Экономика Англии и Франции в XIX и XX веках

План

		Монополизация экономики........................................................2

		Вывоз капитала. Англия и Франция…………………………..5

		Утрата Англией промышленной гегемонии. Факторы промышленного отставания…………………………………...5

		Вывоз капитала…………………………………………………6

		Экономическое отставание Франции…………………………8

		Ростовщический капитал……………………………………..11

		Франция: пределы волюнтаризма……………………………13

		Список литературы……………………………………………21

































I. Монополизация экономики



Появление огромного множества капиталистических предприятий во всех отраслях промышленности породило великую анархию. Особую роль играли частные железные дороги, которые посредством повышения или понижения тарифа, а также изменения дислокации железнодорожной сети очень серьезно воздействовали на производство. Достаточно было подвести железную дорогу к самому захудалому местечку, чтобы оно получило экономическое значение, или повысить тариф, чтобы вывести из строя какое-либо промышленное предприятие. В этих условиях предприятия стали группироваться против конкурентов, привлекая к соглашению железные дороги, а затем банки для финансирования проводимых мероприятий. Постепенно соглашения стали охватывать целые отрасли и промышленные районы. Так возникли промышленные монополии.

Одной из первых монополий явился нефтяной трест «Стандарт ойл», созданный в 1872 г. в США Дж. Рокфеллером на основе соглашения нескольких объединившихся нефтяных компаний с железными дорогами относительно тарифов на перевозку нефти. Дело происходило в период крупного спада производства. Поэтому Рокфеллеру без труда удалось скупить большую часть производственных мощностей американской нефтеперерабатывающей промышленности. Когда трест «Стандарт ойл» начал поглощение других предприятий, на его долю приходилось не более 10—20%, а через несколько лет — уже 90% тогда еще очень несложной нефтепереработки (на керосин для освещения) в стране. Подобные явления стали происходить и в некоторых других отраслях: однородные предприятия или компании чаще всего под угрозой банкротства или нажимом сильнейшего среди них объединялись в тресты, теряя производственную, коммерческую, часто и юридическую самостоятельность, — все это сосредоточивалось в правлении треста или головной компании.

В ряде случаев предприятия одной отрасли, сохраняя юридическую и производственную самостоятельность, заключали соглашение — картель, регулирующее объем производства, сбыт продукции, наем рабочей силы и пр. В других случаях предприятия теряли только коммерческую самостоятельность: образовывалась единая снабженческая и сбытовая контора (синдикат), регулировавшая закупки сырья и сбыт готовой продукции (такой тип монополий превалировал в России). Наконец, возникли, если так можно сказать, монополии монополий, в виде концернов, объединявших под единым контролем компании разных отраслей производства, торговли, банки и пр. В концернах выступал срощенный промышленно-торгово-банковский капитал, получивший наименование финансового.

Посредством монополий предприятия стремились как-то регулировать производственную и коммерческую жизнь в сложнейших условиях рыночной конкуренции. Поэтому монополистические объединения на рубеже XIX и XX вв. при помощи согласованных цен на сырье, готовую продукцию и рабочую силу установили в той или иной степени коммерческий контроль над рядом производств в главных капиталистических странах. Но это поставило под угрозу саму конкуренцию как основу хозяйственной жизни, и государство вынуждено было вмешаться, ограничив процесс монополизации экономики определенными рамками (антитрестовское законодательство). Таким образом, экономическая роль государства резко возросла, что дает основание говорить о государственно-монополистическом капитализме как определенном типе экономического развития ряда стран. Монополистические процессы неизбежно должны были возникнуть и возникли в масштабе мирового рынка: соглашения между разнонациональными монополиями и даже наднациональные компании. Наблюдая быстрый рост монополий, некоторые ученые предсказывали неминуемую тотальную монополизацию рыночного хозяйства и полную гибель малого и среднего бизнеса в XX в. Однако этого не произошло, поскольку малое и среднее производство и обмен могут вполне сосуществовать с крупнейшими корпорациям: они незаменимы в деле удовлетворения ежедневных насущных потребностей человека.

