Экономическое положение на Украине (внешнеэкономический аспект)

Экономическое положение на Украине (внешнеэкономический аспект)

Внешнеэкономический аспект современной политической ситуации на Украине обусловливается существованием и воздействием трех мощных факторов: финансовой зависимости страны от западных международных организаций, энергетической зависимости от России и стран СНГ, а также заинтересованности в продвижении украинских вооружений на рынки зарубежных стран, в том числе и стран «третьего мира», а также стран СНГ.

Следует специально отметить, что в связи с неблагоприятно складывающейся для Украины конъюнктурой мирового рынка, а также с в связи с разрушением производственного потенциала украинской топливно-добывающей и металло-перерабатывающей промышленности, традиционно формировавшаяся заинтересованность этой страны в продвижении на внешние рынки товаров продовольственной группы, а также продуктов производства черной и цветной металлургии и угольной и химической промышленности имеет явную тенденцию к снижению.

Так, скажем, финансовая зависимость официального Киева от западных международных организаций, толкает руководство этой страны на поиск путей внедрения в про- западные бюрократические структуры, включая военные организации и ЕС. Однако, как отмечают известные российский аналитики, «объективные пределы ориентации Киева на ЕС и НАТО существуют и проявляют себя все более жестко. По признанию первого вице-премьера украинского Правительства А. Кинаха, из 200 деловых проектов, предложенных украинскими партнерами, только 10-15% были поддержаны западными инвесторами. Конечно, НАТО проявляет большой интерес к использованию Яворовского полигона и других военных объектов на территории Украины, однако столь явный перекос в военную сторону в украинско-западных связях не создает стабильной основы для встраивания страны в евро-атлантическое сообщество».

При этом, западные кредиторы пытаются активно влиять не только на внешнюю, так и на внутреннюю политику Украины, требуя от последней выполнения, в некоторых случаях, заведомо невыполнимых решений. Так, скажем, по материалам осеннего номера «Известий», МВФ осенью 1999 года угрожал Киеву задержкой в предоставлении очередного транша кредита в размере 90 млн. долл. из-за намерения украинских властей ввести налог на экспорт семян. Кроме того, Фонд продолжает настаивать на том, чтобы Украина увеличила тарифы на коммунальные услуги и жилье на 100% реальной стоимости, что вряд ли возможно из-за несогласия Верховной Рады принять соответствующий закон (Кстати, резкое сокращение состава, прав и возможностей украинского Верховного Совета, которое обусловило решение только что состоявшегося на Украине референдума, на самом деле, продиктовано именно указанными мотивами).

Иными словами, заокеанские займы Украины стимулировали развитие в экономике этой страны скорее негативных, нежели позитивных процессов. Между тем, финансовая зависимость Украины от стран Западного мира имеет долгосрочный характер, и будет обусловливать позицию политического руководства этой страны при решении, как внутриполитических, так и внешнеполитических проблем еще долгие годы.

Энергетическая зависимость Украины от России проявляется в двух объективных экономических составляющих: хронической задолженности Украины перед российскими компаниями-экспортерами нефте- и газопродуктов и электроэнергии, и несанкционированного забора нефти и газа из российских экспортных трубопроводов, включая реэкспорт Киевом части отобранного газа. Актуальными показателями энергетической зависимости явились, в частности, «газовый конфликт» 10 декабря 1999 года, когда Россия полностью прекратила поставки на Украину нефти и электроэнергии в связи с систематическим подворовыванием последней российского газа, «бензиновый кризис» лета 1999 года, перманентный энергетический голод на промышленных предприятиях Восточной Украины, другие.

Так, в течении 1999 года, руководство компании «Итера» (дилера «Газпрома» на Украине) неоднократно заявляло о намерении прекратить поставки газа на Украину из-за неуплаты долгов украинскими предприятиями. Со своей стороны, кампании-неплательщики ссылались на решение украинских властей о введении двухпроцентного таможенного сбора за газ, который не был заложен в бюджет кампаний. Другими словами, в данном случае мы имеем дело с очевидными недостатками государственного управления, которые оказывают разрушающее влияние на экономическую жизнь страны.

