Трудовая теория Карла Маркса

3



Введение



Капитал» (нем. Das Kapital) – главный труд К. Маркса по политической экономии, содержащий критический анализ капитализма. Работа написана с применением диалектико-материалистического подхода, в том числе к историческим процессам.

Маркс опирался и широко использовал идеи Адама Смита и Давида Рикардо. Именно эти английские экономисты показали трудовую природу стоимости.

Существование той части стоимости продукта, которую Маркс назвал прибавочной стоимостью, было установлено задолго до Маркса, точно так же с большей или меньшей ясностью было высказано, из чего она состоит, именно: из продукта того труда, за который присвоивший его не заплатил никакого эквивалента. Но дальше этого не шли. Одни – классические экономисты – самое большее исследовали количественное отношение, в котором продукт труда распределяется между рабочим и владельцем средств производства. Другие – социалисты – находили это распределение несправедливым и выискивали утопические средства для устранения несправедливости. И те и другие оставались в плену экономических категорий, которые они нашли у своих предшественников.

Маркс выступил в прямую противоположность всем своим предшественникам. Там, где они видели решение, он видел только проблему. Он видел, что здесь речь шла не о простом констатировании экономического факта, не о противоречии этого факта с вечной справедливостью и истинной моралью, но о таком факте, которому суждено было произвести переворот во всей политической экономии и который давал ключ к пониманию всего капиталистического производства, – давал тому, кто сумел бы им воспользоваться. Руководствуясь этим фактом, он исследовал все установленные до него категории. Для того чтобы знать, что такое прибавочная стоимость, он должен был знать, что такое стоимость. И прежде всего Маркс подвергнул критике саму теорию стоимости Рикардо.

Затем Маркс исследовал отношение товара и денег и показал, как и почему – в силу присущего ему свойства стоимости – товар и товарный обмен должны порождать противоположность товара и денег, его основанная на этом теория денег есть первая исчерпывающая теория, получившая теперь всеобщее молчаливое признание.

Лишь установив разделение капитала на постоянный и переменный, Маркс смог до деталей изобразить действительный ход процесса образования прибавочной стоимости и таким образом объяснить его, чего не сделал ни один из его предшественников, следовательно, он установил различие в самом капитале, различие, с которым решительно не в состоянии были справиться экономисты, но которое даёт ключ для решения самых запутанных экономических проблем.

Далее, он исследовал саму прибавочную стоимость, открыл две её формы: абсолютную и относительную прибавочную стоимость, и показал, какую различную, но в обоих случаях решающую роль играли они в историческом развитии капиталистического производства.

Целью данной курсовой работы является изучение идей Карла Маркса, содержащихся в 1 томе его труда «Капитал». Таким образом, к основным задачам работы можно отнести следующие:

изучение обращения товаров Марксом,

изучение превращения денег в капитал,

изучение прибавочной стоимости.






1. Идеи Карла Маркса в труде «Капитал»



Товар и его свойства в «Капитале» Маркса



Товар есть, прежде всего, внешний предмет, вещь, которая, благодаря ее свойствам, удовлетворяет какие-либо человеческие потребности. Природа этих потребностей, – порождаются ли они, например, желудком или фантазией, – ничего не изменяет в деле. Дело также не в том, как именно удовлетворяет данная вещь человеческую потребность: непосредственно ли, как жизненное средство, т.е. как предмет потребления, или окольным путем, как средство производства.

Каждую полезную вещь, как, например, железо, бумагу и т.д., можно рассматривать с двух точек зрения: со стороны качества и со стороны количества. Каждая такая вещь есть совокупность многих свойств и поэтому может быть полезна различными своими сторонами. Открыть эти различные стороны, а следовательно, и многообразные способы употребления вещей, есть дело исторического развития. То же самое следует сказать об отыскании общественных мер для количественной стороны полезных вещей. Различия товарных мер отчасти определяются различной природой самих измеряемых предметов, отчасти же являются условными.

Полезность вещи делает ее потребительной стоимостью. Но эта полезность не висит в воздухе. Обусловленная свойствами товарного тела, она не существует вне этого последнего. Поэтому товарное тело, как, например, железо, пшеница, алмаз и т.п., само есть потребительная стоимость, или благо. Этот его характер не зависит от того, много или мало труда стоит человеку присвоение его потребительных свойств. При рассмотрении потребительных стоимостей всегда предполагается их количественная определенность, например дюжина часов, аршин холста, тонна железа и т.п. Потребительные стоимости товаров составляют предмет особой дисциплины – товароведения 5). Потребительная стоимость осуществляется лишь в пользовании или потреблении. Потребительные стоимости образуют вещественное содержание богатства, какова бы ни была его общественная форма. При той форме общества, которая подлежит нашему рассмотрению, они являются в то же время вещественными носителями меновой стоимости.

Меновая стоимость, прежде всего, представляется в виде количественного соотношения, в виде пропорции, в которой потребительные стоимости одного рода обмениваются на потребительные стоимости другого рода, – соотношения, постоянно изменяющегося в зависимости от времени и места. Меновая стоимость кажется, поэтому чем-то случайным и чисто относительным, а внутренняя, присущая самому товару меновая стоимость.

Как потребительные стоимости товары различаются, прежде всего, качественно, как меновые стоимости они могут иметь лишь количественные различия, следовательно не заключают в себе ни одного атома потребительной стоимости.

Если отвлечься от потребительной стоимости товарных тел, то у них остается лишь одно свойство, а именно то, что они – продукты труда. Но теперь и самый продукт труда приобретает совершенно новый вид.

