Бритоголовые

Бритоголовые

С.В. Беликов

Деятельность молодежного движения скинхедов (другое название – бритоголовые) на протяжении многих лет имела в России широчайший общественный резонанс; бритоголовые были и являются излюбленными героями средств массовой информации[1][145]. Уделяли им внимание и авторы, стоящие на социологических позициях[2][146].

Данная статья написана на основе включенного наблюдения, осуществлявшегося в 1996–2008 годах[3][147]. В том числе последние годы автор неоднократно соприкасался с данной субкультурой в ходе адвокатской практики. В качестве вспомогательного материала при проведении исследования использовались публицистические тексты, помещенные в скинхедских изданиях и на скинхедских сайтах в Интернете.

История возникновения и развития

Движение скинхедов зародилось во второй половине 1960-х годов в Великобритании. Между 1967 и 1969 годами возникло название skinhead's («кожаные головы») и сформировался определенный субкультурный стиль, включающий, в частности, остриженную «под ноль» голову.

Субкультура бритоголовых была субкультурой молодежи рабочих районов Британии. В какой-то мере она являлась протестной по отношению и к официальной буржуазной культуре, и к контркультуре 1960-х. Подростки из рабочих районов рассматривали британскую контркультуру как выпендреж «маменькиных сынков» из семей среднего класса и из богатых семей – развлечение состоятельных бездельников.

Первоначально у скинхедов не было националистической идеологии – субкультура формировалась не по национальному, а по социально-классовому типу, и в числе первых скинов можно было встретить выходцев из стран Латинской Америки, Африки и Азии. Музыкальный стиль oi (часто пишется как oi!), возникший в среде скинов в 1970-х годах, вобрал в себя черты нескольких стилей, в частности ска и реггей[4][148].

Постепенно в среде бритоголовых возникло течение скинхедов-националистов. Причиной послужил острый экономический кризис конца 1970-х, повлекший за собой массовые молодежные беспорядки, резкий рост безработицы и, в частности, активизацию ксенофобской пропаганды в попытке переложить ответственность за это на иммигрантов.

На настоящий момент движение распространено во многих странах мира, его максимальный подъем наблюдался на рубеже 1980–1990-х годов. В движении выделяются два идеологизированных течения, враждующих между собой – скинхеды-наци, следующие расистской идеологии, и «красные» скинхеды, стоящие на левацких позициях. Существуют и аполитичные группы, рассматривающие участие в движении исключительно как следование определенному скинхедскому стилю, упрощенно выраженному в формуле «пиво, секс и драки» – это так называемые «традиционные скинхеды» («трады», «треды», «трояны»); во многих странах они являются наиболее массовой ветвью скин-субкультуры.

На протяжении долгого времени в российском скин-движении преобладали скинхеды-наци. Только в последние годы наметилась тенденция увеличения числа «красных» скинхедов. В рамках данной статьи мы эту субкультуру практически не рассматриваем, уделяя внимание только бритоголовым националистической направленности.

В России развитие скин-движения прошло несколько этапов.

1990–1993 годы. Первые бритоголовые появились в России уже в начале 1990-х годов. Сначала их увидели в Москве, которая с той поры стала считаться идеологическим центром скин-движения. В это время в Москве насчитывалось не более нескольких десятков поклонников скин-культуры и идеологии. Основным местом встреч и общения тогдашних бритоголовых стали Старый Арбат и улицы рядом с метро «Китай-город»[5][149].

Изначально, когда движение бритоголовых в России находилось в состоянии зарождения, людей, осознающих себя скинхедами, насчитывалось крайне мало. Их эстетические и культурные вкусы вполне удовлетворялись записями иностранных скин-групп, попадавшими к ним через друзей и знакомых, и самопереводными статьями из заграничных газет и журналов. Вполне объяснимое желание послушать или почитать что-либо «свое» (идеологически близкое) удовлетворялось прослушиванием песен и изучением текстов некоторых отечественных групп панк-рока или хэви-металла. Уже в начале 1990-х годов в текстах наиболее экстремальных групп этих направлений появлялись экстремистские и национал-шовинистские черты и оттенки, однако до настоящих расистско-нацистских скин-песен им было еще далеко.

1993–1996 годы. В 1993–1994 годах численность московских бритоголовых достигла 150–200 человек[6][150]. Их деятельность уже заметно влияла на криминальные сводки столицы. Примерно тогда же первые «команды» скинхедов начинают возникать в крупнейших городах России и, прежде всего, в Санкт-Петербурге, Ростове, Волгограде и Нижнем Новгороде.

К 1995–1996 годам общее число бритоголовых перевалило за 1000 человек, а их субкультура и идеология стали заметным явлением в мире политического экстремизма правого толка. Известные неонацистские и ультраправые политические партии и движения начали искать контакты с наиболее авторитетными и одиозными лидерами российских скинхедов.

В 1995 году в Москве стал выходить журнал «Под ноль» – первый в России печатный орган собственно скин-движения (см. илл. 22); ранее, в 1995–1996 годах, в качестве журнала скинхедов выступал музыкальный «металлический» журнал «Железный марш». Примерно в то же время возникли и первые скин-банды – музыкальные группы, играющие в стиле оі.

1996–1998. Скачок в численности и организованности; в определенных молодежных кругах стало модно и престижно быть скинхедом. В связи с этим общее число российских скинхедов увеличилось в несколько десятков раз.

В Москве и Санкт-Петербурге появились довольно крупные группировки, включающие до сотни участников. В одной только Москве в 1998 году насчитывалось около 20 организованных объединений.

Всё возрастающее количество скинхедов и выросший вместе с ним спрос на скин-атрибутику породили (точнее перенесли на просторы России) целую скин-индустрию, созданную исключительно для бритоголовых. Потребности скинхедов в «спецодежде» удовлетворялись множеством различных фирм, как наших, так и зарубежных. Причем на смену штучным, заказным, кустарно выполненным вещам пришли целые цеха, производящие оптовые партии товара.

