Экономическая мысль Древнего мира 2

Экономическая мысль Древнего мира

1. Выразители экономической мысли Древнего мира — крупные мыслители (философы) и отдельные правители рабовладельческих государств — стремились идеализировать и сохранить навсегда рабовладение и натуральное хозяйство как главные условия открытого разумом и охраняемого гражданскими законами непреходящего «естественного порядка».

2. Доказательства идеологов Древнего мира базировались преимущественно на категориях морали, этики, нравственности и были направлены против крупных торгово-ростовщических операций, т.е. против свободного функционирования денежного и торгового капитала, в которых усматривали искусственную сущность, нарушающую принцип эквивалентности и пропорциональности процесса обмена товаров на рынке по их стоимости.



Экономическая мысль цивилизаций Древнего Востока

Главная особенность восточного рабства заключается, как известно, в масштабных хозяйственных функциях государства, обусловленных отчасти и объективными предпосылками. Так, создание ирригационной системы и контроль над ней требовали безусловного участия государственных органов в этой деятельности, в том числе в части правовых мер. Однако чрезмерная государственная опека (регулирование) натурального по сути хозяйства посредством регламентации сферы ссудных операций, торговли и долговой кабалы и ведущая роль в национальной экономике собственности государства стали теми критериями, в соответствии с которыми хозяйство восточных цивилизаций нередко называют азиатским способом производства.

Остановимся на наиболее популярных источниках — памятниках экономической мысли цивилизаций Древнего Востока.

Древний Египет. На примере этой страны человечество располагает двумя самыми ранними памятниками экономической мысли за всю историю самоорганизации в рамках государственных образований. Один из них датируется XXII столетием до нашей эры и им является некое послание, получившее название «Поучение гераклеопольского царя своему сыну». В этом «Поучении» приводятся «правила» государственного управления и руководства хозяйством, овладение которыми для правителя так же важно, как и всякая другая сфера искусства. Другой памятник датирован началом XVIII в. до н.э. и называется «Речение Ипусера», а главная его идея — недопущение бесконтрольного роста ссудных операций и долгового рабства во избежание обогащения «простолюдинов» и начала в стране гражданской войны.

Вавилония. Это древневосточное государство Месопотамии, расположенное в междуречье Тигра и Евфрата, оставило потомкам творение своего царя Хаммурапи (царствовал в 1792—1750 гг. до н.э.), часто именуемое кодексом законов, который действовал в этой стране в XVIII в. до н.э. В соответствии с ним во избежание разрушения натурально-хозяйственных отношений и угрозы суверенитету страны из-за ослабления государственных структур и армии от сократившихся поступлений налогов в казну вводились чрезвычайно жесткие правовые нормы. Их нарушение влекло за собой самую суровую экономическую, административную и уголовную ответственность вплоть до смертной казни.

Вот некоторые примеры законодательных установок в кодексе Хаммурапи:

- посягнувший на чужую (частную) собственность, в том числе на раба, карается обращением в рабство либо смертной казнью;

- за несвоевременную уплату долгов ни царские воины, ни другие граждане-вавилоняне не лишаются своих земельных наделов, как ранее;

- срок долгового рабства кого бы то ни было (жены, сына, дочери либо отца семейства) не должен превышать трех лет, а сам долг отменяется по отбытии срока наказания;

- предел денежной ссуды не может превышать 20%, натуральной — 33% от ее первоначальной суммы.

Древний Китай. Своеобразие древнекитайской экономической мысли ассоциируется, как правило, с именем Конфуция (Кун Цзы (551—479 до н.э.) и его сборником «Лунь юй» («Беседы и суждения»), а также с идеями популярного в IV—III вв. до н.э. коллективного трактата «Гуань-цзы».

Сторонник регламентированных патриархальных отношений и защиты государством экономического благополучия родовой знати и всех «вышестоящих», Конфуций настаивал на мысли, что только образованный правитель, являясь «отцом народа» и гарантом «правильного действия», способен реально повлиять на равномерное распределение создаваемого обществом богатства. Этот философ хотя и признавал божественное и природное начало деления людей по сословиям, тем не менее считал обязательным долгом каждого человека стремиться к моральному совершенству, постижению естественных правил уважения старших, сыновней почтительности и дружбе с братьями. По его мнению, тогда «у народа будет достаток», когда хозяйствование будет умелым, а труд, приумножающий богатство народа и государя, станет одинаково выгодным как в условиях «великой общности» (коллективной собственности крестьянской общины), так и частного владения потомственной аристократии и непотомственных рабовладельцев.