Если стоимость товара определяется количеством труда, затраченного в продолжение его производства, то могло бы показаться, что стоимость товара тем больше, чем ленивее или неискуснее производящий его человек, так как тем больше времени требуется ему для изготовления товара. Но тот труд, который образует субстанцию стоимостей, есть одинаковый человеческий труд, затрата одной и той же человеческой рабочей силы. Вся рабочая сила общества, выражающаяся в стоимостях товарного мира, выступает здесь как одна и та же человеческая рабочая сила, хотя она и состоит из бесчисленных индивидуальных рабочих сил. Каждая из этих индивидуальных рабочих сил, как и всякая другая, есть одна и та же человеческая рабочая сила, раз она обладает характером общественной средней рабочей силы и функционирует как такая общественная средняя рабочая сила, следовательно, употребляет на производство данного товара лишь необходимое в среднем или общественно необходимое рабочее время. Общественно необходимое рабочее время есть то рабочее время, которое требуется для изготовления какой-либо потребительной стоимости при наличных общественно нормальных условиях производства и при среднем в данном обществе уровне умелости и интенсивности труда.

С позиции диалектического монизма товар может быть определен как благо, вступающее в обмен с другими товарами. Данное определение товара охватывает все ранее известные определения и согласуется с ними, но ими не ограничивается. Такие блага могут иметь как материальную, так и идеальную форму, но все они как блага должны удовлетворять какие-либо потребности, т.е. удовлетворение потребностей есть одно из свойств блага. Когда же благо как товар вступает в обмен с другими товарами, то здесь оно проявляет еще одно из своих свойств, то есть способность обмениваться на другие товары. Эта способность обмениваться на другие товары возникает потому, что поступающие на рынок блага проявляет в себе всеобщее для всех товаров свойство, которое служит основой обмена различных благ и в политической экономии называется стоимостью. Из этого следует, что в основе товаров лежит стоимость, которая в реальном обмене товара на товар принимает вид ценовой стоимости.

Таким образом, товар с одной стороны может быть определен, как благо, а с другой стороны, как стоимость, а также – как единство этих сторон, тогда эти стороны будут выступать, как свойства товара. В связи с этим становиться понятным, почему при поверхностном взгляде любой товар называют как благом, так и стоимостью и при этом мыслят его в целом, так, как он представляется нашим органам чувств.

Однако все большее число экономистов начала XIX века стали задумываться над природой стоимости и с позиции наивного материализма, который соседствует рядом с язычеством, проявляющимся в политэкономии как фетишизм, метафизическими способами пытались разрешить основной вопрос политической экономии. В своих поверхностных взглядах они не могли проникнуть в суть стоимости, сосредоточивая внимание на внешних ее проявлениях. Поэтому стоимость мыслилась как что-то нерасчлененное всеобщее, как мера или непосредственная вещь. Однако поскольку товары обменивались как равные меновые стоимости, поскольку даже при поверхностном взгляде становилось ясным, что субстанциональная природа этих стоимостей должна быть единой. В то же время, при всем при этом, было видно и то, что любой товар, имеющий материальную форму, в исходном пункте начинается с естественной природно-материальной субстанции, к которой присоединяются по мере изменения материальных форм в процессе труда и трудовая субстанция. Иначе говоря, товар как материальная вещь наглядно проявляет свои составные элементы, как природную материю, так и труд. Опять же при поверхностном взгляде труд мыслился, как что-то нерасчлененное абстрактно-всеобщее и в то же время – конкретное, одновременно и как мера стоимости и источник стоимости, либо как-то и другое отдельно.

Таким образом, поскольку материальное благо состоит из материальной субстанции и трудовой субстанции, причем пропорции такого соотношения могут быть различны, постольку при поверхностном взгляде, в силу диалектики, может быть три линии взглядов на природу стоимости.

Критикуя теорию трудовой стоимости Рикардо, К. Маркс пишет: «Рикардо исходит из положения о том, что относительные (или меновые) стоимости товаров определяются количеством труда… Их субстанция есть труд, поэтому они суть «стоимости». Их величина различна в зависимости от того, содержат ли они больше или меньше этой субстанции. Форма же – особое определение труда, как создающего меновую стоимость, или выражающегося в меновых стоимостях, – характер этого труда, у Рикардо не исследуется»






Основные выводы трудовой теории стоимости и трудовой прибавочной стоимости К. Маркса



К. Маркс, пользуясь философским принципом диалектического материализма, первый раскрыл суть товара и труда и тем самым создал качественно новую теорию трудовой стоимости и впервые трудовой прибавочной стоимости.

Так, Маркс пишет: «первоначально товар предстал перед нами как нечто двойственное: как потребительная стоимость и меновая стоимость. В последствии обнаружилось, что и труд, поскольку он выражен в стоимости, уже не имеет тех признаков, которые принадлежат ему как создателю потребительных стоимостей. Эта двойственная природа содержащегося в товаре труда впервые критически доказана мною. Так как этот пункт является отправным пунктом, от которого зависит понимание политической экономии, то его следует осветить здесь более обстоятельно»

Далее Маркс дает определение конкретного, полезного труда и абстрактного труда: «Всякий труд есть, с одной стороны расходование человеческой рабочей силы в физиологическом смысле, – и в этом своем качестве одинакового, или абстрактного человеческого труда образует стоимость товаров. Всякий труд есть, с другой стороны расходование человеческой рабочей силы в особой целесообразной форме, и в этом своем качестве конкретного полезного труда он создает потребительные стоимости».

Правильно определив суть товара и суть труда, Маркс, в силу ограниченности философского принципа диалектического материализма и своей классовой приверженности к материализму, мерой стоимости товара, а тем самым и ее источником сделал абстрактную сторону труда. Иначе говоря, Маркс, признавая труд источником и мерой стоимости товара, вопреки диалектике отбросил идеально конкретную сторону труда и представил абстрактную сторону труда, абстрактный труд, источником и мерой стоимости.

По-видимости, сведение источника стоимости товара к абстрактному труду стало возможной потому, что Маркс с самого начала стал рассматривать товар как потребительную и меновую стоимость, то есть таким, каким он выступает в момент обмена на другие товары, становясь к ним диалектической противоположностью - либо потребительной стоимостью, либо меновой стоимостью.

Однако в процессе труда благо еще не является товаром, и каждая сторона труда создает свою форму стоимости конкретный труд – потребительную стоимость, абстрактный труд-стоимость. Вот эти односторонние стоимости и составят единую стоимость товара, которая и будет единством – формой этих двух диалектических противоположностей одного товара.

