Рейганомика

Содержание

Введение	3

1. Рональд Рейган –  40-ой президент США (1981-1989)	4

2. «Рейгономика» или «консервативная революция»?	5

Заключение	11

Литература	12




Введение



Американское государство, используя имеющиеся в его распоряжении рычаги, осуществляет перераспределение материальных, финансовых и иных ресурсов страны, принимает меры по укреплению международных  экономических позиций США и по расширению экспансии американских монополий. Обострение противоречий в экономике страны способствовало усилению экономической роли государства, что выразилось в развитии системы государственно-монополистического регулирования экономики. На протяжении ряда десятилетий формировались теоретические концепции и практические методы государственного регулирования экономики США, разросся и принял огромные размеры государственный механизм экономической политики.

В своей эволюции система государственно-монополистического регулирования в США превратилась в органический элемент воспроизводственного процесса. Она состоит из многих звеньев, включает в себя прежде всего регулирующий механизм федерального правительства, а также механизм штатов и местных органов власти, соединяет в себе государственный  инструментарий экономического регулирования (федеральный бюджет, налоговая система, механизм кредитно-денежной политики Федеральной резервной системы) и аппарат административно-правового регулирования (регламентирования) деятельности различных отраслей экономики.

Сложившаяся в б0-е годы официальная доктрина «новой экономики» исходила из возможности с помощью государства избавить американскую экономику от кризисов и обеспечить ей процветание. Однако уже 70-е годы были отмечены резким нарастанием кризисных процессов в экономике США — усилением ее внутренней нестабильности, скачкообразным развитием инфляции,— перед лицом которых сложившаяся система государственно-монополистического регулирования оказалась несостоятельной.

Никогда ранее экономика США и экономическая политика государства не сталкивались со столь острыми дестабилизирующими процессами, выразившимися в соединении циклических и структурных кризисов, в стагфляции (одновременном падении темпов экономического роста и крутом усилении инфляции), в обострении международных экономических и валютно-финансовых проблем, проявившимися одновременно и в концентрированной форме на протяжении одного десятилетия.

Именно в этих условиях в начале 80-х годов появилась на свет программа «экономического возрождения Америки», явившаяся попыткой правящих кругов справиться с острыми проблемами в экономике и преодолеть кризис государственно-монополистического регулирования. Вопреки утверждениям о «радикальном ограничении» экономической роли государства речь шла, по существу, о перестройке государственной регулирующей политики с целью более эффективного использования государственных рычагов для усиления капиталистической конкуренции как «двигателя» экономики, для стимулирования процессов структурной перестройки экономики страны. Речь идёт об экономической политики администрации Рейгана, получившая название «рейганомика». 



1. Рональд Рейган –  40-ой президент США (1981-1989)



Несколько дней, посвященные инаугурации президента США, включая и сам день 20 января,— особые дни для Америки, но прежде всего для вашингтонцев. Американская столица превращается в «сборный пункт» политической и деловой элиты американского общества. Оказаться приглашенным на торжества по поводу вступления на пост президента — высокая честь, и политическая история США знает немало курьезных случаев, связанных с тем, что кому-то забыли направить приглашение или выделили слишком далекое от центральной трибуны место.

20 января 1981 г. заметно отличалось от других инаугурационных дней, сохранившихся в памяти вашингтонцев и ста с лишним тысяч гостей, заполонивших столицу в связи с торжествами. Как писала в те дни американская пресса, «начиная с открывавшего праздничные дни фейерверка и кончая последним танцем, это было самым грандиозным и самым дорогостоящим за всю историю страны мероприятием в честь вступления президента на пост». В течение всей предшествующей этому празднеству недели по вашингтонскому телевизионному каналу демонстрировали 30-, а то и 40-летней давности фильмы с участием нового президента. Национальный аэропорт им. Даллеса едва справлялся с сотнями персональных и принадлежащих частным корпорациям реактивных лайнеров, доставлявших в столицу цвет руководства крупнейших промышленных объединений и банков страны. Улицы были забиты роскошными, арендованными за 500 долл. в день лимузинами с номерами соседних с Округом Колумбия штатов — автомобильного парка столичных арендных компаний не хватало на всех желавших засвидетельствовать свое уважение к приходящей к власти администрации, а если представится возможным, и добиться престижного назначения в правительстве. Театральные и ресторанные гардеробы, казалось, решили обслуживать лишь владелиц норковых манто. Если в гостиницах столицы и оставались свободные места, то лишь самые дешевые.

