Административные барьеры развития предприятия

Дипломная работа



Административные барьеры развития предприятия


ВВЕДЕНИЕ



Актуальность темы исследования. Переход к рыночному способу организации хозяйственной деятельности представляет собой длительный и сложный процесс, который включает не только собственно рыночные изменения, но и глубокие административные изменения, коренное преобразование системы государственного управления экономикой. Осуществление современных радикальных социально-экономических преобразований в России сопровождалось беспрецедентным экономическим кризисом, обусловленным многими факторами и, в частности, дезинтеграцией региональных хозяйственных процессов. Причинами такой дезинтеграции послужили асимметричные процессы разрушения хозяйственных связей, наработанных за годы планового ведения хозяйства, и формирование новых рынков как основных механизмов координации деятельности экономических субъектов в переходной экономике.

Становление элементов рыночной организации хозяйственной деятельности осуществляется через трансформацию не только базовых экономических отношений, но и институтов государственного регулирования, определяющих ограничения и матрицы поведения экономических субъектов. Главным элементом рыночного механизма является конкуренция. Переход от государственного монополизма во всех сферах экономической жизни к характеризующемся той или иной степенью конкуренции рынкам наталкивается на значительные административные барьеры. Например, малые и средние предприятия в г. Ростове-на-Дону обычно сталкиваются с проверками 30-40 инстанций и ведомств.

В силу этого центральным направлением научных исследований, в условиях осуществляющегося дерегулирования экономики выступает выявление генетической природы административных барьеров, их эволюции за годы радикальных экономических трансформаций, а также комплексный анализ последствий ограничения конкуренции на товарных рынках. Это требует особого внимания к исследованию характеристик конкуренции и экономического поведения рыночных агентов в специфических условиях переходной экономики и определения новых методических подходов к совершенствованию механизмов государственного регулирования конкуренции.

Выход российской экономики из затяжного системного экономического кризиса на траекторию роста предопределяет также потребность разработки новых экономических и административных механизмов государственного регулирования, а также направлений дерегулирования большинства отраслей народного хозяйства.

Проблема административных ограничений конкуренции традиционно рассматривается в рамках административной экономики и экономики отраслевых рынков. В направлении формирования административных и отраслевых структур, их взаимодействия работали такие видные ученые, как Дж. Бейн, Р. Коуз, Дж. Стиглер, Ж. Тироль, О. Уильямсон и Р. Шмалензи. Среди российских ученых исследованием этой проблемы занимаются СБ. Авдашева, А.А. Аузан, Н.М. Розанова и др.

Механизмы функционирования административных рынков в условиях плановой экономики, особенности бюрократической организации, а также закономерности трансформации экономических порядков исследуются в работах Я. Корнай, Л. Мизеса, А. Ноува, Стиглица, Ф. Хайека, Дж. Среди отечественных ученых значительный вклад в разработку этих вопросов внесли Белокрылова О.С. ,С. Кордонский, В. Найшуль, Рязанов В.Т. и др.

Влияние теневых отношений на административную организацию рыночной и эксполярной экономик исследуется в работах Э. де Сото, Т. Шанина. В отечественной научной литературе всесторонний анализ особенностей организации теневой экономики содержится в работах И.М. Клямкина, Л.Я. Косалса, Ю.В. Латова,Л.М. , В.В. Радаева, Тимофеева и др.

Методология административного анализа и административных изменений разработана Нельсоном Р., Уинтером С, Уильямсоном О., Дж. Ходжсоном. Анализ роли групп при формировании и функционировании административной структуры экономики проведен в работах Олсона М.

Роль институтов в российской экономике проанализирована Нуреевым Р.М, Олейником А.Н., Полтеровичем В.В., Тамбовцевым В.Л., Шаститко А.Е. Вопросам исследования механизмов снижения административных барьеров в переходной экономике посвящены работы А. Аузана, Ю. Кузнецова, В. Мау, В. Тамбовцева и др.

Однако изученность проблемы остается недостаточной для разработки целостной концепции, объясняющей формирование и функционирование административных барьеров, имеющих как формально-административную природу, так и неформальную теневую, которая может послужить теоретической основой формирования системы действенных мер государственной политики. Острая полемичность проблемы снижения негативного эффекта административных барьеров на товарных рынках в переходной экономике, ее политическая и социальная значимость, рост теневых доходов вследствие нерешенности проблемы роли и границ вмешательства государства в этой сфере предопределили выбор предмета настоящего исследования, обусловили его цель и задачи.

Цель и задачи исследования. Цель работы состоит в том, чтобы, опираясь на результаты эволюционного и теоретического исследования особенностей ограничений конкуренции на товарных рынках, выявить генетические характеристики экономических отношений, детерминирующих эволюцию институтов, норм и механизмов, затрудняющих доступ на рынки и повышающих трансакционные издержки, и определить роль и основные меры по преодолению административных барьеров со стороны государства и других заинтересованных групп через призму качественного анализа.

Цель исследования обусловила постановку и решение следующих этапных задач, отражающих логическую структуру и последовательность предпринятого исследования:

	выявить на основе историко-генетического анализа административные особенности функционирования административных рынков, как способа бюрократической координации в условиях плановой экономики;

	проанализировать влияние институтов и групп специальных интересов на формирование конкурентного процесса на товарных рынках, барьеров, а также динамику трансакционных издержек;

	провести системный анализ экономических отношений в эксполярной (теневой) экономике и их воздействие на формирование конкурентной среды в условиях жестких административных ограничений конкуренции;

	охарактеризовать основные виды административных барьеров в переходной экономике;

	с позиций административного подхода выявить специфику формальных и неформальных ограничений;

	исследовать особенности формирования и функционирования административных барьеров в процессе закупок продукции для государственных нужд;

	определить основные направления снижения административных барьеров -с помощью формальных административных механизмов;

	исследовать феномен рентоориентированного поведения групп со специальными интересами и их влияние на проведения ограничительных мер государственной политики.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются товарные рынки и их административная организация. Предметом исследования выступает совокупность отношений между хозяйствующими субъектами, государством и группами специальных интересов, определяющих направления возникновения и функционирования административных ограничений.

Теоретико-методологическую основу настоящего исследования составляют фундаментальные концепции, представленные в классических и современных трудах отечественных и зарубежных ученых, реализующих политико-экономический и административный подходы к анализу административных ограничений конкуренции на товарных рынках. Концепция исходит из объективной зависимости степени ограничения конкуренции на товарных рынках от развитости рыночных институтов и качества мер государственной экономической политики, что позволяет выработать направления дерегулирования рыночных структур и снижения влияния групп специальных интересов, теневых отношений как альтернативных способов хозяйственной координации. В ходе разработки концепции были использованы положения общей теории рынка, теория переходной экономики, теории неоадминистративной экономики, теория групп специальных интересов, нормативно-правовые акты и прогнозные разработки федеральных и региональных органов законодательной и исполнительной власти Российской Федерации.

Инструментарно-методический аппарат работы. В основу исследования поставленной проблемы положены общенаучные методы историко-генетического, административно-эволюционного, системно-функционального, сравнительного анализа, теории игр, а также методы собственно экономического исследования - экономическое моделирование, субъектно-объектный, категориальный анализ, социологический опрос.

Информационно-эмпирическую базу исследования составляют официальные статистические данные Федерального Государственного статистического комитета Ростовской области, материалы Министерства труда и социальной политики РФ, департамента Федеральной государственной службы занятости населения по Ростовской области, первичные материалы бухгалтерской отчетности ряда ростовских предпринимательских структур. В работе проанализированы также фактические данные, содержащиеся в монографиях, статьях отечественных и зарубежных экономистов, периодических изданиях, монографических обследованиях, а также результаты проведенных автором социологического опроса и интервьюирования предпринимателей г. Ростова-на-Дону.

Структура работы. Выполненная работа состоит из трех глав, включает четыре параграфа, заключение, список использованных источников и три приложения.

В первой главе речь идет о формальных ограничениях конкуренции и государственной экономической политике, административные ограничения неформального характера, также подробно рассмотрены особенности административных барьеров при осуществлении закупок для государственных нужд

Во второй главе рассматривается понятие и роль снижения административных барьеров в посткризисной экономике, который включают институционально-правовых методов снижения административных барьеров и дерегулирование как квазиконкурсный процесс.

В третьей главе анализируется состояние и дается прогноз развития малого предпринимательства в Ростовской области на 2003-2005 годы.




1. ВИДЫ, ОСОБЕННОСТИ И ДИНАМИКА АДМИНИСТРАТИВНЫХ БАРЬЕРОВ В ТРАНЗИТИВНОЙ ЭКОНОМИКЕ



1.1 Формальные ограничения конкуренции и государственная экономическая политика



Очевидно, что формирование эффективной конкурентной среды способствует экономическому росту, но тем не менее на различных уровнях административного, государственного управления генерируются нормы, правила и другие внерыночные меры, ограничивающие конкуренцию как на общенациональном, так и на локальных рынках. Возникает парадоксальная ситуация в связи с тем, что государство в лице различных его органов, в частности Министерства по антимонопольной политике, осуществляет мониторинг нарушений закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», ведущих к монополизации и ущемлению прав хозяйствующих субъектов. В результате государство в лице одних своих органов создает институциональные барьеры на пути конкуренции, а в лице других - борется с ними.

В связи с этим для всестороннего анализа мер государственного регулирования конкуренции необходимо выявить экономическую природу институциональных барьеров, создаваемых государством.

Традиционно к институциональным барьерам относят:

- систему лицецзирования деятельности фирм;

- систему государственного контроля над ценами, над уровнем доходности, который может приводить к появлению неявных затрат, выраженных в потере части потенциальной прибыли;

- затраты собственников фирмы, связанные с процедурой прекращения ее деятельности и банкротства;

- сложность выхода предприятий из отрасли и связанные с ним высокие явные и неявные затраты, которая является одним из важнейших факторов, препятствующих эффективной конкуренции: высокий риск, сопряженный со сложностью выхода с рынка, дестимулирует вход в отрасль потенциальных конкурентов.

Структурная трактовка институциональных барьеров характеризует ограничения конкуренции в основном со стороны формальных институтов. Однако в современных экономических условиях большое значение приобретают также неформальные хозяйственные институты, которые затрудняют доступ на рынки, влияют на ценообразование и в конечном итоге приводят к значительным потерям в эффективности рыночного механизма. В силу этого более адекватной современной экономической действительности представляется классификация институциональных барьеров в экономике на формальные, или административные, и неформальные барьеры.

Существование формальных институциональных барьеров есть прямое следствие интервенционистской государственной экономической политики. Такие барьеры создаются государственными министерствами и ведомствами на различных уровнях властной вертикали.

При этом необходимо различать двойственность функциональной роли государства, с одной стороны, как участника рынка или организации, преследующей свои цели, в том числе получение прибыли от экономической деятельности, а с другой стороны, как института, основная задача которого заключается в установлении правил и норм поведения субъектов рынка и контроле за их выполнением. Государство как институт - это огромный комплекс различного рода ограничений и правил, обеспечивающих процесс государственного регулирования и представляющих собой результат законотворчества исполнительной и законодательной властей различного уровня.

