Экономическая мысль античности: Древний Рим

Содержание:



1.Экономические воззрения Катона Старшего

2.Экономические воззрения Марка Тёренция Варрона

3.Экономическая мысль Юния Модерата Колумелла

4.Труды Гая Плиния Старшего

5.Цицерон и Сенека о рабовладельческом строе.

Марк Туллия Цицерон

Луций Анней Сенека 

6. Экономическая политика римских императоров.

Октавиан Август

		Диоклетиан

Константин

7. Экономические идеи первоначального христианства


























1.Экономические воззрения Катона Старшего.



Древний Рим являлся античным государством, в котором рабовладельческие производственные отношения были более развиты, чем в Древней Греции. Территориальная экспансия Рима привела к созданию огромной империи, к порабощению многих племен и народов. Положение римских рабов, происходивших в основним из военнопленных, было более тяжелым, чем рабов в античной Греции. В отличие от Древней Греции, в которой рабы в основном эксплуатировались в сфере ремесла и торговли, в Древнем Риме главной сферой применения рабского труда было сельское хозяйство. Именно в Древнем Риме противоречия рабовладельческого способа производства достигли наибольшей остроты и привели, в конечном счете, к возникновению колоната. В то же время на протяжении целых столетий шла упорная борьба беднейших слоев свободного населения за землю, нередко принимавшая драматические формы. Все это наложило отпечаток на характер экономической мысли Древнего Рима, которая в основном решала аграрные проблемы, и прежде всего проблемы рациональной организации рабовладельческих вилл и латифундий.

Идеологом римских рабовладельцев, хозяйства которых были связаны с рынком, был Катон Старший (234- 149 гг. до н.э.). В своем сочинении        «О земледелии» он обосновывал преимущества сельского хозяйства в сравнении с другими отраслями экономики и доказывал, что доход от земледелия «самый чистый, самый верный и вовсе не вызывает зависти». 

Прежде чем покупать виллу, будущий хозяин должен посмотреть, много ли в усадьбе прессов, а также сосудов для хранения земледельческой продукции. Необходимо, «чтобы оборудования было поменьше и чтобы тебе (будущему владельцу— Авт.) не израсходоваться на имении». По мнению Катона, самое лучшее имение должно обладать следующими угодьями: виноградником, поливным огородом, ивняком, масличным садом, лугом, хлебной нивой, лесом и т.д. Позднее комментаторы этого места трактата считали, что Катон отобразил шкалу доходности отраслей сельского хозяйства. Это не лишено определенных оснований, поскольку писатель обращал внимание на условия торговли и количество прессов, а на первое место в списке культурных, угодий поставил виноградник, а не масличный сад.

Катон был сторонником натурального хозяйства, хотя рекомендовал «продавать вообще все лишнее». Писатель выступал за самообеспеченность поместья, поскольку «хозяину любо продавать, а не покупать». Как рачительный хозяин, Катон советует продавать масло, если оно в цене, тем самым предлагая при организации хозяйства выделять доходные отрасли. Так, на пригородных виллах он рекомендовал возделывать виноград. Однако хозяйственные, советы Катона в отношении коммерции звучат робко. Автор трактата как бы нащупывал, исходя из натурально-хозяйственных принципов, те отрасли земледелия, которые потенциально могли стать коммерческими. Эта противоречивость воззрений Катона на характер организации средней рабовладельческой виллы была очень типична для начала II в. до н. э., когда специализация поместий только начиналась. Катон давал рекомендации и по организации подневольного труда. Каждый раб получал в поместье «задание»- работу определенного вида и ее объем. Подобные «уроки» были стандартными и варьировались в зависимости от местности и личных качеств раба. По данным римских агрономов, раб обрабатывал мотыгой от 1/4 до 3/4 югера в день, косил 1 югер, пахал по тяжелой земле югер за три дня, а по легкой — двое суток. Система «уроков» позволяла рабовладельцу установить, как шла работа в его отсутствие. Рабы должны были работать в дождь и даже по праздникам. Катон советовал подыскивать среди рабов надзирателя (вилика) и ключницу. Вилик должен вести расчет «уроков», разбирать тяжбы рабов и наказывать виновных. У хорошего вилика рабы всегда в работе. Он «первым встанет с постели и последним ляжет в постель». Вилик должен отчитываться перед хозяином. Работая, он узнает, что у рабов «на уме, и они будут покладистее в работе». Катон устанавливал даже сезонные нормы натурального довольствия рабам, рассчитывал норму соли, определял образцы одежды. Практика ведения рабовладельческого хозяйства показывала, что, непрерывно занимая рабов, необходимо было сокращать и нормы их довольствия. Помимо рабов Катон предусматривал использование работников, нанятых за деньги или долю урожая. Они могли собирать упавшие маслины и виноград, косить сено. Однако вилику давалась инструкция не задерживать наемных работников в поместье более одного дня.