Авторы «Гуань-цзы», подобно Конфуцию, в качестве главной выдвигали задачу «сделать государство богатым и народ довольным» (посредством равномерного распределения богатства без «обогащения» торговцев и ростовщиков) и так же, как он, ратовали за незыблемость сословного деления общества (полагая, что без Богом избранных «знатных» и высших сословий страна не имела бы доходов и что не может быть, чтобы «все были знатны», так как «некому было бы трудиться»). В числе мер по стабилизации натурально-хозяйственных отношений наиболее важными они считали регулирование государством цен на хлеб (дабы «в селениях царило спокойствие»), создание государственных запасов хлеба, введение льготных кредитов земледельцам, замену прямых налогов на железо и соль косвенными (перекладывая эти налоги на производимые с их использованием товары) и др. Небезынтересно отметить и то обстоятельство, что основными составляющими понятия богатства в трактате названы, наряду с золотом и жемчугом, и иные материальные блага, товарная сущность которых на рынке не подлежит сомнению. При этом роль золота как товара и меры исчисления ресурсов государства «объяснялась» прежде всего его природным предназначением выступать в качестве денег и способствовать такому обмену, в результате которого «выгоды у одних» бывают «больше, чем у других».

Древняя Индия. Наиболее ярким свидетельством древнеиндийской экономической мысли на протяжении IV—III вв. до н.э. является трактат под названием «Артхашастра», означающий в переводе учение («артха») о доходах («шастра»). Его автором явился некий Каутилья (советник царя Чандрагупты I в конце IV в. до н.э.), возвещавший своему народу положения о трудовом происхождении богатства и необходимости регулирования процессов распределения торговой прибыли между купцами и государством. Именно государство, на его взгляд, обеспечивает охрану ирригационных сооружений, льготное землепользование, освоение источников руды, строительство дорог, развитие промыслов, борьбу со спекулирующими торговцами и т.д. Согласно трактату, «накопление богатства» естественным образом предполагает деление общества на рабов и свободных граждан-ариев, для которых «не должно быть рабства», и каждый, кто не возвращает причитающиеся за пользование землей долги, обязан за это разделить участь низшего сословия на время либо навсегда. Выступая за регулируемый государством хозяйственный механизм, Каутилья выдвинул сугубо эмпирический вариант дифференциации в цене товара издержек производителей и купцов: им предлагались заранее устанавливаемые нормативы в размере 5 и 10% соответственно от цены товара местного и иностранного происхождения.













Экономическая мысль средневековья

Современные представления об особенностях экономической мысли средневековья (феодального общества) так же, как и времен Древнего мира, базируются в основном на материалах дошедших до нас литературных источников. Но существенной особенностью идеологии рассматриваемого периода, в том числе и в области хозяйственной жизни, является ее сугубо богословский характер. По данной причине средневековым экономическим доктринам присущи многообразные хитросплетения схоластических и софистических суждений, причудливые нормы религиозно-этического и авторитарного свойства, с помощью которых предполагалось не допустить грядущего утверждения рыночных экономических отношений и демократических принципов общественного устройства.

Средневековый тип натурально-хозяйственных отношений, или феодализм, зародился, как известно, в Ш—VIII вв. в ряде государств Востока и V—XI вв. — в странах Европы. И с самого начала вся полнота политической власти и экономического могущества была в них достоянием светских и церковных феодалов, которые как явно, так и неявно осуждали тенденции расширения масштабов товарности экономики и ростовщичества.

В экономической литературе в числе наиболее значимых представителей средневековой экономической мысли на Востоке, как правило, упоминаются видный идеолог арабских государств Ибн Хальдун, а в Европе — лидер так называемой поздней школы канонизма Фома Аквинский. Об их творческом наследии и последует далее речь.

Ибн Хальдун (1332—1406). Его жизнь и творчество связаны с арабскими странами на севере Африки, где в духе, как принято говорить, азиатского способа производства государство традиционно сохраняло за собой право владения и распоряжения значительными земельными угодьями, сбора для нужд казны обременительных налогов с доходов населения. Причем с тех пор, как в начале VII в. на землю снизошли «откровения Бога» и услышавший их мекканский купец Мухаммед — первый проповедник Корана — возвестил мусульманский мир о новой (исламской) религиозной идеологии, ослабить «всесилие» антирыночных постулатов, казалось, ничто более не смогло бы.

Веру в незыблемость сословной дифференциации общества, т.е. в то, что «Аллах дал преимущество одним людям перед другими», а также в богоугодность бартерной по существу торговли, на всех этапах эволюции общества от «примитивности» к «цивилизации» попытался укрепить в душах всех правоверных и Ибн Хальдун, выдвинув с этой целью концепцию некой «социальной физики». Вместе с тем, последняя не лишена отдельных поучительных идей и историко-экономических обобщений, таких, например, как необходимость возвышенного отношения к труду, порицание скупости, жадности и расточительства, понимание объективного характера прогрессивных структурных изменений в сферах экономики, благодаря которым к давним хозяйственным заботам людей в земледелии и скотоводстве прибавились сравнительно новые занятия в ремесленном производстве и торговле.

