Финансовые инструменты в системе управления инновационным развитием российских ВУЗов

Финансовые инструменты в системе управления инновационным развитием российских вузов



Возрастание значимости инновационного процесса в научно-образовательной сфере привело к необходимости более глубокого исследования его сущности, содержания и форм взаимодействия участников данного процесса, поиска путей повышения его эффективности в условиях глобализации. Одним из таких путей является обеспечение инновационной деятельности субъектов системы образования необходимыми инвестиционными (в т.ч. финансовыми) ресурсами.

При этом очевидно, что иностранные инвесторы будут вкладываться в сырьевые отрасли российской экономики, где выше норма прибыли и быстрее сроки окупаемости проектов. Российские инвесторы тоже вряд ли будут рисковать серьезными инвестициями в научно-образовательную сферу без соответствующей законодательной базы и системы государственных гарантий. Поэтому, скорее, венчурные компании, инвестирующие в данный сектор экономики, в России могут и должны возникнуть в рамках государственно-частного партнерства. Венчурные компании в условиях активизации инновационной деятельности в научно-образовательной сфере, могут быть эффективно интегрированы в систему инструментов финансового механизма образования (рис. 1).

В рамках такого механизма речь идет об институциональном взаимодействии крупного и среднего национального бизнеса с федеральными, региональными и муниципальными властями. Вместо фондов поддержки малого и среднего бизнеса, сугубо бюрократических организаций, пытавшихся выбить государственные деньги и порой непрозрачно распределявших эти средства, необходимо создать полноценные коммерческие компании. Их задачей станет не просто поддержка конкретных бизнес-проектов, но и участие в распределении прибылей от реализации таких проектов. А система хедж-фондов (в их создании к государству и крупному бизнесу могут подключиться страховщики) должна минимизировать риски венчурных компаний и самих предприятий при запуске пилотных бизнес-проектов. 

Имеются два фундаментальных критерия, которые необходимо принять во внимание при хеджировании: во-первых, ценовая перспектива и, во-вторых, экономическая целесообразность хеджирования. Например, для держателя портфеля облигаций хеджирование, по всей видимости, следует использовать, если экономическая перспектива предполагает падение цен. Затраты на хеджирование не должны превышать ту сумму, которую держатель ценных бумаг подготовил для оплаты страхования от потерь на облигациях. Это можно рассматривать как процесс управления риском, включающий принятие решений о том, когда и как использовать для хеджирования финансовые рынки (например, фьючерсов) и использовать ли их вообще. Преимущества зависят от квалификации лиц, принимающих эти решения.

Анализ масштабов риска не означает простой подсчет степени риска в денежном выражении. Он должен включать экономический анализ перспектив движения процентных ставок с оценкой величины их возможного изменения. Кроме того, необходимо количественное определение риска для случая, если хеджирование вообще не применяется. Знание того, когда хеджирование необходимо, а когда – нет, так же важно, как и знание методов хеджирования.

Решение о том, осуществлять ли хеджирование или нет, должно быть основано на сравнительном анализе величины риска и размера капитала экономической единицы (например, фирмы), подвергающейся этому риску. Например, если риск невелик, а фирма крупная, руководство может решить, что хеджирование нецелесообразно.




Рис. 1. Система инструментов финансового механизма управления инновационной деятельностью в научно-образовательной сфере


Если решение о хеджировании принято, то необходимо уточнить, на каком рынке оно будет осуществляться. Это может быть сделано посредством анализа корреляции изменения цены инструмента спот, подверженного риску, и соответствующего фьючерсного контракта или инструмента. Подходящий уровень корреляции зависит от осмотрительности конкретного руководителя. Например, в тех случаях, когда изменчивость цен инструмента спот высока, осуществлять хеджирование с низкой корреляцией предпочтительней, чем не осуществлять его вообще.

Понимание того, как и почему изменяется базис, очень важно для принятия решения об осуществлении хеджирования, основанного на ожидаемом влиянии базиса. Корреляционный анализ оценивает стабильность базиса. Для измерения величины последнего и установления вероятной тенденции его существенного изменения может быть использована рег-рессия.

На практике при хеджировании финансовых инструментов редко удается получить фьючерсные контракты на те же инструменты. Хеджирование осуществляется путем использования существующих фьючерсных контрактов, имеющих колебания цен, схожие с колебаниями цен хеджируемого инструмента. Фьючерсные контракты могут обнаружить отклонение в движении цены, поскольку лежащий в их основе инструмент отличен от хеджируемого. Тем не менее, затраты, связанные с нестабильностью базиса, присущей перекрестному хеджированию, обычно существенно мень-ше затрат, ожидаемых при отсутствии хеджирования.

Потенциальная эффективность такого хеджа может быть измерена посредством корреляционного анализа. Если цена хеджируемого инструмента на рынке спот имеет высокую положительную корреляцию с ценами фьючерсного рынка, то можно ожидать, что хедж будет очень эффективен, поскольку прибыль на фьючерсном рынке компенсирует потери в цене инструмента спот.