Как экономист-практик, Катон пытался установить оптимальные пропорции «элементов» производства специализирующихся рабовладельческих хозяйств. По его мнению, оливковую виллу в 240 югеров могли обслуживать 13 работников (вилик, ключница, 5 работников, 3 пахаря, погонщик ослов, свинопас и овчар). Катон скрупулезно перечислял весь набор инструментов и предметов домашнего обихода, вплоть до лоскутных одеял рабов. В винодельческом хозяйстве в 100 югеров может трудиться 16 работников. При этом средства производства и предметы быта представлены гораздо шире, чем в других виллах. Виноградарство было более интенсивным типом агрикультуры.

Значительное внимание Катона к набору средств производства и даже бытовых предметов объясняется стремлением автора повысить доходность имения. Пригородное имение, по его мнению, хозяин «должен устроить и засадить так, чтобы оно было как можно прибыльнее». Катон  первым в экономической мысли Древнего Рима поставил проблему эффективности рабовладельческого хозяйства, связав ее с организацией производства и обмена. Уже в самом начале трактата Катон предостерегает землевладельца от «большого оборудования». Катон стремился достичь соответствующего эффекта через регламентацию не только средств труда, но и самого процесса производства. Огромная роль отводилась хозяину поместья, который должен хорошо знать календарь земледельческих работ и все необходимые агротехнические приемы. Таким образом, рентабельность подневольного труда ставилась в зависимость от множества факторов. В трактате Катона просматривается идея видеть рабовладельческое поместье не просто формой натурального хозяйства, а организацией производства с определенной рыночной ориентацией.


2.Экономические воззрения Марка Тёренция Варрона.



Известным экономистом-аграрником был Марк Тёренций Варрон        (116—27 до н. э.), принадлежавший к сословию всадников. До нас дошли три книги его трактата «О сельском хозяйстве», написанные уже в преклонном возрасте. В отличие от Катона Варрон никогда не занимался сельским хозяйством, и его основными источниками были книжные материалы. Композиционно три книги представляют соответственно земледелие, животноводство и приусадебное хозяйство (птицеводство, рыболовство и пчеловодство).

Согласно Варрону, «земледельцы должны стремиться к двум целям: к пользе и удовольствию». Но «польза требует того, что доходно; а удовольствие - того, что приятно; на первом месте скорее стоит полезное, чем приятное». Однако прежде, чем бросать семена в землю, Варрон советует изучить основные элементы Вселенной: воду, землю, воздух и солнце. По его мнению, следует не только хорошо знать свойства местной почвы, но и выяснить, «какое в этом имении оборудование требуется и какое должно иметь для его обработки».

Первая книга Варрона посвящена организации рабовладельческого хозяйства, и преимущественно полеводству. К садоводству и виноградарству автор трактата обращается редко. Хлебные нивы поместий были, по-видимому, немалыми, поскольку Варрон советовал «продать сбор колосьев» после жатвы. Он скептически относился к катоновским принципам подбора оптимального рабовладельческого поместья по размерам угодий и товарной специализации. Облик поместья, по его мнению, определяет агрикультура, а в конечном итоге - свойства почвы. Поэтому ценность имения могут определять не виноградники, как полагал Катон, а хорошие луга. Причем Варрон соглашался с теми, кто считал, что «виноградник сам пожирает свои доходы». Варрон сомневался в эффективности рабовладельческого хозяйства, практикующего интенсивную культуру винограда.

Для Варрона основная ценность имения - земля! Главное - знать, «какова земля и для чего она хороша или нехороша». Эта идея пронизывает весь труд экономиста-агрария. Влияние природного фактора на аграрную экономику докапиталистических обществ весьма существенно. Не случайно К. Маркс отмечал, что «во всех формах общества, где господствует земельная собственность, преобладают еще отношения, определяемые природой».

Проблема размещения виллы тесно связывается Варроном с ее внутренней организацией. «Имения, - резюмирует он,— у которых по соседству есть места, куда удобно ввозить и продавать произведения своего хозяйства и откуда выгодно ввозить то, что требуется для собственного хозяйства, такие имения уже по этой причине доходны». Так проблема эффективности рабовладельческого хозяйства ставится в зависимость от рыночной ситуации. Организация варроновского хозяйства оказалась несколько более «открытой» для влияния рынка. Варрон в отличие от Катона уже признавал определенную ограниченность натурально-хозяйственных возможностей рабовладельческой виллы, ибо владельцы должны прикупать даже то, что у них производится, но чего не хватает (хлеб, вино). Интересно, что Варрон ориентировался не только на городской, но и на сельский рынок, где можно было выгодно реализовать излишки, даже такие, как колья, жерди и тростник. Несмотря на предлагаемую им более «глубокую» коммерческую ориентацию рабовладельческого имения, Варрон не смог до конца отказаться от натурально-хозяйственных принципов организации производства. Он по существу выделял два типа рабовладельческого хозяйства: пригородные имения и отдаленные поместья. Рыночная ситуация могла сложиться так, что «невыгодно иногда даже разводить что-нибудь у себя в имении, хотя бы ты (хозяин.— Авт.) и мог это сделать». Поэтому идея Варрона о доходе «от излишка» сочеталась с мыслью о влиянии рынка на организацию хозяйства.