Переход к цивилизации и соответственно избыточному производству материальных благ позволит, по мнению Ибн Хальдуна, многократно приумножить национальное богатство, и со временем каждый человек сможет обрести больший достаток вплоть до предметов роскоши, но при этом никогда не наступит всеобщее социальное и имущественное равенство и не исчезнет деление общества на «слои» (сословия) по имущественному признаку и принципу «предводительства».

Развивая тезис о проблеме достатка и недостатка в обществе материальных благ, мыслитель указывает на ее обусловленность прежде всего размерами городов, точнее, степенью их заселенности и делает следующие выводы.

- С ростом города растет достаток в «необходимом» и «лишенном необходимости», приводя к снижению цен на первое и росту цен на второе и свидетельствуя одновременно о процветании города.

- Малочисленность населения города является причиной дефицита и дороговизны всех необходимых его населению материальных благ.

- Расцвет города (как и общества в целом) реален в условиях снижающихся размеров налогов, включая пошлины и поборы правителей на городских рынках.

Фома Аквинский (Аквинат) (1225—1474). Этот итальянский монах-доминиканец считается наиболее авторитетной фигурой упоминавшейся выше школы канонистов на позднем этапе ее развития. Его воззрения в области социально-экономического устройства общества существенно разнятся с положениями основателя канонизма, или, как еще говорят, ранней школы канонистов, Августина Блаженного (354—430). При этом, на первый взгляд, Ф.Аквинский, подобно Августину, опирается на те же принципы религиозно-этического свойства, на основе которых школа на протяжении ряда столетий трактовала правила хозяйственной жизни, установления справедливых цен и достижения эквивалентного и пропорционального обмена.

На самом же деле Ф.Аквинский, учитывая реалии своего времени, изыскивает сравнительно новые объяснения социального неравенства в условиях более дифференцированного, чем прежде, сословного деления общества. В частности, в работе «Сумма теологии» он оперирует уже не единичными, а массовыми проявлениями признаков утверждающих себя изо дня в день масштабных товарно-денежных отношений в возросших числом и своим могуществом городах. Иными словами, в отличие от ранних канонистов, прогрессирующий рост городского ремесленного производства, крупных торговых и ростовщических операций Ф.Аквинский не характеризует отныне как исключительно греховные явления и не требует их запрещения.

С точки зрения методологических позиций, внешне у автора «Суммы теологии» почти нет расхождений с ранними канонистами. Однако, если последние придерживались принципа неоспоримой авторитарности текстов священного писания и трудов церковных теоретиков, а также метода морально-этического обоснования сути экономических и явлений, то Ф.Аквинский наряду с названными инструментами исследования использует и так называемый принцип двойственности оценок, позволяющий средствами софистики диаметрально изменить суть первоначальной трактовки хозяйственного или экономической категории.1

Понимание различий и совпадений в структуре исследовательского процесса и экономического явления заключается в рассмотрении принципа понимания, как расположены имущественные экономические отношения в процессе взаимодействия экономических субъектов. В данной ситуации важно проявление связи частей исследуемого экономического явления с целью организации, совпадения ее принципа с принципом ее исследования. При этом следует отметить, что наиболее полно проблема такого совпадения прослеживается в эволюции экономической мысли в период зарождения рыночной экономики и предпринимательства.

Вытеснение натурального хозяйства рыночными экономическими отношениями происходило на протяжении значительного промежутка времени, именуемого историками-экономистами не иначе как периодом (эпохой) меркантилизма. Широко распространена в экономической литературе и характеристика этого времени К.Марксом, назвавшим его периодом «первоначального накопления капитала». Кроме того, в марксистском толковании меркантилизм — это прежде всего один из последовавших за географическими открытиями моментов в процессе перехода от феодализма ж капитализму.

Между тем все экономисты современности единодушны как в том, что меркантилизм обозначил переходный период в зарождении экономической науки в качестве самостоятельной отрасли человеческих знаний в социально-экономической сфере, так и в том, что благодаря меркантилизму пришло понимание сдерживающих признаков научно-технического прогресса в доиндустриальной экономике. Латинские («mercari»— торговать), англофранцузские («mercantile» — торговый) и итальянские («mercante» — торговец, купец)в«меркантилизм», конечно же, не дают полного представления о сути меркантилистской системы, «принципы» научного мировоззрения которой господствовали на протяжении XVI-—XVIII столетий.

В частности, идеологи меркантилизма были убеждены, что только деньги (золотые и серебряные) и сокровища олицетворяют богатство нации, государства. Приумножение богатства, полагали они, требует протекционистских мер по регулированию внешней торговли и того, чтобы поощрялся экспорт, сдерживался импорт и всемерно поддерживалась национальная промышленность. Наряду с этим из-за отсутствия должных теоретических познаний в области народонаселения меркантилисты считали возможным поддержание низкого уровня заработной платы благодаря росту населения (предложения рабочей силы).

