Исторический портрет М.М.Сперанского по работе Томсинова В.А. Светило российской бюрократии

Федеральное агентство по образованию

федеральное государственное образовательное учреждение

 высшего профессионального образования

«Сибирская академия государственной службы»

Институт переподготовки специалистов

Гуманитарных основ государственной службы

(кафедра)

Отечественная история

(дисциплина)

Письменное контрольное задание

для студентов заочного обучения

	

Студент Шеина Вера Александровна



Группа 10306



Дата 21.03.2011







Преподаватель Демидов В.В.



	







Новосибирск 2010









Тема: “Исторический портрет М.М.Сперанского по работе Томсинова В.А. “Светило российской бюрократии”. - М., 1991.

Оглавление

		Введение	3

		1.Детство и юность М.М.Сперанского	5

		2. Путь восхождения М.М.Сперанского	7

		3. Слава и реформаторские проекты М.М. Сперанского 	10

		4. Падение	13

		    5. Повторное восхождение.	14

		6. Завершение карьеры и жизненного пути.	19

		Заключение	21

		Список литературы	23

		

	

	

	

	

	

	

	

	

	















	Введение

В России на рубеже ХIХ века общий строй жизни во многом оставался повернутым не в будущее, а в прошлое. Незыблемой оставалась абсолютная монархия. Все и вся преклонялись перед властью императора. 

Российская бюрократия, сформировавшаяся в течение XVIII в., к рубежу нового столетия стала колоссальной самодавлеющей силой Вскормленная на традициях еще приказных, дъяческих времен, она впитала давние привычки раболепства перед высшими и унижение нижестоящих, небрежение и презрение к человеку. 

В стране по-прежнему господствовала крепостная система. Из 30 миллионов крестьян 50% являлись крепостными. Аграрный сектор страны базировался на подневольном труде. Вся жизнь как крепостных, так и государственных, а так же других категорий крестьян регулировалась правилами, традициями, обычаями, дошедшей из глубокой древности и почти исчезнувших в западных странах крестьянской общины. 

Сложным было положение и с территориальными характеристиками России. Плотность населения была наиболее низкой в Европе. Вхождение в состав России ряда территорий Северного Кавказа, Казахстана, кочевых пространств Нижнего Заволжья, Сибири не только не содействовало  общему цивилизационному развитию страны, но напротив, в целом отбрасывало Россию назад, так как большинство обитателей этих пространств жили на уровне родо-племенных отношений. 

Многонациональный состав России, большие цивилизационные различия в уровне развития отдельных регионов страны также не содействовали общему продвижению вперед. 

При всем блеске российской столице, значительном влиянии на экономику, культуру, духовную жизнь страны крупных городов, общая численность городского населения в России была крайне низкой — всего около 7%. Большинство же Российских городов относились к категории малых. 

Но грели другие времена. Пришедший к власти молодой монарх Александр I в первые же годы правления предприял часть мер по либерализации России. Такого масштабного и всеохватного  либерального натиска Россия еще не знала. Было проведено широкое помилование заключенных, пересмотрение судебных дел, смягчение цензуры. Александр I стремился ограничить произвол власти, ее прихоти законами. Произошел небывалый сдвиг в области образования. Наконец, был задет самый щепетильный для дворянства вопрос — состояние крепостного крестьянства. В царствование Александра I сложилась обстановка, которая способствовала появлению реформаторских проектов и конституционных настроений у передовой и образованной части русского общества, побуждая их к составлению радикальных планов государственных преобразований. 

Важнейшим представителем идеологии либерализма в России в начале XIX в. был  Михаил Михайлович  Сперанский, который вошел в память своего народа в звании русского реформатора.

	Детство и юность М.М.Сперанского

Михаил Михайлович Сперанский родился в 1772 году во Владимировской губернии деревне Чекрутино в семье младшего духовного чина. Отец его, Михайло Васильевич — иерей сельской церкви, высокий ростом, тучный человек — мало уделял внимания своему дому и семье. Все заботы о домашнем быте лежали на матери Михаила Праксовье Федоровне. С раннего утра и до позднего вечера она была занята хозяйственными делами. Поэтому Михаил рос предоставленный почти целиком самому себе, то есть имел ту самостоятельность, ту свободу, что как воздух необходима для возникновения из маленького человеческого существа большой личности. 

Слабому от рождения физически, ему трудно было угнаться за своими сверстниками в их забавах и шалостях. Оттого почти все время он проводил в одиночестве или же в общении с дедом Василием. Именно от деда своего получил будущий государственный деятель первые сведения об устройсте мира и житии людей в нем. Михаил рано выучился читать. Чтением книг он заменял игры со сверстниками. 

