Инфляция

Инфляция как многофакторный процесс

		  

Что такое инфляция?     Инфляция – это обесценивание денег, снижение их 

покупательной способности. Обычно инфляция имеет в своей основе не одну, а несколько взаимосвязанных причин, и проявляется она не только в повышении цен. Наряду с открытой, ценовой имеет место скрытая, или подавленная, инфляция, проявляющаяся прежде всего в дефиците, ухудшении качества товаров.

Не всякое повышение цен служит показателем инфляции. Цены могут повышаться в силу улучшения качества продукции, ухудшении условий добычи топливно-сырьевых ресурсов, изменения общественных потребностей. Но это будет не инфляционный, а в определенной мере логичный, оправданный рост цен на отдельные товары.

Например, переход на выпуск новых модификаций автомобилей с экономичным дизельным двигателем, соответствующим международным стандартам, очевидно, приведет к повышению отпускной цены: более совершенная и качественная продукция требует больших затрат и ценится выше. В то же время систематический рост цен на серийно производимые автомобили одной и той же модели без каких-либо улучшений, а нередко и с ухудшением отделки и понижением надежности в эксплуатации носит ярко выраженный инфляционный характер.

Существует и несколько иной взгляд на природу инфляции, что вполне естественно, ибо инфляция представляет собой чрезвычайно сложный, противоречивый, не вполне изученный процесс. Как считают некоторые экономисты, под инфляцией следует понимать повышение общего уровня цен в экономике. Исходя из данной точки зрения, П. Хейне писал, что не следует забывать: изменяются цены не только товаров, но и измерителей их ценности, т.е. денег. Инфляция – это не увеличение размера предметов, а уменьшение длины линейки, которой мы пользуемся. Он обращает внимание на то, что в условиях натурального обмена (при отсутствии денег) мы никоем образом не столкнулись бы с инфляцией, одновременное повышение всех цен было бы логически невозможно.

Бесспорно одно: падение покупательной способности денег и повышение цен теснейшим образом взаимосвязаны. Инфляция – это снижение покупательной силы денег и, можно сказать, это повышение денежных цен на блага. В буквальном переводе с латинского инфляция означает «вздутие», т.е. переполнение каналов обращения избыточными бумажными деньгами, не обеспеченными соответствующим ростом товарной массы.



Причины инфляции     Причины инфляции многообразны. Обычно в основе     инфляции лежит несоответствие денежного спроса и товарной массы, т.е. спрос на товары и услуги превышает размеры товарооборота, что создает условия для того, чтобы производители и поставщики поднимали цены независимо от уровня издержек. Диспропорции между спросом и предложением, превышение доходов над потребительскими расходами могут порождаться дефицитом госбюджета (расходы государства превышают доходы), чрезмерным инвестированием (объем инвестиций превышает возможности экономики), опережающим ростом заработной платы по сравнению с ростом производства и производительности труда, произвольным установлением государственных цен, вызывающим перекосы в величине и структуре спроса, другими факторами.



Внешние причины инфляции     Причины возникновения инфляции могут быть как внешние, так и внутренние. К внешним причинам относятся, в частности, сокращение поступлений от внешней торговли, отрицательное сальдо внешнеторгового и платежного балансов. Инфляционный процесс в нашей стране усиливало падение цен на мировом рынке на топливо и цветные металлы, составляющие важную статью отечественного экспорта, а также неблагоприятная конъюнктура на зерновом рынке в условиях значительного импорта зерновых. В Венгрии, экономика которой в большой мере зависит от состояния внешнеэкономических связей, именно внешний фактор (ухудшение условий международной торговли, увеличение внешнего долга) играл едва ли не определяющую роль в усилении инфляционных процессов. При этом политика наращивания экспорта и сдерживания импорта снижала насыщенность внутреннего рынка и (при неизменном спросе) порождала рост внутренних, оптовых и потребительских цен.



Внутренние причины инфляции     Инфляционный рост цен наряду с отмеченными факторами обуславливается глубокими причинами, имеющими основополагающий характер. Рассмотрим их на примере России.

Одним из истоков инфляционных процессов служит деформация народнохозяйственной структуры, выражающаяся в существенном отставании отраслей потребительского сектора при явно гипертрофированном развитии отраслей тяжелой индустрии, особенно военного машиностроения. 

Неспособность преодолеть инфляцию порождается несовершенством хозяйственного механизма. В условиях централизованной экономики практически отсутствовала обратная связь, не было эффективных экономических рычагов, которые способны регулировать соотношение между денежной и товарной массой, что касается административных ограничителей, то они «работали» недостаточно эффективно. В системе финансового планирования определяющую роль играл Госплан, а не Министерство финансов и не Госбанк, которые «работали» под него, подкрепляя плановые задания финансовыми и денежными ресурсами без каких-либо ограничений.

Чтобы поддержать темпы, постоянно наращивались капиталовложения. В результате сдерживался рост потребления, эффективность капиталовложений снижалась, что отрицательно сказывалось на экономическом росте и текущем производстве. Средств на новую технологию не хватало, а непрерывные приросты фонда накопления не давали желаемого результата.

Противоречия и дефициты обуславливали потребность все в больших средствах, а финансовые и бюджетные ограничители были слабы или практически отсутствовали. Несбалансированность имела место не только на потребительском рынке. Ее основа – это нарастающие диспропорции в самом производстве, углубление материально-финансового неравновесия, недочеты в системе планирования, в механизме денежного обращения, в отсутствии антиинфляционного регулирования.



Инфляция спроса и инфляция издержек     Рассматривая причины инфляции, экономисты проводят различие между двумя ее видами: инфляцией покупателей (инфляцией спроса) и инфляцией продавцов (инфляция издержек). В сущности, это две, как правило, взаимосвязанные, но неравнозначные причины инфляции: одна – со стороны спроса (избыток денежных средств у покупателей), другая – со стороны предложения (рост производственных издержек).

Что такое инфляция спроса? Это вид инфляции, порождаемый избытком совокупного спроса, за которым по тем или иным причинам не успевает производство. Избыточный спрос приводит к взлету цен. Этот феномен иногда можно охарактеризовать таким образом: слишком много денег охотится за слишком малым количеством товаров. Подобная характеристика на внутреннем рынке нашей страны была характерна для 70-80-х. гг.

В условиях рыночной экономики рост цен создает возможности для прибылей. Предприниматели расширяют производство, привлекают дополнительную рабочую силу. Давление безработицы в результате этого падает, что способствует повышению заработной платы, а, следовательно, дальнейшему повышению спроса и росту цен. Между инфляцией и безработицей существует обратная связь.

 Традиционно изменения в уровне цен объясняются избыточным совокупным спросом. Экономика может попытаться тратить больше, чем она способна производить, она может стремиться к какой-то точке, находящейся вне кривой своих производственных возможностей. Производственный сектор не в состоянии ответить на этот избыточный спрос увеличением реального объема продукции, потому что все имеющиеся ресурсы уже полностью использованы. Поэтому этот избыточный спрос приводит к завышенный спрос на постоянный реальный объем продукции и вызывает инфляцию спроса. 

На соотношения между совокупным спросом, с одной стороны, и объемом производства, занятостью и уровнем цен – с другой, сложнее тех, которые имеет в виду этот лаконичный комментарий. Рисунок помогает объяснить эти сложности.

На первом отрезке общие расходы, т.е. сумма потребления, инвестиций, правительственных расходов и чистого экспорта, до такой степени низки, что объем национального продукта сильно отстает от максимального уровня при сильной занятости. Другими словами, существует значительное отставание реального объема ВНП. Уровень безработицы высок, а большая доля производственных мощностей предприятия бездействует. Теперь предположим, что совокупный спрос повысится. Тогда объем производства увеличится, уровень безработицы снизится, а уровень цен возрастет незначительно или вовсе не изменится. Это объясняется тем, что существует огромное количество бездействующих трудовых и материальных ресурсов, которые можно ввести в действие при существующих на них ценах. Безработный не просит увеличить заработную плату, когда нанимается на работу. Повышение цен обычно не влияет на увеличение спроса, потому что предложение представляет собой горизонтальную линию. Увеличение трудовых и других ресурсов возможно потому, что имеются бездействующие ресурсы, и дополнительное производство приносит выгоду. В результате существенно увеличивается объем продукции, а цены не повышаются.

