Основные принципы учения Дарвина об эволюции

Содержание

	

		Введение

		1. Предпосылки возникновения дарвиновского учения

		2. Основные положения учения Дарвина об эволюции

		3. Значение теории Дарвина в естествознании

		Заключение

		Список литературы

	
Введение

	

	Развитие науки XIX века предопределило возникновение эволюционного учения Дарвина о развитии органического мира, которое было обусловлено не только ходом развития естественных наук, но и социально-экономическими причинами. 

	Естественные науки к этому времени накопили огромное количество фактов, которые нельзя было совместить с метафизическими представлениями о неизменяемости природы. Эволюционные идеи высказывались многими учеными того периода. 

	Большое значение в формировании эволюционных взглядов Дарвина сыграли его собственные открытия, сделанные им во время путешествия на корабле «Бигль». Изучив геологию Южной Америки, Дарвин убедился в несостоятельности теории катастроф и подчеркнул значение естественных факторов в истории земной коры и ее животного и растительного населения. Благодаря палеонтологическим находкам он отмечает сходство между вымершими и современными животными Южной Америки. Особенно интересные данные Дарвин собрал на Галапагосских островах, лежащих в 950 км от Западного побережья Южной Америки в Тихом океане. 

	Итак, в начале XIX века на основе обширного фактического материала были сделаны некоторые важные обобщения: об изменяемости видов, о естественных группах организмов, единстве плана строения организмов, смене форм и увеличении в последовательных геологических горизонтах сходства в строении вымерших форм с современными, об историческом развитии земной коры, а также о сходстве зародышей систематически далеких друг от друга групп животных.

	Таким образом, учение об эволюции органического мира – крупнейшее обобщение естествознания XIX века – было подготовлено как предшествующим развитием научной мысли, так и социально-экономическими условиями.

	
1. Предпосылки возникновения дарвиновского учения

	

	Наблюдения, сделанные во время кругосветного путешествия, явились первым толчком к зарождению у Дарвина мысли об изменяемости видов. Под углом зрения идеи преемственной, исторической связи между различными видами организмов Дарвин начал изучать данные, накопленные до него в палеонтологии, биогеографии, сравнительной анатомии, систематике, эмбриологии и других биологических дисциплинах. И в каждой из них он находил обильный материал, подтверждающий его взгляд на развитие живой природы. Однако ученый прекрасно сознавал, что этот взгляд не будет иметь достаточно убедительной силы до тех пор, пока останутся невыясненными те причины, те движущие силы, которые лежат в основе развития живой природы, обусловливают ее специфические черты.

	Особенно важно было показать, почему организмы прекрасно приспособлены к окружающим условиям жизни, чем объясняется присущая им целесообразность. «Вполне мыслимо, —писал Дарвин,—что натуралист, размышляющий о взаимном сродстве между органическими существами, об их эмбриологических отношениях, их географическом распространении, геологической последовательности и других подобных фактах, мог бы придти к заключению, что виды не были созданы независимо одни от других, но произошли, подобно разновидностям, от других видов. Тем не менее, подобное заключение, хотя бы даже хорошо обоснованное, оставалось бы неудовлетворительным, пока не было бы показано, почему бесчисленные виды, населяющие этот мир, изменялись таким именно образом, что они приобрели то совершенство строения и взаимоприспособления, которое справедливо вызывает наше изумление».

	Вопрос о причинах совершенства, целесообразности живых существ издавна приковывал к себе внимание философов и естествоиспытателей. Ранее господствовавший метафизический взгляд на мир как на нечто раз навсегда данное и неподвижное объяснял целесообразность организмов их божественным происхождением. Следовательно, для доказательства идеи развития живой природы в силу естественных законов нужно было опровергнуть эти антинаучные представления и объяснить целесообразность в устройстве и отправлениях организмов без обращения к чуду. Важнейший философский вопрос эволюционного учения, указывал К. А. Тимирязев, заключается именно в устранении теологической точки зрения, в замене конечной причины причиной действительной, естественной.