Целью введения таких ограничений или институтов является стремление государства к усилению контроля за уплатой налогов, оборотом товаров и услуг, проникновением на рынок некачественной или фальсифицированной продукции и т. д. Таким образом, побудительные стимулы для создания различного рода правил на рынке оказываются положительными и несут созидательный, а не разрушительный импульс. Но на пути своего воплощения они обрастают различными противодействиями и в результате превращаются зачастую в правила с двусмысленной трактовкой, что для экономики даже более неблагоприятно, чем полное отсутствие правил. В итоге формируются институты, которые не только не способствуют развитию экономики, но создают базу для всевозможных злоупотреблений со стороны аппарата чиновников.

Если же законы органов власти не допускают послаблений и двоякого толкования, то чаще всего они усложняют порядок регистрации, лицензирования и плодотворной деятельности предприятий, что также пагубно сказывается на динамике экономики в целом.

Одним из таких барьеров является институт лицензирования предпринимательской деятельности. В августе 2001 г. Государственной Думой России был принят закон «О лицензировании отдельных видов деятельности». До принятия этого закона на территории России осуществление более тысячи видов предпринимательской деятельности требовало лицензирования на федеральном уровне или уровне субъектов федерации. Новым законом число лицензируемых видов деятельности значительно снижено, более чем на 140.

Некоторые из подлежащих лицензированию видов деятельности плохо специфицированы (эксплуатация взрывоопасных производственных объектов; эксплуатация пожароопасных производственных объектов; эксплуатация химически опасных производственных объектов), что позволяет через подзаконные акты распространять лицензирование на десятки и сотни новых и новых видов деятельности.

Другим формальным институциональным барьером государственного регулирования является институт государственного воздействия на ценообразование в отраслях. Существование данного института объясняется желанием государства оказывать воздействие на многообразные процессы в экономике посредством регулирования цен на различные виды продукции. Этот институт включает правила и ограничения, которые заставляют рыночные структуры поддерживать цены на свою продукцию на определенном уровне: антимонопольное государственное регулирование, акцизы и сборы, установление квот и тарифов.

Воздействие института государственного ценового регулирования чаще всего направлено на монопольные структуры и, по нашему мнению, в свои задачи должно включать:

- обеспечение баланса интересов потребителей (доступные цены) и включенных в сферу госрегулирования производителей (финансовые результаты, привлекательные для кредиторов и инвесторов);

- определение структуры тарифов на основе принципов справедливого и эффективного отнесения издержек на тарифы для различных типов потребителей;

	-стимулирование предприятий естественных монополий к сокращению издержек и из лишней занятости, повышению качества предоставляемых услуг, росту эффективности инвестиций и т.д.;

	-использование возможностей ценовых механизмов регулирования при проведении стабилизационной макроэкономической политики;

- преодоление региональной асимметрии экономического развития.

Административные барьеры на пути развития предпринимательства - это акты и действия органов власти различного уровня и конкретных их представителей, существенно затрудняющие создание и развитие предпринимательских структур. К ним относятся барьеры, связанные с лицензированием, сертификацией, регистрацией, разрешительной практикой, дублированием функций контролирующих органов, снижением «доступа к государственным и муниципальным помещениям и т. д.

Кроме законодательно установленных, существуют барьеры, которые создаются искусственно, вследствие дискреционного регулирования на уровне подзаконных актов министерств и ведомств, а также оппортунистического поведения отдельных чиновников. Так, для выхода хозяйствующего субъекта на рынок различными ведомствами завышаются требования, за нарушения которых устанавливаются штрафные санкции, часто направленные на содержание контролирующих органов. Даже общественные организации, в частности организации по защите прав потребителей, сегодня ставят вопрос о законодательном закреплении за ними являющихся прерогативой государства функций контроля и наказания.

Негативно сказываются на формировании конкурентной среды также особенности перехода от тотальной государственной собственности плановой экономики к многообразию форм частной собственности. В условиях совершенно конкурентного товарного рынка в качестве конкурентов выступают, с одной стороны, государственные и муниципальные, а с другой - частные предприятия. Но в переходной экономике государственные и муниципальные предприятия имеют существенные конкурентные преимущества в виде льгот по арендной плате, налогообложению, выделению земельных ресурсов, предоставлению заказов и т. п. и одновременно надежную защиту в лице своего учредителя от различного рода контролеров. В результате декларирование намерений региональных и муниципальных властей по поддержанию предпринимательства приходит в противоречие с их интересами как собственника (учредителя).

Серьезной проблемой является также коррупция в государственных и муниципальных органах власти, выступающая источником возникновения неравных условий хозяйствования, т. е. создания конкурентных преимуществ для одних субъектов хозяйствования и институциональных барьеров осуществления предпринимательской деятельности для других. Расширение коррупции обусловлено тем, что в отличие от романтических ожиданий формирования в России рыночной экономики американского или европейского типа в ней сложилась меркантилистическая экономика, характерная для латиноамериканских стран, главными чертами которой выступают высокая дифференциация населения по доходам и высокий уровень коррупции. Децильный коэффициент в России составляет около 14, в Европе - 6-8, а по уровню коррупции, оцениваемому индексом противодействия коррупции, Россия находится на 82-м месте после Эквадора и Боливии.

Кроме того, в настоящее время государственные и муниципальные служащие практически не имеют социальной защиты и в то же время реально могут оказывать существенное влияние на изменение финансовых потоков и выдавать разрешения на занятие теми или иными видами хозяйственной деятельности, что является объективной основой их рентоориентированного поведения и присвоения административной ренты.

Важным для решения проблемы снижения административных барьеров остается вопрос о составе и «сравнительной переговорной силе» сторон, заинтересованных в их снижении. Парадоксально, но борьбу с административными барьерами, создаваемыми государственными и муниципальными органами, в основном осуществляет то же государство в лице структур Министерства по антимонопольной политике. К сожалению, роль объединений предпринимателей в этом процессе еще невелика. Например, в г. Ростове только начинает формироваться объединение «Деловая Россия» под руководством известного ростовского предпринимателя В.В. Мельникова («Глория-джинс»).

Антимонопольное законодательство включает обязательные для исполнения органами власти нормы в сфере регулирования экономической деятельности. Статья 7 Федерального закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» содержит запрет на акты и действия, а статья 8 - на соглашения органов власти и управления всех уровней с хозяйствующими субъектами, которые имеют или могут иметь своим результатом ограничение конкуренции и (или) ущемление интересов хозяйствующих субъектов и граждан.	

За девять месяцев 2001 г. Территориальное управление (ТУ) МАП по ЮФО выявило более 120 фактов нарушения региональными органами власти антимонопольного законодательства. Наметившейся тенденций стало увеличение количества нарушений, допущенных территориальными органами федеральных органов власти. Например, в 2000 г. в Ростовской области антимонопольным управлением возбуждено 4 дела (20 % от общего количества дел по статьям 7 и 8, а в 2001 г. лишь за 9 месяцев - уже 12 дел (40 %) (рис 1).





Рис. 1. Динамика уровня административных барьеров, согласно статье 7 Федерального закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках».



Таким образом, основными мерами государственной политики в сфере поддержки малого и среднего предпринимательства должны стать:

- мониторинг и устранение несовершенства нормативно-правовой базы деятельности предпринимательства;

- разработка комплекса мер и нормативных документов, определяющих действия органов местного самоуправления по сокращению административных барьеров;

- поддержка существующих и создание новых специализированных объектов институциональной инфраструктуры поддержки предпринимательства;

- организация консультирования предпринимателей по вопросам бухучета, налогообложения, права, а также существующей институциональной инфраструктуре поддержки бизнеса;

- популяризация мер, проводимых органами власти по поддержке предпринимательства;

- активизация инициативы предпринимателей и неформальных предпринимательских объединений.

Эти меры объективно необходимы в связи с тем, что в настоящее время потенциал малого предпринимательства как в России в целом, так и в Южном федеральном округе в целом задействован слабо.

В Южном федеральном округе - около 70 тыс. реально работающих предприятий, на которых занято 676,3 тыс. человек. В то время как в среднем по России на 1000 жителей приходится 6 малых предприятий, в Южном округе - всего 3,8. Меньше в округе и численность занятых на них относительно экономики в целом - 8,2 % (по России -9,5 %). Весьма низкой остается доля средств малого и среднего предпринимательства в общем объеме инвестиций в основной капитал. На большинстве из них выпускается неконкурентоспособная продукция. Тем не менее малое предпринимательство стало одним из существенных источников налоговых поступлений, насыщения региональных и местных рынков товарами и услугами, особенно в агропромышленной, строительной, фармацевтической, торговой и других сферах.



1.2 Административные ограничения неформального характера



Вторым крупным блоком институциональных барьеров выступают неформальные институты, которые в основном представляют теневые экономические отношения. Неформальные институты также формируют ограничения в виде барьеров на товарных рынках. Как было показано в предыдущем разделе, их воздействие выражается, в первую очередь, в увеличении трансакционных издержек хозяйствующих субъектов. Традиционно к числу институциональных барьеров неформального характера относят коррупцию, «откат», «крышу» и др.

Мы практически каждый день сталкиваемся с теневой экономикой, причем не обязательно с наиболее явным ее проявлением - черным рынком, где прибыль извлекается из деятельности, нарушающей уголовное законодательство. Нелегальная торговля оружием, наркотиками и даже людьми в большинстве стран мира находится в «социальном подполье» и в повседневной жизни не видна. Гораздо чаще на поверхность всплывает так называемая серая экономика, т. е. вся хозяйственная деятельность, которая не попадает в статистическую отчетность (либо отражается в этой отчетности с искажениями) и не фиксируется в хозяйственных договорах. Частные уроки музыки, тенниса и иностранных языков, помощь с уборкой дома - все эти виды доходной деятельности являются составной частью серой экономики.

Масштабы теневой экономики огромны. Хотя ее точная оценка затруднена (ведь теневая экономика, собственно, и возникает из-за стремления избежать измерения), ряд экономистов использует некоторые косвенные методы, позволяющие дать ей относительную оценку.

Масштабы теневой экономики в России существенно дифференцируются по сферам и отраслям. Так, по оценкам Госкомстата, если в строительстве на теневой сектор приходится около 8 % деятельности, то в торговле этот показатель превышает 63 %. Около трети всей внешней торговли России осуществляется сегодня «челноками», перевозящими огромную массу товаров из соседних стран. Челночный бизнес получил статус официально признанной, легальной экономической субкультуры, сохранившей многие черты теневой экономической деятельности.

В значительной мере существование теневой экономики обусловлено высокими институциональными барьерами включения в легальную предпринимательскую деятельность, которые полностью отсекают «от участия в легальном бизнесе людей с невысокими доходами, но зато дают обширный простор для адресной раздачи привилегий («блата») и коррупции». Таким образом, основной причиной расширения теневой экономики следует считать высокие административные барьеры, в результате существования которых «процветание компании в меньшей мере зависит от того, насколько хорошо она работает, и в большей - от издержек, налагаемых на нее законом. Предприниматель, который лучше манипулирует этими издержками или связан с чиновниками, оказывается более успешным, чем тот, кто озабочен лишь производством».

