Физиократы

СОДЕРЖАНИЕ



Введение

3

Глава 1. Ф. Кенэ – основатель школы физиократов

5

Глава 2. Взгляды Анна Робера Жака Тюрго

11

Глава 3. “Секта” физиократов: достижения и просчеты

14

Заключение

18

Примечания

21

Список литературы

22
























Введение



Для того, чтобы понять процесс становления современных экономических теорий, мы не можем обойти вниманием школу физиократов. Школа физиократов – специфическое течение в рамках классической политической экономии. Слово “физиократия” имеет греческое происхождение и в переводе означает “власть природы” (Physis (природа)+kratos (власть)). В этом смысле представители физиократизма исходили из определяющей роли в экономике земли, сельскохозяйственного производства.

Изучение идей этой школы достаточно важно, так как, по выражению Карла Маркса физиократы “в пределах буржуазного кругозора дали анализ капиталу” и стали “настоящими отцами современной политической экономии”.

Цель работы: изучить взгляды физиократов.

Задачи: 1) выяснить взгляды основателя школы Ф. Кенэ; 2) определить, какой вклад внесли в развитие идей Кенэ его последователи, в том числе и Тюрго (хотя он и не считал себя таковым); 3) сделать вывод о существе идей физиократов и их вкладе в развитие экономической науки.

При этом основное внимание уделяется, разумеется, взглядам Кенэ и Тюрго, так как последователи Кенэ практически ничего нового не внесли; они только повторяли мысли учителя. Об этом более детально будет рассказано в третьей главе.

При написании данной работы был использован ряд книг – как учебных пособий, так и монографий. Нет смысла перечислять все учебные и энциклопедические пособия. Отмечу лишь “Историю экономических учений” .Ядгарова Я. С. , в которой кратко и сжато подан материал, четко обозначены основные моменты и деятельности Кенэ и Тюрго, суть их взглядов. Однако это учебное пособие, в котором явно недостаточно материала для объемной работы; кроме того, в нем нет вообще ни строчки об остальных представителях школы.

Этот пробел восполняет книга Анинина А. В. “Юность науки: Жизнь и идеи мыслителей-экономистов до Маркса”. Хотя она написана в достаточно популярной форме, тем не менее в ней поднимаются и рассматриваются многие малоизвестные моменты и спорные вопросы.

Интересный материал дает также “Всемирная история экономической мысли” (Т. 1). Интересные выводы делает Дроздов В. В. в книге “Ф. Кенэ”. Это не просто биография, но в ней дается также анализ учения Кенэ. Накнец, из иностранных авторов упомянем Такаши Негиши и его “Историю экономической теории”. Это специальная работа, и автор в ней мало касается экономических учений, в частности, школы физиократов; он больше уделяет внимания развитию теоретико-математического аппарата. Так, у Кенэ его заинтересовала только его “Экономическая таблица”; Такаши Негиши дает ее подробный анализ. Кроме того, из этой книги можно узнать также о том, что повлияло на развитие взглядов Кенэ; это очень важно, так как во многом определило направление и ход мыслей основателя школы физиократов.






Глава 1. Ф. Кенэ – основатель школы физиократов



По словам Ф. Кенэ (1694 – 1774), признанного лидера и основоположника школы физиократов, именно постоянное воспроизводство богатства сельского хозяйства служит основой для всех профессий, способствует расцвету торговли, благополучию населения, приводит в движение промышленность и поддерживает процветание нации. Иначе говоря, земледелие он считал основой для всей экономики государства.

Ф. Кенэ не являлся профессиональным экономистом. Специальных работ по экономической теории Кенэ не писал до 60 лет. Уроженец одного из пригородов Версаля (под Парижем), восьмой из тринадцати детей крестьянина – мелкого торговца, Кенэ исключительно благодаря своим природным дарованиям достиг профессии врача, которая всегда оставалась для него основной. Чтобы стать медиком, в 17 лет уехал в Париж, где практиковал в госпитале и одновременно подрабатывал в одной из граверных мастерских. Через 6 лет получил диплом хирурга и приступил к врачебной практике вблизи от Парижа в городке Мант. В 1752 году Кене становится лейб-медиком Людовика XV, получает дворянство. Король обращался к нему не иначе как “мой мыслитель” и слушался его советов.

