Некоторые аспекты сотрудничества России с МВФ

Некоторые аспекты сотрудничества России с МВФ 

И.О. Горин, выпускник Института МЭО 

МВФ в современном мире 

Оценка роли Международного валютного фонда в экономике современного мира, как показывают последние публикации в отечественной и зарубежной печати, является весьма актуальной и злободневной. Международный кредитно-финансовый кризис 1997-1999 гг., не обошедший стороной и Россию, показал определенную противоречивость и неоднозначность рецептов, предлагаемых международными финансовыми организациями вообще, и Международным валютным фондом в частности, для решения насущных экономических проблем в странах, претендовавших, да и претендующих на получение кредитов со стороны МВФ.

Почему при одинаковости рецептов и зачастую тождественности исходных экономических показателей в разных странах был получен различный результат? Ведь если абстрагироваться от каких-то конкретных цифр и сгруппировать страны, реформировавшие экономику по рецептам МВФ, по региональному признаку и, в известной степени, по тождественности исходных экономических показателей, то мы увидим, что результат в принципе сходен. Да, темпы роста в Венгрии и Польше различны, но в обеих странах, невзирая ни на что, сохраняется положительная динамика экономической конъюнктуры, национальные валюты достаточно стабильны, спад деловой активности, вызванный кризисом, среднестатистичен по отношению к остальному миру и так далее. В то же время значительно более динамично развивавшиеся все эти годы "азиатские тигры", также формально игравшие по правилам МВФ, явились не только виновниками нынешнего международного кредитно-финансового кризиса, но и его первыми жертвами, и даже чрезвычайная, оказанная в невиданных дотоле масштабах помощь со стороны Международного валютного фонда не смогла спасти от краха ни южнокорейскую вону, ни индонезийскую рупию, ни таиландский бат.

Так чем был вызван азиатский кризис, переросший затем в международный? Может быть, внутригосударственной коррупцией, чрезмерным срастанием власти и бизнеса, всегда в долгосрочном периоде порождающими малоконкурентную и слабоустойчивую экономику, или наоборот, слепым следованием рецептам Международного валютного фонда, обострившимися противоречиями внутри Ямайской валютной системы, у истоков создания которой стояли эксперты Фонда, или простой служебной халатностью, невниманием специалистов Фонда по отношению к своим азиатским клиентам? На все эти вопросы мировая экономическая общественность пока не готова дать ясный и четкий ответ.

В этой связи представляется актуальным рассмотреть проблему взаимоотношений Международного валютного фонда и России на современном этапе - ведь который уже раз за последние несколько лет проблема получения или неполучения Россией денег Фонда, следования его рецептам становится ключевым фактором российской, да и, как показывают последние скандалы, американской политической интриги. А между тем весьма интересным представляется тот факт, что именно наша страна (в лице СССР) стояла у истоков создания МВФ.

Международный валютный фонд, образованный в 1946 году, был результатом Бреттон-Вудской конференции. Советский Союз также принимал активное участие в создании МВФ, квота СССР составляла 1 200 млн дол. при начальном уставном капитале в 8,8 млрд дол. и являлась третьей после американской и английской, так как рассчитывалась по особой формуле, которая не учитывала ни объема внешней торговли, ни национального дохода, ни золотовалютных запасов. Однако в конечном итоге учредительные документы Фонда не были подписаны нашей страной. Это произошло прежде всего из-за нежелания СССР соблюдать провозглашенный МВФ принцип раскрытия внутристрановой экономической информации, а также по целому ряду других, скорее всего политических причин.

МВФ и Россия: per aspera ad astra 

Российская Федерация вступила в Международный валютный фонд в июне 1992 г., и нашу страну представляет отдельный исполнительный директор в Исполнительном совете, что говорит о признании МВФ статуса Российской Федерации как правопреемницы бывшего СССР.

В настоящее время МВФ является официальным кредитором РФ. Заемщиком выступает Правительство РФ или Центральный банк России. По официальной линии предоставляются также кредиты региональным администрациям, предприятиям и организациям под гарантии государственных органов и без гарантий (т.е. несуверенные займы).

