Внешнеэкономические связи Германии 2

Внешнеэкономические связи Германии 

 Внешние связи играют ключевую роль в экономической жизни Германии. С самого начала она выступала за тесные межотраслевые связи в мировой экономике и принцип международного разделения труда. В соответствии с этим строится и внешнеторговая политика Германии. Федеративная Республика выступает за дальнейшую либерализацию мировой торговли с более сильным учетом экологических и социальных аспектов в духе устойчивого развития. Открытость по отношению к внешнему миру привела к тому, что Германия – после США – имеет второй по объему внешнеторговый оборот в мире.

В настоящее время примерно 24,3 % всех занятых в немецкой экономике прямо или косвенно работают на экспорт. Это означает, что примерно каждое четвертое рабочее место в Германии зависит от экспорта. В обрабатывающей промышленности эта зависимость еще выше: четверть всей ее продукции идет на экспорт. Важнейшие экспортные товары: были автомобили, станки, изделия химической и электротехнической промышленности.

Тесное переплетение немецкой экономики с мировым хозяйством влечет за собой и определенную зависимость. Германия чутко реагирует на все помехи в мировой торговле и на изменения мировой конъюнктуры: это затрагивает рабочие места, капиталовложения, доходы и уровень жизни. Для позитивного непрерывного развития немецкого народного хозяйства важными предпосылками являются стабильная мировая экономика, свобода торговли и упорядоченная валютная система. 

Важнейшими торговыми партнерами Германии являются промышленные государства Запада. Благодаря продолжающемуся процессу экономической интеграции стран ЕС стремительное развитие получила внутриевропейская торговля. 

Франция по-прежнему остается важнейшим торговым партнером Германии. В 1999 г. стоимость немецкого  экспорта во Францию составила около 112,9 млрд. марок, импорта – примерно 87,9 млрд. марок. Вторым по величине рынком сбыта продукции Германии – после Франции – стали США (100,8 млрд. марок). 

В 1999 г. вырос объем внешней торговли со странами Центральной и Восточной Европы, включая страны СНГ. По сравнению с предыдущим годом товарооборот с ними вырос на 1,8 проц. И составил 192,5 млрд. марок. Польша закрепила за собой позицию ведущего торгового партнера Германии на востоке Европы. Торговый оборот между Польшей и Германией составил почти 42 млрд. марок. На втором месте Чехия (39,5 млрд.).

В целом 70-75% объема немецкой внешней торговли приходится на европейские государства, примерно 13% - на азиатско-тихоокеанский регион, около 10% - на Северную Америку и примерно по 2% - на Африку и Латинскую Америку.

В мировой экономике все большую роль в глобализации деятельности предприятий и в развитии тесных экономических связей между странами играют прямые инвестиции. За последнее время международная конкуренция в области привлечения мобильного иностранного капитала в ту или иную страну значительно обострилась. Согласно докладу ООН о мировых инвестициях за 1999 г. 92% прямых инвестиций во всем мире были сделаны промышленными странами, на которые в свою очередь и пришлось почти 72% этих инвестиций. Поэтому при наличии благоприятных общих условий у Германии и в будущем есть прекрасные шансы играть важную роль в этой сфере, как в качестве дающей, так и принимающей стороны.

Созданное федерацией общество по вопросам инвестиций и развития поощряет прямые капиталовложения немецких фирм в третьем мире и в странах, проводящих реформы. Кредитное ведомство реконструкции и развития предоставляет германским средним предприятиям льготные кредиты и дотации в рамках программы для малого и среднего бизнеса, программы по созданию филиалов и технологической программы.

В 2001 г. темпы экономического роста в Германии снизились с 2,7 до 2%, а инфляция в апреле этого года достигла 2,9%. Это достаточно тревожный сигнал: принятые евростандарты не допускают роста этого показателя среди стран-членов ЕС выше 3%.