По мере улучшения и упрочения своего материального положеия Кенэ все более увлекается проблемами, далеко выходящими за рамки медицины. Свободдное время он начал посвящать философии, а затем целиком экономической теории. С 1756 года он дает согласие участвовать в “Энциклопедии”, издаваемой Дидро и д’Аламбером, в которой и были опубликованы его основные экономические проихзведения (статьи): “Население” (1756), “Фермеры”, “Зерно”, “Налоги” (1757), “Экономическая таблица” (1758) и др.

Кенэ был основателем школы физиократов, оказавшей сильное влияние на Адама Смита и Карла Маркса. Сильное влияние на Кенэ оказал Ричард Кантильон (1697 – 1734), ирландец, бывший банкиром в Париже до 1720 года. Используя богатый опыт предпринимательства. Кантильон много писал, но единственная сохранившаяся работа  - Essai sur la nature du commerce en general (1755); ходила в рукописных вариантах до 1775 года, когда была опубликована. Эта работа знаменита не только благодаря созданию Кантильоном одновременно с Дэвидом Юмом теории механизма перелива цены/золота между странами, но и благодаря неоспоримому влиянию на физиократов, в особенности на Кенэ. В первом абзаце книги утверждается, что “земля – это сущность, источник, из которого производится все богатство. Труд человека – форма, которая производит его”, а Часть 1 Главы 12 озаглавлена “Все классы и группы государства существуют или обогащаются за счет собственников земли”.

В сочинениях Кенэ решительно осуждает взгляды меркантилистов на экономические проблемы, что по сути явилось отражением нараставшего в стране на протяжении ряда десятилетий неудовольствия состоянием сельского хозяйства, к которому привел его так называемый кольбертизм времен Людовика XIV (это отмечал и А. Смит, характеризуя физиократию как реакцию на меркантилистскую политику Ж. Б. Кольбера). В них отражена его убежденность в необходимости перехода к фермерскому хозяйству как основе свободного (рыночного) механизма хозяйствования на принципах полной свободы ценообразования в стране и вывоза за границу сельскохозяйственной продукции.

Методологическая платформа экономических исследований Кенэ строилась на разработанной им концепции о естественном порядке, основой которого являются физические и моральные законы государства, охраняющие частную собственность, частные интересы и обеспечивающие воспроизводство и распределение благ. Как утверждал ученый, частный интерес одного никак не может быть отделен от общего интереса всех, потому что желание наслаждаться сообщает обществу движение к возможно лучшему состоянию.

Кенэ считал целесообразным сосредоточить высшую государственную власть в одном просвещенном лице, обладающем знанием законов – естественного порядка, - необходимым для государственного руководства.

Оценивая методологические исследования Кенэ и его последователей, Н. Кондратьев отмечал, что физиократы не проводили методологической грани между чисто теорией и практикой. Провозглашаемая физиократами наука по его мнению, изучает физические и моральные законы “наиболее совершенного строя”, который вызывал у них вдохновение и энтузиазм, до известной степени сектантских характер их течения и мессионизм во взглядах на свою роль.

В творческом наследии Кенэ важное место занимает учение о чистом продукте, который сейчас называют национальным доходом. По его мнению, источником чистого дохода является земля и приложенный к ней труд людей, занятых в сельскохозяйственном производстве. А в промышленности и других отраслях экономики чистой прибыли не производится и происходит только смена первоначальной формы этого продукта. Рассуждая так, Кенэ не считал промышленность бесполезной. Он исходил из выдвинутого им положения о производительной сущности различных социальных групп общества – классов. При этом Кенэ утверждал, что нация состоит из трех классов граждан: класса производительного, класса собственников и класса бесплодного. К первому он относил всех, занятых в сельском хозяйстве; ко второму – землевладельцев, включая короля и духовенство; к третьему – всех граждан вне земли, то есть в промышленности, торговой и других отраслях сферы услуг.