По меркантилистской концепции достижение активного торгового баланса увязывается непременно с мерами государственного вмешательства, а источником богатства считается неэквивалентный обмен в результате торговых взаимоотношений с другими государствами. Причем не только меркантилисты, но и- подавляющая часть представителей вытеснившей их впоследствии классической политической экономии, безусловно, верили в абсолютную власть просвещенной деспотии, т.е. в монархию, и были весьма далеки от истинных принципов демократии.

К сказанному следует прибавить, что даже более 100 лет спустя после выхода в свет в 1664 г. книги английского меркантилиста Томаса Мена («Богатство Англии во внешней торговле, или Баланс нашей внешней торговли как принцип нашего богатства»), т.е. когда уже появилось «Исследование о природе и причинах богатства народов» великого Адама Смита (1776) и были опубликованы произведения крупнейших физиократов Ф.Кенэ и А.Тюрго, — еще тогда во Франции, например, сохранялись такие средневековые «традиции», как ремесленные цехи и феодальные привилегии (отменены в 1790 г.), а в Англии — Статут о ремесленниках и елизаветинский Закон о бедных (отменены соответственно в 1813—1814 и 1834 гг.). Другими словами, меркантилисты, ратуя за всеобщую коммерциализацию национального хозяйства, все же сдерживали этот процесс в отношении таких основных факторов производства, как труд и земля, без чего едва ли вообще возможна независимая рыночная экономическая система.

Характеризуя учение меркантилистов как систему практической политики, Н.Д. Кондратьев и другие современные экономисты прежде всего имеют в виду то обстоятельство, что промышленное производство в тот период контролировалось главным образом торговым капиталом, т.е. купцами. Благодаря последним эта сфера стала развиваться на коммерческой основе, и ее масштабы вышли далеко за пределы городов. Объяснялось это тем, что вплоть до конца XVIII в. преимущественно надомное производство не имело дорогого оборудования и поэтому, подключаясь к сфере промышленной деятельности, хорошо знавшие конъюнктуру рынка купцы мало чем рисковали, превратив ее в конечном счете в некий придаток торговли.

Таким образом, в ситуации доиндустриальной экономики меркантилистам не приходилось сталкиваться с проблемами регулярной занятости рабочей силы, организации неизвестного тогда еще фабрично-заводского производства. Основными их требованиями неизменно оставались превышение экспорта над импортом, стимулирование вывоза из страны капитала и ввоза в нее золота и роскоши из-за рубежа, недопущение в национальную экономику заграничных инвестиций.Однако подобного рода теоретические установки, основанные на протекционистских настроениях в области государственного регулирования внешней торговли, наивное отождествление денег и богатства, всемерное одобрение общественных работ и другие постулаты меркантилистов в самом деле располагают к нелепым с позиций сегодняшней экономической науки выводам об «обязанности» государства обеспечивать население рабочими местами, придерживаться политики «разори соседа» ради обогащения собственного народа и т.п.



Меркантилизм (франц. mercantilisme, от итал. mercante - торговец, купец),

  1) первая школа буржуазной политической экономии, попытка теоретического обоснования экономической политики, отстаиваемой купцами.

  2) Экономическая политика периода раннего капитализма, характеризующаяся активным вмешательством государства в хозяйственную жизнь.

  Ранний Меркантилизм (последняя треть 15 - середина 16 вв.) охарактеризован К. Марксом как монетарная система (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 24, с. 71). Представители - У. Стаффорд (Англия), Де Сантис, Г. Скаруффи (Италия). Главным в раннем Меркантилизм являлась теория денежного баланса, обосновывавшая политику, направленную на увеличение денежного богатства чисто законодательным путём. В целях удержания денег в стране запрещался их вывоз за границу, все денежные суммы, вырученные от продажи, иностранцы были обязаны истратить на покупку местных изделий.

  Поздний Меркантилизм развивается со 2-й половины 16 в. и достигает расцвета в 17 в. Его главные теоретики - Т. Мен (Англия), А. Серра (Италия), А. Монкретьен (Франция). Для позднего Меркантилизм характерна система активного торгового баланса, который обеспечивается путём вывоза готовых изделий своей страны и при помощи посреднической торговли в связи с чем разрешался вывоз денег за границу. При этом выдвигался принцип: покупать дешевле в одной стране и продавать дороже в другой.

  Политика Меркантилизм заключалась в поощрении - с целью увеличения производства товаров для экспорта - развития промышленности, особенно мануфактурной (см. Мануфактура),в активном протекционизме, в поддержке экспансии торгового капитала, в частности, в поощрении создания монопольных торговых компаний, в развитии мореплавания и флота, захвате колоний; в резком повышении налогового обложения для финансирования всех этих мероприятий.

