Экономический рост

Экономический рост

8.1. Понятие экономического роста

8.2. Классический цикл

8.3. Постклассический цикл

8.4. Эндогенный фондовый кризис

8.5. Долговременный экономический рост

8.1. Понятие экономического роста

Экономическим ростом называется увеличение величины совокупного дохода со временем. Он зависит от использования природных и трудовых ресурсов, основного капитала, технологий, величины совокупного спроса и степени мотивации к труду (зависящей от распределения ВВП), а также от социальной, экономической и политической структуры. Экономический рост измеряется темпом прироста ВНП за определенный период времени (обычно квартал или год).

Рассмотрим среднегодовые темпы роста населения и объема выпуска на душу населения в процентах за весь сверхдлинный период доступного для косвенного измерения времени:

Период

Рост населения

Рост выпуска на душу населения

Раннее средневековье (500-1000 гг.)

0,1

0,0

Позднее средневековье (100-1700 гг.)

0.2

0,1

Торговый капитализм (1700-1820 гг.)

0,4

0,2

Промышленный капитализм (1820-1980 гг.)

0,9

1,6



Как видим, только последний период является временем ускоренного экономического роста.

В структуре экономики произошли важные изменения. Во-первых, резко уменьшилась доля сельского хозяйства в общем объеме выпуска и занятости. Например, для США и Японии доля занятых в сельском хозяйстве в общем числе занятых составляла:

Страна

1920

1940

1987

США

70%

20%

3%

Япония

72%

30%

8%



Причины этого явления очевидны: быстрый рост производительности аграрного сектора и уменьшение доли потребления товаров первой необходимости в общей доли потребления с ростом совокупного дохода на душу населения (закон Энгеля).

Во-вторых, сокращение доли аграрного сектора сопровождалось быстрым ростом доли сначала промышленного производства товаров и услуг (доля последних постепенно опередила долю товаров). При этом оказалось, что обилие или недостаток природных ресурсов не является решающим фактором в этом процессе.

В-третьих, это урбанизация. Промышленное производство осуществляется в первую очередь крупными фирмами, использующими преимущество экономии от масштаба. Поэтому они стремятся располагаться в относительной близости друг от друга, чтобы пользоваться общей инфраструктурой — коммуникациями, транспортом, энергоснабжением и т.п. Кроме того, фирмы, производящие товары конечного потребления, стремятся располагаться недалеко от крупных потребительских центров, являющихся рынками сбыта.

Различают возобновляемые ресурсы (труд) и невозобновляемые ресурсы — нефть, уголь, медь и пр. Со временем цены на невозобновляемые ресурсы должны расти. Однако главной для невозобновляемых ресурсов является не проблема цен, а проблема их исчерпания (признание решающего влияния исчерпания невозобновляемых ресурсов на экономический рост называется неомальтузианством). Однако разведанные запасы сырья и их заменителей обычно растут быстрее, чем потребности в них. Вопрос о пределах экономического роста сводится поэтому к вопросу о том, будет ли технология совершенствоваться достаточно быстро для того, чтобы уменьшить наши потребности в ограниченных природных ресурсах.

Следует учитывать и рыночные силы. Если цена на некоторый ресурс растет, то его потребление должно сокращаться, а поиск заменителей становится более интенсивным. Так, в 70-е гг. было много разговоров о нефтяном кризисе. Однако рост цен на нефть привел к уменьшению потребления нефти и к более широкому использованию заменителей. В итоге нефтяной кризис исчез (для экономически развитых стран). Мы не будем далее рассматривать проблему ограниченности природных ресурсов и сосредоточимся на роли, какую играют в экономическом росте капитал, труд и НТП.

Знания также можно рассматривать в качестве фактора экономического роста. Но для того, чтобы знания оказали влияние на производство, они должны быть воплощены в капитале — как физическом, так и в человеческом. Здесь действует важный принцип «изменение порождает изменение», способствуя ускорению темпов экономического роста.

После 1870 г. средний темп экономического роста 15-и наиболее развитых стран составлял 2,8%. Это новое явление в мировой экономической истории, возникшее благодаря процессу индустриализации. Поднялся средний уровень жизни, появилось свободное время, но одновременно возросла степень загрязнения среды. По отдельным странам имеем следующую картину роста объема производства на человека (% в год):

Страна

1948-1972гг.

1972-1988гг.

Канада

2,9

2,6

Франция

4.3

2,1

ФРГ

5,3

2,2

Италия

4,9

2,8

Япония

8,2

3,3

Великобритания

2,4

2,1

США

2,2

1,7



Как видим, произошло уменьшение темпов экономического роста после 1973 г. Период 1949-1973 гг. воспринимается сегодня как золотой век экономического роста. Среднемировой экономический рост составит, по оценкам, в 1997 г. 2,9%. Наиболее высокие темпы будут в странах Африки и Азии, наименьшие — в посткоммунистических странах и у членов Организаций экономического сотрудничества и развития.

Какова динамика экономического роста? Ответ на этот вопрос зависит от рассматриваемого отрезка времени. Неуклонный экономический рост можно обнаружить только на достаточно больших интервалах времени. На средних временных интервалах экономический рост носит, как правило, циклический характер, позволяющий говорить о деловых циклах экономического роста.

Деловыми циклами называют среднесрочные нерегулярные колебания объемов выпуска и занятости, длящиеся обычно от одного года до 10-12 лет. При этом объем производства, цены, заработная плата, инвестиции, предпринимательская прибыль и денежные величины имеют тенденцию к синхронному изменению. Сами циклы проходят через фазы (не обязательно все) оживления, подъема, бума и спада (стагнации или кризиса), переходящего в новое оживление и т.д. При этом значение У при каждом новом буме (или спаде) оказывается, как правило, более высоким, чем в предыдущих циклах.

Фактически цикл — колебания уровня ВНП (ВВП) относительно тренда. Тренд соответствует долговременному экономическому росту, вызываемому увеличением величины используемых ресурсов и ростом их производительности. Важен также рост уровня сбережений, инновации и пр.

Трендовые значения выпуска совпадают с потенциальным выпуском (выпуском при полном использовании всех ресурсов). Поэтому

Δвыпуска s потенциальный выпуск - фактический выпуск

При подъеме Δвыпуска > 0, при спаде Δвыпуска < 0. Выпуск может подняться выше трендовых значений, если люди работают сверхурочно, а оборудование используется в несколько смен.

Бизнес-цикл представляет собой кратковременные и среднесрочные отклонения от тренда. При этом непредвиденное изменение выпуска может оказаться может оказаться устойчивым и существенно влиять на последующее движение цикла.

Будем различать следующие типы отклонений от тренда (шоков). Шоки предложения: технологические сдвиги, открытие новых источников сырья, изменение мировых цен на сырье, изменения в уровне номинальной заработной платы. Политические шоки: следствия решений, принимаемых властью на макроэкономическом уровне и ведущих к изменению предложения денег, обменного курса, налогов и т.п. Шоки в спросе со стороны частного сектора: изменения в величине С или I, в характере массовых ожиданий. Возникают сдвиги в AD, которые при недостаточной гибкости номинальной заработной платы и цен ведут к колебаниям выпуска.

Мы различаем классический цикл, в котором: 1) вмешательство государства в циклические колебания экономики минимально и 2) степень открытости экономики невелика, и постклассический цикл, для которого оба эти утверждения становятся неверными. Временной границей, отделяющей классические циклы от постклассических, стала Великая депрессия 1929-32 гг.

В каждом деловом цикле обычно выделяют следующие основные фазы: оживление — подъем — бум — спад — стагнация — оживление... Каждая такая фаза имеет свои структурные особенности, вызывающие рано или поздно переход в следующую фазу.

8.2. Классический цикл

Классический цикл начинается с оживления экономики, которое наступает, когда одновременно выполняются следующие условия:

1) распроданы накопленные за прошлый спад товарные запасы; 2) возникает увеличение совокупного спроса, вызванное падением цен на потребительские товары и соответствующим ростом реальной заработной платы W/P; 3) возникает увеличение совокупного спроса, вызванное падением цен на производственные товары, что облегчает структурную перестройку экономики в сторону большей эффективности; 4) улучшается экономическая конъюнктура по крайней мере в некоторых отраслях, в которых прекращается дефляционное давление и начинается некоторый рост цен.