Касаясь средств, «которыми возделывают землю», Варрон выделял «орудия говорящие, бессловесные и немые». «Говорящие орудия»— это рабы, «бессловесные»— волы, рабочий скот, а «немые»— телеги, грабли, корзины и т. д. Трактат Варрона был написан после восстания Спартака: хозяину приходилось организовывать малоэффективный рабский труд в новых условиях. Поэтому Варрон считал, что «рабы не должны быть ни робки, ни дерзки». Он отговаривал рабовладельцев использовать бич, если желаемого можно добиться словом. Варрон рекомендовал применять более гибкие методы принуждения к труду. По его мнению, «не следует покупать много рабов одной и той же народности». Варрон советовал даже совещаться с прилежными рабами. Рабы лучше работают, если «хозяин щедрее оделяет их пищей, не скупится на одежду, позволяет отдохнуть и дает некоторые льготы, например, разрешает в имении пасти свою скотину и т. д.». Перед нами уже не катоновский образ раба с относительно скудными нормами довольствия, а раб сытый, экипированный и обладающий некоторым имуществом.

Варрон советовал помимо вилика найти среди рабов грамотного и сведущего в хозяйстве распорядителя, которого следовало «наградить» рабыней. Как рачительный хозяин, Варрон задумывался и над проблемой естественного воспроизводства рабов. В трактате он намекал на возможность появления у рабов семей, потомство которых будет привязано к поместью.

По мнению Варрона, на больших сельскохозяйственных работах — сбор винограда, жатва — лучше использовать труд наемных работников. Римский ученый хорошо понимал ограниченные возможности рабского труда.

Эффективность работы рабовладельческого хозяйства зависела от его внутреннего устройства. В этой связи Варрон подверг критике катоновские нормы соотношения культурной площади и ее рабской обслуги. По его мнению, количество рабов нужно определять в соответствии с характером местности, агрикультуры и размером имения. Большое значение при этом имел опыт предков и практика. Варрон указывал, что обычная величина обширных имений (латифундий) — это 200 югеров земли. Ученый скептически отнесся и к катоновским нормам тяглового скота на единицу площади. Он подчеркивал необходимость содержания домашних животных, «которые обычно даются в собственность рабам, чтобы им легче жилось и они были бы прилежнее». За счет смягченных форм рабства Варрон стремился решить многие проблемы организации рабовладельческого хозяйства. Определенная натурально-хозяйственная ориентация поместья просматривалась и при решении проблемы воспроизводства «немых» орудий труда. Варрон настоятельно советовал не «покупать того, что могут сделать свои же люди (рабы.— Авт.) и из материала, который растет в имении...». Покупать следует хорошие, но и самые дешевые инструменты. Их набор и количество должны соответствовать характеру производства и размерам хозяйства.

Варрон жил в период, когда происходило развитие товарно-денежных отношений. Рост товарности рабовладельческих хозяйств сопровождался интенсификацией агрикультуры. Однако достичь подобного в условиях малоэффективного рабского труда было трудно. Не случайно Варрон сомневался в рентабельности винодельческого поместья — хозяйства наиболее интенсивного типа. Отсюда его стремление создать условия, чтобы у раба была «охота к работе». Варрон не забывал и о натурально-хозяйственных возможностях рабовладельческого имения. Он по существу показал, что в Риме II — I вв. до н. э. господствовали рабовладельческие хозяйства полунатурального-полутоварного типа.



3.Экономическая мысль Юния Модерата Колумелла.



С I в. н. э. в организации рабовладельческого производства происходили существенные изменения. Упадок средних рабовладельческих поместий интенсивного типа сопровождался определенным подъемом латифундий, переходивших к колонатному земледелию. Труд колонов был производительнее рабского. Сдвиги в сельском хозяйстве нашли прямое отражение в экономической мысли того периода.



Важное место в истории римской экономической мысли принадлежит Юнию Модерату Колумелле, написавшему 12 книг о сельском хозяйстве. Труды Колумеллы не поддаются точной датировке, но третья книга относится к 62—65 гг. н. э. Колумелла был глубоким знатоком сельскохозяйственной литературы и хорошим практиком. Он был свидетелем кризисных явлений рабовладельческой экономики: происходило падение производительности рабского труда, многие культурные земли в Италии не возделывались и превращались в пастбища.