  Меркантилисты всё своё внимание уделяли сфере обращения и не исследовали внутренних законов зарождавшегося капиталистического производства. Политическая экономия рассматривалась ими как наука о торговом балансе. Ранние меркантилисты богатство отождествляли с золотом и серебром как вещами, поздние же под богатством понимали избыток продуктов, который оставался после удовлетворения потребностей страны, но который должен на внешнем рынке превратиться в деньги. В связи с недостатком денег их функции ранние меркантилисты сводили к средству накопления, а поздние меркантилисты видели в деньгах также и средство обращения. Вместе с тем, отстаивая посредническую торговлю, поздние меркантилисты по существу трактовали деньги как капитал. Поздние меркантилисты признавали, что деньги - это товар, но как и все предшественники Маркса, они не смогли преодолеть главную трудность - выяснить, как и почему товар становится деньгами. В противоречии с тезисом «деньги - богатство» ранние меркантилисты явились родоначальниками номиналистической теории денег, а поздние - количественной теории (см. Деньги, раздел Буржуазные теории денег). Главный источник прибыли поздние меркантилисты видели в неэквивалентном обмене во внешней торговле. Поэтому производительным они объявляли труд только тех отраслей, продукты которых при вывозе за границу приносили стране больше денег, чем они стоили.

  С развитием капитализма основные положения Меркантилизм перестали соответствовать новым экономическим условиям. На смену Меркантилизм пришла классическая буржуазная политическая экономия, теоретически обосновывавшая свободу хозяйственной деятельности (см. Фритредерство).

Принципы меркантилистов:

1)      регулирование внешней торговли с целью притока в страну золота и серебра;

2)      поддержка промышленности путем импорта дешевого сырья;

3)      протекционистские тарифы на импортируемые промышленные товары;

4)      поощрение экспорта, особенно готовой продукции;

5)      рост населения для поддержания низкого уровня зарплаты.







Начало классической школы

Считается, что классическая школа была заложена У.Петти, однако следует сказать, что его идеи относят к школе физиократов - это самое начало классической школы и в полной мере к самой классической школе не относится. Однако физиократы заложили те основы, к которым позже не раз обращались классики. Петти, Буагильбер, Кенэ, Тюрго -всех их можно считать ранними классиками. Именно им принадлежат первые теории в истории экономических учений. Поэтому я вкратце хотел бы остановиться на этих экономистах и их основных теориях.

Классическая школа политэкономии - направление экономической мысли (кон. 17 в. - 30-е гг. 19 в.). Главные представители: У. Петти, А. Смит, Д. Рикардо (Великобритания), П. Буагильбер, А. Р. Ж. Тюрго, Ф. Кенэ (Франция), Ж. Ш. Сисмонди (Швейцария). В основе теоретических построений классической школы лежало представление о том, что процессы производства, распределения и потребления богатства определяются объективными экономическими законами. Классическая школа исследовала механизм воспроизводства, денежное обращение и кредит, государственные финансы, разрабатывала трудовую теорию стоимости. Выступала за экономическую свободу, ограничение вмешательства государства в экономику. Оказала значительное влияние на развитие экономической науки.







Воззрения классической школы

В принципе на рынке труда теоретически возможно установление равновесия. Механизм его установления, согласно воззрений классической школы таков: в первом случае, то есть при нехватке работников, предприниматели готовы не только привлечь новых работников при неизвестной заработной плате, но и повысить её, чтобы занять пустующие рабочие места; во втором - появление безработных, готовых трудиться за более низкую заработную плату.

Исходя из этого, причину безработицы представители классического направления видели в требованиях наёмными работниками высокой зарплаты. Соответственно безработица, по их мнению, могла быть устранена автоматически, самим рыночным механизмом, вследствие “давления” предложения труда на зарплату вниз до равновесия. Другими словами, с позиции экономической теории сама безработица способна снижать уровень зарплаты и повышать занятость.

Из классической концепции вытекает однозначный ответ о роли государства в экономике. Если рынок обладает регуляторами, способными обеспечить автоматическое использование имеющихся ресурсов, то вмешательство государства является излишним. Именно в классической теории был сформулирован принцип невмешательства государства в экономику вообще и в сферу рынка труда, в частности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В начале XIX в. буржуазия ещё была восходящим классом, и Рикардо, как её идеолог, развивал политическую экономию в прогрессивном направлении, поскольку это было возможно в рамках буржуазного кругозора.

