Арсений Маркевич - организатор краеведческого движения в Крыму

2



Содержание



		Содержание	1

		Введение	2

		Глава 1. Арсений Иванович Маркевич - организатор краеведческого движения в Крыму	5

		1.1. Период становления А.Маркевича	5

		1.2. Трудовая жизнь Арсения Ивановича	12

		Выводы по первой главе	20

		Глава 2 Характеристика работ А.И.Маркевича посвященных историческому прошлому Тавриды (Крыма)	21

		1.1. Памятники древности Крыма, их изучение и судьбы	21

		1.2. Таврическая губерния во времена Крымской войны	33

		1.3. Краткий исторический очерк возникновения Таврического университета	41

		Выводы по второй главе	47

		Глава 3. Анализ научных работ А.И. Маркевича относящихся к отдельным персоналиям проживавших и посещавших Тавриду (Крым)	48

		Заключение	57

		Список литературы	59

		Приложение 1	61

		Приложение 2	62

	

Введение



Историко-краеведческое изучение Крыма в последней четверти XIX-первой трети XX столетия неразрывно связано с именем замечательного деятеля отечественной исторической науки, основателя краеведческого движения в Таврической губернии, организатора архивного дела в Крыму Арсения Маркевича (1855-1942). 

Арсений Иванович Маркевич - видный крымский историк, один из основателей Таврической ученой архивной комиссии. Был сначала правителем дел, а затем председателем ТУАК. Маркевич способствовал созданию Крымского центрального архива, Симферопольского художественного музея, Центрального музея Тавриды, Таврического университета. В 1927 году был избран членом-корреспондентом АН СССР. В 1937 году Арсений Иванович подвергся травле, его труды были названы контрреволюционными. Умер в блокадном Ленинграде. Как редкий энтузиаст культуры и просвещения Арсений Иванович Маркевич отдал всю жизнь подлинного труженика делу народного просвещения и науке в роли организатора и исследователя. Перу его принадлежит ряд ценных оригинальных трудов исторического характера, имеющих крупный научный интерес в историографии. Жизненный путь краеведа - яркий пример для подражания нынешнему поколению исследователей.

Таким образом, актуальность данной темы обусловлена, во-первых, важностью изучения истории Крыма в трудах А.И.Маркевича, так как некоторые материалы, относящиеся к истории Крыма, практически полностью утеряны, и только благодаря трудам Арсения Ивановича, мы можем восстановить утерянные сведения. Во-вторых, отсутствием систематизированных сведений по данной теме, в-третьих, актуальность данной темы обусловлена научной значимостью проблемы. 

Целью данной работы является частное исследование научных трудов А.И.Маркевича, относящихся к истории Крыма. 

Для достижения поставленной цели автор ставит следующие задачи:

1. Охарактеризовать работу А.И.Маркевича "Памятники древности Крыма, их изучение и судьбы"

2. Дать анализ работе А.И.Маркевича "Таврическая губерния, во время Крымской войны".

3. Дать краткий анализ и характеристику труда А.И.Маркевича "Краткий исторический очерк возникновения Таврического университета"

4. Дать характеристику статьям А.И.Маркевича, посвященным жизни и деятельности Андрея Яловича Фабра в Кыму и Александра Степановича Таранов-Велозерова.

5. Проанализировать работу Маркевича "Пушкин в Крыму"

6. Изучить особенности пребывания Декабристов в Крыму в трудах А.И.Маркевича

7. Дать характеристику научным материалам А.И.Маркевича о митингах в Крыму в начале прошлого столетия.

Методологической основой бакалаврской работы является анализ опубликованных статей, по поднимаемым в работе проблемам, и синтез научного изученного материала. Так же, используется описательный метод, и метод текстологического анализа, позволяющего описывать и приводить более точные исследования относительно изучаемого материала.

Источниковой базой послужили прежде всего архивные документы. В ходе работы над исследованием документов, автору удалось познакомится и активно использовать материалы Государственного Архива Автономной Республики Крым. В работе автор проанализировал архивные документы, которые дают подтверждение общеизвестным фактам.

Важными источниками исследования являются непосредственно сами работы А.И.Маркевича, которые изложены в его же публикациях. Важнейшими источниками являются такие публикации как: А.И.Маркевич "Краткий очерк возникновения Таврического университета", А.И.Маркевич "А.С.Пушкин в Крыму" и "Крым, в произведениях А.С.Пушкина", Маркевич А.И. "К биографии де Лашот Валуа".

Важные сведения по теме данного исследования содержатся в работе доктора исторических наук, профессора Андрея Анатольевича Непомнящего "Арсений Маркевич: Страницы истории крымского краеведения"[]. В этой монографии впервые создан жизненный и творческий путь крупнейшего крымского краеведа конца XIX – первой половины XX вв. – А.И.Маркевича (1855-1942). В ней на основе обширного корпуса эпистолярных источников восстановлены его научные связи с крупнейшими отечественными историками из академических центров. На фоне богатой различными фактами биографии ученого раскрыты сложные социально-политические процессы первой трети XX века. Монография предназначена для историков, библиографов, студентов университетов, всех, кто интересуется историей Крыма.

Глава 1. Арсений Иванович Маркевич - организатор краеведческого движения в Крыму



1.1. Период становления А.Маркевича



В один из дней обороны Севастополя 30 (!), 31 (!)[] марта (по ст. стилю) 1855 года, в семье русского священника Ивана Маркевича родился мальчик, которому судьба уготовила блестящий, полный поисков и открытий, долгий жизненный путь.[] Очень скромный, трудовой быт его семьи был полон умственных, интеллектуальных интересов, которые были присущи его родне и по отцу, и по матери, урожденной Серно-Соловьевич, дочери протоиерея, настоятеля собора в Бресте. Его дед по отцу был магистром богословия Виленского университета, однокурсником митрополита Иосифа Семашко, один из родственников по матери был профессором университета, другой - видным деятелем по народному образованию в Таврической губернии. Приход отца состоял из мещан - семей древне православных, не переходивших в унию (перешедшие были уже католиками): Пашкевичей, Хавриевичей, Черетовичей, Лопушинских, Зубилевичей, Легоровичей и др., крестьян нескольких деревень, расположенных близ Бреста: Березовки, Колзовичей, Плоской, Дубровки, Гузней, Речицы, Шпановичей и Тришина и в течение многих лет - гарнизона Брестской крепости, до сооружения в ней в начале 70-х годов соборной церкви.

Обучался он сначала в уездном училище и прогимназии, а старшие классы гимназии прошел в ближайшей к Бресту гимназии в г. Бела, Седлецкой губернии, учащиеся которой состояли главным образом из детей крестьян Подляшья и Холмщины, тогда еще униатов, и украинцев Гродненской губернии. Преподаватели Вельской гимназии были почти все украинцы - киевляне, воспитанники Киевской духовной академии, а директор Е.М. Крыжановский и инспектор П.Г. Рублевский были в ней бакалаврами. Высшее образование он получил в молодом тогда (1872-6) Варшавском университете, на историко-филологическом факультете, по славянорусскому отделению. Его обучали: Н.Я. Аристов, М.А. Колосов, А.И. Никитинский, И.В. Цветаева, В.В. Макушев, В.А. Яковлев, А.И. Павинский, М.М. Троицкий, Г.Е. Струв, - все они были видные ученые. Бывший в то время профессором Варшавского университета Д.Я. Самоквасов устроил при университете археологический музей из своих раскопок, а доцент Ф.И. Иезбера - славянский этнографический музей. Оба они укрепили Маркевиче интерес к памятникам древности и старины. Его сильно увлекали славянство и славистика, и равно русская литература и история. 

Уже в стенах университета проявились научно-исследовательские и литературные способности молодого ученого. В университетском издании в 1876 г. появилась публикация его дипломной работы "Юрий Крижанич и его литературная деятельность"[], которая в этом же году была напечатана в типографии Варшавского учебного округа отдельной книгой. Этот труд стал первой в славяноведческой литературе монографией о Ю. Крижаниче, в которой были использованы все опубликованные до того времени данные о жизни и деятельности ученого. Хотя работа и носила компилятивный характер, она встретила позитивный отклик критики, принесла молодому автору признание в научном мире[]. Работавшие в то время в университете профессор Д. Я. Самоквасов и доцент Ф. И. Иезбера развили и укрепили в А. И. Маркевиче интерес к истории, памятникам древности и старины. По окончании курса в университете в 1876 г. он получил место преподавателя русского языка, словесности и истории в Холмском Мариинском училище, где прослужил три года сейчас же после пресловутого обращения холмских и подляшских униатов при участии галичан в православие. Служба здесь имела для него интерес, главным образом, в том отношении, что дала возможность хорошо познакомиться с бытом и идеологией населения, русского и он его горячо полюбил. 

В 1879 году перешел на службу в Шавельскую мужскую гимназию, Виленского учебного округа, в которой прослужил четыре года. Работа здесь была тяжелая, так как учащиеся состояли, главным образом, из жмудинов, плохо знавших русский язык, но труды мои были успешны, и в последний год моей службы в Шавлях сочинения абитуриентов этой гимназии на экзамене зрелости были признаны лучшими во всем учебном округе. Изучал литовский и жмудский языки и написал статью об игумене Брестском Афанасии Филиповиче. Но здоровье его на Жмуди стало сильно плошать, и он с радостью ухватился за предложение попечителя Одесского учебного округа П.А.Лавровского, знавшего его еще по Варшавскому университету, где он был ректором, перейти на службу к нему, именно преподавателем Симферопольской гимназии. 

В 1883 г. Маркевич переехал в Симферополь. Крым пленил его не только природой и возродившим меня климатом, но еще в большей степени своей историей и древностями. Он стал усердно изучать их и литературу о Крыме. Важной вехой в его исторических познаниях стало путешествие летом 1884г. в Константинополь, Грецию, Египет, Палестину и Малую Азию, способствовавшие прояснению многих моментов исторического прошлого Крыма. Почему-то все, кто пишет о нем, помещают одну и ту же фотографию: старик с длинной седой бородой. (см. Приложение 1.) Может быть, просто не сохранилось других снимков - молодого, полного сил, каким прибыл он в Симферополь, чтобы навсегда остаться здесь. Или других - уже известного ученого, которому много раз предлагали лучшее место с лучшим жалованием, а он наотрез отказывался "улучшить свое положение" потому, что это означало расставание с городом и любимым делом. Давайте просто представим солнечный день и мужчину лет тридцати, пробирающегося к Петровской (или, как ее еще тогда называли, Собачьей) балке. Этого места избегали все, кто жил в "приличной" части города. Собачья балка начала застраиваться в 80-х годах позапрошлого века, селились там русские и цыгане - бедняки из бедняков. Но этот человек чужим себя здесь не чувствовал. "Благодетель" - вот как называли его обитатели балки. Ученый-историк Арсений Маркевич продолжал начатое его коллегами дело: навещал людей, ютящихся в пещерах - бывших склепах, где хоронили обитателей древнего города Неаполя Скифского, и просил обращать внимание на любые древние вещи, попадающиеся им. Платил за них Арсений Иванович щедро, часто из своего кармана, и за два года из добытых "неапольскими троглодитами" (так в шутку называли их ученые) вещей образовалась солидная музейная коллекция. Самое интересное, что о своей роли в ее появлении Маркевич не считал нужным упоминать, зато в научном труде перечислял фамилии: Цыганков, Пашковский, Турчанинов. Это не коллеги-археологи, а неграмотные, презираемые "чистой публикой" обитатели Собачьей балки, которых Арсению Ивановичу удалось увлечь своей страстью к сохранению древностей.

В 1886 году начала создаваться Таврическая ученая архивная комиссия (ТУАК), и Маркевич сразу стал самым активным ее членом, а впоследствии возглавлял комиссию много лет. Арсений Иванович исследовал скифские города и тайные ходы Бахчисарайского дворца, искал древние рукописи и выезжал в разные уголки полуострова, чтобы воспрепятствовать незаконным раскопкам или уничтожению плит древнего кладбища. Он писал о Крымской войне - и полулегендарных обитателях полуострова вроде балаклавских амазонок или разбойнике Алиме, об истории землетрясений на полуострове - и о средневековых властителях Старого Крыма. Только список его работ может занять всю газетную полосу. Это все писал не только понимающий, но, поверьте, счастливый и увлеченный человек. 