По мере того, как спрос продолжает расти, экономика вступает во второй отрезок, приближаясь к полной занятости и более полному использованию имеющихся ресурсов. Но отметим, что уровень цен может начать повышаться до того, как будет достигнута полная занятость. Почему? Потому что по мере расширения производства запасы бездействующих ресурсов не исчезают одновременно во всех секторах экономики и во всех отраслях промышленности. В некоторых отраслях промышленности начинают образовываться узкие места, хотя у большинства отраслей есть избыточные производственные мощности. Некоторые отрасли промышленности раньше других полностью используют свои производственные мощности и не могут отвечать на дальнейшее увеличение спроса на свои товары увеличением предложения. Поэтому цены на них растут. По мере увеличения спроса на рынке рабочей силы некоторые категории частичных работников начинают использоваться полностью, и их зарплата в денежном выражении повышается. В результате увеличиваются производственные издержки и фирмы вынуждены повышать цены. Сужение рынков рабочей силы расширяет возможности профсоюзов при заключении коллективных договоров и помогает им добиваться значительного увеличения зарплаты. Фирмы готовы уступать требованиям профсоюзов о повышении зарплаты, потому что не хотят забастовок, особенно в то время, когда экономика вступает на путь все большего и большего процветания. Кроме того, при увеличении общих расходов более высокие издержки можно легко возложить на потребителя, подняв цены. Наконец, когда достигнута полная занятость, фирмы вынуждены нанимать менее квалифицированных (менее продуктивных) работников, что приводит к росту издержек и цен. Инфляцию, возникающую во втором отрезке, иногда называют «преждевременной», потому что она начинается до появления полной занятости в стране.

Когда общие расходы достигают третьего отрезка, полная занятость распространяется на все секторы экономики. Все отрасли промышленности не могут отвечать на увеличение спроса увеличением объема продукции. Реальный объем национального продукта достиг своего максимума, и дальнейшее увеличение спроса ведет к инфляции. Совокупный спрос, превышающий производственные возможности общества, вызывает повышение уровня цен.

Другой вид инфляции – инфляция издержек. В этом случае механизм инфляции начинает раскручиваться в силу того, что растут издержки. Возможны два исходных момента: издержки начинают расти в результате повышения заработков (давление профсоюзов, требования рабочих) или в силу удорожания сырья и топлива (рост импортных цен, изменение условий добычи, повышение транспортных расходов и т.п.).

Совокупный спрос на рынке не становится избыточным, но предложение товаров сокращается под влиянием роста издержек производства. В свою очередь, это ведет к повышению цен, затем – к новому витку инфляции. В данном случае не спрос, а издержки (и сокращение выпуска и предложения) служат толчком к инфляции. 

В последние годы было несколько периодов, когда уровень цен возрос, несмотря на то, что совокупный спрос не был избыточным. У нас были периоды, когда и объем продукции, и занятость (свидетельство недостаточности совокупного спроса) уменьшались при одновременном увеличении общего уровня цен.

Теория инфляции, обусловленной ростом издержек, объясняет рост цен такими факторами, которые приводят к увеличению издержек на единицу продукции. Издержки на единицу продукции – это средние издержки при данном объеме производства. Такие издержки можно получить, разделив общие затраты на ресурсы на общее количество произведенной продукции. 

Повышение издержек на единицу продукции в экономике сокращает прибыли и объем продукции, который фирмы готовы предложить при существующем уровне цен. Следовательно, по этой схеме издержки, а не спрос взвинчивает цены, как это происходит при инфляции спроса.

Два самых важных источника инфляции, обусловленной ростом издержек, - это увеличение номинальной зарплаты и цен на сырье и энергию.

Инфляция, вызванная повышением зарплаты, является разновидностью инфляции, обусловленной ростом издержек. При определенных обстоятельствах источником инфляции могут стать профсоюзы. Это объясняется тем, что они в какой-то степени осуществляют контроль над номинальной зарплатой посредством коллективных договоров. Предположим, что крупные профсоюзы потребуют и добьются большого повышения зарплаты. Более того, предположим, что этим повышением они установят новый стандарт зарплаты рабочих, которые не являются членами профсоюзов. Если повышение зарплаты в масштабе всей страны не уравновешивается какими-либо противодействующими факторами, такими, как увеличение объема выпускаемой за один час продукции, то увеличатся издержки на единицу продукции. Производители ответят на это сокращением производства товаров и услуг, выбрасываемых на рынок. При неизменном спросе это уменьшение предложения приведет к повышению уровня цен. Поскольку виновником является чрезмерное повышение номинальной заработной платы, этот тип инфляции называется инфляцией, вызванной повышением зарплаты, которая представляет собой разновидность инфляции, обусловленной ростом издержек.

Другая основная разновидность инфляции, обусловленной ростом издержек, обычно называется инфляцией, вызванной нарушением механизма предложения. Она является следствием увеличения издержек производства, а следовательно, и цен, которое связано с внезапным, непредвиденным увеличением стоимости сырья или затрат на энергию. Убедительным примером служит повышение цен на импортируемую нефть в 1973-1974 гг. и в 1979-1980 гг. Поскольку за это время цены на энергию возросли, увеличились также издержки производства и транспортировки всей продукции в экономике. Это привело к быстрому росту инфляции, обусловленной увеличением издержек.

Другая основная разновидность инфляции, обусловленной ростом издержек, обычно называется инфляцией, вызванной нарушением механизма предложения. Она является следствием увеличения издержек производства, а следовательно, и цен, которое связано с внезапным, непредвиденным увеличением стоимости сырья или затрат на энергию. Убедительным примером служит значительное повышение цен на импортируемую нефть в 1973-1974 гг. и в 1979-1980 гг. Поскольку за это время цены  на энергию возросли, увеличились также издержки производства и транспортировки всей продукции в экономике. Это привело к быстрому росту инфляции, обусловленной увеличением издержек.

В условиях сдержанной инфляции (что типично для большинства индустриально развитых стран Запада) инфляция издержек способна к саморегулированию. Если растут расходы, повышаются цены, то производство и предложение товаров постепенно сокращаются, что, в конечном счете, может привести к некоторому сдерживанию роста издержек. Вообще для западных стран характерны сравнительно невысокие темпы инфляции. После некоторого повышения темпов инфляционного роста цен во второй половине 70-х – начале 80-х гг., когда они в ряде стран достигли двухзначной цифры, прошло их снижение. В таблице приведены среднегодовые темпы инфляции в индустриально развитых странах.



 Индексы потребительских цен, % к предшествовавшему периоду (году)



страны

1977-1986

 1987-1993

      1994

    1995

     1996

США

     6,8

      4,0

       2,6

      3,0

      3,2

Япония

     3,8

      1,7

       0,7

     -0,2

      0,1

другие индустриально

развитые страны 



     7,6



      4,4

    

       1,2



     2,7



      2,4





В отдельные периоды (ФРГ – 1986 г., Япония – 1987 и 1995 гг.) наблюдалось даже некоторое снижение потребительских цен. По прогнозу темпы инфляции в индустриально развитых странах в ближайшие годы сохранятся на уровне 2,5-3% (в среднем). Иная картина наблюдается в развивающихся странах, где среднегодовой темп инфляции, как правило, удерживается на уровне 8-12%. В Колумбии, в Перу, Боливии темпы инфляции достигали сотен и тысяч процентов.

 

Измерение и показатели инфляции     Показатели инфляции призваны дать количественную оценку инфляционных процессов. Одним из широко используемых показателей служат индексы цен, в том числе индексы цен в потребительском секторе экономики.

