Доход под градусом

Доход под градусом

Инвестиции в дорогое вино приносят неплохие доходы

Бутылка доброго вина в портфеле может говорить не только о желании его обладателя хорошо провести вечер. Марочное вино – хорошая альтернативная инвестиция. Цены на дорогие вина год от года только растут. Например, стоимость бордо урожая 1982 г. за 13 лет выросла почти на 360%.

Хотите диверсифицировать вложения – купите вина!

Цены на марочное вино в целом не зависят от ситуации на традиционных рынках, таких как рынки акций и облигаций, что делает винные инвестиции привлекательным альтернативным вариантом. При этом в последние годы наблюдается ажиотажный спрос на дорогие, известные вина. Это объясняется общим ростом благосостояния как в быстро растущих развивающихся странах, так и в странах развитых, а также серией великолепных урожаев в Бордо – регионе, считающемся главным мировым производителем вин “инвестиционного” качества.

2006 год стал лучшим на рынке марочного вина за последние 10 лет. Главный показатель винного рынка – индекс Liv-ex 100 – вырос на 49,1%, обогнав фондовые индексы всех развитых стран и показав доходность, сравнимую с динамикой цен акций на развивающихся рынках. Так, в 2006 г. британский FTSE 100 вырос на 10,7%, немецкий DAX – на 22%, американский S&P 500 – на 13,6%, японский Nikkei – на 6,9%; российский индекс РТС взлетел на 70,75%, индийский SENSEX – на 46,7%, бразильский Bovespa – на 32,9%. А за январь – февраль 2007 г. Liv-ex 100 подрос еще на 5%. Джеймс Майлз, основатель винной биржи Liv-ex (London International Vinters Exchange), объясняет взлет цен на вина быстрым ростом мировой экономики (последние четыре года она непрерывно растет на 4–5% в год), в результате которого стремительно увеличивается число богатых людей. В последние три года благосостояние увеличивалось “беспрецедентными темпами”, говорит Майлз, и не только в лондонском Сити, где банкиры уже второй год подряд получают рекордные бонусы, но и в развивающихся странах, таких как Россия, Индия, Китай, Южная Корея.

Кроме того, повышение спроса и цен обусловлено растущей активностью профессиональных инвесторов и появлением специализированных фондов, инвестирующих в вино, отмечает Майлз. В 2006 г. оборот на Liv-ex вырос на 134%. Стоимость ящика вина Chateau Laёte Rothschild урожая 1998 г. (это одно из наиболее активно торгующихся вин) выросла с 1240 фунтов стерлингов ($2430) в январе до 2370 фунтов ($4640) в декабре 2006 г.

Несмотря на стремительный подъем в прошлом году, эксперты уверены, что потенциал роста винного рынка далеко не исчерпан. Азиатский финансовый кризис 1998 г. положил конец предыдущему буму на винном рынке, и в конце прошлого – начале этого десятилетия цены на многие марочные вина менялись слабо. В 2004 г. индекс Liv-ex 100 чуть-чуть снизился. Затем спрос и цены пошли вверх. До недавнего времени винный рынок стагнировал и теперь наверстывает упущенное, говорит Майлз. В 2004 г. Zurich, британское подразделение швейцарской Zurich Financial Services, и аналитическая компания Art Market Research, которые совместно рассчитывают индекс Zurich Art and Antiques Index, отражающий изменение цен на произведения искусства и предметы коллекционирования, впервые спрогнозировали, инвестиции в какие альтернативные инструменты могут в ближайшие 5–10 лет принести наибольший доход. Одним из таких инструментов эксперты Zurich и Art Market Research назвали французские вина высшего качества из Бордо. По их мнению, растущий спрос на марочные вина со стороны нуворишей из развивающихся стран, прежде всего Китая, гарантирует, что бордо будет дорожать.

“В этом году винный рынок может вырасти на 25%. Рост не столь впечатляющий, как в 2006 г., когда рынок выстрелил после нескольких лет относительной стагнации, – говорит Питер Ланзер, советник по инвестициям британского Wine Investment Fund. – В течение последних 20 лет не было ни одного пятилетнего периода, когда инвестиции в великие вина Бордо показали бы отрицательную доходность. А в среднем за этот период годовая доходность составила 14,5%, и такая динамика, думаю, сохранится”.