Отношения с советской властью у Арсения Ивановича были сложными. Он, действительный статский советник, "его превосходительство", восторженно приветствовал Февральскую революцию и, как большинство интеллигентов, был уверен, что страну ждет небывало светлое будущее. А потом был октябрьский переворот. И очередное заседание комиссии, где Маркевич с недоумением и горечью говорил об убийстве члена ТУАК Федора Лашковского и его жены. В их имение Мамак ворвались "революционно настроенные массы", не пощадившие "буржуев". А потом будет 1918 год, и речь Маркевича о "скончавшемся от предательской воли и злодейских рук бывшего императора России". С императором Арсений Иванович встречался дважды. Николай II даже показывал ему отдельный книжный шкаф в кабинете Ливадийского дворца, заполненный выпусками "Известий ТУАК". Но за все время существования ТУАК никогда так часто не собирались ее члены, как с 1917 по 1921 годы. Казалось, мир рушился - на улицах убивали, кусок хлеба был драгоценностью, а в холодном здании музея с протекающей крышей собиралась горстка людей, и председатель Арсений Маркевич возвещал об открытии очередного заседания комиссии. И они говорили о находках времен каменного века, "о пребывании в Крыму анатолийских мулл с чудесной водой против чумы", об исследованиях Херсонеса, о Пушкине… Настоящее оставалось за стенами музея, а они жили прошлым. Революция отняла у Арсения Маркевича друзей и коллег, умерших от голода и болезней. Крымскую интеллигенцию потрясли зверское убийство директора Керченского музея Владислава Шкорпила и расстрел большевиками ученого Александра Стевена. До того года, как будет написана автобиография Маркевича, он останется единственным живым членом ТУАК.

Арсений Маркевич покинул Крым в 30-х годах. Он тяжело болел и все-таки не прекращал работать над рукописью "Топонимика Крыма". А когда силы оставили его - привел в порядок и передал ленинградской Академии истории и материальной культуры свою картотеку в 21 тыс. карточек. В мае 1941 г. секретарь академии получил от него еще несколько карточек. А 86-летнему Арсению Маркевичу оставалось еще несколько месяцев жизни - страшных, мучительных и голодных месяцев блокады Ленинграда. Пожалуй, самая особая, яркая страница в жизни Маркевича - работа в Таврической ученой архивной комиссии. Большая часть воспоминаний и монографий о нем акцентирует внимание именно на деятельности в ТУАК. Как писала дочь Екатерина Кошлякова, - в 1887 году два события в жизни Арсения Ивановича способствовали его окончательному решению навсегда остаться в Крыму: открытие в Симферополе Таврической ученой архивной комиссии и женитьба на Анне Плешаковой, которая в те годы работала в Симферопольской воскресной школе для рабочих. 

Анна Николаевна выросла в среде, находившейся под большим влиянием известной участницы "Народной воли" Софьи Перовской (которая в середине 70-х годов работала у доктора Плешакова в губернской земской больнице в качестве фельдшерицы), всю свою жизнь придерживалась передовых взглядов. В те годы, как пишут историки, архивы Таврической губернии были еще сравнительно "молоды" и охватывали период истории с 1783 по 1887 год. Хотя самих архивов было великое множество: в гимназиях, разных обществах, монастырях, церквях, - мало кто по-настоящему заботился о сохранении "свидетелей прошлого", поэтому к концу XIX века многие ценные документы и материалы были безвозвратно утрачены. 

Не лучше обстояло дело и с памятниками истории: многие из них находились на территории частных владений и использовались хозяевами "по своему усмотрению". Несмотря на столь существенные проблемы в сборе и сохранении уникальных материалов и документов, на равнодушие местных властей, Таврическая комиссия заняла одно из первых, а затем и первое место среди архивных комиссий России (за три года до этого они были созданы в Орловской, Рязанской, Тверской и ряде других губерний страны). К слову, к 1917 году в России уже действовали 39 губернских и две областные ученые архивные комиссии. Залог успеха работы ТУАК - в удачном выборе ее первого председателя (им стал Александр Стевен) и самоотверженной подвижнической деятельности Арсения Маркевича. По воспоминаниям современников, Арсению Ивановичу, сначала члену комиссии, потом - правителю дел и, наконец, ее председателю - удалось сделать столь много, что "кажется неправдоподобным, как такое под силу одному человеку". Кроме архивной работы, учета и охраны памятников, ТУАК выполняла еще ряд важных функций: издавала свои "Известия", вела широкий книгообмен, создала библиотеку. И здесь Маркевич опять был незаменим: он редактирует "Известия" (с одиннадцатого номера) и много печатается в них. Более 45 работ написано им для "Известий", которые, кстати, и поныне - неисчерпаемый кладезь для краеведов и археологов, изучающих Крым. 

В 1912 году в одно из посещений Крыма Николай II встретился в Симферополе с депутацией Таврического дворянства. Николай поблагодарил, принял книги, отметив при этом, как сказали бы сейчас, большой вклад комиссии в дело изучения истории края. Далее Маркевич вспоминает, что император спросил его о том, сколько времени тот лично работает в комиссии, и сколько рассмотрел архивных дел. Выслушав ответы, снова протянул руку и сказал, что ценит и благодарит. Огромная, поистине титаническая деятельность А. Маркевича на благо Крыма не ограничивалась работой в ТУАК: он - автор трудов по истории виноградарства и виноделия, развития учебных заведений в Симферополе, русского судоходства в Черном море и многих, многих других. Массу сил отдавал краевед, историк, архивист вопросу создания в Крыму высшего учебного заведения. Когда в Симферополе открылся Таврический университет, Арсений Иванович преподавал в нем и передал вузу свою библиотеку. 



1.2. Трудовая жизнь Арсения Ивановича



В России по призыву известного общественного деятеля, историка Н.В. Калачова (1819-1885) развернулось движение по созданию исторических обществ для разработок, широкого ознакомления и сохранения исторических документов. Было предложено создавать на местах исторические общества с возложением на них заданий по сохранению документальных материалов и созданию из них архивов[]. В 1884 г. в Российской империи появились первые ученые архивные комиссии. Не остались в стороне и крымские краеведы. Они сразу же начали работу по созданию у себя такого же научного общества. Седьмой из 39 существовавших в дореволюционной России губернских ученых архивных комиссий стала Таврическая, созданная 24 января 1887 года. 

Первым председателем Таврической ученой архивной комиссии (ТУАК) стал известный общественный деятель Крыма, председатель губернской земской управы, историк-краевед Александр Христианович Стевен (1844-1910), который пребывал на этом посту до 1895 г. В 1895 г. исполняющим обязанности председателя был А. И. Маркевич, в 1896 г. В.В. Олив, с 1897 по 1908 гг. А.Н. Ильин, а с 1908 г. бессменным председателем ТУАК оставался Арсений Иванович Маркевич. 

Одной из первых задач комиссии было неотложное обследование архивов с минимальной гарантией сохранности, т.е. предполагалось оставить только важнейшее. Для сохранения в историческом архиве ТУАК следовало оставлять "столбцы и бумаги... интересные в научном отношении."[]. Для организации этой работы много сделал Арсений Иванович. Ему принадлежит обобщающее исследование по истории крымских архивов до начала деятельности ТУАК: "К истории крымских архивов"[] - своеобразная программа действий для крымских краеведов. В этой статье ученый определил, какие именно архивные хранилища наиболее безнадежно пострадали в ходе Крымской войны: при взятии неприятелем г. Евпатории архивы окружного суда, полицейской управы, предводителя дворянства. Был уничтожен архив Балаклавского греческого батальона, в мае 1855г. погибли дела Керчь-Еникольского градоначальства, а 27 августа 1855 г. весь архив севастопольского военного губернатора. В заключение А.И. Маркевич аргументировал необходимость образования в Симферополе центрального губернского архива, наметил конкретные шаги по изучению наиболее интересных фондов[]. 

Членами Комиссии, возглавляемымой А.И. Маркевичем, были разработаны и заполнены специальные опросные листы, где описывалось состояние всех архивов губернии. Они включали следующие вопросы: какого ведомства архив, его название, выведены ли под него отдельные строения, сколько истрачено на содержание архива, какие там сохраняются дела, есть ли на них описи, не сохраняются ли дела частных фондов, предлагаемые приемы улучшения работы архивов. 

В 1890 году Комиссией было рассмотрено 5640 дел объединенного архива судебных мест Таврической губернии. Из них на сохранение в исторический архив было отобрано только 56 дел. Особенно большую работу в архивах наряду с А. И. Маркевичем проводили А.О. Кошпар, А.И. Синицкий, Ф.Ф. Лашков, Х.А. Монастирлы, И.С. Знаменский[]. 

Существуют различные данные об итогах работы членов Таврической ученой архивной комиссии по разработке архивных дел и созданию архива[]. Нам более достоверной представляется цифра, приведенная А.И.Маркевичем в очерке о 35-летнем юбилее Koмиссии; где приведено количество 152144 архивных дела[]. Это дело архива Таврического губернского правления, разных архивов ликвидированных судебных учреждений, архивов старокрымской городской ратуши (1804-1871гг.), Феодосийской мещанской управы, архивов Бердянского, Перекопского, Симферопольского, Феодосийского, Ялтинского уездных и Бердянского, Симферопольского городских полицейских управлений. По описям были рассмотрены десятки тысяч дел Бессарабской, Екатеринославской, Кутаисской, Таврической, Ставропольской казенных палат и подведомственных им казначейств, описи дел приставов г. Симферополя, дел Керченского отдела 5-го округа, корпуса пограничной охраны, штаба Измаильской бригады. Были также разобраны дела Бердянской и Керченской таможен, канцелярии 4-го округа Таврического акцизного управления за 1884-1900 гг. 

Период с конца 1880 по 1920г.г. был наиплодотворнейшим в жизни АИ. Маркевича. Ученый вспоминал позже: "Все свободное время я посвящал науке и крымоведению. Важными моментами в моей жизни в то время было научное сотрудничество с Археологической комиссией, Московским археологическим обществом, Одесским обществом истории и древностей". Архивные исследования стали основой для многих публикаций краеведа. Так на страницах "Известий Таврической ученой архивной комиссии" А.И.Маркевич опубликовал "Материалы архива канцелярии Таврического гу-бернатора, относящиеся к путешествию Екатерины II в Крым в 1787 году" (1891.-N11). "К истории Екатерининских миль в Крыму" (1891.-N13), "К истории ханского Бахчисарайского дворца" (1895.- N23). "Ордер князя Зубова 1895 г. по поводу просьбы наследников преосвященного Дорофея, епископа Феодосийского и Мариупольского" (1896.-N25), "Таврическая губерния во время Крымской войны. По архивным материалам" (1905.-N37), "Освобождение крестьян Таврической губернии (по архивным материалам)" (1912.-N47), "К столетию Отечественной войны. Таврическая губерния в связи с эпохой 1806-1814 годов. Исторический очерк. По архивным материалам" (1913.- N49), "Неизданные письма и прошения графа H.C. Мордвинова" (1914.-N 51), "Дело о похищении губернаторской дочки" (1919.- N 56) и другие. 

Общественное признание пришло к ученому еще в начале нашего столетия. В 1901 г. в Симферополе широко отмечался 25-летний юбилей его служебной и педагогической деятельности. Об этом подробно писали местные газеты. Арсений Иванович уже тогда завоевал авторитет как "блестящий лектор, выдающийся, редкостный знаток своего дела, который умеет мастерски преподать знания ученикам, ставит исполнение обязанностей превыше всего, совсем не волнуясь о приобретении дешевой популярности.". Скромный, серьезный, вдумчивый человек, А. И. Маркевич, по воспоминаниям современников, на любой вопрос касательно Крыма давал "исчерпывающий и всегда высоко компетентный ответ."[]. Это было возможно потому, что Арсений Иванович постоянно следил за всей литературой о Крыме, долгие годы работал над составлением библиографического указателя. В 1894,1898 и 1902гг. выходят в свет три выпуска универсального указателя печатных материалов о Крыме - "ТAURICA"[], который и на сегодняшний день является единственным универсальным библиографическим указателем литературы о Крыме. Не случайно это издание было названо академиком Б.Д. Грековым настольной книгой каждого исследователя Крыма. Вся приведенная в указателе литература о Крыме разделена по отделам, которые охватывают все стороны минувшего и современного краеведу состояния полуострова. В конце каждого из них есть списки зарубежных изданий, указаны некоторые из имевшихся рецензий. Всего в указателе 10811 названий без учета рецензий. 

