельства самих выселенных, их переписку с родными, жертвами ссылки стали 18 тысяч финнов. По данным В. Я. Шашкова, в Хибиногорске (Кировске), крупнейшем центре «кулацкой ссылки» Мурмана, к началу 1933 года насчитывалось 1252 финна-трудпоселенца, в 1934 году — 1299 и в 1935 году — 1161[11]. Во втором по значимости пункте концентрации трудпоселенцев, посёлке Нивастрой, по данным переписи 1933 года проживало лишь 314 финнов (в том числе и не являвшихся трудпоселенцами)[12]. Точных данных по другим местам поселений нет. Хотя процент кулацких хозяйств в некоторых районах компактного проживания финнов был и выше, чем в среднем по региону, разница эта была непринципиальной. Так, в Куйвозовском районе кулацкие хозяйства составляли 3,2 % от общего числа хозяйств, в Пригородном — 0,7 %, в Красногвардейском — 1,2 %, в Волосовском — 1,5 % при среднем показателе по области 1,6 %[13]. Следует учитывать, что решение о выселении касалось и средних хозяйств. В то же время не исключено, что в регионе (особенно в пограничных районах) в этот период могли происходить и переселения, не связанные с кулацкой ссылкой. Однако этот вопрос требует дальнейшего изучения.

2) Весной 1935 года в основном в приграничных районах Ленинградской области и Карелии была проведена операция по выселению «кулацкого и антисоветского элемента». Операция была проведена по указанию наркома внутренних дел Г. Г. Ягоды, её устроители предполагали выселить из погранполосы 3547 семей (около 11 тысяч человек). Насколько эта операция являлась «антифинской», на сегодня неясно. Материалы, опубликованные В. А. Ивановым, однозначно свидетельствуют, что все пограничные районы Ленинградской области и Карелии получили примерно равные (по отношению к численности населения) контрольные цифры на выселение, в том числе и такие районы, где финское население отсутствовало вовсе[14]. В то же время известно, что первоначальный план по выселению был перевыполнен в два раза. По данным В. Н. Земскова (считающего эту акцию сугубо антифинской) было выселено 5059 семей и 23217 человек, в том числе в Западную Сибирь было направлено 1556 человек, в Свердловскую область — 7354, в Киргизию — 1998, в Таджикистан — 3886, в Северный Казахстан — 2122 и в Южный Казахстан — 6301[15]. За счёт каких районов было достигнуто столь значительное «перевыполнение плана», на сегодня остаётся невыясненным.

3) В 1936 году на Карельском перешейке по инициативе командования Ленинградского военного округа было произведено переселение всего гражданского населения из предполья и ближайшего тыла строящегося Карельского укрепрайона. Следует отметить, что выселение коснулось всех этнических групп, проживающих в отселённой зоне. В то же время, учитывая, что финны составляли значительное большинство населения этого района, именно они оказались в наибольшей степени затронутыми данной акцией. Не исключено также, что именно специфика этнического состава населения погранполосы и побудила военное ведомство иницировать тотальную очистку предполья укрепрайона. Выселенные были небольшими группами размещены в западных районах нынешней Вологодской области, на учёт спецкомендатур не ставились и могли выехать из мест водворения в любое время.

4) В период Великой Отечественной войны постановлением Военного Совета Ленинградского фронта № 196сс от 26 августа 1941 года финское и немецкое население пригородных районов Ленинграда подлежало обязательной эвакуации в Коми АССР и Архангельскую область. Результаты этого переселения на сегодня в точности неизвестны. Нельзя не отметить, что постановление было издано лишь за несколько дней до того, как все пути сообщения, связывающие окрестности Ленинграда с внешним миром, по суше были перерезаны немецкими войсками. По иронии судьбы, успевшие эвакуироваться на баржах через Ладогу были спасены таким образом от голода блокады.

