Леса Сибири в контексте глобального потепления

Леса Сибири в контексте глобального потепления

Часть 1 Глобальное потепление и Киотский протокол

Наступил такой момент, когда самые закоренелые скептики, которые десять лет назад слышать не могли словосочетание «глобальное потепление», примолкли под напором неоспоримых фактов. Лето 2003 г. в Европе оказалось самым жарким за последние 500 лет (1). В Португалии, Испании, Франции и Италии от лесных пожаров и проблем со здоровьем, вызванных жарой, погибло 35 тыс. человек (2). Во всех европейских странах, включая Украину и Россию, резко снизился урожай зерновых. Такого падения урожайности не наблюдалось с 1970 г.* А годом раньше по многим странам Европы прокатилась невиданная волна разрушительных наводнений (3). Сия чаша не миновала и нас, жителей Иркутской области. Если вспомнить события последних летне-весенних сезонов, то в Восточной Сибири становится обычной ситуация, когда периоды продолжительных засух сменяются не менее продолжительными периодами проливных дождей.

В среднем на территории России за 100 лет (1901–2000 гг.) стало теплее на 0,9 оС. В последние 50 лет скорость потепления увеличилась до 2,7 оС/100 лет, а после 1970 г. тренд потепления составил уже около 4 оС/100 лет (4, 5). На территории Сибири потепление идет с более высокой скоростью, в результате площадь оледенения в Северном Ледовитом океане сократилась на 10–15%, а толщина льда уменьшилась на 40% (6). Если имеющаяся тенденция сохранится, то в обозримом будущем Северный морской путь будет свободен ото льда. Уже предвкушают большие выгоды. Доставка морских грузов значительно облегчится*, появится возможность расширить рыболовецкий промысел и сельское хозяйство на побережье, освоить месторождения нефти и газа, сосредоточенные на арктическом шельфе, и т.д. 

Однако, рано радоваться. Если к концу XXI в. температура Земли возрастёт на 6 оС, то таяние льдов Южного и Северного полюсов и тепловое расширение воды повысят уровень Мирового океана на 88 см, что неизбежно приведёт к затоплению островных и прибрежных (как правило, густонаселённых) территорий. Только за последние 100 лет 70% береговых линий отступили вглубь, а уровень Мирового океана поднялся в среднем от 10 до 20 см (6, 7). С потеплением климата возрастает число и разрушительная сила тайфунов. Прошедший год вообще побил все рекорды по числу опустошающих морское побережье тайфунов и ураганов, убытку и количеству жертв от них (8).

Одной из самых вероятных причин глобального потепления является повышение в атмосфере концентрации углекислого газа. Углекислый газ и ряд других газов улавливают отражённое от земли солнечное тепло и таким образом создают парниковый эффект, нагревая атмосферу. Если бы этого не происходило, Земля была бы примерно на 30 градусов холоднее, чем сейчас, и жизнь бы на ней практически замерла. Естественным образом углекислый газ попадает в атмосферу в результате извержения вулканов, дыхания человека, животных, растений и микроорганизмов. За миллионы лет своего существования биосфера научилась справляться с естественными изменениями в его содержании. Но в последние сто лет в атмосферу стал поступать СО2, образующийся при сгорании ископаемого топлива: угля, нефти и газа, а также иных видов человеческой деятельности. В период с 1890 по 2000 г. содержание углекислого газа в атмосфере возросло на 25% и продолжает увеличиваться со скоростью полпроцента в год (6). 

Исходя из того, что «естественный» парниковый эффект — это устоявшийся, сбалансированный процесс, вполне логично предположить, что увеличение концентрации «парниковых» газов в атмосфере должно привести к усилению парникового эффекта и вызвать изменение климата. Ещё в конце XIX в. шведский ученый Сванте Аррениус рассчитал, что удвоение концентрации углекислого газа приведёт к глобальному потеплению на 4-6 °С (10). Такой же точки зрения придерживался российский ученый В.И. Вернадский, полагая, что сжигание больших количеств каменного угля должно привести к изменению химического состава атмосферы и климата (11). Впоследствии этот вывод расчётами подтвердил М.И. Будыко (12), и никто до настоящего времени эти расчёты не опроверг. 

Действительно, бурение льда на российской станции Восток позволило реконструировать историю климата Антарктиды. Оказалось, что повышение температуры за последнее столетие не имеет прецедентов за прошедшие 400 тыс. лет. Более того, обнаружилась тесная связь между температурой в Антарктиде и содержанием в атмосфере углекислого газа и метана (13). В атмосферу попадают и другие парниковые газы, например, закись азота и ряд промышленных фторсодержащих газов. Несмотря на то, что они производятся в меньших объёмах, некоторые из этих газов куда более опасны с точки зрения глобального потепления, чем углекислый газ (14)*. 

Тем не менее, роль парниковых газов в наблюдающемся изменении климата остаётся на настоящий момент научной теорией. Только невежда никогда не сомневается в своей правоте. Для учёного научная теория становится научным фактом, когда она подтверждена множеством независимых экспериментов, а климатическая система Земли не тот объект, на котором можно ставить эксперименты. Она невероятно сложна, в противном случае мы бы имели достаточно точный прогноз погоды хотя бы на сезон. Для прогнозирования изменения климата используются математические модели, но, к сожалению, эти модели пока ещё далеки до совершенства. В таких моделях трудно учесть все факторы, способные повлиять на изменение климата. Это даёт основания ряду ученых и политиков сомневаться – действительно ли повышение концентрации углекислого газа таит в себе опасность? Однако, несмотря на оправданность таких сомнений, есть вероятность, что вскоре будет поздно что-либо предпринимать, чтобы предотвратить катастрофу в масштабе всей планеты. 

Самым большим резервуаром углекислого газа на планете является Мировой океан, в котором содержится примерно в 53 раза больше CO2, чем в атмосфере. Растворимость углекислого газа в воде снижается при повышении температуры, а это значит, что потепление климата вызывает цепную реакцию выделения в атмосферу CO2, содержащегося в морской воде. В океанических гидратах и в зоне вечной мерзлоты законсервированы значительные массы метана, которые в случае потепления также выйдут на свободу (7). Мало того, сибирская тайга — «лёгкие планеты» — при повышении концентрации углекислого газа может перестать усваивать углекислый газ. Токсичные промышленные выбросы, всегда сопровождающие выбросы парниковых газов, повреждают фотосинтетический аппарат деревьев, в результате снижается способность лесов поглощать углекислый газ из атмосферы (15). Кроме того, потепление климата привело к катастрофическому распространению лесных пожаров. Именно по этим причинам тайга Южной Сибири в последние годы из источника поглощения углекислого газа превратилась в источник его выделения (16). Таким образом, рост уровня парниковых газов в атмосфере, а, следовательно, и потепление климата может принять лавинообразный характер или, другими словами, процесс пройдет точку бифуркации, после которой нет пути назад.

До правительства ряда стран дошла опасность этого процесса. В декабре 1997 г. в Киото представители 83 стран, включая Россию, подготовили и единогласно приняли протокол, по которому обязались сократить выбросы парниковых газов в среднем на 5,2% по сравнению с 1990 г. Страны Европейского Союза брали на себя обязательства сократить выбросы в среднем на 8%, США — на 7%, Япония, Канада — на 6%. Развивающиеся страны, включая Китай и Индию, никаких обязательств не брали. От России, на первом этапе (2008–2012 гг.), не требуется снижать выбросы вообще, поскольку после 1990 г. объём эмиссии парниковых газов в нашей стране сократился на 30% за счёт спада производства (17). 

По состоянию на февраль 2005 г. Киотский протокол ратифицировали, приняли, одобрили или присоединились парламенты 141 страны (18). Протокол отказались ратифицировать подписавшие его в 1997 г. Соединённые Штаты, страна, отвечающая почти за четверть мировой эмиссии углекислого газа (в 1990 г. на долю США приходилось 36,1% выбросов развитых стран и стран с переходной экономикой, подписавших протокол, т.н. страны Приложения I). Администрация Буша сочла протокол несправедливым, поскольку этот документ налагает на американскую промышленность несправедливые ограничения, а таким развивающимся государствам, как Индия и Китай, даёт неоправданные послабления. Чтобы полностью выполнить свои обязательства, США должны во многих регионах переходить в энергетике с угля на газ, что очень дорого. Средняя стоимость сокращения выбросов СО2 на 1 т в США оценивается примерно в 150-200 долл. (в то время как, например, в России 10-20 долл.) (19). Между тем, несмотря на такую позицию президента Буша, девять штатов США собираются создать собственную систему контроля над выбросами парниковых газов (20).

После отказа США от ратификации вступление протокола в силу целиком стало зависеть от России, на которую в 1990 г. приходилось 11% мировых выбросов СО2 (в 2001 г. уже только 6,2%) и 17,4% общего выброса стран Приложения I. Россия колебалась семь лет. Казалось, этот документ никогда не будет ратифицирован в России. На состоявшейся 3 декабря 2003 г. в Кремле встрече с бизнес-элитой Европейского Союза Президент РФ В.В. Путин высказался против ратификации Киотского протокола (21). Весной 2004 г. Комитет по экологии Государственной Думы совместно с Комитетами по международным делам и экономической политике, предпринимательству и туризму провели парламентские слушания «О проблемах, связанных с ратификацией Киотского протокола…». В итоговом документе парламентских слушаний рекомендовано воздержаться от ратификации Киотского протокола в условиях отсутствия под ним научного обоснования и выхода из него США и неучастия многих стран, имеющих высокие уровни выбросов парниковых газов в атмосферу. Отмечалось, что вопрос о присоединении России к Киотскому протоколу требует дополнительной всесторонней проработки с учётом национальных интересов Российской Федерации (22).

А. Илларионов, советник президента по экономическим вопросам, выступая в июле 2004 г. на пресс-конференции, посвящённой итогам Международного семинара по Киотскому протоколу, организованного Российской академией наук, не скупился на крепкие высказывания в духе сталинских процессов о врагах народа: «Киотский протокол — одна из крупнейших, если не крупнейшая авантюра всех времён и народов»; «Ни одно из утверждений в Киотском протоколе и его так называемой “научной базе” не подтверждается реальными данными»; «Киотский протокол — это необъявленная война против России. В ней используются абсолютно все средства: дезинформация, фальсификация, подкуп, запугивание. Ратификация Киотского протокола означала бы полную капитуляцию. От исхода этой войны зависит не только судьба нашей страны, но и всего мира» (23). 

Однако в конце сентября нынешнего года вдруг последовала команда из Администрации Президента, Кабинет министров шустро одобрил протокол, Государственная Дума, забыв свои рекомендации, в рекордные сроки его ратифицировала, почти сразу же документ прошел в Совете Федерации, и 5 ноября он был подписан Президентом (24). Причины такого крутого разворота на 180 градусов не известны. Предполагают, что решение о ратификации протокола было принято в надежде на то, что Европейский Совет будет более благодушен в отношении вступления России во Всемирную торговую организацию (ВТО).

Несмотря на все эти обстоятельства, очень хорошо, что Россия, наконец, ратифицировала Киотский протокол. Сам по себе этот документ не может остановить глобальное потепление, выполнение всех договорённостей, в лучшем случае, снизит содержание парниковых газов всего лишь на 0,3% (25). Тем не менее, это первый в человеческой истории реальный шаг, который сделал весь мир по дороге сокращения негативного влияния человеческой деятельности на биосферу в целом, и на самого человека в частности. И даже если оставить в стороне проблему участия парниковых газов в глобальном потеплении, ратификацию Киотского протокола всё равно следует всячески приветствовать. Механизм, запущенный Киотским протоколом, направлен не только на снижение выбросов собственно парниковых газов, но и на рост энергосбережения и повышение энергоэффективности производства, на снижение энергоёмкости экономики, на поиск альтернативных энергетических систем, а также на сокращение выбросов попутных вредных для здоровья человека веществ. Для страны, в которой из-за неблаго-приятной экологической обстановки продолжительность жизни год от года снижается, а военкоматы стабильно не выполняют план по призыву из-за возрастающего числа хронических заболеваний среди новобранцев, трудно переоценить важность этого события*. 

