Введение в метафизику духа

Введение в метафизику духа

Сазонов Владимир Николаевич

1. Вступление

Дух и его сферы уже не тайна и не мистическое наваждение. Проявляясь в человеке, он вырывается на просторы своей ойкумены, пробуждает брожение в обществе. Духовный протест в "Прогулках одинокого мечтателя" Ж-Ж Руссо (1) отозвался во Франции изобретением гильотины, жертвами якобинской диктатуры и термидорианского террора, войнами Наполеона и радикальным изменением геополитической ситуации в Европе. То, что Л. Гумилев называл пассионарностью, а В. Ленин реальной силой, имеет универсальное название - дух эпохи. Он входит в каждого человека, движет историей, его власть над нами беспредельна.

Правомерно ли такое утверждение? Пока только эзотерические учения признают всемогущество духа, являются по существу его апологией. Но, в силу этого, они не убеждают в том рационально мыслящего человека, не несут в себе системного знания мира. Поэтому возникает вопрос: не пора ли перейти от схоластической рефлексии по поводу духовности, к ее изучению? Чтобы законы духовного мира стали для человека тем же, чем являются сегодня законы физики для вещественного мира (ВМ). Чтобы можно было руководствоваться ими в сферах духовной жизни. При этом метафизика духовного мира должна иметь философскую и естественнонаучную составляющую. Необходимо определить также, какие существующие направления философской мысли не противоречат идее создания метафизики духа.

2. Постановка задачи

Чем же должен стать переход от рефлексии духа к его метафизике? Прежде всего, удовлетворением насущных потребностей человека и человечества понять Мир в целом. Это все труднее сделать в связи с победой в сознании человека рационалистического мышления, потерей опоры сферы духовного в вере в Бога. Теперь к ней люди смогут придти только через осознание ограниченности рационалистического мышления. Когда победит мировоззрение, не оторванное от духовной составляющей Мира, более того придающее духовному главенствующую роль в становлении ВМ. При этом беспредельность Мира, как по глубине, так занимаемому пространству будет не только декларироваться, а подвергаться осмыслению как постижимая реальность.

Опытное, чувственное знание не может быть методологической основой метафизики духа. Человеческое сознание удовлетворит лишь такое мировоззрение, которое включало бы дух, в качестве действующего субъекта сущего. Оно должно создать представление о становлении мира без тех былых пятен, которые свойственны современному естественнонаучному мировоззрению. Более того, именно с раскрытием функции духовного в становлении (эволюции) ВМ связано разрешение парадокса развития: его более высокие состояния могли взяться только из предшествующих (низких) состояний, но если это так, то является ли развитие таковым.

Метафизика, как философская наука, издревле акцентирует свое внимание на первооснове сущего, его первопричине и становлении. При этом под сущим понимается вещественный, реально наблюдаемый мир – природа. Но может ли первопричина мира находиться в нем самом? Или она содержится в том мире, который, по убеждению И. Канта должна изучать "метафизика метафизики", по нашей терминологии - метафизика духа. Трансформация названия, предложенного И. Кантом, вполне оправдана, поскольку за истекшее время термин "метафизика" оброс множеством, порою, взаимоисключающих толкований (2, 3, 4 стр. 630).

3. Три мировоззренческих принципа

Можно только удивляться прозорливости античных мыслителей в требованиях к мировоззрению. Их могло удовлетворить только такое, которое раскрывает представления о первопричине сущего, его первооснове и принципах становления. Первые древнегреческие философы приписывали качества первоосновы тому, что присутствовало, как казалось им, в любом предмете сущего, например, вода у Фалеса, огонь у Гераклита (4, стр. 1114, 227). Позднее первооснова стала обретать абстрактные формы: атом у Демокрита, хилэ у Аристотеля (4, стр. 286, 69). Последнее представлялось как гипотетическое, вещественное образование подобное, возникшему позже, эфиру, но имевшее более глубокое содержание, так как было наделено свойством первоосновы и первопричины.

