Набор ответов для экзаменов по философии

Оглавление



	Оглавление	1

		Вопрос № 1	Дофилософские формы мировоззрения (мифология, магия, религия)	3

		Вопрос №2	Философия, ее предмет и социальная роль	4

		Вопрос №3	Основные идеи древнекитайской и древнеиндийской философии	6

		Вопрос №4	Античная натурфилософия	9

		Вопрос №5	Классическая древнегреческая философия (Сократ, Платон, Аристотель)	10

		Вопрос №6	Средневековая философия: общая характеристика	14

		Вопрос №7	Философия эпохи Возрождения: общая характеристика	16

		Вопрос №8	Философия XVII века и научная революция.	17

		Вопрос №9	Философия эпохи Просвещения и метафизический материализм	21

		Вопрос №10	Немецкая классическая философия	22

		Вопрос №11	Философия «Западников» и «Славянофилов»	24

		Вопрос №12	Философские взгляды Ф. Достоевского и Л. Толстого	26

		Вопрос №13 	Неклассическая философия (2-я половина XIX – XX в.): основные принципы	27

		Вопрос №14	Антропологический поворот в философии XX в.	30

		Вопрос №15	Бытие как философская проблема	31

		Вопрос №16	Природа и общество	32

		Вопрос №17	Диалектика как учение о развитии. Законы и категории диалектики	34

		Вопрос №18	Человек как единство социального и биологического. Две стороны антропосоциогенеза	35

		Вопрос №19	Проблема человека и смысл его существования	38

		Вопрос №20	Индивид, индивидуальность, личность, социальные типы личности	40

		Вопрос №21	Феномен свободы	43

		Вопрос №22	Проблема ценностей. Типы ценностей (гедонизм, эвдемонизм, аскетизм, утилитаризм)	44

		Вопрос №23	Культура и цивилизация	45

		Вопрос №24	Общество как предмет философского исследования	47

		Вопрос №25	Сознание и общественная природа. Сознание и язык	48

		Вопрос №26	Общественное сознание и его структура	49

		Вопрос №27	Познание как предмет философского анализа	51

		Вопрос №28	Чувственная и рациональная ступени познания	52

		Вопрос №29	Теория истины. Диалектика абсолютной и относительной истины	57

		Вопрос №30	Наука как форма духовного производства. Эмпирический и теоретический уровни знания	58

		Вопрос №31	Сущность научной теории. Взаимодействие научной теории и практики	60

		Вопрос №32	Этика науки. Проблема социальной ответственности ученого	64

		Вопрос №33	Метод и методология. Классификация методов научного познания	69

		Вопрос №34	Философия техники	74

















































































Вопрос № 1	Дофилософские формы мировоззрения (мифология, магия, религия)