Российская наука в свете Киотского протокола

Некоторые учёные считают, что наблюдаемое потепление и сопутствующие ему природные катаклизмы являются следствием естественных колебаний климата (10, 23, 26). Действительно, на Земле ранее неоднократно происходили периодические повышения или понижения среднегодовой температуры с амплитудой 10 оС с периодичностью 100-300 млн лет. После наступления кайнозойской эры, 30 млн лет назад началось постепенное похолодание климата, а около 3 млн лет назад оно сменилось периодическими колебаниями температуры в пределах 6 °С, которые происходили с периодами в десятки и сотни тысяч лет (26, 27). Такие перемены климата, вероятно, вызваны изменением солнечной активности и медленными «колебаниями» оси планеты и её орбиты вокруг Солнца. Однако расчёты показывают, что в настоящее время повышение температуры планеты на те же 6 °С произойдёт в течение нынешнего столетия, а значит, как минимум, в сотни раз быстрее, чем это было ранее. Такого резкого перепада температур раннее не наблюдалось никогда (13), поэтому это трудно объяснить изменением орбиты планеты или изменением солнечной активности (6). На этом основании большинство учёных мира сошлось во мнении, что наиболее вероятной причиной потепления климата является выброс в атмосферу антропогенных эмиссий парниковых газов.

Среди российских учёных также нет единого мнения о причинах глобального потепления. Тем не менее, Российская академия наук дала отрицательное заключение на ратификацию Киотского протокола в России (23). Позиция академиков по этому вопросу не была постоянной. В 1992 г. на Всемирном саммите по окружающей среде и устойчивому развитию в Рио-де-Жанейро была принята Рамочная конвенция ООН об изменении климата (РКИК). Тогда ни у кого из российских учёных не возникало сомнения относительно необходимости принятия мировым сообществом согласованных мер по предотвращению изменения климата. Благодаря их рекомендациям, руководство страны обладало всей полнотой информации об изменении климата и приняло в 1994 г. положительное решение о ратификации РКИК. Российские учёные активно участвовали в работе Международной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК). Достаточно сказать, что академик Юрий Израэль, впоследствии проявивший себя как непримиримый противник Киотского протокола, являлся вице-президентом МГЭИК. А именно на основе рекомендаций этой организации был разработан Киотский протокол. Казалось, ничто не предвещало столь трудную судьбу Киотскому протоколу в нашей стране.

На протяжении последних трёх лет Киотский протокол стал предметом политического торга — позиция России сменилась с позитивной в 2000 г. на резко негативную в 2001–2004 гг. Есть все основания полагать, что до недавнего времени отношение Президента России к Киотскому протоколу было более чем прохладным (21, 23). Вероятно, именно поэтому кардинально изменилась и позиция многих учёных в России по этому вопросу. По предложению В.В. Путина с 29 сентября по 3 октября 2003 г. в Москве состоялась очередная Всемирная конференция по изменению климата (WCCC 2003), на которой предполагалось обсудить проблему изменения климата, роль антропогенных и природных факторов, а также пути уменьшения промышленных выбросов. 

Подготовка к научному форуму проходила в обстановке силового навязывания программы конференции Юрием Израэлем, российским председателем оргкомитета. Ряд зарубежных учёных опасались, что скептики Киотского протокола в России используют эту встречу, чтобы обосновать отказ России от его ратификации и серьёзно рассматривали возможность бойкотирования конференции (28). Действительно, по мнению одного из участников, на конференции было много людей отстаивающих не научные факты, а личные и политические амбиции, поэтому принципы научного обсуждения часто и даже систематично нарушались (29). Тем не менее, в выводах конференции записано: «...в результате антропогенных эмиссий парниковых газов и аэрозолей в природе имеют место изменения климата, и это представляет основную угрозу для людей и экосистем» (30).

После конференции Администрация Президента не удовлетворилась её итогами. Российской Академии Наук было поручено разобраться в целесообразности ратификации Киотского протокола. Выполняя это поручение, РАН организовала специальный семинар, пригласив на него отдельных иностранных учёных, являющихся противниками Киотского протокола*. В результате участники семинара пришли к мнению о полном отсутствии научного обоснования Киотского протокола и его практической неэффективности (23, 25). Кто тогда мог предполагать, что спустя несколько месяцев, несмотря на отрицательное заключение РАН, Киотский протокол одобрит Совет Министров, за него почти единогласно проголосует Государственная Дума, и, наконец, Протокол будет подписан Президентом (24)? 

Российская наука оказалась в глупом и постыдном положении. Будет неудивительно, если вскоре многие учёные России, бывшие непримиримыми противниками Киотского протокола, вскоре станут не менее непримиримыми его приверженцами. Если совсем недавно на пресс-конференции после специального семинара РАН было заявлено, что повышение уровня Мирового океана — миф (23), то стоило Президенту подписать Киотский договор, как СМИ огорошили весь мир леденящими кровь прогнозами российских учёных о скором затоплении Владивостока, Санкт-Петербурга, Магадана и многих других прибрежных городов мира (9).

История Академии Наук СССР показывает, что она не всегда придерживалась принципов объективности научного знания, часто преобладал принцип партийности, «преданности делу марксизма-ленинизма». Об этом говорит история запрета генетики в сталинские времена, полная «кукурузация» всей биологической науки в хрущёвские, одобрение АН СССР строительства БАМа в брежневские и полное неодобрение в горбачевские. Очень переменчива и непостоянна была позиция АН СССР в отношении проекта поворота сибирских рек.

Приходится констатировать, что нынешняя РАН унаследовала эти пороки, а вновь выстроенная в России вертикаль (диктатура) власти подмяла под себя не только СМИ, Государственную Думу, губернаторов, олигархов, но и науку. Длительная селекция в российской науке привела к тому, что в ней почти не осталось Джордано Бруно, готовых идти на костёр за свои убеждения; к сожалению, в ней властвуют Галилео Галилеи, которые в зависимости от ветров, дующих из Кремля, готовы менять своё мнение на прямо противоположное. Не в этом ли кроется сегодняшняя причина бед российской науки, возникших из-за намерений президентской администрации кардинально сократить число научно-исследовательских институтов? Спрашивается, зачем Президенту нужны 10 000 учёных, если хватит и 100 для «теоретического» обоснования очередной его прихоти? Правда, возникает вопрос, можно ли этих оставшихся «учёных» назвать учёными?

Есть ли причины радоваться глобальному потеплению?

По очень осторожным оценкам к 2020 и 2050 гг. среднегодовая температура в Сибири повысится соответственно на 0,9-1,5 и 2,5-3 оС (4, 6, 31). Среди граждан нашей страны, включая президента, бытует мнение, что это событие приведёт к смягчению сурового резкоконтинентального климата и сделает территорию Сибири более благоприятной для проживания. Действительно, к концу мелового периода среднегодовые температуры на севере Иркутской области составляли 7-13оС, что соответствует современному термическому режиму Крыма (32, 33). Отсюда делается вывод, что если кто-то и пострадает от глобального потепления, то жители России, в частности Сибири, только выиграют. Сократится расход энергии на отопление, не надо тратить деньги на тёплую одежду, на даче можно выращивать бананы, а в Байкале купаться, как в Чёрном море. Поэтому не надо спешить подписывать Киотский протокол, надо просто подождать и посмотреть, что получится. Не останавливаясь на этичности и нравственности этой позиции, заметим, что желающие получить крымский загар в центре Сибири по своей наивности забывают, что повышение средней температуры поверхности планеты на несколько градусов, это не то же самое, что повышение температуры в благоустроенной квартире в зимнее время.

Например, позитивный тон носят имеющиеся сегодня в России сельскохозяйственные прогнозы, в них предсказываются положительные результаты глобального изменения климата для сельского хозяйства. По оценкам повышение средней приземной температуры в течение ближайших нескольких десятков лет приведёт к отступлению тундры на север на 150-200 км (5) или даже 1 000 км (27, 31), а значит, у тундры будут «отвоёваны» дополнительные земли, пригодные для сельскохозяйственного использования. В целом по России процесс потепления климата наиболее заметен в холодное время года. Есть данные, что средняя температура зимы и весны возросла соответственно на 4,7 и 2,9 оС за 100 лет, т.е. улучшились условия перезимования полевых и садовых культур. Продолжительность вегетационного периода стала больше на 18 дней и будет расти дальше со скоростью 3,5 дня в 10 лет. Летние же температуры увеличатся незначительно, зато снизится вероятность осенне-весенних заморозков, отрицательно влияющих на урожаи, поэтому есть шанс, что продуктивность сельского хозяйства России возрастёт (4, 34). Однако эта «ложка мёда» оптимистических прогнозов может раствориться в бочке дёгтя негативных последствий.

За последние 50 лет в России наметилась тенденция к снижению годовых и сезонных сумм осадков (4). Согласно прогнозам, потепление климата на Северном Кавказе и в Поволжье — основных житницах современной России — будет сопровождаться всё более частыми засухами. В результате, степные пространства превратятся в пустыню, что вызовет падение урожайности в этих регионах (34). В выводах Межведомственной комиссии Российской Федерации по проблемам изменения климата сказано: «В целом, для России изменение климатических условий может характеризоваться как “сопровождающееся усилением засушливости”». При такой тенденции климатических изменений можно ожидать уменьшения средней урожайности зерновых культур (5). Если учесть, что почвы в тундре довольно бедны по органическому составу и в этих районах практически нет сельскохозяйственного населения, то суммарный рост продуктивности сельского хозяйства представляется довольно спорным.

Кроме того, обратим внимание на следующие обстоятельства. Более 60% территории России расположено в зоне вечной мерзлоты. Потепление климата приведёт к отступлению вечной мерзлоты на север. Согласно некоторым прогнозам, зона вечной мерзлоты сократися к 2050 г. до одной пятой от её современной площади и будет находиться в соответствии с границей вечной мерзлоты во время последнего межледникового периода 125 тыс. лет назад (27). А ведь на вечной мерзлоте стоят многие города и посёлки Восточной и Западной Сибири и Северо-Востока России, проложены автомобильные и железные дороги, газо- и нефтепроводы, линии электропередачи, мосты. В условиях продолжающегося потепления климата вся эта инфраструктура, на создание которой были затрачены огромные средства, может быть выведена из строя в течение нескольких последующих десятилетий. Львиная доля сооружений построена на свайных фундаментах, использующих многолетнемёрзлый грунт в качестве оснований, и рассчитана на эксплуатацию в определённых температурных условиях. Разрушение фундаментов зданий в результате просадки грунта будет неминуемым следствием деградации вечной мерзлоты. Потребуется снести и, переместив, заново отстроить целые города, такие как Норильск, Анадырь и Якутск, стоящие на вечной мерзлоте*. Многие жилые здания и промышленные объекты уже через 10–20 лет будут находиться в аварийном состоянии. Если эти прогнозы оправдаются, то плата за бездействие будет намного выше, чем затраты на предотвращение кризиса.

И это только часть неприятных последствий деградации вечной мерзлоты. Трудно знать заранее, что нам сулит открытие этого ящика Пандоры. Такие события никогда ранее не происходили в человеческой истории, и никто не знает, чем это может обернуться. 

