Практика участия иностранного капитала в развитии национальных банковских систем

Практика участия иностранного капитала в развитии национальных банковских систем

 Мировой опыт участия иностранного капитала в развитии национальных банковских систем

До середины 1980-х годов масштабы участия иностранного капитала в развитии национальных банковских систем были весьма ограниченными. Несмотря на частичное снятие запретов на движение капиталов и увеличение объемов внешней торговли, многие страны, как развивающиеся, так и индустриально развитые, продолжали придерживаться ставшего уже традиционным принципа протекционизма.

Общее количество ограничений по доступу на рынок и по предоставлению национального режима, действовавших в мировой торговле финансовыми услугами в середине 1990-х годов – до принятия договоренностей о либерализации финансовых услуг в рамках Генерального Соглашения по торговле услугами (ГАТС), превышало 11 тыс. Из них преобладающая часть приходилась на долю банковских услуг. Большинство стран устанавливало законодательные ограничения на деятельность зарубежных банков на своей территории.

Первоначально сдвиг в сторону интернационализации финансового посредничества затронул государства со зрелой рыночной экономикой. Затем на протяжении последних примерно 15 лет финансовые рынки многих развивающихся стран и стран с переходной экономикой в той или иной степени начали открываться для внешних участников. В первую очередь данное явление проявилось в экспансии иностранных банков, выражаемой в увеличении их доли в активах и капиталах национальных банковских систем. Особенно отчетливо данная тенденция отмечалась в восточноевропейских странах, переходящих к рыночным отношениям, и в странах Латинской Америки. В меньшей степени этот процесс затронул страны Азии и Африки.

Во многом процесс либерализации торговли и предоставления финансовых услуг в международном масштабе был связан с выстраиванием новой мировой торговой и финансовой архитектуры. Органы государственного регулирования, открывая доступ иностранному капиталу на национальный рынок банковских услуг, руководствовались рядом соображений. Во-первых, стремлением создать благоприятные условия для притока иностранных инвестиций. Во-вторых, такими стандартными аргументами в пользу открытия экономики в целом и ее отдельных отраслей, как увеличение уровня конкуренции и стимулирование повышения эффективности ведения бизнеса.

В-третьих, приход иностранных банков означал импорт современных технологий, который влечет за собой общее институциональное укрепление финансовой сферы. В-четвертых, иностранные банки могли рассматриваться как один из каналов притока инвестиций в другие отрасли, и их присутствие стало бы, таким образом, одним из факторов экономического роста.

Мотивация иностранных банков, приходящих на новый рынок, заслуживает особого внимания. Основную роль здесь играет возможность получить прибыль от операций на местном рынке. На их решение об открытии бизнеса должен влиять также уровень интеграции между экономикой страны происхождения и страной – объектом инвестиций. Наконец, присутствие иностранных банков во многом зависит от существующих ограничений по входу на рынок и от проведения операций.

Однако основным мотивом присутствия иностранных банков в мировой практике стала все-таки возможность получать прибыль на новом рынке. Стратегия иностранных банков в этом случае ориентируется на перспективы развития экономики, рост ВВП, инфляцию, капитализацию местных компаний. В общем случае, чем лучше выглядят перспективы роста ВВП, тем большим будет стремление иностранных банков присутствовать на местном рынке. Дополнительным фактором в этом случае является конкурентная среда на местном рынке. Заинтересованность иностранных банков будет тем выше, чем менее развита и эффективна местная банковская система.

Мировой опыт показал, что на иностранный рынок приходят преимущественно крупные банки и это объясняется рядом причин. Во-первых, у крупных международных банков, занимающих существенную долю рынка в стране происхождения, присутствует мотив диверсификации рисков через расширение своей деятельности в различных странах. Во-вторых, нельзя сбрасывать со счетов, что именно транснациональные корпорации являются клиентами крупных банков.

Соответственно, банки, желая предложить широкий спектр обслуживания, вынуждены расширять сферу своей деятельности и предоставлять услуги там, где это соответствует интересам клиента. В-третьих, открытие бизнеса в другой стране требует весьма существенных капитальных вложений, особенно если в этой стране существует высокая законодательная планка по входу на рынок, и «эффект масштаба» приобретает в данном случае существенное значение. В-четвертых, свойственные в основном крупным банкам высокодоходные операции по управлению портфелями также предполагают увеличение количества точек присутствия на внешних рынках.

Проведенные специалистами Всемирного банка исследования показывают, что приход иностранных банков оказывает в большинстве случаев заметное воздействие на макропруденциальные характеристики банковской системы. У банков с иностранным участием на развивающихся рынках, как правило, более высокая процентная маржа и прибыльность. В дополнение к этому они платят больше налогов.