Покинул родительский дом Михаил рано — на восьмом году своей жизни. Отец отвез его во Владимир , где устроил на учебу в епархиальную семинарию. Михаилу была назначена, таким образом, обыкновенная для поповича стезя. 

Годы, в которые Михаил Сперанский обучался во Владимировской семинарии, были периодом расцвета последней. Расходы на епархиальные семинарии по предписанию из Петербурга были в 1780 году увеличены сразу втрое. Одновременно в программу обучения был введен ряд новых предметов: история, физика, география, арифметика и другие. 

В 1788 году Владимировская семинария была объединена с Суздальской и Переяславской семинариями в одно учебное заведение, которое перенесли с Суздаль. Однако долго жить в Суздале Сперанскому не пришлось. В том году произошло событие , в корне изменившее его жизнь. 

Славяно-греко-латинская семинария в Петербурге была преобразована в «Главную семинарию», призванную готовить учителей для других семинарий, куда и отбыл из Суздаля Сперанский, как наиболее способный выпускник.

Чрезвычайно интенсивный характер обучения в духовной семинарии вкупе с  суровым монашеским воспитанием, безусловно, воздействовал на семинаристов. И Сперанский, славившийся среди современных ему государственных деятелей необыкновенной умственной энергией, искусством быстрого логичного письма, а также изяществом выражения подобострастия к сильным мира сего, конечно же, нес  на себе отпечаток семинарского воспитания. 

Когда для Сперанского подошло время окончания петербургской семинарии, ему было предложено остаться на преподавательскую работу. Время преподавательской деятельности в семинарии было в жизни молодого Михаила периодом интенсивнейших движений его ума, временем его окончательного духовного созревания. В эти годы он не только много читает, но и творит: пишет статьи и научные трактаты, пробует силы в литературе.

Дальнейшая судьба Сперанского сложилась благодаря князю А.Б.Куракину, чью чиновничью натуру восхитили стиль и быстрота составления писем Сперанским. В 1797 году Михаил Сперанский был зачислен в канцелярию генерал-прокурора с чином титулярного советника. Не смотря на то, что в ближайшем будующем ему открывалось архиерейство, охваченный сомнениями Сперанский все же делает сложный выбор. Сила, толкнувшая молодого поповича в омут политики, коренилась в жажде деятельности, что по мере его духовного созревания все более и больее охватывала его существо. Он знал, что выбираемый им путь есть путь через бурю, через лишения и постоянное беспокойство.

Так произошел в судьбе Михаила Сперанского переворот, определивший всю его дальнейшую жизнь, а русской истории давший одного из самых выдающихся и загадочных деятелей.

Впоследствии Сперанский не раз будет горько жаловаться на свою чиновничью долю и сожалеть о том, что выбрал ее себе. Но тогда, в самый момент выбора и в начале своей чиновной службы, он был полон благих надежд, он чувствовал в себе необыкновенные способности и был уверен, что станет знаменит, что непременно прославит свое имя какими-нибудь великими свершениями.



	2. Путь восхождения М.М.Сперанского

В атмосфере, в которой царили сумасбродство императора, самодурство вельмож, эгоизм и раболепие чиновников, протекали первые годы государственной службы Сперанского. У него не было среди знатных сановников постоянного покровителя, этого обязательного условия быстрого движения вверх по служебной лестнице. Чтобы сделать успешную карьеру, Михаил должен был поэтому обращать в покровителя каждого нового своего начальника. А это была неимоверно трудная задача – уже в силу того, что начальники у вступившего в службу поповича менялись с быстротой необыкновенной и каждый из них имел особые, специфические привычки, предпочтения, вкусы. Однако же факт налицо. Каждый новый начальник будто под воздействием гипноза спешно превращался в верного и преданного его покровителя. Всего за четыре с половиной года попович превратился в знатного сановника. Так, через три месяца после своего вступления в гражданскую службу экспедитор генерал-прокурорской канцелярии титульный советник Михаил Сперанский получил ин коллежского асессора. Еще через девять месяцев – он сделан был надворным советником. Спустя двадцать с половиной месяцев – коллежским советником. Не прошло и трех месяцев, как он сделался статским советником.

Среди чиновников генерал-прокурорской канцелярии слыл за человека гордого, независимого в суждениях. Правда, гордость его переходила иногда в некоторое высокомерие, а независимость в излишнюю категоричность. Вместе с тем он был склонен к насмешкам. Никто не мог лучше него подметить в поведении того или иного человека какую-либо нелепость с тем, чтобы при случае высмеять ее. В этой своей   насмешливости  он   не  щадил даже   собственных   начальников.   В  шутки,

бросаемые в их адрес, Михайло вливал иной раз столько яда, что они превращались в настоящую злую сатиру. Подобным образом он «шутил», естественно, за спиной своих начальников. Но находился «доброжелатель», который передавал его наполненные ядом шутки непосредственно тому, в чей адрес они отпускались. После каждой из таких передач отношение начальников к Сперанскому резко менялось к худшему. Но проходило время, и разгневавшиеся на поповича начальники становились к нему опять милостивы.