Уже в предисловии к первой книге Колумелла вступил в полемику с теми представителями римской науки, которые видели причины определенного упадка хозяйства в бесплодии земли и плохом климате. Главное, по его мнению, то, что сельское хозяйство отдается, «как палачу, на расправу самому негодному из рабов, а при наших предках им занимались наилучшие люди и наилучшим образом». Колумелла сознавал ограниченные возможности рабского труда, но его рецепты исходили из факта существования рабовладения. Колумелла призывал рабовладельцев избавиться от «негодных», нерадивых рабов, «организовывать их трудолюбие». Сделать это было крайне трудно. Поэтому в истории римской экономической мысли фигура Колумеллы выглядит в определенной мере драматично.

Для перестройки рабовладельческого хозяйства Колумелла предложил целую систему мероприятий. Как рабовладелец-практик, он выступил решительно против экстенсивного пути развития рабовладельческого поместья.

Если Катон и в определенной мере Варрон пытались установить нормы земельной площади рабовладельческого хозяйства, то Колумелла отказался от этого. Для него «несомненно, что огромное худо возделанное пространство дает меньше, чем маленький прекрасно обработанный участок». Главное, есть ли у покупателя имения деньги. И при занятии сельским хозяйством «недостаточно знать или хотеть, если нет требуемых на работу денег». А при наличии необходимых средств «с сельским хозяйством можно управиться без тонкостей, но оно не терпит и глупости». Эта антиномия Колумеллы полна глубокого смысла. Экономист понимал, что даже при использовании «прилежных» рабов трудно применить «тонкости». В то же время все книги Колумеллы указывают на необходимость самого тщательного ведения хозяйства в условиях рабовладения.

Колумелла считал, что основная цель покупки имения — получение дохода. Но «разумный человек не станет покупать землю в любом месте, поддавшись на соблазн плодородия или красивого местоположения». По его мнению, хороший хозяин сможет сделать доходным всякий участок, а его усердие сможет победить и бесплодие земли. Настоящий хозяин земли добьется того, «чтобы выращивать на ней как раз то, что пойдет там всего лучше».

Колумелла вел открытый спор с экономистами-аграриями, придававшими слишком большое значение естественному плодородию почвы. По существу Колумелла первым в античной мысли поставил проблему интенсивного пути развития рабовладельческого хозяйства. Он разработал целую систему искусственного удобрения почвы, смело выступил за проведение агротехнических опытов, призывая хозяев не скупиться на эксперименты. При таком способе ведения хозяйства любые земли принесут землевладельцу доход.

Советуя рабовладельцам интенсифицировать хозяйства, Колумелла считал при этом необходимой реорганизацию рабского труда. Одна из основных его идей — специализация рабов. В новых условиях ведения агрикультуры Колумелла рекомендовал привлекать квалифицированный рабский труд. Так, он советует не останавливаться перед уплатой 8 тыс. сестерциев за опытного раба-виноградаря.

Колумелла рекомендовал добиваться естественного воспроизводства рабов прямо в хозяйстве, предлагая освобождать многодетных рабынь от работы и даже предоставлять им вольную. Он признавал правильными все методы принуждения для превращения негодных рабов в прилежных работников: от поместной тюрьмы в подвале до «обмена» шутками с рабами. Это, по мнению Колумеллы, вместе с совместным обсуждением новых работ, «заботой» о жизни рабов, разрешением им жаловаться на жестокое обращение способствует росту производительности труда. Однако Колумелла понимал, что организация работы рабов, даже в присутствии приказчика и надсмотрщиков, могла быть некачественной. Раб, «чтобы набрать то число, которое ему заказано приказчиком, работает невнимательно и недобросовестно...». Колумелла видел ограниченные возможности рабовладения, но все же надеялся компенсировать их совершенствованием агрикультуры с помощью раба-специалиста, опытного вилика и, наконец, строгого и квалифицированного хозяина имения. Не случайно «хозяйский глаз» является важнейшим фактором организации труда в поместье. И Колумелла советует приобретать имения в пригороде, чтобы чаще туда наведываться.

Понимая, что перестроить рабовладельческое хозяйство будет трудно, Колумелла предлагал сдавать землю в аренду свободным колонам. Он даже советовал заменить ими рабов-приказчиков. Тем самым Колумелла перечеркивал свою идею об определенных возможностях рабского труда при интенсивном рабовладельческом производстве.



4.Труды Гая Плиния Старшего.



Современником Колумеллы был Гай Плиний Старший (23—79 н. э.). Он не написал специального агрономического трактата. Но этот энциклопедически образованный человек создал обширный труд —«Естественную историю»— в 37 книгах. Его сочинение охватывало все отрасли современного ему знания.

