Экономические реформы в России 1992-1997 годов

Экономические реформы в России 1992-97 годов






Предпосылки реформ



В 1960-е — 1980-е годы СССР наращивал объёмы добычи и экспорта нефти и газа. Экспорт нефти и нефтепродуктов вырос с 75,7 млн.т. в 1965 г. до 193,5 млн.т. в 1985 г.; экспорт в долларовую зону составил 36,6 и 80,7 млн.т., соответственно. Полученная в результате экспорта валютная выручка тратилась преимущественно не на модернизацию экономики (приобретение высоких технологий или переоснащение оборудования), а на импорт продовольствия и товаров народного потребления. Так, импортные закупки зерна, мяса, одежды и обуви забирали более 50 % (до 90 %) валютной выручки.

В середине 1980-х годов на фоне падения цен на нефть (с $30,35 за баррель в октябре 1985 г. до $10,43 в марте 1986 г..[2]) и сокращения доходов от экспорта на 30 % началось нарастание дефицита бюджета. Так, дефицит бюджета, который в 1985 г. составил 17-18 млрд рублей, в 1986 г. увеличился почти втрое. Так как бюджетный дефицит финансировался за счёт денежной эмиссии, его рост — при фиксированных ценах — приводил к увеличению дефицита на потребительском рынке. Была очевидна необходимость повышения цен на потребительские товары, их либерализации, однако власти не могли решиться на такую непопулярную меру.

На фоне распада СССР и продолжающегося экономического кризиса президент России Борис Николаевич Ельцин объявил о начале радикальных экономических реформ и возглавил Правительство.



Хронология



декабрь 1991 — указ о свободе торговли

январь 1992 — либерализация цен, гиперинфляция, начало ваучерной приватизации

июль-сентябрь 1993 — падение темпов инфляции, отмена рубля СССР (денежная реформа).

1 января 1998 — 1000-кратная деноминация рубля

с 17 августа 1998 — экономический кризис, угроза дефолта, четырехкратный обвал курса рубля



Российские деньги 1992 г. Гиперинфляция: сравнение номиналов советских денег 1961 г. и российских денег 1992 г.



В начале 1992 г. в стране начала проводиться радикальная экономическая реформа, в частности, 2 января вступил в силу указ президента о либерализации цен. Уже в первые месяцы года рынок стал наполняться потребительскими товарами, но монетарная политика эмиссии денег (в том числе и в бывших союзных республиках) привела к гиперинфляции: резкому снижению реальных зарплат и пенсий, обесцениванию банковских накоплений, резкому падению уровня жизни.

Экономика, вышедшая из-под контроля правительства, страдала от финансовых спекуляций, падения курса рубля по отношению к твёрдой валюте. Кризис неплатежей и замена денежных расчётов бартером ухудшали общее состояние хозяйства страны. Результаты реформ стали очевидны к середине 1990-х годов. С одной стороны, в России начала формироваться многоукладная рыночная экономика, улучшились политические и экономические связи со странами Запада, была провозглашена в качестве приоритета государственной политики защита прав и свобод человека. Но в 1991-1995 гг. ВВП и промышленное производство упали более чем на 20% , уровень жизни большинства населения резко снизился, а средний класс составил 15-20% населения к 1997-1998 гг.






Приватизация



Приватизация в России — приватизация, которая осуществлялась в России с начала 1990-х годов (после распада СССР). Приватизацию обычно связывают с именами Е. Т. Гайдара и А. Б. Чубайса, занимавшими в то время ключевые позиции в правительстве. В результате приватизации значительная часть гос. имущества России перешла в частную собственность.

Приватизация часто подвергается резкой критике. Утверждается, что новые обладатели собственности получили её не по заслугам, а за счёт личных связей и неформальных отношений с первыми лицами государства и их родственниками. С приватизацией связывают появление в России олигархов, слишком сильное и несправедливое экономическое расслоение населения России. Значительная часть населения России воспринимает приватизацию 90-х как аморальную, преступную. В народе даже её стали называть «прихватизация».

