Некоммерческий сектор и пути повышения его эффективности

Федеральное агентство по образованию Российской Федерации

Саратовский Государственный Университет им. Н.Г. Чернышевского

Кафедра экономической теории и национальной экономики









Некоммерческий сектор и пути повышения его эффективности

Курсовая работа











Выполнила:

студентка IV курса экономического факультета

отделения национальная экономика 463 группы

Писарева Екатерина Юрьевна

Научный руководитель:

доцент экономических наук, профессор

Орехова Елена Анатольевна















Саратов 2008 год


Содержание



Введение

Глава 1. Содержание некоммерческого сектора экономики

§1 Природа некоммерческого сектора и его роль в становлении гражданского общества

§2 Особенности функционирования некоммерческого сектора

§3 Взаимодействие государственного, муниципального, частнопредпринимательского и некоммерческого секторов

Глава 2. Эффективность некоммерческого сектора экономики и пути её повышения в современной экономике России

§1 Оценка эффективности функционирования некоммерческого сектора в России

§2 Пути повышения эффективности некоммерческого сектора

§3 Источники средств для развития некоммерческих организаций

Заключение

Список использованной литературы


Введение



Происходящая смена общественного строя России и становление рыночной экономики резко обострили широкий круг социально-экономических проблем, связанных с социальной защитой и удовлетворением социальных потребностей населения. Решение этих проблем возможно при условии взаимодействия трех направлений развития социальной сферы и социальной среды:

• эффективной деятельности государства по обеспечению основных государственных гарантий для различных (в первую очередь социально уязвимых) слоев населения;

• роста предпринимательской деятельности и конкуренции предпринимательских структур по оказанию широкого спектра социальных услуг;

• становления и усложнения структуры негосударственного некоммерческого сектора экономики, являющегося неотъемлемой частью гражданского общества и представляющего собой совокупность хозяйственных или управленческо-хозяйственных форм самоорганизации населения.

В настоящее время каждое из этих направлений в отдельности и все они взятые вместе не создают достаточных предпосылок для формирования в стране благоприятной, а, следовательно, и стабильной социальной среды. Но наименьшее воздействие на решение данной проблемы оказывает некоммерческий негосударственный сектор в силу его неразвитости и структурной несформированности. Причины этого заключаются в состоянии самого гражданского общества.

В силу особенностей существовавшей в России государственной общественной системы и радикально-либеральных методов реформирования общественного устройства процесс формирования в стране гражданского общества проходит очень трудно и болезненно. Пока создается лишь каркас гражданского общества. С большим трудом и очень противоречиво началось становление местного и общественного самоуправления населения. А при отсутствии системы реального самоуправления многие звенья гражданского общества (в первую очередь различные способы и формы хозяйственной самоорганизации населения) оказываются очень слабыми или не возникают вообще. Все это сдерживает становление некоммерческого негосударственного сектора. Между тем, в условиях многоукладной экономики, преобладание частной собственности и глубокой социальной дифференциации некоммерческий негосударственный сектор способен на базе самодеятельности населения ослаблять или предотвращать многие негативные социальные процессы. При решении тех или иных социальных проблем некоммерческие организации способны мобилизовать ресурсы, недоступные ни государственному, ни коммерческому сектору. Становление и эффективное функционирование некоммерческого сектора следует рассматривать, как один из незаменимых факторов стабилизации социальной, экономической, социально-бытовой и социо-культурной ситуации в стране.

Соответственно актуальным является анализ нынешнего состояния негосударственного некоммерческого сектора экономики, изучение его природы, функций, специфики, основ и конкретных механизмов взаимодействия с органами государственного управления, самоуправления и коммерческими структурами.

Исходным условием формирования некоммерческого негосударственного сектора является создание благоприятной среды для развития его разнообразных организаций. Его структуры действуют там, где деятельность коммерческих фирм нерентабельна, а государство функционирует неэффективно. Некоммерческий сектор может функционировать более эффективно, с точки зрения качества оказываемых услуг, в таких отраслях и сферах деятельности как культура, образование, здравоохранение, экология, юридическая защита и консультация, охрана труда, наука, благотворительность, обслуживание и ремонт жилья, международные отношения и помощь, физическая культура и спорт. Некоммерческие организации нацелены как на удовлетворение бытовых, духовных и иных потребностей граждан, защиту их прав и законных интересов, разрешение споров и конфликтов, оказание юридической помощи, так и на производство многих видов продукции. Деятельность некоммерческих организаций, главным образом, направлена на достижение общественной пользы.

Можно сказать, что начальный этап становления некоммерческого сектора в России еще не завершен. Сформировались базовые правовые нормы, проводятся конкурсы на финансирование благотворительных и иных социальных программ, постепенно вводится система социального заказа, возникают первые связи между некоммерческими организациями и муниципальными социальными службами. Но остается слабой сеть некоммерческих организаций, которые могли бы значительно сократить бюджетные расходы в социальной сфере. Сейчас необходимо всестороннее и целенаправленное воздействие на укрепление и развитие структур некоммерческого сектора на базе социального партнерства. Несмотря на довольно слабое развитие некоммерческого сектора в России, уже сейчас очень важны анализ социально-экономических процессов, проходящих в нем, изучение ресурсов, задействованных в некоммерческом секторе, формирование и дальнейшее развитие партнерских отношений с другими секторами экономики, анализ источников финансирования. Исследования данной тематики представляется важным, как в теоретическом, так и в практическом плане. Во многом развитие некоммерческого сектора зависит от теоретических разработок и от изучения и обобщения собственного и зарубежного опыта.

Важна также степень научной разработанности. Последние годы внимание к проблеме развития деятельности некоммерческих организаций стало усиливаться. Выполнен ряд научно-исследовательских работ, но на данный момент не существует достаточно разработанной теории некоммерческого негосударственного сектора, как особого общественного феномена, не придается должного значения некоммерческим организациям. Нет доступных, проверенных, применимых в нынешней действительности нашей страны технологий управления некоммерческой организацией. Этот пробел объясняется тем, что разрабатываемая тема нова, а также тем, что значимость некоммерческих организаций не является вполне осознанной и недооценивается экономистами.

В России уже сформировалась законодательно-нормативная база по изучаемому вопросу, так Гражданский Кодекс РФ закрепляет основные нормы о некоммерческих организациях, а федеральные законы «О некоммерческих организациях», «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», «Об общественных объединениях» детализируют эти нормы. Но, на мой взгляд, нет четких механизмов взаимодействия власти с некоммерческими организациями. Так закон «О социальном партнерстве» дает крайне узкую трактовку партнерства, в нем идет речь, главным образом, о разрешении конфликтов в сфере трудовых отношений, но отсутствуют процедуры конструктивного взаимодействия между государственным, муниципальным, коммерческим и некоммерческим секторами экономики. В то время как в Европе и в США концепция социального партнерства уже давно разрабатывается во втором аспекте. Сейчас за рубежом внедряются и успешно функционируют такие социально-экономические изобретения, как Зоны доверительного управления, чековая система финансирования, у нас же такие категории не изучены и нигде не закреплены.

Цель исследования состоит в изучении природы и особенностей некоммерческого сектора в России, как института гражданского общества, характера его взаимодействия с государственным, муниципальным и коммерческим секторами экономики; условий и путей становления и развития некоммерческого сектора в России и производства социальных услуг.

Эта цель предопределила постановку следующих задач:

• провести анализ места и роли некоммерческого сектора в многоукладной экономике;

• раскрыть особенности производства услуг в некоммерческом секторе экономики, определить основные факторы, предопределяющие возможности его развития;

• выявить новые социально-экономические технологии, повышающие эффективность функционирования некоммерческого сектора;

• определить принципы и способы взаимодействия муниципальных социальных служб и некоммерческих организаций, поддержки некоммерческих организаций со стороны властных структур;

• изучить и систематизировать источники финансирования некоммерческих организаций;

• сформировать конкретные выводы и предложения, которые могли бы способствовать дальнейшему развитию некоммерческого сектора.

Объектом исследования является некоммерческий сектор как институт гражданского общества в его взаимосвязи с другими секторами экономики. Предметом исследования являются социально-экономические аспекты становления некоммерческого сектора в рыночной экономике и экономике переходного типа.




Глава 1. Содержание некоммерческого сектора экономики



§1 Природа некоммерческого сектора и его роль в становлении гражданского общества



Использование в 90-е годы прошлого века радикально-либеральных доктрины и методов социально-экономических перемен в России, направленных на быстрый переход к доминированию рыночных отношений и частной собственности вместе с демонтажем огосударствленной общественной системы, сопровождалось глобальным общественным кризисом, экономическим развалом, переделами частной собственности, криминализацией экономики, резкой социальной дифференциацией, падением жизненного уровня большей части населения. Эти обстоятельства поставили в центр внимания экономической науки и хозяйственной практики вопросы становления эффективных рыночных механизмов и рыночной инфраструктуры, развития предпринимательства и формирования предпринимательских структур в реальном секторе, нахождение меры и рациональных форм государственного регулирования рыночных процессов, предотвращение реальной угрозы установления экономического и политического господства олигархического капитала.

На этом фоне в тени оказалась разработка теоретических и практических вопросов такого направления развития общественных отношений, как становление и рост социальных взаимодействий населения и различных форм его самоорганизации на некоммерческой основе в целях удовлетворения разнообразных потребностей (прежде всего социальных и социально-бытовых) и обеспечение рационального использования потенциала территорий и поселений.

