Проблемы вступления России в ВТО 6

Проблемы вступления России в ВТО 

Тема присоединения России к  Всемирной торговой организации звучит все чаще, — в качестве одного из нынешних приоритетов национальной внешнеэкономической политики эту задачу президент Путин обозначил в своем прошлогоднем послании Федеральному Собранию. То есть вопрос о самом факте вступления нашей страны в ВТО с повестки дня снят — он уже решен на государственном уровне. Проблемы, обсуждаемые сегодня, сводятся к тому, когда вступать, на каких условиях и какие политические меры нужно еще предпринять перед вступлением. Во время осеннего саммита Россия — ЕС в Брюсселе Путин заявил, что Россия “будет вступать во Всемирную торговую организацию только на общих условиях и не согласна с предъявлением к ней требований, которые ни к кому больше не предъявляются”. 
И тем не менее, при том, что официальная точка зрения по поводу альянса с ВТО уже сформулирована, ни на одном уровне российского экономически активного сообщества — ни среди профессиональных экспертов, ни в предпринимательских кругах, ни во властных структурах местного, регионального или федерального масштаба — не существует четкого представления о том, какими последствиями для России этот альянс обернется.

Когда речь заходит об издержках присоединения России к ВТО, разговор обычно сводится к опасности облегчения доступа иностранных компаний на отечественные рынки товаров и услуг “Транснациональные корпорации имеют богатейший опыт вытеснения конкурентов с рынка — и этим, безусловно, воспользуются. — говорит директор сводного департамента зоны свободной торговли Исполкома СНГ Владимир Покровский. — Здесь мы можем потерять очень многое. Например, если сейчас полностью открыть рынок услуг мобильной связи, то через некоторое время никаких национальных компаний в этой сфере не будет. То же самое касается банковских услуг многих товаров, особенно продовольствия, потому что страны ЕС тратят колоссальные деньги на поддержание низких цен на продовольственные товары”. Во Всероссийском союзе страховщиков говорят, что со вступлением России в ВТО число российских страховщиков сократится в полтора-два раза. При этом у региональных страховщиков могут возникнуть серьезные трудности, что приведет к серии масштабных слиянии.

Резко возражают против открытия российского рынка для продукции зарубежного машиностроения представители Новолипецкого металлургического комбината (НЛМК). “Если сегодня Новолипецкий комбинат поставляет тридцать процентов своей продукции на внутренний рынок, то в случае вступления России в ВТО он сразу этот рынок потеряет, — говорит председатель совета директоров НЛМК Владимир Лисин. — Например, сельхозмашиностроение, не выдержав конкуренции, перестанет заказывать сталь. Резко потеряют объемы производства автомобилестроители”.

Еще одна отрасль, которой присоединение к ВТО сулит колоссальные проблемы, — гражданское авиастроение. Сейчас пошлина на ввоз самолетов составляет двадцать пять процентов, если мы войдем в ВТО, то пошлина будет всего пять процентов, более того, они собираются отменить НДС. Это создаст очень удобные условия для прихода иностранцев. Это нанесет огромный ущерб нашим производителям, поскольку будет невозможно выдержать такой конкуренции. Поэтому российская гражданская авиация должна войти в ВТО не ранее чем через двенадцать лет. И прежде чем входить в ВТО, необходимо, чтобы прошел процесс интеграции нашей авиаотрасли и ее становление, на что, по нашим подсчетам, и уйдет порядка двенадцати лет. Отметим, что сокращение производства в таких отраслях, как автомобилестроение или авиастроение, неизбежно ударит по всем поставщикам комплектующих для этих производств, а это тысячи предприятий, включая такие благополучные сегодня отрасли, как черная металлургия и производство алюминия. Пока обнадеживает только то, что, во-первых, именно по этим направлениям — гражданская авиация, автомобилестроение, финансовый сектор — переговоры еще не завершены. И российская сторона занимает достаточно жесткую позицию. Вполне вероятно, что какого-то переходного периода добиться все-таки удастся. Во-вторых, есть у нас стойкое подозрение, что пока угроза прихода иностранных конкурентов на российский рынок не станет объективной реальностью, никакого прогресса в отечественном авто- и авиастроении ждать не имеет смысла.