Затраты на хеджирование можно разделить на две категории: первую – затраты на исполнение сделок и вторую – трансакционные издержки. Затраты на исполнение сделок отражены в разнице между ценами покупателя и продавца на рынке. Кроме того, имеются потенциальные потери вследствие неблагоприятных изменений базиса.

Применение новых инструментов позволяет снизить принимаемые на себя риски и связано с определенными рисками для деятельности участников финансового рынка. Поэтому все большее значение для успешной деятельности компании приобретает в настоящее время осознание роли риска в деятельности компании и способность риск-менеджера адекватно и своевременно реагировать на сложившуюся ситуацию, принять правильное решение в отношении риска. Для этого необходимо использовать различные инструменты страхования и хеджирования от возможных потерь и убытков, набор которых в последние годы существенно расширился и включает как традиционные приемы страхования, так и методы хеджирования с использованием финансовых инструментов. От того, насколько правильно будет выбран тот или иной инструмент, будет зависеть эффективность деятельности компании в целом.

В качестве базы для определения относительной величины риска целесообразно брать стоимость основных фондов и оборотных средств фирмы или намеченные суммарные затраты на данный вид предпринимательской деятельности, имея в виду как текущие затраты, так и капиталовложения или расчетный доход (прибыль). При страховании инвестиционных рисков следует предпочесть показатель, определяемый с высокой степенью достоверности.

Базовые показатели, используемые для сравнения, обычно называют расчетными, или ожидаемыми, показателями прибыли, затрат, выручки. Значения этих показателей определяются при разработке бизнес-плана, в процессе технико-экономического обоснования предпринимательского проекта, сделки. Соответственно потерями считают снижение прибыли, дохода в сравнении с ожидаемыми величинами. Предпринимательские потери – это в первую очередь случайное снижение предпринимательской прибыли. Величина именно таких потерь и характеризует степень риска. Анализ риска связан с изучением потерь.

Центральное место в оценке предпринимательского риска занимают анализ и прогнозирование возможных потерь ресурсов при осуществлении предпринимательской деятельности [5]. Г.Б. Клейнер, например, считает, что прогнозировать необходимо не расход ресурсов, объективно обусловленный характером и масштабом предпринимательских действий, а случайные, непредвиденные, но потенциально возможные потери, возникающие вследствие отклонения реального хода предпринимательства от задуманного сценария. Чтобы оценить вероятность тех или иных потерь, обусловленных развитием событий по непредвиденному варианту, следует, прежде всего, знать все виды потерь, связанных с предпринимательством, и уметь заранее исчислить их и измерить как вероятные прогнозные величины. 

Случайное развитие событий, оказывающее влияние на ход и результаты предпринимательства, способно приводить не только к потерям в виде повышенных затрат ресурсов и снижения конечного результата. Одно и то же случайное событие может вызвать увеличение затрат одного вида ресурсов и снижение затрат этого вида, т.е., наряду с повышенными затратами одних ресурсов, может наблюдаться экономия других. Отсюда, если случайное событие оказывает двойное воздействие на конечные результаты предпринимательства, имеет неблагоприятные и благоприятные последствия, при оценке риска следует в равной степени учитывать и те и другие. Иначе говоря, при определении возможных суммарных потерь следует вычитать из расчетных потерь сопровождающий их выигрыш.

Потери, которые могут быть в предпринимательской деятельности, целесообразно разделять на материальные, трудовые, финансовые, потери времени, специальные виды потерь. Материальные виды потерь проявляются в не предусмотренных предпринимательским проектом дополнительных затратах или прямых потерях оборудования, имущества, продукции, сырья, энергии и т.д. По отношению к каждому отдельному из перечисленных видов потерь применимы свои единицы измерения.

Финансовые потери – это прямой денежный ущерб, связанный с непредусмотренными платежами, выплатой штрафов, уплатой дополнительных налогов, потерей денежных средств и ценных бумаг. Финансовые потери могут быть при недополучении или неполучении денег из предусмотренных источников, при невозврате долгов, неоплате покупателем поставленной ему продукции. Предпринимательская деятельность и страхование – тесно взаимосвязанные категории рыночного хозяйства. Целью предпринимательской деятельности является получение прибыли, увеличение вложенного в дело капитала.

Эффективная предпринимательская деятельность немыслима без освоения новой техники, без разумного риска в поисках дополнительных резервов интенсификации производства. По мере развития рыночного хозяйства в России предприниматели все больше понимают значение данного механизма и постепенно расширяют перечень рисков, которые можно передать страховой компании, или используют другие методы защиты от рисков, возникающих в процессе их деятельности. Страхование предпринимательских рисков осуществляется не только традиционным путем через передачу рисков в страховые компании, но и с помощью определенных финансовых инструментов, позволяющих снизить риск предпринимателей. Существуют также специальные страховые организации, образованные зачастую с участием государства, для страхования инвестиций от политических рисков.

