Китайская модель экономики

2









ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ



Государственное высшее образовательное учреждение

высшего профессионального образования



Санкт-Петербургский государственный

инженерно-экономический университет



Факультет туризма и гостиничного хозяйства



Кафедра экономической теории и национальной экономики



КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине «Экономическая теория»

на тему: «Китайская модель экономики»







Выполнила: Каштанкина Наталья Вячеславовна

студентка 1 курса очно-заочная форма обучения

Группа 4/5051

Номер студенческого билета 50304/05

Подпись________________________________

Проверил: Л.Г.Симкина

Оценка: _________ Дата:__________________

Подпись________________________________





























Санкт-Петербург

2006





                                                        Оглавление:





Введение___________________________________________________3



Глава 1. Экономика Китая – место Китая в мировой экономике_____5

История экономики Китая________________________________5

Внутренняя политика Китая______________________________5

Внешняя политика Китая________________________________12



Глава 2. Факторы, обеспечившие «экономическое чудо»__________15



Глава 3. Китайская модернизация_____________________________22

   3.1 В поисках китайского Билла Гейтса_______________________22

   3.2 Эволюция китайской модели развития в 11-ой пятилетке_____23



Глава 4. Россия и Китай в зеркале западной прессы______________26

   4.1 Новый НЭП___________________________________________26

   4.2 Характерные черты модели, положительные и отрицательные стороны модели____________________________________________28



Глава 5. Шарашкина модель__________________________________30



Заключение________________________________________________34



Библиографический список__________________________________36





































Введение.



Заметный и постоянно растущий интерес в мире вызывают экономические преобразования в Китае, которые продолжаются примерно два десятилетия. Интерес к этой стране не случаен. Китай, являясь одним из древнейших государств в мире, впервые за всю свою многовековую историю достиг впечатляющих успехов в реальном секторе экономики. По ряду признаков видно, что страна и в ближайшей перспективе будет развиваться по восходящей линии. Китай имеет шансы повторить опыт Японии и Южной Кореи.

Необходимые внутренние предпосылки для этого есть. Китай обладает большой территорией является крупнейшей страной по численности населения; занимает важное геостратегическое положение и особенно в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР).

Актуальность выбранной мной темы заключается в том, что Россия в настоящее время формирует свою экономическую политику. При этом очень важно учитывать опыт других стран.

Целью работы является анализ так называемого китайского экономического чуда.

Из цели работы следуют такие задачи как выявление сильных и слабых сторон экономической политики Китая, определение источников экономического роста, рассмотрение социально-экономического положения Китая.



Китай – крупная развивающаяся страна с низким уровнем среднедушевой обеспеченности ресурсами. По мере бурного роста китайской экономики и преимущественно экстенсивного роста обостряется проблема нехватки ресурсов и их чрезмерного расходования. Если не принять меры по кардинальному исправлению ситуации, перед народным хозяйством встанет серьезная проблема. В связи с этим специалисты предлагают в качестве решения всемерное развитие рециркуляционной модели экономики. 
Члены ВК НПКСК от демократических партий считают необходимым:
1) Разработать соответствующий экономико-политический курс стимулирования развития рециркуляционной модели экономики, предусматривающий использование таких инструментов, как бюджетное финансирование соответствующих направлений природоохранной работы, налоговое стимулирование хозяйствующих субъектов, поощрение капиталовложений, организационное обеспечение; 
2) Ускорить процесс становления рынка природоохранной индустрии и развернуть роль рынка в плане стимулирования развития рециркуляционной модели экономики; 
3) Активизировать деятельность по надлежащему научно-техническому обеспечению работы по развитию рециркуляционной модели экономики; 
4) Разработать систему оценки «экологической составляющей» показателя прироста валового внутреннего продукта; 
5) Усилить пропаганду и просветительскую деятельность, направленные на распространение знаний о рециркуляционной модели экономики и об ее важном значени для Китая; 
6) Активизировать международное сотрудничество в сфере развития рециркуляционной экономики и заимствовать передовые достижения науки и техники; 
7) Обеспечить создание соответствующей законодательной базы.-о-






































































Глава 1. Экономика Китая – место Китая в мировой экономике.

1.1 История экономики Китая 

В 2002 году исполняется 50 лет развития экономики КНР на основе народно-хозяйственных планов. В это период выполнены девять пятилеток (в настоящее время осуществляется десятая). В 50 - 70-е годы в Китае произошел переход к плановой экономике, в 80 - 90-е годы в условиях реформ и открытости экономическое развитие ускорилось и КНР более 20 лет является мировым лидером по устойчивости темпов роста ВВП.
В 1991 - 2001 годах ВВП Китая возрос более чем в 5 раз (в текущих ценах) и в 2002 году, по оценке, превысит 10 трлн. юаней (рост в текущих ценах в 30 раз по сравнению с 1978 годом). Высокие темпы роста ВВП достигнуты за счет эффективного сочетания принципов планового регулирования с рыночными методами на основе социалистической плановой экономики, в том числе централизованного определения темпов и пропорций развития народного хозяйства.
В 2010 году по сравнению с 2001 годом предполагается увеличить ВВП в 2 раза, в том числе путем расширения участия КНР в мировой экономике. Согласно плану на 10-ю пятилетку (2001- 2005 гг.) среднегодовые темпы роста экономики КНР составят около 7% (в ценах 2000 г.). Объем ВВП в 2005 г. достигнет 12,5 трлн. юаней (9,4 тыс. на душу населения).



1.2 Внутренняя политика Китая.

А) Население Китая

По оценке, численность населения КНР в настоящее время превышает 1,3 млрд. человек и, по прогнозу, к концу 2010 г. возрастет до 1,4 млрд. (в 1950 - 2002 гг. оно возросло в 2,4 раза, его доля в населении мира превышает 1/5).
Предполагается, что в 2005 г. уровень безработицы в городах и поселках не превысит 5%. В 2001 - 2005 гг. будут трудоустроены в городах и поселках около 40 млн. мигрантов из сельской местности.
По действующему обменному курсу, в 2000 г. валовое производство на душу населения в КНР превысило 800 долларов. В 1978 - 2001 гг. в городах и поселках доходы на душу населения возрастали в среднем на 6,4% в год и увеличились с 343 до 6860 юаней, или в 20 раз и сельских жителей - с 134 до 2366 юаней (в 17,6 раза). По X пятилетнему плану доходы на душу населения в городах и поселках, а также чистый среднедушевой доход в сельской местности возрастут в 2001 - 2005 гг. на 5%.
Доля расходов на питание в сумме расходов населения составляла в 1978 г. 57,5% и 2001 г. - 37,9%; сельских жителей, соответственно 67,7 и 47,7%. В структуре потребления населения в 1979 - 2002 гг. возросла доля расходов на жилье, транспорт, связь, медицинские услуги, удовлетворение культурных потребностей.

Б) О природных особенностях Китая 

В последние годы площадь обрабатываемых земель в Китае составляла 130 млн. га (около 7% площади пахотных земель мира), естественных пастбищ -около400млн.га.
Леса в КНР занимают лишь 160 млн. га, они находятся в основном на северо-востоке (кедр, дуб, лиственница, береза и др.) и также юго-западе (ель, сосна, пихта, сандаловое дерево и др.).
Пустыни занимают 27% территории КНР, и их площадь продолжает увеличиваться. Согласно программе Управления лесного хозяйства, к 2030 г. процесс опустынивания будет остановлен и в 2050 г. площади под лесом значительнорасширятся.
В последние годы в КНР резко сократились лесозаготовки и расширились лесовосстановительные работы.

В) Сельскохозяйственное производство Китая

Узким местом китайской экономики остается положение сельского населения. Оно, конечно, лучше, чем в странах с сопоставимыми по остроте аграрными проблемами: положение китайских крестьян намного лучше, чем индийских. Последние решения определили курс на снижение налогового бремени крестьян и на ускорение роста их доходов. Сейчас доходы крестьян стали расти медленнее – примерно на 3% в год, и такие темпы признаны недостаточными. Разрыв между городом и деревней увеличивается, что, естественно, создает определенную нестабильность в обществе. 
Разрыв доходов между сельским и городским населением в начале реформ был 2,8 раза. За первые пять-шесть лет реформ разрыв удалось снизить. В целом по стране он доходил до 2,5-2,4. Понятно, что пригородные крестьяне, которые специализировались на овощеводстве или цветоводстве, часто жили и лучше среднего горожанина, но общее положение было таким. Оно продержалось с середины 80-х до середины 90-х годов. 

