Теория трансакционных издержек

Теория трансакционных издержек является составной частью нового направления в современной экономической науке – неоинституционализма. Ее разработка в первую очередь связана с именами двух экономистов – Р.Коуза и О.Уильямсона. 



Базовой единицей анализа в теории трансакционных издержек признается акт экономического взаимодействия, сделка, трансакция. Категория трансакции понимается предельно широко и используется для обозначения обмена как товарами, так и юридическими обязательствами, сделок как краткосрочного, так и долговременного характера, как требующих детального документального оформления, так и предполагающих простое взаимопонимание сторон. Затраты и потери, которыми может сопровождаться такое взаимодействие, получили название трансакционных издержек. 



Трансакционные издержки – центральная объясняющая категория всего неоинституционального анализа. Ортодоксальная неоклассическая теория рассматривала рынок как совершенный механизм, где нет необходимости учитывать издержки по обслуживанию сделок. Ключевое значение для работы экономической системы трансакционных издержек было осознано благодаря статье Р.Коуза "Природа фирмы" (1937 г.). Он показал, что при каждой сделке необходимо проводить переговоры, осуществлять надзор, устанавливать взаимосвязи, устранять разногласия. 



Первоначально трансакционные издержки были определены Р.Коузом как "издержки пользования рыночным механизмом". Позднее это понятие приобрело более широкий смысл. Оно стало обозначать любые виды издержек, сопровождающих взаимодействие экономических агентов независимо от того, где оно протекает – на рынке или внутри организаций, поскольку деловое сотрудничество в рамках иерархических структур (таких как фирмы) также не свободно от трений и потерь. По завоевавшему наибольшее признание определению К.Далмана, трансакционные издержки включают издержки сбора и переработки информации, проведения переговоров и принятия решений, контроля за соблюдением контрактов и принуждения к их выполнению. Введение в научный оборот идеи положительных трансакционных издержек явилось крупным теоретическим достижением. Это подвело к постановке принципиально новых вопросов: каковы основные разновидности трансакций? чем объясняется их разнообразие? насколько велики трансакционные издержки? как они соотносятся с производственными издержками? 



По мнению О.Уильямсона, трансакции различаются по трем главным признакам – степени их специфичности, повторяемости и неопределенности. С его точки зрения чем более общий, краткосрочный и однозначный характер носит сделка, тем больше оснований либо вообще обходиться без ее юридического оформления, либо ограничиваться составлением простейших контрактов. Напротив, чем более специальный, повторяющийся и неопределенный характер она имеет, тем выше трансакционные издержки и тем сильнее стимулы к установлению долговременных отношений между участниками. 



Особое значение О.Уильямсон придает первому из трех выделенных им факторов. Деление ресурсов на общие и специальные восходит к работам Г.Беккера (см. статью Человеческого капитала теория). Общий ресурс представляет интерес для множества пользователей и его цена мало зависит от того, где он используется (пример – бензин стандартной марки). В отличие от этого специальный ресурс приспособлен к условиям конкретной сделки и вне нее не имеет большой ценности (пример – станок, произведенный по индивидуальному заказу). Согласно Уильямсону, специальным может быть как физический капитал (оборудование), так и человеческий (квалификация и знания). Специфичность ресурса может вызываться его местоположением (электростанция, построенная вблизи угольной шахты), а также предназначенностью для единственного покупателя при отсутствии спроса со стороны кого-либо еще. 



Как показал О.Уильямсон, в результате инвестиций в специфические активы предпринявший их агент оказывается "заперт" в сделку со своим нынешним партнером. Если до этого у него мог быть выбор среди достаточно большого числа примерно равноценных контрагентов, то теперь их круг сужается до одного. Разрыв отношений становится равнозначен потере капитала, воплощенного в специфических активах, так как они приспособлены к особенностям данного партнера и имеют малую ценность для всех остальных. Это превращение исходной конкурентной ситуации в конечную монопольную О.Уильямсон назвал "фундаментальной трансформацией", которая расценивается им как одно из главных препятствий на пути рыночного обмена. 