Объектом страхования коммерческих рисков выступает коммерческая деятельность страхователя, предусматривающая инвестирование денежных и других ресурсов в какой-либо вид производства, работ или услуг и получение от этих вложений через определенный срок дохода.

Значение данного вида страхования очень велико: естественно стремление предпринимателей заручиться защитой на случай возможных потерь в их начинающейся деятельности. Вместе с тем, это один из самых сложных видов страхования как на стадии заключения договора, так и в течение всего периода его действия. Ответственность страховой организации по страхованию коммерческих рисков заключается в возмещении страхователю потерь, возникших вследствие неблагоприятного непредсказуемого изменения конъюнктуры рынка и ухудшения других условий осуществления коммерческой деятельности.

Страховую сумму как предел ответственности определяют по заявлению страхователя, но, конечно, с согласия страховой организации. Возможны два варианта установления страховой суммы: в пределах капитальных вложений страхователя в страхуемые операции; в объеме капитальных затрат и определенной (нормативной) прибыли, которую должны принести эти затраты.

Назначение страхования коммерческих рисков состоит в том, чтобы возместить страхователю возможные потери, если через определенный период застрахованные операции не дадут предусмотренной окупаемости. Страховое возмещение определяют как разницу между страховой суммой и фактическими финансовыми результатами от застрахованной коммерческой деятельности.

В зависимости от подхода к установлению страховой суммы меняется содержание страхования: если возмещают затраты страхователя, имеет место страхование инвестиций; при возмещении затрат страхователя и нормативной прибыли налицо страхование дохода (прибыли). Страхование следует проводить с установлением определенной франшизы (например, 5 %) и с предоставлением права страхователю увеличить ее размер. Целесообразно ограничение и минимальной суммы возмещения (например, до 80 % ущерба).

Ставки взносов (тарифы) по страхованию коммерческих рисков зависят от многих факторов: вида деятельности, срока страхования, степени стабильности рыночных отношений и т.д. Для каждого предприятия риск индивидуален, следовательно, надо по возможности индивидуализировать сроки платежей. Тарифы данного страхования коррелируют в значительной мере со ставками страхования кредитов, поскольку в обоих случаях они находятся под сильным воздействием рыночного механизма.

Одной из разновидностей страхования финансовых инвестиций от коммерческих рисков является страхование финансовых гарантий. Его условия предусматривают предоставление страховщиком гарантий того, что определенные финансовые обязательства, оговоренные в процессе заключения деловой сделки, сторонами которой выступают заемщик и инвестор, будут выполнены. Страхование финансовых гарантий считается специальным видом поручительства, обеспечивающего страховую защиту от рисков, связанных с проведением финансовых операций.

Поручительство – эта та сфера предпринимательской деятельности, в которой могут действовать банки, специальные агентства и страховщики. При этом в каждой из стран существуют особенности в правовом регулировании таких операций. Так, например, во Франции и Японии выдача поручительств является монополией банков, а в США выдача их банками ограничена. В Англии и Италии банки и страховые компании имеют равные возможности в этом виде бизнеса. В Германии существуют специальные агентства, которые занимаются только такими операциями, конкурируя здесь с другими финансовыми институтами. Однако чаще всего гарантии банков и страховых обществ являются равноценными. Гражданский кодекс Российской Федерации разделяет договоры поручительства и банковской гарантии. По договору поручительства поручитель обязуется перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или частично.

В соответствии с договором банковской гарантии гарант дает по просьбе другого лица (принципала) письменное обязательство уплатить кредитору принципала (бенефициару) в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства денежную сумму по представлении бенефициаром письменного требования об ее уплате. При этом право на выдачу банковских гарантий имеют банки, иные кредитные учреждения и страховые организации.

Появление и быстрое развитие видов страхования финансовых гарантий на страховых рынках развитых стран (а в настоящее время оно обеспечивает страховой защитой операции по многим видам финансовых сделок) вызваны тем, что частные и небольшие корпоративные инвесторы зачастую не обладают достаточными знаниями для проведения собственного глубокого анализа риска инвестиционных вложений и в то же время бывают заинтересованы в инвестициях с наименьшим риском. Это и обеспечивается данным страхованием в случае, если договоры заключаются с финансово устойчивой страховой компанией с хорошей репутацией.

Среди видов страхования финансовых гарантий можно выделить страхование: облигаций и других ценных бумаг; кредитов для краткосрочных торговых сделок и долгосрочных инвестиций; закладных облигаций; выплат по сдаче в аренду, лизинг и т.п.; оплаты стоимости поставляемого оборудования. По срокам действия договоров все виды страхования обычно подразделяются на краткосрочные (со сроком до 8 лет), среднесрочные (заключаемые на срок от 8 до 30 лет) и долгосрочные.