Вместо одного единственного нерегулярно выходившего скин-журнала «Под ноль» только в Москве появилось несколько новых скин-изданий: журналы «Стоп», «Удар», «Уличный боец», «Отвертка» и др. Число музыкальных скин-групп стало исчисляться несколькими десятками. В крупных городах России почти каждый месяц проходили скин-концерты, а пару раз в год – фестивали музыки в стиле oi. Лидировала здесь, безусловно, Москва, где наиболее организованные скины приглашали иностранные музыкальные коллективы, играющие в стиле «белого рока».

1998–2000 годы. Произошел значительный спад скин-движения, особенно в «столицах» – Москве и Санкт-Петербурге. На бритоголовых стали обращать внимание средства массовой информации. В обществе бритоголовые уже воспринимались не как еще один вид неформалов (достижение свободного демократического общества), а как злобные и опасные экстремисты.

Одновременно бритоголовыми заинтересовалась и милиция. Их начали задерживать за внешний вид, поэтому стиль одежды существенно изменился, маскируясь под общепринятый молодежный стиль. При осуждении судьи и прокуроры начали учитывать принадлежность к бритоголовым.

Движение избавилось от случайных людей и от тех, кто примкнул к движению только из-за его популярности. Бритоголовыми остались только полностью «отмороженные» и «упертые» – фанатики, наиболее преданные «идеям» скин-движения.

В связи с общим уменьшением скин-движения противоправных акций стало заметно меньше. Но оставшиеся скинхеды стали грамотнее и организованнее; многие из них начали серьезно сотрудничать с политическими объединениями и, прежде всего, с РНЕ, ННП, РНС, «Партией Свободы». У бритоголовых впервые появилась письменно закрепленная идеология – «Азбука славянских бритоголовых». Общая численность движения начала увеличиваться за счет регионов. Небольшие скин-команды стали возникать не только в мегаполисах, но и в средних городах.

Поскольку почти после каждого концерта бритоголовых происходили многочисленные драки и избиения, органы власти стали их запрещать, отменять или сокращать время проведения. Концерты становились менее массовыми, в Москве они проходили в основном за пределами кольцевой дороги. Однако на музыкальном рынке появилось огромное количество прилично записанных аудиокассет (в основном студийной записи) с песнями скин-групп России, ближнего и дальнего зарубежья.

2000–2004 годы. Скин-движение снова стало наращивать свою численность. Противоправные акции стали жестче и профессиональнее. Значительная часть бритоголовых постоянно сотрудничала с правоэкстремистскими политическими объединениями или состояла в них в качестве «боевой силы». Из многочисленных политических объединений, сотрудничающих с бритоголовыми, на первое место вышла Народная Национальная Партия. После нескольких крупных противоправных акций, произошедших в 2001–2002 годах, про бритоголовых и скин-движение написали практически все российские газеты. На фоне растущей популярности скин-движения и обострения межнациональных конфликтов появилось новое поколение бритоголовых неонацистов.

В период 2002-2003 годов на бритоголовых как на социально-политическое явление обратили внимание органы высшей исполнительной власти. И это «внимание» стоило бритоголовым очень дорого. Произошло усиление репрессивных и сдерживающих мер со стороны государства. В России произошел ряд «показательных» судебных процессов над бритоголовыми, в том числе и над участниками организованных скин-группировок.

С 2005 года по настоящее время.

К настоящему моменту субкультура скинхедов-наци сравнительно невелика. Помимо давления на скинов со стороны властей, причинами упадка субкультуры является сравнительное снижение ксенофобии в обществе[7][151] и «фактор моды» (мода на скинов прошла, численность их уменьшилась). Кроме того, уменьшение численности субкультуры не означает уменьшения количества молодежи, подверженной ультраправым идеям. Многие из этих молодых людей находят единомышленников в других сообществах; в частности большое количество потенциальных скинхедов привлекает в свои ряды Движение против нелегальной иммиграции.

Гендерный и социальный состав

Скин-движение включает в себя почти исключительно юношей. Грубость, постоянная демонстрация агрессии, питейные практики – всё это мало прельщает девушек.

Девушки в компании скинов – это, как правило, подруги кого-то из участников компании. Эти девушки часто не имеют отношения к скин-движению.

Отдельная категория – «скин-гелз» – девушки-скинхедки. Они более плотно включены в субкультуру, следуют субкультурному стилю во внешнем виде, осуществляют субкультурные практики. Есть даже информация о женских скин-группах; однако, насколько мы смогли установить, эти группы крайне малочисленны и находятся под покровительством мужских компаний.

Социальный состав движения различался на разных этапах его существования.

Первоначально основная часть ультраправой молодежи рекрутировалась из подростков 14–18 лет, происходивших из беднейших, социально неблагополучных семей. Большинство бритоголовых, принадлежащих к этой группе, проживало в бедных «спальных» районах рабочих окраин. Данная молодежь в своей массе в силу возраста и социального развития обладала весьма низким образовательным и культурным уровнем.

Однако в дальнейшем ситуация изменилась. Во второй половине 1990-х годов основную массу скинхедов составляли дети из весьма благополучных социальных слоев. Значительная их часть принадлежала к семьям бывшего советского «среднего класса» – квалифицированных рабочих, работников научно-исследовательских институтов, инженеров, чье благосостояние в 1990-е годы значительно ухудшилось. Многие являлись выходцами из семей, связанных с мелким и средним бизнесом. Есть данные, что в 20% уголовных дел, заведенных на скинхедов, подсудимые оказывались детьми сотрудников милиции, работников прокуратуры или военных[8][152]. У 42% бритоголовых доход на одного члена семьи был ниже среднего, у 34% он определялся как средний[9][153].

Правила бритоголовых

В качестве «программного» документа, содержащего идеологию скинхедов-наци, можно назвать брошюру «Азбука славянских бритоголовых». Ее издания состоят из 15–20 страниц и обычно иллюстрированы картинками из скин-журналов. Единого образца оформления «Азбуки...» не существует. Она была написана в апреле 2000 года московским неонацистом по кличке Салазар и впоследствии неоднократно дополнялась. Текст «Азбуки…» распространялся не только в виде отдельного печатного издания и через националистическую прессу, но и через Интернет. В ходе борьбы с проявлениями неонацизма многие сайты, на которых была выложена «Азбука…» закрывались, однако этот текст можно найти в сети и сейчас.

