Философское понимание материи и движения

Философское понимание материи и движения

Реферат

Мир – это природа плюс человечество. Соответственно, природа – это мир за минусом человечества. 

Всё то, что мы наблюдаем на небе, как невооружённым глазом, так и с помощью разных приборов, называется видимой частью Вселенной, которую исстари величали "небесами". Видимая часть составляет ничтожно малую долю от предполагаемых размеров Вселенной. Но именно на основании знаний об этой части мы судим обо всей Вселенной. 

Подобный метод познания, когда знания о какой-либо небольшой части переносятся на всё целое, называется экстраполяцией. Мы "видим" только малую часть космоса, но на основе этих знаний рассуждаем о Вселенной в целом. 

Пространство

Первым определением природы является пространство. Последовательность формирования его понятия включает в себя три ступени:

а) неопределённое пространство, 

б) ограниченное пространство, 

в) определённое пространство. 

а) Неопределённое пространство. В своём изначальном неопределённом значении пространство представляет собой простирающуюся во всех направлениях простую неразличимую рядоположенность небесных тел. Для обозначения такого неопределённого пространства мы употребляем наречие «всюду». 

Когда перед нами находятся два дерева, то на их примере мы имеем две конкретные точки в пространстве, два конкретных "здесь". Но если мы хотим помыслить пространство как таковое, то в этом случае мы должны начинать развитие своей мысли не с каких-то конкретных «здесь», а с безликого определения "всюду".

б) Ограниченное пространство. Переход от неопределённого пространства к ограниченному совершается посредством точки. 

1. Точка – это конкретное «здесь», которое отрицает «всюдость» неопределённого пространства. Точка может быть поставлена повсюду, но у самой точки нет своего «всюду», нет своего пространства, поскольку она является его отрицанием.

2. Чтобы завершить процедуру отрицания неопределённого пространства через точку, требуется утвердить её. Для этого необходимо выйти из неё и перейти в какую-либо другую точку. Переход из первой точки во вторую, из одного «здесь» в другое «здесь», даёт определение линии.

3. Но и со второй точкой мы попадаем в ту же самую ситуацию, что и с первой. Чтобы утвердить её, мы должны подвергнуть её отрицанию, для чего нам следует выйти из неё и перейти в третью точку, в третье «здесь». Переход из второй точки в третью даёт вторую линию и определение угла. 

4. Тоже самое требуется сделать и с третьей точкой. Но из неё мы уже имеем возможность вернуться в первую точку. Переход из третьей точки в первую даёт нам третью линию. Пространство, ограниченное тремя и более линиями, даёт нам определение плоскости и плоскостных фигур: треугольник, четырёхугольник, многоугольник, .. окружность. Окружность – это бесконечное число замкнутых в сплошной ряд прямых линий. 

5. Когда точки фиксируются нами не в двух, а в трёх измерениях, тогда мы получаем не плоскость, а объём. Четыре точки дают треугольную пирамиду, пять точек – четырёхугольную пирамиду и т.д. 

В результате процедуры отрицания неопределённого пространства («всюду») через точку («здесь») мы получили следующие определения: точка, линия, угол, плоскость, объём. В итоге мы вновь вернулись к пространству, но уже как ограниченному.

в) Определённое пространство. Ограниченное пространство становится определённым благодаря изобретённой нами (людьми) трёхосной системе координат – длина, высота, ширина. Однако эта система координат не имеет никакой определённости в самой себе. Нельзя сказать, где у Вселенной длина, где высота, где ширина. 

Посредством трёхосной системы координат мы «одеваем» ограниченное пространство в привычные для нас размеры, выраженные в метрах, в дюймах и других единицах измерения. 

Время

Время – это второе определение природы. Последовательность формирования его понятия включает в себя три ступени:

а) неопределённое время, 

б) ограниченное время, 

в) определённое время. 

