Древние государства Восточного Кавказа

Древние государства Восточного Кавказа



Алванское царство – древнейшее государство на Восточном Кавказе – возникло в I веке до новой эры. В связи с походом в Закавказье в 65-64 годах до н.э. римского полководца Помпея стало известно имя одного из алванских царей – Оройс. Подданными Алванского царства были не только собственно алваны, но и лпины, чилбы и другие родственные им народы. Столицей государства был город Кабала, а культовый центр собственно алван находился в области Камбечан (Камбисена), у слияния рек Иори и Алазани с Курою. Войско, выставляемое царем, составляли 60 тысяч пеших и 22 тысячи конных воинов. Все эти сведения о древнейшем Алванском царстве широко известны и многократно переписаны историками.

В I веке новой эры Алванского государства уже не существовало, оно рассыпалось на части, каждая из которых управлялась племенной аристократией. Новым импульсом к созданию государственного объединения алван и родственных им народов стало появление на Восточном Кавказе царской династии, происходившей из парфянского царского рода Аршакидов. Аршакидское государство на Восточном Кавказе было основано в Стране Маскутов, а единственным известным представителем этой ветви династии Аршакидов до сих пор считался царь Санесан, убитый около 336 года в битве у Ошаканской скалы.

После гуннского вторжения в Предкавказье обитавшие здесь ираноязычные племена были либо покорены, либо оттеснены на запад, и лишь небольшая их группа сосредоточилась в узкой полосе прикаспийской низменности по обе стороны от реки Самур. Это и были маскуты, число которых составляло около 200 тысяч человек. Один из иранских языков, на котором говорили маскуты, стал постепенно уступать место тюркскому, проникавшему из Страны Гуннов и Хазарии. Постепенно складывался и союз маскутов с дагестанскими гуннами. Со временем степень консолидации двух народов достигла такого уровня, что древние писатели путали их друг с другом. Например, Агафангел говорит о «масаха-гуннах», а еще позднее Прокопий из Кесарии несколько раз упоминает «гуннов, прежде называвшихся массагетами», то есть маскутами. Материалы Паласа-сыртского могильника (IV-VII века), приписываемого маскутам, свидетельствуют о сращивании их материальной культуры с гуннской. Первоначально в союзе двух народов политическое преобладание принадлежало маскутам, но, после поражения царя Санесана и его гибели в битве у Ошаканской скалы, лидерство перешло к гуннам, укрепившимся в предгорных долинах Дагестана и подчинивших себе местное население.

Из «Истории Армении» Агафангела и «Истории Армении» Мовсеса Хоренаци известно, что армянский царь Хосров Великий (217-238 гг.) был убит неким Анаком, происходившим из свергнутой в Иране парфянской династии Аршакидов. Анак был подослан шахан-шахом Ардаширом I (226-240 гг.), против которого вел успешную войну Хосров. В отместку за убийство своего царя армяне убили Анака и всех его родных, спасен был только его сын Григорий, который был тайно увезен во владения римлян. В дальнейшем Григорий принял христианство и, вернувшись в Армению, стал Просветителем армян.

В легенде, приведенной в «Гулистан Ирам» А. Бакиханова, этот рассказ Агафангела дополнен следующими фактами. У Анака был не один сын, а двое - второго звали Суреном. Так же как и Григорий, Сурен был спасен, но увезен не в пределы Римской Империи, а в Дагестан. Впоследствии, в течение 39 лет он правил в Дербенде. Разумеется, эта легенда возникла не на пустом месте, может быть даже, что она очень точно отражает факты. Отметим, что место царствования Сурена – Дербент – напоминает указание Фавста на место, где находилась ставка маскутского царя Санесана – «края Чора», то есть Чора была столицей маскутских Аршакидов длительное время – с самого основания династии и до гибели Санесана.

Говоря о происхождении маскутских Аршакидов, следует отметить, что они не могли иметь непосредственного происхождения от армянской ветви рода Аршакидов, так как это непременно было бы отмечено древними армянскими писателями. Напротив, одно место у Мовсеса Хоренаци косвенно подтверждает происхождение маскутских царей непосредственно от Анака Парфянина. Объясняя причину, по которой епископом северных стран был назначен именно юный Григорий, внук Григория Просветителя, Мовсес Хоренаци вкладывает в уста нахараров следующие слова: «...Пошли туда епископа из рода Св. Григория, - говорят они царю Трдату, - мы уверены, что они убоятся прославленного имени Григория и чада его, и сделают все по его приказанию». По-видимому, «убояться» маскуты должны были происхождения юного Григория от Анака Парфянина, от которого, по легенде в «Гюлистан Ирам», происходили и маскутские цари. Если верить этой легенде, то епископ Григорий приходился маскутскому царю Санесану то ли троюродным братом, то ли двоюродным племянником.