Развивая анализ Коуза, сторонники трансакционного подхода предложили различные классификации трансакционных издержек. В соответствии с одной из них выделяются: 



1) издержки поиска информации (затраты времени и ресурсов на получение и обработку информации о ценах, имеющихся товарах, поставщиках и потребителях);

2) издержки ведения переговоров; 

3) издержки измерения количества и качества вступающих в обмен товаров и услуг; 

4) издержки по спецификации и защите прав собственности (расходы на содержание судов, арбитража, органов государственного управления, а также затраты времени и ресурсов, необходимые для восстановления нарушенных прав); 

5) издержки оппортунистического поведения, под которым понимается недобросовестное поведение, нарушающее условия сделки или направленное на получение односторонних выгод. 



Проблеме оппортунистического поведения в теории трансакционных издержек принадлежит одно из центральных мест. Под эту рубрику попадают различные случаи лжи, обмана, бездельничанья, манкирования взятыми на себя обязательствами. Различают две основных формы оппортунизма, первая из которых характерна для отношений внутри организаций, а вторая для рыночных сделок. Отлынивание (shirking) представляют собой работу с меньшей отдачей и ответственностью, чем следует по условиям договора. Когда отсутствует возможность эффективного контроля за агентом, он может начать действовать исходя из собственных интересов, не обязательно совпадающих с интересами нанявшей его фирмы. Проблема становится особенно острой, когда люди работают сообща ("командой") и личный вклад каждого определить очень трудно. Вымогательство (holding-up) наблюдается в тех случаях, когда кем-либо из агентов произведены инвестиции в специфические активы. Тогда у его партнеров появляется возможность претендовать на часть дохода от этих активов, угрожая в противном случае разрывом отношений (с этой целью они могут начать настаивать на пересмотре цены получаемого продукта, повышении его качества, увеличении объема поставок и т. д.). Угроза "вымогательства" подрывает стимулы к инвестированию в специфические активы. 



Трансакционные издержки, возникающие по ходу взаимодействия экономических агентов, противопоставляются трансформационным (производственным) издержкам, связанным с физическим преобразованием ресурсов. Значение трансакционных издержек, как показали Дж.Уоллис и Д.Норт, возрастает в процессе экономического развития. Согласно их расчетам, доля в ВВП США трансакционных услуг, оказываемых частным сектором, увеличилась с 23% в 1870 г. до 41% в 1970 г., оказываемых государством – с 3,6% в 1970 до 13,9% в 1970 г., что в итоге составило рост с 26,6% до 54,9%. Расширение трансакционного сектора экономики, по их мнению, служит одним из главных признаков, отделяющих процветающие экономики от стагнирующих. 



Одно из наиболее интересных и плодотворных приложений трансакционного подхода связано с проникновением его идей в теорию фирмы. Основоположником трансакционного анализа экономических организаций явился Р.Коуз. 



В неоклассической теории понятие фирмы фактически сливалось с понятием производственной функции. Вследствие этого в ней даже не возникало вопросов о причинах существования фирм, особенностях их внутреннего устройства и т. п. Трансакционная теория фирмы представляет собой попытку преодолеть подобные упрощенные представления. В "Теории фирмы" Р.Коузу впервые удалось поставить и частично разрешить вопрос, который традиционно даже не ставился: почему существует фирма, если есть рынок? Если децентрализованный рынок способен, как утверждала неоклассическая теория, обеспечить оптимальное размещение ресурсов, то вкрапления таких административных структур как фирмы бесполезно. Откуда же посреди рыночной стихии берутся "островки сознательного контроля"? 



