Политика России в области модернизации и инноваций

Введение



На протяжении всего периода современного развития России, руководство страны сталкивалось с проблемой реализации стратегического планирования. Об этом свидетельствует разработка множества программ по планированию и прогнозированию в постсоветское время. Значение реализации этих программ особенно возрастает в связи с огромными экономическими и социальными проблемами в России, которые предстоит решить стране в ближайшей перспективе: обеспечение устойчивого экономического роста и повышение уровня жизни населения. В главном документе, наметившем перспективы развития страны - Концепции инновационного развития страны 2020 содержится пошаговый план действий. 


Стратегическое политическое планирование и реальность



Как показал анализ исторического опыта стратегического планирования в СССР, других странах и современной России, в его основе лежат разные концептуальные 

подходы. Наиболее распространенным теоретическим подходом к определению стратегического плана является формулирование долгосрочных целей развития с использованием макроэкономических показателей при отсутствии необходимого согласования целей с объемом и структурой требующихся для их достижения ресурсов.

Таким образом, под стратегическим планированием понимают некоторые (желаемые) прогнозируемые состояния развития национальной экономики (отраслей, регионов) в среднесрочном и долгосрочном периодах. На самом деле прогноз состояния должен быть результатом расчета плана (траектории) наилучшего использования национальных ресурсов сейчас для максимального ускорения движения в желаемом направлении. 

Именно этот подход был реализован в СССР период индустриализации, во время войны и в восстановительный период. Далее в ходе реформирования экономики план все более превращался в прожектерство. 

Переход Российской Федерацией в конце 1991 г. к рыночной экономике знаменовал отказ от стратегического планирования одновременно с распадом. В 90-х годах планирование развития национальной экономики было заменено эконометрическим прогнозированием. В российской практике периода рыночных трансформаций термин «планирование» долгое время почти не употреблялся в документах и программно-аналитических проработках, что стало при реализации реформ поспешной реакцией российской элиты на выдвинутую задачу – прейти к исключительно рыночным методам регулирования экономических процессов. Государственное планирование было полностью вытеснено категорией прогнозирования. Категория планирования использовалась только при составлении государственного бюджета. 



Политика России в области модернизации и инноваций



В современном динамично развивающемся мире важную роль приобрел качественно новый механизм функционирования производства, характеризующийся использованием потенциальных возможностей инновационной активности национальной экономики в сочетании с применением широкого спектра технических показателей. Во многом именно от сложившегося таким образом научно-технического уклада современного общества, которое принято называть инновационным, зависит позиция каждой отдельно взятой страны в мире. В связи с этим не вызывает удивления тот факт, что в национальном развитии большинства государств существенно возросло значение инновационных стратегий. Более того, абсолютно закономерной выглядит сегодня новаторская инициатива российского руководства по проведению технологических преобразований в стране, направленная на её последующее превращение в одного из влиятельных игроков и надежных партнеров на международной арене. Ставка на развитие высоких технологий становится стратегическим приоритетом реформирования российской экономики, появившимся в качестве симметричной реакции государства на вызов инновационно-трансформирующегося общества. 

Стоит сразу оговориться о недопустимости формирования преждевременных выводов о том, что на протяжении 1990-х годов в России со стороны государства не предпринималось шагов для поддержки научной и инновационной деятельности. Опровержением этого служит наличие сегодня возможностей, позволяющих достаточно эффективно интегрироваться в мировую экономику, среди которых можно отметить сохранившийся научный потенциал по ряду перспективных научных направлений (ядерная физика, аэрокосмические технологии); сравнительно высокий уровень образования населения; наличие необходимой транспортной, коммуникационной и иной инфраструктуры. Однако реализация выше перечисленных возможностей существенно затруднялась негативными факторами, часть которых досталась в наследство от командно-административной системы, часть порождена неэффективным проведением экономических и социальных реформ. Улучшение статистической динамики производства товаров и услуг, наблюдающееся в последние годы, во многом вызвано благоприятными внешними факторами и не вполне подкреплено необходимыми организационными и финансовыми мерами внутри страны. По-прежнему наиболее высокой доходностью характеризуются вложения в торгово-посреднические операции, что, естественно, не стимулирует инвестиции в реальный сектор экономики, особенно в инновационные проекты, отличающиеся высокой степенью неопределенности и риска. 

По этой же причине банки не стремятся кредитовать инновационные проекты промышленности. Во многом это объясняется тем, что в период проведения реформ в реальном секторе структурная эволюция привела к усилению сырьевых отраслей. 

