История основания и развития Оренбурга

История основания и развития Оренбурга

Город Оренбург основан 19(30) апреля 1743 года. До этого его дважды закладывали в других местах. Первый раз специальная экспедиция, называвшаяся в целях обеспечения секретности "известной", заложила Оренбург у впадения реки Орь в Яик 31 августа 1735 года. Начальником ее был инициатор освоения края, обер-секретарь Сената И.К. Кирилов. Город по ряду причин сразу строить не стали, но Оренбургом некоторое время называли малую крепость, заложенную 15 августа, и предназначавшуюся для прикрытия будущего города с востока. Из этой крепости позже появился город Орск, теперь это, так называемый, "старый город". В 1737 году экспедицию переименовали в Оренбургскую комиссию, начальником которой, в связи со смертью И.К. Кирилова, назначен был известный административный деятель и ученый В.Н. Татищев. Он пришел к заключению, что место для административного центра края не удобно, так как оно слишком удалено и "все нужное к жительству получать туда принуждено с великим трудом и дороговизною", к тому же оказалось, что в большое половодье местность заливается. По его представлению, но уже в его отсутствие, в 1739 году начали подготовку к строительству Оренбурга у урочища Красногор; 6 августа 1741 года заложили его, произвели некоторые работы, но строить не начали из-за спора между инженерами о необходимости некоторого изменения расположения города. Новый начальник комиссии,контрадмирал и тайный советник И.И. Неплюев, прибывший весной 1742 года на место службы, нашел расположение города у Красной горы неподходящим, и летом 1742 года выбрал то, где сейчас расположен исторический центр Оренбурга. История подтвердила правильность этого выбора. Более двух с половиной веков спустя Оренбург остается административным и хозяйственным центром обширной территории.  

Строился он как город-крепость, как опорный пункт линий крепостей по Яику, Самаре и Сакмаре, охранявших юго-восточную границу России. Одновременно город должен был служить центром хозяйственно-экономического общения с народами востока, что, в первую очередь, предполагало торговлю. Поэтому город носил и военный, и торговый характер: тут и казармы, и артиллерийский двор, и пороховые погреба, и военные учреждения, гостинный и меновой дворы, таможня.  

Город и крепость строились одновременно. Крепостная ограда - земляной вал - в плане представлял собой овал с выступающими из него десятью бастионами и двумя полубастионами. Вал начинался на набережной, там, где сейчас установлено орудие как памятник обороны Оренбурга во время гражданской войны.Отсюда он шел по направлению к удице Бурзянцева, составляя перекресток с улицей Максима Горького вне крепости, и дальше по улице Бурзянцева и ее геометрическому продолжению до стадиона "Динамо", пересекая Хлебный переулок у дома 2 и улицу Володарского у перекрестка с улицей 9-го Января. Затем вал шел севернее улицы Володарского до Комсомольской, откуда, меняя направление на восточное, затем на юго-восточное, проходил севернее Лечебного переулка на улицу Студенческую, через территорию сельскохозяйственной академии и, постепенно поворачивая на юг, оканчивался у водоканала. Таковы были пределы города при закладке, эта же территория называлась собственно городом вплоть до упразднения крепости в 1862 году. 

Центр во многом сохранил без изменений старинную планировку, которая сама по себе уникальна и является памятником русского градостроения по регулярным принципам. План построен на двух взаимно перпендикулярных осях с центральной площадью на их пересечении, часть которой сейчас застроена, а другую занимает Ленинский сад. На этих осях был построен почти опиравшийся на овал крепости прямоугольник, улицы которого имели рокадное значение. Остальная уличная сеть спланирована так, что улиц, пересекающих весь город как с севера на юг, так и с запада на восток, оказывается мало. Такой прием способствовал бы усилению обороноспособности крепости на случай прорыва в город. Большинство улиц не доходило до центра и главных осевых улиц. Когда составлялся проект, такие улицы вместе с их геометрическим положением понималась как одна, и название соответственно довалось одно. 

Параллельное употребление двух названий - явление обычное при переименованиях, но есть случаи, когда на ряду с официальным употребляется народное: главную улицу часто называют Большой. В Оренбурге так называли современную Советскую, тогда Губернскую, во второй четверти XIX века переименованную в Николаевскую. В Оренбурге же есть пример, когда народное название пробивает себе дорогу и становится официальным. Это касается улицы, носящей имя Максима Горького, а до этого называвшейся Водяной. В первые годы существования города она официально называлась Проезжей, затем, в 1760 году - Яицкой, по воротам, находившимся на ее западном конце, где проезжали на переправу. Около ворот сквозь вал была построена большая труба для стока воды из крепости. На плане 1951 года ворота носят названия Яицких, а в текстовом приложении к плану сказано: "караульная у Водяных ворот". Так в официальном документе появляется слово "водяной". После Крестьянской войны 1773-1775 гг. в связи с переименованием Яика 15(26) января 1775 года улица и ворота стали называться Уральскими. Но народное название Водяной продолжает жить и вытесняет официальное. На плане 1836 года уже читаем: "Уральская, или Водяная", а в дальнейшем улица везде называется только Водяной. Действительно название очень меткое, и не потому, что здесь провозили воду из реки (ее можно было возить и через западные ворота, если она доставлялась в северную половину города), а потому, что здесь неслись потоки талой и дождевой воды с большей части города: ведь у ворот было самое низкое место в крепости, и улица шла ниже других. В этом, вероятно, причина того, что Водяная улица была первой и долгое время единственной мощеной улицей города.

Предместья 

Форштадт. В середине 50-х годов XVIII века с восточной стороны крепости, начинаясь сразу за рвом, появляется первое поселение - казачья слобода, называвшаяся по церкви Георгиевской, или Егорьевской, а также Калмыцкой, так как большинство населения ее составляли записанные в казаки крещеные калмыки. Слобода просуществовала только около двадцати лет, потому что при возникновении угрозы осады Оренбурга армией пугачевцев в 1773 году она была выжжена. Так поступали с предместьями с незапамятных времен, поскольку постройки могли быть использованы осаждающими как укрытия.  