При этом, оптимизацию системы управления экономикой руководство Украины, как правило, подменяет серийным ведением бартерных сделок. Например, в 1999 году Киевский судостроительный-судоремонтный завод спустил на воду сухогрузный теплоход типа «река-море» стоимостью около 7 млн. долл., который должен был быть переданным «Газпрому» в счет погашения долга Украины за ранее поставленный газ. (Строительство этого судна финансировал «Нефтегаз» Украины). Очевидно, что «бартерный обмен», система взаимозачетов в качестве возможных путей решения проблемы украинской задолженности за энергоносители будет предложен Президентом Кучмой и во время проходящего в настоящий момент визита В.В.Путина в Киев. Поэтому в целом, нужно отдать должное: украинские власти, всячески стимулируют приобретение иностранными (включая российские) фирмами и промышленными группами украинских предприятий различного профиля, в частности, в счет уплаты долгов за энергоносители. Скажем, после прошлогодней поездки в столицу Украины российского Министра топлива и энергетики В. Калюжного, последний сообщил о планах передачи на безконкурсной основе в управление российским кампаниям контрольных пакетов акций Лисичанского нефте-перерабатывающего завода ОАО «ЛИНОС» в обмен на обеспечение загрузки мощностей НПЗ. По сведениям газеты «Известия», в планы «Альфа-групп» входит борьба за управление госпакетом акций НПЗ «Галичина». По информации издания «Коммерсант» управление кампании «Херсоннефтепереработка» находиться в руках российской финансово-промышленной «Группы «Альянс»», а в апреле 1999 года концерн ЛУКОЙЛ приобрел контрольный пакет акций Одесского НПЗ. Примеров таких множество. (К слову сказать, аналогичные процессы происходят и в других сферах экономики Украины. Так, скажем, кампания «Сибирский аллюминий» борется за обладание 5% акций Николаевского глиноземного завода, под контролем российских промышленных и финансовых групп находятся такие украинские предприятия, как АНТК «Антонов», Запорожский алюминиевый завод, «Южмаш», ряд предприятий ВПК, и т.д., и т.п.. С другой стороны, на Украине создается украино-корейское СП «АвтоЗАЗ-Daewoo», существование которого предполагает квотирование ввоза на Украину российских и чешских автомобилей, Горьковский автомобильный завод и американская кампания HADEN подписали контракт о строительстве нового окрасочного комплекса на «Крымавтогазе» (Симферополь), и т.д., и т.п. Словом, экономика Украины строиться по принципу «все на продажу»). Между тем, приобретение в собственность украинских промышленных предприятий, даже, если оно осуществляется в счет задолженности за российские энергоносители, в большинстве случаев, для российских компаний оказывается предприятием невыгодным, в виду оснащенности первых устаревшим оборудованием и необходимости их капитального инвестирования, что российские предприятия делать не в состоянии.

Еще более показательные процессы происходят в украинской энергетике.

Дело в том, что украинская энергосистема создавалась, как неотъемлемая часть системы энергообеспечения СССР. Пожалуй, в этой, как никакой другой, отрасли украинской экономики за годы независимости так и произошло структурных реформ, которые бы позволили в полной мере раскрыть все возможности этой потенциально прибыльной отрасли. В итоге, к лету прошлого года энергетика Украины оказалась на грани полного краха, а зимой 2000 года «веерные» отключения электроэнергии систематически происходили буквально во всех промышленных городах, как Восточной, так и Западной Украины.

Сегодня в энергетической отрасли Украины сосуществуют централизованное административное управление и элементы частной собственности. Процесс транспортировки электроэнергии на Украине осуществляется следующим образом: вначале вся произведенная в стране электроэнергия поступает на созданный несколько лет тому назад Оптовый рынок, потом по усредненной цене покупается поставщиками, которые затем продают ее потребителям. При этом, усредненная стоимость электроэнергии на Оптовом рынке составляет около 3-3,5 центов за 1 кВт, что, по мнению экспертов, существенно выше ее реальной рыночной стоимости. Кроме того, оплата электроэнергии производиться по аналогичной схеме: деньги со счетов региональных энергораспределителей через систему транзитных счетов ежесуточно аккумулируются на централизованном счете, а затем распределяются в обратном порядке. Очевидно, что при таком порядке вещей, часть средств ipso facto направляется отнюдь не на нужды энергетики (и в частности, на уплату долга шахтерам по заработной плате, который копится с 1996 года и в настоящий момент составляет 500 млн. долл), а оставшееся распределяется в большей степени по принципу «родства и свойства», нежели с учетом реальной прибыльности конкретных участников Оптового рынка.