Однако в условиях современных экономических реалий бесперспективность сырьевой ориентации экономики страны в долгосрочной перспективе признана всеми, хотя следует также учитывать и то, что, помимо сырья, Россия имеет крайне мало конкурентоспособных экспортных товаров. Переход страны к новому этапу развития усложняет также наличие ряда традиционно сопровождающих экономические проблемы негативные факторов, среди которых, коррумпированность госаппарата, криминализация и теневой бизнес, нелегальная иммиграция. 

Но, несмотря на существование указанных проблем, можно отметить, что к настоящему времени в России сложилась достаточно четкая организационная структура управления развитием научно-технологического комплекса. Взаимодействия различных управленческих структур выстроены в соответствии с конституционной нормой по разграничению полномочий федеральных и региональных органов власти, что обеспечивает возможности эффективного решения проблем и регулирования тех аспектов научной деятельности, которые лежат в сфере общенациональных интересов. 

Одним из главных инструментов реализации государственной научно-технической и инновационной политики стали федеральные целевые программы. В процессе реформирования отечественной науки одной из ключевых стала задача изменения сети научно-технических организаций (организации, выполняющие исследования и разработки, научные подразделения предприятий или вузов). Среди институциональных преобразований важное место призваны занять такие направления, которые должны обеспечить устойчивое развитие реального сектора экономики и рост конкурентоспособности промышленности России. В первую очередь, это формирование совместно с вузами инновационно-промышленных центров, технологических и научных парков, ориентированных на производство и реализацию наукоемкой продукции с привлечением российских и иностранных инвестиций и использованием как российской, так и зарубежной торговой сети, а также создание инфраструктуры малого бизнеса для обслуживания программ по реализации высоких технологий. Важнейшей задачей государственного регулирования в инновационной сфере является обеспечение финансовой поддержки реализации инновационных проектов, причем не столько посредством прямого финансирования из госбюджета, сколько созданием условий для осуществления инноваций частным капиталом, то есть формирование многоканальной системы финансирования инновационной деятельности. 

Проведение активной государственной инновационной политики позволит решить главную задачу, суть которой состоит в преодолении разрыва между научно-технической сферой, олицетворяемой, в основном, государством, и промышленной сферой, ассоциируемой частным бизнесом, и создать эффективную систему трансформации научно-технических заделов в наукоёмкую, конкурентоспособную продукцию. Благодаря этому станут возможны: существенное увеличение доли отечественной высокотехнологичной производственно-технической и потребительской продукции, как в экспорте, так и на внутреннем рынке; реализация современных форм взаимодействия науки и производства; стимулирование роста ВВП страны и благосостояния населения на основе роста производства и реализации на мировом рынке конкурентоспособной высокотехнологичной продукции. Иными словами, роль государства в развитии инновационной экономики будет заключаться в создании необходимой инфраструктуры и правовой среды, урегулировании вопросов использования результатов интеллектуальной деятельности, в создании условий эффективного применения научно-технических достижений для производства коммерческого продукта российскими предприятиями, а также решении задач налоговой и социально-экономической политики.



Новые измерения власти и влияния в мировой политике



В условиях постепенного движения мировой политической системы в направлении «постоднополярного мира» важное прикладное значение получают исследования, направленные на поиск новых концептуальных основ международной политики. Возникает необходимость изучения новых источников, ресурсов и инструментов международного влияния. 

Значительный интерес в зарубежном и отечественном политологическом сообществе привлек к себе недавно введенный в рамках совместного доклада Дж.С. Ная и Р. Армитиджа для Центра стратегических и международных исследований США политико-международный концепт «разумная сила» («smart power»). Несмотря на новизну, содержательные характеристики данного понятия не вышли за рамки уже ставших классическими категорий «мягкой силы» (soft power») и «жесткой силы» («hard power»). 

Однако, политологический конструкт «smart power» отличается гибкостью и может быть востребован для исследования целого спектра «нетрадиционных» силовых и властных основ влияния государств, которые сегодня приобретают все большую актуальность. 

В этой трактовке «smart power» можно представить как комплексный теоретико-прикладной концепт, охватывающий ряд мироуправленческих инструментальных стратегий и механизмов, предоставляющих государствам возможности по воздействию на знание и мнение избранных целевых аудиторий - акторов мирополитического процесса. В результате «разумная сила» позволяет формировать у последних определенные образы, представления и позиции в международном измерении, задавать тон международному политологическому и политическому дискурсу. 

В качестве таких целевых аудиторий могут выступать политические круги, политологические сообщества тех или иных государств, региональное либо мировое общественное мнение и т.д. 

К инструментальным компонентам «smart power» мы относим информационно-интеллектуальный потенциал и совокупный инновационный потенциал государства. 