Вторично появление предместья с этой стороны города связано с сильными пожарами весной 1786 года, после которых власти решили переселить за город лишних людей и расположить постройки в крепости на большом расстоянии друг от друга. На этот раз предместье или Форштадт, как его стали называть (по отношению к Георгиевской слободе слово "форштадт" употреблялось редко и только как нарицательное), строилось уже отдельно от города, на расстоянии, потому что вокруг крепости предписывалось оставлять эспланаду (свободное пространство) шириной в 130 саженей.  

Селились здесь исключительно казаки,хотя предусматривалось поселить тут и небольшое число мещан. Только этот сословный принцип да расположение к востоку от города и связывают Форштадт с первой казачьей слободой, так как ни планировкой, ни даже ориентацией они не связаны, а по территории совпадают только частично. Связь Форштадта с городом не оставалась неизменной. В первое время он рассматривался как городское предместье, но постепенно казачий Форштадт обособился и стал станицей со своим самоуправлением. На планах города его показывали редко и обычно не приводили названий улиц. Это обстоятельство позволило с достоверностью установить только наименование, которое было дано заново после перепланировки,начатой в 1879 году в связи с упомянутым пожаром. Между Форштадтом, или станицей Орнбургской, как его официально называли, и городом, возникало много споров, так как, пользуясь выгодами городской жизни, станица не участвовала в расходах города. Споры дошли до того, что в 1899 году на заседании Думы было предложено отделиться от Форштадта забором.  

Голубиная слободка.С западной стороны крепости в 90-е годы XVIII века появилась маленькая слободка ссыльных. Причина ее появления та же, что и нового Форштадта. Ссыльных предусматривалсь селить в небольшой части Форштадта, но это оказалось, видимо, неприемлемым для обеих сторон.  

После Отечественной войны 1812 года с этой стороны города появилось настоящее предместье - Голубиная слободка, именуемая также Солдатской, так как значительную часть ее населения составляли преимущественно отставные солдаты. Поселили сюда также мастеровых и "других состояний" людей, были и купцы, но не было казаков. Селились между линией современной улицы Чичерина и склоном к пойме; предписываемые 130 саженей эспланды выдерживались не везде. Главной причиной этого нарушения был, очевидно, недостаток места, потому что под склоном не селились, боясь паводковых вод. В 1819 году в слободку из города переселили беднейшие слои, и она значительно выросла. В 1828 году числилось "казенных 3 и обывательских 374" строения. Постепенно слободка стала распространяться вниз по обе стороны от Чернореченской улицы, которая тогда была дорогой на Черноречье. Свое название слободка получила по Голубиному озеру. 

В 40-е годы XIX века слободу начинают называть наряду с Голубиной также Старой слободкой, так как к северу от крепости появилась еще одна. Встречается также название Солдатская слобода. Здесь часто бывали пожары, особенно сильный произошел в 1864 году. После него была образована особая комиссия, которая произвела некоторую перепланировку; при этом необходимо было считаться с нежеланием части погорельцев переселяться с насиженных в другие места. Для уменьшения пожароопасности наметили прорезать несколько переулков, но проложить удалось не все. Чтобы уменьшить скученность, образовавшуюся за счет деления дворовых мест и хаотичности застройки, погорельцам выделили 320 мест в Новой слободе, о которой далее пойдет речь. 

Новая слободка. Прошло полвека со времени образования Форштадта и первого поселения - предшественника Голубиной слободки, прежде чем рамки города-крепости снова стали тесными. Возникла необходимость основания нового предместья, поскольку Форштадт был исключительно казачий, а Голубиная слободка бесперспективна в отношении дальнейшего роста. К этому времени отпали ограничения на тип строения в предместьях крепости, так как в мае 1831 года вышел Сенатский указ "Об оставлении в крепостях Сибирской и Оренбургской линий чистых эспланд 130 саж. от кроны гласиса, и о дозволении возводить всякого рода строение далее сего расстояния" (гласис - насыпь, очень полого поднимающаяся в сторону крепостного рва, где и находится его крона). До этого ближе 450 сажен от крепости нельзя было ставить дома на каменном фундаменте, иметь погреба и т.п., что служило сдерживающим фактором при переселении в предместья. Таким образом, отпал один из мотивов, побуждавших к несогласию переселяться в предместья. Прирост населения к 30-м годам XIX века был велик, отому что Оренбург так и оставался военно-чиновничьим и торговым городом почти без промышленности.  

Наряду со скученностью в некоторых частях города накопилось и много обветшалых домов. Таким застал город новый военный губернатор В.А. Перовский, решивший очистить Оренбург от плохих построек. Прибыл он на место службы в июне 1833 года, и уже в 1835 году была образована комиссия, которая осмотрела все дома и 221 из них назаначила на слом. Домохозяев, которые не могли построить хороший новый дом или привести в надлежащий вид старый, следовало переселять за город. Таким владельцам выделялись пособие и лес для строительства в новом предместье, средства эти возмещались, в основном, за счет продажи освободившихся дворовых мест новым владельцам. Многие выезжать отказывались, и их переселяли с помощью полиции, которая иногда прибегала даже к выламыванию оконных рам и разваливанию печей.  

Принято считать, что В.А. Перовский старался привести город в приличный вид к приезду наследника престола Цесаревича Александра Николаевича летом 1837 года; к тому же еще весной 1837 года точно не знали, заедет Цесаревич в Оренбург или проедет через Уфу в своем путешествии по России. Постройки в новом предместье стали появляться в 1838 году. 

Новое предместье, получившее название Новой слободки, спланировали с перспективой роста, начиналось оно от линии современной улицы Постникова, точно выдерживая Расстояние 130 саженей от крепости. В планировке выбрана была радиально-кольцевая схема, что решающим образом сказалось на дальнейшем расширении города и развитии его планировки. Первые кварталы были заложены между линиями современных улиц Цвиллинга (тогда здесь проходила дорога на Симбирск) и Комсомольской; северной границей в первое время была улица Караван-Сарайская, от которой число проездов стало удваиваться в радиальном направлении. К началу 1850-х годов застройка стала местами доходить до линии современной Григорьевской.  

Темп строительства оставался в те годы довольно медленным, о чем свидетельствуют следующие цифры: в 1828 году в городе и предместьях было всего 1529 домов, в 1843 году их стало 1770. То есть в среднем строилось 16 домов в год. Дальше рост слободы идет интенсивнее, сказывается, очивидно, начавшееся развитие промышленности. К началу 60-х годов северная раница проходит уже по Степной улице, которая и получила свое название как граничащая со степью. Улицы с таким названием появляются и позже. Степная улица через десять лет начала постепенно застраиваться со стороны степи и удлиняться. К началу 60-х годов оформилась как улица и современная Комсомольская, поскольку восточная граница слободки стала проходить по линии улицы Орджоникидзе. 