Есть немало загадок в прошлом Земли. Мы, например, не знаем, почему вымерли динозавры или куда исчезли неандертальцы. Возможно, что причиной их исчезновения были смертельные эпидемии, подобно чуме, опустошившей средневековую Европу. Возбудители подобных заболеваний могут исключительно долго сохранять свою жизнеспособность в условиях глубокого замораживания. Отступление ледников в Альпах каждый год обнажает замёрзшие трупы первобытных людей, поэтому не исключено, что некогда смертельный вирус, тысячи лет находившийся в заточении, опять вырвется на свободу**.

Увеличение продолжительности периодов высоких температур приведёт к активизации сельскохозяйственных вредителей. Колорадский жук, освоивший территорию Западной Сибири, усилит своё наступление на Восточную. 

В последние годы происходит расширение ареала таёжного клеща и рост числа болезней, вызванных инфекциями, которые они переносят. По всей вероятности, это также связано с изменением климата. Первые случаи заболеваемости клещевым энцефалитом зарегистрированы на территории России в 1939 г. Аномально жаркие года конца XX столетия (1996, 1998) привели к максимальному подъёму заболеваемости. Например, в Иркутской области — 7 случаев на 100 тыс. населения (35). 

Аналогичная ситуация наблюдается с небывалым распространением в тайге сибирского шелкопряда. Если в середине 1990-х гг. вспышка численности сибирского шелкопряда в лесах Сибири уничтожила 1 млн га леса, то в начале XXI века этот вредитель съел 8 млн га лесов только в одной Якутии (16). 

Повышение средней температуры поверхности Земли происходит неравномерно. Если в северных районах Восточной Сибири потепление идёт со скоростью 0,8-1,0 °С в 10 лет, то в районе экватора менее, чем 0,1 °С за 10 лет (6), т.е. разница температур на полюсах и экваторе становится всё меньше. Между тем, эта разница является тем самым «двигателем», который определяет циркуляцию атмосферных и гидросферных потоков. Снижение температурного потенциала заставит Гольфстрим ослабить своё течение, и это может принести похолодание в страны Западной и Северной Европы. В то же время в результате нарушения перемещения воздушных масс возникнут непредсказуемые изменения в распределении осадков на планете. В одних областях Земли климат может стать более сухим, в других более влажным. Именно застой в воздушном течении может являться причиной того, что периоды засухи станут сменяться периодами проливных дождей. Об этом мы теперь знаем не только из радио- и телепередач, но и на собственном опыте. 

Все мы хорошо помним лето 2003 г., когда из-за рекордно низкого количества осадков в мае-июне запылали сибирские леса*, оскудели сибирские реки, перестали работать на полную мощность гидроэлектростанции, прервалось судоходство. Именно поэтому иркутские энергетики, поддерживаемые губернатором, обратились в правительство за разрешением понизить уровень Байкала, и именно на этом основании осенью были подняты тарифы на электроэнергию. Тем же летом, в августе месяце Иркутскую область осадили проливные дожди и сгноили пережившие засуху остатки урожая. Похожую ситуацию, но с меньшим отрицательным результатом, мы наблюдали летом 2002 г. Поэтому существует большая вероятность, что подобные события будут не только повторяться из года в год, но с каждым разом усиливать свою разрушительную силу**.

Можно и дальше перечислять неприятные последствия потепления климата в России, но не будем больше пугать читателя. Отметим только: если Президенту вследствие специфики его образования и бывшей профессиональной деятельности можно простить его за-блуждения, то вряд ли их можно простить сонму убелённых сединами российских академиков, которые не могли не знать об этих последствиях, но, тем не менее, пустились во все тяжкие, только чтобы угодить В.В. Путину (23, 25). 

Валовой внутренний продукт и Киотский протокол

По словам Юрия Израэля, «Киотский протокол несёт разорение не только нам, но и всем последующим поколениям» (23). Действительно, Киотский протокол никогда не задумывался как документ, обладающий экономической целесообразностью. В нём выразилась озабоченность мирового сообщества ростом негативного влияния антропогенных выбросов на климат планеты. Авторы протокола отдают себе отчёт, что его осуществление приведёт к значительным расходам и может снизить рост валового внутреннего продукта во многих странах (17). Тем не менее, Киотский протокол может стать тем кнутом, который подстегнёт политическую, коммерческую и научно-техническую мысль во всём мире. 

Простой пример: нефтяной кризис 1973 г. вызвал экономический кризис, привёл к резкому падению ВВП в западных странах, но он же заставил производителей во всём мире искать технические решения, которые позволили бы более эффективно и экономно расходовать источники энергии. Довольно быстро негативные последствия были преодолены, а использование новых технологий явилось причиной бурного экономического роста*. Наша страна не испытывала последствия нефтяного эмбарго и поэтому российские автомобили потребляют сейчас в два-три раза больше бензина, чем аналогичные японские и европейские модели. 

В отличие от стихийного экономического кризиса, последствия которого трудно прогнозировать, Киотский протокол представляет собой планомерный, последовательный механизм действий, направленный на снижение энергоёмкости и повышение эффективности производства, а также на поиск новых способов получения энергии, которые бы не приводили к загрязнению окружающей среды**. 

Значительно сократить выбросы парниковых газов можно исключительно за счёт экономии. Так, по мнению Межведомственной комиссии Российской Федерации по проблемам изменения климата, председателем которой являлся академик Израэль, «реализация освоенных в отечественной и мировой практике организационных и технологических мер по экономии энергоресурсов способна уменьшить современный их расход в стране на 40-48 % или на 360-430 млн т СО2 эквивалента в год»***. Один пример, «British Petroleum» снизила свои выбросы на 10% вообще без финансовых затрат, просто устранив утечки и потери. В результате биржевая стоимость их акций возросла на 650 млн долл. (36) 

В настоящее время России не требуется предпринимать пожарных мер по снижению выбросов парниковых газов. Резкое падение уровня промышленного производства после 1990 г. повлекло за собой естественное снижение загрязнения. 

Ряд противников ратификации Киотского протокола в России считают, что этот документ разработан промышленно развитыми странами, чтобы сдержать экономическое развитие России и других развивающихся стран (21, 23). По мнению советника президента по экономическим вопросам Андрея Илларионова, если наша страна ратифицирует Протокол и будет выполнять предусмотренные им до 2050 г. требования, темп роста российского ВВП не должен будет превышать 2,5% ежегодно. Тогда как для выполнения задачи удвоения ВВП за 10 лет России необходим рост около 7% в год (37). Если восстанавливать уровень производства, используя устаревшие технологии и не тратя деньги на усовершенствование и модернизацию, то действительно при удвоении ВВП уровень загрязнения парниковыми газами в 2012 г. приблизится к уровню 1990 г., и тогда Киотский протокол может стать тормозом на пути промышленного развития нашей страны. Тем не менее, создаётся впечатление, что господин Илларионов не знаком с документом под названием «Энергетическая стратегия России на период до 2020 года», утверждённым Правительством РФ в 2003 г. 

Большая часть выбросов парниковых газов происходит при сгорании углеродсодержащих энергоносителей. В настоящее время экономика России, также как и российские автомобили, отличается высокой энергоёмкостью, которая в 2-3 раза превышает удельную энергоёмкость экономики развитых стран. «Энергетическая стратегия России» предусматривает перестройку структуры экономики и принятие технологических мер экономии энергии, которые уменьшили бы энергоёмкость ВВП на 26-27% к 2010 г. и от 45 до 55% к 2020 г. Авторы этого документа считают: «Сдерживание развития энергоёмких отраслей и интенсификация технологического энергосбережения позволят при росте экономики за двадцать лет от 2,3 до 3,3 раза ограничиться ростом потребления энергии в 1,2-1,4 раза» (38). Согласно прогнозам Межведомственной комиссии, Россия достигнет уровня эмиссии парниковых газов 1990 г. только в 2015 г. и то при самом неблагоприятном сценарии развития (5). (В то время как обязательства, взятые на себя Россией согласно Киотскому протоколу, относятся к периоду с 2008 по 2012 г., после этого срока механизм его реализации будет определяться новыми межправительственными соглашениями.) Другими словами, правительство России планирует достигнуть желаемый рост ВВП, не превышая разрешённый уровень эмиссии парниковых газов. 

Таким образом, несостоятельность возражений советника Президента господина Илларионова относительно Киотского протокола полностью подтверждаются стратегическими планами Правительства России. «Мы никогда не удвоим ВВП, если не будем экономить. Значит, Киотский протокол подталкивает нас к качественному росту», — считает Виктор Христенко, бывший вице-премьер, а ныне министр промышленности и энергетики, один из немногих правительственных чиновников, последовательно отстаивавших идею ратификации Киотского протокола (39). Действительно, используя устаревшие энергоёмкие технологии, мы никогда не сделаем наши товары конкурентоспособными на мировом рынке. 

Мероприятия по сокращению выбросов парниковых газов дают нам две реальные выгоды. Во-первых, экологическую — обновление технологий обеспечит сокращение выбросов всех загрязняющих веществ и в итоге улучшение общей экологической обстановки. Во-вторых, экономическую, которую обеспечивают заложенные в протокол рыночные механизмы. Один из них — продажа квот на выбросы парниковых газов.

В России, по состоянию на 1999 г., количество выбросов СО2 уменьшилось на 850 млн т в год, что составило 63,9 % от уровня 1990 г. (5) Фактически мы окажемся основным продавцом на рынке квот и сможем с 2008 г. продавать столько квот, сколько позволит состояние мирового рынка (40). Сколько будет стоить тонна СО2-эквивалента, трудно сказать. Для этого необходимо, чтобы Киотский протокол запустил рыночный механизм торговли квотами. По разным оценкам, цена за тонну выбросов парниковых газов будет варьировать в пределах от 5 до 20 евро. 

Опыт поступления иностранных кредитов в Россию показывает, что в условиях непрозрачности нашей экономики, коррумпированности и бюрократизации государственного аппарата практика прямых денежных вливаний оказывается очень неэффективной. Ни Президент, ни Правительство, ни Государственная Дума, ни Счётная Палата не могут внятно сказать, куда исчезают деньги. В случае, если правительство будет получать звонкой монетой за каждую проданную тонну СО2, можно не сомневаться, что большая часть суммы будет разворована, другая будет потрачена на повышение зарплаты чиновникам и депутатам Госдумы и лишь самая незначительная часть дойдёт до учителей, врачей и пенсионеров. 

Однако Киотский протокол предусматривает и другой механизм — так называемые «проекты совместного осуществления».

По различным оценкам, ежегодные объёмы превышения выбросов парниковых газов над обязательствами в 2008–2012 гг. оцениваются суммарно примерно в 150 млн т СО2 для стран Европы и 300-400 млн т СО2 для Японии, Канады, Новой Зеландии, Норвегии. При современном уровне технологий потенциал энергоэффективности и энергосбережения в развитых странах почти полностью исчерпан. Стоимость затрат на сокращение выбросов одной тонны там составляет по различным оценкам от 150 до 600 долл. Поэтому этим странам пришлось бы потратить астрономическую сумму денег для выполнения своих обязательств. В России же, например, осуществить подобное мероприятие существенно дешевле. 

Создастся такая ситуация, когда западные страны встанут перед выбором: либо тратить 100-500 долл. на сокращения одной тонны СО2 в своей стране, либо покупать эти тонны на рынке квот, либо вкладывать всего лишь 10-30 долл. за сокращение той же самой тонны в России через «проекты совместного осуществления». По оценкам большинства экспертов, за счёт продажи квот на выбросы парниковых газов и инвестиций в рамках проектов совместного осуществления Россия сможет получить до 20 млрд долл. (или евро) за 5 лет действия Киотского протокола (40). 