Движение экономики резко изменило свой темп. В конце XIX — начале XX вв. наиболее высокие темпы экономического развития показали молодые капиталистические государства — США и Германия, вышедшие соответственно на первое и второе места в мире по уровню развития производства и оставившие позади Англию и Францию (см.таблицу).

Удельный вес ряда стран в мировом промышленном производстве(%)



Страны

Годы



1860

1870

1880

1890

1900

1913

Англия

36

32

28

22

18

14

Франция

12

10

9

8

7

6

Германия

16

13

13

14

16

16

США

17

23

28

31

31

36

На рубеже веков центр мировой экономики переместился из Европы в Северную Америку.

II. Вывоз капитала. Англия и Франция



II.1. Утрата Англией промышленной гегемонии. 

Факторы промышленного отставания

Если в 1870 г. Англия производила примерно половину трех главных на тогдашнем мировом рынка видов промышленной продукции — угля, чугуна и хлопчатобумажных тканей, то в 1913 г. она давала только 22% мировой угледобычи, выплавляла 13% мирового чугуна, потребляла 23% мирового хлопка. Здесь сказалась устаревшая — физически и морально — производственная база английской индустрии. Внедрение новой техники — дело исключительно сложное и дорогостоящее — и проблема дальнейшего экономического развития Англии приобрела характер выбора: вкладывать капитал в стране или вывозить его в колонии, где стоимость рабочей силы ниже, следовательно, прибыли выше. Английские капиталисты пошли по второму пути: вывоз капиталов возрастал, а темпы роста английской промышленности все более снижались. К тому же доставка из заморских стран промышленного сырья — руд цветных металлов, каучука, нефти и т.д. также вела к оттоку капитала из страны. И мировая торговая политика изменилась: все больше стран стало отходить от политики свободной торговли и возвращалось к протекционизму, охраняя свою промышленность от конкуренции английских товаров.

Структурные изменения в английской промышленности происходили очень медленно. Наиболее высокими темпами развивались новые для Англии отрасли тяжелой промышленности — сталелитейная, электротехническая, химическая, обгоняя традиционные производства. Например, за 1870—1913 гг. производство чугуна возросло в 1,7 раз, в то время как выплавка стали в 38 (но в США и Германии выплавка стали уже сравнялась с чугуном, а в Англии это производство еще значительно уступало). Перед Первой мировой войной суммарная мощность электростанций в Англии составляла примерно 900 тыс. кВт. — в 2,5 раза меньше, чем в Германии и почти в 10 раз меньше, чем в США. Единственной традиционной отраслью тяжелой промышленности, которая и перевооружалась, и показывала устойчивые темпы роста, являлось судостроение.



II.2. Вывоз капитала

Степень концентрации производства и капитала в Англии, где сохранилось большое количество средних и мелких устаревших предприятий, была значительно ниже, чем в США и Германии.

Совсем другая картина была в сфере кредита. Перед Первой мировой войной 27 крупным банкам Англии принадлежало около 86% всех вкладов страны. Однако сращивание банков с индустриальными монополиями не приняло в Англии такой всеобъемлющий характер, как это было в Германии и США. Британский капитализм базировался на колониальной империи. Английские колонии (к началу XX в. они по размерам в 100 раз превышали территорию метрополии) компенсировали британскому капиталу недостатки промышленного развития. По вывозу капитала Англия оставила далеко позади Америку и Германию. К Первой мировой войне сумма вывозимых из Англии капиталов составляла примерно третью часть общей стоимости экспорта. До 3/4 экспорта капитала шло в Британскую империю и слаборазвитые страны Латинской Америки (около 20% — в США, 6% — в страны Европы).