5) Постановление Военного Совета Ленинградского фронта № 00714-а от 20 марта 1942 года повторило требование об обязательной эвакуации финского и немецкого населения. Постановление основывалось на Указе Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года «О военном положении», предоставлявшем военным властям право «воспрещать въезд и выезд в местности, объявленные на военном положении, или из отдельных ее пунктов лиц, признанных социально опасными как по своей преступной деятельности, так и по связям с преступной средой»[16]. По данным В. Н. Земскова, было выселено 44737 ингерманландцев, из них 17837 было размещено в Красноярском крае, 8267 — в Иркутской области, 3602 — в Омской области, остальные — в Вологодской и Кировской областях[17]. По прибытии на место водворения финны были взяты на учёт спецпоселений. После окончания Великой Отечественной войны 12 января 1946 года режим спецпоселения был снят, но возвращение на территорию Ленинградской области правительство финнам запретило. Постановлением Совета Министров СССР от 11 февраля 1949 года финнам был разрешён въезд лишь на территорию соседней с Ленинградской областью Карелии[18], куда и переселилось несколько десятков тысяч как бывших спецпоселенцев, так и (преимущественно) репатриантов из Финляндии. В результате реализации данного постановления Карелия стала одним из трёх крупнейших центров расселения советских финнов.

Это постановление было отменено новым Постановленем бюро ЦК КП(б) КФССР "О частичном изменении постановления бюро ЦК КП(б) и Совета Министров КФССР от 1 декабря 1949 года",[19] на основании которого даже переселившихся в Карелию людей стали выселять из приграничной территории.

6) После подписания советско-финляндского соглашения о перемирии в СССР было возвращено ингерманландское население, ранее переселённое немецкими оккупационными властями в Финляндию (см. ниже). Однако в соответствии с постановлением ГКО СССР № 6973сс от 19 ноября 1944 года репатриируемые направлялись не в Ленинградскую область, а в пять соседних с ней областей — Псковскую, Новгородскую, Калининскую, Великолукскую и Ярославскую. Распоряжение СНК СССР № 13925рс от 19 сентября 1945 года разрешало въезд в Ленинградскую область лишь «ингерманландским семьям военнослужащих — участников Отечественной войны», а также репатриантам-нефиннам[20]. Большинство финских репатриантов предпочло покинуть отведённые им для поселения области. Одни попытались всеми правдами и неправдами вернуться в Ингерманландию, другие выехали в Эстонию и Карелию.

7) Несмотря на запреты, значительное количество финнов возвращалось после войны в Ленинградскую область. По официальным данным, к маю 1947 года на территории Ленинграда и Ленинградской области проживало 13958 финнов, прибывших как самовольно, так и по официальному разрешению. В соответствии с постановлением Совета Министров СССР № 5211сс от 7 мая 1947 года и решением Леноблисполкома № 9сс от 11 мая 1947 года самовольно возвратившиеся в регион финны подлежали возвращению к местам прежнего жительства. Согласно распоряжению Совета Министров СССР № 10007рс от 28 июля 1947 года такая же участь постигла и финнов, проживших в Ленинградской области безвыездно весь период оккупации. Остаться в Ленинградской области было разрешено лишь следующим категориям ингерманландцев: а) участникам Великой Отечественной войны, имеющим правительственные награды, и членам их семей; б) членам семей военнослужащих, погибших на фронтах Великой Отечественной войны; в) трудармейцам и другим лицам, награждённым орденами и медалями Советского Союза, и членам их семей; г) членам и кандидатам в члены ВКП (б) и их семьям; д) членам семей, главами которых являются русские и е) явно нетрудоспособным престарелым, не имеющим родственников. Всего лиц данных категории оказалось 5669 человек в Ленинградской области и 520 в Ленинграде.

Важнейшим итогом репрессивной политики советских властей по отношению к ингерманландцам стал раскол монолитного ареала проживания финнов на три крупных и множество мелких пространственно разобщённых ареалов. Даже на уровне мелких административных единиц финны во второй половине XX века нигде не составляли не только большинства, но и значимого меньшинства. Это «растворение» в русской среде во многом стимулировало процессы генетической ассимиляции и аккультурации финского населения, приведшие к стремительному сокращению его численности, которое к настоящему времени приняло однозначно необратимый характер. Важно подчеркнуть, что эти процессы в условиях резкого усиления миграционных процессов в XX столетии, в особенности переселений из сельской местности в города, всё равно имели бы место. Кроме того, тяжёлый демографический урон финнам нанесли и события Великой Отечественной войны (Ленинградская блокада и длительное проживание на оккупированной территории). Однако принудительное расчленение ареала расселения ингерманландцев, так и не преодолённое в послевоенный период, несомненно, способствовало резкому «ускорению» ассмиляционных процессов в финской среде.

