Правовая природа особого производства

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

НОВОСИБИРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ (ФИЛИАЛ)



Кафедра уголовного права,

уголовного процесса и криминалистики



ДИПЛОМНАЯ РАБОТА



Правовая природа особого производства







Дипломная работа по уголовно- 

процессуальному праву 

студентки 5 курса группы 43 ЗБ

Герш Ольги Валерьевны





















Новосибирск

2009


ПЛАН



Введение

1. Дифференциация уголовно-процессуальной формы

1.1 Понятие уголовно-процессуальной формы 

1.2 Дифференциация уголовно-процессуальной формы 

1.3 Обоснованность дифференциации уголовного процесса на упрощенную форму судопроизводства

2. Сделка о признании вины

2.1 Сделка о признании вины или согласие обвиняемого с обвинением

	2.2 Положительные и отрицательные стороны особого порядка судебного разбирательства

3. Условия применения особого порядка судебного разбирательства

3.1 Полное признание обвиняемым своей вины

3.2 Ограничение в сроке наказания за преступления

3.3 Доказывание

3.4 Осознание обвиняемым характера и последствий ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке

3.5 Консультация с защитником

3.6 Добровольность заявленного ходатайства

3.7 Момент заявления ходатайства

3.9 Согласие остальных участников процесса на рассмотрение дела в особом порядке

4. Особенности правового статуса участников института судебного разбирательства в особом порядке

4.1 Правовое положение обвиняемого (подсудимого) при рассмотрение дела в особом порядке

4.2 Обеспечение прав потерпевшего при рассмотрении уголовных дел в особом порядке судебного разбирательства

4.3 Выяснение мнения государственного обвинителя по вопросу применения особого порядка

Заключение

Список используемой литературы




ВВЕДЕНИЕ



«Стремление к упрощению уголовного судопроизводства, расширению принципа диспозитивности – давняя, уходящая своими корнями в далекое прошлое тенденция, которая присуща почти всем современным государствам. В основе этого лежит, прежде всего, желание придерживаться таких форм судопроизводства, которые адекватно учитывали бы тяжесть и сложность рассматриваемого преступления, а также те правовые последствия, которые могут наступить в результате данного рассмотрения».

Институт особого порядка судебного разбирательства появился сравнительно недавно – в 2001 году. Уголовное судопроизводство в нашей стране развивается уже немалое время, но ни досоветский период истории его развития, ни советский не знали такого института. И только с принятием

Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) появилась новая процессуальная форма судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Тщательное изучение института особого порядка судебного разбирательства позволит судить, насколько удачно была реализована идея дифференциации уголовного судопроизводства в сторону его упрощения, а также насколько реальны перспективы дальнейшего продолжения процессов дифференциации процессуальных форм.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с реализацией норм, определяющих проведение судебного разбирательства в особом порядке.

Предмет исследования – нормы УПК РФ, регламентирующие институт особого порядка судебного разбирательства, рассматриваемого во взаимосвязи с иными институтами и категориями уголовного судопроизводства; предпосылки и условия существования упрощенной процессуальной формы; возможные направления дальнейшей дифференциации уголовного процесса.

Целью настоящего исследования является всестороннее, комплексное изучение института особого порядка судебного разбирательства во взаимосвязи с основными уголовно-процессуальными категориями и институтами. Для достижения поставленных целей представляется необходимым решение следующих задач: понятие, сущность дифференциации уголовно-процессуальной формы, проведение краткого сравнительного анализа особого порядка судебного разбирательства с упрощенными уголовно- процессуальными институтами, имеющимися в законодательстве зарубежных государств (сделка о признании вины в США); раскрытие правовой природы и содержания особого порядка судебного разбирательства; определение назначения и задач особого порядка судебного разбирательства; условия применения упрощенной формы судопроизводства. 

С целью наиболее подробного и всестороннего анализа основных аспектов представленной темы, работа разделена на три главы.

Первая глава посвящена дифференциации уголовно-процессуальной формы. Даны вид уголовно-процессуальных форм, основания дифференциации. 

Во второй главе приведены различные точки зрения относительно определения понятия особого порядка, положительные и отрицательные стороны его применения. Так же делается попытка проанализировать, является ли сделка о признании вины основанием для проведения упрощенного порядка судопроизводства. 

В третье главе рассмотрены условия и основания применения особого порядка судебного разбирательства, рассматриваются предпосылки к его возникновению, а также указывается правовое регулирование 




1. ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ФОРМЫ 



1.1 ПОНЯТИЕ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ФОРМЫ



В теории уголовного процесса в качестве внутренней формы уголовного производства рассматриваются уголовно-процессуальные правоотношения, а в качестве внешней — совокупность условий выполнения уголовно-процессуальных действий и их обрядность. 

Одни авторы под уголовно-процессуальной формой понимают установленные законом последовательность или порядок проведения отдельных следственных действий.  

Другие считают, что это установленный уголовно-процессуальным законом порядок совершения следственных и судебных действий, либо расследования и рассмотрения уголовных дел, либо осуществления уголовно-процессуальной деятельности или вынесения приговора.  

Наиболее подходящим следует считать определение, данное доцентом юридических наук Рябиной Т.К., которая считает, что уголовно-процессуальная форма — это система отношений, возникающих в процессе деятельности субъектов процесса в определенной последовательности и регулируемых уголовно-процессуальным законом при реализации норм материального права.

Это определение можно назвать более полным и отражающим сущность формы. 

Во-первых, в нем указано, что процессуальная форма есть система отношений, порожденная деятельностью участников процесса, а не совокупность условий, явлений и т. д. Понятие “система” подчеркивает, что все процессуальное законодательство, его институты и нормы, созданные для судопроизводство, находятся во взаимосвязи.

Во-вторых, деятельность и отношения, возникающие в процессе судопроизводства, регламентируются уголовно-процессуальным законом.

В-третьих, данные деяния и отношения существуют между субъектами уголовного производства. Процессуальная форма становится жизнеспособной только тогда, когда на “сцене” появляются такие “актеры”, как субъекты или участники процесса.

Определяющим свойством уголовно-процессуальной формы является гарантия исполнения ее социального предназначения, отвечающая интересам не только конкретного лица, но и потребностям всего общества и государства. 

По мнению Н.С. Мановой, социальная ценность процессуальной формы заключается в том, что она выступает как гарантия обеспечения прав и интересов участвующих в деле лиц, позволяя им реально осуществлять свои права и защищать законные интересы. 

С этой точки зрения, уголовно-процессуальная форма представляет собой юридическую конструкцию, которая воплощает в себе наиболее оптимальную процедуру осуществления определенных полномочий конкретными субъектами, в частности процедуру осуществления юридической деятельности, регулируемую уголовно-процессуальным законом.  Исходя из этого определения, процессуальная форма должна быть оптимальной и построенной законодателем таким образом, чтобы обеспечивать в сжатые сроки наиболее эффективные пути и средства собирания доказательств и изобличения лиц, совершивших преступления с соблюдением гарантии не привлечения к уголовной ответственности граждан, не причастных к преступлениям. 

Так же хотелось бы отменить что законодатель «установил» процессуальный порядок как определенную процедуру для того, чтобы реализовать нормы материального права. Без этой цели процессуальная форма бессмысленна. 

Особенность уголовно-процессуальной формы обусловлена спецификой задач уголовного процесса, в том числе сложностью деятельности по установлению фактических обстоятельств уголовного дела, необходимостью создания максимальных гарантий прав личности в уголовном процессе, законности и обоснованности всех уголовно-процессуальных действий и решений. Поэтому процессуальная форма уголовного процесса включает прохождение дела по стадиям, каждая из которых имеет свою форму судопроизводства, что отвечает задаче конкретной стадии и создает возможность проверить правомерность действий и решений, принятых на предыдущей стадии.

Процессуальная форма имеет свои особенности применительно к отдельным категориям уголовных дел, она основана на системе принципов процесса, разделении процессуальных функций и обеспечивает их реализацию в надлежащей правовой процедуре.

Закрепив единый порядок уголовного судопроизводства по всем делам и во всех органах расследования и суда, действующее уголовно-процессуальное законодательство параллельно предусматривает также дифференциацию его форм, что становится все более актуальной проблемой уголовного процесса, так как затрагивает его узловые положения.



1.2 ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ФОРМЫ



В юридической литературе не дано определения термину "дифференциация". Данный термин воспринимается как нечто общеизвестное, не нуждающееся в формализации. 

Однако на самом деле различные ученые неоднозначно трактуют это понятие. Так, Лупинская П.А. отождествляет дифференциацию уголовного судопроизводства с упрощением уголовного процесса, ликвидацией части процессуальных гарантий.  

Строгонович М.О. понимает дифференциацию как такую тенденцию развития уголовного процесса, которая приводит (или может привести) к сосуществованию внутри уголовного процесса различных производств: обычного производства, а также упрощенных производств и производств с более сложными процессуальными формами. 

Арсеньев В.Д., Метлин Н.Ф., Смирнов А.В., обосновывая наличие дифференциации в российском уголовном процессе, приводят в качестве доказательств ее существования такие различия в производстве по тем или иным делам, как возможность осуществления предварительного расследования либо в форме следствия, либо в форме дознания, наличие родовой и предметной подсудности, подследственности, обязательное участие защитника, переводчика, законного представителя, прокурора, предусмотренное законом в некоторых случаях (в зависимости от свойств личности участников процесса) и др.  

А вот Якимович Ю.К. утверждает, что не всякая особенность в производстве по определенным категориям уголовных дел свидетельствует о дифференциации уголовного судопроизводства. В противном случае следовало бы признать, что в действующем уголовном процессе существует значительное число производств, различающихся зачастую лишь мелкими деталями. О дифференциации же следует вести речь только тогда, когда в системе судопроизводства имеются производства, существенно различающиеся между собой по степени сложности процессуальных форм. 

Наконец, по- разному понимается, в чем могут заключаться внешние проявления дифференциации уголовного процесса. Например, по мнению В.П. Нажимова, дифференциация уголовного процесса может выражаться в уменьшении или увеличении количества стадий по различным категориям дел, в зависимости от степени сложности, ответственности, объема деятельности по делу.

Становится очевидным, что, несмотря на кажущуюся простоту понятия "дифференциация уголовного процесса", различными учеными в это понятие вкладывается самое разное содержание. Поэтому отождествление дифференциации лишь с упрощением уголовного процесса представляется совершенно необоснованным. 

Таким образом, дифференциация уголовного процесса есть не что иное, как наличие в его составе различных производств, отличающихся друг от друга по каким-то критериям.

По мнению Арсеньева В.А., порядок рассмотрения уголовных дел характеризуется несущественными различиями, а лишь определенными особенностями. Законодатель, провозгласив единство уголовно-процессуального порядка, сделал ряд исключений из общих правил уголовного производства. Так, установлен особый порядок производства по делам об изнасиловании, по делам несовершеннолетних, слепых, глухих и так далее. 

Одним из критериев дифференциации можно считать многообразие процессуальных форм, которые объясняются нормами материального права. В зависимости от категории совершенных преступлений, их социальной опасности и объема санкций возможны различные варианты форм судоотправления.

Разве могут быть рассмотрены по единой процессуальной “схеме” уголовные дела за совершение убийства, диверсии, террористического акта, изнасилования и т. д. и дела за клевету, оскорбление, нарушение правил охраны труда? Безусловно, нет. Процедуры их рассмотрения будут заметно отличаться друг от друга. Однако в какой бы форме правосудие ни осуществлялось, в нем должны сохраняться основные процессуальные гарантии всем участникам судопроизводства. 

Поэтому под сущностью дифференциации процессуальной формы нельзя понимать лишь только ее упрощение и рационализацию. Важным направлением в развитии процессуальной формы является сохранение основных процессуальных гарантий по ряду категорий различных уголовных дел.

Различия в юридических и фактических свойствах преступлений, степени опасности, и сложности их расследования и рассмотрения не могут не влиять на порядок судопроизводства, то есть на его процессуальную форму.

В связи с различиями в характере дел неодинаковы и те гарантии, которые может обеспечить последовательное осуществление демократических принципов. Для дел о тяжких преступлениях или имеющих особое общественно-политическое значение важны все стадии уголовного процесса, все процессуальные формы и гарантии, предусмотренные действующим законодательством. По делам о малозначительных преступлениях нет надобности в ряде процессуальных форм и гарантий, свойственных ныне действующему порядку судопроизводства, в частности на стадии предварительного следствия или дознания, поэтому следует применять более упрощенный порядок. Это отвечает интересам не только государства, но также обвиняемого, подсудимого и потерпевшего. 

Если по делам о серьезных видах преступлений совершенно необходимы те или иные процессуальные формы и процедуры, то в отношении несложных, очевидных преступлений, будет выглядеть как чисто внешняя, бессодержательная и ритуальная процедура. Так же это связано с нерациональной тратой времени, финансовых, организационных сил, ведет к затягиванию процесса и не может не вызвать недовольства участвующих в нем граждан. 

Многовариантный порядок судопроизводства является порождением дифференциации и объединения категорий преступлений по важным признакам и свойствам. Дифференциация процесса является необходимым условием эффективного и рационального построения процесса, последовательного осуществления демократических начал правосудия.

Так же хотелось бы отметить, что дифференциация процессуальных форм не должна вести к их пестроте. Если порядок судопроизводства по отдельным категориям дел должен иметь соответствующие особенности, то это не значит, что для каждого вида или даже рода преступления устанавливается свой, специфический порядок производства.

Всегда следует иметь в виду, что уголовное производство ведется не ради быстроты и экономичности, а для установления истины и наказания виновных. Быстрота и экономичность никак не могут служить задачей или целью процесса, не могут быть поставлены в один ряд с необходимостью выявить истину

На форму уголовного производства, по мнению М. Л. Якуба, могут повлиять следующие факторы:

— степень общественной опасности преступления и тяжесть меры наказания, предусмотренная законом;

— степень сложности дел данной категории в разрешении как фактической, так и правовой стороны;

— общественно-политическое значение дел данной категории (какие формы в наибольшей мере способствуют воспитательному и обще предупредительному воздействию процесса);

— значение преступления для интересов отдельных лиц, тех или иных ведомств, организаций и предприятий. 

Исходя из этого, М. Л. Якуб предлагает три формы судопроизводства: сложную (по большинству дел о тяжких преступлениях, по делам особого общественно-политического значения и т.д.), обычную (по делам и преступлениям средней тяжести) и сокращенную (по делам о преступлениях, не представляющих большой общественной опасности). 

Но, перечисленные критерии формирования видов уголовного процесса не являются исчерпывающими.