Коуз помещал проблему в сравнительно-институциональную перспективу, противопоставляя два возможных способа координации – децентрализованный, присущий рынку, и централизованный, характерный для сознательно управляемых организаций. По его мнению, соображения экономии трансакционных издержек являются решающими при выборе организационной формы и размеров фирмы. Любая хозяйствующая единица стоит перед выбором: что для нее дешевле и лучше – взять эти издержки на себя, покупая необходимые товары и услуги на рынке, или же остаться свободной от них, производя те же товары и услуги собственными силами? Именно стремлением избегать издержек по заключению сделок на рынке можно, по мысли Коуза, объяснить существование фирм, в которых распределение ресурсов происходит административным путем (посредством приказов, а не на основе ценовых сигналов). Фирмы, согласно его теории, возникают в ответ на дороговизну рыночной координации и в мире без трансакционных издержек были бы излишни. В пределах фирм сокращаются затраты на ведение поиска, отпадает необходимость частого перезаключения контрактов, деловые связи приобретают устойчивость. В той мере, в какой административный контроль обеспечивает экономию трансакционных издержек, организация вытесняет рынок. 



Но тогда возникал обратный вопрос: зачем нужен рынок, если вся экономика может быть организована наподобие единой фирмы? Ответ Коуза состоял в том, что административный механизм также не свободен от издержек, которые нарастают по мере увеличения размеров фирмы (потеря управляемости, бюрократизация и т. п.). Поэтому ее границы будут проходить там, где предельные издержки, связанные с использованием рынка, сравниваются с предельными издержками, связанными с использованием иерархической организации. 



Работа Р.Коуза открыла совершенно новую область экономических исследований. На заложенной им теоретической основе выросло целое семейство концепций, развивающих идеи трансакционного подхода и направленных на более полное и глубокое осмысление феномена фирмы. 



Важным шагом в дальнейшей разработке трансакционной теории стала работа А.Алчиана и Г.Демсеца. Сущность фирмы они выводили из преимуществ кооперации, когда совместно используя какой-либо ресурс в составе целой "команды", можно достигать лучших результатов, чем действуя поодиночке. Однако производство единой "командой" затрудняет оценку вклада каждого участника в общий результат, порождая стимулы к "отлыниванию". По утверждению Алчиана и Демсеца, контроль за отклоняющимся поведением эффективнее проводить в рамках фирмы, когда один из участников (собственник) берет на себя функции надзора за остальными. Но поскольку возможности центрального агента по предотвращению "отлынивания" также ограничены, с определенного момента издержки "командной" деятельности начинают перевешивать ее выгоды, так что дальнейшее расширение фирмы становится неэффективным. 



Развивая этот подход, У.Меклинг и М.Дженсен определили фирму как "сеть контрактов". (С этой точки зрения понятие фирмы сводится к общей подписи, фигурирующей на заключенных ею контрактах.) Проблема фирмы трактовалась ими как проблема выбора оптимальной контрактной формы, обеспечивающей максимальную экономию агентских издержек, то есть издержек, сопровождающих отношения между принципалами (руководителями) и агентами (исполнителями). 



В концепции Й.Барцеля определяющее значение получили издержки измерения. В ней отмечается, что при производстве многих товаров и услуг оценка изменений, присходящих с ними на промежуточных стадиях, оказывается затруднена. Зачастую измерение обходится дешевле, когда оно ведется не прямо – по выпуску, а косвенно – по затратам. С точки зрения Барцеля фирма представляет собой объединение нескольких последовательных стадий производственного цикла, на которых оценка по затратам является   менее дорогостоящим способом измерения. Напротив, рыночные сделки концентрируются в точках, где покупатель сравнительно легко может удостовериться в количестве и качестве приобретаемой продукции. Чем меньше поддается продукт манипуляциям, тем проще оценка происходящих с ним изменений и тем чаще по ходу изготовления он станет переходить от одной фирмы к другой. Там, где предельные издержки измерения по затратам оказываются равны предельным издержкам измерения по выпуску, и пролегают границы фирмы. 