Слияние предместий с городом 

Статус крепости мешал развитию Оренбурга как города, что особенно стало ощутимо в середине XIX века, когда крепость фактически потеряла свое значение. Несмотря на это, по генеральному плану, утвержденному военным министром в октябре 1850 года, значительная часть Старой слободки и несколько домов Фортштадта подлежали сносу за нарушение 130-саженной ширины эсплады. Правда, все осталось на бумаге, а вскоре последовала и ликвидация крепости. Указ об упразднении Оренбургской крепости вышел 11 (23) июня 1862 года.  

Срывать вал и засыпать ров начали, прежде всего, с юго-западной стороны. Удлинив часть кварталов до новой красной линии, разбив 7 новых в 1863 году,образовали часть современной улицы Бурзянцева. В 1864 году она была названа улицей Безак в честь генерал-губернатора А.П. Безака, который активно занимался вопросами новой застройки, а в этом году отбыл на новое место службы.  

Новая слободка тоже соединилась с городом, но сначала застройка шла только в кварталах от современных улиц Советской и Цвиллинга. Ее восточную часть, включая и северную сторону Лечебного переулка, стали застраивать лишь начиная с 1872 года, так как до этого считали, что проектировавшаяся железная дорога может пройти с восточной стороны города, и это место могло бы быть удобным для вокзала. Незастроенное пространство от города до Караван-Сарая стали называть по бывшим крепостным воротам Сакмарской площадью, именовали ее и Мясной по устроенным на ней мясным рядам. 

С восточной стороны города бывшая эспланда долгое время оставалась свободной, вал срывали местами, только на территории, занятой нынче Оренбургским высшим зенитным ракетным командным училищем, стали строить казармы и другие служебные здания. Эта сторона на юге называлась Форштадтской, или Войсковой площадью.

Аренда 

В середине 1860-х годов к северу от Старой слободки, официальное название которой в это время - 3-я часть города, появляются первые промышленные заведения. Земля эта считалась городским выгоном и к слободке не относилась. На планах она выделена так же, как и территория Фортштадта. Постройки на этом участке обозначаются сначала как "клейные и гончарные заведения", или "гончарные и промышленные заведения", а затем - "арендованные места", потому что около заведений стали селиться их хозяева, или просто арендаторы. Отсюда и выражение "жить на Аренде", то есть, на арендованных местах, а не "в Аренде". Застройка арендованных мест в начале XX века доходит на западе почти до современной 1-й Семафорной и на Севере - до Буранной улицы, а к 1916 году - до улицы Гусева. 

На плане 1902 года современные улицы, начиная от Мусы Джалиля и на север, носят названия 1-й, 2-й, 3-й и 4-й Гончарные ряды. Принято считать эти названия исконными, но документы свидетельствуют о том, что ранее они назывались соответственно - Площадь, Тухтинская, Жаломская, Светловская; все они, кроме первого названия, появились следуя, очевидно, тому же принципу, что и в слободке. Большинство перпендикулярных им переулков тоже носили другие названия, по сравнению с подписанными на вышеупомянутом плане. Поскольку административный статус у арендованых мест был иной, названия улиц, даже являвшихся фактически продолжением соответствующих проездов Старой слободки, были другими. Теперь такие улицы объединены одним наименованием. Пространство между улицей Курача и склоном оставалось незастроенным, так как не относилось к выгону. С конца XIX века оно стало называться Ардатовской площадью, или улицей, начинавшейся в бывшей Старой слободке от современной Павловской, поэтому прошлое название нескольких современных улиц сводится к Ардатовской. 

Постепенно арендованные места слились с бывшей слободкой, и название "Аренда" перешло на ту часть, которая находилась под горой. Этому должно было способствовать несколько факторов: постепенное слияние части слободки, расположенной наверху, в нескольких местах с городом; отсутствие сословно-экономического единства внутри бывшей слободки, главным образом между ее верхом и низом. В верхней части выделился более богатый слой, что отразилось и в названиях улиц. Так по купцам Дееву и Дюкову были Деевская и Дюковская линии. Сыграло роль и административное объединение бывшей слободки и арендованных мест в одну часть города, и, возможно, главное - ликвидация различий в землепользовании. Само название "Аренда" и в силу ослабления смысловой нагрузки, и фонетических особенностей выражения "на Аренде", где сливаются две гласные "а", все больше превращается в "Ренду". Таким образом, выражение "жить на Аренде" в настоящее время воспринимается как "жить под горой" в этой части города. 

Дальнейшему продвижению слободки и арендованных мест на запад мешал рельеф местности: наличие Банного протока, или озера в Южной части и низменный характер местности в целом. С начала XX века окончательным пределом явилась Ташкентская железная дорога. 

Новый план 

К 1879 году Новая слободка почти полностью застроилась до линии современной Невельской улицы, возникла необходимость дальнейшего роста. Весной этого года произошло несколько опустошительных пожаров во всех частях города, после чего была произведена распланировка нового района, получившего название Нового плана, - позже Новой стройки. В 60-е и особенно в 70-е годв XIX века в связи с введением в эксплуатацию законченой в 1876 году Самарской железной дороги, ростом промышленности, возросла численность населения. 

Новые кварталы планировались по прямоугольной сетке, поскольку радиальные улицы Новой слободки разошлись довольно широко, и нужно было их удвоить, чтобы длина квартала осталась в допустимых в противопожарном отношении нормах. Можно высказать еще ряд других возможных соображений, но это, видимо, было основным, так как первейшей заботой городских властей была защита от пожаров. Очевидно, руководствуясь этими же соображениями, новую застройку начали от линии современной Орской улицы, оставив площадь между Новой слободкой и Новым планом, которую назвали Мариинской. "Новый план" отразил существо планировки: переход от радиально-кольцевой к прямоугольной схеме. Разбивку местности произвели "между Бердинскою и Ново-Каргалинскою Дорогами". Внешняя граница новых кварталов шла по линии современных улиц Орской, Астраханской, Гребенской и Терешковой. В середине оставлена была площадь, получившая название Николаевской, в наше время часть ее занимает сад им.Октяборьской революции. В 1890-е годы происходит разбивка местности на другой стороне современной улицы Терешковой,именуемой тогда Уфимской в этой части, в то время как в Новой слободке, она имела другие названия: в 70-е годы - Крайняя и Степная, затем стала Нижегородской. Первая продажа дворовых мест в Новом плане состоялась осенью 1879 года, поэтому строительство вряд ли могло начаться раньше весны 1880 года. 