По наблюдениям управляющих Wine Investment Fund, цены на вино изменяются ступенчато: за стагнацией следует быстрый рост. “Для вина некоторых урожаев сейчас начался период роста, который продлится, вероятно, еще 4–5 лет”, – полагает Ланзер.

Ставка на бордо

Бордоские вина по аналогии с самыми ликвидными акциями называют “голубыми фишками” винного рынка. Их вес в индексе Liv-ex 100 в декабре 2006 г. составлял 91,7%; остальные компоненты – шампанские вина (4%), бургундские (2,6%), итальянские (1,1%), вина из долины реки Роны (0,6%). “Французские вина – единственные, которые новоявленные миллионеры хотят видеть у себя на столе”, – говорит Эндрю Дэвидсон, управляющий фондом марочных вин Vintage Wine Fund британской управляющей компании OWC Asset Management. “В действительности никакое вино не стоит 8000 фунтов за ящик, – говорит Уилл Бек, управляющий фондом Fine Wine Fund британской Wine Asset Managers. – Вы покупаете престиж. А престиж – это прежде всего французские вина”.

Рестораторы на французском горнолыжном курорте Куршевель, где любят отдыхать богатые россияне, готовы предложить клиентам самые изысканные вина по запросу. “Русские приезжают в Куршевель, потому что знают, что мы отлично исполняем их экстравагантные желания, – говорит Жан-Жак Бертран, владелец ресторана Le Tremplin на курорте. – Если они хотят Petrus урожая 1945 г., мы достанем его, даже если нам придется нанять вертолет, чтобы успеть доставить бутылку к ужину”. На бирже Livex это вино предлагается за 3359 фунтов ($6575) за бутылку.

Немалое значение имеет и ликвидность разных сегментов винного рынка. “Начинать [инвестиции в вино] нужно с приобретения бордоских вин высшего класса, – говорит Чад Дилэйни, директор по продажам виноторговой компании Justerini & Brooks. – С другими винами вы оказываетесь на рынке, где запасы гораздо меньше. Вам придется ждать подходящего момента, чтобы продать даже культовое калифорнийское вино, тогда как продать бордо не составляет проблем”. Так что профессиональные винные инвесторы практически полностью ориентируются на вина из Бордо и таких шато, как Petrus, Latour, Mouton Rothschild и др.

Спрос на вина высшей категории постоянно растет, а вместе с ним – и цены. В октябре 2006 г. на аукционе Sotheby’s в Лондоне пять ящиков вина Chateau Laёte-Rothschild урожая 1982 г. были проданы по 8970 фунтов ($17 566) каждый, превысив оценку аукционистов и более чем вдвое – ориентировочную цену на это вино годичной давности. На следующий день на аукционе Christie’s ящик Chateau Margaux урожая 1990 г. ушел за 4700 фунтов ($9203), что на 20% выше ориентировочной цены годом ранее. По подсчетам Art Market Research, стоимость бордо урожая 1982 г., купленного на аукционе в 1988 г., к 2001 г. выросла на 358%, а бордо урожая 1990 г., купленное на аукционе в 1996 г., в следующие пять лет подорожало на 130%.

Урожаи 1982 и 1990 гг. считаются одними из самых великих урожаев для бордоских вин, к тому же вина 1982 г. остается все меньше. Лучшими также считаются вина урожаев 1985, 1986, 1989, 1990, 1995, 1996 гг.

В новом тысячелетии бордоские виноделы отметили уже несколько “урожаев века”. Поначалу так назвали урожай 2000 г., однако в последующие годы многие вина не уступали образцам 2000 г. А об урожае 2005 г. виноделы говорили словами, достойными описания земного рая, он был признан практически идеальным по всем параметрам за последние 20 лет. Отпускные цены великих бордоских шато на еще не готовые, не разлитые по бутылкам вина поднялись в некоторых случаях на 50%. Вина этого урожая запредельно дорогие, но дешеветь будут вряд ли, скорее [в ближайшие годы] будут чуть-чуть дорожать – все из-за своей “идеальности”, считают эксперты винного рынка. На вина урожая 2000 г. спрос тоже был ажиотажный, но и они представляются хорошим объектом для инвестиций, потому что дешеветь им не с чего.