3. Судьба финнов, оказавшихся на оккупированной территории

В период второй мировой войны до двух третей ингерманландского населения к осени 1941 года оказалось на территории, оккупированной германскими войсками. На контролируемой немцами территории действовали финские школы и церковь. Но в целом жизнь была тяжелой и голодной, что требовало быстрого решения. Во второй половине ноября 1941 года немцы вводят продовольственные карточки. Посол Германии Вильперт фон Блюхер (нем. Wipert von Blücher) 9 декабря 1941 года предложил, чтобы Финляндии приняла 50 тысяч ингерманландцев. Финляндия не была к этому готова.[21] Около 30 тысяч ингерманландцев находились также внутри блокадного кольца, как в городе, так и в области, разделив все страдания горожан. К тому же их обвинили в замысле восстания и по решению руководства зимой — весной 1942 года из блокады вывезли 28 тысяч человек. Вывозили на машинах по льду Ладоги и далее по железной дороге в северную Сибирь на побережье моря Лаптевых. Сохранить жизнь удалось только каждому третьему.

Снабжение также ухудшалось на захваченной немцами территории. Даже с незатронутых боевыми действиями территорий голод вынудил людей уйти в лагеря беженцев и затем далее в Эстонию. Находившийся 20 января 1942 года в Финляндии от Рейхскомиссариата «Остланд» бригадефюрер СС Вальтер Шталекер рассказал о немецких планах переселения и о угрозе голода. Он склонялся к перевозке ингерманландцев в Финляндию, но для этого требовалось политическое решение. Финляндия решает направить комиссию Пелконена, в которую входили преподаватель Лаури Пелконен, пастор Юхани Яскиляйнен, представитель полиции Каарло Стендал и капитан Юкка Тирранен из восточно-карельского военного округа.[22] По возвращении комиссия подтвердила опасную ситуацию с 6000 финнов, проживающих вблизи линии фронта, которых следовало бы эвакуировать в Эстонию. 10 тысяч человек нуждались в помощи на месте, а всего нуждающихся насчитали 40—50 тысяч ингерманланцев. На этой основе министерство иностранных дел Финляндии информировало немецкого посла Блюхера о ситуации.[23] Продовольственная ситуация в Финляндии обострилась весной 1942 года. 183 тысячи жителей Карелии решили вернуться на родные земли, находившиеся в тот момент под контролем финских войск, и это угрожало стране нехваткой рабочей силы. Правительство стало более благожелательно смотреть на возможный переезд в страну ингерманландцев, и финский посол в Берлине Тойво Кивимяки предложил перевезти в качестве рабочей силы 10 тысяч эстонских или ингерманландских крестьян. 20 тысяч их уже находилось в Эстонии.[24]

Переезд жителей в Финляндию и Эстонию соответствовал планам Рейха. По плану Ост на территорию Ленинградской области предполагалось переселить в течение 25 лет 350 тысяч немецких колонистов. Коренное население предполагалось изгнать или уничтожить.[25] Когда нехватка рабочей силы стала явной, а немцы уже использовали эстонцев и ингерманладцев, например, в военном хозяйстве, правительство Финляндии решило получить 40 тысяч человек в качестве рабочей силы. Но позиция Германии к этому времени также изменилась. Верховное командование сухопутных войск (вермахт) и министерство восточных территорий противились перевозке ингерманладцев. 23 января 1943 года министерство иностранных дел Германии заявило о согласии на перевозку максимум 12 тысяч человек. 5 февраля 1943 года правительство Германии, исходя прежде всего из политических интересов, согласилось перевезти 8 тысяч трудоспособных мужчин с семьями.[26] Для переезда назначили комиссию Хеланена, которая отправилась в Таллин 25 февраля 1943 года.

