Кризис 17 августа 1998 года в банковской сфере

Кризис 17 августа 1998 года в банковской сфере

17 августа 1998 года является переломным моментом в истории России. Августовский кризис вызывает множество различных дискуссий и споров относительно его разрушительных последствий и лечебного воздействия на экономику России. Важнейшим образом он сыграл свою роль и в банковской системе нашей страны. Выжили не самые сильные банки, а самые приспособленные и мобильные.

  В результате кризиса активы российских банков сократились почти втрое, капитал - более чем  в пять раз. Основная причина колоссальных  убытков банков - не дефолт по ГКО, а значительные валютные риски, реализовавшиеся в августе-сентябре 1998 года. Вслед за девальвацией банки испытали на себе все прелести клиентской паники: за считанные месяцы рублевые вклады населения "похудели" на 22%, валютные - более чем вдвое. Основная масса внешних долгов отечественных банков была погашена автоматически за счет реализации залогов. Самый больной узел долговой проблемы – неисполненные обязательства по срочным валютным сделкам. Банковский кризис подтвердил жизнеспособность малых и средних банков. Потери в размерах, доходности и устойчивости российской банковской системы, массовые банкротства, в том числе крупнейших банков, значительная ротация в банковской табели о рангах, рождение новых лидеров - таковы экспресс - итоги жесточайшего банковского кризиса. После пика валютно-финансовых потрясений большинство отечественных банков находилось в состоянии зимней спячки: работа шла лишь в минимально необходимых объемах, доходных сфер деятельности почти не было, произошла переориентация на непроцентные доходы, резко сократились как объемы привлеченных средств, так и объемы кредитования, банки предпочитают больше средств держать в виде живых денег. Реструктуризация банковской системы под началом государства пока еще не начиналась. Клиенты активно мигрировали от банка к банку. Опасения вызывает массовый переток клиентов: принимающий банк может не справиться с резко возросшим объемом операций и оказаться не в состоянии эффективно освоить большой объем привлеченных средств.

 Совокупные чистые активы российских банков сократились за вторую половину 1998 года с 88,7 до 34,2 млрд долларов. Даже самые крупные наши банки, и раньше-то занимавшие в мировом рейтинге места в шестой-седьмой сотне, стали просто карликами. Соответственно, уменьшились объемы возможных кредитов и инвестиций, пострадал их имидж в глазах кредиторов и вкладчиков. Еще более радикальными оказались потери в надежности. Суммарный капитал банковской системы в валютном выражении за полгода сократился в пять раз - с 16,1 до 3,1 млрд долларов (без учета Сбербанка), несмотря на положительную переоценку валютной составляющей. Многие банки полностью утратили собственный капитал. Не стали исключением и крупнейшие: среди первой тридцатки банков по нетто-активам на 1 июля 1998 года пять банков имели на начало нынешнего года отрицательный капитал (Инкомбанк, "Империал", Токобанк, Промстройбанк России, Межкомбанк; символическим капиталом в 6 млн рублей располагал Мосбизнесбанк). Стремительная утрата капитала показала, что банки сильно недооценивали имевшиеся риски, хотя они поддерживали относительно высокий по мировым меркам показатель достаточности капитала. Сейчас он резко ухудшился и уже не удовлетворяет международным нормам: в целом по банковской системе коэффициент собственный капитал/активы уменьшился за полгода с 19,4 до 8,5%, а в группе крупнейших банков с активами более 2 млрд рублей в среднем с 16-17 до 6,5-6,8%. Временно, до 1 июля 1999 года, ЦБ отменил норматив достаточности капитала и изменил методику расчета капитала для исчисления других нормативов, иначе у большинства банков пришлось бы отзывать лицензию. Источников быстрого наращивания капитала нет. Бюджет искомую сумму никак не потянет; западные банки не изъявляют желания покупать наших банкротов; финансово устойчивые субъекты российской экономики поддерживают очень узкую группу банков; собственный источник банков, прибыль, как правило очень мала или даже отрицательна. Проблемы, приведшие к масштабным потерям доходов и капитала, возникли задолго до 17 августа и существуют по сей день. Уже в первом полугодии 1998 года многие банки стали убыточными: из 1598 российских банков лишь 794 получили чистую прибыль по итогам первого полугодия, а из первой тридцатки прибыльными оказались всего 13 банков. Совокупные чистые убытки банковской системы за первые шесть месяцев 1998 года составили 3,3 млрд рублей, тогда как совокупная чистая прибыль - всего 1,5 млрд рублей. По итогам года ситуация оказалась неоднозначной, о тотальной убыточности говорить нельзя. В первой тридцатке прибыльных банков стало меньше всего на пять. Из 1474 действующих банков 1101 получил балансовую и 803 чистую прибыль. Тем не менее, очень у многих чистая прибыль символическая, еще примерно у 300 банков нулевая. Эта большая группа создает сложности для анализа: то ли банки вытягивали прибыль в минимальный плюс, чтобы выглядеть посимпатичнее, то ли, наоборот, пользовались кризисом как возможностью без лишних вопросов занижать прибыль и платить поменьше налогов. Хотя ежемесячные данные показывают, что в четвертом квартале доходы банков существенно возросли, совокупные чистые убытки банковской системы за 1998 год были колоссальными - 42,3 млрд рублей (из которых 9,9 млрд рублей - убытки Агропромбанка), тогда как совокупная чистая прибыль составила всего 5,1 млрд рублей. Еще 7,8 млрд рублей чистой прибыли получил Сбербанк, который хорошо заработал в декабре и вышел из минуса. 