Вместе с тем Кенэ отнюдь не тенденциозен, подразделяя общество на классы, поскольку, как он полагает, “трудолюбивые представители низших классов” вправе рассчитывать на работу с выгодой. Зажиточность же возбуждает трудолюбие потому, что люди пользуются благосостоянием, которого они достигли, привыкают к удобствам жизни, к хорошей пище и одежде и боятся бедности и как следствие воспитывают своих детей в привычке к труду и благосостоянию, а удача доставляет удовлетворение их родительских чувств и самолюбия.

Кенэ принадлежит первое в истории экономической мысли достаточно глубокое теоретическое обоснование положений о капитале. Если меркантилизм отождествлял капитал, как правило, с деньгами, то Кенэ считал, “что деньги сами по себе представляют собой бесплодное богатство, которое ничего не производит”. По его терминологии, сельскохозяйственные орудия, постройки, скот и все то, что используется в земледелии в течение нескольких производственных циклов, представляют “первоначальные авансы” (по современной терминологии – основной капитал). Затраты на семена, корма, оплату труда рабочих и др., осуществляемые на период одного производственного цикла (обычно до года), он относит к “ежегодным авансам” (по современной терминологии – оборотный капитал). Но заслуга Кенэ состоит не только в подразделении капитала на основной и оборотный по его производительному признаку. Кроме того, он смог убедительно доказать, что в движении находится наряду с оборотным и основной капитал.

О торговле Кенэ высказал ряд интересных и неординарных суждений. Так, признавая торговлю “бесплодным занятием”, он в то же время предостерегал от ложного впечатления, что благодаря всемирной конкуренции она тала вредной и что иностранные купцы увозят и расходуют на своей родине то вознаграждение, которое им уплатили за оказанные в данной стране  услуги, и, таким образом, этим вознаграждением обогащаются прочие нации. Не соглашаясь с этим, Кенэ утверждал, что необходима только “абсолютно свободная торговля” как условие расширения торговли, изгнания монополий и сокращения торговых издержек.

Наконец, о знаменитой “Экономической таблице” Кенэ, в которой выполнен первый анализ круговорота хозяйственной жизни. Как пишет в своих мемуарах Мармонтель, уже с 1757 года доктор Кенэ чертил свои “зигзаги чистого продукта”. Это была “Экономическая таблица”, которая неоднократно издавалась и толковалась в трудах самого Кенэ и его учеников. Она существует в нескольких вариантах. Однако во всех вариантах таблица представляет собой одно и то же: в ней изображается с помощью числового примера и графика, как создаваемый в земледелии валовой и чистый продукт страны обращается в натуральной и денежной форме между тремя классами общества, которые выделял Кенэ. Идеи этой работы свидетельствуют о необходимости соблюдения и обоснованного прогнозирования определенных народохозяйственых пропорций в структуре экономики. Им выделены взаимосвязи, которые он характеризовал так – “Воспроизводство постоянно возобновляется издержками, а издержки возобновляются производством”..

Рассматривая “Экономическую таблицу” Кенэ как первую попытку макроэкономического исследования, в этой работе тем не менее нетрудно заметить формальные недостатки, как-то: простейшая иллюстрация взаимосвязи отраслей; обозначение так называемого непроизводственного сектора, обладающего основным капиталом; признание экономической деятельности на земле источником чистого дохода, не выясняя механизм превращения земли в источник ценности, и т. д. М. Блауга заметил, что в “Таблице” Кенэ деньги – не более чем форма обращения, что торговля в сущности сводится к бартерному обмену и что производство продолжает автоматически генерировать доход, выплата которого позволяет перейти к следующему производственному циклу. 