Если у Колумеллы были ещё какие-то иллюзии относительно рабовладения, то Плиний прямо осуждал рабовладельческие отношения. Он вспоминал прежние времена, когда в Риме считали «вредным» гражданина, «которому семи югеров недостаточно». Земля была плодородна, так как тщательно возделывалась руками даже самих полководцев. «А ныне,— отмечал Плиний,— те же поля возделывают скованные ноги, осужденные руки, клейменые лбы...» Поэтому стоит ли удивляться, «что плоды работы порабощенных узников не те же, что были у победоносных полководцев». Плиний осуждал не только рабство, но и крупное землевладение. По его мнению, «латифундии погубили Италию», поскольку «в старину полагали, что прежде всего надо ограничивать размеры имения, считая, что лучше меньше сеять и лучше пахать».

Плиний снова ставит вопрос об эффективности земледельческого труда. Он считал, что наилучшая обработка земли убыточна, поскольку она вызывает большие расходы. Но «хорошо обрабатывать землю все же необходимо». Поэтому Плиний советовал возделывать угодья «и плохо и хорошо», подразумевая под «плохо» только «наибольшее сокращение расходов». Так Плиний выступил антиподом Колумеллы, который советовал проводить агротехнические эксперименты, не считаясь с издержками производства. Плиний призывал землевладельцев к умеренности. По его мнению, плох хозяин, который покупает то, что можно получить в своем имении. Он вновь предложил аграриям использовать натурально-хозяйственные возможности в организации производства.

Плиний не одобрял чрезмерную интенсификацию хозяйства, которая невозможна и даже убыточна в условиях рабовладения. Но он отмечал, что «земледелие основано на труде, а не на расходах, а поэтому предки наши и говорили, что самое полезное для поля — хозяйский глаз». Поэтому необходимы выхоленные рабы, железные орудия превосходной работы, сытые волы". Плиний понимал, что для организации труда нужны затраты, и немалые. Это противоречило его концепции экономного ведения хозяйства, тем более что при Плинии произошло существенное совершенствование многих орудий земледелия. Очевидно, что новая, более дорогая земледельческая техника не могла найти применения в условиях рабовладения. Рабам больше соответствовали грубые, неуклюжие орудия труда, не подверженные порче.

Плиний Старший представлял другое, нежели Колумелла, направление экономической мысли, которое стремилось приспособиться к хозяйственной ситуации и сохранить достигнутый уровень интенсивности производства. Он выступал за натурализацию хозяйства, пропагандировал «прилежный» рабский труд новыми, но самыми дешевыми орудиями. Однако в новых условиях это привело бы к падению эффективности рабского труда, поскольку повышение издержек производства было бы неизбежным. Поэтому римский ученый, в конце концов, отдал предпочтение колонату — форме производства, переходной от рабовладения к феодализму.



5.Цицерон и Сенека о рабовладельческом строе.

а)	Марк Туллия Цицерон

К I в. до н. э. произошло существенное перерождение античного строя. Аграрные отношения определялись господством крупного землевладения, которое поглощало мелкие крестьянские парцеллы. «Социальный мир» внутри гражданской общины был нарушен. Нарастали негативные явления и в рабовладельческой организации производства. Римская республика вступила в период заката, обострения борьбы за власть.

Экономические и социальные проблемы развития рабовладельческого строя этого периода находят отражение в трудах крупного политического деятеля, адвоката и знаменитого оратора Марка Туллия Цицерона (106—43 до н. э.). Он был представителем сословия всадников, тесно связанного с римской знатью.

В диалоге «О старости» Цицерон резко критиковал паразитический образ жизни знати, предававшейся плотским наслаждениям. Зато необычайную радость, по его мнению, доставляет занятие земледелием. Для Цицерона «хорошо обработанную землю ничто не может превзойти ни по доходности, ни по красоте». Земледельческий труд приносит человеку изобилие.           «У хорошего и рачительного хозяина всегда полный винный погреб, кладовая для масла, как и кладовая для припасов, а в усадьбе полный достаток...» Цицерон считал полезными труды Ксенофонта, посвященные сельскому хозяйству, особенно «Домострой». В молодости знаменитый оратор перевел эту книгу на латинский язык. Цицерон выступал как активный сторонник натурально-хозяйственной концепции, полагая, что занятие земледелием приводит к «полному изобилию всего того, что нужно для жизни и для служения богам».

Рим представлял для мыслителя идеальную модель мира с самым правильным укладом жизни. Разрушение, уничтожение римского полиса означало для Цицерона «гибель и уничтожение всего этого мира». Поэтому он не сомневался, что «государство должно быть устроено так, чтобы быть вечным». Политический кризис I в. до н. э. был результатом глубоких изменений в экономическом базисе «вечного города». Свободный античный полис представляли неравные в экономическом отношении сословия. Процесс концентрации земельной собственности в руках знати, развитие рабовладельческих отношений привели к перерождению гражданской общины Рима.

