Особенности монополизации в США

ОСОБЕННОСТИ МОНОПОЛИЗАЦИИ В США

КУРСОВАЯ РАБОТА

Министерство образования Российской Федерации

Рязанский государственный педагогический университет имени С.А. Есенина

Социально-экономический факультет

Рязань, 2001 год

ПЛАН

Введение.

ГЛАВА I. Монополизация в США на ранних этапах.

§1. Первые монополии Америки.

§2. Финансовый капитал и финансовая олигархия.

ГЛАВА II. Монополизация американской экономики в начале ХХ века.

§1. Усиление позиций монополий в американской экономике начала ХХ века.

§2. Процессы, способствовавшие развитию монополий в США.

§3. Антимонопольное законодательство в США.

ГЛАВА III. Взгляды на монополизацию экономики США.

§1. Взгляды представителей экономических течений на процесс мо-нополизации экономики США.

§2. Магнат эпохи империализма в глазах американского общества.

Заключение.

Приложение.

Примечания.

Список литературы.

ВВЕДЕНИЕ

Проблемы монополизации хозяйственной жизни, конкуренция на товарных рынках привлекают сегодня пристальное внимание не только специалистов, но и широких слоев населения. Люди заинтересованы в том, чтобы больше понять природу монополий, причины их возникновения, их роль в экономике, способы контроля над монополиями. Пытаясь ответить на возникающие в связи с деятельностью монополий вопросы, специалисты обращаются к истории возникновения монополий, условиям их функционирования в рамках хозяйств разных стран мира. Одним из наиболее популярных в этом отношении государств являются Соединенные Штаты Америки, обладающие богатым опытом развития в условиях монополизации экономики. США – страна развитого капитализма, прошедшая все важнейшие стадии его развития, достигшая колоссального экономического влияния на миропорядок. По этим причинам я и решил рассмотреть особенности процесса монополизации на примере именно Соединенных Штатов Америки.

В конце XIX столетия возникла реальная угроза для функционирования механизма конкуренции. На её пути возникли существенные препятствия в виде монополистических образований в экономике.

Вообще говоря, монополистические тенденции в разных формах и степени проявлялись на всех этапах развития рыночных процессов. Но их новейшая история начинается в последней трети XIX столетия, особенно во время экономического кризиса 1873 года. Взаимосвязанность явлений - кризисов и монополий – указывает на одну из причин монополизации, а именно: попытку многих фирм найти спасение от кризисных потрясений в монополистической практике. Не случайно монополии в экономической литературе того времени получили название «детей кризиса».

Что представляют собой монополистические образования? Если обратить внимание на промышленное производство, то это отдельные крупные предприятия, объединения предприятий, хозяйственные товарищества, которые производят значительное количество продукции определенного вида, благодаря чему занимают доминирующее положение на рынке; получают возможности влиять на процесс ценообразования, добиваясь выгодных цен; получают более высокие (монопольные) прибыли.

Следовательно, главным признаком монопольного образования (монополии) является занятие монопольного положения. Последнее определяется как доминирующее положение предпринимателя, которое дает ему возможность самостоятельно или вместе с другими предпринимателями ограничивать конкуренцию на рынке определенных товаров или услуг.

Монопольное положение является желанным для каждого предпринимателя или предприятия. Оно позволяет избежать ряд проблем и рисков, связанных с конкуренцией, занять привилегированную позицию на рынке. Концентрируя в своих руках определенную хозяйственную власть, монополия имеет возможность с позиций силы влиять на других участников рынка, навязывать им свои условия. Основные формы капиталистических монополий: картели, синдикаты, тресты, концерны.

Картель  это объединение нескольких предприятий одной сферы производства, участники которого сохраняют собственность на средства производства и произведенный продукт, производственную и коммерческую самостоятельность, договариваются о доле каждого в общем объеме производства, ценах, рынках сбыта1.

Синдикат  это объединение ряда предприятий одной отрасли промышленности, участники которого сохраняют средства на средства производства, но теряют собственность на произведенный продукт, а значит, сохраняя производственную, теряют коммерческую самостоятельность. У синдикатов сбыт товара осуществляется общей конторой по сбыту2.

Более сложные формы монополистических объединений возникают тогда, когда процесс монополизации распространяется и на сферу непосредственного производства. На этой основе появляется такая более высокая форма монополистических объединений как трест (особенно широкое распространение трестов и явилось спецификой монополизации в США эпохи их империалистического развития).

Трест  это объединение ряда предприятий одной или нескольких отраслей промышленности, участники которого теряют собственность на средства производства и произведенный продукт, производственную и коммерческую самостоятельность, то есть объединяют производство, сбыт, финансы, управление; а на сумму вложенного капитала собственники отдельных предприятий получают акции треста, которые дают им право принимать участие в управлении и присваивать соответствующую часть прибыли треста3.

Многоотраслевой концерн  это объединение десятков и даже сотен предприятий разных отраслей промышленности, транспорта, торговли, участники которого теряют собственность на средства производства и произведенный продукт, а главная фирма осуществляет над другими участниками объединения финансовый контроль4.

В 60-х годах в США и некоторых странах капитала появились начали развиваться конгломераты, представляющие собой монополистические объединения, образованные путем поглощения прибылей разноотраслевых предприятий, не имеющих технического и производственного единства.

Монополистический капитализм, как этап в развитии капитализма, называют империализмом (империализм - стадия в развитии капиталистической экономики при господстве финансового капитала и монополий, когда большое значение приобретает вывоз капитала, процесс раздела мира трестами и монополиями в экономическом плане и территориально между государствами). Данный термин впервые ввел в оборот английский экономист Д. Гобсон, опубликовавший в 1902 году книгу «Империализм». Вслед за ним к анализу новых тенденций развития мира подключились представители самых разных политических течений. 

Наиболее основательную характеристику монополистическому капитализму дал В.И.Ленин. В работе «Империализм, как высшая стадия капитализма» он назвал пять признаков монополистического капитализма и по сути дал верную характеристику новому этапу в его развитии. Но Ленин полагал, что при империализме капитализм достигает высшей и последней стадии, что это есть капитализм загнивающий и умирающий. Его прогнозы не оправдались. Он не мог предвидеть, что капитализм сумеет продемонстрировать небывалые возможности к обновлению. И этому во многом способствовала современная научно-техническая революция. К тому же, опасаясь революционных потрясений и распространения влияния Октябрьской революции в России, в капиталистических странах были предприняты меры по повышению жизненного уровня населения. Тем самым в какой-то мере там удалось сгладить остроту социальных конфликтов и сохранить в своей основе капиталистический строй.

ГЛАВА I. Монополизация в США на ранних этапах.

§1. Первые монополии Америки.

При Линкольне США были страной мелкого предпринимательства. Монополия была понятием фактически незнакомым. Больше всего под эту категорию подходили, если не считать слабых королевских монополий колониального времени, старая пушная компания Астора и новая телеграфная компания «Уэстерн Юнион». Многие районы, особенно на Севере, были в основном, самообслуживающимися. Мебель делалась местным столяром, обувь – соседним сапожником, мясо поставлялось маленькой мясной, коляски, кареты, телеги и прочее тоже делалось на месте. Мануфактурная промышленность и горное дело были развиты слабо. Плуги, культиваторы, косилки изготовлялись более чем двумя тысячами фабрик. В одной только Пенсильвании насчитывалось двести нефтеперегонных заводов, а сокровища Комстокского рудника принадлежали ста владельцам. Через сорок лет все изменилось: почти все сельскохозяйственные машины производились одной компанией – «Интернейшнл Харвестер», компания «Стандарт Ойл» монополизировала нефтяную промышленность, а Комстокский рудник принадлежал двум-трем восточным компаниям и ими эксплуатировался5.

XIX век стал временем, когда американская капиталистическая промышленность переживала существенные структурные и технические сдвиги, вызванные множеством научно-технических новшеств и открытий, совокупность которых можно оценить как техническую революцию. Эти перемены начались во время гражданской войны и революционными темпами продолжались в семидесятых годах. Новые производительные силы, явившиеся результатом прогрессирующего развития общественного разделения труда, в свою очередь способствовали его дальнейшему углублению, все большей специализации, кооперации и комбинированию производства. Объективным следствием этих процессов выступило бурное ускорение концентрации производства. В.И.Ленин писал о том, что «…концентрация, на известной ступени её развития, сама собою подводит … вплотную к монополии»6.

В первую очередь резкое усиление концентрации и централизации капитала явилось предпосылкой установления господства монополий в экономической жизни капиталистического общества. Первым шагом в процессе концентрации производства явилась «корпорация», вторым – «пул», третьим – «трест», ставший, по сути, объединением корпораций7.

Объединение предприятий и трестирование было явлением общим для всего мира, но в Америке и, быть может, в Германии оно было наиболее ярко выражено. Отчасти это объясняется огромными природными богатствами США, но были и другие причины. Завершение строительства железнодорожной сети обеспечивало сбыт товаров в общегосударственных масштабах. Законы о патентах давали монопольные права на применение важнейших технологических процессов. Щедрые земельные наделы, равно как и вольная интерпретация земельных законов, играли на руку компаниям, достаточно большим для того, чтобы предпринять эксплуатацию леса, меди или угля в широком масштабе. Благодаря федеральной системе, компании могли превращаться в корпорации в штатах с наиболее либеральными законами, что отнюдь не мешало им развивать свою деятельность в других штатах, а протекционистская система пошлин ограждала их от иностранной конкуренции8.