Так на форму правосудия оказывает влияние не только категории преступлений и их особенности, но и сама система судоустройства. 

Появление суда присяжных побудило законодателя разработать в УПК специфическую модель уголовного процесса, которая по форме и содержанию отличается от обычного порядка судопроизводства, хотя и строится на общих правилах. 

Свою особенность имеет форма процесса в военных судах. Специфические черты свойственны производству по делам несовершеннолетних и применению принудительных мер медицинского характера, делам в порядке частного обвинения, рассмотрению дел лиц с физическими и психическими недостатками.

В связи с этим появляется еще один вид дифференциации уголовного процесса, который можно разделить на две группы.

Первая группа — это особенности судопроизводства, выражающиеся в предоставлении дополнительных процессуальных гарантий обвиняемым (подсудимым) по делам о преступлениях несовершеннолетних (гл. 32 УПК), по делам немых, глухих, слепых и других лиц, которые в силу своих физических или психических недостатков не могут сами осуществлять свое право на защиту, по делам лиц, не владеющих языком судопроизводства, по делам о преступлениях, за которые в качестве меры наказания может быть назначена смертная казнь (ч. 1 ст. 49, а также ст. 50 и 221 УПК), по заочному судопроизводству (ст. 246 УПК), по делам лиц, в отношении которых решается вопрос о применении принудительных мер медицинского характера (гл. 33 УПК).

Вторая группа — это особенности возбуждения и в основном досудебных стадий производства по некоторым прямо указанным законодателем делам: так называемое частное и частно-публичное обвинение (ст. 27 УПК); дела, где предварительное следствие не обязательно, так как полностью исчерпывается дознанием (ч. 1 ст. 126 и ст. 120 УПК).

В уголовном процессе на основе УПК РФ 2001 года существуют производства двух типов, имеющих специфическое предназначение: 

1. Производства по уголовным делам, обусловленные материальным характером правового отношения в качестве своего предмета (общий порядок).

2. Специальные уголовно-процессуальные производства.

Производства по уголовным делам (уголовно-процессуальные производства материального характера) – предусмотрены для реализации норм материального уголовного права, то есть установления юридического факта, порождающего уголовно-правовое отношение, и его субъекта, других признаков, необходимых для уголовной ответственности и наказания, а также для выражения правовых гарантий в случае установления оснований применения иных мер уголовно-правового воздействия. Порядки указанного типа образуют основную массу уголовных дел. Это общий порядок судопроизводства. 

Общий порядок уголовного судопроизводства - основной вид уголовно-процессуальной деятельности, урегулированный наибольшим кругом правовых норм, содержащихся в уголовно-процессуальном законодательстве. По своим задачам и содержанию – это публичный порядок, состоящий из досудебного и судебного производства по уголовному делу. Общий порядок уголовного судопроизводства нормативно выражен в части второй и третьей УПК РФ (ст.ст.140-313).

Специальные уголовно-процессуальные производства - обусловлены потребностью обеспечения различных процессуальных задач по охране прав и законных интересов участников уголовно-процессуальной деятельности, а также реализации предоставленных процессуальным органам в этой связи полномочий. Их формирование и применение обусловлено иными, чем у материальных производств, потребностями. 

Дифференцированные порядки уголовного судопроизводства – нормативно выраженные, как обычные по своим правоприменительным задачам и предмету, так и особые, обладающие индивидуально-специфическими признаками, виды уголовно-процессуальной деятельности:

а) сокращенный порядок - вид судопроизводства, специфическими чертами которого является измененная структура частей (этапов) уголовного производства, быстрота, использование меньшего круга процессуальных действий и применение по делам о преступлениях, не представляющих значительной опасности. В то же время этот вид включает в себя следующего рода формы: - ускоренные порядки рассмотрения уголовных дел; - сокращенные ( упрощенные) досудебные производства; - сокращенные (упрощенные) формы судебного разбирательства.  В УПК РФ этот порядок закреплен как дознание – форма предварительного расследования (ст.150, ст.223-226) и в виде особого порядка судебного разбирательства (ст. 314 –ст.317);

б) судопроизводство с усиленными гарантиями прав обвиняемого – порядок, применяемый в отношении дел о преступлениях особой и исключительной тяжести. Данный порядок нормативно выражен в разделе ХII, главе 42 УПК РФ (ст.ст.324-353);

в) судопроизводство по уголовным делам в отношении несовершеннолетних – дифференцированный по признаку несовершеннолетнего субъекта уголовной ответственности порядок. Глава 50 УПК РФ (ст.ст.420-432);

г) особый порядок – производство о применении принудительных мер медицинского характера - вид уголовно-процессуальной деятельности, обеспечивающий применение специфических мер государственного принуждения в отношении лица, совершившего преступление в состоянии невменяемости. Данный порядок нормативно выражен в главе 51 УПК РФ (ст.ст.433-446);

д) судопроизводство по делам частного обвинения - процессуальный порядок, в котором уголовное преследование, обвинение в суде, осуществляется в частном порядке, а уголовные дела с частным обвинением рассматриваются, как правило, мировыми судьями. 

Каждый из приведенных в данной работе видов дифференциации является обоснованным, применяется в практике. Ведутся дальнейшие разработки по установлению более конкретных признаков дифференциации уголовно-процессуальной формы. 

Таким образом, современный уголовный процесс не возможен без его дифференциации. Цель дифференциации - это достижение гибкости уголовного процесса, ее функция – развитие системно-структурной организации уголовного процесса. Дальнейшее совершенствования уголовно-процессуальной формы и ее дифференциации является необходимым условием, способствующим установлению истины по делу и защите прав человека. Несоблюдение процессуальной формы приводит к нарушению одного из основополагающих принципов уголовного процесса – принципа законности. 



1.3 ОБОСНОВАННОСТЬ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА НА УПРОЩЕННУЮ ФОРМУ СУДОПРОИЗВОДСТВА



Стремление к дифференциации, упрощению уголовного судопроизводства, расширению принципа диспозитивности и сокращению публичных начал уголовного судопроизводства - давняя, уходящая своими корнями в далекое прошлое тенденция, которая присуща почти всем современным государствам. 

Определенные шаги к упрощению судопроизводства были сделаны уже в послереволюционный период. Особую остроту дискуссия о формах отправления правосудия приобрела в 1927 г., что было связано с политической и экономической ситуацией в стране. Предпринимались попытки сократить уголовный процесс за счет ограничения права на защиту по делам о государственных преступлениях. В 1929 г. Верховный Суд РСФСР издал инструктивное письмо "Об упрощении процесса", которое признавало необязательным оглашение в судебном заседании обвинительного заключения и устанавливало сокращенную процедуру исследования доказательств. Негативную роль в реформировании уголовного судопроизводства сыграли сформированные "с целью ускорения процесса отправления правосудия" "особые совещания", "двойки", "тройки". Они не являлись органами судебной власти, их деятельность носила противозаконный характер и была осуждена и упразднена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 сентября 1953 г. 

Стремление реформировать уголовное судопроизводство в сторону упрощения и ускорения процедуры наглядно демонстрирует ошибочность утверждений некоторых ученых о том, что возникновение упрощенных процедур судопроизводства в России относится к 1966 г.

Попытки рационализировать процесс производства по уголовным делам предпринимались законодателем постоянно. Показательным в этом плане является стремление сформировать унифицированный институт сокращенного досудебного производства, который появился в 1984 г. Это протокольная форма (глава 34 УПК РСФСР). Следующий этап упрощения уголовного судопроизводства был связан с принятием закона от 29 мая 1992 г., который вносил в статью 35 УПК РСФСР изменения и дополнения, касающиеся единоличного рассмотрения уголовных дел. Действенность уголовной юстиции была повышена и в результате реформирования уголовно-процессуального законодательства в 2000 г., когда законом от 7 июля в УПК РСФСР были внесены многочисленные поправки, направленные, в том числе, на упрощение уголовно-процессуальной формы. Так, ст. 446 УПК РСФСР предусматривала возможность сокращенного судебного разбирательства, которое предполагало отказ от исследования доказательств при наличии соответствующих процессуальных условий. При этом наиболее продолжительная часть судебного разбирательства — судебное следствие — ограничивалась допросом подсудимых, после чего начинался следующий этап судебного рассмотрения уголовного дела — прения сторон. 

Коренное преобразование всей системы уголовно-процессуального законодательства на современном этапе его развития связывается с принятием нового уголовно-процессуального кодекса РФ. Провозглашение состязательности как основы всего судопроизводства, максимальная защита прав личности, возведенная в ранг приоритетного принципа уголовного процесса, предопределили наличие различных, в том числе упрощенных, форм отправления правосудия. К числу последних можно отнести: сокращенную форму предварительного расследования — дознание; особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением; производство у мирового судьи. Тенденция к упрощению и ускорению уголовного судопроизводства определяется преимущественно стремлением к достижению процессуальной экономии. 

Данной точки зрения придерживается доктор юридических наук Цыганенко С.С., который считает, что процессуальная экономия – это, прежде всего основанная на оперативности организация процессуальной деятельности органов уголовного судопроизводства. Задача быстроты в процессуальной деятельности может быть также достигнута и без изменения его правовой структуры (например, за счет развития материально-технической базы и ресурсно-кадрового обеспечения органов следствия и суда). Организация уголовного судопроизводства должна строиться так, чтобы в отношении дел о преступлениях небольшой (в некоторых случаях допустимо и средней) тяжести или уголовных проступков использовались способы сокращенной процессуальной деятельности. Дела о преступлениях средней и более тяжести следует расследовать, и рассматривались в порядке, представляющим собой механизм общей процессуальной деятельности, основанной на развернутости судебных гарантий. По делам в отношении особо тяжких и обладающих исключительной тяжестью преступлений должен применяется общий порядок, дополненный системой специальных процессуальных гарантий. 

Данные позиции упрощенной формы уголовного судопроизводства рассмотрены с точки зрения теоретиков, то есть докторов, профессоров, доцентов юридических наук.

Что на данный счет думаю те, кто непосредственно осуществляет правосудие.

Так первый заместитель председателя Вологодского областного суда, заслуженный юрист РФ Шепель В.С. считает, что одна из наиболее важных проблем уголовного процесса связана с оптимальностью действующей уголовно- процессуальной формы. Практическое значение этой проблемы крайне возросло в настоящее время. Связано это с тем, что в последние годы очень существенно увеличилась нагрузка судей, и рост числа дел все продолжается. Происходит это как в связи с повышением роли судов, как органов защиты нарушенных прав, так и в связи с развитием товарно-денежных отношений, и с ростом числа совершаемых преступлений. Суды РФ не в состоянии справиться с растущей нагрузкой. В результате увеличивается остаток нерассмотренных дел в судах, растет количество дел, рассмотренных с нарушением сроков. Это означает, что, во- первых, не обеспечивается реально закрепленное в Конституции РФ право граждан на судебную защиту их прав и свобод. Во- вторых, перегрузка судов, с учетом того, что все уголовные дела, независимо от степени тяжести совершенного преступления и сложности установления фактических обстоятельств, подлежат судебному рассмотрению с соблюдением практически одних и тех же процессуальных требований (за исключением дел, подлежащих рассмотрению судом присяжных), приводит к тому, что все внимание судей уделяется мелким делам, в ущерб рассмотрению более сложных дел, либо к нарушению судьями уголовно-процессуальных норм, самостоятельному упрощению ими процедуры рассмотрения уголовных дел. Один из вариантов выхода из сложившейся ситуации лежит на пути упрощения порядка судебного производства для некоторых категорий уголовных дел. В результате возможно достижение более целесообразного использования материальных ресурсов государства, отводимых на осуществление правосудия, сокращение сроков рассмотрения дел в суде, повышение предупредительного воздействия уголовного наказания, увеличение правовой защищенности граждан.

В практической деятельности порой встречаются противники особого порядка судебного разбирательства, которые утверждают, что его применение ведет к произволу, а нормы, регулирующие данный вопрос, противоречат иным положениям УПК РФ. 

Заместитель председателя Верховного суда Республики Хакасия Ултургашев Ю.С. считает, что сравнительный анализ норм уголовно-процессуального закона позволяет сделать вывод о том, что особый порядок судебного разбирательства находится в противоречии с основополагающими принципами уголовного процесса. Стороны, принимая участие в обсуждении возможности применения особого порядка принятия судебного решения, сознательно и добровольно выражая при этом свое отношение к данному вопросу, тем самым в полной мере реализуют право на участие в уголовном судопроизводстве на основе состязательности. Применение особого порядка возможно только с согласия всех основных участников процесса, что обеспечивает равенство прав сторон (ст. 244 УПК РФ). Желание сторон рассмотреть дело в особом порядке судебного разбирательства является свидетельством того, что между ними больше нет спора. Следовательно, как для защиты, так и для обвинения отсутствует необходимость представлять и исследовать доказательства и убеждать суд в своей правоте. В то же время участники не лишены права в любой момент до постановления приговора представить свои возражения против постановления приговора в особом порядке, которые суд должен рассмотреть. Возложение на суд обязанности по соблюдению установленной процедуры особого порядка судебного разбирательства, предоставление права постановить приговор без проведения судебного разбирательства либо отказать в удовлетворении соответствующего ходатайства подсудимого, а также возможность по собственной инициативе вынести постановления о прекращении применения особого порядка и назначении уголовного дела к рассмотрению в общем порядке (ч. 6 ст. 316 УПК РФ) подчеркивают его решающую роль, что свидетельствует о полноценном осуществлении судом функции отправления правосудия. 

Казалось бы, это нововведение в российское уголовно-процессуальное право станет преобладающим в порядке судебного разбирательства. Сотни тысяч уголовных дел, рассмотренных в ускоренном порядке, могли бы существенно снизить нагрузку как федеральных, так и мировых судей. Но этого не произошло. Применение особого порядка продолжает на практике оставаться очень ограниченным. Не всегда суды учитывают то обстоятельство, что применение особого порядка судебного разбирательства возможно только при полном согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. 

По мнению адвоката, кандидата юридических наук Осина В.В. причина ошибочных решений и нежелания судей рассматривать дела в особом порядке - недостаточно ясное изложение в разделе Х УПК РФ самой процедуры особого порядка судебного разбирательства.