Понятие мировоззрения. Миф, религия и философия как исторические типы мировоззрения: генезис, различия, грани отношений. Философия (с греч. - любовь к истине, мудрости) - форма общественного сознания; учение об общих принципах бытия и познания, об отношении человека к миру, наука о всеобщих законах развития природы, общества и мышления. Философия вырабатывает обобщенную систему взглядов на мир, место человека в нем; она исследует познавательные ценности, социально-политическое, нравственное и эстетическое отношение человека к миру. Каждый человек сталкивается с проблемами, обсуждаемыми в философии. Как устроен мир? Развивается ли мир? Кто или что определяет эти законы развития? Какое место занимает закономерность, а какое - случай? Положение человека в мире: смертен или бессмертен? Как может человек понять свое предназначение. Каковы познавательные возможности человека? Что есть истина и как ее отличить ото лжи? Морально-нравственные проблемы: совесть, ответственность, справедливость, добро и зло. Эти вопросы поставлены самой жизнью. Тот или иной вопрос определяет направление жизнедеятельности человека. Философия призвана правильно решить эти вопросы, помочь преобразовать стихийно сложившиеся взгляды в миропонимании, что является необходимым в становлении личности. Эти проблемы нашли решение задолго до философии - в мифологии, религии. Эти вопросы не просто философия, а мировоззрение. Мировоззрение шире, чем философия. Мировоззрение - система обобщенных чувствовании, интуитивных представлений и теоретических взглядов на окружающий мир и место человека в нем, на многосторонние отношения человека к миру, самому себе и другим людям, система не всегда осознанных жизненных установок человека, определенной социальной группы, их убеждений, идеалов, социально-политических, нравственных, эстетических и религиозных принципов познания и оценок. Объект мировоззрения - мир в целом. Предмет мировоззрения - взаимоотношение мира природы и мира человека (в Древней Греции макрокосма и микрокосма). Мировоззрение невозможно без совокупности знаний о природе, обществе, человеке. Мировоззрение - не простая совокупность знаний, не сумма наук; она отличается от суммы наук тем, что в центр своего внимания ставит вопрос о соотношении миропонимания как такового и такой разумной части мироздания, как люди. По Рубинштейну, мировоззрение - показатель зрелости личности. Для характеристики мировоззрения имеет значение пропорциональное соотношение знаний, убеждений, верований, надежд, настроений, норм, идеалов. Структура мировоззрения - компоненты: познавательный, ценностно-нормативный, морально-ролевой и практический. Познавательный компонент базируется на обобщенных знаниях. Он включает в себя конкретно-научную и универсальную картину мира. Всякое познание формирует мировоззренческий каркас. Понимание мировоззрения связывается всегда с философскими взглядами. Любая философия является мировоззрением, но не всякое мировоззрение философично. Философия - это теория мировоззрения, она теоретически решает те или иные проблемы. Чтобы знание приобрело мировоззренческий смысл, оно должно быть оценено, т.е. освещено лучами нашего к нему отношения. Ценностно-нормативный компонент включает в себя ценности, идеалы, нормы, убеждения. Главное назначение этого компонента в том, что бы человек опирался не только на обобщенные знания, но и мог руководствоваться общественными идеалами. Ценность - свойство того или иного предмета, удовлетворяющего потребности людей в системе. Наверху иерархии ценностей стоит абсолютная ценность. В религиозном мировоззрении это бог. В этих ценностях есть обязывающий момент. Нормы являются тем средством, которое связывает ценностно-значимое для человека с его практическим поведением. Чтобы нормы, знания, ценности реализовались в практических поступках и действиях, необходимо превращение в личностные взгляды, убеждения, идеалы. Выработка психических установок на возможность действовать. Формирование этой установки осуществляется в эмоционально-волевой составляющей. Мировоззрение - реальная готовность человека к определенному типу поведения в определенных обстоятельствах. Мировоззрение складывается под воздействием социальных условий, воспитания, образования. Мерилом мировоззренческой зрелости личности являются поступки, дела. По характеру