С другой стороны, приватизация проводилась в крайне сложной экономической, финансовой и политической обстановке: конфронтация Верховного совета РФ с Президентом и Правительством затрудняли создание правовой базы и проведение институциональных реформ; Правительство испытывало сильное лоббистское давление со стороны Верховного совета; на момент начала приватизации государство было не способно эффективно контролировать свою собственность, массовым явлением стала спонтанная приватизация — захват контроля над предприятиями их директорами, настроенными не на развитие предприятий, а на быстрое получение прибылей.

Главной экономической задачей приватизации было повышение эффективности экономики за счет создания института частной собственности на средства производства. В то время как в определенных сферах экономики (обслуживание, торговля) эта задача была достаточно быстро решена, в промышленности и сельском хозяйстве нужный эффект достигался гораздо медленнее, во многом из-за того, что приватизированные предприятия переходили в собственность трудовых коллективов, то есть под контроль — а в перспективе и в собственность — их директоров.



Нормативная база приватизации



Приватизация в России началась после принятия Закона СССР «О государственном предприятии (объединении)» в 1988 году. На этом этапе она осуществлялась в отсутствие необходимой нормативной базы. При этом реальные ее масштабы оставались неизвестными. По оценкам ОЭСР к лету 1992 года (начало осуществления программы приватизации) более 2000 предприятий были приватизированы «стихийно». [Экономические обзоры Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). «Российская Федерация». М. 1995. С. 54.] Только в 1991 году началась разработка законодательства о приватизации Законом РФ от 3/7/1991 «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РФ» (с изменениями от 5/7/1992).

До середины 1992 года Верховный Совет РФ принял ряд законов и постановлений, регламентирующих процессы приватизации и банкротства хозяйственных субъектов, в том числе и Законы РФ «Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР» и «О собственности в РСФСР» от 24/12/1990. Законом о приватизации организация и проведение единой государственной политики приватизации, включая ее нормативное и методическое обеспечение, возлагались на Государственный Комитет РФ по управлению государственным имуществом (ГКИ). В качестве продавца и временного владельца государственного имущества был определен Российский фонд федерального имущества (РФФИ). При этом ГКИ был подотчетен Правительству РФ, а РФФИ — Верховному Совету РФ.

В России к нормативной базе приватизации относились также Государственные программы приватизации на 3 года. Они включали задания на текущий год и прогноз на два следующих. На основании этих законов Государственный комитет России по управлению государственным имуществом (ГКИ) издавал нормативные акты, а также давал разъяснения этих актов и Программы приватизации. При этом за пределами юрисдикции этих законов оставалась приватизация земли и жилищного фонда, социально-культурных учреждений и объектов культурного и природного наследия. Кроме указанных законов отдельные аспекты приватизации попадали под действие и других законов, например, «О предприятиях и предпринимательской деятельности» от 25/12/1990.

С ноября 1991 г. начался этап форсированной приватизации. В его основу был положен указ No.341 Президента РФ от 29/12/1991, утвердивший «Основные положения программы приватизации государственных и муниципальных предприятий на 1992 год». Указ No.66 от 29/1/1992 «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий» определял практический механизм приватизации. Государственная программа приватизации на 1992 год была принята Верховным Советом РФ в июне 1992 года. Она провозглашала следующие цели:

повышение эффективности деятельности предприятий путем их приватизации;

создание конкурентной среды и содействие демонополизации народного хозяйства;

привлечение иностранных инвестиций, социальная защита населения и развитие объектов социальной инфраструктуры за счет средств, поступивших от приватизации;

содействие процессу финансовой стабилизации РФ;

создание условий и организационных структур для расширения масштабов приватизации в 1993—1994 гг.

В РФ Программа приватизации предусматривала ваучерную, денежную и «малую» приватизацию. Согласно законодательно принятой программе малые предприятия должны были распродаваться на торгах или могли быть напрямую проданы частным лицам, работающим на этих предприятиях. Крупные же предприятия должны были быть обязательно акционированы до приватизации. Корпоратизация средних предприятий до их разгосударствления оставалась на решение самих предприятий.

Программа приватизации устанавливала ограничения на приватизацию, обязательные для всех органов государственной власти и управления и органов местного самоуправления, при этом запрещая введение дополнительных ограничений этими органами и расширенного толкования ограничений. При рассмотрении вопроса о приватизации объектов и предприятий правительство РФ, ГКИ и его территориальные органы имели право запретить приватизацию либо путем преобразования предприятия в акционерное общество открытого типа с закреплением 100 % акций в государственной собственности, либо преобразования его в государственное (казенное) предприятие, финансируемое за счет государственных источников.