Индексы цен – это относительные показатели, характеризующие соотношение цен во времени. Они рассчитываются по разным методикам: обычно цены базисного года принимаются за 100, а цены последующих лет пересчитываются по отношению к базисному году. Так, если средняя цена бензина в базисном 1993 г. составляла 54 тыс. руб. за тонну, то индекс цен на базис равен:

                                   162 000: 54 000*100%=300%,

т.е. средняя цена в отчетном году по отношению к базисному выросла в 3 раза.

Применяемые для расчета индексов цен методики зачастую не в полной мере отражают реальную динамику цен и соответственно темпы инфляции. Индексы розничных цен, рассчитывывавшиеся в нашей стране до 1989 г., отражали изменения прейскурантных, а не реальных (наблюдаемых) цен. Они практически не  учитывали открытого повышения цен вымывания дешевых товаров, слабо отражали сезонные колебания цен, игнорировали влияние цен свободного рынка.

В настоящее время методика исчисления розничных и оптовых цен пересмотрена. Увеличено количество товарных групп для регистрации цен, вносятся коррективы в связи с изменениями ассортимента, сдвигами в структуре производства, в индексах цен находят отражение изменения в качестве продукции.

С 1996 г. в России вводится ежеквартальное исчисление дефлятора ВВП. Дефлятор – индекс цен, используемый для определения реального объема ВВП и соответствующей корректировки экономической политики.

Показателями инфляции могут служить и другие данные. Например, в России определяются индексы розничных цен на отдельные виды товаров (по 70 наименованиям) в различных городах (в 132 городах); индексы розничных цен набора из важнейших видов продуктов питания. Необходимо учитывать размеры и динамику выпуска денег: в 1995 г. денежная эмиссия в 30 раз превысила соответствующий показатель 1992 г.

В качестве косвенного показателя уровня цен инфляции используются данные об отношении товарных запасов к сумме денежных вкладов населения: сокращение запасов и рост вкладов свидетельствуют о повышении степени инфляционного напряжения. Данные о превышении доходов населения над расходами в процентах к доходам также могут характеризовать уровень инфляции. Если расходы растут быстрее или даже одинаково с ценами, это свидетельствует об опасности раскручивания инфляционной спирали.



Основные типы инфляции     В зависимости от характера инфляции и темпов нарастания инфляционных процессов различают следующие типы инфляции:

Ползучая инфляция, для которой характерны относительно невысокие темпы роста цен, примерно до 10 или несколько больше процентов в год. Такого рода инфляция присуща большинству стран с развитой рыночной экономикой, и она не представляется чем-то необычным. Данные 70-е, 80-е и начало 90-х гг. по США, Японии и западноевропейским странам, как раз и говорят о наличии ползучей инфляции. Средний уровень инфляции по странам Европейского союза составил за последние годы (1994-1996 гг.) около 3%.

Галопирующая инфляция в отличие от ползучей трудноуправляемая. Темп ее роста, как правило, выражается двухзначными цифрами. Такие высокие темпы в 80-х гг. наблюдались, к примеру, в ряде стран Латинской Америки, некоторых странах Южной Азии. По данным Госкомстата России, индекс потребительских цен в нашей стране в 1992 г. до 2610%. Высокий и неравномерный рост цен сохранялся и в последующие годы (1993-1995 гг.).

Галопирующий рост цен не имеет строго обозначенных количественных параметров. Инфляционные процессы проявляют себя неодинаково в странах с различным уровнем развития, разной социально-экономической структурой, с несхожим механизмом регулирования ценовых процессов. В послевоенный период капитализм пережил две большие волны инфляции: при переходе от военной экономики к экономике рыночного типа (1945-1952 гг.) и под воздействием «нефтяных шоков», резко перетряхнувших всю структуру мировых и внутренних цен (1974-1981 гг.). Но западным странам удалось утихомирить инфляционные процессы, используя различные методы антиинфляционного регулирования. Для небольших стран, например Швеции, важно было избежать «импортируемой инфляции», для чего использовалось повышение курса национальной валюты. Другие страны, например США, ФРГ, прибегали к методам сдерживания инфляции посредством денежно-кредитной финансовой политики.

Наибольшую опасность представляет гиперинфляция. Ее условный рубеж -  ежемесячный (в течение 3-4 месяцев) рост цен свыше 50%, а годовой выражается четырехзначными цифрами. Особенность гиперинфляции состоит в том, что она становится практически неуправляемой; обычные функциональные взаимосвязи и привычные рычаги управления ценами не действуют. На полную мощность работает печатный станок, развивается бешеная спекуляция. Производство дезорганизуется. Чтобы остановить или притормозить гиперинфляцию, приходится прибегать к чрезвычайным мерам. Но нет однозначного представления о том, как именно бороться с гиперинфляцией. Предлагаются различные, нередко весьма противоречивые рецепты. 

Чтобы опередить неизбежное, ожидаемое всеми повышение цен, владельцы «горячих» денег стремятся как можно быстрее избавиться от них. В результате разворачивается ажиотажный спрос; раскупаются в первую очередь те товары, которые могут служить средством частного сохранения сбережений (недвижимость, предметы искусства, драгоценные металлы). Люди действуют под давлением «инфляционного психоза», а это подстегивает рост цен, и инфляция начинает кормить сама себя. 

Инфляция представляет собой весьма сложный, необычайно противоречивый феномен. Не следует проводить прямой аналогии между инфляцией цен и эмиссией денег, хотя в литературе этого различия подчас не делается.

Денежная эмиссия в нашей стране выросла с 28 млрд. рублей в 1990 году до 89 млрд. в 1991 году и 1513 млрд. и 1992 году. В 1995 году она составила 45 576 млрд. рублей. При этом денежная масса отставала от реальных потребностей в силу опережающего роста цен. Все это усиливало инфляционные процессы.

 

Инфляция и политика

Все последние годы российских реформ ключевой задачей реформаторов была

и остается борьба с инфляцией, а в качестве важнейшего (если не единственного) инструмента этой борьбы выступает денежная политика. Анализ денежной политики в 1992-1995 гг. позволяет говорить о трех предпринятых "атаках" на инфляцию, две из которых уже провалились, а окончательный провал третьей тоже вполне очевиден.

Первая "атака" на инфляцию была предпринята в I полугодии 1992

года - "по горячим следам" январской либерализации цен, - когда последовательно проводилась жесткая денежная политика, направленная на снижение темпов инфляции. Количественные параметры целей, в основном, были сформулированы в Меморандуме об экономической политике, представленном в феврале 1992 года в МВФ. В соответствии с этим документом, квартальные темпы инфляции к концу года должны были снизиться до 1-3% в месяц.

В этот период был обеспечен рост номинального курса рубля. Темпы роста

денежной массы удерживались в пределах 9-14% в месяц - то есть, на относительно низком уровне (если принять во внимание, что реальная денежная масса на фоне резкого скачка цен сократилась в пять раз и подошла к отметке в 20%

от уровня декабря 1991 года). Всем памятно использование для снижения инфляции дефицита наличных денег. Как следствие, месячные темпы инфляции сократились с 38.3% в феврале до 11.9% в мае. В то же время, "оборотной стороной" снижения  темпов инфляции явился глубокий сезонный спад промышленного производства и колоссальный кризис неплатежей. Именно эти обстоятельства и обусловили начавшееся летом того же года "отступление": продолжать упорствовать в проведении жесткой денежной политики в условиях гигантских взаимных неплатежей предприятий (а также задолженности по зарплате) и глубочайшего для мирного времени промышленного спада (18% по итогам 1992 года) Правительство не  решилось.