Результатом действия высоких институциональных барьеров является экономическая ситуация, когда на нелегальную деятельность, напри мер, в Перу приходится 48 % экономически активного населения и 61 % рабочего времени, 38,9 % официального ВНП. В некоторых сферах экономики, в частности на транспорте, теневики стали основными производителями, поскольку нелегальный транспорт составляет 98 % транспортного парка столицы Перу.

Важной чертой теневой экономики в России является широкое распространение скрытой занятости. Более четверти трудоспособных россиян имеют официально не учтенную вторую работу, причем около половины из них заняты в посреднической деятельности, треть - в розничной торговле, а оставшиеся - в челночном бизнесе.

На мой взгляд, теневая занятость при определенных условиях также может служить институциональным барьером. Институт «отката» государственным чиновникам по своему механизму в большой степени отличается от прямой коррупции тем, что выбор чиновником конкретного подрядчика является конкурентным.

Институт «отката» существует и в коммерческих организациях. В силу того что в коммерческих структурах любые действия должностных лиц, направленные на ухудшение финансового положения предприятия, легче выявляемы и жестче контролируемы, чем в государственных, описанные выше схемы «отката» здесь не применимы. В результате этого в частном секторе институт «отката» существует лишь в условиях ограниченности или недоступности определенного вида ресурсов.

Например, широкое распространение этот институт получил в банковской сфере. В условиях трансформационного спада лишь некоторые предприятия имели высокие показатели «развития и были инвестиционно привлекательными. Поэтому доступа к банковским кредитам для текущего функционирования и перспективных инвестиций у большинства российских предприятий не было.

Наиболее распространенная форма «отката» - обналичивание. Для снижения налогового бремени предприятия вынуждены пользоваться наличными расчетами как единственным средством, позволяющим уйти от контроля. Но так как данный вид расчетов является рискованным и более затратным, то многие предприниматели стараются его избегать. В результате этого у предприятий, скрывающих свои доходы, появляется необходимость в так называемом «обналичивании средств».

Другим распространенным неформальным институциональным барьером служит институт «крыши». «Крыша» - это выплаты предпринимателями определенных сумм преступным группировкам за так называемую охрану. По сути, это плата за то, что бизнес предпринимателя не подвергнется различного рода негативным воздействиям. Бизнесмены, оплачивая «крышу», ограждают себя от возможных - грабежей, поджогов и других силовых воздействий со стороны криминальных структур. Существует также и угроза физической расправы с предпринимателями: 16 % генеральных директоров отметили, что их «очень беспокоит» перспектива стать жертвой расправы.

Преступные группировки, зарабатывая таким способом, конечно, ощущают определенную угрозу со стороны правоохранительных органов, но, даже будучи задержанными органами правопорядка, часто имеют возможность прибегнуть к помощи неформального института коррупции в органах власти и избежать наказания. В результате образуется замкнутый круг: институт «крыши» позволяет существовать институту коррупции, а последний, в свою очередь, создает условия для успешного функционирования преступных группировок. Предприниматели при таких правилах, хотя и опасаются криминалитета, но не доверяют государственным силовым структурам, тем самым обеспечивая процветание института «крыши».

Воздействие института «крыши» на экономическое состояние страны оценивается однозначно. Предприниматели, оплачивая «крышу», лишаются части своего дохода. Это, в свою очередь, тормозит развитие бизнеса, так как подобного рода издержки усиливают нехватку оборотных средств и ограниченность ресурсов, особенно для вновь создаваемых коммерческих структур.

Как видим, проанализированные неформальные институты тесно взаимосвязаны между собой так, что порой не существует четкой грани между ними. В совокупности данные институты образуют масштабную неформальную институциональную инфраструктуру с негативным воздействием на экономику России. Порождая друг друга, этот комплекс неформальных институтов образует «порочный круг», разрыв которого возможен на основе, с одной стороны, обеспечения эффективности функционирования формальных институтов государственного регулирования, а с другой - через постепенное расширение сфер дерегулирования экономики.

Использование метода сопряженных сопоставлений включает отбор показателей, характеризующих те или иные стороны экономической деятельности, построение блоков сопряженных показателей за несколько отчетных периодов, построение динамических рядов, выявление противоречий в ходе их анализа. Такого рода противоречия могут быть обнаружены в изменении следующих пар показателей: потребление электроэнергии на технологические нужды и выпуск продукции; объем прибыли и выпуск продукции; потребление сырья и выпуск продукции и многие другие.

При проверках Счетной палатой Российской Федерации было установлено, что квоты закупки на предстоящий год выделяются всем субъектам Российской Федерации, независимо от наличия их заявок. Министерство экономического развития и торговли и Министерство сельского хозяйства России не установили единые требования к представляемым заявкам.

Отсутствие экономически обоснованных расчетов при распределении квот приводило практически к ежеквартальным их корректировкам. В 1998 г. квоты корректировались трижды для 9 субъектов федерации, в 1999 г. - четырежды, причем для 47 субъектов федерации. В ноябре 1998 г. Министерство экономического развития и торговли России ужесточило требования к заявкам на выделение квот, предоставляемых федеральным органам исполнительной власти и органам исполнительно обеспечивает эффективного регулирования и контроля в сфере оборота алкогольной продукции, поскольку при выделении квот закупки этилового спирта на очередной год основным критерием является квота текущего года, а фактические объемы производства и предложения алкогольной продукции в субъектах федерации практически не учитываются.

При проверках Счетной палатой Российской Федерации было установлено, что квоты закупки на предстоящий год выделяются всем субъектам Российской Федерации, независимо от наличия их заявок. Министерство экономического развития и торговли и Министерство сельского хозяйства России не установили единые требования к представляемым заявкам. В результате одними субъектами федерации расчеты обоснования к заявке представляются с учетом предприятий и номенклатуры выпускаемой продукции, другими заявки представляются без каких-либо расчетов.

Необходимо отметить, что квота закупки спирта - единственный утверждаемый Правительством Российской Федерации показатель по производству алкогольной продукции - не используется при формировании прогнозов социально-экономического развития и составлении расчетов к проекту федерального бюджета.

Например, исходя из утвержденной квоты закупки спирта на 1999 г. квота закупки утверждена в размере 57,8 млн дал, рассчитанный исходя из нее объем производства водки составил 115-120 млн дал, а учтено в раолетах к бюджету 138,5 млн дал. На 2000 г. установлена квота закупки -64,3 млн дал, рассчитанный исходя из нее объем производства водки составил 130-135 млн дал, между тем учтено в бюджете 120 млн дал.

При корректировке квот также не учитываются объемные показатели производства водки, заложенные в бюджете. В 2000 г., несмотря на падение объемов производства водки, квота на закупку спирта увеличена на 2,6 %. Анализ использования выделенной квоты закупки показывает, что квота в период с 1997 по 1999 г. использовалась лишь на 45-55 %, т. е. квота закупки не отражает реальных потребностей в спирте предприятий - производителей алкогольной продукции.

Таким образом, сложившаяся практика формирования и использования квот ставит под сомнение необходимость самого квотирования закупки этилового спирта. Как правило, доходы от вымогательства не так высоки и заманчивы для государственных чиновников, чтобы ради них ставить под угрозу свою карьеру. На таком уровне криминальные группировки обходятся при необходимости взятками и не вовлекают чиновничий аппарат в свой «доходный бизнес».

Следует отметить, что получение криминальными структурами доходов от нелегального оборота алкогольной продукции невозможно без тесных связей с властными структурами. Размеры вознаграждения за участие в нелегальном обороте алкоголя оказываются важнейшим фактором коррумпированности чиновников.

В итоге, характеризуя основные условия и механизмы формирования институциональных ограничений неформального характера, нельзя не подчеркнуть, что переходная экономика характеризуется большим объемом теневого сектора, который является специфической реакцией хозяйствующих субъектов на провалы рыночных институтов и государственного регулирования экономики. Поэтому формирование конкурентной среды на российских рынках сопряжено с преодолением не только формальных, создаваемых государством административных барьеров, но также и неформальных барьеров теневой экономики.



1.3 Особенности административных барьеров при осуществлении закупок для государственных нужд



Рынки государственных и муниципальных закупок относятся к специфическим категориям рынков. Их основная особенность состоит в том, что в качестве покупателя на них выступает институционализированный государственный или муниципальный субъект, деятельность которого регламентируется, кроме общерыночных ограничений, еще и законодательными нормами, предписывающими основные процедуры и механизмы организации торгов. Большое значение, особенно в условиях переходной экономики, при осуществлении государственных закупок имеют также неформальные нормы и институты, которые можно отнести как к вполне легальным обычаям делового оборота, так и к институтам теневой экономики.

В рамках экономической теории проблема государственных закупок анализируется:

- в связи с эффективностью обменов, зависящей от степени конкурентности того или иного рынка, величины трансакционных издержек;	

- в связи с состоянием институциональной инфраструктуры на микро-, мезо- и макроуровнях;

- в связи с инструментами управления контрактными отношениями с целью предотвращения оппортунистического поведения поставщиков;

- в связи с коррупцией в органах, отвечающих за выполнение государственных и муниципальных закупок.

В условиях глобализации унификация механизмов распределения бюджетных средств через конкурсные торги за исполнение государственного заказа обеспечивает возможность реализации основного условия свободного рынка - добросовестной конкуренции. Конкуренция, в свою очередь, позволяет сделать объективный выбор для государственного или муниципального заказчика, что, кроме экономии бюджетных средств, способствует устранению коррупции. В силу этого важнейшим принципом проведения конкурсных торгов является открытость.

Экономическая природа институциональных барьеров обычно ассоциируется с деятельностью государства и, следовательно, с эффектом функционирования формальных институтов. Однако необходимо учитывать и влияние неформальных норм, правил и механизмов проведения торгов, которые ограничивают или затрудняют доступ «нежелательных» субъектов частного бизнеса на рынок государственных и муниципальных закупок.

Институциональная инфраструктура рынка госзакупок отсутствовала в плановой системе хозяйствования, поэтому формирование новых институциональных условий для эффективного функционирования такого рынка тесно связано с проблемой институциональных изменений. Как уже отмечалось, выделяются два типа институциональных изменений: эндогенные и экзогенные. Эндогенными, по нашему мнению, являются такие трансформации институциональной структуры экономики, которые осуществляются путем эволюционного изменения существующих правил и норм, составляющих основу институтов.

Функционирование институтов определяется родом их деятельности, культурными традициями и многими иными факторами, в числе которых эффективность оказывается далеко не определяющим параметром. Перемены чаще происходят с ними потому, что меняются те ценности, которые обусловливают их существование, или они сами становятся несовместимыми с другими ценностями и институтами, но никак не по соображениям эффективности. В связи с этим рациональным представляется создание моральных кодексов (свода писаных и неписаных правил) для участников конкурсных торгов. Причем эффективность таких моральных норм будет зависеть от внутригрупповой мотивации, которая обусловлена материальной выгодой от следования им.

Соглашения имеют более приближенный и персонифицированный характер, чем системные институты, поэтому они легче приспосабливаются к нестабильным экономическим условиям, а также видоизменяются за сравнительно небольшие промежутки времени. Тем самым субъекты рынка государственных закупок достигают лучших (с точки зрения трансакционных издержек) условий адаптации к несовершенным институциональным структурам или, точнее, институциональным провалам. Примером такого соглашения является объединение регионального заказа по важнейшим позициям закупок. Оно представляет собой противоположность тенденции раздробления государственных заказов для вывода их из зоны открытых конкурсов в зону котировок. Поэтому соглашение об объединенном региональном заказе может быть выгодно не только заказчикам, но и поставщикам.