 В   дальнейшем   фактическое  влияние  Сперанского  на  ход  государственных

дел постоянно будет превышать  рамки  его  должности. Современники  непременно

будут  выделять  в  его  личности  старание и высокие  умения  приспосабливаться  к

положениям,   характерам,  вкусам   различных  людей,   с   которыми   входил  он   в

соприкосновение.    Источниками      данного      свойства     сочтут     обыкновенную

угодливость    и    бесхарактерность.     В   Сперанском   усмотрят    качество,   прямо

противоположное   доктринёрству,   но   не  менее  пагубное, – отсутствие твёрдости

собственных убеждений. И поскольку при всем том уме и дарованиях государственного    деятеля   отказать  ему  будет   невозможно,  возникнет вопрос  о

противоречивости его натуры.

Тягостная для человеческой души атмосфера чиновной службы не могла не сказываться вредным образом на характере Сперанского. Каждодневное актерство во взаимоотношениях со своими начальниками и сослуживцами, постоянное сдерживание, подавление истинных своих чувств, изображение эмоций, к которым привыкли окружающие, которых они ждали, но каковые были чужды его сердцу, формировало в нем искусственность речи и манер – личину, панцирем ложившуюся на его живую личность. Но окованная, она продолжала жить. 

Бросив молодого поповича в болото чиновной службы, судьба проявила к нему все ж таки свое благоволение и послала ему то, что самой сутью своей предназначено быть подлинным ангегом-хранителем всякой человеческой души от окружающих ее мерзостей. Судьба послала Михаилу любовь.

В 1798 году Михаил женился на добродушной, простой, молоденькой англичанке, дочери пасторской, сироте, привезенной пять лет назад в Петербург случаем, делами и матерью. Эту первую, так мгновенно и ярко вспыхнувшую любовь Сперанский проносит в себе всю свою жизнь. Год спустя его жена умрет, родив дочь, которую Михаил назовет в ее память Елизаветой. Во второй брак, не смотря на завидность свою как жениха и все выгоды, каковые брак этот мог бы иметь для его чиновного положения, Сперанский не вступит.

В последние месяцы правления Павла Сперанский пребывал в состоянии душевного кризиса. Равнодушие, скука, недовольство своим положением явно преобладали среди его настроений. Горечь утраты любимой, выносимая поначалу, постепенно ослабла. Обезумевшее от боли сердце его потеряло прежнюю чувствительность, отупило, замерло.

 Счастливец по службе, совершивший не просто карьеру, а прямо-таки прыжок к высоким чинам и должностям, баловень судьбы в представлении окружающих, он со всей ясностью понял вдруг, что пирамида должностей есть не что иное, как пирамида клеток. Чем более высокой должности на службе достигает кто-либо, тем в более тесную клетку попадает.

  В ночь с 11 на 12 марта 1801 г. император Павел был задушен в собственной резиденции собственными сановниками. В России наступили другие времена. Так уж случилось тогда, что настоящее прощанье с XVIII веком произошло у россиян с уходом из жизни не 1800 года, а императора Павла I и новый век явился россиянам соответственно не с 1801 годом, а с императором Александром. Стал он в России действительно веком преобразований, веком реформ. Но вместе с тем взрастил в нашем отечестве ненасытное чудавище, выедающее людские души – все самое доброе, разумное и прекрасное в них, на корню пожирающее самые ценные общественные начинания, обгрызающее плоды благих реформ, сотворенных верховной властью. Новый век взрастил в России бюрократию.

С этого времени начался новый этап в жизни М.М.Сперанского. Восшествие на престол Александра I нарушило однообразие чиновной жизни Сперанского. Высочайшим указом ему повелено было состоять статс-секретарем при Д.П.Троицком, которого Александр I сделал чем-то вроде своего госсекретаря. Через месяц Сперанский стал еще и управляющим экспедицией гражданских и духовных дел в канцелярии “Непременного Совета”. Ему было поручено составление манифестов и указов, которых в первые месяцы нового царствования издавалось очень много. В это время способности помощника Трощинского привлекли к себе внимание членов действующего при государе “Негласного комитета”.