Оживление начинается в ситуации, когда процентная ставка мала и имеется избыток свободных средств в силу падения объема инвестиций (S > I). Постепенно благодаря структурной связи отраслей оживление с одной отрасли распространяется на другие и наступает подъем. Подъем происходит неравномерно, он охватывает сначала несколько ведущих отраслей и лишь впоследствии, в результате порождаемого им общего увеличения спроса, распространяется на другие отрасли.

В период подъема величины i, Y и Р растут. Растет и номинальная заработная плата, обгоняя рост цен. Это увеличивает совокупный спрос и способствует дальнейшему подъему. Но особенно следует отметить рост I, который имеет место, несмотря на рост i. Причина состоит в хорошей экономической конъюнктуре, вызванной перспективами прибыльного применения капиталов. В XIX в. эти перспективы были связаны со строительством железных дорог, в XX в., если отвлечься от военных затрат, с тем, что автомобили и сложная бытовая техника стали доступными для большинства потребителей.    ,

Растет объем кредитов. Предприниматели охотно занимают деньги и инвестируют их в производство, надеясь на будущие высокие прибыли. Значение денежного мультипликатора растет, увеличивая как Y, так и Р. На IS/LM-диаграмме вправо сдвигаются и IS (за счет роста I) и LM (за счет увеличения Ms).

Таким образом, изменение выпуска вызывает изменение количества денег. Когда Y растет, то растет Md, и банки отвечают на это созданием большего количества денег. Рост количества денег, в свою очередь, увеличивает выпуск. Растет скорость обращения денег. Восстанавливается нарушенное при спаде равенство S = I. В потребительском спросе растет удельный вес товаров длительного пользования. Постепенно объем инвестиций становится чрезмерным (I > S), что уменьшает их эффективность.

Для графической интерпретации этого процесса построим «двухэтажную» схему, позволяющую изучать совместное равновесие денежного рынка и рынка ценных бумаг:

Верхняя половина изображает фондовый рынок, нижняя половина - рынок денег. DD — график спроса на инвестиции. Его отрицательный наклон означает, что спрос на инвестиции падает с ростом заемного процента. Сдвиг DD вправо вызывается улучшением



Рис. 8.1

конъюнктуры, а влево — ее ухудшением. При значительном улучшении конъюнктуры объем инвестиций может вырасти даже при увеличении процента. Md-график выражает спрос на деньги. Рост равновесного дохода сдвигает Md вправо, рост процента — влево.

Допустим теперь, что Ms/P = (Ms/P)0 = const (т.е. реальное количество денег в экономике не изменяется) и что имеет место равновесный экономический подъем. Тогда У растет и Md смещается вправо в положение Md1, a r0 увеличивается до r1; для того, чтобы сохранить равновесие денежного рынка. В результате при неизменном положении DD величина Д1о уменьшается до Д1; вызывая замедление экономического роста. Однако этого может не произойти, если DD смещается вправо в положение D*D* (или если Ms/P возрастет).

Таким образом, экономический рост может сохраниться и даже возрасти при увеличении процентной ставки, если одновременно произойдет существенное улучшение экономической конъюнктуры (возникают новые выгодные сферы приложения капитала и пр.). Напротив, ухудшение экономической конъюнктуры будет сдвигать DD влево, вызывая уменьшение AI и равновесного уровня дохода. Если этот сдвиг будет большим, то прирост инвестиций может стать отрицательным и экономический рост сменится экономическим спадом.



Но что может вызвать сильное смещение DD влево? Причины могут быть как экзогенными (политическая или социальная нестабильность, нефтяной кризис), так и эндогенными. Нас интересуют последние. Для их изучения будем различать DD - и DeDe-графики. Первый есть график спроса на инвестиции, определяемый реальной экономической конъюнктурой. Второй есть график спроса на инвестиции, определяемый предполагаемой экономической конъюнктурой. Если предположения чрезмерно оптимистичны, то DeDe располагается правее DD, а если чрезмерно пессимистичны, то левее. Если ожидания соответствуют реальности, то DeDe совпадает с DD. Тем самым мы вводим ожидания в изучение экономического цикла.

Допустим, что ожидания формируются адаптивно, т.е. на основании прошлого опыта. Если DD смещается вправо, то с некоторым лагом и DeDe смещается вправо, а если DD смещается влево, то и DeDe сместится влево. Рис. 8.1 можно приспособить к рассматриваемому случаю, если отождествить DeDe с D*D* . Рассмотрим следующие основные случаи.

1) Графики DD и DeDe совпадают и равномерно сдвигаются вправо. Имеет место равновесный экономический рост и полная информированность экономических субъектов о грядущих событиях.

2) График DeDe расположен правее DD и оба смещаются вправо, свидетельствуя как об экономическом подъеме, так и о чрезмерном оптимизме экономических субъектов. Поскольку I1 > I0 и продолжает расти, то возникает ускоренный экономический рост (бум). Цены и прибыль в этом случае растут, но постепенно DD перестает сдвигаться вправо (бум завершает создание новых средств производства, начатое оживлением), тогда как DeDe по инерции продолжает сдвигаться вправо.

Это существенно, поскольку различие между DD и DeDe ведет к различию между предполагаемой прибылью и реальной будущей прибылью. Первая зависит от DeDe и пропорциональна I1 вторая — от будущего положения DD и пропорциональна I0. И если неравенство I1 > iq сохранится, то предполагаемая прибыль окажется больше реальной (т.е. реальная прибыль окажется меньше предполагаемой).

Для перехода экономического роста в бум важна, кроме завышенных ожиданий будущих прибылей, относительно низкая ставка процента, не уменьшающая стремления предпринимателей ко все новым инвестициям, и запаздывание роста цен на ресурсы по сравнению с ростом цен на готовую продукцию. В этих условиях предприятия могут получать прибыль лишь постольку, поскольку относительные цены на их продукцию продолжают расти: в неизменных ценах, соответствующих началу подъема, многие предприятия оказались бы убыточными. Такое состояние, однако, не может продолжаться долго, и постепенно цены на факторы производства начинают расти быстрее товарных цен. В результате многие предприятия начинают приносить не прибыль, а убытки.

Бум порождает массовые неоправданно высокие ожидания величины будущей прибыли. В длинные периоды времени растущая экономика может поддерживать норму прибыли, равную фактически достигнутому среднему темпу экономического роста. Средний темп экономического роста составлял в XIX в. 2-4% в год. Но в период бума инициаторы новых инвестиционных проектов предлагают владельцам свободных денег значительно более высокую (на порядок) норму прибыли, которая, естественно, не может быть получена всеми. Некоторые выигрывают, а многие теряют. В результате неоправданно высокие ожидания величины будущей прибыли сменяются противоположными, но столь же неоправданными ожиданиями.

В результате спад может возникнуть просто потому, что снизилась скорость роста объема продаж. Объем продаж может быть очень высоким, но, если он не растет или растет очень медленно, то инвестиции начинают сокращаться. Это следствие принципа акселератора Самуэльсона: для того, чтобы инвестиции не сокращались, не должна уменьшаться скорость роста объема продаж.

Действительно, считая уровень эффективности в короткое время постоянным: K/Y = b = const. или К = bY, b = const дифференцируя дважды обе стороны этого равенства по t и заменяя dK/dt на I, получаем уравнение ускорения

dI/dt = bdY2/dt2          (1)

Понятно, что если d2Y/dt2 > 0, то dI/dt > 0. Таким образом, когда скорость роста объема продаж не уменьшается, инвестиции или растут, или сохраняются в прежнем объеме. Однако, если d2Y/dt2 < 0, то dI/dt < 0, даже если dY/dt > 0, т.е. инвестиции начинают сокращаться даже при росте объема продаж. Уменьшение инвестиций вызовет мультипликативное уменьшение дохода, или спад.

Как только это обнаружится, из адаптивности ожиданий последует, что DeDe начнет смещаться влево. Темпы экономического роста уменьшаются и при определенных условиях может возникнуть спад (абсолютное уменьшение величины совокупного дохода). В этом случае график DeDe располагается левее DD и оба графика смещаются влево.

Возникают, таким образом, колебания темпов экономического роста, которые периодически либо выше, либо ниже равновесного. Еще важнее, что существуют механизмы, усиливающие эти колебания и превращающие их в деловой цикл. Положение DeDe правее DD в период подъема и левее DD в период спада является одним из основных механизмов, усиливающих колебания в деловом цикле.