Между тем мировой опыт свидетельствует, что данное направление развития общественных отношений приводит не просто к возникновению различного рода некоммерческих организаций, но и становления достаточно весомого некоммерческого сектора экономики, позволяющего на базе использования социального ресурса (социальных взаимодействий, инициатив и т.п.) мобилизовать экономические ресурсы (материальные, финансовые и интеллектуальные) и обеспечить приращение экономических благ (прежде всего, в форме социальных, социально-бытовых, организационных услуг и управленческих решений). Данный сектор является одной из основополагающих и неотъемлемых структур гражданского общества. Современное состояние российского общества, характеризуется быстрым ростом доли рыночных и коммерческих социальных, коммунальных и бытовых услуг. Рост их дороговизны при низком уровне доходов основной части населения страны естественно обуславливает насущные потребности в становлении и расширении некоммерческого сектора. Однако реальное развитие некоммерческих организаций идет медленно, носит фрагментарный характер, а некоммерческий сектор в экономике страны не сложился так же, как не сформировалась совокупность отношений и структур гражданского общества. В этом заключается парадоксальность российской ситуации, которая объясняется рядом взаимосвязанных обстоятельств.

Развитие и функционирование некоммерческого сектора и его структурных образований - результат реализации весьма сложных явлений и процессов. Потребности в определенных услугах или продуктах, удовлетворять которые рациональнее на базе некоммерческой деятельности, порождают определенную заинтересованность во взаимодействии соответствующих групп людей, способных производить и предоставлять такие услуги и пользоваться ими. Но для того, чтобы социальное взаимодействие состоялось, необходимо доверие в отношениях между людьми, которое может возникнуть на почве, во-первых, постоянства взаимосвязей (общность места проживания, места трудовой деятельности и т.п.), во-вторых, стабильности экономической и социальной ситуации (в том числе на данной территории), в-третьих, знания ресурсных (материальных, финансовых, интеллектуальных и других) возможности партнеров, то есть их социальной открытости. Если говорить о нынешней России, то потребность в социальном взаимодействии, безусловно, есть, но отмеченных условий его становления в широких масштабах явно не хватает. Социальное взаимодействие на базе доверия как устойчивое явление, порождаемое необходимостью удовлетворения потребностей людей в экономических и социальных благах, является социальным капиталом, то есть первоисточником, побуждающей силой возникновения различных организационных форм хозяйственной самодеятельности и самоорганизации людей. Социальный капитал - это первооснова развития некоммерческой деятельности и некоммерческих организаций. Без него на некоммерческой основе не могут быть задействованы любые виды материально-ресурсного потенциала. Соответственно, в системе понятий, отражающих сущность некоммерческих отношений и структур, он занимает центральное место. Для того чтобы социальный капитал был приведен в действие и материализовался, необходимо четкое определение цели, способов и ожидаемых результатов его использования, т.е. нужна общественная инициатива, которая и является первой стадией реализации социального капитала. В свою очередь претворение социальной инициативы в жизнь предполагает нахождение формы самоорганизации людей, т.е. создание той или иной некоммерческой организации (НКО), в рамках которой, в случае ее успешного функционирования, социальный капитал используется, воспроизводится и наращивается.

Отсутствие в современной России развитых социальных взаимодействий и доверия из-за сложившейся в ней социальной ситуации порождает слабость социального капитала. Это одна из основных причин медленного развития в ней НКО.

Все отмеченные аспекты и стадии некоммерческих отношений и становления некоммерческих структур находятся не только в отмеченной органичной прямой, но и в обратной связи. Чем эффективнее деятельность НКО, тем шире поле общественных инициатив, выше уровень доверия, развитее социальные взаимодействия и социальный капитал. Но для того, чтобы эта совокупность связей и отношений успешно реализовалась необходимо несколько обязательных условий, образующих общественную среду становления и функционирования НКО.

Прежде всего, реализация социального капитала предопределяет необходимость наличия специфических факторов производства в некоммерческом секторе, к которым относятся благотворительность и добровольный труд. Далее, социальный капитал, реализующийся в НКО, есть средство мобилизации производительного, финансового, интеллектуального и других форм капитала в экономике. Но для того, чтобы такая мобилизация осуществлялась необходимо, во-первых, наличие достаточного количества свободного капитала; во-вторых, желание (заинтересованность) отдать его в сферу некоммерческой деятельности, которое связанно с определенными общественными гарантиями целесообразности и рациональности данного вида деятельности или НКО. Подобными гарантиями может служить включенность НКО в структуру и программы развития поселений и территорий, разрабатываемых исходя из особенностей и интересов населения. Подобного рода программы возможны, если они, также как и НКО, опираются на властно-управленческую самоорганизацию населения или являются одним из ее результатов.

НКО - это форма самоорганизации населения в целях осуществления социальной или хозяйственной деятельности. Другой формой самоорганизации населения является создание им органов общественного и местного самоуправления, обеспечивающих организацию хозяйственной и социальной сфер муниципальных или внутримуниципальных образований в соответствии с интересами самого населения. Самоуправление в двух его формах - общественное и местное - является социально-политической основой гражданского общества, высшей формой самоорганизации населения и, соответственно, опорой развития НКО. Сочетание процессов становления самоуправления населения и НКО представляет один из обязательных аспектов формирования муниципального и межмуниципального уровней гражданского общества. Органы самоуправления населения органично заинтересованы в развитии НКО в пределах, обеспечивающих сбалансированность предпринимательских и некоммерческих начал на территории. При этом органы общественного самоуправления берут на себя функции решения конкретных социальных, коммунальных, бытовых проблем жизнеустройства и могут частично интегрироваться с НКО, а органы местного самоуправления - функции власти, создаваемой населением и формирующей благоприятную среду развития НКО.

Наличие благоприятных условий развития некоммерческой деятельности и некоммерческих организаций ведет к становлению некоммерческого сектора (НКС) представляющего широкую сеть НКО, органично включенных в общую сеть отношений гражданского общества и всю систему социально-экономических отношений. НКС способствует более полному удовлетворению потребностей и социальной защите широких слоев населения, обеспечивает сбалансированность предпринимательских и непосредственно социальных целей развития. К сожалению, в России не получило широкого распространения общественное самоуправление, к тому же его функции и доступ к ресурсам сведен к минимуму. Муниципальная же власть так и не стала властью, создаваемой населением и подчиненной ему, то есть высшей формой его самоорганизации. Фактически она, с одной стороны находится в зависимости от государственных органов власти, а с другой, - подчиняет себе население, стоит над ним. Соответственно НКО как форма самоорганизации людей лишены поддержки идентичной им по характеру властно-управленческой составляющей гражданского общества. Слабость факторов, формирующих благоприятную общественную среду роста социального капитала и развития НКО, является главной причиной отсутствия в стране сложившегося некоммерческого сектора, занимающего равноправное положение по отношению к государственному и предпринимательскому секторам экономики, что существенно снижает общий потенциал социально-экономического развития.

Становление функционирования некоммерческого сектора подразумевает достаточно высокий уровень социального капитала, как ресурса первого порядка. По мере того, как люди включаются во взаимодействие посредством группового социального участия, они создают черты общественной самобытности, устанавливают общественные нормы, учатся доверять друг другу и трудятся на собственное благо и ради других. Результатом этого процесса является:

• повышение гражданского сознания, которое порождает рост социально-политического участия;

• активизация реакции правительства на нужды общества;

• рост экономической и социальной динамики.

Следовательно, социальный капитал является одним из основных социальных ресурсов достижения и поддержания общественной стабильности.

Идея социального капитала высказывалась рядом исследователей еще в 70-80-х годы прошлого века, а в 90-х годах окончательно была обоснована Дж. Коулменом, который рассматривал социальный капитал как необходимое дополнение для эффективного функционирования «физического» и «человеческого» капиталов. Коулмен определял социальный капитал - как потенциал взаимного доверия и взаимопомощи, целерационально «формируемый в межличностном пространстве. Роберт Путнэм считал, что социальный капитал является необходимым условием зарождения и дальнейшего функционирования гражданского общества: «По аналогии с физическим и человеческим капиталом, воплощенным в орудиях труда и обучении, которые повышают индивидуальную производительность, социальный капитал содержится в таких элементах общественной организации, как социальные сети, социальные нормы и доверие, создающих условия для координации и кооперации ради взаимной выгоды». В своей работе "Создание работающей демократии" Р.Путнэм объясняет эффективность работы региональных органов власти и управления в современной Италии наличием густой "сети гражданской активности", образуемой всевозможными "гражданскими объединениями". "Чем более густые сети подобного рода имеются в обществе, тем больше оснований рассчитывать, что члены этого общества смогут вместе работать для всеобщего блага... Социальный капитал, воплощенный в горизонтальных сетях гражданской активности, скорее укрепляет государство и экономику, а не наоборот. Сильное общество - сильная экономика; сильное общество - сильное государство". Согласно П. Бурдье, специфика социального капитала определяется отношениями взаимного обмена ожиданиями, которые поддерживаются существующими в конкретном обществе рынками и культурами. Социальный капитал, в отличие от других форм, наиболее тесным образом связан с иными формами капитала, а само его существование предполагает обязательное присутствие иных значимых капиталов. При наличии высокого уровня социального капитала, становится возможным получить прямой доступ к экономическим ресурсам; увеличивать культурный капитал. С другой стороны, поддержание, реализация и наращивание социального капитала требует, в свою очередь, вложения экономических, культурных ресурсов.

Бурдье определяет социальный капитал как "совокупность актуальных или потенциальных ресурсов, которые связаны с обладанием прочными сетями связей, более или менее институциализированными отношениями взаимного знакомства и признания". Подход П. Бурдье подчеркивает, что социальные сети не возникают сами по себе, а конструируются через привлечение специальных стратегий, ориентированных на институализацию групповых отношений. Институциализация социальных связей позволяет использовать их как надежный источник получения иных социальных выгод. Для реализации и воспроизводства социального капитала необходимы три важнейших компонента:

• социальное отношение как таковое, благодаря которому индивиды могут иметь доступ к ресурсам своих партнеров в процессе социального взаимодействия;

• требующийся объем и качество доступных ресурсов партнера социально-экономического взаимодействия;

• взаимозаинтересованность в обмене.