В случае принятия решения о приватизации способы ее проведения в каждом конкретном случае определялись рабочей комиссией по приватизации соответствующего комитета по управлению имуществом. Предприятия со стоимостью активов на 1/1/1992 не более 1 млн руб. попадали под так называемую «малую» приватизацию через аукцион или конкурс. Объекты нежилого фонда, сданного ранее в аренду, объекты незавершенного строительства, имущество ликвидируемых или действующих предприятий также приватизировалось через аукцион. Предприятия-должники оставлялись до специальных указов президента РФ.

Основная же масса предприятий должна была быть в процессе приватизации превращена в акционерные общества открытого типа (АООТ). Для них предусматривались следующие формы приватизации:

закрепление пакета акций (в том числе и «золотой» акции) в государственной или муниципальной собственности; льготная продажа и передача акций членам трудового коллектива приватизируемого предприятия; выкуп имущества арендными предприятиями по договорам аренды; продажа акций на чековом («ваучерном») или денежном аукционе; продажа акций по конкурсу, в том числе и приватизационному. Можно лишь пожалеть, что конкурсы неаукционного характера до 1995 г. практически не сыграли никакой роли. В российских условиях жестко применялась аукционная форма приватизации при том, что эксперты предупреждали, что «заранее принимать на себя обязательство реализовывать приватизируемые предприятия в основном через аукцион — значит отказываться от получения оптимальных для страны результатов по многим сделкам… Жесткое применение аукционного метода приватизации существенно связывает российской стороне руки на… переговорах с зарубежными инвесторами». [А.З Астапович, Л. М. Григорьев. Иностранные инвестиции в России… с. 28.]

Нормативная база приватизации, принятая в краткие сроки часто без межведомственного согласования, естественным образом не могла быть достаточно полной. В развитие Госпрограммы приватизации был издан ряд указов президента и ведомственных документов. При этом не были определены механизмы управления госсобственностью, не сформулированы требования к новым собственникам по защите окружающей среды, механизмы обеспечения экономической независимости, безопасности и обороноспособности страны [из акционированных к 1995 г. 1110 предприятий ВПК 20 % были объявлены неплатежеспособными; см.: Счетная палата… с. 11], взаимоотношений, распределения прав и обязанностей в части управления госсобственностью центра и регионов. Помимо того, вообще отсутствовали нормы и критерии, ограничивающие объемы преобразований одной формы собственности в другую. Понятия национализации и секвестра отсутствовали в нормативной базе вообще.






Ваучерная приватизация. Приватизационный чек (ваучер) эпохи приватизации в России



Ваучерная приватизация проводилась в 1992—1994 гг. Ей предшествовали законодательные акты Верховного Совета РСФСР, принятые летом 1991 года, которые предусматривали выкуп государственных предприятий и их преобразование в акционерные общества. Для упорядочения приватизации был принят закон «Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР», согласно которому каждый гражданин России получал именной приватизационный счет, на который должны были зачисляться денежные суммы, предназначенные для оплаты приватизируемого государственного имущества. Закон не разрешал продажу приватизационных вкладов другим лицам. Этот закон, однако, не был осуществлен, и вместо него была проведена ваучерная приватизация.

Практическим руководством к приватизации служили Указы Президента РФ «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий» (29 декабря 1991 г.), «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий» (29 января 1992 г.), «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества» (1 июля 1992 г.), «О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации» (14 августа 1992 г.), «О Государственной программе приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» (24 декабря 1993 г.).

Ваучерная приватизация была противоречива. Формат приватизации был во многом результатом компромиссов между Правительством и Верховным советом, с учетом принятых в разное время нормативных актов и интересов разных лоббистских групп. Так, Е. Гайдар и А. Чубайс изначально не были сторонниками ваучерной приватизации, предлагая отказаться от нее в пользу постепенной приватизации за деньги[1]. Однако, закон РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий» от 3 июня 1991 года предусматривал приватизацию с использованием приватизационных именных счетов. Недостатком этого решения была его коррупционная уязвимость: с учетом преимущественного права работников предприятий на выкуп их акций, директора, используя давление на работников, получили бы широкие возможности для захвата контроля над предприятиями. В качестве компромисса между позицией Верховного Совета и Правительства, чеки были анонимизированы (что приближало приватизацию к рыночной схеме), право трудовых коллективов на преимущественный выкуп акций сохранено.