а) Неопределённое время. В своём изначальном неопределённом значении время представляет собой акт мгновенного отрицания неопределённого пространства. Для обозначения таких мгновений мы используем наречие «теперь». Произнося слово «теперь», мы в этот момент мысленно подвергаем отрицанию неразличимую всюдость неопределённого пространства. Оно распадается на множество конкретных «здесь». Этот акт можно уподобить вспышке света, в момент которой окружающий мир на долю секунды высвечивается мириадами сосуществующих в нём тел. В каждый такой момент, обозначаемый словом «теперь», мы имеем переход от неразличимой «всюдости» пространства к множеству конкретных «здесь», и обратно – от множества конкретных «здесь» к неразличимой «всюдости» неопределённого пространства. 

Для наглядности можно вспомнить детскую игру "Замри-отомри!". Она является хорошим подспорьем в деле освоения сути понятия времени.

Море волнуется – раз, 

Море волнуется – два, 

Море волнуется – три…

Морская поверхность, замри!

Море, конечно же, не замирает, но замирают дети, принимающие участие в игре. В этот момент они становятся сосуществующими точками пространства. Но в отличие от игры, где команды «Замри!» и «Отомри!» отделены некоторой паузой, в момент отрицания неразличимой всюдости пространства, обозначаемый словом теперь, акт «замирания» всего того, что сосуществует в этом мире, моментально сменяется актом «отмирания». 

б) Ограниченное время. Мгновенье, обозначаемое словом «теперь», обладает исключающим значением как по отношению ко всем другим «теперь», так и по отношению к самому себе. Сказав «теперь», мы тут же теряем его, оно уходит. 

Период, заключённый между двумя моментами «теперь», даёт нам определение ограниченного времени. Ограниченное время обладает некоторой длительностью, которая может быть разделена нами (людьми) на любое количество собственных моментов «теперь». 

Определения ограниченного времени – прошлое, настоящее и будущее, обозначают собой преходящую последовательность трёх моментов «теперь». Причём настоящий момент «теперь» исключает из себя как прошлые, так и будущие моменты «теперь». А это значит, что в реальном мире мы имеем дело только с настоящим, а все представления о прошлом и будущем находятся лишь в нашей памяти и в нашем воображении. 

Вечность – это бесконечно длящееся «теперь» или, наоборот, это бесконечная длительность, не ограниченная никакими «теперь». Вечности не было, вечности не будет, вечность просто есть.

в) Определённое время. Ограниченное время становится определённым благодаря принятым нами двум системам отсчёта частоты наступания моментов «теперь». 

Первая система – земной астрономический год, который соответствует периоду полного обращения Земли вокруг Солнца и делится на 365 полных дней, 5 часов и несколько минут. Вторая – сутки, которые привязаны к периоду полного обращения Земли вокруг своей оси и делятся на 24 часа. 

Все люди воспитываются в данных системах отсчёта времени. Когда мы рождаемся, то ничего не знаем о них. Потом взрослые сообщают нам, что в году 365 дней, в сутках 24 часа, что человек живёт до 100 лет. А далее мы настолько привыкаем к данным системам отсчёта и к тем техническим устройствам, посредством которых он ведётся, что уже и саму природу начинаем воспринимать как то, что тикает и что «календарит». Например, в России, деление суток на 24 часа было введено только Петром I. До этого в разных концах страны сутки делили по-разному. Где-то в них насчитывали 28 часов, а где-то только 17. Жили же в основном по Солнцу и по петухам. 

В 00 часов 1 января мы имеем тот момент "теперь", который, с одной стороны, ограничивает длительность предыдущего периода (минувшего года), а с другой стороны, является началом отсчёта длительности нового периода – наступающего года. В 00 часов каждой ночи мы имеем момент "теперь", завершающий длительность одних суток и начинающий длительность следующих суток. То же самое – в каждом часе и в каждой минуте. Хотя в принципе в целях упорядочивания моментов "теперь" могут быть приняты и другие системы отсчёта, например, период обращения Венеры вокруг Солнца или среднестатистическая частота человеческого пульса… 

Для понимания времени важно не то, как и чем измеряется периодичность наступления моментов "теперь", а то, что все эти системы отсчёта являются внешними по отношению к реальному миру. Они необходимы для определения длительности происходящих в мире процессов, но они не должны сбивать нас с толку в деле понимания сути определения времени. Время представляет собой процедуру бесконечного отрицания неразличимой всюдости пространства и столь же бесконечного утверждения её. 