По категории страхователей различают договоры, заключаемые с юридическими лицами, и страхование частных лиц. Одна из особенностей данного страхования состоит в том, что при его проведении страховщик ставит задачу обеспечить практически безубыточное прохождение операций (т.е. не допускать выплату страхового возмещения), поскольку применяемые тарифные ставки предусматривают, что вероятность наступления страховых случаев и суммы убытков от них должны быть минимальными.

В России полноценная система страхования бизнеса только формируется. Создание законодательной базы для хеджирования бизнес-про-ектов и появления в России реально действующих венчурных компаний может стать прекрасной темой совместных усилий организаций, представляющих интересы крупного, малого и среднего бизнеса, а также профильных министерств и ведомств – Минфина, Министерства экономического развития и торговли, курирующего технопарки Министерства информатизации и связи. 

Более того, у развития венчурного капитала в России может возникнуть еще одна очень важная – не только экономическая, но и политическая – миссия. Речь идет о содействии экономическому развитию Северного Кавказа. Практика создания особых экономических зон в этом регионе себя не оправдала; предприятия просто регистрировались в этой зоне, пользуясь налоговыми льготами, а бизнес вели в других местах. Вводить «политический оброк» на крупные компании, заставляя их из-под палки инвестировать в экономику региона, тоже едва ли разумно – такой насильственный бизнес по определению не будет прибыльным, а значит, не решит ни проблему безработицы, ни проблему повышения уровня жизни населения кавказских республик. 

Стимулирование конкретных бизнес-проектов путем создания технопарков и развитие малого и среднего бизнеса при содействии венчурных компаний способно стать гораздо более надежным и прочным источником инвестиций и рабочих мест для Северного Кавказа. Вовлечь население в предпринимательство в депрессивных территориях можно лишь при создании эффективной системы рыночной поддержки бизнес-проектов. Сегодня, когда моделируются технопарки для компаний, работающих с IT-технологиями, не следует забывать и о других отраслях экономики, которые также нуждаются в инновациях. Этой задаче отвечают именно венчурные компании, появление которых будет означать важный шаг в переходе от олигархического капитализма и сырьевой направленности экономики к развитому постиндустриальному обществу.

В условиях жесткой конкурентоспособности происходит переосмысление роли компаний в обеспечении инновационного развития. Неоклассическая теория традиционно рассматривала корпорации с точки зрения наиболее эффективного использования имеющихся у них трудовых, материальных и финансовых активов для производства товаров или услуг с наименьшими издержками. В условиях новой экономики коммерческий успех и конкурентоспособность крупных компаний определяются их уровнем развития организационного и интеллектуального капитала, способностью к инновациям, продвижению на рынке новых товаров, улучшению качества уже существующих продуктов. 

Эта способность зависит от правильности целой системы стратегических решений, таких как удачный выбор региона базирования для производства и приобретения активов, приносящих доход; организация поиска и управления такими активами и т.п. Выбираемая стратегия может заключаться как в прямом инвестировании средств корпораций в активы региона, так и в создании стратегических альянсов с местными предприятиями в целях обеспечения стратегических приоритетов. Приоритет в новой экономике – это конкурентоспособная экономика. Если Россия будем развивать не только фундаментальную науку, но и определит стратегию инновационного механизма развития, тогда страна сможет поддержать тренд конкурентоспособности. Если декларировать приоритет науки, увеличив расходы на нее даже до 10 % ВВП, причем бюджетных, а не промышленных денег, то инновационная стратегия все равно не будет реализована. 

Конкурентоспособность будет обеспечена только в том случае, если наука будет развиваться сразу по целому ряду направлений. И при этом финансирование науки тоже должно идти по нескольким направлениям. И от бюджета, и от промышленности. В России остро стоит проблема старения основных фондов, и ее необходимо решать. И если государство грамотно экономически не обеспечит обновление мощностей, то Россия никогда не сможет развивать инновационный рост при изношенности фондов на 70 %. А если учесть, что средний возраст любого фонда 30 лет, то очевидно, что одну тридцатую фонда следует менять каждый год. Развивать науку необходимо экономическими методами, однако отечественные предприятия не хотят ежегодно тратить 3 % на науку, они говорят, что денег нет, поэтому тратить на эти цели они не будут. Следовательно, необходимо их заставлять нести расходы на инновационные проекты с помощью организационно-экономических инструментов.

В условиях новой экономики необходима целенаправленная государственная политика, которая разделяет тех людей, которые создают какие-то общественные ценности, и тех, кто эти ценности не создает. И государство должно культивировать такие ценности – развитие, рост и успешность человека не только как профессионала, но и как личности.

Поскольку исторический процесс становится более управляемым, а общественные изменения в значительной степени осуществляются отдельными группами, обладающими эффективными инструментами влияния, новая парадигма должна базироваться на применении эффективных инструментов организации деятельности субъектов инновационного процесса. Осознанное изменение общественного устройства должно определять научно-технологическое развитие, а открытия в области науки и технологий должны стать инструментом организуемых общественных явлений. 