Чтобы показать хотя бы в основных чертах трактовку “Экономической таблицы” с точки зрения современной науки, воспользуемся словами академика Василия Сергеевича Немчинова. В своей работе “Экономико-математические методы и модели” он пишет: “В XVIII веке на заре развития экономической науки… Франсуа Кенэ… создал “Экономическую таблицу”, явившуюся гениальным взлетом человеческой мысли. В 1958 году исполнилось 2000 лет с момента опубликования этой таблицы, однако идеи, заложенные в ней, не только не померкли, а приобрели еще большую ценность. .. Если характеризовать таблицу Кенэ в современных экономических терминах, то ее можно считать первым опытом макроэкономического анализа, в котором центральное место занимает понятие о совокупном общественном продукте.. “Экономическая таблица” Франсуа Кенэ – это первая в истории политической экономии макроэкономическая сетка натуральных (товарных) и денежных потоков материальных ценностей. Заложенные в ней идеи – это зародыш будущих экономических моделей. В частности, создавая схему расширенного воспроизводства, К. Маркс отдал должное гениальному творению Франсуа Кенэ…”

Кенэ дал систематическую и аргументированную критику меркантилизма, долгое время служившего теоретическим обоснованием экономической политики французского абсолютизма. От этого удара меркантилизм уже никогда не смог оправиться и постепенно утратил всякое практическое значение. Кенэ своими взглядами предвосхитил некоторые мероприятия Великой французской буржуазной революции 1789 – 1794 годов.




















Глава 2. Взгляды Анна Робера Жака Тюрго



Анн Робер Жак Тюрго по был происхождению дворянин. Согласно семейной традиции он как третий сын вынужден был получить духовное образование, но по окончании семинарии и теологического факультета Сорбонны 23-летний аббат неожиданно решил отказаться от своего предназначения для церкви и перешел на государственную службу. Тюрго хорошо владел шестью языками, круг его интересов составляли философия, филология. Юриспруденция, естественные науки, математика, художественная литература, поэзия. Тюрго уже в начале своей службы более всего волновало экономическое положение Франции. Тюрго успешно продвигался по служебной лестнице, и в 1774 году получил последнее назначение, став при молодом короле Людовике XVI сначала морским министром, а затем генеральным контролером финансов (т. е. министром финансов). Однако каждое его нововведение наталкивалось на ожесточенное сопротивление королевского окружения, которое, по образному выражению, “съело Тюрго”. 

Тюрго не считал себя ни учеником, ни последователем Кенэ, отрицая какую-либо причастность к “секте”, как он выражался, физиократов. Тем не менее творческое наследие и практические дела свидетельствуют о его приверженности основным физиократическим учениям и принципам экономического либерализма.

Подобно физиократам, Тюрго утверждал, что земледелец является первой движущей силой в ходе всех работ, что это он производит на своей земле заработок всех ремесленников. По его мнению, труд земледельца – единственный труд, производящий больше того, что составляет оплату труда, и потому он единственный источник всякого богатства. Одновременно, критикуя меркантилистов, к “богатству нации” Тюрго относил прежде всего земли и получал с них “чистый доход, поскольку, на его взгляд, хотя деньги и составляют непосредственный предмет сбережения и являются главным материальным капиталом, но деньги как таковые составляют почти незаметную часть совокупной суммы капиталов, а роскошь непрерывно ведет к их уничтожению.

В определении сущности и величины заработной платы рабочих Тюрго не расходится ни с У. Петти, ни с Ф. Кенэ, как и они, считая ее результатом “от продажи своего труда другим” и полагая, что она ограничена необходимым минимумом для его существования, и тем, что ему безусловно необходимо для поддержания жизни. Но в отличие от своих предшественников Тюрго относит заработную плату к числу элементов, лежащих в основе выдвинутого им понятия об “общественном экономическом равновесии”. Последнее, по его словам, устанавливается между ценами всех производных земли, потреблением различного рода товаров, различными видами изделий, числом занятых людей и ценой их заработной платы.

Тюрго, разделяя взгляды Кенэ, выделял в обществе три класса: производительный, бесплодный и собственников земли. Однако первые два класса он называл “работающими или занятыми классами”, полагая, что каждый из них распадается на два разряда людей: на предпренимателей, или капиталистов, дающих авансы, и на простых рабочих, получающих заработную плату. 

