Прямые иностранные инвестиции в России: стратегия возрождения промышленности

Прямые иностранные инвестиции  для России: стратегия возрождения промышленности 

Список литературы. 

Прямые иностранные инвестиции  для России: стратегия возрождения промышленности 

ОГЛАВЛЕНИЕ

Финансовая Академия 

при Правительстве Российской Федерации



Кафедра Банковского дела





Дисциплина: «Международные экономические отношения»









КУРСОВАЯ РАБОТА 


на тему: “Прямые иностранные инвестиции в России:

стратегия возрождения промышленности”







Студентка I-ой группы:

Смирнова В.С.























Москва 

 2001 год.

Оглавление.

№



стр.



Введение.

3







1

Глава I.  Обзор основных теорий ПИИ.



1.1

Ретроспектива теории ПИИ

5

1.2

Парадигма цикла международного производства товара.

6

1.3

Монополистическая конкуренция и несовершенства рынка.

7

1.4

ПИИ и олигополистическая защита.

8

1.5

Теория интернационализации.

9

1.6

Парадигма «летящих гусей».

9

1.7

ПИИ и конкурентное преимущество наций.

11







2

Глава II. Специфика ПИИ в России.



2.1

Основные этапы развития ПИИ в России

14

2.2

Национальные инвестиции и потребности в капитале

15

2.3

Основные тенденции развития ПИИ: источники и адресаты.

17

2.4

Проблемы России на пути восстановления ее статуса промышленной державы.

18

2.5

Важность ПИИ-стратегии.

20

2.6

Политика и механизмы привлечения ПИИ на 2000-2005 гг.

21









Заключение.

23



Приложение №1

24



Приложение №2

25



Приложение №3

26



Приложение №4

27



Приложение №5

28



Список литературы.

29

Введение.

С началом рыночных преобразований промышленность России понесла ощутимый спад в производстве и потеряла свою конкурентоспособность, на что оказал решающее воздействие беспрецедентный объем импорта потребительских и промышленных товаров. 

Очевидно, что единственный путь выхода экономики России из кризиса есть возрождение промышленности. И для достижения этой цели промышленный сектор России нуждается в инвестициях. Но одних лишь национальных сбережений и государственных субсидий будет явно недостаточно. Международные программы помощи также слабо влияют на модернизацию промышленности в России. В свою очередь Прямые Иностранные Инвестиции (здесь и дальше ПИИ) окажут более долгосрочный импульс, как это видно из происходящего на других крупных растущих рынках.

Российское правительство нуждается в принятии долгосрочной ПИИ-политики, чтобы бороться за привлечение больших долей в растущих глобальных потоках ПИИ. Ожидается, что в период 1999-2000 гг. инновационные мультинациональные корпорации будут инвестировать примерно по и $500 млрд. в год. С начала реформ Россия ежегодно привлекала в среднем лишь и $2-3 млрд. - это менее 1% от глобальных потоков. Принимая во внимание размер российского рынка, производственные мощности и ресурсную базу, можно считать реальной возможность увеличения притоков ПИИ в 4-5 раз в самом ближайшем будущем.

Развивая потенциал компаний и снижая зависимость России от международных доноров, ПИИ могут оказать серьезное влияние на экономическую стабилизацию в стране. ПИИ помогут решить основные проблемы, накопившиеся в экономике России: падение промышленного выпуска, банкротство предприятий, нехватка средств для приобретения оборудования и технологий, сокращение занятости, экологические проблемы, финансовый голод НИОКР и засилье импорта базовой продукции. Кроме того, здравая ПИИ-политика позволит восстановить доверие к российским официальным структурам. Тем самым станет реальным возвращение средств, вывезенных россиянами за рубеж (около и $ 120 млрд.), и тех, что хранятся вне банковской системы в России (50-60 млрд.).

Иностранных инвесторов, которые в ближайшие годы обратят свои взоры к России, можно подразделить на три основные категории:

крупные мультинационалы, уже имеющие свои заводы в России, но заинтересованные в расширении бизнеса в главных регионах и соседних странах СНГ;

технологические лидеры среднего размера, реализующие большие объемы продукции через экспорт, но еще остерегающиеся вкладывать капитал в производство в России (в основном вследствие неблагоприятного экономического климата и отсутствия ПИИ-стратегии);

большое число средних и крупных потенциальных инвесторов, находящихся под впечатлением негативного освещения масс-медиа в своих странах российской действительности и избравших выжидательную тактику.

Весьма вероятно, что эти компании позитивно отреагируют на объединение усилий, направленных на привлечение ПИИ. Российская ПИИ-политика должна учитывать различные стороны ПИИ-решений и поддерживаться политиками высшего ранга. Создание независимого ПИИ-агентства, которое должно функционировать как единая, полномочная и координирующая организация, укрепит доверие иностранных инвесторов к стране. Деятельность агентства должна поддерживаться сетью внешних консультативных структур, функционирующих в российских регионах и основных странах-донорах.

Одна из рекомендаций, которую можно предложить Германии и другим странам-членам ОЭСР, желающим развивать сотрудничество с Россией, состоит в принятии мер по оказанию технической и финансовой помощи, направленных на укрепление позиций российской федеральной ПИИ-структуры. По необходимости в отдельных странах-донорах могли бы быть учреждены параллельные политические инстанции, которые бы содействовали активизации перетока ПИИ в Россию. Со временем эти организации могли бы оказывать консультативные и лоббинг-услуги для средних операторов, заинтересованных в инвестировании и в другие важные растущие экономики.

Готовность  инвестировать  в  Россию,  безусловно,  возрастет  с  улучшением макроэкономического климата (налоговое законодательство, импортные процедуры и пошлины, частная собственность на землю), а фокусные коммуникационные и рекламные мероприятия инициируют улучшение имиджа страны. Эти меры должны быть поддержаны обеспечением более удобного доступа к информации, предоставлением стратегических консультационных услуг и активным развитием инструментов финансового инжиниринга.

Так, например, когда инструменты инвестиционно-промышленной политики станут набирать силу, России гораздо легче будет получать единовременные кредиты на решение первостепенных задач, в частности на выплаты заработной платы и пенсий (1,5-2 млрд. в год) и обслуживание внешнего долга.

Реализация ПИИ-политики представляется довольно непростой задачей, поскольку она охватит мириады независимо функционирующих компаний, принадлежащих к тому же к различным  культурным  средам.  Это  потребует  мудрости  и  стратегического государственного руководства, которое должно стоять выше частных политических интересов. Кроме того, здесь открывается обширное поле деятельности для парламентариев, экономистов, юристов и других специалистов по разработке эффективных механизмов возвращения капитала, хранящегося на зарубежных банковских счетах (например, амнистирование всех средств, которые реинвестируются в промышленное развитие, включая приобретение на них оборудования).

Успех этих и подобных мероприятий постепенно снизит зависимость России от международных доноров и возродит веру россиян в национальную банковскую систему. Со временем возрожденная промышленность вернет Россию в клуб ведущих мировых держав.



Глава I.  Обзор основных теорий ПИИ.

1.1 Ретроспектива теории ПИИ.

В XIX веке классические экономические теории (например, теории Адама Смита и Давида Рикардо) рассматривали международную торговлю как двигатель интернационализации и интеграции мировых экономик. Процессы интернационализации путем развития торговли рассматривались как основной катализатор роста национального благосостояния, особенно если страна специализировалась в тех областях, где она имела относительное преимущество. В существующей капиталистической системе частные предприятия стали принципиальными экономическими агентами и ученые из таких стран с открытыми экономиками, как Англия, приветствуют процессы дерегулирования и либерализации во всех сферах национальной экономики, так как это стимулирует развитие торговых связей с другими странами. В отличие от французских "интервенционистов" английские и североамериканские "свободные торговцы" придавали особую важность "естественному ходу вещей" в экономике с тем, чтобы вмешательство государства в действие "невидимой" руки рынка было бы минимальным, поскольку та сама всегда найдет свое равновесие'.