Дальнейшее значительное увеличение Нового плана произошло в 1906 году, когда кварталы были распланированы до линии современной улицы Шевченко, в то время этот край тоже назвали Степной улицей. К 1916 году на западе распланировка Новой стройки дошла до современной улици Полтавской, а на востоке - до проезда Канарейкина, но застройка, в основном, дошла только до линии современной улици Мискинова. Новыми местами или "Новостройкой" завершается официальная застройка Оренбурга царского времени. 

Между Новой слободкой и Новостройкой, с одной стороны, и Форштадтом, с другой, были каретные и кузнечные ряды, сенной базар, ветряные мельницы, сенные карды, женский монастырнь, к востоку от монастыря, в районе современной Харьковской улицы - пороховые склады, по ним вся местность вокруг именовалась "Пороховые". Сейчас это название почти вышло из употребления, но в 40-е и 50-е годы XX века еще существовало.

"Нахаловка" и окрестности города 

Кроме официально разрешенной и спланированной застройки, в начале XX века возникло и довольно стихийно застроенное поселение, получившее по этой причине название "Нахаловка". В 1903 году началось строительство Ташкентской железной дороги, стали строить железнодорожные мастерские, из которых развился современный ТРЗ. Около мастерских были временные склады на арендованной у города земле. Близ главного склада, в товарных вагонах устроились жить рабочие мастерских и железной дороги. Когда вагоны понадобились, они с разрешения железнодорожного начальства здесь построили сначала бараки, а потом и дома, так как до города было тогда далеко, и дворовые места стоили для них слишком дорого. Дома строилии деревянные и саманные.  

В 1905 году мастерские вступили в строй, надобность во временных складах отпала, и железная дорога перестала арендовать у города этот участок. А город отказался признать новое селение своей частью, мотивируя это,в частности, трудностями,касающимися водоснабжения, освещения, пожарной службы и т.д. С 1906 года по распоряжению губернатора постройки были прекращены, к этому времени там имелось уже 130 домов. Несмотря на запрет, строительство продолжалось. Чтобы ему препятствовать, Управа специально нанимает на стоительный сезон нескольких полицейских. В этом конфликте фактически участвуют не две, а три стороны: поселенцы, город и железная дорога; последняя старается защитить своих работников. К 1910 году более 200 лиц владели домами в этом поселении, часть из них к железной дороге отношения уже не имела. Попытки выселения практически результатов не дали. 

Стороны, наконец, договорились, что участки будут сдаваться в аренду, но только работникам железной дороги. Этим вопрос решен не был, так как не все жители поселка имели право на аренду. К 1913 году было уже 263 постройки, а контрактов на аренду заключило 129. Жителям отказали в официальном наименовании поселка и отклонили первое прошение о постройке церкви, ссылаясь на то, что вопрос с арендой полностью не решен. Летом 1913 года городская Дума постановила окопать весь поселок, чтобы прекратить его рост; к осени завершается рытье канавы размером приблизительно 90 на 90 сантиметров и общей длиной 785 саженей, что составляет около 1675 метров. 

Вопрос с "Нахаловкой" так и остался нерешенным, названий улицам не дали; по плану 1916 года границы ее проходят немного не доходя до линий современной застройки со стороны проспекта Братьев Коростелевых. 

Другого жилья вокруг не было, на горе Маяк располагались летние лагеря военных училищ, на северной стороне - городские дачи, на крутом берегу над Сакмарой - небольшой мужской монастырь, а к центру горы - каменоломни. Несколько дач было и в районе современного дома отдыха "Оренбургский" в Караваевой роще. От железнодорожных мастерских в сторону вокзала жилых строений не было, на значительной территории здесь производилась сушка кож. Вдоль склона располагались кирпичные заводы, ближе к городу находились другие предприятия: мельницы, сскотобойни, склады. 

Дальше к югу с западной стороны железной дороги на месте Овчинного городка в начале XX века были свиные загоны и на берегу Банного протока - мельницы. Позже на их месте вдоль ериков расположились кожевенные, салотопные, овчинные и мыловаренные заводы. Название "Овчинный городок" произошло, вероятно, потому что сырьем были преимущественно овцы. 

За рекой Уралом тоже было производство, связанное с овцами: бойни, сушка кож, шерстомойки, кожевенный завод; стоял там и старинный Меновой двор. Сразу за рекой, недалеко от переправы, или моста были кузницы, переведенные сюда в 1880 годах с правого берега Урала в целях пожарной безопасности. В Зауральной роще вокруг Большой поляны располагалось значительное число городских дач.

От первой до второй мировой войны 

1914-1920 годы. С началом 1-й мировой войны в Оренбурге увеличилась численность населения за счет так называемых беженцев. Часть из них состояла, очевидно, из высланных с полосы в 150 км шириной вдоль западной границы Российской империи. Были это преимущественно немцы. В Новостройке появились бараки для беженцев. Увеличилось и населения зауралья. Согласно устному преданию, именно в это время появилось поселение "Ситцовка", где приезжие устраивались, как могли, употребляя ситец для защиты от солнца и дождя. 

О росте населения можно судить по следующим цифрам (округленно, в тысячах человек): 1897 год - 75,5; 1907 год - 87,5; 1916 год - 134,5. При этом надо учесть, что часть коренных жителей города была на фронте или в тыловых частях армии; в данные цифры военнослужащие не включались. Однодневная перепись, проведенная 7 февраля 1916 года, и тщательный анализ ее данных показали значительную скученность населения (в расчете на одну комнату, в том числе и кухню), в северной части города, то есть в Новостройке, а также в зауралье, где по абсолютной величине населения было мало. Если в центральной части города скученность была равна 1,57, то в северной части - 2,94, в зауралье - 3,24. В городе насчитывалось более 200 общежитий, в их число входили, конечно, и бараки. 