Искусственный рост цен в период бума «позволяет накапливаться ошибкам, которые в нормальных условиях быстро устраняются, а теперь требуют одновременной ликвидации. Кроме того, это вызывает дез-. ориентацию производства и отвлекает трудовые и иные ресурсы, направляя их на те виды деятельности, которые могут поддерживаться только благодаря дополнительным инвестициям, финансируемым за счет продолжающегося увеличения денежной массы» (Хайек. Частные деньги. С. 158). Таким образом, переход подъема в бум и бума в спад можно понять как нарушение эффективной работы рыночного механизма.

На существование таких «качелей» и их роль в цикле впервые обратил внимание Д. М. Кейнс. Допустим, что правильная оценка будущих доходов от инвестиций составляет в условиях полной занятости 2% в год. В период всеобщего оптимизма, вызванного бумом, будущий доход от них оценивается значительно выше (например, в 6%). Когда наступает крах иллюзий, то завышенный расчет сменяется противоположной ошибкой: возникает мнение, что эти инвестиции принесут убыток. В результате сокращаются размеры инвестиций, уменьшается занятость, и инвестиции, способные в нормальных условиях принести реальный доход в 2%, на самом деле, благодаря чрезмерному пессимизму предпринимателей, приносят убыток. Худшие опасения начинают оправдываться из-за самих опасений. Пессимизм, отмечал Кейнс, замедляет денежное обращение и способствует этим сокращению денежной массы и падению цен, даже если Центральный банк и не поднимает учетного процента (Кейнс Д.М. Экономические последствия валютной политики мистера Черчилля. -М.-Л., 1925. С. 36).

Дальнейшее течение событий определяется изменением i. При спаде Md(i, Y) уменьшается, поэтому при неизменном Ms/P величина i должна уменьшиться для того, чтобы восстановить равновесие денежного рынка. В конечном счете так и происходит, однако в начальный период спада ситуация совершенно иная.

Одновременно рост запасов и сокращение объема продаж увеличивают спрос на кредит, который первоначально расходовался только на инвестиции и перепродажи. Новые вложения еще не успели принести прибыль, и их владельцы стремятся занять побольше капитала для своих оборотных нужд. В итоге рост потребности в кредите начинает обгонять возможности получения кредита.

Предчувствие возможности спада еще сильнее увеличивает спрос на кредит. Будущая платежеспособность предпринимателей ставится под сомнение, поэтому деньги им одалживают только на короткий



срок и под огромный процент. Товары продают в основном для того, чтобы оплатить неотложные долги. Это приводит к новому падению цен и дохода и порождает такой совокупный спрос на кредит, который не может быть удовлетворен. Процентная ставка продолжает расти, а курс акций начинает падать.

Рост процентной ставки и движение DeDe влево приводят к тому, что ΔI уменьшается. Если падение курса акций достаточно сильное, то прирост инвестиций становится отрицательным. Темпы спада растут. Возникает угроза фондового краха - внезапного и резкого падения курсов акций на фондовом рынке. Крах возникает при значительном расхождении между предполагаемой и реальной будущей прибылью на акции. Если первая величина большая, а вторая мала, то текущий курс акций завышен и его падение становится делом времени. Толчок к обвалу может быть случайным, но основа падения вполне объективна. Участие спекулянтов в этом процессе создает качели, аналогичные тем, какие возникают при пересмотре конъюнктуры.

Влияние фондового краха на дальнейшее развитие спада существенно. Во-первых, крах порождает массовую задолженность и банкротства. Во-вторых, он уменьшает реальное богатство большинства потребителей, сокращая потребление и уменьшая этим совокупный спрос. В-третьих, он ведет к дальнейшему росту краткосрочной процентной ставки и к уменьшению степени взаимного ловеоия.

Уменьшение степени взаимного доверия устанавливает положительную обратную связь между ростом i и ростом числа банкротств. Одни банкротства вызывают другие, и число банкротств быстро растет, увеличивая i еще сильнее. Волна банкротств вызывает цепной процесс потери доверия, называемый «паникой». Появляются сложности в функционировании банковской системы и денежного обращения в целом, что окончательно ухудшает экономическую конъюнктуру.

Связь между отраслями приводит к тому, что спад, начавшись в одной или нескольких отраслях, постепенно распространяется на все остальные. Доходы государства начинают падать, и оно увеличивает налоги, но это только усиливает спад.

Таким образом, спад возникает при взаимодействии следующих условий: 1) чрезмерный оптимизм в оценке конъюнктуры, 2) значительное увеличение процентной ставки и резкое падение цен акций на рынке ценных бумаг (крах фондовой биржи); 3) возникновение цепной реакции банкротств. Пока банкротства продолжаются, заемный процент остается непомерно высоким, а спад значительным. Только после завершения серии банкротств спрос на заемные средства падает, i уменьшается, создавая предпосылки к новому оживлению экономики. В классическом спаде цены начинают падать, и процесс идет в обратном направлении по сравнению с подъемом.

Роль спада (кризиса) в экономике двойственна. Спад означает сокращение производства, падение цен и разорение части экономических субъектов. Но одновременно он создает возможности увеличения эффективности экономики. Спад ведет к быстрому обесценению неэффективного капитала, к высвобождению факторов производства из ряда старых отраслей, создавая возможности их использования в новых сферах. Постепенно спад преодолевается исправлением прежних ошибок, разорением неэффективных производителей, сменой устаревших технологий, структурными сдвигами производства. Каждое преодоление спада приводит, таким образом, к более высокому технологическому уровню и более высокому значению национального дохода.

Состояние экономики, в котором уже нет дальнейшего спада, но еще нет нового оживления и подъема, называется стагнацией. Это состояние в классическом цикле не может быть очень длительным, поскольку спад формирует рыночные силы, выводящие экономику из состояния стагнации. Во-первых, цены в конце спада падают быстрее, чем уменьшается номинальная заработная плата в связи с сокращением спроса на труд. В результате реальная заработная плата W/P начинает расти, увеличивая предложение труда и совокупный спрос AD. Во-вторых, падение цен на инвестиционные товары облегчает появление новых инвестиций. В-третьих, цена предложения капиталов уменьшается, что увеличивает их возможную прибыльность. В-четвертых, величина i уменьшается, а накапливаемые свободные финансовые средства не перетекают в инвестиции (возникает неравенство S > I), что увеличивает возможность финансирования будущих инвестиций. В-пятых, уменьшение Р ведет к росту реальной денежной массы Ms/P, что способствует росту Y (правый сдвиг LM в IS/LM-модели). Совместное действие этих факторов называется дефляционным механизмом выхода из спада и стагнации.

Однако действия этого механизма само по себе еще недостаточно для преодоления стагнации. Помимо этого, должны возникнуть новые прибыльные сферы применения капитала. Если в период спада «пессимизм» предпринимателей стад огромным, то даже сравнительно малые значения i окажутся недостаточными для того, чтобы стимулировать активную экономическую деятельность. Необходимо воздействовать прежде всего на степень уверенности предпринимателей в будущем, создать новые прибыльные сферы вложения капиталов. Этому способствует и структурное (в том числе технологическое) обновление производства. В результате потенциальный выпуск Yp растет, поэтому пик следующего цикла приходится на более высокий уровень реального совокупного дохода.

На продолжительность спада и стагнации влияют также величина срока службы капитального имущества длительного пользования и размеры издержек хранения избыточных запасов, которые должны «рассосаться» для того, чтобы наступила фаза подъема.

Наиболее ярким проявлением классического цикла служит возникновение и последующее преодоление Великой депрессии. За 1929-32 гг. ВНП США упад на 30%, а безработица возросла с 3 до 25%. Даже в 1937 г. она составляла 14,3%. Чистые инвестиции за 1931-35 гг. имели отрицательные значения. Активность фондового рынка с сентября 1929 г. по март 1933 г. упала на 80%, а индекс потребительских цен упад на 25%.

Стандартный анализ Великой депрессии (в рамках IS/LM-модели) начинается с гипотезы расходов: сдвиг IS влево вызван сдвигом вниз функции потребления. Крах фондовой биржи 1929 г. уменьшил богатство семейных хозяйств и увеличил неопределенность, заставив потребителей больше сберегать, чем потреблять. Другой момент: сокращение инвестиций в жилищное строительство. Затем начались банкротства банков, что еще сильнее сократило объемы инвестиций и вновь уменьшило расходы. Сдвигу IS влево способствовала и ошибочная политика государства, направленная на сбалансирование бюджета через рост Т и сокращение G. Все эти причины действовали совместно, обусловив резкий сдвиг IS влево.