Положительным эффектом объединенного регионального заказа для государственных заказчиков выступают:

- экономия бюджетных средств за счет увеличения объемов закупаемой продукции, а следовательно, оптовых скидок: например, при завершении строительства Музыкального театра в г. Ростове-на-Дону проведенный конкурс на одежду сцены позволил сэкономить 30 % отведенных на эти цели средств за счет привлечения московских и санкт-петербургских фирм;

- экономия средств за счет специализации закупочных операций: в 2002 г. в Ростовской области было закуплено 120 тыс. т угля для бюджетных учреждений по более низкой цене, чем у производителей (Ростовуголь, Гуковуголь) в связи с приобретением посреднической фирмой угля по бартеру;

- упрощение процедуры контроля за выполнением требований законодательства к проведению открытых конкурсных торгов. К числу выгод поставщиков, выполняющих объединенный региональный заказ, следует отнести:

- повышение информационной прозрачности рынка госзакупок;

- стабильность сбыта значительных объемов продукции.

Значительно снижает эффективность проведения конкурсных торгов по размещению заказов для государственных и муниципальных нужд отсутствие или несистематичность контроля за проведением конкурсов, пристрастность контролирующих структур к проверяемым организациям, а также отсутствие необходимых знаний у работников контролирующих служб (рис. 2.).





Рис. 2. Препятствия внедрению конкурсной системы



Выявленные недостатки сложившегося механизма госзакупок есть результат следующих причин:

- нежелание использовать инструменты конкурсного размещения заказов и формальный подход (прежде всего, со стороны руководителей заказчиков) к конкурсному размещению . заказов;

- недостаточное количество подготовленных специалистов, хотя Постановлением Правительства РФ предписано формировать конкурсные комиссии только из числа подготовленных специалистов;

- отсутствие у большинства заказчиков плановой и системной организации работы, начиная с формирования бюджета будущего года;

- отсутствие системы информационного обеспечения конкурсного процесса (регионального издания, действующей базы данных поставщиков и заказчиков, региональных цен);

- недостаточно эффективная работа по координации действий заказчиков со стороны Министерства экономики и внешнеэкономических связей;

- отсутствие действенной системы контроля процессов расходования бюджетных средств на конкурсной основе, включая анализ результатов торгов.

Исследование институциональной структуры рынка госзакупок не только предполагает статический анализ сложившихся институциональных структур и соглашений, но также предусматривает включение динамического аспекта проблемы, т. е. выявление факторов, обусловливающих институциональные изменения. Согласно теории Г. Лайбкепа, отношение отдельных экономических агентов к предполагаемой институциональной инновации определяется чистыми выгодами, достающимися им от ее осуществления.

Формирование новых институтов и механизмов осуществления повторяющихся взаимодействий в выбранной для исследования сфере во многом зависит от того, какое отношение они генерируют у заинтересованных групп.

Основным при анализе институциональных изменений является понимание природы институциональных инноваций, мотивов групп институциональных инноваторов, механизмов претворения в жизнь новых правил и достижение соглашений между заинтересованными субъектами рынка государственных и муниципальных закупок в регионе. Соглашения призваны гармонизировать интересы участников торгов, отражающие их мотивы.

К числу наиболее очевидных мотивов, которыми руководствуются поставщики, относятся: достижение победы в конкурсе любыми способами, не исключая связанных с оппортунистическим по сий; обеспечение независимого контроля за соблюдением процедур госзакупок (этот мотив присутствует у групп поставщиков, честно конкурирующих при процедуре закупок); формирование и сохранение долгосрочных связей с заказчиками; преодоление коррупции.

Необходимо отметить, что поставщики критически оценивают сложившуюся систему госзакупок и считают, что она незначительно снижает уровень коррупции (рис. 3).





Рис. 3. Оценка респондентами влияния конкурсной системы торгов на снижение коррупции в органах власти



Государственные заказчики заинтересованы: в соблюдении формальных норм по проведению процедур государственных и муниципальных закупок, а также установленных требований отчетности; в выполнении директив вышестоящего руководства; в сохранении сложившихся долгосрочных связей с поставщиками, что обусловлено наличием неформальных экономических отношений между субъектами государственных и муниципальных закупок.

Теневые механизмы торгов за несколько лет введения конкурсной системы расходования бюджетных средств сформировались как альтернатива легальным институтам и соглашениям, тем самым заложив основу неформальной институционализации в сфере государственных закупок.

Также существуют теневые механизмы и вне открытых конкурсов. Примером являются закупки методом котировок, которые предусматриваются Указом Президента РФ № 305 при закупке продукции на сумму, не превышающую 2500 минимальных размеров оплаты труда, а также при закупке на сложившемся рынке с устойчивыми нерегулируемыми ценами.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что институциональные барьеры в области закупок для государственных нужд представляют собой серьезное препятствие на пути развития эффективных механизмов расходования бюджетных средств. Устойчивость институциональных барьеров в области закупок для государственных и муниципальных нужд обусловливается недостатком институционального регулирования этой сферы деятельности, причем ввиду низких окладов чиновников неформальные институты здесь приобретают особую роль.




2. МЕХАНИЗМЫ СНИЖЕНИЯ АДМИНИСТРАТИВНЫХ БАРЬЕРОВ В ПОСТКРИЗИСНОЙ ЭКОНОМИКЕ



2.1 Институционально-правовые методы снижения административных барьеров



Значительные потери общества от расширения институциональных ограничений на рынках, как явные в виде неполученных налогов, так и неявные в форме снижения объемов производства и благосостояния населения, страдающего от административных барьеров, требуют разработки мер по дерегулированию российской экономики. В первую очередь это выражается в институциональной инженерии формальных, правовых норм, направленных на деблокирование бизнеса.

Наиболее серьезной положительной тенденцией в преодолении барьерного характера экономики можно считать законодательные инициативы Правительства РФ, выработанные по результатам переговоров с бизнесом в федеральных округах и учитывающие пожелания действующих хозяйствующих субъектов.

Необходимость снижения административного регулирования хозяйственной деятельности заложена в проекте «Основных направлений социально-экономической политики Правительства Российской Федерации на долгосрочную перспективу 2002-2010 гг.». Основной задачей дерегулирования экономики признается «ослабление бюрократического давления на бизнес, повышение уровня экономической свободы для всех участников хозяйственной деятельности.

Решение этой задачи предполагает принятие следующих ключевых мер:

- снижение барьеров входа на рынок;

- устранение излишнего и неэффективного административного регулирования предпринимательской деятельности;

- обеспечение согласованности действий федеральных и региональных органов власти.

Проблема снижения административных барьеров является также предметом рассмотрения региональных и местных властей. В ряде регионов в этих целях созданы межведомственные комиссии по устранению административных барьеров. Правовой основой для создания таких комиссий послужил Указ Президента Российской Федерации от 29 июня 1998 г. № 730 «О мерах по устранению административных барьеров при развитии предпринимательства». Нормативно-правовыми актами субъектов федерации определяются цели, задачи, функции, основные права, процедура деятельности межведомственных комиссий. Сравнительный анализ региональных положений о деятельности межведомственных комиссий по устранению административных барьеров показывает, что цели деятельности этих комиссий определяются субъектами федерации неоднозначно. К примеру, Нижегородская, Саратовская и Ярославская области в качестве цели определили «формирование благоприятных условий для развития предпринимательства». В Республике Коми целью комиссии является реализация «государственной политики в области развития и поддержки малого предпринимательства, устранения административных барьеров на пути его развития и ускорения рыночных преобразований». В городах Москве и Новосибирске цель комиссии определяется как содействие «преодолению неблагоприятных тенденций при развитии предпринимательства».

Другие субъекты Российской Федерации детализировали цель деятельности комиссии, определив ее следующим образом:

- оказание «содействия развитию и поддержке предпринимательства и координации деятельности органов исполнительной власти, осуществляющих функции по лицензированию, контролю и государственному регулированию предпринимательской деятельности» - Кемеровская область; Ф выявление и разработка «предложений по устранению административных барьеров, возникающих перед хозяйствующими субъектами, связанных с деятельностью органов контроля и надзора, лицензирования, сертификации, регистрации и иных органов государственного регулирования и координации деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления» - Костромская область;

- осуществление «координации и обеспечения четкого взаимодействия лицензирующих, налоговых, контрольных, надзорных органов, а также структурных подразделений органов государственной власти и органов местного самоуправления, правоохранительных органов, выполняющих контролирующие функции на территории области по отношению к хозяйствующим субъектам» -Ростовская область;

- устранение «административных барьеров, возникающих перед хозяйствующими субъектами, связанных с деятельностью органов надзора и контроля, лицензирования, сертификации, регистрации и иных органов государственного регулирования и координации деятельности органов государственной власти области и органов местного самоуправления» - Томская область;

- устранение «административных барьеров, возникающих как во взаимоотношениях различных подразделений администрации города между собой, так и во взаимоотношениях различных подразделений администрации города с гражданами, организациями, предприятиями и учреждениями, а также координация деятельности различных подразделений администрации города» - г. Томск;

- организация и совершенствование «системы контроля за деятельностью субъектов малого предпринимательства (СМП) на территории г. Казани, а также координация деятельности контролирующих органов по вопросам проведения проверок СМП» -г. Казань.

Специализированные межведомственные комиссии в период с 1997 по 2000 г. создавались при органах исполнительной власти субъектов Российской Федерации, как правило, со статусом координационного или совещательного органа (табл. 3.). В Ростовской области в соответствии, с Постановлением главы администрации области № 349 от 24.09.99 г. в целях координации деятельности и взаимодействия контрольных органов, упорядочения проведения проверок хозяйствующих субъектов на территории области, обеспечения благоприятного предпринимательского климата и устранения различных административных барьеров, препятствующих эффективному развитию и функционированию предпринимательства, была создана Межведомственная комиссия при Правительстве Ростовской области по устранению нормативно-правовых, административных и организационных барьеров на пути развития предпринимательства.

Одним из результатов деятельности комиссии, направленной на устранение необоснованных административных препятствий, координацию вопросов исследования проблем субъектов малого предпринимательства, сокращение количества проверок, стало принятие закона Ростовской области «О проверках хозяйствующих субъектов на территории Ростовской области» № 73-ЗС от 10.05.2000 г.