	Необходимо было, далее, показать, как и почему виды животных и растений, неся на себе очевидные следы общего происхождения, выражающиеся в их сходстве по ряду признаков строения и отправлений, в то же время по другим признакам значительно отличаются друг от друга, причем отличие это оказывается не только количественным, но и качественным. Существует определенная разобщенность видов внутри каждого рода, не говоря уже о еще большей дифференциации между последующими таксономическими категориями. Иначе говоря, виды обычно не связаны друг с другом соответствующими переходными формами, между ними существуют четко выраженные границы. Правда, ботаники и зоологи обнаружили немало случаев, когда такие переходные формы имеются. Но все же эти факты не были правилом. Чаще всего виды не сливаются друг с другом, а четко разграничены между собой.

	Наконец, эволюционная теория должна была объяснить, почему в природе существует огромное многообразие видов, почему наряду с простейшими организмами в ней имеются и весьма сложные.

	Для решения всех этих вопросов Дарвин обратился к изучению селекционной практики и методов работы селекционеров по получению новых сортов культурных растений и новых пород домашних животных. 

	

	
2. Основные положения учения Дарвина об эволюции

	

	Селекция животных и растений добилась к середине XIX в. больших успехов. К этому времени в культуру были введены многие виды растений и животных. Некоторые из видов домашних животных имели десятки разнообразных пород, а растительные виды — даже сотни и тысячи сортов. Существенные изменения в процессе создания новых пород и сортов достигаются в ряде случаев за сравнительно короткие сроки. Уже на протяжении жизни одного поколения людей происходят заметные сдвиги в качестве домашних животных и культурных растений. Очень часто селекционеры не просто улучшают те или иные уже имеющиеся сорта и породы, а создают новые. Таким образом, в селекционной практике как бы в миниатюре, но зато более быстрыми темпами происходят те же явления, что и в природе: совершается изменение органических форм, ведущее к образованию качественно различных пород и сортов, приспособленных для удовлетворения нужд и потребностей человека.

	В основе селекции лежит искусственный отбор наиболее интересующих человека особей. Сам искусственный отбор базируется на двух явлениях— изменчивости и наследственности организмов.

	Давно уже было замечено, что особи одного и того же сорта растений, одной и той же породы животных, имея некоторые общие признаки и свойства, присущие данному сорту или породе, в то же время по ряду других признаков и свойств отличаются друг от друга. Эти-то индивидуальные особенности и используются селекционерами при выведении новых органических форм. Однако это возможно только в том случае, если вновь возникающие признаки и свойства передаются последующим поколениям, т. е. наследуются. Сельскохозяйственная практика давно установила, что такое наследование признаков и свойств действительно существует.

	И все же изменчивость и наследственность сами по себе, как правило, еще недостаточны для образования новых сортов и пород, ибо лишь немногие из них возникли внезапно, без вмешательства человека и оказались столь совершенными и полезными для него. Подавляющее большинство известных в культуре органических форм создано человеком путем накопления, суммирования полезных ему особенностей животных и растений. Человек отбирает наилучшие в том или ином отношении особи и скрещивает их, повторяя этот прием на протяжении многих поколений.

	В таком же положении, указывает Дарвин, оказываются и многие натуралисты. Они, хотя и признают общность происхождения различных пород домашних животных, в то же время отрицают общность происхождения естественных видов и глумятся над идеей эволюции органического мира. А между тем в природе у диких животных и растений, так же как и у их домашних родичей, имеются все те предпосылки, на которых зиждется искусственный отбор.

	Существование определенных различий между особями диких видов является общепризнанным среди биологов, изучавших этот вопрос. Но принято считать, что индивидуальные особенности организмов касаются лишь несущественных частей. Дарвин подверг критике этот взгляд. «Иные авторы,— писал он,— вертятся в порочном круге, утверждая, что существенные органы никогда не изменяются, так как сами они практически считают существенными (в чем некоторые натуралисты честно признаются) те органы, которые не изменяются; становясь на подобную точку зрения, конечно, невозможно найти ни одного случая изменения существенной части, но со всякой другой точки зрения найдется много тому примеров».

	И Дарвин приводит немало таких случаев. Так, Дж. Леббок установил, что разветвления главных нервов при самом отхождении их от большого центрального узла у насекомого имеют большие различия у представителей одного и того же вида (Coccus). По данным того же автора, мускулы у личинок некоторых насекомых также не отличаются однообразием.