По мнению Межведомственной комиссии РФ по проблемам изменения климата, «реализация мероприятий по повышению энергоэффективности топливно-энергетического комплекса приведёт к сокращению выбросов парниковых газов к 2010 г. до 330 млн т СО2-эквивалента в год (5). Введение в России в строй 100 современных газовых электростанций, каждая мощностью 1 000 МВт, снизили бы выбросы на 200 млн т парниковых газов ежегодно (36). Поскольку оборудование на теплоэлектростанциях крайне изношено, такая модернизация топливо-энергетического комплекса России не просто желательна, но и необходима. Причем эту модернизацию мы могли бы сделать совершенно бесплатно. Не удивительно, что РАО «ЕЭС России», как впрочем и другие представители крупного бизнеса, проявили редкую заинтересованность в этом, на первый взгляд, чисто экологическом вопросе. Выполнение таких проектов совместного осуществления, надеюсь, окончательно бы сняло недоразумение о противоречии между обязательствами России по Киотскому протоколу и необходимостью роста ВВП*. 

Цены на нефть и Киотский протокол

Не секрет, что экономика России в значительной степени зависит от экспорта ископаемых углеводородов. Поэтому так весомы оказались опасения нефтяных компаний, что меры по Киотскому протоколу могут привести к уменьшению спроса на нефть (в результате более эффективного и экономного использования энергоносителей, а также перехода к альтернативным источникам энергии) и к падению цен на нефть на мировом рынке, что, соответственно, сократит приток экспортных нефтедолларов** (41). Судя по всему, эти опасения оказывали существенное влияние на позицию первых официальных лиц, явившись второй причиной, по которой Россия задерживала ратификацию Киотского протокола. Суть этой позиции заключается в том, что, пока цены на нефть высокие, чем больше страна будет добывать (и экспортировать) нефти, тем лучше будет экономическое положение страны.

Но если сравнить экономику России, например, с экономикой Японии, европейских стран и экономикой Нигерии и Венесуэлы, то напрашивается вывод: экономическое благосостояние государства совсем даже не зависит от запаса природных ресурсов. Страны с большим запасом природных ресурсов чаще прибегают к финансовой помощи других государств. Все сырьевые государства отличаются наиболее полярным распределением уровня достатка и практически полным отсутствием гражданского общества. В одних руках сконцентрированы деньги и власть, за которые идёт жестокая борьба без правил, что мы очень наглядно видели на примере ЮКОСа. В других же руках нет ничего, кроме нищенской зарплаты, пенсии или пособия по безработице, которые тоже могут исчезнуть, если цены на нефть вдруг упадут. Нефть, являясь источником дохода и налогов, одновременно является «наркотиком», который способствует процветанию коррупции и бюрократии, а также тормозит общественное и экономическое развитие***. «Предпринимателю .... гораздо легче договориться с горсткой в меру жадных чиновников, чем согласовать свои действия с разветвлённой и дееспособной сетью общественных институтов», — признался по этому поводу Михаил Ходорковский (42). 

«Богатство России прирастать будет Сибирью». Эту фразу Ломоносова мы все знаем со школьной парты. Сейчас её можно несколько перефразировать: «Богатство России прирастает продажей сибирской нефти, газа и леса». Что же Сибири достаётся от этого богатства? Широким потоком миллиарды долларов доходов и налоговых поступлений, вырученных от продажи сибирских ресурсов, текут в Москву, часть их оседает в карманах олигархов и чиновников, и лишь иногда слабый ручеек дотаций возвращается в регионы*. 

С 1998 по 2003 г. добыча нефти в нашей стране подскочила на 40%. Элементарный расчёт показывает, что запасы нефти России с нынешним темпом добычи иссякнут уже к концу этого века. Реальные запасы нефти в России варьируют, по разным оценкам, от 7,5 млрд т до 18,7 млрд т (43), а прогнозируемые запасы достигают 44 млрд т (38). Для сравнения: в Китае реальные запасы нефти составляют 3,2 млрд т, а прогнозируемые запасы — 30 млрд т (44). Тем не менее, китайцы свои потребности в нефтепродуктах намерены покрывать в основном за счёт импорта российской нефти (об этом говорят планы строительства нефтепровода Россия – страны АТР), а свои запасы придержать, пока не иссякнет российская нефть.

Геополитические следствия глобального потепления

Китай — страна с очень высокой плотностью населения в мире. Это обстоятельство, а также бурное развитие китайской промышленности в последние годы тяжёлым бременем легло на экологическую обстановку в стране. В течение многих столетий в этой стране вырубались леса, а освободившиеся территории распахивали под пашню. В результате сведения лесов, нерациональной системы орошения, а также из-за катастрофического снижения количества осадков в последние десятилетия некогда одна из крупнейших рек мира Хуанхэ (Жёлтая река) стала сезонной рекой (45). В целом уровень воды в 2001 г. в реках северо-восточного и юго-восточного Китая понизился на 90%. В результате в Китае остро встала проблема нехватки воды. Воды не хватает не только для сельского хозяйства, трудности с водоснабжением есть в 400 из 668 городов Китая. Прогнозируется, что к 2010 г. Китай испытает первый серьёзный водяной кризис, а с 2030 г. он станет импортировать питьевую воду — около 240 млрд м3 ежегодно (46).

Нерациональное землепользование, а также всё возрастающие случаи засух явились причиной широкомасштабной эрозии сельскохозяйственных земель и опустынивания. По оценкам 1999 г. около 28% территории Китая превратилось в пустыню, и пустыни продолжают наступать со скоростью 2 тыс. км2 в год (47). Семь миллионов гектаров потеряно в результате засоления почв и ещё столько же загрязнено выбросами промышленных отходов. Прогнозируется, что в ближайшие 20 лет полностью будет потеряно 10% обрабатываемых земель и подвергнется эрозии их основной массив (48). Опустынивание и эрозия земли сопровождается всё более частыми пыльными бурями, которые удушливой волной прокатываются не только по северной территории Китая, но и достигают границ российского Дальнего Востока. В этой связи вспомним, что древние цивилизации Месопотамии, Средиземноморья и Центральной Америки исчезли с лица Земли из-за того, что люди вырубали леса: за этим последовательно следовали эрозия почв, заиливание рек, упадок земледелия и скотоводства и, наконец, появление пустынь.

Недостаток воды и опустынивание не единственные последствия вырубки лесов в Китае. Периоды засух подчас сменяются периодом разрушительных наводнений на реке Янцзы (Голубая река)*. Зимой 1998 г. в верховьях Тибета, там, где берёт начало Янцзы, выпало много снега. Проливные дожди в июне-июле также превысили норму осадков, хотя не достигли максимального уровня. Поскольку в результате лесозаготовок в бассейне Янцзы осталось только 10% лесов и удержать влагу было нечему, разразилось самое страшное наводнение за всю историю Китая. Погибло более 4 000 человек, пострадало более 223 млн людей, затопило 25 млн га посевных площадей, разрушено 5 млн домов, а суммарный ущерб составил 30 млрд долл. Наводнение преподало Китаю жестокий урок и заставило правительство признать главенствующую роль лесов в контроле уровня рек (49).

Китай сегодня, имея 1,3 млрд человек населения (22% от общего населения Земли), может засевать всего 140 млн га пашни (7% от всех сельскохозяйственных земель мира). По существующим оценкам, население Китая вырастет к 2020 г. ещё на 300-400 млн человек. При этом площадь возделываемых земель и урожайность из года в год снижается. Половина всей обрабатываемой земли в Китае расположена именно в засушливых районах и требует искусственного орошения. Уже сейчас Китай, являясь самым крупным производителем сельхозпродукции в мире, вынужден закупать пшеницу, чтобы прокормить своё население** (48).

Таким образом, мы имеем с одной стороны российско-китайской границы сотни миллионов невероятно работоспособных людей, которые уже практически полностью выработали экологический ресурс своей территории, а с другой стороны нищее, относительно немногочисленное и плохо организованное сообщество людей, разбросанное по стране с огромными и ещё сравнительно нетронутыми природными ресурсами. Возникает банальный вопрос: «Что будущее население Китая станет есть, пить и где оно будет жить и брать ресурсы, если уже сейчас в этой стране всего этого катастрофически не хватает?» Ответ напрашивается сам собой — будущие граждане Китая вынуждены будут хлынуть в менее населённые районы Сибири и Дальнего Востока, где уже сейчас проживает около одного миллиона китайцев. 

Согласно одному из прогнозов, можно ожидать, что к 2010 г. в Сибири и на Дальнем Востоке, как минимум, будут проживать 8-10 млн китайцев, что по численности сравняется с количеством коренного населения (48). В дальнейшем возможно образование национальных китайских автономий, со своим законодательством, направленным на разрешение встающих перед китайцами проблем. В будущем нельзя исключать вероятность возникновения конфликта между этими китайскими автономиями и Москвой, наподобие того, который сейчас имеет место быть в Чечне. Развитие событий по этому сценарию с учётом давних территориальных претензий Китая может привести к тому, что Россия останется без Сибири (48). Спрашивается, получит ли выгоду Россия, если в густонаселённом Китае разразится экологический Армагеддон?

О вероятности возникновения военных конфликтов на почве глобального потепления, целью которых будет контроль за ресурсами, предупреждают аналитики Пентагона. В этом секретном докладе, попавшем в распоряжение журналистов британского издания «The Observer», говорится о неизбежных и очень опасных последствиях изменениях климата на планете, угрожающих жизни большинству её жителей. Помимо масштабных стихийных бедствий и гуманитарных катастроф, которые потрясут мир, резкое глобальное потепление может привести к анархии, так как в целях сохранения иссякающих запасов продовольствия, пресной воды и энергоносителей правительства многих стран начнут использовать атомное оружие*. По мнению авторов доклада, угроза такого развития событий намного серьёзнее, чем угроза терроризма, и меры по предотвращению описанных в нём событий должны быть приняты незамедлительно. 

Для администрации Джорджа Буша проблемы глобального потепления явно не существует. Секретный доклад четыре месяца пролежал под сукном у президента США. Все свои силы Буш отдаёт борьбе с глобальным терроризмом, за кулисами которой всё явственнее видится желание Америки прибрать к рукам последние стремительно сокращающиеся запасы нефти. В этой связи стоит обратить внимание на одну из фраз в докладе: «Последствия глобального потепления для некоторых стран могут оказаться невероятно тяжёлыми. Однако уже сейчас очевидно, что ограничение использования ископаемого топлива могло бы во многом облегчить решение проблемы» (50).

Часть 2 Лес — наше богатство?

Предотвратить процесс глобального потепления уже невозможно. Можно только ослабить его последствия. Следует не только сокращать выбросы парниковых газов в атмосферу, но и сохранять, а если надо, восстанавливать естественный регулятор углекислого газа — леса. Действительно, за один только год леса России поглощают из атмосферы около 300-600 млн т углекислого газа (5). Президент России В.В. Путин, выступая 29 сентября 2003 г. перед участниками Всемирной конференции по изменению климата в Москве, сказал: «На территории России находится четверть лесов планеты. Четверть лесов! На протяжении многих лет Россия вносит серьёзный практический вклад в снижение антропогенной нагрузки на климат» (51). Между строк можно понять, что России можно ничего не предпринимать для сокращения выбросов парниковых газов, если за нас эту работу выполняют наши леса**.

Даже первоклассник знает, что именно леса являются той губкой, которая поглощает из атмосферы углекислый газ, снижая силу глобального потепления, и выделяет кислород, жизненно необходимый для того же человека. Для нормального существования человечества и всего живого на Земле нужно очень аккуратно и бережно балансировать между потребностями в лесе как источнике кислорода и лесе как природном ресурсе. 