Главной особенностью порядка постановления приговора при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением является то, что судом не проводится в полном объеме судебное следствие. В ч. 5 ст. 316 УПК РФ прямо указано: суд не исследует и не оценивает доказательства, собранные по уголовному делу. Однако могут быть исследованы обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Тогда, как без проведения исследования доказательств судья может прийти к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу (ч. 7 ст. 316 УПК РФ)? При принятии таких решений судья должен в полной мере соблюдать принципы уголовного судопроизводства. Ознакомившись с материалами дела, он обязан сам выявлять недопустимые доказательства, полученные с нарушением норм УПК РФ (ст. 7 УПК РФ). При этом существенно повышена роль и ответственность судьи, который должен без участия сторон сам удостовериться в том, что в деле нет доказательств, полученных с нарушением требований УПК РФ, что подсудимый понимает: в отношении его без исследования собранных доказательств может быть постановлен обвинительный приговор, что этот приговор не может быть обжалован ни в апелляционном, ни в кассационном порядке ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, что ходатайство было заявлено обвиняемым добровольно и после проведения консультации с защитником.

Мнение некоторых юристов, выступающих против особого порядка судебного разбирательства связана с недоверием к органам расследования и прокуратуры, опасением возможных злоупотреблений с их стороны путем "списания" нераскрытых преступлений на признавшихся обвиняемых в обмен на обещание прекратить дело или смягчить ответственность. Однако этот мотив не может служить веской причиной для отказа от использования данной формы судопроизводства. 




2. СДЕЛКА О ПРИЗНАНИИ ВИНЫ



2.1 СДЕЛКА О ПРИЗНАНИИ ВИНЫ ИЛИ СОГЛАСИЕ ОБВИНЯЕМОГО С ОБВИНЕНИЕМ



Одним из оснований проведения особого порядка является полное признание вины обвиняемым. Институт особого порядка принятия судебного решения похож на сделку о признании вины, существующий в англосаксонском праве, однако они принципиально отличаются друг от друга. 

Для полного понимания сделки о признании вины в Российском праве сделаем сравнительный анализ данной формы с Американским процессуальным законодательством. 

В англо-американской правовой системе, где прокурор свободно распоряжается обвинением, принцип состязательности может быть реализован путем заключения сделки о признании обвиняемым своей вины, когда прокурор договаривается (при участии судьи) с адвокатом о том, что подсудимый признает часть предъявленных ему обвинений в обмен на отказ прокурора от поддержания остальных обвинений или смягчения наказания. Такая договоренность довольно часто влечет отказ подсудимого от суда присяжных и немедленное (без судебного следствия) вынесение судьей приговора по обвинениям, признанным подсудимым.

Реализация российского института особого порядка судебного разбирательства допускается только при наличии оснований и условий и по тем категориям преступлений, закрытый перечень которых дан в УПК РФ, тогда как основания, условия и категории преступлений, по которым допускается англосаксонская сделка о признании вины, нормативно не закреплены ни в одном из действующих на территории США уголовных кодексов. 

Для постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, согласно УПК РФ, недостаточно ходатайства самого обвиняемого, требуется еще согласие потерпевшего и государственного (частного) обвинителя. В США институт сделки о признании вины практически игнорирует интересы потерпевшего, позиция которого при заключении и постановлении судом приговора не учитывается. Ходатайство обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства может быть заявлено им как в ходе предварительного расследования, так и непосредственно в суде (на предварительном слушании). В США сделка о признании вины может быть заключена только на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. Согласно ст. 314 УПК РФ суд не вправе рассматривать ходатайство обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства по делам о преступлениях, отнесенных законом к особо тяжким, тогда как в США сделка о признании вины с таким обвиняемым может быть заключена. Сделка же о признании вины, в США, возможна только на основе письменного соглашения между прокурором и обвиняемым (защитником). В УПК РФ такого не предусмотрена. Обвиняемый заявляет ходатайство о проведении особого порядка, но гарантий, что данное ходатайство будет удовлетворено, у него нет. Об этом речь пойдет немного позже. 

В гл. 40 УПК РФ уступки обвиняемому, допускаются только в пределах, границы которых четко закреплены в ч. 7 ст. 316 УПК РФ. В США основания, объем, виды и пределы уступок виновному при заключении с ним сделки о признании вины законодательно не определены, этот вопрос целиком зависит от усмотрения прокурора и суда. 

Принципиальное отличие рассматриваемых институтов выражается и в том, кто из должностных лиц органов уголовной юстиции уполномочен реализовывать институт постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке и сделки о признании вины . В РФ вопрос о применении этого института находится в исключительной компетенцией суда. Как видно из содержания ст. ст. 314–316, УПК РФ, дознаватель и следователь вправе лишь принять от обвиняемого ходатайство о проведении судебного разбирательства в особом порядке, рассмотрение же и удовлетворение (отклонение) данного ходатайства обвиняемого является прерогативой суда. В США сделка о признании вины заключается, как уже говорилось, на досудебных стадиях уголовного процесса и без участия суда. 

Согласно ст. 316 УПК РФ постановление приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке возможно только по тем уголовным делам, по которым вина обвиняемого (подсудимого) в совершенном преступлении полностью установлена на основе доказательств, собранных в точном соответствии с требованиями и процедурами, предусмотренными данным Кодексом. Сделка о признании вины в США допускает осуждение обвиняемого при отсутствии достаточных доказательств его вины и без соблюдения всех процедур сбора, исследования и оценки этих доказательств. Институт особого порядка принятия судебного решения в РФ не допускает сужения предъявленного обвинения, его переквалификации с более тяжкого на менее тяжкое, из предъявленного обвинения не исключаются отдельные пункты обвинения и т. д., тогда как сделка о признании вины в США допускает широкие пределы усмотрения прокурора, который может произвольно изменить как квалификацию преступления, так и объем предъявленного обвинения. 

	Этот далеко не полный перечень особенностей институтов особого порядка. Но даже исходя из вышеперечисленных различий видно, что особый порядок судебного разбирательства не является разновидностью сделки о признании вины. Данные институты принципиально отличается друг от друга. Сделка о признании вины реализуется на основе и в пределах, четко закрепленных законодательно, и с соблюдением процедур, предусмотренных УПК РФ. 

	В мировой практике существуют разновидности сделки признания вины. Классическим примером служит plea-bargaining (плибарген) американского уголовного судопроизводства. Данный вид «сделки» был рассмотрен выше.

	Другой разновидностью сделки о признании вины являются целерантные сделки, то есть сделки об упрощении процедуры судопроизводства. 

	Главное отличие между плибаргеном и целерантной сделкой заключается в том, что если плибарген формально связан с представлением об истинности судебного решения, так как резюмируется, что признание обвиняемым своей вины достоверно, то при целерантной сделке объектом исследования является не сама виновность, а формальное согласие обвиняемого с обвинительным заключением.

	Целерантная сделка о признании вины на сегодня присуща таким европейским странам, как Испания, где сделка о признании вины известка как «конформидад», Италия – «паттаджаменто». Обвиняемый вступает в такую сделку, может не признавать себя виновным. В обмен на эти действия, законом предусмотрено ограничение меры наказания )не более 6 лет лишения свободы в Испании) либо определенная скидка (снижение срока лишения свободы на 1\3 в Италии).  

	Эстония – еще одна страна, где признание вин было введено в 90 годах 20 века, что позволяло смягчить наказание в обмен на признание и избежание многих судебных процедур. Этой стране сделки с правосудием допустимы для преступлений, караемых тюремными заключениями на срок не более 4 лет. Обычно наказание смягчается на 1\4. 

	По такому же пути идет уголовно-процессуальное законодательство РФ. В УПК РФ содержит главу 40, регламентирующую порядок заявления обвиняемым согласия с предъявленным обвинением и ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. 

	Во всех вышеприведенных государствах заключение сделки о признании вины ведет к немедленном окончанию судебного разбирательства и внесению обвинительного приговора. 

	

	2.2 ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ И ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ СТОРОНЫ ОСОБОГО ПОРЯДКА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА



В качестве недостатков сделки о признании вины, прежде всего, отмечается возможность самооговора обвиняемого, вытекающая из стремления органов и должностных лиц, ведущих уголовный процесс, добиться «любой ценой» признания. Ложное признание при заключении сделки повлечет не только осуждение невиновного, но и оставляет безнаказанным виновное лицо. Так же отмечаются и другие недостатки, такие как предъявление обвинения, за преступления, которое не были совершены обвиняемым, подрыв статуса официального расследования и другое. 

Так по мнению Михайлова П.А., идея введения сделки с правосудием в уголовный процесс противоречит основным правам и свободам граждан и не соответствует общим принципам права в нашем обществе. По его утверждению, многие юристы в США считают, что судебные сделки являются позором для правосудия. Подобные сделки выгодны только для обвиняемого в связи с тем, что он признает себя виновным в большинстве случаев по договоренности с судом. При этом суд соглашается вынести менее суровый приговор, снять некоторые обвинения или гарантировать подсудимому какие-либо другие поблажки в обмен на признание им своей вины в менее тяжком преступлении.

Довольно критическую точку зрения по этому поводу высказывает доктор юридических наук профессор Петрухин И.В. По его мнению в США институт сделки о признании вины выглядит разумным и соответствует национальным традициям, так как он упрощает процесс, разгружает судебную систему и основывается на уважении к позиции психического здоровья человека, имеющего право считать себя невиновным полностью или частично. Однако для нашего менталитета» сделки о признании вины» чуждо. Сделка в уголовном правосудии - явление аморальное, порочное, бесчестное; это торг, компрометирующий власть, свидетельствующий о ее бессилии, неспособности установить истину по уголовному делу. Сделки о признании вины могут способствовать распространению коррупции. Законодатель не допускает "торга" стороны обвинения и стороны защиты по поводу обвинения. Квалификация преступления должна отвечать реальным обстоятельствам дела, с достаточной полнотой обоснована доказательствами, собранными по уголовному делу, а не являться результатом договоренности защиты и обвинения. 

Петрухин И.В. соглашается, что действительно, будет достигнуто ускорение и упрощение судопроизводства (этому будет способствовать и сокращение судебного следствия), но ценой отказа от раскрытия преступлений, в том числе тяжких и особо тяжких. Исказится статистика преступности. Преступники перестанут бояться угрозы уголовного наказания, что повлечет рост рецидива. Переговоры о сделках унизят следователя, прокурора и судью, поскольку им придется вести торг с преступником, отчасти признающим свою вину в обмен на смягчение наказания. 

По его мнению, при введении сделок о признании вины возможности для взяточничества и других злоупотреблений многократно возрастут. Следователи, подстрекая обвиняемых к признанию вины, в том числе с помощью незаконных приемов, смогут легко освобождать себя от раскрытия опасных преступлений. В сфере предварительного расследования и правосудия воцарятся беззаконие и произвол. Казалось бы, сделки о признании вины соответствуют интересам всех их участников: прокурору не надо готовиться к процессу и рисковать тем, что подсудимый может быть оправдан, судья освобождает себя от необходимости слушать сложное и спорное дело, обвиняемый не несет ответственности за совершение ряда преступлений, адвокат получает свой гонорар за успешное ведение защиты благодаря заключению сделки. На самом деле сделки о признании вины могли бы нанести вред не их участникам, а обществу в целом. Нет гуманизма и в том, что сделки о признании давали бы некоторую экономию средств. Рост рецидива как следствие сделок потребует очень больших расходов. Кроме того, экономическая выгода не может оправдать меры, влекущие нарушение интересов граждан, пострадавших от преступлений, и общества в целом. Государство в лице прокурора не может и не должно "мириться" с лицом, признавшимся (хотя и частично) в совершении преступления. Такое соглашение не соответствовало бы интересам общества, государства и умаляло бы достоинство представляющих его органов. 

В качестве достоинства этого института отмечаются: достижение кратчайшим путем смягчения враждебности сторон в конфликтных ситуациях; демонстрация обвиняемым (подсудимых) в своем заявлении готовности и желания признаться в совершении преступления и начать отбывания наказания; экономия времени и средств судов и органов обвинения для использования их по сложным делам; освобождения органов преследования от бремя поиска новых улик по бесперспективным преступлениям и концентрацию их усилий на раскрытии тяжких преступлений, а судов – от значительного количества дел.

Немного другой позиции придерживаются органы прокуратуры, возражая против рассмотрения дел судами в особом порядке, в отношении обвиняемых, имеющих непогашенные судимости. Как уже было сказано, основанием для рассмотрения дела в особом порядке является признание вины. Под признанием вины, с психологической точки зрения, понимается, осознание содеянного, раскаяния, желание исправить совершенные ошибки и больше не при каких обстоятельствах не совершать новые преступления. В качестве поощрения, суд назначает наказание, которое не может превышать две третьи максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания. 

Чем же мотивирует свой отказы государственные обвинители в ходе судебных заседаний?. Так одной из причин является рецидив преступлений. О каком признании вины, раскаянии в содеянном может идти речь, когда обвиняемый повторно совершает преступление. В данном случае ни о каком снисхождении к обвиняемому, даже при признании вины, не может быть и речи. Позиция прокурора – человек, имеющий непогашенную судимость, совершивший преступления, полностью не осознал свою вину, не раскаялся в содеянном и снова встал на путь преступлений, должен понести наказания по всей строгости закона. 

Правильна ли данная позиция?. На мой взгляд, да. В Новосибирской области за первое полугодие 2008 года отмечен рост преступлений, совершенных ранее судимыми и ранее совершавшими преступления лицами на 2,1 и 6,7 % соответственно.  И одним из мер предупреждения рецидивной преступности можно признать отказ прокурора от особого порядка, в отношении лиц, ранее судимых. 

Не нарушает ли отказ прокурора от проведения дела в особом порядке права подсудимого. А именно нарушается положение пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом. С учетом требований данной нормы, а так же положений подпункта «С» пункта 3 статьи 14 «Международного пакта о гражданских и политических правах» уголовные дела должны рассматриваться без неоправданной задержки, в строгом соответствии с правилами судопроизводства, важной составляющей которых являются сроки рассмотрения дела. Областной суд Новосибирской области принял во внимание данную точку зрения, но с мнением прокуратуры все же согласился. И рекомендовал районным судам, в случае отказа государственного обвинителя, в ходе судебного заседания, от проведения дела в особом порядке, поддерживать отказ государственного обвинителя. 

В данной ситуации эту проблему следует решить путем внесения изменения в УПК, а именно, следует указать: что одним из условий проведения дела в особом порядке должно являться отсутствие у обвиняемого непогашенной судимости. 

Кандидат юридических наук Рыбалов К.А. ссылается на следующие аргументы обоснованности особого порядка. Так, традиционное разрешение уголовного дела в России в суде первой инстанции в общем порядке должно последовательно пройти несколько процедурных этапов. Каждый из этапов требует строжайшего соблюдения процессуальных требований, предписанных в УПК РФ. Столько громоздкая и сложная процедура судебного разрешения уголовных дел не только требует существенных материальных затрат общества, но и резко ограничивает «пропускную» способность судов, ведут к систематическому и повсеместному нарушению судами процессуальных сроков рассмотрения и разрешения уголовных дел, отвлечению большинства числа людей (свидетелей, специалистов, потерпевших и т.д.) от основной работы на период рассмотрения уголовного дела. 