Под информационно-интеллектуальным потенциалом воздействия понимаются возможности государства по проведению целенаправленной и планомерной работы по конструированию у целевых аудиторий определенных восприятий и представлений относительно тех или иных явлений международной жизни и мирополитических процессов. Данная форма влияния вызывает либо гипертрофированную концентрацию внимания, либо, наоборот, ослабление интереса к этим феноменам и способствует их последующему устойчивому видению и оценке под определенным углом зрения. Данные сконструированные представления отличают научная обоснованность и публичная значимость, которые позволяют воздействовать на поведение государств. 

Инновационный потенциал рассматривается с идейно-концептуальной и производственно-технологической сторон. В рамках «smart power» технологические инновации важны, в первую очередь, с точки зрения их целевого позиционирования. Под идейно-концептуальными инновациями мы понимаем продукты деятельности концептуально-идеологической работы «фабрик мысли», занимающихся вопросами международной и мирополитической проблематики, в различных государствах. Ими создается концептуально-идеологический фундамент, приобретающий прикладной характер для внутренней и внешней политики данного государства. Полученный концептуально-идеологический контент включается в разного рода государственные доктрины, доклады, выступления и речи политических лидеров, программы политических партий, а также работы политологов-международников. Он также может использоваться при заключении международных соглашений, принятии программных документов, подписании деклараций, резолюций, то есть активно внедряться международное правовое поле. 

Данные технологии активно используются применительно к реалиям внешнеполитической деятельности государств, осуществляющих конструирование и пропаганду собственного международного статуса. 

В рамках исследования значительное место следует уделить Китаю, который, несмотря на ряд трудностей, совершил серьезный рывок в направлении развития «smart power» на своей национальной почве. 

В качестве результата концептуально-идеологической работы «мозговых трестов» КНР за последние двадцать лет можно выделить целый ряд стратегически важных международно-политических концепций. К ним относятся концепция «нового международного порядка», концепция многополярности, концепция «пекинского консенсуса», концепция «мирного возвышения» Китая, концепция «гармоничного общества и гармоничного мира». Мироуправленческий смысл данного спектра концепций заключается в том, что КНР за относительно небольшой период времени серьезно изменила отношение целевых аудиторий развитых и развивающихся стран к себе и утвердила себя как «ответственную развивающуюся великую державу» (фуцзэжэньди фачжаньчжун даго). 

В рамках технологических инноваций КНР позиционирует себя как недавняя страна «третьего мира», «прорвавшаяся» в космос и создающая собственную спутниковую навигационную систему Beidou (Compass). Китай конструирует имидж активного борца за улучшение негативной экологической ситуации внутри страны, связанной с загрязнением воздуха и опустыниванием территорий. КНР демонстрирует эффективность своих операций по предотвращению разрушительных последствий различных природных катаклизмов. 

Используя дискурсивные, дипломатические и иные механизмы «smart power», Китай успешно конструирует ролевую идентичность страны, с одной стороны, стабилизирующей военно-политическую ситуацию в АТР, а, с другой стороны, воплощающей основной локомотив региональной, а в перспективе мировой экономики. Основные выводы исследования сводятся к тому, что появление концепта «smart power» отражает объективный поворот в изучении мировой политики, связанный с тем, что конструктивистская парадигма, находящая все больше примеров в политической практике, становится важнейшим источником прикладных мирополитических стратегий и методологической базой их исследования. Итак, исследуя концепт «smart power», не следует полностью отказываться от его трактовки, предложенной Дж.С. Наем, тем не менее, следует обогатить его более глубоким, отражающим изменившиеся мирополитические реалии содержанием. 


Заключение



Необходимость выхода российского производства, теряющего конкурентоспособность, на инновационный путь развития отражена в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации. Впервые за все постсоветские годы государство решилось взять стратегическую инициативу в свои руки и широко стало применять терминологию стратегического планирования в обосновании своих действий. Но в концепции лишь формулируются долгосрочные цели, и отсутствует, механизм итеративного согласования декларируемых задач с требующимися для их реализации ресурсами. Внедрение механизма стратегического планирования эффективного использования национальных ресурсов становится важнейшей задачей нашей страны для сохранения ее суверенитета и движения вперед. 


Список литературы



	Ведута Е.Н. «Стратегия и экономическая политика государства», Москва: Академический проект, 2008. 

	Ведута И.И. «Социально-эффективная экономика», Москва: РЭА, 2007. 

	Логвинов С.А. «Макроэкономическое стратегическое планирование», Москва: Инфра-М, 2006. 

	Кокошин А.А. «О стратегическом планировании в политике», Москва: Комкнига, 2007.

	Федоров Н.В. «Российская экономика; стратегическое планирование социально-экономического развития», Москва: Эксмо, 2007. 

	Кузык Б.Н. Прогнозирование и стратегическое планирование социально-экономического развития», Москва: Экономика, 2008. 

	Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года. 

	Послание Федеральному Собранию Российской Федерации от 26 мая 2009 года.