Первые добровольцы переехали 29 марта 1943 года из лагеря Клоога. 302 человека из порта Палдиски перевёз теплоход «Аранда». Перевозки осуществлялись через 2—3 дня до лагеря Ханко. В начале апреля добавился теплоход «Суоми», который мог взять на борт 450 пассажиров. В июне добавился третий корабль — минный тральщик «Лоухи», поскольку при переходе главной проблемой были мины. Осенью переходы перенесли на ночное время из-за усиления активности советской авиации. Переезды были добровольными и основывались на предложениях комиссии Пелконена переселять в первую очередь из районов, находящихся вблизи фронта. О переселении составили документ 17 октября 1943 года.

В преддверии ожидавшегося советского наступления под Ленинградом генеральный комисариат «Эстония», являвшийся подразделением Рейхскомиссариата «Остланд» (нем. Generalbezirk Estland) и командование Группы армий «Север» приступили к принудительной эвакуации ингерманландских территорий, невзирая на ранее договоренные с Финляндией условия о добровольном переселении. Запланировали, что территории эвакуируют, а договориться можно позже. Активность проявил Эдвин Скотт из Эстонского генерал-комиссариата, причём, независимо от министерства восточных территорий и независимо от министерства иностранных дел. Эвакуацию наметили провести за один месяц и начали 15 октября 1943 года.[27]

Уже начатая операция была одобрена 2 ноября 1943 года когда перевезли в порт первую часть из 40 тысяч человек. Договор о переселении заключили 4 ноября 1943 года. Позже оставалось договориться о переселении находящихся на немецкой службе.

4. После войны 

63 000 ингерманландцев переселили в Финляндию во время войны.[29] Но Советский Союз потребовал вернуть их назад в 1944 году. После Московского перемирия осенью 1944 года 55 000 человек поверив обещаниям советских чиновников, согласилось вернуться на родину. В то же самое время власти Ленинградской области продавали пустые оставленные ингерманландцами дома и строения русским. Служившие ранее в военном хозяйстве у немцев мужчины, выявленные при сверке документов в Выборге, были расстреляны на месте. Возвращающихся из Финляндии отвозили мимо родины в Псковскую, Калининскую, Новгородскую, Ярославскую область и в Великие Луки.[30] Другие оказались дальше, например в Казахстане, куда ещё в 30-е годы ссылали много неблагонадёжных, по мнению властей, ингерманландских крестьян.

Многие пытались вернуться в родные места позже, и даже получали разрешение от высших инстанций, но новые жильцы категорически сопротивлялись возвращению ингерманладцев и с помощью местных властей препятствовали их поселению на родине. В 1947 году вышло секретное предписание, которое запрещало проживание ингерманланцам в пригородах Ленинграда. Это означало изгнание всех, кто всё-таки смог вернуться.

Возвращение стало возможно только после смерти Сталина в 1953. Следующие десять лет попытки поселиться в Ингерманландии пытались ограничить. Многие уже успели обжиться на новых местах. Самые большие общины ингерманланцев образовались в Эстонии и в республике Карелия. Таким образом, ингерманландцы стали почти везде на своей родине национальным меньшинством среди русских переселенцев и прежних русских жителей. Согласно переписи 1926 года в Петербургской губернии проживало около 115 000 финнов-ингерманландцев, а в 1989 всего около 16 000.

В течение 1990-е годов многие из оставшихся в Ингерманландии финнов получили право на репатриацию, и 30 тыс. ингерманландцев эмигрировали в соседнюю Финляндию[31]. С ингерманландскими финнами исторически связана деятельность лютеранской Церкви Ингрии[32].

Ингерманландцами иногда называют ижору, которые, собственно говоря, и дали название исторической области Ингрия, но в отличие от лютеран-финнов традиционно исповедуют православие.

4.1. Динамика численности финнов-ингерманландцев

Годы

1897*

1926**

1939***

1959***

1970***

1979***

1989***

2002****

Численность

130413

115234

143437

92717

84750

77079

67359

48351

* по данным переписи в Санкт-Петербургской губернии

** данные по "ленинградским финнам"

*** данные о численности вмести со всеми финами СССР (после репрессий и ссылки)

**** общее количество финнов на постсоветском пространстве (в России - 34050)

По результатам последней Всероссийской переписи населения 2002 года, число финнов-ингерманландцев в России составляет 314 человек [1], но это не соответствует утверждениям специалистов, что на сегодняшний день большинство финской диаспоры России, составляют потомки финнов-ингерманландцев.