	3. Слава и реформаторские проекты М.М. Сперанского 

Александр I, взошедши на трон, захотел  осчастливить  Россию  реформами.  Он объединил своих либерально настроенных друзей в "Негласный комитет". Занятие  государственными  делами  протекало  с  восточной  неторопливостью. Отобедав за царским столом, члены "Негласного комитета" удалялись в  царский кабинет, и там, за десертом, кофе с трубкой, обсуждали проекты реформ.  Юные реформаторы не имели ни малейшего представления о  реальном  государственном управлении. Им нужен был человек, способный  воплотить  грезы  в  конкретные проекты. Сперанский стал настоящей находкой для молодых аристократов.

        В 1808 году царь поручил  ему  составить  генеральный  план  реформ. Этой работой Михайло Михайлович занимался почти год.  Он  работал  по  18-19 часов в сутки: вставал в пять утра, писал, в  восемь  принимал  посетителей, после приема ехал во дворец. Вечером опять писал. В  октябре  1809  года  он представил царю свой план. Даже сейчас, по прошествии почти  двух  веков,  этот  план  поражает своей   современностью   и   европейской   логикой.   Сперанский   предлагал "обустроить Россию" наподобие нынешних процветающих монархий.

План государственного переустройства начинался с  первой  российской конституции (Другой выдающийся бюрократ Сергей Витте  ровно  через  сто  лет заставил все-таки последнего монарха ее принять.)

Сперанский  ввел  привычное  нам  теперь   разделение   власти наисполнительную,   законодательную   и    судебную.    До    этого жесткой государственной  системы  не  существовало.  Мало  того:  именно Сперанский придумал министерства в их современном бюрократическом  виде.  Он предлагал ввести выборную Государственную Думу и  Государственный  Совет, назначаемый царем,  по сути, это был аналог современного двухпалатного парламента.  Речь   шла о конституционной монархии.

Смыслом намеченных преобразований являлись введение в государственную жизнь страны гражданских и политических прав, прежде всего права частной собственности, защищенной законом, выборное начало в органах власти, некоторое органичение самодержавной власти царя. Сутью проекта Сперанского, подготовленного в 1809 году, стала идея привлечения к участию в законодательстве, суде и управлении народных представителей на различных уровнях.

Предполагалось, что законодатели будут организованы в волостную, окружную губернскую думы и в Высшую – государственную думу. На такие четыре степени предполагалось разделить и судебную власть: суды волостной, окружной, губернский и верховный, или Судебный сенат. Исполнительная власть также делилась на управление волостное, окружное, губернское и государственное или министерское. Госудаственный совет, где рассматривались наиболее важные государственные законы, должен был венчать это конституционное здание. Сперанский также предлагал создать Кабинет, куда стекались бы для анализа и совершенствования наиболее важные дела, и Правительствующий сенат, заменяющий Комитет министров.

По проекту Сперанского, в стране вводилось широкое избирательное право. Лишь крепостные крестьяне, работные люди и прислуга не участвовали в выборах, но пользовались защитой закона, который гласил, что никто не может быть наказан без следствия и суда. 

Сперанский реформировал налоговую систему,  то есть   ввёл  налог  на  дворян-землевладельцев, которые до того денег в  казну  не  платили  никогда.  Было создано восемь министерств, заправляющих всеми хозяйственными делами.

Естественно, верховная власть в стране оставалась за монархом. Его слово было решающим. Если бы это устройство было принято, то уже в начале XIX века Россия превратилась бы в конституционную монархию со строгим разделением властей. Отсюда уже рукой было подать до ликвидации сословного строя и уничтожения крепостного права.

Государь, желающий на деле, а не иллюзорно управлять страной, должен, по мысли Сперанского, вверить осуществление власти и исполнение своих повелений специально составленным – коллегиальным органам, образуемым на началах выборности из представителей различных слоев свободного населения. В отсутствии ответственности перед обществом министров и других чиновников Сперанский видел главную причину, по которой бюрократия превращается всамодовлеющую организацию.

Сперанский, судя по всему, был полон самых радужных надежд на осуществление своих реформаторских замыслов.

Человек с душой и талантом менее других подвержен опасности заболеть самолюбием и тщеславием. Но, видимо, лишь до тех пор, пока не оказывается в его руках власть – это странное вещество, своего рода яд: в малых дозах – полезный, в больших – зловредный. Из всех разновидностей власти наиболее опасна для человеческой личности власть преобразовывать, переустраивать общественную жизнь: никакая другая власть не развращает столь человека, как эта! Составляя планы реформ общественно-политического строя в России, Спиранский сознавал их абстрактность и схематичность, но это были его планы, его реформаторские замыслы, и уже поэтому они должны быть осуществлены во что бы то ни стало. 

Невероятная быстрота, с каковой Сперанский писал обширные проекты государственных преобразований, их эмоциональная наполненность и легкость стиля изложения, безусловно указывает на то, что здесь работал не один его рассудок, но и увлеченная и страстная душа его.