В деле понимания пространства и времени человека во все времена в первую очередь интересовали два вопроса. Первый. Существуют ли пространство и время сами по себе, независимо от своего наполнения? Второй. Существует ли пространство отдельно от времени или они нераздельны?

Если допустить, что пространство существует само по себе, а "наполняющие" его тела – сами по себе, то тогда оно должно представлять собой некий полый короб, который даже тогда, когда в нём ничего нет, всё же должен продолжать существовать самостоятельно, как некое пустое вместилище. Но ещё никто нигде не смог найти такого самостоятельно существующего пространства. Оно всегда предстаёт перед нами как наполненное и ничем не отличается от своего наполнения. Когда, например, говорят о космической пыли, которая якобы "заполняет" межзвёздное пространство, то это выражение следует признать неудовлетворительным. Космическая пыль не заполняет пространство, а занимает своё собственное место, благодаря чему это пространство есть.

Точно так же все вещи мира возникают и исчезают не потому, что они попадают в некий самостоятельно текущий поток времени, а потому, что они сами представляют собой нечто временное, несущее в самом себе длительность периода своего существования. Процесс жизни самих вещей природы определяет продолжительность их пребывания на этом свете, которая измеряется нами (людьми) через внешнюю по отношению к ним систему отсчёта. Время существования вещей начинается и заканчивается только вместе с ними. И если время называют самым могущественным явлением природы, то его же следует признать и самым бессильным. Вот как прекрасно выразил эту мысль В. Шекспир:

Уж если медь, гранит, земля и море 

Не устоят, когда придёт им срок, 

Как может устоять, со смертью споря, 

Краса твоя – беспомощный цветок?

Как сохранить дыханье розы алой, 

Когда осада тяжкая времён

Незыблемые сокрушает скалы

И рушит бронзу статуй и колонн? 

О, горькое раздумье!.. Где, какое

Для красоты убежище найти?

Как маятник, остановив рукою, 

Цвет времени от времени спасти?..

Точно так же определения пространства и времени не изолированы друг от друга, а едины друг в друге. И если наше обыденное сознание всё же иногда ещё представляет себе дело таким образом, что существует пространство само по себе, а кроме него, существует "также" и время, то грамматика разума требует изъять из нашего представления вот это "также". Все вещи мира существуют только в единстве определений пространства и времени, в единстве "здесь" и "теперь", благодаря чему мы находим в своём сознании третье определение природы – место.

Место и перемещение

Указывая на конкретное "здесь", мы фиксируем определённую точку в пространстве. Констатируя момент "теперь", мы фиксируем эту точку как сосуществующую наряду с другими точками пространства. Соединяя "здесь" и "теперь", мы получаем определение места. Место – это непосредственное единство определений пространства и времени, единство "здесь и теперь". 

В обыденной жизни для указания на какое-либо место часто применяют только одно слово – "здесь", которое несёт при этом, однако, двоякий смысл: "здесь" как точка пространства и "здесь" как момент времени. Рассказывая, например, о своих делах, выражаются так: "здесь произошёл сбой", "здесь ему не повезло". При таком употреблении слова "здесь" пространство и время уже присутствуют в нём в своём единстве.

Как непосредственное единство пространства и времени ("здесь и теперь"), место несёт в себе и их противоположность. Проявляется эта противоположность как постоянный переход от определения "здесь" к определению "теперь": "здесь" – "теперь" – "здесь" – "теперь"... и т.д. Тем самым мы получаем нескончаемый переход от одного места в другое место, от одного "здесь и теперь" к другому "здесь и теперь", затем к третьему "здесь и теперь" и т.д. 

При этом происходит то же самое, что и при утверждении точки в ходе отрицания пространства. Чтобы зафиксировать одно место ("здесь и теперь"), следует перейти в другое место ("здесь и теперь"), а из него – в третье место ("здесь и теперь") и т.д. до бесконечности. Вот эта развивающаяся из противоположности определений пространства и времени нескончаемая череда мест даёт четвёртое определение природы – перемещение (корень – «место»). Но это ещё не движение. 