Маркс же отбросил эту ступень диалектического развития потребительной стоимости и меновой стоимости и тем самым по-видимости доказал что источником и мерой стоимости товара является чистый абстрактный труд. Хотя таким же способом с идеалистических позиций можно было бы доказать по-видимости, что источником и мерой стоимости товара является конкретный труд.

«Как потребительные стоимости, – пишет Маркс, – товары различаются, прежде всего, качественно, как меновые стоимости они могут иметь лишь количественные различия, следовательно, не заключая в себе ни одного атома потребительной стоимости».

Согласно диалектике не может быть чисто абстрактного или чисто конкретного труда, как не может быть чистой потребительной стоимости или стоимости меновой. О таком чистом делении можно говорить условно, также как о чистом количестве и чистом качестве. Однако Маркс абсолютизирует абстрактный труд как источник стоимости, вопреки диалектике.

Таким образом, Маркс в решении вопроса о субстанции стоимости товара продолжил линию Рикардо, но уже на принципе диалектического материализма субстанцией стоимости делал не труд в целом, а его абстрактную сторону, то есть абстрактный труд.

В тоже время Маркс признавал, что товары состоят из материальной субстанции и трудовой субстанции: «Потребительные стоимости, – писал Маркс, – : сюртук, холст и т.д., одним словом – товарные блага, представляют собой соединение двух элементов – вещества природы и труд».

Однако, в отличие от Рикардо, Маркс объяснил насильственное исключение материальной субстанции из стоимости двумя доводами. Первое, тем, что стоимость – это порождение общественной организации, а не природы, поэтому источником стоимости и мерой стоимости может быть только труд, и согласно теории Маркса – абстрактный труд. Однако этот довод постоянно опровергается жизнью, так как земля и подобные дары природы имеют сами по себе стоимость. Для устранения данного противоречия Маркс согласно своей теории прибавочной стоимости выдвинул второй довод, который утверждает, что продается якобы не земля, а лишь рента, источником же последней является прибавочный труд, прибавочный абстрактный труд рабочих, скажем, промышленности.

Однако непонятно, откуда берется прибавочный абстрактный труд, прибавочная стоимость, когда расходование рабочей силы определяется Марксом как абстрактный труд, а потому стоимость рабочей силы поглощает полностью весь абстрактный труд, определяющий стоимость, созданного этой рабочей силой товара.

То, что абстрактный труд и расходование рабочей силы определяются Марксом равнозначно видно из следующей цитаты: «Если отвлечься от определенного характера производственной деятельности и, следовательно, от полезного характера труда, то в нем останется лишь одно, – что он есть расходование человеческой рабочей силы».

И далее Маркс вводит определения «простого» и «сложного» труда, чем может показаться разрешает указанное противоречие своей теории трудовой стоимости и трудовой прибавочной стоимости: «Как портняжество, так и ткачество, несмотря на качественное различие этих видов производственной деятельности, представляют собой производственное расходование человеческого мозга, мускулов, нервов, рук и т.д. в этом смысле они – один и тот же человеческий труд. Это лишь две различные формы расходования рабочей силы. Конечно, сама человеческая рабочая сила должна быть более или менее развита, чтобы затрачиваться в той или другой форме. Но в стоимости товара представлен просто человеческий труд, затрата человеческого труда вообще…Он есть расходование простой рабочей силы, которой в среднем обладает телесный организм каждого обыкновенного человека, не отличающего особым развитием. Простой средний труд, хотя и носит различный характер в различных странах и в различные культурные эпохи, тем не менее для каждого определенного общества есть нечто данное. Сравнительно сложный труд означает только возведенный в степень или, скорее, помноженный простой труд, так что меньшее количество сложного труда равняется большему количеству простого».

Из данной цитаты видно, что источником прибавочной стоимости может быть только сложный труд. И если бы продолжить исследование далее, то следовало бы сказать, что сложность труда определяется уровнем знаний, т.е. знаниями. Реализация же этих знаний идет в процессе конкретного труда. А значит, источником трудовой прибавочной стоимости является конкретный труд, чем была бы опровергнута теория трудовой стоимости и трудовой прибавочной стоимости Маркса. Однако Маркс в исследовании противоречий своей теории дальше не пошел, затушевав это противоречие в следующей цитате: «Ради простоты в дальнейшем изложении мы будем рассматривать всякий вид рабочей силы непосредственно как простую рабочую силу – это избавит нас от необходимости сведения в каждом частном случаем сложного труда к простому».

В своем произведении «К критике политической экономии» Маркс прямо писал: «Здесь еще не место рассматривать законы, управляющие этим сведением».

Таким образом, принцип диалектического материализма помог создать Марксу качественно новую теорию стоимости и – впервые теорию прибавочной стоимости. Но односторонность принципа диалектического материализма привела эти теории к внутреннему противоречию. Причем это противоречие оказалось невозможным разрешить без применения противоположного принципа. То есть требовалось признание роли знаний, признание, что конкретный труд является источником прибавочной стоимости. Иначе говоря, надо было сделать уступку идеализму, но диалектический материализм потому, что он материализм, этого сделать не мог. Да в то время в этом не было и необходимости, так как теория прибавочной стоимости Маркса самым лучшим образом для своего времени соответствовала политическим задачам переустройства общества.

Философское признание первичности материи в практической жизни соответствовало и подкрепило стремление обнищавшего революционно настроенного рабочего класса к благополучию. Деление рабочего времени на необходимое и прибавочное, и рассмотрение рабочей силы как товара в теории трудовой прибавочной стоимости Маркса наглядно показывало, что прибавочный труд рабочего, а не чего-то другое, является источником прибавочной стоимости в трех ее формах: прибыли, ренты, процента. Тем самым, Маркс противопоставил рабочего, рабочий класс – капиталисту, классу капиталистов как эксплуатируемого и эксплуататора.