Для древнегреческих философов характерно совмещение, казалось бы, несовместимых функций в первооснове сущего, называемого ими архе. Она определена ими и как первопричина, и как становление, и как идея, и как нечто безграничное (беспредельное) – апейрон у Анаксимандра (4, стр. 38). Более того, Гераклит так формулирует закон становления: "из всего одно и из одного все", называя его логосом (4, стр. 227). Логос у Гераклита исполняет божественные функции: существует не иначе, как утверждая себя в постоянной борьбе и смене противоположностей.

Древнегреческие мыслители метались в своих попытках выразить непознанное. Представляется естественным завершение поиска наделением всех вещей энтелехией (душой) (4, стр. 69). На нее Аристотель возложил функцию внутренней побудительной причины поведения предметов природы. Такое утверждение больше соответствует духу античной философии, чем Платоновское признание изначальной нежизненности вещей, с их оживлением только в результате восприятия божественных идей (4, стр. 782).

И все же древнегреческая мысль не создала мировоззрение, к которому она стремилась, так как заявленные для него основания требовали глубинного знания природы. Энтелехия Аристотеля, скорее всего, отчаянная реакция на неразбериху противоречивых мнений. Ею является и его утверждение, что первопричина и первооснова Мира не только предшествуют сущему, но и откроются нам только за его пределами. Эта мысль роднит древнегреческую философию, точнее ее метафизику, с теологией, придает ей онтологический характер.

В более поздние времена античным представлениям сущего были противопоставлены схоластические рассуждения о нем. В средние века они перешли в рефлексию о духе, завершившуюся абсолютизацией роли первопричины в создании сущего. Богу, имеющему первоначально гуманистическое предназначение (особенно в христианской интерпретации) были "даны" созидательными функциями. Догмат триединства давал возможность богословию объяснять любые явления природы и всю ее могуществом Бога. Становление сущего сводилось при этом к божественному акту. Его первооснова и принципы становления были объявлены излишней темой философской мысли. Отход от древнегреческих требований к мировоззрению обернулся для Европы тупиком в интеллектуальном развитии. Даже эпоха Возрождения, с ее возвратом к эллинизму в эстетике, не повернула творческую мысль к поиску целостного представления о Мире.

Эпоха Просвещения тоже не приблизила складывающееся мировоззрение к требованиям античных мыслителей. Открытия Нового времени создавали отдельные направления исследований, уводили все дальше ученых от целостного восприятия мира. Какая бы наука не возникала, она занималась тем, что древние греки назвали бы проявлением свойств первоосновы сущего. Но такое толкование результатов исследований чуждо Новому и Новейшему времени. Так в европейской культуре установились два типа мировоззрения. Одно сводило сущее и его становление к реализации безграничных возможностей первопричины (Бога); другое - к неосознанному поиску первоосновы сущего (его становления) на основе наблюдаемых закономерностей, их проявления в отрыве от первопричины.

Философия переняла у естествознания методологию исследований, сводя ее к гносеологии: теории познания на основе ощущений, восприятия – отражения природных явлений в их феноменах. В результате этого феноменизм стал методом познания действительности на бытовом, научном и философском уровнях. Даже попытка Канта обосновать принципиальную непознаваемость "вещи в себе", в конечном счете, завершилась трансцедентальным учением, феноменистическим в своей сути (5). Феноменизм, как методологический принцип, победил и в естествознании (6), и в духовной сфере (7). Так Гуссерль Э. в "Картезианских размышлениях" пишет: " Все, что есть для меня, есть для меня как таковое благодаря моему познающему сознанию, есть для меня познанное в моем опыте, помысленное в моем мышлении, теоретически развитое в моей теории, усмотренное в моем усмотрении" (8). К крайним формам феноменизма следует отнести философию субъективизма от Беркли до Юма (4, стр. 101, 1280).

Таким образом, заветы древнегреческих мыслителей погрязли в многочисленных, противоречивых, личностных по сути взглядах на мир, означавших отказ от целостного восприятия мира. Это привело к утрате даже стремлений поиска нужного человеку целостного мировоззрения.