Когда семейный подряд исчерпал свои возможности, разрыв начал нарастать. По данным на конец 2003 года, он достиг 3,2 раза.

За общими цифрами могут скрываться довольно острые диспропорции, особенно в провинциях, специализирующихся на зерне, потому что это одна из самых невыгодных культур для крестьянина. Внутренние рыночные цены на зерновые в течение последних семи лет снижались. Сейчас они составляют 55-60% от уровня середины 90-х годов. Для решения этой проблемы государственные закупочные цены на зерно установлены уже выше рыночных. Делаются попытки объединения земель и создания крупных высокорентабельных хозяйств. В Китае пытаются вывести избыточное аграрное население не только в промышленность в самой же деревне, как это делалось все годы реформ. Тогда один из главных лозунгов был: покидая землю, не покидать деревню, – и за счет малой сельской промышленности около 100 млн человек было трудоустроено. Но эта возможность небеспредельна, поэтому в последние несколько лет правительство пытается упорядочить миграцию крестьян в город. 
Обычно приезжающие в город сельские жители идут в строительство, и им пытаются обеспечить достаточно высокий статус. Кроме того, уезжающий крестьянин через три года контракта получает городскую прописку; как правило, после этого у человека возникают права на льготное жилье. Получив прописку, бывший крестьянин взамен может оставить соседу свой надел земли, соответственно, у соседа появляются дополнительные ресурсы. Эта схема принесет китайской деревне какое-то облегчение. Положение в сельской местности улучшается, но медленнее, чем хотелось бы. 
Сейчас получается, что впервые за всю историю Китая сельское хозяйство перестало быть донором. Сельское хозяйство получает обратно как минимум столько же, сколько дает. Государство закупает зерно по более высоким ценам, чем сложились на рынке. Кроме того, на дополнительный заработок крестьяне могут рассчитывать, работая на строительстве дорог и другой инфраструктуры. То есть развитие промышленности и сферы услуг позволяет оказывать содействие деревне, несмотря на то что там проживает большинство населения.

На самом деле в Китае происходят политические реформы, логика которых в том, что их проводят снизу. Они начались с выборов сельских комитетов. Уже проведены первые эксперименты по выборам на волостном уровне и даже на уездном. Преимущество такой системы в том, что поскольку крестьянин не очень хорошо представляет происходящее наверху, то он получает возможность для выборов ближайшего начальства и контроля над ним. Расходы сельских комитетов, главной детали демократии, прозрачны. Понятно, на что пошли деньги, собранные за счет местных налогов. 


В 1996-2000 гг. среднегодовой темп прироста сельскохозяйственного производства составил 3,5%. КНР по производству зерна, мяса, овощей, хлопка, табака, морепродуктов и рыбы занимает первое место в мире.
Производство зерна в 1995 г. составляло 467 млн. т., в 2001 г. - 452,6 млн. Урожайность зерновых в 1950 г. составляла 1,16 т. и в 2001 г. - 4,82 т. с га (рост в 4 раза). В 2001 г. производство зерна на душу населения составляло 356 кг, мяса - 50 кг, рыбы и морепродуктов - более 34 кг.
В сельской местности в последние десятилетия активно развивались перерабатывающие отрасли. В 2000 г. действовали более 20 млн. поселково-волостных предприятий, на которых было занято около 130 млн. человек; добавочная стоимость этих предприятий превышала 2,7 трлн. юаней. Данные предприятия являются основным источником роста доходов крестьян и развития сельского хозяйства КНР.

Г) Промышленность Китая 

В 1979 - 2000 гг. добавленная стоимость в промышленности (в сопоставимых ценах) ежегодно возрастала в среднем на 11,6%. В 2001 г. она увеличилась на 8,9% и достигла 4,26 трлн. юаней. В 1996 г. по производству стали, угля, цемента, химических удобрений, телевизоров Китай вышел на первое место в мире.
В 1978 - 2001 гг. производство электроэнергии возросло в 5,8 раза, стали (разы) - в 4,8, цемента - в 9,8, серной кислоты - в 4,1, химических удобрений - в 3,9, автомобилей - в 15,7.
Доля нефти и природного газа в потреблении энергоресурсов составляла в 1995 г. 17,5 и 1,8%, в 2000 г. соответственно 23,6 и 25%. В 2001 г. в Китае было добыто 165 млн. тонн нефти, т.е. на 11,5% больше, чем в 2000 г. Однако потребности внутреннего рынка в нефти и особенно в природном газе значительно превышают уровень добычи в стране.
КНР занимает третье место в мире по мощностям нефтепереработки, первое - по производству синтетических волокон и четвертое - синтетического каучука, пятое - по производству этилена и синтетических смол. В 1990 - 2001 гг. мощности энергоблоков возросли со 100 до 315 млн. кВт, выработка электроэнергии в 2001 г. составила 1,48 трлн. кВт. Темп роста выработки электроэнергии в этот период составлял в среднем 9% в год. Китай производит газовые турбины, энергоблоки для атомных станций, комплектное оборудование для производства химических удобрений, нефтехимической промышленности, целлюлозно-бумажной и текстильной отраслей и др.
Ускоренными темпами в 80 - 90-е годы развивалась автомобильная промышленность. В 1995 - 2000 гг. производство автомобилей возросло с 1,45 до 2,07 млн., в том числе легковых - с 323 до 607 тыс. (темп роста 19%). Количество частных автомобилей в 2000 г. достигло 6,26 млн. (темп роста в среднем 20% в год). В 2001 г. по сравнению с 2000 г. производство автомобилей в КНР возросло до 2,33 млн., или на 12,8%.



Д) О валютно-финансовой системе Китая

Официальным средством денежного обращения в КНР является юань, эмитируемый Народным банком Китая. В конце 2001 г. сумма вкладов в финансовой системе КНР превышала 11 трлн. юаней.
В 1994 г. Торгово-промышленный банк КНР, Банк Китая, а также Строительный и Сельскохозяйственный банки были преобразованы в государственные коммерческие банки; были также учреждены три банка - Государственный банк развития, Импортно-экспортный банк, Сельскохозяйственный банк развития. В 1995 г. вступил в силу Закон о коммерческих банках. В 1996 г. были учреждены первые акционерные коммерческие банки и сфера банковских услуг значительно расширилась. В 1998 г. Народный банк КНР создал систему контроля за банковскими операциями, финансовыми потоками, страхованием, операциями с акциями. Были созданы 9 межпровинциальных филиалов этого банка.
Обменный курс юаня устанавливается Народным банком КНР и публикуется Главным государственным управлением валютного контроля.
В 1994 г. в КНР проведена реформа валютной системы; были введены единые курсы основных валют к юаню, создана система валютных расчетов, продаж и переводов, на основе которой организован межбанковский валютный рынок. В 1996 г. операции по купле-продаже валюты предприятиями на зарубежном рынке были включены в валюты.
зарубежные банковскую систему конвертации. В конце 1996 г. в КНР была официально введена в действие ст. 8 соглашения с МВФ и введен обмен юаня на В 2001 г. валютные резервы КНР превысили 212 млрд. долларов. В 80 - 90-е годы расширялась деятельность зарубежных финансовых структур на китайском рынке. В настоящее время в 23 городах КНР и провинции Хайнань действуют 190 финансовых структур с иностранным капиталом. В 1999 г. банки с зарубежным капиталом получили право открывать филиалы в городах центрального подчинения. В 2001 г. более 30 банков с иностранным капиталом осуществляли операции в юанях, и в ближайшие годы все банки с иностранным капиталом получат право на проведение таких операций в провинциях.
Китай является членом МБРР и МВФ. В 1985 г. КНР вступила в Африканский банк развития и в 1986 г. стала членом Азиатского банка развития. Биржевой рынок КНР оценивается в 4,35 трлн. юаней, в нем участвуют 1,16 тыс. компаний и 66,5 млн. инвесторов. Данный рынок способствовал переходу государственных предприятий к деятельности в рыночных условиях, а также акционированию малых и средних государственных предприятий. В настоящее время ведущими в КНР являются Шанхайская и Шэньчженьская биржи.
В 2001 г. были эмитированы 84 вида акций А и 126 видов дополнительных акций, и аккумулировано около 110 млрд. юаней. Кроме того, эмитировано 9 видов акций B, H, а также акций серии "красные фишки" на сумму 7 млрд. юаней.