формирования и способу функционирования можно выделить жизненно-практический и теоретический уровень мировоззрения. Жизненный уровень часто называется жизненной философией. Теоретический уровень - религия, традиции, образование, духовная культура, профессиональная деятельность. Здесь очень часто присутствуют предрассудки. К теоретическому уровню, наряду с наукой принадлежит философия, которая претендует на теоретическую обоснованность не только как содержания, так и способов достижения обобщенных знаний действительности, а также норм, ценностей, идеалов. Можно говорить об исторических типах мировоззрения. Принято считать, что первое - мифологическое мировоззрение. Это начальный тип мировоззрения, который можно назвать предмировоззрением. Мифология возникла на той стадии общественного развития, когда человечество пыталось дать ответы на такие вопросы, как происхождение и устройство мироздания в целом. Значительную часть мифологии составляют космологические мифы. Большое внимание в мифах уделяется рождению, смерти, испытаниям. Особое место занимает добыча огня, изобретение ремесел, одомашнивание животных. Миф - это не первоначальная форма знаний, а вид мировоззрения, образное представление о природе и коллективной жизни. В мифах объединились зачатки знаний, религиозных верований. Для первобытного сознания мыслимое должно совпадать с переживаемым, действительное с тем, кто действует. Генетический принцип - сводится к выяснению кто кого породил. Мифы построены на установлении гармонии между миром и человеком. Наряду с мифологией существует и религия. Но чем отличается мифологическое мировоззрение от религиозного? Воплощенные в мифах представления тесно переплетаются с обрядами. Мифология находится в тесном взаимодействии с религией. Спецификой религии является то, что основой здесь является культовая система, т.е. система обрядовых действий, направленных на установление определенных отношений со сверхъестественным. Миф в той мере религиозен, в какой он включен в культовую систему. С помощью обрядности религия культивирует человеческие чувства любви, совести, долга, милосердия, придает им особую ценность. Вера - свойство человеческого сознания, есть вера в идеалы в любом мировоззрении. Основная функция религии состоит в том, чтобы помочь преодолеть человеку относительную изменчивость его бытия, и возвысить человека до чего-то абсолютного, вечного. Религия помогает человеку преодолеть житейские трудности. Главная и само ценная идея - идея Бога. Из нее выводится все остальное содержание. Идея Бога является не только принципом, сколько такой идеей, которая связывает человека с нравственной идеей. Религия - ответ на вопрос о смысле жизни. “Искать бога - разобраться в понятиях добра и зла”, - писал Достоевский. Три великих религии: буддизм, христианство, ислам. Религия считает, что наша эмпирическая действительность несамостоятельна и несамодостаточна. Она вторична, она результат творения. Бог - трансцендентная сущность (над миром). Современная религия не отвергает достижения науки и подчеркивает, что дело науки - изучать. Главное, чтобы человечество не забывало, что над ним существует неусыпный контроль. Центральный пункт - образ Бога или богов. Бог представляет собой высшую власть над другим миром. Христианский бог всесилен и бессмертен. Он обладает тремя ипостасями: Отца, Сына и Святого Духа. Все они неслияемы и неразделимы. Христианский Бог творит мир из ничего (креационизм). Он самовластно управляет этим миром. Но Бог наделил людей свободой выбора. Откуда в мире столько зла? Это дело рук человеческих, одно из противоречий христианской философии: человек свободен и предопределен. Богу противостоит Дьявол. Дьявол - не созидающее начало, но он может переманивать на свою сторону заблудившиеся силы. Но Бог всегда сильнее. Пространство в религии удвоено: пространство эмпирическое + запредельное: небо и адские слои. Время для христианства линейное. Имеет начало и конец. История нециклична, линейна. Сотворение мира, грехопадение, пришествие Христа. Бытие человека трагично. Человек - сын Божий, Но Адам и Ева согрешили, и этот грех выбросил человека из райского сада на землю. Даже младенец грешен первородным грехом. Христианство изложено двумя основными заповедями: возлюби Бога всем сердцем своим, возлюби ближнего как самого себя.





