Экологические проблемы военной деятельности в мирное время

План



Введение…………………………………………………………………………..3

Экологические проблемы сокращения ядерного оружия и обезвреживания радиоактивных отходов………………………………………4

Экологические проблемы уничтожения химического оружия……….16

Список литературы………………………………………………………………22




Введение



Вооруженные силы (ВО) являются составной и неотъемлемой частью государства. Их деятельность в мирное время должна проводиться в соответствии с государственной программой «Экологическая безопасность России» (1995г.) и международными договорами в области охраны ОПС. Поэтому важно установить нормирование антропогенных нагрузок на природу при осуществлении военной деятельности, чтобы не перейти ту черту, за которой восстановление нарушенных экологических систем станет невозможным. С другой стороны, перед ВС РФ ныне поставлена необычная задача: сыграть главную роль в деле уничтожения ядерного и химического оружия, подпадающего под действие международных конвенций.




Экологические проблемы сокращения ядерного оружия и обезвреживания радиоактивных отходов



К середине 80-х гг. прошлого века — пику гонки ядерных вооружений — две сверхдержавы — СССР и США накопили гигантские арсеналы атомного и термоядерного оружия: около 18 млрд т в тротиловом эквиваленте (А.М. Рябчиков, 1987 г.), что составляло более 3 т на каждого жителя планеты. В разгар самого острого противостояния число ядерных боеголовок достигло 56400, причем мощность каждой из них была в среднем в 25 раз больше бомбы, взорванной над Хиросимой (около 13 кт). С учетом количества ядерного оружия еще трех держав (Франции, Англии и Китая) общая численность боеголовок составляла около 60 тыс.

Взрывная мощность накопленного ядерного оружия, по подсчетам специалистов, более чем в 1000 раз превышала взрывную мощность всех боеприпасов, использованных во время второй мировой войны (около 7 млн т), а также боевых действий в Корее и Вьетнаме (более 10 млн т) вместе взятых. В ходе указанных войн, как известно, погибло 44 млн человек. Ныне признается, что три страны (США, Россия и Китай) обладают возможностью многократного взаимного гарантированного уничтожения.

Крайне опасным является то, что ядерное оружие медленно, но неуклонно расползается по планете. К пяти странам — обладательницам этого ОМП в 1998 г. присоединились Индия и Пакистан, проведшие серию испытаний. Есть все основания полагать, что обладают ядерным оружием Израиль, ЮАР и некоторые другие государства.

Испытания ядерного оружия: масштабы и экологические последствия. Из материалов ООН известно, что с 1945 по конец 1987 г. на нашей планете было проведено 1741 ядерное испытание, из них 899 взрывов осуществили США (по другим данным — 919), 620 — СССР, 151 — Франция, 41 — Англия и 30 — КНР. К 1989 г. было проведено уже 1880 взрывов. При этом суммарная мощность ядерных взрывов, произведенных только в США, равнялась 11050 атомным бомбам, сброшенным на Хиросиму (В.В. Довгуша и др., 1995 г.). СССР в 1962 г. испытал на полигоне Новая Земля сверхмощную бомбу в 52 мегатонны. Напомним, общее количество взрывчатки, использованное в годы второй мировой войны, составило около 7 мегатонн.

В течение почти 40 лет ядерных испытаний на Земле происходило накопление радионуклидов. В биосферу было выброшено 12,5 т продуктов деления (при взрыве атомной бомбы над Хиросимой выделилось около 1 кг продуктов деления). Взрывы изменили равновесное содержание в атмосфере углерода 14С (с периодом полураспада 5730 лет) на 2,6%, а радиоактивного изотопа трития (с периодом полураспада 12,3 года) — почти в 100 раз. Радиоактивное излучение на поверхности Земли достигло к 1963 г. 2% сверх естественного фона. По данным станций наблюдения Госкомгидромета СССР, после испытаний на полигоне Новая Земля в 1961—1962 гг. уровни радиоактивных выпаданий в северных регионах страны возросли на 2—3 порядка по сравнению с 1960 г.

Динамика экологической деградации, масштабы возможных ядерных катастроф создают угрозу существованию человечества. Общеизвестно, что любое увеличение доз облучения влечет за собой возникновение вредных мутаций, активизирует канцерогенез в нарождающихся поколениях. Живой организм не адаптируется к радиации. Даже самые малые дозы ее сеют смерть. По официальным данным, онкологическая смертность среди оленеводов почти в 2 раза больше, чем в среднем по бывшему СССР, причем рак пищевода у коренных северян встречается в 15—20 раз чаще.