Возникновение аршакидского правления в Стране Маскутов должно было возникнуть до воцарения в Армении Трдата III (287-330 гг.) и последующего укрепления его позиций на Кавказе. Из некоторых данных «Жизни картлийских царей» Леонти Мровели можно понять, что основание аршакидского царства на Восточном Кавказе относится ко времени Кавказского похода шахиншаха Шапура I в 252 году. Во время похода Шапур сверг армянского царя Трдата II, посадил на картлийский трон своего сына Мириана и, как пишет Леонти Мровели, назначил мтаваров («правителей» или, дословно, «главных») в некоторых областях Кавказа. Можно предположить, что в числе назначенных Шапуром правителей был и представитель рода парфянских Аршакидов, из тех, кто поддержал воцарившегося в 226 году в Иране Ардашира I, основателя династии Сасанидов. Тогда становится понятной цель похода в этот район Шапура I (252 год). О том, что персы нанесли удар и по Дагестану, свидетельствует надпись Картира на «Ка'бе Зороастра».

Предложенное Г. Альтхаймом чтение некоторых титулов на остраках из Дура-Европоса привело его к выводу о том, что в составе войск Шапура I, разгромившего и пленившего в 260 году императора Валериана, было много гуннов из Предкавказья. По мнению Семенова И.Г., речь должна идти не столько о гуннах Хазарии, сколько о дагестанских гуннах. Присутствие гуннских отрядов в армии Шапура можно объяснить только тем, что после 252 года в Стране Маскутов появился аршакидский правитель, ставленник Шапура I.

Подданными аршакидского царя Чора, кроме маскутов, были дагестанские гунны, что подтверждается Фавстом, который называет Санесана «повелителем многочисленных войск гуннов», а также лезгины и алваны. Власть царя опиралась не только на военную силу маскутов, но и на политическую поддержку Ирана. Кроме того, немаловажна была принадлежность царя к древнему и прославленному царскому роду Аршакидов.

Как писал Мовсес Хоренаци, при царе Трдате III в Армению вторглись берсилы и хазары. Известно однако, что описание сражения Трдата с берсилами на Гаргарейской равнине было заимствовано Мовсесом у Иосифа Флавия (I век н.э.) из рассказа о разгроме Трдатом I вторгшихся в Армению алан ( в I веке до н.э.). Далее у Хоренаци говорится о том, что после победы над берсилами Трдат направился на войну против Шапура, сына Ардашира. Последнее доказывает, что вторжение берсил и хазар произошло не при Трдате III, а при Трдате II, который и был современником Шапура, сына Ардашира. Это не единственный случай, когда древний историк путает Трдата III с Трдатом II: в одном месте, например, он говорит о Трдате III как о сыне Хосрова Великого, хотя это справедливо в отношении Трдата II, а не Трдата III.

Итак, вторжение берсил и хазар в Армению произошло в 252 году или несколько ранее. Как можно предположить, оно было спровоцировано тем же Шапуром, который вслед за этим сам обрушился на закавказские страны и, захватив Чора и Приморский Дагестан, привел к покорности маскутов и дагестанских гуннов и посадил здесь царя из рода Аршакидов.

После смерти Шапура I ориентация Маскутского Аршакидского царства на Иран сохранялась, а при армянском царе Трдате III улучшились отношения маскутов и с Арменией. Здесь интересно вспомнить рассказ Агафангела об аудиенции, данной императором Константином армянскому царю Трдату III. Древний историк называет четырех топократов, сопровождавших армянского царя, и среди них топократа «масаха-гуннов». В армянской версии сочинения Агафангела этому титулу соответствует «бдехш маскутов», который в применении к правителю маскутов нигде больше не встречается. Здесь возможны два предположения: 1) маскутский царь действительно мог в какое-то время принять от Трдата титул «бдехш», который обычно носили правители пограничных областей, то есть он при этом становился вассалом армянского царя, - это могло произойти в связи с усилением позиций Армении при Трдате III; 2) христианский писатель Агафангел, дабы подчеркнуть величие первого христианского государя Армении, искусственно ввел в своем повествовании в число бдехшев Трдата III правителя Страны Маскутов. Истину установить трудно, но более вероятным кажется второй вариант, тем более, что и сам рассказ об этой аудиенции римского императора не вполне достоверен. Подтверждением того, что маскутские Аршакиды имели полноценный царский титул, являются слова самого же Агафангела, рассказывающего легенду о том, что один из Аршакидов получил царскую власть в Персии, другой – в Армении, третий – в Стране Кушан, четвертый – в Стране Маскутов («четвертый из них получил царство Маскутов»).