Влево сдвигалась и LM. Основные причины таковы. С августа 1929 г. по март 1933 г. предложение денег упало на 28%. При этом денежная база возросла на 18%, но денежный мультипликатор m сократился на 38%. Это было связано с дестабилизацией банковской системы. Более 9000 банков США прекратили финансовые операции, не выполнив обязательств перед вкладчиками. Доверие населения к банкам было подорвано, и h вырос с 0,17 до 0,41. В свою очередь, банки, стремясь предотвратить банкротства, увеличили норму резервов с 0,14 до 0,21. Это и вызвало указанное сокращение m, а вместе с ним и Ms. Несмотря на то, что этот эффект был ослаблен снижением уровня цен, который за тот же период понизился на 25% (дефляция), кривая LM все же достаточно сильно подалась влево, сокращая выпуск и увеличивая безработицу.

Величина Ms за 1929-33 гг. непрерывно сокращалась. Одновременно изменялся состав Ms. В марте 1931 г. отношение h = С: D = 18,5%, а через два года оно увеличилось до 40,7%. Одновременно банки, стремясь избежать банкротства, стали увеличивать норму резервирования z. В итоге значение m резко сократилось, способствуя дальнейшему уменьшению Ms. Бюджетная политика была ограничительной. И только с 1937 г. бюджетная и денежная политика стала расширительной.

В 1929-30 гг. возник умеренный спад количества денег (агрегат Ml). Это вызвало первую волну банкротств, особенно среди специализированных банков Среднего Запада — традиционного района производства с/х продукции. Страхование банковских вкладов еще не было распространено, поэтому многие стали забирать свои вклады, предпочитая хранить свои средства в форме наличных денег.

Уменьшение отношения C/D уменьшило денежный мультипликатор m, что вызвало дальнейшее падение величины Ml, продолжавшееся до 1933 г. Банкротства банков лавинообразно нарастали, и отношение C/D продолжало уменьшаться. Такое большое сжатие денежной массы привело к коллапсу национального дохода, уменьшило выпуск и увеличило безработицу.

В усилении спада в период Великой депрессии отметим две основные причины. Одна из них — необычайно сильное падение цен.

По мнению многих исследователей, именно сильная дефляция сыграла главную роль в превращении рядового спада в жесточайший кризис. На первый взгляд, это невозможно. В IS/LM-модели падение цен означает увеличение величины М/Р, что сдвигает LM вправо и увеличивает доход. Кроме того, имеет место эффект Пигу: уменьшение Р означает относительный рост богатства домашних хозяйств. Потребители чувствуют себя богаче и больше тратят. Это вызывает сдвиг IS вправо и рост дохода. Однако эта картина не является полной, так как не учитывает влияния на доход процентной ставки.

Дело в том, что кривые IS и LM в IS/LM-модели зависят от реальной процентной ставки г, а не от номинальной ставки L Пока темп инфляции невелик, имеет место приближенное равенство г = i и IS/LM-модель действует как обычно. Но, если абсолютное значение велико, то для анализа ситуации следует использовать уравнение Фишера г = i—тс и учесть, что при дефляции л < 0. Это увеличивает реальный процент и смещает IS влево, уменьшая совокупный доход. Чем больше дефляция, тем сильнее уменьшается доход. При достаточно сильной дефляции смещение IS влево становится настолько сильным, что намного превышает смещение IS вправо, вызванное эффектом Пигу, и смещение вправо LM, вызванное увеличением величины М/Р.

Вторая основная причина — неверная экономическая политика государства. Отрицательную роль сыграла и неверная денежная политика государства. Она должна была быть более расширительной: увеличение денежной базы сверх 18% могло бы компенсировать сокращение денежного мультипликатора. Бюджетная политика, которая до 1937 г. была ограничительной, также должна была быть расширительной, поскольку главной причиной сокращения выпуска (и роста безработицы) была недостаточность совокупного спроса. Проблема сбалансированности бюджета должна была отступить перед этим на второй план.

Сформулируем в явном виде два основных альтернативных объяснения причин Великой депрессии. Кейнсианское объяснение: в 20-е гг. страна переживала бум, вызванный ростом автомобилестроения, радиотехники и строительства жилья. В конце 20-х гг. инвестиционные возможности на этой основе исчерпали себя, а новые не появились. Совокупный спрос резко упал, а бюджетная политика заботилась скорее о сбалансированном бюджете, чем о росте совокупного спроса. ФРС поддерживала процентные ставки низкими, но спрос на инвестиции был настолько слабым, что даже малые значения i не могли его расширить. IS была крутой, а LM пологой. В этихусловиях денежное расширение неэффективно. Рецепт действий: в любом случае, когда начинается спад, необходимо увеличить G и уменьшить Т.

Монетаристское объяснение: неспособность ФРС предотвратить банкротства банков и сжатие денежной массы стали главной причиной того, что спад оказался столь глубоким. На самом деле ФРС должна была провести ряд операций на рынке ценных бумаг, чтобы активно поддержать банковские резервы. Оба объяснения соответствуют фактам.

Великая депрессия вызвала значительные структурные изменения в рыночной экономике, направленные на повышение ее устойчивости при спаде. Наиболее важными нововведениями стали резкое увеличение государственных расходов в структуре ВНП по расходам и создание системы централизованного страхования вкладов, позволяющей поддерживать доверие населения к банковской системе даже при неблагоприятной экономической конъюнктуре, предотвращая этим резкое падение величины m за счет увеличения h и z; Это привело к изменению формы делового цикла.

8. 3. Постклассический цикл

Великая депрессия 1929-32 гг. означала конец классических деловых циклов и возникновение нового типа циклических изменений — постклассических циклов. С середины 40-х гг. до середины 60-х гг. рыночная экономика Запада, преодолев послевоенные трудности, почти непрерывно находилась в состоянии экономического подъема. Затем периодически стали расти инфляция и безработица. В 1970, 1974-75, 1979-80, 1982-83 гг. наблюдались постепенно усиливающиеся экономические спады. Однако ни в одном из них спад не достигал разрушительной силы Великой депрессии. В процессе своей эволюции рыночная экономика частично осознанно, а частично стихийно создала такие институциональные механизмы, которые смягчают экономические спады и усиливают экономические подъемы.

В основе таких институциональных изменений лежит несколько важных факторов. Первый фактор — это усиление роли государства в формировании совокупного спроса. Значимость этой роли определяется не размерами принадлежащей государству собственности, но прежде всего величиной бюджетных расходов, в которые входят: 1) расходы на содержание государственных чиновников и на армию; 2) правительственные контракты (военные заказы и пр.); 3) трансфертные платежи (расходы на медицинское обслуживание, страхование по безработице); 4) выплата процентов по государственному долгу. Благодаря этим и другим расходам государство стабилизирует в период спада прибыль (и тем самым выпуск и занятость), уменьшая этим максимальную величину и продолжительность сокращения производства. В 1929 г. расходы правительства США составляли 3% ВНП, в 1985 г. они составили 25% ВНП. Эта доля государства в ВНП по расходам не изменилась и в 90-е годы.

Во-вторых, это изменения в двухуровневой банковской системе. При угрозе экономического спада, когда возникает острый недостаток в кредите. Центральный банк, вместе с другим правительственными учреждениями и институтами, действует как «кредитор последней надежды» (lender of last resort), осуществляя льготное рефинансирование и уменьшая финансовое давление в форме требований по краткосрочным долгам, противодействуя чрезмерному уменьшению рыночной стоимости капитального имущества (фондовому краху).

Необходимость в системе «кредита последней надежды» обычно возникает до того, как начинается значительное падение дохода. Достаточно, чтобы появилось предвосхищение падения доходов. Тогда возникает ситуация, называемая run, когда потенциальные кредиторы опасаются, что долги не будут возвращены в срок. В этом случае получению кредитов не помогает и согласие на более высокий процент. Кредит «последней надежды» действует в противоположном направлении, гарантируя заимодавцам, что условия контрактов будут выполнены безотносительно к будущей конъюнктуре и к положению конкретного должника. Иначе говоря, эта система понижает риск, растущий в преддверии спада.Третьим фактором послужило быстрое развитие внутренних источников финансирования инвестиций в рамках корпораций.