Появление огромного множества капиталистических предприятий во всех отраслях промышленности США породило анархию. Особую роль играли частные железные дороги, которые посредством повышения или понижения тарифа, а также изменения дислокации железнодорожной сети серьёзно воздействовали на производство. Достаточно было подвести железную дорогу к самому захудалому местечку, чтобы оно получило экономическое значение, или повысить тариф, чтобы вывести из строя какое-либо промышленное предприятие. В этих условиях предприятия стали группироваться против конкурентов, привлекая к соглашению железные дороги, а затем и банки для финансирования проводимых мероприятий. Постепенно соглашения стали охватывать целые отрасли и промышленные районы. Так возникли промышленные монополии9.

Концентрации и централизации производства и капитала в США способствовали экономические кризисы. Усиление этих процессов происходило на рубеже ХIX и XX веков. С 1889 по 1914 год количество промышленных предприятий в стране возросло на 27% (с 208 000 до 265 000), в то время как число рабочих, занятых на них, - почти вдвое (с 4 до 7 миллионов человек),а инвестированный капитал – в 2.6 раза (с 9 до 23 миллионов долларов). В американской промышленности основную роль стали играть крупные предприятия с численностью рабочих от 500 и более человек. К началу первой мировой войны они выпускали около 85% всей промышленной продукции страны. Быстро шла и централизация капитала. Перед первой мировой войной на предприятиях, принадлежавших акционерным обществам (28% всех предприятий), работало 80% всех рабочих; эти предприятия выпускали 83% всей промышленной продукции10.

В американской промышленности в это время происходят структурные изменения: прежде ведущее место занимала легкая промышленность, теперь на первое место выдвигается тяжелая. Решающую роль в этом сыграли новые отрасли: электротехническая, нефтяная, резиновая, алюминиевая, автомобильная. Развитие этих отраслей было связано с достижениями науки и технической мысли. Американская промышленность все еще испытывала недостаток рабочих, поэтому изобретательство, новая техника получили здесь особенно благоприятную почву11.

Типичной формой монополизации американской промышленности явилось трестирование, т.е. объединение всей деятельности ряда предприятий под одним руководством. В 80-90-х годах XIX века появились крупнейшие тресты в текстильной, электротехнической, свинцовой, кожевенной, резиновой, водочной, сахарной, табачной и других отраслях промышленности, в сфере транспорта и связи. Появились «короли» вагонов, мясных консервов и т.п. В начале ХХ века тресты уже давали 40% промышленной продукции страны12.

Первой по пути монополии пошла компания «Стандард-Ойл». В то время, когда нефтепромышленники западной Пенсильвании были заняты убийственной конкуренцией друг с другом, молчаливый и упорный предприниматель из Кливленда (штат Огайо) Рокфеллер начал скупать местные нефтяные предприятия и объединять их в одну компанию. В 1872 году Рокфеллер воспользовался недолговечной компанией «Саус Импрувмент» и разногласиями между железнодорожными компаниями «Нью-Йорк Сентрал» и «Эрн» для того, чтобы стать полным хозяином кливлендской нефтяной промышленности. Затем он принялся за приобретение контроля над нефтяной промышленностью Нью-Йорка, Филадельфии и Питтсбурга. Дело происходило в период крупного спада производства, так что это не составило для него большого труда. Рокфеллер создал превосходную систему сбыта нефти, а затем захватил в свои руки сеть нефтепроводов. 

Когда трест «Стандард ойл» начал поглощение других предприятий , на его долю приходилось не более 10-20%, а через несколько лет – уже 90% тогда еще очень несложной нефтепереработки (на керосин для освещения) в стране. В скором времени «Стандард ойл» присоединил к себе 14 различных компаний данной отрасли. В 1882 году «Стандард ойл» был реорганизован в трест, монополизировавший производство 90-95% очищенной нефти в стране. Благодаря монопольному положению доходы «Стандард ойл» увеличились за первые 22 года с 8 до 57.5 миллионов долларов. Помимо этого Рокфеллеру удалось договориться с железнодорожными компаниями о пониженной плате за перевозку грузов своего треста, что значительно облегчило ему конкуренцию с соперниками. А когда конкурирующие компании,чтобы спасти положение, стали сооружать трубопроводы, Рокфеллер нанимал головорезов для того, чтобы эти трубопроводы разрушать. Через некоторое время трест Рокфеллеров проникает в другие страны, организуя добычу и переработку нефти в Мексике, Венесуэле, Румынии13.

Подобные явления стали происходить и в некоторых других отраслях: однородные предприятия или компании чаще всего под угрозой банкротства или нажимом сильнейшего среди них объединялись в тресты, теряя производственную, коммерческую, а часто и юридическую самостоятельность, - все это сосредотачивалось в правлении треста или головной компании. 

В 1884 году было монополизировано производство хлопкового масла, в 1885 году – льняного масла, виски и свинца, в 1887 году был создан сахарный трест, в 1889 году - спичечный, в 1890 году – табачный, а в 1892 году было монополизировано производство каучука. Агрессивные предприниматели завоевали себе подлинно королевские владения. Четверо владельцев консервных фабрик, главную роль среди которых играли Филип Д. Армур и Гаставус Ф. Свифт, создали так называемый «мясной трест». Гуггенхейм добился контроля над залежами меди в Аризоне и «богатейшего холма в мире» - Бьютт в Монтане, откуда в течение тридцати лет было добыто меди примерно на 2 миллиарда долларов. МакКормики установили господство в области производства уборочных машин, а когда оно было поставлено под удар, создали комбинат «Интернейшнл Харвестер Компани», фактически монополизировавший все сельскохозяйственное машиностроение. Семья Дьюков создала огромный табачный трест. Аналогичная участь постигла все другие отрасли промышленности: добычу серебра, никеля, цинка, производство каучука, кожи, стекла, сахара, соли, сухарей, сигар, виски, конфет, нефтедобычу и нефтепереработку, добычу газа, производство электроэнергии. По данным 1904 года 319 промышленников с капиталом, превышавшим 7 миллиардов долларов, поглотили примерно 5300 предприятий, бывших прежде независимыми, а 127 коммунально-бытовых предприятий, в том числе и железнодорожных, с общим капиталом, превышавшим 13 миллиардов долларов, поглотили около 2 400 более мелких предприятий14.

Процесс консолидации шел не только в области тяжелой и легкой промышленности: в области транспорта и связи он был выражен еще ярче. Вслед за первой крупной монопольной компанией «Уэстерн Юнион» возникла «Белл Телефон Систем», а впоследствии и гигантская организация «Американ телефон энд телеграф». Грубоватый коммодор Вандербилт довольно рано усмотрел, что для действенной железнодорожной системы необходимо произвести слияние отдельных линий, и в шестидесятых годах XIX века он объединил 13-14 железных дорог в одну линию, соединяющую Нью-Йорк и Буффало. В течение следующих десяти лет он приобрел железные дороги между Чикаго и Детройтом. Так, в конце концов, возникла система «Нью-Йорк Сентрал». Одновременно происходила консолидация других железных дорог и вскоре большинство из них были организованы в магистрали или сети («системы»), во главе которых стояли Вандербилт, Гулл, Гарриман, Хилл, а также банкиры Морган и Белмонт. Гарриман объединил железные дороги, составившие сети «Иллинойс Сентрал», «Юнион Пасифик», «Саузерн Пасифик» и другие. Он же помышлял и о консолидации в общегосударственных масштабах, но ближе всех к осуществлению этой мечты подошел Морган15.

Возвышение Моргана показательно для заключительного, быть может, самого важного этапа процесса консолидации на начальных этапах процесса монополизации американской экономики – создания так называемых «денежных трестов». В 1864 году Джуниус Спенсер Морган, который в течение многих лет занимался продажей американских акций английским вкладчикам, поставил своего сына Джея Пирионта Моргана во главе американского филиала своей организации. Через несколько лет молодой Морган вошел в компанию со старым банком Дрекселя в Филадельфии. В 1873 году фирма «Дрексель, Морган и Ко.» была настолько богатой, что вместе с Джеем Куком финансировала 750 миллионов долларов государственного долга. Серьезные неудачи, постигшие в том же году Джея Кука, укрепили позиции компании Моргана, а несколько лет спустя, когда она продала за границу огромное число акций «Нью-Йорк Сентрал», ее репутация была полностью утверждена. Связь с «Нью-Йорк Сентрал» и предопределила основную финансовую деятельность компании Моргана на следующие двадцать лет16.

В течение 1880-х годов Морган производил реорганизацию и финансирование железных дорог и его влияние в этой ключевой области народного хозяйства неустанно возрастало. Во время паники 1893 года половина железных дорог страны попали во власть кредиторов, и их владельцы начали обращаться к «Юпитеру» Моргану, ища у того спасения. Отчасти потому, что это дело было очень заманчивым, а также и потому, что необходимо было удержать стабильность проданных им за границу акций, Морган пошел им навстречу. Когда же паника рассеялась, оказалось, что акции Моргана давали ему контроль над десятком важнейших железных дорог, в том числе и «Нью-Йорк Сентал», «Саузерн», «Чесаник энд Охайо», «Санта-фе», «Рок-Айленд» и другими17.

Тем временем интересы Моргана распространились и на другие области. К началу ХХ века едва ли можно было найти такое важное предприятие, которое не испытывало на себе решающего влияния банка Моргана. Морган финансировал компанию «Федерал Стил» и произвел колосальную денежную операцию, в результате которой возникла компания «Юнайтед Стейтс Стил». Он же объединил враждовавших друг с другом фабрикантов сельско-хозяйственного оборудования и создал компанию «Интернейшнл Харвестер». Им же была организована американская морская торговля злополучной компании «Интернейшнл Меркантайл Марин»; он помог финансировать компанию «Дженерал Электрик», «Американ телефон энд телеграф», «Нью-Йорк Ранид Транзит Компани» и двенадцать других огромных коммунально-бытовых предприятий18.