Изначально международная торговля развивалась в основном английскими и французскими компаниями в заморских колониях, где они полностью контролировали торговлю, складирование продукции и сборочные производства. На удаленных рынках они также открывали новые производства и это продолжалось почти столетие - до 50-х гг. - пока в Соединенных Штатах не стали появляться транснациональные корпорации (ТНК) в их современном смысле, обладающие развитыми производственными сетями, охватывающими весь мир. Положение безоговорочных лидеров, завоеванное некоторыми из этих корпораций, позволило им переместить часть своих человеческих и финансовых ресурсов на растущие рынки Латинской Америки и Европы в форме промышленного инвестирования, что в послевоенный период привело к положительным результатам в реконструкции их экономик. Такая широкомасштабная международная деятельность американских корпораций, среди которых были Хегох, IВМ, General Electric, Dupont, General Motors и Соса Со1а, обеспечила аналитиков и ученых из Соединенных Штатов и Европы эмпирическими данными, необходимыми для изучения мотиваций и поведения ТНК в области прямых иностранных инвестиций. В то же самое время западные ученые начали развивать теории, которые смогли бы объяснить сущность и причины такого понятия, как прямые иностранные инвестиции (ПИИ), а также их непосредственное воздействие как на страну-реципиент, так и на страну-донор.

С 60-х годов теории и концепции ПИИ постоянно пополняются и совершенствуются, но так или иначе, в настоящее время они еще не в состоянии обеспечить национальные правительства точным аналитическим инструментарием, позволяющим им предвидеть поведение конкретной компании и эффективно влиять на международные переливы капитала, технологий и ноу-хау. Некоторые парадигмы содержат, однако, любопытные положения, способные оказать значительную помощь в создании и проведении ПИИ-политики, нацеленной на экономический рост и промышленное развитие. В ряде научных исследований предпринимаются попытки объяснить изменения в моделях ПИИ и мотивациях иностранных инвесторов в ответ на различные экономические стратегии и побудительные мотивы в странах-реципиентах.

Долгие десятилетия ученые и политики из стран с переходными экономиками были практически полностью выключены из обсуждения вопросов о всемирной экономической интеграции и значении ПИИ для национальных экономик. Политические и идеологические догмы не допускали открытых исследований и разработки теорий по этой проблеме. Теории, рассматриваемые в этой главе, должны помочь читателям из стран с переходными экономиками разобраться в исторических этапах экономической транснационализации посредством ПИИ в западных и развивающихся странах и в воздействии ПИИ на национальные экономики и мировую торговлю. Они служат основой для последующего анализа внутренних и внешних потоков ПИИ и помогают понять, почему отдельные экономики и отрасли более конкурентоспособны, чем другие.

Эта глава сфокусирована на концепциях ПИИ, разработанных ведущими учеными-исследователями мировой экономики и, в меньшей мере, международного бизнеса, которые помогают нам понять атмосферу промышленной конкуренции и демонстрируют ключевые факторы успеха компаний и наций. В мире теоретические исследования ПИИ стали проводится последние 20 лет за это время было аккумулировано множество знания из предыдущих разработок, но также появились и несколько новых концепций, позволяющих глубоко уяснить важность ПИИ для мировой экономики. В Приложении №1 представлены основные теории, которые оказывали влияние на принятия решений политиками ряда стран. Рассматриваемые парадигмы обеспечивают нас теоретическими основами для анализа поведения ТНК (цикл международного производства товара) и экономического продвижения наций, как через экспорт, так и через импорт ПИИ (путь инвестиционного развития наций). Для того чтобы привлечь иностранные компании (включая ТНК среднего размера) с их передовыми технологиями и ноу-хау, национальные власти нуждаются в усилении специфических местных преимуществ (Location-specific advantages: далее – L-преимущества) и специфических преимуществ владения собственностью (Ownership-specific advantages, далее - O-преимущества) национальных предприятий. Отдельные теории могут подтолкнуть национальных ПИИ-экспертов к выбору секторально-ориентированного и страно-ориентированного подходов, необходимых для привлечения. соответствующих, адекватных инвесторов. 

1.2 Парадигма цикла международного производства товара.

Парадигма цикла международного производства товара (ЦМПТ), разработанная в 1966 г. французским ученым Р. Верноном, описывает динамическое взаимодействие между международной торговлей и иностранным инвестированием. Рассматривался рост объемов торговли и инвестирования среди североамериканских корпораций во время послевоенной реконструкции в Европе. Оригинальность концепции заключается в комбинировании элементов международной экономики (торговля между странами и причины перемещения целых отраслей) с теорией маркетинга (кривая жизненного цикла товара).

В соответствии с теорией естественный жизненный цикл товара и соответствующее изменение издержек подсказывает лидерам корпораций три типа решения: производить товар дома, экспортировать его или переносить его производство на иностранные рынки. Жизненный цикл товара состоит из трех основных фаз: инновация, зрелость и стандартизация. Инноватирующие компании могут пользоваться временной монополией на домашних рынках в период внедрения нового товара, позволяющей им покрывать часть издержек на инвестирование в НИОКР и маркетинг. Когда товар вступает во вторую и третью фазы своего жизненного цикла, то для того, чтобы успешно соперничать со своими конкурентами, компания вынуждена применять стратегию интернационализации. Когда товар теряет свою рыночную новизну, достигая фазы зрелости, компания обычно ищет возможности его экспорта. На этом этапе конкуренция становится более жесткой, что ведет к более высоким издержкам на единицу продукции и снижению прибыли. В конце концов, на этапе стандартизации компании должны найти наиболее выгодные места размещения производства в других странах, особенно крупных. На этапе стандартизации компании предпринимают инвестирование за рубеж в попытках сохранить свое лидерство и с перспективой позднее реэкспортировать тот же товар на домашний рынок, где он появился впервые.

Когда это было сформулировано, теория дала понятное объяснение решений, принимаемых американскими корпорациями по перемещению производства за границу. С тех пор международная ситуация сильно изменилась. Поскольку в настоящее время корпорации и их конкуренты располагают сетями зарубежных филиалов, конкуренция распространилась с домашних рынков на мировые. При аннексии новых рынков корпоративные лидеры формируют стратегические альянсы и поглощают зарубежные компании. Это необходимо для того, чтобы, обеспечивая доступ к новым рынкам и технологиям, сохранять и упрочнять свое лидерство. Их решения определялись скорее стратегическими целями, чем определенными стадиями зрелости товара. Роль правительства в экономике и побудительные механизмы (например, стимулирующая ПИИ-стратегия Великобритании, направленная на привлечение японских инвесторов, предпринятая в конце 80-х гг.) также сильно влияют на решения инвесторов. Сегодня типичная ТНК проводит торговые и инвестиционные стратегии одновременно в нескольких странах, создавая единую систему внутрикорпоративных трансакций и взаимоакционирования.

В 70-80-е гг. за пределами США (и особенно в Европе) начали возникать мощные ТНК, а недавно такие корпорации возникли в растущих экономиках Юго-восточной Азии и Латинской Америки. Американские ТНК сталкиваются с серьезной конкуренцией и почти во всех отраслях промышленности эра их безоговорочного лидерства закончилась. Ранее сложившиеся в рамках этой теории иерархические взаимоотношения между странами и национальными экономиками трансформируются. Однако эта теория побуждает некоторые ПИИ-ориентированные правительства исследовать жизненные циклы на глобальном уровне, если не применительно к конкретному товару (это слишком сложно), то, как минимум, к широким товарным категориям, отраслям и технологиям. Данная теория может оказать серьезную помощь в проведении изучения и мониторинга за стадиями жизненного цикла ведущих отраслей промышленности (например, машиностроение, фармацевтика, высокотехнологичные химические производства, грузоперевозки, аэрокосмический комплекс) и высоких технологий (например, микроэлектроника, новые материалы, биотехнологии). 



1.3 Монополистическая конкуренция и несовершенства рынка.

Причины роста мультинационалов из США и их решения о производстве за рубежом были проанализированы С. Г. Хаймером в 1960 году. Его работа основана на следующем утверждении: иностранные инвесторы стремятся использовать несовершенства рынка, так как производственные инвестиции за рубеж связаны с более высокими рисками и затратами, чем инвестирование в производство в стране его происхождения. Кроме того, требуется дополнительное инвестирование для покрытия технических и организационных издержек: на дистанционное управление зарубежными филиалами, высокие расхода на маркетинговую деятельность и развитие, связанные с лингвистическими и культурными барьерами, и вероятность дискриминации. Таким образом, инвестирующая фирма должна обладать специфическим,  а по существу монополистическим преимуществом, происходящим из несовершенств рынка.