Единство места и перемещения – «перемещающееся место» – приводит нас к понятию материи. Всё то, что имеет место в этом мире и перемещается вместе с ним, есть материя. Иначе говоря, материей является всё то, что определено через пространство и время, через "здесь" и "теперь", что, следовательно, разделено и обособлено. В свою очередь, только то, что разделено и обособлено может оказывать нам сопротивление, а значит, может быть предметом наших ощущений. 

К этому пункту необходимо дать два примечания. 

Первое касается соотношения предложенного здесь понимания материи с так называемым ленинским определением, согласно которому: «Материя есть объективная реальность, данная нам в ощущениях». Ключевыми в нём являются слова «объективная реальность». И «объективностью» и «реальностью» мы называем всё то, что противостоит познающему субъекту, весь окружающий нас мир. Разница между ними состоит в том, что термин «объективность» мы употребляем в тех случаях, когда мыслим мир со стороны его всеобщности, а термин «реальность» – в тех случаях, когда мы мыслим его со стороны его единичных образований (отдельных вещей). Следовательно, ленинское выражение «объективная реальность, данная нам в ощущениях» означает лишь огульное признание существования мира единичных предметов, которые человек воспринимает через свои органы чувств. 

Второе. Мы сначала вывели понятия «пространства» и «времени» и лишь затем перешли к понятию «материи». Представители так называемой диалектической философии действуют наоборот. Они сначала рассуждают о материи, и только потом говорят о пространстве и времени, как формах её существования. Но опять-таки, если исходить из ленинского определения материи, как «объективной реальности данной нам в ощущениях», то нетрудно заметить, что в нём уже в снятом виде содержатся определения пространства и времени. Раз что-то ощущается нами, значит, оно уже имеет границу, определяемую через здесь и теперь. 

Так, например, в обыденной жизни мы начинаем свой рассказ о чём-либо с того, что сначала указываем, где и когда это происходило, и только затем называем тот реальный предмет или событие, которые должны совместить в себе эти идеальные определения. Например: «Давным-давно в тридевятом царстве-государстве жил-был царь», «Сегодня на стадионе «Торпедо» пройдёт футбольный матч». 

Материя

Существование материи в раздельности её частей является следствием её тяжести. Тяжесть – это не какое-то частное свойство материи, присущее ей наряду с другими, это её суть. Материя есть сама тяжесть. Если использовать выражение, что материя обладает тяжестью, то при этом можно подумать, что она (тяжесть) дана ей откуда-то со стороны. Но в материи нет ничего нетяжёлого. Тяжесть составляет материю и есть сама материя. 

В силу того, что материя тяжела, она партикуляризует (разделяет) самое себя на множество обособленных частей (тел). Как это происходит? В первоначальном состоянии Вселенная представляла собой равномерно рассеянную массу вещества. Затем началось гравитационное сжатие этого вещества. Но началось не в каком-то одном месте, а сразу во множестве мест. Вся материя тяжела, поэтому случайное слипание нескольких частиц вещества в любой точке его рассеянной массы, ведёт к образованию в данном месте уплотнённого тела. 

В ходе партикуляризации тяжесть проявляет себя в единстве определений притяжения и отталкивания. Каждая обособленная часть материи (каждое тело) притягивает к себе всё то, что её окружает, всё находящиеся вокруг неё вещество. Но так как все части материи тяжелы и все они притягивают к себе всё то, что их окружает, то такое всеобщее притяжение оборачивается столь же всеобщим взаимным отталкиванием тел друг от друга. Отталкивание здесь следует понимать только в смысле обособления, уплотнения и, соответственно, отдаления частей материи (небесных тел) друг от друга. 

К этому пункту так же требуется дать два примечания. 

Первое. Необходимо различать между тяжестью и простым притяжением. Притяжение – это одно из проявлений тяжести, выступающее только в единстве с отталкиванием. Стремление материи к притягиванию всех своих частей, к их слиянию в одно целое, представляет собой как бы её обязанность, на исполнение которой она обречена навеки. Но если бы материя действительно смогла найти в себе такой всеобщий центр, то она слилась бы в одну точку. Этого не происходит по той простой причине, что отталкивание, т.е. – обособление и уплотнение тел, является таким же моментом проявления тяжести, как и притяжение. Собственно поэтому материя существует в раздельности своих частей (тел).