В результате серии изобретений Томаса Эдисона в области электротехники в 80-х годах XIX века рождается знаменитая фирма Эдисона, которая в дальнейшем перерастает в крупнейшую электротехническую корпорацию «Дженерал электрик». Электротехническая промышленность становиться одной из ведущих отраслей промышленности в США19.

§2. Финансовый капитал и финансовая олигархия.

На первых порах развития капитализма в США банки были посредниками в движении ссудного капитала. Самостоятельной роли в воспроизводстве общественного капитала они не играли. Господствующей формой капитала был промышленный капитал. Однако становление монополий в промышленности в конце XIX – начале ХХ века создало условия для укрупнения банков. Рост их концентрации и централизации привел к выделению горстки крупных банков,образованию банковских монополий. Коренным образом изменилась и роль банков20.

Хотя концентрация банков подчинена концентрации производства и по своей экономической сущности мало чем отличается от последней, во многом для неё характерны специфические черты. Можно перечислить несколько форм концентрации и централизации банковского капитала: сосредоточение вкладов в крупных банках, развитие сети «примыкающих» банков, создание и расширение сети филиалов и отделений крупных банков, слияние крупных банков и образование банковских трестов, превращение банков в учреждения поистине универсального характера21.

Интересы увеличения собственной прибыли вовлекают банки в процессы монополизации в промышленности. Это обусловлено тем, что устойчивая прибыль на длительную перспективу возможна именно в многоотраслевых монополиях, в состав которых входят капиталы с различной длительностью оборота. И именно эти соображения подвигли американский финансовый капитал к слиянию с промышленным на рубеже XIX – ХХ веков22.

В банках, в отличие от промышленности, заемный капитал во много раз превышает собственный. Причем, зная долю заемного капитала в общей сумме пассивов у банков, можно судить о степени их концентрации. Так, к примеру, в 1860 году эта доля (применительно к американским банкам) составляла 18.2% (низкая концентрация), тогда как в 1900 году она возросла до 78.3%23.

Тенденция к универсализации банков, проявившаяся в эпоху американского империализма, состояла в сочетании расчетных операций со ссуднодепозитными и эмиссионными. Кроме того банки стали гарантировать корпорациям выпуск ценных бумаг и их размещение, что также способствовало переплетению интересов банковских и промышленных монополий24.

Понятие финансового капитала включает в себя два основных элемента: наличие промышленных и банковских монополий, выросших вследствие высокой степени концентрации производства и капитала; слияние или сращивание этих монополий и их капиталов. 

Слияние означает взаимопоглощение разнородных явлений и образование на этой основе качественно нового. Слияние банковского и промышленного капитала в условиях господства монополий в американской экономике эпохи империализма означало их превращение в составные части новой, наивысшей формы проявления капитала – финансово-промышленной группы. Финансово-промышленные группы представляют собой более высокую степень монополизации, нежели любая другая форма частнокапиталистического объединения. Роль финансово-промышленной группы заключалась в том, что она объединила все формы монополизации, характерные для американской экономики того времени, и таким образом возвела её на качественно новую ступень25.

ГЛАВА II. Монополизация американской экономики в начале ХХ века.

§1. Усиление позиций монополий в американской экономике начала ХХ века.

Если мировое промышленное производство с 1870 по 1913 год выросло в 5 раз, то промышленное производство США – в 8.6 раза. С этого времени США выходят на первое место в мире по промышленному производству26.

В последней трети XIX века развитие американского капитализма было связано в основном с овладением внутренним рынком. Американский экспорт постоянно превышал импорт, но состоял в основном из сырья и сельскохозяйственных продуктов, к тому же США ввозили капитал и являлись должником европейских банков. Положение стало меняться в начале ХХ ве-ка. США не нуждались больше в европейских фабрикатах и сами стремились навязать свои готовые изделия другим странам. С 1865 по 1913 год доля сырья в американском экспорте упала с 70 до 40%, а доля готовых изделий возросла с 16 до 48%, в это же время доля последних в импорте сократилась с 58 до 41%27.

В третьем томе «Капитала» Карл Маркс отмечал: «Если капитал вывозится за границу, то это происходит не потому, что он абсолютно не мог бы найти применения внутри страны. Это происходит потому, что за границей он может быть помещен при более высокой норме прибыли». Вывоз капитала служит важным средством получения монопольно высокой прибыли, что и обусловило первенство в этой сфере американской экономики крупных монополий США в начале ХХ века28.

Объем внешней торговли США рос очень быстро: с 1870 по 1913 год – более чем впятеро. Американский капитализм все более устремлялся на близлежащие внешние рынки – прежде всего в экономически слаборазвитые страны Латинской Америки. Латинская Америка стала первым объектом приложения американского капитала (в свою очередь должника капитала европейского). США стали подчинять себе страны Латинской Америки, которые превращались в сырьевые придатки американской промышленности.

Существенной и определяющей для целей внешней политики США в то время явилась доктрина и идеология «открытых дверей», иными словами, идеология американского империализма в так называемом «мягком обличии», сформулированная еще в XIX столетии и выдвинутая как одна из доктрин американской внешней политики в «дипломатических нотах открытых дверей» госсекретаря Джона Хая в 1899 году.

В своей работе «Международно-правовые формы современного империализма» Карл Шмитт подчеркнул, что особенностью американского империализма и стремлений США к колониальным завоеваниям, не являлась формальная аннексация территории государств — то есть создание колониальных территорий на манер Британской империи, а создание империи путем неравноправных договоров, гарантирующих абсолютное, односторонне провозглашенное, право США на интервенцию в этих странах в поддержку своему владычеству и порабощению этих стран в экономическом отношении, установления полного контроля над экономикой этих стран путем политики «открытых дверей», в результате чего страны превращались в американские протектораты. 

Таким образом, мировое американское господство для монополизированной экономики США эпохи империализма виделось в контексте мировой американской империи «открытых дверей», иными словами, как доктрина Монро для всего мира.

Политика «открытых дверей» была впервые применена США в отношении Китая во время «опиумной войны» (1839—1842) и сводилась к тому, что китайский рынок должен быть открытым для США на основе «наиболее благодетельственной нации». В 1857 году адмирал Перри пушками американского линкора «открыл двери» Японии для американского экономического империализма. По окончании первой мировой войны политика «открытых дверей» была географически расширена, распространяясь на весь мир. 

Вообще говоря, ссылки американской дипломатии тех лет на принцип «открытых дверей» при более глубоком анализе предстают в качестве проявлений интересов монополистического капитала США в завоевании для себя международных рынков сбыта и ресурсов. Таким образом, политика «открытых дверей» - еще одно свидетельство процессов активной монополизации американской экономики в конце XIX - начале ХХ века, характерных для всей эпохи империализма в мире. 

Итак, говоря словами Габриэля Колко из его работы «Политика войны», «открытые двери» на деле «функционально означали американское экономическое господство, очень часто монополистический контроль над ключевыми в стратегическом и экономическом отношении сырьевыми материалами, от которых … индустриальная сила зависит и на которые она опирается... В силовой политике установления полного контроля над залежами нефти необходимо искать секрет теории и реальности американских экономических и военных целей». Мы видим, что интервенция и политика «открытыx дверeй» явились сторонами или вариантами одной сущности — американского империализма. Военная интервенция выступала в качестве жесткого варианта, политика «открытых дверей» - в качестве мягкого.

Процесс монополизации шел дальше. Происходило сращивание трестов с банковскими монополиями, создавался американский финансовый капитал.

В период промышленного подъема девяностых годов XIX столетия монополистические объединения установили свое безраздельное господство в экономике США. В начале ХХ века в США действовало более 800 трестов, в состав которых входило свыше 5000 предприятий с капиталом более 7 миллиардов долларов29.

Вообще, для периода империализма в США было характерно стремление монополий к захвату рынков сбыта на международной арене, борьба за которые проходила в острейшей конкуренции с крупнейшими монополиями других стран. Как и в настоящее время, в начале ХХ века можно выделить два основных типа международных монополий: транснациональные корпорации (ТНК), принадлежащие одной стране и имеющие отделения и филиалы в других странах; межнациональные корпорации, объединяющие капиталы нескольких стран и также имеющие сеть филиалов и отделений в других странах30.

Важно заметить,что международные монополии того времени были как правило одноотраслевыми.

В период американского империализма концентрационные процессы часто происходили на уровне отдельных производственных единиц. Капиталисты создавали огромные заводы вроде фордовского автомобильного гиганта «Фордзон», на котором к 1920 году стало работать порядка 100 000 рабочих. Этот завод комбинат располагал не только механическими и сборочными цехами, но и коксохимическим, доменным, сталеплавильным, прокатным, кузнечно-прессовым, стекольным, по производству обивочных мате-риалов, лака, красок, лесо- и пиломатериалов, цемента. Выпуск продукции обеспечивался в рамках одного предприятиякомбината почти всеми необходимыми материалами и полуфабрикатами. Собственностью Форда были рудники, шахты, леса, каучуковые плантации. Один такой завод-комбинат с его ежегодным трехмиллионным выпуском автомобилей уже выступал в качестве монополии.К 1923 году заводы Форда выпустили больше 2 миллионов автомашин. За каждым его шагом следили тысячи глаз, каждое его публичное высказывание цитировалось газетами. Ажиотаж вокруг имени автомобильного магната был настолько велик, что в начале 20-х годов партийные политиканы подумывали о выдвижении кандидатуры Форда на пост президента, что привело в немалое смятение деятелей, рассчитывавших стать хозяевами Белого дома31.