	Особое внимание Дарвин обратил на существование сомнительных видов, т. е. таких органических форм, которые в некоторых отношениях имеют характер отдельных видов, но настолько сходны с другими формами или так тесно связаны с ними промежуточными ступенями, что натуралисты не склонны признавать их за самостоятельные виды. Таких видов существует значительное количество. Так, Г. К. Уотсон указал Дарвину 182 британских растения, обычно рассматриваемых как разновидности, но относимых некоторыми ботаниками к самостоятельным видам. Подобные же факты имеются и в зоологии. Но здесь сомнительные формы, признаваемые одними зоологами за разные виды, а другими — за географические расы одного вида, проживают обычно в различных районах. Отнесение их к самостоятельным видам или разновидностям одного вида нередко зависит только от расстояния между районами их обитания. Если расстояния большие, то такие формы называют разными видами, а если небольшие — разновидностями одного вида. Однако никто не может определенно сказать, какое именно расстояние следует признать достаточным для отнесения рассматриваемых форм к особым видам.

	Исходя из этих фактов, Дарвин пришел к выводу, что изменения, совершающиеся у растений и животных в естественной обстановке, касаются не только второстепенных, несущественных признаков, но и тех, которые определяют собой их видовую специфику. Раз появившиеся изменения сохраняются и в последующих поколениях. А если это так, то и в естественной обстановке имеются условия для суммирования и накопления полезных изменений, что может привести к образованию сначала новых разновидностей, а затем и самостоятельных видов.

	Но для превращения этой возможности в действительность необходимо еще одно условие. Когда человек создает новые сорта растений и породы животных, он отбирает лучшие (или уничтожает худшие) с его точки зрения особи. Тем самым устраняется возможность скрещивания тех и других, возможность растворения, нивелирования интересующих человека признаков. В природных условиях суммирование, накопление полезных изменений произойдет быстрее, лучше, если будет предупреждаться их нейтрализация в результате скрещивания с особями, не обладающими данными признаками. Это возможно лишь при условии, что такие особи будут каким-то образом отсеиваться, элиминироваться. Но как, почему, под влиянием каких сил может осуществляться в природе подобная элиминация? Иначе говоря, что в природе играет роль сортировщика, выполняемую в искусственном отборе человеком?

	Этот вопрос долгое время мучил Дарвина, не давал ему покоя. Наконец ключ к его решению был найден. Известно, что вопреки первому впечатлению, получаемому от созерцания живой природы, среди живых существ происходит постоянная, подчас очень острая борьба за существование. Указывая на это явление, Дарвин писал: «Лик природы представляется нам радостным, мы часто видим избыток пищи; мы не видим или забываем, что птицы, которые беззаботно распевают вокруг нас, по большей части питаются насекомыми и семенами и, таким образом, постоянно истребляют жизнь; мы забываем, как эти певцы или их яйца и птенцы в свою очередь пожираются хищными птицами и зверями; мы часто забываем, что если в известную минуту пища имеется в изобилии, то нельзя сказать того же о каждом годе и каждом времени года».

	Ту же самую картину борьбы можно наблюдать и среди млекопитающих, среди рыб, растений и т. д. А если к сказанному добавить, что животные и растения часто подвергаются различным эпидемическим заболеваниям, вызываемым широким распространением вредоносных микроорганизмов, что масса существ гибнет под влиянием сильных морозов, засухи, жары и т. п., тo cтaнет очевидным, что в органическом мире постоянно происходит неослабевающая борьба за существование.

	Дарвин ставил специальные опыты, которые дают некоторое представление о масштабах этой борьбы. На небольшом вскопанном и расчищенном участке земли, где всходы не могли заглушаться растениями, из 357 всходов сорных трав 295 были истреблены главным образом слизняками и насекомыми. Разумеется, процент выживающих в естественной обстановке еще ниже, поскольку растения там гибнут не только от нападения животных, но и в результате борьбы с другими видами растений.

	Растения и животные потенциально обладают чрезвычайно высоким коэффициентом размножения. Подсчитано, что одно растение полыни производит 1075 тыс. семян, а плодовое тело гриба Polyporus applanatus каждый месяц дает 5460 млн. спор. Одна самка термитов откладывает около 10 млн. яиц, а некоторые морские беспозвоночные, икринки которых не защищены и откладываются прямо в воду, мечут до 500 млн. яиц. Хотя не все виды растений и животных так плодовиты, но все они производят за свою жизнь весьма значительное потомство.