4. Необходимость и предпосылки создания нового мировоззрения

Еще одно прискорбное следствие современного научного мировоззрения: стремление к познанию вошло в противоречие с потребностью человека в понимании мира. А между тем, только понимание Мира дает осознание смысла жизни, главного мотивирующего фактора человека. Но понять можно только целое, для человека это весь Мир, познать же - часть. То есть знание и понимание Мира находятся на разных полюсах умственной, душевной деятельности человека. При всей важности знания, только с ним придти к осознанью смысла жизни, пониманию устройства Мира. Девиз: "знание – сила" не актуален для новейшего времени, в котором состояние внутреннего мира человека стал определяющим фактором его жизни. Ведь структура сознания человека все более и более определяет направление его развития, а также человечества, планеты и, возможно, остального Мира.

Пренебрежение требованиями к мировоззрению людей уже привело наш мир к роковым последствиям: утрате нравственности вместо глубинного ее обоснования; к торжеству консенсуса (относительности) вместо стремления к постижению истины; к демократии вместо авторитета высшей власти; к атеизму вместо веры в Творца. Феноменизм низвел наше сознание до конструирования действительности в соответствии с ощущениями, отражением Мира в сознании человека, заполняя этой работой его духовный мир. В результате рационализм и детерминизм, как итог феноменистического восприятия мира, стали методологической основой европейского мировоззрения.

Страдая перечисленными изъянами, такому мировоззрению все же удалось построить картину мира (6). В ней мир представлен не как целостная самоорганизующаяся система, а как совокупность результатов отдельных направлений его исследования. Поэтому возникает множество факторов и наблюдений необъяснимых в рамках научной картины мира или не включенных в нее. Главный ее недостаток в том, что она противоречит второму началу термодинамики, утверждающему невозможность самопроизвольного протекания процессов сопровождающихся понижением энтропии, росту степени организованности мира, его самоорганизации.

Аномальные явления в микромире, в поведении элементарных частиц, в распространении информационных (энергетических) сигналов в пространстве также необъяснимы в рамках научной парадигмы. То же можно утверждать относительно психических явлений в человеке, его индивидуальной психологии. Бессознательное, невидимая психика не имеет научного объяснения, а психологии, как научной дисциплине, отказано в предмете исследования. Отождествление феномена с сущим, абсолютизация возможностей первопричины не обеспечили целостного взгляда на Мир, не объяснили его становления.

Иной методологический подход при создании мировоззрения, вытекает из опубликованной ранее духовно-эвристическая концепции бытия (сущего), ДЭКБ (9). Концепция, в частности, утверждает, что наш вещественный мир является продуктом духовного мира. Она углубляет горизонты понимания и описания Мира, включает в него все, чем заполнено пространство нашего континуума. Суммируя содержательную суть постулатов ДЭКБ и вытекающих следствий, можно утверждать, что концепция соответствует требованиям античных философов к мировоззрению и дает более глубокую трактовку понятий их метафизики. В качестве первоосновы сущего предложены духовные сущности рассматриваемые как семя Творца. Заполняя континуум, они образуют духовный мир, развитие которого привело к созданию ВМ. То есть духовный мир в ДЭКБ объявляется первопричиной сущего. Становление ж его (развитие, эволюция) происходит в соответствии с системными принципами причинности. При этом "функции" духовных сущностей, вытекающие из концепции, согласуются с теми, которые приписывали первооснове мира древнегреческие философы. Их совокупность (духовный мир по ДЭКБ) подобен в значительной степени описанию хилэ данному Аристотелем (4) и признанному в наше время Беннеттом Д. (10).

Являясь космологической гипотезой метафизического типа, ДЭКБ углубляет античные представления о сущем, придает духовному фундаментальную роль в становлении нашей вещественной Вселенной, создавая предпосылки новому мировоззрению. При этом в философском осмыслении нуждаются многие аспекты концепции (9), например, природа внутренней активности элементов сущего (двуединства); их способность к творчеству, предвидению будущего (идеала); механизмы формирования иерархической структуры Мира, функционирования ее. В совокупности это означает разработку представлений о духовных основах мира, его целостного понимания в рамках новой философской дисциплины - метафизики духа

5. Мировоззренческая значимость метафизики духа

Метафизика духа на базе онтологической по содержанию ДЭКБ должна содействовать решению основных мировоззренческих проблем: определению структуры бытия в рамках отношения бытие – небытие, представлению о мире, как о целом (всеобщем) и принципах его развития. А также ответу на другие вопросы, например: в какой мере беспредельность мира является препятствием для его осмысления? Можно ли придти к пониманию целого в условиях неполного знания его? Как опираясь на духовное придти к пониманию ВМ?