Поэтому основной задачей рассмотрения дела в особом порядке является: 

-экономия сил и средств органов уголовной юстиции по расследованию преступлений и судебному разбирательству уголовных дел о преступлениях небольшой и средней тяжести; 

- склонить обвиняемого (подсудимого) к сотрудничеству с органами уголовного преследования и с его помощью изобличить других участников преступления, быстро и с минимальными издержками раскрыть преступление, установить все обстоятельства его совершения и т.д.;

- сократить разрыв во времени с момента совершения преступления до принятия по нему окончательного решения;

- рационализировать уголовное судопроизводство, сделать процесс менее длительным и более эффективным;

Данный перечень задач показывает, что в основе института особого порядка судебного разбирательства лежит идея разумного компромисса в уголовном судопроизводстве. 

А что делать, если доказательственная база имеет изъяны. Например, человек совершил кражу, мошенничество. Кража – это есть тайное хищение имущества, т.е. подразумевается, что нет свидетелей. В этом случае очень трудно доказать наличие объективной стороны. Что касается мошенничества, то в этом случае представляется весьма проблемным доказательство субъективной стороны. В результате, после утомительного судебного разбирательства обвинение может вообще развалиться. Но в то же время обвиняемый готов себя признать виновным, если будет уверен, что в отношении него будет назначено наказание в пределах санкций соответствующих норм особенной части УК РФ, на которые он рассчитывает. В этом случае, по мнению профессора Лазарева В.В., целесообразно допускать использование на практике соглашений о признании вины. 

Как правило, правоохранительные органы гоняются за раскрываемостью, и им по неизвестным причинам, нужна квалификация по определенным составам преступления. Поэтому возникают такие ситуации, когда обвиняемый готов признать свою вину за определенное деяние, но ему совершенное деяние, почему-то квалифицируют по другой статье. В результате потом в судебном заседании происходит упорная борьба стороны обвинения и стороны защиты за отстаивание своей позиции. 

Ведь можно достичь соглашения между стороной обвинения и стороной защиты. И это очень часто делается в таких ситуациях. Например, С. обвинялся в квалифицированном злоупотреблении служебным положением и открытом похищении чужого имущества при отягчающих обстоятельствах. Обвиняемый свою вину не признавал, отрицая применение насилия и противоправность завладения имуществом потерпевшего. Освидетельствование потерпевшего не выявило на его теле следов насилия, а изъятие в квартире обвиняемого вещественного доказательства - отобранных у потерпевшего денег - произведено с нарушением УПК. Свидетелей происшествия не обнаружено. Фактически обвиняемый изобличался только показаниями потерпевшего, который, сообщив о преступлении и дав подробные показания, выехал по месту постоянного жительства в весьма отдаленный, от места производства по делу, город. В судебное заседание он не явился, сообщив телеграммой, что не имеет для этого денежных средств. Рассмотрение дела в отсутствие потерпевшего могло закончиться только оправдательным приговором, а отложение разбирательства грозило надолго отсрочить завершение дела. До начала судебного разбирательства прокурор и защитник обратились к судье с согласованной позицией, состоявшей в изменении прокурором обвинения на более мягкое, не содержащее квалифицирующих признаков и отягчающих обстоятельства, с одной стороны, и признании подсудимым вины в таком уменьшенном объеме - с другой. Суд, изучив материалы уголовного дела и выслушав подсудимого, постановил обвинительный приговор в соответствии с согласованной сторонами позицией. Таким образом, он как бы утвердил неформальное соглашение между сторонами и учел его при вынесении приговора. При этом никаких следов о соглашении в деле не осталось. 

Скорее всего, это нельзя назвать «сделкой», лучше сюда подходит «соглашение». "Сделка" или «соглашение» являются для прокурора законным способом достижения цели его процессуальной деятельности - постановления обвинительного приговора. Подсудимый, сознающий свою вину и признавшийся в этом своему защитнику, принял назначенное ему наказание как снисхождение, проявленное судом, за публичное признание вины. Цели правосудия достигнуты, но и законные интересы участников процесса не пострадали.




3. УСЛОВИЯ ПРИМЕНЕНИЯ ОСОБОГО ПОРЯДКА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА



Для производства в особом порядке предусмотрен самый сложный, по сравнению с другими процессуальными формами, набор условий. 

Как и в других уголовно-процессуальных формах производств, совокупность данных условий представляет собой сложный юридический факт, где отсутствие хотя бы одного из элементов означает отсутствие всего факта и, как следствие, невозможность производства в рассматриваемой процессуальной форме. 

Условия производства в особом порядке являются: 

- процессуально выраженное согласие обвиняемого с обвинением в совершении преступления, за которое УК предусмотрено наказание, не превышающее 10 лет лишения свободы и желание рассмотрения дела в особом порядке.

-согласие государственного или частного обвинителя на производство в особом порядке.

- аналогичное согласие потерпевшего.

-уверенность суда в том, что обвиняемый осознает характер и последствия заявленного ходатайства.

- уверенность суда в том, что обвиняемый заявил ходатайство добровольно после соответствующих консультаций с защитником. 

Анализируя Постановления Пленума Верхового суда РФ № 1 от 05.03.2004 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ», можно выделить еще три условия: 

обвиняемый не может быть несовершеннолетним или лицом, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте. Данное решение Пленума вполне закономерно, поскольку в противном случае произошло бы недопустимое наложение упрощенной процессуальной формы на дополнительные (усложненные) гарантии, предусмотренные по делам несовершеннолетних. 

обвиняемый не должен возражать против предъявленного гражданского иска.

Если обвиняемых несколько, то все они должны заявить о своем согласии с предъявленным им обвинениями и желании рассмотрения их дела в особом порядке. 

Александров А.С. выделяет еще несколько условий: обвинение должно быть предъявлено; обвиняемый подтверждает сове ходатайство в начале судебного заседания; обвиняемый полностью признает свою вину по предъявленному обвинению.  Первые два положения вряд ли могут претендовать на роль самостоятельных условий. Факт согласия с предъявленным обвинением предполагает, что обвиняемый знает с чем соглашается, то есть обвинение предъявлено, а что касается подтверждения своего ходатайства в суде, то это условие об убежденности судьи в добровольности ходатайства и понимании его последствий. Третье условие -полное признание обвиняемым своей вины - заслуживает более тщательного рассмотрения. 

Законодатель предусмотрел ряд требования, при соблюдении которых суд вправе постановить приговора без проведения разбирательства в общем порядке. Из них два основания: во-первых, обвиняемый должен быть согласен с предъявленным ему обвинением, во-вторых, он должен заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке (об этом пойдет речь в следующей главе). И девять условий для применения особого порядка судебного разбирательства. Рассмотрим из поподробнее:


3.1 ПОЛНОЕ ПРИЗНАНИЕ ОБВИНЯЕМЫМ СВОЕЙ ВИНЫ



В главе 40 и в тексте ст. 314 УПК РФ говорится о согласии обвиняемого с предъявленным обвинением, а не о признании вины. Выражение «признание обвиняемым вины (признание себя виновным)» не раз используется в УПК ( ч. 2 ст. 77, ч. 2 ст. 273 УПК РФ). Большинство обвиняемых, соглашаясь с предъявленным обвинением, рассматривают это согласие, как признание совей вины, не углубляясь в тонкости юридической терминологии. В практике Новосибирских судов не зафиксировано ни одного случая, когда бы обвиняемый согласился с предъявленным обвинением, но не признал бы себя виновным. 

Но что делать, если обвиняемый, который на вопрос суда ответит: Да, я согласен с предъявленным обвинением, но вину свою не признаю». 

Мнение правоведов на этот счет разделились. 

Так, Александров А.С., Дубовик Н.В. считают, что признание вины – важное условия возможности производства в особом порядке. Если вина не будет признана или будет признана частично, судья обязан прекратить производство в рамках главы 40 УПК РФ и назначить судебное разбирательство в общем порядке. 

Петрухин И.Л. придерживается такой же точки зрения, так как даже не заостряет внимание на различиях рассматриваемых формулировках и использует их как равнозначные.

Воскобитова Л.А. обращает внимание на возможность согласия с предъявленным обвинением без обязательного признания вины. Обвиняемый заявляет только о том, что не оспаривает предъявленного обвинения, но не более того. 

И все же, признание вины и согласия с обвинением – разные действия обвиняемого, имеющие различное значение. Признание своей вины содержит элемент покаяния, стремление примириться с обществом, потерпевшим, характеризует личность обвиняемого и в определенных случаях может служить обстоятельством, смягчающих ответственность. 

Так же доцент Великий Д.П. выделяет юридический аспект затронутой темы. Признание вины может быть положено в основу обвинения. Признание вины, сделанное на стадии предварительного расследования, запротоколированное в установленном порядке и подтвержденное другими доказательствами, имеет чисто доказательственное значение. При этом обвиняемый, признающий свою вину, может и не заявлять ходатайство о принятии решения в особом порядке. С другой стороны, обвиняемый, отказывающийся давать какие-либо показания на предварительном расследовании и , соответственно не высказывающийся о своей виновности, формально не лишен права заявить ходатайство об особом порядке. Логика очевидна: ознакомившись с материалами следствия, обвиняемый решил, что выгоднее использовать особый порядок и в этом случае он должен согласиться с предъявленным обвинением. 

Согласие с предъявленным обвинением – это проявление диспозитивности, использование обвиняемым своих прав, не имеющих какого либо доказательственного значения. Это отказ от процессуального оспаривания предъявленного обвинения без объяснения причин. 

Таким образом, признание вины – это действие обвиняемого, направленное на подтверждение факта совершения им данного преступления, а согласие с предъявленным обвинением – это дейтвия обвиняемого, выражающее его согласие на проведения производства в особом порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ.

Признание вины имеет материльно -правовое значение, а согласие с предъявленным обвинением – процессуальное. 

Следует признать, что суд, желая оградить себя от каких-либо нежелательных последствий, вряд ли в такой ситуации пойдет на особый порядок, однако формально закон не запрещает ему это сделать. 

Редькин А.В. обращает внимание на следующее. В случае, когда обвиняемому предъявляется обвинение органами предварительного расследования и он соглашается с обвинением, это означает, что он признает себя совершившим определенное преступление. Преступление, как известно из теории уголовного права, имеет свой состав: объект, объективную сторону, субъективную сторону и субъект. Субъективную сторону преступления образует именно вина, формы вины субъекта преступления.

В случае, когда обвиняемый признает себя совершившим определенное преступление, он автоматически признает наличие и всех элементов состава преступления в совершенном им деянии, в том числе и субъективной стороны. Поэтому говорить о том, что обвиняемый может согласиться с обвинением, не признавая своей вины в совершенном преступлении, будет несколько некорректно.

Практика применения ОПСР показывает, что «согласие с обвинением», о котором говорится в гл. 40 УПК РФ, правоприменитель приравнивает к признанию подсудимым вины.

Существующую практику применения особого порядка судебного разбирательства в аспекте необходимости признания обвиняемым вины, следует признать правомерной. Однако представляется целесообразным изменить нормативное регулирование данного института и прямо предусмотреть в УПК РФ необходимость признания обвиняемым вины в совершенном преступном деянии для того, чтобы уголовное дело было рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.



3.2 ОГРАНИЧЕНИЕ В СРОКЕ НАКАЗАНИЯ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ



Обвиняемому предъявлено обвинение в совершении преступления, наказание за которое, предусмотренное УК РФ, не превышает пяти лет лишения свободы (ч. 1 ст. 314 УПК РФ). Суд вправе вынести приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке только по тем уголовным делам, по которым обвиняемому предъявлено обвинение в совершении преступления небольшой или средней тяжести. Из сказанного вытекает ряд принципиальных выводов, важных для принятия правильного решения.

Во-первых, вынесение приговора в данном случае возможно по уголовным делам, как об умышленных, так и о неосторожных преступлениях. Главное, чтобы они относились к категории преступлений небольшой или средней тяжести.

Во-вторых, вынесение приговора возможно как за единичное неосторожное или умышленное преступление небольшой или средней тяжести, так и за совокупность преступлений данной категории, причем в различной комбинации (к примеру, одно умышленное, другое неосторожное; два умышленных, одно неосторожное и три умышленных и т.п.). Иными словами, число преступлений, вменяемых виновному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, не влияет на принятие судом решения о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. Важно, чтобы все они относились к категории преступлений небольшой и средней тяжести (естественно, за исключением тех неосторожных преступлений, санкция которых предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет).

В-третьих, для вынесения приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке никакого правового значения не имеют данные, характеризующие обвиняемого (отрицательная характеристика по месту работы, службы, учебы или жительства и т.д.); наличие или отсутствие судимости; подвергался ли обвиняемый ранее уголовному преследованию или нет; страдает ли наркоманией или алкоголизмом; имеет ли постоянное место жительства и работы или нет; и т.д.

Из вышеизложенного видно, что определяющее значение для принятия судом решения о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке имеет только один-единственный фактор: каждый отраженный в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого эпизод преступной деятельности и все эпизоды, вместе взятые, должны подпадать под категорию преступлений небольшой либо средней тяжести.

В судебной практике сразу же возник вопрос: данное указание закона относится к санкции статьи или наказание не может быть назначено более этого срока при смягчающих обстоятельствах, указанных в ст. 62, 64–66, 69, 70, 88 УК РФ?

Представляется, что данное положение требует уточнения с учетом нормативно определенной в ст. 15 УК РФ категоризации преступлений. Это могут быть как неосторожные, так и умышленные общественно опасные деяния, не принадлежащие к числу особо тяжких, тяжесть которых определяется применительно к оконченным преступлениям. Иначе говоря, недопустимо рассмотрение в особом порядке дел о приготовлении или покушении на убийство на том основании, что за неоконченные преступления срок наказания не может превышать соответственно половины либо трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания (ст. 66 УК РФ), в силу чего наиболее строгое наказание, к примеру, за приготовление к убийству по ч. 1 ст. 105 УК РФ не может превышать семи лет и шести месяцев лишения свободы.



3.3 ДОКАЗЫВАНИЕ



Обвинение, с которым согласился обвиняемый (подсудимый), обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу (ч. 2 ст. 316 УПК РФ). Это условие наиболее значимое в вопросах законности и обоснованности применения особого порядка судебного разбирательства. 