Таким образом, главное отличие постклассического цикла от классического состоит в том, что государство стремится подавить или предупредить заметные отклонения рыночной экономики от равновесного экономического роста посредством контрциклической политики. Когда подъем начинает переходить в бум, грозящий перейти в спад, государство проводит ограничительную бюджетную и денежную политику (например, увеличивая налоги и учетную ставку). При наступлении спада, напротив, государство проводит расширительную бюджетную и кредитно-денежную политику. Чтобы оценить ее возможные результаты, вернемся к схеме 8.1 из предыдущего параграфа.



Рост государственных расходов G и сокращение налогов Т смещает DD вправо, что при любой процентной ставке увеличивает I0 и I1 и уменьшает разрыв между предполагаемым и фактическим будущим доходом. Кроме того, государство увеличивает отношение Ms/P, что позволяет уменьшить процентную ставку и увеличить этим I. Если угроза спада остается, то государство осуществляет в случае необходимости льготное кредитование финансовых учреждений, играющих ключевую роль в динамике экономической конъюнктуры. Тем самым спад становится менее глубоким и относительно (т.е. по сравнению с классическим циклом) быстро переходит в новое оживление или подъем.

Посмотрим, как это повлияло на динамику послевоенных экономических спадов. Сложности в экономике в 1966 г. и в 1970 г. носили в основном финансовый характер. Трудности возникли, когда Федеральная резервная система (ФРС), стремясь уменьшить инфляцию, неосторожно увеличила норму процента и тем самым ужесточила условия получения кредита. Результатом стал рост безработицы и сокращение объемов производства. Нечто аналогичное произошло затем в 1979-80 гг. и в 1982-83 гг. После этих спадов начался подъем, который продолжался до конца 80-х годов.

Спад 1974-75 гг. был спровоцирован «нефтяным» кризисом. Динамику изменений ВНП показывает следующая таблица:

Период

Изменение ВНП в %

1973(1)

8,8

1973(2)

0,2

1973(3)

2,7

1973(4)

1,4

1974(1)

-3,9

1974(2)

-3,7

1974(3)

-2,3

1974(4)

-7,5

1975(1)

-9,2

1975(2)

3,3

1975(3)

11,9



Здесь (1)-(4) — кварталы, изменения ВНП даны в ценах 1972 г. и в пересчете за год.

В ходе этого спада имело место значительное падение объемов производства (до 23% в пересчете на год), безработица выросла с 5,7 % в марте 1974 г. до 8,6% в марте 1975 г. Однако, как показывает таблица, спад быстро, начиная со 2-го квартала 1975 г., сменился подъемом, который продолжался и в следующем, 1976 г. Таким образом, хотя спад начинался так же стремительно, как и в 1929 г., Великой депрессии не получилось.

Решающим фактором быстрого преодоления спада стало образование огромного бюджетного дефицита в 1975 г., выросшего на 60 млрд. дол. Частично эти средства увеличили сбережения семейных хозяйств (на 15,6 млрд. дол.), но большая их часть, равная 46,3 млрд. дол., ушла на помощь бизнесу, приведя к росту на 33,1 млрд. дол. валовых внутренних фондов частного сектора и к росту инвестиций на 13,2 млрд.дол. (в основном на рассасывание товарных запасов, образовавшихся при спаде и препятствующих подъему). Таким образом, валовые внутренние фонды бизнеса росли, ценой увеличения бюджетного дефицита, даже в период спада. Легко себе представить, что произошло бы, если бы американское правительство не решилось на создание такого дефицита.

В 1975 г. правительство США затратило 80 млрд. дол. на социальное обеспечение. Общая величина трансфертов была на 20% больше, чем правительственные расходы на товары и услуги. В результате, несмотря на значительную безработицу, располагаемый персональный доход не уменьшился, и один из каждых шести долларов, какие семейные хозяйства тратили на потребление, был взят из правительственных трансфертов.

Неудивительно, что совместное действие перечисленных факторов радикально меняет характер делового цикла. Вместо длительных экономических кризисов примерно 1 раз в 10 лет. наблюдается сглаживание экономических циклов в развитых странах. Так, в США в межвоенный период временное соотношение (в месяцах) «подъем/спад» было в среднем 26:20, а в послевоенный период уже 34:11. В США, например, экономический подъем после второй мировой войны продолжался почти непрерывно до начала 70-х гг., поскольку спады, имевшие место в 1948-49, 1953-54,1957-58,1960-61,1969-70 гг., были незначительными. Исключение составили спад 1973-75 гг. и спад 1980-82 гг., усиленный неверной денежной политикой, чрезмерно ограничившей предложение денег. Когда в 1982 г. предложение денег резко возросло, спад быстро прекратился. С начала 1983 г. новый подъем, который продолжался до 1989 г. В начале 90 - гг. следует новая заминка, преодоленная в 1994 г. Во второй половине 90-х годов экономика США демонстрирует непрерывный экономический рост.

Однако специфика постклассического цикла проявляется не только в этом. В постклассическом цикле перестает действовать дефляционный механизм выхода из спада, так как в период спада цены продолжают расти. Если в классическом цикле падение цен в период спада вело к росту совокупного спроса и замене прежнего оборудования более совершенным, то теперь рост совокупного спроса и сохранение устойчивости денежной системы при ухудшении экономической конъюнктуры обеспечивается дополнительными усилиями государства.

Однако эти действия государства ведут к определенным последствиям. Во-первых, растут бюджетный дефицит и государственный долг. Во-вторых, усиливается инфляция, так как усилия государства подавляют дефляционный механизм выхода из спаца. В результате цены при подъеме растут, а при спаде не падают. Можно сказать, что более гладкое и интенсивное экономическое развитие в постклассическом цикле оплачивается ростом инфляции и значительным государственным долгом.

В-третьих, деловой цикл становится все более зависящим от экономической политики государства. Неверно выбранная экономическая политика может спровоцировать спад при подъеме (если налоги и процентная ставка были увеличены, а количество денег уменьшено сильнее, чем необходимо для подавления бума) или усилить уже наступивший спад. В результате у многих американских экономистов, например, сложилось убеждение, что ряд спадов в экономике США были «сделаны в Вашингтоне», т.е. возникли в результате неверно проводимой экономической политики. Исследования М.Фридмана и А.Шварц («Монетарная история Соединенных Штатов») показали, что большинству деловых циклов в США предшествовали значительные изменения количества денег в обращении. Оказалось, что темпы прироста ВНП имеют тенденцию к снижению (с лагом в один год), если темпы прироста денег в обращение падают, и чем больше снижение темпов прироста денег, тем больше падение темпов прироста выпуска.

Большое влияние на постклассический деловой цикл оказывает рост неопределенности, вызываемый как постоянными ценовыми и технологическими изменениями, так и несовершенством информации у экономических субъектов. Еще одна важная особенность постклассического цикла заключается в непрерывности воздействия инноваций (особенно новых информационных технологий) на экономику. В каждом таком цикле технологические сдвиги происходят как в период подъема, так и в период спада, увеличивая и предельную производительность труда, и предельную производительность капитала. Это увеличивает выпуск в период подъема и ослабляет уменьшение выпуска в период спада. При этом спад меньше охватывает технологически передовые отрасли, чем традиционные. В результате спад характеризуется не только уменьшением совокупного выпуска, но и перераспределением факторных и денежных ресурсов в пользу более передовых отраслей. Это ведет также к положительному наклону графика AS на протяжении всего цикла, благодаря чему денежные силы получают возможность влиять не только на цены, но и на выпуск. В результате любая фаза цикла становится неустойчивой, и спад может быстро смениться подъемом, если приток экономически выгодных и финансово обеспеченных инноваций усилится, а подъем может быстро смениться экономическим спадом, если этот приток ослабнет. По этим причинам государство не может просто манипулировать своей бюджетной и денежной политикой, изыскивая наиболее удачную их комбинацию. Оно должно проводить также активную структурную политику, направленную на увеличение потенциального выпуска и на повышение конкурентоспособности национальной экономики на внутреннем и внешнем рынках (поддержание высокого уровня конкуренции, совершенствование инфраструктуры, через какую НТП воздействует на производство, и т.п.).