Но ничто не могло сравниться с торжеством калифорнийцев, с невиданным доселе даже в столице размахом отмечавших приход к власти «их президента». На средства, выделенные толстосумами Калифорнии, снимались концертные залы, рестораны, клубы и даже художественные галереи, оплачивались симфонические, духовые, джазовые и танцевальные оркестры, хоры, организовывались бесконечные балы, обеды, ужины и коктейли. В одном лишь Вашингтоне было организовано девять балов, включая основной инаугурационный бал, билет на который обходился «приглашенным» от 500 до 10 тыс. долл. Из 11 млн. долл., в которые обошлись эти торжества (вдвое дороже, чем аналогичные торжества 1977 г.), 8 млн. долл. были выделены на организационные расходы непосредственно президентскому инаугурационному комитету. Было немало вкладов и «натурой». Компания «Алмаден Вайнярдс» предоставила в распоряжение организаторов торжеств 14 400 бутылок шампанского. Общество американских цветоводов поставило роз на 13 тыс. долл., а компания «Джелли Белли» прислала в столицу 3,5 т желейного драже — любимого лакомства нового президента. «Если бы фильмы с Вашим участием привлекали бы такое огромное количество людей, Вам не было бы никакого резона идти в политику»,— прозвучало в адресованной Рейгану репризе одного из известных американских комиков.

В числе особо почетных гостей были многие из 865 «республиканских орлов»— членов элитарного республиканского клуба, каждый из которых внес в казну национального комитета партии личный взнос в размере 10 тыс. долл. Репортер газеты «Вашингтон пост» Д. Рэдклиф так отозвалась об этой четырехдневной «вакханалии имущих» (это определение принадлежало другой американской журналистке — Элизабет Бюмийер): «Республиканская аристократия овладела в конце этой недели Вашингтоном, продемонстрировав, что вновь принято носить бриллианты, красоваться в сделанных по специальному заказу туалетах и, вообще, купаться в роскоши... На дамах были длинные норковые и соболиные манто, накинутые поверх туалетов от Сен-Лорана, Оскара де ла Рента, Халстона и Билли Бласса». «Первая леди» Америки Нэнси Рейган блистала в 25-тысячедолларовом платье ее любимого красного цвета, на которое было наброшено норковое манто, сменившее старое из черной норки (его предприимчивый модельер решил пустить на меховую подкладку к плащу президентской супруги). «То была голливудская премьера в особом варианте для Восточного побережья; размах ее не могли умерить ни высокий уровень инфляции, ни высокий уровень безработицы»,— писал в те дни лидер американского движения потребителей Р. Нэйдер3. Критика безудержного разгула роскоши не ограничивалась представителями либеральных кругов страны. Даже сенатор Б. Голдуотер назвал экстравагантность пришедшей к власти республиканской администрации «показухой», назвав неуместной публичную демонстрацию богатства «в то время, когда большинство народа не может себе этого позволить».

Так начинал свое правление 40-ой президент США.

Рональд У. Рейган был – после Дуайта Эйзенхауэра – вторым президентом американской послевоенной истории, который правил два срока. Он ушел с должности, имея высокий общественный авторитет, и значительно способствовал тому, чтобы его вице-президент в 1988 году был избран его преемником. Если следовать комментариям некоторых журналистов, политологов и историков, то никакой другой президент после Франклина Д. Рузвельта не осуществил больших перемен в американской политике, чем он. Речь шла о «консервативной революции», и даже о «революции Рейгана». Президент в начале своего первого срока пребывания в должности сам задал тон ударом литавр, когда заявил, что либерализм потерпел полное банкротство и что государство более не является решением для проблем, а само стало проблемой. Поэтому это дело времени — остановить рост государства и повернуть его назад.