Естественный уровень мутаций (в отличие от других млекопитающих) держит человека вблизи порога генетического вырождения. Удвоение числа мутаций приведет к гибели популяции в течение двух-трех поколений. Подсчитано, что человеку достаточно десятой доли от нижней смертельной дозы радиации, чтобы число мутаций удвоилось. Существующий уровень загрязнений близок к этому пределу.

Отметим еще одно обстоятельство. Ядерные взрывы оказывают разрушающее влияние на стратосферный озоновый экран, который, как известно, защищает живые организмы от губительного действия коротковолнового ультрафиолетового излучения. Любопытные цифры по этому поводу привел журнал «Химия и жизнь» (1974, № 10): «...В стратосфере 10 частей диоксида азота N02 на миллиард ускоряют разложение озона в 10 тысяч раз, а семьсот сверхзвуковых пассажирских самолетов способны увеличить и без того опасную концентрацию оксидов азота еще в 10 тысяч раз». И далее: «Во время взрыва только одной водородной бомбы в 1961 году в стратосферу попало больше NO, чем может создать воздушный флот из 500 лайнеров, летая целый год по семь часов в день».

Аварии на радиационных объектах. Какой бы совершенной ни была современная боевая техника, какие бы системы контроля и подстраховки не устанавливались, аварии и катастрофы невозможно исключить. Согласно источникам, за последние 40 лет произошло не менее 130 серьезных аварий только американских бомбардировщиков и ракет, при которых была вероятность ядерного или даже термоядерного взрыва . Не миновала чаша сия и нашу страну. В результате аварий и катастроф на советских и российских АПЛ с 1968 по 2000 г. в Мировом океане оказалось 7 энергетических ядерных установок. Всего же, по данным американского журнала «Тайме», на дне Мирового океана находится 7 затонувших АПЛ различной национальной принадлежности, 10 атомных реакторов и 50 ядерных (атомных и водородных) боеприпасов. Несомненно, что это представляет собой огромную потенциальную опасность.

Согласно японским исследованиям, в результате коррозии в морской воде уже «потекла» водородная бомба, которую американцы потеряли в Тихом океане. Выявлена повышенная радиоактивность и в районе, где лежат на дне погибшие АПЛ США «Трешер» и «Скорпион».

Чтобы подчеркнуть важность мероприятий, направленных на предотвращение аварий на радиационно-опасных объектах, академик В. Котлов (1997 г.) указывает, что в РФ насчитывается таковых 34 тысячи. Из них 29 атомных энергоблоков, 113 научно-исследовательских реакторов, критических и подкритических сборок с ядерными материалами, 245 АПЛ, из которых большая часть выведена из эксплуатации, 12 атомных надводных судов, тысячи тонн отработанного ядерного топлива, 3 млрд кюри временно захороненных РАО.

Чернобыльская катастрофа: трагический опыт и предупреждение. Серьезным предостережением человечеству явилась катастрофа, случившаяся на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 г. и нанесшая непоправимый ущерб как множеству людей, так и развитию отечественной атомной энергетики.

Во время плановых исследований реактор четвертого энергоблока, загруженный 180 т радиоактивного топлива, потерял управление, что привело к взрыву и выбросу в атмосферу около 50 т топлива (В.А. Радкевич, 1997 г.). Оно испарилось и образовало огромный атмосферный резервуар долгоживущих радионуклидов. Еще около 70 т топлива было выброшено за пределы реактора с периферийных участков активной зоны боковыми лучами взрыва. Помимо топлива взрывом было выброшено и около 700 т радиоактивного реакторного графита. Примерно 50 г ядерного топлива и 800 т графита остались в разрушенном реакторе. Вследствие большой температуры в нем графит в последующие дни выгорел и тем самым способствовал увеличению количества радиоактивных осадков. Отметим для сравнения, что общая масса радиоактивных веществ, которые образовались в результате взрыва бомбы над Хиросимой, составила лишь 4,5 т. При этом долгоживущих и поэтому особо опасных радионуклидов поступило в биосферу в 600 раз больше, нежели после ядерного взрыва 1945 Г.

Согласно имеющимся данным, последствия катастрофы оказались крайне тяжелыми. Во время самой аварии погибли 2 человека, 29 умерли позже от острого лучевого поражения, около 150 тыс. человек эвакуированы из 30 километровой зоны, которая прилегает к АЭС. В этой зоне запрещены проживание людей и ведение хозяйственной деятельности.