Банковскую систему Китая составляют по преимуществу государственные банки, причем около 80% всех активов приходится на так называемую «большую четверку». У этих банков разное положение. В течение пяти лет они с разным успехом решают проблему «плохих» долгов. Сейчас показатель «плохих» кредитов находится на уровне 19%. Например, в Южной Корее после 1998 года этот показатель был выше, около 24% – и ничего, они продолжают развиваться достаточно высокими темпами. 

Это не страшно еще вот по какой причине. Сейчас появились дополнительные валютные резервы. Банку Китая и Строительному банку, входящим в «большую четверку», выделено $45 млрд из валютных резервов на рекапитализацию. Причем отмечу, что деньги дали банкам, которые успешно справляются с проблемой «плохих» долгов. И у Банка Китая, и у Стройбанка положение лучше, чем у Индустриально-торгового и у Сельхозбанка. Но и у тех тоже дела небезнадежны. Пройдет год-два, когда они смогут добиться реального улучшения показателя «плохих» долгов и им тоже позволят запустить руку в валютные резервы. Поскольку банковская система работает на сбережениях граждан, то в самом худом случае, который в принципе маловероятен, руководство может призвать граждан не забирать сбережения из банков в течение года. 

И это будет работать в Китае и будет понято населением.

В принципе сейчас ситуация с «плохими» долгами понемногу улучшается. И то, что это происходит постепенно, говорит о том, что ставят они довольно осторожные цели. Так, на 2005 год показатель «плохих» долгов должен быть как минимум 15%. То есть они подходят к проблеме серьезно и действительно считают деньги. Если за два года не решать проблему, то, значит, ее будут решать десять лет. При этом в ситуации высокого экономического роста абсолютный объем «плохих» долгов может почти не меняться, но относительно тех ресурсов, которыми общество будет располагать через два-три года, величина будет существенно ниже.

Китай приближается к фазе, когда появляется, как ни странно, избыток капитала. В большей степени ограничителем экономического роста выступает платежеспособный спрос. И поэтому темпы экономического роста будут снижаться. Если они снизятся до 6%, то это будет не так уж страшно, это все равно очень хороший рост. Говорили, что китайцы завышают показатели роста, но исследования последнего времени показали, что скорее рост был несколько занижен. Продукт, который создается в сфере услуг, в значительной степени недоучитывался. Этому можно поверить, поскольку с развитием рынка желание приукрашивать свое положение уменьшается. 

Е) Страхование в Китае

В страховом бизнесе КНР ведущие позиции занимают государственные компании. В 2001 г. в КНР было зарегистрировано около 600 государственных страховых учреждений, в том числе более 300 компаний страхования имущества. Действуют также компании со смешанным капиталом конкурирующие между собой.






Ж) Рынок ориентирует предприятия, государство управляет рынком.

При том, что китайцы очень часто говорят о своей специфике, китайская модель по природе сборная. В ней в определенной степени присутствует советский опыт, а также японский и южнокорейский, кроме того, опыт таких стран и территорий, как Сингапур, Сянган (прежде Гонконг). Конечно, они правы, когда говорят о специфике своей модели развития, но в то же время она вобрала в себя очень много черт послевоенного развития других азиатских стран и у нее есть признаки универсализма.

При вопросе о соотношении экономического роста с политическими свободами надо посмотреть, какие системы были после войны в других азиатских государствах. В Японии до сих пор сохранилась фактически однопартийная система. Политическая система Сингапура в лучшем случае характеризовалась как авторитарная, но иногда и тоталитарной тоже называли. Логика развития экономики стран Юго-Восточной Азии выстроена так, что привычное клише «не будет политических свобод – не будет рынка» не работает. 

Дело в том, что там политические системы формировались на базе экономического роста.

Сейчас очень часто встречается противопоставление рынка и государства. Это, как мне кажется, заблуждение аналитического свойства. Никакого противоречия между рынком и государством нет. Если мы посмотрим на темпы роста мировой экономики в послевоенный период, то в Западной Европе экономика быстрее всего росла в 50-е – начале 70-х годов, когда государство еще из нее не уходило, а продолжало вмешиваться в том числе и для сохранения рыночного механизма. 

Действительной оппозицией рынку являются монополии. Национальные государства, которые заинтересованы в быстром экономическом развитии, должны по возможности пресекать тенденции к монополизации. Китайцы сформулировали формулу успеха больше десяти лет назад: рынок ориентирует предприятия, государство управляет рынком. 

И у них получилось, поскольку сохранились рычаги, которые использовались в командной экономике, но их роль немного уменьшилась, а государство освоило рычаги макроуправления.



З) Перераспределение: от побережья в глубь материка.

В ходе реформ в Китае были волны децентрализации власти: полномочия передавались на места, а роль центральных ведомств и крупных общенациональных компаний уменьшалась. С середины 90-х годов процесс пошел в обратную сторону. С этого времени возросла непосредственная роль государства в экономике. Самой низкой доля бюджета в ВВП была в 1995 году, когда она дошла до 11,5% (правда, существует еще много внебюджетных фондов). Этой цифрой до сих пор у нас размахивают. 

В настоящее время бюджет КНР – это 22,5% ВВП. В расходах бюджета примерно 70% – доля центрального бюджета.

Хотя на некоторых этапах реформ соотношение было противоположным. Доходило до того, что у центра оставалось порядка 40%. Роль центра повышается, хотя система в значительной степени развивается по рыночным законам. Центр важен в перераспределении ресурсов, поскольку хороший рынок невозможен без перераспределения. Напомню, что базисный закон заключается в том, что чем ровнее вы распределите доход между гражданами, предприятиями, тем выше будет платежеспособный спрос, следовательно, выше будут темпы роста. 

На первоначальном этапе требовалось дать большую свободу тем, кто более способен к активной деятельности, в основном прибрежным провинциям. В дальнейшем возникает другая задача – перераспределить уже имеющиеся результаты экономического роста. Сейчас КНР пытается с этой задачей справляться. 

Несколько лет назад была принята программа развития западных районов с опорой на центральные и восточные. В Китае, как и у нас, регионов-доноров меньше, чем получателей, на 31 провинцию доноров 8-10. Поскольку наверху решения принимают с учетом всех голосов, то более бедные провинции выступают за усиление роли центра, тогда им больше достанется при перераспределении.



Внешняя политика Китая.


А) Внешняя торговля Китая

Современный Китай играет важную роль в мировой экономике. В 1979 - 1999 г. объем внешней торговли КНР ежегодно увеличивался в среднем на 15,3%. В 2000 г. объем экспорта составлял около 250 млрд. долл., импорта - 225 млрд. В 2001 г. товарооборот Китая достиг 510 млрд. долл., в том числе экспорт - 266 млрд. и импорт - 244 млрд.
КНР поддерживает внешнеэкономические связи более чем с 220 странами (и территориями). Ведущими торговыми партнерами являются Япония, США, страны ЕС, Республика Корея, Австралия, Россия, Канада. Первое место в экспорте КНР занимает продукция машиностроения (85 млрд. долл.), доля которой в объеме достигает 30%. В 2001 г. было экспортировано наукоемкой продукции более чем на 46 млрд. долл. и ее доля в объеме экспорта составила 17,5%. В 2001 г. Китай занял второе место в мире по экспорту угля (более 80 млн. т.).

Б) Таможенно-тарифная политика Китая

В 1990 - 2001 гг. правительство КНР снижало тарифы несколько раз. Так, с 1 апреля 1996 г. были снижены импортные тарифы почти на 5 тыс. наименований товаров, и уровень пошлин снизился в среднем с 35 до 23%. 1 октября 1997 г. были снижены импортные тарифы на 4,9 тыс. наименований товаров и уровень пошлин снизился в среднем с 23 до 17%. С 1 января 2001 г. уровень таможенных пошлин был снижен в среднем до 15,3% (на 3,5 тыс. наименований товаров, на которые приходится около 50% всех налогов и сборов). К 2005 г. средний уровень ставок импортных пошлин на промышленную продукцию снизится до 10%.