В полемике по поводу производительного и непроизводительного труда Маркс указал, что только труд наемного рабочего является производительным трудом, так как порождает вновь капиталистические отношения, в результате которых идет эксплуатация рабочего капиталистом и присвоение последним прибавочной стоимости, созданной руками рабочего. Тем самым, рабочий был выдвинут как гегемон грядущей революции, которая должна была разрешить эту противоположность между классом капиталистов и классом рабочих.

Революция свершилась, но практика не устранила внутреннего противоречия надуманной теории, которая, основанная на ограниченном принципе диалектического материализма, может давать положительные результаты только в ограниченных пределах времени и пространства.

И уже сама жизнь, практика, указывает как на недостаточность теории трудовой стоимости и трудовой прибавочной стоимости Маркса, так и на ограниченность принципа диалектического материализма. Определенное материальное благополучие населения развитых стран выдвигает на первое место не блага материальные, а блага духовные, не материю, а сознание, что вызывает к жизни и новые принципы философствования.

Откликом на эти перемены и следствием развития научной мысли и практики явилось открытие философского принципа диалектического монизма. Разработанная на основе этого принципа теория трудовой стоимости и трудовой прибавочной стоимости позволит разрешить проблемные экономические и политические вопросы не только современности, но и будущих поколений.


Теория трудовой и прибавочной стоимости с позиции диалектического монизма



Диалектика труда понимается как познавательная и творческая деятельность сознания на основе диалектического единства, с одной стороны нейродинамических процессов, а с другой – психологических процессов. Диалектика труда возможна сама по себе и ее результат есть знания и т.п.

В труде человека проявляется диалектика двух диалектически противоположных форм труда: абстрактного и конкретного труда, которые в едином процессе труда представляют собой две диалектически противоположные стороны труда.

Отсюда такие определения как абстрактный труд, как и конкретный труд могут означать как обособившуюся форму, так и дилектически противоположную сторону; что необходимо различать при употреблении этих определений в каждом конкретном случае.

Источником стоимости естественных материальных форм является прошлый конкретный труд, т.е. знания.

В течение сотен и десятков тысячелетий росло не только количество и качество знаний, но также шла кропотливая, а порой стихийная селекционная работа, что тоже есть накопление и закрепление знаний. Производительность труда возросла, и его результат позволял удовлетворить не только возрастание естественных потребностей основной массы людей, но также эстетические и творческие потребности элиты.

Таким образом, рост знаний привел к росту производительности труда и тем самым, в конечном счете, к разделению общества на классы эксплуататоров и эксплуатируемых.

Поскольку естественные силы и дары природы явились условием получения дополнительного продукта, поэтому они становились собственностью. Однако не силы природы (не земля) были источником этого дополнительного продукта, а знания – знания человечества, накопленные десятками и сотнями тысячелетий. Вот эти знания и присваивают себе землевладельцы. Этот факт признается различными экономистами и, в том числе, Марксом только выводы делаются различные.

Так, Маркс в «Капитале» приводит такую цитату экономиста Гопкинса: «Современных земельных собственников можно рассматривать как владельцев всего накопленного труда, который в течение столетий затрачивали для того чтобы довести земли до современного состояния производительности». По этому же поводу Маркс говорит следующее: «Наличная производительность труда, из которой капитал исходит как из основы, есть не дар природы, а дар истории, охватывающий тысячи веков».

Собственность на землю превращается в собственность на знания. По этой причине дары и силы природы (земля), на создание которых человек не затратил никакого труда, обладают стоимостью, так как собственник с их приобретением присвоил право и, главное, возможность использовать знания человечества не только для получения дополнительного продукта, но, разумеется, и необходимого продукта.

Поскольку вся природа (земля), т.е. вся совокупность естественных материальных форм обладает стоимостью, постольку любая из этих материальных форм или некоторая их совокупность тоже обладает стоимостью.

В связи с этим, хотя фактически товар (природные богатства) предстают в материальной форме, как элемент материальной субстанции, при определении его стоимости естественная материальная субстанция должна быть замещена субстанцией прошлого конкретного труда и, поэтому будет диалектически правильным считать, что единой субстанцией стоимости товара (природных богатств) является конкретный труд в форме возможного применения накопленных знаний, т.е. труд.

Товары, создаваемые в процессе труда тем более источником стоимости имеют труд, в не зависимости от того являются ли они на рынок в материальной или идеальной форме.

Суть стоимости товара в диалектике этой стоимости как единства какого-то содержания. Как доказано, субстанцией стоимости является труд. Следует сказать, что субстанция стоимости есть единство абстрактного и конкретного труда.

В связи с этим определим абстрактную стоимость как стоимость, источником и мерой которой является абстрактный труд, а потребительную стоимость – как стоимость, источником которой является конкретный труд. Отсюда суть стоимости товара в том, что она является единством потребительной стоимости и абстрактной стоимости, которые выступают в этом единстве как две диалектически противоположные стороны стоимости товара как формы.

Примером же абстрактной стоимости и поэтому выступающей не как сторона, а как самостоятельная форма может служить стоимость, созданная трудом, образно говоря, первобытного человека.

Таким же примером самостоятельной формы потребительной стоимости может при диалектическом понимании служить стоимость, созданная трудом ученого философа или экономиста.

Стоимость товара как форма обладает мерой, то есть определенным соотношением количества и качества. Диалектика же количества и качества указывает, что в таком соотношении форма есть новое качество в отношении к своему содержанию, которое есть количество. Эта диалектика позволяет измерять новое качество, т.е. стоимость товара – количеством, то есть совокупностью абстрактной и потребительной стоимостей.

Отсюда: стоимость товара как форма будет равно сумме абстрактной и потребительной стоимостей, как заложенного в товар содержания. При этом надо понимать, что сложение абстрактной и потребительной стоимостей не есть сложение различных качеств, что невозможно, а есть сложение диалектических противоположностей, а это значит, что между ними есть не только качественное различие, но и тождество, которое и служит основой сложения.

Таким образом, с позиции диалектики стоимость товара как форма должна определиться суммой абстрактной и потребительной стоимостей, заложенных в товаре.