Доходы от заграничных инвестиций в заокеанские рудники, порты, дороги, плантации с лихвой возместили утерю мировой промышленной гегемонии. В последней трети XIX в. национальный доход Англии возрос в 3 раза, а доходы от вложений за рубежом — в 9 раз! И хотя по причине большого сырьевого и продовольственного импорта внешнеторговый баланс Англии постоянно носил пассивный характер, но платежный баланс, включающий все виды расчетов с другими странами, неизменно был активным, благодаря возрастающим «невидимым доходам» (проценты на капитал, вложенный за рубежом, посреднические торговые и банковские операции, фрахт, страхование морской торговли и т.д.). В 1913г. сальдо торгового баланса составило минус 159 млн. ф.ст., доходы от услуг — плюс 125 млн. ф.ст., от зарубежных инвестиций — плюс 187 млн. ф.ст. Таким образом, отрицательное внешнеторговое сальдо легко перекрывалось. Английские банки, отделения которых были разбросаны по всему свету, развили большую активность по кредитованию мировой торговли.

Переход от мировой промышленной гегемонии к гегемонии в пределах Британской империи, от прямой торговли промтоварами к торговому кредиту, — все это приносило прибыль, но фактически усиливало застой английской экономики. За счет сокращения слоя активных капиталистов в Англии увеличивался слой рантье. Накануне Первой мировой войны доходы рантье намного превышали доходы экспортеров товаров.

Готовясь к неизбежной схватке с Германией, Англия в начале XX в. начала осуществлять огромную программу военно-морского строительства (по принципу: два корабля на каждый новый немецкий), на что уходило до половины расходной части госбюджета.



II.3. Экономическое отставание Франции

Для Франции на рубеже XIX и XX вв. германские и американские темпы промышленного развития были недостижимыми — сказывалась узость сырьевой базы. В 1913 г. Франция добывала лишь 2/3 необходимого ей угля, а дорогой импортный уголь вел к повышению стоимости французских фабрикатов и, соответственно, снижению их конкурентоспособности. Низкий промышленный потенциал определялся также устаревшей технологической сферой. Здесь повторилась в основных чертах английская история: физически и морально изношенное оборудование, вошедшее в строй в 50—60 гг., требовало замены, а для этого требовались соответствующие инвестиции, а они не были сделаны. Здесь сыграли роль, во-первых, экономический ущерб, нанесенный национальной катастрофой — поражением Франции в войне с Пруссией 1870 г. (общая сумма составила 16 млрд. франков, в том числе 5 млрд. контрибуции). Очень тяжело отразилась на состоянии французской экономики аннексия Германией весьма развитых экономических областей — Эльзаса и особенно Лотарингии с ее крупными запасами железной руды. Лотарингский бассейн стал железорудной базой германской металлургии, а Франция стала ввозить железную руду или готовый металл. Таким образом, война с Пруссией заметно затормозила развитие французской тяжелой промышленности.

Во-вторых, как отмечалось выше, французская буржуазия явно отдавала предпочтение банковской деятельности перед промышленной. В конце XIX — начале XX вв. ростовщические черты французского капитализма проступили еще более резко. Займы иностранным государствам давали французским банкирам гарантированный доход, не связанный с промышленным риском, отвлекая в то же время огромные средства от отечественной индустрии. Характерно, что после войны с Пруссией французский капитал озаботился прежде всего восстановлением не экономики своей страны, а своих зарубежных вложений. Для выплаты контрибуции пришлось в 1871 —1873 гг. сократить сумму заграничных капиталов Франции с 10 до 7 млрд. франков. Но уже в 1875 г. заграничные вложения составили 9 млрд. франков, т.е. почти достигли довоенного уровня. Ростовщическая политика французских капиталистов имела мощную опору в лице сугубо рациональной ментальности французов, предпочитающих гарантированный, пусть небольшой, доход, но без экономического риска.