Киндльбергер (1969) расширил хаймеровскую концепцию, выделив на основе несовершенств рынка четыре ключевых фактора успеха ТНК (где бы та не оперировала и независимо от правительственной интервенции, способной влиять на структуру издержек и прибыли):

несовершенства, связанные с товарной политикой фирм: техники маркетинга, имидж торговой марки, товарная дифференциация;

несовершенства, связанные с факторами производства: непосредственный контроль над производством, собственные технологии, квалификация персонала, привилегированный доступ к рынкам капитала;

возможность использования интернальной (внутренней) и экстернальной (внешней) экономии на масштабе (эффект масштаба);

политика правительства и его интервенция.

Применение теории монополистической конкуренции к ТНК повлекло за собой исследование таких элементов, как широкий доступ к факторам производства и к потребителям, а также экономии на масштабе в рамках международного производства, дистрибуции и снабжения. Эта теория использовалась для изучения факторов, способствующих успеху операций ТНК как на домашних, так и на зарубежных рынках. Монополистические или олигополистические аспекты деятельности ТНК за рубежом вызвали специфическую реакцию правительств, хотя порой эти действия и не отличались от политики по отношению к отечественным предприятиям.

Последующие теории, основанные на более ясных и определенных эмпирических примерах, позволили сделать вывод, что в большинстве случаев специфические преимущества являлись необходимыми, но недостаточными условиями для фирм, чтобы инвестировать и производить за границей. Компания может хорошо использовать свои специфические преимущества и дома и экспортировать готовую продукцию или продать лицензию на ее производство, избегая высоких затрат на релокацию.

Для стран с переходными экономиками, таких, как Россия, из этой теории можно сделать несколько выводов:

Иностранные инвесторы должны тщательно изучаться, в частности изучению подлежат:

их корпоративные активы и возможные способы побуждения к переносу высоких технологий и ноу-хау;

специфические преимущества компании, определяющие ее готовность к инвестированию и возможным его формам (совместные предприятия, дочерние компании).

Успех от привлечения инвестирующей компании в определенные сектора и регионы тем выше, чем больше информации собрано государственными властями (например, тщательная оценка ежегодных финансовых отчетов, изучение пресс-релизов и истории компании и т. д.).

Необходимо сопоставление ключевых факторов успеха иностранной компании со стратегией развития страны-реципиента.

Теории, основанные на преимуществах компаний и несовершенствах рынка, описанные выше, позднее были дополнены Даннингом и Портером, чьи интегрированные концепции были пополнены дополнительными элементами, используемыми при выборе потенциальных инвесторов.

1.4 ПИИ и олигополистическая защита.

В отраслях с большой конкуренцией рыночные структуры и поведение лидера могут определять процесс и скорость транснационализации конкурентов. На основе эмпирического изучения международной деятельности 187 американских корпораций, проводившегося в течение 1948-1967 гг., Никкербоккер (1973) открыл, что в олигополистических отраслях за лидерами рынка, инвестирующими за рубеж, автоматически следуют их домашние конкуренты. В 45% случаев эта стратегия "следования за лидером" наблюдалась в течение трех лет с момента первичного инвестирования, а в 75% - в течение семи лет.

В отраслях с чрезвычайно высоким уровнем концентрации (энергетика, металлургия) подобные ПИИ-стратегий более редки, поскольку ведению прямой конкурентной борьбы, способной привести к общему снижению цен и потерям для всех олигополистов, лидеры предпочитают простой раздел рынка. Подобное практиковали отдельные европейские инвесторы в США и японские компании в Европе и США (например, в автомобилестроении и секторе бытовой электроники).

Грэм (1978) несколько усовершенствовал эту модель, объяснив в частности инвестиционное поведение европейских ТИК в Соединенных Штатах. Их целью являлось в большей мере сопротивление стратегиям американских компаний в Европе, чем "сражение" со своими европейскими конкурентами в США. Отражая "американскую угрозу" на домашних рынках, европейцы форсировали свои усилия по интернационализации. Таким образом, ПИИ не всегда определяются видимыми причинами экономической выгоды - по крайней мере, не на начальной стадии, - но в значительной мере могут рассматриваться как контрмеры, направленные на сдерживание своих основных конкурентов дома и за рубежом. Эта модифицированная версия модели остается приемлемой и сегодня и применима в основном к финансово мощным компаниям, происходящим из стран с примерно одинаковым уровнем экономического развития, в частности из Триады - США, Европы и Японии.

1.5 Теория интернационализации.

Концепция интернализации (от английского internalization - объединение всех технологий и ноу-хау внутри компании) устанавливает связь между ПИИ крупных корпораций и их внутренней организацией, отражающей иерархическую интеграцию бизнес-функций. Она предполагает наличие несовершенств рынка и была сформулирована во второй половине 70-х гг. двумя экономистами из Редингского Университета (Великобритания) - Баккли и Кассовом.

Согласно теории Баккли и Кассона (1976), крупные фирмы могут расширять свою деятельность при наличии целостной внутренней структуры, исключая конкурентов на их ноу-хау. Они упрекали предыдущие теории (в частности, теории Хаймера, Киндльбергера) за чрезмерное акцентирование внимания на производственной функции и пренебрежение прочими уникальными преимуществами (умение лидировать, международная организация деятельности, маркетинговые и снабженческие ресурсы, развитие человеческих ресурсов и здоровый финансовый менеджмент), которые позволяют компаниям выходить в лидеры и распространять свои операции на другие рынки и отрасли. Настоящие международные операторы получают свое конкурентное преимущество отнюдь не вследствие использования одного-единственного специфического фактора в одной определенной функциональной сфере, но из-за своей способности интернализировать свое ноу-хау, вместо того, чтобы передавать его другим (внешним) организациям.

Практически во всех промышленных секторах - там, где высоки затраты на НИОКР и присутствует    капиталоемкое    производство    (химическая    промышленность, автомобилестроение) и большое количество промежуточных товаров в виде компонентов и полуфабрикатов (бытовая электроника, фармацевтика) - существует интернализация. Прогрессивные ПИИ-агентства (например, департаменты развития инвестирования Тайваня и  Сингапура)  связывают воедино  аспект  высоких  затрат  на  НИОКР  и транснационализационный (ПИИ) потенциал: если есть альтернатива, они отдают предпочтение тем ТНК, которые расходуют на НИОКР большую часть от оборота. Это отношение также используется для привлечения новых ТНК к развитию специфических промышленных секторов. Теория также может помочь понять интернационализационные стратегии компаний в добывающем и аграрном секторе, а также в сфере услуг (Баккли и Кассон, 1985).



1.6 Парадигма «летящих гусей».

Парадигма "летящих гусей" была разработана в конце 30-х годов японским ученым К. Акамацу как обобщенная теория экономического развития. По его представлению, существуют три фазы развития отрасли:

Фаза 1: Продукция поступает в экономику через импорт от зарубежных производителей 

Фаза 2; Для удовлетворения растущего национального спроса открываются новые местные производства 

Фаза 3: Излишки продукции экспортируются на новые зарубежные рынки.

Акамацу построил свою парадигму на основе наблюдения за текстильной промышленностью Японии (тогда еще развивающейся страны) и путем ее развития в течение 40-50 лет, начиная с конца XIX века. Он открыл, что последовательное появление импорта (М), местного производства (Р) и экспорта (X) графически напоминают формирование стаи диких гусей (Рисунок 1). Такие модели наблюдались в текстильной промышленности (производство хлопчатобумажных нитей и тканей) и, позднее, для ее отрасли-поставщика - сектора промышленного оборудования (прядильные станки). Изучая в течение многих лет полный цикл развития этих товаров и отраслей, Акамацу смог продемонстрировать динамику внутренних процессов и изменение конкурентоспособности японского промышленного сектора.







Иллюстрация парадигмы "летящих гусей"                       __

/. Базовая модель зкономического роста (по Акамацу)

Стоимость

  Время





II Ускорение роста посредством ПИИ

Стоимость





Время

Р: национальное производство, X: экспорт, М: импорт.

Позднее японские ученые расширили эту модель, объясняющую ситуацию в новоиндустриальных (например, Южная Корея, Тайвань) и развивающихся странах (например, Таиланд, Малайзия), где многие капиталоемкие отрасли развивались вызванными ПИИ трансфертами ноу-хау и передовых технологий. Согласно Коджиме (1978), парадигма "догоняющего цикла" Акамацу объясняет развитие экономик-преследователей. Она предполагает взаимодействие и динамичные изменения в экономических отношениях между передовыми (лидерами) и развивающимися (догоняющими) странами, поскольку последние развивают свои экономики, соревнуясь с лидерами.