	Наука – очень важная составляющая конкурентоспособности нации. В стратегическом плане Россия унаследовала от предыдущей системы социально-экономического развития определенные материальные ресурсы, которые при правильном использовании могут пойти во благо, высокую научную культуру, умение работать с нестандартными, крупными проектами, гуманитарные знания, умения, ощущения, научную интуицию, которые, несомненно, являются достаточно уникальными. Российская наука располагает сегодня и определенными материальными ценностями. Это – здания, большое количество еще не устаревшего оборудования, определенная инфраструктура, абсолютно не адаптированная к рынку, но при этом адаптированная к разнообразным научным разработкам. 

	Неоспорим тот факт, что в Советском Союзе был создан огромный задел на будущее, благодаря которому, в том числе для развития новой экономики, Россия накопила свою уникальность: инновативный характер, склонность к рисковым проектам. Однако формирование новой экономики предполагает проектирование и развитие целостной инновационной системы, состоящей из нескольких звеньев, при этом эти звенья должны быть сбалансированы и каждое из них четко связано с окружением. Это не означает одномерной схемы, где обязательна сначала фундаментальная идея, потом разработка, которая потом превращается в технологию, технология превращается в промышленное производство, продукция которого выходит на рынок. Конечно, некоторые идеи умирают, другие идеи создают среду, но, тем не менее, определенная сбалансированность разных этапов инновационного развития должна быть. 

	С одной стороны, инновационная среда в советской системе была выстроена по абсолютно иным принципам, она не была сбалансирована под открытость страны. Но, с другой стороны, было полное ощущение, что в годы перестройки железный занавес открылся, но на основе наших выдающихся знаний, разработок, которые раньше были закрыты, институциональный механизм развития инноваций в России так и не сложился. Минимальную пользу получили отдельные разработчики. О научной продукции, о «товаре-знании», о новых технологиях, ориентированных на рынок, тогда просто никто не думал. 

	Перелом произошел, когда вдруг очень образованное, интеллектуально насыщенное общество столкнулось с тем, что его товар ничего не стоит на рынке, часть исследователей не смогла позиционироваться в условиях рыночной экономики, оказалось, что технических, естественно-научных знаний совершенно недостаточно для развития экономики, основанной на знаниях. Это лишь составная часть, очень важная, но далеко не единственная. Для проектирования развития инновационной сферы не хватило гуманитарных знаний: что такое экономика, что такое рынок, как организовывать рыночное взаимодействие, маркетинг, как вводить в жизнь, в экономику.

	Российских исследователей, обладающих уверенностью, что в России самые передовые технологии, после перестройки фактически уже не осталось. Многие потеряли веру, что в науке чего-то можно добиться. Возможно, что одной из причин, по которой российские олигархи, вышедшие из hi-tech, не хотят иметь ничего общего с российскими научно-технологическими разработками, является неуверенность в возможностях отечественной науки. 

	Вместе с тем, в России нашлась другая часть инноваторов, сумевших адаптироваться, найти новые подходы и даже добиться определенных успехов даже в период ограниченного финансирования научных исследований. В современных условиях глобализации экономики знаний никогда не будет такого финансирования, как в советской науке, но будет и другая наука, основанная на новой системе финансирования, новой оценке результатов, новом институциональном механизме формирования школ и направлений. В условиях глобализации Россия вынуждена будет интегрироваться в мировую систему, следовательно, и отношение к науке должно измениться. В российской науке, на наш взгляд, наличествует мнение, что наука самоценна сама по себе. Многим ученым до сих пор кажется, что наука и коммерциализация не совместимы. В Академиях, вузах отношение к научным результатам еще недостаточно прагматично, а в развитых странах – излишне прагматично. 

	Сегодня в нашей стране сложились определенные группы интересов по отношению к науке. Есть академическое сообщество, есть вузовское сообщество, у них есть определенное отношение, есть свои интересы. Другое дело, что это все люди, поэтому у них, помимо этого, есть свои личностные и общественные интересы. Для взаимодействия и взаимодополнения этих интересов должна меняться сама система, должен быть разработан институциональный механизм проектного подхода к экономике знаний, который формируется недостаточно быстро, так как это очень болезненный вопрос. 

	Российская наука сегодня организована архаично и неэффективно, научная среда советской науки была адаптирована к другой системе. Считать, что после того, как страна коренным образом изменилась с целью увеличения эффективности, желания развиваться, что научная система может в принципиально новой среде оказаться эффективной и современной, это неверный подход к формированию нового механизма развития конкурентоспособной отечественной науки. Российская наука деградирует, многие НИИ превратились в простых хозяйствующих субъектов вроде магазинов, автосалонов, зарубежных коммерческих фирм, что-то получают, а в науке у них застой. 

