Гены и история

Гены и история

Кандидат биологических наук Игорь Лалаянц

Этнографы и генетики давно ищут способы подобраться к изучению истории происхождения различных этнических групп. Можно только приветствовать работы учёных нового поколения, которые оперируют генетическими маркёрами различных этнических групп. Частично они описаны Н. Максимовым в статье „Геногеография“, где речь идёт о достаточно стабильных ген-маркёрах из мужской половой хромосомы Y („игрек“), передающейся по мужской линии от отца к сыну.

Метод изучения маркёров Y-хромосомы, как рассказал на страницах „Знание — сила“ О. Евграфов, гораздо проще и надёжнее анализа ДНК из митохондрий, передающихся по материнской линии: женщины очень часто „умыкаются“ в другие группы популяций, к тому же у редких народов признаётся „национальность“ по материнской линии.

Генетики вот уже на протяжении нескольких десятков лет пытались нащупать пути этногенеза. Но до Y-маркёров это всё были поиски по вторичным фенотипическим признакам, например по группам крови. Изучая же ДНК, мы находим различия и сходства в самой основе человеческого организма. Преимущество изучения ДНК заключается также и в том, что её легко „индустриализировать“: отработанная методика легко воспроизводится в любой лаборатории, где есть соответствующее оборудование и квалифицированные кадры. Вот почему современные генетические методы достаточно легко „клонируются“ в разных частях света с хорошей достоверностью и воспроизводимостью результатов.

Пару лет назад исследователи из Оксфорда обнаружили ряд стабильных маркёров у израильских левитов — судей и мытарей-таможенников. Это открытие подтвердило старую истину о том, что на смену часто неграмотным воителям обязательно приходят мытари, писцы и счётчики со своей уникальной организацией мозга, которая зависит от специфических генов. Потому что кто-то должен следить за тем, чтобы тучнели нивы и стада, чтобы прирастали людские и материальные ресурсы для новой войны.

Часто говорят, что Исход из Египта вёл Моисей, забывая о его брате, от которого и пошли левиты. Они-то и написали Книгу Судей, создав, вполне возможно, для этого письменность (хотя в Ветхом Завете и говорится, что сам Яхве-Саваоф вручил Моисею на горе Синайской скрижали с заповедями. У многих народов и в первую очередь у египтян письменность суть акт божественной передачи).

Y-маркёры у левитов очень устойчивы и сохраняются практически в неизменном виде вот уже на протяжении трёх тысяч лет, что вполне соответствует по времени „иудейским древностям“. Остаётся загадкой, каким образом древние умели выделять скрытые генетические признаки. Такие примеры есть и у других народов: избрание малолетнего ламы в Тибете, жрецов в том же Египте, у ацтеков, майя и т. д.

Дэниел Брэдли из дублинского колледжа Св. Троицы повторил „левитовское“ исследование, только вместо древнеиудейских судей взял наследование маркёров у мужчин клана Коннот, „кучкующегося“ на западном побережье Зелёного острова. Ирландец измерил частоту определённой ДНКовой „сигнатуры“ — последовательности — и показал, что у Коннотов частота эта достигает 98 процентов. Определён и возраст предка клана, который жил в Европе порядка тридцати тысяч лет назад, что совпадает с появлением на нашем континенте кроманьонцев, сменивших неандертальцев.

Вне Ирландии наибольшая частота указанной сигнатуры выявилась у… басков-гасконцев. Таким образом, д'Артаньян вполне мог быть двоюродным братом какого-нибудь Коннота. Новые результаты подтвердили карту „заселения“ Британии О. Дмитриевой (см. „Знание — сила“, 1999, № 11-12, с. 47), на которой толстая жирная жёлтая стрелка устремляется в Корнуол именно из Страны басков на севере Испании. Только речь идёт не о третьем, а о тридцатом тысячелетии! Отметим, что корнуолцы существенно отличаются от всех остальных ирландцев и англичан датского, германского и норманнского происхождения.

Метод сигнатур использовал и оксфордовец Брайан Сайкс, который решил проверить ДНК-отпечатки Y-хромосомы своих однофамильцев, случайно выбранных по телефонным справочникам города Йорка на севере Англии, а также графств Чешира и Ланкашира (вспомните чеширского кота и войну Алой и Белой роз между ланкастерцами и йоркширцами). У половины респондентов сигнатуры-микросателлиты указывали на то, что Y-хромосома у них совершенно одинакова, то есть они произошли от единого предка. Сайкс, имя которого переводится как „ручеёк“, был очень удивлён, обнаружив столько родственников, о существовании которых он даже не догадывался. Церковные книги показывают, что прародитель жил в западном Йоркшире около 1300 года. До начала XIV века у крестьян было только прозвище, которое по наследству не передавалось. Фамилии появились с правом наследования земельного надела, говорит Сайкс.

Было сделано и ещё одно побочное открытие. „Если у половины Сайксов одинаковая Y-хромосома, — говорит учёный, — это означает, что только у одного процента детей на одно поколение не было „зарегистрированного“ отца, безотцовщине давали просто популярное имя. Это очень низкая частота. По крайней мере, значительно ниже того, к чему мы привыкли сегодня. Раньше мистеры Сайксы были очень примерными семьянинами в 99 процентах случаев, что характеризует их как ответственных столпов общества. Возможно, что этому способствовала довольно строгая церковь“.