Эта теория подтверждается процессом успешной погони многих развивающихся стран (особенно азиатских) за мировыми лидерами, в особенности в секторе производства потребительских товаров с низкой добавленной стоимостью. Несмотря на то что во многих промышленно развитых странах развитие торговых отношений иногда еще сдерживается (например,   мультифибровое   соглашение   по   текстилю,   протекционистские сельскохозяйственные стратегии США и ЕС), развивающиеся страны пытаются не отставать, от своих промышленно развитых конкурентов и по возможности развивать собственную промышленную базу. Подобный феномен также можно наблюдать в переходных экономиках Центральной и Восточной Европы, которые сталкиваются с преградами на пути экспорта  определенных товаров  в  страны  Европейского  Союза  (например, сельскохозяйственная продукция, сталепродукты, алюминий). Но низкая стоимость рабочей силы и богатые природные ресурсы (особенно в странах-членах СНГ) позволяют утверждать, что эти страны являются важнейшими новыми реципиентами ПИИ. Для активизации процесса "погони за лидером" необходимо устранить торговые барьеры и предложить ТНК условия, при которых они стали бы перемещать свои технологии и ноу-хау в больших объемах.

Парадигма "летящих гусей" предоставляет политикам и аналитикам России три интересных факта, которых последние должны иметь в виду при разработке планов экономического развития страны и ПИИ-инструмеитов:

Парадигма демонстрирует, что международная экономическая интеграция позволяет переходным экономикам догонять и даже перегонять передовые. Страна должна оставаться открытой для внешнего мира и, в частности, для ПИИ от иностранных ТНК, являющихся незаменимым дополнением государственной помощи.

Фактор ПИИ, введенный в парадигму Коджимой и Озавой, подчеркивает необходимость выработки разумной ПИИ-политики для ускорения процесса экономического развития.

Следует отметить, что вызванное ПИИ экономическое развитие в стране-лидере может оказать влияние на соседние страны, особенно если их действия скоординированы. Например, позитивные сдвиги в России могут повысить экономический потенциал СНГ в целом и активизировать виртуальный экономический цикл в регионе. 

1.7 Пии и конкурентное преимущество наций.

В "Конкурентном преимуществе наций" (The Competitive Advantage of Nations, 1990) Майкл Портер представил результаты своего крупномасштабного полевого исследования, проведенного в десяти ведущих промышленно развитых странах. Он изучил конкурентоспособность более чем в ста отраслях, на долю которых приходится значительная часть экспорта соответствующих стран. В своем анализе он попытался ответить на следующие вопросы:

почему корпорации, относящиеся к определенным отраслям, были более успешны в проникновении на зарубежные рынки, чем другие;

почему отдельные страны смогли привлекать ПИИ в отрасли с высокой добавленной стоимостью, а в другие отрасли нет;

почему инвестиции ТНК в отдельные страны и сектора существенно повышали технологическую и организационную эффективность местных компаний, и почему в других случаях промышленной модернизации не происходило.

В своей работе Портер проиллюстрировал динамическое взаимодействие между стратегиями ТНК и конкурентными преимуществами стран-реципиентов. Хотя теория сравнительного преимущества и критикуется отдельными учеными, включая Даннинга, она определенно способствует лучшему пониманию транснациональной деятельности компаний, акцентируясь на четырех определяющих факторах конкурентного преимущества, которые вместе образуют "бриллиант конкурентного преимущества":

Фактор 1:   Корпоративная стратегия, структура н конкуренция: управление и умение лидировать, цели компании, организация новых сфер бизнеса и предпринимательство, обеспеченность рисковым капиталом и т. д.

Фактор 2: Состояние факторов, в частности человеческих, физических, знания, капитал, инфраструктура.

Фактор 3: Состовляющие спроса, такие как объем спроса в стране, темпы его роста, сегментация потребителей, характеристики потребителей (потребности, экстравагантность, уровень покупательсокй способности, международная мобильность и т.п.).

Фактор 4: Существование сопутствующих и поддерживающих отраслей.



Существование развитых поддерживающих отраслей промышленности является важным определяющим фактором для ПИИ. При разработке ПИИ-политики переходные экономики должны стремиться развивать взаимозависимые промышленные кластеры на основе  базовых и поддерживающих отраслей. Организация современной пищевой промышленности, например,  будет зависеть от предложения продукции аграрного сектора (молока, мяса, специй, консервантов и т.д.) адекватного объема расфасовочного и упаковочного оборудования и наличия соврменной системы розничной торговли; для процветания автомобилестроения будет необходима поддержка производств, выполняющих отдельные узлы и агрегаты (детали из пластмасс, двигатели, аккумуляторы и т.д.). Только посредством этого комплексного подхода можно повысить промышленную конкурентоспособность и добиться экономического роста уже в ближайшем будущем.

Политика в области ПИИ должна ориентироваться на развитие стратегических субсекторов вокруг секторов-лидеров. Для каждого из приоритетных промышленных секторов, которые национальное правительство намерено развивать, должно быть тщательно изучено состояние местного спроса и предложения. В этом случае будет полезным проводить ПИИ-политику в комбинации с политикой в области промышленности, среднего и малого бизнеса, налогообложения, обеспечения занятости. Для информирования соответствующих министерств о секторах и субсекторах, в отношении которых должны разрабатываться скоординированная политика, наиболее приемлемым будет использование единого ПИИ-агентства.

ПИИ-теории, разработанные ведущими учеными, имеют своей целью найти разумные объяснения мотивациям международной инвестиционной деятельности ТНК и путям экономического развития стран посредством ПИИ. Они содержат положения, предлагающие политикам ценные инструменты для увеличения притоков ПИИ путем предвосхищения поведения ТНК, воздействия на процесс принятия решений, предпринимаемого руководством корпораций, и мониторинг ПИИ-позиции национальной экономики по отношению к конкурирующим нациям.

ПИИ-теорин мотуг оказать значительную помощь политикам высшего ранга, поскольку их предпосылки адаптированы к национальному российскому контексту. Положения отдельных теорий смогут помочь политикам в оптимизации всего процесса увеличения уровня притоков ПИИ, начиная со стратегического планирования на фазе анализа и кончая фазой реализации, включая применение эффективных политических инструментов и контроль за их эффективностью. Тем самым ПИИ-специалисты будут мотивированы в привлечении потенциальных инвесторов.

Теории, представленные в этой главе, показывают сложную природу "проблематики ПИИ" которая требует скрупулезной бизнес-разведки, информационных и промоутерских механизмов. Для налаживания прямых контактов с иностранными инвесторами ответственные власти должны наделить независимый департамент или агентство необходимыми полномочиями в сфере ПИИ. Этому агентству необходимо быстро заслужить доверие и получить легитимность посредством связей с высшими исполнительными и законодательными органами. В переходной экономике неэффективен раздел ответственности в сфере ПИИ среди различных министерских департаментов. Для укрепления ПИИ-позиции России и скорейшего промышленного возрождения необходима концентрация власти.

В динамичном глобальном контексте, определяемом интенсивной конкуренцией и экономической интеграцией между странами, необходимо проведение регулярного сбора данных и мониторинга вне зависимости от выбранной Россией ПИИ-стратегии Основные ПИИ-теории должны мотивировать принятие политических решений - касающихся глобальных перспектив привлечения ПИИ и мировой конкуренции - лишь на основе реальных фактов и реалистичных прогнозов.



Глава II.  Специфика ПИИ в России.



Основные этапы развития ПИИ в России.

Петру I принадлежит историческая заслуга в закладке российской промышленности. Он первый предложил западным промышленникам перенести свои технологии в Россию и в скором времени в Петербурге, Новгороде и Ярославле были заложены первые заводы. Последующие Романовы продолжили эту деятельность, справедливо полагая, что культурный, финансовый и технологический обмен с европейскими странами принесет России большую пользу. В течение 1895-1914 гг. притоки иностранного капитала в Россию превосходили национальные инвестиции на 55-60% (для сравнения, сегодня доля ПИИ составляет всего лишь около 1-2%). Основными экспортерами ПИИ в Россию являлись Германия (1913: 28% ПИИ), Франция (19%), Великобритания (17%) и Бельгия (11%). В то время доминировали компании из Западной Европы; доля США в инвестициях в Россию была незаметной (1%).