Неутешительные экономические показатели заставили германское правительство вплотную подойти к реорганизации системы социального обеспечения для безработных. Созданная еще в 1927 г. эта система признана одной из самых дорогостоящих и малоэффективных в Европе и в мире.

В Германии пособие по безработице предоставляется сроком на 1 год и составляет 67% от предыдущей заработной платы. А пожилые бывшие работники, за свою трудовую жизнь выплатившие большие суммы в страховой фонд, могут рассчитывать на пособие по безработице в течение 2,5 лет. Более того, по истечении этого срока они могут претендовать на долгосрочную помощь по безработице, которая, правда, уже не будет превышать 53% последней заработной платы. Плюс к этому предоставляются скидки на проезд в транспорте и при посещении музеев и театров, материальная помощь на детей, субсидии на оплату жилья и многое другое. В результате создается парадоксальная ситуация, когда достаточно большому числу трудоспособных немцев выгоднее оставаться безработными, чем искать себе работу. По данным последних статистических исследований, доля таких безработных составляет 20% от их общего количества в стране (свыше 4 млн. человек).

По данным Института экономических и социальных исследований, 7% нынешних безработных отказываются от работы из-за того, что предлагаемая им заработная плата оказывается меньше суммы всех пособий, получаемых ими в связи с безработицей. 8% из них предпочитают оставаться безработными из-за того, что это гарантирует им большую пенсию и льготы на детей. И, наконец, 5% отказываются от работы просто в силу своей инертности (некоторые исследователи приводят в этом случае цифру 15%).

Эти цифры проливают свет на причины возникновения в стране парадоксальной ситуации, при которой на 4 млн зарегистрированных безработных в стране приходится 15 млн (!) вакантных рабочих мест. Германское правительство в этой связи запланировало привлечь более миллиона иностранных рабочих для заполнения существующих вакансий. А тем временем сами немцы предпочитают зачастую отказываться от тех предложений, которые им предоставляют государственные агентства по трудоустройству. И по закону имеют на это полное право. 

Положение усугубляется еще и тем, что Германия так и не смогла пока еще переварить свое столь болезненное в экономическом плане объединение в 1990 г. Уровень безработицы в западных землях в 2001 г. составлял 7,7%, тогда как в восточных – 18,6%. Правда, в восточных землях существует гораздо меньше незаполненных вакансий. Зато именно там процветает «черный» рынок труда, на котором трудовой контракт не составляется, и нелегальный работник сохраняет право на получение пособия по безработице. Правительство Германии рассматривает выравнивание уровней экономического развития восточного и западного регионов страны в качестве своей важнейшей внутриполитической задачи и выделяет на эти цели крупные финансовые ресурсы.










Основные задачи для нового правительства в сфере внешней политики

Тем не менее, существует целый ряд проблем, разрешить которые новому федеральному руководству придется в ближайшее время, невзирая на вероятные разногласия внутри самого правительства, а также опасность вызвать недовольство в различных социальных группах и регионах ФРГ. К таковым относятся:

выбор дальнейшей стратегии в отношении США;

стратегия участия Германии в процессе европейской интеграции, включая решение вопроса о принятии в ЕС Турции;

развитие сотрудничества с Польшей и другими странами ЦВЕ, включая балтийские государства;

дальнейшие отношения с Россией и ее партнерами по СНГ (включая Республику Беларусь).

Новая конфигурация американо-германских отношений

С учетом стремления ФРГ играть более активную роль в мировой политике отношения с США приобретают для этой страны такое же определяющее значение, как в период объединения. Ни союз с Францией, ни партнерство с Россией, ни любая другая дипломатическая конструкция не способны в настоящее время усилить позиции этой страны как в глобальном масштабе (к примеру, в случае с получением места постоянного члена СБ ООН), так и в отдельных регионах, включая ЦВЕ. Реализовать эту цель возможно лишь во взаимодействии с единственной сверхдержавой. Поэтому следует рассмотреть три варианта дальнейшего развития отношений ФРГ и США.