Огромный вклад в трансакционную теорию фирмы был внесен О.Уильямсоном. Его книгу "Экономические институты капитализма" (1985 г.) можно считать настоящей энциклопедией трансакционного подхода. Уильямсон не отрицает, что фирма имеет контрактное происхождение, но вводит в анализ новое измерение – тип "регулятивных структур" (governance structure). По его мнению, фирмы отличаются прежде всего особым механизмом регулирования контрактных отношений. Он выделяет три основных формы контракта. Классический контракт применяется для разовых и повторяющихся сделок со стандартными товарами. Такой контракт содержит четко оговоренные условия и по истечение срока его действия отношения сторон прекращаются. Неоклассический контракт распространяется на сделки средней степени специфичности. Так как не все существенные обстоятельства могут быть заранее в нем отражены, решение части вопросов стороны оставляют на будущее. Отношенческие контракты охватывают высокоспецифические трансакции, при которых критическое значение приобретает личность партнера (поскольку ему невозможно подыскать равноценной замены на рынке). Отношения становятся длительными, неформальные соображения получают перевес над формальными обязательствами. 



Каждому типу контракта, по мысли Уильямсона, соответствует особая регулятивная структура. Этим термином обозначаются организационные механизмы, использующиеся для оценки поведения участников, разрешения возможных споров, адаптации к неожиданным изменениям, применения санкций к нарушителям. Защиту классического контракта обеспечивает рынок, поскольку многочисленность потенциальных продавцов и покупателей ограничивает возможности нечестного поведения; споры же по таким контрактам решаются судами. Неоклассические контракты регулируются трехсторонней структурой, принимающей форму арбитража. Регулирование отношенческих контрактов осуществляется в ходе двусторонних неформальных переговоров, без обращения к закону или авторитету третьего лица. Наконец, в случае отношенческих контрактов, предполагающих значительные инвестиции в высокоспецифические активы, создаются унитарные регулятивные структуры – фирмы, где принятие решений возлагается на одну из сторон. 



Главный тезис Уильямсона состоит в том, что фирма обеспечивает более надежную защиту специфических ресурсов от "вымогательства" и позволяет их владельцам быстрее приспосабливаться к непредвиденным изменениям. Однако этот выигрыш достигается ценой ослабления стимулов. По его выражению, если на рынке действуют стимулы "высокой мощности", то в фирме – стимулы "слабой мощности". Границы фирмы проходят поэтому там, где выгоды от лучшей адаптации и большей защищенности специфических активов уравновешиваются потерями от ослабления стимулов. 



Сходные идеи легли в основание концепции С.Гроссмана и Г.Харта. Они обратили внимание на тот факт, что влияние фирмы на риск "вымогательства" не столь однозначно, как полагал Уильямсон. Допустим, фирма, принадлежащая агенту A, поглотила фирму, принадлежавшую агенту B, причем он остался руководить своей бывшей фирмой, но уже как наемный менеджер. Очевидно, что если для A риск "вымогательства" сократился, то для B возрос. Соответственно, ослабли и его стимулы к накоплению специального по отношению к фирме человеческого капитала. Если такого рода потери оказываются значительными и в варианте, когда фирма B поглощается фирмой A, и в варианте, когда фирма A поглощается фирмой B, то экономически выгоднее, чтобы они оставались независимыми и их отношения строились через рынок. Основным ограничителем на размер фирмы признается концентрация власти у одного или узкой группы агентов, что может отрицательно сказываться на инвестиции в специфические активы других участников. 



Эта линия анализа была продолжена теорией Д.Крепса, строящейся вокруг понятия "корпоративной культуры". По его мнению, из-за неизбежной неполноты контрактов критическое значение для любой фирмы имеет вопрос об адаптации к неожиданным изменениям. Но необходимую свободу маневра ей удастся получить, только если ее сотрудники будут уверены, что она не злоупотребит этой свободой во вред им. Чтобы убедить их в этом, фирма может сама связать себя определенными принципами, пообещав (в явной или неявной форме) руководствоваться ими при приспособлении к непредвиденным обстоятельствам. Набор таких принципов образует, по определению Крепса, "организационную культуру" фирмы. Следование избранному принципу, даже когда это явно невыгодно, закрепляет за ней репутацию "надежной" и "справедливой", что дает ощутимые долговременные преимущества. Однако поддержание репутации не обходится без издержек. Всякая организационная культура приспособлена к строго определенной категории случайных событий. При распространении одного и того же принципа на далекие друг от друга области адаптация к изменениям становится все менее эффективной. Это оказывается препятствием на пути вертикальной интеграции: границы фирмы, утверждает Д.Крепс, будут определяться ее организационной культурой и проходить там, где лучшая адаптация в одних видах деятельности станет уравновешиваться худшей адаптацией в других. 