Роста застройки города, если не считать бараков и Ситцовки, в эти годы не было. Не рос Оренбург и в год двух революций - 1917, и в 1918 году, когда он оказался в числе городов, где переход к власти Советов происходил в острой борьбе, и она окончательно утвердилась лишь в 1919 году. Начался период выхода из разрухи, причиненной гражданской войной. В этих условиях территория города значительно расширяться не могла. 

Первые заметные шаги по новой застройке начались с 1923 года. До этого жилищная проблема решалась за счет национализированных зданий, часть из которых использовалась для размещения учреждений. Согласно сентябрьскому списку 1991 года в Оренбурге было 187 национализированных зданий. 

Несколько раз менялся административный статус Оренбурга: с 1920 по 1925 год он был столицей Киргизкой (Казахской) АССР, оставаясь губернским центром. В 1928 году организовалась Средне-Волжская область, преобразованная затем в край, и Оренбург стал окружным, а с 1930 - районным городом. С конца 1934 года, когда Оренбургская область выделилась из Средне-Волжского края, Оренбург получил статус областного города. Это усилило его роль как хозяйственно-экономического, так и культурного центра. Если ранне численность населения то падала, то увеличивалась, с этого времени она стала стабильно расти. Расширяя рамки раздела, можно дать динамику роста населения, (в тысячах человек): 1926 год - 123.3; 1932 - 145.0; 1934 - 143.5; 1936 -166.0; 1939 год - 173,0.

Рабочие кварталы.9 ноября 1919 года по постановлению горсовета бывшая "Нахаловка" получила свое новое официальное название "Красный городок". Так были переименованы многие улицы, а улицы Красного городка получили свои названия. К этому году границы поселка существенно еще не изменились, по сравнению с дореволюционным временем. В 1923 году наметилась улица Рабочая. Разбили еще кварталы к западу от первоначального поселения. В этом году здесь было отведено 164 усадебных участка. 

Застройка Красного городка шла по проекту главного инженера губисполкома архитектора-художника И.В.Рянгина. Это был первый проект расширения города в Советское время. Он учитывал уже сложившуюся застройку и транспортные пути, вдоль которых местами уже существовали, видимо, отдельные постройки. Дорогами, проходившими в обход Главных железнодорожных мастерских с запада на восток и с севера на юг: с Маяка на переезд к Новостройке и от переправы через Сакмару к кирпичным заводам определились перекрещивающиеся улицы Магнитогорская и Бебеля; бывшими дорогами определяется, видимо, и направление улицы Блока, части Интернациональной и некоторых других. По этому проекту пространство к северу от Клубной улицы между Лесной и Садовой предназначалось под сад. Несколько меньших размеров сад проектировался к северу от улицы Розенберга. Места эти впоследствии застроились, но в целом Красный городок строился без принципиальных отклонений от проекта. 

В 1924 году "по смежности с Орлесом" было отведено еще 128 усадебных участков. К 1926 году улица Бабеля в большей своей части имела дома и с северо-западной стороны. Усадебные участки выделялись преимущественно рабочим железнодорожных мастерских и завода "Орлес", который, не считая предприятий НКПС, был тогда единственным с числом рабочих более 500. Таким образом, Красный городок оставался чисто рабочим районом города, который к тому же воспринимался сначала как несколько обособленное поселение, причисляясь в отделеьных документах к пригородам Оренбурга. Он и действительно вместе с Главными железнодорожными мастерскими отделялся от города обширной Сырейной площадью. Поэтому часть названий улиц дублировала городские. Лишь в 1931 году при решении вопроса ликвидации дублирования названий улиц стали учитывать Красный городок. К этому времени застройка его дошла до улицы Розы Люксембург на севере, Бурчак-Абрамовича (тогда Котова) - на западе, восточной границей оставалось Орлесовское шоссе - современный проспект Братьев Коростелевых. Но внутри этой территории имелось еще много незастроенных площадей. 

С 1926-1927 годов от железнодорожных мастерских в сторону города начинается плановое строительство на Сырейной площади, где до этого в отдельных местах, возможно, была неплановая застройка. В основных чертах распланировка происходит также на основе проекта И.В. Рянгина. Названо это место по сырью: здесь на специально отведенной для этого площади сушили кожи. Сушку кож перенесли за Урал еще в 1911 году, но мест для строительства здесь не давали, хотя железнодорожники в свое время просили об этом городскую Думу. Когда началась застройка, новые кварталы сперва назвали 2-ым Красным городком на Сырейной площади, затем в 1929-1930 годах в заявлениях жителей поселение названо Ленинским городком, но окончательно закрепилось название "Сырейная площадь", или менее официально "Сырейка". 

Постепенное расширение.В остальных частях города таких заметных перемен не было. Зато изменились названия улиц, площадей, садов. Решением горсовета от 18 февраля 1926 года было переименовано 120 единиц, что составляло более 73% наименований, если не считать Красного городка и Сырейной площади. Менялись даже такие нейтральные названия, как Голубиная, Инженерная, Нагорная, Телеграфная и т.п.

 В Новостройке осваивались площади, отведенные под дворовые места еще в царское время. Небольшое увеличение происходит ближе к центру города между Новой слободкой и Фортштадтом: на восток от слободки за полем радиостанции и Кузнечным, к северу от улицы Орлова, отвели в 1925 году девять кварталов под "Новые усадьбы". 

Со стороны Форштадта в тот же период началась застройка Пороховых. Здесь отвели семь кварталов между Туркестанской и современной Красногорской улицами, начиная от Ипподромной, где была восточная граница ипподрома, до Уральской. 

Фортштадт до 1922 года в состав города не входил, был отдельной единицей. Затем он присоединился к городу и получил официальное название "Оренпосад". С середины 30-х годов его переименовали в "Красный посад", но официальное название не прижилось, и, хотя оно формально не изменялось, эта часть города так и называется своим исконным именем "Фортштадт". Почти до конца 30-х годов он территориально не рос, оставаясь в границах 1915-1916 годов. 

К началу 30-х годов в Овчинном городке появилось несколько маленьких кварталов, расположенных немного разбросанно, так что улицы остались неоформленными. На территории Подмаячного поселка в конце 20-х годов появилась неплановая застройка - Кирпичные ряды, поскольку ряды такие находились здесь действительно. Затем поселение стало именоваться поселок "Курмыш", пока не получило название "Подмаяцный", но в обиходе его чаще называют "Шанхай". Застройка здесь шла хаотично, а сами постройки в первое время были невзрачными, часть из них во многом напоминала землянки. 