Деньги рассматриваются Тюрго в качестве одного из товаров в товарном мире, имея в виду, что особенно золото и серебро более, чем всякий другой материал, пригоден служить монетой, ибо они, по его мнению, по самой природе вещей сделались монетой, и притом всеобщей монетой, независимо от всякого соглашения и всяких законов. По убеждению ученого, деньги, то есть золото и серебро, изменяются в цене не только по сравнению со всеми другими товарами, но и по отношению друг к другу, смотря по большему или меньшему их изобилию.

Серьезное внимание уделял Тюрго исследованию природы происхождения ссудного (денежного) процента. Он утверждал, что взимание процентов правомерно, так как в течение времени займа заимодавец теряет доход, который мог бы получить, так как рискует своим капиталом, а заемщик может использовать деньги для выгодных приобретений, которые могут принести ему большую прибыль. Что же касается текущего момента, то он, по мнению Тюрго, служит на рынке термометром, по которому можно судить об избытке или недостатке капитала, уточняя, в частности, что низкий денежный процент – это и последствие и показатель избытка капиталов.

В связи с изучением механизма формирования цен на рынке Тюрго выделял цены текущие и основные: первые устанавливаются соотношением спроса и предложения, вторые “в применении к товару есть то, чего данная вещь стоит работнику, и потому это тот минимум, ниже которого она (цена) не может опуститься”. При этом, по мнению Тюрго, редкость является “одним из элементов оценки” при приобретении товаров. 


























Глава 3. “Секта” физиократов: достижения и просчеты



В 1768 году ученик Кенэ Дюпон де Немур опубликовал сочинение под заголовком “О происхождении и прогрессе новой науки”. В нем подводились итоги развития учения физиократов.

Особенность физиократической теории состояла в том, что ее буржуазная сущность скрывалась под феодальной оболочкой. 

Чистый продукт – produit net – в трактовке физиократов – это ближайший прообраз прибавочного продукта и прибавочной стоимости, хотя они односторонне сводили его к земельной ренте и считали естественными плодами земли. 

Почему Кенэ и физиократы обнаружили прибавочную стоимость только в земледелии? Потому, что там процесс ее производства и присвоения наиболее нагляден, очевиден. Его несравненно труднее разглядеть в промышленности, так как рабочий в единицу времени создает большую стоимость, чем стоит его собственное содержание, но рабочий производит совсем не те товары, которые потребляет. Чтобы разглядеть тут прибавочную стоимоть, надо знать, как привести гайки и винты, хлеб и вино к какому-то общему знаменатылю, то есть то есть иметь понятие о стоимости товаров. А такого понятия Кенэ не имел, оно его просто не интересовало.

Прибавочная стоимость в земледелии кажется даром природы, а не плодом неоплаченного человеческого труда. Она непосредственно существует в натуральной форме прибавочного продукта, особенно в хлебе.

Посмотрим, какие практические выводы вытекали из учения Кенэ. Естественно, что первой рекомендацией Кенэ было всемерное поощрение земледелия в форме крупного фермерского хозяйства. Но далее следовали по меньшей мере две рекомендации, которые выглядели в то время не так безобидно. Кенэ считал, что налогами надо облагать только чистый продукт, как единственный подлинный экономический “излишек”. Любые другие налоги обременяют хозяйство. Что же получалось? Феодалы должны были платить все налоги, тогда как они не платили никаких. Кроме того. Говорил Кенэ. Поскольку промышленность и торговля находятся “на содержании” у земледелия, надо. Чтобы это содержание обходилось возможно дешевле. А это будет при том условии, если отменить или хотя бы ослабить все ограничения и стеснения для производства и торговли. Физиократы выступали сторонниками laissez faire.

Но хотя Кенэ и собирался обложить чистый продукт единым налогом, в основном он обращался к просвещенному интересу власть имущих, обещая им рост доходности земель и укрепление земельной аристократии.