Как показывает следственная и судебная практика, главная ошибка органов предварительного расследования заключается в том, что они зачастую свои усилия направляют на доказывание самого факта совершения преступления, а вопросам доказывания вины обвиняемого в его совершении уделяют недостаточное внимание, уповая при этом на признание обвиняемым свой вины. Между тем в соответствии с ч. 2 ст. 77 УПК РФ признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности имеющимися по уголовному делу доказательствами. Поэтому в ходе предварительного расследования следователь (дознаватель) обязан не ограничиваться только признанием, а подкрепить его доказательствами. Если таковые в ходе расследования не добыты, то уголовное дело не может быть направлено в суд с обвинительным заключением (обвинительным актом).

При этом не следует надеяться на то, что обвиняемый признает свою вину, не будет оспаривать предъявленного обвинения и станет ходатайствовать перед судом о постановлении по его делу приговора по упрощенной процедуре, т.е. без проведения судебного следствия в полном объеме и исследования имеющихся в деле доказательств. Законодатель для таких случаев предусмотрел достаточно надежный правовой барьер. Так, в соответствии со ст. 316 УПК РФ судья вправе вынести по делу приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке лишь в том случае, если придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу. Иными словами, судья должен предварительно изучить материалы уголовного дела, собранные по нему доказательства, их допустимость и достоверность, соотнести их с другими материалами, в том числе и показаниями самого обвиняемого и т.д., и лишь после того как убедится в наличии достаточных доказательств вины подсудимого в предъявленном обвинении, может вынести по делу обвинительный приговор.

В связи с этим возрастает роль и ответственность прокурора, уполномоченного утверждать по уголовному делу обвинительное заключение. Как указано в Приказе Генерального прокурора Российской Федерации от 03.06.2002 N 28 "Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства", "новым процессуальным законодательством исключена возможность возвращения дела прокурору для дополнительного расследования, в силу чего существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в досудебном производстве, могут привести к постановлению оправдательного приговора", следует "считать нарушением служебного долга направление прокурором такого дела в суд, как и требование о вынесении обвинительного приговора при отсутствии доказательств виновности подсудимого...".

При утверждении обвинительного заключения прокурор должен уделить особое внимание изучению и оценке доказательств вины обвиняемого в совершенном преступлении. Если прокурор придет к выводу, что собранных по делу доказательств недостаточно для однозначного вывода о виновности обвиняемого, то он обязан либо вернуть уголовное дело следователю для производства дополнительного расследования, либо прекратить уголовное дело за отсутствием состава (события) преступления или непричастности обвиняемого к совершению преступления.



3.4 ОСОЗНАНИЕ ОБВИНЯЕМЫМ ХАРАКТЕРА И ПОСЛЕДСТВИЙ ХОДАТАЙСТВА О РАССМОТРЕНИИ ДЕЛА В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ



Обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства (п. 1 ч. 2 ст. 314 УПК РФ). Под характером заявленного ходатайства необходимо понимать осознание обвиняемым сущности своего решения. Иными словами, обвиняемый должен четко себе представлять, в чем состоит специфика особого порядка судебного разбирательства и с какими правовыми последствиями связано такое распоряжение им своими процессуальными правами, указанными в ст. 314 УПК РФ. В частности, следователь обязан разъяснить обвиняемому сущность применения особого порядка судебного разбирательства: во-первых, обвиняемый добровольно отказывается от исследования каких бы то ни было доказательств его вины в совершенном преступлении в ходе судебного разбирательства, в том числе и представленных его защитником, в силу чего суд свой приговор будет основывать исключительно на тех доказательствах, которые имеются в материалах уголовного дела; во-вторых, приговор, вынесенный в результате особого порядка судебного разбирательства, не может быть обжалован в кассационном или апелляционном порядке из-за несоответствия изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам уголовного дела, так как эти обстоятельства не были предметом исследования в ходе судебного разбирательства; в-третьих, в случае обвинительного приговора суд назначит наказание, которое не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей нормой УК РФ; в-четвертых, в случае обвинительного приговора суд освободит обвиняемого от уплаты процессуальных издержек.



3.5 КОНСУЛЬТАЦИЯ С ЗАЩИТНИКОМ



Ходатайство заявлено обвиняемым после проведения консультаций с защитником (п. 2 ч. 2 ст. 314 УПК РФ); Данное условие законодателем предусмотрено для того, чтобы исключить необдуманное решение со стороны обвиняемого относительно выдвижения им ходатайства о применении особого порядка судебного разбирательства. Поэтому при наличии такого ходатайства следователь и суд обязаны выяснить у обвиняемого (подсудимого), провел ли он консультацию со своим защитником по поводу намерений заявить ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства и было ли у обвиняемого достаточно времени для такой консультации, о чем необходимо сделать соответствующую отметку в протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела или в протоколе судебного заседания. Если такая консультация не состоялась, то следователь (дознаватель) и суд обязаны предоставить обвиняемому (подсудимому) достаточное время для ее проведения.

Ходатайство должно быть заявлено обвиняемым в присутствии защитника (ч. 1 ст. 315 УПК РФ). Соблюдение данного условия судья обязан установить непосредственно на предварительном слушании, спросив обвиняемого и его защитника о том, было ли ходатайство заявлено при ознакомлении с материалами уголовного дела в присутствии защитника. При положительном ответе судья переходит к установлению других условий и оснований для постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Однако если судья установит, что обвиняемый по каким-либо причинам заявил ходатайство в отсутствие защитника, то он в соответствии со ст. 315 УПК РФ должен потребовать от обвиняемого предъявить суду ходатайство повторно, в присутствии защитника. При этом если защитник не приглашен самим обвиняемым, его законным представителем или по их поручению другими лицами, то участие защитника в данном случае должен обеспечить непосредственно суд.



3.6 ДОБРОВОЛЬНОСТЬ ЗАЯВЛЕННОГО ХОДАТАЙСТВА



Ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства заявлено обвиняемым добровольно (п. 2 ч. 2 ст. 314 УПК РФ). Заявление обвиняемым такого ходатайства должно быть не только осознанным, но и добровольным.

Возможны случаи, когда родственники или близкие обвиняемого могут посоветовать ему поступить именно таким образом и под влиянием их советов он примет решение о выдвижении ходатайства о постановлении по его делу приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Видимо, такие ситуации чаще всего характерны для дел о преступлениях несовершеннолетних или молодежи, однако во всех случаях окончательное решение о заявлении ходатайства должно оставаться за обвиняемым и быть результатом его свободного волеизъявления. Если судья установит, что обвиняемый (подсудимый) заявил такое ходатайство под давлением (в результате запугивания или физического насилия), то он не должен удовлетворять его, а о самом факте давления на обвиняемого (подсудимого) в ходе предварительного расследования в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ направить представление прокурору для принятия необходимых мер.



3.7 МОМЕНТ ЗАЯВЛЕНИЯ ХОДАТАЙСТВА



Ходатайство заявлено обвиняемым после ознакомления с материалами уголовного дела или непосредственно на предварительном слушании (п. 1, 2 ч. 2 ст. 315 УПК РФ). В соответствии со ст. 217 УПК РФ при ознакомлении обвиняемого и его защитника с материалами дела следователь обязан разъяснить обвиняемому его право заявить ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства и разъяснить ему правовые последствия такого ходатайства. Выбор варианта поведения обвиняемого, его желание воспользоваться этим правом или отказаться от него следователь (дознаватель) обязан отразить в протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела. По делам частного обвинения ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства может быть заявлено лицом после вручения ему мировым судьей копии заявления потерпевшего. В этом случае судья обязан разъяснить подсудимому процессуальный порядок и правовые последствия такого ходатайства, после чего назначить предварительное слушание.



3.9 СОГЛАСИЕ ОСТАЛЬНЫХ УЧАСТНИКОВ ПРОЦЕССА НА РАССМОТРЕНИЕ ДЕЛА В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ



Государственный или частный обвинитель согласен с заявленным обвиняемым ходатайством о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке (ч. 1 ст. 314 УПК РФ). Здесь упоминается о двух самостоятельных процессуальных фигурах уголовного судопроизводства - государственном и частном обвинителе. Одним из обязательных условий применения института особого порядка является согласие государственного обвинителя с ходатайством обвиняемого. Раскрывая содержание данного условия, необходимо иметь в виду, что в законе речь идет о государственном обвинителе, а не о прокуроре. А как известно, государственный обвинитель как процессуальная фигура вступает в дело на стадии судебного производства, в силу чего в ходе предварительного расследования следователь объективно не в состоянии выяснить его позицию по рассматриваемому вопросу. Поэтому при наличии ходатайства обвиняемого прокурор, который утверждает обвинительное заключение, должен проверить наличие в материалах уголовного дела оснований и условий, позволяющих судье удовлетворить такое ходатайство и постановить по его делу приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Законодатель, оставляя на усмотрение государственного обвинителя возможность постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке на основе ходатайства обвиняемого, преследует цель не допустить использования рассматриваемого института по тем делам, по которым имеются препятствия правового либо этического характера. 

Обвиняемый вправе заявить ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства и по делам частного обвинения. При наличии такого ходатайства судья обязан уведомить об этом частного обвинителя и сообщить ему место и время проведения предварительного слушания. Если частный обвинитель возражает против заявленного ходатайства, то судья выносит определение об отказе в удовлетворении ходатайства, а дело рассматривается в общем порядке с учетом требований, установленных гл. 41 УПК РФ.

Потерпевший (если по делу есть потерпевший) согласен с заявленным обвиняемым ходатайством о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке (ч. 1 ст. 314 УПК РФ). Согласие потерпевшего является обязательным только по тем уголовным делам, по которым то или иное лицо признано потерпевшим. Поэтому если по делу есть потерпевший, то без его согласия суд не вправе применить особый порядок судебного разбирательства. При этом в соответствии с ч. 1 ст. 314 УПК РФ наличие ходатайства и согласие других участников процесса (обвиняемого, государственного или частного обвинителя) на такую процедуру судебного разбирательства не имеют правового значения.

Совокупность указанных оснований и условий дает право суду вынести приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Отсутствие хотя бы одного из этих оснований и условий исключает такую возможность. Если по делу нет потерпевшего, то, естественно, соблюдения последнего условия не требуется.




4. ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО СТАТУСА УЧАСТНИКОВ ИНСТИТУТА СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ



4.1 ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ОБВИНЯЕМОГО (ПОДСУДИМОГО) ПРИ РАССМОТРЕНИИ ДЕЛА В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ



Статьи 46 и 47 УПК РФ определяют полный перечень прав подозреваемого и обвиняемого. 

При рассмотрении дела в особом порядке, обвиняемый пользуется полным комплексом прав, закрепленный в статье 47 УПК РФ. Но помимо этого, хотелось бы уделить внимание наиболее уязвимым правам обвиняемого (подсудимого) при разбирательстве дела в особом порядке. 

Так статья 16 УПК РФ закрепляет важнейший принцип уголовного судопроизводства — обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту. При реализации указанного принципа в процессе рассмотрения уголовного дела в порядке главы 40 УПК РФ возникает следующая конкуренция норм Кодекса, детализирующих право на защиту. Совокупность положений ч. 3 ст. 16, п. 7 ч. 1 ст. 51, ч. 1 и 2 ст. 314, ч. 1 ст. 315, ч. 2 и 4 ст. 316 УПК РФ обуславливает необходимость в случае заявления обвиняемым ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства обеспечить участие защитника. Иное положение вещей привело бы к нарушению права на защиту и к безусловной отмене приговора в суде апелляционной или кассационной инстанции. Вместе с тем невозможность рассмотрения дела в порядке главы 40 УПК РФ в отсутствие защитника также нарушает право обвиняемого на защиту, поскольку при рассмотрении дела в общем порядке наказание может быть назначено по максимуму (до 10 лет лишения свободы), а при применении особого порядка принятия судебного решения — не более двух третей максимального (шесть лет восемь месяцев лишения свободы). 

Так, согласно ч. 3 ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав и основных свобод каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления наделен как минимум следующими правами: иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты; защищать себя лично или посредством выбранного самостоятельно защитника или, при отсутствии средств для оплаты услуг последнего, пользоваться услугами назначенного защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия. 

Отсюда, даже в случае отказа от услуг защитника таковой должен быть предоставлен обвиняемому в целях обеспечения справедливого судебного разбирательства. Более того, если исходить из императивных предписаний п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ о том, что назначением уголовного судопроизводства является защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, то с известной долей уверенности можно сказать, что обязательное участие защитника при разбирательстве уголовного дела в порядке главы 40 УПК РФ — одна из важнейших гарантий постановления законного, обоснованного и справедливого приговора.

Нельзя признать верными мнение А. Шамардина, утверждавшего, что «если нарушенное право принадлежит тому или иному лицу, оно должно иметь возможность в силу общеправового принципа диспозитивности отказаться от защиты с помощью государственных органов». 

Значительное расширение в уголовном судопроизводстве диспозитивных начал – несомненная заслуга действующего УПК. Вместе с тем чрезмерное возвеличивание диспозитивности в ущерб интересам общества и государства вряд ли можно признать приемлемым для современной России. В уголовно-процессуальной науке необходимо разработать особый правовой институт, определяющий условия и границы проявления диспозитивных начал уголовного судопроизводства, существование которого в полной мере гарантирует справедливое разрешение дела, а также всемерную охрану прав, свобод и законных интересов всех участников уголовного судопроизводства как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.

Поэтому, в случаях, когда обвиняемый ходатайствует о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства и в то же время отказывается от услуг предоставленного судом защитника, то такое дело должно быть рассмотрено в общем порядке.

В этой связи представляется верным принятое судьей решение при рассмотрении уголовного дела в отношении С., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» и «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» и «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и Н., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» и «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ. В ходе предварительного следствия обвиняемые отказались от услуг адвокатов. Вместе с тем обвиняемый С., ознакомившись с материалами уголовного дела по окончании следствия, заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в отношении него в особом порядке судебного разбирательства. Приняв уголовное дело к производству и изучив его материалы, судья обоснованно приняла решение о проведении судебного заседания в обычном порядке. Более того, судья постановил назначить обоим подсудимым адвокатов, так как в соответствии с положениями ч. 2 ст. 52 УПК РФ отказ от защитника не обязателен для дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Подобные действия судьи в необходимой степени обеспечили защиту прав и законных интересов лиц, привлеченных к уголовной ответственности, что в полной мере отвечает назначению уголовного судопроизводства.