Выброшенное из реактора топливо в виде мелкодисперсных частиц диоксида урана, высокоактивных радионуклидов йода-131, плу-тония-239, нептуния-139, цезия-137, стронция-90 и других радиоактивных изотопов, вызвало загрязнение многих регионов. При этом наиболее сильно пострадали районы Гомельской, Могилевской, Брянской, Киевской и Житомирской областей.

Ученые считают, что последствия катастрофы, прежде всего в отношении здоровья людей, в наибольшей степени проявят себя через 10 лет после взрыва, т.е. в конце XX века. Следы ее в генном аппарате человека исчезнут не ранее чем через сорок поколений, т.е. почти через 1000 лет. Сейчас прогнозы уточняются.

Огромную опасность для здоровья человека представляет избирательное накопление радионуклидов в различных частях тела. Так, стронций-90, который легко аккумулируется в травах, переходит в организм, например, коровы, а далее с ее молоком попадает в организм человека. В случае его накопления в костном мозге развиваются лейкоз или опухоль кости. Цезий-137, будучи менее растворимым, попадает в организм вместе с растительной пищей и аккумулируется в печени или в половых железах. Последнее обстоятельство может привести к возникновению наследственных изменений.

Чрезвычайно опасна радиация для детей, поскольку их ткани и органы еще растут, что не исключает соматических мутаций. При этом следует подчеркнуть, что у детей отсутствует порог чувствительности по отношению к радиации, поэтому неизвестно, какая доза вызывает аномалии в развитии. Ученые проследили генетические последствия чернобыльской катастрофы и установили, что за время после аварии существенно возросло количество детей Беларуси с врожденными пороками развития. Выявлены и причины этого: лучевое воздействие на Наследственный аппарат родителей, плохая экологическая обстановка в республике и неполноценное питание.

Согласно В.В. Радкевичу, рождаемость в сравнении с 1985 г. сократилась на 25%. Рост заболеваний беременных женщин вызвал снижение числа нормальных родов с 54 до 34%. Заболевание раком щитовидной железы у детей увеличилось с 0,42 на 100 тыс. человек в 1986 г. до 2,24 в 1992 г., а в Гомельской области с 0,25 до 12 (почти в 50 раз).

Важно подчеркнуть, что чернобыльская катастрофа заставила по-новому взглянуть на так называемое экологическое напряжение. Даже в тех районах, в которых уровень загрязнения территории не вызывает непосредственной угрозы здоровью населения, все же имеет место более острое протекание обычных заболеваний. Это заставляет иначе оценить влияние малых доз облучения: они оказывают как прямое влияние, так и косвенное, через экологическое напряжение. В частности, у населения зараженных районов сильно развита радиофобия (чрезмерная боязнь радиационного облучения), что в определенной степени и есть проявление такого экологического напряжения.

Хранение и обезвреживание радиоактивных отходов. Радиоактивные отходы (РАО) классифицируются по различным признакам.

По агрегатному состоянию РАО делятся на жидкие, твердые и газообразные.

Все жидкие РАО по степени активности подразделяются на три класса:

1-й класс — слабоактивные отходы, удельная активность которых не превышает 3,7-107 Бк/м3; 2-й класс — отходы средней степени активности (удельная реактивность в пределах 3,7-107 — 3,7-1013Бк/м3); 3-й класс — высокорадиоактивные отходы, (удельная активность превышает 3,7-1013Бк/м3).

Типичными жидкими отходами 1-го класса являются сточные воды дезактивационных пунктов, санпропускников, прачечных и т.д. Высокоактивные РАО, содержащие преимущественно искусственные радионуклиды, образуются на конечных звеньях производственного цикла, а также в некоторых научных лабораториях. Особую опасность в экологическом аспекте (в связи с большим количеством) представляют отходы заводов, на которых перерабатываются облученные тепловыделяющие элементы (ТВЭЛы) АЭС с целью извлечения из них невыгоревшего ядерного топлива или выделения вновь образовавшегося плутония.

Твердые РАО также подразделяются на три группы: 1-я группа — удельная активность находится в пределах 7,4-104 — 3,7-106 Бк/кг, 2-я группа — удельная активность в пределах 3,7-106 — 3,7 10' Бк/кг; 3-я группа — удельная активность >3,7109 Бк/кг. К твердым РАО относятся:

	негорючие отходы: металлы, стекло, керамика, строительный мусор и т.д.;

	горючие отходы: дерево, пластмасса, резина, полихлорвиниловые изделия, текстиль и т.п.