За 1870—1913 гг. объем американской промышленной продукции увеличился в 13 раз, немецкой — почти в 7 раз, а французской — всего в 3 раза. К восьмидесятым годам XIX в. Франция передвинулась со второго места в мировом промышленном производстве на четвертое — после США, Англии и Германии, потеряв свое былое индустриальное значение. В конце XIX — начале XX вв. по сути не удалось преодолеть аграрно-индустриальную структуру французской экономики. Из 16 млн. человек самодеятельного населения в промышленности было занято всего около 2 млн., в сельском хозяйстве — более 5 млн., торговле — более 4 млн. человек. Сельскохозяйственная продукция по стоимости превышала промышленную. Отсталой была и структура самой промышленности, где по-прежнему значительное место занимало производство изысканных средств потребления. На мировом рынке наиболее ходовыми видами французской промышленной продукции оставались предметы роскоши, производство которых не требовало ни огромных инвестиций, ни новой техники, ни экономического риска. Некоторый скачок, сделанный французской тяжелой промышленностью в начале XX в., связан с подготовкой военного реванша. Однако накануне Первой мировой войны по выплавке стали — главного военного металла — Франция уступала Германии в 4 раза, а США — почти в 7 раз. На рубеже XIX—XX вв. в энергетической базе французской промышленности по-прежнему превалировал пар. По суммарной мощности электростанций сорокамиллионная Франция незначительно превосходила небольшую Швецию.

В конце XIX в. вступила в период хронического кризиса ведущая отрасль французской экономики — сельское хозяйство. Имея редкую для того времени возможность полностью удовлетворять свои потребности в хлебе, Франция по урожайности сельскохозяйственных культур занимала всего 11-е место в Европе. Превосходя по посевным площадям Германию на 280 тыс. га, Франция собрала в 1913 г. зерновых на 25 млн. квинталов меньше. По количеству скота на 1 га земли Франция уступала Германии, Англии, Дании, Бельгии и другим странам. Слабая производительность земледелия в конечном счете упиралась в господство мелкокрестьянского производства, созданного революцией в конце XVIII в. Владелец крохотной парцеллы не мог применять сельскохозяйственные машины и искусственные удобрения. Французские сельскохозпродукты не выдерживали конкуренции на внешних рыках с дешевыми американскими, канадскими, аргентинскими продовольственными товарами. Низкий уровень развития сельского хозяйства во многом обусловливал и узость внутреннего рынка: нищее французское крестьянство вынуждено было обходиться без многих промышленных товаров.



II.4. Ростовщический капитал

Концентрация французской промышленности происходила значительно медленнее, чем в США, Германии и Англии, но темпы концентрации и централизации банков во Франции превышали таковые в других странах. Показателен рост капитала в трех крупнейших банках Франции — «Лионский кредит», «Национальная учетная контора» и «Генеральное общество»: 1870 г. — 627, 1890 г. — 1510, 1909 г. — 5250 млн. франков. Французский финансовый капитал складывался вокруг банков, а не промышленных монополий. Его главным центром стал Французский банк. 200 крупнейших акционеров Французского банка (знаменитые 200 семейств!) и составили элиту финансовой олигархии страны. Французский банк представлял уникальный случай концентрации финансового капитала в национальном масштабе (в США, например, были две крупнейшие группировки — Моргана и Рокфеллера).

К концу XIX в. центром интересов французского финансового капитала стала ссудно-ростовщическая деятельность за границей. За 1870—1913 гг. промышленное производство во Франции выросло примерно в 3 раза, а экспорт французского капитала — более чем в 4 раза. Хотя больше всего капитал вывозила не Франция, а Англия, именно Франция играла роль мирового ростовщика. Английский капитал представлял главным образом промышленные инвестиции, а французский — займы иностранным государствам. Перед Первой мировой войной из 104 млрд. франков, что стоили французские ценные бумаги, всего 9,5 млрд. относилось к французской промышленности и торговле, остальные представляли собой облигации различных вложений за рубежом. Международное ростовщичество наложило паразитический оттенок на всю жизнь страны. Во Франции навсегда осталась наибольшая прослойка рантье, живущих только на проценты облигаций иностранных займов, без всякого промышленного и торгового риска. Ростовщичество деформировало экономику не только Франции, но и стран, получавших парижские займы. Накануне Первой мировой войны из 42,5 млрд. заграничных вложений Франции хозяйственное применение имело всего 10 млрд., на остальные деньги главным образом вооружались будущие союзники против Германии. 12 млрд. заемных франков приходилось на Россию, на эти средства был создан ряд заводов и промыслов, Транссиб, киевский, питерский, одесский трамваи. Но они были достаточно оплачены русской кровью — царизм подавил революцию 1905 г., а в августе 1914, в самом начале Первой мировой войны провел неподготовленное наступление в Восточной Пруссии, окончившееся катастрофой, но позволившее оттянуть часть немецких сил от Парижа. Поскольку процент по русским займам был выше обычного (до 14% годовых против 2), они пользовались громадной популярностью во Франции. До 10% населения страны владели накануне Первой мировой войны русскими облигациями, для приобретения которых тысячи французов продавали свою землю и дома...