Считая капитализм абсолютно прогрессивной формой производства, Рикардо отрицал возможность всеобщих кризисов перепроизводства. Он воспринял догму Адама Смита, что закрыло ему путь к научному анализу капиталистического воспроизводства. Как экономист эпохи промышленного переворота, Рикардо развивал политическую экономию в научном направлении и устранял из неё те противоречия во взглядах своих предшественников, которые были обусловлены незрелостью капитализма в мануфактурный период его развития. Вместе с тем Рикардо вплотную столкнулся с такими экономическими проблемами, которые в рамках буржуазного кругозора являются неразрешимыми. Это прежде всего относится к проблеме прибавочной стоимости. Поэтому, как указывал К. Маркс, в лице Рикардо буржуазная политическая экономия достигла своего последнего, непереходимого предела.

К. Маркс, дав последовательную и всестороннюю критику теории Рикардо, вместе с тем показал его заслуги в развитии политической экономии и отмечал, что историческое значение Рикардо для экономической науки заключается прежде всего в его теории стоимости. Подвергнув критике теорию стоимости А. Смита, не видевшего различия между трудом, затраченным на производство товара, и трудом, покупаимым в обмен на товар, Рикардо доказал, что стоимость определяется трудом, затраченным на производство товара, что в стоимость входит также и стоимость потреблённых средств производства, что стоимость определяется необходимым рабочим временем.

Заслуга Рикардо состоит в том, что он стремился положить теорию трудовой стоимости в основу всей политической экономии. На базе своей теории стоимости Рикардо отверг мысль о том, что прибыль является продуктом самого капитала, и определили капитал как накопленный труд, в отличие от А. Смита, трактовавшего капитал как запас, предназначенный для дальнейшего производства. В законе стоимости Рикардо искал основы и для теории распределения. Он рассматривал заработную плату и прибыль как две части стоимости, созданной трудом, и пришёл к выводу, что понижение заработной платы повышает прибыль, а повышение её снижает прибыль. Этим Рикардо фактически обнаружил противоположность интересов пролетариата и буржуазии. Теорию земельной ренты Рикардо также стоил на основе теории стоимости, что составляет её теоретическое достоинство.

2. Неоклассическая школа

Неоклассическая теория исследовала рыночное хозяйство в период господства свободной конкуренции. Она соединила идеи классической политической экономии с идеями маржинализма.

Альфред Маршалл (1842-1924) — один из ведущих представителей неоклассической экономической теории, лидер кембриджской школы маржинализма.

Главный труд А. Маршалла — шестикнижие «Принципы экономикс» — издан в 1890 г. и впоследствии постоянно им дополнялся и перерабатывался в восьми вышедших при его жизни изданиях.

С точки зрения преемственности идей «классиков», А.Маршалл исследовал экономическую деятельность людей с позиций «чистой» экономической теории и идеальной модели хозяйствования, возможной благодаря «совершенной конкуренции». Но придя через новые маржинальные принципы к идее равновесия экономики, он характеризовал ее лишь как «частную» ситуацию, т.е. на уровне фирмы, отрасли (микроэкономики). Подобный подход стал определяющим как для созданной им кембриджской школы, так и для большинства неоклассиков конца XIX — первой трети XX в.

Термин «экономикс» Маршалл ввел в первой же главе своей книги Политическая экономия, или экономическая наука (Economics), занимается исследованием нормальной жизнедеятельности человеческого общества; она изучает ту сферу индивидуальных и общественных действий, которая теснейшим образом связана с созданием материальных основ благосостояния.

Маршалл признает, что в современной ему экономике «распределение национального дивиденда плохое». Но если допустить «равное распределение национального дохода, — пишет он, — ...доходы народных масс — хотя они, конечно, значительно возрастут разово вследствие устранения всех неравенств — и близко не поднимутся даже временно к уровню, предсказываемому социалистическими ожиданиями золотого века.

Неравномерность богатства... серьезный дефект в нашем экономическом устройстве. Любое уменьшение его, достигнутое средствами, которые не подрывают мотивов свободной инициативы,.. было бы, по-видимому, явным общественным достижением».

Центральное место в исследованиях Маршалла занимает проблема свободного ценообразования на рынке, характеризуемом им как единый организм равновесной экономики, состоящий из мобильных и информированных друг о друге хозяйствующих субъектов. Рыночную цену он рассматривает как результат пересечения цены спроса, определяемой предельной полезностью, и цены предложения, определяемой предельными издержками.

А.Маршалл фактически сохранил заимствованную у «классиков» исходную позицию о совершенной конкуренции, предопределяющую положение о том, что цена задается рынком, а не предприятием. Кроме того, полагая, что каждый человек, приобретая вещь, исходит «из представляющихся ему возможностей или из складывающейся обстановки, или... из конъюнктуры», он вводит понятие «потребительский избыток». Последнее, на его взгляд, — это «разница между ценой, которую покупатель готов был бы уплатить, лишь бы не обойтись без данной вещи, и той ценой, которую он фактически за нее платит», т.е. «экономическое мерило его добавочного удовлетворения».