В связи с этим полезно различать политику стабилизации и политику развития. Первая направлена на приближение фактического выпуска к потенциальному при относительно малом росте цен. Вторая направлена не только на достижение стабилизации, но и на увеличение потенциального выпуска.

8. 4. Эндогенный фондовый кризис

Одна из важных особенностей постклассических деловых циклов заключается в том, что фондовые крахи часто происходят самостоятельно, вне связи с экономическим спадом, свидетельствуя об относительно самостоятельном развитии номинального сектора экономики.

Происходящие на фондовом рынке изменения частично являются ожидаемыми, а частично неожиданны. Неожиданными могут быть изменения ставки процента, потока депозитов и платежеспособности заемщиков. Фондовый рынок редко находится в состоянии равновесия.

В огромной степени отрыву фондового рынка от реальных показателей способствует рост рынка срочных контрактов (производных ценных бумаг), действие которого частично направлено на снижение риска индивидуальных инвесторов. Но риски от этого не исчезают, они переносятся на систему в целом, которая в итоге становится более неопределенной и менее устойчивой. Уменьшение микрорисков оплачивается в экономике ростом системного риска. Это, в свою очередь, еще более увеличивает значимость финансового рынка. Мировой финансовый рынок становится основным инструментом в борьбе за сырьевые, энергетические, информационные и денежные ресурсы, за политическое влияние.

Между тем, на более длинных отрезках времени динамика курса акций должна примерно соответствовать динамике роста ВВП. В противном случае возникает переоцененность или недооцененность фондовых рынков. Длительное сохранение переоцененное фондовых рынков приводит к фондовым крахам. Примером может служить крах фондовой биржи США 19 октября 1987 г., когда индекс Доу-Джонса упал сразу на 508 пунктов. Этот «черный понедельник» оказался более тяжелым, чем «черный вторник» 28 октября 1929 г., за которым последовала Великая депрессия.

Однако фондовый крах не обязательно передается в реальный сектор (не обязательно приводит к экономическому спаду). Непосредственно он означает лишь массовую продажу акций по низким ценам и ведет к перераспределению собственности. И если передел происходит в пользу более эффективно действующих экономических субъектов, то за фондовым крахом через некоторое время последует экономический подъем. Тем не менее фондовый крах опасен резким уменьшением ликвидности и прибыли. Если этот процесс значительно сократит прибыльность реального сектора, то экономический спад неизбежен.

Напомним основное свойство функционирования финансового рынка в целом. Финансовый рынок состоит из пяти основных сегментов: денежного рынка, рынка облигаций, рынка акций (фондового рынка), внутреннего валютного рынка и рынка срочных контрактов (производных финансовых инструментов). Финансовый рынок находится в состоянии равновесия, если и только если норма доходности на всех его сегментах одинакова. И поскольку это условие никогда не выполняется, то можно утверждать, что финансовый рынок в целом никогда не находится строго в состоянии равновесия.

Вместе с тем существует тенденция к установлению равновесия финансового рынка (тенденция к сближению норм доходности на различных его сегментах). Реализация этой тенденции связана с непрерывным перемещением капитала в денежной форме с одного сегмента финансового рынка на другой в поисках большей доходности.

Значение этого перемещения двояко. С одной стороны, оно способствует сближению нормы прибыли на различных сегментах рынка. С другой стороны, перемещение значительных по объему денежных масс с одного сегмента на другой может вызвать обвал на сегменте, потерявшем часть денежных средств, что вызовет вторичные колебательные процессы на всем финансовом рынке.

Таким образом, функционирование финансового рынка как такового осуществляется через взаимодействие его различных сегментов. Нельзя понять события, происходящие в одном из его сегментов, не учитывая того, что происходит во всех остальных. Различные сегменты финансового рынка сильно связаны между собой, и трудности на одном сегменте могут вызвать обвал другого. Приемлемый уровень моделирования фондового краха предполагает учет взаимосвязи по меньшей мере трех рыночных сегментов: денежного, фондового и валютного рынков.

Рассмотрим простую модель фондового рынка на основе учета взаимосвязи между фондовым и денежным рынками. Крах фондового рынка можно понять как быстрое возвращение цен акций к равновесным значениям. В сентябре 1987 г. на нью-йоркской фондовой бирже price earning ratio (per) было 25:1. Это соответствовало значению ставки денежного рынка i = 4%. На самом деле значение i было значительно выше и ожидался дальнейший рост процентной ставки. Поэтому цены на акции должны были падать. Вопрос был лишь в том, когда и насколько быстро они упадут. Это произошло через месяц.

Заметим, что per = P/Pr выражает отношение цены акции Р к доходу на акцию Рг. Динамика фондового рынка такова, что в короткие периоды времени и при отсутствии сильно выраженной тенденции к экономическому спаду Р является быстрой переменной, а Рr — медленной. Изменения в per, таким образом, определяются в первую очередь изменениями в Р.

Рост per является следствием роста предполагаемого дохода на акцию, что увеличивает ее рыночную цену и ведет к росту фондового индекса. Предположения о росте будущего дохода (оптимизм инвесторов) увеличивают спрос на акции и тем самым их рыночную цену. Пессимизм инвесторов действует в противоположном направлении. Per, таким образом, выражает соотношение будущих и текущих доходов на акцию.

В короткие периоды времени величина per относительно самостоятельна, в более длинные периоды времени действует тенденция к сближению ее с величиной процентной ставки денежного рынка. Если величина per намного больше, чем i, то возможно двоякое протекание последующих событий: либо величина per (и тем самым фондовый индекс) упадет, либо 2) возрастет величина i. Рост i однако, требует сжатия находящейся в обращении денежной массы, обычно изменяющейся пропорционально росту совокупного дохода (ВВП или ВНП). И если рост совокупного дохода исключает сжатие денежной массы, то рано или поздно произойдет уменьшение фондового индекса.

Если уменьшение фондового индекса значительно и происходит внезапно, вызывая мгновенный переход инвесторов от оптимизма к пессимизму, то возникает фондовый крах. Этот переход нелинеен в том смысле, что чрезмерный оптимизм инвесторов быстро сменяется их чрезмерным пессимизмом, усиливая колебания фондового индекса.

В том же направлении расширения диапазона колебаний действует и поведение фондовых спекулянтов. Почувствовав тенденцию к уменьшению фондового индекса, они начинают игру на понижение с тем, чтобы, опустив курс ниже будущего равновесного значения, скупить акции по бросовым ценам и затем продать их по более дорогой цене.

Изобразим ситуацию фондового краха графически (рис. 8.2). Если не обращать внимания на точки а[ и А; то это обычная модель денежного рынка. ms() — график предложения денег, Md — график спроса на деньги. Их пересечение определяет равновесную ставку денежного рынка jq. Полагаем msq = const, io = const.

Дополнительно на оси i помещается движущаяся точка А = per = Р/Рr. Если величина Р растет относительно Рг, то А сдвигается вверх по оси i, а если величина Р уменьшается относительно Рг, то А сдвигается вниз по этой оси. На рис. 8.2 изображены два положения этой точки А( и А.^ одно из которых находится выше значения iy а другое ниже.



Рис. 8.2. Модель фондового кризиса

Ключевое значение имеет сравнение величины io и положения точки А. Если точка А находится в положении А2 (выше равновесия), то фондовый индекс является переоцененным, и повышенный спрос на акции увеличивает их цены, сдвигая А2 еще выше. В конце концов, когда инвесторы поймут, что цена акции слишком высока для приносимой ею прибыли, цена акции начнет падать, а ее продажи начнут расти. Точка А2 начнет двигаться вниз, и это движение будет тем сильнее, чем выше она поднялась ранее. Если это падение велико (намного ниже положения i0) и неожиданно, то говорят об обвале фондового рынка, или фондовом крахе. Если точка А находится в положении A1 (ниже равновесия), то  фондовый индекс является недооцененным , и пониженный спрос на акции уменьшает их цены, сдвигая A1 еще ниже. В конце концов, когда инвесторы поймут, что цена акции слишком мала для приносимой ею прибыли, объем покупок акции начнет расти, вызывая движение ai в противоположном направлении. В результате фондовый индекс может вновь стать переоцененным.

Поскольку фондовый крах устанавливает значение per ниже равновесного, то за крахом рано или поздно начинается рост недооцененного фондового индекса. Если при этом распределение ресурсов произошло в пользу более эффективных компаний, то может начаться экономический подъем. Собственно так и произошло после фондового краха в октябре 1987 г.