	Между тем общая численность особей каждого вида не претерпевает столь быстрого увеличения. Конечно, она не остается без изменения: одни виды постепенно вымирают, следовательно, сокращают свою численность; другие, напротив, становятся более многочисленными. Но темпы возрастания численности, как правило, ни в какое сравнение не идут с масштабами коэффициента размножения. Иначе говоря, существует огромное несоответствие между количеством нарождающихся особей и количеством доживающих до воспроизводства нового поколения. Причиной такого несоответствия является повсеместно протекающая в органическом мире борьба за существование. Каждый день, каждый час эта борьба приводит к насильственной смерти миллиардов особей животных и растений. В результате лишь очень незначительная часть нарождающихся существ доживает до естественной смерти и даже до периода зрелости.

	В ходе борьбы за существование огромная масса особей животных и растений уничтожается неизбирательно, т. е. независимо от наличия у них тех или иных индивидуальных преимуществ перед другими особями. И все же возможностей для выживания и воспроизведения потомства будет больше у тех особей, которые обладают хотя бы малейшим преимуществом в том или ином отношении перед особями того же вида. А это ведет к тому, что и в природе без всякого вмешательства человека или какой бы то ни было сверхъестественной силы происходит постоянное уничтожение (элиминация) менее приспособленных особей и сохранение, выживание более приспособленных. При этом чашу весов в пользу сохранения одних и гибели других может поколебать самое незначительное различие между ними.

	Борьба за существование в природе была известна в науке и до Дарвина. О ней писали еще некоторые античные авторы, например Аристотель, а позднее — Боннэ, Бюффон, Ламарк, Э. Дарвин. В XIX в. доказательства наличия ее в живой природе были представлены И. Гёте, О. П. Декандолем, Ч. Ляйелем, У. Гербертом. Однако никто из предшественников Дарвина не мог оценить действительного значения борьбы за существование в развитии органического мира. Боннэ усматривал в ней некое орудие, поддерживающее «предустановленную гармонию» в природе, а Ламарк — фактор гармонического равновесия между различными видами. Лишь Дарвин указал на всеобщий характер борьбы за существование, на ту важную роль, которую она играет в процессе образования новых органических форм.

	Относя к борьбе за существование очень широкий круг явлений, Дарвин неоднократно подчеркивал, что само выражение «борьба за существование» он употребляет как метафору. «Я должен предупредить,— писал он,— что применяю этот термин в широком и метафорическом смысле, включая сюда зависимость одного существа от другого, а также включая (что еще важнее) не только жизнь одной особи, но и успех ее в оставлении после себя потомства. Про двух животных из рода Cams, в период голода, можно совершенно верно сказать, что они борются друг с другом за пищу и жизнь. Но и про растение на окраине пустыни также говорят, что оно ведет борьбу за жизнь - против засухи, хотя правильнее было бы сказать, что оно зависит от влажности. Про растение, ежегодно производящее тысячу семян, из которых в среднем вызревает лишь одно, еще вернее можно сказать, что оно борется с растениями того же рода и других, уже покрывающими почву. Омела зависит от яблони и еще нескольких деревьев, но было бы натяжкой говорить о ее борьбе с ними потому только, что если слишком много этих паразитов вырастет на одном дереве, оно захиреет и погибнет. Но про несколько сеянок омелы, растущих на одной и той же ветви, можно совершенно верно сказать, что они ведут борьбу друг с другом. Так как омела рассевается птицами, ее существование зависит от них, и, выражаясь метафорически, можно сказать, что она борется с другими растениями, приносящими плоды, тем, что привлекает птиц пожирать ее плоды и, таким образом, разносить ее семена. Во всех этих значениях, нечувствительно переходящих одно в другое, я ради удобства прибегаю к общему термину борьба за существование».

	Различные проявления борьбы за существование принято разделять на несколько типов. Если речь идет о подразделениях по тому, с кем (чем) ведется борьба, то указывают на три следующих типа:

	1) внутривидовая борьба, т. е. борьба между особями одного вида; 

	2) межвидовая борьба, т. е. борьба между особями различных видов;

	3) борьба организмов с неблагоприятными физическими условиями.