Попытки взять за основу расчетов стоимости товаров минимум необходимых жизненных средств рабочего делали многие ученые, в том числе физиократы, А. Смит и Рикардо, на что указывает Маркс в «Капитале». Так, Маркс, критикуя Смита, пишет: «Фактически вся эта глава не содержит ничего, относящегося к делу, кроме определения минимума зарплаты… – стоимости рабочей силы. В самом деле, чем определяется стоимость необходимых жизненных средств, а значит и вообще стоимость товаров? Отчасти «естественной ценой труда». А чем определяется эта последняя? Стоимостью жизненных средств или товаров вообще. Жалкое вращение в кругу, из которого нет выхода».

«Естественная цена труда, – пишет Рикардо, – это та цена, которая необходима, чтобы рабочие имели в среднем возможность существовать и продолжать свой род без увеличения или уменьшения их числа».

Поскольку Рикардо делал субстанцией стоимости товара труд в его абстрактно-всеобщей форме, и поскольку заработная плата как цена труда становилась ценой товара, созданного данной рабочей силой, то такой подход теоретически исключал возможность получения прибавочного продукта.

В нашем случае этот минимум жизненно необходимых средств современного работника есть его зарплата как цена его труда или стоимость рабочей силы. Но и в нашей диалектической теории трудовой стоимости зарплата есть вещное выражение абстрактной стоимости, разница же между стоимостью товара и зарплатой составит вещное выражение потребительной стоимости, т.е. прибавочный продукт.

У Маркса определение «абстрактная сторона труда» употребляется равнозначно с определениями «простого труда», «необученного труда», тогда как даже из этих определений можно усмотреть их различия.

Однако в диалектическом понимании абстрактная сторона труда употребляется как диалектическая противоположность конкретной стороны труда, а определение простого труда включает в себя как абстрактный, так и конкретный труд. Поэтому только диалектика позволяет увидеть в этих определениях единство и различие, позволяет понять, как абстрактный труд первобытного человека перерастает в абстрактную сторону труда современного работника, а эта сторона при своем обособлении становится абстрактным трудом, который равнозначен простому труду, а последний – рабочей силе.

Поэтому абстрактный, или простой труд становится создателем абстрактной стоимости, вещное выражение которой есть зарплата как цена их труда, или стоимость рабочей силы.

Таким образом, поскольку вещным выражением стоимости товара является совокупность благ, созданных абстрактным и конкретным трудом, постольку соотношение благ, приходящихся на тот или иной труд для конкретных условий времени и пространства будет зависеть, в основном, от уровня развития производительных сил и потребностей человека.

В процессе исторического развития общества эквивалентом вещного выражения стоимости товара, а поэтому мерой стоимости становятся деньги.

По этому поводу Маркс пишет: «Тем самым натуральная форма этого товара становится общественно признанной формой эквивалента. Функция всеобщего эквивалента становится при помощи указанного общественного процесса специфической общественной функцией выделенного товара. Последний делается деньгами»

Таким образом, деньги как всеобщий эквивалент выступают в общественной жизни, с одной стороны, в вещной форме (скажем, золото или серебро) и в этом случае являются сами носителем субстанции труда, т.е. стоимостью, и поэтому могут выполнять общественную функцию цены товара. С другой стороны, деньги как выполняющие функцию всеобщего эквивалента становятся в этой идеальной форме мерой стоимости.

В связи с этим денежное выражение стоимости товара есть форма единства цены товара и стоимости товара одновременно. Обособление же этого денежного выражения стоимости товара от внешней формы последнего в денежную форму товара приводит к тому, что эту денежную форму товара мы начинаем рассматривать либо как цену товара, либо как стоимость товара, т.е. определенная сумма денег понимается нами отдельно и как цена товара, и как его стоимость.

Из этого следует, что если товар в своей денежной форме имеет цену, то он имеет и стоимость, и наоборот. Однако Маркс разрывает их диалектическое единство в силу ограниченности принципа диалектического материализма, который допускает абсолютизацию, обособление одной из диалектических противоположностей развития.

Так, Маркс считает, что денежная форма товара есть только его цена: «Выражение стоимости товара в золоте: Х товара А = У денежного товара; есть денежная форма товара, или его цена»

И далее: «Вещи, которые сами по себе не являются товарами, например, совесть, честь и т.д., могут стать для своих владельцев предметом продажи и, таким образом, благодаря своей цене приобрести товарную форму. Следовательно, вещь формально может иметь цену, не имея стоимости»

Действительно, совесть как идеальное понятие не есть порождение абстрактного труда, который согласно теории трудовой стоимости Маркса, один только является источником и мерой стоимости.

Поскольку товары на рынке противостоят друг другу как диалектические противоположности, т.е. меновая стоимость одного товара противостоит потребительной стоимости другого товара, постольку обмен состоится только тогда, когда эти диалектические противоположности составят единство в чем-то третьем. Этим третьим, эквивалентом меновых и потребительных стоимостей различных товаров не есть живое единство, достигнув которого эти меновые и потребительные стоимости продолжают жить в этом третьем, является субстанция денег. Это единство есть мертвое тождество, в котором погибают меновые и потребительные стоимости товаров, так как после обмена товары становятся благами и потребляются не как товары, а как блага.

Таким образом, деньги представляют собой в сфере обмена форму тождества не переходящих друг в друга меновой стоимости одного товара и потребительной стоимости другого, и наоборот. Поэтому в количественном отношении деньги являются ценой и стоимостью отдельно одного товара и отдельно ценой и стоимостью другого товара, но не их суммарной стоимостью. В связи с этим деньги есть всеобщий эквивалент стоимости товаров, а не есть диалектическая их противоположность, как полагает Маркс.

Более того, и здесь Маркс допускает обособленное существование одной из диалектических противоположностей, утверждая, что деньги имеют только форму меновой стоимости.

Согласно закону отрицания товарная форма блага, отрицается денежной формой блага, и при этом обе существуют одновременно как диалектические противоположности единых товарно-денежных общественных отношений.