Летом 1992 г. были введены ваучеры (приватизационные чеки), которые бесплатно раздавались населению. Номинальная стоимость ваучера составляла 10 тысяч рублей. Имущество предприятий страны было оценено в 1400 миллиардов рублей, и на эту сумму были изданы ваучеры. По утверждению главы Госкомимущества Чубайса, руководившего приватизацией, один ваучер соответствовал по стоимости двум автомобилям «Волга».

Реальная рыночная стоимость пакета акций, который можно было получить в обмен на один ваучер, колебалась в широких пределах в зависимости от компании, чьи акции приобретались в обмен на ваучер, а также от региона, где это происходило. Например, в Нижегородской области один ваучер можно было обменять в 1994 г. на 2000 акций РАО «Газпром» (их рыночная стоимость в 2008 г. составила порядка 700 тыс. рублей), в Московской области — на 700 акций Газпрома (в 2008 г. — порядка 245 тыс. рублей), а в г. Москве — на 50 акций Газпрома (17 тыс. руб. в 2008 г.) За один ваучер можно было также получить 7 акций Торгового дома «ГУМ» (менее 100 руб. в 2008 г.)

Бывший министр экономики экономист Андрей Нечаев так прокомментировал ваучерную схему:

С точки зрения применявшейся модели приватизации номинал ваучера не имел никакого значения. Ваучер определял лишь право что-то купить при приватизации. Реальная его стоимость зависела от конкретной приватизационной ситуации на конкретном предприятии. Где-то на ваучер можно было получить 3 акции, а где-то — 300. В этом смысле на нем можно было написать и 1 рубль, и 100 тысяч рублей, что не изменило бы его покупательную способность ни на йоту. По-моему, идея снабдить эту ценную бумагу номиналом принадлежала Верховному совету. Чтобы придать номиналу хотя бы какую-то рациональную основу, решили привязать его к стоимости основных фондов на душу населения.

Такой порядок приватизации давал серьезные преимущества так называемым «красным директорам», то есть руководителям предприятий, получившим эти должности в советские времена. Во многих случаях основная доля акций предприятия оказывалась в руках трудовых коллективов; используя административное давление, директора могли добиваться нужных результатов голосования на собраниях акционеров, а впоследствии зачастую и выкупать долю работников предприятий, становясь полноправными владельцами.

Однако, идеологи приватизации неоднократно отмечали , что стремительная выдача приватизационных чеков была направлена именно на то, чтобы ограничить возможности «красных директоров» по лоббированию и проведению приватизации по еще более выгодным для них схемам. В ноябре 2004 года А. Чубайс в интервью The Financial Times сказал: «У коммунистических руководителей была огромная власть — политическая, административная, финансовая… Нам нужно было от них избавляться, а у нас не было на это времени. Счет шел не на месяцы, а на дни».

Основная масса населения не знала, что делать с ваучерами, поэтому их стали продавать скупщикам. Цена ваучеров стремительно падала, упав до 3—4 тысяч рублей к маю 1993 года. С целью помочь реализации ваучеров создавались чековые инвестиционные фонды, обменивавшие ваучеры на акции разнообразных компаний.

Во многом приватизация в России повторила историю приватизации церковных земель во Франции во времена Французской Революции. На тот момент земли церкви были конфискованы, и на основе этих земель (позже к списку земель добавились бывшие имения иммигрантов и земли, принадлежащие короне) были выпущены ассигнанты, которые впоследствии начали использоваться как деньги. Земли впоследствии были распроданы на аукционах, в которых зажиточные крестьяне и буржуа имели преимущество перед бедными крестьянами, что, как и в России, привело к расслоению общества.