Хотя Франция в XIX — начале XX вв. овладела большими колониями в Африке, Юго-Восточной Азии, Океании и создала империю, по территории в 17 раз превышающую метрополию, французский финансовый капитал, наживаясь в основном на эксплуатации стран-должников, не был заинтересован в производственном использовании колоний. Поэтому колонии в экономике Франции играли гораздо меньшую роль, чем в экономике Англии. Перед Первой мировой войной в колонии экспортировалось всего 13% вывозимых Францией товаров и менее 10% вывозимых капиталов. Из колоний поступило всего 9,5% французского импорта. Главные доходы приносило ростовщичество, и Франция, чей экономический потенциал значительно уступал Германии, содержала армию, почти равную по численности немецкой.



II.5. Франция: пределы волюнтаризма

Важную веху в экономической истории Франции ознаменовал 1958 г. Характерная для Пятой республики политическая стабильность, установившаяся с возвратом к власти генерала де Голля (1958-1969 гг.), а также стимулирующее воздействие Общего рынка способствовали непрерывному экономическому росту и сохранению равновесия в сфере торговли, бюджета и денежного обращения, по крайней мере, до конца 60-х гг.

Несколько важных событий 60-х — 70-х гг. оказали заметное влияние на экономическую конъюнктуру во Франции. В 1962 г. после предоставления независимости Алжиру сотни тысяч репатриантов вернулись оттуда в метрополию и получили существенную компенсацию от государства. Чтобы избежать инфляции, которую могло повлечь увеличение покупательной способности населения, новый министр экономики и финансов Валери Ж. д’Эстен стал проводить жесткую бюджетную политику. В результате рост цен оказался весьма незначительным, а деловая активность осталась на довольно высоком уровне, что позволило быстро решить проблему безработицы, вызванную резким увеличением предложения на рынке рабочей силы. Незначительное увеличение заработной платы в тот период облегчило восстановление экономического равновесия в стране.

События мая 1968 г. явились в определенной степени ответом на сдерживание роста покупательной способности. Студенческие волнения и ревизия системы моральных ценностей сочетались с мирным движением за повышение уровня жизни, результатом которого явилось значительное увеличение заработной платы в июне 1968 г. (минимальная заработная плата выросла на 30%, а все другие виды заработков — на 10%). Произошло ускорение темпов инфляции, но спрос оставался на достаточно высоком уровне. Сочетание этих факторов обеспечило устойчивый рост французской экономики в период президентства Ж. Помпиду (1969-1974гг.).

Большой неожиданностью явился нефтяной кризис, который на первых порах рассматривался как преходящее явление. Так, после принятия плана замедления деловой активности в сентябре 1974 г., выполнение которого привело к возникновению бюджетного излишка, правительство Ж. Ширака (май 1974 г. — август 1976 г.) приняло в сентябре 1975 г. амбициозный план ускоренного развития экономики. Этот план, предусматривавший строительство скоростной железнодорожной магистрали Юг — Восток и нескольких автострад, способствовал не столько поддержке платежеспособного спроса населения, сколько инвестициям в инфраструктуру. Выполнение этого плана обеспечило предполагаемый рост экономики, но в области занятости результаты оказались гораздо скромнее: удалось стабилизировать безработицу на уровне 800 тыс. человек, тогда как год назад этот показатель составлял 400 тыс. человек. Кроме того, произошло значительное ускорение инфляции и ухудшился платежный баланс.