Еще одним заслуживающим внимания моментом является то, что влияние иностранных банков сказывается не столько за счет захваченной доли рынка, сколько за счет самого факта присутствия институтов, созданных с иностранным участием. Существуют исследования по ряду стран, где влияние иностранных банков на общую эффективность системы было признано отчетливо позитивным, несмотря на ничтожную долю занятого ими рынка.

В ужесточении конкуренции есть, естественно, серьезный риск для местных банков. Снижение доходности по операциям делает затруднительным расширение их капитальной базы, которая в странах с развивающимися рынками и так достаточно слабая. Это может оказать определенный дестабилизирующий эффект на национальную финансовую систему. Поэтому расширение участия иностранного капитала обязательно должно сопровождаться совершенствованием системы пруденциального надзора, чтобы иметь возможность предупредить резкое ухудшение состояния местных институтов, не выдерживающих конкуренции. Помимо возможностей увеличения капитальной базы и воздействия на прибыльность дополнительным фактором риска может служить потенциальное ухудшение качества кредитного портфеля. Это связанно с тем, что первоклассным национальным заемщикам выгоднее обращаться к более дешевым ресурсам, предоставляемым иностранными банками.

Однако при наступлении тяжелого для экономики времени присутствие иностранных банков может оказать как стабилизирующий, так и дестабилизирующий эффект. С одной стороны, иностранные банки, во многом опирающиеся на зарубежные ресурсы, более устойчивы к внутренним шокам. С другой стороны, в случае угрозы банковского кризиса возможен вариант, когда вкладчики воспримут иностранные банки как безопасную гавань и начнут массовое изъятие средств из местных банков, усугубляя положение национальных организаций.

Что касается влияния иностранных банков на другие сектора экономики, то тут в основном прослеживаются положительные моменты. Во-первых, экономические агенты получают доступ к более качественным банковским продуктам. Во-вторых, обострение конкуренции в секторе финансовых услуг означает расширение возможностей выбора для заемщиков и клиентов банков, снижение стоимости расчетно-кассового обслуживания. Все это, несомненно, положительно сказывается на предприятиях нефинансового сектора и на экономическом росте.

История и особенности либерализации банковского сектора в различных странах

Первыми начали открывать национальный рынок банковских услуг промышленно развитые страны. Правда, это коснулось не всех стран. Если США пошли на снятие ограничений еще в 1980-х годах, то Канада, например, разрешила открывать филиалы иностранных банков только в 1999-м. Однако и до сих пор этот вид участия иностранного капитала остается объектом разного рода ограничений. Например, определенным типам филиалов вообще запрещено привлекать депозиты, а другим разрешено привлекать только депозиты на сумму свыше 150 тыс. долларов. К началу 1990-х годов очень закрытым был банковский сектор Латинской Америки.

Национальные системы были представлены большим количеством местных банков со значительной долей государства в лице как общенациональных, так и местных органов управления. Отношение к иностранным банкам резко поменялось в середине 1990-х годов, когда серия финансовых кризисов вызвала острую нужду в рекапитализации банковского сектора, а также в консолидации и рационализации государственной собственности в отрасли. Потребность банковской системы в привлечении ресурсов привела к снятию барьеров на пути иностранного участия. Крупнейшие приобретения в регионе начались в 1995 году. Иностранные банки в основном ориентировались на покупку контрольных пакетов банков с хорошо развитой розничной сетью. В результате структура собственности банковских систем региона радикально поменялась во второй половине 1990-х годов.

Исключение составляет Бразилия. Увеличивающееся присутствие иностранных банков привело к сокращению долей и государственного, и национального частного капитала в структуре собственности. Очень сильно местный частный капитал был потеснен в Чили, Колумбии, Мексике и Перу. В странах с исторически доминирующей ролью государственных банков, таких как Бразилия, проникновение иностранных банков происходило за счет приватизации.

В Аргентине и Венесуэле приход иностранцев происходил как в результате приватизации, так и покупки пакетов акций крупных банков у частных акционеров. В Юго-Восточной Азии иностранные банки играют, по сравнению с Латинской Америкой и Восточной Европой, значительно меньшую роль. Во многом это связано с политикой местных властей, ограничивающих доступ иностранных участников на рынок розничных банковских операций. Подобная политика проводилась по отношению к иностранным банкам даже в таких финансовых центрах, как Гонконг и Сингапур. Ограничения продолжают сохраняться также по количеству иностранных банков в национальной банковской системе и по количеству филиалов, которые они могут открыть. После кризиса 1997 года доступ был в большинстве стран, за исключением Малайзии, существенно либерализован. При этом следует заметить, что несмотря на недружелюбный климат доля иностранных банков в Малайзии остается одной из наиболее высоких в регионе.