В) Привлечение инвестиций в Китайскую экономику 

Китай использует несколько каналов и форм привлечения инвестиций, в том числе внешние займы, включая кредиты иностранных государств, международных финансовых организаций и иностранных коммерческих банков, экспортные ссуды, облигации внешнего займа; прямые иностранные инвестиции, включая предприятия смешанного капитала, совместного хозяйствования и со 100%-ным иностранным капиталом; другие зарубежные инвестиции (международный лизинг, компенсационная торговля, создание мощностей по переработке сырья и сборочных производств, а также эмиссию акций на внешнем рынке). В 1979 - 2001 гг. Китай использовал 394 млрд. долл. иностранных инвестиций. По сумме привлеченных зарубежных инвестиций КНР занимает второе место в мире после США. В 1990 г. в КНР было использовано 3,5 млрд. долл. прямых иностранных инвестиций, в 1995 г. - 37,5 млрд., 2000 г. - 40,7 млрд., 2001 г. -46,9млрд.
На начало 2002 г. в Китае были накоплены инвестиции, поступившие из более 170 стран (и территорий мира); количество предприятий с иностранными инвестициями достигло 390 тыс. Из 500 ведущих ТНК мира более 400 инвестировали капитал в экономику КНР.



Г) В ожидании мягкой посадки.                                       

По первому кварталу 2004 года прирост ВВП в Китае составил 8-9%. Если инфляция становится слишком высокой, то правительство сразу же сокращает денежное предложение, урезает кредиты. Этими механизмами в Китае овладели. Кроме того, за счет огромных масштабов страны в Китае, так же как в течение долго времени в США, можно нажимать на клавишу денежного обращения – прибавить денег или убавить. Не все страны могут себе позволить такое регулирование. Если, например, в небольшой экономике повысить процентную ставку для того, чтобы уменьшить денежное предложение, то на высокий процент придет иностранный капитал, внешнее воздействие съест весь возможный эффект макрорегулирования. В Китае же масштабы экономики позволяют по-прежнему использовать этот рычаг. 
Но они еще могут добавить и административные меры. В этой системе срабатывают самые простые вещи, к которым прибегали во времена «мягкой посадки». Скажем, мэр отвечает за цены на овощи или губернатор провинции отвечает за цены на зерно. То есть мэр или губернатор договаривается с крестьянами, с закупочными организациями о том, какими будут цены на овощи на рынке. Таким же административным способом можно оказывать влияние на избыточный рост экономики. 
В прошлом году рост экспорта составил 36%, примерно такой же порядок сохранился в первом квартале этого года. Немалая часть продукта уже реализуется на внешних рынках. Зачем же ограничивать рост, если он обеспечивает захват новых ниш? 
Что касается строительства, то китайцы хорошо знают, к чему может привести перегрев рынка: у них была возможность посмотреть на опыт Японии. Поэтому они рынок недвижимости очень хорошо сдерживают, в том числе и административными методами. 
В Китае существует экономическая модель смешанного типа, похожая на ту, которая была в Европе в 50–60-е годы. Если эта фаза экономического развития у них продлится, то это будет неплохо. Почему, собственно, мы считаем, что экономическое устройство мира в 80–90-е было лучше, чем в 60-е, когда темпы роста были выше? Возможно, Китай за счет своего масштаба вернет мир к той модели, когда экономика развивалась быстрее. Сейчас в мировой экономике наблюдается рост, и раньше времени начинать операцию по «мягкой посадке» нет смысла. 

Может быть, гиганты показывают закономерность развития мировой экономики?




























Глава 2. Факторы, обеспечившие «экономическое чудо».



«Китайское чудо»

      Когда в 1992 году Дэн Сяопин совершил свою знаменитую поездку в  южнокитайский город Шеньцзень, в китайской элите не было единства  относительно пути развития страны. Несколько лет назад произошлисобытия   на площади Тянь Ань Мэнь, затем крах социализма в Восточной Европеи СССР,  и многим казалось, что дальнейшие шаги по пути рыночных реформ неминуемо ввергнут страну в пропасть. Проходившую в этих условиях поездку Дэна Сяопина на юг Китая многие позднее стали сравнивать по своему значению с  падением Берлинской стены. Именно тогда был окончательно сделан выбор в пользу дальнейшего развития рыночных реформ, сделавший возможным  «китайское экономическое чудо» 90-х годов.

      После того, как была проведена либерализация внутреннего рынка для  иностранных инвестиций и дана относительная свобода развитию частного сектора, в стране буквально из ничего выросли компании, чьи обороты в  начале XXI века достигли миллиардов долларов. В их числе, например,   производитель электроники Huawei или автомобилестроительный гигант   Shanghai Auto. Ни в одной стране мира за исключением США в период   IT-революции 80-х 90-х годов, компании не испытывали столь же  стремительного роста. 

Уже сейчас Китай – страна, имеющая самый большой положительный торговый баланс с США. Однако было бы неправильным обвинять китайское руководство в проведении политики меркантилизма. Современный Китай не только крупнейший  производитель, но и потребитель товаров. Положительный баланс Китая в торговле с США компенсируется тем, что в торговом обороте с другими странами Китай импортирует больше, чем экспортирует. В число крупнейших стран партнеров Китая с отрицательным балансом входит и Россия. 



Одним из важнейших событий мировой экономической истории последней четверти XX века стали беспрецедентные успехи экономики Китая. С начала экономических реформ в 1978 г. по 1997 г. валовой внутренний продукт этой страны увеличился в 5,7 раз, или на 9,6% в среднем в год (граф. 1). Это означает, что он удваивался с рекордной скоростью -- каждые 7,5 лет!







График 1. Индексы ВВП (1978=100%)



За прошедшие 19 лет производство ВВП на душу населения в Китае возросло в 4,4 раза, производительность труда (ВВП на одного занятого) -- в 3,6 раза (табл. 1). За те же годы ВВП России уменьшился на 30%.

Если в 1978 г. китайский ВВП был меньше российского на 23%, то в 1997 г. он уже превышал российский в 6,2 раза. Если в 1978 г. душевое производство ВВП в Китае составляло 11% от российского уровня, то в 1990 г. оно поднялось до 23%, а к 1997 г. достигло уже 75%.

Таблица 1. Экономический рост в Китае 



По ППС в ценах 1993 г.

1978

1997

Среднегодовые темпы прироста

ВВП, млрд долларов США

670

3827

9,6

ВВП на душу населения, доллары США

708

3119

8,2

ВВП на 1 занятого, доллары США

1656

5885

6,8



При сохранении в ближайшее время в экономике Китая тенденций развития, сложившихся в последнее десятилетие, и даже при существенном ускорении экономического роста в России (до 4-5% ежегодно), не позднее 2005 года Китай обойдет Россию уже и по показателю ВВП на душу населения (граф. 2). К этому времени китайская экономика по размерам ВВП превзойдет американскую и станет крупнейшей в мире.







График 2. ВВП на душу населения в Китае (Россия = 100%)



Существует нескольких гипотез, пытающихся объяснить китайское чудо.

Гипотеза 1 - отсталость. Утверждается, что китайская экономика растет так быстро потому, что уровень развития в Китае был низким, а темпы роста слаборазвитых стран выше, чем более развитых стран.

График 3 показывает, что такой закономерности не существует. При одних и тех же душевых показателях ВВП возможен и быстрый рост и глубокое падение. Ни одна другая слаборазвитая страна не имела темпов роста, сколько-нибудь близких к китайским. Более того, темпы роста Китая оказались уникальными для всей мировой экономики.





График 3.Уровень экономического развития и темпы экономического роста в 1979-1996 гг. (209 стран)



Гипотеза 2 - особенности структуры производства. Утверждается, что решающий вклад в ускорение экономического роста внесла структура китайской экономики -- низкая доля промышленности и высокая доля сельского хозяйства.

На самом деле вопреки широко распространенным заблуждениям удельный вес промышленности в ВВП в Китае был не ниже, а выше, чем в России (табл. 2). Однако более низкий удельный вес промышленности в России не способствовал повышению темпов ее экономического роста. И наоборот, более высокий показатель Китая не способствовал замедлению его темпов роста по сравнению с Россией.



Таблица 2. Отраслевая структура экономики, %



Показатели

1978

1997

ВВП всего, в том числе:

100

100

сельское и лесное хозяйство

28,4

20,6

промышленность и строительство

48,6

48,4

сфера услуг

23,0

31,1

Все занятые, в том числе:

100

100

сельское и лесное хозяйство

70,5

52,9

промышленность и строительство

17,4

22,9

сфера услуг

12,1

24,1



Гипотеза 3 - особенности структуры занятости. Утверждается, что более высокие темпы роста в Китае объясняются высоким удельным весом сельскохозяйственного населения в начале реформ (табл. 2).