Подоплека происходящего в украинской энергетике просматривается в официальных отчетах Минэнерго. Например, в 1997 году потребители оплатили 91,3 % электроэнергии, что составило около 4,3 млрд. долл. При этом стоимость топлива для энергогенерирующих компаний не превышала 2,3 млрд. долл., фонд заработной платы по отрасли в целом – около 300 млн. долл., еще 1,7 млрд. долл. было израсходовано на уплату налогов и текущие ремонты. Таким образом, исходя из официальных цифр, можно утверждать, что доходы электроэнергетики за 1997 год были равны расходам.

Однако к 1998 выяснилось, что, согласно официальным отчетам Минэнерго кредиторская задолженность энергопредприятий составляет 4 млрд. долл. и превышает дебиторскую задолженность на 2,7 млрд. грн. Природа указанного долга так и осталась тайной для экспертов Минэнерго Украины.

По мнению же российских специалистов, проблема заключается в создании порочной системы, которая приводит к финансовым злоупотреблениям со стороны государственных структур.

Особая проблема энергетической отрасли Украины – это проблема АЭС. Достаточно сказать, что только на проект «Укрытие» для 4-го энергоблока Чернобыльской АЭС, Европейским банком реконструкции и развития в 1999 году было выделено 100 млн. долл. При этом Украинская правительственная комиссия по комплексному решению проблем Чернобыльской АЭС определила, что, несмотря на угрозу жизни и здоровью населения страны, ЧАЭС не будет закрыта до лета 2000 года. И это не случайно: по сообщению Национальной атомной энергогенерирующей кампании Украины «Энергоатом», в настоящий момент, на 5-й АЭС Украины в работе находятся 9 из 14 энергоблоков; плановый ремонт проводится на 4-м и 5-м энегроблоках Запорожской АЭС, 3-м блоке Чернобыльской АЭС, 2-м блоке Ривненской АЭС и 3-м энергоблоке Южно-Украинской АЭС; 1-й энергоблок Южно-Украинской АЭС только подключен к энергосистеме после планового ремонта.

На самом деле, проблема украинских АЭС заключается, в частности, в их финансовой несостоятельности. Так, скажем, в первом полугодии 1999 года АЭС Украины смогли изыскать на закупку российских «твелов» только около 30 млн. долл., вместо необходимых 150, а из-за отсутствия топлива 7 энергоблоков украинских АЭС невозможно было вывести из режима плановых ремонтов. Это, в свою очередь, существенно увеличило нагрузку на гидро- и тепловые электростации и привело к тому, что созданные на осенне-зимний период скудные запасы угля и газа были почти исчерпаны. При этом, частота тока в энергосистеме снизилась с 49,9 Гц до 49,4 Гц, а Национальный диспетчерский центр предупредил о возможности масштабных аварийных отключений потребителей в случае, если частота снизится до 49, 2 Гц, между тем, в противном случае, возникнет опасность аварий на работающих энергоблоках АЭС.

Поставки российской электроэнергии, несомненно, улучшили бы ситуацию в энергетике Украины. Так, согласно договору между руководителем РАО «ЕЭС России» и руководством Сумской области Украины, заключенному в марте 1999 года, Ленинградская АЭС обязалась поставить на Украину 525 млн. кВтч электроэнергии по цене 0,012 за 1 кВтч.; причем, оплата поставок российской электроэнергии должна была осуществляться на 80% в форме бартера, продукцией таких предприятий, как НПО им. Фрунзе, «Химпром», «Насосэнергомаш», «Мотор-деталь» и др. Однако, большинству подобных планов не удается реализоваться в виду корыстной, недальновидной экономической политики киевского чиновничества.