Формы допуска иностранных банков могут существенно разниться. Малайзия запрещает открытие филиалов иностранных банков, а для Кореи и Таиланда эта форма присутствия является преобладающей. В Таиланде доступ иностранного капитала в банковский сектор помимо филиальной формы разрешен в виде организации дочерних учреждений, которым предписывается проводить свои операции исключительно на основе ресурсов, полученных из-за границы.

Наиболее интересным является опыт стран Центральной и Восточной Европы. В целом по региону (исключая Россию) иностранные банки контролируют около 80% всех банковских активов. В большинстве этих стран им удалось захватить командные высоты в банковской системе. Если местный частный капитал и имеет какое-то влияние в банковской системе ряда стран, то он зачастую находится на третьем месте после иностранных банков и структур, контролируемых государством. При этом он может быть представлен большим количеством маленьких институтов. Это хорошо видно на примере Польши. Наиболее массовым с точки зрения количества институтов является кооперативный сектор, на который приходится более 400 кредитных организаций и всего 5% активов банковской системы.

Приход иностранных банков на новый рынок может осуществляться двумя путями – либо за счет роста на собственной основе, либо в результате приобретения действующего местного банка. В Восточной Европе в том или ином сочетании применялись обе эти стратегии. При этом общая закономерность такова: там, где правительство поставило себе цель как можно быстрее приватизировать банковский сектор, были сделаны крупные приобретения. Там же, где приватизация шла труднее и медленнее, происходил рост иностранных дочерних банков и филиалов на собственной основе. Интересно, что наибольшую активность по скупке местных банков иностранные инвесторы проявили не только в странах – «лидерах» перехода к рынку (Чехии, Венгрии, Польше), но и в Хорватии, Эстонии, Латвии, Литве, Болгарии и Румынии. Основные приобретения были сделаны в ходе приватизации государственных банков и в гораздо меньшей степени – через механизм фондового рынка.

Процесс прихода иностранного капитала продолжался достаточно интенсивно и в последние годы. В ряде стран был окончательно завершен процесс приватизации банковского сектора. При этом продавали свои доли в банковской системе не только правительства, но и частные владельцы-резиденты. При этом надо учесть, что в ряде стран, например в Польше, активно использовался биржевой механизм, позволяющий совместить при сделках по поглощению местных банков иностранным капиталом американский («аутсайдерский») и европейский («инсайдерский») механизмы.

Иностранный контроль в банковской сфере осуществляется не только зарубежными банками. Держателями пакетов могут выступать инвестиционные и финансовые компании, корпорации другой отраслевой направленности. Например, в Чехии значительный пакет третьего по величине банка в стране Investicni a Postovni banka был куплен Nomura International, существенную долю Agrobanka приобрела финансовая компания General Electric Capital Services.

Интерес иностранных банков заметно усилился под влиянием вступления ряда стран в ЕС. Местные банковские системы в большей степени стали восприниматься как часть единого европейского рынка, а не в качестве более рисковых периферийных сфер приложения капитала. Соответственно, в качестве приоритетного этот регион воспринимается в основном европейскими банками, которые на мировом уровне относятся скорее ко второму эшелону.

При прочих равных условиях западные банки предпочитают создавать за границей свои филиалы, а не дочерние учреждения. Филиал отражает более высокую степень приверженности данному рынку, поскольку предполагает полную ответственность материнского банка по всем обязательствам филиала и предполагает готовность подвергать риску более существенные ресурсы, чем свой взнос в уставный капитал «дочки». Форма участия, конечно, существенно зависит от местного законодательства и подхода национальных органов регулирования.

Дочерними структурами обычно становятся приобретенные в странах операций банки с популярным местным брэндом. Эти же банки становятся первыми кандидатами на продажу в случае потери интереса материнского банка к данному рынку или ухудшения его финансового положения. В Восточной Европе применялись, а иногда даже сосуществовали обе юридические формы. Так, в Польше филиал Citibank какое-то время действовал параллельно с приобретенным материнской конторой крупным польским банком Bank Handlowy w Warszawie, вплоть до интеграции первого в последний под польским брэндом.

Необычный для Восточной Европы пример страны, вставшей в 1990-х годах на принципиальную позицию противодействия проникновению иностранного капитала в национальную экономику, представляет Словения. При этом она является одной из наиболее успешных с точки зрения экономических показателей. Если говорить о банковской системе, то в результате последовательной политики по реабилитации и укреплению банков к концу 1990-х годов в Словении на основе местной собственности сложилась вполне здоровая и устойчивая банковская система. Словения только в последние годы (при вступлении в ЕС) пошла на смягчение регулирования в области импорта капитала.