Новый руководитель Банка России Виктор Геращенко провел взаимозачет

долгов предприятий, в 2-3 раза увеличил темпы роста денежной массы и сократил валютные интервенции на внутреннем валютном рынке, "позволив" курсу рубля падать. В результате этих мероприятий реальная денежная масса удвоилась; масштабы кризиса неплатежей существенно сократились; рубль "упал" за второе полугодие 1992 г. в 4 раза; коммерческие банки накопили огромные и мало использовавшиеся денежные ресурсы. Темпы инфляции удвоились (26.1% в ноябре), однако с другой стороны, осенний подъем промышленного производства оказался достаточно энергичным, что смягчило последствия глубокого весеннего спада.

Провал экономической политики 1992 года привел к первому серьезному

политическому кризису в новой России.

Первый политический кризис конца 1992 года - смена Правительства

Парламент России, будучи не в состоянии сформулировать альтернативную

экономическую политику, тем не менее все яснее выражал недовольство той,

которая осуществляется. Осень 1992 года - это время когда, согласно обещаниям Президента России Бориса Ельцина при заявлении политики либерализации на V Съезде народных депутатов (октябрь 1991 года), должно было начаться "улучшение жизни народа". Естественно, что Президент опасался "предъявления счета" ему со стороны Парламента. В результате именно тогда, осенью 1992 года, впервые появились слухи о готовящемся разгоне Парламента, введении президентского правления.

Политический кризис разразился на VII Съезде народных депутатов (декабрь

1992 года): Съезд сокращает полномочия Президента в законодательной сфере

и в назначении Правительства; Президент призывает своих сторонников уйти

со Съезда и выступает с обращением к народу; на Съезде проводится голосование по вопросу об отрешении Президента от власти, не достает всего несколько

процентов голосов для принятия решения. Компромисс между Съездом и Президентом был достигнут на основе, прежде всего, изменения состава Правительства.

Однако, этот компромисс носил крайне неустойчивый характер. Политический

кризис в России с осени 1992 года стал перманентным и окончательно принял

форму конфронтации представительной и исполнительной властей.

К руководству Правительством пришло крыло "промышленников" во главе

с Виктором Черномырдиным. Однако, ожидания изменения идеологии экономических реформ оказались напрасными - Виктор Черномырдин оказался еще более "монетаристом", чем Егор Гайдар.

Вторая попытка справиться с инфляцией началась на рубеже 1992-1993

гг. От предыдущей она отличалась только тактикой: если в первой половине

1992 года российское правительство пыталось победить инфляцию посредством

"шоковой" (т. е., очень жесткой) денежной политики, то теперь курс был

взят на постепенный, последовательный "зажим" денежной массы и, соответственно, плавное снижение темпов инфляции.

В течение почти всего I полугодия 1993 года, действительно, удалось

обеспечить стабильное (приблизительно, на 1% пункт ежемесячно) снижение

темпов инфляции, составивших в мае 18.5%. В целом, это не сопровождалось

ни ухудшением промышленной динамики, ни ситуации с неплатежами. Однако,

дальнейшее ужесточение кредитно-денежной политики активизировало целый

ряд негативных процессов, находившихся до того в относительно стабильном

состоянии.

Уповая на использование исключительно монетарных антиинфляционных инструментов, российское Правительство питало надежду на то, что достижение запланированных показателей инфляции (7% в декабре 1993 г.) "перевернет" экономическую конъюнктуру само по себе: немедленно начнется "бум" частных инвестиций, хлынет иностранный капитал, предоставит кредиты МВФ и т.п. Действуя в этом русле, Правительство упрямо продолжало "зажимать" денежную массу, снизив ее в течение последних месяцев 1993 года до рекордно низкой отметки в 14% к декабрю 1991 года (в реальном исчислении).

Нарастание политических проблем, вызванных экономическим курсом, привело

к обвинению Президентом Парламента в срыве экономических реформ, отмене

Конституции, роспуску Верховного Совета и событиям октября 1993 года.

Парламент России и реформы: были ли экономические основания для роспуска

Верховного Совета?

Указ Президента N 1400 от 21 сентября 1993 года и последовавшие затем

события 3-4 октября, безусловно, явились центральными в политической жизни

России со времени подписания Беловежских соглашений о денонсации СССР.

Главное обвинение со стороны Президента бывшему российскому Парламенту

заключалось в "прямом противодействии осуществлению социально-экономических реформ". Попробуем проанализировать, насколько действия Парламента можно интерпретировать таким образом.

В этой связи, напомним судьбу основных столкновений по ключевым экономическим вопросам между Президентом (Правительством) и Парламентом в 1992-1993 гг: - земельная реформа, приватизация, бюджетная политика.

Земля. 

На протяжении всего 1992 года разрешение реальной продажи

земли было предметом противоборства различных общественных сил и одним

из главных пунктов претензий Президента РФ Б. Ельцина к Съезду народных

депутатов и Верховному Совету. В конце 1992 года сторонниками Б. Ельцина

был организован сбор подписей (более 1 млн. человек) с требованием референдума по земле. VII съезд отклонил предложение о референдуме, одобрив, вместе

с тем, серию поправок к Конституции в духе требований сторонников Б. Ельцина. В результате был достигнут компромисс, приведший к тому, что проблема частной собственности на землю в течении всего 1993 года ни Президентом, ни Правительством специально не поднималась, что позволяет расценивать их реакцию как удовлетворение достигнутым результатом. В октябре 1993 года земельная реформа получила некоторое развитие (снятие временных ограничений с купли-продажи земли фермеров и пригородных участков горожан), однако, отсутствие политической воли у исполнительной власти так и не позволило достичь сколько-нибудь существенного продвижения в этом важнейшем направлении.

Приватизация. 

В 1992 году Президент и Правительство, вопреки

закону о приватизации, ввели в действие систему приватизационных чеков.

Со стороны Верховного Совета противодействия не последовало; государственная программа приватизации на 1992 год также была утверждена без особых проблем. В начале 1993 года парламентской оппозицией была официально выдвинута альтернативная по отношению к проводимой политике приватизации программа - так называемый "четвертый" вариант приватизации (предоставление трудовым коллективам права выкупа до 90% акций своих предприятий по льготным ценам. Оставшиеся 10% и невыкупленные трудовым коллективом акции подлежали продаже на "чековых" аукционах. Все остальные "параметры" приватизации оставались теми же, что и в правительственной программе). Однако, никаких официальных решений, которые бы связывали руки Правительству, ни Верховный Совет, ни Съезд народных депутатов по этому поводу не приняли.

Борьба между Президентом (Правительством) и Верховным Советом на

уровне официальных решений началась лишь в июле 1993 года, когда Верховный Совет приостановил действие Указа Президента N 640 от 8 мая 1993 г. Главным поводом стала слишком высокая, по мнению Парламента, норма обязательной продажи на "чековых" аукционах акций вновь создаваемых акционерных обществ (29%). Эта проблема в самом деле нетривиальна: с одной стороны, государство должно выполнять свои обязательства перед населением по выпущенным ценным бумагам, с другой - слишком велик соблазн введения "особого порядка" для акций перспективных предприятий. Верховный Совет выступал в роли лоббиста администрации этих предприятий - с позиций "4-го варианта приватизации" (передачи акций трудовым коллективам). В последовавшей затем "борьбе" указов и постановлений победу одержало Госкомимущество, все существенные решения исполнительной власти по приватизационной политике формально были подтверждены.

Борьба с концепцией приватизации Госкомимущества со стороны Верховного

Совета была скорее разыгрыванием политической карты, чем целенаправленной

политикой смены модели экономической реформы, к тому же велась она по второстепенному  вопросу. Уже во второй половине августа 1993 года внимание оппонентов Правительства переключилось на бюджет и борьбу с Министерством финансов.

Бюджет. 

Со времени VI съезда народных депутатов (апрель 1992 года) между Парламентом и Правительством неоднократно возникали серьезные противоречия относительно меры жесткости финансовой и денежной политики.