Основным политическим кредо Цицерона стал лозунг «согласия сословий». Он полагал, что государство, «с чувством меры составленное путем сочетания высших, низших и средних сословий (словно составленное из звуков), стройно звучит благодаря согласованию самих исходных начал; тем, что музыканты называют гармонией в пении, в государстве является согласие, эта теснейшая и наилучшая связь, обеспечивающая безопасность в каждом государстве и никоим образом невозможная без справедливости». Цицероновский проект «равенства» на основе различий (имущественное положение, «достоинства») выглядел, по меньшей мере, утопично. Но градация свободных «по достоинству» считалась Цицероном справедливой.

Цицерон был идеологом республиканского строя того периода, когда началась агония демократических институтов полиса. Будучи убежденным сторонником «сенатской республики», он считал «мир сословий» необходимым условием поддержания господствующих классов.

Вершиной творчества Цицерона стал его последний трактат — «Об обязанностях», представляющий собой оригинальное сочетание политико-правовых, философских и экономических идей. В нем автор пытался нарисовать образ идеального гражданина Рима безотносительно к его сословной принадлежности. По мнению Цицерона, любой области деятельности соответствуют свои обязанности, исполнение которых и является нравственным смыслом жизни. Высшее благо не имеет отношения к удобствам, и только нравственно-прекрасное должно стать предметом стремлений гражданина. Цицерон считал нравственно-прекрасными четыре основные добродетели: познание истины, справедливость - благотворительность, величие духа и умеренность. С экономической точки зрения интерес представляет «двуединая» добродетель: справедливость-благотворительность. Понятие «справедливость» было одним из стержневых в концепции государства Цицерона: именно на ее основе достигается искомое «согласие сословий». Цицерон подчеркивал, что «первая задача справедливости — в том, чтобы никому не наносить вреда, если только тебя на это не вызвали противозаконием; затем — в том, чтобы пользоваться общественной собственностью как общественной, а частной — как своей». Цицерон обратил внимание на то, что частной собственности от природы не бывает, что она — результат оккупации свободных земель вследствие побед в войнах или посредством законов, соглашении, жеребьевок. А поскольку «частная собственность каждого из нас образуется из того, что от природы было общим,— пусть каждый владеет тем, что ему досталось; если кто-нибудь другой посягнет на что-нибудь из этого, он нарушит права человеческого общества». Идея Цицерона о «справедливости» собственности основана на неравенстве распределения последней. Он оправдывал захватнические войны, оккупацию государственных земель знатью, «законное» поглощение крупным землевладением мелких парцелл крестьян. В то же время интересы людей как частных земельных собственников определенным образом связывали разные сословия в единое гражданское общество. Цицерон ближе всех из римских мыслителей подошел к пониманию этой существенной черты античного полиса.

Но в мире, по убеждению Цицерона, была и несправедливость. Она проявлялась в страхе, корыстолюбии, жажде славы. Забота о своем имуществе, если она не вредит другому, вовсе не порок. Таким образом, высшая справедливость, которой должен следовать гражданин,— это неприкосновенность собственности. Поэтому его первейшая обязанность — охрана этой неприкосновенности. Вот почему Цицерон всегда оставался ярым противником всяких аграрных законов, кассаций долгов и любых вторжений в «священное царство» собственности.

Цицерон полагал, что справедливость необходима и по отношению к рабам. Поэтому «правы те, кто советует обращаться с ними как с наймитами: требовать от них труда, предоставлять им все положенное». Рассуждая о рабстве, Цицерон отмечал, что противозаконие совершается либо в результате насилия, либо с помощью обмана. Тем самым он косвенно разоблачал рабовладение. Он сомневался и в справедливости рабского состояния работников, советуя предоставить им статус свободных наемников.

Другой важной чертой добродетельного гражданина, по мнению Цицерона, должна быть благотворительность. Он считал ее более всего соответствующей человеческой природе. Люди живут в обществе и обязаны помогать друг другу. При этом Цицерон указывал на необходимость благочестивого отношения к отечеству, семье и близким друзьям.

Луций Анней Сенека 

Кризисные явления в рабовладельческой экономике I — II вв. н. э. нашли наибольшее выражение в учении римских стоиков. Стоики проповедовали политическую пассивность, индивидуализм, этику нравственного самосовершенствования. Их идеи полны пессимизма. Наиболее ярким представителем идеологии римского стоицизма был Луций Анней Сенека (около 4 до н. э.— 65 н. э.). Он советовал человеку избрать такую линию поведения, которая обеспечит ему «блаженную жизнь». Нравственная цель личности определялась совершенствованием разума. В условиях рабовладельческого строя Сенека отстаивал идею духовной свободы и равенства всех людей. Согласно его представлениям, поработить можно только телесную оболочку человека, но никак не его душу, разум. «Он раб! — замечал Сенека.— Но, быть может, душою он свободный». Согласно Сенеке, рабы по сути своей равны другим людям, которые обладают теми же душевными качествами. Свободный дух раба неподвластен купле-продаже, как его тело. Сенека считал, что рабы для рабовладельца должны быть прежде всего людьми. Они —» соседи по дому», «смиренные друзья», «товарищи по рабству», поскольку над всеми одинакова власть фортуны. Равным образом любой мог стать и свободнорожденным, и рабом. Поэтому только величие души делает человека благородным, который из любого состояния может подняться выше судьбы.