За последние восемь лет Фонд предоставил Российской Федерации целую серию кредитов, и так как резервная квота была практически сразу же выбрана нашей страной, то в дальнейшем кредитование осуществлялось в рамках различных кредитных механизмов Фонда, в первую очередь механизма кредитования системных преобразований (МКСП). Данный механизм призван обеспечивать оказание помощи государствам-членам, сталкивающимся с трудностями в осуществлении внешних платежей в результате глубоких нарушений традиционных торговых связей и структуры платежей, вызванных переходом от государственной торговли по ценам, не связанным с рынком, к многосторонней торговле по рыночным ценам.

Базовые принципы выделения кредитных ресурсов МВФ 

Чтобы лучше понять, на каких условиях Российской Федерации выделялись кредиты, следует вспомнить о базовых принципах предоставления кредитов МВФ. Любая страна, претендующая на кредиты Фонда, должна следовать советам его экспертов. Эти советы носят достаточно односторонний характер и направлены на снижение страной-претендентом на кредит уровня инфляции, повышение эффективности налоговой системы, в том числе за счет увеличения налогового бремени на самые различные субъекты экономической деятельности, либерализацию счетов капитала, отмену экспортных пошлин, повышение таможенных тарифов (в ущерб интересам национального приозводителя). Все эти требования уже который год предъявляются также и к Российской Федерации. 

Важность конструктивных взаимоотношений России и МВФ на нынешнем этапе российских реформ 

На данном этапе сотрудничество с МВФ остается одним из важных направлений российской внешнеэкономической политики и непосредственно связано как со специфическими проблемами финансовой деятельности, так и с созданием предпосылок для устойчивого роста в будущем производства в условиях экономики переходного типа. Особенно важны кредиты Международного валютного фонда для Российской Федерации в нынешней ситуации, ведь сотрудничество с Фондом является гарантией кредитоспособности страны в глазах иностранных инвесторов, чье присутствие жизненно необходимо экономике России. Получение кредитов поможет России реструктурировать долги Парижскому и Лондонскому клубам. Также немаловажно заметить, что кредиты МВФ являются наиболее дешевыми и долгосрочными из доступных кредитных ресурсов. Так, для России в 1992-1998 гг. процентные ставки колебались в пределах 3,68-5,8% годовых, а средняя ставка была 4,69% (* См.: БИКИ. 1999. 25 февраля. № 22 (7912). С. 3). МВФ предоставляет кредиты на срок от 5 до 10 лет, с льготными периодами, когда не производится выплата основного долга (от 3,3 до 5 лет) (* См. там же.).

Если говорить о сугубо прикладной стороне вопроса, то тема становится еще более актуальной: нельзя забывать, что в текущем году России предстоит выплатить по своим внешним обязательствам примерно 16 млрд дол. При определенном развитии событий эта сумма будет близка к 10% ВВП. И это при том, что, как видно из платежного баланса страны, Россия в 1999 г. не смогла консолидировать ресурсы, превышающие 5 млрд дол. Случаев дефолта по долгам МВФ и Всемирному банку среди респектабельных стран еще не было. Дефолт, безусловно, осложнит взаимодействие с любыми международными финансовыми институтами. К тому же, согласно одному из прогнозов Минэкономики РФ, платежный баланс в России невозможно будет свести к положительному сальдо без крупных финансовых вливаний извне еще лет 10-12. 

Хотелось бы подчеркнуть, что тревожные сигналы в экономике России были замечены МВФ достаточно давно, и не случайно в июле 1998 г. была достигнута договоренность о выделении России двадцатимиллиардного кредита в рамках механизма чрезвычайного финансирования из специального дополнительного резервного фонда. Дополнительный резервный фонд (ДРФ) предназначен для использования странами-членами при наличии исключительных проблем с платежным балансом, обусловленных необходимостью одномоментного погашения большого количества краткосрочных обязательств, и из-за тотальной потери доверия со стороны участников рынка. Россия вряд ли увидит в ближайшее время эти деньги, так как последовавшие затем пертурбации на российском политическом Олимпе, смена правительства и прочее поставили под вопрос не только этот кредит, но и сотрудничество с Фондом в целом.