Сперанский был искренне убежден, что его проект по ограничению  самодержавия полностью отвечает чаяниям государя. Он мог утешиться тем, что "перестройкой" царь поручил заниматься ему же.  1  января 1810 года  был создан  Государственный  Совет,  который  со  временем  стал влиятельной госструктурой  и  просуществовал  до   октябрьской   революции.  

Пожалуй, единственный человек, который смог  оценить  бюрократический  гений Сперанского, был Наполеон. Он говорил Александру, что  отдал  бы  за  такого чиновника пол Франции. И в знак  особого  расположения  подарил  Сперанскому бриллиантовую табакерку.

Новому владельцу политических девидентов табакерка  не  прибавила.  Над ним сгущались тучи.  Зависть  чиновников,  ярость  дворян-налогоплательщиков,  и Александру уже  казалось,  что  страной  правит  не  он,  а  этот  "бурсак".





	4. Падение

Среди русских сановников-чиновников недоброжелательство к Спиранскому развивалось по тем же законам, что и среди иностранцев. Оно росло по мере возвышения Спиранского, но до определенного времени оставалось скрытым. Ситуация резко изменилась сразу после того, как Михаил Михайлович, сделавшись ближайшим советником императора, приступил к осуществлению своего плана реформ. 

Когда на место “Негласного комитета” встал Спиранский и облеченный доверием государя приступил к разработке проектов коренных преобразований, прежняя боязнь реформ у русской знати превратилась у них прямо-таки в панический страх.

Негативную реакцию неизбежно вызвали к себе преобразования. Которые Михаил Михайлович осуществлял в области финансов. Повышение размеров податей и пошлин, обложение налогом дворянства значительно расширяли круг его недоброжелателей. К концу 1810 года атмосфера всеобщего недовольства окутала всю государственную деятельность реформатора. 

Недовольство императора подогревали доносы интриганов,  которые Сперанского обвиняли во взяточничестве, измене, в связях с масонами.

С начала 1812 года уже сам Александр I вел интригу против Сперанского. Он, давно уже тяготившийся через чур умным, по его мнению госсекретарем, сделался главным интриганом.

День 17 марта 1812 года Михайло Михайлович будет вспоминать в последующей жизни как роковой свой день. Спиранский был снят со своих постов и отправлен в ссылку в Нижний Новгород.

Современники назовут это событие “падением Сперанского”, но будут вполне осознавать, что в действительности произвошло не простое падение высокого сановника, каковое часто имеет быть в сложной и азартной игре, именуемой политикой. Не простое потому, что пал не сановник, но реформатор.

Противники Сперанского торжествовали. Главные интриганы чувствовали себя героями.

	    5. Повторное восхождение.

Нет для русского чиновника худшего несчастья, чем удаление со службы. Решив обойтись при высылке реформатора без официального указа, АлександрIраспорядился тем не менее сообщить нижегородскому губернатору Руновскому, что “императору благоугодно, дабы тайному советнику Сперанскому во время пребывания его в Нижнем Новгороде оказываема была всякая пристойность по его чину”. Казалось, положение изгнанника должно было устроиться как нельзя лучше. Однако, этого не произошло.  Одновременно с вышеуказанным распоряжением в Нижний Новгород через министра полиции поступило высочайшее предписание о необходимости установить над ссыльным строгий контроль. На нижегородского губернатора возлагалась обязанность доносить в Петербург обо всем замеченном насчет Сперанского и обо всех лицах, с которыми он будет иметь знакомство или частые свидания. Собственноручные его письма, а также присылаемые ему губернатор должен был отсылать в подлиннике министру полиции для докладов государю даже и тогда, когда его величество находилось в отъезде. Что переживал в это время, когда происходили описанные события Сперанский, можно только гадать. В Нижнем Сперанский провел полгода. Внешне он сохранял спокойствие и по-видимому, ждал, что вскоре его вернут в Петербург. 

Но далее Сперанский был выслан в Пермь. Первые месяцы в Перми Сперанский сильно нуждается; он закладывает царские подарки и ордена. Между тем все убеждены, что он сказочно богат. Ведь не мог же он не нажиться! Однако худшее, с чем пришлось столкнуться Сперанскому в Перми, было не безденежье, а травля со стороны местного общества. 

	 31 Августа 1814 г. – в день, когда вышел манифест об окончании войны с Наполеоном, - императором Александром было объявлено повеление удовлетворить просьбу Сперанского и, тем самым, предписано ехать на житьё в Великополье (деревня Сперанского). В Великополье в Сперанском возродился пропавший было интерес к политическим делам. Михайло Михайлович с жадностью ловит каждое известие из Петербурга, всякий слух о событиях в царском дворце.