4.2. Динамика численности всех финнов в СССР/России

Годы

1897

1926

1939

1959

1970

1979

1989

2002

Численность

143068

134701

143437

92717

84750

77079

67359

34050

5. Современное расселение и численность

Данные Всероссийской переписи населения 2002 года:

Вся Российская Федерация: 34 050

	Республика Карелия: 14 310

	Ленинградская область: 7 965 (7 447 [34])

	Санкт-Петербург: 4 051 (3 766 [34])

	Красноярский край: 635

	Тюменская область: 456

	Мурманская область: 429

	Москва: 410

	Псковская область: 359

	Новгородская область: 356

	Омская область: 344

	Кемеровская область: 309

	Тверская область: 306

	Вологодская область: 303

	Иркутская область: 245

	Московская область: 231

	Свердловская область: 222

	Республика Коми: 209

	Республика Якутия: 208

	Ханты-Мансийский автономный округ: 194

	Новосибирская область: 191

	Пермский край :184

	Краснодарский край: 165

	Архангельская область: 154

	Челябинская область: 142

	Республика Хакасия: 140

	Ярославская область: 114

	Ямало-Ненецкий автономный округ: 108

	Самарская область: 105

За пределами Российской Федерации:

	Эстония: 10 767 (2009)

	Казахстан: 1 000 (1989)

	Украина: 768 (2001)

	Белоруссия: 245 (1999)

6. Общественные организации финнов-ингерманландцев

	Инкерин Лиитто («Ингерманландский Союз») - добровольное общество ингерманландских финнов. Цели сообщества - развитие культуры и языка и защита социальных и имущественных прав ингерманландцев. Действует на территории исторической Ингерманландии и в других районах России, кроме Карелии. Сайт: http://www.inkeri.spb.ru

	Ингерманландский Союз Финнов Карелии - Создан в 1989 году для сохранения языка и культуры этнических финнов, проживающих в Карелии. Сайт: http://inkeri.karelia.ru

7. Персоналии

	Иванен, Анатолий Вильямович — поэт.

	Яковлев, Владимир Анатольевич — российский политик, губернатор Санкт-Петербурга в 1996 — 2003 годах.

	Эльфенгрен, Юрьё — белый офицер, президент самопровозглашённой республики «Северная Ингрия».

	Конкка, Юхани — писатель.

	Кондулайнен, Елена Ивановна — актриса.

	Худилайнен, Александр Петрович — политик.

	Уйманен, Феликс — горнолыжник , чемпион СССР.

	Паппинен, Тойво — чемпион СССР по прыжкам с трамплина.

	Раутанен, Мартти — миссионер лютеранской церкви.

	Куорти, Аатами — священник, писатель, автор множества книг об Ингерманландии.

	Ойяла, Элла — писательница, автор книг о северной Ингерманландии.

	Ряннель, Тойво Васильевич — народный художник РФ.

	Хюпенен Анатолий — генерал-полковник , участник войны во Вьетнаме.

	Путро , Моозес — автор гимна «Nouse Inkeri».

	Арво Сурво — лютеранский пастор, инициатор создания Церкви Ингрии.

	Виролайнен, Олег Арвович — с ноября 2003 г. по май 2006 г. вице-губернатор Санкт-Петербурга. С мая 2006 г. по октябрь 2009 г. — председатель комитета по благоустройству и дорожному хозяйству.

	Мишин, Армас — председатель Союза писателей Республики Карелия. Вместе с фольклористом Эйно Киуру перевёл на русский язык эпос «Калевала».

	Киуру, Эйно — кандидат филологических наук, старший научный сотрудник сектора фольклора ИЯЛИ КНЦ РАН, член Союза писателей России.

	Каява, Мария — проповедница, основатель первой после войны евангелистско-лютеранской общины в СССР.

	Кукконен, Катри — проповедница, основатель первой после войны евангелистско-лютеранской общины в СССР.

	Лауриккала, Селим Ялмари — пробст северной Ингрии.

	Муллонен, Анна-Мария — выдающийся вепсолог.

	Тикиляйнен, Пётр — герой Советского Союза.

	Мяки, Артур — российский политик.