Прежде всего, это касалось утверждения бюджета и поправок к нему, а также

политики Банка России, подчиненного Парламенту. Наличие разных точек зрения по этим вопросам представляется нам вполне естественным; к тому же, обычно удавалось достичь компромиссов. В частности, несмотря на постоянно возникающие противоречия, Правительство и Банк России (подотчетный парламенту) с весны 1993 года и до настоящего времени (середина 1995 года) действуют весьма скоординировано.

Борьба вокруг принятия уточненного бюджета на 1993 год является весьма

нелицеприятным эпизодом в деятельности Президента и Правительства. 22 июля 1993 г. Парламентом был принят бюджет с дефицитом 22,3 трлн. рублей – около 14% ВВП (хотя Минфин в пропагандистских целях использовал цифру 20%, занижая планируемый ВВП). Верховный Совет, в основном, оставался в рамках ранее принятых государственными органами решений (пришла пора расплачиваться за обещания, данные накануне референдума 25 апреля). Министерству финансов, безусловно, было известно об этих решениях. Однако, ни им, ни Правительством в целом не было своевременно предпринято соответствующих шагов для их изменения либо отмены. (Более того, в ноябре были опубликованы расчеты министерства финансов, из которых следовало, что дефицит бюджета увеличивается до 22,2 трлн. руб. только по решениям Президента и Правительства.)

Министр финансов заявил об абсолютной неприемлемости этого бюджета

и о подготовке предложения для Президента Б. Ельцина наложить вето на закон

о бюджете (что и было вскоре сделано). В одном из своих программных выступлений Президент обрушился на Парламент с обвинениями в сознательном провоцировании инфляции в стране.

Между тем, бюджет 1993 года оказался исполнен в тех же пропорциях

основных характеристик, которые были приняты Верховным Советом (дефицит

превысил доходную часть бюджета). И, кстати, самый большой дефицит в 1993

году имел место именно в IV квартале (в связи с "провалом" бюджетных доходов) - в условиях отсутствия контроля со стороны Парламента и возможности реализации любых мероприятий бюджетной политики со стороны Правительства. Кроме того, Минфин признал долг бюджета по итогам 1993 года в размере около 8 трлн. руб. (4.8% ВВП), который был возвращен в течение I полугодия 1994 года. Таким образом, Президент и Правительство не сумели улучшить бюджетную политику в 1993 году вовсе не из-за позиции Верховного Совета.

Вообще, спор по поводу того, будет ли бюджетный дефицит на несколько

процентов от ВВП больше или меньше - это пример из области обычной государственной практики во всем мире, а не повод для решительного изменения политического режима в стране. К тому же контроль со стороны представительной власти за исполнением бюджета традиционно крайне слаб и Минфин России, например, в условиях непринятого на 1993 год бюджета, продолжал действовать так, как считал нужным. Например, ввел в действие закон о повышении минимальной зарплаты с запозданием на 2-3 месяца (еще до роспуска Верховного Совета).

Рассмотренные примеры противоборства исполнительной и законодательной

властей по вопросам земельной реформы, приватизации и поправок к бюджету

на 1993 год однозначно свидетельствуют об отсутствии сколь-либо целенаправленного или жесткого сопротивления Верховного Совета экономической политике, проводимой Президентом и Правительством. Все основные столкновения в 1992-1993 годах носили скорее "демонстрационный" характер и заканчивались в пользу Президента.

Оснований для применения Президентом столь решительных неконституционных мер в отношении высшего законодательного органа России не было.

Причины политического противостояния "Президент - Парламент", окончившегося появлением Указа N 1400, на наш взгляд, следует искать не в "консервативности" Парламента, который был избран на одних из первых по-настоящему свободных выборах в СССР (1990 год), который избрал Б. Ельцина своим председателем (1990 год) и предоставил ему чрезвычайные полномочия для осуществления экономических реформ (1991 год). Причины - в явных неудачах экономической политики, проводившейся в 1992-1993 гг., в стремлении Президента переложить весь груз ответственности за эти неудачи на Парламент, и, с другой стороны, попытки использования этих ошибок лидерами Парламента для перераспределения власти в пользу Верховного Совета.

Указ N 1400 не был актом борьбы за реформы. Он был актом борьбы за власть.

В конце 1993 года в уникальных политических условиях полного отсутствия

контроля со стороны представительной власти радикальные реформаторы в Правительстве России настойчиво стремились доказать возможность сокращения инфляции, используя для этого исключительно монетарные методы. И, на первый взгляд, события развивались в желаемом направлении: в течение IV квартала 1993 года темпы инфляции заметно - почти вдвое - сократились. Но при этом вновь стали проявляться последствия "переужесточения" денежной политики. Первым и немедленным таким следствием явилось быстрое нарастание взаимных неплатежей между предприятиями. Отношение просроченной задолженности поставщикам к денежным средствам предприятий, сократившееся к середине 1993 года до 83%, затем стало резко расти - до 133% на 1 октября и 190% на 1 января 1994 года.

Если в начале 1992 года главной реакцией на жесткую денежную политику

было нарастание неплатежей, то в конце 1993 года предприятия, наряду с

увеличением взаимной задолженности, активно сокращают объемы производства.

Как следствие, сезонное осеннее оживление производства в 1993 году было

самым вялым (в то время как весной имело место сокращение темпов сезонного

спада по сравнению с 1992 годом). Результат - сохранение масштабов промышленного спада по итогам 1993 года практически на уровне предыдущего года.

С наступлением 1994 года рестрикционный характер денежной политики Правительства не изменился. Было обеспечено дальнейшее снижение среднемесячных темпов роста денежной массы М2 - до 8.6% в I квартале 1994 года (по сравнению с 12.3% в IV квартале и 17% в III квартале 1993 года). И вновь было достигнуто существенное снижение темпов инфляции - с 17.9% в январе до 7.4% в марте.

Практически параллельное сокращение темпов роста денежной массы М2 и темпов инфляции позволило все это время удерживать величину реальной денежной массы на чрезвычайно низком уровне - 14% к декабрю 1991 года.

Ужесточение денежной политики, значительная задолженность со стороны

государства по закупленной, но не оплаченной в 1994 году продукции, способствовали дальнейшему ухудшению финансового положения предприятий. Как следствие, просроченная задолженность поставщикам к концу I квартала уже в 3 раза превосходила денежные средства предприятий. И экономика не выдержала столь жестких финансовых ограничений и ответила колоссальным - почти на четверть - сокращением физических объемов промышленного производства в I квартале 1994 года. В марте его объемы опустились до уровня прогнозной (исходя из тенденций 1993 года) кривой промышленной динамики, построенной для 1995 года.

Дефляционный "шок" первых трех месяцев 1994 года явился, по сути, закономерным следствием правительственных попыток сбить темпы инфляции "любой ценой".

После этого в денежной политике вновь наступил период "смягчения". Последнее утверждение может показаться несправедливым: ведь темпы инфляции и после окончания I квартала продолжали последовательно снижаться - до рекордной отметки в 4.6% в августе. И, тем не менее, это так: среднемесячные темпы роста денежной массы М2, составившие в I квартале 8.6%, выросли почти до 14% во II квартале; в августе темп роста денежной массы М2 составил 12%.

Этот парадокс объясняется не только (и даже не столько) временным лагом

между ростом денежной массы и ускорением инфляции, но и еще одним, достаточно очевидным, обстоятельством: на весну-лето 1994 года пришелся "пик" строительства финансовых "пирамид" в российской экономике, периода своего рода "bubble economy" (экономика "мыльного пузыря"). Деньги населения, предназначенные для потребительского рынка, оказались в значительной степени оттянуты на рынок спекулятивных финансовых операций. Об этом, в частности, свидетельствует более чем двукратный скачок доли сбережений в доходах населения весной-летом 1994 года. Олицетворением этого периода явилась печально известная "МММ".

Масштабы деятельности последней испугали даже Правительство: именно после жестких обличительных выступлений со стороны Правительства (и в частности, премьер-министра В.Черномырдина) началась паника акционеров "МММ", которая привела к фактическому приостановлению деятельности компании. Дальнейшее развитие событий проходило по известному "принципу домино", и "мыльный пузырь" вскоре лопнул, в определенной степени спровоцировав "черный вторник" 11 октября на валютной бирже (падение курса рубля почти на 30% за один день).

