Герцогство Бретань

Герцогство Бретань

938-1341

Этот период, увидевший восстановление бретонской государственности, отмечен тремя важными аспектами оказавшими существенное влияние на дальнейшую историю региона. 

• политический поворот во-первых; С Аланом Великим умер последний король Бретани. Отныне её правители не могут больше претендовать ни на что кроме герцогского титула. 

• Затем - экономический; надо отметить, что городское развитие было всегда особенно медленным в раннем бретонском средневековье и что восстановление бретонской экономики после норманнских набегов проходило крайне тяжело на протяжении XI и XII веков. Очевидно, что вторжения норманнов чувствительно затронули животворящие силы страны, что они подавили некий динамизм, который бретонцы обнаруживали на протяжении веков. 

• интеллектуальный поворот наконец; именно в X и XI веках, употребление бретонского языка концентрируется решительным образом к западу, почти на уровне своей современной границы. 

Парадоксальная ситуация – не смотря на то, что Номиноэ и его наследники продвинули границы Бретани на восток в исконно франкские земли, Котентин, Авраншин и область Майен, бретонская элита подверглась влиянию франкской цивилизации, цивилизации конечно не более передовой (относительное понятие), но более отточенной, более совершенной. Вожди перенимают сначала обычаи, затем язык, и в итоге сами становятся носителями франкской культуры. Бретоноязычные островки области галло исчезают; регион крайнего запада сам подвергается влиянию франкской культуры. 

Алан Барбеторт (Alan Barbetorte) устанавливает свою столицу в Нанте; первый неосознанный шаг к унии 1532 года... Сын уже упоминавшегося Матьедуа, и внук, таким образом, Алана Великого, он провел свою молодость в изгнании, при дворе англосаксонского короля Ательстана, крестником которого он являлся. 

Он возвращается Бретань в 937, по призыву аббата монастыря Ландевеннек. В течение двух лет он преследует норманнов по всей Бретани. Алан разбивает викингов в Plourivo, а затем у Нанта, где он укореняется после нового успеха. Двумя годами позже, в 939, он одерживает новую победу в Тран, где были истреблены последние группы норманнов. Безусловно, все это не выглядело сплошным героическим эпосом, по некоторым источникам тут не обошлось без дипломатического вмешательства крестного отца новоиспеченного предводителя бретонцев - короля англов Ательстана. Так или иначе, к сороковым годам X века, норманнская угроза Бретани была сведена к минимуму. 

Алан ведет необходимую тогда во всех отношениях политику восстановления и укрепления страны, однако средств у него явно недостаточно, да и сама Бретань значительно поуменьшилась в размерах по сравнению с временами Номиноэ, Эриспоэ и Саломона. О статусе королевства речь уже не идет. Он вынужден ограничить свои претензии на власть в качестве герцога. Его родственные связи, политические обстоятельства, и внутренняя ситуация в герцогстве позволяют старым анархическим тенденциям бретонских баронов разыграться в полной мере. Отсутствие крупного города, который являлся бы географическим центром Бретани и одновременно её столицей, поощряет поползновения к независимости регионы удаленные от Нанта, герцогской ставки. К тому же, суверен Бретонский, имел трёх сыновей от двух женщин, а это, в Средние века, стабильности государству не прибавляло... В результате всего вышеперечисленного, после смерти Алана Барбеторта корона разыгрывалась между кланами Нанта, Ренна и Корнуая, представители которых, в равной мере могли претендовать на титул герцога Бретани. В ходе длительных династических разборок, власть захватывает Дом Ренна. Четыре герцога этой ветви последовательно меняют друг друга: Конан I, Жоффруа I, Алан III и Конан II. Здесь следует отметить, что Алан III предоставляет своему младшему брату Эду (Eudes) третью часть герцогства, будущую сеньорию Пентьевр - огромная политическая ошибка, приведшая в будущем, к самым плачевным последствиям. (Эта фамилия будет замешана почти во всех внутренних смутах, вплоть до утраты герцогством независимости, когда в 1480, король Франции выкупит у очередного представителя клана Пентьевр его права на герцогскую корону). 

