Проблемы конкурентоспособности российских предприятий

Проблемы конкурентоспособности российских предприятий

А.Л. Карпов, Омский государственный университет, кафедра экономической теории и предпринимательства

Рыночные преобразования в России требуют существенных структурных, институциональных и поведенческих изменений на уровне микроэкономики, и прежде всего в отечественной обрабатывающей промышленности. Для стабильности системы и закладки основы дальнейшего развития необходимо обеспечить конкурентоспособность ключевых, системообразующих отраслей экономики. По некоторым оценкам, при существующем положении до 70% промышленных предприятий являются потенциальными банкротами, причем не менее 20-25% из них правительство официально считает обреченными при любом повороте событий [1]. Вместе с наблюдающимся по стране в целом снижением использования производственных мощностей это означает, что в ходе развернувшейся неуправляемой структурной перестройки страна может потерять в итоге до 60-70% своего нынешнего промышленного потенциала и на долгие годы обеспечить себе колониальную структуру производства.

Решение этой задачи осложняется тем, что оставленные в наследство командной экономикой технологические, внутренние "болезни" производства накладываются, с одной стороны, на обусловленные кризисом и искусственно созданные проблемы спроса, а с другой - на нерациональную политику правительства. В связи с этим важно выделить причины конкурентного отставания российских отраслей экономики. Первым фактором является технологическое отставание предприятий России. Оно имеет два аспекта: первый - неконкурентоспособность отечественной продукции из-за несоответствия качественных характеристик самого продукта требованиям рынка; второй - при существующем рыночном спросе на продукт его высокая себестоимость по отношению к иностранным аналогам, в основе которой лежат высокие нормы расхода сырья и энергетики на технологию (в экономических терминах - технологически обусловленные высокие переменные издержки на единицу продукции). Технологическое отставание основного производства определяется следующими причинами: 1) известно, что наибольшее внимание к развитию технологии в Советском Союзе уделялось в ВПК в ущерб развитию других отраслей; 2) благодаря экспортному контролю в развитых индустриальных странах в Советский Союз и страны Восточной Европы продавались только устаревшие технологии; 3) отсутствие естественных рыночных механизмов приводило к медленной замене устаревших технологий более современными и уже освоенными технологиями и даже к возникновению совершенно неестественных по убыточности производств. Отсюда стандартное 30-40-летнее отставание технологии на российских перерабатывающих предприятиях.

Часто и во многих отраслях встречается проблема нерационального географического расположения (также оставленная по наследству от прежней системы): особенно это характерно для перерабатывающих предприятий, строительство которых осуществлялось в 1970-1980-е годы. В этот период в условиях масштабных инвестиций практически не уделялось внимания локальному и территориальному комбинированию - межпродуктовые балансы стали "сводиться" не на уровне предприятия или региона, а в рамках отрасли в целом. Главки стремились расширять финальные производства, передавая заботу о создании сырьевой базы соседнему Главку или Министерству. Особенно тяжелые последствия возникли после либерализации экономики на тех предприятиях, для которых основным сырьем являются, во-первых, громоздкие и малоценные с экономической точки зрения продукты (их транспортировка на дальние расстояния приводит к существенному увеличению себестоимости), во-вторых, пожаро- и взрывоопасные продукты (для них существуют повышенные тарифные ставки при перевозке). Для Омского региона это характерная проблема химического производства.

Кроме того, затратный механизм усиливает другое явление, которое характерно для большинства российских промышленных предприятий, - существование относительно высоких постоянных затрат. Причины этого: во-первых, неоптимальный размер предприятий; во-вторых, нерациональное комбинирование производства внутри предприятия. (Грубая оценка неэффективности может быть получена при сравнении среднего размера предприятий в России и США в отраслевом разрезе. В среднем по обрабатывающей промышленности 70-80% всех производственных мощностей больше, чем в США [2]); в-третьих, высокие постоянные издержки из-за громоздкой инфраструктуры предприятий. Выражается это обычно в двух формах:

Первая - вспомогательное производство создавалось без расчета на работу небольшими объемами производства. При полной загрузке производства затраты вспомогательного производства на единицу продукции невелики, но когда объем производства стала определять конъюнктура рынка, немобильное вспомогательное производство серьезно повлияло на себестоимость продукции. Вторая - затратный принцип, заложенный при проектировании предприятий. Следующие три фактора можно объединить под общим понятием эрозии спроса.