Современники отмечали то, что по полноте и систематизации собранных библиографических единиц, подобного указателя в Крыму еще не было[]. За создание указателя министр народного образования России выразил А.И. Маркевичу "сердечную благодарность."[]. Вместе с тем нужно признать, что указатель А.И. Маркевича хотя и содержит данные о значительной части историко-краеведческой и другой литературы о Крыме, все-таки не охватывает ее полностью. Учтены публикации не всех газет, упущена часть книжных изданий тех лет. Однако следует иметь в виду, что исследователь и далее продолжал работать над дополнением своей картотеки по крымоведению. Картотека эта сохранилась[].Она охватывает публикации о Крыме до середины 1930-х гг. Полного издания библиографического собрания Маркевича так и не было осуществлено. 

Многочисленные публикации краеведа касались разных эпизодов крымской истории, были посвящены памяти коллег, которые работали в ученой архивной комиссии, выдающимся гражданским деятелям Крыма - А.Л. Бертье-Делагарду, архиепископу Иннокентию, Л.П. Колли, Ю.А. Кулаковскому, Ф.Ф. Лашкову, Алексею Ивановичу Маркевичу, Е.Л. Маркову, Н.В. Плешкову, А.Я. Фабру, Х.П. Ящуржинскому и др. Предметом особого интереса краеведа была тема "Крым в российской поэзии". А. И. Маркевич собрал интересные данные о пребывании на полуострове А.С.Пушкина, Н.В. Гоголя, В.А. Жуковского[].[] []

А. И. Маркевича справедливо признавали наиболее знающим краеведом Крыма, он пользовался заслуженным авторитетом коллег в Крыму и за его пределами. Арсений Иванович поддерживал переписку с такими известными фигурами отечественной исторической науки как Д.В. Айналов, В.В. Бартольд, А.Г. Горнфельд, Н.С. Державин, М.В. Довнар-Запольский, Ю.А. Кулаковский, В.В. Латышев, И.А. Линниченко, Алексей И. Маркевич, С.Ф. Ольденбург, М.И.Ростовцев, А.М Самойлович, В.Д. Смирнов, Ф.И. Успенский, С.М.Шубинский. 

Данные письма служат интересными источниками по биографии краеведа. Они содержат большое количество информации об условиях жизни А.И. Маркевича в разные годы, его научных интересах. Письма помогают представить ту грандиозную организационную работу по исследованию Крыма, которую проводил Арсений Иванович, как председатель крымского краеведческого общества. 

Столь интенсивная научная работа не могла не отразиться здоровье ученого. В 1907 г. из-за переутомления у А. И. Маркевича произошло кровоизлияние в глаз, он потерял 40% зрения. Вот почему со 2 июня 1907 г. он уходит в отставку с работы в гимназии в связи с выслугой лет[]. Это официальная версия формулярного списка. Архивные поиски, проведенные нами, дополняют ее данными о большом конфликте, который разгорелся в стенах Симферопольской гимназии, когда Арсений Иванович смело выступил против администрации в защиту передовых педагогов[]. Отставка авторитетного краеведа была выгодна тогдашним руководителям гимназии. 

Неуважение местных чиновников резко контрастировало с признанием научных заслуг историка во всей стране. Его избирают действительным членом почти всех действующих в России губернских ученых комиссий. Сам же он в 1907г. был избран и утвержден членом таврического попечительства детских приютов, а с 13 июня 1911г. и до 1918г. работал директором симферопольского детского приюта им.графа Адлерберга, отдавал этому много времени и энергии. 

Выводы по первой главе



Арсений Иванович Маркевич видный крымский историк, один из основателей Таврической ученой архивной комиссии сначала был правителем дел, а затем председателем ТУАК. Маркевич способствовал созданию Крымского центрального архива, Симферопольского художественного музея, Центрального музея Тавриды, Таврического университета. В 1927 году был избран членом-корреспондентом АН СССР. В 1937 году Арсений Иванович подвергся травле, его труды были названы контрреволюционными. Автор более ста печатных работ по истории Крыма, в том числе таких монографий, как "Таврическая губерния во время Крымской войны", "Симферополь, его древности, старина и недавнее прошлое", "Движение населения в Крыму и переселение крымских татар в Турцию" и других. Без его библиографического труда "Taurica. Опыт указателя сочинений, касающихся Крыма и Таврической губернии вообще" не обходится ни один крымовед. Почти на каждом заседании ТУАК слушали сообщения А.Маркевича по вопросам этнографии, архивоведения, топонимики, охраны памятников Крыма. 

Профессиональный педагог, прекрасный исследователь, Маркевич стал известным знатоком Крыма. Его эрудиция, а также необыкновенная скромность поражали современников. Серьезная и вдумчивая фигура Арсения Ивановича притягивала к себе. Он умел сочувственно слушать как ученые доклады, так и простую беседу, и на любой вопрос дать точный и высококомпетентный ответ.

Глава 2 Характеристика работ А.И.Маркевича посвященных историческому прошлому Тавриды (Крыма)



1.1. Памятники древности Крыма, их изучение и судьбы



Неоценимую научную ценность имеет помещенное в издании[] приложение "Неизвестный А.И. Маркевич", в котором впервые представлена рукопись обстоятельного до сих пор неизвестного труда Арсения Ивановича "Судьбы памятников древности в Тавриде", опубликованы его работы из некоторых малоизвестных изданий, ставших сегодня библиографической редкостью. На Тавриду давно уже установился взгляд, как на "музей древности", состоящий из разнообразных предметов, оставленных многочисленными народами, населявшими ее в течение многовековой ее истории. Но эта частая смена народностей, большею частью варварских, диких, малокультурных, имела последствием то, что памятники более цивилизованных народов гибли, разрушались, и "Таврический музей древностей" представлял всегда собрание развалин или только жалких остатков памятников древности разных эпох и культур. Никогда этот музей не был тщательно, во всем объеме изучен, никогда он не был подробно и точно описан. Начало этому исследованию и описанию было положено только со времени присоединения Крыма к России, оно ведется до настоящего времени, но еще далеко не закончено. 

Историко-Археологическая литература о Тавриде доказывает вполне, что памятники прошлого этой страны дошли до нас только в жалких остатках. Историческое прошлое Крыма и вещественные памятники его многовековой культурной жизни стали интересовать русских людей с тех самых пор, как водворилось на этой окраине русское господство. Уже князь Потемкин отдавал приказы разыскивать монеты и медали, снимать рисунки с древних надписей и сообщать разные материалы итальянцу Одерико, который был занят тогда большим трудом по истории генуэзских колоний в Крыму. 

Тот же Потемкин послал в 1783 году подполковника Бальдани для проверки известий нашей летописи и снятия плана с городища Херсона; он же направил в Крым для ученых исследований и снабдил его средствами для производства съемок. Когда императрица Екатерин Великая совершала в 1787 году свое путешествие для ознакомления с вновь приобретенной территорией, в Николаев была доставлена найденная в Тамани мраморная плита с надписью князя Глеба от 1068 года. Императрица повелела отвезти ее назад и хранить на том месте, где она была найдена. (Впоследствии ее перевезли в Петербург, и в настоящее время она хранится в Эрмитаже). В свите императрицы состоял художник Иванов, составивший несколько альбомов акварельных рисунков с разных городов и местностей, посещенных Екатериною по пути на юг и в Крыму. По вызову правительства совершил в 1794 году свое путешествие в Крым и на Таманский полуостров академик Паллас, составивший ученое описание края, в котором уделено серьезное внимание его древностям. Около того же времени граф Ив. Потоцкий, человек широкого образования, близко и непосредственно знакомый с древностями Италии, предпринял путешествие по южнорусским степям до Кавказа и принялся за ученые изыскания о древних судьбах края.

В 1797-98 году путешествовал по Крыму русский инженер Ваксель, собирал монеты, надписи и древности, которые затем издал под заглавием: "Изображения разных памятников древности, найденных на берегах Черного моря, снятые с подлинников в 1797 и 1798 годах" (Петербург, 1801). Ученый митрополит римско-католический церквей в России Сестренцевич-Богуш принялся за составление цельного очерка исторических судеб Крыма с древнейших времен до присоединения его к России и в 1800 году издал свой труд, составленный на французском языке, под заглавием: Histore de la Tauride. В 1806 году это сочинение появилось в русском переводе с посвящением императору Александру I. 

Развалины древних городов и зданий, монеты, надписи и вещественные находки привлекали внимание образованных людей, попадавших в Крым на службу. Таков был Сумароков, объехавший в 1299 году много интересных в археологическом отношении местностей и оставивший свидетельство своего интереса к ним в сочинении: "Досуги крымского судьи" (Москва 1800 и Петербург. 1803-5). В 1805 году было издано Высочайшее повеление об ограждении от разрушения и расхищения памятников древностей в Крыму, и дюк де-Ришелье, тогдашний Херсонский военный губернатор, предписал своим подчиненным "иметь наблюдение, чтобы частными лицами, по Крыму путешествующими, не было собираемо древних редкостей". Повеление Александра I, очевидно, стояло в связи с выступлением на поприще крымской археологии Келера. Этот ученый занимал должность библиотекаря Эрмитажа и хранителя Императорского кабинета гемм и медалей. В 1804 году он представил в Академию Наук свою ученую работу: Lettres sur plusieurs medailles de la Sarmatie d’Europe et de la Chersonese Tauriquue . император Александр I предоставил ему средства для ученого путешествия в Крым, и с тех пор до самой смерти (1838 г.) Келер работал в области изучения крымских древностей. В 1830 году министр народного просвещения князь Голицын, по инициативе графа Капниста, передавшего ему свои впечатления от путешествия по Крыму, вступил в сношения с Академией Наук о командировке Келера с целью принятия на месте мер к сохранению и поддержанию уцелевших памятников древности. Инструкция, выработанная тогда Академией для ее сочлена Келера, заключает в себе перечисление известных тогда древних сооружений и памятников, нуждавшихся в охране и поддержке. Но поездка не осуществилась, и отпущенные на нее средства нашли себе впоследствии другое назначение.

Первый музей древностей черноморского побережья возник в 1806 г. в Николаеве при тамошней штурманской роте, а в 1811 году был основан музей в Феодосии по инициативе тогдашнего местного градоначальника Броневского. Предметы Николаевского музея поступили впоследствии в Одесский музей, Феодосийский музей существует непрерывно доселе.