Таким образом, социальный капитал (и это его главная особенность) по мере рационального расходования только возрастает, поскольку, чем интенсивней практика кооперации, тем прочней и эффективней сети социально-экономического взаимодействия и больше масса взаимного доверия. Накопление социального капитала - процесс чрезвычайно длительный и трудный. Также как и финансовый капитал, он быстрее нарастает там, где он уже есть. Там же, где его нет, он возникает очень медленно или не возникает совсем. Незначительный накопленный социальный капитал можно растерять относительно быстро, что необходимо учитывать в государственном регулировании отношений в социальной и экономической сферах. Развитие системы социальной защиты напрямую связано с уровнем и качеством социального капитала и в то же время является одним из способов роста последнего.

В контексте исследования некоммерческого сектора возникает вопрос об измерении социального капитала, исследовании динамики его развития, количественного сравнения в разных социальных слоях и возрастных группах. Объем социального капитала измеряется обычно по двум показателям: индексу доверия и членству в общественных некоммерческих объединениях. Главным инструментом при оценке социального капитала является социологический опрос. Чтобы определить индекс доверия респондентам задается вопрос: «Доверяете ли вы окружающим вас людям или нет?» В процессе измерения Р. Путнэм обнаружил явную тенденцию к сокращению социального капитала в Америке на протяжении последней четверти века. Число членов разного рода добровольных ассоциаций за минувшие два-три десятилетия сократилось в пределах 25-50%. Время неформального общения с 1965 года уменьшилось на четверть, а на деятельность в общественных некоммерческих организациях - почти наполовину. Индекс доверия (процент положительных ответов на вопрос: «Можно ли доверять людям?») с 1972 года снизился примерно на треть. В России 76% респондентов считают, что «для того, чтобы установить хорошие человеческие отношения необходимо понять взгляды другого человека». Также 30% респондентов считают, что друзья и знакомые «очень важны» в их жизни и 50% считают, что друзья и знакомые «довольно важны». Однако обращает на себя внимание низкий уровень доверия к согражданам: 77% россиян полагали в 1995 и 1999 годах, что «нужно быть очень осторожными в отношениях с людьми». Таким образом, готовность большинства респондентов понимать взгляды других людей и общаться с ними, не предполагает доверия к людям.

По расчетам Московского Центра добровольцев пока лишь около 1% российских граждан добровольно жертвуют своим временем, участвуя в работе российских некоммерческих объединений. Подавляющее число респондентов не состоят в какой-либо общественной некоммерческой организации.

Автором в мае 2002 года так же проводилось исследование по оценке уровня социального капитала. Респондентами являлись лидеры и участники действующих некоммерческих организаций. Опрос показал, что участие в НКО не подразумевает высокий уровень доверия к окружающим. Не пользуются доверием информация, публикуемая в газетах и представленная в телевизионных программах. Так же у опрашиваемых респондентов не вызывает доверия политика правительства. Все это свидетельствует о том, что объем социального капитала в России явно не достаточен. Для сравнения стоимость добровольного вклада временем 94,2 млн. граждан США в 1991 году составила 176,4 млрд. долларов. Для мобилизации человеческих ресурсов в США при поддержке государства создана национальная сеть из 500 добровольческих центров. В Японии, по данным Японского Национального Центра распространения добровольческой деятельности, приведенным в 1994 году, в добровольное участие вовлечены 9.9% населения, при этом почти все муниципалитеты, а их в Японии около 3300, имеют добровольческие центры".

Наравне с вышеописанными методами оценки целесообразно исследовать отношения «покупатель-продавец». Респондентам предполагается задавать вопрос следующего содержания: «Начиная, с какой цены, вы будете покупать товар, заручаясь свидетельством посредника?» Естественно, что чем цена товара покупаемого с глазу на глаз выше, тем выше индекс доверия и уровень социального капитала. Этот вопрос не столь абстрактен нежели «Доверяете ли вы людям?», и поэтому может дать оценку с меньшей погрешностью.


§2 Особенности функционирования некоммерческого сектора



Формальные и неформальные гражданские объединения берут на себя функции создания благ (широкого спектра «услуг» своим членам и другим людям: общественных, клубных – только для членов, пользы для отдельных людей, потребление которых имеет существенные положительные внешние эффекты), которые аппарат власти и бизнес или не видит, или не в состоянии производить.

Самоорганизация позволяет распределить усилия между членами группы, для каждого участника возникает экономия на издержках – моральных, материальных, временных и т.д.

Формальные организации и их объединения позволяют усилить позиции их членов при взаимодействии с государственными и негосударственными органами, стать участниками общественного контроля действий власти, как исполнительной (местной администрации), так и законодательной (местных депутатов). При этом появляется возможность влиять на принимаемые решения.

Помимо основного «продукта», в рамках сообщества создается и побочный. Это доверительные связи, которые устанавливаются между членами группы. Помимо основного производственного процесса они начинают работать через формирование доверия на снижение издержек, устранение барьеров и в других сферах (на рынке труда, в кредитно-финансовой сфере, сфере услуг). Главную роль здесь начинает играть взаимный доступ к ресурсам друг друга;

В процессе функционирования объединений и формирования доверительных связей формируются нормы и правила взаимодействия, причем не только внутри объединений, но и между ними (идет процесс накопления социального капитала). В результате создается основа для возникновения и развития системы местного самоуправления.

Деятельность групп самоорганизации позволяет уменьшить дефицит правил и организаций, необходимых для успешного функционирования и развития всех компонентов гражданского общества (коммуникации, выражение общественного мнения, репутации, социальные и гражданские технологии).

Особую роль группы самоорганизации играют в создании такого специфического общественного блага как местное сообщество. Его формирование осуществляется в результате целого ряда процессов, которым способствуют или которые инициируют гражданские объединения. Речь идет о таких процессах, как:

создание и развитие института самопомощи и взаимопомощи;

формирование доверительных связей и норм взаимодействия и накопление на их основе различных форм социального капитала;

развитие горизонтальных коммуникационных сетей, одна из функций которых преодоление информационной асимметрии в гражданском обществе;

создание системы сигналов о назревающих проблемах в целях мобилизации самого сообщества и привлечения внимания властного аппарата;

разработка механизмов выражения общественного мнения и доведения его до власти в (формирование общественного заказа);

вовлечение граждан в процесс решения проблем, который может осуществляться путем мобилизации общественных ресурсов, а также путем переговоров с властями.

В последнее время отношение к деятельности общественных организаций и самоорганизованных групп меняется. Все более становится ясно, что они выполняют многообразные общественные функции.

Система государственной статистики мало подходит для описания направлений деятельности некоммерческих организаций.

Некоторые дополнительные ориентиры дают иные выборочные исследования.

Участники «мозгового штурма» "Вклад НКО в решение социальных проблем в России. Развитие социальных услуг" (октябрь 2002, при поддержке программ ПРО-НКО, IREX, Института «Открытое общество») опираясь на ряд отдельных исследований, пришли к следующим выводам:

НКО на своей территории по результатам указанных исследований удовлетворяют примерно 18% спроса на социальные услуги; по всему спектру предлагаемых НКО услуг - 15-20%; изредка на отдельные или специфические услуги до 50% спроса.

Общая доля удовлетворения некоммерческими организациями спроса на рынке социальных услуг оставляет 1/3 часть.

Исследование IREX показало, что 19% некоммерческих организаций официально или неофициально берет плату за свои услуги.

Рейтинг видов деятельности НКО, работающих в социальной сфере, на основании оценки 250 проектов конкурса ИОО "Скорая помощь" и 200 анкет Школы НКО CAF:

первое место - правовая защита и юридическая поддержка граждан;

второе место – проекты по развитию здорового образа жизни и выравниванию шансов для групп специальных потребностей, в том числе в социально-медицинских аспектах (инвалидность, наркомания, ВИЧ и т.д.);

третье – деятельность по работе с детьми и молодежью;

четвертое – деятельность инфраструктурной поддержки, в т.ч. ресусрные центры для инициативных групп, методические, научно-образовательные учреждения инновационных направлений деятельности; организации решающие вопросы трудоустройства, занятости, развития сообщества.

Деятельность некоммерческих организаций по поводу социальной политики реализуется в зависимости от их «отраслевой направленности» и основных форм деятельности, а также от их готовности к участию в разработке и реализации изменений в социальной сфере.

Некоммерческие организации являются поставщиками (производителями) социальных услуг.

Они влияют на условия и характер производства социальных услуг в бюджетной сфере (настройка «обратной связи» и влияние потребителя, контроль и оценка, разработка стандартов, продвижение «белых книг», формирование библиотек лучшего опыта, независимый анализ и экспертиза и т.п.).

Организованная общественность влияет на направленность и способы реализации социальной политики, в т.ч. на увеличение или уменьшение спроса на услуги (предлагая социальные инновации, вовлекая в активную жизнь социально уязвимую часть населения, помогая формировать социальный запрос и даже общественную «повестку дня», поддерживая или протестуя против реализации политики и т.п.).

НКО инвестируют или привлекают инвестиции в социальную сферу (через добровольческую деятельность, собственную или инициированную и привлеченную с их помощью частную или государственную благотворительность).

Они являются проводниками или противниками перемен, влияя на мнение заинтересованных групп и т.д.

На самом деле воздействие на социальную сферу организованной общественности проявляется и в еще более нюансированном и разнообразном виде. Некоммерческие организации оказывают влияние на развитие социальной политики и деятельность социальной сферы на разных уровнях государственных, региональных и муниципальных систем.