Император Александр не отвечал на письма своего бывшего госсекретаря. Сперанский попытался воздействовать на царя через посредничество Аркачеева, сделавшимся в ту пору правой рукой государя. И не ошибся. Не смотря на  неоднозначное отношение Аркачеева к Сперанскому, он походатайствовал за него перед государем с тем, чтобы тот определил его на службу и дал должность.

Результатом данного ходатайства стал указ от 30 августа 1816 г., согласно которому уволенный со службы без всякого указа Сперанский вновь принимался на службу и назначался Пензенским губернатором. Согласно ему назначение опального сановника пензенской губернии сделано было лишь для того, чтобы дать ему способ “усердною службою очистить себя в полной мере”.

1 октября 1816 г. наш герой был уже в Пензе. Так произошло его возвращение к власти и государственной деятельности. 

Приехав в Пензу, Сперанский немедленно занялся наведением порядка в делопроизводстве, страшно запущенном при прежних губернаторах, постарался быстро разрешить годами тянувшиеся тяжбы, развернул активную борьбу со злоупотреблениями чиновников. Аппарат управления губернией новый пензенский губернатор обновил за короткое время почти полностью.

Сперанский как будто возвратился на круги своя. В нём просыпался, казалось, прежний реформатор. 

Пребывая на посту пензенской губернии, Сперанский активно ищет подходы к императору. За время, прошедшее с 17 марта 1812 г., он послал Его Величеству десятка два писем и ни на одно из них не удостоился его личного ответа. Отвечал Балашов, Аракчеев, но не сам Александр. И всё же в период своего пензенского губернаторства Сперанский добился того, что государь проявил к нему благосклонность. 

		Рескрипт о назначении Сперанского генерал-губернатором Сибири был подписан Александром I 22 марта 1819 г. Когда 7 мая 1819 г. Сперанский покидал Пензу, толпы народа (многие со слезами на глазах) провожали его.
	С приездом в Томск Михайло Михайлович впервые соприкоснулся с безобразиями сибирского управления в их подлинном масштабе. При ревизии Томской губернской администрации он не нашёл ни одного чиновника, не берущего взяток. Ему пришлось даже вывести дела по взяткам из разряда уголовных и отнести их к гражданским делам, распорядившись закрывать их в тех случаях, когда взяточники возвращали деньги, полученные в качестве взятки.

В заключении своей деятельности в Сибири Сперанский составил целый ряд проектов по преобразованию управления этим обширным краем. 

В самый момент приезда Сперанского в Петербург – это было 22 марта 1821 г. – российский император находился на международном конгрессе в Лайбехе. Возвратился он оттуда лишь 26 мая, а бывшего своего госсекретаря принял спустя ещё две недели – 6 июня. Александр говорил и говорил, непрерывно, неостановимо ничего не значащие слова, а собеседник его не имел никакой возможности вставить в этот поток свое слово и успевал только кланяться и кивать головой.

 С такой же холодностью, как и в первый раз, император держал себя и при других встречах со Сперанским. Михайло Михайлович хорошо усвоил себе, что аристократический круг есть сила, а император не столь самостоятелен в своих поступках. Словно стремясь наверстать упущенное, исправить прежнюю свою оплошность, Сперанский стал регулярно выезжать в свет, сделался частым гостем в домах высшего общества, превратился за всегдотая аристократических салонов. Некогда гордый отшельник, он искал близкого знакомства  и заискивал даже у тех, которые ни в чем не могли быть ему полезны. Знавшие Сперанского до его ссылки не могли сдержат удивления. Недругам же своим дал он своим поведением хорошую почву для злословия. 

В ноябре стало известно о смертельно опасной болезни императора. 

У власти вскоре оказался Николай I.

Сперанский любыми средствами хотел вернуть былое политическое влияние. Смерть Александра I и восстание декабристов дали ему шанс. О восстании на Сенатской площади Сперанский почти наверняка знал. Он был лично знаком с К.Рылеевым. С.Трубецким, С.Волконским, Н.Муравьевым. Декабрист Батеньков, служивший под началом Сперанского в Сибири, жил у него в Петербурге. После победы декабристы собирались включить Сперанского во Временное правительство. Именно от него они узнали о назначении присяги Николаю Павловичу на 14 декабря. В день восстания Сперанский сказал декабристу Корниловичу: "Одержите сначала верх". Видимо, в случае успеха он был готов поддержать восставших, но восстание потерпело поражение и царский Манифест, о событиях 14 декабря, был составлен Сперанским.                    

	 Николаю I был нужен человек, который бы грамотно организовал суд над декабристами. Нужен был чиновник, разбирающийся в законодательстве.   К этому времени в распоряжении императора были уже показания декабристов о причастности Сперанского к их заговору, но он все-таки взял его в ближайшие свои  сотрудники. Сперанский блестяще выполнил работу по организации суда и следствия. Он педантично классифицировал вину обвиняемых по разрядам и предлагал наказания, в том числе смертную казнь, которая в России почти не применялась.     .