По этой причине школа физиократов в первые годы имела немалый успех. Ей покровительствовали герцоги и маркизы, иностранные монархи проявляли к ней интерес. И в то же время ее высоко ценили философы-просветители, в частности Дидро. Физиократам сначала удалось привлечь симпатии как наиболее мыслящих представителей аристократии, так и растущей буржуазии. С начала 60-х годов кроме версальского “антресольного клуба”, куда допускались только избранные, открылся своего рода публичный центр физиократии в доме маркиза Мирабо в Париже. Здесь ученики Кенэ (сам он нечасто бывал у Мирабо) занимались пропагандой и популяризацией идей мэтра, вербовали новых сторонников. В ядро секты физиократов входили молодой Дюпон де Немур, Лемерсье де ла Ривьер и еще несколько человек, лично близких к Кенэ. Вокруг ядра группировались менее близкие к Кенэ члены секты, разного рода сочувствующие и попутчики. Особое место занимал Тюрго, отчасти примыкавший к физиократам, но слишком крупный и самостоятельный мыслитель, чтобы быть только рупором мэтра. То, что Тюрго не смог втиснуться в прокрустово ложе, срубленное плотником с версальских антресолей, заставляет нас с иной стороны посмотреть на школу физиократов и ее главу.

Конечно, единство и взаимопомощь учеников Кенэ, их безусловная преданность учителю не могут не вызвать уважения. Но это же постепенно становилось слабостью школы. Вся ее деятельность сводилась к изложению и повторению мыслей и даже фраз Кенэ. Его идеи все более застывали в виде жестких догм на вторниках Мирабо свежая мысль и дискуссия все более вытеснялись как бы ритуальными обрядами. Физиократическая теория превращалась в своего рода религию, особняк Мирабо – в ее храм, а вторники – в богослужения.

Секта в смысле группы единомышленников превращалась в секту в том отрицательном смысле, какой мы вкладываем в это слово теперь: в группу слепых приверженцев жестких догм, отгораживающих их от всех инакомыслящих. Дюпон, ведавший печатными органами физиократов, “редактировал” все, что попадало в его руки, в физиократическом духе. Самое смешное, что он считал себя большим физиократом, чем сам Кенэ, и уклонялся от публикации переданных ему ранних работ последнего (когда Кенэ писал их, он был, по мнению Дюпона, еще недостаточно физиократом).

Такому развитию дел способствовали некоторые черты характера самого Кенэ. Д. И. Розенберг в своей “Истории политической экономии” замечает: “В отличие от Вильяма Петти, с которым Кенэ делит честь именоваться творцом политической экономии, Кенэ был человеком непоколебимых принципов, но с большой наклонностью к догматизму и доктринерству”. С годами такая наклонность увеличивалась, да и поклонение секты этому способствовало.

Считая истины новой науки “очевидными”, Кенэ становился нетерпим к другим мнениям, а секта во много раз усиливала эту нетерпимость. Кенэ был убежден в универсальной применимости своего учения независимо от условий места и времени. 

Его скромность ни на йоту не уменьшилась. Он вовсе не принижал своих учеников, но они принижали себя сами. 

Когда Кенэ умер в декабре 1774 года, физиократы не могли никем его заменить. К тому же они уже переживали упадок. Правление Тюрго в 1774 – 1776 годах оживило их надежды и деятельность, но тем сильнее был удар, нанесенный его отставкой. К тому же 1776 год – это год выхода в свет “Богатства народов” Адамма Смита. Французские экономисты следующего поколения – Сисмонди, Сэй и др. – больше опирались на Смита, чем на физиократов. В 1815 году Дюпон, уже глубокий старик, в письме попрекал Сэя тем, что он, вскормленный на молоке Кенэ, “бьет свою кормилицу”. Сэй отвечал, что после молока Кенэ он съел немало хлеба и мяса, то есть изучил Смита и других новых экономистов. В конечном счете Сэй отказался и от главных прогрессивных элементов учения Смита.

Коренная причина распада физиократической школы и уменьшения популярности идей Кенэ в 70-х и 80-х годах состоит в том, что потерпели неудачу ее попытки подготовить классовый компромисс между дворянством и буржуазией. 