Метафизика духа может привести нас к пониманию сущего поскольку опосредует ВМ духовным. Она, если не подменит философию, то даст ей предмет исследования, как конкретной науки. Тем снимет с нее проклятие науки ни о чем. При этом основные философские вопросы будут сводиться к представлению Мира как саморазвивающейся системы, имеющей в качестве своей первоосновы духовные сущности. Они должно разрешаться не столько на осознании феноменов природных явлений, сколько на постижении механизмов реализации потенциала становления сущего (природы, мира) из духовных сущностей. При этом необходимо будет преодолевать логическое противоречие между представлением мира как целого и как беспредельного. А также отвечать на важные методологические вопросы, например:

В какой мере признание беспредельности Мира допускает понимание его?

Имеются ли предпосылки для осознания смысла нашего существования?

В какой мере психология является метафизикой духа, а психика – механизмом поддержания бытия сущего?

Позволит ли метафизика духа преодолеть парадокс развития, вытекающий из современного представления его?

Отказ от феноменизма, рационализма и детерминизма означает необходимость создания новой методологии, гносеологии понимания. В ней необходимо будет отказаться от прежних мировоззренческих ориентиров, основанных на классических (детерминистских) принципах причинности. Как известно, в соответствии с ними происходит поэтапное развертывание представления о явлении от его восприятия к логическому сопоставлению, опосредованию с другими явлениями и последующим построением причинно-следственных связей, завершаемых законом (формулой). Эта, не более чем механистическая схема, господствует в современном познании мира. Системная концепция причинности, призванная стать основанием нового мировоззрения, предполагает наличие самоорганизующегося принципа (элемента) в любом явлении. В противном случае, представленная сама себе система деструктурируется (в ней возрастает энтропия). В случае внешнего воздействия она неспособна определить свое поведения с позиций интересов будущего.

ДЭКБ позволяет преодолеть мировоззренческий тупик детерминизма, наделяя любой элемент ВМ духовной составляющей, ее творческим содержанием. Идея одухотворения мира (его элементов) не нова. Она присутствует во многих религиозных и мировоззренческих учениях (11). Но в отличие от них, ДЭКБ указывает на носителей духовности в объектах природы (духовные сущности), совокупность которых (духовный мир) созидает вещественный мир. Она дает также принципы системной организации духовного: внутренняя активность элементов ВМ имеет творческий характер и направлена на реализацию высших идеалов в соответствии с его местом в духовной иерархической структуре мира - содействует достижению метасистемных целей.

Таким образом, признание всеобщности системных принципов причинности переносит центр тяжести мировоззрения в сферу духа, так как только он способен осуществлять самоорганизацию вещественного мира. В сфере духа находятся и механизмы управления становлением ВМ, поиском которых, собственно, и должна заниматься метафизика духа. Успешность такого поиска будет зависеть от того, в какой мере удастся понять двуединство духовного и вещественного.

Существование духовного мира не обсуждалось в древнегреческой философии. И все же Аристотель утверждал, что причина нашего мира должна находиться вне его. Духовная сфера всегда была предметом интеллектуальных, творческих поисков человечества. Она исследуется в психологии и теологии. От них пришло к нам (вопреки детерминизму) понимание принципов самоорганизации (12, 13). Вместе с тем, нельзя пренебрегать детерминизмом при объяснении процессов в ВМ. Видимо, между классическими и системными принципами причинности такая же взаимосвязь, как между эвклидовой и неэвклидовой геометрией или между классической и квантовой механикой. Как известно принципы первых являются частными случаями вторых, проявляющиеся в простейших явлениях.

