Адан Поль

Адан Поль 

Адан Поль [Paul Adam, 1862–1920] — французский писатель. Происходит из славянской семьи. Дед его — участник наполеоновских войн, которым А. посвятил ряд своих исторических романов. 

Первоначально его литературными попутчиками были Гюисманс (см.) и Ренье (см.). В последние годы жизни А. сдружился с писательской группой «Аббатство» (см.). Первая книга А. — «Chair Molle» (Безвольная плоть, 1885) написана в чисто натуралистическом жанре. Автор резко раскрыл бытовые секреты французского буржуазного общества, вызвал бурю негодования и даже подвергся  судебному преследованию по обвинению в оскорблении общественной нравственности. 

После нашумевшего первого произведения А. развил необыкновенно энергичную деятельность. Он написал около 40 крупных романов и большое количество статей по общим вопросам культуры, искусства и истории нравов. А. — яркий представитель литературы буржуазных интеллигентов Франции, метавшихся от натурализма к мистике и спиритуализму символистов, от исканий утопического социализма к идеологии французского империализма, к идеализации французской колониальной политики, «долженствующей объединить Восток и Запад». В его произведениях можно найти весь комплекс характерных для империализма идей расового и национального превосходства, культурной миссии, осуществляемой насилием над «низшими расами» и народами, военной доблести как высшей нравственной и национальной ценности и т. п. Этому идеологическому комплексу А. соответствует не менее типичная тематика многих его произведений с их воинственными и бесстрашными героями, людьми воли и темперамента, с их «батальной живописью», с их идеализацией, даже апофеозом войны. 

Излюбленные жанры прозы у писателей этого направления — колониальный роман и повествование о воображаемых или действительных империалистических войнах. И в этом отношении А. не составляет исключения. Его «La ville inconnue» (Неведомый город) — роман о колониальной экспедиции, а известные произведения наполеоновского цикла — попытки создания военной эпопеи. В этих романах особенно отразились свойственные творчеству А. противоречия: он одновременно полумистик и реалист, психолог и бытописатель, но их основная линия выделяется достаточно четко. Автор прославляет силу и ее носителя — Наполеона I. 

Империалистическая буржуазия Франции должна была перед войной 1914–1918 возродить старый культ Наполеона. Его победы и завоевания, грандиозный размах его военных предприятий, его упорное стремление к мировому господству, — все это было для нее прообразом грядущего величия империалистической Франции. Этот новый культ Наполеона резко отличается от прежнего, которому отдали дань крупные французские, и не только  французские, поэты XIX в. Они еще не отделяли Наполеона и его дела от Великой революции. Для них Наполеон был столько же воплощением силы, сколько свободы и равенства. В этом была несомненная идеализация Бонапарта, но и доля истины, т. к. объективно, помимо своей воли, он продолжал своими войнами дело революции, распространял ее идеи по Европе. 

В романе «Сила» А. разрывает все те связи, которые некогда соединяли Наполеона с революцией. В его лице символизируется идея мирового господства, воплощена и прославлена латинская раса, идеалом которой является не осуществление «прав человека», а безграничное могущество и подчинение других рас. Теми же националистическими и империалистическими тенденциями проникнут роман «Тресты», в котором потомки разбогатевшей на войне буржуазной семьи из романа «Сила» продолжают дело отцов, столь же патриотичное, как и прибыльное, в условиях капитализма нового века. При таком умонастроении особенной ценностью для А. становится воля как залог прославляемой им силы («Force»). Тема воли проходит через все его романы. Его «Soi» (Свое «я», 1886), «Être» (Быть, 1888), «En décor» (Среди чужих, 1890), «Coeurs utiles» (Самоотверженные сердца, 1892), особенно «Robes rouges» (Красные мантии, 1892) и др. — дают разные варианты коллизий слабой и сильной воли с обществом, борьбы индивидуальных и социальных чувств в разных его слоях. Даже названия некоторых романов подчеркивают эту тему: «Les Volontés merveilleuses» (Чудесная власть воли) и т. под. Как романист А. был под сильным влиянием Э. Золя (см.). Подобно последнему, он пишет циклами, изучает историю данной семьи на протяжении ряда поколений, вводит массы в повествование. 

Общественная сатира в прямом смысле слова мало интересовала А., но тем не менее он отдал ей дань в сборниках: «Мораль Франции» и «Мораль Парижа». Ироническое отношение к буржуазной морали и к семейному укладу Франции выражено у А. очень ярко, но, создав тип женщины, освободившейся от этих уз, автор не пошел дальше идеала француженки, «умной и красивой», сознательно превратившей себя в предмет публичного торга: эта властительница сердец и карманов, Кларисса Габи, фигурирует в большой трилогии: «Le Troupeau de Clarisse» (Стадо Клариссы), «L’année de Clarisse» (Сезон Клариссы) и «Clarisse et l’homme heureux» (Кларисса и счастливый мужчина). Увлекательность фабулы и колоритность образов вместе со специфическими острыми моментами эротики, доходящей до порнографии, сделали А. из борца против мещанства — любимцем французского мещанина. Его искание «новой формулы» выразилось в неореализме (см. «Французская литература»). 

Список литературы

I. Русские переводы книг А. стали появляться лишь с 1910. В собр. сочин. в изд-ве Семенова М. И. (П., 1917). напеч.: «Сила», «Дитя Аустерлица», «Хитрость», «Под солнцем июля»; в изд-ве «Сфинкс» (М., 1910–1912): «Красные мантии», (т. IX), «Декорации жизни» (т. II), «Самоотверженные сердца» (т. III), «Василий и София» (т. IV), «Огни шабаша» (т. VIII) и «Стадо Клариссы» (т. IX). Из отдельно вышедших сочинений А. неоднократно переиздавались «Византия» и «Тресты». 

II. Венгерова З., Литературные характеристики, кн. III, СПБ., 1910; Strowski F., Tableau de la littérature française au XIX-e et XX-e ss., P., 1924; Фриче В. М., Зап. литература XX в., 1928.