С рабами нельзя обращаться как со скотом. Сенека советует: «Обходись со стоящими ниже так, как ты хотел бы, чтобы с тобой обращались стоящие выше». И моралист призывал «наказывать» рабов словами. Но Сенека, резко критикуя рабство, не видит нужды в освобождении рабов. Если рабы благородны духом, то они сами возвысятся над своим рабским состоянием, в противном случае свободу можно обрести через смерть. По Сенеке, нравственное чувство может подсказать человеку, когда самоубийство — лучший вариант свободы. Здесь моралист логически завершает свою этическую концепцию рабовладения. Нравственное пробуждение раба могло привести к пониманию безысходности его положения, а значит, к моральному оправданию самоубийства. Критикуя рабовладение, Сенека не находил никакой альтернативы. Его взгляд на участь раба был полон пессимизма.

Концепция рабства Сенеки имела еще одну важную сторону: и невольники, и свободные — рабы фортуны. Но кроме «поголовного рабства» от судьбы есть и «добровольное рабство» от пороков. «Покажи мне, кто не раб,— призывал Сенека.— Один в рабстве у похоти, другой — у скупости, третий — у честолюбия и все — у страха». Сенека стремился доказать, что раб — не «говорящее орудие» или быдло, а человек. Эти взгляды выглядели крайне радикально и предшествовали идеям раннего христианства.

6. Экономическая политика римских императоров.

а)	Октавиан Август.

Кризис республиканского строя в Риме и гражданские воины I в. до н. э. привели к торжеству императорской власти. Первым императором (принцепсом) Рима стал Октавиан Август (63 до н. э.— 14 н. э.). Август проводил политику «умиротворения» империи, т. е. стабилизации рабовладельческого строя. В первые годы нашей эры был издан закон, запрещающий отпуск рабов на волю ранее 20 лет со дня их покупки. Господин, объявлявший рабам волю, был обязан платить 5%-ный налог с его стоимости. По предложению Августа был восстановлен древний закон, санкционировавший казнь всех рабов и вольноотпущенников, которые находились в доме в момент убийства хозяина. Он задабривал плебейские слои, раздавая дешевый хлеб, деньги и устраивая для них массовые зрелища. Август сконцентрировал в своих руках финансы и военную силу государства. Внешняя политика императора была направлена на расширение территории государства и захват рабов. Эту политику проводили и другие императоры.

Диоклетиан.

Кризис III в. н. э. потряс основы рабовладельческого строя Древнего Рима. Наблюдался упадок сельского хозяйства, свертывалась торговля, расстроилось денежное обращение. Большое распространение получил колонат. В этих условиях император Диоклетиан (284—305 н. э.) встал на путь реформ. Он пытался стабилизировать денежное обращение. В 286 г. была прекращена чеканка низкопробной монеты. В обращение были пущены новые полноценные золотые, серебряные и медные монеты. Но реформа была недостаточно продумана. Так, например, рыночная стоимость золота оказалась выше стоимости новой золотой монеты. И новые деньги стали быстро исчезать из обращения, а государству пришлось возобновить выпуск низкопробных монет. Была изменена система налогообложения. Большая часть податей стала взиматься не деньгами, а в натуральной форме. Для этого в 289— 290 гг. была проведена всеобщая перепись населения. Величина налогов рассчитывалась на пять лет, а затем пересматривалась. Податная система устанавливала единые размеры налогов. Вводилась поголовная подать для всех жителей империи. Горожане платили подушный налог. Раскладка налогов происходила на основе строго составленных описей — кадастров. За поступление налогов с рабов и колонов отвечали землевладельцы, а с горожан — члены городских курий. Реформа способствовала прикреплению трудящегося населения империи к месту жительства.

Диоклетиану так и не удалось упорядочить денежное обращение. Рост товарных цен в империи отражался на поступлении налогов. В 301 г. император издал эдикт о твердых ценах и о твердых ставках заработной платы. Для борьбы со спекулянтами на многих рынках были сооружены плахи, и «дежурные» палачи могли без проволочки привести приговор в исполнение. Но твердые цены и ставки заработной платы, указанные в законах, были приняты произвольно, не учитывали хозяйственную ситуацию отдельных частей государства.

Константин.

Реформы Диоклетиана продолжил император Константин (306—337). При нем удалось наконец более точно вычислить рыночную стоимость золота в слитках. Но в отличие от Диоклетиана новый император ввел монометаллизм. В обращение был пущен золотой солид весом 7/72 римского фунта. Из серебра чеканили только мелкую разменную монету. Но, несмотря на некоторый успех реформы, в обращении наряду с солидами продолжали находиться слитки золота и серебра.