Особенно важным событием было создание Дж. Морганом в 1901 году «Стального теста», монополизировавшего 43% производства чугуна и 66% производства стали в США.Он контролировал 75% американских запасов железной руды и выпускал половину металлургической продукции.

К концу первой половины ХХ века группа Морганов осуществляла прямой контроль над 5 крупнейшими банками США, 32 промышленными корпорациями, в том числе над такими, как «Юнайтед Стейтс стил корпорейшн», «Дженерал электрик» и прочими. Под контролем моргановского семейства оказались 13 крупнейших железных дорог, три гигантские страховые компании, 14 коммунальных предприятий32.

Центром «империи Морганов» в течение многих лет являлась финансовая компания «Морган Дж. П. энд компани» (в конце 1958 года этот банк объединился с моргановской «Гаранти траст компани» в единый банк – «Морган гаранти траст компани» с капиталом в 4 миллиарда долларов). Но размеры капитала, хотя сами по себе более чем внушительные, еще не дают полного представления о его влиянии и могуществе. Имена членов совета директоров «Морган гаранти траст компани» в 1950-е годы фигурировали в списках директоров каждой четвертой из 100 крупнейших промышленных фирм США. С 39 из 100 корпораций и фирм США моргановский банк имел теснейшие финансовые связи. Под контролем главного банка семейства находилось значительное количество финансовых учреждений, промышленных фирм, транспортных и страховых компаний, объединений коммунального обслуживания Америки33.

Двенадцать моргановских компаний вошли в число объединений, капиталы которых превысили миллиард долларов. Важнейшими среди них являлись крупнейший уоллстритский банк «Бэнкерз траст компани» (2785 миллионов долларов), ведущие страховые компании США, сталелитейная монополия «Юнайтед Стейтс стил корпорейшн» (3620 миллионов долларов), «Дженерал электрик» (1728 миллионов долларов), «Фелпс Додж корпорейшн» и др34.

Большую роль в «империи Морганов» в то время играет банк «Морган Стэнли энд К». На первый взгляд этот банк не входил в разряд наиболее могущественных, во всяком случае по объему своих капиталов. Однако в течение многих лет он занимал первое место по стоимости ежегодно размещаемых ценных бумаг.

Банки – фундамент «моргановской империи», основа ее могущества и влияния. Но Морганы не были бы Морганами – ярчайшими и типичнейшими представителями монополистического капитала, - если бы ограничили сферу своей деятельности только банковскими сейфами. Слияние финансового и промышленного капитала – один из характерных признаков монополий в эпоху империализма, - нашло свое выражение и в «империи Морганов».

Огромная промышленная машина, сотни предприятий в десятке отраслей промышленности приносили хозяевам этой «империи» многомиллиардные доходы. Невозможно перечислить все виды моргановского бизнеса. Расскажу лишь о наиболее крупных бриллиантах в промышленной короне этой династии.

Знал ли скромный инженер Александр Белл Грейам, собравший в 1876 году первый телефонный аппарат, что это, тогда ещё нескладное сооружение из проводов и катушек, окажется золотым дном для моргановского дома? Конечно, не знал. Раньше других своих соперников почуяв запах больших денег, Морганы наложили руку на это изобретение. И уже в 20-х годах прошлого века они практически были собственниками не только всей телефонной сети страны, но и владельцами многих заводов, научно-исследовательских институтов и других предприятий связи35. 

90% всех капиталовложений в американские предприятия связи долгое время принадлежали «Америкен телефон энд телеграф компани» - одной из самых прибыльных моргановских фирм. Этот гигант не только эксплуатировал подавляющую часть телеграфной и телефонной сети США, но и производил большую часть телефонного и телеграфного оборудования36.

«Юнайтед Стейтс стил корпорейшн» часто называют символом американского «биг бизнес» - большого бизнеса. 

О размерах «Юнайтед Стейтс стил» нет необходимости много распространяться. Достаточно сказать лишь, что мощности одной этой компании и в середине ХХ века были равны мощностям всей металлургической промышленности Англии и Франции, вместе взятым37.

На заводах «Юнайтед Стейтс стил» производилась самая разнообразная продукция – от стальных конструкций до различного сложного машинного оборудования; от рельсов, кабелей, труб, проволоки и листовой стали до военных кораблей, грузовых и пассажирских судов и плавучих доков; от удобрений и предметов домашнего обихода до целых домов.

«Дженерал электрик». Этот монополистический гигант возник в 1892 году в результате слияния компаний «Эдисон дженерал электрик» и «Томпсон Хаустон электрик». Верные себе, Морганы, прорвавшись в новую область, сразу же повели широкое наступление на всех своих конкурентов. Уже после Первой мировой войны «Дженерал электрик» заняла господствующее положение в перспективной области электротехнического производства - радиопромышленности. В 1919 году эта компания создала дочернее общество «Радио корпорейшн оф Америка», которое вскоре почти полностью монополизировало производство и сбыт радиоаппаратуры и установило контроль над радиовещанием38.

Еще более обильной для «Дженерал электрик» была жатва второй мировой войны. Если в 1939 году компания располагала 39 крупными предприятиями, то в 1947 году их число возросло до 125. За последующее десятилетие обороты «Дженерал электрик» увеличились ни много ни мало на 326%!

Знаменитая «Дженерал моторс» – крупнейший промышленный концерн США – также вошла в моргановскую орбиту. Правда, Морганам приходилось делить контроль над ним с семейством Дюпонов. Но и та часть дивидендов, которая приходилась на долю Морганов, даже если бы они не обладали больше ничем, сделала бы их одной из могущественнейших групп в деловом мире. Автомобили многих марок, самолеты, танки, автомобильные, танковые и авиационные моторы, сложнейшее оборудование, строительная техника, судостроение – вот неполный перечень продукции, изготовлявшейся в разное время на десятках заводов «Дженерал моторс». Об этой корпорации можно говорить много. Скажу только одно: чистый доход, который «Дженерал моторс» ежегодно приносила своим хозяевам, к середине века перевалил за полтора миллиарда долларов – рекорд не только для Америки, но и для всего капиталистического мира39.

Среди других крупнейших промышленных корпораций, вошедших в «моргановскую империю», назову самую большую в капиталистическом мире компанию по добыче природной серы – «Техас галф салфер компани» и ведущую фирму по производству синтетического каучука «Б.Ф. Гудрич компани».

Когда говорили о нефти и ее хозяевах, то в Америке называли прежде всего Рокфеллеров, затем Меллонов и техасских «нефтяных баронов» – Ханта и некоторых других. Однако Морганы не были бы самими собой, если бы прошли мимо такого «золотого дна», каковым является нефть. Прежде всего, они использовали финансовые возможности своих банков, чтобы внедриться в рокфеллеровские «Стандард ойл» (Нью Джерси) и «Сокони мобил ойл». И хотя эти компании по-прежнему остались в сфере контроля Рокфеллеров, Морганы и здесь извлекли немалую толику доходов.

Но этим дело не ограничилось. Создали Морганы и свои собственные нефтяные компании: «Континентал ойл», «Ситиз сервис», и крупную газовую компанию «Коломбиа гэс систем».

Финансы, тяжелая промышленность, военный бизнес – все это стало слагаемыми их могущества. Но картина была бы неполной, если бы я не сказал о том, что хозяева «моргановской империи» не отказались от доходов не только от стали и нефти, займов и танковых моторов, но и прохладительных напитков.

Кому не известно название «кокакола»? Этот отличный освежающий напиток заполонил в послевоенные годы многие страны мира. Много лет конкурирующие фирмы пытались либо выведать тщательно охраняемый секрет его приготовления, либо создать что-либо подобное. Однако эти попытки оставались безуспешными и принадлежавшая Морганам компания «Кока-кола К.» принесла своим хозяевам прибыли не меньше, чем их многие крупнейшие предприятия тяжелой промышленности40.

Американец моет руки мылом фирмы «Проктер энд Гэмбл» и дарит своей возлюбленной духи и помаду той же фирмы, а Морганы в результате кладут в свой карман ежегодно несколько десятков миллионов долларов. Домашняя хозяйка, экономя время, готовит обед из концентратов компании «Кампбелл суп», ее детишки лакомятся вафлями и печеньем, предлагаемыми фирмой «Нэшнл бискит» – и здесь Морганы не в накладе: пищевая промышленность – один из весьма прибыльных бизнесов «моргановской империи». Вот картина могущества Морганов после Первой мировой войны. Однако это могущество не ограничивалось рамками США. Деньги Морганов вкладывались в добывающую промышленность Южной Америки, Канады и Африки. В частности, через посредство «Кеннекот коппер корпорейшн», «Фелпс Додж корпорейшн», «Сент Джозеф лид компани» группа Морганов после Второй мировой войны взяла под контроль значительную часть добычи цветных металлов в Чили, Мексике, других странах Латинской Америки, в Канаде, в ряде стран Африки41.

Другая группа – Рокфеллера – сложилась в отличие от моргановской не вокруг банков, а вокруг крупнейшей промышленной монополии. Такой монополией явился главный нефтяной трест «Стандард ойл». В 90-х годах в империи Рокфеллера был создан свой банк («Нэшнл сити бэнк») для перекачки капиталов из нефтяной промышленности в находившиеся под рокфеллеровским контролем десятки монополий горнодобывающей, электрической, газовой и других отраслей.