Таблица 1. Функции НКО

Уровень

Основные действующие лица

Примеры потенциальных функций НКО

Микро-уровень

человек, люди, население, граждане, жители, социальные страты и целевые группы, социальные роли и статусы, профессиональные позиции, функционалы, должности и т.д.

Улучшение качества жизни детей и семей через увеличение ассортимента возможностей для реализации личности; реализация потребности в нахождении себе подобных; разные аспекты социализации и т.п.

Мезо-уровень

учреждения, организации, производства, хозяйства, государственные, муниципальные, частные (коммерческие) и общественные (некоммерческие) структуры

Контроль за качеством социальных и иных услуг; предоставление услуг, а, следовательно, увеличение количества субъектов, осуществляющих деятельности на рынке социальных услуг; поддержка профессиональных и этических стандартов в сообществах, осуществляющих деятельность в социальной сфере; отстаивание интересов работников данной сферы и т.п.

Макро-уровень

внутренние акторы влияния на территории, социальные институты, городская среда, органы власти и управления; социальные, экономические, финансовые, нормативные, политические, организационные и другие процессы; и соответствующие им территориальные инфраструктуры и сети

Гражданский контроль; экспертиза принимаемых решений в социальной сфере; лоббирование интересов отдельных социальных групп;

Лоббирование или противодействие разгосударствлению и дебюрократизации социальной сферы

Осуществление самоуправления, в т.ч. определение (ограничение, расширение) пределов вмешательства государства в данную сферу.

Мега-уровень

субъекты внешнего влияния на территорию: федеральные, региональные и международные акторы и факторы

Организация внешнего давления на власть с целью побуждения ее к проведению реформ либо апелляция по поводу нарушения прав и интересов при проведении реформ; осуществление связи и кооперация региональной деятельности с общей деятельностью внутри сетевых и международных организаций; информирование федеральной власти и мирового общественного мнения; формирование имиджа региона и страны, отдельных систем в социальной сфере (к примеру, интернатов); привлечение внешних ресурсов в социальную сферу.

Мета-уровень:

мифы, идеи, теории, принципы, стереотипы, нормы и правила, определяющие потребности, поведение, деятельность, жизнь и взаимодействие акторов и участников процессов на территории

Внедрение «моды» на социальную благотворительность; информирование общества; пропаганда гуманитарных идей (права человека, права ребенка, право на частную жизнь и т.п.); развитие гражданских и семейных ценностей; ответственное самоограничение разных социальных слоев; развитие гражданских диалогов т.п.



Проблемы в реализации возможности НКО производить социальные услуги

Налоговое регулирование и тарифы для НКО, производящих социальные услуги.

НКО – поставщики социальных услуг (за исключением образовательных и медицинских услуг) по прежнему поставлены в ситуацию необходимости уплаты НДС.http://www.ecom-info.spb.ru/news/index.php?id=958 - _ftn3#_ftn3 И хотя есть отдельные возможности для освобождения от уплаты данного налога, однако в целом ситуация ставит в неравные налоговые условия поставщиков услуг разных организационно-правовых форм, претендующих на бюджетное финансирование (к примеру для услуг по уходу за больными, инвалидами и престарелыми такое освобождение предоставляется только государственным и муниципальным учреждениям).

Данное обстоятельство к тому же серьезно ограничивает стимулы для региональных и местных органов исполнительной власти отказываться от сметного финансирования поставщиков социальных услуг.

Помимо этого НКО поставлены в неравные условия с иными поставщиками социальных услуг: в отличие от них муниципальные учреждения получают льготы по оплате коммунальных услуг, государственные и муниципальные учреждения имеют более льготные ставки аренды государственного и муниципального имущества, существует практика предоставления беспроцентных кредитов от муниципальной администрации муниципальным учреждениям и т.д.

Общая ситуация с участием НКО в предоставлении социальных услуг

Полноценного рынка социальных услуг в России по-прежнему не существует, поскольку система социальной помощи монополизирована бюджетными учреждениями. Эти учреждения всегда находятся в более выгодной позиции, чем НКО. С одной стороны, они имеют постоянное гарантированное финансирование, которое привязано не к качеству работы, а к количеству оказываемых услуг. С другой стороны, бюджетные учреждения располагают пусть устаревшей, но все же важной инфраструктурой, включая здания, оборудование, автомобили.

Как следствие, большинство НКО вынуждены ограничивать свою деятельность простыми социальными услугами. Это программы социально-психологической реабилитации, консультирование по всевозможным льготам, ЖКХ и другим социальным проблемам, надомное обслуживание пенсионеров и инвалидов, сбор пожертвований, закупка одежды и лекарств, несложные учебные программы, организация трудовой практики и досуга. «Третий сектор» по большому счету продолжает лишь дополнять деятельность традиционных учреждений соцзащиты и не составляет им никакой конкуренции.

В большинстве случаев НКО занимают обособленные ниши спроса на социальные услуги, не охваченные бюджетными организациями и бизнесом.

Наряду с тем, что большая часть организаций оказывает услуги своим членам, существует устойчивая практика части организаций предлагать услуги за рамками своей членской базы, в т.ч. на платной основе.

Проведение консультаций (особенно юридических), наряду с обучающей и издательской деятельностью – являются наиболее часто встречающимися сферами, в которых оказывают услуги НКО. Частично эти услуги оказываются и на платной основе.

Социальные услуги, ориентированные на социально-незащищенные слои населения (пожилых, малообеспеченных, бездомных и т.д.), оказываются меньшим количеством НКО, причем ни одна из этих услуг не является платной. Эта деятельность является чисто благотворительной, организации изыскивают дополнительные средства для регулярного оказания этих услуг. Часто услуги для некоторых групп (например, бездомных или пострадавших от тоталитарных сект) предоставляются в конкретных городах и поселках только НКО.

Некоммерческие организации сталкиваются с серьезными трудностями в обеспечении устойчивого и приемлемого качества предоставляемых ими услуг. С одной стороны из-за недостатка собственной материально-технической базы они не могут гарантировать соответствие своей деятельности некоторым требованиям (к примеру, требованиям СНиП к определенным видам учреждений). С другой стороны в связи с существенно худшими условиями для своих работников (выполняющие такую же деятельность по оказанию социальных услуг работники бюджетных учреждений имеют большие социальные гарантии) НКО сталкиваются с текучкой профессиональных и подготовленных кадров. У НКО нет устойчивого опыта управления качеством и формализации поддерживающих процедур. И, наконец, у них нет достаточных инвестиций, позволяющих преодолеть барьер входа на рынок с социальными услугами широкого спектра, что соответственно уменьшает их возможности привлечения для организации такой работы специалистов.

С другой стороны в ситуации предоставления надомных услуг или услуг отдельным категориям населения проявляется преимущества оказания социальных услуг НКО. Оно заключается в близости членов НКО к проблемной группе, подчас личному ситуационному опыту, отсутствии формальных преград в изобретении и применении методов работы, свободе выбора в деятельности и т.п.

Становится явной необходимость создания новых типов ресурсных центров для НКО – Центров некоммерческой субконтрактации. Они помогали бы НКО в настройке процедур управления качеством предоставляемых услуг, подготовке тендерной документации и поиске подрядчиков, которые пойдут на участие в конкурсах, гарантируя субподряд НКО в той части деятельности, которую они могут обеспечить и т.п.

Невзирая на все перечисленные слабости, НКО, предлагая сотни уникальных услуг, которые отсутствуют в государственном и бизнес секторах, продолжает оставаться мощнейшей технологической лабораторией, разрабатывает, продвигает и внедряет новые формы и виды социальных услуг.



§3 Взаимодействие государственного, муниципального, частнопредпринимательского и некоммерческого секторов



За прошедшее десятилетие произошли существенные изменения, связанные с оформлением трех самостоятельных секторов. Это выделение из номеклатурно-партийного аппарата собственно государства как "слуги закона" с очерченными функциями и полномочиями и изменение характера деятельности государственных учреждений. Это бурный рост коммерческих структур, возникновение общественно-политических движений, разнообразных общественных объединений и некоммерческих организаций. В 1995–98 годах создана правовая база, регулирующая не только статус и условия деятельности разных секторов, но и принципы взаимодействия между ними. Для "третьего сектора" важнейшие законодательные акты в этой области - это Гражданский Кодекс, Федеральные Законы об общественных объединениях, о некоммерческих организациях, о благотворительной деятельности и благотворительных организациях; обсуждаются законопроекты о социальном заказе, лоббировании и другие. На семинарах-тренингах для лидеров НКО России, Беларуси, Армении и Азербайджана среди десятка различных тем особое внимание обращалось на то, как сотрудники НКО оценивают эффективность взаимодействия их организаций с другими структурами. Для этого использовалась специально разработанная анкета.

По результатам анкетирования можно сделать вывод, что наиболее полезными свои связи с городской администрацией. Достаточно высоко оценивается степень взаимодействия со СМИ. Удивительно слабы контакты между различными НКО. При этом скорее неплохо, чем никак, характеризуются связи с коммерческими структурами. А вот взаимодействие со всякими государственными организациями (кроме горадминистраций) оценивается весьма низко.

Аналогичная анкета была разработана для "взрослых" НКО. Характерно, что здесь более высоко оценены взаимодействия между НКО. Традиционно неплохо оценены взаимодействия со СМИ, а из властных структур лучше всего оценена городская администрация.