Россия была зависима от зарубежных производственных технологий во всех секторах промышленности.   Западноевропейские  компании  участвовали   в   строительстве Транссибирской железной дороги, помогали в сооружении крупных металлургических и нефтехимических заводов и электростанций. Строительство российских пассажирских и военных кораблей и производство двигателей для отечественной автомобильной промышленности также являлось примером сотрудничества с западными компаниями. В отличие от настоящего времени Россия была чистым импортером сырья и экспортером готовой продукции. Западный капитал инвестировался не только в промышленность, но также и в розничную торговлю, в сферу финансовых услуг и транспорт.

Несмотря на то что еще не существовало специального законодательства, защищающего иностранные инвестиции, благоприятный экономический климат начала XX века в значительной мере способствовал расширению западными компаниями  своей инвестиционной деятельности в России. Специальные законы по банковской деятельности, торговле и фондовым рынкам в полной мере защищали собственность иностранных компаний и гарантировали им репатриацию прибыли.

С приходом к власти коммунистов ситуация резко изменилась. Возглавляемое Лениным новое Советское правительство вначале приветствовало ПИИ, так как считалось, что они способствуют промышленной модернизации страны. Создавались специальные концессии по разработке полезных ископаемых, в особенности в нефтяном секторе. В 1922 г. были созданы специальные комитеты, осуществляющие надзор за концессиями (при Госплане) и СП (при Комитете по труду и обороне). Но к концу десятилетия политика "частично открытых дверей" была отвергнута. После 1928 г. не было создано, ни одной новой концессии, а в период между 1920-1940 гг. многие крупные ТНК и вообще потеряли свою собственность в СССР.

Политика Сталина, Хрущева и Брежнева привела к тому, что к середине 80-х годов притоки ПИИ упали до чрезвычайно низкого уровня. Советское государство, пропагандируя экономическую самодостаточность, делало упор на развитие тяжелой промышленности и оборонного комплекса. Отрасли-поставщики, среди которых химическая промышленность и машиностроение, стали промышленными приоритетами СССР. Но в сравнении с индустриально развитыми странами Европы и Азии отсутствие конкуренции изолировало советскую промышленность и замедлило темпы ее развития. Производство потребительских товаров было в запущенном состоянии (это все еще остается "ахиллесовой пятой" и в посткоммунистической России).

При Горбачеве ситуация стала и вовсе критической. 19 августа 1986 г. Совет Министров издал специальный закон о совместных предприятиях, посредством которого правительство сделало попытку активизировать приток иностранных технологий, в особенности в сектор производства потребительских товаров. Иностранным компаниям было позволено контролировать не более 49% акций. Позже, специальным постановлением Совета Министров от 2 декабря 1988 г. этот потолок был поднят. По соглашению между партнерами, иностранное участие могло достигать 100%. А 6 марта 1990 г. вышел новый закон, согласно которому иностранным компаниям гарантировалось репатриация прибыли; владение землей и право компенсации (в случае экспроприации) советскую промышленность и замедлило темпы ее развития. Производство потребительских товаров было в запущенном состоянии (это все еще остается "ахиллесовой пятой" и в посткоммунистической России).

При Горбачеве ситуация стала и вовсе критической. 19 августа 1986 г. Совет Министров издал специальный закон о совместных предприятиях, посредством которого правительство сделало попытку активизировать приток иностранных технологий, в особенности в сектор производства потребительских товаров3. Иностранным компаниям было позволено контролировать не более 49% акций. Позже, специальным постановлением Совета Министров от 2 декабря 1988 г. этот потолок был поднят. По соглашению между партнерами, иностранное участие могло достигать 100%. А 6 марта 1990 г. вышел новый закон, согласно которому иностранным компаниям гарантировалось репатриация прибыли, владение землей и право компенсации (в случае экспроприации).

Изначально для иностранных компаний были выделены особые экономические зоны, которые предлагали некоторые финансовые, фискальные преимущества, а также льготные а импортные пошлины. Последующие законы расширяли права, гарантии и усилили; механизмы зашиты иностранных компаний, предоставляя ТНК полную экономическую свободу, возможность портфельного инвестирования, долгосрочную аренду земли и свободу реинвестирования прибыли. И наконец, они получили равные права с отечественными инвесторами. Советское руководство стало рассматривать ПИИ как один из важнейших катализаторов процесса экономической реновации. В 1991 г. эти процессы полностью остановились, но уже через некоторое время возобновились снова после того, как Россия вступила в новую эру экономического развития в рамках рыночной экономики.



2.2 Национальные инвестиции и потребности в капитале.

Во времена Советского союза все важнейшие инвестиционные программы предпринимались государством. На основе согласованных производственных целей государственные плановые органы централизовано направляли финансовые ресурсы на строительство новых заводов и их модернизацию. Большинство промышленных предприятий были крупными и чрезвычайно диверсифицированными. привилегиями были наделены предприятия, принадлежащие стратегическим секторам, которых было занято большое число рабочих и служащих. Цели определяли исключительно в физических объемах выпуска, контроля качества практически не проводилось, взаимодействие с иностранными партнерами было минимальным. В конце 80-х годов гласность и перестройка привлекли в СССР первых частных инвесторов, но до 1989 года доля частного капитала не превышала 10-15% от совокупного капиталовложений.

Реформы 1991-1992 гг. привели к снижению влияния федеральных и региональных органов на процессы размещения ресурсов. В 1996 г. только 20% капитальных Ц инвестиций было осуществлено из государственного бюджета (по сравнению с 37% в 1999). Основными источниками инвестиций стали прибыль предприятий, амортизационные отчисления и портфельное инвестирование. Эта тенденция стала показательной почти для всех отраслей промышленности, исключениями являлись лишь крупные инфраструктурные и строительные проекты, которые, как и в других странах, остаются подконтролен государства. Так как процентные ставки по краткосрочным и долгосрочным кредитам еще достаточно высоки, банковские кредиты редко используются как источник инвестиций. Большинство компаний вынуждены сами финансировать модернизацию и расширение производства. На фоне снижения объемов государственного субсидирования они все чаще ищут партнеров среда западных компаний, которые рассматриваются как важный источник  финансирования для инвестиционных проектов в промышленности.

В 1996 г. валовые капиталовложения в основные фонды упали до 21% от ВВП, т.е. оказались на 10% меньше, чем в начале реформ. Промышленность сгенерировала лишь 35% капитальных вложений - это на 6% меньше, чем в 1990 г. Несмотря на то, что в 1997 г. в промышленности наметилось некоторое улучшение, предприятия сферы услуг продолжают оставаться крупнейшими инвесторами в России. К примеру, в течение 1992-1997 гг. транспортные компании увеличили свою долю с 8% до 15%. Подобные тенденции имеют место в сфере оптовой и розничной торговли, а также в финансовом секторе. Строительство жилья - один из наиболее прогрессирующих частных секторов. Еще одной жертвой переходного периода стало сельское хозяйство, чья доля в формировании капитальных инвестиций уменьшилась с почти 11% в 1992 до 2,5% в 1997 гг. В ближайшие годы Правительство должно будет заниматься восстановлением определенного баланса путем создания особых условий для развития промышленного и сельскохозяйственного секторов. Например, модернизация и развитие пищевой промышленности является для России приоритетной задачей, но ее будущее в значительной мере зависит от существования эффективной аграрной базы.

Объемы инвестируемого капитала связаны с финансовым состоянием предприятий. По данным на начало 1997 г. уже около 50% частных компаний (43% в промышленности) сообщили о финансовых убытках, по сравнению с 14% в 1993. В целом по промышленности убыточными уже являются более половины компаний: лесной сектор, включая производство бумаги (63%), цветная металлургия (61%), угледобыча (60%), транспорт (58%), текстиль/одежда (56%). Эти предприятия находятся в порочном круге невозможности уплаты налогов, банкротства и сокращения персонала. И поскольку для большинства операторов банковские кредиты стали недоступны, единственным выходом для этих компаний остается добиваться поддержки государства. Но, борясь с бюджетным дефицитом, государство постоянно уменьшает объемы субсидий на капитальное строительство, программы повышения квалификации рабочих и служащих и НИОКР.

Федеральным бюджетом, утвержденным 26 марта 1998 г., предусматривалось выделение незначительных фондов на ключевые отрасли:

Аэрокосмическая (636 млн. руб. или и8$104 млн.),

Электротехническая/электронная (246 млн. руб. или и5$40,3 млн.),

Кораблестроение (154 млн. руб. или 118$25,2 млн.),

Телекоммуникации (113 млн. руб. или 115$ 18,5 млн.),

Металлургия (23 млн. руб. или 118$3,8 млн.),

Биотехнологии (5,9 млн. руб. или и8$970 000),

Машиностроение (4,7 млн. руб. или и8$780 000).