Случайные археологические раскопки происходили уже в конце XVIII века как на городище Ольвии, так и на Таманском полуострове. В 1811 году была случайно открыта морскими офицерами богатая гробница близ Еникале. В том же году поступил на службу в Керчь французский эмигрант Дюбрюкс. Заинтересовавшись местными древностями, Дюбрюкс приступил к раскопкам, и с 1816 года вел их непрерывно до самой смерти (1835). Он сумел заинтересовать в этом деле сначала генерал-губернатора Ланжерона, а затем и канцлера Румянцева. Благодаря этим лицам, в его распоряжении оказались денежные средства на производство работ. В 1817 г. великий князь Михаил Павлович обозревал побережье Черного моря, побывал на городище Ольвии, а также посетил Керчь, где осматривал раскопки и находки Дюбрюкса. В 1820 году Дюбрюкс побывал в Петербурге, предоставлялся великому князю и заинтересовал его ближе в ходе своих работ по исследованию Керчи и окрестных мест. Раскопки шли непрерывно и увенчались в 1830-31 году открытием великолепной царской гробницы в кургане Кульоба в окрестностях Керчи. Деятельную помощь оказывал Дебрюксу Стемпковский, состоявший в должности керченского градоначальника с 1829 по 1832 г. Бывший офицер русской армии, преследовавшей Наполеона после 1812г., Стемпковский воспользовался своим пребыванием в Париже для расширения своего исторического образования и затем во время службы на юге России приложил свои познания и свой пытливый ум к исследованию местных древностей. Память Стемпковского Дюбрюкс увековечил воздвигнутой над его могилой на горе Митридата часовней. В 1826 году был основан в Керчи музей древностей, и первым его директором был назначен Бларамберг. Уроженец Фландрии, офицер голландской службы, Бламберг, вследствие политических осложнений бурного времени французской революции, переехал в 1797 г. в Россию, с 1804 г. перешел на русскую службу, а в 1808 году был переведен в Одессу. В 20-х годах он считался авторитетным знатоком местных древностей и известен был как автор нескольких ученых работ. По смерти Бларамберга (1831 г.) директором музея был назначен Ашик, остававшийся в этом звании около 20 лет. Сотрудничая с Дюрюксюксом, а после его смерти продолжая его дело, он непрерывно вел раскопки в окрестностях Керчи и на Таманском полуострове. Одновременно с Ашиком вел также раскопки правитель канцелярии Керченского градоначальника Карейша, в распоряжении которого находился особый кредит, отпускавшийся из средств кабинета Его Величества. В1834 г. утвержден был план музея в Керчи, воспроизводивший сохранившийся в Афинах древний храм Тезея. Здание было сооружено на склоне горы Митридата, обращенном к морю, и является доселе украшением пейзажа.

Живой и непосредственный интерес к добываемым из раскопок древностям, который проявлял император Николай Павлович, был причиной того, что еще в 1843 году возникла мысль соединить в одном издании все находки, сделанные до той поры в Керчи и Тамани. Осуществление этого плана поручено было консерватору Эрмитажа, Жилю. Рисунки и таблицы заказаны были в Париже, и предприятие осуществилось только в 1854 году, когда вышли в свет два огромных тома in folio под заглавием: "древности Боспора Киммерийского – Antiquites du Bosphore Cimmerien" с текстом на русском и французском языках и великолепным атласом таблиц.

В историческом и археологическом изучении Крыма составил Влад Кеппен своим труд "Крымский сборник" с археологической картой полуострова (Петербург. 1837). Переселившись в Крым по службе в 1827 году, знакомый с краем еще раньше по путешествию 1819 года, Кеппен в течение нескольких лет собрал сведения о местах древних поселений и осветил при помощи своей огромной эрудиции историю края. В 1836 году объехал Крым ученый француз Дюбуа-де-Монпере и описал в своем труде Voyage autor du Cause важнейшие местности края, интересные в историческом отношении. В атласе, приложенном к этому сочинению, даны снимки с многих развалин и древних памятников. Под управлением Новороссийским краем князя Воронцова (с 1823 г.) поднималась постепенно 

Одесса и приобретала значение торгового и умственного центра нашего юга. По мысли Стемповского и при деятельном участии Бларамберга здесь возник в 1826 году музей древностей, который и стал наполняться находками, поступившими в него из Крыма. Первым директором музея был Бларамберг, заведовавший одновременно Феодосийским музеем, а с 1826 года также и Керченским. В 1839 году, по инициативе Мурзакевича, ознакомившегося с Крымом в ученых экскурсиях возникло Одесское Общество Истории и Древностей, которое поставило своей специальной целью изучение древностей черноморского побережья и исторических судеб края. С 1844 года Общество начало издавать свои "Записки" в виде отдельных больших томов, в которых появлялось и продолжает появляться множество ценных исследований, статей, заметок, а также и материалов по истории и археологии Крыма и нашего юга. Назовем заслуженные имена: Мурзакевича, кн. Сибирского, Беккера, Бруна, Бурачкова, Юргевича, украсивших это издание своими трудами, А. Л. Бертье-Делагарда и Э.Р. фон Штерна, являющихся самыми видными деятелями этого Общества в настоящее время.

В 1847 году возник в Петербурге под председательством герцога Лейхтенбергского кружок нумизматов и антиквариев, превратившийся вскоре в Археологическое общество. Спасский, барон Кене, Савельев, Григорьев разрабатывали материалы по нумизматике нашего юга. С самого своего основания это общество обратило, таким образом, свои интересы на юг. По его инициативе граф А. С. Уваров, начинавший тогда свое ученое поприще, предпринял в 1848 году археологическое путешествие на низовья Днепра и западную часть черноморского побережья от устья Днепра до устьев Дуная. Свои археологические изыскания, раскопки и добытые предметы древности граф Уваров описал в издании: "Исследования о древностях южной России и берегов Черного моря", два выпуска in folio с атласом рисунков (1851-56).

Район раскопок постепенно увеличивался. Граф Уваров начал исследование Ольвии, кн. Сибирский раскапывал курганы близ Феодосии. В 1853 году, по инициативе графа Перовского снаряжена была экспедиция в устье Дона на место древнего Танасиса. Туда отправился профессор Московского университета Леонтьев с художником Авдеевым. Раскопки дали обильные результаты, и Леонтьев представил их научную оценку с всесторонним исследованием исторических судеб той местности с древнейших времен и до гибели итальянской Таны в своем труде, озаглавленном "Археоологические изыскания на месте древнего Танаиса и в его окрестностях" ("Пропилей, IV. 1854). В том же 1853 году граф Уваров, по поручению графа Перовского, произвел большие раскопки на городище Херсонеса. Местность Херсонеса была с 1852 года передана в ведение духовного ведомства, которое, по инициативе архиепископ Херсонского и Таврического Иннокентия, стало интересоваться древними христианскими святынями Крыма. 4 мая 1850 года издан был указ Синода, по которому архиепископу Херсонскому было разрешено заняться восстановлением древних святынь. В силу этого указа архиепископ Иннокентий устроил на городище Херсонеса общежительную киновию, и 28 февраля 1853 года освящена была первая церковь этого монастыря во имя св. Ольги.

Тяжкая для России Севастопольская война прервала мирное течение жизни на всем черноморском побережье. Городище Херсонеса оказалось в черте осадных работ нашего неприятеля, и французы покрыли его своими батареями и траншеями. Киновия и храм св. Ольги были разрушены. Союзные войска захватили 12 мая 1855 года Керчь и оставались там до конца войны. В ожидании нашествия тогдашний директор Керченского музея Люценко постарался отослать заранее в Петербург более ценные вещи, но много ваз, громоздких предметов и камней с надписями осталось на месте. Вступившие в город отряды союзных войск, в числе которых были и турки, перебили и переломали все в музее, а камни с надписями англичане увезли впоследствии в свои музеи. На горе Митридата англичане сами принялись за раскопки, и сделанные тогда ими находки были опубликованы в издании Macpherson’a: Antiquities of Kertsch (London. 1859). Когда по окончании войны вновь налаживалась прежняя жизнь и Люценко опять начал раскопки; прежнее здание музея, сооруженное специально для него на горе Митридата, было оставлено, как слишком удаленное от центра города и не соответствующее более потребностям, и с тех пор музей ютится в наемном помещении. В Херсонесе отстроена была киновия, а в 1858 году вновь возбужден вопрос, который поднимал преосв. Иннокентий в 1852 году, о сооружении храма на месте, где якобы крестился великий князь Владимир. Закладка его совершилась в присутствии Императора Александра II 23 августа 1861 года. При сооружении этой церкви шли, по необходимости, раскопки, и находимые при этом предметы древности хранились в монастыре. Позднее, с 1876 по 1885 год, раскопки на городище Херсонеса велись Одесским Обществом Истории и Древностей, которое получало на это дело особый кредит.

В 1859 году возникла и начала свою деятельность Императорская Археологическая Комиссия, первым председателем которой был граф Строганов. Это учреждение стало ведать правительственными раскопками на юге России, которые велись тогда исключительно в районе Керчи и Тамани. Получавшиеся оттуда древности поступали в Эрмитаж и консерватор античного отдела акад. Стефани был привлечен к изданию ежегодных отчетов. Члены Комиссии каждое лето отправлялись сами на раскопки, расширяя их район на всю территорию, которая принадлежала некогда Скифам. Раскопки велись с большей или меньшей интенсивностью непрерывно из года в год на территории Крыма. В 1888 г. к Комиссии, по инициативе ее председателя графа А.А. Бобинского (с 1886 г.), перешло руководство раскопками на городище Херсонеса. Дело было возложено на г. Косцюшко-Валюжнича, и Херсонес стал постепенно выходить на свет из-под куч мусора, покрывающих городище. Раскопки ведутся систематически и дают ежегодно богатые результата.

Со времени своего существования Комиссия издает ежегодные "Отчеты" о своей деятельности. В "Отчет" помещались сведения о раскопках и находках, а в "Приложении" к отчету каждого года акад. Стефани давал обширное археологическое и художественно-историческое исследование и изъяснение находок, изображавшихся на таблицах in folio. В таком виде велось дело до самой смерти Стефани (1887 г.). К тому времени был им издан 21 том отчетов, с 1859 по 1881 год, с таким же числом атласов в шесть таблиц каждый. По смерти Стефани Отчет за годы с 1882 по 1888 был издан в одном томе, а затем стали опять выходить отчеты по годам. Общее руководство изданиями Комиссии взял на себя барон В. Г. Тизенгаузен (ум. 1902), участвовавший в трудах Комиссии почти с самого ее основания и до 1900 года. В соответствии с расширением задач археологической науки, расширился и район раскопок, изменился тем самым и характер Отчетов. Издание памятников древности Комиссия ведет теперь под заглавием: "Материалы по археологии России, издаваемые Императорскою Археологическою Комиссией", которые выходят в свет в виде отдельных выпусков. Древностям Крыма и юга России посвящены выпуски: 6, 7, 8, 9, 12, 13, 17, 19, 23, 24 (с 1891 по 1901 г.), составленные как членами Комиссии, так и другими учеными, которых Комиссия привлекает к обработке поступающего к ней материала из раскопок.

С 1901 года Археологическая Комиссия расширила свою издательскую деятельность и кроме "Отчетов" и "Материалов" ведет периодическое издание под заглавием: "Известия Императорской Археологической Комиссии". До конца 1905 года вышло 16 выпусков этого издания. В нем появляются подробные отчеты о раскопках, исследования об отдельных памятниках и новых находках как эпиграфических, так и вещественных. Надписи, являющиеся таким важным непосредственным источником нашего знания о древних судьбах культурной жизни нашего юга, входили в обиход научного исследования по мере своей публикации в разных изданиях русских и иностранных. В 1881 году Императорское Русское Археологическое Общество возымело мысль сделать цельное издание этого богатого материала по образцу изданий этого рода берлинской Академии Наук. Задача эта нашла себе исполнителя в лице В. В. Латышева. Под заглавием: Inscriptiones antiquae orae septentrionalis Ponti Euxini graecae et latinae появился в 1885 году первый том этого собрания, за которым последовали II- IV – 1901. Здесь собраны эпиграфические тексты, проверенные, по возможности, по подлинникам, с переводом на русский язык, и обширным ученым комментарием. Научно разработанные указатели, приложенные к отдельным томам, облегчают возможность пользования этим богатым материалом и делают его общедоступным. В 1896 году к празднованию 50-ти-летнего юбилея Императорского Русского Археологического Общества акад. Латышев собрал в одно издание все ставшие до того времени известные христианские надписи юга России под заглавием: "Сборник греческих надписей христианских времен из южной России".

Наряду с материалом эпиграфическим с самого начала научной разработки древних судеб Крыма огромное значение имели монеты. Помимо интереса чисто антикварного, монеты послужили самым важным и во многих случаях единственным источником для восстановления исторической канвы с точными датами для эпох, когда исторические свидетельства крайне скудны или даже вовсе отсутствуют. Так, хронология царей Боспора установлена на основании монет, которые они чеканили. Много почтенных имен ученых можно назвать в области разработки нумизматики греческих городов нашего юга. Таковы: Спасский, Кене, Григорьев, Юргевич. Всю свою долгую жизнь трудился над монетами Бурачков, составивший огромную коллекцию и издавший на ее основании капитальный труд под заглавием: "Общий каталог монет принадлежавших эллинским колониям, существовавшим в древности на северном берегу Черного моря, в пределах нынешней Южной России" ч. I 1884. Частные поправки и дополнения давали и продолжают давать в этой области гг. Орешников, Подшивалов, Гиль, Бертье-Делпагард и др. В области изучения генуэзско-татарских монет много потрудился г. Ретвоский.