В каждом же конкретном случае покров товарно-денежных отношений срывается с блага при помощи денег как меры стоимости и благо предстает в том виде, в котором оно служит для удовлетворения потребностей человека.

Поскольку товарно-денежные отношения носят идеальную форму, постольку и деньги как мера стоимости, как всеобщий эквивалент стоимости товаров, могут в таком случае носить также идеальную форму, т.е. быть идеальными знаками, выражающими стоимость и цену товаров. Все это позволяет использовать деньги как учетную категорию, а деньги в форме драгоценных металлов замещать бумажными деньгами и ценными бумагами.

Определение прибавочной стоимости в политическую экономию впервые ввел Маркс. Согласно теории прибавочной стоимости Маркса, прибавочная стоимость создается рабочим в течение прибавочного рабочего времени, и находит свое выражение в стоимости прибавочного продукта. Кроме того, Маркс указывал, что прибавочная стоимость имеет три формы: рента, прибыль, процент.

Товар, имеющий материальную форму, включает в себя элемент естественных материальных форм и элемент труда. Далее мы установили, что стоимость естественных материальных форм определяется количеством прошлого конкретного труда, т.е. знаниями прошлых поколений.

В связи с этим необходимо различать прошлый конкретный труд, определяющий стоимость естественных материальных форм и конкретный труд как сторону живого труда. Из этого следует, что стоимость товара (Т) определяется совокупностью затрат конкретного труда прошлых поколений (Р) и затрат живого абстрактного труда (А) и затрат живого конкретного труда (К). Для простоты понимания пока исключим из стоимости товара стоимость орудий труда.

Тогда стоимость товара будет определяться формулой: Т = Р + А + К

Вообще, все товары, имеющие материальную форму, могут быть разделены на две группы:

Первая – это товары, которые получены в процессе первичного соединения труда с естественными материальными формами.

Вторая – это товары, которые получены в процессе соединения труда с товарами первой и второй группы, в связи с технологией их производства.

В таком случае, если стоимости товара первой группы, скажем, сырье, будет определяться формулой: Т(1) = Р(1) +А(1) +К(1),

То стоимость товара второй группы – Т(2) = Т(1) + А(2)+К(2) = Р(1) + А(1) + К(1) + А(2) + К(2).

Орудия труда также являются товарами второй группы, поэтому стоимость любого товара, имеющего материальную форму, будь то сырье (Т(1)), орудия труда (Т(2)) или предметы потребления будут определяться формулой: Т(3)=Т(1)+Т(2)+А(3)+К(3), с той лишь разницей, что стоимости Т(1), Т(2), Т(3) могут включать в себя неоднократное повторение их же самих, в связи с технологией производства товаров.

В таком случае стоимость любого товара, имеющего материальную форму, будет определяться суммой количества трех форм труда: конкретного труда прошлых поколений, прошлого труда, живого труда.

Конкретный труд прошлых поколений является источником и мерой стоимости Р – ренты.

Прошлый труд является источником стоимости сырья и орудий труда, т.е. создателем части их стоимости равной в формуле Т(1) = Р(1) +А(1) +К(1) и формуле Т(2) = Р(1) + А(1) + К(1) + А(2) + К(2), за вычетом Р(1) – ренты, источником и мерой которой является труд прошлых поколений, т.е. источником и мерой стоимостей А(1), К(1), А(2), К(2).

Живой труд является источником и мерой стоимости необходимых жизненных средств – А(3) и, как кажется, прибавочного продукта – К(3).

Действительно, согласно с данной формулой источником и мерой стоимости прибавочного продукта для производителя товара является живой конкретный труд работника, что близко к выводам теории прибавочной стоимости Маркса, с той лишь разницей, что источником прибавочной стоимости и ренты Маркс считал живой абстрактный труд работника.

И это было бы правильно, если бы у нас было только материальное производство, как считал Маркс, основывая свое утверждение опять же на ограниченном принципе диалектического материализма.

Для понимания существа вопроса не имеет значения, включаются ли в стоимость товара стоимость средств производства, которые ученый использует, или он вообще обходится без средств производства, поэтому стоимость средств производства в этой формуле и не показываем. Здесь нас интересует чистый процесс дальнейшего движения прибавочной стоимости (И), которая определяется конкретным трудом и в данном случае равна потребительной стоимости, так как абстрактная стоимость равна заработной плате ученого.

Как указывалось, владельцем прибавочной стоимости (И) становится общество или собственник средств производства. Однако эту прибавочную стоимость надо реализовать и, в конечном счете, она может быть реализована, если будет заложена в товары потребления и продана потребителю.

Формула стоимости товара: Т = (Р + Ап) + И + А + К,

где Р – есть рента, т.е. прибавочная стоимость, источником которой служит конкретный труд прошлых поколений;

Ап – абстрактная стоимость как форма одной из двух сторон прошлого труда;

И – прибавочная стоимость, источником и мерой которой служит конкретный труд ученых, изобретателей, рационализаторов и т.п. создателей новых знаний.

А – абстрактная стоимость, создаваемая абстрактной стороной живого труда работника, формой ее выражения является зарплата;

К – потребительная стоимость, условно – прибавочная стоимость, источником и мерой которой является конкретная сторона живого труда работника.

Следует обратить внимание на то, что сумма (Р + Ап) + (И) составляет стоимость сырья, техники, сооружений, технологий и т.п., при условии, что прошлое (И) меньше (И) нового, замещающему первое. В то же время необходимо ясно представлять, что (И) всегда находит свое место в стоимости товара, так как источником этой прибавочной стоимости является прошлый конкретный труд ученых, который в виде идеи всегда заложен в сырье, технике, оборудовании, технологии и т.п. Это (И) наряду с рентой присваивается собственниками средств производства.

Как видно из формулы, в стоимость товара включается не только зарплата работников, но и прибавочная стоимость, источником которой служит конкретная сторона их живого труда. Действительно, живые люди являются носителями прошлых знаний, которые они применяют в процессе конкретного труда. Этот конкретный труд как сторона живого труда наряду с другой стороной – абстрактным трудом, создает стоимость. В зависимости от уровня образования работника, его квалификации, стоимость совокупного продукта, созданного живым трудом, будет в большей или меньшей степени превышать зарплату работника остаток стоимости и составит прибавочную стоимость, источником и мерой которой служит его конкретный труд.