И не случайно, возвращаясь к текущим отношениям Международного валютного фонда и Российской Федерации, мы можем говорить о том, что, добиваясь жизненно необходимого для страны кредита, выделение которого из-за скандала с "Bank of New York" опять оказалось под угрозой, Правительство проводило сложные переговоры с МВФ. Потребовался значительный период времени для преодоления разногласий по многим принципиальным вопросам денежной и налоговой политики. МВФ требовал профицита в 3,5% в первом квартале против 2%, предлагаемых Правительством России (* Однако в проекте бюджета 2000 г. была сделана значительная уступка, и первичный профицит бюджета был увеличен с 2,8 % до 3,2 % ВВП). Это требование было в конечном итоге снято. В свою очередь, Банк России отменил или не принял ряд постановлений, нарушающих 3-й раздел 8-й статьи устава МВФ и ограничивающих хождение доллара. 

К сожалению, мы можем констатировать факт определенной политизации взаимоотношений России с Фондом в нынешних условиях, ведь сама вероятность получения кредитов Фонда существенно возросла после событий на Балканах, когда угроза возврата России к мобилизационной экономике планового характера заставила Фонд пойти на определенные компромиссы и пересмотреть свои предельно жесткие требования. Сейчас же вероятность получения денег Фонда снижается из-за предстоящих выборов в США - республиканская пресса для нанесения удара по демократической администрации поднимает проблему нецелевого использования Россией кредитов МВФ и перекачки их на Запад через "Bank of New York". На самом деле эту информацию ни в коей мере, помимо того что ее достоверность все же под большим вопросом, нельзя считать сенсационной, ведь даже в самой Российской Федерации ни для кого уже не секрет, что многие займы международных финансовых организаций бесследно исчезали на бескрайних российских просторах, а потому возникают сомнения в искренности заботы американских журналистов и чиновников о честности российских властей.

Таким образом, наша страна становится заложницей на этот раз внутриамериканской политической интриги, последствия которой явно противоречат нашим государственным интересам. Также следует отметить отсутствие согласованного законодательства по вопросу отмывания денег. По американским законам, практически весь капитал, который российские компании по тем или иным причинам вывозят на Запад, является незаконным, и эксперты МВФ, решая вопрос о предоставлении России очередного транша кредита, оказываются в весьма сложной ситуации практически неразрешимой правовой коллизии. Результатом вышеупомянутого скандала является высокая вероятность дезавуирования последних результатов переговоров с МВФ и клубами кредиторов. Рейтинговые агентства резко понизят инвестиционный рейтинг России, в результате из-за новых стандартов резервирования под российские риски цена прямых инвестиций станет неприемлемо высокой для российских банков и фирм.

Серьезный удар по репутации получила и банковская система Российской Федерации. Повторной проверке аудиторской фирмой "PriceWaterhouse Coopers" подвергается Банк России. Хотя представители Минфина и сами чиновники МВФ отрицают, что проверка напрямую связана со скандалом вокруг счетов русской мафии в "Bank of New York", выглядит она именно так. Аудиторы фирмы получили от Фонда четкое задание выяснить, мог ли Банк России каким-либо образом использовать свои дочерние (теперь можно сказать, что и внучатые) загранбанки для совершения незаконных операций. Учитывая уже имевший место скандал с утайкой от МВФ размещения компанией "Фимако" активов Банка России, последствия данной проверки представляются непредсказуемыми для имиджа российской банковской системы в глазах мирового банковского сообщества.

Совет директоров МВФ, который и рассматривал вопрос о кредитовании России, состоялся в сентябре 1999 г., однако ни там, ни на последующих заседаниях подобного уровня не было принято каких-либо глобальных решений, а значит, наша страна продолжает находиться в "подвешенном состоянии", и в свете общего восприятия России в мире становится очевидным, что в ближайшее время страна не может рассчитывать на получение кредита МВФ. В какой-то мере виновниками летне-осенней истерии 1999 г. являются и политические власти России. Счетная палата РФ в свое время приложила немало усилий, чтобы ухудшить репутацию ЦБ, забывая, в отличие от МВФ и международных аудиторских фирм, что доверие к рублю во многом зависит от того, кто его печатает. 