Первая часть «Азбуки...» посвящена идеологии бритоголовых, вторая – правилам их поведения.

У российских бритоголовых существует определенный набор «понятий» – правил, которым они должны неукоснительно следовать (естественно, при наличии возможности это делать). Эти «понятия» достаточно четко регламентируют, что можно, а что нельзя делать «настоящему бритоголовому», как ему поступать в той или иной ситуации. Ранее эти правила поведения не закреплялись письменно; они были известны «старым» скинхедам, которые доводили их до сведения новичков.

В первую очередь эти правила поведения включают в себя ряд запретов, исполнение которых строго обязательно. Настоящий бритоголовый должен не дружить с «инородцами», стараться не общаться с ними ни при каких обстоятельствах; игнорировать любые попытки контактов с их стороны; при любом удобном случае высказывать им свою ненависть и презрение. Настоящий бритоголовый должен по мере возможностей не допускать дружбы и общения между своими приятелями и «нерусскими». Обращаться за помощью к «инородцу» разрешается только в случае самой крайней необходимости. Запрещается предлагать ему свою помощь, утешать и сочувствовать.

При любом удобном случае настоящий скинхед должен проявлять агрессию по отношению к «инородцу». Это может быть и избиение, и издевательства, и простое оскорбление. Допускается и нанесение «мелкого вреда» – поджога дверей, разбивания стекол, рисования лозунгов.

Отдельно надо заметить, что в отношении смешанных пар «нерусского» (особенно негра, азиата или ярко выраженного «лица кавказской национальности») и «белой» девушки бритоголовый обязан произвести агрессивные действия при малейшей возможности. В отношении девушки (по терминологии скинов – «белой шлюхи»), также должны быть проведены действия, направленные на «разъяснение ей всей "тяжести" ее проступка». При этом «тяжесть» проступка может (но не обязательно) варьироваться в зависимости от степени близости «смешанной» пары (семейной, любовной, дружеской). Под «разъяснением» подразумевается в том числе и избиение девушки наравне с идущим с ней темнокожим парнем.

Отношение к парам «инородцев» немного более нейтрально; на них нападают только при «благоприятной» обстановке, когда нет особого риска. Однако такие пары (особенно семейные пары с детьми) также вызывают крайнюю агрессию, поскольку, по мнению бритоголовых, свидетельствуют о намерениях «небелых» – «размножаться на нашей земле» и, следовательно, «захватывать наше жизненное пространство».

Неосуществление агрессивных действий свидетельствует о лени и, что еще хуже для бритоголового, о трусости; это может привести к утрате авторитета.

Альтернативой агрессивным действиям может служить только активная деятельность по развитию своей организации и всего скин-движения в целом. Это может быть написание листовок, сочинение текстов песен, издание и распространение неонацистской литературы, налаживание контактов с другими скин-организациями.

Если бритоголовый видит драку, в которой участвуют скины, он должен присоединиться к ним, встав на их сторону, не выясняя причин драки. При любой удобной возможности бритоголовый должен помогать «своим» – в первую очередь бритоголовым, а также дружественно настроенным расистам и неонацистам. Помощь должна оказываться и просто «белым людям». Естественно, только в том случае, если «белый человек» не является сектантом, демократом, пацифистом, антифашистом или гомосексуалистом, а главное, разделяет убеждения бритоголовых или хотя бы сочувствует им.

Нападать «без причины» на простых белых людей категорически запрещается; также считается позорным «куражиться» или иным способом задирать «своих». Сами бритоголовые всегда подчеркивают, что именно этим они отличаются от так называемой «урлы» или «гопников».

Внешний вид бритоголовых

Бритоголового, следующего субкультурному канону, можно легко идентифицировать по голове, стриженной наголо и выбритой до блеска. Но на настоящий момент среди российских бритоголовых распространены просто очень коротко подстриженные волосы.

«Классический» комплекс одежды российского скинхеда включает следующие элементы.

Куртка – модель «бомбер» или «скутер» темных цветов. Джинсовые куртки в основном фирм Lee, Levi's, Wrangler.

Футболка – с рисунком в стиле White Power, на военную тему или со сценами насилия. Были популярны майки зеленой камуфляжной раскраски с нашитыми знаками и символами или с наколотыми значками.

Жилетка – камуфляжной раскраски или черного цвета.

Подтяжки.

Ремень – с большой и привлекательной пряжкой. Надо заметить, что очень часто ремень используется в качестве орудия ближнего боя, поэтому обычно скины выбирают пряжки потяжелее. Иногда края пряжки затачиваются или сама пряжка заливается свинцом.

Брюки – джинсы, желательно фирм Lee, Lewi's, Wrangier или камуфлированные штаны темных цветов, заправленные или подвернутые.

Нашивки – военная, NS, White Power, футбольная символика.

Ботинки – тяжелые, например, Dok. Martens, мыс которых закован в металл и выносит нагрузку до 500 кг, а подошвы могут защитить от воздействия кислоты и электрических разрядов. В России многие скины вместо Dok. Martens (стоящих недешево) покупают тяжелые военные ботинки.

По цвету шнурков на ботинках можно определить политическую принадлежность бритоголовых. Черные шнурки считаются нейтральными. Белые шнурки – сторонник идеологии White Power, расист. Коричневые – сторонник идеологии NS, неонацист. Красные – бритоголовый, придерживающийся коммунистической или леворадикальной ориентации. Встречается мнение, что наличие белых шнурков на ботинках является признаком «особой доблести» бритоголового, убийства им (индивидуально или в составе небольшой группы) инородца.

Очень часто бритоголовые надевают вещи камуфляжных расцветок.

Одной из частей «классического» костюма российских скинхедов является хромированная металлическая цепочка весом около 100–150 граммов, длинной около 60–80 см. Она обычно крепится в двух местах на боку джинсов и является средством украшения. Одновременно эта цепочка является грозным средством ближнего боя.