Когда Рональд Рейган в 1976 году тщетно, а в 1980 году успешно боролся за должность президента, казалось, что общество и политика Соединенных Штатов переставили стрелки на консервативный поворот. Начиная с конца 60-х годов наблюдатели выборов отмечали, что либеральные твердыни разрушались, а консерватизм на основе социально-структурных изменений, наоборот, все более укреплялся. Структурные преобразования наблюдались в американской экономике, а именно: упадок горной промышленности и старой промышленности, производящей товары массового потребления, и подъем новых отраслей промышленности, нефтяной и химической промышленности, электронной промышленности, но прежде всего — расширение третичной и четвертичной сферы, разнообразных предприятий бытовых услуг и промышленности культуры и образования.

Результаты выборов 1980 и 1984 года показали, что Рейган смог проникнуть в традиционный оплот избирателей-демократов и, по сравнению с предыдущим республиканским кандидатом на пост президента, найти большую поддержку у католико-этнических избирателей, у организованных в профсоюзы рабочих, женщин, у молодежи и на Юге. 

Ударом в литавры Рейган возвестил о начале своего президентства, и его первоначальные успехи в экономической и социальной политике в Конгрессе производили впечатление «консервативной революции». Однако здесь следует различать два срока пребывания в должности, а также 2 президентства. Конгресс функционировал как либеральный тормозной кондуктор, так что консервативная политика Рейгана не могла быть осуществлена в неразбавленном виде.



2. «Рейгономика» или «консервативная революция»?



Ядро провозглашенной революции Рейгана составляла «рейганомика», ориентированная на предложение экономической программы, которая понималась как ответ на экономические проблемы 70-х годов. Согласно ей должны были быть значительно снижены налоги, предложены возможности амортизации и вычеркнуты или упрощены, препятствующие инвестициям государственные предписания, чтобы вызвать рост экономики. Потери доходов должны были быть краткосрочно предотвращены экономией на социальных программах, а долгосрочные — покрываться увеличением доходов из расширяющегося народного хозяйства — и все это при уравновешенном бюджете. Было совершенно ясно, что здесь возникнут целевые конфликты, тем более, что одновременно должны были значительно возрасти оборонные расходы.

Рейган действительно добился принятия основных положений своей экономической программы с утверждением бюджета на первое полугодие 1981 года. Было решено сократить налоги на 25%, 5% в первом и по 10% в два последующих года. С 1985 года налоги были индексированы с темпом инфляционного роста цен, так что за обесцениванием денег не следовало больше автоматически повышение реальных налогов. Налоговая квота действительно снизилась для большинства налогоплательщиков. Однако, не в последнюю очередь перед лицом угрожающе растущего дефицита бюджета, еще при Рейгане было предпринято 13 повышений налогов, которые отменили почти четверть сокращений налогов. К этому прибавилось повышение взносов по социальному страхованию. В общем, налоговые поступления как процент совокупного общественного продукта снизились за время президентства Рейгана с 20 до 18,6%, что примерно соответствовало доле сразу после второй мировой войны.

То, что «консервативная революция» не состоялась, нагляднее всего демонстрирует тот факт, что объем федерального бюджета при Рейгане постоянно возрастал, а именно, с 699,1 миллиарда долларов в 1980 году до 859,3 миллиарда долларов в 1987 году (соответственно стоимости доллара в 1982 году). Если даже не принимать в расчет военные расходы, то бюджет в этот период вырос с 535,1 до 609,5 миллиарда долларов. При этом дефицит государственного бюджета временами полностью уходил из-под контроля и достиг в 1986 году рекордной высоты в 221 миллиард долларов. В этом дефиците государственного бюджета вследствие снижения налогов и одновременно повышения расходов был повинен сам президент, который, как консерватор, твердо придерживался принципа уравновешенного государственного бюджета и хотел его видеть закрепленным в конституции.