Так же хотелось уделить внимание моменту заявления обвиняемым (подсудимым) ходатайства об особом порядке судебного разбирательства. 

Часть 2 статьи 315 РФ предусматривает два случая, при которых обвиняемый вправе заявить ходатайство: во первых, в момент ознакомления с материалами уголовного дела, о чем делается запись в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела. Во-вторых, на предварительном слушании, когда оно является обязательным в силу ст. 299 УПК РФ. 

Назвав в качестве лица, обладающего правом заявления ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, обвиняемого, законодатель тем самым установил пределы, руководствуясь которыми можно определить уголовно-процессуальное время, в течении которого можно заявить подобное ходатайство. 

Обвиняемый – лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого либо обвинительный акт (ст. 47 УПК РФ).

Таким образом, исходя из буквального толкования положений УПК РФ, указанное ходатайство не могут заявить подозреваемый и подсудимый. 

Что касается возможности подозреваемого заявить ходатайство о рассмотрение дела в особом порядке, то от нее следует отказаться, кроме случаев, когда предварительное расследование проводится в форме дознания. Сущность особого порядка судебного рассмотрения не позволяет и не должна позволять подозреваемому заявлять такое ходатайство: подозреваемый не имеет возможности согласится с обвинением, поскольку таковое ему еще не предъявлено (иначе он приобрел бы статус обвиняемого) и, может быть, не будет предъявлено.

Согласно положениям уголовно-процессуального закона России не все обвиняемые могут заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, поскольку таковое можно заявить только в момент ознакомления с материалами уголовного дела либо на предварительном слушании, когда оно является обязательным. Обвиняемым же может быть и лицо, которое приобрело данный статус в связи с вынесением постановления о признании лица в качестве обвиняемого, т.е. до ознакомления с материалами уголовного дела. Возникает вопрос: может ли такой обвиняемый согласиться с выдвинутым обвинением сразу после вынесения указанного постановления или ему придется ждать ознакомления с материалами уголовного дела?

К.А. Рыбалов считает, что следователь обязан принять ходатайство об особом порядке судебного разбирательства не только в момент ознакомления с материалами уголовного дела, но и в любой другой момент производства по уголовному делу, после предъявления обвинения. При ознакомлении с материалами уголовного дела обвиняемый должен повторно подтвердить заявленное им ранее ходатайство.

В.М. Лебедев также предусматривает возможность заявления ходатайства обвиняемым при производстве предварительного следствия или дознания.

Противоположной точки зрения придерживается В.Н. Ананьев: «Обвиняемый вправе заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства не в любой момент производства по уголовному делу, а лишь после окончания следственных действий, начиная с момента ознакомления материалами уголовного дела и до назначения судом судебного заседания для рассмотрения уголовного дела по существу».

Законодатель верно сделал, обозначив момент, начиная с которого обвиняемому можно заявить данное ходатайство, после ознакомления с материалами уголовного дела. При вынесении постановления о привлечении в качестве обвиняемого доказательственную базу по уголовному делу нельзя признать завершенной и готовой для передачи дела в суд. Соответственно, обвиняемому не следует соглашаться с обвинением, пока он не увидит всего объема доказательственного материала, собранного следователем или дознавателем. Такой порядок заявления ходатайства об особом порядке судебного разбирательства служит определенной гарантией, не позволяющей следственным органам прекратить процесс доказывания по уголовному делу, рассчитывая на полученное согласие обвиняемого с обвинением. Согласие обвиняемого с обвинением, полученное в стадии предварительного расследования, может сделать вполне вероятной ситуацию, при которой следствие не станет более собирать необходимые доказательства.

Следователь или дознаватель не должен принимать от обвиняемого ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке до ознакомления последнего с материалами уголовного дела. Обвиняемый должен иметь возможность убедиться, что собраны достаточные доказательства, подтверждающие все обстоятельства, подлежащие доказыванию, и только после этого ему следует решить, соглашаться с предъявленным обвинением или нет.

При дознании, лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование приобретает статус обвиняемого только после вынесения обвинительного акта. Ознакомление же с материалами уголовного дела происходит по времени раньше, чем выносится обвинительный акт, а значит, знакомится с материалами уголовного дела при дознании не обвиняемый, а подозреваемый. Статус подозреваемого не дает права заявить ходатайство об ОПСР при ознакомлении с материалами уголовного дела, если нормы гл. 40 УПК РФ толковать буквально. Поэтому ч. 2 ст. 315 УПК РФ следует изменить таким образом, чтобы устранить обозначенную проблему.

Что касается вопроса о возможности подсудимого заявить ходатайство об ОПСР, то в настоящее время ответ на него содержится в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 г. № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел». В п. 4 данного Постановления разъясняется, что ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства может быть удовлетворено лишь в том случае, если оно заявлено до назначения судебного заседания.

До принятия указанного Постановления судебная практика допускала возможность удовлетворения ходатайства об особом порядке даже в случае, если оно заявлялось в подготовительной части судебного заседания. Из 264 изученных материалов уголовных дел, рассмотренных районными судами Краснодарского края, в 2008 году, в 73 случаях ходатайство об особом порядке обвиняемый заявлял уже в ходе судебного разбирательства, в подготовительной его части. Причем суд не отказывал в удовлетворении такого ходатайства (кроме случаев несогласия государственного обвинителя или потерпевшего). 

При особом порядке судебного разбирательства упрощается такая часть судебного процесса, как судебное следствие. Подготовительная часть судебного разбирательства остается без изменений. Поэтом если ходатайство об особом порядке рассмотрение дела заявлено подсудимым в подготовительной части судебного разбирательства, суд может рассмотреть его и удовлетворить, поскольку судебное следствие еще не началось.

Подобного мнения придерживается также В.В. Дорошков. Данный автор считает, что, несмотря на отсутствие указания в уголовно-процессуальном законе на право подсудимого заявлять ходатайство об особом порядке судебного разбирательства, суду в исключительных случаях следует принимать его согласие с предъявленным обвинением и удовлетворять ходатайство. В качестве же исключительного случая предлагается понимать нарушение прав обвиняемого в ходе предварительного расследования (не было разъяснено право на особый порядок судебного разбирательства).

Ситуация, при которой обвиняемый имеет право заявлять ходатайство в подготовительной части судебного разбирательства, возможна по двум причинам. Первая заключается в том, что обвиняемому вплоть до судебного разбирательства не было разъяснено право заявления ходатайства об особом порядке судебного разбирательства. Вторая причина - подозреваемый (обвиняемый), информированный органами следствия или дознания о своих правах, по различным причинам не заявлял такого ходатайство, используя отведенные законом возможности, но в суде все же решился это сделать.

Когда имеет место первый вариант, суд должен возвратить дело прокурору, опираясь на требования п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Второй вариант не является исключительным случаем, поскольку подозреваемому просто не хватило времени для того, чтобы тщательно продумать и оценить последствия применения особого порядка и решиться на особый порядок. Считаю, что подсудимому можно предоставить право заявить данное ходатайство, даже если право на рассмотрение уголовного дела в особом порядке было надлежащим образом разъяснено обвиняемому. Но заявить ходатайство об особом порядке подсудимый должен не позднее чем в подготовительной части судебного заседания, до оглашения государственным обвинителем обвинительного заключения либо до изложения заявления частным обвинителем. 

Подготовительная часть судебного заседания должна стать последним шансом подсудимого воспользоваться правом заявления ходатайства об особом порядке. Единственным препятствием служит действующая редакция ч. 1 ст. 271 УПК РФ: «Председательствующий опрашивает стороны, имеются ли у них ходатайства о вызове новых свидетелей, экспертов, специалистов, об истребовании вещественных доказательств и документов, или об исключении доказательств, полученных с нарушением требований настоящего Кодекса». 

Как видим, ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства среди перечисленного нет. Данную норму следовало бы изменить и предусмотреть возможность заявления ходатайства об особом порядке в судебном разбирательстве в подготовительной его части.

Предлагаю, ч. 2 ст. 315 УПК РФ изложить в следующей редакции:

«Ходатайство о проведении судебного разбирательства в особом порядке вправе заявить:

1. обвиняемый, а в случае, когда предварительное расследование осуществляется в форме дознания, подозреваемый: в момент ознакомления с материалами уголовного дела, о чем делается соответствующая запись в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела в соответствии с частью второй статьи 218 настоящего Кодекса;

2. обвиняемый: на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со ст. 229 настоящего Кодекса;

3. подсудимый: в подготовительной части судебного разбирательства, до начала судебного следствия». 

Таким образом, комплекс прав обвиняемого (подсудимого) будет более полным. 

Что касается гражданского иска в уголовном дела. Нередко встает вопрос, можно ли рассмотреть дело в особом порядке, если подсудимый, соглашается с предъявленным обвинением, но оспаривает размер гражданского иска.

В Постановлении Пленума Верховного суда от 05.12.2006 г. № 60, разъясняется, что в подготовительной части судебного заседания суд наряду с другими вопросами выясняет у подсудимого, согласен ли он с гражданским иском, если такой заявлен. И далее Пленум указывает, что несогласие с иском является препятствием к рассмотрению дела в особом порядке. 

Считаю, что гражданский иск и несогласие с ним подсудимого не должно быть препятствием к рассмотрению дела в особом порядке. Не признание иска или его размера может служить препятствием к рассмотрению дела лишь тогда, когда такая позиция обвиняемого вступает в противоречие с признанием вины в преступлении. Когда же спор касается других вопросов (похищенного имущества или части его возвращена, но гражданский истец имеет претензии к качеству имущества, несогласие с размером заявленной компенсации морального вреда; несогласие с понесенными затратами при обвинении в телесных повреждениях и т.д.), это не должно препятствовать рассмотрению дела в особом порядке. Данные вопрос возможно разрешить в порядке гражданского судопроизводства, тем самым право подсудимого, на получение наказания в размере 2\3 частей от максимального размера наказания, при особом рассмотрении дела в особом порядке не нарушится. Ведь по сути дела, вину подсудимый признал в полном объеме. 

И еще одно право, которым обладает обвиняемый (подсудимый) при рассмотрении дела в особом порядке. Согласно ст. 316 ч. 10 УПК РФ процессуальные издержки, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, взысканию с подсудимого не подлежат. А значит, что оплата защитника производится за счет федерального бюджета. 


4.2 ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВ ПОТЕРПЕВШЕГО ПРИ РАССМОТРЕНИИ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В ОСОБОМ ПОРЯДКЕ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА



Как уже было сказано выше, одним из обязательных условий рассмотрения уголовного дела в особом порядке является согласие потерпевшего. Другими словами, если по делу есть потерпевший, то без его согласия суд не вправе применить особый порядок судебного разбирательства. 

На первый взгляд, выяснение отношения потерпевшего к ходатайству обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства не вызывает особой трудности. Следователь (дознаватель) или судья задает соответствующий вопрос потерпевшему и в зависимости от его ответа принимает решение по заявленному ходатайству. Однако на практике могут возникать определенные трудности. В частности, обвиняемый вправе заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке лишь после ознакомления с материалами уголовного дела, потерпевший же знакомится с материалами уголовного дела до обвиняемого. Поэтому после заявления обвиняемым ходатайства у следователя нет возможности выяснить позицию потерпевшего, так как никакие следственные действия после ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемого он производить не может. В соответствии с приложением к УПК РФ следователь (дознаватель) обязан составить протокол уведомления об окончании следственных действий, о чем сообщить обвиняемому и его защитнику. Но в то же время, как это вытекает из требований ст. ст. 314 - 316 УПК РФ, следователь (дознаватель) обязан уведомить потерпевшего о заявленном обвиняемым таком ходатайстве и выяснить его позицию.

В свою очередь, из смысла ст. 316 УПК РФ можно заключить, что мнение потерпевшего по данному вопросу выясняется в судебном заседании. Но это также может вызвать затруднения, если в ходе предварительного расследования (дознания) не удалось выяснить позицию потерпевшего по заявленному ходатайству обвиняемого и потерпевший не явился в судебное заседание. Особенно это может быть актуально по многоэпизодным делам, когда потерпевших много и часть из них не является в судебное заседание, или же тогда, когда ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке поступило непосредственно в судебном заседании.

Получается, что законодатель, указав согласие потерпевшего как одно из обязательных условий рассмотрения дела в особом порядке, не указал, в какой стадии и каким образом он такое согласие может дать. В УПК нет четкой процедуры выявления позиции потерпевшего относительно ходатайства обвиняемого о применении особого порядка судебного разбирательства. 

Гричаненко А.В. предлагает обязать следователя разъяснять потерпевшему условия и последствия рассмотрения уголовного дела в особом порядке при ознакомлении его с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования (ст. 216 УПК РФ). Неразъяснение потерпевшему указанных положений предлагается рассматривать как существенное нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее возвращение уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Халиков А.С. предлагает при неявке потерпевшего в судебное заседание отбирать у него письменное заявление о согласии рассмотрения дела при особом порядке судебного разбирательства в его отсутствие. При этом он не указывается, на кого должна быть возложена обязанность получения такого заявления потерпевшего.

Татьянина Л.С. полагает, что потерпевший может подтвердить свое согласие на рассмотрение уголовного дела в особом порядке только при участии в судебном заседании. В случае неявки потерпевшего в применении указанного порядка должно быть отказано.

Считаю, что выяснение позиции потерпевшего по заявленному ходатайству обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства должно производится на досудебной стадии. При этом интересы потерпевшего могут быть успешно соблюдены, и цели особого порядка судебного разбирательства достигнуты.

Так ассистент кафедры уголовного права МГУ Хупсергенов Х.М. предлагает двухэтапную процедуру выяснения позиции потерпевшего по заявленному ходатайству обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в досудебном производстве по уголовному делу.

Это позволит с одной стороны, соблюсти соответствующее условие рассмотрения уголовного дела в особом порядке (согласие потерпевшего) и гарантировать его права и законные интересы, с другой - позволит достичь цели института особого порядка судебного разбирательства и не будет препятствовать ускоренному и упрощенному судопроизводству

Первый этап. Заявление обвиняемым ходатайства в ходе проведения предварительного расследования при выполнении требований ст. 217 УПК РФ означает лишь обозначение его намерений, не более того, ибо никаких правовых последствий само по себе это ходатайство обвиняемого, без согласия стороны обвинения, в первую очередь потерпевшего, для проведения судебного заседания в особом порядке не имеет.

Целесообразно создать правовой механизм реализации дачи согласия, потерпевшим на применение особого порядка судебного разбирательства. Следует закрепить положение о том, что "в случае заявления ходатайства обвиняемым о применении особого порядка судебного разбирательства следователь (дознаватель) уведомляет об этом потерпевшего и предоставляет ему возможность выразить свое мнение по заявленному ходатайству, о чем делается соответствующая запись в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела".