Таблица 1

Статус межведомственных комиссий по преодолению административных барьеров

Субъект федерации

Орган, при котором учреждена комиссия

Статус

Вологодская область

При администрации области

—

Кемеровская область

При губернаторе области

Совещательный орган

Костромская область

При главе администрации области

Координационный и совещательный орган

Томская область

При главе администрации (губернаторе) области

Координационный и совещательный орган

Москва 

При Правительстве Москвы

—

Новосибирск

При мэрии Новосибирска

—

Томск

При мэре

Координационный и совещательный орган



В рамках реализации «Муниципальной комплексной целевой программы развития и поддержки малого предпринимательства в г. Ростове-на-Дону на 2000-2002 годы», утвержденной Решением Ростовской городской Думы от 20.04.2000 г. № 265, одной из мер по поддержке предпринимательства была законодательно закреплена реализация «Программы по ликвидации административных барьеров», включающей:

- устранение излишних административных барьеров, определение единых критериев предоставления поддержки малому предпринимательству на территории города, что улучшит климат доверия между представителями малого бизнеса и поддерживающими структурами, привлечет к активной работе с предпринимателями крупные предприятия и финансовые организации;

- исключение дублирования функций, обеспечение взаимодействия на горизонтальном уровне элементов инфраструктуры.

На заседании городской комиссии утвержден проект «Разработка механизма сокращения административных барьеров при развитии малого предпринимательства», который включает в себя следующие направления:

- исследование, обобщение и анализ проблем предпринимателей, связанных с разрешительной практикой, лицензированием, сертификацией, регистрацией, трудностями в сфере аренды помещений и землеотвода для предпринимательской деятельности, дублированием функций контролирующих органов;

- изучение опыта других городов и регионов в вопросах преодоления административных барьеров при развитии предпринимательства;

- разработка комплекса мер и нормативных документов, определяющих действия органов местного самоуправления в целях сокращения административных барьеров. Информация о вышеназванных документах, а также о нормативных актах администрации Ростовской области регулярно передается в пресс-службу администрации г. Ростова-на-Дону, представляется в Интернете на сайте администрации и публикуется в СМИ города. С указанными документами были ознакомлены главы районов г. Ростова-на-Дону, которые, в свою очередь, представили свои замечания, предложения и дополнения по механизму работы комиссии.

Как уже отмечалось, существуют разнообразные формы барьеров: непредусмотренные действующим законодательством запреты на создание новых предприятий, на осуществление отдельных видов деятельности; введение дополнительного сертифицирования (обязательного или добровольного), проведение всевозможных согласований и экспертиз, не предусмотренных действующим законодательством; введение в практику непредусмотренной отчетности; создание неравных условий деятельности конкурирующих хозяйствующих субъектов; отказ в выделении материальных и иных ресурсов при их наличии; недопущение к пользованию бюджетными средствами при существовании такой возможности.

Для развития предпринимательства в г. Ростове-на-Дону необходима реструктуризация системы аренды муниципальных помещений, которая может стать реальным методом поддержки и развития малого предпринимательства. Из 9 тыс. действующих малых предприятий города (при 25,3 тыс. зарегистрированных в Ростовской области) только 35 % имеют собственные площади, остальные вынуждены арендовать их у различных организаций, часто по договорам о совместной деятельности. В результате арендная плата и соответствующие налоги выпадают из доходов бюджета города.

Одним из вариантов решения данной проблемы является создание деловых центров, в которых малые предприятия получат более комфортные условия, чем при аренде площадей у крупных фирм, не приспособленных для размещения малого бизнеса. Второй возможный вариант решения проблемы обеспечения помещениями малых предприятий по доступным ценам определен Постановлением мэра г. Ростова-на-Дону от 16.01.2001 г. № 70, в соответствии с которым для субъектов малого предпринимательства, производство собственной продукции которых составляет не менее 75 % общего объема реализуемых ими товаров и услуг, применяются льготные ставки при расчете арендной платы за использование нежилого фонда муниципальной собственности г. Ростова-на-Дону.

Серьезным институциональным барьером является несовершенство налоговой системы, проявляющееся в том, что переход к новым, казалось бы, более эффективным формам налогообложения малого предпринимательства порождает новые ограничения. Например, при переходе к платежам налога на вмененный доход вновь возрождаются авансовые платежи, которые отменены даже для крупного бизнеса (авансовые платежи налога на прибыль) как антирыночные инструменты налогообложения. Взимание этого налога в начале квартала снижает оборотные средства малых предприятий и увеличивает вероятность банкротства.

Следующим институциональным барьером является дублирование контрольно-ревизионных функций, выполняемых десятками контролирующих органов. Проведенный анализ их деятельности позволяет сделать вывод о том, что в число организаций, допущенных к осуществлению контрольных функций, плановых и других видов проверок деятельности субъектов малого предпринимательства, как правило, входят те, в ведении которых находятся вопросы:

- лицензирования;

- регистрации;

- землепользования;

- стандартизации, метрологии и сертификации;

- санитарно-эпидемиологического надзора;

- охраны природы;

- налогообложения;

- охраны правопорядка;

- противопожарной безопасности;

- жилищно-коммунального хозяйства;

- градостроительства и архитектуры;

- безопасности дорожного движения;

- торговой деятельности и т.д.

Как видно ил этого далеко не полного перечня, одно среднестатистическое предприятие может проверяться различными контролирующими органами в течение года чаще, чем раз в месяц.

Все вышеперечисленные проблемы подлежат анализу созданной в соответствии с Постановлением мэра г. Ростова-на-Дону от 24.10.2000 г. № 2955. Межведомственной комиссией при администрации г. Ростова-на-Дону по устранению и ликвидации административных, нормативно-правовых и организационных барьеров на пути развития предпринимательства.

Основными задачами организованной Комиссии являются:

1. Сбор и анализ информации об административных барьерах и разработка предложений для их устранения:

- анализ нормативно-правовой базы, регламентирующей деятельность контролирующих органов, действующих на территории города, выработка предложений по оптимизации их деятельности;

- информационно-аналитическое обеспечение деятельности администрации города по вопросам, затрагивающим сферу взаимоотношений с контролирующими органами, независимо от их правового статуса и отраслевой принадлежности;

- разработка предложений о разграничении функций по лицензированию, контролю и государственному регулированию между различными органами исполнительной власти.

	2.	Сокращение административных барьеров при осуществлении предпринимательской деятельности:

- устранение дублирования контрольных функций различных органов исполнительной власти в отношении субъектов предпринимательской деятельности;

- обеспечение и защита прав граждан в сфере предпринимательства, предоставленных нормативными и законодательными актами РФ.

	Координация и обеспечение взаимодействия контролирующих организаций для проведения совместных плановых проверок хозяйствующих субъектов на территории города.

	Подготовка предложений по развитию приоритетных направлений и форм поддержки малого предпринимательства в рамках реализации региональных и муниципальных программ поддержки малого предпринимательства.

В рамках работы данной Комиссии в 2001 г. разработаны и утверждены мэром г. Ростова-на-Дону «Мероприятия по упрощению и ликвидации административных и организационных барьеров на пути развития предпринимательства города». В настоящее время ведется активная работа по реализации указанных мероприятий, в которых нашли свое отражение многие из представленных в данном исследовании проблем.

В силу этого до принятия мер на федеральном уровне необходимо на местном уровне осуществлять конкретные действия по упорядочению проверок, устранению административных барьеров для развития и поддержки предпринимательства с соблюдением прав и интересов как предпринимателей и потребителей, с одной стороны, так и государства в целом - с другой.

Таким образом, необходимо подчеркнуть, что на современном этапе развития экономической системы России преодоление административных барьеров не является четко выделенной задачей какого-либо органа федеральной исполнительной власти. Указанная задача была «утеряна» в связи с прекращением деятельности Государственного комитета РФ по поддержке и развитию малого предпринимательства.



2.2 Дерегулирование как квазиконкурсный процесс: роль групп специальных интересов



Конечной целью государственного регулирования экономики выступает достижение компромисса между эффективностью и социальной справедливостью. В случае регулирования количества и степени административных барьеров наивысшая эффективность экономики будет достигнута при нулевом уровне подобных барьеров. Но в условиях современного рыночного порядка такая ситуация недостижима.

Проблема снижения административных (формальных) институциональных барьеров не может быть решена без всестороннего исследования мотивации заинтересованных групп. Наличие административных барьеров, в первую очередь, выгодно тем чиновникам, которые осуществляют функции лицензирования, квотирования и контроля за регулируемыми рынками. В сложившихся экономических условиях они в подавляющем числе случаев являются рентополучателями.

Рассмотрим ситуацию, когда в обществе начинает проводиться кампания по снижению административных барьеров, как в настоящее время в России. Пусть ее инициатором выступает правящая политическая элита или иная всеохватывающая организация (по терминологии М. Олсона). Реализация данной кампании в России проводится несколькими этапами. Во-первых, путем инициации изменения формальных институционально-правовых ограничений хозяйственной деятельности на федеральном уровне. Во-вторых, осуществляется, как показано в предыдущем разделе, изменение нормативно-правовой базы в регионах, а также в муниципальных образованиях. В-третьих, проводятся мероприятия по дерегулированию и поддержке малого бизнеса через территориальные управления Министерства по антимонопольной политике.

Успех такой кампании зависит от того, насколько будут совпадать интересы всеохватывающих организаций и групп специальных интересов, а также от их сравнительной переговорной силы. Иными словами, необходимо выявить, кому выгодно создание коллективного блага - «дерегулирования» или «снижения административных барьеров», с какими затратами это сопряжено, какие ресурсы имеются и, наконец, сколько можно произвести подобных благ при оптимальном соотношении издержек и выгод.

Более того, как доказано М. Макгиром и М. Олсоном, если группа имеет достаточно общий (суперохватывающий) интерес, то его удовлетворение наилучшим образом осуществляется в том случае, когда меньшинство или другие группы, которые ею контролируются, обеспечиваются так же хорошо, как и они сами.

Проанализируем, в противоположность этому, узкие интересы группы или индивида, обладающих политической или принудительной властью в обществе. Например, фирмы или работники имеют также относительно узкие (специальные) интересы, поскольку прибыль и заработная плата, зарабатываемые ими на типичных рынках, обычно составляют небольшой процент национального дохода. В то же время картели или лоббирующие организации лучше служат своим членам посредством перераспределения в их пользу доходов через лоббирование и картелирование. Когда число участников группы велико, вводится система специальных индивидуальных поощрений и наказаний («избирательных стимулов»), но их разработка требует значительного времени. Следовательно, только общества, длительное время находящиеся в стабильном состоянии, имеют плотную сеть узких лоббирующих и картелизированных организаций (примером может служить «нефтяное» лобби в России).

Медленное формирование и наличие антисоциальных стимулов у небольших организаций (малых групп) для коллективного действия предполагает, что общества, стабильные в длительном периоде, должны иметь худшие экономические результаты, чем те, которые можно было ожидать при ином раскладе. Таким образом экономическая теория объясняет «британскую болезнь», проявляющуюся в низком экономическом росте в Соединенном Королевстве и в других длительно стабильных странах. Этим обусловлено замедление послевоенного роста старых восточных и регионов среднего запада Соединенных Штатов по сравнению с новыми Западом и Югом, а также «экономическое чудо» в Германии, Японии и Италии после того, как тоталитаризм и оккупация разрушили организации специальных интересов в этих странах.

Та же самая логика, которая управляет образованием (и «накоплением») узких групп специальных интересов в обществах, начинающих свое развитие без них, объективно обусловливает вывод о том, что организации широких интересов будут фактически вытеснены группами узких специальных интересов (например, вместо представляющих широкие группы населения партий образуются марионеточные образования, проводящие в жизнь решения олигархов).