Сокращений социальных программ было давно недостаточно, чтобы удерживать разрастающуюся дыру в бюджете. Характерно, что сильнее всего сокращены были те программы, которые касались самых бедных и хуже остальных организованных групп населения, которые к тому же принимали наименьшее участие в выборах президента или в Конгресс. Продовольственные карточки были отменены, и пособия для матерей-одиночек значительно сокращены. Одновременно социальные программы, полезные для среднего слоя, остались почти неизменными, так же как и пенсионное страхование и связанное с ним страхование на случай болезни. При Рейгане в американском обществе произошла поляризация между бедными и богатыми, перераспределение в пользу богатых, в то время как одновременно увеличилось число тех, кто жил ниже границы бедности.

Из-за протеста Конгресса потерпела неудачу самая крупная программа децентрализации в истории западной демократии, «новый федерализм» Рейгана, которая имела целью как значительное сокращение федеральных отчислений, так и «обратный» перевод социально-государственных задач и одновременно налоговых ресурсов на отдельные штаты. Сокращение федеральных субсидий штатам было, однако, значительным, в сфере жилищного строительства и городского развития почти драматическим. Темпы роста федеральных средств в штатах номинально замедлились уже при администрации Картера, реально же в результате высокого темпа инфляции даже снизились. Годы президентства Картера поэтому могут рассматриваться как переходный период к «новому федерализму» Рейгана. Это также относится к сфере политики дерегуляции: здесь отмена предпринятых в федерально-государственном масштабе ограничений конкуренции в воздушном и автомобильном сообщении началась еще при Картере и была продолжена при Рейгане упразднением положений о защите окружающей среды и об охране труда.

Администрация Рейгана успешно боролась с инфляцией и безработицей. Индекс инфляции снизился с 12,5% в 1980 году до 4,5% в 1988 году. Квота безработных в этот же период опустилась с 7 до 5,4%. Было создано 18 миллионов новых рабочих мест, хотя многие места приходились на группу с самым низким доходом. При этом не следует забывать о том, что экономический подъем следовал за тяжелым спадом 1981—82 годов (с квотой безработных в 10%) и что стремительно, почти драматически возрастал внешнеторговый дефицит.

Совершенно в духе консервативной политики было огромное повышение военных расходов, направленных против Советского Союза, вступление которого в Афганистан было соответственно инструментализировано. Также и здесь, еще при Картере, началась беспримерная программа вооружения, которой нужно было встретить советскую угрозу, поставить на место «империю зла» (так Рейган публично назвал Советский Союз). Президент предоставил также полную свободу действий секретным службам, особенно ЦРУ под руководством Уильяма Кейси, в стимулировании сопротивления в сфере советского влияния и в поддержке антикоммунистических партизанских сил в «третьем мире». В этой политике сначала, казалось, не было места для разоружения и контроля вооружений. Только после того, как американский военный вес повысился по отношению к Советскому Союзу — прежде всего благодаря начавшемуся с 1983 года размещению ракет средней дальности в Западной Европе, Рейган смог во время своего второго срока пребывания на посту президента вести с Советским Союзом переговоры с позиции силы. Последовали 4 конференции на высшем уровне, заключение договора о РСМД, успехи в ограничении стратегических вооружений и в обоюдных внешних инспекциях. Однако уже в 1982 году в Конгрессе образовалась широкая коалиция, которая сначала урезала наполовину требуемый президентом темп роста в военном бюджете, а с 1984 года полностью исключила его. Из-за высоких темпов вооружения резко изменилось общественное мнение, и тревога за огромные дефицита бюджета, которые привели к взрывообразному росту государственных долгов, все больше определяла все области политики, в том числе и политику обороны. За другими исследованиями остается право выяснить, была ли программа вооружения администрации Рейгана действительно направлена первоначально против Советского Союза или, как предполагает Э.-О. Чемпил, должна была сознательно служить рычагом для ликвидации американского социального государства.