Вопрос №2	Философия, ее предмет и социальная роль

ФИЛОСОФИЯ (греч. — любовь к мудрости), форма обществ, сознания; учение об общих принципах бытия и познания, об отношении человека к миру; наука о всеобщих законах развития природы, общества и мышления. Философия вырабатывает обобщённую систему взглядов на мир и место в нём человека; она исследует познавательное, ценностное, социально-политическое, нравственное, и эстетическое отношение человека к миру. Как мировоззрение 

Философия как теоретическая форма сознания, рационально обосновывающая свои принципы, отличается от мифологической и религиозной форм мировоззрения, которые основываются на вере и отражают действительность в фантастической форме.

Предмет и структура философии.

Предмет Философии исторически изменялся в тесной связи с развитием общества, всех сторон его духовной жизни, в том числе с развитием науки и самого философского знания. Философия зародилась на заре человечества цивилизации в Индии, Китае, Египте, но своей классической формы достигла в Др. Греции. По свидетельству античных авторов, слово «Философия» встречалось у Пифагора, а в качестве названия особой науки термин «Философия» впервые употреблялся Платоном. Зарождение Философии исторически совпадает с возникновением зачатков научного знания, с появлением обществ, потребности в изучении общих принципов бытия и познания. На последующих этапах формирования Философии появились более или менее стройные системы, претендующие на рациональное знание об окружающем мире. Первые, философы античного мира стремились главным образом открыть единый источник многообразных природных явлений. Натурфилософия явилась первой исторической формой философского мышления.

По мере накопления частных научных знаний, выработки спец. приёмов исследования начался процесс дифференциации нерасчленённого знания, выделения математики, астрономии, медицины и др. наук. Однако наряду с ограничением круга проблем, которыми занималась Философия, происходило развитие, углубление, обогащение собственно философских представлений, возникали различные философские теории и течения. Сформировались такие философские дисциплины, как онтология — учение о бытии (или о первоначалах всего сущего), гносеология — теория познания, логика — наука о формах правильного (то есть связного, последовательного, доказательного мышления), философия истории, этика, эстетика. Начиная с эпохи Возрождения процесс размежевания между Философией и частными науками протекает всё более ускоренными темпами. Взаимоотношения между Философией и частными науками носили противоречивый характер; поскольку последние ограничивались преимущественно эмпирическими исследованиями, общетеоретическими вопросами этих наук занималась Философия. Но т. к. философское исследование теоретических проблем частных наук не опиралось на достаточный для этой цели эмпирический материал (который, как правило, ещё не был накоплен), то оно носило абстрактный, умозрительный характер, а его результаты часто вступали в противоречие с фактами. На этой почве возникало противопоставление Философии частным наукам, принимавшее особенно резкую форму в тех идеалистических философских учениях, которые были связаны с религией. В 17 – 19 вв. создавались энциклопедические системы, в которых естествознанию противопоставлялась Философии природы, истории как науке — Философия истории, правоведению — Философия права. Считалось, что Философия способна выходить за пределы опыта, давать «всерхоткрытое» знание. Но такого рода иллюзии были опровергнуты дальнейшим развитием частных наук. Современная наука представляет собой чрезвычайно разветвлённую систему знания. Все известные явления мира оказались в «частном» владении той или иной спец. науки. Однако в этой ситуации Философия отнюдь не утратила своего предмета. Напротив, отказ от претензий на всезнание позволил ей более чётко самоопределиться в системе научного знания. Каждая наука исследует качественно он редел, систему закономерностей, но ни одна частная наука не изучает закономерности, общие для явлений природы, развития общества и человеческого познания. Эти закономерности и являются предметом Философии.

В пределах каждой частной науки есть различные уровни обобщения, не выходящие, однако, за рамки определенной сферы или аспекта бытия. В философском мышлении сами эти обобщения спец. наук становятся предметом анализа. Философия сводит воедино результаты исследований во всех областях знания, создавая всеобъемлющий синтез универсальных законов бытия и мышления. Выполняя эту функцию, философское мышление нередко направляется на объекты, относительно которых эмпирическое знание ещё не достижимо. Эта особенность философского мышления абсолютизировалась в системах спекулятивной Философией.

Вопрос №3	Основные идеи древнекитайской и древнеиндийской философии



Основные принципы философской мысли Древней Индии, ее основные школы и направления. 