Таким образом, логика анализируемой модели предполагает, что через создание новых организаций и фракционность организаций с общими интересами общество, начинающее свое развитие со всеохватывающих организаций, в конечном итоге приходит к почти такой же организационной структуре, как другие, длительно стабильные общества. Деволюция организаций со всеохватывающими интересами генерирует множество таких же моделей, как и накопление организаций со специальными интересами в обществах, которые начали свое развитие без них. Всеохватывающие политические партии остаются всеохватывающими в странах, где образуется двухпартийная избирательная система, но широкие группы интересов не остаются бесконечно всеохватывающими.

Действия групп специальных интересов могут приводить к деволюции групп, отражающих всеохватывающие интересы (органы представительной власти, правительство), что, в свою очередь, ведет к деволюции институтов.

Институциональные барьеры, создаваемые государством в преимущественно рыночном или смешанном экономическом порядке, что соответствует переходной экономике, могут быть описаны именно такой схемой деволюции институтов и механизмов государственного регулирования, всего государственного аппарата как организации, проводя, щей интересы общества. Следовательно, извлечение административной ренты группами чиновников, например организующих закупки для государственных нужд, приводит к деволюции институтов госзакупок в стране в целом.

Институциональные барьеры, как форма деволюции институтов государственного регулирования экономики, могут носить характер как устойчивых мультигенераций, так и сравнительно «мягких» институциональных соглашений, легко подверженных изменениям. Устойчивое состояние и снижение институциональных ограничений на товарных рынках зависят от нескольких факторов: сложившихся институтов государственного регулирования, которые определяют уровень трансакционных издержек, а также издержек уклонения от выполнения норм закона и чиновников, и предпринимателей; действий групп специальных интересов на квазирынке административных привилегий и ограничений; стратегического взаимодействия между конкурирующими предпринимателями и обладателями административного ресурса по контролю над тем или иным товарным рынком; действий политических всеохватывающих организаций через механизмы представительной демократии.

Примером выбора стратегии группой специальных интересов является взаимодействие на квазирынке взяток и административных запретов и преференций двух групп - предпринимателей и чиновников.

Для анализа стратегического поведения, с одной стороны, чиновников, наделенных правом принимать решения по поводу снижения или, наоборот, повышения административных барьеров, а с другой - предпринимателей, чьи предприятия функционируют на рынках с высокими административными барьерами, эффективно использование теории игр. Теория игр представляет собой науку, исследующую математическими методами поведение участников в вероятностных ситуациях, связанных с принятием решений.

Игры могут быть классифицированы по свойствам платежных функций. Играми с нулевой суммой (антагонистическими) называется ситуация, когда выигрыш одного из игроков равен проигрышу другого. Противоположностью играм с нулевой суммой являются игры с постоянной разностью, в которых игроки выигрывают и проигрывают одновременно, так что им выгодно действовать сообща. Игры с ненулевой суммой представляют собой промежуточный случай, где имеются конфликты и согласованные действия игроков.

По характеру предварительной договоренности Дж. Нэш разделил игры на кооперативные и некооперативные (бескоалиционные). Он определил кооперативные игры как допускающие свободный обмен информацией и принудительные соглашения между игроками в отличие от бескоалиционных игр, не допускающих ни свободного обмена информацией, ни принудительных соглашений.

Как следует из рассмотренной модели, ситуация создания административных барьеров и получения ренты от их существования чиновниками за счет взяток (в самом простом случае) показывает свою устойчивость при соблюдении определенных правил игры, что в экономике соответствует институциональной структуре того или иного рынка или отрасли хозяйствования.

Сложность решения задачи по устранению институциональной структуры, генерирующей формальные и неформальные институциональные барьеры, усиливается наследием плановой экономики. Такое наследие заключается в большей части в сохраненной институциональной структуре, сформированной взаимодействиями на административных рынках, а также практикой поведения групп специальных интересов, действующих внутри административного аппарата всех уровней власти. Все это приводит к «социальному склерозу», который затрудняет развитие общества, усиливает тенденции к перераспределению ресурсов в пользу узких групп специальных интересов. Такая ситуация в тоталитарных обществах советского типа справедливо была охарактеризована М. Олсоном как «красный социальный склероз».

В российской действительности целесообразно, на мой взгляд, наряду с существующими региональными межведомственными комиссиями по устранению административных барьеров, создавать отраслевые согласительные комиссии, состоящие из представителей администраций всех уровней, с одной стороны, и организаций, представляющих бизнес, - с другой, что позволит усилить мотивационные механизмы по снижению институциональных барьеров.

Таким образом, проблема снижения институциональных барьеров в переходной экономике может быть успешно решена с учетом траектории предыдущего развития институциональной структуры экономики, существующих мультигенераций, а также реализации интересов заинтересованных групп и индивидов, участвующих в хозяйственных процессах. Снижение институциональных барьеров приведет к минимизации трансакционных издержек на тех или иных национальных рынках, способствуя повышению их эффективности, что открывает благоприятные перспективы для роста благосостояния населения.


3. АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ И ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ МАЛОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ



В Ростовской области малое предпринимательство развивается с положительной динамикой, что позволяет нашему региону стабильно входить в десятку лучших по количеству малых предприятий и числу занятых на них.

Однако для области характерны те же проблемы, что и для России в целом. Это:

- несовершенство законодательства в части несоответствия действующих нормативно-правовых актов вновь принимаемым;

- нестабильная налоговая политика,

	- административные барьеры при регистрации и ведении предпринимательской деятельности,

- недостаточная заинтересованность органов власти в решении проблем малого предпринимательства, незначительные объемы бюджетного финансирования малого бизнеса,

- ограниченный спектр финансовой поддержки предпринимателей (т.к. не разработан механизм предоставления льгот банкам, лизинговым и страховым компаниям, обеспечивающим кредитно-инвестиционное обслуживание субъектов малого предпринимательства, не развита система гарантирования и страхования кредитов);

- дефицит консультационной и маркетинговой поддержки бизнеса (действующая сеть инфраструктуры поддержки не охватывает все территории области, что негативно сказывается на развитии предпринимательства, особенно в сельских районах);

- ограниченное бюджетное финансирование, отсутствие разработанных и законодательно утвержденных нормативов отчисления бюджетных средств на поддержку и развитие малого бизнеса;

- отсутствие достаточного информационного обеспечения.

Всё это ведёт к сокращению числа малых предприятий и количества занятых на них, уходу в тень малых предприятий и индивидуальных предпринимателей, нарушению положений Трудового Кодекса РФ по отношению к наемным работникам, занижению уровня официальной заработной платы.

Отсутствие должной инвестиционной поддержки (особенно в части долгосрочных инвестиций) сказывается на распределении малых предприятий по отраслям экономики: основная их часть (более 50%) традиционно относится к торговле и общепиту, значительная часть - к промышленности (более 16%) и строительству (более 14%). А такие отрасли, как наука и научное обслуживание, образование, здравоохранение, и другие из непроизводственной сферы остаются практически неохваченными.

Индивидуальные предприниматели в основном занимаются торговлей и бытовым обслуживанием населения (более 80%), остальные (менее 20%) - производством промышленной продукции, перевозкой грузов и пассажиров, оказанием медицинских, ветеринарных, юридических, образовательных услуг.

Крестьянские (фермерские) хозяйства (КФХ) специализируются на выращивании сельхозпродукции.

На момент разработки новой программы развития малого предпринимательства в малом бизнесе Ростовской области сложилась следующая ситуация. Впервые за последние четыре года после экономического кризиса увеличилось число малых предприятий и достигло 25219 единиц. На малых предприятиях занято более 180 тыс.человек, из которых 17 тыс.человек привлекаются на условиях вторичной занятости.

Доля малых предприятий в выпуске товаров и рыночных услуг по всем предприятиям области составляет: в торговле и общественном питании 68,6%, в промышленности 8%, в строительстве 42,3%.

По последним отчетным данным малые предприятия области обеспечивают 17% выпуска продукции, работ и услуг, что составляет 12,3 млрд.руб., 30% объемов грузовых и пассажирских перевозок, около 40% объема подрядных работ, более 70% оборота оптовой торговли и 37% оборота розничной торговли. Но самое главное - рост производства на малых предприятиях практически во всех отраслях экономики выше, чем на крупных и средних предприятиях области.

Продолжает расти инвестиционная активность малых предприятий: в 2001 году объем инвестиций в основной капитал составил в целом по малым предприятиям 1780,6 млн.руб., что в фактических ценах выше уровня соответствующего периода 2000 года на 38,9%.







По оценке наибольший объем инвестиций освоен малыми предприятиями промышленности и малыми предприятиями оптовой, розничной торговли и общественного питания. Их доля в основной капитал по малым предприятиям составила соответственно 34,5% и 35,9%. Следует отметить, что малые предприятия направляют около 60 процентов капитальных вложений на обновление машин и оборудования и около 25 процентов вкладывают в здания и сооружения, в то время как крупные предприятия направляют на эти цели 36% и 44% соответственно.

Помимо отечественных инвестиций в 2001 году на малые предприятия области поступали долларовые и рублевые инвестиции из-за рубежа. Так, на 23 малых предприятиях поступление иностранных инвестиций составило 35,7 млн.долларов, что в 1,8 раза больше уровня 2000 года. Из них 89% приходится на кредиты и 11% - прямые инвестиции в форме кредитов, полученных предприятиями от зарубежных совладельцев. Кроме долларовых инвестиций, на 15 малых предприятий поступило иностранных инвестиций на 419,8 млн.рублей (на половину меньше, чем в 2000 году). Это прямые инвестиции в качестве взносов в уставный капитал. Наибольший объем долларовых инвестиций поступил на предприятия оптовой торговли (43,7%), а рублевых - на промышленные предприятия (почти 100%).

В Ростовской области в 2001 году действовало 177 малых предприятий с участием иностранного капитала, что составило 88% от общего количества предприятий такого типа. Основные инвесторы - учредители из Германии, Кипра, США, Британии, Турции.

Зарубежными инвесторами активно поддерживается развитие предприятий малого бизнеса. Основной объем иностранной валюты поступил на текущие валютные счета малых предприятий торговли - 69,5%, промышленности - 11%, транспорта - 6%, заготовительных организаций - 7,8%.

В то же время инвестиционный потенциал малых предприятий Ростовской области используется не в полной мере.

В 2001 году несколько улучшились финансовые результаты деятельности малых предприятий. Большинство из них - 71,3 процента от общего количества малых предприятий получили прибыль в размере 5,4 млрд.руб., а 28,7 процента предприятий сработали с убытком, сумма которого составила 0,9 млрд.руб.

Анализируя развитие малого предпринимательства в области следует отметить, что увеличение количества малых предприятий не повлияло на изменение их распределения по территориям области. Наиболее активно малые предприятия создаются в городах (84,6%), в сельских районах их расположено только 15,4%. Более половины малых предприятий (51,9%) сосредоточено в областном центре - г.Ростове-на-Дону, 8% - в г.Таганроге, по 5% - в гг.Волгодонске и Новочеркасске. Среди сельских районов наибольшее количество зарегистрировано в Аксайском районе (9,5%), Азовском (6,0%), Мясниковсом и Зерноградском (по 5,5%), Неклиновском (4,9%), Октябрьском (4,7%), Орловском (4,4%), Волгодонском.