Деятельность иностранных банков в России

Пожалуй, ни в одной стране не было такого мощного политического противостояния по вопросу деятельности иностранных банков, как в России. Сторонники допуска нерезидентов подчеркивали, что приход иностранных банков будет содействовать развитию добросовестной конкуренции, усилению прозрачности банковского бизнеса, импорту передовых банковских технологий и повышению качества менеджмента. Противники отстаивали точку зрения о неготовности российских банков конкурировать с иностранными финансовыми институтами и призывали к установлению хотя бы временных ограничений на операции банков с участием нерезидентов на территории страны.

Борьба шла с переменным успехом. Отдельных тактических успехов добивались противники допуска иностранных банков. В свой актив они могут записать, во-первых, 12-процентную квоту для банков с участием нерезидентов в совокупном уставном капитале российского банковского сектора. Во-вторых, указ президента РФ № 1924 от 17 ноября 1993 года, которым банкам с иностранным участием, созданным после 15 октября 1993 года, запрещалось обслуживать счета резидентов как юридических, так и физических лиц. В-третьих, немотивированный фактический запрет Банка России на открытие филиалов иностранных банков на территории страны.

Во многом под влиянием этого в общественном сознании утвердилось ложное впечатление, будто российские власти препятствуют притоку иностранного капитала в банковский сектор. В действительности условия и порядок доступа нерезидентов в отечественную банковскую систему во многих отношениях мягче, чем в большинстве других стран. По существу, в России действовал и продолжает действовать умеренно-либеральный подход к регистрации и лицензированию кредитных организаций с участием иностранного капитала. В пользу этого красноречиво говорит тот факт, что лицензии получили все иностранные банки, которые с соответствующей просьбой обратились в Банк России. Исключением из правила являются лишь запретительные de facto, но не de jure, процедуры открытия филиалов зарубежных кредитных институтов.

Что же касается стереотипа о нежелании обеспечивать допуск иностранных банков в Россию, то факты, за редким исключением, его не подтверждают.

Тем не менее, существенный урон имиджу России нанес уже упомянутый выше указ президента Российской Федерации № 1924 от 17 ноября 1993 года. Этим указом на период до 1 января 1996 года было установлено, что дочерние банки, а также банки, в которых доля нерезидентов в уставном капитале превышает 50%, не приступившие к обслуживанию резидентов Российской Федерации по состоянию на 15 ноября 1993 года, а также получившие лицензию после указанной даты, могут совершать операции только с юридическими и физическими лицами, не являющимися резидентами Российской Федерации. Таким образом, вводился временный мораторий для банков с участием иностранного капитала на обслуживание российской клиентуры. Это резко ограничивало возможности их деятельности в России и ставило в заведомо неравные условия. Следует отметить, что эти меры вызвали негативную реакцию в МВФ и Всемирном банке, в США и ЕС, а также в международных деловых и финансовых кругах. В частности, в ходе подготовки нового Соглашения ЕС-Россия о партнерстве и сотрудничестве, которое было подписано в 1994 году, Россия согласилась не сокращать в течение 5 лет долю иностранного капитала в совокупном банковском капитале страны, а после этого рассмотреть вопрос о возможности ее увеличения. Было взято обязательство применять запрет на ведение банками с иностранным участием операций с резидентами лишь до 1 января 1996 года, как это и было предусмотрено указом президента Российской Федерации № 1924 от 17 ноября 1993 года.

В настоящее время нерешенным остается только один принципиально важный вопрос, который касается фактического запрета на открытие филиалов иностранных банков на территории Российской Федерации, минуя создание дочернего банка.

Правительство и Центральный Банк Российской Федерации исходят из того, что на текущем этапе развития банковского сектора создание филиалов иностранных банков, минуя учреждение дочернего банка, следует считать преждевременным, прежде всего исходя из необходимости поддержания равных конкурентных условий для всех кредитных организаций, оказывающих банковские услуги. Во всех остальных моментах условия допуска нерезидентов в российскую банковскую систему вписываются в общемировую практику лицензирования банковской деятельности и не вызывают существенных возражений со стороны зарубежных инвесторов.

Приток иностранного капитала рассматривается денежными властями Российской Федерации в качестве важного фактора развития банковского сектора страны. Они исходят из того, что иностранный капитал привносит на российский рынок банковских услуг современные технологии, новые финансовые продукты, способствует повышению культуры корпоративного управления в кредитных организациях, развитию конкуренции между кредитными организациями и совершенствованию банковского дела.