Внешняя политика Рейгана являлась уклончиво антикоммунистической, как она проявилась не только по отношению к Советскому Союзу, но и в ее первоначальных идеологически-закоснелых чертах также и по отношению к Центральной Америке и особенно к сандинистам в Никарагуа. То, что при Рейгане осуществлялась политика разрядки, относится к парадоксам его президентства. Борьба за власть с Советским Союзом была выиграна, потому что пришедший в 1985 году к правлению Михаил Горбачев закончил свою экспансионистскую мировую политику и, благодаря реформам, приблизил конец Советского Союза и Варшавского договора. Рейган прикрепил, правда, эту победу на свой флаг, однако она была в большей степени подарена Горбачевым, чем завоевана. Остальные достижения во внешней политике происходили, в основном, посредством символических акций, как, например, вторжение на маленький остров Гренада в 1983 году, которое должно было положить конец влиянию Кубы на Карибском море, и воздушная бомбардировка Ливии в 1986 году как мера наказания обвиненной в терроризме страны. При этом американская внешняя политика в основном осталась гибкой и прагматичной, как показал быстрый вывод американских войск из Бейрута после покушения с применением бомбы, в котором было убито 200 американских солдат. Как раз в сфере внешней политики конкурировали различные политические институты, такие как Совет Национальной Безопасности, министерство иностранных дел, министерство обороны, ЦРУ и сотрудники Белого дома. Именно эта ситуация сделала возможной аферу Иран—контрас, о которой стало известно в 1986 году благодаря иностранным сообщениям в прессе. Вопреки возражениям министра иностранных дел Джорджа Шульца и министра обороны Каспара Вайнбергера США тайно поставляли оружие и боеприпасы Ирану, который с 1980 года вел войну против Ирака. Целью было, таким образом, освободить американских граждан, которые удерживались Ираном в качестве заложников, что, однако, удалось в одном-единственном случае. Прибыли от сделки с оружием, очевидно по инициативе подполковника Оливера Норта, который был сотрудником Совета Национальной Безопасности в Белом доме, использовались ЦРУ для поддержки никарагуанских контрас, ведущих партизанскую войну против сандинистского правительства. Конгресс расследовал эти нелегальные и противоречащие конституции действия в 1986 и 1987 годах, но не смог доказать непосредственного участия в этом президента. Учитывая травматический опыт уотергейтской истории, Конгресс опасался процесса по смещению с должности все еще популярного президента, который восстановил веру Америки в себя. Демократический депутат Шредер говорил в этой связи о «тефлоновом президентстве» Рейгана, с которого соскальзывают все плохие известия.

Характерным для политического прагматизма Рейгана было то, что он демонстративно держался в стороне от социально-моральных вопросов, как, например, допуск утренней молитвы в государственных школах или запрет абортов. Вопреки настоянию своих христианско-консервативных сторонников он ограничивался риторическими высказываниями, но не проявлял конкретной инициативы. Эмоции, таящиеся в этих конфликтных вопросах, могли бы легко привести к поляризации и поставить под угрозу экономическую и социальную политику в Конгрессе. В конкретной политике эти социально-моральные вопросы, которые характеризовали определенные консервативные позиции, не имели для Рейгана Приоритета.

Президентство Рейгана было отмечено парадоксами:

как консерватор президент создал большую в американской истории гору долгов. Несмотря на принципиальный поворот «рейганомики» против заклейменного как «социалистическое» кейнсианства, с помощью вооружения была создана массивная инвестиционная программа, которая по своему экономическому воздействию сводилась к «военному кейнсианству». Если в начале своего президентства Рейган видел в Советском Союзе еще «империю зла», то в 1987—88 годах взаимопонимание с этой страной стояло на переднем плане. Хотя Рейган способствовал убеждению общественности в том, что федеральное правительство неспособно решать актуальные проблемы, он, однако, оживил институт президента и показал, что политическая система реагирует на президента.