В конце 1990-х – начале 2000-х годов скинхеды носили описанную выше одежду как повседневную. Однако впоследствии, как уже говорилось выше, это стало небезопасно. В нескольких крупных городах России сотрудникам милиции были розданы брошюры с кратким описанием идеологии и субкультуры бритоголовых, а главное с изложением основных деталей внешнего вида. В Москве стали весьма распространенны задержания милицией под любым предлогом (или без него) и допросы подростков, которые внешне выглядели как скинхеды. В связи с этим внешний вид бритоголовых претерпел изменения: сначала исчезли нашивки и символы, потом – хромированные цепочки и камуфляжные брюки. Многие перестали брить головы.

Однако в некоторых случаях бритоголовые вспоминают о деталях «классического» стиля. Обычно «по всем правилам», в том числе с наличием знаков и символов, бритоголовые одеваются при посещении каких-либо развлекательных мероприятий «для своих» – например, музыкальных концертов.

Типажи бритоголовых

Как и любая молодежная субкультура, сообщество скинхедов неоднородно. В нем есть ядро (бритоголовые, всерьез увлеченные субкультурной стилистикой и деятельностью) и периферия (случайно или ради моды примкнувшие участники). Кроме того, существует разделение по интересам – каждый выбирает в деятельности субкультуры интересующую его составляющую.

Опишем несколько типажей.

Бойцы (солдаты). Одним из основополагающих в среде скинхедов является культ крепкого кулака и холодной жестокости. Лидерами скин-команд, как правило, становятся не те, кто наиболее умен, начитан, политически грамотен, умеет красноречиво изложить свои мысли, а те, кто силен, агрессивен, обладает навыками боя, может принудить исполнять свои приказы.

Основная деятельность «бойцов» обычно направлена на стычки, конфликты с «небелыми», нерусскими, или даже просто «не скинхедами», а также на подготовку членов группы к таким конфликтам. Всё свое свободное время бритоголовые «спортсмены» тратят на увеличение силы и на развитие мышечной массы в атлетических залах, спортивных секциях или полуподпольных «качалках». Именно участники этой группы и являются основой движения скинхедов. Благодаря многочисленным газетным публикациям именно такая разновидность бритоголовых наиболее известна обычному, среднему человеку.

Однако по степени мотивации группу «бойцов» можно условно разделить на две большие подгруппы.

Те, кто осуществляет (или старается осуществлять) свои агрессивные действия на основании определенного типа идеологии. При этом причины могут быть самыми различными – от личной мести «небелым» до осознанного желания калечить и физически уничтожить «объекты расовой войны».

Агрессивная криминализованная молодежь; довольно многие представители данной категории имеют неславянское или смешанное этническое происхождение. Особенно сильно такие группы молодежи были распространены в 1996–2000-х годах; именно в этот период в скин-движение достаточно органично вступили вчерашние уличные хулиганы, малолетняя шпана городских окраин.

Практически каждый год несколько десятков российских бритоголовых получают значительные тюремные сроки; большей частью это представители «бойцов».

Меломаны и музыканты. Существование скинхедов как в мире, так и в России во многом поддерживается наличием собственного музыкального стиля и большого количества «субкультурных» музыкальных коллективов. Поэтому одним из мест коммуникации для бритоголовых являются концерты (последнее время, как правило, закрытые). Меломаны могут также заниматься коллекционированием и обменом видео- и аудиозаписей, музыкальных журналов, символики и атрибутики скин-групп. В среде поклонников скин-музыки могут быть попытки самостоятельного музыкального творчества. Этот слой скинхедствущей молодежи является наиболее «мирным».

Политики. Настоящие скинхеды, особенно «старые», интересуются политикой, однако почти не участвуют в политической жизни общества и стараются выразить свое политическое кредо только перед друзьями, родственниками и знакомыми. Такие бритоголовые обладают достаточно твердой, устойчивой системой взглядов и воззрений, жестко закрепленной расистско-неонацистской направленности.

Часть наиболее политизированных бритоголовых, понимая неорганизованность и незрелость своего движения, неумение ориентироваться в политическом и околополитическом мире, пытается более тесно сотрудничать с относительно крупными и устойчивыми партиями и организациями типа РНС, ННП, ДПНИ и др.; при этом инициатива подобных контактов часто исходит со стороны этих самых политических организаций. В обмен на помощь и поддержку бритоголовые обеспечивают им в своем лице значительную часть сторонников и сочувствующих, помогают при проведении сходок и митингов, принимают участие в «силовых» акциях, распространении литературы и пропаганде.

«Модники». Отдельно и обособленно в общей массе скинхедов стоит категория «модников» – скинов самой низшей и наиболее презираемой категории. Они носят скин-атрибутику, слушают музыку бритоголовых, иногда посещают скин-концерты, но в массе своей тихи и неагрессивны, не следуют скиновской идеологии и манере поведения. Как правило, они не способны даже ответить на оскорбления и насмешки со стороны «правильных» бритоголовых; тем более, они не могут совершить какой-либо «славный», «геройский» (с точки зрения основной массы бритоголовых) поступок. Категория «модников» составляла наиболее значительную часть скин-движения в период его наибольшей популярности; репрессии против скинхедов быстро свели эту категорию на нет.

Манера поведения бритоголовых

Стереотипы поведения бритоголовых основаны на грубости и агрессии, активном подчеркивании брутального мужского начала. Бритоголовые отмечают, что именно они являют собой образец «настоящих мужиков».

Наблюдается разница в поведении и внешнем виде молодых скинхедов и более взрослых.

Молодых и неопытных бритоголовых выделить проще всего, поскольку они сразу же привлекают к себе всеобщее внимание. В первую очередь они выделяются своим внешним видом, одеваясь подчеркнуто «по-скиновски». Нашивок с символикой может и не присутствовать, но наличие тяжелых ботинок, джинсов и особого типа куртки считается обязательным. В общественных местах они ведут себя вызывающе шумно – громко смеются, постоянно ругаются, громко обсуждают тех, кто по тем или иным причинам им не нравится.