Императорское Московское Археологическое Общество и руководимые им Археологические Съезды всегда удерживали Крым в кругозоре своих ученых работ и в "Древностях" Общества и "Трудах" Съездов находили себе место ценные исследования многих ученых. С полным признанием следует отметить в этой связи деятельность крымского туземного ученого учреждения, а именно Таврической Ученой Архивной Комиссии. В ее составе с самого начала были члены, интересовавшиеся местными древностями и обладавшие научной подготовкой для участия в обработке материала. При комиссии возник небольшой музей, рост которого стеснен недостатком помещения, каким он пользуется при Губернской Земской Управе. "Известия", издаваемые Комиссией с 1887 года, заключают в себе много ценных исследований по истории края как древней, так и позднейших времен. Остается помянуть об одном популярном издании, авторы которого сделали попытку представить общий обзор древностей России, начиная с классических времен: "гр. И. Толстой и Н. Кондаков, Русские Древности в памятниках искусства". Первые два выпуска (1889) и начало (1898) посвящены древностям нашего юга. Издание богато украшено снимками, воспроизводящими важные вещественные находки разных типичных предметов, а также монет, медалей, печатей и видов отдельных местностей.

В самое последнее время графиня П. С. Уварова предприняла ученое издание, под заглавием: "памятники христианского Херсонеса". В конце истекшего 1905 года появился первый выпуск, обработанный проф. Айналовым. Он заключает в себе исследование о развалинах херсонесских храмов. Дальнейшие выпуски будут иметь своим предметом историю города и исследование всех вещественных памятников, найденных на территории городища.



1.2. Таврическая губерния во времена Крымской войны



Проработанные архивные материалы подтверждают самые разнообразные услуги, которые делало армия населению Тавриды во время войны. Все их даже тяжело перечислить. Самым тяжелым грузом для него была обязанность перевозить для войска исполинские объемы провианта, фуражу, различного снаряжения в границах губернии, заниматься его размещением, сохранением. Конечно, ревностная служба отчизне нуждалась в значительных жертвах со стороны всех состояний губернии, однако больше всего неприятностей выпало на долю крестьян. В конце февраля 1855 года генерал-губернатор Аненков за височайшим поручением предложил всем своим подчиненным чиновникам подать сведения о повинности, которая отбывали все состояния губернии на военные потребности. В отчетах необходимо было показать такие данные: Сколько выдано обоз воловьих и конных? Сколько доставлено топлива и соломы? Сколько оборудовано помещений под госпитали, составы, парки и денники? Сколько выпечено сухарей? Сколько поставлено других продуктов? Сколько собранный мешков и ряден? Сколько волов, коней, повозок предоставлено для формирования подвижных магазинов? Сколько подряжены извозчики? Сколько подряжены рабочие для строительства укреплений, переправ, мостов, путей? Сколько пожертвовано деньгами и припасами? Сколько было расквартировано войск? 

Губернатор обращался к губернским и повітових иредводителів дворянства, городской и повітової полиции, квартирных комиссий и городских дум. Наведем лишь некоторые данные, которые касаются достаточно короткого отрезку времени - апреля-мая 1855 года. Так, в апреле симферопольский городской председатель сообщал, что город поставил пудов: с уплатой перегонов-117, под контрамарки - 325 и по желанию общины бесплатно - 1593. Лишь для перевозки раненых и других госпитализированных был выделен 3185 подвод. Городская община также поставила две тысячи пудов сена для ЗО пар волов, преданных управой государственного имущества для госпитальных потребностей, и для ЗО пар волов казенных, прикрепленных к госпиталям. Бесплатно доставлены 50 повозок соломы (1350 пудов). От купеческого общества были выделены 1000 карбованцев для выпечки тысячи пудов сухарей. На эти деньги были построены печи. Община также доставляла воду для военных команд и предоставляла подводы для перевозки муки из магазинов к пекарням.

От Бахчисарайских полиции и управы обозов было выставлено: воловьих 1875, конных 734, из них за плату контрамарками - 64, квитанциями - 2545. Бесплатно доставлены топлива 160 сажен дров и соломы 1246 пудов. Подряжены 1260 человек на строительство путей. Пожертвованы сто сенников, 25 повстей, 4 корыт, 4 бочек, 8 больших шапликів и 4 малых, 10 бадья, по 250 деревянных ложек и чаш. Расквартированы сто пять тысяч войска. Днепровский уезд выставил 6291 підводу (1234 под контрамарки, 5057 под квитанции); для строительства доставлены 96 сажен кирпича и 153 крб. на это же; 6885 пудов сухарей. В частности, помещик Овсянико-Куликовсь-кий - 1200 пудов сена, а помещик Скадовский - 200. Местное население постоянно угощало войска. Мелитопольский повітовий предводитель дворянства сообщал: пожертвована одна тысяча четвертин овса с доставкой в Севастополь, из 3274 четвертин муки выпечены сухари; выставлено 2251 підводу, из них бесплатно - 1364; доставлены 3000 пудов сена; угощали войска; деньгами выделено 733 крб. 25 коп. Старокрымская городская ратуша обоз волячих за плату выставила 12, под контрамарки - 4, бесплатно -71; деньгами - 22 крб.; расквартировано 574 человек; отведено место под пастбище.

Орихивска городская полиция - выставлено 40 обоз за плату мещанами; пожертвовано 148 крб. деньгами; бесплатно крестьянами предоставлено ПО обоз; крестьяне выпекли 336 четвертин сухарей за деньги; 300 мешков для сухарей передали бесплатно, а также были переданы 216 ведер капусты, все состояния пожертвовали 450 рубашек, 30 тулупов, пуд бинтов, 22,5 фунты корпии. Ногайская городская полиция - выставлено обоз: воловьих 58, а конных 554 (из них без оплаты - 539). Расквартированы 5609 человек. Перекопска городская дума - обоз выставлено за плату 169, под контрамарки 2321, под квитанции 9839. Расквартированы свыше 300 000 человек. Олешкивска городская комиссия - расквартированы почти 36 000 человек. Выставлено обоз под квитанции 5, под контрамарки 52, бесплатно 192. Бесплатно выпечены 185 четвертин сухарей. Осуществлены пожертвования войскам на марше. Ялтинский земский суд - обоз за плату выставлено 6243, под квитанции 46, бесплатно 1354. Бесплатно выставлены 9900 рабочих на строительство мостов и дорог. Пожертвовано крестьянами и лицами духовного звания 8288 крб. 94 коп. Феодосийска городская дума - жители города выставили обоз за деньги 216, под контрамарки 48, бесплатно 373; построили 8 платформ при земляных батареях. Из 2-го состояния Феодосийского уезда выставлено 812 обоз, из Салиникойской волости - 2257 обоз за деньги, за контрамарки 344, за квитанции 1388; пожертвовано 31 сажень дров, 180 арб, 26 крб. 32 коп. деньгами. Айкишска волость: обоз за деньги выставлено 2364, за контрамарки - 162, бесплатно - 948; пожертвовано 525 крб. 50 коп. денег, 71 четвертину хлеба, 4 голов большого рогатого скота, 30 овец. Колония Цюрихталь: обоз бесплатно выставлено 2399 за деньги - 27-, передан два пуда корпії, мешков и ряден за деньги 754, бесплатно - 1011; расквартированы 40 431 человек. Колония Гельбрун: обоз за деньги выставлено 65, бесплатно - 1264, под квитанции - 25; передано мешков за деньги 502, бесплатно - 765; пожертвовано деньгами 50 крб.; расквартированы 19 810 человек. Судак-, обоз бесплатно выставлено 1603 конных и 673 воловьих, под квитанции - 60; для ремонта дорог -205 обоз и 577 рабочих; пожертвованы 60 сажен дров; расквартировано 5743 лиц. Старый Крым - обоз за деньги выставлено 368, за контрамарки - 30, бесплатно - 733, а также - 162 погонщиков и 60 рабочих для ремонта дорог и мостов; пожертвованы 10 сажен дров, 127 голов большого рогатого скота и 60 крб. Днепровский справник - обоз выставлено: за деньги 6214, под контрамарки 686, под квитанции 11 521; заготовлено бесплатно кизяку 31 сажень и соломы 4200 пудов; бесплатно выпечены 1435 пудов сухарей; поставлено 371 мешок, 61 рядно и 250 рогожных мешков; пожертвовано 7133 пудов сухарей, 3000 крб. для военных потребностей, для семей бессрочных - 27, раненым - 235, для маршевых войск - 57 крб. 50 коп., 3650 пудов сена, 508 пудов хлеба, много рыбы, большого рогатого скота и тому подобное.

Мелитопольский справник - обоз поставлено: за деньги 6204, под контрамарки ЗОЮ, под квитанции 322, бесплатно 75 197; заготовлены 1287 сажен дров, 8705 пудов соломы; сухарей выпечено 14 073 четвертин; пожертвования: денег 7727 крб., большого рогатого скота 116 голш, муки пшеничного 1256 пудов, ржаного 2453 пудов, пшена 1395 пудов, масла 12 ведер, водки 184, капусты 5307; овса и ячменя 550 четвертин, сена 9840 пудов, выпеченного хлеба 846, сухарш 1183, редька 14 пудов и 30 фунтов, хрону 2 пудов и 5 фунтов, корпії 30 пудов и 24 фунтов; а также 4420 бинтов, 6907 компрессов, 262 аршинов сукна, полотен 655, простынь 20 штук, 2693 рубашек, 186 исподнего, 200 тулупов, 25 сенников, 14 свеч, 25 подушек; соли 13 пудов, лука 14, масла 5, свежей рыбы 21, свиного сала 5; картофеля 21 четвертину, рожь 2277; яиц 500 штук, мешков 297, ряден 65. Перекопский земский суд: обоз за деньги выставлено 12 047, под контрамарки 7081, под квитанции 51 936, бесплатно 11 597; заготовлены 3255 сажен кизяка, соломы 680 пудов; жертвовали хлеб, вино, мясо для угощения маршевых войск, ячмінь- 196 четвертин, сена - 14 сажен, 1360 крб.; 688 коней с седлами, выставлены 540 рабочих для обустройства переправ и ремонта дорог 685.

Город Карасубазар: выставлено обоз бесплатно -4205, под контрамарки 171, за деньги 45, соломы для госпиталя переданы 1170 пудов. Предоставлено помещение для продовольственных запасов более чем на 30 тысяч четвертин. Выпечены бесплатно 54 428 пудов сухарей; выставлены на работы 110 рабочих, предоставлена много посуды и утвари для госпиталя и 42 крб. 65 коп. на сооружение нар в нем; изготовлены для военных потребностей 3500 тачек, 500 бочек, деньгами пожертвовано 522 крб. По данным бердянського земского суда выставлены 121 572 подвод, из них верблюжьих 285; передано бесплатно помета 16 сажен, соломы 1760 пудов, 17 мажар сорняка. Заготовлено бесплатно сухарей 10 040 четвертин, хлеба для выпечки сухарей 7078. Поставлено бесплатно различных продуктов на 46 212 крб., а также 7432 мешков, 144 рядна и 148 рогожных мешков на сумму 2225 крб. От менонітів выставлено 4274 повозки для перевозки пищи с Геническа в Севастополь по 3 коп. из слоя за четвертину; выставлено 2154 рабочих для обустройства дорог и мостов и деньгами на это пожертвовано свыше 13 800 крб. Кроме того, от Бердянского уезда для потребностей войска были выделены 3159 четвертин ржи, 66 ведер водки, 30 пудов муки пшеничного, 3400 штук печеных хлебов, 1700 пудов крупы, 1580 - сена, 250 четвертин ячменя, 230-овса, 653 голов большого рогатого скота и овец, 4036 ведер кислой капусты, 2165 бинтов, корпії 30 пудов и 4 фунтов, полотна 2834,5 аршина, 2009 рубашек, 17 500 компрессов, 12 овчинных шуб; для пастбищ отведено 263 десятины, предоставлено 369 обоз. В течение 48 дней расквартированы 52 162 пехотинцев, пять легких батарей и казачьих полков. Кроме этого размещено 3445 больных и раненых. 