Количество и объемы средне- и низкоактивных РАО чрезвычайно велики. Предполагается, что к 2000 г. в России их накопится около 1,5 млн м3, в США — около 3,6 млн м3.

Почти 98,5% ядерного топлива АЭС идет в отходы, представляющие собой радиоактивные продукты расщепления (плутоний, цезий, стронций и т.д.), которые нельзя уничтожить, а можно лишь вечно хранить на спецскладах. Если учесть, что загрузка только реактора мощностью 1000 МВт (это аналог злополучного 4-го реактора Чернобыльской АЭС) составляет около 180 т, чего хватает на 3 года, то за указанное время на территории АЭС с 4 реакторами скапливается до 700 т отработанного топлива. В случае аварии это может привести к глобальной экологической катастрофе.

Образующиеся в активной зоне ядерных реакторов тритий, углерод-14, криптон-15 и йод-129 практически полностью выделяются в биосферу. Так выброс трития атомной энергетикой СССР только за 1985 г. в 3,5 раза превзошел, по подсчетам специалистов, равновесное содержание его в атмосфере и более чем в 2 раза — содержание во всех реках континентов. Криптон-85, содержащийся в атмосфере, имеет в основном искусственное происхождение. Только за 1985 г. его «выработка» на всех АЭС (а, следовательно, и выброс) в 500 тыс. раз превзошел равновесное содержание в атмосфере криптона-85 естественного происхождения.

Еще более опасные последствия имеют место в случаях катастроф и аварий на атомных объектах и предприятиях.

Крупная авария произошла в 1957 г. в Челябинской области на радиохимическом заводе по переработке ядерного топлива и извлечения плутония для ядерных бомб. Этот завод с 1949 г. сбрасывал РАО в открытые водоемы, в частности, в озеро Карагай поступило 120 млн кюри (1Ки=3,71010Бк), что в два раза больше, чем в результате катастрофы в Чернобыле. В дальнейшем для жидких РАО были изготовлены бетонные емкости с покрытием из нержавеющей стали. Однако именно в них произошел взрыв с выбросом 2 млн кюри. Облако прошло на север, оставив радиоактивный след длиной 105 км и шириной до 8 км. Из зараженной зоны переселили 17 тыс. жителей. Ликвидация следа производится до сих пор.

В системе МО РФ очень острой стала проблема нейтрализации РАО, которые образуются в процессе эксплуатации и ремонта, а также вследствие вывода из боевого состава атомных подводных лодок (АПЛ) 1 и 2-го поколений. Уже сейчас на Северном флоте, например, скопилось около 90 АПЛ с выслужившими свой срок реакторами. Всего же в пяти ядерных флотах мира (США, Россия, Китай, Англия и Франция) в 1990—1995 гг. предполагалось списать 190 реакторов. При плановом сроке отстоя активных зон реакторов до 5—6 лет некоторые установки находятся в этом режиме от 7 до 14 лет. При этом специалисты отмечают, что ВМФ не хватает хранилищ для РАО, а имеющиеся находятся далеко не в лучшем состоянии.

Захоронение и обеззараживание РАО: общие принципы. Свалки РАО в морях, в том числе и российских, возникли вслед за появлением атомного флота у ряда стран. Сбросы РАО, начавшиеся уже в 1959 г., продолжались систематически вплоть до 1992 г. в некоторых районах Балтийского, Баренцева, Белого, Карского, Охотского и Японского морей, а также в прибрежных водах архипелага Новая Земля и полуострова Камчатка.

По сводным данным (В.В. Догуша, 1995 г.), в период с 1964 по 1991 г. в северных морях затоплено 4900 контейнеров с твердыми РАО низкой и средней степени активности. У восточных берегов России, в Японском и Охотском морях за 1986—1991 гг. было захоронено 6868 контейнеров со средне- и низкоакгивными твердыми РАО, а также 38 судов и более 100 крупногабаритных объектов. Их суммарная активность оценивается специалистами в 22,2 тыс. кюри. За 30 лет эксплуатации атомного флота в экосистемы северных морей поступило около 100 тыс. м3 жидких РАО с активностью более 24 тыс. кюри.

Работы по организации морского радиоэкологического мониторинга в указанных районах начаты спецподразделениями ВМФ России только в 1992 г. До этого времени эпизодические исследования радиационной обстановки проводились на акваториях в 50—100 км от мест захоронения РАО. Непосредственно в районах затопления контроль не проводился в течение более 20 лет. Специалисты отмечают, что в сложившейся ситуации невозможно определить действительное состояние защитных оболочек захороненных РАО и дать объективный прогноз относительно сроков, скорости и масштабов выхода радионуклидов в морскую среду.