Так, скажем, еще один перспективный план, могущий коренным образом изменить ситуацию в украинской энергетике состоит в предложении российской стороны в сотрудничестве с кампаний «Западэнерго» (Бурштынская и Добротворская ТЭС) осуществлять транзит российской электроэнегрии в бывшие страны СЭВ (т.е., в сущности, в восстановлении энергосистекмы «Мир»). Сегодня экспорт украинской электроэнергии осуществляется только с двух названных станций – в незначительных количествах, по заниженной цене и давальческой схеме. Иначе говоря, валюты стране деятельность «Западэнерго» не приносит. С другой стороны, украинская электроэнергия из-за переменной частоты тока не соответствует западным стандартам, а необходимое переоснащение энергогенерирующих станций вставками постоянного тока, с помощью которых можно достичь западного стандарта, обойдется для каждой электростанции в 70-100 млн.долл. Проблема, таким образом, сводится к отсутствию у станций необходимых финансовых средств, - отсутствию, которое можно компенсировать умелым управленческим решением.

Между тем, реализацию указанных проектов тормозят руководители некоторых теплоэлектростанций, которые, по информации компетентных источников, «зарабатывают» неплохие деньги в «незалежной» украинской энергетике, в несколько раз повышая при заключении прямых договоров цены на топливо, отчего цены на произведенную электроэнергию – соответственно – также возрастают.

В целом, можно сказать, что большинство проблем украинской энергетики имеют тот же источник, что и украинское политическое «самостийничанье»: неумелое управление и лихоимство.

Продолжим. Заинтересованность Украины в продвижении своих вооружений на рынки зарубежных стран, в том числе и стран «третьего мира» проявляется в участии России и Украины в европейском тендере по обеспечению стран НАТО самолетами военно-транспортной авиации (проекты самолетов АН-70 и АН-140), в лоббировании на внешних рынках продукции Харьковского танкового завода (проект модернизации танка Т-72), в распродаже зарубежем части вооружений, оставшихся на балансе Украины после распада Советского Союза, включая и ряд кораблей Черноморского Флота.

Относительно проектов АН-70 и АН-140 можно сказать, что в настоящий момент указанные проекты 93% финансируются самими авиастроителями, и лишь 7% выделили Правительства обеих стран. Правительства также не в состоянии повлиять на возможность кредитования проектов. По расчетам АНТК им. Антонова, для обеспечения серийного производства Ан-70 с выпуском 3-5 самолетов ежегодно АНТК необходимо 29 млн. долл. Разработчик самолетов уверен, что сегодня армиям разных стран нужно, по меньшей мере, 1,5 тыс. самолетов АН-70 для обеспечения потребностей сил быстрого реагирования. С АН-70 можно также выйти на рынки Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. По словам генерального конструктора АНТКП им. Антонова Балабуева, кредит с годовыми ставками в 10-12% мог бы обеспечить ускоренное выполнение указанных работ. Между тем, Национальный банк Украины сегодня в состоянии предложить 52%, а коммерческие банки – 75-85%, что, по мнению Балабуева, означает «харакири» для авиастроительной фирмы.

Относительно АН-140 российская печать пестрит сообщениями о том, что в этом предприятии «украинцы «нагрели» «старшего брата»». Дело в том, что финансирование АН-140 в течении всех лет строительства почти в полном объеме осуществлялось из бюджета России. Российские авиационные чиновники, во главе с Е. Шапошниковым, настаивают на том, что названный самолет является российско-украинским. Украинцы считают АН-140 собственными «произведением», поскольку факт ежегодных российских бюджетных ассигнований, по их мнению, юридических последствий не имеет. По словам газеты «Сегодня», «Авторство АНТК «Антонов» на этот самолет означает, что российским «эксплуатантам» не миновать проблем, поскольку «антоновцы» за услуги требуют немалых денег, «и никогда не известно заранее, сколько они запросят».