	Первые два типа борьбы за существование можно подразделить в зависимости от ее характера и причин на активную и пассивную формы борьбы. В свою очередь активная форма борьбы за существование включает в себя борьбу прямую и косвенную. К прямой борьбе относятся взаимоотношения между хищником и жертвой, между травоядным животным и растением, между паразитом и хозяином, а также схватка между двумя хищниками, принадлежащими к одному или различным видам. Косвенная борьба, или конкуренция, —это борьба за пищу, свет, влагу между особями одного вида, а также двух или нескольких конкурирующих видов (например, саранчи и травоядных копытных), при которой прямая схватка между борющимися особями отсутствует. Косвенная борьба, или конкуренция, обусловливается перенаселенностью—межвидовой или внутривидовой.

	К пассивной форме можно отнести такую борьбу, при которой особи не сталкиваются друг с другом, а лишь обладают разной степенью приспособленности к внешним условиям и, следовательно, разной степенью выживаемости. 

	Эту классификацию борьбы за существование нельзя абсолютизировать, ибо взаимоотношения между особями одного или нескольких видов нередко включают в себя как активную, так и пассивную форму, а также прямой и косвенный вид борьбы за существование. Кроме того, многие из категорий борьбы за существование, как справедливо указывал Дарвин, незаметно переходят одна в другую.

	Следует особо заметить, что пассивная форма борьбы может быть названа борьбой между особями одного вида или между различными видами весьма условно, ибо гибель или сохранение одних особей в данном случае почти не зависит от взаимодействия с другими особями. Скорее здесь можно говорить о борьбе не между особями внутри вида или между разными видами, а между организмом и окружающими его условиями среды. А в этом отношении данная форма борьбы далеко не пассивна: любой организм активно сопротивляется действию тех или иных неблагоприятных для его жизни внешних факторов.

	Все это показывает, насколько относительны разграничения различных типов, форм и видов борьбы за существование. Выживание более приспособленных и гибель менее приспособленных особей в результате борьбы за существование является процессом, в известном смысле равнозначным искусственному отбору, производимому человеком. Поэтому совокупное действие изменчивости, наследственности и борьбы за существование, приводящей к выживанию наиболее приспособленных особей, Дарвин по аналогии с искусственным отбором, производимым человеком, назвал естественным отбором, подчеркивая тем самым, что процесс этот совершается стихийно, силами самой природы.

	Проводя параллель между естественным и искусственным отбором, Дарвин не стирал различия между ними. Важнейшее из них он видел в том, что искусственный отбор производится человеком, тогда как естественный отбор — стихийными силами природы. Из этого проистекают и другие отличия. В процессе искусственного отбора селекционер отбирает особи, не наиболее приспособленные к среде, а те, которые его больше интересуют. Напротив, естественный отбор действует на пользу не человека или какого-то другого существа, а того вида животных или растений, который подвергается данному отбору. Иначе говоря, здесь выживают и оставляют потомство особи, обладающие какими-то особенностями, полезными для данного органического вида.

	Дарвин указывал, что естественный отбор может привести к образованию любых, самых чудесных и на первый взгляд самых невероятных приспособлений, полезных для данного вида. Он не может достичь только одного — изменить строение и отправления какого-нибудь вида без всякой пользы для него самого.

	Искусственный отбор, производимый сознательно, по заранее составленному плану, приводит к определенным результатам значительно скорее, чем естественный. С другой стороны, время действия искусственного отбора неизмеримо короче времени действия естественного; осуществляется он чаще всего лишь по внешним, менее важным для организма признакам, и то лишь в том случае, если они выражены достаточно резко, чтобы человек мог их заметить. Напротив, естественный отбор закрепляет любые полезные изменения, как морфологические, так и физиологические, как резкие, так и самые незначительные. Поэтому результат действия естественного отбора во много превосходит то, что создается человеком путем искусственного отбора.

	Естественный отбор, накапливая полезные изменения, из поколения в поколение изменяет органические формы. Это приводит сначала к образованию новых рас, разновидностей, а затем и новых видов, родов, семейств... Так на основе действия естественного отбора органический мир претерпевает постепенные изменения, развиваясь от простого к сложному, от низшего к высшему.