	 В мотивах, по которым Николай привлек Сперанского к активному участию в процессе вершения суда над декабристами, видится не только то, что он был самый дельный и самый умный из всех сановников. Здесь очевиден психологический момент.

	 Он не рассчитал цену, которую ему придется заплатить за возвращение во власть. Доверие Николая I он завоевал, но раздавлен был совершенно. Говорят, что когда выносили приговор, Сперанский плакал.

На окружающих Сперанский производил впечатление процветающего бюрократа. В самом деле император Николай I глубоко ценил его, часто с ним советовался.

Осознав, что сохранение анархии в законодательстве империи не будет способствовать сохранению порядка в управлении, а следовательно, его неограниченной власти, император Николай предпринял энергичные меры по приведению массы разрозненных указов, принятых его предшественниками на троне, в стройную систему. 31 января 1826 года им было утверждено Второе отделение в составе Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, на которое возлагалась задача “успешного совершения” систематизации российского законодательства. Начальником отделения 4 апреля 1826 года был назначен М.А.Балугьянский, управление же управлением Николай поручил Сперанскому.

 Это новое возвышение Сперанского в 30-е годы XIX века имело под собой прочное объективное основание. Николай I принуждён был решать значительно более сложные проблемы, нежели те, которые вставали перед его предшественниками. Заложенные Петром I политические и экономические структуры в его время окончательно изживали себя и требовали замены. С другой стороны. В условиях небывало возросшей в своей численности бюрократии самодержцу было на много труднее, нежели прежде, осуществлять ту или иную политическую линию и тем более менять направление своей внутренней политики.

 Именно на Сперанского Николай I возложил функцию составителя проектов законов и инструкций. Именно к нему обращался император в том случае, если для принятия решения требовались специальные знания. 

		Именно Сперанскому Николай I поручил такое важное дело, как составление “Свода законов Российской империи”. Впоследствии биографы Сперанского назовут это его дело главным подвигом его жизни. И действительно, созданием “Свода” наш герой завершил труд почти полутора веков русской истории, увенчал многочисленные попытки систематизировать российское законодательство, регулярно принимавшиеся начиная со времени Петра I.

Сперанский получил орден Св. Андрея, а спустя некоторое время деньги в размере 10 000 ежегодной выплаты в течение 12 лет. Но лучшим выражением благодарности и благоволения Николая I стал поступок его величества на специальном заседании Государственного совета 19 января 1833 г., посвящённом обнародованию составленного “Свода”. В конце данного заседания Николай позвал к себе Сперанского и в присутствии всех членов совета снял с себя Андреевскую звезду и надел на него, демонстративно горячо при этом обняв. По воле Александра II эта сцена была изображена барельефом на пьедестале памятника Николаю I.















	6. Завершение карьеры и жизненного пути.

В начале 1838 года Государственный совет дружно выступил против подготовленным Сперанским законопрпоектов, касающихся деятельности полиции. Главным поводом к тому послужили явные их недостатки. Позже Сперанский признался: “Вообще не нам в наши лета писать законы: пишите вы, молодые люди, а наше дело только обсуживать. Я уже слишком стар, чтобы сочинять и отстаивать сочиненное, а всего тяжелее то, что сочиняешь с уверенностию не дожить до плода своих трудов”. Шел Сперанскому в ту пору 67-й год.

Единственной отрадой оставалось для него прошлое, которое он вспоминал с особенной прятностью.

1838 г. принёс Сперанскому небывалую прежде усталость и равнодушие к себе и делам. Михайло Михайлович ощутил вдруг сея глубоким стариком. Окружающие не сразу заметили произошедшую в нем перемену. Внешний облик его не потерял с годами приятности. Высокий ростом и лишь слегка сутуловатый при ходьбе,  с огромным, обнаженным от волос лбом, с глазами, излучающими спокойствие и ум, всегда аккуратно, с некоторою даже щеголеватостью одетый, он являл собой воплощение сознающей себя величавости, но не холодной, каковой она часто имеет быть, а той редкой, что испускает мягкость и теплоту. 

Со всеми, независимо от звания и должности, был Михайло Михайлович обходителен в общении, почтителен и ласков.

Всегда привлекательной была личность Сперанского, когда он говорил. В противовес принятому в светском обществе правилу изъясняться по-французски он всегда старался говорить на русском языке.

Женщины как будто вовсе не замечали его старости. Как и прежде, находясь в его присутствии, они всячески старались ему понравиться и ловили малейшие приметы в его облике и поведении, говорящие в пользу его ответного к ним чувства. Глаза его постоянно слегка слезились. Истинной причиной этому были его усердные занятия – он по-прежнему много проводил за чтением и писанием, - но женщины давали другое объяснение: они говорили, что у Михайлы Михайловича «влюбленные глазки».  