Венцом экономической политики Константина стал специальный закон «О беглых колонах», изданный в 332 г. н. э. Уход колонов приводил не только к свертыванию сельскохозяйственного производства на местах — не действовала вся система налоговой эксплуатации трудящегося населения, поскольку подати могли взиматься лишь при условии обработки земли. Закон призывал возвращать беглецов в поместье, а в наказание — заставлять работать в цепях. Колоны прикреплялись к своим участкам навечно. Политика закрепощения колонов свидетельствовала об углублении процесса феодализации экономики Древнего Рима.

7. Экономические идеи первоначального христианства.



Возникшее в Римской империи христианство — самая распространенная религия, господствующая до сих пор во многих странах мира. Изучение экономических идей этой религиозной доктрины важно не только для характеристики идеологии Римской империи, но и потому, что многие экономические концепции поздней античности, средневековья и нового времени имели религиозную окраску, развивались в рамках христианского мировоззрения, апеллировали к христианским нормам морали и права.

В данном параграфе будут рассмотрены лишь экономические воззрения первоначального христианства (I — II вв. н. э.), которое в дальнейшем за короткий промежуток времени превратилось из учения иудейской секты в государственную религию Римской империи.

Христианство возникло в условиях экономического, политического и морального кризиса римского общества. Результатом римских завоеваний стало нивелирование национальных и культурных различий входящих в империю народов. На передний план все более выступали не национальные и этнические особенности отдельных народов, а пропасть между бедными и богатыми гражданами. Именно в это время возникает острая потребность всех классов в такой религии, в которой можно было бы «спастись» от господствовавшей в обществе социальной несправедливости. Старые религии были разрушены или пришли в упадок вместе с падением культивировавших их государств. Новой религии необходимо было подняться над этнической ограниченностью и сословными предрассудками. Религия должна была стать простой и понятной верующим, способной указать решение возникших проблем. Этим требованиям удовлетворяло учение, родившееся на почве иудаизма и вобравшее в себя многие элементы восточных религий (почитание иранского божества Митры, египетского культа Исиды и Осириса и т. д.) и античных философских течений (учение стоиков, а позднее — неоплатонизм и др.).

Главной идеей христианства является идея греха и спасения человека. В существующих порядках повинны все люди, начиная от Адама и Евы, совершивших «первородный» грех. Умерший мученической смертью Христос искупил этот грех и тем указал путь к спасению. Вера в Иисуса Христа — этого «великого божественного спасителя»— условие очищения от греха. Раскаяние в грехах и благочестивая жизнь — необходимое условие достижения царства небесного после смерти. Грешникам и стяжателям уготован ад на том свете, а на этом — второе пришествие Христа и Страшный суд. «...Общераспространенному чувству, что люди сами виновны во всеобщей испорченности,— писал Ф. Энгельс,— христианство дало ясное выражение в сознании греховности каждого отдельного человека; в то же время в жертвенной смерти своего основателя христианство создало легко понятную форму внутреннего спасения от испорченного мира, утешения в сознании, к чему все так страстно стремились».

Хотя раннее христианство первоначально было религией отверженных и угнетенных, оно не было ориентировано на какой-либо богоизбранный народ, социальную группу или определенный класс. Оно было обращено ко всем людям, ко всем, кто проявлял веру в божественного спасителя (Мессию), в Христа, в его искупительную жертву.

Выражая интересы разных классов и социальных групп, христианство с самого начала было глубоко и внутренне противоречиво. Экономические воззрения христианства, как и вероучения в целом, сформировались в борьбе различных течений. В результате одни произведения были признаны «истинными» и канонизированы, другие не были канонизированы, а третьи осуждены как ереси. Лишь 27 произведений (написанных во второй половине I —начале II в. н. э.) в IV в. были канонизированы, составив Новый завет. В него входят четыре Евангелия (от Матфея, Марка, Луки, Иоанна), Деяния святых апостолов, 21 послание (14 из которых приписываются святому Павлу, 3 — Иоанну, 2 — Петру, а также Иакову и Иуде) и Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис). Кроме канонизированных текстов раннехристианская литература включает Священное предание: Учение двенадцати апостолов (Дидахе), Пастырь Герма и др.— и неканонизированные тексты: некоторые Евангелия (Истины, от Петра, Фомы), апокрифическую апокалиптику и др.

Важное социально-экономическое значение имела  христианская проповедь равенства. И хотя она доказывалась теологически (основой равенства людей является то, что все они грешны перед богом), идея равенства была направлена не только против племенных и этнических различий, но и против рабовладельческого строя. Это особенно ярко выражено в Посланиях к Колоссянам и к Галатам, приписываемых апостолу Павлу. «...Нет ни Еллина, ни Иудея... варвара. Скифа, раба, свободного...» (Кол., 3:11; Гал., 3:28). Равенство людей перед богом выступает как основной вид равенства, от которого все другие виды производны. 

16