Сами противоречия и целевые конфликты, заложенные в рейгановском консерватизме, содействовали его крушению. То, что консервативная претензия, как ее риторически блестяще представил Рейган, не осуществилась, проявляется во многих аспектах: социальное государство «нового курса» по-прежнему существовало, концепция Рейгана «новый федерализм», по существу, провалилась. Социально-моральные вопросы, стоящие на самом верху повестки дня «новых правых», не были приняты Рейганом. В вопросах гражданских прав, эмансипации женщин и контроле за рождаемостью американская общественность осталась либеральной.

Число федеральных чиновников с 1980 по 1987 год возросло на 3%. Если в предвыборной борьбе 1980 года Рейган обещал ликвидировать министерства энергетики и образования, то это обещание не только не было выполнено, но и было создано еще одно министерство по делам ветеранов. Вместо запланированных 11 министерств в конце президентского срока Рейгана существовало 14 министерств, федеральное правительство не сократилось, а увеличилось. Также и в партийной системе и в общественном мнении в 80-е годы не наблюдалось консервативного перелома: демократическая партия господствовала в палате представителей и в большинстве штатов.

Что изменилось при Рейгане и что создавало видимость «консервативной революции», так это темы, стоящие в центре политической дискуссии. Эти изменения, как метко пишет Курт Л. Шелл, были равны смене образцов. Что выставлялось для дискуссии, так это была экспансия социального государства, критически выяснялись его объем и его функции. Что политический дух времени изменился еще при Картере, видно по тому, как беззаботно прежде либеральные демократы присоединились к политике экономии и дерегуляции.



Заключение



Итак, подведём итоги. Экономическая политика администрации Рейгана, получившая название «рейганомика», включала в себя:

курс на снижение ставок федеральных налогов и предоставление корпорациям крупных налоговых и других льгот, направленных на стимулирование  капиталовложений,

прежде всего в наукоемких отраслях промышленности; ограничение роста правительственных расходов на социальные нужды при одновременном наращивании военных расходов;

ослабление государственной регламентации (дерегулирование) предпринимательской деятельности (сокращение правил, требований к производственной и рыночной деятельности, в т. ч. требований по охране окружающей среды, и т. д.);

проведение курса кредитно-денежной политики, направленного на преодоление инфляции и осуществление установок  экономической программы правительства.

Однако декларированные «рейганомикой» цели радикального повышения темпов экономического роста, наведения порядка в государственных финансах, избавления федерального бюджета от хронических дефицитов (после 1960 г. федеральный бюджет ни разу не сводился без дефицита) не были реализованы.

Одной из основных причин нагромождения бюджетных дефицитов и государственной    задолженности явился проводившийся администрацией Рейгана курс на эскалацию военных расходов, которые выросли со 134 млрд дол. в 1980 фин. г. до 282 млрд дол. в 1987 фин. г. Закономерным следствием многолетнего отвлечения значительной части ресурсов страны в военную сферу является сокращение возможностей для гражданских капиталовложений и снижение темпов экономического роста. За истекший период 80-х годов темпы экономического роста в США были ниже, чем за предшествовавшие послевоенные десятилетия, дефициты федерального бюджета в 80-е годы выросли до астрономических масштабов, что наряду с ростом государственного долга (в 1986 фин. г. федеральный долг перешел за отметку в 2 трлн дол.) и внешней задолженности породило острейшие проблемы для экономики и финансовой системы страны, для экономической политики правительства.










Литература





Американские президенты: 41 исторический портрет от Джорджа Вашингтона до Билла Клинтона. – Ростов- на- Дону: Феникс, 1997. – 640 с.

Иванян Э.А. Рональд Рейган: Хроника жизни и времени. – М.: Мысль, 1991. – 411 с.

Рейган Р. Жизнь по американски. – М.: Новости, 1992. – 752с.: ил.

Современные Соединённые Штаты Америки: Энциклопедический справочник. – М.: Политиздат, 1988. – 542 с.: карт.


 



1



13