Общее количество РАО, сброшенных в море США только в 1946— 1970 гг. составило более 86 тыс. контейнеров с суммарной радиоактивностью около 95 тыс. кюри. В 1971—1983 гг. РАО предприятий военной и мирной атомной промышленности регулярно сбрасывали в море Бельгия, Англия, Нидерланды и Швейцария, эпизодически — Франция, Италия, ФРГ, Швеция, Япония, Южная Корея. Подсчитано, что всего за 1967—1992 гг. в Атлантическом океане оказалось 94603 т РАО, размещенных в 188188 контейнерах, общей активностью более 1 млн кюри.

К настоящему времени выработаны (К.М. Сытник и др.) следующие технологии захоронения РАО: 1) для больших количеств высокоактивных РАО — концентрирование и последующее хранение (посредством остекловывания, бетонирования и складирования в глубоких шахтах); 2) для небольших количеств высокоактивных РАО — извлечение долгоживущих изотопов с высокой токсичностью (ядовитостью) перед удалением остаточной активности; 3) для отходов средней степени активности — хранение до достижения распада коротко-живущих изотопов и последующее рассеивание в той или иной среде; 4) для относительно небольших количеств слабоактивных отходов — разбавление (например, водой) и последующее рассеивание.

Ряд специалистов считает, что захоронение РАО в морских глубинах имеет ряд преимуществ и менее опасно, так как там существуют более благоприятные условия для быстрого рассеивания и нейтрализации радионуклидов и меньше возможностей для заражения водных организмов, служащих объектами морского промысла.

На Третьей международной конференции по мирному использованию атомной энергии (1976 г.) в качестве наиболее безопасных в эколого-гигиеническом отношении были признаны только два метода захоронения РАО в море:

	Захоронение в изолированном виде (в капсулах).Технология состоит в переводе РАО в стекловидное состояние (путем заливания жидким стеклом), смешении с цементом или в заключении остеклованной массы в коррозионностойкие контейнеры, которые способны выдержать большое внешнее давление. После этого их сбрасывают на большие глубины.

	Захоронение малоактивных РАО в предварительно разбавленном виде. Для того, чтобы радиоактивность отходов, попавших в морскую среду, быстро убывала, сброс их рекомендовано осуществлять во время движения судна и желательно под винт. Ныне законодательство России запрещает подобное захоронение.

Длительное хранение высокоактивных РАО. Хранение высокоактивных жидких отходов (обычно это водные азотнокислые растворы) осуществляется в баках из нержавеющей стали с двойным дном, объемом от нескольких десятков до нескольких сотен кубометров. Устанавливают их в бетонных камерах, а для того, чтобы предотвратить возможный взрыв скапливающегося водорода, резервуар непрерывно продувают воздухом. Отработанный воздух в дальнейшем очищают от радиоактивных аэрозолей в специальных фильтрах.

Содержимое некоторых баков постоянно перемешивают, так как выпадение твердых частиц, например плутония или урана, может привести к накоплению критической массы и, следовательно, инициировать ядерный взрыв. Выпадение же в осадок радиоактивных солей другой природы может способствовать резкому повышению температуры и также породить взрыв, но уже тепловой, с выходом радиоактивности в окружающую среду.

Современное хранилище высокорадиоактивных отходов состоит из вертикальных шахт, горизонтальных штреков (коридоров) и собственно помещений для захоронений, сооружаемых, например, в соляных породах на глубине порядка 600 м. В полу помещения бурятся шурфы для хранения канистр с растворами отходов высокой удельной активности (ОВУА). Между шурфами необходимо выдерживать расстояние от 10 до 50 м. Причиной такого разнесения канистр друг от друга является их сильное тепловыделение; нарушение режима последнего может привести к катастрофе.

На Западе (США, Франция) прорабатывалось несколько проектов долговременных хранилищ ОВУА, включая и довольно экзотические. Один из них связан с запуском тяжелых ракет, загруженных высокоактивными отходами, в сторону Солнца, с последующим их уничтожением. Однако следует помнить, что, согласно статистике, до 2% запусков ракет заканчиваются их авариями в пределах атмосферы. Подобная катастрофа, естественно, обернется тяжелейшими последствиями, соизмеримыми с чернобыльской. В США ведутся длительная дискуссия и поиск мест для размещения двух грандиозных хранилищ для РАО на период до 10 тыс. лет. Они будут размещаться на глубине 300 — 1000 м в местах, не подверженных землетрясениям: Стоимость указанного проекта оценивается в 27 млрд дол.