Первый предусматривает возвращение к внешнеполитическому курсу Г. Коля, ключевым приоритетом которого являлось тесное сотрудничество с Вашингтоном, которое позволило ему осуществить объединение Германии и впервые после окончания ВМВ направить части бундесвера для участия в военных операциях в различные регионы мира. [10] Этот вариант подразумевает прекращение критики действий США в Ираке, активное взаимодействие с Вашингтоном с целью получить четкие гарантии от Тегерана по поводу отказа от производства ЯО, а также более консолидированную позицию в отношении таких «проблемных» партнеров, как Россия, КНР, Индия. В ответ американцы могут пересмотреть свою позицию по поводу включения ФРГ в состав постоянных членов СБ ООН и привлечь Германию к послевоенному устройству Ирака. Такая стратегия поможет федеральному руководству усилить позиции в мировой политике, но едва ли прибавит ему популярности внутри страны, большинство жителей которой, как показали итоги выборов 18 сентября 2005 г., не рассматривают сближение с США в качестве важнейшей внешнеполитической задачи.

Второй позволяет федеральному правительству избежать обвинений в проамериканской политике и предусматривает сохранение нынешней неопределенности в отношениях с Вашингтоном. Такая политика позволит сохранить правящую коалицию, но едва ли приведет к улучшению отношений с США. В настоящее время американское руководство демонстрирует готовность самостоятельно решать внешнеполитические проблемы, не прибегая к помощи европейских союзников. Поэтому «статус-кво» в отношениях с ФРГ может сохраняться достаточно долго, не вызывая серьезных проблем для политики США в отношении ЕС и стран ЦВЕ. Более того, Вашингтон станет более активно искать новых военно-политических партнеров в регионе, на роль которых могут с успехом претендовать Польша или даже, при определенных условиях, Украина.

Третий может быть реализован в случае попытки нового германского руководства еще более дистанцироваться от Вашингтона и укрепить союзнические отношения с Парижем. Этот вариант способен привести к глубокому кризису в ЕС, так как многие его члены (в первую очередь Великобритания и страны ЦВЕ) предпочтут сохранить стратегическое партнерство с единственной сверхдержавой, а не создавать совместно с ФРГ и Францией европейский противовес влиянию США в мировой политике. Помимо этого, определенные коррективы в дальнейшее развитие германо-французских отношений способны внести итоги намеченных на 2007 г. президентских выборов во Франции, которые могут привести к власти более лояльно настроенного по отношению к США политика.

Исходя из этого, можно констатировать, что выбор дальнейшей стратегии взаимодействия с Вашингтоном явится определяющим и для других направлений внешней политики Германии. Если новое правительство предпочтет конфронтацию с США, это приведет к проблемам во взаимодействии со многими другими странами. В случае постепенного улучшения американо-германских отношений увеличиваются шансы преодолеть противоречия внутри ЕС, одной из предпосылок для усиления которых в начале 2000-х годов явились различные оценки среди его членов внешнеполитического курса администрации Дж. Буша-младшего.

Отношения с Польшей и другими странами ЦВЕ



В начале 2000-х годов после успешной интеграции в ЕС и НАТО роль ближайших соседей ФРГ - Чехии и Польши в европейской политике усилилась. Эти страны являются такими же равноправными участниками процесса европейской интеграции и трансатлантического сотрудничества, как и западноевропейские государства, и при этом уже не желают следовать в кильватере внешней политики кого-либо из более сильных соседей по единой Европе. Позиция этих государств по поводу военной акции США и их союзников в Ираке, а также активное участие президента А. Квасьневского в преодолении политического кризиса в Украине продемонстрировали стремлении этих двух стран и, в первую очередь, Польши играть более активную роль в региональной политике. 