С одной стороны, это непосредственно кризисное сокращение национального спроса практически во всех традиционных отраслях. В России естественное снижение спроса, вызванное общим спадом, усиливается практически полным разрушением ВПК, который был основным потребителем для большинства отраслей. Сокращение спроса влияет на производство, не позволяя получить экономию затрат на эффекте масштаба. С другой стороны, этот процесс сопровождается усилением уровня концентрации на рынках. Здесь особенно нужно обратить внимание на следующий аспект происходящих изменений. Считается, что при прочих равных условиях давление фирмы, как продавца, на конечного потребителя является доминирующим по сравнению с властью фирмы, как покупателя. Но практика показывает, что в кризисных условиях давление на покупателя на олигопольных рынках меньше, чем давление концентрации покупателей на поставщиков сырья. Это объясняется, во-первых, тем что в ходе настоящего экономического кризиса концентрация продавцов на потребительских рынках усилилась в меньших пропорциях, чем на рынках предприятий, благодаря более благоприятным условиям; во-вторых, концентрацию на потребительских рынках в значительной мере компенсирует влияние импорта. В то же время усиление концентрации покупателей на рынке предприятий приводит к существенным отклонениям цен в сторону уменьшения до экономически нецелесообразного уровня.

В-третьих, это искусственная нехватка денег в стране. В современной российской действительности объективным фактом является искусственно созданная нехватка денег в обращении, погружение экономики в состояние всеобщего натурального обмена. Количество наличных и безналичных денег в обращении (агрегатный показатель М2) в нормальных условиях находится на уровне 80% ВВП, в некоторых странах, таких, как США, Гонконг, Сингапур - даже свыше 100%. В России в 1996 г. этот показатель составлял 10-12% (для сравнения в 1991 г. он составлял у нас 70% [3]. Остальная часть товарооборота приходится на денежные суррогаты и неплатежи. Кроме того, существует прямая связь коэффициента монетизации с темпами и длительностью инфляционных процессов, поэтому можно предположить, что после полного купирования кризиса августа 1998 г. экономика страны выйдет с еще более низким показателем денежного обеспечения оборота. Последствиями этого являются: 1) несоответствие номинального спроса реальному, платежеспособному (так, по ряду маркетинговых исследований, проведенных в химической промышленности, можно отметить, что на 100% номинального спроса от 20 до 50% приходится на поставки, по которым либо не будет оплаты вообще - ни в бартерной, ни в денежной форме, - либо она будет с значительной задержкой, либо будет только частичная оплата отгруженного продукта; в машиностроении этот показатель еще выше - 50-80%); 2) нехватка в обращении ликвидного средства обмена приводит к значительным трансфертным издержкам. Отметим три фактора, которые в большей или меньшей степени определяются политикой государства.

Первый - это последствия нерациональной приватизации. Наиболее тяжелым с точки зрения конкурентоспособности стало разрушение разумной вертикальной интеграции. С одной стороны, отрицательное влияние многих из вышеназванных проблем возможно было бы приглушить благодаря правильному комбинированию уже существующих предприятий. С другой стороны, разрушение вертикальной структуры при конкуренции с вертикально интегрированными иностранными компаниями-аналогами, усиленное ростом давления со стороны покупателей, дополнительно усугубило "болезнь" российской промышленности. Так, на рынке, где предприятию-продавцу противостоит фирма-покупатель, обладающая определенной монопольной властью (монопсония, олигопсония), достичь соглашения оказывается далеко не просто даже при наличии положительного эффекта для обоих сторон. Разумные доводы тонут под множеством разнообразных уловок, применяемых сторонами, особенно если участники применяют давление и загоняют друг друга в угол. Переговоры при таких обстоятельствах могут зайти в тупик, что приведет к прекращению торговли и нанесет ущерб всем, включая конечных потребителей (этому можно привести реальные примеры). В качестве косвенного доказательства этого тезиса можно также обратить внимание на то, что характерной чертой 1,5 -летнего периода относительного макроэкономического спокойствия до 17 августа 1998 г. была волна слияний "назад" (по сырью) и "вперед" (по направлению к конечному потребителю).