Одной из важных заслуг Маршалла является обобщение положений ранних маржиналистов о функциональной зависимости таких факторов, как цена, спрос и предложение. Он показал, в частности, что с понижением цены спрос растет, а с ростом цены — снижается и что, в свою очередь, с понижением цены предложение падает, а с ростом цены — растет.

Устойчивой, или равновесной, Маршалл считал такую цену, которая установлена в точке равновесия спроса и предложения (на графиках точку пересечения кривых спроса и предложения принято называть «крестом Маршалла»). Отсюда, как он полагает, если на рынке цена выше цены равновесия, то предложение превысит спрос и цена станет снижаться, и наоборот, если на рынке цена ниже цены равновесия, то спрос превысит предложение и цена станет повышаться.

В развитие теории «цены спроса» Маршалл выдвинул концепцию об «эластичности спроса». Последняя характеризуется им как показатель зависимости объема спроса от изменения цены. Он выявил разную степень эластичности спроса товаров в зависимости от структуры потребления, уровня доходов и других факторов, показал, что наименьшая эластичность спроса присуща товарам первой необходимости, но почему-то не признал подобное относительно предметов роскоши.

Но, по Маршаллу, существует особая зависимость влияния спроса и предложения на уровень рыночной цены от анализируемого периода времени. Рассматривая эту взаимосвязь «как общее правило», суть его он поясняет так: «Чем короче рассматриваемый период, тем больше надлежит учитывать в нашем анализе влияние спроса на стоимость, а чем этот период продолжительнее, тем большее значение приобретает влияние издержек производства на стоимость».

Важным течением в неоклассической науке стала теория благосостояния. Значительный вклад в нее внести Г. Седжвик и А. Пигу.

Генри Седжвик (1838-1900) в своем трактате «Принцип политической экономии» утверждал, что частная и общественная выгоды не совпадают, что свободная конкуренция обеспечивает эффективное производство богатства, но не дает справедливого распределения его. Система «естественной свободы» порождает конфликты между частными и общественными интересами. Конфликт возникает и внутри общественного интереса: между выгодой текущего момента и интересами будущих поколений.

Артур Пигу (1877-1959). Главный труд «Экономическая теория благосостояния». В центре его теории – понятие национального дивиденда (дохода). Он считал национальный дивиденд показателем не только эффективности общественного производства, но и меры общественного благосостояния. Пигу поставил задачу – выяснить соотношение экономических интересов общества и индивида в аспекте проблем распределения, используя понятие «предельный чистый продукт».

Ключевым понятием концепции Пигу является  дивергенция (разрыв) между частными выгодами и издержками и общественной выгодой и затратами. Пример – фабрика с дымящей трубой. Фабрика использует воздух (общественное благо) и возлагает на других внешние издержки. Средством воздействия Пигу считал систему налогов и субсидий.

Достижение максимума национального дивиденда возможно через действие 2-х дополняющих друг друга сил – частного интереса и вмешательства государства, выражающего интересы общества.

Неоклассическая концепция равновесия в условиях безработицы названа эффектом Пигу. Этот эффект показывает влияние активов на потребление и зависит от той части денежной массы, которая отражает чистую задолженность правительства. Поэтому эффект Пигу основывается на «внешних деньгах» (золото, бумажные деньги, государственные облигации) в отличие от «внутренних денег» (чековые депозиты), применительно к которым снижающиеся цены и зарплата не порождают чистого агрегатного эффекта. Следовательно, когда цены и зарплата снижаются, отношение предложения «внешнего» ликвидного богатства к национальному доходу возрастает до тех пор, пока стремление к сбережениям не начнет насыщаться, что в свою очередь стимулирует потребление.

Также Пигу внес коррективу в методологию исследования денег Фишера, предложив учитывать мотивы хозяйствующих субъектов на макроуровне, обусловливающие их «склонность к ликвидности» - стремление откладывать часть денег в запас в виде банковских вкладом и ценных бумаг.

Джон Бейтс Кларк (1847-1938) — основатель американской школы маржинализма, внесший заметный вклад в формирование неоклассической экономической теории конца XIX в.

Наиболее значимы его труды «Философия богатства» (1886) и «Распределение богатства» (1899), в которых ему удалось углубиться в наиболее популярные в ту пору маржинальные идеи и обозначить неординарные положения:

1) новизна методологии в рамках выдвинутого учения о трех естественных разделах (отделах) экономической науки. Первый охватывает универсальные явления богатства. Второй включает социально-экономическую статику и говорит о том, что происходит далее с богатством. Третий отдел включает социально-экономическую динамику и говорит о том, что происходит с богатством и благосостоянием общества при том условии, если общество меняет форму и способы деятельности;

2) обоснованный на микроэкономическом анализе закон предельной производительности факторов производства.