Алан III, умирает в 1040 во время экспедиции в Нормандию, где он вмешался в династические распри нормандских баронов, причем на стороне противников некоего Вильгельма, прозванного Бастардом (Незаконнорожденным). Неудачный выбор. Этот побочный отпрыск герцога Нормандского станет в последствии, ни кем иным как Вильгельмом Завоевателем, предводителем норманнского покорения Англии. 

Регентство поручено Эду де Пентьевр. Только регентство, однако большую часть своего правления, сын и законный наследник Алана III, Конан II, с 1050 до своей смерти в 1066, проводит в борьбе против мятежей, возглавляемыми последовательно Эдом, его сыном Жоффруа и корнуайским графом Хоэлем. Хоэль и унаследовал герцогство в тот самый год, когда Нормандский Бастард становится Вильгельмом Завоевателем. У Гастингса, в 1066, правое крыло норманнской армии состояло в основном из бретонцев. 

На этот раз однако, на горизонте появляется король Франции Филипп I. Завоевание Англии и огромный рост могущества Нормандии, беспокоят короля Франции, с тех пор ищущего любого предлога для вмешательства. Это отмечает точку отсчета французского влияния на бретонскую политику. 

В 1084 к власти приходит Алан IV. Очень умеренный, осторожный, набожный, он не является борцом. Он принимает участие в первом Крестовом походе с норманнским контингентом. Он помогает королю Англии Генриху I, когда тот хочет отвоевать Нормандию у своего брата Роберта; и в конце концов, он женит своего сына Конана на дочери Генриха. Алан отказывается от власти в пользу Конана в 1112, чтобы уйти в Редонский монастырь. 

Имеет место, как мы видим, с 1113 по 1166, постепенное нарастание авторитета английской короны в Бретани. Господству Конана III сопутствует фаза неустойчивого равновесия между английским и французским влиянием. В 1122, 1124, 1126, Конан принимает участие в экспедициях Людовика VI. После смерти Конана (1148), ему наследует его дочь Берта, а затем его внук, тоже, Конан, которого поддержал, энергично, хотя и не без дипломатического такта, король Англии, Генрих II Плантагенет. 

Герцог с 1156, Конан IV пообещал выдать свою дочь Констанс за Жоффруа, сына Генриха II, и был любезен настолько, что поручил регентство Бретани, до совершеннолетия Жоффруа, королю Англии. Последний созывает тотчас же бретонских сеньоров, чтобы принять от них оммаж (1166). Безусловно, можно по-разному оценивать политику Конана IV. Не стоит только забывать, что к этому времени Генрих II был полновластным хозяином Англии, Нормандии, Мена, Анжу, всей Аквитании, то есть земель, полностью окружающих Бретань. 

Господство Плантагенетов - для Бретани эпоха особенно бурная. Восемь восстаний баронов было организованно против Генриха II, однако это были восстания феодалов против твердой власти, а не бретонцев против англичанина... Энергия Генриха II и слабость короля Франции Людовика VII, объясняют беспрестанные успехи Плантагенета. Бретань многим ему обязана. Этот превосходный организатор снабдил герцогство административной системой, которую оно, с небольшими вариациями, сохранит до конца своего независимого существования. Чиновники суда прекращают быть слугами, чтобы стать почти "министрами". Канцлер, казначей, сенешаль и маршал (командующий войсками) - главные помощники герцога. По потребности, этот совет расширялся в Генеральный Парламент, предок будущих Штатов Бретани, который объединял всех крупных вассалов. Также, Генрих II разделил Бретань на восемь судебных округов (Нант, Ренн, Плоэрмель, Броэрек, Корнуай, Леон, Трегер, Пентьевр), порученные отзывным сенешалям. 