Взрослые и серьезные бритоголовые одеты гораздо скромнее и незаметнее, чем «молодые», да и вести себя они стараются по-взрослому. Как в одиночку, так и в присутствии товарищей они неизменно немногословны и мрачно сосредоточенны. Постоянно осознавая свою расовую, национальную и групповую принадлежность, они стремятся ни одним своим действием, не уронить звания «белого человека». Выделить их из общего числа молодежи можно только при внимательном наблюдении, основываясь как на внешних деталях одежды, так и на манере поведения. Несмотря на «взрослость» они ведут себя подчеркнуто вежливо по отношению к «своим» – простым русским (белым) людям. В общественных местах пожилым людям обязательно

уступают место, помогут поднести какую-либо тяжелую вещь, вежливо ответят на вопрос. Такое же поведение свойственно по отношению к матери с ребенком или беременной женщине. Однако такие же категории «не своих» взрослые бритоголовые так же подчеркнуто не замечают. Или при случае могут сделать какой-либо небольшой выпад в отношении «не своего»: тихо сказать что-либо неприятное, а то и незаметно ударить кулаком. Очень часто даже при отсутствии реальной возможности для нападения они постоянно пристально или с вызовом разглядывают возможные «объекты расовой войны».

Различие в поведении «молодых» и «старых» скинов обусловлено, конечно, особенностями их возрастов, но не только. Надо учитывать, что многие «хулиганы» при достижении определенного возраста уходят из скин-движения (высокая текучесть типична для любых неформальных молодежных объединений); в рядах ультраправых остаются идейные участники, запросы которых выходят за рамки агрессивного молодежного поведения.

В число «нормативных» черт бритоголовых входит возведенная в культ любовь к пиву (этот алкогольный напиток играет для бритоголовых такую же знаковую роль, какую для хиппи и растаманов играет марихуана).

Любят скины и спортивные зрелища, особенно футбол; многие являются заядлыми болельщиками, часто посещают футбольные матчи.

Для значительной части скинхедов характерно увлечение спортом, точнее, его агрессивно-контактными видами, например, боксом, кик-боксингом. Часть бритоголовых занимается силовым атлетическим спортом: тяжелой атлетикой, культуризмом, гиревым спортом. Иногда под эти занятия подводится «идеологическая основа». Бритоголовые говорят, что русский, славянин, ариец (белый европеец) должен быть крепким, сильным и здоровым. Он должен вырастить здоровое поколение, должен уметь дать сдачи «недочеловекам», защитить свое достоинство «белого человека», выжить в схватке с противником и в любой момент быть готовым к отпору со стороны недругов.

По нашим наблюдениям, стиль взаимоотношений в среде скинхедов в разные периоды развития субкультуры был различным. В 1996–1998-х годах, как ни странно, отношения друг к другу были очень жесткими, было много злых «подколок», постоянно вспыхивали конфликты; пренебрежительным было отношение старших к младшим. В 2000–2002 годах уже появилось понимание того, что команду надо сплачивать, появилась атмосфера братства и взаимопомощи. Такое различие обусловлено, в первую очередь, условиями бытования скинхедов в различные годы. В 1996–1998-х это была субкультура, не подвергающаяся гонениям и в то же время модная. Так, мы наблюдали следующий эпизод: двое парней попросили принять их в команду бритоголовых, но их встретили неприветливо – заставили много пить и драться, подкалывали их. Когда парни ушли, мы спросили скинов, почему такое отношение, ведь это были их идейные соратники. Ответ был таким: «К нам люди – всегда придут». И действительно, в те времена недостатка в рекрутируемых со стороны не было. В начале 2000-х положение коренным образом изменилось – бритоголовые стали подвергаться давлению со стороны властей, скинхедом стало быть опасно. Это положительно отразилось на внутренней атмосфере группировок – скины стали уважительнее относиться друг к другу, появилось нормальное покровительственное отношение к молодежи. Еще одна причина изменения характера взаимоотношений – в изменении социального состава субкультуры: как мы уже говорили, волна второй половины 1990-х включала в себя преимущественно «рабочую молодежь», а волна начала 2000-х – молодежь из семей с более высоким достатком и образованием.

Как нам кажется, двух-трехлетнее пребывание в рядах скинов в большинстве случаев заметно влияет на формирование специфичного поведения. По крайней мере, бывших бритоголовых обычно можно опознать по речи и манерам.

Символы бритоголовых

Многие бритоголовые используют в своем внешнем виде ультраправую символику – от радикально расистской до умеренно патриотической.

В символике скинхедов-неонацистов основное место занимает «кельтский крест», в России его еще иногда называют «новгородским». Вторым по распространенности символом является флаг рабовладельческих южных штатов США времен гражданской войны, а в дальнейшем один из официальных символов Ку-клукс-клана.

В связи с наличием административной ответственности значительно реже используется свастика, как классическая, 4-х лучевая, так и 3-х лучевая (символ расистов в ЮАР). Также бритоголовыми используются нашивки со стилизованными изображениями белого кулака, бейсбольной биты, бульдога в шипастом ошейнике, волчьей головы, рун (обычно Зиг или Одал), тевтонского креста, надписей «White power» («Власть белых» – лозунг и название направления скинхедов-расистов), RAHOWA (Racial Holy War), «True till death, Gott mit uns». Также могут встречаться нашивки с самоидентифицирующим названием «Skinhead». Одним из самых культовых символов является число 14, обозначающее состоящую из 14 слов фразу: «We must secure the existence of our people and a future for white children» («Мы должны защищать само существование нашего народа и сохранить будущее для наших белых детей»). Автором данного лозунга является Девид Лейн, политический заключенный, осужденный на 140-летний тюремный срок в американской тюрьме. Еще одно знаковое число – 88 (криптоним фразы «Heil Hitler!»); сочетание упомянутых чисел представляется как комбинация 14/88.

В период 2003–2006 годов из внешнего вида бритоголовых исчезают наиболее радикальные символы – в первую очередь свастики. Однако широкое распространение получили (под влиянием родственной скинхедам субкультуры футбольных фанатов) небольшие нарукавные нашивки с цветами российского бело-сине-красного флага или желто-красно-черного флага нацистской Германии. В последнее время бритоголовые часто носят нашивки с цветами «имперского» черно-золотисто-белого штандарта.

Бритоголовые довольно часто наносят татуировки. Особенно много их имеют «старые» бритоголовые – ветераны движения; у некоторых рисунками покрыто 60–70% тела.