Этот факт говорит о том, что в данных территориях имеются наиболее благоприятные географические и экономические условия для ведения бизнеса, в остальных городах и районах области такие условия необходимо создавать.

Наряду с малыми предприятиями осуществляют свою деятельность предприниматели без образования юридического лица и крестьянские (фермерские) хозяйства. В Ростовской области предпринимателей - более 180 тыс. чел. и КФХ - 17 тыс. единиц.

Необходимо отметить, что индивидуальными предпринимателями выполняется более 30% оборота розничной торговли по области и более 80% бытовых услуг населению. Более трети бытовых услуг населению составляют услуги по ремонту и строительству жилья и других построек, 18% приходится на услуги по ремонту и индивидуальному пошиву одежды, 12% - на услуги по ремонту и техобслуживанию автотранспортных средств.

Доля индивидуальных предпринимателей в выпуске продукции, товаров и услуг составляет около 4%, в строительстве – около 7%, на транспорте – более 4%.

Номенклатура промышленной продукции, производимой индивидуальными предпринимателями, включает около 80 наименований. В основном это потребительские товары, мебель, одежда, головные уборы, обувь, постельное белье, мука, хлеб и хлебобулочные изделия, масло растительное, колбасные, макаронные, кондитерские изделия и др.

Кроме того, индивидуальные предприниматели также участвуют в решении проблем занятости населения. По последним данным индивидуальным трудом и по найму у частных предпринимателей было занято около 350 тыс.человек, что составляет примерно19% занятых во всех секторах экономики.

Возрастает значимость крестьянских (фермерских) и личных подсобных хозяйств в общем выпуске сельхозпродукции. Так, в животноводстве эти категории хозяйств занимают лидирующие позиции - в настоящее время в них содержится примерно 55% всего скота в условном исчислении. А в производстве мясо-молочной продукции лидерами являются личные подсобные хозяйства населения - ими произведено 68,7% всего мяса и 75,2% всего молока. В растениеводстве наиболее высока (75%) доля личных подсобных хозяйств в производстве овощей.

Это ещё раз указывает на необходимость создания правовых и других условий для вовлечения сельского населения, работающего в подсобных хозяйствах, в предпринимательство.

В целом предпринимательство в Ростовской области занимает достаточно прочные позиции. Однако от показателей уровня развития малого бизнеса, измеряемых по общепринятым стандартам в промышленно развитых странах, область ещё отстает и по количеству малых предприятий в расчете на душу населения, и по охвату отраслевой структуры, и по доле в валовом региональном продукте.

Для того чтобы повлиять на происходящие процессы в сфере малого предпринимательства, обеспечить ежегодный прирост малых предприятий, внести изменения в их отраслевую структуру и территориальную принадлежность, необходима всемерная поддержка развивающегося малого сектора экономики со стороны органов исполнительной власти и местного самоуправления.

Основным инструментом государственной поддержки малого предпринимательства являются специальные программы, в которых прописана концепция такой поддержки и сформирован комплекс мероприятий по её выполнению. Такие программы разработаны в каждом городе и районе Ростовской области. На правительственном уровне был разработан и рассматривался проект Федеральной программы государственной поддержки малого предпринимательства в Российской Федерации на 2003-2005 годы.

Прогноз развития малого предпринимательства на 2003-2005 годы был рассчитан на основании анализа: данных комитета государственной статистики Ростовской области о развитии малого предпринимательства в 1999-2001 годах, I полугодия 2002 г., прогнозов развития малого предпринимательства, представленных экономическими службами городов и районов области, сценарных условий и индексов-дефляторов, рекомендованных Министерством экономического развития и торговли Российской Федерации, перспектив государственной поддержки малого предпринимательства в Ростовской области в 2003-2005 гг., одобренных коллегией Администрации Ростовской области 17.06.2002 г., и мероприятий данной программы (приложение 1).

Прогноз развития малого предпринимательства в 2003-2005 годах представлен в приложении 2

Прогноз развития КФХ рассчитан Минсельхозпродом области и представлен в приложении 3

Основанием для оптимистического варианта прогноза развития малого бизнеса служат меры, принимаемые на федеральном уровне, в части поддержки малого предпринимательства, а также разрабатываемые и действующие в области программы развития малого предпринимательства. При условии реализации мероприятий данных программ на областном и муниципальном уровнях в 2003-2005 гг., соблюдения единого и комплексного подхода при оказании поддержки предпринимателей в целом по области и в разрезе каждой территории, намечено создание оптимальных условий, позволяющих развиваться малому сектору экономики, решение за счет развития малого предпринимательства проблем экономического подъема территории и занятости населения.

Пессимистический вариант прогноза развития малого предпринимательства базируется на изменениях в федеральном законодательстве. В частности, вступление в силу с 1 июля 2002 г. Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ УО государственной регистрации юридических лиц может оказать влияние на уменьшение числа малых предприятий. Согласно данному закону, функции регистрации юридических лиц переданы налоговым органам. Формирование государственного реестра предприятий потребует инвентаризации участников предпринимательской деятельности, что, безусловно, выявит предприятия, не ведущие финансово-хозяйственную деятельность, и сократит общее количество малых предприятий.

Однако целесообразно считать приоритетным благоприятный вариант прогноза, в связи с учетом намеченных мер поддержки малого предпринимательства на государственном и областном уровнях, что будет способствовать введению в хозяйственный оборот той части субъектов малого предпринимательства (микропредприятий), которые сейчас находятся в тени.

В 2003-2005 гг., при благоприятном варианте прогноза, прирост числа малых предприятий прогнозируется на уровне 3% в год, таким образом, к концу 2005 г. количество малых предприятий достигнет 26 тысяч единиц. При этом готовящиеся изменения в федеральном законодательстве и реализация мероприятий данной программы позволяют прогнозировать структурные изменения по данному показателю.

Так, количество малых предприятий в торговле и общественном питании в 2002 г. сократится на 947 единиц, однако к концу 2003 года этот показатель составит 11320 единиц. При этом доля малых предприятий торговли и общественного питания в отраслевой структуре малых предприятий снизится с 48,4 % в 2001 году до 44,2 % в 2003 году. Наряду с этим, увеличится число малых предприятий, работающих в секторе промышленности и строительства. Так, в 2003 году число малых промышленных предприятиях (по сравнению с 2001 годом) вырастет, составив на 1 января 2004 года 3798 единиц, а число строительных малых предприятий составит 2955 единицы. Несмотря на небольшой рост количества малых строительных предприятий в прогнозируемый период, их доля в отраслевой структуре малых предприятий существенно не изменится и составит в 2003 году 11,5 %. Возрастет удельный вес малых предприятий прочих отраслей экономики, в частности за счет поддержки и развития инновационной деятельности малых предприятий в 2003 г. прогнозируется увеличение доли малого бизнеса в сфере науки и научного обслуживания.

Прогнозируемые изменения в отраслевой структуре будут сопровождаться увеличением среднесписочной численности работников на предприятиях торговли и общественного питания, а также промышленности и строительства. При оптимистическом варианте прогноза к концу 2003 года удельный вес занятых на малых предприятиях от общего числа работников, вовлеченных в данный сектор экономики, составит:

- в промышленности 24 % (40,6 тыс. человек);

- в строительстве 19,1 % (32,3 тыс. человек);

- в торговле и общественном питании 28,1 % (47,6 тыс. человек).

Общая среднесписочная численность работников малых предприятий в течение 2002 - 2003 гг. будет возрастать и на 1 января 2004 года составит 168,8 тыс. человек (при оптимистическом варианте).

Объем производства товаров и услуг на малых предприятиях в 2001 году по сравнению с 2000 годом вырос на 14 % и составил 22195,1 млн. рублей. В соответствии с прогнозом, динамика по данному показателю в сопоставимых ценах в течение 2002-2003 годов будет положительной. В целом по малым предприятиям ежегодные темпы прироста выпуска товаров и услуг в сопоставимых ценах в течение прогнозного периода составят от 7 % до 12 %.

К концу прогнозного периода - в 2005 году количество малых предприятий по сравнению с 2001 годом возрастет на 5,5 % и составит около 26 тыс. единиц, среднесписочная численность увеличится на 17,5 тыс. человек, что составит 180,7 тыс.чел. занятых на малых предприятиях. Малыми предприятиями в 2005 году намечается произвести продукции (работ, услуг) на сумму 62523,89 млн. рублей. Более привлекательной для малого бизнеса будет по-прежнему являться сфера торговли и общественного питания Ц 33,9 % в общем объеме производства. В то же время прогнозируется увеличение доли произведенной продукции в промышленности и строительстве, их удельный вес в общем объеме производства продукции (работ, услуг) составит 29,3 % и 13,5 % соответственно при условии всесторонней государственной поддержки этих отраслей.

В прогнозируемом периоде предстоит принять конкретные меры по поддержке малого предпринимательства, главными из которых являются:

- совершенствование действующей законодательной и нормативной базы всех уровней;

- расширение спектра финансовых технологий;

- развитие инвестиционно-инновационной деятельности;

- оказание имущественной поддержки предпринимателей;

- развитие инфраструктуры поддержки субъектов малого предпринимательства;

- совершенствование подготовки кадров для малого бизнеса и специалистов инфраструктуры;

- оперативное информационное обеспечение, создание и пополнение баз данных;

- развитие межрегионального и международного сотрудничества;

- снижение уровня излишнего администрирования.

Решение перечисленных важнейших и ряда других задач позволит создать наиболее благоприятные, по сравнению с нынешними, условия для успешного развития малого предпринимательства.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ



После проведения исследования можно сделать следующие выводы:

Структурная трактовка институциональных барьеров характеризует ограничения конкуренции в основном со стороны формальных институтов. Однако в современных экономических условиях большое значение приобретают также неформальные хозяйственные институты, которые затрудняют доступ на рынки, влияют на ценообразование и в конечном итоге приводят к значительным потерям в эффективности рыночного механизма. В силу этого более адекватной современной экономической действительности представляется классификация институциональных барьеров в экономике на формальные, или административные, и неформальные барьеры.

Существование формальных институциональных барьеров есть прямое следствие интервенционистской государственной экономической политики. Такие барьеры создаются государственными министерствами и ведомствами на различных уровнях властной вертикали.

Административные барьеры на пути развития предпринимательства - это акты и действия органов власти различного уровня и конкретных их представителей, существенно затрудняющие создание и развитие предпринимательских структур. К ним относятся барьеры, связанные с лицензированием, сертификацией, регистрацией, разрешительной практикой, дублированием функций контролирующих органов, снижением «доступа к государственным и муниципальным помещениям и т. д.