На запрос губернатора, сколько пожертвовал каждый уезд Таврической губернии, палата государственного имущества подала такие сведения:

1. Государственные крестьяне Днепровской, Мелитопольской и Бердянской округ пожертвовали 25 820 четвертин ржи зерном. Его смололи на муку, спекли хлеб и приготовили сухари, которые своими подводами доставили в Крым. Хотя за все это крестьяне и взяли деньги, но по значительно более низким ценам в сравнении с объявленными на торгах. Уступка составляла свыше ста тысяч карбованцев серебром.

2. Ногайские общества из тех же округ пожертвовали 940 голов большого рогатого скота, который доставили в Крым за распоряжением главнокомандующего войсками полуострова и сдали в селе Дуванкой полевому провиантскому комиссионерству (стоимость скота составляла по меньшей мере 16 тысяч карбованцев серебром).

3. Государственные крестьяне Мелитопольской и Бердянской округ пожертвовали 20 тысяч ведер кислой капусты, которую самостоятельно доставили войскам и сдали провиантскому ведомству. В денежном выражении вся эта операция стоила десять тысяч карбованцев серебром.

4. Татаре Феодосийской округи пожертвовали хлеба 81 четвертину, большого рогатого скота 46 голов, бб овец, топлива 180 повозок и деньгами 1211 крб. 13 коп.

5. Ногайцы Бердянской округи, Ункоп-Бинекосашской, Югартамгалинской и Шуют-Джуретской волостей, пожертвовали 75 конных бричек в распоряжение войск до конца войны, которая оценивается в 15 тысяч карбованцев серебром.

6. Крымские татары пожертвовали и сдали флигель-адъютанту, полковнику Гербелю для перестройки конного подвижного парка 2500 коней и 9б8 седел на 80 тысяч карбованцев серебром, а руські и ногайцы Мелитопольской округи выставили в Симферополь 800 конных обоз для перевозки раненых воинов из Севастополя и для других потребностей. По тракту от Берислава в Севастополь для ускоренного передвижения войск выставлены две тысячи обоз. Все затраты составляли 30 тысяч карбованцев серебром.

7. Государственные крестьяне Днепровской, Мелитопольской, Бердянской, Симферопольской, Феодосийской и Ялтинской округ для ускорения движения войск, которые шли на подкрепление, выставили в пунктах прохождения свыше 4200 обоз над должное.

8. Государственные крестьяне всех уездов при прохождении войск прилично угощали их доброй едой и виноватой порцией, а в некоторых местах, когда было возможно, выдавался фураж для казенных коней. На все это потрачены свыше 30 тысяч карбованцев серебром.

9. Кроме того, сделаны пожертвования раненым воинам:

а) государственные крестьяне Мелитопольской округи пожертвовали деньгами 240 крб., 160 рубашек и свыше 16 пудов бинтов, корпії и компрессов; Бердянской -грошима 225 крб., 1073 рубашек, 320 аршинов полотна, 84 простынь;

б) татаре Айкишской волости Феодосийской округи 100 крб. на улучшение питания больных, а татаре села Тувак Симферопольской на это же самое - 30 крб. серебром.

10. Государственные руські крестьяне Мелитопольской округи приняли под свою опеку и содержание 2500 раненых нижних чинов, а Бердянской - 2200. Ногайцы этих округ перевезли всех раненых на своих подводах, а для улучшения их питания в дороге пожертвовали до 600 крб.; в своих поселениях они организовали пять больниц с кроватями, постелями и всем необходимым и содержали тяжелобольных и раненых в течение четырех месяцев. Все сделанное можно оценить в 20 000 крб. серебром. Содержание же раненых нижних чинов в течение десяти месяцев, без преувеличения, стоило крестьянам более ста двадцати тысяч карбованцев серебром.

Начиная с 1854 года больше всего обременяла население поставка обоз и рабочих. Таврический губернатор Пестель своим приказом от 9 октября 1854 года обязал предоставлять наряд рабочих инженер-капитану Шишку для строительства и ремонта дорог между Бахчисараем и Чоргуном. Для контроля за нарядом был выслан чиновник палаты государственного имущества Анисимова. Этим же приказом предусматривалось, что после перестройки отмеченных дорог, рабочие, за указанием главнокомандующего, будут выставляться для строительства и ремонта других дорог на передовых позициях наших войск. С 11 октября 1854 по 27 февраль 1855 года в этих работах участвовало пеших 67 603 рабочих, из них 7963, которые работали на перестройке проселка из Мекензиевой дачи к долине реки Бельбек, обратились за платой по 10 коп. серебром за день. 59 640 рабочих вообще работали бесплатно. По предоставлению палаты государственного имущества и согласно с приказом главнокомандующего, число подряженных бесплатно рабочих для строительства и ремонта дорог в конце февраля уменьшенный до двухсот. От 1 апреля для работ на путях и переправах между Севастополем, селом Шуля и Бахчисараем винаймалися пешие обыватели в количестве до трехсот человек с уплатой 30 коп. каждому за день.

Наемные подводы наряжались на перевозку колод из Коушинского леса для строительства мостов через реку Бельбек в имении Кокораки, возле хутора Говорова, дачи Бибикова, в селах Ашага-Каралез и Кабарта, на реке Качи возле бродов 2, 3 и 4, на реке Бельбек. Плата за обывательскую пароконную подводу составляла 11,25 коп. за слой. С 29 мая по 5 декабрь 1855 года на этих работах были задействованы 9575 таких обоз (рапорт Шишка губернатору Жуковскому от 8 марта 1857 г. 77). Согласно с рапортом палаты государственного имущества от 8 марта 1857 г. 2573 для военных потребностей проводились такие наряды государственных крестьян Таврической губернии. В 1854 году: для перезення войск, грузов, фуражу и раненых -347 520 обоз; рабочих для строительства и ремонта дорог, мостов и гатей: конных 6239, пеших 75 523.

В 1855 году: для перевозки войск, грузов, фуражу и раненых выставлено 349 458 обоз. Для строительства и ремонта дамб направленно в район Чон-гарского мосту, дорог, мостов и гатей на шоссе между Севастополем и Симферополем и укреплений возле Чон-гарского мосту и Голой Пристани на Днепре рабочих: конных 2424, пеших 91 390.

В 1856 году: для перевоза войск, грузов, фуражу, больных и слабосильных нижних чинов выставлено 124 815 обоз; для фортификационных работ, ремонта дорог, мостов и гатей на пути Севастополь-Симферополь направленно 3367 конных и 33 477 пеших рабочих. Рабочие и извозчики питались собственными средствами. За свою работу они получали плату деньгами, а рабочие поденную. Хотя среди них были и бесплатные.


1.3. Краткий исторический очерк возникновения Таврического университета



Много сил прилагал Арсений Иванович для открытия в Крыму высшего учебного заведения. В смутные революционные годы его идеи стали реальностью. В 1918 г. был основан Таврический университет - филиал Киевского университета Св. Владимира. В октябре 1918г. Маркевича избрали его доцентом, при этом он передал университету свою личную библиотеку. Интересно, что А. И. Маркевич помог некоторым известным ученым - историкам, которые оказались в это трудное время в Крыму, быть принятыми в состав историко-филологического факультета. Только благодаря настойчивости А.И.Маркевича на третьем заседании историко-филологического факультета на работу в университет был принят Иван Андреевич Линниченко (1857-1926). После того, как университет переименовали в пединститут, А. И. Маркевич трудился на должности сверхштатного профессора. До 1930г. он читал здесь курсы по истории, археологии, этнографии и экономике Крыма. Арсений Иванович стал и первым летописцем истории Вуза[]. 

Вся многолетняя деятельность ТУАК по изучению архивов подготовила создание 2 мая 1919 г. в Крыму Центрального архива. Заведующим Крымцентрархивом был назначен Б.Д. Греков, (который находился здесь в это время и был товарищем председателя ТУАК), а его заместителем по управлению архивом стал А. И. Маркевич. В основу фонда было положено материалы исторического архива ТУАК. 

Вскоре после утверждения Советской власти в Крыму изменился юридический статус ТУАК, а значит и характер ее научной деятельности. Все основные функции ТУАК перешли от нее к другим специально созданным государственным учреждениям вместе с фондами исторического архива, музеем древностей и библиотекой Комиссии. После создания Крымского областного архивного управления от комиссии отошла та часть ее деятельности, которая относилась к архивным делам. В сентябре 1920 года при отделе народного образования Крымревкома была создана секция по охране памятников древностей и искусства (Крымохрис). ТУАК приостановила свою деятельность в этой области. В соответствии с решением Крымревкома музей древностей ТУАК был передан только что созданному Центральному музею Тавриды в Симферополе[]. В связи с этими изменениями Комиссия превратилась в простое историко-археологическое общество. Прекратилось печатание "Известий". Всем этим объясняется то, что Таврическая ученая архивная комиссия 25 марта 1923 г. была переименована в Таврическое общество истории, археологии и этнографии. Арсений Иванович остался председателем этого общества. В это время он отдавал все силы для организации работы в новых условиях, объединял вокруг себя новые краеведческие силы. В 1920-е гг. Арсений Иванович закончил ряд общих исторических очерков по истории Крыма для туристов[], пишет обстоятельный труд по топографии Крыма[], историю Симферополя, а также обобщающие статьи по развитию краеведения в Крыму. Эти интересные с историографической точки зрения публикации, выявленные нами, не вошли в опубликованные указатели работ А. И. Маркевича и поэтому остаются малоизвестными[]. 

В 1925 г. в Москве и Симферополе отмечали юбилей 70-летия краеведа и 50-летия его научной деятельности. Арсению Ивановичу было отправлено приветствие Академии наук СССР[]. 

Достаточно объективной оценкой всего научного наследия А. И. Маркевича стало высказывание академика И.Ю. Крачковского: "Можно смело сказать, что его труды и редактированные им "Известия" представляют собой своеобразную энциклопедию по истории и культуре Крыма, которая еще долго послужит путеводителем для всех исследователей края"[]. Признанием заслуг краеведа в отечественной исторической науке стал факт избрания его 15 января 1927 года членом-корреспондентом Академии наук СССР по разряду исторических наук[] - случай беспрецедентный в отношении провинциального ученого-краеведа, который, к тому же, не имел ученой степени. 

К этому времени были приурочены и первые попытки составить библиографию трудов А. И. Маркевича. Наиболее ранний список, составленный самим краеведом, (рукопись) содержит всего 23 работы и относится к сер.1920-х гг. Следует учесть, что разные субъективные причины, идеологический прессинг не позволили ученому внести в список много своих публикаций. Наверное этими же причинами руководствовались С.Ф. Платонов и И.Ю. Крачковский, авторы "Записки об ученых трудах профессора А. И. Маркевича", подготовленной для Академии наук СССР с приложением списка работ, который был опубликован в "Протоколе 1 заседания общих сборов АН СССР 15 января 1927 г. Приложение" (С.88-89), а потом в "Известиях Академии наук"[]. 