Тематику татуировок бритоголовых можно разделить на несколько направлений. Основная часть рисунков носит расистскую, неонацистскую и национал-патриотическую направленность. Рисунки этой тематики включают в себя изображение кельтского креста, символов Ку-клукс-клана, а также многочисленных видов свастики различных модификаций.

Однако сегодня основная масса бритоголовых предпочитает делать себе татуировки на нейтральные темы. Среди татуировок данного вида преобладают изображения различного рода узоров, фигуры воинов, зверей, оружия.

Нанесение татуировок имеет немаловажное значение для субкультуры. Татуировка служит самоидентифицирующим признаком, она четко определяет принадлежность ее носителя к бритоголовым, служит своеобразным пропуском в их мир.

Нанесенные на кожу изображения являются одним из основных опознавательных признаков «своего». Ведь ясно, что обычный человек никогда не пойдет на болезненную и утомительную процедуру татуированная просто для того, чтобы группа бритоголовых признала его своим. На нанесение татуировки не пойдет даже работник МВД, специально внедренный в среду скинхедов. Соответственно, чем больше татуировок имеет тот или иной бритоголовый, тем больше к нему доверия со стороны любой незнакомой скин-группировки.

Если тюремные татуировки содержат информацию об их хозяине (например, по ним можно определить количество и характер судимостей), то о татуировках бритоголовых такого сказать нельзя, их тематика достаточно произвольна. Смысловое значение татуировки проявляется только в самом общем значении – как факт групповой принадлежности.

Еще один символ скинхедов – нацистское приветствие – вскинутая вверх под углом примерно 45 градусов правая рука с раскрытой ладонью. В разное время в различных ультраправых группах существовали разные варианты этого приветствия. Жест, бытовавший в фашистской Италии: ударяют кулаком правой руки по левой стороне груди, затем правая рука вскидывается вверх (жест часто трактуется как «от сердца к солнцу»). Приветствие, бытовавшее в Третьем Рейхе: правая рука вскидывается от бедра. Расистское приветствие («приветствие Белой власти»): от бедра вверх вскидывается левая рука.

Кроме того, различаются разные виды субкультурных рукопожатий. В РНЕ было принято здороваясь, захватывать руку напарника за локоть. У скинов – захват осуществляется за запястье (т.н. рукопожатие крабом); иногда тот, кто первым протянул руку и взял напарника за запястье, прикрывает его руку и ладонью левой руки, как бы осуществляя пожатие двумя руками (считается, что такое рукопожатие появилось в целях конспирации).

Музыкальная культура скинхедов

В музыкальной культуре бритоголовых существует нескольких стилей. Самым ранним музыкальным направлением является стиль ska, берущий начало в афро-американской культуре.

Ранняя музыка стиля ska во многом напоминает регги, только играется быстрее и жестче. Разновидности современного ska, исполняемого бритоголовыми, уже могут претендовать на самобытность. Однако музыку ska в настоящее время слушает только некоторая часть бритоголовых. В основном такая музыка нравится аполитичным скинам образца 1960-х годов, а также бритоголовым, принадлежащим к лево-анархическому и антифашистскому крылу.



Илл. 24. Обложка скинхедского журнала

Настоящими музыкальными стилями современных бритоголовых можно считать oi, RAC и hatecore.

Стиль oi сформировался в Великобритании на рубеже 1970-х и 1980-х годов. В музыкальном плане это нарочито упрощенный уличный rock-n-roll (во многом напоминающий панк-рок) с сырым бескомпромиссным гитарным звучанием, обильным использованием хоровых припевов, часто напоминающих «заряды» – совместные выкрики футбольных фанатов.

Стиль RAC (rock against communism) считается основной музыкой правых бритоголовых, он возник и сформировался в Англии в середине 1980-х годов и очень напоминает старый hard rock.

Hatecore – наиболее молодой стиль, он появился буквально несколько лет назад в Америке в результате скрещивания oi, RAC и hardcore. По музыке это короткие суперагрессивные песни, предполагающие тяжелый гитарный саунд и кричащий грубый вокал.

Можно назвать десятки групп из Европы и США, играющих в перечисленных стилях. На российской скин-сцене не существует групп, четко придерживающихся какого-либо одного музыкального стиля, однако наиболее популярны стили oi и RAC. Наиболее известные из российских групп – «Коловрат», TNF, «Хук справа», «Иван-царевич», «Фатерланд», «Банда Москвы», «Коррозия металла», «Див», «Крэк», «Витязи».

Как мы уже говорили, музыка является для скин-движения мощным сплачивающим фактором.

Музыка скинхедов привлекла множество подростков и юношей на скин-концерты, где они получили мощный заряд идеологии бритоголовых (и праворадикальной идеологии) через тексты песен, плакаты, лозунги и бесплатно распространяемые листовки. Даже если в дальнейшем они и не становились бритоголовыми или неонацистами, то привыкали к наличию агрессивной радикальной пропаганды нацизма, расизма и ксенофобии. Кроме того, у многих из них возникало благожелательное или терпимое отношение и к таким концертам, и к самим праворадикалам как к воспоминанию молодости.

Грубая, жесткая, примитивная, агрессивная музыка выступала своеобразным отборочным ситом. И постоянно ходить на концерты, слушать эту музыку, а следовательно, и воспринимать идеологию соглашались именно те люди, которым она действительно нравилась. Из мешанины людей, присутствующих на концертах, постепенно образовывался прочный слой поклонников скин-культуры, скин-стиля.

На концертах бритоголовые не только слушали песни, но и завязывали дружеские контакты, вели вербовку, распространяли идеологию. На этих концертах происходили сплачивание и радикализация разнородных групп молодежи, первоначально приходивших на скин-концерты только из любопытства.

В настоящее время концерты скин-музыки проходят в закрытом формате; посторонним попасть на них крайне затруднительно.

Сленг

В отличие от других субкультур собственного развитого сленга у бритоголовых так и не возникло. Некоторые выражения заимствованы ими из лексикона различных неформальных групп (например, у футбольных фанатов) или из тюремного сленга.

Приведем несколько слов и выражений, свойственных исключительно скинхедам.

Забриться – полностью побрить голову.

Гриндернутый – человек с гипертрофированной серьезностью воспринимающий имидж и субкультуру бритоголовых.

Набить кельт – сделать татуировку в виде кельтского креста.