Очень важным моментом в отношениях с Международным валютным фондом является позиция нашей страны в вопросе борьбы с утечкой капитала. Как уже отмечалось выше, МВФ не намерен кредитовать счета российских коммерческих банков в США. Совершенно справедливо указывается на необходимость контроля за входящими и выходящими денежными потоками, на необходимость пресечения незаконного вывоза капитала, так как ни о каких иностранных инвестициях не может быть и речи, если даже национальный капитал "бежит" из Российской Федерации. Хотя очевидно, что конъюнктура рынка переменчива и само заявление о задержке очередного транша кредита способно значительно ухудшить политическую и экономическую ситуацию в России, Международный валютный фонд все же продолжает жестко увязывать выделение кредита с активизацией усилий, направленных на борьбу с коррупцией, отмыванием денег, незаконным вывозом капитала, нецелевым использованием средств международных финансовых организаций.

К сожалению, в результате скандала МВФ может совсем перестать содействовать России в переговорах по возврату российских долгов странами "третьего мира", что лишает Россию надежды на получение средств, способных значительно облегчить долговое бремя страны. Такая ситуация не может развиваться позитивно даже в среднесрочном периоде. Поэтому необходимо перевести отношения с Фондом на некую "экономическую основу", когда программа развития и рыночные индикаторы, а не жесткие заявления политических властей обеспечивают получение кредитов.

Наряду с этим до сих пор продолжаются дискуссии о целесообразности получения кредитов МВФ. Ведь рецептура, предлагаемая Фондом, весьма стандартизирована и зачастую не учитывает особенностей развития той или иной страны. По мнению ряда экспертов, требования МВФ по ужесточению бюджетной и денежной политики часто только усугубляли тяжесть кризиса, приводя к дефляции и рецессии. Кроме того, стандартные процедуры МВФ никак не препятствовали распространению "азиатского кризиса" по странам и континентам. 

МВФ и Россия как неотъемлемые части мирового экономического пространства 

В заключение хотелось бы сказать, что те проблемы, с которыми сталкивается Россия в своих взаимоотношениях с Международным валютным фондом, типичны не только для нее и уже неотделимы от проблем мировой экономики. Все чаще слышатся голоса о несостоятельности Ямайской валютной системы, у истоков которой стоял МВФ. На экономическом форуме в Давосе в 1999 г. главы многих развивающихся государств и стран с переходной экономикой, в том числе и России, выражали обоснованные опасения по поводу эффективности действующей системы. Президент Египта Мубарак, например, заявил, что нынешняя система соответствует только интересам развитых стран.

Очевидно, что в рамках Ямайской валютной системы МВФ проводит активную политику на либерализацию финансовых рынков и рынков ссудных капиталов, и зачастую снятие ограничений на движение капитала является условием получения тех или иных кредитов Фонда. С одной стороны, снятие ограничений на приток капитала способно создать новые рабочие места в стране, но в то же время исследования группы экономистов Гарвардской школы бизнеса говорят о том, что для развивающихся стран не существует положительной корреляции между либерализацией операций, связанных с движением иностранного капитала, и наличием экономического роста, ростом инвестиций и снижением инфляции. Помимо этого заслуживает самого глубокого анализа следующий факт: при полной либерализации первыми в экономику страны в больших количествах приходят высокомобильные "горячие деньги", что дестабилизирует и без того непростую ситуацию в данных странах. Кризисы в Корее, Таиланде, да и долговой кризис в России со всей очевидностью это доказывают.