Королевская власть оказалась неспособной играть роль арбитра и примирителя между обоими классами. Утратив покровительство двора, последователи Кенэ стали подвергаться нападкам феодальной реакции. В то же время им было не по пути с левым, демократическим направлением в просветительстве. 

Тем не менее физиократы сыграли большую роль в развитии общественных идей во Франции и в становлении политической экономии как науки.














Заключение

	

	Кенэ и его последователи были, в сущности, гораздо менее революционны, чем основное ядро просветителей во главе с Дидро, не говоря уже об их левом крыле, из которого вышел позже утопический социализм. Но общая деятельность физиократов была весьма революционна и подрывала устои феодального общества. Маркс, к примеру, писал, что Тюрго – “в смысле прямого влияния – является одним из отцов французской революции”.

	Это объясняется тем, что Кенэ использовал передовые для своего времени подходы к анализу экономических явлений и процессов. Он пошел дальше Петти в применении методов естественных наук в политической экономии, обосновывая положение о том, что экономические процессы подчиняются естественным закономерностям, а экономические категории носят объективный характер. В работах основоположника физиократической теории прослеживается использование элементов метода абстракции при исследовании экономического строя. Труды Кенэ способствовали формированию научной методологии политической экономии.

	Особенно большое значение для развития этой науки имело перенесение анализа из сферы обращения в сферу производства, а также рассмотрение хозяйственной жизни общества с учетом его социально-классовой структуры.

	К числу заслуг школы физиократов в целом и их лидера в частности относится всесторонняя критика меркантилизма. Кенэ опроверг вывод меркантилистов о том, что стоимость и богатство создаются в сфере обращения. Он обосновал принцип эквивалентности обмена и показал, что стоимость и “чистый продукт” создаются в производстве. Он не принимал субъективистские трактовки стоимости и исходил из того, что цены товаров имеют объективную основу. Кенэ преодолел меркантилистскую трактовку денег как главного богатства нации и показал, что таковым являются “реальные товары”. В то же время он не отрицал необходимости денег и подчеркивал важность их некоторых функций. В экономических произведениях Кенэ содержатся во многом правильные постановки вопроса о количестве денег, необходимом для сферы обращения.

	Велики заслуги Кенэ содержатся во многом правильные постановки вопроса о количестве денег, необходимом для сферы обращения. 

	Велики заслуги физиократов в анализе капитала. Они впервые в истории политической экономии выделили различные составные части производительного капитала (“первоначальные” и “ежегодные авансы”) и фактически подошели к установлению различия между основным и оборотным капиталом. Основоположник физиократии при делении капитала на “первоначальные” и “ежегодные авансы” использовал правильный критерий – различие в способе переноса стоимости этих частей капитала на продукт, в их воспроизводстве.

	Кенэ сделал прогрессивный для своего времени вывод о том, что “чистый продукт” (рента) принадлежит не только землевладельцам, но и государству и что при определенных условиях последнее может отнять у земельных собственников этот доход. Такой вывод являлся по существу теоретическим обоснованием возможности конфискации государством земельной собственности.

	Тюрго, хотя и не считал себя последователем Кенэ, тем не менее придерживался физиократических принципов и внес немало интересных и важных наблюдений и дополнений. В частности, он внес огромный вклад в изучение механизма ценообразования, а также роли ссудного процента. В работах Тюрго сказалось также и то, что он, в отличие от Кенэ, был экономистом-практиком, что повлияло на многие наблюдения.

	Среди других физиократов сложно назвать выдающиеся имена. Кружок, сформировавшийся вокруг Кенэ, превратился практически в настоящую секту с догматизмом и нетерпимостью и в конце концов выродился, так как не нашлось никого, кто развивал бы физиократические идеи, вливал в них новые мысли: ученики Кенэ толь повторяли и интерпретировали мысли учителя, служа его рупором.

	Тем не менее мы должны отметить величайшую заслугу школы физиократов, внесших вклад в развитие мировой научной мысли, становление политической экономии как науки и в немалой степени способствовавших развитию общественных идей во Франции накануне буржуазной революции.












Примечания



2