В тот период не было других групп финансового капитала,имевших реальную возможность конкуренции с Морганами и Рокфеллерами . Перед первой мировой войной в их руках находилось 56% всего акционерного капитала США (22 миллиарда долларов), а также 341 руководящий пост в 112 банковских, промышленных, страховых и других монополистических объединениях. «Величайшая монополия в этой стране,- говорил Вудро Вильсон, - это монополия денежная»42.

Однако стоит упонянуть еще об одной династии магнатов американского империализма – Дюпонах. Под контролем этого семейства оказалась огромная сумма – 20.1 миллиарда долларов, что определило их третье, после Морганов и Рокфеллеров, место среди лидеров большого бизнеса в США. 

Центром дюпоновского королевства явилась крупнейшая в мире химическая монополия «Е.И. Дюпон де Немур», превратившаяся из небольшого порохового заводика XIX века в концерн с капиталом, превышающим 3500 миллионов долларов. На 78 крупных химических заводах, расположившихся в 27 штатах страны, к середине ХХ века работало свыше 300 тысяч человек43. 

Но Дюпоны не ограничиваются территорией Соединенных Штатов. Дочерние предприятия концерна «Дюпон де Немур» или фирмы с их участием начинают действовать в Англии, Франции, ФРГ, Канаде, Бельгии, Голландии, Швеции, Норвегии, Венесуэле, Бразилии, Чили, Аргентине, Мексике, Японии, Швейцарии, Перу. Размеры сумм, вложенных Дюпонами за пределами США после Второй мировой войны, приближались к 500 миллионам долларов.

Но «Дюпон де Немур» – не единственное богатство наследников вельможи Людовика XIV. Дюпоны взяли под свой контроль множество заводов, выпускавших самую различную продукцию. Все многочисленные дюпоновские компании составили связанное друг с другом производство, охватившее практически все области химической промышленности.

Особое место заняла в их королевстве «Дженерал моторс» – самая крупная в капиталистическом мире промышленная корпорация, которой они владели совместно с семейством Морганов.

Большую роль в королевстве Дюпонов играет в то время «Юнайтед Стейтс раббер компани». Хотя ее размеры уступают и «Дюпон де Немур», и «Дженерал моторс», но, имея более чем миллиардный ежегодный оборот, она входила в первую десятку крупнейших химических концернов мира. Этот концерн держал в своих руках значительную часть производства резины и синтетического каучука. «Юнайтед Стейтс раббер компани» приносил своим хозяевам стойкие и крупные прибыли, превышающие 30 миллионов долларов в год.

Стрелковое вооружение также небезвыгодный для семейства бизнес. В годы Второй мировой войны они специализировали на этом огромные цехи филиала дюпоновской компании «Ремингтон армз К». 

«Пока муж надевает утром пиджак из орлона и носки из спэндакса, - рекламировал в ту пору дюпоновский бизнес журнал «Тайм», - его жена надевает пояс из синтетической ткани, белье из икусственного волокна и платье, являющееся так же, как и все остальное, продукцией фирмы Дюпонов». 

Монопольное положение дюпоновского концерна на американском рынке искусственного волокна и пластиков приносило ему значительный процент прибылей. Достаточно сказать, что нейлон дюпоновский концерн производил единолично 14 лет, дакрон – 10, орлон – 4 года.

Итак, господство финансового капитала в экономике США начала ХХ столетия приобрело законченные формы. Сформировалась финансовая олигархия – группа миллиардеров, сосредоточивших у себя ключи управления всей внутренней жизнью страны – как экономикой, так и политикой. В.И.Ленин писал, что в США «нагло господствует кучка не миллионеров, а миллиардеров, а весь народ – в рабстве и неволе»44.

В период интенсивной монополизации американской экономики, продолжившийся в первой половине ХХ века, увеличилось число слияний фирм и их капиталов: за 1898–1902 годы число слияний фирм достигло здесь 531, а в период 1925-1929 годов (т.е. перед самым разрушительным кризисом в истории мировой капиталистической экономики) – уже 91745.

Тенденция к монополизации стала проявляться и в сфере внешней торговли. Примером этого может послужить создание в 1928 году по инициативе «Стального треста» и «Вифлеемской стальной корпорации» дочерней внешнеторговой компании – «Американской ассоциации по экспорту стали», имевшей своей целью расширение сбыта продукции сталелитейной промышленности США на внешних рынках.

В период стабилизации 1922-1929 годов половина всех капиталов американских корпораций и половина всей промышленной продукции США контролировалась 200-ми крупнейшими корпорациями, представлявшими, по существу, основное ядро финансового капитала в стране. 

§2. Процессы, способствовавшие развитию монополий в США.

История монополий в США неразрывно связана с развитием тех процессов, которые на каждом этапе ускоряли рост монополизации хозяйства, придавая ему новые формы. К числу важнейших из них относятся рост акционерной собственности, новая роль банков и развитие системы участия, монополистические слияния, как способ централизации капитала, эволюция форм капиталистических объединений и новейшие формы объединений. Каждый из этих процессов имеет самостоятельное значение в развитии современной экономики США и экономики в период конца XIX – начала ХХ века. 

Вообще говоря, существует два способа образования монополий: посредством капитализации прибыли или путем слияний и поглощений (в последнее время отмечается существенное преобладание именно этого способа).

Методы концентрации и централизации капитала, применявшиеся в американской экономике первой половины XIX века, не обеспечивали достаточного сосредоточения капитала для эффективного массового производства. Концентрация производства, создание новых крупнейших заводов и фабрик требовали резкого расширения рамок капиталистической собственности. Способы такого быстрого расширения размеров капиталистической собственности, находящейся под единым контролем, в Америке существовали давно, но широкое распространение они получили лишь под влиянием быстрого роста производительных сил. Одним из таких способов является акционерная форма организации капиталистических компаний46.

Важнейшая сторона развития американских монополий связана с новой ролью банков и других финансовых институтов, с так называемой системой участия. Рост концентрации производства и капитала постоянно усиливал необходимость расширения роли банков, заставляя промышленные компании страны искать с банками прочных связей с целью получения долгосрочных кредитов, их предоставления в случае изменения экономической конъюнк туры. Банкиры из скромных посредников стали постепенно превращаться во всесильных монополистов. Это означало формальное создание в Америке «общего распределения средств производства» (по содержанию же это распределение является частным, то есть сообразованным с интересами монополистического капитала). Сращивание банковского и промышленного капитала привело к образованию финансового капитала и американской финансовой олигархии47.

Быстрый рост размеров капитала обеспечивался также усилением централизации, происходившей в форме слияний независимых компаний. Эта форма централизации капитала широко использовалась в США. Первая большая волна монополистических слияний происходила в США в 90-х годах XIX века и в первые годы XX века. В результате были образованы крупнейшие компании, подчинившие себе целые отрасли промышленности. В металлургии – «Стандард ойл», в автомобильной – «Дженерал моторс» и т.п. Вторая большая волна монополистических слияний произошла в США накануне экономического кризиса 1929-33 годов. Были образованы монополии в алюминиевой промышленности, в производстве стеклянной тары и другие. 

§3. Антимонопольное законодательство в США.

Следует отметить, что антимонопольное законодательство,о котором сейчас можно слышать на каждом шагу, не относится к первым попыткам по формированию регулируемой конкуренции. Впервые регулирование конкурентных отношений возникло в середине ХIХ века в рамках законодательства о пресечении недобросовестной конкуренции, когда назрела необходимость в правовом регулировании методов и средств ведения конкуренции с тем, чтобы уберечь от дезорганизации товарно-денежные отношения (к слову,известнейший экономист Адам Смит заходил в вопросе обеспечения конкуренции так далеко, что предложил конкурировать даже попам, для более полной свободы вероисповедания).

Возвращаясь к генезису антимонопольного законодательства, необходимо отметить, что исторически сложилось два типа антимонопольных законов. Первый из них предусматривает формальное запрещение монополии, второй строится на принципе контроля за монополистическими объединениями и ограничения их злоупотреблений. Речь идет об антитрестовском законодательстве США и европейской системе антимонопольного законодательства, которая предусматривает контроль за монополистическими объединениями в целях недопущения ими злоупотреблений за счет своего господствующего положения на рынке. В странах европейской системы антимонопольного законодательства предусмотрена регистрация определенных видов соглашений о создании монополий или существенном ограничении конкуренции. При противоречии указанных соглашений интересам эффективного развития экономики с точки зрения конкуренции на рынке государственный орган, регистрирующий подобные соглашения, вышестоящий государственный орган или суд признает их недействительными. 

История регулирования американской промышленности насчитывает уже более ста лет и восходит к образованию Комитета по межштатному транспорту и торговле в 1887 году, который был создан как для предотвращения ценовых войн и обеспечения услугами небольших городов, так и для контроля монополий. Позднее федеральное регулирование распространилось на банки в 1913 году, на электроэнергетику - в 1920 году, на коммуникации, рынки ценных бумаг, сферу регулирования рынка труда и трудовых отно-шений, грузовые и авиаперевозки в течение 1930х годов (в течение последних нескольких лет под крыло правительственного регулирования попали новые отрасли, например, кабельное телевидение)48.

США прошли период быстрого возникновения трестов в конце XIX – начале ХХ века. Небольшие компании сливались в крупные. Никому не подчинявшиеся крупные компании входили между собой в соглашения, позволяющие ограничить предложение на рынке и поднять цены. Часто они устраняли ниболее слабых конкурентов, занижая цены, и терпели убытки до тех пор, пока не доводили конкурентов до банкротства. Затем победители приобретали собственность бывших конкурентов и поднимали цены.