В теории с этим никто не спорит, однако на практике за время существования человеческой цивилизации почти половина лесов, которые когда-то шумели на планете, исчезли. Причём значительная часть лесного покрова была уничтожена в последние 4 десятилетия. Только за 90-е гг. прошедшего века лесов стало меньше на 94 млн га, что по площади больше целой страны размером с Венесуэлу (52). На месте лесов раскинулись фермы, пастбища, заводы и города. Большая часть из оставшихся лесов превратилась в разорванные клочки охраняемых парков, подстриженных и ухоженных как газоны. Варварское использование лесного богатства в ряде случаев приводит к эрозии почвы, опустыниванию или заболачиваемости местности.

Трудно выразить словами то значение, которое имеет лес для человечества. Нефть закончится очень скоро. Несколько больше запасы угля, газа и других полезных ископаемых, но и они не беспредельны. Лес же — огромное богатство возобновляемого природного ресурса, которое при грамотном и умелом хозяйствовании сможет удовлетворять потребности современного человека и его потомков в промышленных продуктах: стройматериалах, бумаге, картоне, химических реактивах. При этом не будем забывать, что лес — источник ягод, грибов, орехов, лекарственных трав и многих других ценных недревесных продуктов; это — место обитания растений и животных, которые имеют точно такое же право на существование, что и человек*.

Вырубка лесов в Китае

Сокращение территории, занимаемой лесами, происходит повсеместно на планете. Очень сильно страдают от вырубок влажные леса Амазонки, где освободившиеся площади занимают под посевы сои. Практически вырублены леса в Индонезии, Малайзии, Таиланде и на Филиппинах (52). Мы же более подробно рассмотрим ситуацию с лесами в Китае, поскольку это непосредственно касается Иркутской области. В течение многих столетий в этой стране вырубались леса, а освободившиеся территории распахивали под пашню. Между тем леса играют важнейшую роль в задержке осадков и обеспечении почвы влагой. Именно поэтому с одной стороны Китай столкнулся с проблемой засух, а с другой всё более частыми стали случаи разрушительных наводнений.

После катастрофических последствий наводнения 1998 г. на реке Янцзы в Китае на 50 лет запрещена вырубка леса на Северо-Востоке и вдоль русел рек Янцзы и Хуанхэ. Оставшиеся 95 млн га леса взяты под строгую охрану. В результате темпы вырубки естественных лесов стали сокращаться на 5 млн м3 ежегодно. Чтобы покрыть недостаток в древесине начала осуществляться масштабная программа восстановления лесов, наращиваются объёмы посадок искусственных лесов. Только в 2002 г. лесов было посажено на площади 7,5 млн га. В результате этих мероприятий площадь, занимаемая лесами, увеличилась с 12,7% в 1988 г. до 13,9% в 1993 г. (53). В предстоящие 15 лет в 18 провинциях восточной части страны планируется осуществить посадки «коммерческих» лесов площадью 13,3 млн га (54). В дальнейшем правительство Китая планирует полностью отказаться от вырубки природных лесов и перейти на заготовку леса на плантациях.

КНР занимает пятое место в мире по площади лесов (128 млн га), однако на душу населения приходится лишь 0,1 гектара (52), то есть в 50 раз меньше, чем в среднем по России. Тем не менее, потребности Китая в промышленной древесине составили в 2002 г. 370 млн м3 в год. По словам заместителя начальника Государственного управления лесного хозяйства КНР Лэй Цзяфу, 40% (148 млн м3) из этого объёма Китай получает за счёт вырубки искусственных лесов, а 20 млн м3 импортирует (55). Из этих цифр не понятно, где Китай берёт ежегодно остальные 202 млн м3 леса? Либо, несмотря на запрещение вырубки леса в долинах реки Янцзы и Хуанхэ, Китай продолжает рубить естественные леса, расположенные в других районах страны, либо китайский чиновник лукавит, а импорт круглого леса составляет гораздо больший объём. Однако давайте попробуем доверять Лэй Цзяфу. Он убеждает, что в будущем Китай не будет увеличивать объём импорта леса, а станет покрывать свои потребности за счёт искусственных насаждений.

В 1995 г. показатель потребления леса на душу населения в Китае был относительно невысоким (0,1 м3), но уже в 2002 г. этот показатель увеличился почти в три раза (0,29 м3) (52, 53, 54). Если в 1995 г. Китай импортировал всего 2,5 млн м3 древесины, то в 2003 г. объём импорта круглого леса составил 25,5 млн м3, то есть возрос в 8 раз (55, 56). Темпы роста китайской экономики за последнее десятилетие составляли около 8% в год. Предположим, что рост потребления древесины будет таким же, хотя вышеприведённые цифры показывают, что этот показатель растёт значительно быстрее темпа экономического роста. В случае, если Китай удержит набранную скорость, то, зная потребление древесины в 2002 г. — 370 млн м3, можно прогнозировать: к 2020 г. Китаю потребуется как минимум 1 478 млн м3 круглого леса в год. Цифра эта выглядит вполне скромной, поскольку, если даже не учитывать вполне вероятный прирост населения, норма потребления леса на душу населения в Китае в этом случае не превысит соответствующий показатель Японии уровня 2000 г. Вспомним, что в 2002 г. Китай получил 148 млн м3 за счёт вырубки искусственных лесов (55). Следовательно, чтобы покрыть потребности 2020 г. за счёт собственных лесонасаждений, Китаю нужно было ещё в 1970 г. (возраст спелого дерева 50 лет) увеличить площадь искусственных лесов в 10 раз. Представляется невозможным осуществить такое мероприятие и сейчас, если принять во внимание огромные финансовые затраты, а также наступление пустынь, эрозию почвы, высокую плотность населения и нехватку сельскохозяйственных земель в этой стране.

Лес, конечно, не нефть и не газ, но один из тех продуктов, без которого немыслимо развитие экономики любой страны. Более того, значение леса будет возрастать, по мере того как запасы невозобновляемых природных ресурсов будут снижаться. Напрашивается простой вывод, что, несмотря на заверения лукавого китайского чиновника, в 2020 г. Китай, чтобы не затормозить темп экономического роста, встанет перед необходимостью ввозить в страну около 1 млрд м3 древесины ежегодно. Если в 1999 г. Китай на 57% обеспечивал свои потребности в древесине в основном за счёт импорта из Индонезии, Бирмы и Малайзии, то сейчас в этих странах леса так же как в Китае оказываются на грани уничтожения (52). 

Из вышеприведённого анализа представляется совершенно очевидным, что Китай будет вынужден добывать древесину в Сибири и на Дальнем Востоке, где ещё сохранились леса в первозданном виде. Безусловно, это ни для кого не новость. Достаточно выглянуть в окно на проходящие в Китай один за другим составы с лесом, и станет ясно, что наш регион уже давно и основательно обеспечивает экономическое процветание Китая*. Если в 1995 г. Китай импортировал из России 0,4 млн м3 древесины, что составляло 14% от всего импорта леса, то уже в 2000 г. 6 млн м3 или соответственно 42% общего импорта леса (57). В 2002 г., по некоторым данным, российские бревна составляли уже 90% (18 млн м3) всего китайского импорта (55). Заметим, что это официальные данные. Острая потребность в древесине создаёт условия для роста криминального бизнеса — незаконных рубок и незаконной торговли, — который, по некоторым данным, может составлять до 40%.

В торговле нет ничего плохого. Но в любой торговой операции следует стараться осуществить сделку с максимальной выгодой для себя. Поэтому, принимая во внимание роль лесов в изменении климата, а также экономическое состояние Сибири и перспективы её развития, нам надо определиться, устраивает ли нас сегодняшнее состояние дел в торговле леса с КНР и что нам делать сейчас и в недалёком будущем, когда давление Китая на сибирские леса многократно возрастёт.

Леса Сибири и Дальнего Востока

На Земле ещё остались девственные леса, в которых сохранились в первозданном виде обитающие там растения и животные и, главным образом, это тропические леса бассейна Амазонки и бореальные леса Канады. По мнению ряда учёных, именно бореальные леса, а не тропические леса Южной Америки и Африки являются основным источником поглощения углекислого газа, следовательно, главным препятствием на пути глобального потепления. Поэтому именно о наших лесах говорил Президент в своём выступлении на Всемирной конференции по изменению климата (51). 

Во времена СССР практика использования государством сырьевых ресурсов напоминала колониальную политику капиталистических стран в Африке и Азии. Так, например, 60% леса, добываемого в Сибири, подвергали глубокой переработке в остальных регионах Советского Союза, поэтому добавленную стоимость на обработку древесины и производство товаров получали регионы европейской части. Следовательно, мы, коренные жители Сибири, получали от вырубки своих лесов наименьшую часть прибыли.

Как при развитом социализме, так и сейчас около 99% лесов рубится методом сплошной вырубки. В Иркутской области в 2002 г. из 17,2 млн м3 вырубленной древесины только 84,2 тыс. м3 или 0,5% было заготовлено с помощью выборочных и постепенных рубок (58). Сплошная вырубка ведёт к эрозии и разрушению почв, а также к замедлению регенерации лесов. После такой рубки около 30% древесины остаётся на деляне и служит отличной пищей для весенне-летнего пожара. Восстановление леса затрудняется суровыми природными условиями Сибири: средний диаметр взрослых деревьев составляет только 23 см, а средний прирост в 2-3 раза ниже, чем в остальных регионах России. При широкомасштабной вырубке лесов в зоне вечной мерзлоты половина территории превращается в болото, что очень сильно затрудняет процесс восстановления леса.

Экономический спад начала 1990-х гг. тяжёлым молотом ухнул по лесному хозяйству России. Если в 1989 г. в Иркутской области заготавливалось 37,8 млн м3 древесины, то в 1996 г. всего 9,8 млн м3 (59). В результате трёхкратного сокращения масштабов вырубки лесистость Иркутской области возросла с 78% до 86%, правда, за счёт малоценных берёз и осин (58). Кризис лесоперерабатывающих предприятий, сокращение потребления древесины, а также возросшие тарифы на железнодорожную перевозку леса в центральную часть России оставили многочисленных лесорубов за чертой бедности. Именно в этот, такой тяжёлый для России период в Китае резко возросла потребность в круглом лесе.

Блеск «зелёных китайских денег» и возможность быстро заработать привлекли внимание как индивидуальных лесорубов, так и лесопромышленных фирм различного калибра. Нескончаемой рекой потёк сибирский лес за российские пределы. Если в 1999 г. из Иркутской области вывозилось в круглом виде 1 млн м3 древесины, то в 2003 г. — 5,2 млн м3 (59). Около 2600 различных организаций области занимаются вырубкой леса на экспорт (60). Не хватает таможенников, чтобы контролировать экспорт леса по железной дороге, что является источником трений между ВСЖД и иркутской таможней. Каждый день около 400 вагонов с иркутским кругляком пересекают китайскую границу (61). 

Россия, занимая седьмое место в мире по объёмам заготовки древесины, является абсолютным лидером по экспорту круглого леса — 35% (доля же России в мировом экспорте продукции глубокой переработки составляет всего лишь 2,3%) (64). На Иркутскую область приходится 1/5 заготавливаемой в России древесины (61). Таким образом, как был наш регион «дойной коровой», так таким он и остался, только теперь он способствует процветанию Китая. К сожалению, даже от экспорта круглого леса мы не получаем, что могли бы. Поскольку перерабатывающая промышленность Иркутской области и соседних регионов находится в упадке, а везти лес в Центральную Россию и республики СНГ слишком дорого, в Китай экспортируется 79,5% всего круглого леса, остальное достаётся Японии (59). (Поэтому-то, несмотря на отчаянную нехватку древесины в своей стране, именно китайские импортёры жёстко диктуют цены на круглый лес.) 