Одна из расхожих версий о том, что главной причиной банковского кризиса послужил дефолт по ГКО, на деле не более чем миф. По состоянию на середину прошлого года доля рублевых госбумаг в совокупных нетто-активах банковской системы (без учета Сбербанка и Внешэкономбанка) составляла всего 13% активов (70 млрд рублей). К августу большинство банков сократило эту долю до 7-10%, а у двух третей она не превышала 2%. Зависимость нынешнего состояния банков от предкризисной доли вложений в госбумаги существует, но она не абсолютна. Так, Промстройбанк России почти втрое меньше Альфа-банка вкладывал в госбумаги, а его показатель доходности активов (балансовая прибыль за год/чистые активы) составил –25,1%, тогда как у Альфа-банка - +12,8%. Замораживание ГКО в первую очередь лишило банки крупного источника пополнения ликвидности и усугубилось массовым изъятием вкладов. Влияние же находящихся в банковских портфелях валютных госбумаг (евробондов, ОВВЗ) было двояким: вначале крупные убытки из-за летнего пике котировок и необходимости перечисления дополнительного страхового покрытия (margin calls) по заложенным на Западе бумагам, а затем прибыль из-за скачка валютного курса. В значительном выигрыше оказались те, кто пошел на проведенный летом добровольный обмен ГКО на евробонды (одним из крупнейших участников сделки был, в частности, Сбербанк). Одной из основных причин кризиса стало чрезмерное принятие на себя банками валютных рисков. Рублевые процентные ставки были много выше валютных, и при стабильном курсе рубля банки обеспечивали себе значительную маржу, привлекая пассивы в валюте и размещая активы в рублях. В 1997 году банки очень активно наращивали свои валютные обязательства. При чистых валютных обязательствах банка в 30% от собственного капитала (это потолок разрешенной ЦБ открытой валютной позиции) четырехкратная девальвация национальной валюты приводит к полному исчерпанию собственных средств, что и произошло с большим количеством банков. 30-процентный потолок открытой валютной позиции был очень высок. В мировой практике более распространен лимит в 5% по отдельным валютам. (Надо заметить, что ЦБ извлек урок и ужесточает требования: с 1999 года лимит отдельных валют уменьшен до 10%, а совокупный – до 20%). С начала 1998 года банки очень старались поправить ситуацию, наращивая активы в валюте, чем создавали большое давление на рубль и значительно приблизили и усилили девальвацию. Шла работа и по сокращению валютных обязательств: новые срочные сделки заключались в значительно меньших объемах. В итоге, по данным Центробанка, валютные пассивы на начало августа составляли 26 млрд долларов, из них 11,2 млрд по кредитам, депозитам и прочим балансовым обязательствам и 15,2 млрд по забалансовым срочным контрактам на поставку валюты. На 1 августа иностранные пассивы банковской системы превышали активы на 4,2 млрд долларов. Обязательства перед нерезидентами составляли 16,2 млрд долларов, или 12,7% пассивов. Опыт банковских кризисов в развивающихся странах показывает, что одной из основных их причин является слишком большое отношение чистых иностранных пассивов к золотовалютным резервам страны и совокупным активам банковской системы. Убытки второй половины прошлого года главным образом связаны с выправлением этой непропорциональности: шла активная выплата средств нерезидентам. На начало 1999 года чистые иностранные активы российских банков были уже положительными. Иностранные пассивы за сентябрь-декабрь 1998 года сократились на 5,3 млрд долларов, в том числе сумма обязательств тридцати крупнейших банков по синдицированным займам снизилась за это время примерно на 3,8 млрд долларов. Снижение иностранных активов за этот период составило только 1,8 млрд долларов. Это позволяет предположить, что основным источником иностранной валюты для выполнения обязательств перед нерезидентами служили требования банков в инвалюте к резидентам. Речь идет прежде всего о резком сокращении валютного кредитования предприятий. Короткие валютные кредиты, до кризиса предоставлявшиеся в рамках револьверных цепочек, перестали выдаваться, а средства от возвращенных кредитов использовались на погашение валютных обязательств. Надо отметить, что основная часть иностранных обязательств российских банков была обременена залогами и уменьшалась автоматически по мере реализации последних, несмотря на долговой мораторий. Если сумма балансовых долгов западным партнерам худо-бедно уменьшается, то проблема валютных форвардов продолжает висеть дамокловым мечом, и эти убытки, размер которых – вопрос переговоров, еще будут реализованы. Сильному удару подверглись и банки с большим объемом частных вкладов: Инкомбанк, «СБС-Агро», Промстройбанк, «Российский кредит», Мост-банк, «Менатеп», Автобанк и т. Д. По информации Центробанка, за июнь-октябрь  1998 года отток рублевых частных вкладов из банков составил 32,1 млрд рублей (22,5%). Отток валютных депозитов населения был еще более масштабным (видимо, в связи с конфискационной схемой перевода валютных депозитов шести крупнейших коммерческих банков в Сбербанк). За четвертый квартал 1998 года они «похудели» более чем вдвое: с 7,7 до 3,3 млрд долларов. Произошло дальнейшее укрепление монополии Сбербанка на рынке частных депозитов, его доля возросла с постоянных в последнее время 75% до 85%. Иностранные активы и обязательства российских банков Отношение иностранных нетто-обязательств российских банков к золотовалютным резервам. Таким образом, исполнение валютных обязательств, обязательств перед нерезидентами и частными вкладчиками происходило во многом за счет собственного капитала, так как активы в виде ГКО были заморожены, а других ликвидных активов было недостаточно для покрытия резкого оттока привлеченных средств.



При подготовке этой работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru