Социально - эколого - экономическая ситуация и проблемы природопользования в нефтегазодобывающих районах Сибири

Социально - эколого - экономическая ситуация и проблемы природопользования в нефтегазодобывающих районах Сибири 

Соколов С.Н. 

Какова зависимость ситуации в социально-экономическом развитии Сибирского региона от факторов природопользования? Ответить на этот вопрос достаточно сложно. Но без предсказания и планирования социально-эколого-экономической ситуации в регионе, без анализа современных тенденций, без строительства будущего не может быть продолжения истории развития любого региона, в том числе и Сибири.

С точки зрения природно-ресурсного потенциала (ПРП) Сибирь является одним из наиболее богатых регионов России. В ее недрах сосредоточены основные запасы многих полезных ископаемых, в том числе до 71% разведанных запасов нефти и 78% газа. Это дает региону до сих пор занимать важное место в экономике страны по добыче соответствующих полезных ископаемых. В то же время, выгодность добычи углеводородного сырья сочетается с невыгодностью его переработки на своей территории, так как расстояние до районов потребления очень велико и слишком большие сравнительные текущие затраты, особенно на заработную плату и эксплуатацию предприятий. Таким образом, здесь наблюдается неадекватность потенциальной сырьевой базы и способов использования сырья. В связи с этим происходит трансформация ПРП, выражающаяся в том, что по каждому ресурсу добывается только наиболее доступная и наиболее высококачественная его часть, требующая наименьших усилий по добыче и становящаяся товаром при его минимальной обработке. Такое некомплексное использование ресурсов происходило на протяжении всей истории освоения Сибири и происходит до сих пор.

Трансформация ПРП характеризуется следующими основными чертами:

1. На локальном уровне некомплексное использование и загрязнение окружающей среды вызывают преждевременное исчерпание технологически доступной части ресурса и выведение из хозяйственного оборота всего объекта. При этом на объекте часто остаются значительные объемы ресурса, недоступные лишь при применяющейся (обычно устаревшей) технологии, т.е. происходит технологическое исчерпание ресурса. В то же время, как правило, уже известны технологии, позволяющие взять и оставшийся ресурс. Впоследствии они обычно начинают применяться и происходят возвраты на "отработанные" объекты. Однако перерыв и каждый последующий возврат требуют значительных новых начальных капиталовложений. Безусловно, встречается и практически полное исчерпание ресурса на объектах, которое приводит к закрытию предприятий и поселков при месторождениях.

2. На региональном уровне полное исчерпание ресурсов отдельных объектов, а также их условное (технологическое) исчерпание приводит к общему изменению объема и пространственной структуры этого потенциала. Освоение минеральных ресурсов начинается с наиболее транспортно доступных и качественно лучших объектов. Поэтому каждое полное или условное выбытие объекта превращает общий ПРП в более труднодоступный и более дорогостоящий. Это касается всех ресурсных ситуаций, даже таких, когда выбывающие месторождения заменяются вновь открытыми, которые практически всегда находятся дальше, глубже и т.д.

Трансформация началась одновременно с началом освоения природных ресурсов Сибири. На первых этапах она шла медленно, затем стала ускоряться. Особенно отчетливо она стала проявляться с конца 1960-х годов, когда были разведаны крупнейшие месторождения углеводородов в Западной Сибири. Уже тогда возникла необходимость перестройки самого типа природопользования. В дальнейшем скорость трансформации ПРП увеличилась, и стали нарастать сопутствующие экологические проблемы. В значительной степени этому способствовала экспортная направленность сырьевого сектора региональной экономики. Симптомы возникновения экологического кризиса в связи с трансформацией ПРП появились еще в середине 1970-х годов. Централизованное управление не смогло оценить новую ситуацию и справиться с ней традиционными методами, и это привело к быстрому ухудшению положения с добычей углеводородного сырья в 1980-х годах. В это время проблема трансформации стала очень острой и начала приводить к затруднениям в снабжении сырьем перерабатывающих центров. Во времени это совпало с наступившим экономическим кризисом (перестройка и послеперестроечный период) и в дальнейшем усугубилось, приведя к большому падению объемов добычи углеводородов и их переработки. Все большую часть сырья стала отправляться на экспорт в обмен на "нефтедоллары", и все меньшая часть стала поступать на отечественные перерабатывающие центры. Все это способствовало тому, что возникло и широко распространилось представление об исчерпании сырьевых ресурсов всего Сибирского региона. На самом же деле природные ресурсы были и остаются одним из главных элементов развития региональной экономики, а в ряде территорий - главной базой местной экономики, особенно это касается Среднего и Нижнего Приобья. 

Сегодня истощительным освоением охвачена значительная часть углеводородных ресурсов, и именно поэтому трансформация широко распространилась по территории региона. Трансформация ПРП привела к тому, что сейчас практически закончен первый этап их освоения - добыты первично доступные ресурсы практически всех видов, т.е. "сняты сливки". Эти ресурсы были доступны при минимальных затратах, относительно простых технологиях и экстенсивных методах освоения. Наступил второй этап освоения ресурсов, который характеризуется все еще достаточно большими объемами ресурсов, но требует интенсивных методов, применения более тонких и изощренных технологий, современной высоко автоматизированной и экологически безопасной техники и технологии добычи ископаемых.

Количественная трансформация (изменение структуры ресурса, объемы пригодных к использованию отходов и т.п.) фиксируется существующими методами, особенно по отдельным объектам. Иное положение с качественной трансформацией ресурсов, которая охватила достаточно большую территорию, но почти не улавливается существующей системой учета ПРП. Качественная трансформация выражается, например, в загрязнении большого объема пресной воды без уменьшения его количества, деградации ландшафтов вблизи месторождений сырья, исчезновением ряда ценных растений и животных, уменьшением чистоты атмосферного воздуха и т.д. Конечно, на такой огромной территории, трансформация ПРП пока еще не охватила полностью все районы, и выражается в каждом конкретном районе с разной степенью развития. Все еще сохранились районы, где трансформация тех или иных ресурсов не стала столь значимой. Но конфликтность методов природопользования и состояния природных ресурсов заключается именно в возникшем между ними разрыве, ибо во всех случаях сохраняются методы, нацеленные на первичное использование неизмененных ресурсов, хотя таких ресурсов становится все меньше и меньше.

В результате этого возникают две типичные ситуации. Во-первых, если ресурсы действительно еще не трансформированы, они быстро истощаются (полностью или технологически) и приходят к такому состоянию, которое в любом случае потребует смены методов природопользования. Во-вторых, если ресурсы уже достаточно трансформированы, необходимы большие капиталовложения для перехода к новым методам и технологиям. Обычно это не делается, а сохраняющиеся устаревшие методы и технологии, ориентированные на первичное освоение ПРП, становятся экономически неэффективными и экологически опасными. Между этими двумя типичными ситуациями есть несколько переходных, но суть происходящего одна и та же - конфликт устаревшей системы природопользования и изменившегося ПРП. Во всех вариантах трансформация ПРП, как правило, ведет к повышению затрат на его дальнейшую эксплуатацию. 

Естественно, назрело преобразование всей системы природопользования в регионе. Оно опоздало во времени и сомкнулось с началом перестройки. Кроме того, старая система оказалась достаточно живучей и не может распасться сразу. Тем не менее, она должна быть заменена новой системой природопользования, и этот процесс не может быть безболезненным. К тому же идет борьба организаций и личностей, поддерживающих разные системы природопользования. Поэтому необходимо рассматривать проблему устойчивого развития региона. 

Устойчивость - это одна из тех проблем, которая привлекает специалистов разных отраслей уже не одно десятилетие. Огромная теоретическая и практическая значимость привели к тому, что по проблеме устойчивости опубликовано большое число работ. В результате накоплен богатый качественный и количественный материал. В понятие устойчивости входит единство устойчивости структуры и подвижности функций. Однозначно решается вопрос о соотношении устойчивости и равновесия, но возможны случаи, когда равновесие, обусловленное подвижностью функций, может быть неустойчивым. Центр тяготения системы и ее устойчивое равновесие находятся в таком положении, где они максимально отвечают условиям окружающей среды (место экологического оптимума). Этот центр тяготения можно считать своеобразным нулем, точкой отсчета устойчивости системы. В силу определенных закономерностей и причин связи между отдельными объектами и территорией имеют избирательный характер, в их направленности наблюдается определенная предпочтительность. По нашему мнению, с проблемой устойчивого развития тесно связана проблема трансформации ПРП. В частности, в региональной эколого-экономической политике происходят разнообразные изменения, связанные с этой проблемой. Некоторые из них достаточно глубоки, а другие - поверхностны. Их можно условно разделить на 8 основных групп:

1. Изменения в экологической политике. Загрязненная природная среда отрицательно воздействует на "реципиентов" (людей, промышленные, транспортные и жилищно-коммунальные объекты, сельскохозяйственные угодья, леса, водоемы и т.п.). Эти отрицательные воздействия проявляются в основном в повышении заболеваемости людей и ухудшения их жизненных условий, в снижении продуктивности биологических природных ресурсов, ускорения износа зданий, сооружений и оборудования. Применяемые в практике экологических исследований показатели ПДК и ПДВ характеризуют в большей мере источники загрязнения природной среды, чем реальные социальные, экономические и экологические последствия для населения от неблагоприятных условий жизни. Более обоснованным представляется при разработке экологических программ региона использование категории качества жизни и выявление его экологической составляющей. Анализ состояния населения, оказавшегося под негативным воздействием факторов природной среды, и социально-экономических условий их проявления, позволяет оценить уровень качества жизни для населенных пунктов в целом и его внутригородскую дифференциацию. Создаются системы особо охраняемых природных территорий как основы для поддержания естественной динамики экосистем и их естественного эволюционного процесса. Такие системы должны рассматриваться в качестве основополагающей задачи в современных условиях для экологического мониторинга за состоянием природной среды.

2. Изменения в геополитической стратегии развития регионов. Внутренние регионы России не видят особой необходимости сообщаться между собой или с другими странами через посредничество центра. Например, возникают такие образования как Сибирское соглашение. В результате специфика геополитического положения Западной Сибири может определяться рядом таких географических факторов как богатство сырья; центральное положением в стране, наличие протяженной дружественной государственной границы, соседство с депрессивными или слабо освоенными экономическими районами. В современных условиях издержки территориальной экспансии превышают ее выгоды. Большая территория может означать и мощь, и непосильное бремя. Здесь возможны два сценария: регионального развития либо сдвиг центра тяжести экономического развития, по крайней мере, инвестиционной активности в Сибирь и на Дальний Восток, либо сдвиг на запад, в Европейскую Россию, с опорой на крупные города, на сложившиеся научно-технические центры с упором на современные высокие технологии. Первый сценарий сохраняет и усиливает ресурсно-сырьевую направленность экономики, второй позволит создать "локомотивы экономики" в посткризисный период. Таким образом, второй сценарий развития страны выбран как наиболее обоснованный и оптимальный. Здесь и заключается одна из основных ошибок выбранного направления реформ, не учитывающих географический фактор в изменившихся геополитических условиях.

3. Правовые изменения. В создающейся системе новых законов, касающихся природопользования, главными остаются взаимосвязанные вопросы о собственности на природные ресурсы и о разграничении компетенции распоряжения ресурсами властями разного уровня. Борьба сосредотачивается вокруг введения частной собственности на землю, подразумевая под этим земли сельскохозяйственного назначения. Но проблема земли тянет за собой цепь остальных природных ресурсов, ибо земля - операционный базис всех видов природопользования, многие из которых будут напрямую связаны с сельскохозяйственным землепользованием. Существует ряд основополагающих законов и постановлений для решения проблемы, но требуется в значительной мере техническая работа по составлению кадастров с точным обозначением подчиненности той или иной власти конкретных природно-ресурсных объектов (месторождений, лесных массивов, водоемов и т.д.). Это срочная работа, однако же она выполняется не в полном объеме, что порождает множество недоразумений и произвольных решений по вопросам природопользования на местных уровнях. Местные органы провозглашают и утверждают своими действиями суверенитет над природными ресурсами, находящимися географически на их территории. Именно в этих ресурсах они видят основу социально-экономического развития своих территорий. При этом нередко совершаются ошибки. Они заключаются в том, что местные природные ресурсы рассматриваются не как объект приложения труда, создания предприятий и рабочих мест, являющихся основным источником богатства, а чаще всего ресурсы принимаются как предмет торговли, прежде всего экспортной, приносящей баснословные прибыли, которые в дальнейшем "проедаются".

4. Экономические, технологические и финансовые изменения. Трансформация ПРП требует поддержания масштабов производства в ресурсодобывающих отраслях, а тем более для экономического развития на их основе всего социально-экономического комплекса региона, увеличения текущих и капитальных затрат в расчете на единицу готовой продукции. В то же время, централизованные капиталовложения в эти отрасли полностью аннулированы или сокращены до такой степени, что практически не оказывают никакого влияния на дальнейшее развитие отраслей. Введена полная платность пользования природными ресурсами в виде разных налогов (бонус, роялти и др.), установлены относительно высокие их ставки. Часть платы за ресурсы остается в распоряжении территории. Очевидно, что именно она должна стать источником реинвестирования данных отраслей. Но пока что местные власти еще не осознали необходимость подобных капиталовложений, доходы от природопользования они забирают для решения своих срочных кратковременных нужд, не связанных с проблемами трансформации ПРП. Технологические же изменения наименее глубоки, хотя состояние технологии и техники в добывающих отраслях почти повсеместно уже давно не соответствует мировому уровню, и именно здесь нужны срочные преобразования, но все упирается в пресловутую "нехватку денег". К сожалению, в России еще не сложилось вполне убедительного и официально закрепленного представления о том, какие реформы нужны, какими методами их надо осуществлять, как проведение реформы должно соотноситься с заметными различиями исторических, хозяйственных и природных условий в различных регионах.

5. Организационные изменения. Они достаточно сильны. Ликвидация ряда министерств и их структур на местах породила множество различных форм. Некоторые из них действительно новые по существу, а некоторые являются старыми организациями, скрывшимися за новыми названиями. Отличительная черта текущего момента - почти непрерывная реорганизация и преобразование одних форм предприятий и объединений в другие, их дробление, почкование, выделение различных дочерних фирм и т.д. При этом увеличивается доля физических лиц среди учредителей, т.е. подготавливаются плацдармы для последующей приватизации наиболее эффективных природных ресурсов, главным образом углеводородного сырья. 

6. Информационные изменения. Они не стали принципиальными. Уменьшена секретность некоторой информации о состоянии и структуре природных ресурсов, в частности картографической. В то же время сохраняется ведомственная закрытость информационных фондов, которая даже усилилась, так как их содержание реально становится коммерческой ценностью. Из-за отсутствия средств темпы разведки и инвентаризации природных ресурсов снизились, а качество новой публичной информации все сильнее подрывает доверие к ней. Сокращение ассигнований на научные и проектные разработки также ведет к снижению количества и качества информации.

7. Демографические изменения. Они также неглубоки, но носят отрицательный характер. Уменьшилась относительная заработная плата, особенно после ряда потрясений в финансовой сфере. Сократился межрегиональный приток нового персонала. В результате кадры стареют. Демографическая ситуация в России тоже далеко не лучшая - происходит естественная убыль населения. Снизилась престижность ряда отраслей, связанных с природопользованием. Часто люди считают, что лучше заниматься непроизводственной деятельностью, которая дает очень быстрый экономический эффект. Это порождает в свою очередь ряд негативных социальных тенденций.

8. Изменения в международной роли регионального природопользования. Эти изменения являются многосторонними. Общий экономический кризис в России и падение объемов производства привели также и к сокращению объемов экспорта углеводородного сырья, к потере части позиций, завоеванных ранее на мировом рынке. Но экспорт и импорт диверсифицируются как по сырьевым товарам, так и по количеству участников торговли. Все больше возникают реальные условия и все более реальны действия по интеграции природных ресурсов и всей системы природопользования региона в международную систему экономических отношений. 

Таким образом, в системе использования ПРП, этого наиболее мощного и стабильного основания региональной социально-эколого-экономической политики налицо серьезные деформации, не позволяющие эффективно использовать природные ресурсы для увеличения возможностей Сибирского региона. Необходимо предпринять целенаправленные усилия в самых различных областях природопользования для создания ситуации, благоприятствующей превращению природных ресурсов в действительно фундаментальный фактор развития всего региона. В конечном счете, все эти возможные и необходимые мероприятия основываются на активизации инвестиционной деятельности. Совершенно необоснованно ресурсно-сырьевая специализация экономики считается символом отсталости. Это неверно, например, Канада, Австралия - развитые страны, хотя именно добывающие отрасли определяют развитие их экономики, уровень жизни населения достаточно высок. Именно северное и евразийское положение России с достаточно богатыми природными ресурсами и низкой плотностью населения определяет ее будущее. Ресурсно-сырьевая специализация в сочетании с высокими технологиями путь процветания Сибирского региона.