Эту прибавочную стоимость живого конкретного труда можно практически рассчитать и в дальнейшем учитывать как коэффициент, приняв за единицу отсчета «простой труд», «необученный труд», либо какой-то уровень обученного труда.

Источником и мерой прибавочной стоимости является конкретный труд. В то же время выделилось три вида конкретного труда: конкретный труд прошлых поколений, связанный с первоначальным использованием природных богатств (земли), находящихся в чьей-либо собственности; прошлый конкретный труд, связанный с выработкой и применением новых знаний; конкретный труд как сторона процесса живого труда работника.

Как было указано, конкретный труд первого вида является источником прибавочной стоимости, которую в форме ренты присваивают землевладельцы и т.п.

К. Маркс возможность получения ренты связывал с тем, что цена на продукцию, скажем, сельского хозяйства, в связи с частной собственностью на землю, определяется общественно-необходимыми затратами на худших по плодородию и местоположению землях.

Маркс утверждал, что рента создается живым трудом сельскохозяйственных рабочих и удерживается в этой сфере потому, что сельское хозяйство имеет более низкое органическое строение капитала, а поэтому здесь норма прибыли выше. Данное утверждение полностью вытекало из теории трудовой и прибавочной стоимости Маркса, основанной на принципе диалектического материализма, и в силу ограниченности принципа, а значит, и самой теории, не исключало противоречия.

Это противоречие Маркс и сам не скрывает: «Различную величину, – пишет он, – земельной ренты при одинаковом вложении капитала можно объяснить только неодинаковым плодородием земельных участков».

Это высказывание самым глубоким образом противоречит утверждению, что ренту создает живой труд сельскохозяйственного работника.

У Маркса же согласно его теории трудовой стоимости, земля не имеет стоимости, в связи с чем не учитывается в органическом строении капитала.

Теория трудовой стоимости указывает, что земля не сама по себе, а связанные с ее использованием знания, имеют стоимость, потому стоимость этих знаний под видимостью стоимости земли должна включаться в органическое строение капитала. Эти же знания как результат конкретного труда первого вида, конкретного труда прошлых поколений, а не абстрактный труд сельхозработников создает ренту.

Размер ренты определяется законом стоимости, который формулируется следующим образом: на равные номинальные стоимости, участвующие в процессе обращения – равные номинальные прибавочные стоимости в форме процента и ренты, и сверх того на равную стоимость функционирующих средств производства равную предпринимательскую прибыль.

В связи с этим владельцы средств производства, выступающие также и собственниками номинальных стоимостей получают прибавочную стоимость в форме прибыли, частями которой являются процент или рента плюс предпринимательский доход.

Правомочность данного закона прибавочной стоимости будет более понятна из последующего изложения, а сейчас продолжим разговор о ренте.

В историческом процессе применения в сельском хозяйстве новых знаний, являющихся результатом конкретного труда второго вида, естественное плодородие почвы может возрастать, улучшаться его местоположение и т.п., так как земля, дороги и т.п. становятся носителями национального богатства в форме знаний. В связи с этим процессом конкретный труд второго вида перерастает в конкретный труд первого вида, который один является источником и мерой прибавочной стоимости в форме ренты. Эти процессы искусственного повышения плодородия и улучшения положения земельных участков необходимо практически отличать от естественного плодородия почв.

Дополнительная масса прибавочной стоимости, получаемая на землях искусственного плодородия, хотя и связана с перерастанием конкретного труда второго вида в конкретный труд первого вида, однако стоимость этого дохода также определяется конкретным трудом первого вида, поэтому в теоретическом плане не следует единую ренту делить на три вида: абсолютную ренту, дифференциальную ренту 1 и 2.

В поддержку такого подхода выступает и практика убывающего плодородия почвы при потребительском ее использовании (пример лесосечного земледелия), а также то, что значительный рост урожайности связан, во многих случаях, не с улучшением почв, а с развитием селекционных знаний и т.п. в сельском хозяйстве.

Как было указано, конкретный труд второго и третьего вида являются источниками прибавочной стоимости в форме процента и прибыли, последняя состоит из процента и предпринимательской прибыли.

Конкретный труд второго вида может быть в двух формах: первая форма как сторона живого труда ученого и т.п., создающего прибавочную стоимость – (И); вторая форма, как прошлый конкретный труд ученого и т.п., результат его прошлых знаний, также являющихся источником прибавочной стоимости – (И).

В связи с этим конкретный труд второго вида, с одной стороны, сродни живому конкретному труду третьего вида, с другой, перерастает в конкретный труд прошлых поколений, т.е. конкретный труд первого вида, но находящий применение во всех сферах диалектического производства.

В том значении, в котором конкретный труд второго вида перерастает в конкретный труд первого вида, он становится источником прибавочной стоимости в форме процента для номинальных стоимостей, участвующих в обороте, в связи с чем для земельных собственников этот процент получает название ренты.

В том значении, в котором конкретный труд второго вида смыкается с конкретным трудом третьего вида, он вместе с последним служит источником предпринимательской прибыли – (К), сверх процента.

Предпринимательскую прибыль получают владельцы функционирующих средств производства за счет присвоения прибавочной стоимости, источником которой служит конкретный живой труд всех работников.

Из сказанного становится понятным, почему при определении стоимости земли и стоимости других средств производства исходным пунктом для расчета берут процент, который есть не что иное, как безвозмездное присвоение прибавочной стоимости, источником которой является идеальное национальное богатство в форме знаний как результат прошлого конкретного труда. И, как указывалось ранее, номинальная стоимость, вступающая в оборот, дает возможность всем, кто является собственником этой номинальной стоимости, получать процент.

Согласно же теории прибавочной стоимости Маркса, источником процента является живой труд рабочего, а сам процент есть «цена» товара «капитал».