Традиционно руководители администрации США неохотно вмешивались в дела частного сектора, исключая транспорт. В целом федеральное правительство поддерживало концепцию «laissez-faire» («дайте действовать» слова одного французского предпринимателя XVII века, символизирующие принцип невмешательства государства в экономику), или свободное рыночное предпринимательство. Эта позиция начала изменяться в конце XIX века, когда фермерское и рабочее движения призвали правительство защищать их интересы. К началу XX века образовался новый средний класс, опасавшийся не только предпринимательской элиты, но и политических движений фермеров и рабочих. Известные как «прогрессисты» лидеры среднего класса хотели, чтобы правительство само активно вмешивалось в регулирование предпринимательской деятельности и стимулировало конкуренцию49.

Первый антитрестовский закон был принят в штате Алабама в 1883 году. Затем, на протяжении 1889-1890 годов, аналогичные законы были приняты в других штатах США. Принятие законов, направленных против монополизации экономики, многими штатами способствовало разработке соответствующих законов на федеральном уровне. Так, в 1890 году появляется закон Шермана, положивший начало антимонопольному законодательству США. На бумаге это был прогрессивный акт, но на практике он редко применялся для сокращения числа монополий. Главной его особенностью является формальный запрет монополий, что придавало ему, в отличие от законодательства других стран, наиболее жесткий характер. Позднее, в начале 1900-х годов, при двух республиканских президентах Теодоре Рузвельте и Уильяме Говарде Тафте правительство стало применять положения данного закона для предотвращения образования монополий. В русле этих изменений Верховный суд США предотвратил слияние двух гигантских железнодорожных компаний,принадлежавших в основном Дж.Моргану и Э.Х. Гарриману, затем на несколько более мелких объединений вынужден был разделиться и «Стандард ойл».

Монополии, естественно, оказывали бешеное сопротивление, нередко судебным преследованиям вместо трестов подвергались рабочие объединения – профсоюзы.

После появления закона Шермана усиленное распространение получает новая форма монополий – холдинг. Холдинг – это общество, которое держит портфель акций разных фирм, получает дивиденды и распределяет их между пайщиками. Естественно, как предприятие-акционер, холдинг-компания посылает в эти фирмы своих директоров, контролирует их деятельность. Но перед лицом закона холдинг – не монополия: общество владеет только акциями и в качестве акционера, безусловно, имеет право контролировать те фирмы, в которые вложены её капиталы50.

В 1914 году в были приняты закон Клейтона и закон о федеральной торговой комиссии. Эти три нормативных акта с последующими изменениями и дополнениями и составили костяк антимонопольного законодательства США.

Закон Клейтона был принят для того, чтобы прояснить и усилить закон Шермана. В нем объявлялись незаконными «связывающие контракты» (согласно которым потребитель вынужден покупать продукт В, если он хочет продукт А); ценовая дискриминация и эксклюзивное дилерство (ограничительная практика организации сбыта продукции промышленной фирмы через определенные торговые предприятия) также были признаны нелегальными. Закон запрещал сцепленное руководство (при котором люди могли быть директорами более чем одной фирмы в одной и той же отрасли) и слияния, сформированные приобретением обыкновенных акций конкурента. Все эти действия не были незаконны сами по себе, а только тогда, когда они могли существенно уменьшить конкуренцию. Закон Клейтона делал особый акцент на профилактических мерах, а также на наказании. Одна из важнейших составляющих закона Клейтона заключалась в том, что он обеспечивал антимонопольный иммунитет против профсоюзов51.

В 1914 году была образована Федеральная торговая комиссия для того, чтобы препятствовать «нечестным методам конкуренции» и проведению антиконкурентных слияний. В 1938 году ФТК было дано право запрещать лживую и вводящую в заблуждение рекламу. Для того, чтобы использовать данную ей власть, ФТК получила право проводить расследования, разбирать дела и отдавать приказы о прекращении и приостановлении деятельности компаний.

Первая волна антимонопольных действий, начавшаяся после принятия закона Шермана, была направлена на разъединение существующих монополий. В 1911 году Верховный суд постановил, что Американская Табачная Компания и компания «Стандард ойл» должны быть разбиты на несколько отдельных компаний. Вынеся приговор этим монополиям, Верховный суд сформулировал важное «правило причины»: только беспричинные ограничения торговли (слияния, соглашения и т.д.) попадают под действие закона Шермана и признаются незаконными52.

Доктрина «правила причины» практически свела к нулю атаки антимонопольного законодательства на монополистов, образованных в результате слияния, как свидетельствует дело «Юнайтед Стейтс стил» (принадлежавшей Дж.Моргану) от 1920 года. В ходе разбирательства Верховный суд постановил, что нельзя предъявлять обвинение, ориентируясь лишь на размер компании. В то время, как и сегодня, суд обращал больше внимания на антиконкурентное поведение, а не на монопольную структуру.

Подводя итоги,можно сказать,что основная особенность антитрестовского законодательства США заключается в принципе запрета монополий как таковых, то есть признания их незаконными изначально, в то время как западноевропейское антимонопольное законодательство строилось на принципе регулирования монополистической практики путем устранения ее отрицательных последствий. Впрочем, как было сказано выше, пути для смягчения антимонопольного законодательства позже все-таки были найдены («правило причины»).

ГЛАВА III. Взгляды на монополизацию экономики США.

§1. Взгляды представителей экономических течений на процесс монополизации экономики США. 

Анализ процесса монополизации американской экономики (и не только) провели представители исторической школы (в последней трети XIX века), обратившие внимание на усиление монополизации и назвавшие эту стадию империализмом (теория «организованного капитализма» этой школы рассматривала благотворительную роль промышленных и банковских монополий как факторы упорядочения производства, устранения кризисов перепроизводства). Аналогичные исследования провели марксисты. Эти школы отметили характерные особенности империализма (например, захват колоний) и рассмотрели его как политический феномен. 

Шумпетер в своей работе «Социология империализма» посчитал, что капитализм и агрессия не совместимы, так как товарные отношения формируют тип человека, который стремится решить проблемы мирным путем, получить необходимое благо с помощью честной сделки, а не насилия. По его мнению, империалистическую политику нельзя вывести из экономических отношений капитализма, а надо исходить из нерациональности человека, привычек, обычаев, психологии доставшихся человеку в наследство от феодализма (здесь Шумпетер  представитель институционализма). 

В.И. Ленин в работе «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916 год) считает, что основой развития общества является развитие производительных сил. Основой монополизации явилась серия крупных открытий последней трети XIX века, приведших к изменению структуры народного хозяйства. Основой экономики стала тяжелая промышленность, в которой концентрация производства капитала выше, чем в легкой. Производство сосредоточилось на нескольких крупных предприятиях и возникли возможности договора между ними о ценах. Процесс концентрации идет в банковской сфере, возникают банковские монополии, далее образуется финансовый капитал и финансовая олигархия (результат сращивания банковского и промышленного капитала), которые стремятся к мировому господству, отсюда следует борьба за передел мира. Изменения, которые произошли в экономической и политической сфере, Ленин выводит из процесса монополизации экономики. Монополизация - результат концентрации производства, который дает возможность получать монопольновысокую прибыль на основе монопольновысоких цен. 

Анализ процесса ценообразования в условиях монополизации экономики появился к 30м годам ХХ-го столетия. 

Монополизация объяснялась ранними теориями внеэкономическими факторами. Адам Смит предполагал, что она возникает на естественной (например, невоспроизводимость условий производства) или юридической основе (дарование привилегий). Смит монопольную цену рассматривал как высшую цену, которая может быть получена в отличие от естественной цены (цены свободного рынка ), представляющей самую низкую цену, на которую можно согласиться. Здесь монопольную цену Смит трактует как цену спроса, а естественную цену как цену предложения.

Исследованию процессов ценообразования в условиях монополизированной экономики послужили две, одновременно вышедшие, работы «Теория монополистической конкуренции» (1933 год) Э.Чемберлина и «Экономическая теория несовершенной конкуренции» (1933 год) Дж. Робинсон.

Э.Чемберлин ввел понятие «монополистической конкуренции», которая по его мнению, вытекает из существования монополии по дифференциации продукта. Монополия по дифференциации продукта предполагает ситуацию, когда производя определенный продукт, отличный от продукции других фирм, фирма обладает частичной властью на рынке. Это означает, что увеличение цен на ее продукцию не обязательно приведет к потере всех покупателей. Продукт дифференцируется не только по различным свойствам продукта, но и по условиям реализации, а также услугами, сопутствующими продаже, и пространственным нахождением. Если так трактовать монополию, то приходится признать, что монополия существует во всей системе рыночных цен. Другими словами, там, где продукт дифференцирован, продавец одновременно является и конкурентом, и монополистом. Условиями же, порождающими монополию, по мнению ученого, являются патентные права, репутация фирмы, невоспроизводимые особенности предприятия, естественная ограниченность предложения. 

Из вышесказанного видно, что за пределами анализа Чемберлина осталась монополия, возникшая на основе высокого уровня концентрации производства и капитала. Эта сторона процесса монополизации была рассмотрена Дж.Робинсон. 

Дж. Робинсон - английский экономист, представительница кембриджской школы политэкономии. В работе «Экономическая теория несовершенной конкуренции» (1933 год) Робинсон ставит вопрос о поведении крупных компаний, для которых характенен высокий уровень концентрации производства, которую Робинсон связывала с экономией фирмы на масштабах, так как постоянные издержки с ростом объема производства уменьшаются. Сравнивая поведение компаний в условиях совершенной и несовершенной конкуренции, Робинсон показала, что крупные компании имеют возможность поддерживать более высокую цену, чем могли бы иметь в условиях совершенной конкуренции. Ключевым вопросом в ее исследованиях стало изучение возможностей использования цены как инструмента воздействия на спрос и регулирование сбыта. Робинсон ввела понятие «дискриминация в ценах», что означало сегментацию рынка монополией на основе учета различной эластичности спроса по цене у разных категорий потребителей, маневрирование ценами для разных групп, на разных географических рынках. 