Не случайно, когда осенью 1998 г. впервые зашла речь о снижении уровня ликвидности МВФ из-за последних кризисов и необходимости ее поддержания на достаточном уровне, основные финансовые доноры МВФ - Соединенные Штаты Америки были весьма осторожны в своих оценках. Американские конгрессмены не склонны понапрасну и безрассудно тратить средства своих налогоплательщиков, а с их точки зрения Фонд неэффективно и несвоевременно расходовал в период кризиса имеющиеся у него средства (* Здесь было бы небезынтересно вспомнить о предложении вице-президента США Альберта Гора о необходи-мости прощения мировыми кредиторами, включая МВФ, части долга беднейшим странам мира). Встает вопрос об универсальности рецептов, предлагаемых МВФ. Эксперты Фонда, являясь высококлассными специалистами, все же зачастую склонны предлагать однообразные методы решения различных экономических проблем, которые зачастую не учитывают географической и экономической специфики той или иной страны. И здесь, как следствие, появляется проблема выработки Фондом новых идей, которые могут даже выходить за рамки общепринятой концепции, но быть направлены на решение стоящих перед странами-членами проблем.

Но не следует забывать, что причины кризиса кроются не только, да и не столько в политике, проводимой Фондом, сколько в непроработанности законодательства самих развивающихся стран. Например, в США за атаку спекулятивного характера против акций какой-нибудь американской корпорации "атакующей" стороне могут быть предъявлены обвинения в попытке манипулирования рынком, что чревато для ответственных сотрудников компании самыми серьезными последствиями, включая тюремное заключение. Однако аналогичные действия американского инвестиционного фонда в Юго-Восточной Азии не только не рассматриваются как преступные, но зачастую служат поводом для обвинения пострадавшей стороны в некомпетентности.

Конечно, было бы неправильно списывать на спекулянтов все просчеты в национальной экономической политике. Кризис не возникает в странах с динамично развивающейся экономикой и стабильной национальной валютой. Кризис появляется в странах, где существует неэффективное, зачастую пронизанное коррупцией управление экономикой. Примером тому является и практика государственного принуждения банков для льготного кредитования "чеболей" в Южной Корее, и использование государственных финансов в целях семейных кланов Индонезии. И сейчас все чаще и чаще речь идет о необходимости создания механизмов регулирования международных финансовых рынков и рынков капитала. Правительства многих стран заявляют о необходимости создания для пресечения недобросовестной игры и отмывания денег на международных рынках мощной международной организации, уполномоченной вести расследования по всему миру, в том числе и на территории развитых стран, что пока маловероятно.

И здесь возникают вопросы относительно того, какие пути предлагают аналитики Фонда для решения долговых проблем развивающихся стран, в том числе и России. Эксперты МВФ совершенно справедливо полагают, что надо занимать деньги там, где это дешевле, и тратить их с наибольшей эффективностью. Следовательно, нужен своего рода мировой контрольный институт, мировой арбитраж, который будет рассматривать претензии стран по поводу спекуляций на финансовом рынке и рынке капиталов по отношению друг к другу и инвестиционным институтам. Необходимо также разработать новые критерии и процедуры реструктуризации долга. Здесь было бы полезно обратиться к американскому законодательству, регулирующему процедуру банкротства. То есть возможен вариант, когда кредиторы предоставляют кредиты для реабилитации должника с тем, чтобы он был в дальнейшем кредитоспособен. Такой подход важен еще и потому, что заставит инвесторов более тщательно оценивать риски своих вложений, тогда как стандартная практика МВФ означала кредитование либо деньгами государства, либо средствами Фонда сколь угодно рискованной политики финансовых спекулянтов на развивающихся рынках. Предлагаемый метод означает уменьшение долгового бремени переживающих финансовый кризис стран, так как часть издержек ложится на плечи самих инвесторов и они становятся кровно заинтересованными в скорейшем выздоровлении стран-должников.

Во всем этом очень важна позиция МВФ, роль которого не следует принижать, поскольку именно на плечи данной организации в конечном итоге ляжет основное бремя глобальной санации пострадавших экономик, и от того, справится ли Международный валютный фонд с этой задачей, во многом зависит будущее мировой экономики в целом, а значит, в определенной степени и будущее России.