В этом далеко не полном списке трудов насчитывается 64 опубликованных и 8 рукописных научных статей. У некоторых работ отсутствуют выходные данные: NN 4,5,6,7, а кое-где они указаны неверно: NN 34,44. К сожалению, таким же недостаточным является и "Список научно-литературных трудов А. И. Маркевича", опубликованный в этом же 1927 г. в Симферополе. Здесь насчитывается 64 опубликованных и 9 работ в рукописи. Списки частично дополняют друг друга. В предлагаемой нами библиографии трудов А. И. Маркевича насчитывается полторы сотни публикаций. Вполне возможно выявление новых трудов краеведа.[]

Сложными для Арсения Ивановича были последние годы его жизни. Уже в 1929г. нищенская пенсия вынуждает его обратиться к своим друзьям в Академии наук Н.С. Державину, С.Ф. Платонову с просьбой походатайствовать об ее увеличении. Он писал: "Теперь перед близкой смертью мое положение прямо отчаянное... голодаем". И хотя ученый получил материальную поддержку его моральное состояние не улучшилось. Окончание "золотого десятилетия" советского краеведения 1920-х г.г. не могло не отразиться на состоянии дел в Крыму. 15 января 1931г. было разогнано Таврическое общество истории, археологии и этнографии, а большинство его членов репрессировано. К руководству краеведческим движением в Крыму пришли чиновники, которые ставили задачу "объективно" переписать историю Крыма[]. Советская репрессивная машина не осмелилась замахнуться на патриарха крымоведения, который к тому же был человеком преклонных лет. Но в местной прессе все все-таки была развернута против него травля. Стараясь не замечать оскорблений, Арсений Иванович в меру своих сил продолжал заниматься наукой, пополнял краеведческую картотеку. Он с болью в сердце писал еще 15 октября 1929г. Аркадию Георгиевичу Горнфельду в Ленинград: "У меня собралось много материала, но он, наверное, так и пропадет, не будет опубликован. Здесь такими вопросами не интересуются...". 

В 1930-е гг. Маркевич большую часть времени проживал у дочери в Ленинграде и только изредка приезжал в Симферополь. В 1940г. Арсений Иванович тяжело заболел. В последнем из известных его писем (это послание к А.Г. Горнфельду от 12 октября 1940 года), он с горестью отмечал, что у него очень расширено сердце, трудно передвигаться, плохо слышит, плохо видит, но еще борется; Теряет память все больше и больше. 

До недавнего времени было неизвестно, где именно в Ленинграде проживал Арсений Иванович в свои последние годы. Но по документам удалось установить его адрес: пр. Карла Либкнехта, 98, кв.16. (Сейчас - Большой проспект Петроградской стороны). Начавшаяся война, блокада Ленинграда окончательно подорвали силы Арсения Ивановича. Он умер 18 января 1942г.

Выводы по второй главе



На Тавриду давно уже установился взгляд, как на "музей древности", состоящий из разнообразных предметов, оставленных многочисленными народами, населявшими ее в течение многовековой ее истории. Но эта частая смена народностей, большею частью варварских, диких, малокультурных, имела последствием то, что памятники более цивилизованных народов гибли, разрушались, и "Таврический музей древностей" представлял всегда собрание развалин или только жалких остатков памятников древности разных эпох и культур. Развалины древних городов и зданий, монеты, надписи и вещественные находки привлекали внимание образованных людей, попадавших в Крым на службу.

Первый музей древностей черноморского побережья возник в 1806 г. в Николаеве. В путеводителе по Крыму, изданном в Симферополе в 1914 году, мы встречаем упоминание о музеях, которые были открыты для посетителей в Симферополе естественно-исторический музей Таврического Губернского Земства, музей древностей Таврической Ученой Архивной Комиссии, школьный музей Губернского Земства и ветеринарный музей. Именно эти музеи в 20-е годы нынешнего века вошли как отделы I состав Центрального музея Тавриды, который стал предшественником Крымского краеведческого музея. 24 января 1887 года в Симферополе была учреждена Таврическая Ученая Архивная Комиссия (ТУАК). Исходя из этого, сразу же возник вопрос о создании археологического музея при Архивной Комиссии. Годы борьбы за власть в Крыму и гражданская война только усугубили положение музея. Много специалистов было загублено. 

Глава 3. Анализ научных работ А.И. Маркевича относящихся к отдельным персоналиям проживавших и посещавших Тавриду (Крым)



В последние годы археологические исследования в Крыму возобновились и углубились и дали довольно ценные результаты. Так этнограф-археолог Г. А. Бонч-Осмоловский производил исследования по каменному веку в Крыму при участи проф. Н. Л. Эрнста и других лиц, и в 1923 г. ими были обнаружены в пещере Каш-Каба бл. д. Кипчак Симферополе значительные остатки ископаемых животных (мамонтов, носорогов, и др.) и следы пребывания здесь палеолитического человека. Еще более ценны были раскопки соседней пещеры "Киик-Коба", где в верхнем слое было найдено очень много орудий конца древнего палеолита и началу среднего, культуры Ля-Микок, а в нижнем очажном слое найдены были и немногие кости взрослого человека, именно обеих стоп, и скелет ребенка. Бонч-Осмолов-ский видит в этих костях представителя неандертальской расы. Геологическое обследование этой пещеры проф. П. А. Двойченко, как будто заставляет видеть здесь средний палеолит. Раскопки этих пещер, а также Сюреньских и др. продолжались и в последующие годы, но дали менее ценные результаты - конец палеолита и микролитическую культуру.

Более многочисленны были находки, относящиеся к медному и бронзовому веку, в разных районах предгорного Крыма, следы землянки с нишами для хранения запасов, лежанкой для спанья и примитивным очагом, и керамикой той эпохи и погребения в каменных ящиках с костяками в скорченном положении, и с окрашенными костями - весьма распространенный тип погребения в Крыму, в горной степной части, с керамикой, характеризующей бронзовый век и начало железа. Эти погребения относятся обычно к началу первого тысячелетия до Р.Хр. и связываются с древнейшими народами, обитавшими в Крыму,- таврами и киммерийцами. Но Н. И. Репников, большой знаток крымских каменных ящиков, производивший раскопки их и в нынешнем году в Байдарской долине, датирует их VII - IV в. до н. э. К бронзовому веку, приблизительно средине 2-го тысячелетия до н. э. относится и представляющая исключительный интерес большая каменная плита, найденная в 1924 г. Н. Л. Эрнстом при раскопке кургана близ Симферополя. Две трети этой плиты со всех сторон испещрены высеченными изображениями каменных орудий - топоров, молотов, жезлов и др. - и людей представляющими, вероятно, пиктографическую надпись. Третья часть, без изображений, была, по-видимому, вкопана в землю. По всей вероятности эта плита первоначально имела какое-то священное значение, а впоследствии попала в полу кургана более поздней эпохи, где прикрыла детскую могилку.

В Керчи и Херсонесе в последнее время главное внимание было обращено на музейное строительство. В настоящем году в Херсонесе производились, и раскопки необследованной еще части южной оборонительной стены, причем пока обнаружены небольшая базилика и комплекс сооружений военного и гражданского характера. Были и небольшие находки. Заведующий древностями Херсонеса проф. К.Э.Гриневич выпустил в свет несколько интересных и полезных трудов по Херсонесу.

Большие раскопки на городище "Неаполис" у Симферополя, вызванные необходимостью устройства на плато этого городища громадного водосборного бассейна и проведения водопроводных труб в город для снабжения его водой из источника Салгира под Чатырдагом. велись планомерно, под руководством проф. П. И. Голландского, Н.Л.Эрнста, П. А. Двойченко и др. Несмотря на то, что все плато городища в течение многих десятков лет было изрыто выборкой из него камня на постройки, известковые заводы и т. д., устройством окопов в лагерное время, а от стен остались только жалкие следы, все-таки раскопки дали ценные результаты. Выяснилось, что стены были кладены из сырцового необтесанного камня насухо и как бы на скорую руку, м. б. в то время, когда Скилуру и Палаку приходилось защищаться от Диофанта, а поселение представляло ряды небольших и тесно примыкавших друг другу лачужек с очагами, пашенными ямами и т. д.

Крупных сооружений не было открыто. Из предметов древности, найденных при раскопках, ясно обнаружились две культуры: более древняя, начала эллинистической эпохи (черно-лаковая керамика) и другая поздняя - скифская (грубая красная керамика и пр.). Штемпеля на двух десятках найденных амфорных ручек подтвердили связь торговли нашего городища с Родосом с одной стороны и Ольвией с другой. Найдено много зернотерок, грузил, пряслиц и других мелких предметов, но не добыто ни одной плиты с надписью или каким-либо изображением.

В 1924 г. проф. И. Н. Бороздин производил раскопки близ б. Георгиевского монастыря, в т. наз. "Александриаде"; раскопанные остатки древних сооружений оказались памятниками римской эпохи.

В том же году производились раскопки профф. Бороздиным и А. С. Башкировым близ Бахчисарая, у предместья его Эски-Юрт, к которому примыкает обширное кладбище Кырк-Азислар, с разнообразными памятниками. Многие из надписей и орнаментов на памятниках выветрились, но многие хорошо сохранились и представляют большой интерес. Древнейшие памятники относятся к концу XIV и началу XV-гo в. Более замечательные из них перевезены в музей при Ханском дворе. В числе памятников имеется несколько хорошо сохранившихся купольных тюрбе (мавзолеев), которые обследованы с архитектурной стороны участником раскопок в Эски-Юрте Ус. Боданинским.

Удачное обследование Эски-Юрта вызвало решение о необходимости производства археологических исследований и раскопок в Старом Крыму (Эски-Крыме, Салхате), который был первой столицей Крымского Ханства. В 1925 г. образована была целая экспедиция в Ст. Крым, в составе профф. Бороздина, Башкирова, Голландского, Ус. Боданинского и Осм. Акчокраклы. Работы этой экспедиции продолжались и в настоящем году. Прежде всего, она решила выяснить площадь Солхата, на всем протяжении его стен, вала и рва, что было довольно трудно (так как во многих местах следы его были очень слабы и еле заметны), но зато имеет большое значение. Далее экспедиция точно выяснила все существующие в Ст. Крыму остатки древних сооружений и нанесла их на план. Затем приступили к производству раскопок. Главное внимание обратили на себя развалины большого здания, примыкающие к мечети времени хана Узбека, 1314 г. Это было медрессе, большое и сложной постройки здание. При тщательном расследовании этого здания, еще не законченном, экспедиция вполне выяснила, что оно сооружено египетскими мастерами мамлюкской эпохи, по египетским образцам и приемам. Из отдельных уцелевших частей постройки останавливает на себе внимание великолепный пилон одной из входных дверей. Затем экспедиция занялась обследованием развалин т. наз. дворца, оказавшегося, как предполагал еще пок. В. Д. Смирнов, громадным караван-сараем, свидетельствующим о крупном торговом значении Салхата и тесной связи его с Золотой Ордой в ХШ-XIV ст. Обе постройки и в развалинах ясно свидетельствуют о богатстве и высокой культуре этого города в то время. Из других достижений экспедиции надо указать на несколько древних могильных памятников (древнейший 1309 г.) с очень красивым орнаментом, найденных ею на территории города. По всей вероятности, археологические исследования в Ст. Крыму будут продолжаться. На других археологических работах в Крыму останавливаться не буду. В общем, эта работа идет довольно энергично, несмотря на крайнюю скудость средств. Но дела еще много. Особенное внимание обращено теперь на выяснение и полную регистрацию памятников древности в Крыму, и составление археологической карты или атласа Крыма.

В путеводителе по Крыму, изданном в Симферополе в 1914 году, мы встречаем упоминание о музеях, которые были открыты для посетителей в Симферополе естественно-исторический музей Таврического Губернского Земства, музей древностей Таврической Ученой Архивной Комиссии, школьный музей Губернского Земства и ветеринарный музей.

По своей истории, полноте коллекций, значимости для губернии в конце XIX - начале XX вв. два первых музея занимали особое место. Именно эти музеи в 20-е годы нынешнего века вошли как отделы I состав Центрального музея Тавриды, который стал предшественником Крымского краеведческого музея.

24 января 1887 года в Симферополе была учреждена Таврическая Ученая Архивная Комиссия (ТУАК). Председателем Комиссии был избран Александр йристианович Стевен, который уже на заседании 30 мая 1887 года обратил внимание присутствующих на то, что Крым более богат вещественными памятниками старины, чем письменными, и Таврическая Ученая Архивная Комиссия при самом своем открытии поставила себе целью собирать не одни археографические, но и археологические памятники, а Губернское Земское Собрание предоставило для устройства Археологического Музея помещение в здании Губернского Земства и уполномочило Управу произвести пот. ребный расход для приобретения нужной мебели Ввиду этого , а главным образом того, что наша Архивная Комиссия осуществит свое значение только в том случае, когда она наряду с исследованием и сохранением разных документов будет собирать и исследовать вещественные памятники древности, которые служат наилучшим освещением истории прошлой жизни Крыма и Таврической губернии.