Пикантность этой истории придает тот факт, что, несмотря на заявления

и даже некоторые практические шаги Правительства по пресечению деятельности "МММ" и их последователей, именно финансовые спекулянты внесли весомый вклад в борьбу Правительства с инфляцией летом 1994 года.

Поскольку сокращение темпов инфляции на этом этапе было достигнуто не

за счет ужесточения денежной политики, реальная денежная масса в апреле-августе росла и к концу этого периода достигла отметки в 20% к уровню декабря 1991 года.

Рост реальной денежной массы немедленно отразился на динамике неплатежей

и промышленного производства. Начиная с апреля, несколько замедлился рост

относительного (в сравнении с собственными денежными средствами предприятий) размера просроченной задолженности поставщикам; была сломлена тенденция ускорения спада промышленного производства, а затем, с августа, даже началось движение "вверх". Таким образом, "откат" в денежной политике вызвал адекватную тенденцию в промышленной динамике.

Наконец, с окончанием периода "bubble economy", корреляция между динамикой денежной массы М2 и темпами инфляции вновь восстановилась, и инфляция в IV квартале 1994 года подскочила до 15-16% в месяц. Накопленный в период "bubble economy" потенциал инфляции начал разряжаться, и его не смогло

сдержать ужесточение денежной политики в конце 1994 года: хотя среднемесячные темпы роста номинальной денежной массы М2 в IV квартале 1994 года сократились до 6-7%, инфляция продолжала усиливаться и в январе 1995 года достигла своего "пика", составив 18%.

С этой "стартовой позиции" для российской экономики начался 1995 год,

и начался он очередным и, судя по предварительным данным, очень резким

ужесточением денежной политики. Правительство начало новую - третью

"атаку" на инфляцию.

Каковы ее особенности? Прежде всего, Правительство

отказалось от использования кредитов Банка России для покрытия дефицита

федерального бюджета - из-за очевидных инфляционных последствий такой политики.

Вместо этого, было решено полностью перейти на неинфляционный механизм

финансирования бюджетного дефицита - путем заимствования свободных денежных ресурсов на финансовом рынке посредством размещения государственных ценных бумаг. Во-вторых, Банк России фактически прекратил предоставление централизованных кредитов коммерческим банкам. В-третьих, несмотря на практически 100%-ное поступление доходов, были резко (почти на 20% по результатам четырех месяцев) сокращены расходы бюджета. В-четвертых, посредством ряда жестких административных мер и массированных валютных интервенций, Банк России не только стабилизировал ситуацию на валютной бирже, но и спровоцировал с конца апреля относительно продолжительную (но, безусловно, временную) тенденцию к укреплению курса рубля - что также имело вполне определенный антиинфляционный эффект.

Все это позволило "сбить" темпы инфляции с 18% в январе до уровня в

7-9% в апреле-июне. Однако, по итогам I полугодия 1995 года уже можно говорить о провале антиинфляционной политики.

Решительные шаги антиинфляционной политики, заложенные в бюджет 1995

года, а также высокие темпы снижения инфляции в I квартале 1995 года породили у Правительства своего рода "эйфорию" скорой победы над инфляцией: в "Заявлении Правительства и Центрального Банка Российской Федерации об экономической политике на 1995 год" была поставлена задача сокращения среднемесячных темпов инфляции до 1% начиная со II полугодия 1995 года.

Однако, начиная со II квартала, ситуация изменилась, и темпы снижения

инфляции существенно сократились. В результате уже в I квартале 1995 года

был преодолен рубеж, намеченный в совместном "Заявлении ... " (около 30%

за год), а во II квартале - и инфляционный рубеж, заложенный в бюджет 1995

года (80% за год). Среднемесячные темпы инфляции в I полугодии 1995 года

оказались точно соответствующими прошлому году - 10% в среднем за месяц.

Здесь возникает первый вопрос - о причинах очередного "срыва" правительственной программы борьбы с инфляцией. Ответ находится довольно быстро: при ознакомлении с динамикой денежной массы выясняется, что несмотря на предпринятые меры по ограничению динамики денежной массы, ее темпы роста в среднемесячном выражении в I полугодии 1995 года (за исключением января) составили около 10%. Принимая же во внимание предварительные данные за июнь (14%), динамика денежной массы в I полугодии 1995 года может рассматриваться как повышательная.

Анализ динамики денежной массы, в свою очередь, порождает два новых

вопроса: во-первых, чем были обусловлены столь высокие темпы роста денежной массы M2 в рассматриваемый период; во-вторых, почему темпы инфляции оказались столь низкими в сравнении с темпами роста денежной массы M2?

Ответ на первый вопрос дает анализ динамики валютного рынка. Банк России

спровоцировал тенденцию укрепления курса рубля и, таким образом, вызвал

лавинообразный "сброс" валюты экономическими агентами. Это и привело к

скачку темпов роста денежной массы M2.

Анализ динамики рынка ГКО и особенностей бюджетной политики позволяет

ответить на второй вопрос. Относительно низкие темпы инфляции (в сравнении

с темпами денежной массы, а не с правительственными планами) объясняются

гипертрофированным расширением рынка ГКО (что ведет к "связыванию" все

более значительной части денежного рынка, обслуживающей рынок ГКО), а также существенным "урезанием" бюджетных (в том числе, социальных) расходов - на фоне 100%-ного "наполнения" доходной части бюджета.

Добавим, что у нас очень большие сомнения и по поводу стабилизации промышленного

производства. Традиционный промышленный спад в I полугодии 1995 года имеет характеристики, сопоставимые с предыдущими периодами (кроме 1994 года с 10%-ным январским "провалом"), что позволяет прогнозировать сокращение промышленного производства за 1995 год темпом, сопоставимым с 1992-1993 годами. Оптимизм, высказываемый Правительством весьма неубедителен, поскольку опирается на статистические упражнения: сравнения нынешнего спада (соответствующего по своим параметрам 1992 и 1993 годам) и крайне глубокого спада 1994 года.

Очередной провал экономической политики как фон для выборов 1995-1996 годов Правительство начинает "нервничать" - оно вышло в Думу с инициативой

повышения минимальной зарплаты и пенсии с 1 августа (а затем - с 1 ноября).

Это невиданный за годы реформ для российского Правительства шаг. Очевидно, что он может "подтянуть" реальную зарплату, но усилит инфляцию.

Итак, осенью 1995 года для всех станет очевиден провал экономической

политики Правительства - инфляцию снизить практически не удалось, промышленный спад продолжается, резко падает реальная зарплата, усиливается социальная дифференциация в обществе. Новым, критически важным фактором становится растущая безработица. Ясно, что для политической оппозиции это крайне выигрышная ситуация, для сил, поддерживающих нынешнюю политическую власть - проигрышная.

Главный вопрос выборов в такой ситуации - какая оппозиция победит -

"непримиримая" или "конструктивная.



Социально-психологические издержки инфляции

Принятые с настоящее время критерии успешности экономической политики

отражают формально-механистический подход правительственных экономистов

к оценке развития инфляционных процессов, не учитывающий реальный экономический рост, резкое повышение уровня безработицы и ухудшение социального здоровья общества. При анализе экономической политики ощущается серьезный вакуум идей о реальном механизме протекания инфляционных процессов, что затрудняет выбор правильной модели инфляции, адекватно отражающей сущностные стороны российской экономики. Современная инфляция является симптомом глубоких проблем в экономике и политической системе. Движущей силой их разрешения, согласно нашей теоретической доктрине, является поведение людей, их действия, а не слепые рыночные силы и деньги, которые создают материальные блага. В обществе еще не созрело понимание того, что корни инфляции находятся в социальных и политических конфликтах и ошибках в управлении экономикой.