Многочисленные критики указывают, что ваучерная приватизация была нечестной, несправедливой, привела незаслуженному резкому обогащению узкой группы лиц. В ответ на это А. Чубайс отмечает: «Мы не могли выбирать между „честной“ и „нечестной“ приватизацией, потому что честная приватизация предполагает четкие правила, установленные сильным государством, которое может обеспечить соблюдение законов. В начале 1990-х у нас не было ни государства, ни правопорядка… Нам приходилось выбирать между бандитским коммунизмом и бандитским капитализмом»



Результаты реформ



Под влиянием гиперинфляции произошла глубокая деформация всех стоимостных пропорций и соотношения цен на продукцию отдельных отраслей, изменившая стоимостные основания финансовой, бюджетной и кредитно-денежной системы. Индекс потребительских цен с 1992 г. по 1995 г. увеличился в 1187 раз, а номинальная зарплата — в 616 раз. Тарифы на грузовые перевозки увеличились за те годы в 9,3 тыс. раз, а индекс цен реализации продукции сельского хозяйства производителями продукции повысился всего в 780 раз, в 4,5 раз меньше, чем в промышленности. Неравновесие доходов и расходов достигло за годы преобразований такого уровня, что механизм неплатежей перестал справляться с его сбалансированием. (Бабашкина А. М. Государственное регулирование национальной экономики: Учеб. пособие. — М: Финансы и статистика, 2005.)

Структура промышленного производства за годы преобразований также изменилась. Произошло снижение наукоемких производств, техническая деградация экономики, свертывание современных технологий. Падение производства в России по своим масштабам и длительности значительно превысило все известные в истории кризисы мирного времени. В машиностроении, промышленном строительстве, легкой, пищевой промышленности и во многих других важнейших отраслях производство сократилось в 4—5 раз, расходы на научные исследования и конструкторские разработки — в 10 раз, а по отдельным направлениям — в 15—20 раз.[источник не указан 297 дней] Главным источником экспортных доходов являлись сырьевые ресурсы. Удельный вес сферы услуг вырос, однако доля личных услуг сократилась, а доля услуг сферы обращения увеличилась. [источник не указан 297 дней] Экспорт сырья позволял финансировать первоочередные бюджетные нужды, но внешнеэкономические связи выступали скорее как текущий конъюнктурный стабилизатор экономики, а не механизм повышения конкурентоспособности. Иностранные кредиты, полученные Россией на преобразования и стабилизацию экономики являлись важным средством сбалансированности бюджета.[источник не указан 297 дней] За 15 лет, прошедших с начала рыночных реформ в России, один из наиболее существенных спадов по сравнению с другими отраслями промышленности испытало судостровение.

При переходе к рыночной экономике появился рынок труда, увеличилась безработица. По методологии Международной организации труда (МОТ), на начало 2003 г. безработными были 7,1 % экономически активного населения (без учета скрытой безработицы). Разрыв между минимальными и максимальными уровнями безработицы по регионам составил 36 раз.

В конце 1998 и начале 1999 годов обозначилась тенденция к экономическому росту. После девальвации августа 1998 г. была резко снижена конкурентоспособность импорта, что увеличило спрос на отечественные товары пищевой промышленности и других отраслей. Важнейшим фактором экономического роста являлся рост объемов производства на всех предприятиях топливно-энергетического комплекса, где стремились компенсировать убытки от падения цен на мировых рынках — экспорт по стоимости сокращался в течение 1998 г., в физических объемах — увеличивался.

Либерализация ценообразования сняла проблемы товарного дефицита конца 90-х, но вызвала снижение жизненного уровня большинства населения, гиперинфляцию (ликвидации сбережений).

Ряд экономистов полагает, что причиной экономического подъёма в России (и других странах бывшего СССР) начиная с 1999 года является, прежде всего, переход от плановой к рыночной экономике, осуществлённый в 1990-е годы[5].



Социальные последствия



В докладе Комиссии по вопросам женщин, семьи и демографии при Президенте Российской Федерации «О современном состоянии смертности населения Российской Федерации» отмечалось: «С 1989 года по 1995 год число умерших увеличилось в России с 1,6 млн человек в 1989 году до 2,2 млн человек в 1995 году, то есть в 1,4 раза». Кроме того, в докладе говорилось: «Беспрецедентный рост смертности населения России в 90-е годы проходит на фоне резкого ухудшения здоровья населения». Доклад резюмировал:

Обвальный рост смертности, происходящий в 90-е годы, свидетельствует о том, что именно население, его здоровье стало наиболее ощутимой жертвой негативных сторон реформирования общества.