	Частным случаем естественного отбора является половой отбор, ведущий к возникновению различных вторичных половых признаков у особей женского и мужского пола. Дарвин различал две формы полового отбора. В результате первой из них у особей одного пола (чаще у мужского) появляются какие-то украшения (например, яркое оперение), мелодичный голос или особые брачные телодвижения («ухаживания»). Здесь отбор осуществляется потому, что самка (иногда самец) отдает предпочтение самцу (самке) с более красивыми перьями или шерстью, лучшим голосом и т. д. Другая форма полового отбора совершается в результате прямых схваток между самцами за обладание самкой. Поскольку самка достается победителю, отбор приводит к созданию более сильных и ловких самцов, к развитию у них специальных приспособлений для драки (рога у копытных, шпоры у петухов и т. д.).

	Часто обе эти формы полового отбора совмещаются. Так, отбор среди петухов шел по линии формирования как более мощных, так и более красивых, обладающих более звучным голосом особей. Половой отбор находится в тесном переплетении и с обычным естественным отбором, поскольку признаки, дающие самцам преимущество при половом отборе, нередко оказываются полезными и при обычном естественном отборе. Так, рога, клыки, бивни у самцов стадных животных служат им не только для борьбы за самку, но и для защиты стада. А сила и жизненность самцов-победителей способствуют развитию этих свойств также и у самок.

	Поэтому, если действия полового и обычного естественного отбора в первом случае как бы суммируются, усиливая друг друга, то во втором случае происходит их взаимное ослабление. Окончательный результат идет по равнодействующей обоих типов отбора.

	
3. Значение теории Дарвина в естествознании

	

	Органическая эволюция имеет определенную направленность. Она идет по пути осуществления все более глубокого и полного соответствия организмов с окружающими их условиями жизни. Конечно, само это направление не является однозначным. Животные и растения приспособляются всегда к тем условиям жизни, которые окружают их и так или иначе воздействуют на них. Именно они, эти условия, будучи ассимилированы организмом, вызывают в нем соответствующие индивидуальные приспособления. Поэтому общее направление изменения органических форм будет зависеть, во-первых, от жизненных условий, вызывающих индивидуальную изменчивость, во-вторых, от внешних факторов, хотя и не стимулирующих изменчивости, но осуществляющих определенную контролирующую роль по отношению к изменениям, вызванным другими причинами, в-третьих, от самого организма, его наследственных особенностей.

	Значение специфики организма, его анатомических и физиологических особенностей легко понять, если иметь в виду, что разные виды организмов имеют неодинаковые приспособления к одним и тем же неблагоприятным факторам среды. Достаточно вспомнить, сколь многообразны приспособления растений к засухе, точнее говоря, к условиям недостаточного увлажнения. Но как бы ни были различны все эти конкретные способы приспособления, мы можем сказать, что они имеют и нечто общее между собой, ибо все они обеспечивают возможность осуществления полного цикла индивидуального развития особей и воспроизведения себе подобных. Поскольку в ходе борьбы за существование выживают и дают потомство, прежде всего организмы, наиболее соответствующие данным условиям жизни, степень их приспособленности и в этом смысле степень их совершенства из поколения в поколение возрастает. Так постепенно вырабатывается то свойство организмов, которое издавна получило в биологии наименование «целесообразность».

	Дарвин проанализировал причины многих особенно сложных приспособлений, существующих у животных и растений, что дало ему возможность решить ряд важных проблем зоологии и ботаники. Он установил происхождение и природу инстинктов животных, назначение наиболее совершенных приспособлений растений для обеспечения перекрестного оплодотворения — цвета, запаха, определенного строения цветка, а также характерные особенности строения и жизни насекомоядных и лазящих растений, пути их происхождения.

	Теория естественного отбора с большим успехом была применена многими биологами для объяснения ряда других удивительных приспособлений организмов. Последователь Дарвина английский биолог Г. В. Бэте (1825— 1893) разработал учение о мимикрии, т. е. о защитном приспособлении животных и растений путем выработки сходства с теми или иньгаи телами живой и неживой природы. Впоследствии на мимикрию обратили внимание также Уоллес и Дарвин. Начиная с четвертого издания книги «Происхождение видов» (1866) Дарвин включает в нее подробное рассмотрение этого явления.

	Материалистически объяснив целесообразность в живой природе, Дарвин не только изгнал из биологии телеологию, но и нанес сокрушительный удар по витализму. Он показал, что организмы подчинены не надматериальной жизненной силе, а объективным законам природы. Так биология была прочно поставлена на материалистическую основу.