С учетом описанных выше ограничений, в 1990-х годах иностранные банки в принципе не рассматривали покупку участия в капитале российской кредитной организации в качестве способа вхождения на российский рынок. Бизнес всех иностранных банков, присутствующих в России более 10 лет, начинался с учреждения собственной дочерней структуры и получения банковской лицензии. Операции данных банков замыкались, как правило, на обслуживании иностранных компаний, работающих в России, а также на вложениях на фондовом рынке.

Только в начале 2000-х годов, когда российский банковский сектор вышел на траекторию устойчивого роста, иностранные банки стали ориентировать свои стратегии в России на быстрое увеличение объемов операций и освоение новых рыночных сегментов. В этих условиях вопрос о приобретении готового бизнеса как альтернативы органическому росту получил уже практическую значимость.

В настоящее время можно говорить о том, что роль иностранных инвесторов в увеличении капитализации российского банковского сектора становится более заметной. В 2006-2007 годах темп роста инвестиций нерезидентов в уставные капиталы действующих кредитных организаций заметно опережали темпы роста совокупного зарегистрированного уставного капитала действующих кредитных организаций. Оценки и прогнозы показывают, что масштабы участия иностранного капитала в российской банковской системе, в том числе путем слияний и присоединений, уже в ближайшей перспективе могут заметно расшириться. Тенденция к либерализации рынка банковских услуг и усилению позиций иностранного капитала становится все более очевидной.

Банк России продолжает занимать жесткую позицию только по одному вопросу, а именно по открытию (точнее – запрету) прямых филиалов иностранных банков на территории Российской Федерации. В остальном своими недавними решениями он уравнял права и процедуры российских и зарубежных инвесторов по приобретению миноритарных (до 20%) пакетов акций и долей в российских кредитных организациях.

Со второй половины 2005 года резко повысился удельный вес кредитных организаций с преобладающим участием иностранного капитала. В настоящее время он приблизился к 25% совокупного уставного капитала по сравнению с 5-6% в начале 2000-х годов. Столь быстрый рост этого показателя объясняется приобретением нерезидентами контрольного или полного пакета акций ряда крупных российских банков. Уже в ближайшем будущем можно ожидать повышения доли участия нерезидентов в совокупном уставном капитале российской банковской системы до 30–35%, как за счет их вхождения в капитал банков, так и вследствие более активного наращивания собственных средств банками, находящимися под их контролем.

На фоне скачкообразного повышения доли нерезидентов в совокупном уставном капитале наблюдается пока еще медленное, но неуклонное возрастание масштабов деятельности банков с иностранным участием на ключевых сегментах рынка финансовых услуг. Удельный вес операций банков с иностранным участием на основных сегментах рынка не превышает 12-13%. Исключение составляют операции по размещению привлеченных средств на межбанковском рынке, где банки с иностранным участием традиционно выступают одними из основных операторов. Здесь их доля составляет 18–22%. Тем не менее, общий тренд вполне очевиден. Банки с иностранным участием расширяют свои позиции, и их доля в совокупных активах с учетом возможных крупных приобретений может, по имеющимся оценкам, уже в ближайшем будущем повыситься до 25-30%.

Число банков, контролируемых нерезидентами, за период 2005-2007 годов возросло с 42 до 88. Некоторые из них уже смогли добиться существенных успехов. Среди 30 крупнейших российских банков 6 находятся под прямым контролем иностранного капитала. Во многом это объясняется тем, что российский банковский сектор рассматривается иностранными финансовыми институтами в качестве привлекательного объекта для инвестиций. В условиях все еще низкой насыщенности рынка финансовых услуг уровень рентабельности банковского капитала в России заметно превышает показатели стран Восточной Европы.

Тем не менее, на фоне других национальных банковских рынков Россию в настоящее время все еще отличает низкая степень проникновения иностранных игроков. Так, совокупный вклад нерезидентов в капиталы кредитных организаций без учета нерезидентов, находящихся под существенным влиянием резидентов РФ, не превышает 23%. Для сравнения: доля иностранного капитала в банковской системе Польши составляет около 70%, Литвы – 77%, Чехии – 97%, Эстонии – 99%. Около 4, 1% (32 млрд. долл.) всего объема сделок M&A в Европе в период 1990-2005 годов приходилось на страны Центральной и Восточной Европы.

По материалам статьи – А.А. Хандруев, Иностранный капитал в банковской системе Российской Федерации: тенденции и перспективы, журнал «Портфельный инвестор», №6, 2008 год