График 4 показывает, что темпы экономического роста не зависят от структуры занятого населения. При доле занятых в сельском хозяйстве на уровне, близком к 70,5% (Китай в 1978 г.), значения среднегодовых Темпов экономического роста в разных странах колеблются от -6,0% до +8,2%. Следовательно, структура занятости не объясняет высокие темпы экономического роста в Китае.







График 4. Удельный вес занятых в сельском хозяйстве, %



Гипотеза 4 - национальная специфика. Утверждается, что феноменальные результаты экономического развития Китая обусловлены уникальными чертами китайского национального характера, в том числе такими, как трудолюбие, самоотверженность, неприхотливость.

Если бы это было так, то Китай отличался бы высокими темпами экономического развития на протяжении всей своей истории. Однако в течение первых трех четвертей XX века китайская экономика имела очень низкие темпы роста, которые периодически становились отрицательными. До недавнего времени Китай относился к наиболее бедным странам мира, а реальная угроза голода была ликвидирована лишь несколько лет назад. В 1952-1978 гг. ВВП на душу населения в Китае снижался и по отношению к российскому и по отношению к среднемировому уровням (табл. 3, граф. 5).



Таблица 3. ВВП на душу населения по ППС в иенах 1993 г.



Показатели

До начала реформ в Китае

С начала реформ в Китае



 1952

 1961

 1970

 1976

 1980

 1985

 1995

 2002

В долларах США 



Мир

 2529

 3132

 4065

 4586

 4884

 5116

 5552

 5961

Россия

 2629

 3745

 5323

 6156

 6245

 6554

 6985

 4140

Китай

 353

 309

 516

 619

 792

 1195

 1602

 2897

В % к миру:



Китай

 14,0

 9,9

 12,7

 13,2

 16,2

 23,4

 28,9

 48,6









График 5. ВВП на душу населения в Китае в % в 1952-1978 гг.



Лишь в конце 70-х годов произошел перелом в тенденциях развития, и Китай с огромной скоростью стал сокращать свое отставание от многих стран мира, включая и Россию. Таким образом, лишь в конце 70-х годов в Китае произошло то, что привело в движение гигантский потенциал развития, о существовании которого многие и не подозревали. Очевидно, эти радикальные перемены были вызваны именно экономическими реформами.

Гипотеза 5 - характер экономической политики. Поэтому кажется вполне очевидным, что успехи китайской экономики обусловлены примененной моделью экономического реформирования. В отличие от России, где осуществлялись, как утверждается, либеральные реформы (т.н. шоковая терапия), в Китае реформы носили постепенный (градуалистский) характер. В отличие от России, где государство "ушло" из экономики, в Китае государство сохранило значительный контроль за экономикой, а его роль в экономическом развитии заметно возросла.





Глава 3. Китайская модернизация.



Китай модернизируется. В ходе модернизации главные изменения испытывают, как известно, не экономика или инфраструктура страны, а живущие в ней люди. В поисках ответа на вопрос о том, что представляет собой народ  современного Китая, и чего ждать от этих «новых китайцев» в будущем. В результате получились в чем-то разные, а в чем-то похожие антропологические зарисовки: молодой инженер, приехавший в город из деревни, где еще недавно не было электричества, находящаяся «в поиске себя» писательница подростковых романов, или избалованные «маленькие императоры» из «поколения одного ребенка». 

Говоря о китайской модернизации, необходимо иметь в виду, что китайцы уже довольно давно не являются народом благообразных крестьян и патриархальных конфуцианских помещиков, практикующих ценности «сыновнего почтения». 

      Современный Китай отделен от сколько-нибудь патриархальных времен целой серией революций и гражданских войн, потрясавших страну с начала XX столетия до его 70-х годов. Путь Китая к современности (modernity) начался не сегодня и не вчера, и нынешняя ломка складывавшихся веками традиций и образа жизни – одна из многих в довольно длинном ряду уже не раз происходивших в стране попыток модернизации. Однако, пожалуй, никогда еще такие огромные массы людей добровольно не отказывались от привычного уклада жизни ради стремления завоевать себе более достойное место в рыночной экономике и повысить свой уровень потребления. Крестьяне, покидающие свои деревни, надеясь найти лучшую долю в городе; инженеры, бросающие стабильный заработок на государственном предприятии или в крупной фирме, и пытающиеся на свой страх и риск преуспеть в рыночном  секторе – все это разные формы массового движения, охватившего сейчас всю страну. Китай, как говорят некоторые западные наблюдатели, «влюбился» в экономику, а идея экономического успеха стала своего рода «великой китайской мечтой».



3.1 В поисках китайского Билла Гейтса



Джин Шеньгуа, профессор Пекинского Педагогического Университета, считает, что Китаю просто необходим свой собственный Билл Гейтс. «Тот день, когда на китайской земле появится такой человек как Билл Гейтс, сверх-предприниматель мирового класса, будет по-настоящему началом эры  Китая в мировой истории,» - говорит он. Казалось бы, эра Китая уже началась. Современный Китай обладает огромным и постоянно растущим потребительским рынком, хорошими университетами, выпускающими сотни тысяч квалифицированных инженеров, дешевой рабочей силой и предпринимательской жилкой. Но ему не хватает китайского Билла Гейтса, человека с видением будущего и маниакальной верой в его правильность, способного создавать всемирно известные и уважаемые в мире корпорации, порождающие вокруг себя новые отрасли экономики буквально из ничего. Есть ли сейчас в Китае такие люди, или свидетельствует ли что-нибудь об их появлении в будущем?

Один из кандидатов на роль китайского Билла Гейтса – Ван Жидонг, создатель сайта Sina.com. 

Появившаяся в начале 90-х годов компания Вана Жидонга Sina первоначально занималась «китаизацией» программных продуктов Microsoft. Начиная с маленькой группы сотрудников работавших в заброшенном здании школы, Sina в 2003 году пришла к рыночной капитализации $1,1 млрд при годовом обороте $160 млн. В годы дот-комовского бума из обычной компании Sina превратилась в интернет-портал. В целом рынок IT индустрии в Китае сейчас достигает уже $28 млрд (при $395 млрд объеме рынка в США). 

История IT-индустрии в Китае проходила под аккомпанемент борьбы межд аборигенными китайскими бизнесменами («домашними картофелинами») и вернувшимися в Китай с запада «морскими черепахами». «Морские черепахи» принесли в Китай умение писать бизнес-планы, договариваться с инвесторами и следовать традициям западной офисной культуры. Сейчас, правда, эти навыки стали общим достоянием, поэтому «картофелины» постепенно берут реванш над «черепахами». При этом сама жизнь индустрии во многом сводилась к копированию западных решений. Например, Sina – китайский вариант yahoo, и таких примеров очень много. Поэтому Вана Жидонга вряд ли можно назвать китайскими Биллом Гейтсом.

 Однако, какими бы скромными не были китайские предприниматели, у них есть все возможности для стремительного роста. Китайский Билл Гейтс может появиться, только если государство позволит ему расти. До сих пор государство как-будто одновременно желало и опасалось появления такого  сверх-предпринимателя. Недавние штрафы, наложенные государственной сотовой компанией на интернет-порталы за несанкционированные sms-рассылки, могут свидетельствовать о желании правительства немного сдержать рост сетевого бизнеса. Однако китайские предприниматели слишком многому научились, чтобы их можно было сдержать так легко. У Китая, возможно, пока нет своего Билла  Гейтса, но у него есть группа молодых, задиристых и уверенных в себе бизнесменов, смотрящих в будущее без границ. Точно так же, как в США.



3.2 Эволюция китайской модели развития в 11-ой пятилетке.