Метафизика духа должна привести нас к понимания ВМ в целом путем развития представлений о его первооснове: "познать можно часть, понять – целое". В такой формулировке таится неразрешимое противоречие, если искать понимание научными, рационалистическими (детерминистскими) методами. Составление представления о целом не должно предполагать разделение его на части. Более того, в познавательном плане любое целое практически безгранично, беспредельно, как бесконечно большие (и малые) величины в математике.

Метафизика духа вынуждена будет оперировать пространством-временем в их необъятной глубине, объеме, продолжительности. Иначе не придти к пониманию мира, осознанию смысла его существования, преодолению пороков связанных с потерей исторических ориентиров, непониманию сути прогресса (в чем он состоит?), уходу от жизни в мистику, местечковому патриотизму и многому иному, означающему самоубийство земной цивилизации.

Трансцендентное должно быть понято, несмотря на то, что само понимание является таковым. Это возможно только путем вхождение в замысел Творца, осознания идеала, духовной иерархической структуры сущего. Исследование взаимосвязи законов духовного и вещественного миров (одно из направлений метафизики духа) может выявить, что вторые могут быть частным случаем первых, вытекать из них. Из декларируемой в ДЭКБ материальности духовного мира следует, что его законы могут иметь всеобщий характер. Что эволюционные процессы в духовном мире имеют те же кинетические аспекты, что и в вещественном мире, а значения фундаментальных физических констант определялись в ходе эволюции духовного мира.

6. Основные направления метафизики духа

Метафизике духа должна быть одновременно и философской, и естественнонаучной дисциплиной. Имея сходство с древнегреческой философией по заявляемой цели, она будет отдавать приоритет духу в представлениях о развитии ВМ. При этом важно определиться с характером законов духовного мира. Можно ли в качестве их рассматривать нравственные, этические законы, божественные (религиозные) заповеди? Но в любом случае приоритеты должны поменяться местами. Традиционное отношение к духовным явлениям, как обслуживающим вещественные, например, категорический императив, должно смениться противоположным императивом. Преемственность духовного в ВМ является непременным требованием метафизики духа. Она не очевидна, поиск ее потребует интеллектуальные усилия. Необходимо находить в поведении объектов ВМ эквиваленты добра, любви, чести, совести и других проявлений духовности, искать в них движущие силы развития.

Метафизика духа должна раскрывать механизмы реализации системных принципов причинности. Это очень сложная задача. В рамках традиционного мышления невозможно представить духовные сущности с возложенными на них свойствами: беспредельно высокая энергетическая и творческая способность, возможность предвидения будущего, стремление к его реализации. Энергия духовных сущностей, способность трансформироваться в вещественные образования обеспечивают их высокий изначальный потенциал. В соответствии с ДЭКБ духовные сущности – семя Творца: семя Духа духовно. Можно провести аналогию с семенем растения, животного организма, с той разницей, что в духовных сущностях заложены беспредельно большие возможности. Они не в программе или алгоритме развития.

ДЭКБ позволяет судить о духовной иерархии в ВМ, указывает, что структура духовно-вещественного образования, степень ее сложности, определяет его ступень в иерархической системе. Однако в связи с этим возникают вопросы. Например, любой ли рост величины вещественного образования ведет к усложнению его духовной структуры, повышению статуса в иерархической системе. Очевидно, что структура устойчивых биологических образований (геном человека) сложнее, чем минеральных объектов любых размеров. Однако, ставит ли это человека в духовной иерархической структуре выше минеральных (включая космические) образований.

Задачи метафизики духа сложны и многообразны. Сегодня можно указать лишь некоторые из них:

Каков характер взаимодействия первичных духовных сущностей и возникающих структур в процессе эволюции духовного мира и образования из них ВМ?

В чем сущность двуединства духовного и вещественного и каковы механизмы их совместного существования?

Каковы возможности понимания Мира, как целостной системы, в условиях его практической беспредельности?

Как преодолеть методологический парадокс: придти к пониманию нашего мира через познание его?

В какой мере психология раскрывает природу духовного, а психика механизмы их взаимодействия в нем?

Способна ли метафизика духа выполнять в духовной сфере ту же роль, что наука - в вещественной.

Какова связь между представлениями мира, как целого и его развитием, в бесконечном движении от высшего к низшему? Объяснит ли метафизика духа парадокс развития?