 21 октября, в пятницу, Михайло Михайлович почувствовал недомогание. Дней пять до того получил он простуду, но не обратил на нее особого внимания.

		В последующие дни физическое состояние Сперанского ухудшилось настолько, что видавшие его стали предполагать скорую его смерть. Император Николай по два раза на дню справлялся о его болезни. А в один из дней, получив очередное известие, он призвал к себе князя Васильчикова и отдал ему распоряжение опечатать по смерти Сперанского его кабинет со всеми там находящимися бумагами.

		Предельную опасность болезни почувствовал и сам Сперанский. В тоскливые осенние дни 1838 года он попрощался со своей жизнью.

		Итог прожитых лет должен был, казалось, радовать нашего героя. Рожденный в семье простого деревенского свещенника, он умирал в столице империи высоким сановником, всей России известным человеком. Но, видимо, не дано человеческой душе быть довольной прожитой жизнью. Сперанский очень ругал себя тогда,  очень сожалел, что до конца своих дней так и смог усмирить врагов внутри себя – собственные страсти, и среди них особливо духовную гордость.

		С конца ноября 1838 г. болезнь Сперанского пошла на убыль. Михайло  Михайлович стал явно поправляться. В канун Нового года его навестил сам император, да притом дважды – 23 и 27 декабря. В первый день Нового года Николай I присвоил Сперанскому графское достоинство. Почесть эту Михайло Михайлович принял совсем радушно: “Государь хотел обрадовать моих друзей” – сказал он, узнав о своём графстве. В графах наш герой прожил ровно 41 день.

Весь январь Сперанский работал, невзирая на мольбы дочери позаботиться о своём здоровье. 7 февраля  в Петербурге выдалась на редкость скверная погода. Но именно в этот день Михайло Михайлович вздумал совершить прогулку. Напрасно отговаривали его от данной затеи: он ушёл из дому и, довольно долго ходив на ветру, сумел, конечно, простудиться. 

		Вследствие простуды затаившаяся в нём болезнь восстала с новой силой. 8 февраля Сперанский лёг в постель и больше не встал с неё. Поутру 11 февраля 1839 года сердце его прекратило своё биение.

	Заключение

С конца XVIII столетия в российском управлении решительно усиливается тенденция к централизации власти, резко возрастает количество административных органов. Центральные управленческие учреждения разбухают до небывалых прежде размеров, превращаясь в громадные со множеством составных частей самодовлеющие паразитирующие организмы.

 Очевидно и то, что российская административная система не терпела ум и талант. Она надежно была запрограммирована на бездарность и ограниченность ума, слепое повиновение начальству. 

Согласимся, что возвышенное слово “светило” привычнее звучит применительно к науке или поэзии. Сочетание же его со словом “администрация” или “бюрократия” кажется странным и неприличным. Но отчего так? Если бюрократия – это особый мир со своими праилами, традициями, нравами, то почему она не может иметь своего героя, почему в ней не может быть лучшего? 

Сперанский в мире российской бюрократии и был, по общему признанию, лучшим – он считался эталоном российского бюрократа. 

           М.М.Сперанский,   несомненно,   является   одним   из    самых замечательных людей России. Ему принадлежит та большая  заслуга,  что  он хотел дать своей стране Конституцию, свободных людей, свободных крестьян, законченную систему выборных учреждений  и  судов,  мировой  суд,  кодекс законов, упорядоченные финансы, предвосхитив, таким образом, за полвека с лишним большие реформы Александра II и, мечтая  для  России  об  успехах, которых она долго не могла достигнуть.

То, что какое-либо лицо после своего ухода из жизни возбуждает к себе большой интерес, случается, как известно, довольно часто. Но столь же частым бывает и другое – когда интерес к человеку, подогретый его смертью, со временем охлаждается, а то и вовсе замерзает. Со Сперанским было все не так. Время не только не охладило интереса к нему, но даже разогрело этот интерес. По законам, которым подчиняется общественное сознание, такое происходит обыкновенно с тем историческим деятелем, в котором видят не просто человека, но явление. Разгадка чрезвычайной посмертной популярности Сперанского в русском обществе заключалась именно в этом. Он был не простой исторической личностью, но явлением.


























































	Список литературы

	Томсинов В.А. “Светило российской бюрократии: Исторический портрет М.М.Сперанского. - М.: Мол. Гвардия, 1991. - 336 с.

	История России. С древнейших времен до начала XXI в./ под ред. А.Н.Сахарова. - М.: АСТ:астрель:Хранитель, 2007. - 1263 с.