После краха нью-йоркской фондовой биржи 19 октября 1987 г. Федеральная резервная система США немедленно объявила о расширении кредита и денежной массы (путем операций на открытом рынке). Ставка процента резко упала. Аналогично действовали и центральные банки других стран. Паника была остановлена раньше, чем она успела повлиять на уровень выпуска.

8.5. Долговременный экономический рост

В длинное время цикличность экономического роста перестает быть заметной, основное значение приобретают средние темпы экономического роста. При долговременном экономическом росте даже небольшие различия в темпах прироста выпуска со временем накапливаются и ведут к существенному росту ВНП на душу населения и тем самым к высокому уровню жизни. При росте ВНП на душу населения на 2% в год его удвоение происходит каждые 35 лет.

В 50-80-е гг. наиболее впечатляющие темпы экономического роста наблюдались в Японии(в %):



1955-1973 1973

1979

1980

1981

1982-1983

1984

1985

1986

1987

1988

1900

10

5,2

4,8

4.0

3,15

5,1

4,6

3,25

3

4,9

4.0













Это позволило Японии занять первое место по ВНП на душу населения,

Большая часть длинного времени относится к прошлому времени, в котором исчезает неопределенность, присущая будущему времени. Поэтому основную роль в долговременном росте играют реальные факторы, а номинальные величины выполняют вспомогательные функции.

Для теоретического моделирования долговременного экономического роста используют понятие производственной функции. Оно определяет максимальную величину выпуска продукции, которая может быть получена при использовании данных значений капитала, труда, земли и сырья и данном технологическо-организационном уровне:

Y=AF(K,L),                           (1)

 где А — инновационные изменения. Соответственно приращение дохода рассматривается в виде:

Y =Δмрк*Δк + mplxΔl + ΔAF         (2)

где первое слагаемое есть увеличение производства в результате роста объема капитала, второе — увеличение производства в результате роста затрат труда, третье — действие инновационного потока (напомним, что МРК — предельная производительность капитала, MPL — предельная производительность труда). Преобразуем (2) следующим образом:

(МРК*К)ΔК/К + (MPL*L)ΔL/L + ΔА/А(А*F), откуда

Y/Y = ((мрк*к)/Y)*(Δк/к) + ((MPL*L)/Y) * (ΔL/L)*ΔA/A(A*F)/Y                          (3)

При совершенной конкуренции и постоянной отдаче от масштаба доход факторов равен их предельному продукту, а вознаграждение факторов. Поэтому (MPK*K)/Y = Pr/Y = (доля капитала в ВНП) и (MPL*L)/Y= W/Y = 1- (доля труда в ВНП). С использованием этих равенств из (1) и (3) получаем

ΔY/Y = a(ΔК/К) + (l-a)(ΔL/L) + ΔА/А    (4)

Это уравнение выведено в предположении постоянной отдачи от масштабов производства. Если ΔК/К = 1 % и ΔL/L = 1 %, то и ΔY/Y = 1 %. При возрастающей отдаче от масштаба в этом случае ΔY/Y > 1 %. Из (4) сразу следует равенство ΔА/А= ΔY/Y - а(ΔК/К) - (1-a)(ΔL/L)    (5) Из него видно, что ΔА/А есть та часть темпа прироста выпуска, которая не может быть объяснена изменением затрат факторов (остаток Солоу) и которая, следовательно, представляет собой долю совокупного выпуска, произведенную за счет технологических и иных изменений (инноваций различного рода). Строго говоря, остаток Солоу — это просто часть экономического роста, которая обусловлена факторами, не поддающимися прямым измерениям. Вопрос о правильной интерпретации этого остатка все еще остается проблемой.

Тем не менее в первом приближении остаток Солоу определяется техническим прогрессом (ростом совокупной производительности факторов). Выпуск растет за счет улучшения методов производства при неизменных затратах труда и капитала (с помощью тех же количеств факторов можно получить больше продукции). Значительную часть этого остатка дает улучшение знаний и улучшение размещения ресурсов.

Зная величины, входящие в (5) справа, можно вычислить и долю технологического прогресса в экономическом росте. Пусть, например, ΔY/Y =3,1%, ΔК/К = 2,5%, ΔL/L = 1,5%, а = 1/4. Тогда ΔА/А = 3,1% - 2,5%*0,25 - 1,5%*0,75 = 1,35%.

Для развитых стран именно технологическая составляющая образует основу экономического роста. Так, за 1909-1949 гг. выпуск в США на одного работающего удвоился. При этом только 12% этого роста были получены за счет увеличения капитала, остальные 88% пришлись на долю остатка Солоу. Сходная картина во всех развитых странах, но в развивающихся странах картина обратная. Резкое ослабление темпов экономического роста после 1973 г. частично может быть объяснено ростом цен на нефть, увеличившим издержки и сократившим экспорт, а частично — уменьшением воздействия на рост остатка Солоу (ослаблением инновационных потоков).

Для того, чтобы показать важность технологического прогресса для рыночной экономики, т.е. справедливости неравенства ΔА/А > 0, допустим, напротив, что технологический прогресс отсутствует: ΔА/А = 0. Допустим также, что К > L. Тогда величины K/L и Q/L растут. Каждый рабочий приводит в действие больше капитала, его предельная производительность растет, поэтому в конкурентной экономике растет и его реальная заработная плата, пропорциональная его предельной производительности.

Графически имеем следующую картину (ΔА/А = 0, L = const.):



При сделанных предположениях кривая DD спроса на капитал наклонена вниз, так как для данного количества труда увеличение накопления капитала при неизменной технологии уменьшает его производительность.

Действительно,

(6)            Q/L = Q/K*K/L

С ростом К производительность труда Q/L растет, но меньшим темпом, чем капиталовооруженность труда K/L, поэтому производительность капитала Q/K уменьшается. Падение предельной производительности капитала уменьшает долгосрочное значение г.

КК — кривая предложения капитала. Она имеет положительный наклон, поскольку предложение капитала растет с ростом г. Точка А пересечения DD и КК соответствует равновесию рынка капиталов.

Это равновесие, однако, неустойчиво в длинное время. Его неустойчивость связана с существованием критической величины процента rk. Если r > rk, то чистые сбережения в экономике положительны, при r = rk они равны нулю, а при г < rk отрицательны. Поэтому при любом r > rk предложение капитала увеличивается, но интенсивность этого предложения падает с уменьшением r. На диаграмме этому соответствует сдвиг КК вправо. В результате состояние экономики скользит вниз по DD, приближаясь постепенно к Е. При этом W, K/L и Q/L растут, а r падает. В точке Е r = rk и уменьшение желания сберегать прекращает дальнейшее накопление капитала. W и r перестают изменяться. Это может произойти при высоком уровне дохода и выпуска, если было накоплено значительное количество капитала.

Допустим теперь, что ΔA/A > 0. Тогда можно увеличить Q при тех же К и L. Кривая DD сдвигается вправо и вверх, и r увеличивается. При постоянном сдвиге DD вправо вместо движению к равновесию с постоянными Q, W и г экономика сдвигается в состояние, в котором K/L, Q/L и W растут со временем, а r не уменьшается. В противном случае Маркс был бы прав, говоря о неизбежном падении нормы прибыли.

Наблюдения за последние 100 лет показывают, что для промышленно развитых стран:

1. Население и предложение труда растут, но более скромным темпом, чем запас капитала, и это ведет к росту капиталовооруженности K/L.

2. Имеется явная тенденция к повышению реальной заработной плати. Доля совокупной заработной платы в ВНП медленно растет на больших интервалах времени.

3. Вместо падения нормы прибыли на капитал (и тем самым уменьшения величины процента) наблюдаются значительные её колебания на протяжении делового цикла без какой-либо строгой тенденции к увеличению или понижению. Пои этом величина Q/K растет.

4. После сглаживания траекторий деловых циклов обнаруживается, что ВНП устойчиво растет с темпом 3-4% в год. Это значительно выше средневзвешенных затрат капитала, труда и ресурсов.

Это позволяет заключить, что модель Солоу приблизительно правильно описывает долговременный экономический рост. При заданных значениях технологических изменений и прироста капитала выпуск растет в зависимости от уровня занятости, что соответствует классической модели.