По инициативе нового премьер-министра Р. Барра в сентябре 1976 г. правительство приступило к выполнению нового плана замедления деловой активности, что проявилось в замораживании цен и заработной платы па три месяца и распространении принудительного займа среди налогоплательщиков. Поскольку эта мера совпала с неблагоприятным сельскохозяйственным годом из-за очень жаркого лета, заем получил название «налог на засуху».

Главным содержанием экономической политики стало всемерное поощрение развития промышленности посредством дальнейшей концентрации производства, образования крупнейших монополий и усиления их связи с государством. Предусматривалось быстрое развитие практически всех отраслей промышленности. Позднее эта линия получила название «индустриальный императив» (пропорциональное развитие практически всех отраслей экономики).

Реализовать намеченные программы предполагалось на основе начавшейся научно-технической революции. Уже в 60-е гг. наука стала превращаться в непосредственную производительную силу, во многом определяющую развитие промышленности, транспорта, сельского хозяйства. Одновременно НТР потребовала структурной перестройки промышленности. Быстрое развитие получают авиация, химическая и автомобильная отрасли, значительно возросло производство счетно-решающих устройств, пластмасс. Создаются новейшие отрасли военно-промышленного комплекса: атомная, ракетная, аэрокосмическая. Франция превратилась в третью ядерную державу мира. Развитие НТР привело к увеличению темпов промышленного развития страны. За 10 лет, с 1958 по 1968 гг., объем промышленного производства возрос более чем на 60%; темпы роста промышленной продукции составляли 5,5% в год.

Участие Франции в европейской экономической интеграции усилило государственно-монополистические тенденции в экономике. Правительство систематически принимало планы экономического и социального развития, охватывавшие среду финансово-экономической и технической политики. Заботясь о повышении конкурентоспособности фирм, государство посредством субсидий, заказов и других льгот всемерно поощряло монополистическую концентрацию. В 60-е гг. этот процесс принял взрывной характер. В результате слияния монополий различных отраслей промышленности появились гигантские финансово-промышленные комплексы (финансовые группы). Именно они со второй половины 60-х гг. стали главной организационной формой монополистических объединений во Франции. Наряду с ранее известными гигантами: Парижско-Нидерландским банком, Индокитайским банком, банками Ротшильдов и братьев Лазар, концернами де Ванделя и Шнейдера в число ведущих финансовых групп вошли банк «Коммерческий кредит», финансовая группа авиапромышленника Дассо, химический концерн «Рон-Пуленк». Всего 10 финансово-промышленных групп распоряжались 40% частного имущества и имели решающее влияние в руководстве национализированными отраслями промышленности, которые в 1967 г. давали 11% промышленной продукции и охватывали 38% производственных капиталовложений. Тем не менее и в 60-е гг. степень концентрации промышленности во Франции была ниже, чем в других высокоразвитых капиталистических странах. Из 711 тыс. промышленных предприятий, существовавших в стране в 1962 г., более 600 тыс., или 84%, принадлежали к числу мелких, имеющих не более пяти рабочих.

Со второй половины 60-х гг. многонациональные корпорации, в которые перерастали крупнейшие французские компании, стали тяготиться достаточно жесткими методами программирования. Ориентирование на экономическую конъюнктуру ЕЭС и всего мирового хозяйства требовало большей свободы предпринимательства. Идя навстречу частному монополистическому капиталу, правительство взяло курс на «либерализацию планов», смягчение или отмену «нормативных методов вмешательства». Тем самым французские программы приблизились к чисто прогнозным документам.