Несколько «оптимистичнее» выглядит картина с продукцией Харьковского танкового завода и распродажей вооружений, оставшихся на балансе Украины после распада Советского Союза. Так, например, можно сказать, что, по информации МИДа Армении, в 1993-1995 гг. Азербайджан закупил у Украины и отремонтировал на ее заводах 150 танков. В январе прошлого года агентство УНИАН со ссылкой на представителя центрального аппарата Министерства обороны Украины, сообщило о возможности участия Украины в программе по модернизации бронетехники Азербайджана и, конкретно, 147 танков Т-72 и 123 танков Т-55. В мае указанного года на встрече Министров обороны стран СНГ Армения обвинила Украину в продаже Азербайджану еще 300 танков. В украинской региональной печати нередко можно прочитать информацию о продаже продукции Харьковского танкостроительного завода Ираку, Ирану, Пакистану, другим стратегическим противникам России. (Скажем, по информации российской прессы, прошедшим летом в Крыму проходили переговоры украинских чиновников с представителями движения «Талибан»). Показателен также «подарок» в виде ракетного катера, который сделала, вопреки «проблемам становления национального флота», Украина Грузии «в целях укрепления ее береговой обороны». Таким образом, налицо очевидный факт активной распродажи Украиной своей части оружейного «наследства» бывшего Советского Союза в обмен не только на денежные средства, но и, в частности, устные гарантии ее политической «незалежности» (читай: сохранения у власти правящей политической элиты).

Интересно также отметить, что путем распродажи вооружений Советского Союза, Украина пытается нивелировать дисбаланс в расчетах с Россией за поступающие нефть и газ. Так, в качестве примера таких взаимозачетов можно привести решение о передачи Украиной России восьми стратегических бомбардировщиков Ту-160 и трех Ту-95МС в счет оплаты долга по газу. Каждый такой бомбардировщик был оценен в размере 25 млн. долл. Причкем, российские специалисты в этой области – гендиректор АНТК им. Туполева В. Александров и Штаб дальней авиации ВВС РФ – сочли указанную сделку невыгодной для России, т.к. названные бомбардировщики устарели морально и физически. Нужно также сказать о том, что по различным источникам, промышленные предприятия Украины поставляют в Россию 7-8 тыс. наименований комплектующих для различной техники, прежде всего, военного назначения. Так, подвесное вооружение для авиации делает завод им. Артема в Киеве, пусковые установки и системы наведения огня изготавливаются на киевском заводе «Арсенал», элементов для С-300 – в Запорожье и т.д., и т.п.

В целом следует отметить, что такая статья дохода украинского бюджета, как продажа вооружений не имеет серьезных перспектив, поскольку объемы накопленных за годы существования Советского Союза вооружений имеют тенденцию к снижению, а собственных материальных, интеллектуальных, финансовых ресурсов для их восполнения у Украины нет. (см. по этому поводу, скажем, сообщения о 20-тысячном сокращении призыва в армию на Украине в 1999 году, позволившим – судя по «парадным реляциям» украинской прессы – сэкономить этому государству 10 млн. долл.).

И последнее. О ситуации в химической, горнодобывающей, металлургической промышленности речь будет идти в специальных разделах работы. Если характеризовать ее одним словом, то эту ситуацию можно определить, как «развал».

Относительно же заинтересованности Украины в продвижении на внешние рынки товаров продовольственной группы то в пользу этого утверждения свидетельствует готовность Украины к введению полноценного режима свободной торговле на Заседании глав правительств СНГ в Ялте 8 октября 1999 года, который российскими средствами массовой информации комментируется, как выгодный для Украины, но не выгодный для России, что связывается с проблемой украинской задолженности перед Россией за энгергоносители («Почему мы с Россией не могли бы рассчитаться сахаром за тот же газ?» – восклицал, например, Л. Кучма в интервью «Независимой газете»). Вместе с тем, Кабинет министров Украины ввел ограничения на ввоз некоторых видов продовольствия мелкими партиями на таможенную территорию страны (в том числе транзитом) гражданами Украины, иностранными гражданами и лицами без гражданства. Так, что и в отношении продовольственных товаров украинские власти хотели бы проводить, как они выражаются, «многовекторную политику» - политику, которая предполагает выгоды исключительно для Украины, даже в ущерб экономическим интересам ее деловых партнеров. Разумеется, что в большинстве случаев такие сделки не осуществляются, что приносит ощутимый ущерб экономике Украины.

Список литературы

Р.В.Манекин. Экономическое положение на Украине (внешнеэкономический аспект)