В-третьих, обсуждая перспективы тех или иных отраслей в свете возможного прихода западных конкурентов, надо обсуждать причины низкой конкурентоспособности отечественной продукции. Некоторые считают, что причина в том, что пока в России гораздо дороже капитал, у нас ставка рефинансирования LIB — двадцать пять процентов, а в США — всего два с половиной процента. Присоединение к ВТО до этого убьет отечественную гражданскую авиацию, она не выдержит конкуренции с Airbus и Boeing”. Действительно, кредитные ресурсы у нас существенно дороже, чем на Западе. Но ведь вступление России в ВТО как раз сможет существенно облегчить эту проблему — приведение российского законодательства в соответствие с международными нормами, большая прозрачность экономики снизят риски кредиторов, а приход западных банков и усиление конкуренции на рынке финансовых услуг облегчат доступ к более дешевым кредитным ресурсам. Вот вам и снижение кредитных ставок, и увеличение инвестиций в промышленность. Главное, чтобы продукция соответствовала требованиям рынка.

 Наконец, даже после вступления в ВТО в распоряжении российского правительства останется достаточно большой набор эффективных инструментов зашиты своих рынков. В первую очередь это, разумеется, валютный курс. При нынешнем уровне зависимости нашей экономики от мировых цен на энергоносители, при нашем гигантском внешнем долге всегда можно найти благопристойный повод для большей или меньшей девальвации рубля, не вызывая санкций со стороны ВТО. Есть и более тонкие механизмы. В частности национальные стандарты на продукцию. Например, в последнее время приобрела широкую известность история о том, как США заблокировали импорт швейцарского сыра, установив стандарт на размер дырок в сыре. В принципе никто не мешает и нам установить на те же автомобили или авиатехнику такие стандарты, которым в большей степени будут соответствовать российские изделия, чем западные. Беда лишь в том, что импорт зачастую превосходит отечественную продукцию по всем параметрам, кроме разве что цены. Но, в конце концов, вечный парник для отечественных производителей устраивать никто не собирается. Да и о потребителях грех было бы забывать. Они-то от конкуренции с иностранцами только выиграют. 

Едва ли не самым главным аргументом в пользу присоединения России к ВТО с самого начала переговоров и до сего дня является утверждение, что в результат наши компании получат возможность защищаться в международных судебных органах от неправомерных санкций в отношении своего экспорта. Пока мы не являемся членом ВТО, нас не допускают ни к каким переговорам, мы не имеем права голоса при решении важных вопросов, постоянно проводят нечестную практику борьбы с нашими товарами на рынках. Мы не можем апеллировать к антидемпинговому кодексу, антидемпинговому трибуналу, нас постоянно ограничивают или нарушают наши права. Вступление в ВТО может служить инструментом, который позволит нам защитить российские товары при продвижении их на внешний рынок.

В результате вступления в ВТО будто бы должны многократно возрасти объемы российского экспорта, вырасти валютная выручка, отечественные производители увеличат своё присутствие на зарубежных рынках. Как это ни печально, но для подобного оптимизма оснований не много. Судите сами.

По оценкам Минэкономразвития, от разного рода ограничений нашего экспорта отечественные компании сегодня теряют 2-3 млрд. долларов в год. Андрей Кушниренко говорит, что при грамотном отстаивании своих интересов в рамках ВТО мы сможем добиться отмены или смягчения примерно половины действующих сегодня ограничений. Итого наш потенциальный выигрыш — 1-1.5 млрд. долларов в год (минус издержки, связанные с ведением судебных споров, для которых, в частности, нужны высококвалифицированные юристы, услуги которых влетают в копеечку). Немало, конечно, но и отнюдь не “многократный рост российского экспорта” (сегодня он. напомним, превышает 100 млрд. долларов в год).