Глава 2. Эффективность некоммерческого сектора экономики и пути её повышения в современной экономике России



§1 Оценка эффективности функционирования некоммерческого сектора в России



Со времени начала перехода к рыночной экономике, особенно после принятия в 1996 г. Федерального закона «О некоммерческих организациях» некоммерческий сектор являлся непрерывно возрастающим фактором социально-политической и экономической жизни современной России. При этом процесс становления и развития был далеко не безоблачным. Первый серьезный удар по экономике третьего сектора был нанесен через два года после принятия этого базисного законодательного акта. Экономический кризис и дефолт 1998 г. болезненно отразились на многих неправительственных организациях, приведя к сокращению доли третьего сектора в российском ВВП. Первоначально восстановление сектора протекало непросто, отставая по темпам от роста экономики в целом. Финансовый кризис 1998 г. привел к тому, что объем услуг, предоставляемых некоммерческими организациями, в неизменных ценах сократился почти в 3 раза. Вместе с тем, многие десятки тысяч организаций доказали свою жизнеспособность, значительно улучшив управление, оптимизировав организационную структуру и в целом приобретя навыки развития в сложных экономических условиях. Особо важно, что и при неблагоприятной экономической конъюнктуре не уменьшилось количество людей, которым НКО оказывали различные услуги, включая все виды социальной поддержки. Несмотря на сокращение объема оказываемых услуг в денежном выражении, в наиболее сложный первый год послекризисного восстановления (1999) клиентами некоммерческих структур, по данным исследования Центра развития демократии и прав человека, стали около 30 млн. человек, т.е. практически каждый пятый гражданин России. В тот же период (1998) сектор создал 2 миллиона новых рабочих мест, а для работы на добровольной основе было привлечено более 3 миллионов человек. Это являлось показателем жизнеспособности третьего сектора в условиях непростой кризисной и посткризисной реструктуризации. Уже в 2001-2002 году темпы роста выпуска продукции и услуг НКО превысили темпы роста ВВП в целом. Вскоре возобновился и количественный рост некоммерческих организаций. К настоящему времени более 16% всех юридических лиц в России относятся к той или иной организационно-правовой форме НКО. Для сравнения: доля количества организаций с государственной формой собственности составляет 5%, а находящихся в муниципальной собственности – 6% . 16% от зарегистрированных в стране организаций всех форм собственности - это действительно немало: сегодня российский некоммерческий сектор – это более 600 тысяч НКО и НПО, которые работают на федеральном, региональном и муниципальном уровне. Лучше представить динамику роста можно, взглянув на следующую цифру: в 1992г., т.е. в стартовом году реальных рыночных реформ, организаций третьего сектора насчитывалось всего около 14 тысяч. Причем в большинстве своем они являлись продуктом последнего этапа горбачевской перестройки.

Однако надо понимать, что ситуация и в наши дни остается в целом сложной и неоднозначной, что заставляет с осторожностью оценивать краткосрочные и среднесрочные перспективы НКС в Российской Федерации. В частности, большинство экспертных оценок исходят из того, что далеко не все НКО являются реально действующими, многие из них существуют лишь на бумаге, не платя никаких налогов и не имея никаких доходов. Отчасти подобная ситуация связана с социально-политической ситуацией в России, с весьма непростыми условиями существования и развития гражданского общества, с нестабильностью и недостаточностью общей законодательной базы в отношении неправительственного сектора. Анализ политико-правовых аспектов деятельности институтов гражданского общества выходит за рамки данной статьи. В качестве других важнейших причин можно назвать своеобразную структуру финансирования НКО в России, а также глубокие противоречия налогового законодательства и практики его применения. Понимание этих проблем в российском сообществе экспертов, ученых и специалистов-практиков усилилось после недавнего обнародования результатов исследований экономики третьего сектора в России, в частности, выполненных Институтом экономики города.

По последним данным, объем некоммерческого сектора России сегодня составляет 1,2% ВВП. При этом, по ряду оценок, в 1998 г. - накануне кризиса - он составлял 2 процента ВВП5 . Следует все же иметь в виду, что в силу несовершенства статистического инструментария, а также из-за того, что довольно значительная часть третьего сектора находится в зоне теневой экономики, реальные показатели вклада НКО в ВВП наверняка превышают значение 1,2%.

Эта цифра - 1,2% - в относительных масштабах российской экономики, в условиях продолжающегося экономического роста, тоже представляют собой немалую величину. Чтобы оценить вес третьего сектора в экономике России на основе сопоставления с другими отраслями, а также с регионами, можно привести следующие оценки. Объем выпуска продукции и услуг некоммерческими организациями в 1,6 раза превышает объем продукции всей легкой промышленности страны и сравним с объемом продукции отрасли «жилищное хозяйство». Можно также сопоставить объем экономики НКО с валовым региональным продуктом 88 субъектов, составляющих в настоящий момент Российскую Федерацию. С этой точки зрения сектор некоммерческих организаций окажется на 12-м месте, пропустив вперед Москву, Тюменскую область, Ханты-Мансийский Автономный Округ, Красноярский край, Санкт-Петербург, Республику Татарстан, Московскую область, Свердловскую область, Республику Башкортостан, Самарскую область и Краснодарский край.

В целом складывающаяся в России картина удельного веса третьего сектора в экономике похожа на ситуацию во многих странах с развивающимися рынками. Это понятно и объяснимо, учитывая то, что еще совершенно недавно никакого реального независимого третьего сектора в Российской Федерации просто не существовало, а в стране безраздельно господствовала государственная собственность. Следует иметь в виду и низкий уровень социального капитала в российском обществе, его раздробленность и разобщенность, чрезвычайно слабую способность граждан свободно и добровольно создавать гражданские ассоциации. Большую негативную роль играет низкий уровень общественного доверия.

Вместе с тем, Россия кардинально отличается от большинства развивающихся стран с точки зрения ключевых факторов, способствующих росту некоммерческого сектора. В частности, российское общество очень образованно, оно характеризуется высоким уровнем урбанизации. Спрос на качественное образование, в том числе высшее, не только не упал, но и вырос за последнее десятилетие. Логично предположить, что стабильно высокий спрос на образовательные услуги положительно сказывается на динамике третьего сектора. Кроме того, еще с советских времен общество привыкло к возможности пользоваться сравнительно большим объемом социальных услуг. Раньше эти услуги предоставлялись государством, а в настоящее время, ввиду неспособности государства поддерживать привычный для граждан уровень социального обеспечения, часть функций берет на себя НКС. Некоторую позитивную социо-культурную роль играют богатые традиции благотворительности, существовавшие в стране до революции 1917г. Эти традиции могут возродиться в условиях оживления церкви и религиозной жизни. Подтверждением этому служит то, что целевые поступления в виде пожертвований именно от российских организаций и граждан преобладают над иностранной филантропической поддержкой НКО в нашей стране. Это, кстати, развеивает популярный миф о том, что третий сектор в России существует в основном благодаря ресурсам, поступающим от зарубежных доноров и, соответственно, тотально зависим от них и проводит диктуемую ими политику.

Однако экономическое воздействие этих факторов, по крайней мере, с позиций количественных показателей, до настоящего времени не слишком заметно. Сопоставление доли НКО в ВВП России и европейских стран, США, даже ряда развивающихся стран оказывается не в пользу России.

Россия, как мы видим, близка Словакии и Бразилии, но существенно уступает, например, Венгрии. В чем же причина подобного отставания? Здесь следует проанализировать уже некоторые не количественные, а качественные аспекты развития экономики третьего сектора в России.

В частности, итоги исследования Института экономики города свидетельствуют, что государственная поддержка в форме поступлений из бюджетов различных уровней и внебюджетных фондов составляет 1,2% в общем объеме финансирования НКО в России, тогда как выручка от продажи товаров, продукции, работ, услуг населению – 35,8%.

Основной источник финансирования подавляющего большинства некоммерческих организаций в России – это членские взносы, пожертвования и другие безвозмездные поступления (63%). Из них поступления всех видов от населения составляют 15,6%, поступления из-за границы – 10,7%, поступления от российских юридических лиц – 73,7%. Таким образом, как отмечалось ранее, целевые поступления от российских юридических и физических лиц сильно преобладают над зарубежными источниками финансирования.

О чем говорят эти цифры? С одной стороны, обращает на себя внимание довольно высокий удельный уровень предпринимательских доходов в совокупном объеме финансирования третьего сектора. Многие НКО получают прибыль в результате самых разнообразных видов хозяйственной деятельности, которыми они вполне легально могут заниматься, включая получение внереализационных доходов (например, от различных видов инвестирования, от операций с ценными бумагами и др.). Сам по себе высокий уровень предпринимательских видов доходов не вызывает особого удивления, т.к. во многих странах удельный вес такого рода источников финансирования НКО не меньше, а зачастую и больше, чем в России.

Однако нынешняя налоговое законодательство России далеко не поощряет получение НКО предпринимательской прибыли, как не поощряет в целом какую-либо экономическую активность третьего сектора, о чем еще пойдет речь. Тем не менее, как мы видим, более 35 процентов доходов российских НКО составляет выручка от продажи товаров и оказания услуг. При этом, правда, следует оговориться, что налоговое законодательство в Российской Федерации не трактует оказание платных образовательных услуг некоммерческими организациями как предпринимательскую деятельность, в случае, если полученная прибыль используется непосредственно на нужды развития образования. То есть в этом наиболее динамичном секторе некоммерческого предпринимательства и некоммерческих услуг негативное влияние по сути репрессивного налогового законодательства не столь выражено. Тем не менее, уместно предположить, что в целом по всему некоммерческому сектору и по всем видам его экономической деятельности предпринимательские доходы компенсируют недостаточность иных форм целевых поступлений в НКО. Представляется, что главной проблемой является нехватка бюджетного финансирования и доходов от выполнения работ по заказам государственных и муниципальных организаций, а также органов власти и самоуправления. Можно сказать, что увеличение финансирования из государственных бюджетов всех уровней является единственным реальным резервом быстрого увеличения объемов экономики третьего сектора в России.