Нам нужно было пожить в откровенно проинфляционной экономической среде,

чтобы только сейчас начать понимать, что глубинные социальные и политические силы играют решающую роль в возникновении и развитии инфляционных процессов, сопровождающихся морально-этическими издержками нравственного порядка.

В силу этих причин и необходимо дать социально-политический анализ инфляции. Прежде всего, следует поставить под сомнение мнение наших радикал-демократов, что инфляция является неизбежным результатом демократии и избавиться от экономических пороков прошлого (денежный дефицит и др.)

можно лишь через вполне осознанное разжигание инфляционных процессов. Решающую роль сыграла здесь фатальная идея, согласно которой эффективным противоядием товарного дефицита является либерализация цен, когда резкий, шоковый рост цен снижает интенсивность дефицита и заполняет товаром полки магазиной.

Обманчивая простота этого подхода скрывала основной инструмент решения

проблемы - резкое снижение покупательной способности населения и, следовательно, его жизненного уровня в результате неоправданно резкого роста цен. Ошибочность экономической доктрины реформаторов состояла, прежде всего, в предположении существования в нашей экономике однозначной связи (наподобие кривой Филлипса) дефицит-инфляция, когда усиление одного сопровождается ослаблением другого. На наш взгляд, взаимообмен по линии дефицит-инфляция может иметь место лишь в полностью монетаризированной экономике, в которой бюджетные ограничения носят жесткий характер как для всех предприятий, так и для домашних хозяйств. В этих условиях посредством либерализации цен можно осушить накопившийся избыточный спрос, т.к. бюджетные ограничения служат эффективным инструментом снижения дефицита.

Совсем иное положение наблюдается в полу-монетаризированной (термин

Я.Корнаи) экономике - она имеет мягкие бюджетные ограничения и не реагирует на повышение цен неизбежным сокращением спроса на производственные ресурсы, которые в такой ситуации по-прежнему остаются дефицитными. Дефицит постоянно воспроизводится как при стабильных, так и при растущих ценах, поскольку существуют институциональные условия его воспроизводства и нарушена жесткость связи дефицит-инфляция. Отсюда становится понятной ложность утверждения монетаристов будто их стараниями исчез дефицит - он просто перетек в другие формы (взаимные неплатежи предприятий, невыплаты

зарплаты, снижение уровня потребления большей части населения ниже прожиточного минимума).

Можно не соглашаться с утверждениями некоторых социологов, что инфляция

есть моральное зло, неизбежно приводящее к нравственным потерям. Однако

не подлежит сомнению, что фетишизация в наше время товарно-денежных отношений запустила в действие процесс дегуманизации общества, когда самоценность человеческой жизни в настоящем отрицается и теряется смысл серьезного труда, который лежит за пределами социальной объединенности (Н.А.Бердяев).

И причиной этому является вызванная экономической реформой социальная трансформация общества, происходящая в условиях идеологической дезориентации, размывания системы положительных ценностей, подрыва трудовых мотиваций. К этому следует добавить появление особого духа времени,

который порожден проинфляционными настроениями в обществе. Инфляция как дестабилизирующий процесс не позволяет сформироваться устойчивому среднему классу, снижает уровень рабочей этики и подвергает эрозии общественное поведение личности.

К моральным издержкам инфляции можно отнести и то, что она разрушает

человеческие ожидания, создает неопределенность во взаимоотношениях людей, увеличивает чувство несправедливости и вызывает отчуждение людей от общественной жизни. В итоге инфляционная психология, глубоко укоренившись в сознании людей, приводит к потере чувства патриотизма и гражданственности, вызывая глубокие сдвиги в иерархии жизненных ценностей, что и является итоговым выражением нового духа времени.

Политэкономия инфляционных процессов осуществляемая с начала реформ преднамеренная деполитизация государственной деятельности имеет свою оборотную стороны - явное усиление политизации экономики. Этого упорно предпочитают не замечать экономисты монетарного толка, по-прежнему разрабатывающие рыночные программы финансовой стабилизации, пренебрегая политическим и институциональным анализом инфляции. И тем не менее такой анализ необходим не только для общественного осознания национальных целей, но и для выработки действенных антиинфляционных механизмов.

Одностронность консервативной догмы радикал-демократов проявляется в

их убеждении, что инфляция есть корень всех экономических зол и что стабильность цен есть ключ к экономическому росту. При таком подходе экономическая политика сплющивается в одномерный процесс подавления только инфляции безотносительно связанных с этим экономических потерь и роста безработицы. И хотя мировой опыт последних двадцати лет наглядно показал, что макроэкономическая политика является мощным средством снижения инфляции, тем не менее дефляционные меры имеют своим результатом экономический спад и повышение уровня безработицы, которая в рамках монетаристского подхода является, по сути дела, основным средством сдерживания инфляции.

Как известно, ключевым элементом начала экономических реформ являетсялиберализация цен, когда репрессированная (подавленная) инфляция принимает

открытые формы. И тем не менее одной лишь либерализацией цен нельзя объяснить те устойчиво высокие темпы инфляции, которыми характеризуется начальный этап реформы. Экономисты монетарного толка убеждены, что эффективно управлять инфляцией можно кредитно-денежной политикой. Альтернативная точка зрения не признает за денежной экспансией роль фундаментального, причинного фактора инфляции и предполагает, что ее движителем являются социополитические конфликты по поводу распределения национального дохода между отдельными классами общества, что современная инфляция, по сути дела, имеет политическую подоплеку.

С известной долей вероятности можно утверждать, что громадный кумулятивный эффект роста инфляции в последние годы, те издержки, которые при этом несет экономика, помноженные на колоссальные масштабы экономического спада и протяженность временных лагов экономических процессов, по своему итогу эквивалентны опустошительному влиянию гиперинфляции, которая, как это подтверждает мировой опыт, является непосредственным результатом, прежде всего, политических конфликтов внутри общества. Поэтому можно сказать, что переход в нашей стране к управляемой инфляции может стать результатом политической организации (а лучше сказать согласования) экономических интересов вполне определенных слоев общества, явившись социальной реакцией на конфликты из-за конкурентного распределения национального дохода. И не случайно, что в последнее время появилось даже оправдание умеренной инфляции некоторыми западными экономистами (The Economist, sept., 16-23, 1995), которые считают, что инфляция подчас может выступать в роли полезной смазки, помогающей согласовать относительное изменение цен и заработков. По их мнению, снижение реальной зарплаты в депрессивных отраслях легче будет восприниматься рабочими, если, благодаря инфляции, и номинальная зарплата будет сохранена или даже увеличена.

Естественно денежная иллюзия, маскирующая реальное соотношение

цен и заработков, может оказаться полезной в этом отношении. Однако подобно

всем иллюзиям, она по всей видимости более опасна, чем полезна, так как

нестабильность цен создает худшие условия для инвестиций, внося неопределенность в экономические решения и затрудняя отток производственных ресурсов к их наиболее эффективнным потребителям.

Социополитическое объяснение инфляции, на наш взгляд, имеет своей целью

решение двух сугубо практические задач. Во-первых, получение оценок экономических потерь, связанных с проведением дефляционной политики, и, во-вторых, формирование реальных механизмов осуществления антиинфляционной политики. Социополитическое объяснение инфляции позволяет проследить те каналы, по которым через инфляционные процессы происходит перераспределение доходов от одних социальных групп к другим, в частности, отток доходов от сельскохозяйственного производителя к промышленнику, сдвигая распределение национального дохода от зарплаты рабочих и сельскохозяйственных производителей к получателям прибыли. Естественно, покупательная способность сельскохозяйственного дохода и зарплаты рабочих падает, а потребительский спрос перемещается от промышленных изделий в сторону сельскохозяйственной продукции. В результате спрос на сельхозпродукцию растет, что и вызывает рост цен на нее (особенно в неурожайные годы). Но самое главно - инфляция, подавляя покупательный спрос, снижает темпы экономического роста и повышает благосостояние одного социального слоя за счет снижения доходов другого слоя. Заметим здесь, что Дж.-М.Кейнс в свое время указывал на возможность несправедливого перераспределения доходов в результате инфляции, когда писал: «Благодаря непрерывному

процессу инфляции правительство может скрыто конфисковать значительную

часть богатства граждан».