Обязанность уведомить потерпевшего о поступившем ходатайстве обвиняемого должна, безусловно, лежать на следователе (дознавателе), так как именно он в ходе досудебного производства должен обеспечить реализацию прав участников процесса, в частности обвиняемого и потерпевшего. На практике чаще всего потерпевший узнает о существовании подобного ходатайства от самого обвиняемого, а в случае содержания последнего под стражей - от защитника в день проведения судебного разбирательства.

Следует внести изменения в ч. 2 ст. 42 УПК РФ, дополнив ее положением о том, что потерпевший "вправе знать о заявленном ходатайстве обвиняемого о применении особого порядка судебного разбирательства и выразить свое согласие или подать свои возражения".

Второй этап. Использовать предусмотренное ст. 222 УПК РФ уведомление, которое прокурор направляет потерпевшему после утверждения обвинительного заключения (обвинительного акта) и направления дела в суд. В уведомлении наряду с сообщением о направлении уголовного дела в суд целесообразно одновременно сообщить о выдвижении обвиняемым при ознакомлении с материалами уголовного дела ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Одновременно прокурор должен разъяснить потерпевшему его право согласиться или возразить против этого ходатайства обвиняемого. При этом в уведомлении необходимо указать, что о своем решении потерпевший должен сообщить суду, в адрес которого направляется уголовное дело с обвинительным заключением (обвинительным актом). В свою очередь, согласие (возражение) потерпевшего с ходатайством обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке может быть высказано как в письменной, так и устной форме. А в тех случаях, когда потерпевший устно заявляет о своей позиции относительно рассматриваемого ходатайства (или возможном его заявлении) обвиняемого то следователь (дознаватель) обязан такое заявление потерпевшего отразить в соответствующем протоколе, а прокурор - приобщить к материалам уголовного дела полученное от потерпевшего соответствующее заявление.

Хотелось бы дополнить, что так же необходимо учитывать, что выражение потерпевшим своего отношения к использованию особого порядка принятия судебного решения все же является его субъективным правом. Нельзя принудить потерпевшего явиться для ознакомления с материалами уголовного дела в орган предварительного расследования либо в судебное заседание (за исключением случая, предусмотренного ст. 249 УПК РФ). Считаю, что достаточно уведомить потерпевшего о поступлении соответствующего ходатайства обвиняемого и предоставить возможность высказать свое отношение к нему, не добиваясь обязательного выражения своего мнения по данному вопросу. 

Также, считаю, что необходимо установить срок, в течение которого потерпевший может выразить свое отношение к рассмотрению уголовного дела в особом порядке. Достаточным сроком будут являться 5 суток с даты получения указанного уведомления потерпевшим. В случае отсутствия подтверждения получения уведомления потерпевшим либо в случае его возражения на рассмотрение уголовного дела в особом порядке уголовное дело должно быть рассмотрено в обычном порядке.

Еще хочу обратить внимание на то, что нередко поведение потерпевших по уголовным делам пассивно, например, в связи с безразличным отношением потерпевшего к результатам рассмотрения уголовного дела, нежеланием являться в суд и вообще каким-либо образом выражать свое мнение по заявленному ходатайству. 

Это, в свою очередь, нарушает права подсудимого на рассмотрение его дела в порядке, предусматривающем более мягкое максимальное наказание и льготы по уплате процессуальных издержек, и является нарушением ч. 1 ст. 19 Конституции РФ о равенстве всех перед законом и судом, так как возможность рассмотрения судом уголовного дела в особом порядке по ходатайству обвиняемого ставится в том числе в зависимость от субъективного желания потерпевшего выразить свое отношение по данному ходатайству. А, если позицию потерпевшего по заявленному ходатайству обвиняемого в ходе предварительного следствия не удастся выяснить и потерпевший, в свою очередь, будет надлежащим образом извещен о месте, дате и времени рассмотрения дела, то суд при указанных выше обстоятельствах без ущерба для дела сможет его разрешить.

Так же такой подход к разрешаемой проблеме будет отвечать не только интересам подсудимого и потерпевшего, но и требованиям разумной процессуальной экономии. Суд сможет без долгих откладываний дела, например, "ввиду неявки потерпевшего в судебное заседание", разрешить дело по существу.

И обобщая все вышесказанное, следует, что

- во первых, к моменту поступления уголовного дела в суд в материалах дела будет отражено мнение потерпевшего относительно упрощенной процедуры рассмотрения дела. В этом случае судье будет проще определиться, признавать ли явку потерпевшего в суд обязательной. В свою очередь, если на предварительном расследовании и по его окончании потерпевший не возражал по поводу возможности постановления приговора в упрощенном порядке и к моменту рассмотрения уголовного дела по правилам гл. 40 УПК РФ не изменились условия, при которых потерпевший выражал свое согласие об этом, то суд вполне может рассмотреть уголовное дело в упрощенном порядке в отсутствие потерпевшего.

- во вторых, возможны случаи, когда в ходе предварительного расследования следователь (дознаватель) не выяснил в процессе допроса потерпевшего его позицию по рассматриваемому вопросу, а по окончании предварительного расследования потерпевший не пожелал знакомиться с материалами уголовного дела. Вследствие чего не была выявлена позиция потерпевшего относительно ходатайства обвиняемого. Поэтому уведомление прокурора, позволит разрешить данный вопрос.

Так же хотелось бы уделить внимание тому, что из содержания главы 40 УПК РФ не следует, как должен поступать суд в случае отсутствия в деле потерпевшего. Поэтому необходимо учитывать различия между объектом преступления и потерпевшим. 

Понятия «объект преступления» и «потерпевший» не тождественны. В уголовном праве «объект преступления — тот, против кого оно совершается, т. е. отдельные лица или какое-то множество лиц, материальные или нематериальные ценности которых, будучи поставленными под уголовно-правовую охрану, подвергаются преступному воздействию, в результате чего этим лицам причиняется вред или создается угроза причинения вреда».

В отличие от объекта преступления, которым выступает тот, против кого совершается преступление, потерпевший — это лицо, которому реально причинен физический, имущественный, моральный или иной вред. Указывая на объект преступления, подчеркивается роль, которую играло лицо в процессе совершения посягательства. Фигура потерпевшего от преступления возникает не в процессе, а в результате посягательства. Поскольку не всякое преступление влечет за собой фактическое причинение вреда, то, в отличие от объекта преступления, без которого общественно опасного деяния нет и не может быть, потерпевший от преступления является факультативным признаком состава преступления.

Согласно ч. 1 ст. 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае нанесения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Решение о признании потерпевшим оформляется постановлением дознавателя, следователя, прокурора или суда. Таким образом, появление процессуальной фигуры потерпевшего законодатель связывает не с возможностью или угрозой причинения вреда, а именно с фактическим причинением такового.

Поэтому, не любое преступление влечет нанесение вреда. Так, реальный вред нередко отсутствует при приготовлении к преступлению и покушении на него (ст. 29, 30 УК РФ).

В Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 01.11.85 № 16 отмечалось: «По смыслу ст. 24 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, потерпевшим должен признаваться гражданин, которому моральный, физический или имущественный вред причинен преступлением непосредственно. Признание потерпевшим не зависит от его возраста, физического или психического состояния». 

С позиции Пленума, по делам о приготовлении к преступлению или покушении на его совершение пострадавший также должен признаваться потерпевшим, но лишь при условии фактического причинения ему морального, физического или имущественного вреда.

Следует учитывать, что не при любом, даже оконченном, преступлении возможно появление потерпевшего. Согласно УК РФ существуют такие деяния, которые нарушают не права и законные интересы граждан или организаций, а охраняемые законом интересы общества или государства. Примером могут служить преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 285 (Злоупотребление должностными полномочиями) и ч. 1 ст. 286 (Превышение должностных полномочий) УК РФ.

Таким образом, при производстве по уголовному делу потерпевшего как участника уголовного судопроизводства может и не быть. Следовательно, если потерпевший по делу отсутствует, получить его согласие на рассмотрение дела в особом порядке невозможно.

И здесь мнение правоведов разделились на два лагеря. 

Так профессор Московского университета МВД Овсянников И.В. считает, что ч. 1 ст. 314 УПК РФ в части, в которой она требует дачи предварительного согласия государственным или частным обвинителем и потерпевшим, не только не отвечает порядку заявления обвиняемым соответствующего ходатайства, закрепленному ст. 315 УПК РФ, но и противоречит здравому смыслу.

Государственный или частный обвинитель и потерпевший, если последний участвует в уголовном процессе, вполне могут выразить свое отношение к поданному обвиняемым ходатайству уже после того, как таковое было заявлено. Считает, целесообразно исключить из ч. 1 ст. 314 УПК РФ указание на обязательное получение предварительного согласия государственного или частного обвинителя и потерпевшего для реализации права обвиняемого ходатайствовать о проведении судебного разбирательства в особом порядке.

Далее возникает вопрос: должен ли суд учитывать мнения государственного или частного обвинителя и потерпевшего (если последний участвует в уголовном судопроизводстве) при решении вопроса о проведении судебного разбирательства в особом порядке после того, как обвиняемый заявил соответствующее ходатайство, и если да, то каким образом позиции указанных лиц влияют на решение суда по заявленному ходатайству? 

Уголовно-процессуальный закон не обязывает государственного или частного обвинителя и потерпевшего выражать свое согласие или несогласие с какими-либо ходатайствами обвиняемого. Поэтому на практике нельзя исключить случаи, когда государственный, частный обвинитель или потерпевший на прямой вопрос суда об отношении к заявленному обвиняемым ходатайству не дадут никакого ответа. Указанная ситуация является проблемной.

Приговор в отношении М. и П. был отменен судебной коллегией областного суда, так как постановлен в нарушение ст. 314 УПК РФ. Потерпевший Б. не выразил в определенной и категоричной форме своего согласия на проведение судебного заседания по делу в особом порядке, оставив рассмотрение этого вопроса на усмотрение суда. Поскольку позиция потерпевшего по применению особого порядка выяснена не была, суд не мог принимать решение о проведении судебного заседания в особом порядке.

Если потерпевший участвует в судебном заседании, судья принял необходимые меры для выяснения его отношения к ходатайству подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, причем у потерпевшего была реальная возможность высказать свое мнение по данному поводу, в частности возразить против рассмотрения дела в особом порядке, однако он умышленно оставил разрешение данного вопроса на усмотрение суда, проведение судебного разбирательства в особом порядке не будет нарушать чьих-либо прав, а потому допускается.

В подобной ситуации значение имеет тот факт, что обвинитель (потерпевший) не возражает против заявленного обвиняемым ходатайства. 

По замыслу законодателя, судья должен вынести постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении уголовного дела к рассмотрению в общем порядке не при отсутствии явно выраженного согласия государственного или частного обвинителя, потерпевшего на постановление приговора в особом порядке, а при их возражении против этого (ч. 6 ст. 316 УПК РФ).

Правом выступать против ходатайства обвиняемого закон наделяет государственного или частного обвинителя и потерпевшего. При этом УПК РФ не обязывает указанных участников уголовного судопроизводства обосновывать или мотивировать свою позицию. Конечно, закон не запрещает судье предложить возражающему участнику пояснить, чем именно обусловлено его несогласие, но каких-либо правовых последствий это не повлечет. Наличие даже немотивированного возражения обвинителя или хотя бы одного из потерпевших не позволяет судье проводить судебное разбирательство в особом порядке. 

Другие специалисты, такие как Гричаниченко А.В., Жеребятьев И.В. предлагают предусмотреть в законе обязательное получение согласия потерпевшего, частного, государственного обвинителя на рассмотрение в особом порядке судебного разбирательства. Аргументируя свои доводы тем, что это необходимо, для защиты прав потерпевшего. 

Так, Гричаниченко А.В. утверждет, что согласно ст. 52 Конституции РФ, права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом; государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Кроме того, согласно Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 г., лица, которым в результате преступного деяния причинен вред, включая телесные повреждения, моральный вред или существенные ущемления их основных прав, должны иметь право на доступ к правосудию и на скорейшую компенсацию причиненного вреда. Государства — члены ООН, обязаны содействовать тому, чтобы судебные административные процедуры в большей степени отвечали интересам защиты жертв преступлений путем обеспечения им возможности изложения своей позиции и рассмотрения ее судом на всех этапах судебного разбирательства, когда затрагиваются их личные интересы. А ведь ограничение максимального срока наказания подсудимого в случае применения особого порядка судебного разбирательства напрямую затрагивает интересы потерпевшего.

Выяснение и учет мнения каждого из участвующих в рассмотрении дела потерпевших о проведении судебного разбирательства в особом порядке должно выступать в качестве общего правила. Отличительная черта особого порядка судебного разбирательства — это сокращенное судебное следствие, в ходе которого не действует такое условие судебного разбирательства, как непосредственность и устность: при особом порядке судебного разбирательства правило о том, что все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию, не применяется (ч. 1 ст. 240 УПК РФ). 

В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ дал разъяснения, что по смыслу норм главы 40 УПК РФ изъятия, установленные при особом порядке принятия судебного решения, позволяют суду не проводить в общем порядке исследование собранных по делу доказательств. 

Потерпевший не всегда разделяет убеждение следователя, прокурора и суда в том, что все существенные обстоятельства доказаны и что именно обвиняемый совершил преступление. Причины расхождения мнений данных участников могут быть различными. 

Потерпевший, который по окончании предварительного расследования изучил материалы уголовного дела, имеет представление о собранных доказательствах. Однако ознакомление лица с этими доказательствами не означает, что оно согласно с их относимостью, допустимостью, достоверностью, достаточностью, не говорит о достаточности собранных доказательств.

Потерпевший при наличии сомнений в отношении доказанности существенных обстоятельств уголовного дела может быть заинтересован в том, чтобы судебное следствие проводилось в полном объеме и в условиях непосредственности и устности судебного разбирательства, а также в личном участии в допросе обвиняемого, свидетелей, экспертов и других субъектов уголовного процесса в целях установления обстоятельств дела. В п. 14 ч. 2 ст. 42 УПК РФ закреплено право потерпевшего участвовать в судебном разбирательстве уголовного дела в суде первой инстанции, что предполагает, в частности, и участие в судебном следствии как этапе судебного разбирательства.