Для снижения административных барьеров на пути развития предпринимательства необходимо:

- упростить процедуры регистрации и ликвидации малых и средних предприятий;

- законодательно определить четкий перечень лицензируемых видов деятельности, сократив их количество и упростив порядок лицензирования;

- свести до минимума количество контролирующих органов и строго регламентировать их деятельность с целью исключения дублирования их функций;

- регламентировать частоту проведения проверок и их содержание;

- ввести обязательную регистрацию проводимых инспекционных и контрольных проверок всеми органами в книге (журнале) поверок для сокращения числа необоснованных проверок деятельности предпринимателей;

- обеспечить проведение активной просветительской работы со стороны контролирующих организаций по отношению к предпринимателям (размещение информации в СМИ, семинары, встречи, в том числе выездные), которая будет способствовать профилактике нарушений;

- усовершенствовать систему доступа к информации о нормативных актах, регулирующих те или иные стороны предпринимательской деятельности;

- обеспечить более эффективную реализацию органами местного самоуправления программ по поддержке предпринимательства. Реализация государственной политики в сфере поддержки малого и среднего предпринимательства осуществляется Министерством Российской Федерации по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства в координации с другими федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации. МАП России обеспечивает реализацию государственной политики поддержки предпринимательства, разрабатывает нормативные и правовые основы его деятельности, осуществляет контроль за реализацией программ развития малого предпринимательства, проводит анализ состояния малого предпринимательства и эффективности мер по его государственной поддержке, разрабатывает прогнозы развития малого предпринимательства, осуществляет иные функции, связанные с поддержкой малого бизнеса.

Избыточное государственное регулирование и регламентация предпринимательской деятельности приводит к значительному повышению трансакционных издержек, что негативно сказывается на отдельных регулируемых рынках и экономике в целом. Высокий уровень административных барьеров, детерминированный несовершенством законодательства, требует вмешательства территориальных управлений МАПа в случаях нарушения органами власти различных уровней антимонопольного законодательства.

Неформальные институты также формируют ограничения в виде барьеров на товарных рынках. Традиционно к числу институциональных барьеров неформального характера относят коррупцию, «откат», «крышу». Институт «отката» существует ив коммерческих организациях. «Крыша» - это выплаты предпринимателями определенных сумм преступным группировкам за так называемую охрану.

Проблема снижения институциональных барьеров в переходной экономике может быть успешно решена с учетом траектории предыдущего развития институциональной структуры экономики, существующих мультигенераций, а также реализации интересов заинтересованных групп и индивидов, участвующих в хозяйственных процессах.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ



	Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» // Российская газета. 2001. 10 августа.

	Федеральный закон «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». М.: Юринформцентр, 1999.

	Федеральный закон «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции» от 23 декабря 1998 г. // Организация промышленности. Сборник нормативных актов. М., 1999.

	Закон Ростовской области «О проверках хозяйствующих субъектов на территории Ростовской области» № 73-ЗС от 10.05.2000 г. // Молот. 2000. 16 мая.

	Аузан А., Крючкова П. Административные барьеры в экономике: задачи деблокирования // Вопросы экономики. 2005. № 5.

	Белокрылова О.С, Волъчик В.В., Мурадов АА. Институциональные особенности распределения доходов в переходной экономике. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 2005.

	Бьюкенен Дж. Политическая экономия государства благосостояния // МЭМО. 2006. № 6.

	Бродман ГДж. Конкуренция и вхождение российских промышленных предприятий на рынок // Материалы Международной конференции «Инвестиционный климат и перспективы экономического роста в России». М., 2007.

	Вурос А., Розанова Н. Экономика отраслевых рынков. М., 2007.

	Гайдар. Е.Т. Экономические реформы и иерархические структуры. М., 2008.

	Гуриев С, Икес Б. Экономический рост в России? // Экономические исследования в переходный период. 2009. № 5.

	Гутпник В. Рыночные институты и трансформация российской экономики // МЭМО. 2005. № 7.

	Интприллигатпор М. Реформа российской экономики: роль институтов // Экономика и математические методы. 1997. Вып. 3.

	Качалин В.В. Система антимонопольной защиты общества в США. М., 1997.

	Кирдина С.Г. Институциональные матрицы и развитие России. М.: ТЕИС, 2000.

	Кирдина С.Г. Экономические институты России: материально-технологические предпосылки развития // Общественные науки и современность. 1999. № 6.

	Кирцнер И.М. Конкуренция и предпринимательство. М., 2001.

	Кокорев В. Институциональные преобразования в современной России: анализ динамики трансакционных издержек // Вопросы экономики. 1996. № 12.

	Кордонский С. Рынки власти: Административные рынки СССР и России. М.: ОГИ, 2006.

	Косалс Л. Теневая экономика как особенность российского капитализма // Вопросы экономики. 2008. № 10.

	39.- Косалс ЛЛ. Центр реформ - микроуровень // НГ-Политэкономия. 2000. 18 янв. № 1 (42).

	Кузнецов Ю. Прощание с теориями антимонопольного регулирования // Доклад на научном семинаре ЭТИХиП. 2003 г.

	Кумахов Р. Теория согласований и анализ предприятий // Вопросы экономики. 2007. № 10.

	Курс переходной экономики / Под ред. Л.И. Абалкина. М., 1997.

	Латов Ю.В. Неформальная экономика как глобально-историческое явление // Теневая экономика: экономический и социальный аспекты. М.: ИНИОН, 2006.

	Левита Р.Я. О социально-психологической компоненте институциональных изменений в экономике // Экономика и математические методы. 2006.

	Львов Д.С., Моисеев Н.Н., Гребенников В.Г. О концепции социально-экономического развития России // Экономика и математическиеметоды. Т. 32. 2006.

	Малахов СВ. Некоторые аспекты теории несовершенного конкурентного равновесия // Вопросы экономики. 2006. № 10.

	Малахов С. В защиту либерализма (к вопросу о равновесии трансакционных издержек и издержек коллективного действия) // Вопросы экономики. 2008. № 8.

	Малахов СВ. Трансакционные издержки и макроэкономическое равновесие // Вопросы экономики. 1998. № 11.

	Мамедов О.Ю. От модели классического рынка - к модели смешанной экономики. Ростов н/Д: Феникс, 20089.

	Мау ВЛ., Жаворонков С.Г., Шадрин А.Е., Яновский К.Э. Дерегулирование российской экономики: механизм воспроизводства избыточного регулирования и институциональная поддержка конкуренции на товарных рынках. М.: ИЭПП, 2007.

	Межведомственные комиссии по преодолению административных барьеров. М.: Ресурсный центр малого предпринимательства, 2006.

	Найшуль В. Либерализм и экономические реформы // МЭ.МО. 2007. № 8.

	Нельсон Р., Уинтер С. Эволюционная теория экономических изменений. М., 2006.

	Неформальная экономика. Россия и мир / Под ред. Теодора Шанина. М.: Логос, 2005.

	Неформальный сектор в российской экономике. М.: Институт стратегического анализа и развития предпринимательства, 2005.

	Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М., 1997.

	Норт Д. Пять тезисов об институциональных изменениях // Квартальный бюллетень клуба экономистов. Минск: Пропилеи, 2000.

	Ноу в А. Какой должна быть экономическая теория переходного периода // Вопросы экономики. 1993. № 11.

	Нуреев Р.М., Латов Ю.В. «Плоды просвещения» (российская неоклассика и неоинституционализм на пороге третьего тысячелетия // Вопросы экономики. 2001. № 1.

	Нуреев Р.М. Теории развития: институциональные концепции становления рыночной экономики // Вопросы экономики. 2005. № 6.

	Ограничение конкуренции не региональных рынках товаров и услуг местными органами власти и управления (Очерк российской практики). М.: ТЕИС, 2007.

	Олейник А. Сценарии институционального раз вития переходного общества // МЭМО. 1996. № 12.

	Олсон М. Рассредоточение власти и общество в переходный период. Лекарства от коррупции, распада и замедления экономического роста // Экономика и математические методы. 1995.

	Ольсевич Ю. О национальном экономическом мышлении // Вопросы экономики. 2006. № 9.

	Ослунд А. «Рентоориентированное поведение» в российской переходной экономике // Вопросы экономики. 1996. № 8.

	От кризиса к росту. Опыт стран с переходной экономикой. М., 1998.

	Полтерович В.М. Трансформационный спад в России // Экономика и математические методы. 1996. № 1.

	Полтерович В.М. Факторы коррупции // Экономика и математические методы. 1998. Т. 34. № 3.

	Полтерович В.М. Институциональные ловушки и экономические реформы // Экономика и математические методы. 1999. Т. 35. № 2.

	Полтерович В.М. Трансплантация экономических институтов // Экономическая наука современной России. 2007. № 3.

	Радаев В. Формирование новых российских рынков: трансакционные издержки, формы контроля и деловая этика. М.: Центр политических технологий, 1998.

	Радаев В. Неформальная экономика и вне-контрактные отношения в российском бизнесе. Подходы к исследованию неформальнойэкономики // Неформальная экономика: Россия и мир. М.: Логос, 1999.

	Результаты принимаемых мер по борьбе с не законным оборотом спирта и алкогольной продукции // Сборник Управления информации МВД России. М., 2008.

	Розанова Н.М. Взаимодействие фирм на товарных рынках в переходной экономике России. М., 2006.

	Розанова Н.М. Теория отраслевых рыночных структур: опыт Французской республики // Вестник МГУ. Сер. Экономика. 1998. № 4.

	Робинсон Дж. Экономическая теория несовершенной конкуренции. М., 1986.

	Рязанов В.Т. Экономическое развитие России. Реформы и российское хозяйство в Х1Х-ХХ вв. СПб., 1998.

	Савельев А.В., Стпарун А.В. Теория и практика применения комплекса мер по сокращению административных барьеров в г. Ростове-на-Дону // Проблема административных барьеров при развитии предпринимательства и пути ее решения. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 2007.

	Симачев Ю. Структура стоимости частного бизнеса как показатель уровня его развития // Вопросы экономики. 1997. № 6

	Стратегия развития Российской Федерации до 2010 года. Проект. М.: Фонд «Центр стратегических разработок», 2000.

	Тамбовцев В. Институциональная динамика в переходной экономике // Вопросы экономики. 1998. № 5.

	Тамбовцев В.Л. Институциональные изменения в российской экономике // Общественные науки и современность. 2005. № 4.

	Танасевич В.Г., Орлов Я.В., Шрага И.Л. Проблемы выявления хищений // Вопросы борьбы с преступностью. М., 2007.

	Татьев К.Ю. Конкуренция и монополии. Правовые аспекты регулирования. М., 1996.

	Тевено Л. Множественность способов координации: равновесие и рациональность в сложном мире // Вопросы экономики. 1997. № 10.

	Трансформация экономических институтов в постсоветской России (микроэкономический анализ) / Под. ред. Р.М. Нуреева. М.: МОНФ, 2000.

	Хайек ФА. Индивидуализм и экономический порядок. М., 2005.

	Харшаньи Дж., Зелыпен Р. Общая теория выбора равновесия в играх. СПб.: Экономическая школа, 2007.

	Ходжсон Дж. Привычки, правила и экономическое поведение // Вопросы экономики. 2006.№1.

	Шагинян С.Г. Перераспределение и реальные доходы населения. Ростов н/Д, 2006.

	Шаститко А.Е. Неоинституциональная экономическая теория. М., 2005.

	Шмелев Н., Кудров В. Размышления о российской экономической статистике // Вопросы статистики. 2006. № 9.

	Шургалина И.Н. Реформирование российской экономики. Опыт анализа в свете теории катастроф. М., 2007.

	Эйзенштадт Ш. Революция и преобразования обществ. Сравнительное изучение цивилизаций. М., 2008.