Очевидно, что метафизика духа будет продвигать свою "методологию" опираясь, по крайней мере, на два постулата:

Плотность, энергия, творческая активность, время существования, как свойства духовных сущностей, беспредельны в рамках существующих представлений;

Развитие духовного мира не прерывается с возникновением вещественного мира. Законы становления едины в обоих мирах, представляют собой системные принципы причинности.

7. Заключение

Анализ истории формирования европейского мировоззрения позволил выделить три его исторического типа: метафизический (древнегреческий), теологический (христианский) и феноменистический (научный). Метафизический тип, основанный на признании первопричины сущего, его первоосновы и единого принципа становления в наибольшей степени соответствует глубинному пониманию природы мироздания, мировоззренческим потребностям человека. Два других типа мировоззрения разрабатывают лишь части первого: теологический – первопричину сущего, научный – его первооснову и (отчасти) закон становления.

Основанная на современных научных идеях, ДЭКБ позволяет глубже обосновать метафизический тип мировоззрения. При этом содержательная суть его аспектов определяется признанием того, что первооснову Мира составляют духовные сущности, совокупность которых создает духовный мир, являющийся первопричиной вещественного мира. Становление же Мира происходит в соответствии с системными принципами причинности. Дальнейшее развитие метафизического типа мировоззрения в соответствии с ДЭКБ потребует решения целого ряда философских, методологических проблем в рамках новой дисциплины – метафизики духа.

Признание преимуществ системных принципов причинности над картезианскими (детерминизм) привело к осознанию недостатков методологических основ современного научного мировоззрения, состоящих в феноменизме, рационализме. Новое мировоззрение возможно на признании того, что возникновение и становление нашего мира представляет собой реализацию потенциала саморазвития духовного мира.

Метафизика духа должна раскрыть взаимосвязи между началами нашего мира и его становлением в ВМ. При этом неизбежно утверждается приоритет духовного мира над ВМ, декларируется преемственность законов их становления. Таким путем удовлетворяется насущная потребность человека (и человечества) в смысле существования, определении жизненных ориентиров не на базе спекулятивных рассуждений о добре и зле, любви и ненависти, иных нравственно-этических норм, а на понимании высшей воли, высшей цели нашего предназначения. Тогда дух, душа, духовность становятся не умозрительными абстракциями, а активными субъектами эволюционного процесса, наполняются метафизическим содержанием.

Хотя метафизика духа не является наукой в ее традиционном понимании, она должна положить в свое основание постулаты. Констатация в них беспредельных, неосознаваемых нами свойств духовных сущностей, двуединство ВМ и другие ее положения не должны вызывать чувство безысходности, непознаваемости. Мистическим, восточным практикам опирающимся в познании на глубинные свойств нашего сознания: транс, экстаз и другие экстремальные психологические состояния, метафизика духа должна противопоставить доступные пониманию образы мира, его становления, осознания смысла жизни человека, человечества и Вселенной в целом.

Список литературы

Руссо Ж-Ж, Избранные сочинения т. 3 М. 1961 г.

Хайдеггер М. Что такое метафизика? М. Академический проект, 2007 г.

Дильтей В. Сущность философии. М. "Интрада", 2007 г.

Всемирная энциклопедия, философия. М. АСТ, 2001 г.

Кант И. Критика чистого разума. Симферополь: "Реноме" 1998 г.

Рузавин Г.И. Концепции современного естествознания М., 1997 г.

Гегель Ф. Феноменология духа. СПб "Наука", 2002 г.

Гуссерль Э. Картезианские размышления. СПб "Наука", 1998 г., стр. 171.

Сазонов В.Н. Духовно-эвристическая концепция бытия (сущего), Вопросы гуманитарных наук, 2008 г. № 2, стр. 53.

Беннетт Д. Драматическая вселенная ч. 1 "Профит Стайл" М. 2006 г.

Синицин А. Тайна человека. М. Аграф, 2007 г.

Адлер А. Индивидуальная психология. М. Изд-во МГУ, 1986 г.

Теяр де Шарден П. Феномен человека. М. Наука, 1987 г.