Религиозные системы Индии - если сравнить их с ближневосточно-средиземноморскими монотеистическими - в ряде факторов, особенно в связи с проблемами онтогенеза, изначального единства макро- и микромира, природы и человека т.п., представляется более глубокими и философски насыщенными. Важная особенность индийских религий - их интровертивность, т.е. явственная обращенность вовнутрь, акцент на индивидуальный поиск, на стремление и возможность личности найти собственный путь к цели, спасение и освобождение для себя. Пусть каждый человек - лишь песчинка, затерявшаяся среди многих миров. Однако эта песчинка, ее внутреннее «я», ее духовная субстанция (очищенная от вульгарной телесной оболочки) столь же вечна, как и весь мир. И не только вечна, но и способна к трансформации: потенциально она имеет шансы стать рядом с наиболее могущественными силами мировоздания, богами и Буддами. Отсюда акцент на том, что каждый - кузнец своего счастья. Основы религиозных систем Индии были результатом синтеза примитивных верований протоиндийцев. Центр тяжести их религиозной активности приходится на ритуалы жертвоприношений в честь богов и на связанные с этим культовые отправления. Сложная и со временем все усложнявшаяся практика жертвенного ритуала была тем импульсом, который вызвал к жизни священные тексты ариев, оформленные в канонической форме в виде вед. Со временем религия вед заменяется брахманизмом. Брахманизм как система религиозно-философских взглядов и ритуально-культовой практики - прямой наследник ведической религии. В брахманах-коментариях делался акцент на существование прямой связи между долголетием и бесмертием, с одной стороны, и количеством и качеством жертв - с другой: жертвенная еда - это и есть пища бесмертия. Был разработан обряд дикши, цель которого - разделить индивида на материальную оболочку и духовную, бесмертную субстанцию. Считалось, что тот, кто совершил этот обряд, тем самым получал право на второе рождение. В коментариях-брахманах наряду с описаниями обрядов и магических символов немалое место занимали умозрительные абстракции, элементы философского анализа. Еще больше такого рода абстракций содержалось в примыкавших к брахманам араньяках (лесных книгах), текстах для отшельников-аскетов. Араньяки были тем истоком, с которого началась литература упанишад - философских текстов Древней Индии. О каких же проблемах шла речь в упанишадах? В первую очередь, о проблеме жизни и смерти, о мировоздании и космогонии, о тесных взаимосвязях человека и космоса, людей и богов. Что есть носитель жизни? Вода, без вечного кругооборота которой нет и не может быть живого? Пища, без которой живое не может существовать. Огонь, тепло, являющиеся условием жизни? Или, наконец, дыхание, прана - ведь без него нельзя обойтись ни минуты? В упанишадах серьезное внимание уделялось проблеме сна, причем состояние глубокого сна рассматривалось как нечто вроде грани между жизнью и смертью. На этой грани жизненное начало человека (джива) и «достигает самого себя» и «освобождается от утомления», а духовная субстанция человека, его душа как бы отделяется от него. А что же по ту сторону жизни, там, где душа окончательно покидает бренные останки некогда живущего человека? Что такое смерть? Идея вечного круговорота жизни, жизненного начала подтолкнула, видимо, древнеиндийских философов к мысли о закономерном круговороте жизни и смерти вообще и человека в частности. Суть этой концепции в том, что смерть - это не конец и тем более достижение блаженства или успокоения. Это просто некий разрыв непрерывности, элемент бесконечного круговорота, за которым рано или поздно следует новая жизнь. Религиозная философия упанишад в середине I тысячелетия до н.