Винная коллекция

Инвестировать в вино или собирать коллекцию лучше всего под руководством эксперта. Например, услуги по формированию собственного винного инвестиционного портфеля состоятельным клиентам предлагают банки в рамках услуги private banking. По мнению банкиров, деньги стоит вкладывать в великие вина, вошедшие в рейтинги ведущих экспертов. Как шутят специалисты, купив такое вино, через какое-то время вы сможете пить его “бесплатно” – за счет общего роста цены на коллекцию.

Другой вариант – передать свои деньги профессиональным винным управляющим. В России винных фондов еще нет, спрос на этот инвестиционный инструмент пока отсутствует, ведь на российском фондовом рынке можно заработать больше. Поэтому инвесторам, которые хотели бы вложить деньги в винные фонды, придется обратиться к иностранцам. “Россияне могут стать инвесторами нашего фонда, никаких ограничений нет, – говорит Ланзер из Wine Investment Fund. – Среди наших клиентов есть иностранцы – из Гонконга, США, континентальной Европы. Единственное условие – необходимо выполнить формальные процедуры, чтобы мы могли проверить [потенциального инвестора] в рамках закона о борьбе с отмыванием денег”. Минимальный взнос в Wine Investment Fund не очень высокий – 10 000 фунтов ($19 580). В Fine Wine Fund он составляет 50 000 фунтов ($97 910), а вложения в Vintage Wine Fund могут себе позволить только очень состоятельные люди (100 000 евро, или $130 190). Правда, в последних двух фондах инвесторы могут делать вложения ежемесячно, а выводить деньги – ежеквартально. Тогда как Wine Investment Fund формирует закрытые фонды, срок работы которых составляет около пяти лет (в зависимости от ситуации на рынке управляющие могут продать содержимое портфеля раньше или подождать еще до полутора лет). Wine Investment Fund сформировал уже семь таких фондов, на восьмой подписка для инвесторов была открыта до конца марта. За предыдущие годы фонд собрал 10 млн фунтов ($19,5 млн), а в этом году ожидает удвоить сумму привлеченных средств, поскольку наблюдает быстрый рост спроса на такие инвестиции.

Компании, управляющие всеми тремя фондами, имеют лицензию Управления финансовых услуг, главного финансового регулятора Великобритании. Стоимость активов ежемесячно определяют независимые оценщики. По просьбе клиентов некоторые российские банки в рамках услуги private banking могут организовать целевое размещение средств в этих фондах.

Vintage Wine Fund был сформирован в феврале 2003 г. и к концу 2006 г. принес своим инвесторам 49,5%. В первые годы доходность была не очень высокой, а в прошлом году составила 23,97%. Почти 93% средств фонда инвестировано в бордоские вина, однако небольшие вложения сделаны также в итальянские, бургундские и некоторые другие спиртные напитки.

В отличие от него Fine Wine Fund и Wine Investment Fund вкладывают деньги только в бордо. Fine Wine Fund, сформированный в августе 2006 г., к концу января заработал 8,5%. Доходность первого транша Wine Investment Fund с момента формирования в августе 2003 г. по декабрь 2006 г. составила 89,24%, а доходность последнего транша (с июня по декабрь 2006 г.) – 12,56%. За свою работу управляющие всех фондов берут комиссионные: так, в Vintage Wine Fund и Fine Wine Fund комиссия за управление составляет 2% от стоимости чистых активов, а комиссия за успех – 15% от полученного дохода. В Wine Investment Fund комиссия за управление составляет 1,5% (от первоначальной суммы инвестиций в конкретный транш, а не от текущей стоимости активов), а за успех – 20% от дохода, превышающего доход в 25%. Кроме того, при вложении в фонд установлена надбавка в 5% от суммы инвестиций.

Во что вкладывать

Одной из инвестиционных схем может быть закупка вина на стадии en primeur: когда вино уже готово, но еще не разлито по бутылкам. Эксперты дают ему оценку, от которой в значительной степени и будет зависеть цена. Затем виноторговцы и коллекционеры заключают с производителями контракты на покупку, однако еще год вино дозревает и только затем разливается по бутылкам, потом опять дозревает.