Утром 8 октября с. г. в Пекине открылся пятый пленум ЦК КПК 16-го созыва, к которому приковано внимание общественности. На пленуме будет рассмотрен план социально-экономического развития страны на ближайшие 5 лет. По сведениям, поступившим до начала работы пленума, в 11-й пятилетке Китай продолжит свою стратегическую линию: «Развитие есть непреложный закон». Одновременно будет подчеркнуто, что во всех сферах необходимо руководствоваться научным взглядом на развитие.
Как считают специалисты, 11-я пятилетка (2006—2010 гг.) является первым пятилетним планом, разработанным после выдвижения китайским руководством концепции научного взгляда на развитие. Он имеет переломное значение в сравнении с предыдущими пятилетними планами. Научное развитие, с точки зрения будущего социально-экономического развития Китая, должно стать «непреложным законом».
На состоявшемся 29 сентября с. г. заседании Политбюро ЦК КПК было подчеркнуто: в ближайшие пять лет надо исходить из того, что человек превыше всего, следует изменить взгляды на развитие, создать новую модель развития, повысить его качество, необходимо обеспечить реализацию «единого планирования в пяти направлениях» (имеется в виду единое планирование развития города и села, регионального развития, развития экономики и социальной сферы, гармоничного развития человека и природы, а также развития внутри страны и открытости для внешнего мира), по-настоящему поставить социально-экономическое развитие на рельсы всестороннего гармоничного и продолжительного развития. Это означает, что в следующем пятилетии научный взгляд на развитие будет всесторонне претворяться в жизнь.
Трансформация экономического роста является одним из центральных звеньев создания в Китае новой модели развития. От чрезмерной привязки к финансовым средствам, природным ресурсам, от ущерба окружающей среды, от обеспечения экономического роста за счет количественного увеличения Китай должен перейти к повышению эффективности и экономическому росту через повышение качества тружеников и техническогопрогресса.
Хотя 11-й пятилетний план будет продолжением предыдущих десяти пятилеток, однако он чрезвычайно важен для будущей модернизации Китая. От того, сможет ли Китай за пять лет (с 2006 г.) поставить социально-экономическое развитие на рельсы научного развития, зависит и то, сможет ли Китай создать в целом общество средней зажиточности, а также сможет ли он осуществить индустриализацию и модернизацию к середине нынешнего века. 
С 1978 по 2004 г. среднегодовой экономический рост Китая, осуществляющего политику реформ и открытости, составил 9,4 процента. В настоящее время он уже вышел на шестое место в мире по масштабам экономики и третье – по объему торговли. Подъем Китая стал горячей темой в нынешнем мире.
Однако старый путь на основе крупных инвестиций, высоких затрат и низкой производительности труда, который обеспечивал экономический рост страны, пройден до конца. В 2004 г. национальный ВВП достиг примерно 4 процентов мирового ВВП, но расходы первичного сырья составили около 12 процентов мирового объема, пресной воды – 15, окиси алюминия –25, проката –28, цемента –50 процентов.

Заведующий Центром по изучению проблем развития при Госсовете КНР Ван Мэнкуй отметил, что 85 процентов населения мира вступили в эпоху индустриализации. Ожидается возникновение острых противоречий в глобальном масштабе между населением, ресурсами и окружающей средой, что бросает серьезный вызов модернизации Китая. Даже если мировой рынок и сможет восполнить дефицит ресурсов в Китае, мы окажемся не в силах преодолеть последствия ущерба, нанесенного окружающей среде.
С 2003 г. проявился перегрев в инвестициях, который в целом вскрыл недостатки старой модели развития. В результате научный взгляд на развитие стал общепризнанным в стране.
 Как отмечают аналитики, в годы 11-й пятилетки слияние китайской и мировой экономик достигнет небывалой широты и глубины. Выбор Китаем модели развития будет оказывать огромное влияние на весь мир. 





























































Глава 4. Россия и Китай в зеркале западной прессы.



К России в западной прессе принято отношение снисходительного и несколько  ленивого снобизма, который бывает, когда человеку «и так все ясно». В лучшем случае в западных журналах увидишь несколько формально правильных, но от этого не менее банальных и избитых сентенций о Ходорковском, о присущих российской власти извечных авторитарных тенденциях, а иногда из идеологических подвалов извлекаются совсем уж затертые рассуждения «третьем Риме» и татаро-монгольском иге. 

   Совсем иное дело – Китай. Его изучают со вниманием, которого заслуживает рождающаяся на глазах сверхдержава. В статьях западных журналистов о Китае мало общих фраз и политических ярлыков, зато много напряженного интереса и конкретного анализа всех аспектов жизни этой, по общему мнению, самой динамично развивающейся страны мира.

  На прошедшей недавно в Лондоне конференции "Leaders in London" с участием таких гуру бизнеса, как Майкл Портер и Джэк Уэлч , почти все участники говорили прежде всего о Китае. А недавно журнал Fortune бросил все свои лучшие силы на создание специального тематического номера, посвященного «китайскому чуду». В создании номера приняли участие все основные эксперты журнала в разных отраслях экономики. В  результате появился интересный и яркий сборник текстов, способный  заставить даже самого далекого от этой темы читателя задуматься о  перспективах Китая и о будущем России в мире, в котором именно Китай все  больше начинает играть роль второго, альтернативного Западу центра.



4.1 Новый НЭП



 Китай обычно рассматривается как один из вариантов «азиатской» модели 

 развития рыночной экономики. Этой модели обычно приписывается большая  авторитарность политической системы и больший патернализм в отношении между работником и работодателем. На первый взгляд, в Китае все так и  есть. Однако при более внимательном рассмотрении выясняются существенные отличия Китая от таких азиатских «тигров» и «драконов», как Япония или Южная Корея. Прежде всего, Китай, не смотря ни на что, остается коммунистической страной, в которой «командные высоты» в экономике остаются за государством. Из этой общеизвестной истины следуют далеко не очевидные выводы. Во-первых, Китай гораздо в большей степени, чем страны типа Японии и Кореи, открыт для иностранных инвестиций, более того, сама китайская модель развития напрямую зависит от постоянно притока иностранного капитала. 

  В Корее и Японии руководители, планировавшие экономическое развитие этих стран, изначально настороженно относились к иностранным инвестициям и старались в первую очередь опекать крупные национальные компании. Во многом эта модель развития сохраняется там и сейчас. Именно индустриальные гиганты вроде Sony и Samsung, a не иностранные инвесторы и не государство,  стали подлинными локомотивами японской или корейской экономик. В Китае все происходило совсем по-другому. 

По понятным причинам, в стране после Мао Цзе Дуна не было собственного крупного частного бизнеса. Не проводя масштабной приватизации и не создавая свои собственные крупные частные компании, Китай с самого начала  модернизации 80-х 90-х годов сделал ставку на привлечение иностранных  инвестиций. Только в прошлом году Китай получил таких инвестиций $54 млрд, больше, чем Япония за весь период после окончания американской оккупации. 

 Иностранный капитал проникает во все жизненно-важные отрасли китайской экономики в объемах, которые были бы совершенно невозможны в Японии и Корее. Большинство успешных китайских компаний получают многомиллирадные инвестиции от своих западных партнеров. 

Примером здесь может служить самая успешная автомобильная компания страны Shanghai Automotive Industry Corp., которой в номере Fortune посвящена  специальная статья. Эта компания регулярно получает помощь от Volkswagen и General Motors. В прошлом китайское правительство требовало, чтобы контрольный пакет акций в совместных предприятиях оставался в руках китайских собственников. Сейчас эти требования сняты в большинстве отраслей (за важным исключением автомобильной промышленности), и компании, полностью принадлежащие иностранному капиталу, постепенно становятся для Китая нормой.

Другая особенность китайской модели развития – сохранение ключевых 

предприятий в государственной собственности. Система государственных 

банков, контролирующая примерно 90% кредитных ресурсов, гораздо с большей  готовностью выдает кредиты государственным компаниям, чем их частным конкурентам. Все это предотвращает формирование независимого крупного частного бизнеса. 

Заметим, что хотя в Китае большая часть собственности принадлежит государству, в стране нет четкого централизованного планирования (это 

отличие между китайской модели социализма от советской восходит еще к 

временам Мао Цзе Дуна). Большинство экономических вопросов решаются на местах, в местных партийных комитетах. В крупных китайских компаниях контрольные пакеты акций тоже обычно принадлежат государственным и общественным институтам разного уровня (главным образом, центральному или провинциальным правительствам). И иногда чиновники соглашаются играть пассивную роль, предоставляя менеджменту управлять фирмой относительно независимо. 

Но в целом китайские менеджеры вынуждены уделять больше времени  налаживанию отношений с местным партийным начальством, чем созданию долгосрочных стратегических планов для своих предприятий. В результате китайский бизнес оказывается в неустранимой зависимости от западных технологий и капитала. Один из американских менеджеров в Китае Джордж Гилбой утверждает, что Америке не стоит бояться китайской конкуренции, поскольку Китай вошел в мировую экономику на условиях, вполне устраивающих западные страны. Его роль в ближайшем будущем останется ролью «мастерской мира», получающей технологии и капитал  с Запада. 