Его сын Жоффруа, выдвинувшийся в 1181, следует тем же путем. Он заставляет одобрить своих баронов, в Ренне, в 1185, "Уложения графа Жоффруа" (первый законодательный акт Бретани который нам известен). Это ослабляет их позиции всегда тяготеющие к неповиновению. Таким образом, он впервые намечает регулирование феодального строя. Более бретонец чем англичанин, он ищет поддержку у короля Франции, Филиппа Августа, против своего отца. Только случайная смерть Жоффруа во время турнира (1186), сохраняет Бретань под влиянием Англии и Плантагенетов. 

Его наследник Артур I, имел все основания стать великим правителем. Сын герцога Бретонского и внук короля Англии, он мог бы создать государство лежащее по обе стороны Ла-Манша. В глазах некоторых современников, он был надеждой кельтского возрождения, как некогда другой король с тем же именем. Случись это, история Запада могла бы пойти совершенно другим путем... Когда Артуру I было шестнадцать лет, его убил родной дядя, узурпатор английского престола, Иоанн Безземельный. Запутанная династическая ситуация после смерти Артура, позволяет королю Франции Филиппу-Августу, путем остроумной комбинации, выдать наследницу Артура за своего родича Пьера де Дрё, прозванного Моклерком. 

Носитель капетингской крови в жилах и горностая на гербе, Пьер I прибывает в Бретань переполненный жаждой деятельности. Он очень энергичен, умен, образован, хотя иногда и не разборчив в средствах. Бретань редко имела такого государя. Он ухитрился вывести Бретань из-под влияния Англии, не дав однако, и Франции наложить на герцогство свою хищную лапу. Рыцарь без страха и упрека, Пьер I, на склоне лет отказывается от власти в пользу своего сына, чтобы уйти, в качестве простого рыцаря, освобождать Гроб Господень. Он умер от ран на обратном пути из 7 Крестового похода (1250), оставив преемникам крепкую герцогскую власть, а Бретани - свой родовой символ, горностая. 

Жан I Рыжий (1237-1286), Жан II (1286-1305), Артур II (1305-1312) и Жан III Добрый (1312-1341), по очереди сменили Моклерка. Их правление проходило спокойно, без особых потрясений. Все они последовательно укрепляли герцогскую власть, пополняли казну герцогства за счет знати и духовенства, и выказывали полнейшую лояльность по отношению к французской короне, сохраняя при этом хорошие отношения и с островным соседом. Что же, век "без истории", так кажется сказали в XIХ веке, это счастливый век. Подтверждение этому следует искать в вероятном благополучии. Так или иначе, в течение этих ста лет Бретань жила в мире. 

Умирая, Жан III ставит свое герцогство перед сложнейшей проблемой: бездетный, он даже на смертном одре отказался указать своего преемника. Будучи верным союзником французской короны, он пытался завещать права на герцогство королю, однако возмущение бретонских баронов не позволило ему это сделать. Таким образом, остаются два возможных кандидата: сводный брат покойного герцога, Жан де Монфор, сын Артура II и Жанна де Пентьевр, племянница Жана III или, скорее ее будущий муж, что делает этот брак государственным делом. Набившая руку в "брачной дипломатии" французская монархия, уже в 1337, навязывает ей в мужья Карла де Блуа, племянника короля Франции, Филиппа VI, и подтверждает таким образом, свой контроль над делами герцогства (символично, что в тот год, шесть из тридцати пяти больных золотухой, прибывших просить исцеления у короля Франции, были бретонцами). Скончавшийся в Кане, 30 апреля 1341, на обратном пути от двора короля Франции, Жан III так и не сделал свой выбор между сводным братом и мужем племянницы. Поскольку бретонское феодальное право и феодальное право Франции, противоречат друг другу в этом вопросе, Бретань, после целого столетия мира и спокойствия, вполне была готова к новой династической войне.