Партиец – бритоголовый, поддерживающий тесное сотрудничество с ультраправым политическим объединением.

Большое место в лексиконе бритоголовых занимают ругательные обозначения их врагов-инородцев.

Основой для прозвищ скинхедов-наци часто служат слова, связанные с агрессивностью, силой, оружием; используются образы Третьего Рейха, языческой мифологии и т.д.

Пространство субкультуры

Как и «обычные» уличные пацаны, скинхеды, проживающие в одном районе, выбирают для коммуникации два-три излюбленных места. Это может быть автобусная остановка, скамейка в сквере, веранда детского сада и т.д. Предпочтение отдается местам укромным, где нет лишних глаз. Возможны сборы на квартире у кого-то из скинов – тех, чьи родители не возражают против этого. Популярны места, связанные с занятиями спортом – например, спортивные площадки, оборудованные для отдыха и спорта подвалы.

В качестве примера создания места для общения можно привести известный нам случай, когда компания скинов собиралась в вагончике на заброшенной стройке. Вагончик был утеплен, оборудован, в нем имелось всё необходимое для отдыха, включая магнитофон и гитару. В отсутствие скинов за вагончиком присматривал «специально приглашенный» бомж.

В общемосковском масштабе в различное время были известны следующие места коммуникации.

Площадка перед музеем В.И. Ленина (на сленге ультраправых националистов – «у Бланка»). Место продажи оппозиционной литературы, в том числе ультраправой; сюда заходила наиболее интеллектуальная часть бритоголовых.

Старый Арбат. Традиционное место тусовок московских неформалов; скинхедам здесь можно было и прогуляться, и затеять драку.

ДК Горбунова («Горбушка»). На существовавшем здесь рынке были лотки со скинхедской атрибутикой, аудио- и видеопродукцией.

Территория около Университета дружбы народов (близ метро Юго-Западная). Рядом с данным вузом, в котором учится много иностранцев, можно затеять драку с «расово чуждым элементом».

Метеоритный кратер в парке близ Тушино (здесь собирались бритоголовые с Северо-запада Москвы).

В настоящее время постоянных мест общегородских тусовок нет.

На протяжении последних десяти лет развития субкультуры большое значение придавалось коммуникации через Интернет.

Группировка из района N

Описав московских скинхедов в самых общих чертах, в качестве примера рассмотрим одну из скинхедских группировок. С этой компанией автору данной статьи довелось плотно общаться в 1996–1997 годах; с некоторыми членами компании отношения сохранились и сейчас.

Костяк группы состоял из 7–8 человек. Это были юноши, жившие по соседству; они учились в старших классах школы; позже — некоторые поступили в вузы, большинство пошло работать. На момент нашего знакомства им было по 14–16 лет.

В различных ситуациях группа могла приглашать «бойцов» со стороны. Например, для большой драки могли звать приятелей, часто это были пацаны, мало интересующиеся скиновской идеологией, но любящие помахать кулаками.

Хорошие отношения были с соседней командой, в которой был костяк «старших» и много «молодняка» («старшие» его называли «наш детский сад»). Собравшись вместе, две группировки насчитывали до 40 человек. Вместе пили пиво, а после, разбившись на группы по 10–15 человек, шли патрулировать район. При подобных внутрирайонных патрулированиях члены команды были одеты «при полном параде», в одежду, соответствующую скинхедским канонам.

Наиболее распространенной тактикой при таких патрулированиях было ходить по периметру района, а встречая «объект расовой неприязни», загонять его вглубь района, «подальше от милиции».

Драки рассматриваемой нами группы начинались по-разному, но можно выделить две тактики нападения на противника. Если хотелось подраться с какой-либо молодежной группой, начинали кричать «Зиг-Хайль!», и если противники делали замечание – это служило поводом к драке. Если нападали на инородца – к нему подходил один из наиболее сильных членов команды и сбивал его ударом с ног, затем на лежачего бросались остальные. При этом группу вряд ли можно назвать беспредельщиками – били, но не насмерть; после двух минут избиения поспешно удалялись. Вещей и денег у жертвы не брали принципиально, ценную вещь (например, плеер) могли просто тут же сломать.

Описываемая группа прошла серию конфликтов с другими уличными группировками района. Успешно побили тусовки баскетболистов, скейтеров, другие пацанские компании. С переменным успехом шла борьба с рэперами; ключевым моментом в этой «войне» были переговоры, на которые скины для демонстрации силы пригласили около 80 соратников из других районов Москвы. В результате этих переговоров в районе был заключен мир; при этом скинхеды обещали не заходить на территорию некоторых контролируемых рэперами домов и наоборот, рэперы не заходили на территории, контролируемые скинхедами.

В ходе всевозможных конфликтов было принято обращаться за помощью к скинам из соседних районов. Но помощь приходила только в случаях, когда она была нужна авторитетным членам сообщества; если «влипал в историю» кто-то из новичков, им полагалось разбираться с проблемой самим.

В группе можно выделить двух лидеров, они планировали акции, давали распоряжения по отдельным вопросам; например, один из лидеров настоял, чтобы все сделали одинаковые наколки. Но в целом авторитарным стиль руководства назвать никак нельзя – лидеры не приказывали рядовым членам, а скорее предлагали им.

У группы не было никакого самоназвания – попытки его придумать предпринимались, но ничего не прижилось; общаясь с другими скинами, представлялись, как и все, по району проживания («такой-то из такого-то района»). Зато, как я уже говорил, была общая татуировка – знак, выбранный в качестве эмблемы группы, а также ромб с буквами WP – White Power. Причем ромб с WP был наколот на задней части головы, под волосами; его можно было увидеть, только если человек брился.

]]]

По нашим наблюдениям, чем выше степень идеологизированности скин-группировки, тем дольше срок ее существования. Уличные компании, увлеченные исключительно драками и пивом, существуют недолго – по 2–3 года.

Скин-объединения действуют как типичные молодежные сообщества – в них участвуют только в определенном возрасте, деятельность в них соответствует потребностям данного возраста. Когда член сообщества достигает определенного возраста, он без сожаления отсюда уходит. Часто это связано с уходом в армию, поступлением в вуз, созданием семьи и рождением детей, получением специальности и устройством на работу.