Одна из нерешенных проблем, сопровождающих эксплуатационный цикл АЭС, которые обеспечивают около 12% потребностей Рос- сии в электроэнергии, состоит именно в необходимости достаточно безопасного захоронения соответствующих РАО. В настоящее время на территории РФ находятся 15 полигонов для захоронения РАО, на которых складируются отходы не только отечественных АЭС, но и других стран СНГ (при наличии соответствующего договора). Кроме того, туда до сих пор завозятся РАО и с территорий других государств, где в свою бытность Советский Союз сооружал атомные предприятия.

Проблемы ядерного терроризма и утечки информации. Остро стоит вопрос и о так называемом «ядерном» терроризме. Дело в том, что выделить оружейный плутоний — сегодня задача технически относительно несложная, и соответствующими технологиями обладают многие страны. Имеется информация, что специальным антитеррористическим подразделением США за 10 лет его существования было обезврежено 6 таких «самодельных» ядерных взрывных устройств. В соответствии со спецзаданием ив порядке эксперимента группа ученых попыталась изготовить взрывные устройства из отработанного ядерного материала, считавшегося некондиционным, причем используя лишь те радиодетали, которые есть в свободной продаже. Попытка была успешной: ученым удалось изготовить 11 примитивных ядерных устройств, вполне пригодных для террористических актов.

Ныне признано, что в целях повышения эффективности борьбы с ядерным терроризмом насущно необходимым становится создание международного банка данных о производителях ядерных материалов с целью идентификации и маркировки новых продуктов и при необходимости — поиска по этим реперам (контрольным меткам) — производителей нелегальной ядерной продукции.

Процесс инвентаризации ядерных материалов как форма нераспространения ядерного оружия и ядерных технологий весьма сложен, особенно если указанные материалы содержатся в отходах. Особый контроль должен осуществляться при перевозке ядерных материалов. В целом система контроля за их сохранностью от хищения или утери должна строиться надежно, с многочисленными барьерами безопасности.

В течение 50 лет в СССР (а потом и в России) работы по атомной тематике являлись исключительной монополией государства и хорошо засекречивались. Поэтому российские ядерные центры были известны и доступны весьма ограниченному числу специалистов. Ныне эти центры «раскрылись», а часть предприятий в них даже акционировалась. Поскольку в последних и сейчас сосредоточена секретная информация, неизбежно возникает опасность утечки ядерных секретов. Кроме того, в период так называемой гласности в России появилось много открытых статей по атомной тематике, в частности по атомному оружию и его компонентам. Такие статьи, естественно, попадают в поле зрения спецслужб заинтересованных стран, и не только их. В силу этого возникает необходимость ужесточить ответственность за рассекречивание, передачу, хранение, использование и торговлю информацией по атомной энергии.



Экологические проблемы уничтожения химического оружия



Впервые химическое оружие (ХО) было применено во время первой мировой войны. При этом результатом стало более миллиона пострадавших, в большинстве своем со смертельными и тяжелыми поражениями.

В июне 1925 г. представители 34 стран подписали в Женеве Протокол о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств. Через 10 лет итальянцы в ходе боевых действий нанесли 19 массированных химических ударов по войскам и населению Эфиопии. В 1937—1945 гг. Япония применила ХО во время войны против Китая, в результате чего поражения получили более 50 тысяч человек.

В годы второй мировой войны угроза применения ХО со стороны немецкой армии была вполне реальной, тем более что в 1943 г. мощность химической промышленности Германии по производству отравляющих веществ (ОВ) составляла более 30 тыс. т в год. Лишь стремительное наступление советских войск да боязнь ответного более мощного удара удержало Гитлера от соблазна применить ХО.

После войны ХО получает новое развитие. Испытываются и непрерывно внедряются смертельные ОВ нервно-паралитического действия, психохимические вещества, токсины и фитотоксиканты. При этом основным средством доставки ОВ к поражаемым объектам становится авиация, а позднее — баллистические ракеты и в перспективе — крылатые ракеты.

Начиная с 1961 г. американцы широко применяли ХО в Индокитае. Всего было израсходовано свыше 100 тыс. т химикатов (в основном фитотоксикантов), что обернулось для данного региона тяжелыми экологическими и генетическими последствиями. В военном конфликте Ирана и Ирака обе стороны многократно использовали химическое оружие. Известно (А.Н. Калитаев, В.Б. Антипов, 1996 г.), что из 70 наиболее интенсивных военных конфликтов современности в 20 использовались ОВ.