Значительность вклада Энгельса в развитие политической экономии капитализма после смерти Маркса заключается в исследовании новых явлений, которые не получили отражения в «Капитале» Маркса, но оказались в дальнейшем типичными для эпохи империализма. К 1895 году качественные сдвиги в развитии капиталистической экономики приняли уже довольно очерченные формы. Энгельс признает их настолько важными, что посчитал даже необходимым сделать ряд замечаний к соответствующим разделам «Капитала» Маркса. 

Энгельс рассматривает тресты и картели как новые формы капиталистических предприятий, он видит в них свидетельство обострения основного противоречия капитализма, наглядное выражение возрастающей необходимости признания общественной природы производительных сил  того факта, что «быстро и значительно увеличивающиеся современные производительные силы с каждым днем все сильнее перерастают законы капиталистического товарообмена, в рамках которых должно совершаться их движение». Стремительное развитие промышленности во всех передовых странах не сопровождается соответствующим расширением рынка. Следствием этого является общее перепроизводство, падение цен, снижение прибыли. В этих условиях, продолжает Энгельс, крупные промышленные предприятия определенной отрасли соединяются в картели с целью регулирования производства, а следовательно, и цены и прибыли. Картели устанавливают общее количество товаров, которое должно быть произведено, распределяют его между предприятиями, навязывают наперед установленную продажную цену. 

С развитием картелей и трестов Энгельс связывает и изменение торговой политики, наметившееся в конце XIX века. Он отмечает новую всеобщую манию запретительных пошлин, которые отличаются от старой протекционистской системы тем, что под охрану ставятся как раз те продукты, которые способны к вывозу. 

Энгельс отмечает возникновение наряду с национальными и международных картелей, подчеркивая, что и «этой формы обобществления производства оказалось мало». В отдельных отраслях, где «это позволяла данная ступень развития производства», развитие пошло дальше, к более высокой форме монополий - трестам, стремящимся объединить по меньшей мере все крупные предприятия той или иной отрасли в одно крупное акционерное общество под единым руководством «с фактической монополией». Вслед за Америкой эта новая форма производства начала прокладывать себе дорогу и в Европе. 

Таким образом, Энгельс, наблюдая и оценивая новые явления в развитии капиталистического производства, сделал важное открытие, указав на тенденцию к монополизации капиталистического производства в ряде отраслей промышленности. 

Хотя с утверждением господства монополий и в производстве и в банковском деле функция биржи как рынка ценных бумаг стала монополией всесильных банков и биржа постепенно теряла свое значение по мере того, как уходил в прошлое капитализм свободной конкуренции, необходимо отметить, что Энгельс в исследовании двигался в правильном направлении, указывая на финансовых воротил - биржевиков, вступающих в союз с правительством и стремящихся к экономическому и политическому господству внутри страны и порабощению отсталых стран посредством вывоза капитала и разбойнических колониальных захватов. Он нащупывал ряд действительно существенных линий развития капитализма, вполне обозначившихся лишь в первые десятилетия XX века. 

Рост влияния монополий на экономическую жизнь не только США, но и других капиталистических стран отразилось и в теории лидера Второго Интернационала К.Каутского о постепенном сращивании в будущем всех мировых монополий в единую монополию (теория была представлена в немецком журнале “Die Zeit” и получила название теории «ультраимпериализма»)53.

§2. Магнат эпохи империализма в глазах американского общества.

Америка когда-то идеализировала бизнесмена, создателя обширной финансовой империи – промышленного магната. Его эпохой была вторая половина XIX века. Она началась с расширением сети железных дорог в 1850-е годы, включая в себя развитие промышленности на Севере в 1860-е годы и рост банковских инвестиций в 1870-е. В этот период интересы бизнеса оказывали значительное влияние на правительство.

Когда-то замечательный американский писатель Марк Твен так сформулировал символ веры своих соотечественников-бизнесменов: «Наживай деньги. Наживай быстро. Наживай как можно больше. Наживай бесчестно, если можешь, и честно, если нельзя иначе».

Великие промышленные магнаты были яростными бойцами, полностью отдававшими себя погоне за финансовым успехом и властью. В числе этих гигантов – Джей Гулд, Дж. П. Морган, Эндрю Карнеги, Джон Д. Рокфеллер и Генри Форд. Некоторые из них вели себя честно – по меркам бизнеса того времени; другие использовали силу,взятки и обман в приобретении богатства и власти.

Дух предпринимательства не является порождением Америки, он появился на почве европейского капитализма. К началу американской революции предприниматели уже действовали в Италии, Голландии (Нидерландах) и Англии. В американской истории предприниматели появились очень рано, в основном – в Новой Англии и на северо-восточном побережье. Это были судостроители, промышленники, спекулянты землей и банкиры. Но лишь очень немногие приобретали большие состояния54.

Дж. Пирпонт Морган, возможно наиболее яркий представитель делового мира, отличался грандиозностью своих действий. Он проявлял напористость и размах в частной и деловой жизни. Он и его компаньоны играли в азартные игры, плавали на яхтах, устраивали пышные приемы, строили роскошные особняки и покупали шедевры искусства в Европе55.

Напротив, такие люди, как Джон Д. Рокфеллер и Генри Форд, демонстрировали строгие, пуританские качества. Они сохраняли приверженность ценностям и стилю жизни маленького городка. Будучи людьми набожными, они испытывали чувство ответственности за других. Они продемонстрировали, что личные добродетели способны принести успех; их идеалами были трудолюбие и бережливость. Позднее их наследники основали крупнейшие благотворительные фонды в Америке56.

Тогда как многие европейские интеллектуалы считали бизнес и наживу чем-то низким, американцы в основном относились к предпринимательству с энтузиазмом. Им нравились риск и побуждение деловой инициативы, так же как и возможная награда за успех – власть и восхищение.

Однако ко времени «великой депрессии» 1929-1933 годов образ предпринимателя как американский идеал в значительной степени утратил свой блеск. Решающая перемена произошла с возникновением корпораций. Лишь немногие «бароны» бизнеса смогли выжить. Их места во главе корпораций заняли «технократы». Эти исполнители, специалисты в отдельных областях деятельности корпораций, стали необходиыми винтиками индустриальной машины. Высокооплачиваемый менеджер заменил важного магната57.

Сегодня лидеры большого бизнеса вовлечены в различные сферы общественной жизни. Они не только определяют судьбы корпораций, но входят также в советы своих городов и являются попечителями университетов. Новые руководители корпораций бывают в Вашингтоне, где обсуждают с представителями администрации вопросы национальной политики. Они заботятся о состоянии национальной экономики и об отношениях Америки с другими странами.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Целью данной работы является поиск и определение особенностей монополизации в Соединенных Штатах Америки, отличий этого процесса от аналогичных тенденций в других развитых капиталистических странах мира. Подводя итоги вышеприведенного исследования эти особенности можно сформулировать следующим образом:

Особенностью процессов концентрации и централизации в экономической жизни США в эпоху империализма явились не только их большие масштабы, чем в любой развитой капиталистической стране, но и значительное распространение трестовой формы объединения компаний в противовес европейским тенденциям к образованию монополий низшего порядка – картелей и синдикатов.

В отличии от Англии, для которой был характерен колониальный империализм, вследствие чего процесс монополизации проходил преимущественно в легкой промышленности, США (как и Германия) пошли по пути монополизации в первую очередь в сфере тяжелой промышленности и транспорта.

Впервые именно в США монополистические тенденции в наибольших масштабах проявились в мирных отраслях производства, тогда как в Германии, Франции и Англии подобные процессы проходили преимущественно в области военного производства. 

В борьбе за рынки сбыта и ресурсов американский капитализм выработал целую идеологию, объяснявшую проникновение капитала США в экономики слаборазвитых стран, неизбежно сопровождавжееся их фактической аннексацией (принцип «открытых дверей» для стран Старого Света и доктрина «Америка для американцев» применительно к Латинской Америке).

Благодаря наличию в стране огромных ресурсов, развитой железнодорожной сети, позволявшей реализовывать продукцию компаний в масштабах национального рынка, законов о патентах, дававших исключительные права компаниям на реализацию тех или иных технологических процессов, возможности вольной интерпретации земельных законов и т.д., американские монополии достигли рекордных для всего мира масштабов.

Особенностью американского империалистического развития стало широкое распространение системы участия, подтолкнувшей процесс сращивания банковского и промышленного капиталов с последующим образованием еще более могущественных субъектов рынка – финансово-промышленных групп.

Наконец, именно в США антимонопольное (или антитрестовское, как его здесь принято называть по причине особого развития именно трестов) законодательство формально запретило монополию как таковую, тогда как европейское антимонопольное законодательство было построено на принципе простого регулирования монополистичекой практики с позиций ликвидации отрицательных последствий деятельности монополий.

В заключение нельзя не упомянуть об особенностях монополизации в условиях современной американской экономики, о том, какие пути расширения рыночной власти избирают компании США в настоящее время.