Кубометр леса в Иркутске стоит в пределах 20-50 долл., при его рыночной цене более 100 долл. (52). Из-за низких цен на лес внутри России, соответственно минимальна и экспортная таможенная пошлина. Китай же, наоборот, всячески стимулирует ввоз необработанного леса, не взимая на него пошлину. В то же время тарифные ставки на импорт фанеры, столярных изделий, ДСП и ДВП составляют 12-18%, а на другие виды обработанных лесоматериалов — 18-21% (54). Это делает более выгодным экспорт круглого леса и не способствует переработке древесины в России, поэтому у нас не создаются рабочие места, российский бюджет получает очень мало, и леса вырубается в несколько раз больше, чем это нужно при разумном лесопользовании.

Незаконные рубки в Иркутской области

Проблема торговли круглым лесом с Китаем обостряется в результате широкого распространения незаконных рубок и нелегального экспорта древесины. Эта проблема характерна не только для России, но и для других стран, экспортирующих необработанный лес. По оценкам ФАО (Food and Agriculture Organization of the United Nations / Организация по продовольствию и сельскому хозяйству ООН), развивающиеся страны теряют ежегодно около 10 млрд долл. прибыли вследствие нелегальных операций с круглым лесом (52). Незаконные рубки могут принимать различные формы. В наиболее простом случае несанкционированную рубку леса осуществляет местное население, не имеющее других источников существования, или мелкие фирмы, жаждущие быстрой прибыли. 

Факты незаконных порубок леса заставили администрацию области организовать в конце 2003 г. лесную милицию, задачей которой, как раз и стало пресечение такого вида криминальной деятельности*. Однако эффективность работы лесной милиции и лесной охраны упирается в низкую законодательную базу. Незаконная вырубка леса попадает под статью 260 Уголовного кодекса, но чтобы привлечь по этой статье к уголовной ответственности, необходимо не только застать нарушителя на месте преступления, необходимо, чтобы он срубил не менее 150 м3 леса за раз. На практике самовольные порубщики ограничивают свои операции 5-8 лесовозами по 10 м3 каждый. При таком раскладе нарушителю грозит конфискация ворованного леса и административный штраф, который они быстро окупят во время следующего рейда в лес. В 2003 г. отделом охраны и защиты леса Главного управления по охране природы МПР России по Иркутской области (лесная служба) выявлено 929 фактов незаконных порубок леса, однако к уголовной ответственности привлечено всего 77 человек по 57 уголовным делам (по устному сообщению Константина Галкина, руководителя лесной службы Иркутской области).

Сопоставив объём официально зарегистрированной незаконно вырубленной древесины (101,3 тыс. м3) и общий объём древесины, заготовленной в области в 2002 г. (17,2 млн м3), можно бы сделать вывод, что масштабы лесного воровства незначительны (0,6%). Однако, судя по всему, это только видимая часть айсберга. По словам заместителя губернатора Л.И. Забродской, лесоэкспортёры не могут объяснить происхождение 48% вывозимого леса (63). В чем же причина такого расхождения цифр?

Представляется, что одной из причин является ситуация, в которой оказалась Государственная лесная служба России. С одной стороны, она призвана надзирать над соблюдением лесного законодательства, с другой стороны, она практически ничего не получает из федерального бюджета и вынуждена существовать за счёт самофинансирования. Опять «хотели как лучше, а получилось как всегда». 

Например, нормативные затраты на лесовосстановление в Иркутской области составляют 2 тыс. руб. на гектар. Это примерно в пять раз меньше реальных затрат (60). В идеале предполагалось, что лесники, осуществляя санитарные рубки и другие рубки ухода за лесом, будут продавать полученную древесину и таким образом покрывать свои затраты. Но больной лес, вырубленный в ходе санитарных рубок, не пользуется коммерческим спросом, поэтому, чтобы выжить, руководители лесхозов вынуждены завышать реальные объёмы рубок ухода и рубить здоровый лес. По данным Гринпис России, например, в 1998 г. система Федеральной лесной службы заготовила под видом промежуточных рубок около 10 млн м3 (64).

Вторая проблема лесников — это чрезвычайно низкие ставки лесных податей и арендной платы за пользование лесными участками. Так, в 2002 г. минимальная цена за 1 м3 круглого леса на корню в Иркутской области составила 16,09 руб. (58). В то же время по данным таможенной статистики среднегодовая экспортная цена круглого леса в Восточно-Сибирском регионе составляла 53 долл. за кубометр (65). В целом по России доля лесных податей в цене круглого леса составляет менее 4%, тогда как в Финляндии этот показатель достигает 78%, а в Латвии — 80% (66). Таким образом, лесозаготовителю этот кубометр достаётся почти даром, а у лесника нет финансового стимула выполнять свои прямые обязанности. 

Поскольку доход порубщиков гораздо выше, чем зарплата сотрудника лесной службы, достаточно распространены случаи нарушения лесного законодательства самими лесниками. Это может выражаться в закрытии глаз на нелегальную рубку древесины и выписке фальшивых лесорубочных билетов. В методике таксации, т.е. определении запаса леса на корню, есть определённые лазейки. Поэтому, как правило, за определённую мзду лесники, отводящие участок леса под вырубку легальным заготовителям, занижают реальные объёмы леса. В результате заготовитель, заплатив за вырубку определённого количества древесины, в действительности вырубает в несколько раз больше. И это может происходить только при полном отсутствии нормальных хозяйственных отношений, взяточничестве и разгуле криминала как в Иркутской области, так и во всём лесопромышленном комплексе России.

В условиях отсутствия цивилизованного рынка, лесозаготовителю совсем не обязательно иметь постоянных партнёров. В Иркутске есть несколько точек нелегальной торговли лесом. Одна из них в Жилкино, машины долго не стоят, к ним сразу подбегает 9-10 покупателей, в основном граждане Китая, которых совершенно не интересует законно или незаконно вырублен лес. Цены колеблются, в среднем около 800 руб. за кубометр, т.е. 25 долл. (67) Цена в два раза ниже официальной экспортной цены на лес в России, зато расчёт за живые деньги, поэтому прибыль уходит от налогообложения. Китайцы, пользуясь коррумпированностью российских чиновников, легко достают все необходимые разрешительные документы. 

Далее наступает следующая фаза махинаций. Чтобы снизить контрактную стоимость и не платить налоги, высококачественный сосновый лес маркируется как малоценная лиственная порода, технологическая щепа или сырьё для целлюлозы. При этом декларируемый объём леса, как правило, оказывается меньше реального. Таможенники либо не имеют должной квалификации, чтобы выявить эти злоупотребления, либо оказываются склонными к коррупции. В Китае российские брёвна пересортировываются и продаются по мировым ценам. 

По некоторым оценкам, в результате махинаций при вырубке и экспорте леса российский бюджет теряет до 20 млрд руб. ежегодно (64). Чтобы предотвратить незаконные рубки и нарушения при экспорте круглого леса, администрация Иркутской области в конце 2003 г. выступила с инициативой создания в Иркутске Лесной биржи, задачей которой является формирование экспортной политики в отношении лесопродукции (68). Однако на дворе уже начало 2005 г., а каких-либо следов функционирования Лесной биржи в Иркутске обнаружить не удаётся.

Таким образом, за исключением создания лесной милиции, которая, в лучшем случае, способна выловить лишь тех нарушителей, которые не позаботились обзавестись фальшивыми документами или сэкономили деньги на взятки, других реальных шагов областного руководства в борьбе с криминальным лесным бизнесом не просматривается. В большинстве случаев дело ограничивается разговорами о введении тройного или даже учетверённого контроля торговли лесом на всех этапах его прохождения, о продлении сроков проверки грузов на таможне, о создании компьютерной базы данных для проверки подлинности документов. Эти мероприятия, конечно, нужные и полезные, но всё же думается, что они не могут решить проблему кардинально. 

«Воевать надо не числом, а умением», — говаривал А.В. Суворов. Поэтому в лесной отрасли, как впрочем и в любой другой, следует навести элементарный порядок — создать экономическую систему, которая бы благоприятствовала честному бизнесу и ограничивала бы криминальный. Такие системы успешно функционируют в развитых странах. Одним из вариантов такого решения могло быть повышение арендных податей на продажу леса на корню. По оценке Счётной палаты, если ставка податей на корневой лес будет повышена до 8-10 долл. за кубометр, то «валовой лесной доход» России может превысить 1 млрд долл. (66). Если часть этих денег использовать на финансирование Государственной лесной службы, то можно ожидать значительных сдвигов в проблеме незаконных рубок. У лесников появится стимул и средства добросовестно выполнять свои обязанности. Если одновременно снизить налог на прибыль, то у лесозаготовителя пропадёт охота в обход закона продавать лес за наличный расчёт китайским импортёрам. 

При введении такой системы доход государства не пострадает, а значительно возрастёт, поскольку деньги, которые сейчас оседают в карманах китайских бизнесменов, будут пополнять бюджет области. К сожалению, сейчас ситуация в нашем регионе разворачивается с точностью до наоборот. Из-за череды изменений в российском законодательстве и ряда ведомственных решений лесники ещё несколько лет назад потеряли возможность использовать по собственному усмотрению часть лесных податей. А потому нет и заинтересованности в наиболее разумной продаже лесных ресурсов*.

Лес — ваш, прибыль — наша

Сравнение динамики экспорта и импорта леса Китаем показывает, что пиломатериалы, изготовленные из российского кругляка на китайских предприятиях, экспортируются в Японию, США и Европу. Так, по данным ФАО, в 2000 г. Китай ввозил 16 млн м3 круглого леса и в тот же самый год продавал другим странам около 1 млн м3 пиломатериалов, 2,1 млн м3 древесно-стружечных плит и 3,6 млн т бумаги и картона (52). 

В Маньчжурии вдоль границы с Россией после 1999 г., как грибы после дождя, появился целый ряд современных деревоперерабатывающих предприятий, которые обеспечили работой более 2 млн рабочих (69). Если мировая рыночная цена кубометра круглого леса составляет 100 долл., то цена мебели, сделанной из этого кубометра поднимается более чем на порядок. Мораль ясна: не надо иметь свои природные ресурсы, чтобы жить безбедно, достаточно иметь талант дрессировщика и российского «медведя», который за «зелёный» пряник готов стать перед тобой на задние лапы.

Всем вроде понятно, что в интересах России не наращивать объём экспорта круглого леса, а перерабатывать его на месте. Что же мешает России перерабатывать лес, оставляя себе всю прибыль? Причины банальны, и отчасти о них мы уже говорили выше. Оборудование лесоперерабатывающих предприятий давно устарело, оно не эффективно и потребляет слишком много энергии, а значит дорого в эксплуатации. Здесь, как и во многих других отраслях российской промышленности, мы видим наглядный пример расточительного отношения к огромным природным ресурсам, экологической безответственности, пренебрежения элементарными правилами энергосбережения, что отражается на стоимости российских товаров и, в конечном итоге, приводит к развалу отечественной промышленности. Продукция этих предприятий не конкурентоспособна и не может противостоять натиску более дешёвых и качественных импортных изделий, изготовленных из российского же леса. Например, в Китае российские брёвна распиливаются на доски и экспортируются, в том числе и в приграничные районы России, где продаются по гораздо более низкой цене, чем могут предложить местные лесопереработчики. 