При политэкономическом анализе инфляционных процессов следует принимать

во внимание и безработицу как фактор, в значительной степени предопределяющий темпы инфляции. И здесь следует заметить, что рекомендации некоторых экономистов по снижению инфляции и сохранению прежней занятости путем понижения ставок зарплаты (а в последнее время эти рекомендации реализовывались в форме невыплат зарплаты) неизбежно приводят к умозаключению, что подобное сокращение зарплаты снижает инфляцию и увеличивает занятость. С позиций нашего подхода ошибочность этого заключения состоит в том, что сокращение денежной зарплаты одновременно вызывает и перераспределение реального дохода от наемных работников к предпринимателям, а от них - к рантье. В свою очередь, это перемещение доходов, по всей видимости, снизит покупательную способность основной массы населения, что в итоге усилит депрессию, создав условия для застойной безработицы и дальнейшего роста цен.

Таким образом, хроническая тенденция к неполной занятости, как и рост

цен, имеет свои корни, на что неоднократно указывал Дж.-М.Кейнс, в таких

социальных порядках и таком распределении доходов, которые снижают уровень конечного потребления. Именно поэтому при формировании антиинфляционной политики необходимым образом следует учитывать интересы тех общественных сил, которые определяют демократичность процесса распределения национального дохода.



Экономические издержки инфляции



Антиинфляционная доктрина отечественных радикал-реформаторов основывается на упрощенном подходе жесткого регулирования инфляции посредством бюджетно-кредитной политики без учета экономических издержек, связанных с дефляцией. При этом полагается, что не существует экономических барьеров для сокращения инфляции, хотя общеизвестно, что именно дезинфляция начала 80-х годов нанесла существенный урон благосостоянию населения западных стран. Дезинфляция, под которой понимается либо сокращение уровня инфляции, либо вообще ее прекращение, в конечном счете увеличивает безработицу и резко снижает благосостояние населения. Без правильного понимания этого процесса невозможно сформировать действительно эффективную антиинфляционную политику.

При поиске эффективных инструментов антиинфляционной политики нельзя

делать упор только на финансовые рычаги в ущерб социальным факторам. Согласно информации Федеральной резервной системы США, из общего числа безработных в 80-х гг. примерно треть потеряли работу в результате жесткой монетаристской политики, проводимой ФРС в 1970-1982 гг.

Для наглядности следует привести удельные показатели затрат, связанных

с сокращением инфляции. Так, например, бюджетное управление Конгресса в

своих расчетах исходило из того, что для достижения сокращения темпов инфляции на 1% в 1980 г., необходимо было бы сократить федеральный бюджет в 1978 г. на сумму, которая снижала бы ВНП на 3-4% каждый год. (US Congressional Budget Office. Recovery with Inflation, 1977).

Другой расчет американских экономистов показал, что дезинфляция 1980-1984

гг. стоила примерно 215-220 млрд.долл. потерь ВВП (в ценах 1990 г.) за

каждый процент снижения инфляции.

Такие гигантские масштабы издержек, связанных с сокращением темпов инфляции только на 1%, могут подвести нас к нетривиальному выводу, что издержки сокращения инфляции до нуля гораздо больше издержек самой инфляции.

Рассмотрим эти издержки. Сразу следует отметить, что если темпы инфляции

являются точно предсказуемыми, то экономических издержек от инфляции можно избежать, учтя будущую инфляцию в договорах, темпах изменения зарплаты, норме процента и налоговой системе. Другое дело, если инфляция, ее темп изменения являются непредсказуемыми, тогда действительно непредвиденная инфляция тормозит экономический рост, расстраивая ценовой механизм и делая трудноразличимыми изменения в относительных ценах от изменений в общем уровне цен. Инфляция, затемняя относительное изменение цен, приводит к неэффективному распределению ресурсов и в итоге к замедлению экономического роста. К такому же результату приводит и неопределенность при принятии экономических решений, а следовательно, и к сокращению инвестиционной активности, и к замедлению экономического роста. При этом важно учесть рекомендации банковских работников что лучше иметь инфляцию в 2-3%, чем нулевую, та как в этом случае возникает возможность получить отрицательную ставку банковского процента, которая в свою очередь может помочь выйти экономике из депрессии.

А при нулевой инфляции реальная ставка процента не может быть отрицательной.

Указывая на связь между инфляцией и безработицей, следует особо отметить,

что низкая инфляция не достигается за счет высокой безработицы, так как

для этого необходимо иметь эффективно работающий рынок труда и гибкую систему оплаты труда. Поэтому при формировании антиинфляционной политики нельзя забывать, что устойчивость или неустойчивость цен в долгосрочном

аспекте будет зависеть от интенсивности повышательной тенденции заработной

платы (точнее единицы издержек), по сравнению с темпами роста эффективности производственной системы (Дж.-М.Кейнс).

При этом жесткой монетарной и фискальной политики недостаточно: для

того чтобы сократить издержки дезинфляции, правительство должно отучить

фирмы и работников от их инфляционных ожиданий и осуществить жесткие институциональные преобразования для приостановки раскручивания инфляционной спирали.

Мировой опыт показывает, что реакция инфляции на ужесточение макроэкономической политики - будь то в денежно-кредитной или в финансово-бюджетной - в прошлом значительно варьировалась в зависимости от той или иной страны. Для того, чтобы снизить инфляцию до какого-то заранее установленного предела, например, до нуля, прежде всего необходимо снизить темпы роста номинальной зарплаты до соответствующим образом обоснованного предела с учетом такого важнейшего фактора, как рост производительности труда. Практически вопрос заключается в том, каким образом решение на макроэкономическом уровне может быть реализовано относительно заработной платы.

Нами была предпринята попытка измерить макроэкономические издержки,

связанные с проводимой в России в настоящее время дефляционной политикой.

При этом мы исходили из теоретического предположения, что если финансовая

политика гарантирует стабильную инфляцию, то фактическая безработица должна будет стремиться к ее равновесному уровню, и это будет характерным признаком наступления реальной финансовой стабилизации. Основывающиеся на этом выводе конфликтной теории инфляции модельные расчеты показали, что для среднесрочного периода оценка равновесного уровня безработицы будет находиться в интервале 4-5% от экономически активного населения. Сопоставив с этим, по сути дела, макроэкономическим нормативом прогнозируемую на ближайшие годы динамику безработицы, мы установили, что намечаемое правительством резкое торможение инфляции (дефляционный шок) неизбежно приведет к существенному росту безработицы, который обернется издержками в размере 6% потерь ВВП. И это будет ценой финансовой стабилизации помимо тех нравственных страданий, которые приносит с собой безработица.

В заключение можно сказать, что политэкономический подход к оценке инфляционных процессов, на наш взгляд, позволяет построить не только концепцию их экономической оценки, но и обосновать немонетарные методы борьбы с ростом цен, делая упор на демократическое перераспределение национального дохода между трудом и капиталом, усилив этот процесс практической политикой солидарной зарплаты, направленной на недопущение чрезмерного разрыва в доходах отдельных слоев общества.

Из далеких 20-х годов, описывая свое путешествие в страну крестьянской

утопии, А.В.Чаянов предвидел жизненную значимость этой проблемы для

80-х годов, когда писал: « ...мы должны были считаться с неравномерным

распределением народного дохода. В этой области львиная доля уже была сделана фактом захвата 3/4 народнохозяйственной жизни в области промышленности и торговли кооперативными аппаратами, но все же проблема демократизации народного дохода всегда стояла перед нами...»

К сожалению, в наше время эта задача не только не решается, но даже

и не поставлена должным образом перед российским обществом. 





3



3