э. как бы определила основные параметры мировосприятия всей системы ценностей, духовной ориентации в рамках традиционной индийской цивилизации. Широкое массовое восприятие идей упанишад со временем породило тот индуизм, который стал широко распространенной религией в Средневековой Индии. Однако до возникновения индуизма индийская религиозно-философская мысль прошла через переходные этапы, характеризовавшиеся существованием различных систем. Речь идет о шести системах - даршанах. Три из них (ньяя - логика; вайшешика - космология; миманса - ритуал) второстепенны. Другие три оказали немалое влияние на развитие религиозно-культурных традиций Индии. Санкхья - одна из этих трех. В центре системы - два безначальных активно взаимодействующих начала: пракрити (первичный материальный субстракт, материя, энергия) и пуруша (духовное начало). Пуруша состоит из мириадов индивидуальных душ, это сознательное, но инертное начало. Пуруша воздействует на пракрити, лишенную сознания материю, придает ей форму и духовную субстанцию. Это взаимодействие согласно системе санкхья, и является первопричиной возникновения и существования всего феноменального мира. Цель, основной смысл философии санкхьи сводится к тому, чтобы помочь пуруше освободиться из плена материи, избавиться от состояния сансары (земной жизни и перерождений), покинуть тела, в которых он заключен, и обрести состояние блаженства и освобождения. К числу методов и способов, которые позволяют достичь этой цели, относятся и те, что впоследствии получили разработку в рамках другой системы - йога. Основная цель та же, что и в системе санкхья: отделить пурушу от пракрити и тем самым добиться освобождения. Потому-то и весь характер йоги - в отличие от санкхьи - направлен не столько в область спекулятивных абстракций, туманных рассуждений о слиянии и реализации, сколько в область практической реализации поставленной цели. Главное в системе йоги - практика, методы, упражнения, конечный смысл которых в том, чтобы индивид научился подавлять и контролировать свое обыденное сознание, свои чувства, ощущения, свою физическую и вообще жизненную активность и таким образом подготовить себя к встрече с Пурушей. Третьей системой является веданта, принадлежащей к числу наиболее философски насыщенных и емких. Смысл системы вкратце сводится к следующему. Источник всего сущего, феноменального и иллюзорного мира - Абсолютная Реальность, Брахман, являющийся высшим духовным единством, и Тот - «невыразимое, высшее блаженство». Этот источник - вне качеств и атрибутов, он един и неделим. А коль так, то и духовное «Я» каждого индивида, его Атман, тождественно ему. В то же время это духовное «Я» в веданте не противостоит телу, ибо в отличие от санкхьи веданта отрицает дуальность мира, не видит различий между пурушей и пракрити. Здесь все едино, все - Брахман. Тело же и даже мысль, как и весь феноменальный материальный мир, мнимы, иллюзорны. Итак, Брахман - единственная реальность. Материальная реальность мнима, она является результатом действия майи, эманации Брахмана. Для реализации конечного отождествления с Брахманом тот, кто стремится к этому, должен нравственно и материально очищаться, отказываться от желаний и страстей и быть готовым отринуть все во имя великой цели. Познав свой Атман, человек достигал покоя; его внутреннее «Я» отождествлялось с Брахманом. Система веданта сыграла очень важную роль в истории индийской религиозно-философской мысли. Ее построения были восприняты в национальной традиции Индии, повлияли на облик индуизма и даже являлись одной из духовных основ в период возрождения древних традиций, в эпоху критического переосмысления основ индийской цивилизации. Во многом аналогично было становление древнекитайской философии. Здесь также ломка традиционных общинных отношений, вызванная экономическим прогрессом, появлением денег и частной собственности, рост научных знаний создали благоприятную почву для духовных перемен. 