Статья Б. Сайкса появилась в мартовском номере „Американского журнала генетики человека“. Она показывает, что учёные получили в своё распоряжение надёжный и воспроизводимый метод „генохронологии“. Воспроизводимость является важнейшим критерием отличия научного результата от одиночного чуда. Последний мартовский номер „Нейчур“ опубликовал новую работу И.В. Овчинникова из университета в Глазго, который со своими российскими коллегами В. Харитоновым и Г. Романовой, а также Уильямом Гудвином, руководителем университетского центра идентификации человека (установления личности по молекулярным ДНК-отпечаткам), провели анализ митохондриальной ДНК второго неандертальца. (Об этом исследовании журнал рассказал в № 4 за этот год, но я хочу напомнить о нём для полноты картины.)

Анализ ДНК первого — вернее, ДНК, извлечённой из костных останков, найденных в местечке Фельдхофер, неподалеку от Дюссельдорфа, — был проведён три года назад. Но учёные восприняли первую публикацию довольно сдержанно, поскольку один результат не результат. К тому же немецкий неандер не был достаточно точно датирован. Сейчас же всё было сработано гораздо надёжнее.

Российские антропологи нашли кости неандера в пещере Мезмайской на Северном Кавказе. При этом был проведён радиоуглеродный анализ, определивший возраст останков неандертальского ребёнка, который жил порядка 29 тысяч лет назад.

Анализ последовательности ДНК показал, что она на три с половиной процента отличается от более раннего „дюссельдорфца“. Тем не менее оба неандертальца принадлежали к одному генетическому древу, которое явно отличается от древа современного человека. Из этого учёные сделали вывод, что неандертальцы не внесли генетический вклад в геном современного человека, который, по всей видимости, просто съел предыдущий вид, явившийся эволюционным тупиком. Оба вида разошлись ещё 600 тысяч лет тому назад. В Европе неандертальцы прожили в десять раз дольше, нежели мы.

Останки двухмесячного неандертальского ребёнка, найденные экспедицией Московского института археологии, и ДНК из его ребра дали возможность решить спор, поднятый в июне 1999 года португальскими учёными, которые нашли останки древнего мальчика вида современного человека, но похожего на неандертальца.

Исходя из этого, они утверждали, что наш геном впитал, интегрировал в себя многое от предыдущего вида. Теперь же эта точка зрения не нашла своего подтверждения. Как и гипотеза о многих центрах происхождения современного человека (мультирегиональная), поскольку, по крайней мере, наша митохондриальная ДНК оказывается более „монолитной“, нежели она была бы, если бы отдельные расы происходили из разных мест земного шара.

Итак, учёные открыли новый надёжный способ отслеживания этногенеза. Но что это даёт обывателю, готовому иногда идти войной чуть ли не на братьев по генетической крови? Возьмите хотя бы постоянные войны между англичанами и французами, французами и германцами, хорватами и сербами…

Да, с этим поделать что-то трудно. Помните „мы псковские“ из кинофильма „Мы из Кронштадта“? Практически каждая нация пережила ужасы гражданских войн. Их называют часто по-латыни „цивильными“, но они бывают ужаснее вторжений орд вандалов. Исчезают „унесённые ветром“, и часто память об этих народах не остаётся на пыльных треках бумажных и иных носителей.

И всё же рациональная информация не бывает бесполезной. Новые исследования с помощью Y-маркёров и сигнатур помогут прояснить пути миграций и расселения народов, прояснят родственные связи и породнят тех же турок и болгар.

Вполне возможно, что сигнатуры помирят наконец-то и народы Ближнего Востока: есть ведь гипотеза, что предки евреев — „пришельцы“, в дословном переводе — вместе с арабами вышли из Аравии.

А куда переселились жители Атлантиды? Была ли она на Крите, на котором находят золотые фигурки „тельцов“, как и в Ашкелоне, поблизости от Иерусалима? А полувековой спор о „заселенцах“ Полинезии? Тур Хейердал и испанец К.-Т. Валькарсель своими плаваниями на тростниковых судёнышках доказывают южноамериканское происхождение населения островов Тихого океана (лодки эти очень похожи на лодки Амона-Ра и суда, оставлявшиеся в пирамидах). Или это внешние сходства, фенотипические, столь часто обманывающие чистых созерцателей и наблюдателей? Поскольку генетические исследования начала девяностых вроде бы доказали азиатское происхождение переселенцев. Но те методы были довольно грубы и основаны на другой — митохондриальной — ДНК…

Но это, как говорится, всё высокая „академия“, которая денежного навара не даст. А следовательно, и финансовых ресурсов для продолжения этих важнейших теоретических работ. А что может привлечь заинтересованных инвесторов? Сотовые телефоны и пейджеры обрели второе дыхание с входом в действие Интернета, отсюда такой мощный прорыв.

Думается, что и сигнатуры не останутся без чисто практической работы. Речь прежде всего идёт — об этом говорилось в связи с разными частотами групп крови у европейцев и азиатов — о разной чувствительности представителей различных этнических групп к инфекционным агентам и другим патогенам.

От них нас призваны защищать вакцины и сыворотки. Но эффективность последних тесно связана с генетическим статусом конкретного человека, являющегося продуктом долговременного эволюционного этногенеза. А это уже может весьма заинтересовать производителей ген-тестов и стимулировать разработку вакцин нового поколения. И это, как показывает опыт развития биотехнологии, — многие миллиарды годового оборота.