	Ронгонен, Люли — писательница, переводчица, профессор литературы.

	Винонен, Роберт — поэт, член Союза писателей России.

Список литературы:

	Карта соотношения лютеранских и православных подворий в 1623-43-75 годах.

	Itämerensuomalaiset: heimokansojen historiaa jakohtaloita / toimittanut Mauno Jokipii; [kirjoittajat: Heinike Heinsoo… et al.]. — Jyväskylä: Atena, 1995 (Gummerus).

	Карта народностей и языковых групп Ингерманландии

	Этнографическая карта Санкт-Петербургской губернии. 1849 г.

	Ингерманландский центр (фин.)

	Мусаев В. И. Политическая история Ингерманландии в конце XIX—XX веке. — 2-е изд. — СПб., 2003, с. 182—184.

	 (фин.) Hannes Sihvo Inkerin Maalla. — Hämeenlinna: Karisto Oy, 1989. — С. 239. — 425 p. — ISBN 951-23-2757-0

	Inkerin Maalla; c 242

	Inkerin Maalla; c 244

	Inkerin Maalla; c 246

	Шашков В. Я. Спецпереселенцы на Мурмане: Роль спецпереселенцев в развитии производительных сил на Кольском полуострове (1930—1936 гг.). — Мурманск, 1993, с. 58.

	АКССР: Список населенных мест: по материалам Переписи 1933 года. — Петрозаводск: Изд. УНХУ АКССР Союзоргучет, 1935, с. 12.

	Краткие итоги паспортизации районов Ленинградской области. — [Л.], Облисполком, 1-я тип. изд-ва Ленингр. облисполкома и Совета, 1931, с. 8—11.

	Иванов В. А. Миссия Ордена. Механизм массовых репрессий в Советской России в конце 20-х — 40-х гг.: (На материалах Северо-Запада РСФСР). — СПб., 1997.

	Земсков В. Н. Спецпоселенцы в СССР, 1930—1960. — М.: Наука, 2005, с. 78.

	Три указа одного дня

	Земсков В. Н. Спецпоселенцы в СССР, 1930—1960. — М.: Наука, 2005, с. 95.

	Мусаев В. И. Политическая история Ингерманландии в конце XIX—XX веке. — 2-е изд. — СПб., 2003, с. 336—337.

	http://heninen.net/karjalantasavalta/inkeri.htm Постановление бюро ЦК КП(б) КФССР "О частичном изменении постановления бюро ЦК КП(б) и Совета Министров КФССР от 1 декабря 1949 года"

	Гильди Л. А. Судьба «социально-опасного народа»: (Засекреченный геноцид финнов в России и его последствия. 1930—2002 гг.). — СПб., 2003, с. 32.

	Jatkosodan Kronikka: Inkeriläisiä Suomeen, s. 74, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Jatkosodan Kronikka: Pelkosen komissio lähtee Ineriin, s. 82, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Jatkosodan Kronikka: Suomi lähettää von Blücherille nootin, s. 87, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Jatkosodan Kronikka: Heimokansoja työvoimaksi Suomeen, s. 109, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Jatkosodan Kronikka: Inkerinmaa aiotaan asuttaa saksalaisilla, s. 118, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Jatkosodan Kronikka: Saksalaiset vastustavat inkeriläisten muuttoa, s. 119, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Jatkosodan Kronikka: Inkerin tutkijakomissio Tallinnaan, s. 121, Gummerus, ISBN 951-20-3661-4

	Tuuli E. Inkeriläisten vaellus: Inkeriläisen väestön siirto 1941—1945. — Porvoo; Helsinki; Juva: WSOY, 1988.

	Inkeriläissiirtolaiset

	Inkeriläissiirtolaiset

	Финляндия перестает принимать ингерманландцев

	Евангелическо-лютеранская церковь Ингрии на территории России (ЕЛЦИ)

	The Ingrian Question as a Historical and Political Phenomenon. Vadim Musayev. стр. 135

	Этноконфессиональная карта Ленинградской области и сопредельных территорий. Вторые шёгреновские чтения: Сборник статей. 2008. стр. 246. ISBN 978-5-8015-0250-2

Источник: http://ru.wikipedia.org/wiki/Ингерманландцы