 «Распределение общественного дохода» регулируется общественным законом, который «при совершенно свободной конкуренции» может обеспечить каждому фактору производства создаваемую им сумму богатства.

«Богатство» — это количественно ограниченные источники материального человеческого благосостояния.

«Каждый фактор производства» имеет в общественном продукте ту долю богатства, которую именно он производит.

Разложение всего дохода общества на различные виды дохода (заработная плата, процент и прибыль) непосредственно и целиком является «предметом экономической науки». Названные виды дохода получаются соответственно «за выполнение работы», «за предоставление капитала» и «за координирование заработной платы и процента».

При определении доходов «со здравым смыслом» ни один из «классов людей», занятых в производстве, не будет «иметь претензий друг к другу».

В экономическом смысле производство продукта не закончено до тех пор, пока представители торговли не довели его до покупателя и продажа состоялась, что являет собой «завершающий акт общественного производства».

Воображаемому статическому общественному производству присущ неизменный характер операций, связанных с постоянным выпуском одних и тех же видов благ при прежних технологических процессах, видах орудий и материалов, не позволяющих ни увеличивать, ни уменьшать величину доставляемого производством богатства. В состоянии социально-статического производства земля возделывается одними и теми же орудиями и получается один и тот же вид урожая, а на фабриках работают с теми же машинами и материалами, т.е. ничего не меняется в способе производства богатства или, другими словами, производительный организм сохраняет свою форму неизменной.

Итак, в состоянии статики можно констатировать движение как бы в замкнутой системе, что предопределяет равновесность и стабильность экономики.

Общие виды изменений, которые образуют динамические условия, дестабилизирующие экономику:

1) увеличение населения;

2) рост капитала;

3) улучшение методов производства;

4) изменение форм промышленных предприятий;

5) выживание более производительных предприятий вместо устраняемых менее производительных.

Причем каждый вид рекомендуется выделять в качестве фактора, поддерживающего общество в динамическом состоянии и возвещающего о своем наличии воздействием на социальную структуру.

Кларк излагает предположение о том, что люди еще до окончания XX в. будут знать о последствиях, к которым приводят факторы динамического состояния общества, и произойдет это благодаря «чистой теории экономической динамики», позволяющей провести качественный анализ явлений изменчивости и перенести теорию в новую плоскость, расширив во много раз предмет политической экономии.

Кларк оперирует такими категориями, как «предельный рабочий», «предельный характер работы», «предельная полезность», «конечная полезность», «предельная производительность», и другими. Он всецело принимает и принцип приоритетности микроэкономического анализа, утверждая, в частности, что «жизнь Робинзона была введена в экономическое исследование вовсе не потому, что она важна сама по себе, а потому, что принципы, управляющие хозяйством изолированного индивидуума, продолжают руководить и экономикой современного государства».

Главная заслуга Кларка состоит в разработке концепции распределения доходов на основе принципов предельного анализа цен факторов производства, которую в экономической литературе называют законом предельной производительности  Кларка.

По мнению ученого, этот закон имеет место в условиях свободной (совершенной) конкуренции, когда мобильность всех хозяйствующих субъектов способствует достижению параметров равновесия экономики.

Кларк решил сосредоточиться на принципе убывающей предельной производительности однородных, т.е. обладающих одинаковой эффективностью, факторов производства. Это означает, что при неизменной капиталовооруженности предельная производительность труда начнет снижаться с каждым вновь привлеченным работником и, наоборот, при неизменной численности работающих предельная производительность труда может быть выше только благодаря возросшей капиталовооруженности.

Построив разработку своей теории предельной производительности на микроуровне и в основном на примере свободно функционирующего конкурентного предприятия Кларк утверждает о существовании некой «зоны безразличия» или «предельной сферы», которая в сфере работы каждого предприятия считается контролируемой.

В принципе из «закона» предельной производительности Кларка возможен удручающий вывод о том, что цена фактора производства обусловлена ее относительной дефицитностью. Это, в частности, наводит на мысль, что «справедливая заработная плата» всегда соответствует предельной производительности труда, а последняя может быть относительно ниже другого более производительного фактора, т.е. капитала.

Суть «закона» Кларка сводится к следующему: фактор производства — труд или капитал — может приращиваться до тех пор, пока стоимость продукта, производимого этим фактором, не сравняется с его же ценой (например, численность работающих на предприятии возможно увеличивать лишь до определенного предела, т.е. пока данный фактор не вступил в «зону безразличия»).

Действие этого «закона» в практике хозяйствования предполагает, что стимул увеличивать фактор производства исчерпывает себя, когда цена этого фактора начинает превышать возможные доходы предпринимателя.