	Основной критерий для инноваций – производство знаний и технологий, именно этот критерий необходимо выставлять для оценки организационного и интеллектуального капитала НИИ. Модернизационные программы на 3–5 лет, которые подразумевают реструктуризацию научной сферы, определяют модель сокращения числа работающих в НИИ научных сотрудников. Оппоненты реформ научной сферы утверждают, что сокращать людей нельзя, в России и так вдвое сократилось число ученых. Безусловно, в общественном сознании преобладает сейчас стратегия сохранения рабочих мест, а не стратегия сохранения научного потенциала. Но при такой стратегии в науку идут не самые хорошие соискатели, а обладатели высокого интеллектуального капитала уезжают работать в промышленно развитые страны, уходят в бизнес. 

	Одним из вариантов реструктуризации научной сферы может быть перевод специалистов из научных институтов в высшее образование. Многие из тех, кто не публикует большого количества научных работ, работают преподавателями, и это совершенно нормально, потому что их молодые аспиранты уже выдают научный продукт. Здесь существует дилемма – развивать науку в отдельных исследовательских институтах или соединять ее с преподаванием. 

	В Российской академии наук против такого соединения, ученые считают его нецелесообразным, противоречащим исторической тенденции развития системы образования в России. Вместе с тем, на Западе, в Америке принято вести исследовательскую работу наравне с преподаванием, соответственно, возникает вопрос: возможно ли развитие американской модели научного взаимодействия в России? По этому вопросу в научном сообществе нет единства.

	Во-первых, сегодня многие специалисты отмечают негативное влияние разделения системы образования и исследовательской науки. Сама жизнь показала, что в нынешних условиях такая система работает плохо. При значительном финансировании система чисто исследовательских институтов работала хорошо, потому что непрерывно притекали молодые кадры. Средний возраст ученого был 35–40 лет. Сегодня уровень оплаты труда и уровень развития научной инфраструктуры не стимулируют приток молодых кадров в НИИ, а оставшиеся там исследователи значительно проигрывают в организационном капитале бизнесу. 

	Сегодня преимущество американской модели очевидно. В США есть и национальные лаборатории: в NASA, в DOE, которые занимаются только исследованиями и хорошо работают. Но у них существует в этом случае более жесткий контроль общества над научными структурами. Там очень велика транспарентность. Любой может задать вопрос: а на что тратятся наши деньги? Хорошо, вы расщепили ядро. Но покажите, что мир вас признал, покажите, сколько у вас публикаций в солидных журналах. Сегодня у российских исследователей доминирует другая позиция: мы занимаемся фундаментальной наукой, вы в этом ничего не понимаете, поэтому просто дайте нам денег.

	Сегодня мы наблюдаем своеобразное смешение моделей в российской научной системе: часть инновационной системы – старая, невостребованная, часть – новая, развивающаяся. Для ускорения роста новой, эффективной науки нужно создавать, в том числе, и centers of exellence, или центры совершенства, где будут концентрироваться научно-технологические и финансовые ресурсы и лучший человеческий потенциал. Не следует распылять ресурсы на тысячи институтов. Создавать национальные инновационные центры целесообразнее не на базе действующих институтов, организационный капитал которых отягощен старым менталитетом, советским неэффективным менеджментом. 

	Если направить достаточные ресурсы в такие институты, то они не увеличат стоимость организационно-инновационного капитала НИИ. Надо создавать такие центры из людей нового типа, с опытом работы в западных лабораториях, в западных университетах. Это не может быть человек преклонного возраста и старого типа мышления, который вдруг получит бешеные ресурсы и начнет все по-старому распределять, тратить, управлять. 

	Если это новая экономика, то и наука должна быть новой, она постоянно обновляется, обретая новый менеджмент, новый тип управления. Например, Высшая школа экономики (ВШЭ), которая была создана в 1992 г. Именно «с нуля» прогрессивно мыслящими людьми во главе с молодым ректором, стала сегодня в России лидером в подготовке современных экономистов. 

	Сегодня часть академических институтов способна превратиться в академические университеты, часть работает давно в режиме прикладных наукоемких производственных фирм, а часть институтов, возможно, будет развиваться по модели западных национальных лабораторий. Таким образом, в условиях глобализации наука – очень важная составляющая конкурентоспособности нации в стратегическом плане. В новой экономике можно выделить три основных субъекта, которые занимаются финансированием научных исследований – основы для инноваций: государство, транснациональные компании, венчурные компании. 

Согласно оценкам ученых МГУ, в 1990-х гг. инвестиции в исследования, проводимые за рубежом, составляли в американских компаниях 8–12 % всех инвестиций в НИР, в европейских фирмах этот процент достигал 30 %, в японских корпорациях около 5 % [49, с. 100]. При реализации конкурентных стратегий транснациональные корпорации активно используют внешние источники инноваций. Основными путями повышения инновационности бизнеса за счет внешних источников являются трансграничные слияния и поглощения, международные альянсы, аутсорсинг, стимулирование инновационных процессов в зарубежных филиалах ТНК. В условиях новой экономики на смену хаотичной диверсификации приходит «стратегическая диверсификация», целью которой является максимальное использование ТНК своего научно-исследовательского потенциала путем развития смежных, взаимосвязанных технологий. 