Только стратегические отрасли  получают небольшую  поддержку:  оборонная, инфраструктура, сельское хозяйство и добывающая. В то же время доходы от корпоративных налогов не могут увеличиваться, раз предприятия не имеют возможности поправить свое финансовое положение. Финансовый кризис, поразивший Россию в августе 1998 г., еще больше усложнил ситуацию.

Выполнение жестких требований международных организаций не может разрушить этот замкнутый круг. Например, МВФ, являющийся крупнейшим международным донором, связывает предоставление кредитов с ростом собираемости налогов. Это возможно лишь путем сочетания более эффективной системы сбора налогов и резкого сокращения государственных расходов, в том числе на важные социальные программы (образование, здравоохранение, культура). Необходимость стабилизации бюджета - одна из причин сокращения расходной его части и расширения налогооблагаемой базы, что и предпринимается российским правительством. При отсутствии широкомасштабной программы системной модернизации промышленного комплекса России эти меры одинаково воздействуют как на российские, так и на иностранные компании.

Фонды, выделяемые МВФ или другими международными программами помощи, расходуются непосредственно на латание финансовых дыр в административно-политической сфере (выплаты зарплаты в государственном секторе и финансирование государственного аппарата) и редко достигают общественных организаций (школы, больницы) и приватизированных промышленных предприятий. Исключениями являются специальные финансовые программы, проводимые фондами TRANSFORM (Германия) и Know-How (Великобритания), а также венчурные капитальные фонды (в том числе для меньшего акционерного участия), предоставляемые ЕБРР. Но эти фонды едва ли компенсируют реальные финансовые потребности российской промышленности. Более того, государственные программы наделены раздутым административным аппаратом, который абсорбирует значительную часть целевых средств. По этим программам российские предприятия редко получают новые технологии и ноу-хау. В течение переходного периода основным катализатором промышленного развития России будут являться ПИИ и сотрудничество с иностранными партнерами.

В период до 2010-2015 гг. ежегодные потребности России в ПИИ составят и $100-150 млрд. или 15-20% от ВВП Но даже это не в состоянии полностью разрешить труднейшую задачу развития отечественной инфраструктуры и модернизации российской промышленности, которая 70 лет действовала в условиях плановой экономики. Только для конверсии оборонных предприятий необходимо и $25-30 млрд. В 1996 г. российские предприятия сгенерировали 300 трлн. руб. (или и $55 млрд.). Под воздействием продолжающегося спада госбюджет (федеральный и региональные) сможет предложить сегодня лишь 75 трлн. руб. (около $14 млрд.), что явно недостаточно для воссоздания национальной промышленности, сельского хозяйства и инфраструктуры.

2.3 Основные тенденции развития ПИИ: источники и адресаты.



По данным UNSTAD, в 1996 г. импорт ПИИ составил и $2,1 млрд. или 0,9-1,0% от капиталообразующих инвестиций. Иностранные портфельные инвестиции более чем в а превысили объемы ПИИ. Хотя российская статистика (Госкомстат) приводит более высокие данные об их доле в объемах инвестиций в капиталовложения (т.е. 3%), все же это значительно ниже, чем в среднем по другим крупным странам. С учетом потенциала страны это отношение должно достичь 6-8%, чтобы гарантировать необходимый приток капитала и технологий. По сообщениям Госкомстата, в 1997 г. в Россию было привлечено ПИИ объемом $5,3 млрд. Если не будут приняты особые меры, то вследствие финансового кризиса притоки ПИИ в период 1998-1999 гг. упадут до уровня $2 млрд. 

Хотя ПИИ представляют собой значительный дополнительный источник финансирования, в частности для стран с растущими и переходными экономиками, в экономике России они еще не играют значительной роли. В 1996 г. только треть от привлеченных объемов была размещена в промышленности. Для сравнения, более половины ПИИ, привлеченных Китаем (1997: $45 млрд.) и Индией ($2,5-3 млрд.), поступили в промышленность и инфраструктуру. Поскольку притоки ПИИ измеряются в иностранной валюте (в сравнении с рублевым стандартом для национального капиталовложения), увеличение трансфертов с Запада приведет к более значительному экономическому эффекту в России. На 1997 г. объемы привлеченных в Россию ПИИ составляли всего лишь $ 11,5 млрд., по сравнению с и $217 млрд. для Китая, и $126 млрд. для Бразилии и и $87 млрд. для Мексики.

Привлеченные в Россию ПИИ происходят в основном из стран Западной Европы и Соединенных Штатов. В 1997 г. североамериканские ТНК были крупнейшими инвесторами: на них приходилось 24% размещенных ПИИ. Инвестиции из Великобритании составили 20%. Далее следовали швейцарские (14%) и немецкие (13%) инвесторы. Лидирующее положение Швейцарии заставляет предположить, - как и в случае с Кипром (8%), - что не все инвестиции "чистые", т.е. это может представлять собой начало процесса репатриации российского капитала, ранее покинувшего страну. Несмотря на растущий интерес к России японских и южнокорейских ТНК их доля в суммарном объеме ПИИ остается чисто символической. Например, доля японских ТНК составляет лишь 1%. Совокупные инвестиции из остальных стран СНГ составляют менее 1%. В 1996 г. Украина, с общими инвестициями около $24 млн., стала крупнейшим инвестором в Россию среди всех стран СНГ, далее следуют Беларусь (и $17,5 млн.) и Казахстан ($14 млн.).

Число совместных предприятий с зарубежными партнерами и компаний со 100% иностранным капиталом увеличилось с 2 533 в 1992 до 16 079 в 1996 гг. В результате дезинвестирования и разногласий (особенно в сфере торговли и транспортных услуг в 1997 г. число иностранных инвестирующих компаний сократилось до 14 700. Большая часть СП была зарегистрирована с партнерами из США (19%), Германии (13%), Китая (9%) и Великобритании (8%). Суммарная доля этих четырех стран в совокупном авторизованном капитале достигает 40%. Стратегические альянсы с партнерами из России также организовали предприятия из Австрии, Финляндии, Италии и Польши. Подобная картина наблюдается и с деятельностью филиалов зарубежных, фирм. Здесь также первенствуют США, далее следуют Китай, Великобритания и Германия.

СП остаются наиболее значимой формой ПИИ в рамках занятости (около 470 000 рабочих мест на конец 1997 г.) и экспорта (около и $6,5 млрд.). Они являются предпочитаемым способом проникновения на внешние рынки среди средних ТНК, представляющих значительный ПИИ-потенциал для России.



2.4 Проблемы России на пути восстановления ее статуса промышленной державы.

Развитая экономика характеризуется высокой рентабельностью и перемещением специфических производств в страны с лучшими факторными условиями при помощи ПИИ. Отягощенная общим обвалом национального производства и замещением российских товаров импортом, российская экономика еще очень далека от того, чтобы называться развитой.

В сравнении с промышленно развитыми странами, где наблюдается достаточно сбалансированная ситуация с ПИИ, сложившаяся после десятилетий интенсивной торговли и высокой экономической интеграции, Россия находится в самом начале пути инвестиционного развития. Притоки ПИИ остаются незначительными и большинство проводимых проектов нацелено на разработку полезных ископаемых или проводятся в отраслях, продукция которых характеризуется низкой добавленной стоимостью. Готовые товары и продукция с высокой добавленной стоимостью в основном импортируются. Финансовая и управленческая слабость российских предприятий препятствуют захвату рыночных долей на отечественном рынке. Еще реже они инвестируют в зарубежные предприятия. Оттоки ПИИ, которые являются индикаторами экономического прогресса, остаются ниже, чем во времена Советского Союза.

Сверхзависимость России от импорта важнейших готовых товаров отрицательно сказывается на платежном балансе страны. Создание более привлекательных условий для ТНК станет началом привлечения наукоемких производств. Это позволит сказать, что Россия преодолела чисто факторо-движимую стадию экономического развития - опора на сырьевые сектора и трудоемкие отрасли, - более типичную для развивающейся, нежели для передовой экономики.

Для того чтобы догнать Китай, Индию, Мексику и другие конкурирующие переходные экономики, Россия должна стремиться к последующим инвестиционно-движимой и инновационно-движимой стадиям путем более эффективного использования своей научной и сырьевой базы.