За Уралом в 20-е годы растет упоминавшаяся ранее Ситцевая деревня. Застройка ее началась, очевидно, со стороны Менового двора по направлению к Уралу, но не заходила за северную часть древнего русла реки, называемую Дюковым оврагом; на западе пределом было полотно железной дороги, на востоке - шоссе. Затем поселение стало распространятся за оврагом на север. Эта часть поселка в середине 20-х годов называлась Новым Петроградом, а затем - Новым Ленинградом, причем в 1931 году все поселение именовалось так. Возможная причина этого названия - близость Урала, но нельзя исключить и затопляемость паводковыми водами ближней к реке части, что могло ассоциироваться с осенними питерскими наводнениями (в связи с последним обстоятельством северная часть поселка в послевоенные годы перестала существовать, так как жители переселились). По ассоциации с Петроградом и часть улиц получила соответствующие названия: Невская, проходившая через обе части поселка, Гороховская названа, вероятно, по аналогии с Гороховой улицей в Петербурге. 

Южнее Менового двора на городской земле в 1927 году началась распланировка поселка Пугачи, который тогда официально назвали "Пугачевский городок". Застройка проводилась по радиально-кольцевой схеме и была ориентирована на станцию Меновой двор. Городок растет довольно быстро: к началу 1931 года он четко ограничивается Донгузской улицей и не вполне еще оформившейся современной Гвардейской улицей. В дальнейшем расширение поселка продолжалось по той же схеме вплоть до 60-х годов, когда планировка постепенно перешла к прямоугольной сетке. Несколько особое место занимал поселок Карачи, возникший еще до 1927 года, когда решением губисполкома был передан в ведение Оренбургского горсовета как "пригород, входящий в состав Оренбурга", с сохранением сельсовета. А в то время 85% домов в Карачах были саманными, 10% засыпными и только 5% деревянными. Размеры поселка мало изменились и совпадают с одноэтажной застройкой настоящего времени, исключая крайнию юго-западную часть в районе Степной улицы. 

Наряду со сменой силуэта. С середины 30-х годов начинается строительство многоэтажных зданий. Это стало возможным благодаря развитию промышленности и обретению городом статуса областного. К концу 2-й пятилетки 1938 году, было введено в эксплуатацию 12 новых предприятий, преимущественно легкой промышленности. Возникли новые отрасли, например, комбикормовая. Предприятия швейной и шорноседельной промышленности во многом заменили собой кустарное производство. Старые предприятия реконструировались и расширились. 

Если в 1910 году, когда, не считая Главных мастерских Ташкентской железной дороги, было 36 предприятий, выходивших далеко за рамки кустарных, и 1535 - с 1-2 работниками, то к 1938 году число последних значительно сократилось, первых же стало 49, включая и введеную в эксплуатацию в 1939 году фабрику пуховых платков. 

К этому времени значительно изменился силуэт города, так как исчезло большинство высотных сооружений из-за сноса церковных зданий или колоколен. Обычные административные или жилые здания, даже очень высокие, не могут служить заменой таким доминантам, поскольку имеют иное функциональное назначение, определяющее их архитектонику. В 1936 году число зданий, имеющих три и более этажа было всего 31, это состовляло 0,3% всех построек; двухэтажные - 4,7%. Многоэтажные здания начали строиться в это время в центральной части города: это два четырехэтажных жилых дома по обе стороны улицы Советской у перекрестка с улицей М.Горького, дом 56 по Советской и ряд других.

В 1936 году началось строительство Дома Советов. Он возводился рядом с местом, где до середины мая 1932 года возвышался Кафедральный собор. 

Дальнейшее расширение города происходило, главным образом, в районе промышленных предприятий, где шла плановая застройка участков, представленных рабочим под индивидуальное строительство, для улучшения которого с 1929 года строить полагалось только по разработанным типовым проектам. 

В связи со строительством Кислородного завода, вошедшего в территорию паровозоремонтного завода (так называли главные Мастерские) и оконченного к концу 2-й пятилетки, улица Котова оказалась разделенной на две части. Вскоре обе они стали называться 1-я и 2-я Котова. Красный городок продолжает постоянно расти. Увеличивается количество кварталов к северу от улицы Розы Люксембург, начиная от улицы Калинина и почти до Орлесовского шоссе. Таким образом, Нагорная постепенно формируется как улица. 

В связи с застройкой еще одной части площади в центре Красного городка, колхозный базар переносится на свободное место за Орлесовское шоссе к северу от железнодорожной ветки, то есть напротив старой части городка. В 1938 году под новую застройку отвели значительный участок на западе; на кварталы разбивается местность между улицами Вагонной и линией современной Западной, в направлении к северо-западу от улицы Розенберга до линии химической улицы. 

Кроме плановой происходила и стихийная, или самовольная застройка. Так между улицами Ногина и Деповской улицы от Войкова в сторону Желябова появляется неорганизованная группа домов, общее направление застройки которых определилось бывшим здесь складом. Этим объясняется существование и направление 2-го Проезда и Морозовского переулка. В то же время, видимо самовольно, далеко на северо-западе происходит и строительство по краю Соболевой горы. 

От улицы Плеханова к востоку появились улицы Кардонные и Мельничная, или Мало-Мельничная, в отличие от Мельничной площади, названной по находившимся на ней ветряным мельницам, стоявшим в районе современных домов NN 14, 16, 18 по проспекту Победы и к востоку от них. Кардонные улицы названы, должно быть, по сенным кардам, или складам, занимавшим когда-то большое пространство между современными улицами Ваана Теряна и Ленинградской в районе Самолетной и Хакимова; в этот период карды доходили приблизительно лишь до линии улицы Куйбышева. Само название образовано неудачно, следовало бы именовать улицы "Кардовые", иначе возникает ассоциация со словом "кордон", в то время как никаких кордонов в этой местности не зафиксировано, направление же этих улиц - прямо на бывшие карды. Интересно отметить, что тогда эта небольшая часть города называлась поселком Восточным. 