Несколько иной взгляд на проблемы китайской модели развития предлагает финансовый директор Wimm-Bill-Dann Владимир Преображенский. По его мнению, особенности во многом объясняются не какой-то особой китайской спецификой, а тем фактом, что Китай – это страна с огромным деревенским населением. И политическая система, и некоторые аспекты экономической модели адекватно соответствуют этому факту. Сознание большинства китайцев не модернизировано. В тех местах, где модернизация идет быстрее, начинают идти те же процессы, которые уже давно стали нормой в Европе или Америке. Например, в Шанхае рождаемость практически сравнялась со смертностью. И причина здесь не в государственном ограничении рождаемости, а в изменении типа сознания и социального статуса городского населения. 

Что касается слабых сторон китайской модели, то, по мнению Преображенского, это, прежде всего: а) «дыра» в банковском балансе, которая три года назад оценивалась в полтриллиона долларов.  б)Недофинансирование государственной системы пенсионного страхования достигает примерно таких  же величин. Заметим, что неэффективность китайской финансовой системы отмечает большинство аналитиков. В) неравномерность развития регионов. Китайское  правительство хорошо осознает эти проблемы и стремится предотвратить развитие ситуации в опасном направлении. Ну а наличие в Китае огромного  количества трудолюбивых людей, стремящихся улучшить свою жизнь, является главным условием динамизма и успеха «китайского чуда».



4.2 Характерные черты модели, сильные и слабые стороны модели.



Можно выделить следующие характерные черты подобной модели: 

началом рыночной реформы является установление динамического равновесия на потребительском рынке, причем не столько с помощью более гибкой системы цен, сколько благодаря быстрому росту производства продовольственных и прочих потребительских товаров и насыщению ими рынка (за счет увеличения вложений в эту сферу, в том числе и за счет уменьшения вложений в тяжелую промышленность); 



существует своеобразная последовательность в формировании рыночной экономики: в первую очередь рыночные отношения охватывают сферу потребительского производства и сбыта, начиная с сельского хозяйства; затем они распределяются в сферу производства средств производства; 





либерализация цен выступает как последующий этап реформы;



параллельно сохраняется с той или иной степенью жесткости политика блокирования инфляции, значительного роста цен; 



активно формируется рыночная инфраструктура, включая и частное предпринимательство.



Сильные и слабые стороны модели.



По мнению ведущих экспертов, наиболее сильными сторонами модели социально-экономического развития Китая являются: 

  ориентация на стратегические, долгосрочные цели развития; 

  способность решать крупномасштабные проблемы; 

  высокая степень учета объективных условий страны, умелое использование ее сравнительных преимуществ; 

  неплохая адаптируемость к изменению внутренних и внешних условий функционирования. 

К числу недостатков данной модели следует отнести: 

  тяготение к односторонней погоне за темпами роста экономики в ущерб сбалансированности; 

  слабую опору на научно-технический прогресс в экономическом развитии; 

  половинчатость многократных попыток совершенствования структуры народного хозяйства, порождаемую незавершенностью перехода к рынку; 

  гетерогенность, противоречивость экономической системы. 







































Глава 5. Шарашкина модель.



Что нравится крепким хозяйственникам, патриотам и истинным сыновьям Отечества в Китае? Наверное то, что 80 процентов китайцев составляет сельское население, средняя зарплата не достигает даже 100 долларов, а главной мечтой китайца является приглашение из-за границы, чтобы получить паспорт и открыть дело в любой точке земного шара. Приглашение необходимо, потому что паспорт в Китае, как прежде и у нас, так просто не дадут. 

Однако став за границей преуспевающим бизнесменом, он будет вкладывать деньги в экономику Китая. И во многом благодаря этому, китайцы не голодают, ездят по хайвэям с трехуровневыми развязками, строят небоскребы, развивают производство внутри страны и торговлю со всеми странами мира. 

Россияне не могут сказать о себе того же самого, но они не могут также отказаться от свободы выезда, свободы слова и многого другого, чего нет и что неизвестно в Китае. При этом наш опыт показывает, что в России, как и в других странах иудео-христианской цивилизации, отказ от этих свобод вовсе не приводит к блестящим экономическим результатам, наоборот, только научившись пользоваться этими свободами, европейские нации достигают экономического расцвета. В истории нашей цивилизации сначала отнимали свободу слова, а потом начинался голод. Связь здесь прямая и очевидная. В Китае же вообще вне христианской ойкумены, эта связь не обратная. Ее просто нет. 

Поэтому и нет для нас никакой китайской модели. 

Кстати, Тайвань невозможно назвать демократической страной. Высокий экономический уровень его развития сочетается с режимом, которому, строго говоря, нельзя подбирать название из западного политического словаря. Полагаем, что и японская политическая система, не говоря уже о южнокорейской, сингапурской имеет ряд черт, просто несопоставимых с западными нормами и ценностями. Это иное. И Китай со своими парткомами вовсе не выбивается из общего ряда. 

Повторим еще раз: Китай не является и не может являться образцом для подражания. В этих заметках мы хотим лишь поделиться наблюдениями, впечатлениями и некоторыми соображениями о жизни нашего соседа. И поэтому, вновь повторив, что нет никакой применимой к России китайской модели, назовем те ее черты, в оценке которых сходятся мнения ведущих российских специалистов. 

Несмотря на то, что сложившаяся в 80-90-е годы модель социально-экономического развития Китая далека от оптимальной, ее по многим общепризнанным в мире критериям следует признать достаточно результативной. 

Китайская провинция Шаньдун, особенно ее северная часть, в дельте реки Хуанхэ, - это одна из наиболее динамично развивающихся провинций Китая. Если ехать на машине из Пекина через Тяньцзинь и потом провинцию Чжэцзян, то разница между пейзажем за окном, когда переезжаешь через границу Чжэцзяна и Шаньдуна, чувствуется сразу. Север Шаньдуна - благодатный край, который можно сравнить с российской Кубанью. Здесь снимают по три урожая зерновых в год, здесь вдоль дороги сплошные сады, где выращивают фрукты огромных размеров, а шоссе это современные платные хайвэи. И это при том, что это место - глухая провинция. Но очень быстро и успешно развивающаяся. 

Разумеется, крестьяне, как и везде в стране, одеты бедно, однако масштабы и ассортимент того, что производится в этом районе, просто поражает. 

В дельте реки Хуанхэ, несущей из внутренних районов Китая гигантское количество песка, создано огромное рыбное хозяйство, через которое нужно ехать не один час. Причем все эти дамбы, пруды, где разводят карпов, креветок таких размеров, что на большой тарелке их умещается не более двух, и другую живность, появились на том месте, где раньше было море. 

А кроме того, север Шаньдуна - это один самых больших центров кожевенного производства. Именно здесь шьют те самые куртки, которые затем привозятся в Россию. Но здесь производят и продукцию, экспортирующуюся в Южную Корею, Японию, США и Западную Европу, - те же куртки или просто кожу. Здесь же делают полотенца, которые у нас в Подмосковье продают в деревнях, где ими увешаны все плетни, отчего пейзаж вдоль подмосковных дорог становится просто неузнаваем. Здесь же производится посуда из дешевого фарфора и фаянса, для которого используются мелкие ракушки, в изобилии лежащие на берегу Желтого моря. И конечно, нельзя забывать о том, что этот район Шаньдуна - родина китайской крепкой водки, чем так гордятся местные жители. 

Нужно сказать, что они разительно отличаются от остальных китайцев, в связи с чем тоже вспоминается Кубань. Можно сказать, что шаньдунцы - это китайские казаки. Они выше среднего для Китая роста, плотнее, шире в лице, среди них немало даже толстых, что для Китая в принципе нехарактерно. Но самое главное - это характер, широта, энергичность, особенная деловая хватка и, разумеется, гостеприимство. Не говоря уже о стремлении пустить пыль в глаза, мол, знай наших. Здесь носятся на машинах с бешеной скоростью, а руководство, когда выпьет, может лично сесть за руль служебной машины, чтобы прокатить с ветерком дорогого гостя. Здесь пьют неимоверное количество крепкой водки, а авторитет измеряется способностью выпить не пьянея - чем выше начальник, тем больше он способен выпить. Здесь едят неимоверное количество самой разнообразной еды, испытывая гордость от сознания того, что она произведена именно в Шаньдуне. Поэтому главного начальника определить достаточно просто - в большинстве случаев он физически самый большой и толстый. 