Ситуация выглядела бы смешной, если бы не хотелось плакать. Создание производства, оборудованного по последнему слову науки и техники, требует вложения значительных денег, отдачу от которых можно получить лишь через несколько лет. Это возможно только при стабильной экономической ситуации в стране. А между тем правила игры в лесной отрасли меняются как перчатки. Государственная лесная служба России за последние пять лет два раза подвергалась реорганизации. Не успел заработать Лесной кодекс, принятый в 1997 г., как в Государственной Думе обсуждается новый Лесной кодекс, и если он будет принят, около половины нынешних лесозаготовителей лишатся своих арендных участков. Кто пойдёт на риск сегодня, если закон в России как «дышло»? 

Гораздо безопасней вырубить лес, выкачать нефть и газ. Это не требует дорогостоящего оборудования и позволяет легко и быстро получить прибыль, которую можно спрятать в швейцарском банке, в недосягаемости от изменчивых российских законов. В результате, некоторые предприимчивые российские бизнесмены за короткий срок становятся миллиардерами, оставляя после себя бесплодную землю и брошенную на произвол судьбы сибирскую глубинку, утопающую в нищете.

Есть надежда, что после ратификации Киотского протокола ситуация станет менее безрадостной. Выполнение киотских договоренностей потребует от России применение современных, эффективных, энергосберегающих технологий. Это будет невозможным без привлечения новых инвестиций в лесную и любую другую промышленность. Следовательно, Администрация Президента, правительство России и Государственная Дума вынуждены будут обеспечить функционирование цивилизованных экономических отношений на всей территории страны.

Что ждет сибирские леса?

Существует ли реальная опасность, что пустыни, простирающиеся сейчас там, где раньше были китайские леса, скоро могут оказаться в центре Сибири? Общий запас древесины в Иркутской области достигает 8,8 млрд м3, что составляет девятую часть всего российского запаса и лишь незначительно уступает запасу древесины во всём Китае (39). Однако, если приведённый выше прогноз роста потребления древесины в Китае подтвердится, то этого запаса хватит Китаю всего на восемь лет.

Не меньшую опасность для лесов Сибири представляют пожары. Для нас стало обыденностью висящее над городом дымное марево и просвечивающий сквозь него кроваво-красный зрачок солнца. Температура в апреле и мае 2003 г. в Иркутской области была теплее на 2-4 оС, чем обычно. В то же время осадков выпало в два раза меньше нормы. Поэтому хотя непосредственной причиной пожара остаётся неосторожное обращение с огнём человека, именно в результате повышенной температуры и отсутствия влаги в Сибири и на Дальнем Востоке запылали более 25 тыс. лесных пожаров, превративших в гари около 2 млн км2 леса. Только в Иркутской области 3185 пожаров уничтожили 181,4 тыс. га леса. Трудно представить себе ущерб от таких пожаров. Если расчёт вести, исходя из минимальной цены за кубометр круглого леса на корню — 16 руб., то леса сгорело на сумму 1243,4 млн руб., но если принять во внимание мировую цену за кубометр заготовленной древесины (100 долл.), то ущерб окажется во много раза больше. По оценке Межведомственной комиссии РФ по проблемам изменения климата, на территории России эмиссия СО2 при лесных пожарах в 1990–1999 гг. составила приблизительно в интервале 10–200 млн т парниковых газов в год (5). Сколько углекислого газа выделилось летом 2003 г. и к каким последствиям для биосферы и человека это приведёт, никто пока не считал.

Очевидно, что легче не допускать возникновение пожара, чем бороться с ним, когда он набрал полную силу. Однако у лётчиков пожарной охраны просто нет бензина, чтобы проводить профилактические облёты в пожароопасный период. Средства на тушение пожаров выделяются, когда они начинают угрожать населённым пунктам и промышленным объектам. Затраты на тушение в 2003 г. составили 70,7 млн руб. Если бы хотя бы часть этой суммы поступила в Государственную лесную службу до начала пожаров, ущерб от пожаров был бы меньше. 

В Иркутской области существует отряд пожарников-десантников. Группа из трёх таких профессионалов способна ликвидировать лесной пожар в зародыше. После периода реформ в системе Государственной Лесной службы и перевода её на самофинансирование численность этого отряда сократилось вдвое. В горячие дни летне-весенних пожаров Иркутская область «занимает» пожарников-десантников из других регионов. Точно так же обстоят дела с хорошо зарекомендовавшими себя на лесных пожарах самолётами-амфибиями БЕ-12П. Выпускает эти самолёты Иркутский авиазавод, но в самолётном парке пожарной авиации Иркутской области такая единица не значится. 

Вот так и получается, что, имея самые большие лесные богатства, которые, в принципе, могут приносить доход в бюджет, сопоставимый по размеру с продажей нефти и газа, мы не имеем средств их охранять. По мнению учёных из Института леса им. В.Н. Сукачева, «…если ожидаемые климатические изменения будут иметь место и существующая система охраны лесов от пожаров не будет коренным образом улучшена, хвойные леса бореальной зоны в течение нынешнего столетия будут уничтожены лесными пожарами с вероятностью близкой к 1». Поэтому, принимая во внимание огромный потенциальный аппетит Китая в отношении российской древесины, совсем не исключено, что через несколько десятилетий на месте бескрайней сибирской тайги будет расстилаться не менее бескрайняя Великая сибирская пустыня.

Может ли хороший бизнес быть по-настоящему хорошим?

Неужели конфликт между потребностями развития человеческого общества и окружающей средой неизбежен? Неужели человечество всегда будет стоять перед альтернативой: что лучше, кусок хлеба с маслом или глоток чистого воздуха? Это противоречие пытается разрешить появившаяся на российском рынке мебельная и деревообрабатывающая компания IKEA*. 

Принцип IKEA прост и логичен: делать выгодный бизнес, сводя к минимуму отрицательное воздействие на окружающую среду при производстве, использовании и утилизации своих товаров. В частности, IKEA закупает лес, который заготовлен в соответствии с действующим законодательством страны**. Поэтому можно надеяться, что появление IKEA в 2003 г. на рынке лесоматериалов в Иркутской области внесёт цивилизованную струю в достаточно криминогенный лесной бизнес. У лесопромышленников появится достойная альтернатива китайскому рынку, и возможно, что объёмы незаконных вырубок начнут, наконец, снижаться.

Заключение. Лучше меньше, да лучше

Согласно Энергетической стратегии России предполагается повысить объём добычи нефти с 324 в 2000 г. (379 млн т в 2002 г.) до 450-520 млн т в 2020 г., соответственно и экспорт сырой нефти намечено повысить: с 205 млн т в 2000 г. до 350 млн т в 2020 г. (38) Однако при этом с таким темпом добычи мы можем выработать практически все разведанные запасы нефти к 2010 г. (70, 71). Возможно, необходимо не повышать, а ограничить экспорт сырья из России. В мягком варианте это можно сделать, повысив ренту за пользование природными ресурсами и увеличив таможенные пошлины на вывоз необработанного сырья. Безусловно, эти меры приведут к снижению налоговых поступлений в бюджет, что повлечёт за собой временное падение темпов экономического роста. Но одновременно эти меры снизят привлекательность природных ресурсов России для Китая и, по крайней мере, замедлят его «мирное завоевание» нашего региона. Из-за повышения таможенных пошлин Китай и Европа окажутся перед выбором: либо покупать газ и лес по той цене, которую ему предложат, либо вкладывать деньги в местную перерабатывающую промышленность. 

Ограничения на добычу нефти и газа переместят центр тяжести инвестиций из добывающей отрасли в перерабатывающую, что позволит предпринимателям получать ту же самую или даже большую прибыль, потребляя меньшее количество ресурсов. Конечно, это произойдёт не сразу, и правительству придется принять определённые меры стимулирования, например, путем снижения налогового бремени и поощрения (не на словах, а на деле) малого и среднего бизнеса. Модернизация промышленности — процесс довольно дорогой и потребует серьёзных вложений средств. Но здесь необходимо подчеркнуть, что эти средства будут вкладываться не просто в мероприятия по снижению выбросов парниковых газов, а в процесс повышения эффективности производства. Следовательно, эти затраты рано или поздно себя окупят. Тем более, что в соответствии с Киотским протоколом Россия может модернизировать производство за счёт привлечения иностранного капитала. 

Возросший поток инвестиций поможет, наконец, поднять из руин отечественную промышленность. Развитие промышленности востребует из небытия науку и технику, которые сейчас практически не финансируются государством (сырьевой стране не нужны науки, кроме, разве что, геологии). Модернизация и создание новых предприятий даст новые рабочие места, увеличит налоговые поступления не только в федеральный, но и в местные бюджеты. Повышение мировых цен на сырьё инициирует повышение цен на продукты их переработки, что предоставит дополнительный шанс отечественному производителю выжить в конкурентной борьбе с импортными товарами.

Считаю, что только такое развитие событий может привести к становлению нового современного промышленного производства в России. С помощью топора не построить здание из стекла и бетона, как не создать конкурентоспособную промышленность на основе давно устаревших технологий. Безусловно, производство, в соответствии с последним словом науки, будет менее материало- и энергоёмким, а значит более эффективным и дешёвым в эксплуатации. Именно тогда российские товары смогут побороться за место под солнцем на мировом рынке.

Это решение не отличается оригинальностью. В той или иной степени такой стратегии придерживаются все развитые страны, включая Китай. Решение, конечно, трудное. Оно чревато всплеском недовольства как среди представителей крупного и среднего бизнеса, так и среди простого населения, не говоря уж о государственных чиновниках, давно и основательно подсевших на «нефтяную иглу». В этом отношении Киотский протокол следует рассматривать как экономический инструмент, способный оздоровить находящуюся в стагнации экономику России.

И, наконец, такой сценарий развития событий принесёт реальную пользу не только экономике России, он позволит сохранить наши недра и леса для будущих поколений, снизит антропогенную нагрузку на экосистему планеты и, в конечном счёте, будет соответствовать букве и духу Киотского протокола. Бесконечно жить за счёт природных ресурсов невозможно. Рано или поздно такое решение неизбежно принимать придётся и чем позже это будет сделано, тем катастрофичнее будут последствия. Пора начать жить в согласии с природой. И выполнение Киотского протокола — это первый реальный практический шаг, которое сделало всё человечество на этом пути.

Список литературы

1. Luterbacher J., Dietrich D., Xopla-ki E., Grosjean M., Wanner H. European Seasonal and Annual Temperature Variability, Trends, and Extremes Since 1500 // Science. 2004. V. 303. P. 1499–1503.

2. Bhattacharya S. European heat-wave caused 35,000 deaths // New Scien-tist. 2004. 10 October. (http://www. newscientist.com/news/ews.jsp?id= ns99994259) 

3. Northern Europe Flooding July 2002. (портал Европейского космического агентства «Earth Ob-servation», http://earth.esa.int/ew/floods/northern_europe_02/)

4. Груза Г.В., Раньков Э.Я. Колебание и изменение климата на территории России // Известия АН Физика атмосферы и океана. 2003. Т. 39, № 2. С. 165–185.

5. Межведомственная комиссия Ро-ссийской Федерации по проблемам изменения климата. Третье национальное сообщение Российской Федерации, представленное в соответствии со статьями 4 и 12 рамочной Конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата. М., 2002. 190 c.

6. Изменения климата, 2001: Обобщённый доклад. Резюме для лиц, определяющих политику. (Оценка Межправительственной группы экспертов по изменению климата) (http://www.ipcc.ch/pub/un/syrrussian/spm.pdf) 

7. Маняхина Л.Г. Мировой океан и климат Земли // Использование и охрана природных ресурсов в России. 2004. № 1. С. 50–55.

8. Hecht J. Record-breaking fourth hurricane hits Florida // New Scien-tist. 2004. 27 September. (http://www.newscientist.com/news/news. jsp?id=ns99996446)

9. Журавлёва Е. Леденящий прогноз. Учёные потрясли мир сценарием грядущего апокалипсиса // Новые Известия. 2004. 12 ноября. (http://www.newizv.ru/news/d_news= 15118&date=2004-11-12)

10. Уайт Р.М. Большой климатический спор // В мире науки. 1990. № 9. С. 6–14.