Используя различные методы по наращиванию капитала (продажа обычных акций, выпуск привилегированных акций, выпуск облигаций, займы, использование прибыли), облегчающие рост, многие современные корпорации США достигают огромных размеров и мощи. Примерно 500 крупнейших корпораций занимают господствующее положение в американском бизнесе. Учитывая количество продаваемой продукции и число занятых в ее производстве людей, эти корпорации по благосостоянию сравнимы с целыми странами. В 1978 году на 500 крупнейших американских корпорациях работало в общей сложности 15.7 миллионов человек, а в 1990 году – 12.4 миллиона человек. Их общая прибыль с 1978 по 1990 год возросла с 61.5 миллиарда долларов до 93.3 миллиарда, а величина их собственности - с 898.5 миллиарда до 2298.6 миллиарда долларов58.

Эта громадная концентрация экономической мощи в руках главных корпораций может быть лучше проиллюстрирована следующими статистическими данными: 500 крупнейших фирм Америки владеют почти 40% имущества всех нефинансовых корпораций, более чем 1/3 всех банковских средств и почти 85% всех страховых фондов. Они осуществляют более половины всех продаж и получают 70% прибыли всех корпораций59.

Крупнейшие 200 корпораций владеют от 20 до 25% национального богатства, приносящего доход. Более 300 из 500 крупнейших имеют собственность стоимостью более чем миллиард долларов. Есть пять корпораций, которые располагают большим объемом денежных средств, чем любой из 50 американских штатов60.

В последние годы многие корпорации предпочли стать конгломератами; это означает, что они расширили сферу своей деятельности, занявшись производством и сбытом продукции, совершенно отличной от той, которой они первоначально занимались. При этом они могут покупать уже существующие компании в самых различных сферах экономики.

Двигаясь в этом направлении, менеджеры исходят из принципа, что неразумно «класть все яйца в одну корзину». Если спрос на один вид продукции упадет, другое направление деятельности поможет удержать равновесие. Так, компания, которая производила металл, может стать конгломератом, занявшись розничной продажей продуктов, обслуживанием автомобилей и производством кинофильмов.

И последнее. В настоящее время американские корпорации все больше жертвуют на благотворительные цели (ежегодно на это выделяется порядка 1.6 миллиарда долларов). Корпорации по-разному объясняют свою благотворительную деятельность. Первым среди мотивов называется подлинный альтруизм, признание того, что помимо проблем производства и создания прибыли для акционеров существует еще и социальная ответственность. Вовторых, корпорации жертвуют средства, потому что взамен получают косвенную выгоду. Участие во всевозможных фондах часто рассматривается как способ формирования доброго отношения со стороны общества либо как путь снижения издержек: если бы за финансирование всех социальных программ взялись власти, то они соответственно увеличили бы налоги. Другие корпорации заинтересованы в поддержке проектов, к которым особенно благосклонно относится конгресс, управляющий судьбой бизнеса. В-третьих, корпорации платят из соображений прямой выгоды. Например, машиностроительная компания может финансировать университетские технические программы, обеспечивающие высокую квалификацию выпускников, которые затем придут работать в эту компанию.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Антимонопольный закон Шермана (выдержки):

§1. Любое соглашение, объединение в форме треста или другого юридического лица, или сговор, приводящие к ограничению торговли между несколькими штатами или с иностранными государствами, объявляется незаконным.

§2. Каждый человек, монополизирующий или пытающийся монополизировать, или тайно или явно сговаривающийся с другим человеком или людьми для того, чтобы монополизировать любую часть торговли между несколькими штатами или с иностранными государствами, будет обвинен в совершении уголовного преступления.

Антимонопольный закон Клейтона (выдержки):

§2. Считается незаконной ... ценовая дискриминация между различными товарами одного класса и качества ... если подобная дискриминация значительно ослабляет конкуренцию или способствует созданию монополии в любом звене торговли ... при условии , что ничто , здесь указанное , не будет препятствовать разнице в оплате труда, которая единственная может объяснять разницу в затратах ... .

§3. Что для любого человека является незаконным ... сдавать в аренду, продавать или заключать контракт ... при условии, или соглашении или понимании того, что ... арендатор или покупатель не будет использовать или вести дела ... в области действия конкурента ... если в результате ... может возникнуть монополия или уменьшится конкуренция в любом звене торговли. 

§7. Ни одна (корпорация) ... не должна приобретать ... полностью или частично другую корпорацию ... если ... в результате этого приобретения может значительно снизиться конкуренция или возникнуть монополия.

Из закона о Федеральной торговой комиссии:

§5. Нечестные методы конкуренции , а также несправедливые или вводящие в заблуждение поступки или действия ... объявляются незаконными.

ПРИМЕЧАНИЯ

«Современный экономический словарь» (Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б.) – Москва, ИнфраМ, 2001 год.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. там же.

«История США» (С. Невинс, Г. Коммаджер) – Нью-Йорк, Телекс, 1991 год.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

«История США» (С. Невинс, Г. Коммаджер) – Нью-Йорк, Телекс, 1991 год.

Там же.

«История экономики» (учебное пособие, М.Я. Лойберг) – Москва, Инфра-М, 2000 год.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

«История экономики» (М.В. Конотопов, С.И. Сметанин) – Москва, Академический проект, 2001 год.

«История экономики» (учебное пособие, М.Я. Лойберг) – Москва, Инфра-М, 2000 год.

«История экономики» (М.В. Конотопов, С.И. Сметанин) – Москва, Академический проект, 2001 год.

«История США» (С. Невинс, Г. Коммаджер) – Нью-Йорк, Телекс, 1991 год.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. там же.

См. сноску выше.

«История экономики» (М.В. Конотопов, С.И. Сметанин) – Москва, Академический проект, 2001 год.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. там же.

См. сноску выше.

См. вышеуказанный источник.

«История экономики» (М.В. Конотопов, С.И. Сметанин) – Москва, Академический проект, 2001 год.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

Там же.

«История экономики» (учебное пособие, М.Я. Лойберг) – Москва, Инфра-М, 2000 год.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

Там же.

«Некоронованные короли Америки» (Зорин В.С.) - Москва, Политиздат, 1967 год.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. там же.

См. ссылку выше.

См. вышеприведенную ссылку.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. там же.

См. ссылку выше.

«История США» (С. Невинс, Г. Коммаджер) – Нью-Йорк, Телекс, 1991 год.

«Некоронованные короли Америки» (Зорин В.С.) - Москва, Политиздат, 1967 год.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. вышеуказанную ссылку.

«Экономика» (П. Самуэльсон, В. Нордхаус) – Москва, Инфра-М, 2000 год.

«Основы американской экономики» -Москва, ППП, 1993 год.

«История экономики» (М.В. Конотопов, С.И. Сметанин) – Москва, Академический проект, 2001 год.

«Экономика» (П. Самуэльсон, В. Нордхаус) – Москва, Инфра-М, 2000 год.

Там же.

«Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

«Основы американской экономики» -Москва, ППП, 1993 год.

Там же.

См. вышеуказанный источник.

См. там же.

«Основы американской экономики» -Москва, ППП, 1993 год.

Там же.

Там же. 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. «Империализм и раскол социализма» (В.И. Ленин) - Москва, Политиздат, 1983 год.

2. «Империализм, как высшая стадия капитализма» (В.И. Ленин): популярный очерк - Москва, Политиздат, 1984 год.

3. «Ленинская теория империализма и ее буржуазные критики» (И.Т. Назаренко) – Мос-ква, Мысль, 1983 год.

4. «Новые явления в концентрации и монополизации капитала и производства в условиях современного капитализма» (И.Л. Бубнов, К. Нельсен и др.) - Москва, Высшая школа, 1984 год.

5.«Политическая экономия современного монополистического капитализма» (редактор, Н.Н. Иноземцев) - Москва, Мысль, 1975 год.

6. «Большой бизнес: путь к господству»: империализм и товарные отношения - Москва, Мысль, 1985 год.

7. «Капиталистическая монополия: ее политико-экономическая природа и формы эконо-мической реализации» (И.Е. Рудакова) - Москва, Издательство Московского университета, 1976 год.

8. «Современный концерн: политэкономический аспект» (А.А.Демин, Н.В.Расков) – Ле-нинград, Издательство ЛГУ, 1983 год.

9. «Империализм и кризис мирового капитализма» (Э.Я. Брегель) - Москва, «Международные отношения», 1968 год.

10. «США: нефтяные монополии и государство» (Е.В. Бугров) - Москва, Наука, 1978 год.

11. «Некоронованные короли Америки» (В.С. Зорин) - Москва, Политиздат, 1967 год.

12. «Государство и монополии США» (Ю.И. Ригин) - Москва, АН СССР, Институт США и Канады, Мысль, 1978 год.

13. «Американский менеджмент на пороге XXI века» (Д. Грейсон младший, Карла О’Делл), Москва, Экономика, 1991 год.

14. Учебное пособие «История экономики» (М.Я. Лойберг) - Москва, Инфра-М, 2000 год.

15. «История экономики» (М.В. Конотопов, С.И. Сметанин) - Москва, Академический проект, 2001 год. 

16. «Основы американской экономики» – Москва, ППП, 1993 год.

17. «История США» (С. Невинс, Г. Коммаджер) – Нью-Йорк, Телекс, 1991 год.

18. Учебное пособие «История США» (Б.Д. Козенко, Г.Н. Севостьянов) – Самара, СГУ, 1994 год.

19. «Экономика» (П. Самуэльсон, В. Нордхаус) – Москва, Инфра-М, 2000 год. 

20. «Империализм – монополистический капитализм» (учебно-методическое пособие под редакцией В.В. Мотылева) - Москва, «Высшая школа», 1988 год.

21. «Современный экономический словарь» (Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубце-ва Е.Б.) – Москва, Инфра-М, 2001 год.