Российские компании-импортеры тоже закупают вино на стадии en primeur. Договорившись с ними, инвестор может купить неразлитое вино, а через несколько лет импортеры в рамках квоты ввезут бутылки в Россию и передадут клиентам. Для своих частных клиентов и коллекционеров компании-импортеры также привозят старые вина, однако в этом случае их стоимость возрастает, поскольку нужно уплатить акцизы и таможенные пошлины. Впрочем, существенная часть поставок приходится на чемоданный импорт: без лишних платежей частные лица ввозят бутылки в Россию.

Начинать инвестиции можно с небольшого количества вина, например с 12 бутылок (это ящик). Превосходное вино на стадии en primeur стоит от 300 евро за бутылку (3600 евро за ящик). Через 2–3 года, когда вы получаете вино на руки, каждая бутылка вырастает в цене, как правило, на 100–200 евро, т. е. ящик будет стоить уже 5000–6000 евро, объясняют эксперты.

Впрочем, бывают случаи, когда у покупателей пропадает интерес к популярному поначалу вину. Владельцы бордоских шато на первичных торгах выручили большие деньги за вина урожая 1997 г., однако затем они стали дешеветь. Ланзер предупреждает о рисках, связанных с покупкой молодого вина: даже если оно не будет дешеветь, потенциал роста цены у него поначалу будет ограничен. “Урожай 2005 г. был продан производителями по очень высокой цене, поэтому цены на вина этого урожая скорее всего не будут расти в течение ряда лет, – говорит он. – Основание для роста цены на вино обычно появляется, когда оно становится пригодным для питья. А вино из действительно великого урожая 2005 г. начнут пить только где-то в 2011–2015 гг., и до этого времени существенных оснований для роста цены нет”.

На динамику цен и спрос на вино определенного урожая оказывает влияние и то, насколько удачными для виноделов станут последующие годы. Например, урожай 2006 г. оказался не особо впечатляющим. Но если урожай 2007 г. окажется замечательным, о винах урожая 2005 г. на время забудут. По этой причине Ланзер покупает бордоские вина урожаев не позднее 2000 г., особенно его привлекают урожаи 1990, 1995 и 1996 гг. и “до некоторой степени” – 1986 г.

Его фонд старается не инвестировать и в очень старые вина с высокой стоимостью – уровень такого вина может немного снизиться, а, будучи залито не под самую пробку, оно теряет в стоимости. “Полагаю, даже сейчас можно получить хороший инвестиционный доход по Latour урожая 1982 г. Но этому вину исполняется 25 лет, а это как раз то время, когда пробка начинает терять прочность и эластичность, – рассказывает Ланзер. – Если вы владелец шато, вы просто вставите новую пробку. Но если вы инвестор, купивший бутылку или ящик вина, вам нужно внимательно следить за тем, как оно себя ведет”.

Вместе с тем старые вина пользуются большой популярностью у инвесторов и коллекционеров. Так, Laёte Rothschild урожая 1982 г. выросло в 2005 г. в цене на 82%, а в 2006 г. – еще на 30%. Однако и среди них есть недооцененные экземпляры, которые со временем могут выстрелить. Таким, например, аналитики Liv-ex считают вино Mouton Rothschild урожая 1982 г. Оно имеет наивысшую оценку – 100 баллов из 100 – от самого авторитетного винного критика Роберта Паркера. По данным на февраль, однако, оно торгуется не только с премией ниже средней к Mouton Rothschild урожая 1986 г., но и с рекордным дисконтом в 40% к Laёte Rothschild урожая 1982 г. (оба вина также получили от Паркера по 100 баллов). Между тем, отмечают в Liv-ex, раньше Mouton Rothschild 1982 г., наоборот, стоило дороже Laёte Rothschild 1982 г.: за период с 1997 г. средняя премия составляла 9%, а с 1983 г. – 15%. “Laёte Rothschild 1982 г. сейчас предлагается по цене более 12 500 фунтов за ящик, тогда как Mouton Rothschild 1982 г. – менее чем за 8000 фунтов. Аналогичное по качеству вино Latour 1982 г. стоит более 11 000 фунтов. Такая ситуация попросту абсурдна и не может долго сохраняться. Логика подсказывает, что Mouton Rothschild 1982 г. должно стоить никак не меньше 10 000 фунтов за ящик, а возможно, и больше”, – говорится в отчете аналитиков Liv-ex. (Использованы материалы FT, WSJ.)

Список литературы

Путеводитель частного инвестора 2007