	Теория естественного отбора позволила выяснить причины не только целесообразности организмов, но и присущей живой природе мозаичности, т. е. наличия постоянных разрывов между видами, а также огромного многообразия органических форм, населяющих землю. Дело в том, что максимальной выживаемостью в процессе борьбы за существование обладают во многих случаях формы, наиболее резко уклоняющиеся от среднего типа (конечно, если они не переходят известных границ, за которыми начинаются всевозможные уродства). Повторяющееся из поколения в поколение вымирание особей с промежуточными свойствами приводит ко все возрастающему разрыву между крайними формами. Так, в результате действия естественного отбора совершается постоянное расхождение, дивергенция вновь образующихся организмов.

	Явление дивергенции Дарвин связывал, прежде всего, с перенаселенностью и внутривидовой борьбой. Конечно, в тех случаях, когда наблюдается перенаселенность и вытекающая из нее конкуренция, как межвидовая, так и внутривидовая, они могут способствовать данному процессу. Но дивергенция может происходить и действительно происходит в природе и при отсутствии перенаселенности. Индивидуальные различия между особями, а также различия в микроусловиях их существования с неизбежностью вызывают разнонаправленность изменчивости организмов. «Возможность непрерывного расхождения,— писал Дарвин,— обеспечивается склонностью каждой части или органа продолжать варьировать в том же направлении, в каком они уже варьировали».

	Поэтому даже при постепенных качественных превращениях организмов возникновение новых видов, родов, семейств и т. д. осуществляется в природе и при полном отсутствии перенаселенности и активной внутривидовой борьбы. В данном случае можно говорить об участии в явлении дивергенции лишь пассивной внутривидовой борьбы.

	Постоянно осуществляющееся в природе явление дивергенции с неизбежностью приводит к образованию все новых органических видов. А рост многообразия живой природы в свою очередь вызывает дальнейшее увеличение сложности разнообразия жизненных условий, что служит новым стимулом для возникновения новых видов, и т. д. 

	
Заключение

	

	Таким образом, учение Дарвина дало ясные и четкие ответы на все те вопросы, которые выдвигались перед эволюционной теорией его предшественников. Образно говоря, предшественники Дарвина изложили «теорему эволюции», Дарвин доказал ее с помощью огромного количества фактов, сопоставленных, классифицированных и всесторонне взвешенных под углом зрения одной руководящей идеи — идеи естественного отбора.

	Учение Дарвина явилось гениальным обобщением, синтезом знаний, накопленных человечеством об органическом мире. Дарвин показал, что органический мир развивается по естественным законам, что естественный и искусственный отбор является движущей силой развития органического мира».

	Возникновение и утверждение в науке теории Дарвина привело к коренной перестройке и небывалому прогрессу всех биологических дисциплин — систематики, анатомии, физиологии, эмбриологии, палеонтологии, биогеографии и т. д. Реконструируясь на базе эволюционного учения, они как бы превращаются в ветви общебиологической эволюционной теории. Дарвинизм, следовательно, не только внедряет эволюционную идею во все специальные биологические дисциплины, но и способствует их объединению, интеграции.

	Учение Дарвина вызвало к жизни и новые отрасли биологии — теорию филогении, учение о мимикрии, генетику, экологию и др., которые обогащают наши знания о живой природе, способствуют дальнейшему развитию дарвинизма.

	
Список литературы

	

Большая Российская энциклопедия: в 2-х томах. – Т. 1. - М., 2003

	Дарвин Ч. Собрание сочинений. Т. 3, М., Издательство политической литературы. М., 1989.

Концепции современного естествознания: Учебник / Под ред. В.Н. Лавриненко. - М.: ЮНИТИ, 2004.

Кузнецов В.Н, Идлис Г.М., Гущина В.Н. Естествознание. — М.: Агар, 2001.

Мамонтов Г.С., Захаров В.Б. Общая биология: Учебник. — М.: Высшая школа, 2003.

Найдыш В.М. Концепции современного естествознания. — М.: Гардарики, 2005.

Энциклопедия «Современное естествознание»: В 10 т. — Т. 2 – 2006.

Яблоков А.В., Медников Б.М. Чарльз Дарвин. Происхождение видов путем естественного отбора. М., «Просвещение», 1987.

2