Важную роль в совершенствовании ХО сыграло создание бинарных боеприпасов. В отличие от традиционных (унитарных) видов этого оружия, они легко производятся (компоненты изготавливаются в разных местах), легко транспортируются на большие расстояния и при необходимости легко уничтожаются.

В США разработка бинарного ХО началась в 1962 г. С появлением нового вида боеприпасов, обнаружить производство которых очень трудно, возросла опасность неконтролируемого распространения ХО по всему миру, усилилась угроза его скрытного накопления.

За годы военного противостояния в СССР и США было произведено и накоплено огромное количество ХО: на складах в США его находилось около 30, а в СССР — около 40 тыс. т. Этого количества достаточно, чтобы многократно уничтожить все живое на планете.

Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения ХО и его уничтожении была открыта для подписания в Париже 13 января 1993 г. В 1997г- Россия ратифицировала указанный международно-правовой документ.

Согласно принятой Конвенции, каждое государство обязуется: никогда, ни при каких обстоятельствах не разрабатывать, не производить, не приобретать, не накапливать или не сохранять ХО, не передавать его кому бы то ни было, не применять его и не производить любых военных приготовлений к его использованию. Конвенция содержит положения, запрещающие применять в военных целях гербициды, а также использовать для пресечения уличных беспорядков боевые химические средства.

Государство-участник должно начать уничтожение ХО не позднее чем через два года и завершить его не позднее чем через десять лет после вступления для него в силу Конвенции, т.е. после ратификации.

Процесс уничтожения ХО включает в себя несколько этапов.

Первый этап. По истечении не более двух лет должно завершиться апробирование первого объекта по уничтожению ХО и по истечении не более трех лет — уничтожено не менее 1% его запасов. Второй этап. По истечении пяти лет должно быть уничтожено 25% ХО. Третий — через 7 лет — 40%. Четвертый — через 10 лет — 100% запасов ХО.

При этом каждое государство-участник самостоятельно определяет технологию уничтожения ХО. В то же время запрещается затопление боеприпасов в водоемах, захоронение в земле и сжигание на открытом воздухе. При необходимости в связи с возникающими трудностями сроки завершения уничтожения ХО могут быть продлены на пять лет. Таким образом, следует ожидать, что у ряда присоединившихся к Конвенции государств, в частности России, ХО сохранится еще в течение 15 лет.

При выполнении требований Конвенции перед руководством государств-участников встает ряд сложных проблем.

1. Выбор базовой технологии уничтожения. Дело в том, что известные технологии (включая нетрадиционные, основанные на использовании энергии ядерного взрыва для разрушения химических боеприпасов и деструкции отравляющих веществ) не являются экологически чистыми. Поэтому вопрос о наличии отработанной, безопасной во всех отношениях и экологически приемлемой технологии уничтожения ХО до сих пор вызывает противоречивые суждения, тем более, что сроки и стоимость выполнения программы во многом зависят именно от базовой технологии.

	Выбор районов для размещения объектов по уничтожению ХО. Это весьма щекотливый вопрос, для его решения необходимо учитывать не только результаты экологической экспертизы, но и факторы политического, географического, экономического и демографического характера, а главное — отношение к этому процессу населения и местных органов власти. А они настроены, как правило, резко против.

	Сложность контроля. Средства контроля ХО имеют существенные недостатки и не в полной мере удовлетворяют предъявляемым к ним требованиям. При этом серьезную трудность в контрольной деятельности будет представлять обнаружение скрытного производства и накопления бинарных химических боеприпасов, поскольку их компоненты (относительно безвредные) могут производиться в одних местах, а сборка и снаряжение ими средств доставки в других.

	Проблема химического терроризма. Ныне все химические боеприпасы и их компоненты размещены на складах семи военных арсеналов в шести субъектах РФ. Все арсеналы, согласно военным источникам, охраняются достаточно надежно. Однако в процессе перевозки ХО к местам уничтожения полностью исключить возможность хищений практически невозможно. Кроме того, вполне реально производство некоторых видов ОВ в «домашних условиях»: в небольших институтских или производственных лабораториях. На возможность этого указывает скандал, разгоревшийся в Японии и связанный с деятельностью одной из религиозных сект, которая не только сумела изготовить ОВ, но и применить его в токийском метро.