Научно-техническая революция и расширение масштабов промышленного производства ускорили интенсификацию и индустриализацию сельского хозяйства. Был осуществлен постепенный переход к комплексной механизации и применению системы машин как в земледелии, так и в животноводстве. Крупные капиталовложения и повышение производительности труда позволили увеличить за 10 лет производство сельскохозяйственной продукции на 66%. В результате Франция стала вторым (после США) экспортером продовольствия, крупнейшим поставщиком молочных продуктов и вина, единственной в Западной Европе страной, вывозящей зерновые.

В 60-е гг. значительно активизировалась внешняя торговля Франции. На ее развитие оказали воздействие два основных фактора: переход к открытой экономике в рамках Общего рынка и распад французской колониальной системы. 1 января 1960 г. независимость получил Камерун, чуть позже — Того и другие государства, ранее входившие в состав французской Экваториальной и французской Западной Африки. Всего в течение 1960 г., названного «годом Африки», получили независимость 14 бывших французских колоний в Африке. Согласно Эвианским соглашениям 1962 г. статус самостоятельного государства получила последняя колония Франции — Алжир. В 1960-1963 гг. почти все эти государства заключили с ней соглашение об экономической, технической и военной помощи.

Несмотря на усиление экономических позиций в колониях, доля их во внешней торговле Франции снизилась. Одновременно резко возрос объем связей со странами — членами Общего рынка. В 1967 г. внешнеторговый оборот Франции в рамках ЕЭС был в три раза больше, чем в рамках бывших колоний, хотя еще в 1958 г. торговля с ними велась более активно, чем с европейскими государствами.

Таким образом, в 70-х гг. во французской экономике возникла новая ситуация, поставившая под вопрос методы регулирования, применяемые государством.

В сфере конъюнктуры применение французского варианта stop and go означало, что старые методы оказались неэффективными. Правительство Барра пошло по пути постепенного изменения экономической политики. С одной стороны, оно стало осторожно защищать франк посредством сокращения бюджетного дефицита, а с другой стороны, ужесточило денежно-кредитную политику, что привело к сокращению темпов инфляции. Параллельно «плавное» сдерживание заработной платы должно было позволить предприятиям работать рентабельно при одновременной либерализации цен.

В сфере структурной перестройки произошло изменение методов и целей планирования. Вначале планы рассматривались как строго обязательные программы, поэтому четвертый план (1962-1965 гг.) и пятый план (1966-1970 гг.), получивший название «План социально-экономического развития», включали такие показатели, как темпы прироста ВНП. Если указанные показатели и были достигнуты, то намеченное строительство предприятий и учреждений социально-культурного назначения не было выполнено в полном объеме. Первый нефтяной кризис заставил правительство пересмотреть задания шестого экономического плана (1971-1975 гг.). Исполнительная власть уже не располагала необходимыми финансовыми и иными средствами, чтобы добиваться безусловного выполнения правительственных программ. Таким образом, разработка плана стала для государства поводом для обсуждения и согласования деятельности хозяйствующих субъектов, а также инструментом изучения рынка для каждой отрасли экономики.

Составление плана позволяло государству установить договорные отношения с местными органами самоуправления и разработать программу государственных расходов на предстоящий период. Благодаря седьмому плану (1976-1980 гг.) были организованы развитие телефонной сети и производство необходимого оборудования в рамках долгосрочной программы телефонизации, что позволило Франции обладать одной из лучших телефонных сетей мира и быть в авангарде технического прогресса в этой области.

Политика структурной перестройки стала ориентироваться на стимулирование деловой активности: произошел отказ от попыток прямого контроля за деятельностью предприятий путем директивного планирования и национализации.













































III. Список литературы



		Раицкий К.А. Мировая экономика. Экономика зарубежных стран. Учеб. – М.: 2000.

		Швандер В.А. Мировая экономика: введение во внешнеэкономическую деятельность: Учеб. пособие для студентов. – М.: 2000.

		Халевинская Е.Д., Крозе И. Мировая экономика: Учебник / Под ред. Е.Д. Халевинской. – М.: Юрист, 1999.





2