Второе. Не следует понимать явление «отталкивания» небесных тел друг от друга по примеру того, как это происходит с одноимёнными полюсами магнита. Данная точка зрения противоречит понятию тяжести, которая имеет только одно направление движения вещества – к центру тела. Не соответствует истине и другая трактовка отталкивания, которой, в частности, придерживается И. Кант в своей «Всеобщей естественной истории и теории неба». Тот факт, что планеты удерживаются на своих орбитах и не падают на Солнце, он объясняет тем, что они вращаются вокруг него. Данное вращение порождает некоторую центробежную силу, которая, по мнению Канта, отбрасывает (отталкивает) планеты в противоположном от Солнца направлении. 

Обе эти точки зрения появляются из-за того, что наши обычные «земные» представления о способах приведения тел в движение (толкание и бросание предметов, раскручивание пращи с камнем) переносятся на небесную сферу. При этом полагают, что на небе всё происходит совершенно также как на Земле. 

Движение

Будучи тяжёлыми, все части материи (тела) испытывают стремление найти свой центр тяжести. Первый такой центр они находят в самих себе. Но поскольку каждое тело окружено многими другими телами, которые также имеют собственные центры тяжести, постольку оно испытывает тяготение ко всем этим телам. Следовательно, каждое тело находит свой центр тяжести не только в себе, но и во всех других окружающих его телах. 

В результате такого положительного отношения к центрам тяжести друг друга, между небесными телами возникают локальные (общие) центры тяжести, которые оказываются расположенными где-то вне каждого из них. Стремление тел приблизится к таким общим центрам тяжести, приводит их в движение. 

Понятие движения включает в себя три определения:

а) несвободное движение – толчок, 

б) акцидентальное свободное движение – падение, 

в) всеобщее свободное движение – система свободно двигающихся тел. 

а) Толчок. Все тела стремятся приблизиться к совместно образуемому ими общему центру тяжести, который находится где-то вне каждого из них. Такое взаимное стремление многих тел к достижению общего центра приводит их в отношение противоборства за право занять одно и то же место на пути следования к нему. Если в процессе такого соперничества тела соединяются в одно целое лишь на некоторое время, после чего они вновь разлетаются и далее продолжают двигаться самостоятельно, то такой вид отношения между ними определяется как столкновение. (При столкновении происходит перераспределение скорости и направления движения тел, что составляет, предмет науки механики.)

б) Падение. Если тело в своём стремлении к достижению общего центра тяжести не встречает препятствия со стороны других тел, то его движение определяется как падение. Падение, с одной стороны, обусловлено тяжестью самого падающего тела, с другой – его положительным отношением к центрам тяжести всех других тел. Когда центр тяжести падающего тела захватывается центром тяжести другого большего по массе тела, то его падение принимает акцидентальную форму и завершается его переходом в состояние покоя. Покой, однако, никогда не бывает абсолютным. Покоящееся тело продолжает перемещаться вместе с тем телом, к которому оно присоединилось. 

в) Свободное движение. Если собственные центры тяжести отдельных тел не захватываются друг другом, то их падение в общий центр принимает субстанциальную форму и приводит к образованию систем свободно двигающихся по своим орбитам тел. 

Как происходит свободное движение? Каждое тело имеет свой собственный центр тяжести в самом себе. При этом оно окружено многими другими телами, которые также имеют свои центры тяжести в самих себе. Следовательно, собственному центру тяжести любого конкретного тела противостоят центры тяжести всех других окружающих его телах. В силу этого каждое тело стремится "упасть" не только в свой собственный центр тяжести, но и во все другие тела, находящиеся вокруг него. Результатом такого стремления каждого тела к падению в направлении центров тяжести всех других окружающих его тел становится его движение по круговой орбите. 