С каждым годом реформ в России ухудшается экономическое положение (основной капитал, заводы и оборудование, технологии). По большинству показателей страна на два этапа отстает от промышленно развитых стран Европы, Америки и Азии. Последние стоят на подходе или уже достигли богатство-движимой стадии экономического развития, характеризуемой сильной внутренней конкуренцией, удовлетворением потребительского спроса за счет большого выбора отечественных и импортируемых товаров и общей социально-экономической и правовой стабильностью.

Будучи страной, чрезвычайно богатой природными ресурсами, Россия столкнулась с дилеммой - нефть или промышленность? Это напоминает ситуацию, сложившуюся в Нидерландах в начале 1970 годов, когда открытие крупных газовых месторождений сместило вектор занятости от промышленности в сторону деятельности с меньшей добавленной стоимостью. Поскольку рынок не был в состоянии найти точное равновесие, голландское правительство было вынуждено совершить интервенцию при помощи целевой промышленной политики. В конечном счете, промышленное "опустошение" было преодолено и сегодняшние голландские сектора сферы услуг и высоких технологий ставят страну в ряд наиболее развитых и диверсифицированных экономик в мире. Россия стоит на подобном же перепутье, но она должна преодолеть чрезмерную зависимость от экспорта сырья для реставрации своей экономики. Экономический рост, основывающийся только на первичном секторе, непостоянен.

В отраслях потребительских и капитальных товаров (в основных экономических районах вне Москвы и Санкт-Петербурга) наблюдается замкнутый круг проблем, вызванных закрытием производств, увольнениями, падением покупательной способности и низким уровнем спроса. Попытки властей, направленные на защиту местных предприятий посредством установления высоких пошлин на импорт и прочих нетарифных барьеров, потерпели неудачу. Чрезмерное регулирование торговли не является стратегией для промышленной модернизации и диверсификации. Наилучшей долгосрочной альтернативой может стать выработка стратегической промышленной политики и систематическое привлечение иностранных технологий, капитала и ноу-хау.

Для промышленной реструктуризации и модернизации, воссоздания и развития инфраструктуры, конверсии ВПК и разрешения проблем в области охраны окружающей среды, оставленных минувшей эпохой, Россия нуждается в огромных финансовых средствах. Необходимо проводить инвестирование в "двигатели" роста и стабильности, которыми являются агропромышленный комплекс, машиностроение, химические производства, электроника, автомобилестроение, железнодорожный, воздушный и морской транспорт, телекоммуникации, энергосбережение, медицинское оборудование и многие другие отрасли. Значительные капиталовложения требуются также для модернизации важнейших социальных услуг, коими являются здравоохранение и образование, строительство хранилищ и складов, необходимое для оптимизации торговли (оптовых и розничных структур) и транспорта, а также развитие гостиничного сектора и туризма. В настоящее время Россия инвестирует недостаточно для того, чтобы придать экономике необходимый импульс. Со времени распада Советского Союза капиталообразующие инвестиции упали до беспрецедентно низкого уровня.

Российское государство имеет возможность повысить свой авторитет путем создания благоприятного экономического климата и должно ясно осознавать собственный потенциал и возможности конкурентов. Чем более привлекательной будет Россия как инвестиционный адресат, тем проще ей будет уйти от своей зависимости от крупных иностранных корпораций (в большинстве случаев ПИИ происходят от Тор 100 ТНК) за счет ТНК среднего размера. Это даст шанс направлять все фирмы, включая российские (как реципиенты технологий), на достижение общенациональных целей.

Одной из важнейших задач для российских политиков в ближайшие десятилетия станет трансформация промышленности в современную, жизнеспособную структуру. Основная цель заключается в том, чтобы ключевые компании страны достигли высокого уровня рентабельности и международной конкурентоспособности. Успешность технологической и управленческой трансформации на уровне предприятий выльется в рост сильного среднего класса, позволив большой части россиян повысить уровень благосостояния даст возможность использовать экономические перспективы и приведет к политической стабильности.

2.5 Важность ПИИ-стратегии.



Продолжающийся спад в российской промышленности настоятельно требует разработки долгосрочной, поддерживаемой правительством стратегии, направленной на привлечение производственных технологий, управленческого мастерства и финансовых вливаний из-за рубежа. Подобная стратегия должна базироваться на четком видении проблемы и иметь свою концепцию. Это включает:

постоянный и детальный мониторинг за главными конкурирующими КРР, источниками ПИИ, предлагаемыми странами Г5 и прочими развитыми экономиками,  и промышленным потенциалом страны ;

постановка целей для важнейших отраслей и технологий;

разработка эффективных политических инструментов для поиска и абсорбции желаемых

типов инвестирования;

реализация политики и контроль за ее исполнением.

Россия не должна терять время. Ее основные конкуренты - Бразилия, Китай, Индия,  Индонезия и Мексика - постоянно совершенствуют собственную ПИИ-политику. За последние 5 лет эти крупные растущие рынки (КРР) достигли значительного увеличения притока инвестиций путем комбинирования специфического ПИИ-законодательства и взаимосвязанных политических инструментов. Бывшие социалистические страны Восточной Европы, в частности Чехия, Венгрия, Польша и Украина, также активизировали усилия, направленные на принятие разумных инвестиционных законодательств и политики. Правительства стран Азии, Латинской Америки и Восточной Европы решили не оставлять дело случаю и стали активно рекламировать свои рынки на международной сцене.



2.6 Политика и механизмы привлечения ПИИ на 2000-2005 гг.

Как уже говорилось ранее, первым шагом на пути активизации ПИИ является разработка стратегической концепции на основе результатов исследований и специфических задач, в число которых входят ожидаемые ПИИ-притоки, основные ПИИ-соотношения, типы целевых ТНК, приоритетные отрасли и регионы.

Успех этой стратегии будет зависеть от выбора эффективных инструментов и проведения соответствующих действий. Конкретные ПИИ-мероприятия и политические инструменты; должны утверждаться на высшем политическом уровне. Их поддержка окажет влияние на региональные, государственные и международные организации и учреждения и придаст позитивный импульс. Другими словами, видение современной российской промышленности  должно быть "переведено на язык" реалистичной ПИИ-политики.

В период 1995-1996 гг. российские власти разработали национальную программу по поднятию общего инвестиционного уровня, акцентируя внимание на развитии отдельных отраслей и регионов. По этой программе первоочередной задачей является подъем уровня и иностранных инвестиций в России. Однако значительное падение прибылей в частном  секторе негативно отразилось на государственных доходах и выразилось в радикальных  изменениях в фискальной политике. Проведение большей части мер, предусмотренных в программе, было отложено.

В 1997 г. Министерство экономики предложило новый план развития, который должен быть внедрен к 2000 г. По сравнению с планом 1995 г., где также предусматривалось поощрение национального и иностранного инвестирования, в новой программе делается акцент на роль государства в мобилизации и размещении ресурсов. Центральным элементом данной  программы является создание внебюджетного фонда развития, который должен пополняться посредством займов у Мирового Банка и Европейского Банка Реконструкции и Развития (ЕБРР). Это предусматривает, что государственные гарантии и кредиты для промышленности будут подняты до уровня 50-60 трлн. руб. ежегодных ($8-10 млрд. в ценах 1997 г.).

Планом предполагалось, что в течение 1997-2000 гг. уровень ПИИ поднимется с $6 млрд. до $10 млрд., но уже сейчас очевидно, что это довольно амбициозная цель (с 1996 г. ПИИ  стагнируют на уровне и $2-3 млрд. в год). Более того, не видно ясной стратегии; систематического подхода к ведущим ТНК, включая технологических лидеров среднего размера. Фонды на национальные инвестиции, закладывающие промышленную конкуренцию, за последнее время были освоены менее чем на 10%, опять-таки вследствие сокращения государственного бюджета и финансовых трудностей предприятий, оказавшихся не в состоянии выполнить свои со-инвестиционные обязательства. Сказалось и то, что в начале 1998 г. цены на акции упали до беспрецедентно низкого уровня (более чем на 10%) и Центральный банк был вынужден ограничить объем денежной массы и поднять ставку I рефинансирования. Крах фондового рынка в августе-сентябре 1998 г. еще более усугубил, положение. Рефинансирование становится для правительства все более дорогим, и, наряду с жесткими рекомендациями МВФ, оставляет мало перспектив для проведения плана. Тенденция снижения цен на нефть делает ситуацию с государственными доходами еще более напряженной.