Проблема защиты персонала объектов и местного населения. В Институте биохимической физики Российской академии наук, изучая действие малых и сверхмалых доз разнообразных биологически активных веществ на живые клетки и живые организмы, установили негативный эффект сверхмалых доз, который проявлялся не сразу, а через некоторое время. Такие дозы обладают как бы «отложенным» действием. В 1997 г. в США было отмечено воздействие сверхмалых доз нервно-паралитических ОВ на здоровье американских солдат, которые еще в 1991 году невольно подверглись их воздействию в Ираке, когда авиация разбомбила склады химического оружия этой страны.

Если официально будет признано наличие причинной связи между отдаленными заболеваниями и влиянием малых доз ОВ, придется пересмотреть всю систему защитных мер от ХО. В силу этого и российские, и американские программы и технологии уничтожения арсеналов ХО должны быть соответственно пересмотрены с учетом данных о действии сверхмалых (в тысячи раз меньших, чем вызывающие острое отравление) доз отравляющих веществ на все живые организмы, и прежде всего человека.

Рассмотрим еще ряд возникших проблем. Согласно Конвенции, каждое государство-участник имеет право производить и использовать любые токсичные химикаты в целях, не запрещаемых ею: «Ничто в настоящей Конвенции не должно использоваться как препятствие праву любого государства-участника на исследование, разработку, производство, приобретение, передачу или использование средств защиты от химического оружия».

Это право на защиту от ХО исходит из предположения, что в военных конфликтах ближайшего будущего угроза его применения в известной степени сохраняется. А раз так, каждое государство обязано проявлять заботу о поддержании на должном уровне системы защиты войск и населения от ХО и проводить необходимую работу по ее совершенствованию.

Укажем, что, опять-таки согласно Конвенции, государства, подписавшие и ратифицировавшие ее, могут прибегнуть к применению ХО только в особых случаях: когда сложится чрезвычайная ситуация, угрожающая высшим интересам данного государства, и оно воспользуется предусмотренным Конвенцией правом выхода из числа государств-участников. В то же время государства, не присоединившиеся к Конвенции (некоторые арабские государства), считают себя свободными от обязанности не разрабатывать, не производить, не передавать другим странам ХО, что, естественно, предполагает реальную опасность его использования в военных конфликтах.

Существует также опасность, что открытая публикация материалов по технологиям синтеза бинарных ОВ и конструктивных схем боеприпасов может стимулировать их производство в других странах.

	Имеются сведения (СВ. Петров, 1995 г.) об успешных работах, направленных на поиск новых физиологически активных веществ (ФЛВ). Одной из целей таких исследований вполне может быть создание новых типов ОВ, по отношению к которым неэффективны существующие средства индикации, дегазации и антидотной терапии. Таким образом, существует вероятность, что эти страны в обход Конвенции смогут не только сохранить, но и повысить свой военно - химический потенциал за счет более эффективных (при сравнительно одинаковой токсичности) ОВ, маскируя их производство и накопление под разработку пестицидов и других химикатов. Наконец, крупные достижения биотехнологии и генной инженерии, а также исследования, ведущиеся на стыке биологии и химии, создают предпосылки для разработки нового вида оружия — биохимического, не подпадающего под запрет конвенций о биологическом и химическом оружии.

Прямым свидетельством того внимания, которое Правительство РФ уделяет экологическим проблемам ВС, явилось Постановление Правительства РФ № 1310 (1996 г.) «О первоочередных мероприятиях по обеспечению экологической безопасности при осуществлении деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации», а также ряд федеральных целевых программ (ФЦП) по наиболее важным направлениям. Среди них, в частности:

	ФЦП «Повышение безопасности ядерного оружия на 1997—2003 годы» (Утверждена Постановлением Правительства РФ № 1103-66,1996 г.);

	ФЦП «Обращение с радиоактивными отходами и отработанными ядерными материалами, их утилизация и захоронение» (Постановление Правительства РФ № 1030, 1995 г.);

	ФЦП «Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации» (Постановление Правительства РФ № 305, 1996 г.).




	Список литературы

	

	Экология: Учебное пособие / Под ред. проф. В.В. Денисова. – 2-е изд., исправленное и дополнительное. – М.: ИКЦ «МарТ», Ростов-на-Дону, 2004.

	Харуэлл М., Хачиссон Т. Последствия ядерной войны. – М.: Мир, 1988.

	Довгуша В.В., Кудрин И.Д., Тихонов М.Н. Введение в военную экологию. – М.: МОРФ, 1995.

	Безопасность жизнедеятельности: Учебник / Под ред. проф. Э.А. Арустамова. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательский дом «Дашков и Ко», 2000.

2