Для скин-движения отсев участников обусловлен еще и тем, что некоторые из них получают тюремные сроки. Если в группировке кто-то из членов сел, это часто служит причиной распада группы или прекращения (иногда временного) противоправной деятельности.

Дольше держатся в движении те бритоголовые, для кого важна идеологическая мотивация. Многие из них находят приложение сил в партиях и политических организациях ультраправого толка.

[10][119] См. Омельченко Е. Ритуальные битвы на российских молодежных сценах начала века, или Как гопники вытесняют неформалов // Сайт «Полит.ру» (www.polit.ru). 2006; Омельченко Е. Поп-культурная революция или перестроечный ремейк? Современный контекст молодежного вопроса // Неприкосновенный запас. 2006. № 45. См.: http://www.nz-online.ru.

[11][120] Головин В.В., Лурье М.Л. Современные подростковые субкультуры: мегаполис, провинция и деревня // Мальчики и девочки: реалии социализации: Сборник статей. Екатеринбург, 2004. С. 45–67.

[12][121] О дихотомии между «обычными» и «продвинутыми» молодежными стратегиями см.: Омельченко Е., Пилкингтон Х. и др. Глядя на Запад: Культурная глобализация и российские молодежные культуры / Пер. с англ. О. Оберемко, У. Блюдиной. СПб., 2004.

[13][122] Connell R. Gender and Power: Society, the Person and Sexual Politics. Cambridge, 1987.

[14][123] См. напр: Костерина И.В. Скинхеды и гопники: разные лики агрессивной маскулинности // Конструирование маскулинности на Западе и в России: Межвузовский сборник научно-методических материалов. Иваново, 2006. С. 21–36.

[15][124] Goffman E. Where the Action is // Interaction Ritual. Harmondsworth, 1967. P 239–240.

[16][125] МорозовИ.А., СлепцоваИ.С. Кругигры. Праздник и игра в жизни севернорусского крестьянина (XIX–XX вв.). М., 2004. С. 192–207.

[17][126] Щепанская Т.Б. Зоны насилия (по материалам русской сельской и современных субкультурных традиций) // Антропология насилия / Отв. ред. В.В. Бочаров и В.А. Тишков. СПб., 2001. С.115–177.

[18][127] См.: Агеева Л.В. Казанский феномен: миф и реальность. Казань, 1991.

[19][128] Сравн. Horowitz G., Schwartz R. Honor, Normative Ambiguity and Gang Violence // American Sociological Review. Vol. 39. № 2. 1974. P. 238–251.

[20][129] См.: Волков В.В. Силовое предпринимательство. М., 2005.

[21][130] См.: Громов Д.В., Стивенсон С.А. Пацанские правила: нормирование поведения в уличных группировках // Молодые москвичи. Кросскультурное исследование / Под ред. М.Ю. Мартыновой, Н.М. Лебедевой. М., 2008. С. 427–456.

[22][131] См., напр.: Костерина И.В. Скинхеды и гопники: разные лики агрессивной маскулинности // Конструирование маскулинности на Западе и в России: Межвузовский сборник научно-методических материалов. Иваново, 2006. С. 21–36.

[23][132] См.: Wieder D.L. Language and Social Reality. The Case of Telling the Convict Code. The Hague, 1974.

[24][133] Goffman E. Where the Action is // Interaction Ritual. Harmondsworth, 1967. P. 226.

[25][134] Ibid. P. 209.

[26][135] Ibid. P. 182.

[27][136] Hamblet W.C. The Sacred Monstrous. A Reflection on Violence in Human Communities. Lanham, 2004. P. 34.

[28][137] Чалидзе В. Уголовная Россия. Нью-Йорк, 1977.

[29][138] См.: Волков В.В. Силовое предпринимательство. М., 2005.

[30][139] Салагаев А.Л., Шашкин А.В. Насилие в молодежных группировках как способ конструирования маскулинности // Журнал социологии и социальной антропологии. 2002. № 1. C. 158.

[31][140] Douglas M. Purity and Danger. An Analysis of Concepts of Pollution and Taboo. L.; N.Y., 1966. P. 36.

[32][141] Becker H.S. Outsiders. Studies in the Sociology of Deviance. L., 1963.

[33][142] Bloch M. From Blessing to Violence: History and Ideology in the Circumcision Ritual of the Merina at Madagascar. Cambridge, 1986; Bloch M. Prey into Hunter: the Politics of Religious Experience. Cambridge, 1992.

[34][143] Handelman D. Models and Mirrors: towards an Anthropology of Public Events. Oxford, 1998.

[35][144] Girard R. Violence and the Sacred. L.; N.-Y., 2005. P. 32.

[1][145] Обзор см.: Шнирельман В.А. Чистильщики московских улиц: скинхеды, СМИ и общественное мнение. М., 2007.

[2][146] Тарасов А. Порождение реформ: бритоголовые, они же скинхеды. Новая фашистская молодежная субкультура в России // Свободная мысль – XXI. 2000. № 4–5; Лихачев В. Нацизм в России. М., 2002; Костерина И.В. Конструкты маскулинности в молодежных правоэкстремистских сообществах // Материалы Интернет-конференции «Мужская повседневность: труд, досуг, духовная жизнь». 2007. http://www.mujskoe.lodya.ru.

[3][147] Беликов С.В. Бритоголовые: всё о скинхедах. Эксклюзивные материалы. М., 2002; Переработанное переиздание: Беликов С.В. Скинхеды в России. М., 2005.

[4][148] См.: Тарасов А.Н. Указ. соч. № 4. С. 40–41.

[5][149] См. напр.: Как мы начинали // Под ноль. Вып. 3. [1996]. С. 3.

[6][150] Невелев Д. Внимание: бритоголовые, погружение в мир воинствующих маргиналов // Огонек. 1995. № 19. С. 31.

[7][151] Бавин П.С. Социальная география ксенофобии и толерантности // Политические исследования. 2006. № 6. С. 52.

[8][152] Шнирельман В. Указ. соч. С. 16.

[9][153] Аминов Д.И., Оганян Р.Э. Молодежный экстремизм. М., 2005. С. 65.