По мнению экспертов, проведение этой программы ограничено бюджетными затруднениями. Программа не разделяет национальное инвестирование и ПИИ, направляемые на промышленную реструктуризацию. Разработка и внедрение независимой ПИИ-политики, способствующей развитию международного сотрудничества и обмену ноу-хау, позволит значительно улучшить финансовое положение российских предприятий. В свою очередь они смогут более эффективно содействовать правительственным планам технологического и социального развития.

Улучшение социально-экономического климата является предпосылкой разработки конкретных политических инструментов в рамках ПИИ. Наиболее важной задачей становится определение оптимальной комбинации макроэкономических и ПИИ-механизмов, необходимых для достижения желаемых результатов при минимальных ресурсах и сроках. Временной фактор является ключевым условием при разработке и внедрении политики, поскольку он определит успех или провал российского руководства в процессе подъема национального благосостояния. В свете развала национальной банковской системы будет очень важно продемонстрировать сообществу иностранных инвесторов сдвиги в области создания благоприятного инвестиционного климата.

Создание ПИИ-политики должно охватывать семь основных областей:



Улучшение социально-экономического климата, что затрагивает законодательство, налогообложение, госуправление и экономику в целом

Развитие специфических побудительных механизмов для важных проектов

Определение ключевых отраслей и создание зон экономического и технологического развития

Проведение проактивных тренинговых, информационных, промоутерских кампаний и мероприятий по созданию имиджа дома и за рубежом

Создание консультативной ПИИ-сети

Финансовый инжиниринг для важнейших промышленных проектов

Создание всемирно признанного ПИИ-агентства.

Эффективное использование с самого начала ограниченных бюджетных ресурсов как на федеральном, так и на региональном уровнях позволит замкнуть виртуальный круг общеэкономического улучшения и увеличить притоки ПИИ. Как в замкнутой цепи, власти получат в свое распоряжение дополнительные фонды для увеличения темпов экономического роста и инвестирования. Рентабельные предприятия будут обеспечивать занятость и способствовать расширению налогооблагаемой базы.

Для того чтобы достичь прогресса в производстве, политикам необходимо вести постоянный и активный диалог с менеджментом ведущих промышленных компаний. Управляющий персонал из собственного опыта имеет представление о перспективных путях развития своих предприятий. Подобный опыт позволяет предотвращать закрытие заводов, способствующее росту безработицы. Таким образом политики будут иметь возможность получать квалифицированные советы в процессе создания промышленной политики, что позволит оптимизировать цепочку ценностей вокруг важных "кластеров"* и поднять общую конкурентоспособность российской промышленности.

Мероприятия, описанные здесь, скорее оголяют проблемы и предлагают общие рекомендации, нежели предлагают рецепты "на все случаи жизни". Окончательное решение о приемлемом миксе политических инструментов и последовательности шагов, направленных на стимулирование национального инвестирования и ПИИ, принадлежит исключительно России. Государственная программа интенсификации инвестирования должна заключать в себе взвешенный портфель, состоящий из культурных, политических, социальных и экономических факторов. Не должны упускаться из виду бюджетные трудности и другие социально-экономические проблемы (индексация пенсий, пособия по безработице, совершенствование системы здравоохранения, образования, контроль за состоянием окружающей среды). Одновременно с этим полезно изучать уроки других стран на предмет того, как ПИИ-политика может способствовать экономическому прогрессу, позитивно воздействуя на национальный бюджет и международное положение страны.

Несмотря на то, что многие проблемы, поднимаемые здесь, уже изучаются, а отдельные инструменты уже внедрены, настоящий анализ может предложить новые альтернативы и концепции дополнительных мер, направленных на увеличение числа инвесторов. Путь экономического развития посредством ПИИ, предложенный здесь, является дополнительной возможностью достижения экономической стабильности и роста.

Внутрироссийские ПИИ-инструменты (т.е. макроэкономическая модернизация, льготное налогообложение и прочие побудительные механизмы, создание особых зон свободной торговли и парков высоких технологий, обучение местных кадров) должны сопровождаться пакетом скоординированных механизмов, ориентированных на общественных деятелей и ТНК (включая презентации, семинары, рекламные кампании в СМИ и публикации).



Заключение.

В заключении хотелось бы отметить, что ПИИ благоприятно воздействуют как на экономический рост, так и на политическую стабильность. Как и другие ведущие страны с переходной экономикой, Россия уже внедрила ряд мер, направленных на улучшение общего инвестиционного климата. Но многие инвесторы обеспокоены трудностями, сопровождающими планирование и проведение инвестиционных проектов. Прежде всего это относится к:

Общему состоянию экономики и инфраструктуры;

Высоким ценам на энергоносители;

Неоправданно высоким налогам;

Все еще не решенному вопросу собственности на землю.



В попытках облегчить ситуацию для иностранных инвесторов сменяющие друг друга правительства в недавнем прошлом разработали серии проектов и реформ, которые в настоящее время ожидают своего рассмотрения в Государственной думе. В ближайшие годы их воздействие на экономическую модернизацию и координацию макроэкономической политики может оказаться решающим. Их несовершенство негативно отражается на процессе привлечения иностранных инвестиций.

 Долгосрочный успех российской ПИИ-политики будет определяться реформаторскими преобразованиями в следующих структурах:



правовая система;

политическая система;

административная система;

финансовая система (включая банковское дело, лизинг, рисковый капитал);

социально-экономическая система (включая развитие СМБ и промышленный капитал);

система образования (включая развитие НИОКР и инноваций);

культура.



Это национальные приоритеты требуют принятия макроинструментов, представленных в следующем разделе.

В попытках создания более благоприятной окружающей среды для иностранных инвесторов, начиная с 90-ых годов правительства практически всех КРР стали вводить новую макроэкономическую политику. Они последовали основным политическим рекомендациям Мирового Банка, который ранее провел исследования среди 3 600 предпринимателей из 69 стран и разработал перечень основных задач для правительств в свете привлечения ПИИ:



Создание ясной правовой базы;

Обеспечение макроэкономической стабильности;

Инвестирование в сферу услуг и инфраструктуру;

Защита неимущих и окружающей среды;



Действия конкурирующих КРР и влияние этих факторов на национальные экономики дает российским политикам полезные уроки. Анализ, предложенный ниже, может быть использован как руководство для лучшей координации и мониторинга обстановки в тех областях, где Россия проигрывает другим КРР. Оценки, приведенные далее, базируются в основном на результатах обследования и большого числа интервью, проведенных автором в Германии. Предварительный анализ показывает, что в некоторых областях Россия является конкурентоспособной. Информационные и маркетинговые кампании могут улучшить позицию

Список литературы.



Пауль Фишер «Прямые иностранные инвестиции для России», Москва, «Финансы и статистика», 2000.

Астапович А. «Иностранные инвестиции в России. Отдельные факты и тенденции». Москва, 1996.

Уткин Е.А., Эскиндаров М.А. «Финансово-промышленные группы», Москва, 1998

Горбанев В.А. «Экономическая и социальная география  России и стран СНГ», Москва, 1997.

The Moscow Times. Д. Поликарпов. Крах фондового рынка рассматривается как долгосрочный кризис. 30 января 1998.

The Moscow Times, Регионы объявляют войну тарифам на электроэнергию. November 1999

М.М. Богуславский. Иностранные инвестиции. Москва. 1999. 

Госкомстат. Россия в цифрах 1997. 

Госкомстат. Российский статистический ежегодник. 1999.

Российский статистический ежегодник. 2000.

Я. Уринсон. Перспективы инвестиционной активности. Экономист. №2. Москва, 2000.

Свод законов об иностранных инветициях и предприятиях с иностранным участием, 1990-1992 гг..

The Moscow Times. Д. Поликарпов. Крах фондового рынка рассматривается как долгосрочный кризис. 30 января 1998.

The Moscow Times, Регионы объявляют войну тарифам на электроэнергию. November 1999

Ozava in UNCTAD. World Investment Report, 2000

OЕСD. Economic Survey. Russian Federation. 1997. 

OECD. Economic Survey. Russian Federation. 1999 

ОЕСD. Economic Survey. Russian Federation. 2000. 

BfAI. Info Osteuropa 11/99. 

World Bank. World Development Report. 1997. The Economist. 28 June 1999. 

- 2 -