Вместе с тем, глобальная конкуренция и инвестиционные риски, усиленные использованием информационных технологий, изменяют характер деятельности ТНК, заставляя их отказываться от непрофильных структур, неперспективных отраслей, сосредоточиться на основной деятельности. Иными словами, в современных условиях усиливаются процессы вертикальной деконцентрации. Поиски эффективных адаптационных механизмов в среде с высокими рисками заставляют корпорации укреплять свою «нишу» на рынке посредством создания интегрированных глобальных сетей. 

Одной из перспективных стратегий ТНК, позволяющей максимально использовать научно-технический потенциал принимающих стран, как отмечают эксперты, является создание зарубежных НИОКР-лабораторий – генераторов новых идей, так называемых знаниевых инкубаторов (Offshore Knowledge Incubation). Первоначально инкубаторы обладают определенной степенью автономности, но в конечном счете становятся полностью интегрированными в систему ТНК. Они глубоко внедряются в научную среду стран (регионов) с целью последующего использования их новейших разработок в ТНК. 

С помощью «научно-технической паутины» зарубежные НИОКР-подразделения транснациональных компаний «вылавливают» необходимые им знания и информацию. Создание сетей НИОКР ТНК инициировало новое направление глобализации – создание планетарной научно-технической сети – «Knowledge Network», функционирование которой подчинено целям формирования моноцентричного мира во главе с США. 

Продукция транснациональных корпораций вытесняет с рынка товары национальных товаропроизводителей, что приводит к разрушению национальных рынков. Как справедливо заметил Н. Моисеев, страны «золотого миллиарда» становятся «насосом, откачивающим из отсталых стран все лучшее, что они имеют… В результате действия этого ''дьявольского насоса'' происходит все углубляющаяся стратификация государств». Бесспорно, это не может не закреплять отсталость развивающихся стран.

Вместе с тем, деятельность транснациональных корпораций связана с непрерывной борьбой и противоречиями, в орбиту которых втянуты не только страны, но и целые регионы. С каждым годом растет сопротивление неолиберальной глобализации, ей противопоставляется концепция многополярного мира. В этом контексте особую актуальность приобретает проблема поиска путей перехода на новую систему международных экономических отношений. Без сомнения, рыночные силы сами по себе не содействуют изменению положения страны в мировом хозяйстве, и поэтому без государственного регулирования и формирования структуры, направления мирохозяйственных связей не обойтись. 

Для этого при активном участии государства необходимо создание многоаспектной модели взаимодействия с мировым сообществом в инновационно-образовательной сфере, принятие новой модели управления, в которой национальные интересы увязываются с глобальными тенденциями развития. 

	Для успешной конкуренции на основе инноваций на стадии, основанной на знаниях, ТНК применяют комплекс мер, называемый инновационной политикой, в рамках которой: выбор страны для сосредоточения интеллектуального капитала; передача новых технологий; лоббирование в государственных органах получения финансовых ресурсов, льгот и интеллектуальных ресурсов для инновационных программ; ряд других. Конечной целью конкуренции на основе инноваций для ТНК является максимизация прибыли, рост стоимости бизнеса на основе организационного капитала.

	Для полноценной реализации стратегической инновационной инициативы сегодня необходима не только и не столько политическая воля, сколько понимание и системная поддержка мегапроекта со стороны влиятельных политических и экономических кругов, его одобрение населением страны, конструктивная позиция зарубежных партнеров. Нужна при этом, по мнению ученых, и соответствующая широкая информационная кампания. В случае реализации этих условий российская стратегическая инновационная инициатива может превратиться в устойчивую модель управления инновациями и выступит основой для формирования новых правил игры на рынке инноваций и образовательных услуг.

	инновационный управление научный финансовый


ЗАКЛЮЧЕНИЕ



В современной глобализирующейся и все более обретающей черты постиндустриального уклада экономике особую значимость приобретают регулятивные функции государства. Помимо традиционного набора функций, государственное регулирование в этой связи должно обеспечить эффективную «стыковку» традиционного и инновационного в эволюционирующей экономической системе, обосновать стратегические приоритеты экономического развития, сформировать механизм их реализации. Что же касается такой специфической составляющей российской экономики, как сфера образовательных услуг и, в частности, российская высшая школа, то последняя в складывающемся социально-экономическом и демографическом контексте не может быть ни отдана на произвол рынка, ни изолирована от рыночной среды. И подобный дуализм подходов (объединяющий базовую установку на развертывание рыночной модернизации с усилением регулятивных, в том числе и инициирующих позитивные институциональные изменения, функций государства) особо приоритетен для стимулирования и реализации мезоэкономического потенциала регионально-локали-зованной системы высшего профессионального образования Южного федерального округа.