Начало Археологическому Музею (Музею древностей) было положено пожертвованиями 39 предметов; античные наконечники стрел, стеклянные бусы, медные, серебряные, золотые монеты Боспорского царства. Крымского ханства, Российской империи. Найдены они были в д. Камыш- Ьурун Феодосийского уезда (ныне г. Керчь), вблизи Козьмодемьяновского монастыря, в д Коккоз Ялтинского уезда (ныне с Соколиное Бахчисарайского р-на) (1, с 22-23). Кроме пожертвований музею передавались дублетные материалы из Керченского музея. Так, на заседании Таврической Ученой Архивной Комиссии 29 октября 1887 года было подчеркнуто, что Археологическая (императорская) комиссия "предписала директору Керченского Музея выделить из дублетов последнего коллекцию древних вещей, вырытых из тамошних могил, и выслать таковую в Таврическую Архивную Комиссию для Археологического музея; что она предоставляет в распоряжение Таврического губернского музея Судакские и Старокрымские древности " (2, с. 4) Комиссия обращалась ко всем лицам, интересующимся историей края, с просьбой жертвовать древние предметы и старые рукописи; комиссия приобретала на свои средства те предметы, "местонахождение которых в пределах губернии не подлежало сомне. нию" (З, с. 272).А. X. Стевен передал в музей предметы, которые он нашел на Не-аполе-Скифском, от А, Л. Бертье-Делагарда и Н. Н. Клепинина в музей поступила коллекция фотографий, от В. П. Kennewa-материалы о землевладениях и земельных отношениях в Таврической губернии.

Первое время Комиссия не имела своего отдельного помещения, В зале губернской земской управы по ул. Долгоруковской (ныне ул, Карла Либкнехта) проходили заседания комиссии. Здесь же в углу стояли книжный шкаф и витрина для предметов музея. Позже управа отвела для Комиссии отдельную комнату, где размещался музей, архивные дела Комиссии и вся документация. За Комиссией эта комната была около 5 лет. В связи со строительными работами Таврической Ученой Архивной Комиссии и музею были выделены 3 небольшие комнаты в нижнем полуэтаже здания губернской управы Несмотря на то, что помещение было темное и неудобное для работы, Комиссия находилась здесь около 10 лет, после чего ей была предоставлена всего одна комната, "в которую можно было попасть только через квартиру семейного сторожа управы Здесь свалены были предметы музея, громоздкие вещи оставлены во дворе, а архив снесен на чердак управы, где находился около 4-х лет.

В 1909 году Симферопольская городская дума уступила Ученой Архивной Комиссии помещение по ул. Екатерининской (ныне ул. Карла Маркса). В этом же году музею Комиссии были переданы для хранения материалы из археологического музея Симферопольской мужской гимназии-356 разных предметов, 229 серебряные и 1821 медная монеты.

Вопрос о строительстве помещения для Таврической Ученой Архивной Комиссии и музея древностей поднимался неоднократно. По ходатайству комиссии Симферопольская дума на заседании 30 ноября 1907 года дала согласие на отвод земли для строительства музея, ассигновала 2000 рублей и взяла на себя оборудование музея мебелью. Губернское земство согласилось ассигновать 3000 рублей с началом строительных работ (3, с 280) Были и частные пожертвования. Так, А. Н. Кузьмин предложил городской управе для этой цели 10000 рублей (6, с 153). Но к 1912 году, когда Таврическая Ученая Архивная Комиссия отмечала свое 25-летие, отдельного помещения она не имела. На заседании Таврической Ученой Архивной Комиссии 19 января 1913 года председатель Комиссии А. И. Маркевич выразил удовлетворение ходом событий и подчеркнул. В 1914 году началась первая мировая война. Музей древностей оставался в прежнем помещении При музее находилась библиотека по истории и археологии Крыма, насчитывавшая более 6000 экземпляров книг. Библиотека комплектовалась благодаря поступлениям "Известий Таврической Ученой Архивной Комиссии", трудов членов Комиссии, публикаций исследователей Крыма, а также научных трудов Ученых Архивных Комиссий других губерний (ТУАК по времени создания была шестой в России).

Годы борьбы за власть в Крыму и гражданская война только усугубили положение музея. В апреле 1918 года велась переписка между Архивной Комиссией, Наркоматом Внутренних дел Советской Социалистической Республики Тавриды и педагогическим комитетом Симферопольской 1-й мужской гимназии о выделении помещения для музея ТУАК. Высказывалась просьба о выделении помещения пансиона. Многие ученые и краеведы понимали, что в этом "водовороте" событий могут погибнуть коллекции музея. 18 ноября 1920 г. в Крымский ревком было направлено письмо в защиту музея от ректора Таврического университета В. И, Вернадского. В ноябре 1920 года при Крымнаробразе в составе подотдела искусств был организован Крымский областной комитет по делам музеев и охране памятников искусства, старины и природы (КрымохрИс). В 1921 году Таврическая Ученая Архивная Комиссии, навсегда рассталась со своим детищем-музей древностей был передан Крымохрису.

Идея создания сборника научных крымоведческих статей "Студії з Криму" принадлежала выдающемуся украинскому ученому-историку, академику Агатангелу Ефимовичу Крымскому (1871-1942), возглавлявшему филологическую кафедру Всеукраинской Ака- де-мии наук. Наряду с украинскими историками Ал. Оглоблиным, Львом Окиншевичем, Константином Васильевичем Харламповичем он пригласил для участия в сборнике авторитетных крымских краеведов О. Н.-А. Акчокраклы, А. И. Маркевича, и уже уволенного к тому времени с должности директора Восточного музея в Ялте Я. М. Якуба-Кемаля. Сам А. Е. Крымский опубликовал в сборнике две объемные статьи. Материал, обобщенный А. И. Маркевичем в данной работе, готовился и частично публиковался в разное время. Так, сообщение об А.С. Пушкине впервые было опубликовано им в 1887 году, а также отдельным оттиском. Эта тема была продолжена краеведом в изданном им в 1897 г. сборнике стихотворений "Крым в русской поэзии". Материалы о мистиках были частично опубликованы Маркевичем в 1912 году. Дополнительные факты он обнародовал в 1913 году. 25 декабря 1925 г. Арсений Иванович на заседании Таврического общества истории, археологии и этнографии сделал сообщение "О мистиках в Крыму в начале прошлого столетия".

Небольшая статья об А. Я. Фабре была впервые опубликована А. И. Маркевичем на страницах сборника "Третья учебная экскурсия Симферопольской мужской гимназии: Симферополь и его окрестности", составленного Ф. Ф. Лашковым и изданного в 1890 году. А. И. Маркевич передал в Киев текст своей работы на русском языке. Кем был сделан перевод на украинский язык неизвестно. Переводчик сохранил подавляющее число инициалов в русской транскрипции.

Конечно, за прошедшие с момента публикации сборника 75 лет историко-краеведческие разработки, связанные с изучением "культурного прошлого" Крыма XIX века, шагнули далеко вперед. Краеведы нашли много новых фактов, которые частично дополняют, частично опровергают гипотезы и суждения, высказанные в данной работе А.И. Маркевича. В наших комментариях на полях в этой связи приведена литература, которая поможет читателю дополнить полученную информацию.

Заключение



Историко-Археологическая литература о Тавриде доказывает вполне, что памятники прошлого этой страны дошли до нас только в жалких остатках. Историческое прошлое Крыма и вещественные памятники его многовековой культурной жизни стали интересовать русских людей с тех самых пор, как водворилось на этой окраине русское господство. Уже князь Потемкин отдавал приказы разыскивать монеты и медали, снимать рисунки с древних надписей и сообщать разные материалы итальянцу Одерико, который был занят тогда большим трудом по истории генуэзских колоний в Крыму.

Перед автором данной работы встала непростая задача, которая осложнилась тем, что весь материал по данной теме, во-первых, малоизучен другими специалистами, во-вторых, известны случаи сознательного/бессознательного изменения многими другими авторами, писавшими о А.Маркевиче некоторых дат (например, автору так и не удалось определить точную дату рождения Арсения Маркевича, она различна, в разных источниках). Опираясь на труды очень уважаемого историка А.Непомнящего, автор попытался в полной мере осветить жизнь и деятельность Арсения Маркевича, описать период становления А.Маркевича, показать его трудовую жизнь, выявить его вклад при годах правления в ТУАК, дать краткую характеристику его трудам, относящимся к судьбам памятников древности в Тавриде, описать археологические исследования и раскопки в Крыму проведенные и упорядоченные Маркевичем, охарактеризовать работы о культурном прошлом Крыма.

Работа не претендует на завершенность, но может по праву занять место среди других работ по данной теме, потому как содержит в себе много полезного материала, из разнообразных источников, и вносит, по мнению автора существенный вклад, в развитие науки Истории.



Список литературы



А. И. Маркевич. Моя автобиография / Предисловие С.Б. Филимонова // Археология Крыма.- Симферополь, 1997.- Т.1.- N1.-С.186-188.

Автобиография А. И. Маркевича /Подг. В.Ф. Козлов //Археографический ежегодник за 1987 год.- М.: Наука, 1988.- С. 312-316.

К 100-летию со дня рождения А. И. Маркевича // Вестник древней истории.- 1955.- N4 (54).

Кошлякова Е.А. Памяти А. И. Маркевича // Известия Крымского отдела Географического общества Союза ССР. Вып.7.- Симферополь, 1961.- С. 233-238.

Крымская АССР (1921-1945).- Симферополь: Таврия, 1990.-320с.- (Сер.: Вопросы - Ответы. Вып. 3).

Крымская АССР (1921-1945).- Симферополь: Таврия, 1990.-С.125-126. - (Сер.: Вопро-сы - Ответы. Вып. 3).

Курас І. Ф. Інтеграція репатріантів в українське суспільство і завдання української науки // Проблеми інтеграції кримських репатріантів в українське суспільство / Ін-т політичних і етнонацюнальних досліджень НАН України- Київ, 2004- С 15.

Непомнящий А.А. Арсенiй Iванович Маркевич i розвиток архiвноi справи в Криму // Украiнське архiвознавство: iсторiя, сучасний стан та перспективи. Науковi доповiдi Всеукраiнськоi конференцii.- Киiв, 1997.- Ч.1.-С. 225-235.

Непомнящий А.А. Арсенiй Iванович Маркевич i розвиток архiвноi справи в Криму // Украiнське архiвознавство: iсторiя, сучасний стан та перспективи. Науковi доповiдi Всеукраiнськоi конференцii.- Киiв, 1997.- Ч.1.-С. 225-235.

Непомнящий А.А. Арсений Маркевич: Страницы истории крымского краеведения. – Симферополь: Бизнес-Информ, 2005. – 432 с. 

Непомнящий А.А. Арсений Маркевич: Страницы истории крымского краеведения. – Симферополь: Бизнес-информ, 2005.- 432 с. (Библиография крымоведения; Вып.3)

Непомнящий А.А. Арсений Маркевич: Страницы истории крымского краеведения. – Симферополь: Бизнес-информ, 2005.-С.330

Непомнящий А.А. Историография и этнография народов Крыма. Библиография и архивы (конец XVIII начало XX века). - Симферополь: Доля, 2001.-814 с.

Непомнящий А.А. Историческое краеведение в Крыму (2 пол.Х1Х-нач.XX веков). Библиографический указатель.- Симферополь: СГУ, 1995.-64 с

Непомнящий А.А. Розвиток iсторичного кра╨знавства в Криму у II половинi XIX - початку ХХ столiть. Автореферат дис... канд.iст.наук.- Днiпропетровськ, 1994.- 21с.

Непомнящий А.А. Шарапа В.Ф. Лашков Ф.Ф.- краевед Крыма //МАИЭТ. Вып.3.- Симферополь: Таврия, 1993.- С.175-181.

Потехiн Д.В. Вклад "Таврiйськоi вченоi архiвноi комiссii" i "Таврiйського товариства iсторii, археологii та етнографii" у вивченнi iсторii Криму. Автореферат дис... канд. iст. наук.- Киiв, 1994.- 308 с.