Изменившаяся ситуация явилась вызовом для традиционной «восточной политики» Германии, в рамках которой соседние страны рассматривались скорее как младшие, а не равные партнеры. Такое восприятие не только Польши и Чехии, но и других стран ЦВЕ оказалось характерно не только для Г. Коля, который все же сумел заложить основу для нового типа отношений с этими странами, но и для Г. Шредера, который так и не смог стать доверительным партнером для восточных соседей. Более того, накануне выборов в бундестаг ФРГ и Россия приняли решение о строительстве газопровода по дну Балтийского моря, которое было встречено с большим скепсисом в так называемых "транзитных государствах". [12] О неприятии такого шага заявил, в частности, глава литовского правительства А. Бразаускас. [13] Однако правительство Г. Шредера предпочло проигнорировать интересы своих партнеров по ЕС и НАТО, стремясь обеспечить свою страну дешевыми энергоресурсами.

Совершенно в ином направлении действовали накануне выборов немецкие христианские демократы. Кандидат на пост канцлера А. Меркель в середине августа 2005 г. совершила визит в Польшу, в ходе которого встретилась с лидером президентской гонки в этой стране, вице-спикером сейма и лидером «Гражданской платформы» Д. Туском. А. Меркель заверила своего собеседника в том, что Германия будет стремиться к установлению таких же тесных отношений с Польшей, как и с Францией. При этом она пообещала не взаимодействовать с Москвой «через голову» поляков, т.е. учитывать польские интересы при дальнейшем взаимодействии с Россией. [14] Об этом же шла речь на встрече Д. Туска с президентом ФРГ Х. Кёлером (он также представляет ХДС), которая состоялась в Варшаве в конце августа 2005 г. [15] Такая активность лидеров христианских демократов накануне выборов в бундестаг должна была продемонстрировать их стремление пересмотреть основы «восточной политики» Г. Шредера.

Итоги парламентских и президентских выборов в Польше, которые состоялись в сентябре-октябре 2005 г., явились еще одним аргументом в пользу необходимости разработки новой стратегии ФРГ в отношении этой страны. Взаимодействие между правыми президентом и правительством позволит этому государству действовать более активно как в рамках ЕС, так и за его пределами, отстаивая собственные экономические и политические интересы. [16] Новое германское правительство вынуждено будет учитывать это обстоятельство, поэтому предвыборные обещания лидеров ХДС в отношении Польши придется выполнять, что способно внести определенные коррективы в дальнейшие отношения между ФРГ и Россией.



Новая стратегия в отношении России и других стран СНГ

Дальнейшее взаимодействие между Германией и РФ также может претерпеть некоторые изменения с учетом смены правящей коалиции. Новое федеральное правительство может отказаться от продолжения тех весьма тесных отношений, которые сложились между двумя странами в последние годы пребывания в должности канцлера Г. Шредера и были во многом обусловлены интенсивными контактами главы германского правительства и российского президента. 

Вместе с тем, как справедливо отмечает известный немецкий эксперт Х. Хаке, в «красно-зеленой» коалиции существовали очевидные разногласия по поводу стратегии в отношении России. Если канцлер Г. Шредер выступал в качестве последовательного сторонника развития отношений с этой страной, то министр иностранных дел Й. Фишер критиковал российскую политику в Чечне и ситуацию с правами человека в РФ. [17] Между тем, вполне вероятно, что такая ситуация явилась не только свидетельством существования разногласий в сфере внешней политики внутри правящей коалиции. Она предоставляла прежнему руководству ФРГ возможность как демонстрировать принципиальность в вопросе о соблюдении прав человека и гражданских свобод, так и укреплять выгодные для Германии экономические контакты с Россией, в первую очередь, в области энергетики.

Новое федеральное правительство едва ли сможет повторить такой дипломатический маневр. Накануне выборов ХДС подверг критике ситуацию с правами человека и СМИ в России, затронув при этом весьма неприятную для российского руководства тему положения в Чечне. Кроме этого, немецкие консерваторы пообещали содействовать развитию демократии и рыночной экономики в РФ и даже заговорили о необходимости оказать помощь демократическим силам в этой стране. [18] Если учесть, что сегодня российское руководство явно не заинтересовано в таком воздействии на внутриполитическую ситуацию извне, предвыборные заявления ХДС были встречены в Москве с тревогой. Помимо этого, христианские демократы подчеркивали свое стремление выстраивать будущие отношения с РФ, учитывая интересы соседних стран. [19] В данном случае имелась в виду, в первую очередь, Польша, активность которой в регионе ЦВЕ вызывала все более негативную реакцию России. Далеко не случайно в ходе визита эксперта ХДС в сфере внешней политики и бывшего председателя этой партии В. Шойбле в Москву в августе 2005 г. президент В. Путин не посчитал необходимым с ним встречаться.