Указывая на функцию денег и товаров как номинальных стоимостей, включенных в оборот и поэтому приносящих процент их собственникам, Маркс пишет: «…они (деньги и товары – Н.Л.) могут быть проданы как капитал и что в этой форме они представляют голую собственность на капитал, капиталиста как собственника независимо от его капиталистической формы, так что, рассматриваемые сами по себе, они представляют собой власть над чужим трудом, а поэтому самовозрастающую стоимость, и дают право на присвоение чужого труда».

Как указывалось выше, согласно теории трудовой и прибавочной стоимости, основанной на принципе диалектического монизма, номинальная собственность, включенная в оборот, дает не право, а возможность и не на присвоение чужого труда, а возможность безвозмездного пользования национальным богатством в форме знаний. В связи с этим не деньги становятся товаром, а скрываемая за ними возможность безвозмездного пользования национальным богатством в форме знаний. Собственник номинальной стоимости уступает эту возможность за цену, равную стоимости прибавочного продукта, источником которой является прошлый конкретный труд поколений в форме знаний.

Согласно же теории прибавочной стоимости с позиции диалектического монизма, рента есть другое название процента, который является также составной частью прибыли, источником же процента является идеальное национальное богатство в форме знаний. Отсюда все собственники номинальной стоимости, участвующей в обмене, эксплуатируют не рабочего, а безвозмездно присваивают общественное богатство в ущерб всем гражданам общества.

Как указывалось выше, конкретный труд третьего вида создает прибавочную стоимость, размер которой зависит от уровня образования, квалификации работника. Будь то ученый, либо конструктор, либо инженер, либо рабочий. Указывалось, что затраты, идущие на обучение работника в какой-то период времени окупаются на основе процента и затем, в общем случае, должно идти безвозмездное присвоение прибавочной стоимости, источником которой является все то же идеальное общественное богатство. В связи с этим процент с этих затраченных средств как номинальной стоимости, включенной в оборот, должен после окупаемости этих затрат, включаться в общественное материальное богатство. Если этого не происходит, то согласно закону прибавочной стоимости этот процент должен был бы получать тот, кто затрачивал средства на это обучение, будь то общество, частный собственник или сам работник. Однако не происходит и этого. А владелец функционирующих средств производства присваивает себе эту часть прибавочной стоимости в форме предпринимательской прибыли.


Заключение

		

Одним из самых интересных направлений экономической мысли XIX в. является марксизм. Его можно считать своеобразным развитием классической политической экономии в той его части, где рассматриваются, основы трудовой теории стоимости. Карл Маркс (1818–1883), немецкий экономист и философ является основоположником этого учения.

В силу различного понимания последователями и определенных противоречий самих идей Маркса, его влияние на дальнейшее развитие общественной мысли и практики зачастую оценивается с противоположных позиций.

Так, современный академик С.В. Вонсовский пишет: «Учение Маркса оказало огромное и страшное влияние на весь ход истории в ХХ веке».

Лауреат Нобелевской премии Поль Самуэльсон: «Марксизм слишком ценен, чтобы оставить его одним марксистам…Маркса следует защищать от его защитников, а в ряде случаев и от него самого».

Следует сделать следующие выводы:

1. К. Маркс развивает принципиально новый взгляд на товар и представляет его как производственное отношение между людьми.

2. К. Маркс исследовал превращение денег в капитал и доказал, что оно основывается на купле и продаже рабочей силы. Поставив на место труда рабочую силу, свойство создавать стоимость, он разом разрешил одно из затруднений, которое привело к гибели школу Рикардо: невозможность согласовать взаимный обмен капитала и труда с рикардовским законом определения стоимости трудом.

3. Основываясь на теории прибавочной стоимости, К. Маркс развил первую рациональную теорию заработной платы, и впервые дал основные черты истории капиталистического накопления и изложил его исторические тенденции.


Список использованной литературы



					Агапова И.И. История экономических учений. Курс лекций. М.: ЮРИСТЪ, 2001. – 640 с.

					Ален Бейтон и др. 25 ключевых книг по экономике. Анализ и комментарии. Урал – ЛТД, 1999. – 513 с.

			Бартенев С.А. История экономических учений. Учебник. М.: ЮРИСТЪ. – 2001. – 583 с.

			Бударин А.Л. Экономическая теория. Учебное пособие. Орел: «Орел ГТУ». – 2006. – 306 с

			Васильев. История экономических учений. Москва: «лотос Профф». – 2006. – 369 с.

			Всемирная история экономической мысли. В 6 т. / Под. ред. Черковца В.М.: Мысль, 1994. – 399 с.

			Дедович А.В. Экономическая теория. Книга 3. Санкт-Петербург: «Нева». – 340 с.

			Зеленцова П.Б., Татищев А.Д. Экономическая теория. Москва: «ЛигаМ». – 2005. – 419 с.

			История экономических учений. Учебное пособие. Под ред. Автономова В. и др. М.: «ИНФРА». – 2000. – 357 с.

					История экономических учений. В 3-х частях. М.: МГУ, 1989–1998. – 419 с.

			Капитал, т. 1, ч. 2, Политиздат, М. 1978 г.

			К. Маркс, «К критике политической экономии», Госполит издат, 1949 г. – 593 с.

			Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения Изд. 2 М.: «Госполитиздат». – 1960., 712 с.

			Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь. Москва: «Пересвет». – 2004. – 436 с.

			Свиридов С.Л. Учебное пособие по экономике. Москва: «Науч. Издат.». – 2006. – 196 с.

			Экономическая мысль 19 века. Книга 3. Москва: «Черлок». – 2006. – 379 с.

			Экономическая энциклопедия. Т. 1 – 4. М. 1972–1980. – 580 с.

			История экономических учений / Под ред. А.И. Архипова. – М.: «Проспект» – 2001. – 620 с.

			Ядгаров Я.С. История экономических учений. Учебник. М.: ИНФРАМ, 2000. – 460 с.

			Яшин В.В. ИЭУ. Москва: «АСТ-ПРЕСС». – 2007. – 538 с.