К исходной идее Р.Коуза об определяющей роли издержек по ведению переговоров возвращается концепция П.Милгрома и Дж.Робертса. Они показали, что если бы такие "издержки торга" отсутствовали, то вопреки точке зрения О.Уильямсона последовательное заключение серии исчерпывающих краткосрочных контрактов обеспечивало бы оптимальный объем вложений в специфические активы. По их убеждению, именно эти издержки, а не сами по себе специфические инвестиции могут служить основанием для отказа от рынка в пользу фирмы. Но если возможности рынка ограничиваются издержками торга, то возможности фирмы – издержками, связанными с централизованной системой контроля. Само существование центральной власти порождает стимулы к злоупотреблению ею. Кроме того, она создает почву для непроизводительной деятельности с целью повлиять на процесс принятия решений в пользу тех или иных групп внутри организации. В результате укрупнение фирмы сверх определенного размера ведет к потерям в эффективности. Ее границы, по Милгрому и Робертсу, будут определяться чертой, за которой издержки влияния начинают превосходить издержки торга. 



При всех различиях между этими трактовками они, скорее, дополняют, чем исключают друг друга. Теоретикам трансакционных издержек удалось выделить важнейшие характеристики, определяющие сущность фирмы. Это – формирование сложной сети контрактов, долговременный характер деловых отношений, производство единой "командой", инвестирование в специфические активы, административный механизм координации с помощью приказов. Все объяснения, развивавшие идеи Р.Коуза, исходили из общего представления о фирме как орудии по экономии трансакционных издержек. 



Согласно теории трансакционных издержек, этот ключевой принцип объясняет не только сам факт существования фирм, но и многие частные аспекты их функционирования – финансовую структуру, формы управления, организацию трудового процесса и т. п. Плодотворность такого подхода была подтверждена при изучении гибридных организационных форм, промежуточных между рынком и фирмой, таких как франчайзинг. Он способствовал кардинальному пересмотру представлений в области антимонопольного регулирования, продемонстрировав, что многие нетипичные формы деловой практики объясняются не погоней за монопольными преимуществами, а стремлением к экономии трансакционных издержек. Благодаря трансакционному подходу современная экономическая теория приобрела большую реалистичность, открыв для себя широкий спектр явлений деловой жизни, прежде совершенно выпадавших из поля ее зрения. 



Литература: 

Alchian, Armen A. Economic forces at work. Indianapolis, 1977; 

Barzel, Yoram. Economic analysis of property rights. Cambridge, 1989; 

Coase, Ronald H. The firm, the market, and the law. Chicago and London, 1988; 

Demsetz, Harold. Efficiency, competition, and policy, vol. I-II. Oxford, 1988; 

Hart, Oliver. Firms, contracts, and financial structure. Oxford, 1995; 

Jensen, Michael C., and Meckling, William H. Theory of the firm: managerial behavior, agency costs, and ownership structure. – "Journal of Financial Economics", 1976, vol. 3, No 4; 

Kreps, David M. Corporate culture and economic theory. – Perspectives on positive political economy. ed. by Alt, James E., and Shapsley, Kenneth A. Cambridge, 1990; 

Milgrom, Paul R. and Roberts, John. Bargaining costs, influence costs, and the organization of economic activity. – Perspectives on positive political economy. ed. by Alt, James E., and Shapsley, Kenneth A. Cambridge, 1990; 

Wallis, John J., and North, Douglass C. Measuring the transactional sector in American economy, 1870–1970. – Long-term factors in American economic growth, ed. by Engerman, Stanley L, and Gallman, Robert E. Chicago, 1986; 

Williamson, Oliver E. The economic institutions of capitalism: firms, markets, relational contracting. N. Y., 1985. 



Переводы: 

Коуз Р. Фирма, рынок и право. М., 1993; 

Уильямсон О. Экономические институты капитализма. СПг., 1996.