В 1938 году произошло удлинение Форштадта, где под индивидуальное строительство отвели девять кварталов между улицами Туркестанской и Мало-Советской, вскоре переименованной в улицу Чкалова; распланировку произвели по линии Нежинской улицы. Одновременно, по тому же постановлению, отведены были и четыре квартала между Туркестанской и современной Красногорской, начиная от Уральской, территория эта относилась к Пороховым. 

В 1938 году завершается работа над Генеральной схемой планировки Оренбурга, так проект XIX века во многом себя исчерпал. Работа была выполнена архитектурно-планировочной мастерской № 1 г.Москвы Наркомхоза РСФСР. Схема предусматривала полную реконструкцию города, в том числе и его исторического ядра. Полному осуществлению проекта помешала начавшаяся Великая Отечественная война, а затем и некоторое изменение концепции, связанной с сохранением памятников истории и культуры. Дальнейшая планировка ряда новых районов города, особенно северо-восточной и восточной частей, производилась и после войны, исходя из его основных принципов. В 1940 году была произведена разбивка кварталов под индивидуальное строительство в северо-восточной части города, который с 1938 года стал называться "Чкалов". В два этапа: в июне и августе, происходит распланировка кварталов на площади от современной Самолетной улицы до Расковой между улицами Глинки и Ваана Теряна, от улицы Хакимова до переулка Крымского между улицами Глинки и Полигонной. Одновременно отведены были места к северу от современной Красногорской до Харьковской между улицами Кима и Ульянова. Таким образом планировочно соединились северо-восточная и восточная часть города. Названия улицы не получили, а делились на проезды и линии. Застройка их началась уже после Великой Отечественной войны.

В суровые годы 

В годы Великой Отечественной войны Оренбург в силу своего географического положения оказался одним из центров, куда из западных районов страны было эвакуировано много предприятий и промышленного оборудования. Все это послужило базой для организации новых заводов. Так, например, в 1941 году на части оборудования Московского завода "Фрезер" возник инструментальный завод, в этом же году на базе эвакуированного из Витебска оборудования - станкостроительный завод. Вступили в строй заводы "Металлист", "Автозапчасть", нефтемаслозавод, эвакуированный из Москвы, а в 1942 году - шелкокомбинат, разместившийся в бывшем Гостином дворе, и другие предприятия. Всего в город их прибыло 44. Перестраивались на выпуск военной продукции и местные предприятия. Все определялось нуждами фронта. Город ковал для него оружие, готовил кадры для армии. 

В условиях колоссального напряжения всех сил не могло быть и речи о крупном жилищном строительстве, но развитие промышленности вызвало необходимость строительства жилья хотя бы временного типа, Поэтому ускорилась застройка распланированных еще перед войной кварталов на северо-востоке города. Так четыре из них в 1938 году, спланированные как два, между современными улицами Самолетной, Полигонной, Хакимова и Глинки, отведены были в ноябре 1941 года под строительство жилых бараков. Одновременно застраивались и новые места, ранее не планировавшиеся.

Новые территории, поселки, районы 

Конец Великой Отечественной войны можно считать началом нового этапа развития города. Из-за большого количества предприятий, оставшихся после войны, город значительно вырос. Необходимо было обеспечить жильем рабочих и служащих, соответственно расширить сферу обслуживания населения. 

С переходом страны на мирные рельсы интенсивнее развернулось строительство не только на периферии, но и в центральной части города. Так, к началу 50-х годов согласно плану появилась улица Богдана Хмельницкого. Почти одновременно проектировалось и здание бывшей Выставки достижений народного хозяйства, которое построили в 1956 году. По выставке и улица была переименована из Красной в Выставочную. 

Продолжается строительство и на периферии. В строй вступают новые заводы: "Гидропресс", бурового оборудования, регенераторный (с 1964 года - РТИ). Одновременно вырастают и жилые дома, причем чаще всего целыми массивами. Еще в декабре 1946 года за заводом "Гидропресс" закрепили участок по обе стороны бывшего Орлесовского шоссе, там в 50-е годы и развернулось строительство целого комплекса домов; решение о постройке первых из них было принято исполкомом горсовета в августе 1950 года. Таким образом в эти годы бывшее шоссе полностью оформляется как улица - современный проспект Братьев Коростелевых. 

Во второй половине 50-х годов широко развернулось государственное жилое строительство, особенно в восточной и северо-восточной частях города. К востоку от Форштадта и к северу от Нежинского шоссе началось строительство первого в Оренбурге жилого массива. Эта часть города, вместе с уже отведенным восточнее участком под индивидуальное строительство, получает название Восточного поселка. Кватралы его застраиваются по направлению с юга на север. На юге первые участки были отведены в 1955 году, а в районе Карагандинской улицы отводы произвели в 1959 году. Но застройка участка индивидуальных домов между улицами Северной и Курганской началась раньше, в 1957 году. 

Во второй половине 50-х все шло по разработанному Гипрогором проекту планировки, который был пересмотрен в соответствии с постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР "О развитии жилищного строительства в СССР" и утвержден в 1958 году. Согласно проекту почти все новое жилищное строительство размещалось на свободных территориях, и направлялось на восток. В это время принимается решение о строительстве домов за Уралом между поселками Пугачи и Карачи, которое стало возможным благодаря сооружению постоянного моста, что пытался осуществить еще военный губернатор В.А.Перовский. Здесь размещались в основном одноэтажные дома. 

К северу от Хлебного городка расширяется застройка района станции Оренбург-2, преимущественно к юго-востоку от железной дороги. Дальше в этом же направлении в 1959 году нефтемаслозаводу под жилое строительство отводится и планируется участок, названный Городком нефтяников, где и улицы получили соответствующие названия: Бакинская, Грозненская, Нефтяников. 

В 1957 году было принято решение о расширении индивидуального строительства дальше на восток, за Восточным поселком. В следующем году там отвели места, а в 1960 году в общем обиходе уже употребляется название 2-й Восточный поселок, где все улицы кроме одной, улицы Мира, носят названия Линий с соответствующим порядковым номером. Ближе к городу, к северу от Карагандинской улицы и к востоку от Луговой, в 1958 году отводится участок, где сначала строятся здания в один-два этажа. Здесь были спланированы небольшие улицы, которые после перепланировки и застройки крупными домами не сохранились. 