Вместе с тем модель позволяет улавливать важные нюансы, анализ которых мы начнем с упрощающего предположения о постоянстве отдачи от масштаба. В этом случае AF(K, L) = LΔF(K/L). Обозначим через q выпуск на одного работающего и через k — количество капитала на единицу труда: q = Y/L, k = K/L. Тогда Y/L = AF(K/L) и (1) можно записать в виде:

q=AF(k)               (2)

т.е. выпуск на душу населения является возрастающей функцией отношения «капитал — труд». Графически имеем:



Как видим, график q растет с ростом k, но с убывающим темпом. Угол наклона этой функции равен предельной производительности капитала, которая падает с ростом К.

Положим в основном уравнении (4) DA/A = 0 (инновационные потоки в экономике отсутствуют), ΔL/L = п (темп прироста рабочей силы постоянен и равен п). Тогда в (4) остается только одна переменная — темп прироста капитала, зависящая от S и Y.

Назовем состояние экономики стационарным, если DA/A = 0 и Y/L = const (т.е. если производительность труда не изменяется). В этом случае Y/L = ΔY/ΔL, или ΔY/Y = ΔL/L. Но ΔL/L = п, поэтому и ΔY/Y = n. Из (4) получаем, что в стационарном состоянии верно также ΔК/К = п. Таким образом, в стационарном состоянии темп прироста запаса капитала и темп экономического роста равны темпу роста населения.

Обратим теперь внимание на то, что величина ΔК есть просто инвестиции I, которые в закрытых моделях без государства равны сбережениям. Поэтому имеем:

ΔK=I-dK 		(d - норма замещения капитала) 

S=sY 		(s=const)

ΔK=sY-dK 		1),2)

ΔK/K=sY/K-d 	3), деление на K

n=sY/K-d		4), подстановка ΔK/K=n

sY=(n+d)K		5)

Последнее равенство означает, что в стационарном состоянии сбережений хватает как раз для того, чтобы обеспечить достаточно инвестиций для покрытия амортизации и оснащения новых работников стандартной величиной капитала. Если бы сбережения были больше этой величины, то капитал на душу населения увеличивался бы, ведя к росту выпуска на душу населения. Если бы сберегалось недостаточно, то капитал и доход на душу населения сокращались бы. В стационарном состоянии, следовательно, нет ни избыточных сбережений, ни избыточных инвестиций.

Разделив обе стороны равенства 6) на L, получаем

7. sy = (n + d)k

С достижением равенств б) и 7) объем капитала на одного работающего и объем выпуска на одного работающего достигают своих равновесных значений и больше не меняются, если только экономика не подвергается сильным экзогенным воздействиям. Значение k, удовлетворяющее равенству 7), обозначим через k*.

Допустим теперь, что экономика не находится в стационарном состоянии. В этом случае темп прироста капиталовооруженности равен разности между темпами прироста капитала и труда:

8. Δk/k = ΔK/K-n

Далее рассуждаем следующим образом:

9. Δk/k = (sY-dK)/K-n         8), 3)

10. Δk/k = sY/K - d-n          9)

11. Δk/k = s(Y/L)/(K/L) - d-n    



12. Δk/k = sy/k-d-n

13. Δk = sy + k(d+n)

Это основное уравнение для накопления капитала. Интерпретация его такова. Ежегодно в экономику поступает n рабочих сил. Обеспечивая каждую из них капиталом k, расходуем nk. Замена выбывшего капитала требует расходов dk. Таким образом, для поддержания отношения K/L а постоянном уровне k требуется sy удельных сбережений. Экономика находится в стационарном состоянии (нет ни избыточных сбережений, ни недостаточных инвестиций), когда Δk = 0. В этом случае 13) сводится к 7).

Подведем промежуточные итоги:

1. Для поддержания постоянного уровня капиталовооруженности сбережения и инвестиции должны быть достаточными для того, чтобы компенсировать уменьшение величины капитала на одного работающего, обусловленное ростом населения и амортизацией.

2. Если S = sY, то капиталовооруженность стремится к стационарному уровню k*, при котором выпуск (а тем самым сбережения и инвестиции) достаточен для поддержания k = const.

3. Достижение уровня k* обеспечивается тем, что при малых k верно S > I, обеспечивая Δk > 0 (при больших k верно S < I, создавая ^ < 0).

Отметим также, что в этой модели Солоу уровень (норма) сбережений не оказывает никакого влияния на темп роста в устойчивом состоянии, равный n. Независимо от того, каково s, в долгосрочном периоде экономика растет с темпом п. Однако уровень сбережений может влиять на время приближения к равновесию и на доход на душу населения в долгосрочном устойчивом состоянии. Чем больше s, тем больше доход, но долгосрочный темп роста этого дохода не зависит от s (в предположении постоянной отдачи от масштаба и отсутствии НТП).

Это позволяет понять, что произойдет, если в стране возрастет уровень сбережений. С ростом уровня сбережений объем сбережений начнет превышать потребности расширения капитала и величина K/L начинает расти. Возникает переходный период, когда темп роста экономики превышает n, поскольку ΔY/Y > ΔL/L= n. По мере приближения к равновесию темп роста уменьшается до величины п.

Таким образом, рост сбережений ведет к временному увеличению темпов экономического роста и к росту уровня капиталовооруженности. Однако окончательный темп экономического роста (темп роста в новом стационарном состоянии) по-прежнему будет равен п.

Другим фактором, определяющим темп экономического роста и величину Y/L, является темп роста населения (рабочей силы). При этом возникают двоякого рода изменения. Во-первых, более высо-кий темп роста населения способствует увеличению темпа долговременного экономического роста, поскольку в долгосрочном равновесии Y/ К и L увеличиваются темпом, равным темпу роста населения.

Во-вторых, темп роста населения определяет количество сбережений, направленных на расширение капитала (оно равно nk) Это ведет к уменьшению величины у = Y/L. Иными словами, при прочих равных условиях более высокий темп роста населения ведет к снижению дохода на душу населения в устойчивом состоянии.

До сих пор мы предполагали, что ΔА/А = 0. Тогда, если n = 0, то экономический рост отсутствует. Однако технический прогресс возрастающая отдача от масштаба и совершенствование человеческого капитала ведут к возможности экономического роста даже при n = 0.

Рассмотрим технологические изменения. Основное предположение состоит в том, что они являются трудосберегающими: количество вложенного труда, измеряемого в неизменных величинах астрономического времени, растет за счет улучшения качества услуг труда Соответственно производственная функция принимает вид-

Y=F(K,TL)                    (3)

Более высокий уровень технического прогресса, выражаемый ростом Т, означает просто увеличение вклада труда при неизменном L. Величина

Le = TL                          (4)

называется эффективным трудом. Из его определения (9) видно, что

ΔLe/ Le = ΔТ/Т + ΔL/L = n + o,     (5)

где o = ΔТ/Т — темп технологических изменений. Темп роста эффективного труда равен n + o .

Таким образом, эффективный труд растет по двум каналам: за счет роста населения и за счет возрастания качества услуг труда. Поэтому технологические изменения увеличивают темп экономического роста в устойчивом состоянии. В этом состоянии выпуск на одного эффективного рабочего и количество капитала на одного эффективного работающего не изменяются. Однако, если o > 0, то выпуск на одного реального рабочего и количество капитала на одного реального рабочего растут со скоростью o. Таким образом, скорость технологических изменений определяет темп роста Y/L в устойчивом состоянии, т е темп роста ВНП на душу населения. Вместо Y/L = const теперь в устойчивом состоянии возникает равенство ΔY/L = const.

Прием замены простого труда эффективным в результате воздействия НТП на производство можно распространить и на капитал. Технологический прогресс рассматривается в этом случае не как самостоятельный фактор производства, вклад которого в прирост выпуска измеряется «остатком Солоу», а в качестве силы, увеличивающей производительность труда и капитала по сравнению с их базовой (исходной) производительностью.

Повышая эффективность факторов производства, технологический прогресс ведет не только к ускоренному экономическому росту, но и к перераспределению национального дохода и изменению экономической конъюнктуры. Не менее важна и неопределенность, свя-эанная с определением эффективных значений труда и капитала. Невозможность их прямого представления в виде конкретных физических величин приводит к тому, что эффективный труд и эффективный капитал могут быть измерены только в денежных единицах, причем само это измерение может быть осуществлено только в процессе функционирования финансового рынка, непрерывно корректирующего денежные оценки. Это заставляет экономических субъектов уделять событиям в мире денег все большее внимание.