Второй главный плюс присоединения России к ВТО, о котором говорят практически все его сторонники, — это возможность участия в выработке международных правил торговли с учетом российских национальных интересов. 

Не стоит забывать, что наши внешнеторговые партнеры получают выгоды от присоединения России к ВТО немедленно, в то время как Россия может получить их в перспективе. При этом потери могут оказаться неизбежными, а выгоды — возможными, для их реализации потребуются существенные дополнительные усилия. Другими словами, участвовать в переговорах мы, несомненно, будем, а вот удастся ли нам в результате этого чего-то добиться — это совсем другой вопрос.

Необходимость приведения российского законодательства в соответствие с нормами ВТО подавляющее большинство специалистов оценивает как однозначно положительный факт. Вступив в ВТО, Россия выйдет на единое международное правовое пространство, базирующееся на нескольких десятках соглашений, которые, в свою очередь, образуют правовую основу международной торговли, являются так называемым кодексом правил движения на мировом рынке, отступать от этих правил просто глупо.

Изменение отечественного внешнеторгового законодательства в соответствии с международными нормами — давно назревшая проблема. Причем здесь надо быть готовыми к кардинальному изменению привычных правил взаимоотношений бизнеса и государства, в частности к резкой переоценке так называемого административного ресурса, благодаря которому отдельные компании продавливали для себя различные льготы. 

Еще одно малоочевидное последствие присоединения к ВТО: чтобы защищать свои интересы, отечественные производители импортзамешаюшей продукции должны будут обеспечить максимальную прозрачность финансовой отчетности в соответствии с международными стандартами. Приходят, предположим, на наш рынок западные компании и начинают беспардонно демпинговать. Наши, понятно, вводят антидемпинговые санкции, а те, в свою очередь, подают жалобу в суд ВТО.

Но чтобы доказать оправданность антидемпинговых санкций в суде ВТО. наши компании должны будут предоставить полную финансовую отчетность о своей деятельности. А многие российские предприятия к этому явно не готовы, поскольку "черный” нал до сих пор занимает прочное место в сфере производства и реализации товаров широкого потребления — продуктов питания, мебели etc. А “черный” нал и зашита своих интересов в международных судах — две веши несовместные. И подобных сюрпризов присоединение к ВТО сулит нашим бизнесменам немало.

Сегодня уже не обсуждается вопрос, надо ли России вступать в ВТО. Мы вступаем. Краткосрочные плюсы и минусы этого шага зависят от условий, на которых мы присоединимся к Всемирной торговой организации. Пока шанс выторговать приемлемые для отечественного бизнеса условия остается.

Но присоединение к ВТО — это шаг, рассчитанный на перспективу в десятки лет. И реальный баланс потерь и приобретений будет зависеть исключительно от экономической политики российского правительства. В частности, если многолетние разговоры о переориентации российского экспорта с энергоносителей и сырья на продукцию высоких переделов так и останутся пустыми декларациями, наши потери не окупятся никогда.



Выгоды от присоединения России к ВТО:

Россия получает выход в международное правовое пространство. При этом появляется возможность защиты от дискриминации нашего экспорта другими странами.

Россия может получить выход на новые рынки услуг.

Россия сможет влиять на формирование правил международной торговли.

Адаптация нашего законодательства к международным нормам — положительный фактор для отечественного бизнеса. 

Ослабится отраслевое и региональное лоббирование новых законов.

Издержки вступления в ВТО:

Защита многих производств от иностранной конкуренции будет существенно затруднена.

Снизятся поступления в бюджет от импортных пошлин.

Либерализация тарифов сделает более привлекательным ввоз товаров из-за рубежа, привлекательность инвестиций в производство снизится.

Вступление в ВТО не гарантирует от применения против наших товаров антидемпинговых мер.









1