11. Яншин А.Л. Потепление климата и другие глобальные экологические проблемы // Экология и жизнь. 2001. №1. (http://www. ecolife.ru/jornal/ecap/2001-1-1.shtml)

12. Будыко М.И. Климат в прошлом и будущем. Л.: Гидрометеоиздат, 1980. 351 с. 

13. Climate and atmospheric history of the past 420,000 years from the Vostok ice core, Antarctica (Petit J.R., et al.) // Nature. 1999. V. 399. P. 429–436.

14. Изменение климата (Комплект информационных карточек по изменению климата). ЮНЕП, РКИКООН, 2003. 62 с.

15. Нехаев О. «Зелёные лёгкие» страдают от удушья // Российская газета. 2003. 7 мая.

16. Швиденко А.З., Ваганов Е.А., Нильссон С. Биосферная роль лесов на старте третьего тысячелетия: углеродный бюджет и протокол Киото // Сиб. экол. журн. 2003. № 6. С. 649–658.

17. Киотский протокол к Конвенции об изменении климата. РКИК-ООН, ЮНЕП. 33 c. (http://unfccc. int/resource/iuckit/kp_bookl_ru. pdf)

18. Kyoto protocol. Status of ratifi-cation. (http://unfccc.int./files/es-sential _background/kyoto_proto-col/application/pdf/kpstats. pdf)

19. Отсутствие экономических выгод от реализации Киотского протокола? — Подстановка понятий. (сайт некоммерческого партнёрства «Национальная организация поддержки проектов поглощения углерода», http://www.nopppu.ru/resources/abscence.pdf)

20. США создают собственный Киотский протокол // Интернет-издание «Lenta.ru». 2004. 12 ноября. (http://lenta.ru/economy/2004/11/12/kyoto/)

21. Реферат доклада «Экономические и политические аспекты участия России в реализации механизмов Киотского протокола». (25 мая 2004г.) (http://kioto2004.ru/ analitics/25_05_2004.html)

22. Рекомендации парламентских слушаний «О проблемах, связанных с ратификацией Киотского протокола к Рамочной конвенции ООН об изменении климата» (Москва, 15 апреля 2004 г.) // ЭКОСинформ (Федеральный вестник экологического права). 2004. № 5. С. 41–44.

23. Пресс-конференция по итогам работы Международного семинара РАН о возможном антропогенном изменении климата и проблеме Киотского протокола (8 июля 2004 г.). (http://www.kreml. org/other/59790309).

24. Владимир Путин подписал Киотский протокол // Интернет-издание «Lenta.ru». 2004. 5 ноября. (http://lenta.ru/russia/2004/11/05/protocol)

25. Суждение Совета-семинара РАН о возможном антропогенном изменении климата и проблеме Киотского протокола, 14 мая 2004 г. (http://www.pran.ru/rus/news/Kiotprotokol210504.html)

26. Энергия, природа и климат / В.В. Клименко, А.В. Клименко, Т.Н. Андрейченко и др. М.: Изд-во МЭИ, 1997. 214 с.

27. Чернышёва Л.С. Оледенения, арктические льды и климат: Курс лекций. Владивосток: Кафедра метеорологии, климатологии и охраны атмосферы ДВГУ. (http://www.dvgu.ru/meteo/Intra/ChernLect.html)

28. Schiermeier Q. Researchers rattled as Kyoto Protocol hangs in the ba-lance // Nature. 2003. V. 423. P. 792.

29. Fischlin A. Afterthoughts on the World Climate Change Confe-rence 2003. (http://www.ito.umnw. ethz.ch/SysEcol/WCCC2003.html)

30. Отчёт о Всемирной конференции по изменению климата (Москва, октябрь 2003 г.). (http://web. archive.org/web/20031206045358/www.wccc2003. org/report_r.htm)

31. Павлов А.В., Гравис Г.Ф. Вечная мерзлота и современный климат // Природа. 2000. № 4. (http://vivovoco.rsl.ru/VV/JOURNAL/NATURE/04_00/04_10-18.PDF). 

32. Чумаков Н.М. Тёплая биосфера // Природа. 1997. № 5. (http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/NATURE/VV_SC7_W.HTM)

33. Ершов Э.Д. Деградация мерзлоты при возможном глобальном потеплении климата // Соров-ский образовательный журн. 1997. № 2. (http://www.issep.rssi. ru/pdf/9702_070.pdf) 

34. Бобылёв С.Н. Воздействие изменение климата на сельское хозяйство и водные ресурсы России / Климатические изменения: взгляд из России / Под ред. д.э.н., проф. В.И. Данилова-Данильяна). М.: ТЕИС, 2003. С. 41–68.

35. Ревич Б.А., Малеев В.В. Потепление климата — возможные последствия для здоровья населения / Климатические изменения: взгляд из России / Под ред. д.э.н., проф. В.И. Данилова-Данильяна). М.: ТЕИС, 2003. С. 99–137.

36. Мэдингли Б. За рамки Киотского протокола // Россия в глобальной политике. 2004. № 4. С. 126–140. 

37. Андрей Илларионов: Киотский протокол дискриминационен для России // ИА «Росбалт». 2003. 6 октября. (http://www.globalaffairs. ru/printver/1123.html)

38. Энергетическая стратегия России на период до 2020 года. (http://www.mte.gov.ru/docs/32/103.html)

39. Киотский протокол подталкивает Россию к качественному экономическому росту — Виктор Христенко // РИА «Новости». 2003. 15 июля. (http://saintpetersburg.ru/show/28759/)

40. Киотский протокол: вопросы и ответы / В.Х. Бердин, С.В. Васильев, В.И. Данилов-Данильян, А.О. Кокорин, С.Н. Кураев. М.: РРЭЦ, WWF, 2003. 14 с.

41. Виктор Данилов-Данильян: Наш нефтяной бизнес абсолютно не заинтересован ни в каких киотских мероприятиях. (2 октября 2003 г.) (http://opec.demo.metric. ru/comment_doc.asp?tmpl= comment_doc_print&d_no=42345)

42. Михаил Ходорковский. Кризис либерализма в России // Ведомости. 2004. 29 марта. (http://www. vedomosti.ru/stories/2004/03/29-47-06.html)

43. Выгон Г. Какая классификация запасов нефти и газа нужна России? (30 сентября 2002 г.) (Институт финансовых исследований; http://www.ifs.ru/body/memo/2002/Sep/300902t.htm)

44. Бессарабов Г.Д., Собянин А.Д. Нефть Китая и перспективы России. (Транскаспийский проект, 4 апреля 2001 г.) (http://www. chinadata.ru/china_oil.htm)

45. Максаковский В.П. Экологические проблемы Китая // География. 2003. № 25–26 (1–15 июля). (http://geo.1september.ru/2003/26/51.htm)

46. Бессарабов Г.Д., Собянин А.Д. Водные проблемы КНР: Казахский и российский аспекты (Транскаспийский проект, 17 мая 2001 г.) (http://www.chinadata. ru/china_water.htm#2)

47. Human activity turns China into desert // ABC. 2002. 1 February. (http://www.abc.net.au/news/scitech/2002/01/item 20020129195809_1.htm)

48. Иващенко О.В. Россия 2010–2020 — без Сибири?... (Краткий прогноз на ближайшие десятилетия). 2002. (http://prognosis.fromru. com/ )

49. Shougong Z. Catastrophic Flood Disaster in 1998 and the post fac-tum Ecological and Environmental Reconstruction in China. 1999. 

50. Пентагон раскрыл Бушу глаза // Vip.Lenta.Ru. 2004. 23 февраля. (http://vip.lenta.ru/fullstory/2004/02/23/report)

51. Россия сократила выброс парниковых газов // РИА «Новости». 2003. 29 сентября. (http://www. globalaffairs.ru/printver/1095.html)

52. State of the World’s Forests 2003. FAO, 2003. (http://www.fao.org/DOCREP/005/Y7581E/Y7581E00.HTM)

53. Вэньмин Л. Российско-китайская торговля лесом — тенденции последних лет. (http://dauria. chita.ru/arakhley/08lu1.html)

54. Сюфан С. Лесное хозяйство и торговля лесом в Китае. (http://dauria.chita.ru/arakhley/07sun1. html)

55. Китай не намерен значительно увеличивать импорт лесоматериалов // Жэньминь Жибао. 2002. 15 мая. (http://russian.people.com. cn/200205/15/rus20020515_ 60466.html)

56. Китай: Мы любим свои леса. И дровишки у соседей не воруем // Лесное обозрение. 2005. № 3 (17–23 января). (http://info.forest. ru/rew05/rew0503.htm#2)

57. Гордон Д. Огромный насос Китая // Лесной бюллетень. 2001. № 19 (декабрь). (http://www.forest.ru/rus/bulletin/19/5.html)

58. Государственный доклад «О состоянии и использовании лесных ресурсов в лесном фонде Главного управления природных ресурсов и охраны окружающей среды МПР России по Иркутской области в 2002 году». Иркутск: ГУПР МПР России по Иркутской области, 2003.

59. Направления развития лесопромышленного комплекса Иркут-ской области. (http://www.rwt.ru/an.asp?show=a028)

60. Экономическая оценка лесных ресурсов и проблемы их воспроизводства. (На примере Иркутской области) (http://www.rwt.ru/an.asp?show=a010)

61. Кез С. Лес воруют — щепки летят. Незаконные вырубки наносят Иркутской области огромные убытки // Независимая газета. 2004. 24 мая. (№ 102). (http://www.ng.ru/inquiry/2004-05-24/14_forest.html) 

62. Современные приоритеты развития лесопользования на территории РФ // Пресс-служба МПР России, 8 июня 2004 г. (http://priroda.fairs.ru/main.mhtml?PubID =226)

63. Обзор СМИ от 11 ноября 2003 года (Всероссийский лесопромышленный форум; http://forum.lesprom.ru/index.php? action=full&id=40&sub_id= 1001269)

64. Лебедев А., Ньюэл Д., Гордон Д. Рынок АТР как угроза дальневосточным лесам. Аналитический отчёт (1997–2000 гг.). 2000. 52 с. (http://www.forest.ru/rus/publications/rfe/)

65. Алексеева Н. В Сибирском округе пытаются решить проблемы ЛПК, в Москве этим заниматься некому // Региональная деловая газета. 2002. 17 мая. (№ 17). (http://com.sibpress.ru/066/066-40-07.html)

66. Счётная палата РФ предлагает повысить минимальные ставки платы за древесину до 30% от рыночных цен на круглые лесоматериалы (12 ноября 2004 г.) (Портал лесопромышленника «Drevesina.com»; http://www. drevesina.com/news.htm/a5966/)

67. Шамин В. Основная часть сибирского леса уходит в Китай //«Вести-Иркутск», 23 января 2003 г. (http://vesti.irk.ru/index. php?article=2003.01.23.20.16)

68. Интервью с заместителем главы администрации иркутской области Ларисой Забродской. (27 октября 2003 г.) (http://forum. lesprom.ru/index.php?action =full&id=13&sub_id=1001171)

69. Маньчжурия — крупнейший в Китае центр по обработке импортных лесоматериалов // Синьхуа. 2004. 8 августа. (http://russian. xinhuanet.com/htm/08081657251.htm )

70. Орехин П. Запасов нефти на всех может не хватить // Независимая газета. 2004. 8 апреля. (№ 71). (http://www.geonews.com. ua/d080404-01.html)

71. Coghlan A. «Too little» oil for global warming // New Scientist. 2003. 5