В основе скачкообразного роста смертности в 90-е годы ухудшение качества жизни большинства населения России, связанное с затяжным социально-экономическим кризисом: рост безработицы, хронические задержки выплаты заработной платы, пенсий, социальных пособий, ухудшение качества питания, снижение доступности услуг здравоохранения, образования, культуры, затяжной психологический стресс, неуверенность в своем будущем и будущем детей, рост криминализации общества, алкоголизма, наркомании и других неблагоприятных факторов перестройки.



Оценки



Говоря о российских реформаторах и результатах их политики, профессор Колумбийского университета и лауреат Нобелевской премии по экономике Джозеф Стиглиц отмечал: «Величайший парадокс в том, что их взгляды на экономику были настолько неестественными, настолько идеологически искажёнными, что они не сумели решить даже более узкую задачу увеличения темпов экономического роста. Вместо этого они добились чистейшего экономического спада. Никакое переписывание истории этого не изменит».

«Факт, что за годы реформы страна по уровню социально-экономического развития оказалась отброшенной на десятилетия назад, а по некоторым показателям — в дореволюционный период. Никогда за обозримый период, даже после разрушений от гитлеровского нашествия, не наблюдалось столь продолжительного и глубокого снижения уровня производства почти во всех отраслях отечественной экономики» С. Ю. Глазьев, С. А. Батчиков

Экономический советник Гайдара Джеффри Сакс позднее говорил: «Главное, что подвело нас, это колоссальный разрыв между риторикой реформаторов и их реальными действиями… И, как мне кажется, российское руководство превзошло самые фантастические представления марксистов о капитализме: они сочли, что дело государства — служить узкому кругу капиталистов, перекачивая в их карманы как можно больше денег и поскорее. Это не шоковая терапия. Это злостная, предумышленная, хорошо продуманная акция, имеющая своей целью широкомасштабное перераспределение богатств в интересах узкого круга людей»

Либерализация цен. 2 января 1992 г. указом президента РФ были введены свободные (рыночные) цены. Временно не подлежали освобождению лишь цены на энергоносители и некоторые виды продовольствия (хлеб, молоко и т.п.). Был издан указ о свободе торговли и допущено хождение иностранной валюты (долларов США и немецких марок). Резко увеличился импорт продовольствия и товаров широкого потребления (См. дополнительный иллюстративный материал).

"Гайдаровские реформы" принесли быстрый и ощутимый результат: в течение нескольких месяцев дефицит был преодолён, полки магазинов наполнились товарами. Однако социальная цена реформ оказалась очень высокой. Предполагалось, что цены вырастут в 3-5 раз. Но из-за чрезмерной монополизации производства и тотального дефицита продовольствия и потребительских товаров цены сразу увеличились в 10-15 раз, а на некоторые товары и в 30 раз. Реальные доходы населения за год упали на 44%. Обесценились созданные многолетним трудом вклады населения в сберкассах. В особо тяжелое положение попали работники бюджетной сферы: учителя, врачи, инженеры, научные работники и т.д. В результате за очень короткий срок большинство населения оказалось за чертой бедности. В то же время быстро стали расти доходы немногочисленной социальной верхушки. В обществе возникло небывалое социальное расслоение.

Сопротивление реформам. Социальные издержки реформ вызвали широкую оппозицию в Верховном Совете. Часть депутатов, ранее занимавших реформаторские позиции, негативно отнеслась к радикальным экономическим реформам и перешла к ним в оппозицию.

Правительство настаивало на методах "шоковой терапии". Но Верховный Совет во главе с Р.И. Хасбулатовым и Центральный банк во главе с В.В. Геращенко пошли по пути предоставления неконкурентоспособным предприятиям финансовой помощи в виде дешёвых государственных заказов. Это сорвало правительственную схему реформ. В результате "шоковая терапия" по Е.Т. Гайдару так и не была реализована.

В декабре 1992 г. под давлением депутатов Б.Н. Ельцин отправил Е.Т. Гайдара в отставку.