Исходя из этого, можно предположить, что новое правительство ФРГ займет более взвешенную позицию в отношении РФ, учитывая, что сегодня Россия в не меньшей степени заинтересована в продолжении экономического сотрудничества с Германией, чем эта страна - в получении российского газа. Вместе с тем, сохраняя определенную дистанцию при дальнейшем взаимодействии с Москвой, федеральное руководство получает возможность наладить более тесное сотрудничество с другими странами бывшего советского блока, в том числе, со своими новыми партнерами по ЕС – странами Балтии. Не менее многообещающими выглядят перспективы будущего взаимодействия ФРГ и Украины, которая стремится начать переговоры о присоединении к Союзу. Федеральное правительство может стать ключевым партнером этой страны среди «старых» членов, вернувшись к политике «представительства» интересов восточных соседей в ЕС, которая достаточно успешно проводилась Г. Колем. Это позволит Германии не только усилить свои политические позиции в этом регионе, но и обеспечить дополнительные возможности для реализации своих товаров и услуг на украинском рынке, что немаловажно для переживающей кризисный период немецкой промышленности.

Необходимость решения социально-экономических проблем и формирования новых приоритетов в сотрудничестве с ключевыми внешнеполитическими партнерами в значительной степени способна предопределить политику федерального правительства и в отношении Республики Беларусь. В данном случае едва ли можно ожидать существенного изменения позиции Берлина и тем более прогнозировать активизацию белорусско-германских отношений. РБ не является сегодня ведущим политическим и экономическим партнером ФРГ на Востоке, что обусловливает дальнейшее стремление Германии реагировать на ситуацию в Беларуси в рамках общей внешней политики ЕС. Помимо этого, белорусский рынок едва ли представляет для немецких предпринимателей такой же интерес, как украинский, что оказывает большое влияние на интенсивность и структуру торгово-экономических отношений двух стран.

Формирование новой внешнеполитической стратегии как ключевая задача для нового германского правительства

У. Дроздяк, президент Американского Совета по Германии и бывший международный обозреватель «Вашингтон Пост», оценил прошедшие 18 сентября 2005 г выборы в бундестаг «как, вероятно, наиболее важные выборы в Германии на протяжении последних четырех десятилетий». [21] И хотя американский эксперт мотивировал это необходимостью выбора новой экономической стратегии для ФРГ, в равной степени эта оценка применима и к внешнеполитической проблематике. 

Тем не менее, как уже отмечалось, население Германии не высказалось однозначно ни за один из возможных вариантов дальнейшей деятельности ФРГ на международной арене. Граждане предпочли передать свое право выбора представителям основных политических партий, которым предстояло путем длительных и сложных переговоров сформировать «черно-красную» правящую коалицию во главе с А. Меркель.

Но и после объявления персонального состава нового правительства вопрос о дальнейшей внешнеполитической стратегии ФРГ остается без ответа, поскольку разногласия между партнерами по коалиции сохраняются, в том числе и в сфере международных отношений. По этой причине можно предположить, что новое федеральное руководство будет вынуждено проводить весьма сбалансированную и осторожную внешнюю политику, так как принятие любого важного решения потребует достижения консенсуса внутри правительства. В этой ситуации лидеры ХДС-ХСС и СДПГ будут больше заинтересованы в сохранении внутриполитической стабильности, чем в активных действиях на международной арене, которые могут вызвать недовольство не только оппозиции, но и собственных партнеров по коалиции.