В конце 50-х годов к югу от Нежинского шоссе возник поселок совхоза пищеторга, ныне называемого "Овощевод". С 1959 года он стал именоваться Совхозным. Здесь те из улиц, которые могли рассматриваться как продолжения отдельных улиц Восточного поселка, названы с частицей "мало": Мало-Луговая, Мало-Сенная, Мало-Восточная. 

В 60-е годы началось строительство северного жилого района. Первой была намечена и осуществлена застройка многоэтажного массива для нового шелкокомбината; отвод целого микрорайона к югу от современной улицы Конституции СССР был произведен в 1961 году. С этого года согласно решению исполкома облсовета застройка Оренбурга должна была вестись целыми массивами. Этот массив по смежности принял название одноэтажного поселка строившейся ТЭЦ, возникшего во второй половине 50-х годов. В 1959 году он был официально назван Степным, и улицы, носившие до того наименования Линий, в подавляющем большинстве получили имена городов нашей Родины. В последующие годы строительство шло непрерывно, отводились участки под другие микрорайоны, поэтому рождались новые улицы, удлинялись и существующие. 

В первой половине 70-х годов началась застройка микрорайона к северу от улицы Монтажников. Осенью 1974 года исполком горсовета принял решение об отводе участка восточнее 2-го Восточного поселка, где вскоре развернулось строительство 23-го микрорайона. Таким образом удлинился проспект Гагарина, к югу от которого позже началась застройка 24-го микрорайона. 

Строительство этих лет проводится в соответствии с генпланом, разработанным 4-й мастерской Гипропрома в первой половине 60-х годов, который отразил новый этап в развитии градостроительства в СССР, когда на смену развивавшемуся в 30-е 40-е годы поселковому типу расселения с рассредоточенным ведомственным стоительством пришло строительство крупных жилых массивов, связанных с разными предприятиями и учреждениями. Они сразу формируются как полноценные районы или микрорайоны. Необходимо подчеркнуть, что микрорайон - совершенно иная градостроительная единица, по сравнению с кварталом, он включает в себя все учреждения и предприятия ежедневного обслуживания. Число транспортных улиц на единицу площади значительно уменьшается, по сравнению с квартальной системой застройки, магистрали проходят по границам микрорайона. Поэтому количество улиц увеличивается незначительно, а в реконструируемых частях города уменьшается. 

В 1966 году около Оренбурга было открыто крупное месторождение природного газа. Это повлекло за собой строительство одного из крупнейших в мире газзаводов, первая очередь которого введена в строй в 1974 году. Развитие газодобывающей и газоперерабатывающей промышленности определяющим образом сказалось на дальнейшем росте города. 

Оренбург расширяется и за счет уже сформировавшихся населенных пунктов. В 1957 году присоединен поселок Берды, в 1965 - Пугачи, оказавшийся уже в окружении поселков, относящихся к городу. Хотя этот поселок строился в 20-е годы как городская часть, он потом входил в сельский район. Позже присоединен поселок Карачи, а с северной стороны - Кушкуль. При слиянии с городом некоторые улицы, названия которых дублировали городские, переименовались.

К концу века 

В 1979 году 4-й мастерской Гипропрома был разработан генплан застройки северо-восточного массива, расположенного между лесополосой и Объездным шоссе к югу от Северного поселка. Разбивка местности по микрорайонам и отвод под постройки начались с севера в 1983 году и не завершены по сегодняшний день. Значительная часть отводов была произведена в 1991 году. В это же время приступили к реконструкции старого района в бывшей Новой слободке между улицами Комсомольской и Терешковой, к северу от Рыбаковской. Намечалось возведение зданий значительной этажности. 

Следует отметить, что в первой половине 90-х годов застройка крупных массивов многоэтажными домами замедлилась. Зато значительно расширилось строительство домов малой этажности, преимущественно индивидуальное. Под него отведен целый ряд участков довольно большой площади. В проектах нескольких из них малоэтажное строительство сочетается с крупными зданиями. Более половины таких участков находится на северо-востоке. В пределах упомянутого северо-восточного массива в 1993 году отвели участок заводу "Инвертор", за объездным шоссе, начиная с 1990 года отведены участки под названиями "Ростоши I", "Стрела", "Космос 91"; к югу от Нежинского шоссе в 1991 году появился участок "Индстрой". На северо-западе, за рекой Нижняя Каргалка распланирован новый жилой район у села Подгородняя Покровка, но относится он к городу. Расширилась площадь такой застройки за Уралом, где строительство идет к северу и северо-западу от Пристанционного поселка.

 Все эти участки существенно отличаются от тех, что застраивались в прошлые десятилетия, не только архитектурой зданий, значительная часть которых коттеджного типа. Особенность малоэтажной застройки в оригинальности планировочной структуры каждого из участков, так как ПДП (проект детальной планировки) разрабатывался отдельно, они имеют различные контуры и рельеф. За некоторым исключением участки разобщены. Все это не позволяет иметь объединяющие их улицы; есть только одно исключение - Российская улица, которая проходит через "Ростоши I" и "Стрелу". На единицу площади больше проездов, по сравнению с территориями микрорайонов с многоэтажной застройкой. Такова причина значительного увеличения количества проездов, именуемых улицами и переулками. Поэтому прибавилось около 20% наименований, если взять за 100% число названий улиц на 1 января 1984 года. Некоторые улицы только начинают застраиваться, а иные пока еще только в разметке. 

Окончится ли очередной этап развития города, делать заключение рано, так как для этого необходим определенный исторический промежуток. Но в последние годы былой рост населения прекратился. Об этом говорят следующие цифры (в тыс. человек): 1984 г. -512,6; 1993 г. - 563;на 1-е января 1995 г. 561,5. 

Одобрена иная концепция архитектурно-планировочной организации исторического центра Оренбурга, предложенная коллективом московских архитекторов в 1991 году. Если раньше предлагалось новое решение, самое малое, целого квартала, то, согласно новой концепции, исходным является приоритетность сохранения и использования историко-культурного потенциала города, который определяется не только отдельными памятниками, но и всей планировкой, рядовой застройкой, сложившейся структурой квартала и домовладения. Все это отражает историческое развитие города, традиции. Такой подход сохраняет планировочную структуру и требует создания механизма, обеспечивающего строгое соблюдение разработанных и утвержденных в 1994 году правил архитектурно-градостроительного регулирования застройки исторической части города.