Орбиты движения тел Солнечной системы представляют собой компромиссную линию между всеми возможными направлениями их падения. Если мы возьмём, к примеру, нашу планету, то, согласно сказанному, мы должны исходить из того, что она стремится упасть не только на Солнце, но и на все другие окружающие её тела: на Меркурий, на Венеру, на Марс, Юпитер, Сатурн, Уран, Плутон, Нептун, на все их спутники и на каждый из нескольких тысяч астероидов и комет. Она притягивается всеми этими телами, но именно поэтому она не может упасть ни на одно из них. Как только она устремляется по направлению к Марсу, то тут же где-то рядом обнаруживается Венера. Земля начинает отклоняться к ней, но в это время на горизонте появляется мощный Юпитер. Земля – к нему, но тут на одной линии с Солнцем оказывается Меркурий. Земля направляется к Меркурию, но в этот момент начинает усиливаться влияние приближающегося Сатурн. И так далее. 

Орбита движения Земли – это, так сказать, результат её стремления отдать дань уважения притяжению всех других тел Солнечной системы. Она хотела бы упасть в объятия каждого из них, но именно поэтому она не может себе этого позволить и вынуждена довольствоваться только тем, что беспрестанно обходит их по кругу и как бы поочерёдно раскланивается с ними. Точно так же ведут себя все другие тела Солнечной системы. Они так же стремятся последовательно упасть друг на друга, и потому все они вынуждены двигаться по собственным круговым орбитам. И вся наша Солнечная система в целом испытывает стремление упасть в центры тяжести всех других звёздных систем, составляющих галактику Млечного пути, в силу чего она также имеет в ней (галактике) свою собственную орбиту. И так далее по восходящей линии мер Вселенной.

То, что мы называем невесомостью – это есть состояние устремлённости тела к падению сразу во все стороны. Иначе говоря, невесомость – это состояние рас-падения тела, в смысле наличия у него нескольких разнонаправленных векторов его падения, которые уравновешиваются друг другом. Но состояние невесомости, как и состояние покоя, не бывает абсолютным. Рано или поздно «невесомое» тело будет захвачено центром тяжести какого-либо большего по массе тела и притянется к нему. – По этой причине регулярно производится корректировка орбиты МКС, в ходе которой её отодвигают подальше от Земли. Если этого не делать, то она со временем упадёт на планету. 

Свободное движение присуще не отдельным телам, как это имеет место быть при акцидентальной форме падения, а только их системам. Иначе говоря, носителем свободного движения во Вселенной являются только системы тел. В таких системах с необходимостью присутствуют центры движения (вращения) трёх типов: всеобщий, относительный и единичный. В нашей родной Солнечной системе есть свой всеобщий центр, находящийся где-то рядом с Солнцем. Ему противостоят единичные центры вращения планет вокруг своей оси. А посредствующими между ними (между всеобщим центром и единичными центрами) являются относительные центры движения (вращения) спутников вокруг планет. Соотношение трёх указанных центров определяет геометрию движения всех тел Солнечной системы. 

Заключение

Такова причина движения небесных тел. Она находится в самих телах, в их тяжести. Тяжесть партикуляризует (разделяет) материю на части. Далее начинается «игра» центров тяжести, которая в итоге приводит к образованию систем свободно двигающихся по своим круговым орбитам тел. «Свободно» в том смысле, что для объяснения причины их движения не требуется привлекать какие-либо внешние силы. Материя есть сама тяжесть.

Список литературы

1. Гегель Г.В.Ф. Об орбитах планет. Философская диссертация. // Гегель Г.В.Ф. Работы разных лет: в 2 т. Т. 1. М., : Мысль, 1970. С. 235-267. 

2. Гегель Г.В.Ф. Философия природы. // Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук: в 3 т. Т. 2. М., : Мысль, 1975. 696 с.

3. Кант И. Всеобщая естественная история и теория неба. // Кант И. Соч.: в 6 т. Т. 1. М., : Мысль, 1963. С. 118-260. 

4. Труфанов С.Н. Грамматика разума. Самара: Гегель-фонд, 2003. 624 с. http://trufanov_sn.sama.ru/index.htm

5. Труфанов С.Н. Небесная механика Гегеля или как великий «идеалист» объяснял причину движения небесных тел. Вестник Орловского государственного университета. Серия: Новые гуманитарные исследования. г. Орёл. Издатель: Исаев Н.А. №3, 2011. http://trufanov_sn.sama.ru/nebmeh.htm