Вот отсюда и происходит товарищ Ван, Ван Баочжу, выпускник ПТУ (по-нашему) города Бинчжоу, а ныне бизнесмен неполных сорока лет, постоянно разъезжающий по стране и миру, следящий за состоянием дел на мировых рынках. И за политикой тоже. Обострение отношений с США может породить массу проблем для его бизнеса, потому что его заводы производят по технологии, закупленной в Южной Корее полуфабрикат из кож, закупленных в США. А на фабрике его брата шьют куртки, которые продаются все в той же Америке, а также в Японии, Южной Корее. В Россию везут куртки иного качества. 

Как только американские ракеты упали на китайское посольство в Белграде, он вылетел в Харбин, чтобы изучить вопрос о переводе своей фабрики на отечественное сырье. Потому что товарищ Ван думает о будущем до того, как оно наступило. Поговорка о мужике и уже прогремевшем громе непонятна китайскому народу. 

Уже пять лет тому назад у него была хорошая машина с шофером, он практически не считал деньги, что нечасто среди китайцев, он построил новый дом для своей семьи и семьи своего старшего брата, работавшего его заместителем. В этом доме были каменные ворота, на которых красовалась выложенная из смальты надпись «зажиточная семья», за ними - панно с золотыми рыбками, двор и большой, хотя и одноэтажный дом. Удобства - во дворе. Что самое интересное, в доме (как уже говорилось, пол, потолок, стены - все цемент) было помещение, где стояла ванна, но там же стояла и плита, а крана над ванной не было. Поэтому, честно говоря, так и осталось непонятным, для чего это помещение было предназначено. Во время визита в ванне разделывали и готовили рыбу. 

Сейчас он существенно улучшил условия жизни, переехав из дома в городскую квартиру по соседству, уже ничем не отличающуюся от квартиры какого-нибудь нового русского. И там уже ванна и туалет вполне функциональны. 

Он товарищ, а не господин, потому что член КПК. В местной иерархии он занимает позицию неформального лидера, по его собственным словам, отказывающегося от постов в партийных органах, чтобы не потерять свободу. Это свобода передвижения, некоторых человеческих слабостей, но и свобода от участия в ритуальных партийных актах. В конечном счете, свобода образа жизни. В партию тем не менее пришлось вступить. 

Товарищ Ван весьма озабочен развитием торговых отношений с Россией и Москвой. Но именно торговых. Открыть в нашей стране фабрику невозможно по двум причинам. Во-первых, потому что налоговое, да и не только налоговое законодательство делает невыгодными инвестиции в производство. А во-вторых, потому что в России, по его оценке, нет квалифицированной рабочей силы, способной к освоению той технологии, которую он использует. 

Мы промолчали потому, что видели, как организована работа у него на фабрике. Мы были там на пересменке, которую проводила полиция, охраняющая его частный завод. Товарищ Ван просто не замечает, насколько тесно он связан с властью. Для него слишком привычно, что рабочие ходят на работу и с работы под конвоем, а развод на работу осуществляют не мастера, а полицейские. 

Китайская модель в России, конечно, возможна и даже уже опробована. Шарашка это. 

И придется признать, что китайцев от этого не отучишь. Они будут жить так, как живут. Но при этом мы - русские, европейцы, все те, кто относит себя к иудео-христианской цивилизации, - должны отдавать себе отчет в том, что порядок в этом мире обеспечивается путем соблюдения вполне определенных, а именно наших, норм в отношениях друг с другом. 

Сейчас, в конце XX столетия очевидно, что слова Владимира Соловьева о том, что весь мир должен быть европейским, вовсе не являются обоснованием империализма. Это даже не утверждение мирового лидерства христианских стран, а понимание того, что в основу миропорядка могут быть положены лишь принципы, выработанные в иудео-христианской парадигме. Нечто подобное говорилось и Ортегой-и-Гассетом, который полагал, что европейские нормы международных отношений, может быть, не самые лучшие, но пока других нет. 

Китай не ставит под сомнения эти принципы. Но он иной. Эти принципы для него имеют внешний характер, они не имманентны китайской цивилизации. Ведь все то, что считается национальным подъемом и борьбой против колониализма, на самом деле явилось победой поганой империалистической цивилизации. Колонии и полуколонии вроде Китая потребовали, чтобы на них были распространены те нормы отношений, которые были приняты в отношенияъ между европейским нациями. Нормы белого человека. 

И у китайской цивилизации, в отличие от иудео-христианской, не было и нет внутренних источников развития. Именно поэтому Китай не может предложить миру никакой модели развития Только демонстрационный эффект Запада, активно навязывавшего и таки навязавшего свое побуждал китайский и не только китайский народ к изменениям. 

Китай не знает истории в нашем понимании этого слова. Китайцы не являются нацией, поскольку у них нет гражданского общества. Для них это норма. Это не делает их не хуже и не лучше нас, это делает их иными. 

Что же касается России, то время подтвердило правоту Вл. Соловьева, сто лет тому назад утверждавшего, что России, чтобы остаться Россией, надо быть более европейской, чем Европа. 





















Заключение.





	По совокупному производственному потенциалу Китай занимает 7-е место посла США, Японии, ФРГ, Франции, Италии и Англии. По размеру валютных резервов (150 млрд. $) страна уступает только Японии. КНР лидирует в мировом хозяйстве по выплавке стали, выпуску цветных телевизоров, добыче угля, занимает 2-е место по производству электроэнергии. Сборы зерна за 20 лет возросли почти в 2 раза, производство мяса – в 6 раз, рыбы и морепродуктов – в 7 раз.

	Тенденции развития китайской экономики проявляются в следующем: масштабы и структура хозяйства отдают приоритет импортозамещению и экспортной ориентации экономики. Руководство Китая делает ставку на эволюционные методы реформирования, гибкое балансирование интересов различных групп. Стабильность в обществе поддерживает государственный контроль. Следуя из вышеуказанного можно утверждать, что:

Китайская модель перехода к рыночной экономике достаточно успешна;

"Реформы в Китае растянуты во времени, социально ориентированы и направлены на строительство "социализма с китайской спецификой»;

Китай в течение уже четверти века устойчиво демонстрирует невиданную динамику социально-экономического развития. Валовой внутренний продукт КНР сейчас в 7-8 раз превышает показатели 1980 года!

Необходимо анализировать и творчески применять элементы преобразований, доказавших эффективность в других странах. Вместе с тем Россия должна идти собственным путем, учитывающим исторические традиции, менталитет, социально- экономическую специфику. 

Касаясь военно-технического сотрудничества между Россией и Китаем ,то оно ведется на взаимовыгодной основе, являясь важным подспорьем для развития отечественного оборонно- промышленного комплекса, осуществлется строго в рамках международных обязательств России и не направленно против третьих стран. 





	

Конечно, нельзя утверждать, что методы, приведшие Китай к такому бурному и стабильному росту, будут действовать и в России, но, тем не менее, определённый опыт для России из экономики Китая можно извлечь.




Библиографический список:



«Тайна китайского экономического чуда». Бюллетень по проблемам экономической и социальной политики от 25.01.2002 г.

Кудрев В.М. Мир экономики. – М., 2000г.

	Мировая экономика: Вопросы и ответы. 2-е изд. / под ред. П.В. Сергеев. – М.: Юриспруденция, 2000.

	Мировая экономика: Краткий курс лекций./под ред. В.П.Воронина. – М.: Юрайт-М, 2001.

	Мировая экономика: Учебник / Под ред. Проф. А.С. Булатова. – М.: Юристъ, 2002.

	Россия в мировой экономике: Учебник / под ред. В.Д.Андрианова. – М.: ВЛАДОС, 1998.

Семенов К.А. Международные экономические отношения. – М., 1999г.

Семин Н.Ф., Семин Р.Н. Основы мировой экономики. – М., 2000г.

	Социально – экономическая география зарубежного мира. / Под ред. В.В.Вольского. – М.: КОРН – ПРЕСС , 1998.

Тажельдинов К. Экономика Китая. Современные аспекты. – М., 2001 г.

У Сяоцю. Китай привык опираться только на собственные силы.//Газета «Республика», №242 от 02.10.1998 г.

Халевинская Е., Крезе И. Мировая экономика. – М., 2000г.

Юксаков В. Лидеры мировой экономики. – М., 1998 г.



Интернет:

http://www.e-xecutive.ru/print/publications/aspects/article_2623.html

http://www.hse.ru/news/echo_msk/20000615.html

http://www.znanie-sila.ru/online/issue2print_1421.html

http://www.russian.people.com.cn/31521/3243619.html

http://www.bashedu.ru/konkurs/luzina/RUS/list 5_1_3.html

http://www.gazeta.lenta.ru/society/27-07-1999_china_Printed.html







2