Вторым серьезным фактором конкурентного отставания, связанного с государственной экономической политикой, являются высокие тарифы на энергетику и транспорт. Поставленная в начале реформ цель - привести цены на энергоносители и транспортные тарифы внутри страны в соответствие с общемировым уровнем - при практически полном отсутствии контроля за процессом со стороны государства привела к безудержному росту внутренних цен на продукцию естественных монополий, прежде всего на электроэнергию, нефть и нефтепродукты, газ, услуги связи, транспортных тарифов. Внутренние цены на эти ресурсы, достигнув на начальном этапе более или менее естественного мирового уровня и ликвидировав тем самым свое длительное искусственное отставание, в дальнейшем практически по всем позициям значительно превысили мировой уровень. Это серьезно сказалось на росте затрат во всех отраслях российской экономики: рост цен на топливные продукты и электроэнергию существенно ударил по аграрному и агропромышленному комплексу; рост транспортных тарифов и стоимости услуг связи - на сферу услуг и торговлю; рост цен на электроэнергию, пар, теплофикацию, транспортных тарифов - на химическую промышленность, машиностроение. Приведу всего один пример - это относительное превышение тарифа на электроэнергию для промышленных предприятий по сравнению с США, где он составляет 4,7 цента за кВт/час [4]: по Омску тариф на электроэнергию длительное время - до августовского кризиса - составлял 340 руб. за тыс. кВт/час, что при переводе по курсу соответствует 5,4 центам за кВт/час. Если привести тариф на электроэнергию в соответствие с американским, то он должен быть 296 руб. при простом переводе по курсу (т.е. минус 13%) и 218 руб. при дополнительной корректировке на внутреннюю покупательную способность рубля (т.е. минус 36%). Конечно, влияние высоких тарифов на каждую отрасль и даже на себестоимость каждого из продуктов неодинаково в зависимости от структуры затрат (энергоемкости производства, географической удаленности от рынков сырья и сбыта и т.д.).

И наконец, третий - влияние налогового пресса (тема широко освещаемая в российских экономических изданиях). Имевшая хоть какое-то временное бюджетное оправдание в 1992 г. налоговая политика правительства с самого начала нанесла существенный удар по конкурентоспособности российской промышленности (что породило последовательно спад в промышленности, уклонение от уплаты налогов, сокращение налогооблагаемой базы) и с течением времени превратилась в сильнейший тормоз экономического развития страны и мощный фактор ее бюджетно-финансовой нестабильности.

Таким образом, рассматриваемые вместе теория и практика выводят рассуждения в область экономического поведения предприятия в отдельности и государственной и региональной политики в целом. Однако здесь нужно отметить, что при той силе давления, которая создается вышеперечисленными причинами, способность предприятия повысить свою конкурентоспособность на микроуровне ограничивается лишь возможностью смягчить условия при помощи точечных инвестиций, продуктовой политики и слияний. Для интенсивного технологического подъема и построения такой структуры промышленности, которая бы обеспечила конкурентоспособность страны и ее экономическую безопасность, необходимо тонко соединить конкурентную стратегию предприятий с правительственной политикой, оказывающей влияние на структуру рынка, поведение субъектов и экономическую результативность. Причем в сложившихся условиях - при большем акценте на втором (т.е. на улучшении используемых инструментов государственной политики), чем на первом.

Список литературы

Шмелев Н. Неплатежи - проблема номер один российской экономики // Вопросы экономики. 1997. 4. 

Шерстнев М.А. Динамика размеров предприятий в обрабатывающей промышленности США // США: экономика, политика, идеология. 1995. 12. 

Россия и зарубежные страны: сравнение по основным показателям (коэффициент монетизации и скорость денежного обращения) // Вопросы экономики. 1996. 12. 

Кудинов Ю., Кузовкин А. Соотношение российских и мировых цен на энергоносители // Экономист. 1997. 6.