Отношения Маскутского царства и Армении были довольно теплыми в 320-х годах, когда в Чора был направлен епископ Григорий, посланный Трдатом III проповедовать Христианство в северных землях. Как уже говорилось, успех миссии юного Григория обеспечивало его родство с маскутскими царями, однако после мятежа Санатрука и вмешательства в события на Кавказе Шапура II это обстоятельство отошло на задний план, и интриги мятежника и иранского шаханшаха привели к гибели юного епископа.

Около 335 года вся мощь Маскутского царства обрушилась на Армению. После разгрома северян у Ошаканской скалы, влияние маскутов как наиболее монолитной и боеспособной силы на Восточном Кавказе начало падать. Центр тяжести политической власти в Дагестане переместился в укрепленные города гуннов на дагестанском приморье, а наследники убитого Санесана покинули район города Чора и перенесли свою столицу в алванские земли, основав, по существу, новое Алванское государство. Алванское Аркашидское государство располагалось к северу от реки Куры и охватывало приблизительно те же земли, что и древнейшее Алванское царство времен царя Оройса. Мовсес Каланкатуаци рассказывает о том, что после убийства епископа Григория были убиты и все крещенные им маскуты и в их числе трое сыновей самого Санесана, не пожелавшие отречься от Христианства. Здесь можно предположить, что прямых наследников у Санесана не осталось – и в дальнейшем власть в роду перешла к кому-то из его дядей или племянников. Каланкатуаци называет первым алванским царем Вачагана Храброго. Он и стал преемником Санесана и перенес свою резиденцию в город Халхал на Куре или в древнюю столицу Алвана – Кабалу. Мовсес Каланкатуаци прямо не говорит о родственной связи между Вачаганом и Санесаном, но ее можно считать само собой разумеющейся, а о том, что они были современниками, можно судить по сведениям, содержащимся в его книге. Алванские Аршакиды попали под еще более сильное влияние Ирана, а по заключении Нисибинского договора в 387 году Алван де-юре вошел в состав Сасанидской державы в качестве вассального царства, После отречения в 461 году Ваче II и царствования Вачагана Благочестивого (487-510 гг.) аршакидское правление в Алване прервалось – и страна длительное время управлялась князьями. Династии Михранидов, происходившей из владетелей княжества Гардман, в 7 веке удалось восстановить единство Алвана, но оно было не особенно прочным. Усилиями алванских миссионеров было крещено много гуннов и еще больше маскутов, живших к югу от Дербенда. Эти южные маскутские земли Псевдо-Захарий (серед. VI века) называет именем «Базгун», про который сказано, что он «простирается до Каспийских ворот…, которые (находятся) в пределах гуннских. За воротами живут бургары ...у, них есть города...». Кроме того, Базгун привязан к Каспийскому морю. В этом источнике: «пределы гуннские» - это Страна Гуннов в Дагестане, бургары - дагестанские большдур-болгары (о приазовских болгарах Псевдо-Захарий говорит несколько ниже, когда перечисляет народы севера, живущие в палатках). Упоминаемые источником болгарские города – это Большдур, Эндери и другие – все они находились в Стране Болындур. Название Базгун охватывает область, которая впоследствии становится известна как Маскат, а само имя «Базгун» есть результат искажения: маскут, мазгут, мазгун, базгун, то есть Базгун – это приблизительно то же самое, что и «масаха-гунны» греческой версии Агафангела.

Библиография:



Аббас-Кули-ага Бакиханов. Гюлистан-Ирам // Изв. Об-ва исследования и изучения Азербайджана. – Вып. 4. – Баку, 1926.

Всеобщая история Степаноса Таронского Асохика по прозванию, писателя XI столетия. / пер. с арм. И объясн. Н. Эмина. – М., 1864. 

	История Армении Моисея Хоренского / Пер. с АРМ. И объясн. Н.Эмина. – М., 1858. 

	Котович В.Г. Новые археологические памятники Южного Дагестана. // МАД. — Махачкала. - 1959.

Мовсес Калакатуаце. История страны Алуанк /Пер. с др.-арм., предисловия и комм. Смбатяна Ш.В. – Ереван, 1984. 

Мровели Леонти. Жизнь картлийский царей / Пер. с груз., предисл. И комм. Цулая Г.В. – М., 1979. 

Пигулевская Н.В. Сирийский источник VI века о народах Кавказа // ВДИ. – 1939. - №1. 

Семенов И.Г. История стран и народов Западного Прикаспия (1-е тыс. н.э.). – Казань. 1994.

Страбон. География. – Л., 1964. 

Тревер К.В, Очерки по истории и культуре Кавказской Албании. – М.Л., 1959.

Фрай Р. Наследие Ирана / Пер. с англ. – М., 1972.

	Цилоссани Н.О. Дневник раскопок, веденных в Южном Дагестане. // Труды предварительных комитетов V Археологического съезда. — М., 1882,