Необходимость активизации регулятивных усилий государства (как на общефедеральном, так и на региональном уровне) в сфере высшего образования южно-российского макрорегиона предопределяется в частности:

	позиционированием как Юга в целом, так и значительной части его регионов на инновационно-образовательной «периферии», что обусловливает высокую степень зависимости мезоэкономического потенциала высшего образования от позиции и действий общероссийского инновационного и финансового «центра», от федеральных органов государственной власти и одновременно не может не сказаться на качестве образовательной услуги, на финансово-экономическом потенциале высшей школы, на специфике экономического спроса и т.п.;

	возрастающей территориальной диспропорциональностью между диверсифицированным, в целом сравнительно хорошего качества предложением (локализованным в интенсивно теряющих население регионах) и спросом (все более концентрирующимся на юго-востоке макрорегиона), конституируемой административными, ценовыми и иными барьерами;

	сохраняющимся монополизмом на локальных рынках, общей непоследовательностью и незавершенностью институционально-рыноч-ных реформ, что противоречит императивам формирования единого образовательного пространства на макрорегиональном уровне, в пределах Российской Федерации, в глобальном масштабе в целом;

	сложным этно- и геополитическим положением в значительном числе южно-российских субъектов РФ, перманентной угрозой активизации сепаратистских настроений и межнациональных конфликтов, что обусловливает особую значимость высшего образования как социально-экономического стабилизатора, дополнительного весомого фактора центростремительной динамики, обеспечения долгосрочных геополитических и геокультурных интересов России.

Проблематика сохранения и эффективного использования потенциала высшей школы в настоящее время весьма актуализирована, а само модельное видение соответствующих перспектив и приоритетов уже ряд лет пребывает в эпицентре бурной научной дискуссии, ориентированной в том числе и на формирование новых контуров государственной стратегии в образовательной сфере в рамках реализации национального проекта «Образование». 


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК



		Образование в Российской Федерации [Текст] : стат. сб. – М. : ГУ ВШЭ, 2008.

		Абанкина, И.В. Совершенствование межбюджетных отношений в сфере образования [Текст] / И.В. Абанкина. – М. : Петрозавод. гос. ун-т, 2010.

		Антошина, А. ВЦИОМ о нацпроекте «Образование» [Текст] / А.А. Антошина. – URL : http : www.rg.ru/2006/06/01/innovacii.html

		Асмолов, А. По направлению к игровому обществу [Текст] / А. Асмолов // Педология. – 2011. – № 4. 

		Батюшин, М.А. Основные аспекты формирования региональной системы подготовки и переподготовки взрослого населения [Текст] / М.А. Батюшкин, А.И. Дусев // Официальный справочно-информа-ционный бюллетень Министерства общего и профессионального образования Ростовской области. – Ростов н/Д., 2009. 

		Белокрылова, О.С. Опыт и перспективы использования дистанционных технологий в подготовке экономистов [Текст] / О.С. Белокрылова, М.М. Скорев // Новые университеты: роль информационных технологий в становлении гуманитарного образования : материалы региональной науч.-практ. конф. – Челябинск : Изд-во ЮУрГУ, 2008.

		Белолипецкий, В.Г. Преодоление пространства и времени как атрибут экономической глобализации [Текст] : Экономическая теория на пороге ХХI в. / В.Г. Белолипецкий. − М. : Юрист, 2008. – С. 59−61.

		Валентей, С.Д. Россия в изменяющемся мире [Текст] : Внешние и внутренние вызовы / С.Д. Валентей, Л.И. Нестеров, В.В. Елизаров // Вызовы нового века и стратегический ответ России. – М., 2011. 

		Глобализация и судьба цивилизаций [Текст] / под ред. Т.Т. Тимофеева, Ю.В. Яковца, У. Бледсо. − М.: Международный институт П. Сорокина − Н. Кондратьева, 2009. − С. 39.

				Дежина, И.Г. Механизмы стимулирования коммерциализации исследований и разработок [Текст] / И.Г. Дежина, Б.Г. Салтыков. – М., 2007.

		Захарова, Т.В. Человеческий капитал как потенциальный фактор устойчивого развития [Текст] / Т.В. Захарова // Проблемы устойчивого развития: иллюзии, реальность, прогноз : материалы симпозиума. – Томск, 2007.

			Касьянюк, Т. Методологический аспект анализа проблемы трансформации образования [Текст] / Т. Касьянюк // Общественные науки. – 2009. – № 1. 

			Кетова, Н.П. Виртуальная экономика [Текст]: Общемировые и российские реалии ХХI века / Н.П. Кетова // Экономика развития региона: проблемы, поиски, перспективы : ежегодник. − 2008. – Вып. 1. 

	Коллонтай, В.М. Пределы новой экономики. Экономическая теория на пороге XXI века − 5 [Текст]: Неоэкономика / В.М. Коллонтай ; под ред. Ю.М. Осипова, В.Г. Белолипецкого, Е.С. Зотовой. − М. : Юристъ, 2011. 





1