Согласно ч. 2 ст. 86 УПК РФ потерпевший может собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств. Согласно ст. 244 Кодекса он вправе в судебном заседании заявлять ходатайства (в том числе о вызове новых свидетелей, об истребовании документов или предметов, о приобщении к делу имеющихся в его распоряжении документов или предметов в качестве доказательств, о производстве судебных действий в целях получения конкретных доказательств), представлять доказательства, участвовать в их исследовании.

Наконец, согласно ч. 2 ст. 277 УПК РФ потерпевший с разрешения председательствующего может давать показания в любой момент судебного следствия, при этом ему разрешается прочтение имеющихся у него документов, относящихся к его показаниям, которые (документы) предъявляются суду и по определению или постановлению судьи могут быть приобщены к материалам уголовного дела (ч. 2 ст. 279 УПК РФ).

Поэтому проведение судебного разбирательства в особом порядке при возражении против этого хотя бы одного потерпевшего, намеревающегося активно участвовать в судебном следствии, непосредственно исследовать доказательства, может привести к нарушению ряда вышеуказанных прав потерпевшего, а потому не допускается.

Другое дело, что в законе можно было бы закрепить требование, согласно которому потерпевший, который возражает против разбирательства дела в особом порядке, должен изложить суду мотивы своих возражений. Когда позиция потерпевшего не обоснована или мотивирована не желанием активно участвовать в судебном следствии и непосредственно исследовать доказательства, а иными причинами, суд может провести судебное разбирательство в особом порядке независимо от мнения потерпевшего.

И еще один момент, по закону судья должен опросить подсудимого, заявлено ли им ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства добровольно и после консультации с защитником. К опросу потерпевшего подобных требований закон не предъявляет. Кодекс лишь предписывает судье при участии в судебном заседании потерпевшего выяснить у него отношение к ходатайству подсудимого.

Поэтому, предварительно следователь, а в ходе судебного заседания – судья, обязан разъяснить потерпевшему суть, содержание и специфику данного института, отсутствие непосредственного и устного исследования в ходе судебного следствия доказательств, собранных в досудебном производстве, а также невозможность обжалования приговора в апелляционном и кассационном порядке по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 379 УПК РФ. Кроме того, потерпевшему необходимо разъяснить его права и особенности их реализации при рассмотрении уголовного дела в общем порядке. Все эти действия подлежат отражению в протоколах следственных действий или протоколах судебного заседания, в зависимости на каком этапе будут разъяснять права потерпевшему. Все это будет являться гарантией того, что потерпевший осознанно сформирует свое мнение о целесообразности применения той или иной формы судебного разбирательства.



4.3 ВЫЯСНЕНИЕ МНЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНИТЕЛЯ ПО ВОПРОСУ ПРИМЕНЕНИЯ ОСОБОГО ПОРЯДКА



Процессуально никак не предусмотрено то, как следователь узнает мнение государственного обвинителя по вопросу применения особого порядка судебного разбирательства. 

Насколько вообще оправданно связывать право обвиняемого на заявление ходатайства о применении особого порядка судебного разбирательства предварительным согласим государственного обвинителя по данному вопросу? Да, необходимо знать мнение государственного обвинителя (так же как и мнение потерпевшего), так как закон ограничивает максимальный размер наказания в случае применения особого порядка судебного разбирательства. Но это мнение может быть выражено и после заявленного обвиняемым ходатайства о применении особого порядка, например, при направлении уголовного дела в суд. Поэтому необходимо дополнить в обязанность прокурора при направлении уголовного дела в суд выражать свое мнение о применении особого порядка судебного разбирательства (ст. 226 УПК РФ).

И еще остается открытым вопрос, следует ли учитывать мнение государственного обвинителя о проведении судебного разбирательства в особом порядке и обоснованность предоставления ему права наложения безмотивного вето на рассмотрение дела в особом порядке судебного разбирательства (ч. 4 ст. 314, ч. 6 ст. 316 УПК РФ). 

Овсянников И.В. считает, что у государственного обвинителя не должно быть права вето на рассмотрение дела в особом порядке. Целесообразно вопрос об оптимальной форме судебного разбирательства разрешать не представителю одной из сторон, а суду, у которого сохраняется возможность выбора с учетом мнений сторон. 

Ничем не мотивированное возражение государственного обвинителя против особого порядка судебного разбирательства не есть достаточное основание для отказа суда от экономии времени и сокращения процессуальных издержек, возможных при такой форме рассмотрения дела. Представляется, суд не должен в ущерб интересам сторон, суда и общества в целом принимать решение, опираясь на ничем не обоснованную позицию государственного обвинителя.

Как должен государственный обвинитель мотивировать свои возражения, чтобы суд к ним прислушался? 

Рыбалова К. А., предлагает оставлять на усмотрение государственного обвинителя возможность постановления приговора без проведения судебного разбирательства, если это преследует цель не допустить применения данного института по тем делам, к рассмотрению которых в особом порядке имеются препятствия правового либо этического характера. Эта цель может быть достигнута и в случае, если решение вопроса о наличии препятствий правового либо этического характера предоставить не государственному обвинителю, позиция которого не зависит от мнения суда, а суду, делающему вывод с учетом позиции государственного обвинителя и других заинтересованных участников уголовного судопроизводства. 

В общем случае государственный обвинитель, равно как и потерпевший, непосредственно не исследует доказательства в ходе предварительного расследования (не допрашивает обвиняемого, свидетелей и т. д.).

Кроме того, в качестве государственного обвинителя в процессе нередко участвует не тот прокурор, который утвердил обвинительное заключение или обвинительный акт в ходе досудебного производства. Поэтому не только потерпевший, но и государственный обвинитель может усомниться в выводах следователя о доказанности причастности обвиняемого к совершению преступления, его виновности и т. д., содержащихся в обвинительном заключении, и обосновать желание провести судебное следствие в полном объеме, тем, что ему необходимо в условиях непосредственности и устности тщательно исследовать все собранные по делу доказательства и убедиться, что они действительно подтверждают предъявленное подсудимому обвинение. 

Является ли мотивированными такое возражениями государственного обвинителя против особого порядка судебного разбирательства?

Ответ на данный вопрос содержится в тексте уголовно-процессуального закона: «Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа» (ч. 7 ст. 246 УПК РФ). Следовательно, при наличии у государственного обвинителя сомнений относительно доказанности обвинения он по закону должен не отдавать предпочтение тому или иному порядку судебного разбирательства, а отказаться от обвинения и изложить суду мотивы отказа. 

Вряд ли можно признать достаточным основанием для возражений против особого порядка судебного разбирательства нежелание государственного обвинителя или потерпевшего допустить снижение верхнего предела наказания, назначаемого подсудимому. По смыслу уголовно-процессуального закона снижение верхнего предела наказания следует рассматривать не как содержание особого порядка судебного разбирательства, а как следствие применения данного института. Если законодатель в данном случае полагает такое уменьшение наказания необходимым, то с этим должны считаться все участники уголовного судопроизводства, в том числе государственный обвинитель и потерпевший.

Право определять пределы возможного наказания за совершение преступных деяний должно принадлежать государству, а не тем или иным участникам уголовного судопроизводства. Данная ситуация сама по себе не нарушает права потерпевшего на судебную защиту.




ЗАКЛЮЧЕНИЕ



Подводя итог, необходимо еще раз подчеркнуть сложность и важность темы, вынесенной в заглавие данной курсовой работы. Особый порядок судебного разбирательства – это ускоренное и упрощенное судопроизводство при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, без исследования доказательств.

Основанием для применения особого порядка является ходатайство обвиняемого об этом и признание им вины в полном объеме, а также признание гражданского иска.

Условиями для согласия особого порядка являются: согласие государственного обвинителя и потерпевшего; обвинение в совершении преступления, максимальное наказание за которое не превышает 10 лет лишения свободы; осознанное отношение обвиняемого к характеру заявленного им ходатайства; добровольность заявления такого ходатайства; обоснованность предъявленного обвинения. 

В приговор не отражается анализ доказательства и их оценка. Приговор не может быть обжалован в части доказанности вины, в части назначенного наказания обвиняемый имеет право обжаловать приговор.

Из вышесказанного можно сделать вывод о том, что особый порядок значительно упрощает ведение судопроизводства.

Однако УПК предусматривает ряд ограничений для вынесения приговора без проведения судебного разбирательства в особом порядке. 

Хотелось бы отметить, что всего за годы применения особого порядка разбирательства достаточно сложно в полном объёме высветить всю суть проблемы применения его, в том числе из-за отсутствия сложившейся единообразной судебной практики. Вместе с тем хотелось бы сделать выводы по данной работе.

Во-первых, основной целью особого порядка судебного разбирательства является оптимизация уголовного судопроизводства и повышение его эффективности путём сокращения времени, сил и средств на расследование и рассмотрение уголовных дел, а также создание правового механизма разумного компромисса обвиняемого с органами уголовного преследования. 

Во-вторых, применение данной процедуры в каждом конкретном уголовном деле зависит от воли обвиняемого и усмотрения суда при наличии остальных необходимых оснований и условий, закреплённых нормами главы 40 УПК РФ. 

В-третьих, несмотря на всю схожесть с американской сделкой о признании вины, особый порядок судебного разбирательства имеет всё же с вышеприведённым институтом больше различий и является, по сути, новой формой соглашения с обвиняемым. 

В-четвёртых, в целях обеспечения прав обвиняемого в уголовном процессе имеет смысл установление дополнительного момента подачи заявления на постановление приговора в особом порядке в связи с полным признанием вины в ходе предварительного следствия, конкретно - при предъявлении обвинения. При таком подходе не возникнет проблем и с выяснением позиции потерпевшего. 

В-пятых, необходимо более четко регламентировать процесс выяснения мнения потерпевшего о согласии с ходатайством обвиняемого (подсудимого) о рассмотрении дела в особом порядке. 

В-шестых, при возникновении спора о гражданском иске - его размере, обосновании сумм и др. Разумнее прекращать производство в части исковых требований с разъяснением потерпевшему его права на последующее обращение с теми же требованиями в порядке гражданского судопроизводства. 

В-седьмых, определить более четко причины отказа государственного обвинителя от проведения судебного разбирательства в особом порядке. 

В общем и целом, за развитием и применением особого порядка судебного разбирательства видится большая перспектива, поскольку, во-первых, большинство уголовных дел подпадают под применение особого порядка, а кроме того, применение особого порядка ускорит рассмотрение уголовных дел в наиболее короткие сроки, учитывая позицию защиты, направленную не на опровержение виновности и квалификации содеянного, а на смягчение наказания. 

Однако, поскольку рассмотрение уголовных дел в порядке главы 40 УПК РФ в настоящее время несколько затруднено, хотелось бы, чтобы законодатель всё же более внимательно отнёсся к проработке норм, регламентирующих применение особого порядка судебного разбирательства, и устранил имеющиеся противоречия, которые пока устраняются путём проб и ошибок самими практиками. 




СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫЕ АКТЫ



	Европейская конвенция «О защите прав человека и основных свобод» (Заключена в г. Риме 04.11.1950) // Собрание законодательства РФ. – 2001. - № 2. 

	Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 г. – М.: ТК Велби. 2009. –32 С.

	Уголовный кодекс Российской федерации (по состоянию на 2009 год). – Новосибирск : Сиб. Унив., 2009. – 160 С.

	Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. – М.: ТК Велби. 2009. – 256 С.

	Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 278, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // Собрание законодательства РФ. - 2003. - № 51. - Ст. 5026.



НАУЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА



	Горшнева В. Н., Недбайло П. Е. Юридическая процессуальная форма: Теория и практика. — М., 1976. 239 С.

	Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. – М.: Юристъ, 2001. 491 С.

	Лебедева В.М. Научно-практический комментарий к УПК РФ. – М.: Спарк, 2002. – 1007 С.

	Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право РФ. Учебник.– М.: ПРОСПЕКТ, 2005 г. 760 С.

	Николайчик В.М. Уголовное правосудие в США. – М: Юристъ, 1995. 470 С.

	Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс. – СПб.: Питер, 2005. 691 С.

	Чельцов М. А. Уголовный процесс. — М.: Юриздат, 1998. С. 598

	Якимович Ю.К. Структура советского уголовного процесса: система стадий и система производств. Основные и дополнительные производства. Томск, изд-во ТГУ, 1991 189 С. 

	Якуб М. Л. Процессуальная форма в советском уголовном судопроизводстве. — М., 1981. 159 С.



ПЕРИОДИЧЕСКИЕ ИЗДАНИЯ



	Апостолова Н.Н. Совершенствование особого порядка судебного разбирательства // Северо-кавказский юридический вестник. - Ростов-на-Дону. 2004, № 1.

	Арсеньев В.Д., Метлин Н.Ф., Смирнов А.В. О дальнейшей дифференциации порядка производства по уголовным делам. // Правоведение, 1986, № I

	Быков В., Громов Н. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением. // Уголовное право. 2004, № 2.

	Граниченко А. Особый порядок судебного разбирательства нуждается в совершенстве// Уголовное право. 2004, № 3

	Коз Ц. О единстве и дифференциации судопроизводства. // Социалистическая законность. 1975, №31

	Кудрявцева Е.П., Науменко О.В., Разумов С.А. Судебная практика по уголовным делам. // АНО «Юридические программы», 2007

	Лазарева В. Легализация сделок о признании вины //Российская юстиция. 2005, № 5.

	Нажимов В.П. Использование учения об уголовно-процессуальных функциях для совершенствования расследования и рассмотрения уголовных дел. // Связь юридической науки с практикой. 1986, № 11 

	Осин В.В. «Что мешает применению в России особого порядка судебного разберательства.// Адвокат. 2006, № 7

	Петрухин И.В. Сделка о признании вины чужды российскому менталитету. // Российская юстиция. 2001, N 5.

	Рыбалов К.А. Разумный компромисс в уголовном процессе. // Домашний адвокат. 2005, № 2. 

	Рябина Т.К. Особый порядок судебного разбирательства как одна из сокращенных форм уголовного судопроизводства // Российский судья. 2004, № 4

	Статистическая отчетность, первое полугодие 2008 года. Прокуратура НСО. 

	Строгович М. О единой форме уголовного судопроизводства и пределах ее дифференциации. // Социалистическая законность, 1974, № 9

	Строгович М.О. Уголовно -процессуальная форма и обеспечение прав обвиняемого. // Социалистическая законность, 1979, № 6 

	Ултургашев Ю.С. о применении особого порядка уголовного судебного разбирательства. // Российский судья. 2004, № 7

	Цыганенко С.С. «Общий и дифференцированные порядки уголовного судопроизводства». Авторефират. – СПб, 2004 

	Шепель В.С. Особый порядок – для несложных случаев // ЭЖ-Юрист, 2007, № 3