Почему не следует ожидать резкого увеличения потока ресурсов из иных источников, в первую очередь, благотворительности? Частные лица в нашей стране слабо участвуют в филантропической деятельности: их пожертвования составляют лишь около 5% в общих средствах благотворительных организаций. Этому имеется много причин. Одна из них – сугубо технического порядка. В России очень сложно сделать благотворительный взнос: например, пожертвования способом почтовой рассылки технически осуществить практически невозможно. В итоге частному донору для осуществления благотворительного взноса необходимо идти в банк, заполнять сложные бумаги с множеством знаков (не менее шестидесяти цифр) и т.д. Кроме того, новое налоговое законодательство не поощряет индивидуальную филантропию. Действительно, граждане, делающие благотворительные взносы, имеют право на получение социального налогового вычета в сумме доходов, перечисляемых на благотворительные цели в виде денежной помощи лишь организациям науки, культуры, образования, частично или полностью финансирующимся из государственных бюджетов разных уровней. Кроме того, льготы могут быть даны в случае финансового взноса на развитие физкультуры и спорта. Филантропические взносы в независимые неправительственные организации никаких льгот не предусматривают. Но основные причины лежат в сфере социальной и культурной: средний класс находится лишь в стадии формирования, а навыки индивидуальной благотворительности практически утрачены за годы пребывания у власти коммунистического режима.

Не менее сложно обстоит дело и с корпоративной благотворительностью. Из налогового кодекса практически исчезли полностью все льготы для организаций-доноров. Согласно второй части Налогового кодекса благотворитель – юридическое лицо не может уменьшать налоговую базу по налогу на прибыль на суммы средств, перечисленных на благотворительные и иные общеполезные цели. Такая льгота может быть предоставлена только законами субъектов Российской Федерации и только в части сумм налога, зачисляемых в их региональные бюджеты, причем в пределах 4%. Между тем, еще совсем недавно, до 2001 г., в стране существовал и стимулировал корпоративную благотворительность налоговый вычет в размере 3 – 5%. Причем эта льгота существовала по налогу в целом, а не только по его региональной составляющей.

Однако налоги – лишь часть проблемы. Многие руководители российских компаний отмечают, что перевод ими финансовых средств в какую-либо НКО сразу приводил к нежелательному пристальному вниманию к донору правоохранительных органов и всякого рода проверяющих структур. Среди российского чиновничества до сих пор широко распространено убеждение, что если компания тратит значительные средства на благотворительность, значит, она что-то может скрывать, например, недоплаченные налоги, неучтенные активы и т.д. Это убеждение парадоксально сочетается со стремлением оказывать нажим на многие компании с целью побудить их расходовать средства на социальные цели, на финансирование программ в области образования, культуры, помощи малоимущим и т.д. Так, в ходе социологического опроса организаций-доноров наличие «добровольно-принудительной» благотворительности отметили 14% опрошенных. Интересно, что представители компаний не видят в этом ничего особенного: лишь 6% опрошенных отрицательно оценили этот опыт. Не следует исключать того, что этот своеобразный «филантропический рэкет» может быть удобен компаниям, опосредованно способствуя достижению ими нужных целей во взаимоотношениях с государственной бюрократией. Хотя большинство компаний (87%) заявляют о планах развития своих благотворительных программ, реальной экономической основы для существенного наращивания потока ресурсов в третий сектор со стороны фирм и организаций ждать не приходится. Альтруизм руководства и создание позитивного имиджа компании – вот на чем, согласно современным исследованиям, держится российская корпоративная филантропия. Причем в последний период имидж компании следует понимать скорее как имидж в глазах бюрократии, а не в глазах населения. Все эти обстоятельства создают весьма зыбкую почву для надежд на многократное (в разы) увеличение финансирования НКО со стороны российских компаний.

Таким образом, реальный ресурс лежит лишь в области использования бюджетных средств, и альтернативы этому в обозримом будущем нет. В докладе «Роль некоммерческого сектора в экономическом развитии России» эксперты Института экономики города сравнили долю государственного финансирования в бюджетах НКО в России и в ряде других стран. Полученные в итоге исследования данные весьма наглядны.

Как мы уже знаем, государственная поддержка НКО в России составляет те же 1,2%, как и доля НКС в ВВП страны. Это недопустимо мало по мировым стандартам. Если не сравнивать эту цифру с соответствующим показателем в Бельгии (76,8%) и Израиля (63,9%), которые выглядят чрезвычайно высокими по мировым меркам, (59,0% в Нидерландах, 45,2% в Японии, 30,5% – в США), то во всех европейских посткоммунистических странах, например в Чехии (39,4%), в Польше (24,1%) и др. этот показатель во много раз превышает соответствующий российский. В ряде неевропейских стран с развивающимися рынками доля государственной поддержки в бюджетах третьего сектора составляет: 44,2% в Южной Африке, 19,5% в Аргентине, 18,1% в Перу, 15,5% в Бразилии. Россия по данному показателю ближе Филиппинам (5,2%) и Кении (4,8%), но все же и от них отстает довольно значительно. В отличие от большинства стран мира, российские НКО практически не включены систему предоставления общественно значимых услуг, финансируемых государством. Лишь неправительственные организации, работающие в сфере предоставления образовательных услуг и в области культуры, получают несколько большую долю ресурсов из региональных и муниципальных бюджетных источников (3,9%).

Между тем, бюджетные ресурсы, используемые самими федеральными, региональными и муниципальными органами социальной защиты и социальными службами, тратятся весьма неэффективно. Об этом говорит крайне медленное снижение уровня бедности, тяжелое положение многих слоев населения, особенно пожилых людей. В стране имеется огромный спрос на услуги, в первую очередь – социальные, образовательные и культурные, которые коммерческий сектор в силу ориентированности на получение прибыли, не стремится, да и не в состоянии удовлетворять. В свою очередь, государство показывает примеры слабой эффективности, оно слишком забюрократизировано и поражено коррупцией. Разумной и экономически эффективной альтернативой могло бы стать использование денег налогоплательщиков для оказания социальных услуг при помощи организаций третьего сектора. По сравнению с государственными структурами НКО в большинстве случаев гораздо более эффективны: они более гибкие, обладают более совершенной организационной структурой и системой управления, ориентированной на деятельность в конкурентной среде.

Нельзя сказать, что в России совсем отсутствует опыт конструктивного взаимодействия между государством и НКС, в том числе, в вопросах участия организаций третьего сектора в выполнении государственных программ. За последние годы было разработано достаточно много инновационных механизмов взаимодействия НКО и власти, причем гражданское общество было во многих случаях инициатором выработки этих механизмов. В частности, можно назвать региональные либо муниципальные социальные гранты, региональные и муниципальные социальные заказы, тендерные механизмы, региональные ярмарки и конкурсы социальных проектов и др. Кроме того, существуют социально-технологические механизмы, при которых созданные третьим сектором принципиально новые для России социальные технологии получают государственную организационную и финансовую поддержку. В частности, можно упомянуть организацию хосписов, проведение независимых экологических экспертиз, социализацию детей с ограниченными умственными и физическими возможностями и др. Существуют и другие механизмы взаимодействия, например, создание государственными органами совместно с гражданскими ассоциациями новых неправительственных организаций, специально ориентированных на решение особо острых социальных проблем. Все это, однако, пока не привело к существенному увеличению потока финансовых и иных ресурсов в третий сектор. Реальной перспективой улучшения ситуации является обсуждаемая уже более двух лет перспектива преобразования муниципальных органов социальной помощи и защиты в некоммерческие организации и передача в их распоряжение соответствующих бюджетов. В этом случае, произошло бы значительное увеличение доли НКС в экономике России. Однако перспективы подобной реформы неясны, особенно в контексте политических изменений, связанных с формированием вертикали власти.

Одним из свидетельств того, что власть, мягко говоря, не повернулась лицом к некоммерческому сектору, является налоговая ситуация. Разумеется, необходимость налоговых льгот для НКО никто не отрицает, да они и предусмотрены российским законодательством. В частности, целевые поступления всех видов в НКО не облагаются ни одним налогом. К целевым поступлениям по российскому законодательству относятся вступительные и членские взносы, паевые вклады, пожертвования, суммы, получаемые НКО из федерального, региональных и местных бюджетов. Кроме того, в эту же категорию включены средства, получаемые в рамках благотворительной деятельности и имущество, переходящее к НКО в порядке наследования. Другими словами, сами организации третьего сектора не платят налоги с получаемых подобным образом ресурсов, хотя и отчитываются по ним в налоговых органах.

На этом в основном и заканчивается то, что можно отнести к позитивной стороне системы налогообложения НКО в России. Одним из фундаментальных противоречий налогового регулирования третьего сектора является отсутствие статуса PBO (public benefit organization) и отделения в законодательстве данного типа структур от других организаций – MBO (mutual benefit organization). Соответственно, имеющиеся для НКО льготы, в отличие от общемировой практики, не привязаны к статусу PBO. Некоторой неполной формой компенсации этого недостатка являются льготы по ряду налогов, например по налогу на добавленную стоимость, для благотворительных организаций и условные льготы по имущественным налогам (в случае отсутствия предпринимательской деятельности) для той категории НКО, которая в России именуется «общественное объединение». Но в целом в законодательстве отсутствует не только статус PBO, но и перечисление форм общественно-полезной деятельности, которые позволяли бы организации претендовать на данный статус.

Ситуация с налогами в третьем секторе, как уже отмечалось, ухудшилась с проведением налоговой реформы в 2001-2002 гг. Философией этой реформы, - в целом весьма разумной, надо признать, было уменьшение ставок налогообложения с одновременной минимизацией льгот для разных категорий налогоплательщиков. Однако при этом подход к коммерческим организациям и к НКО оказался одинаковым, что, конечно, недопустимо. Во-первых, как уже отмечалось, были практически полностью ликвидированы налоговые льготы для доноров – частных лиц и компаний. Во-вторых, НКО были лишены льгот по важнейшим налогам, таким как налог на прибыль и НДС.

Так, начиная с 2002 г. налог на прибыль распространен на все поступления в некоммерческие организации, не относящиеся к целевым поступлениям (т.е не относящиеся к пожертвованиям, благотворительным и членским взносам и проч.). Даже в случае, если полученная прибыль расходуется на уставные цели организации, например на программы социальной поддержки малоимущих и другие общественно-полезные проекты, НКО должны платить налог на прибыль в полном объеме. Причем НКО, в отличие от коммерческих организаций, не имеют права уменьшать налогооблагаемую прибыль на так называемые «деловые расходы» - суммы, идущие на покрытие организационных расходов и на функционирование организации в целом (т.е., используя применяющуюся в России терминологию, не имеют права относить их на себестоимость). Другими словами, в отношении налогообложения прибыли коммерческие организации имеют преимущества перед НКО. Вероятно, логика разработчиков налогового законодательства в этой части исходила из стремления ограничить предпринимательскую активность НКО, а также исключить случаи теневого предпринимательства под вывеской неправительственных организаций. Однако результат для третьего сектора оказался негативным, особенно в условиях его недофинансирования. Официально установленных льгот по налогу на прибыль для НКО на федеральном уровне в России почти нет. В г. Москве же, например, пониженная ставка налога установлена для общественных организаций инвалидов. Кроме того, как уже отмечалось, платная образовательная деятельность в случае использования прибыли на развитие образования не считается предпринимательской и не влечет налога на прибыль. Кроме того, у религиозных организаций не считаются предпринимательским доходом и не облагаются налогом суммы имущества (включая денежные средства), которые получены религиозной организацией в связи с совершением религиозных обрядов и от реализации религиозной литературы и предметов религиозного назначения.

Еще более странная ситуация возникла с обложением НКО налогом на добавленную стоимость. По статье 143 Налогового кодекса России с 2001 г. все некоммерческие организации облагаются НДС. Объектом обложения является реализация товаров, проведение работ, оказание услуг на как на возмездной, так и на безвозмездной основе. Передача имущества (оказание услуг) на безвозмездной основе признается реализацией и попадает под обложение НДС даже при отсутствии операций на платной основе и какой-либо предпринимательской деятельности. Разумеется, в силу их специфики всю деятельность НКО можно квалифицировать как «оказание услуг», включив сюда все виды помощи всем категориям населения, любые призы, подарки и т.д. Кроме того, по российскому налоговому законодательству передача некоммерческими организациями товаров и выполнение работ для собственных нужд (например, собственное строительство и ремонт) тоже подлежат обложению НДС. Несколько лучше обстоит ситуация для тех лиц и организаций, которые передают НКО основные средства и/или иное имущество на ведение основной уставной непредпринимательской деятельности. В этом случае передающие основные средства организации (в том числе некоммерческие, в случае если они передают имущество другим НКО) не платят НДС по данной операции. Впрочем, эта норма не распространяется на операции по передаче товаров, услуг и результатов интеллектуальной деятельности13 . В результате возникает достаточно абсурдная ситуация. НКО по закону вынуждены платить НДС по действиям с материальными ценностями, не обращающимися на рынке и по которым отсутствует информация об их рыночной стоимости. Например, в детские дома, приюты для бездомных и подобные социальные учреждения НКО передают собранные у населения ношенные старые вещи, и это влечет за собой взимание НДС. Или, например, в до сих пор не компьютеризированные российские школы (а таких остается немало, особенно в провинции) передаются морально и физически устаревшие компьютеры, изготовленные в начале девяностых годов. Эти компьютеры давно не обращаются на рынке и информация об их рыночной стоимости отсутствует. Однако российское министерство по налогам и сборам разработало особые методики расчета НДС по подобным безвозмездным операциям. Не углубляясь в анализ этих методик, следует сказать, что в реальной жизни они не применяются, что делает ситуацию еще более абсурдной. Так, П.Ю. Гамольский - один из руководителей Клуба бухгалтеров и аудиторов НКО, очень авторитетной российской организации, утверждает, что ему неизвестны случаи, когда с момента появления в Налоговом кодексе указанных норм, налоговые органы на практике требовали расчета налоговой базы по безвозмездным операциям некоммерческих организаций14 . Иными словами, по закону НКО должны платить НДС по безвозмездным операциям, составляющим основу их деятельности, но налоговые органы закрывают глаза на неуплату налога. Эта ситуация потенциально очень опасна, поскольку третий сектор является заложником любых изменений политической конъюнктуры: ко многим организациям могут быть предъявлены претензии по неуплате налогов и они могут быть ликвидированы.

Это лишь наиболее яркие примеры несовершенства налогового законодательства в отношении НКО, позволяющие его квалифицировать как репрессивное. В последнее время, впрочем, появились признаки возможного улучшения ситуации. О том, что налогообложение НКО нуждается в системных изменениях, много говорилось на состоявшейся в 2004 г. в Москве крупной конференции «Проблемы налогообложения некоммерческих организаций и благотворительности». Выступивший на конференции заместитель министра финансов России С.Д. Шаталов признал, что налоговая реформа не всегда учитывает специфику деятельности некоммерческого сектора. Также им было заявлено, что сегодня на повестку дня может быть поставлена разработка концепции специального налогового режима для НКО. По мнению заместителя министра, в данное время задачей экспертов является разработка параметров, допускающих применение указанного специального режима, которые сведут к минимуму возможность злоупотребления некоммерческим статусом налогоплательщика. Отрадно уже то, что в правительстве понимают необходимость стратегии системных изменений налогового законодательства путем придания НКО статуса особого налогоплательщика, вытекающего из их социальной, организационной и экономической специфики.

Еще один позитивный сигнал обществу был послан вступившими в силу с 1 января 2005 г. поправками к статье 217 Налогового кодекса. Согласно этим поправкам освобождаются от налога на доходы физических лиц (как известно, в России действует плоская шкала налогообложения, равная 13%) суммы единовременной благотворительной материальной помощи оказываемой официально зарегистрированными российскими и иностранными благотворительными организациями. Здесь надо сказать о подоплеке этого события. Согласно ранее действовавшим правилам, налог на доходы до 1 января 2005 г. не уплачивался благополучателем, только если помощь ему оказывала организация из специального списка Правительства России, а не любая официально действующая благотворительная НКО. Причем в данный список входила только одна организация – Национальный военный фонд. Попытки благотворительных организаций добиться включения в данный список, в том числе, в судебном порядке, к успеху не приводили. Мало того, что наличие любых «специальных списков», попадание в которые сулит льготы – прямой путь к коррупции. Нетрудно понять, что неприемлемость старого положения заключалась в том, что малоимущие граждане, старики, больные дети и прочие категории социально незащищенных получателей помощи со стороны НКО, обязаны были платить налог на доходы, причем не только с помощи в денежной форме, но и в любой иной. В регионах были попытки взимания 13% стоимости с каждой тарелки супа, раздаваемого бездомным и неимущим суповыми кухнями. Очень важно, что произошедшие позитивные изменения стали возможны благодаря активной позиции самих организаций третьего сектора, в частности, коалиции НКО под названием «За справедливое налогообложение некоммерческих организаций», действующей с 1998 г. Координатором коалиции является Центр развития демократии и прав человека.



§2 Пути повышения эффективности некоммерческого сектора



Формы государственной поддержки НКО определяются вышеописанными функциями сектора. В общем виде это может быть:

оплата за оказание услуг, ответственность за предоставление которых несет государство или местное самоуправление. Например, четко сформулированный государственный (муниципальный) заказ на предоставление общественно значимых услуг. Если в социальной сфере осуществлен принцип «деньги следуют за потребителем услуги», то используется система «ваучеров», и клиент самостоятельно решает, услугами какой организации он будет пользоваться;

более «мягкие» формы государственного финансирования в тех случаях, когда отсутствуют «стандартизированные» способы решения социальной проблемы или есть необходимость стимулировать инновации. Например, выделение государственных или муниципальных грантов на реализацию исследовательских или социальных проектов;

субсидирование деятельности НКО в целом, не связанное с конкретными проектами, используется на покрытие операционных (текущих) расходов. Как правило, предоставляется только организациям, действующим в общественных интересах и не распространяется на различные членские ассоциации;

специальные государственные программы развития инфраструктуры некоммерческого сектора по аналогии с развитием инфраструктуры малого бизнеса. Например, финансирование центров поддержки НКО, центров социального партнерства, обучающих программ и т.п.;

специальные программы развития инфраструктуры взаимодействия государства и общества в процессе принятия и реализации решений. Например, финансирование деятельности различных общественных палат, экспертных советов, проведения независимой экспертизы и мониторинга реализации государственных программ, участия неправительственных организаций в подготовке докладов о ходе реализации приоритетных национальных проектов и т.п.

В международной практике используются самые разнообразные механизмы финансирования НКО. Это может быть прямое (прямые бюджетные расходы) или косвенное финансирование (льготы, предоставленные НКО или физическим и юридическим лицам, которые делают пожертвования в адрес НКО. Среди таких льгот особый интерес представляет механизм так называемых «1% отчислений»: налогоплательщик имеет право дать налоговым органам поручение перечислить определенный процент подоходного налога в пользу одной из некоммерческих организаций из утвержденного государством перечня).

Прямое финансирование может предоставляться либо непосредственно через бюджетные программы (например, предусматривается конкурсное размещение государственного заказа на выполнение услуг или государственного гранта), либо через специально созданные государственные фонды. Если первый механизм известен в России, то второй практически не применяется.



§3 Источники средств для развития некоммерческих организаций



Государственная поддержка в форме поступлений из бюджетов различных уровней и внебюджетных фондов составляет 1,2% в общем объеме финансирования НКО, выручка от продажи товаров, продукции, работ, услуг населению – 35,8%.

Основной источник финансирования НКО – это членские взносы, пожертвования и другие безвозмездные поступления (63%). Из них поступления от населения составляют 15,6%, поступления из-за границы – 10,7%, поступления от российских юридических лиц – 73,7% (рис. 3).





Рис. 3. Структура доходов некоммерческих организаций



В секторе выделяются четыре группы, структура доходов которых различна:

1) НКО, работающие в области здравоохранения, физической культуры и социального обеспечения;

2) НКО, работающие в области образования и культуры;

3) НКО, работающие в области общественной деятельности;

4) Религиозные организации.





Рис. 4. Структура доходов НКО, работающих в области здравоохранения, физической культуры и социального обеспечения



На рис.4 приведена структура доходов некоммерческих организаций, работающих в области здравоохранения, физической культуры и социального обеспечения. Общая доля доходов данных организаций в доходах всех НКО составляет 15,7%. Основная составляющая доходов – членские взносы, спонсорские пожертвования, безвозмездные перечисления, составляющие в сумме 53,9% доходов. Доля поступлений из бюджета у данных организаций крайне незначительна. Очень мало средств они получают от населения.





Рис. 5. Структура доходов НКО, работающих в культуре и образовании



На рис. 5 приведена структура доходов некоммерческих организаций, работающих в области культуры и образования. Общая доля доходов данных организаций в доходах всех НКО составляет 2,9%. По сравнению с другими группами НКО организации, работающие в области культуры и образования, получают максимальную бюджетную поддержку – 3,9% всех доходов. Отличительной особенностью данной группы является высокий процент в структуре доходов пожертвований из-за границы (22,3%).





Рис. 6. Структура доходов НКО, работающих в области общественной деятельности



На рис. 5 приведена структура доходов некоммерческих организаций, работающих в области общественной деятельности. Общая доля доходов данных организаций в доходах всех НКО составляет 73,3%. Обращают на себя внимание высокие доли членских взносов и других безвозмездных поступлений от населения (11%) и выручки от продажи товаров, работ и услуг (7,2%). Это обусловлено заметной ролью профсоюзных организаций в данной группе.





Рис. 7. Структура доходов религиозных организаций



На рис. 7 приведена структура доходов религиозных организаций. Общая доля доходов данных организаций в доходах всех НКО составляет 8,2%. Доля бюджетных поступлений в структуре доходов религиозных организаций составляет 2,82%, что в 3 раза выше доли бюджетных поступлений в доходах НКО, работающих в области здравоохранения, физической культуры и социального обеспечения. Около четверти доходов религиозных организаций (23,3%) составляет выручка от продажи товаров, работ и услуг населению. Пожертвования, поступающие от населения, составляют 18,08% доходов. Более ¼ доходов религиозных организаций составляют поступления из-за границы. Таким образом, группа религиозных организаций имеет наиболее устойчивую диверсифицированную финансовую базу из всех НКО.

Как различные источники финансирования распределяются по четырем группам?

Из всего объема членских взносов, спонсорских пожертвований и других безвозмездных поступлений больше всего средств направляется в общественные объединения (74,7%), а также автономные некоммерческие организации, работающие в области здравоохранения, физической культуры и социального обеспечения (7,2%).

Членские взносы, спонсорские пожертвования и другие безвозмездные поступления из-за границы преимущественно идут в общественные объединения (56,9%), религиозные организации (31,6%), а также фонды, работающие в области культуры и искусства (4,7%), и АНО, работающие в области образования (3,2%).

Бюджетные средства преимущественно идут в общественные объединения (60,6%), религиозные организации (18,7%) и фонды, работающие в области культуры и искусства (6,2%).

Большая часть выручки от продажи товаров, работ, услуг приходится на долю общественных объединений (62,9%) и религиозных организаций (31,1%).


Заключение



В результате проведенного исследования получен ряд выводов и предложений, имеющих принципиальное значение и характеризующихся научной новизной:

1. Раскрыта природа некоммерческого негосударственного сектора как обязательного института гражданского общества, основанного на социальной и хозяйственной самодеятельности и самоорганизации населения, функции которого в решении задач социальной ориентации общественного развития не могут быть компенсированы деятельностью других секторов экономики.

2. Раскрыт процесс становления и реализации некоммерческих отношений и организаций и определены основные категории, отражающие его содержание и этапы: социальное доверие, социальное взаимодействие, общественная инициатива, социальный капитал, добровольный труд, социальный заказ, конкурентное партнерство и т.д. Выявлена особая роль социального капитала, являющегося первоосновой некоммерческой деятельности и представляющего социальное взаимодействие людей, способное инициировать их хозяйственную самоорганизацию и деятельность в целях удовлетворения потребностей в социальных и хозяйственных услугах и продуктах. Недостаточность социального капитала - главное препятствие развития некоммерческого сектора в современной России.

3. Обосновано, что равноправие, партнерство и конкурентность государственных, муниципальных, частнопредпринимательских и некоммерческих негосударственных хозяйственных структур, разделение и взаимодополнение выполняемых ими функций являются основами рационального использования и наращивания потенциала каждого сектора и общего социально-экономического потенциала страны.

4. Выявлены основные функции некоммерческих организаций:

• социальная функция - быть одним из факторов поддержания принципа социальной справедливости в удовлетворении потребностей населения в социальных услугах;

• социально-политическая функция - защита социальных и хозяйственных интересов местных сообществ и отдельных слоев населения;

• экономическая функция - мобилизация местных материальных и социальных ресурсов (прежде всего населения), которые не могут быть реализованы в других секторах экономики, для наращивания производства и оказания различных видов социальных и хозяйственных услуг.

5. Обобщены современные зарубежные социально-экономические технологии, повышающие эффективность производства в некоммерческом секторе, использование которых возможно в России: зоны доверительного управления (Empowerment zone); чековая система оплаты услуг; программа по реформированию государственного управления (Reinventing Government); электронная система информационного взаимодействия между государственными структурами и населением.

6. Доказано, что основой обеспечения экономической стабильности организаций некоммерческого негосударственного сектора является рациональность (в каждом конкретном случае) сочетания собственных и внешних источников получения финансовых ресурсов. Дана классификация таких источников (доходы от собственной деятельности, гранты, пожертвования) и обобщен опыт решения финансовых проблем некоммерческих организаций.


Список использованной литературы



1. Смешанное общество. Российский вариант, под ред. Л.В. Никифорова, -М.: «Наука», 1999, стр. 132-133

2. Башкирова Е., Политическое сознание россиян: традиции, настоящее, будущее / Независимый Исследовательский Центр «Ромир», http://ftp.nns.ru/analytdoc/romoprl23.html, 2006

3. Putnam, Making Democracy Work: Civic Traditions in Modern Italy" -Princeton: Princeton University Press, 1993

4. Формирование стилей жизни в борьбе за социальные позиции (версия П. Бурдье). http://socnet.narod.ru/library/authors/kuzenko/5-3.htm

5. Bourdieu P. The forms of capital // Handbook of Theory and Research for the Sociology of Education / Ed. by J.G.Richardson. - N.Y.: Greenwood, 1985, p. 284

6. Bourdieu P. The forms of capital // Handbook of Theory and Research for the Sociology of Education / Ed. by J.G.Richardson. -N.Y.: Greenwood, 1985

7. Robert D. Putnam, Tuning In, Tuning Out: The Strange Disappearance of"Social Capital in America, The Ithiel de Sola Pool Lecture, 1995, стр. 664-683

8. Башкирова Е., Политическое сознание россиян: традиции, настоящее, будущее / Независимый Исследовательский Центр «Ромир», http://ftp.nns.ru/analytdoc/romoprl23.html, 2000

9. Бодренкова Г., Пресс - конференция: «5 декабря - Международный День Добровольцев», 1999 " Башкирова Е., Политическое сознание россиян: традиции, настоящее, будущее / Независимый Исследовательский Центр «Ромир», http://ftp.nns.ru/analytdoc/romoprl23.html, 2000

10. Шекова Е.Л. Экономика и менеджмент некоммерческих организаций. Спб., 2004. С. 31

11. Якимец В.Н., Никовская Л.И., Коновалова Л.Н. Теория и практика межсекторного социального партнерства в России. М., 2004. С. 33

12. Коновалова Л.Н., Якимец В.Н. Гражданское общество и неправительственные некоммерческие организации. М., 2002. С. 25

13. В электронном виде доклад «Роль некоммерческого сектора в экономическом развитии России» см.: www.urbaneconomics.ru/texts/php?folder_id=80&mat_id=145&page_id=4668

14. МК-Новости, 12, 13, 14 декабря 2004 Г.

15. Институт экономики города. Роль некоммерческого сектора в экономическом развитии России; Salamon, Lester M., Helmut K. Anheier, Regina List, Stefan Toepler, S. Wojciech Sokolowski and Associates. 1999. Global Civil Society. Dimensions of the Nonprofit Sector. The Johns Hopkins Comparative Nonprofit Sector Project; Национальные счета России в 1995?2002 годах: Статистический сборник / Государственный комитет Российской Федерации по статистике. М., 2003.

16. Благие намерения. Что мешает развитию благотворительности в России // Известия. 13 мая 2003 г.

17. Крестникова И., Лёвшина Е. Корпоративная филантропия: мифы и реальность. Результаты социологического исследования. М., 2002. С. 39.

18. Якимец В.Н. Межсекторное социальное партнерство (государство – бизнес – некоммерческие организации). М., 2002. С. 12-13

19. Гамольский П.Ю., Толмасова А.К. Некоммерческие организации: бухгалтерский учет, налогообложение и правовой статус. М., 2004. С. 72-72.

20. Налогообложение НКО нуждается в системных изменениях // Бизнес и общество. № 3 (22) 2004 г. С. 44.









2