Основные направления философской мысли Древнего Китая.



Примечательно, что и в Китае первыми «оппозиционерами» выступали аскетовавшие бродячие мудрецы, подготовившие в эпоху «Чжань го» («борющихся государств») наступление «золотого века» китайской философии. Хотя отдельные философские идеи можно обнаружить в еще более древних памятниках культуры, каковыми в Индии были Упанишады и отчасти Ригведа, а в Китае - «Ши цзин» («Канон стихов») и «И цзин» («Книга перемен»), философские школы и в том и другом регионе складываются примерно в IV веке до н.э. Причем в обоих ареалах философия, достаточно длительное время развмвавшаяся анонимно, отныне становится авторской, будучи связанной с именами Гаутамы Шакьямуни-Будды, основателей джайнизма - Махавиры, адживики - Макхали Госала, первого китайского философа - Конфуция, даосского мудреца - Лао-цзы и т.д. Если в Индии многочисленные философские школы так или иначе соотносились с ведизмом, то в Китае - с конфуцианской ортодоксией. Правда, в Индии размежевание на отдельные школы не привело к официальному признанию приоритета какого-либо одного из философских направлений, в то время как в Китае конфуцианство в II веке до н.э. добилось официального статуса государственной идеологии, сумев сохранить его до нового времени. Наряду с конфуцианством наиболее влиятельными в соперничестве «ста школ» были даосизм, моизм   и легизм. Бытие и не-бытие: их сущность и взаимосвязь. Мифологическая картина мироздания, представлявшая собой бессознательно-художественную переработку фантазий природы и общественных форм, не различала реальное от иллюзорного, не выделяла человека из окружающего мира, а, напротив, одешевляла последний, очеловечивая его. В воображении древних китайцев из бесформенного мрака родились два духа, упорядочившие мир: мужской дух ян стал управлять небом, а женский инь - землей. Пока человек сталкивался главным образом со злом как проявлением сил природы, он относил его исключительно за счет сверхъестественных сил. Но когда носителем зла все чаще становились сами люди, это заставило усомниться в традиционных представлениях. Человеческое страдание - в различных его проявлениях - было стимулом к раздумьям, поискам глубинных смыслов. Символична в этом смысле легенда о Будде. Постепенно китайские философы, отказываясь от мифологического объяснения «порождения», утверждали «причинность» возникновения мира. В классической китайской философии, по мнению многих синологов, понятие бытия, как такового, вообще отсутствует. Внимание первых китайских философов было сосредоточенно не столько на анализе субстанции вещей, сколько на их ценностном отношении, нормативной иерархии. Правда, последователи Лао-цзы (VI-V века до н.э.) - даосы под иероглифом «ю» (дословно «иметься», «наличествовать») и «у» (дословно «нет», «не иметься»), видимо, различали существование вещей, «наличное бытие», от существования, «не бытия». К разряду последнего относилось дао (дословно «путь»), понимаемое как сверхбытие, великое единое, предельная реальность. Дао - вечно и безымянно, бестелесно и бесформенно, неисчерпаемо и бесконечно в движении, оно праотец всего сущего. «Все сущее в мире рождается из бытия, а бытие рождается из небытия». Философы древности не просто констатировали существование первоначала, но и пытались отыскать ему аргументированное доказательство, выявив его субстрат и даже структуру. Делали они это по разному, выводы их отличались не только отсутствием единообразия, но и были зачастую взаимоисключающими. Так, продолжив теистическую тенденцию Упанишад, ведантисты отстаивали монистическую модель, в соответствии с которой Брахман - идеальное Единое, причина мира. Санхьяики и йогины, склонялись к дуализму: они признавали непроявленное пракрити, обладающее не поддающимися определению - гунами. Последние условно можно соотнести с такими свойствами, как активность, стабильность и инерция. Через проявление гун мыслилось развертывание единого в многообразии мира. В то же время индийские дуалисты наряду с реальностью признавали в качестве независимого первоначала психические элементы - пурушу, некий чистый субъект.Локаятики или черваки - индийские материалисты - утверждали, что первоначалу присущи четыре «великие сути»: земля, вода, огонь и воздух. Представители ньяя и особенно вайшешики относились к числу древних атомистов. Атомы вайшешиков отличались чувственной конкретностью. Они имели вкус, цвет, запах, температуру, но в то же время были единообразны по форме и величине. Вайшешики усматривали причину существующего мира не в движении атомов, как это утверждали гречиские атомисты, а считали, что атомы создают моральный образ мира, реализуя моральный закон - дхарму.Человек в философии и культуре Древнего Востока В Китае единое - «великое начало, способное родить, наделить и погубить» человека, обожествлено в Небе - «Тянь». В «Ши цзине» («Канон стихов») Небо - всеобщий прародитель и великий управитель: рождает на свет человеческий род и дает ему правило жизни. Упоминание правил жизни не случайно. Освещение общественных устоев, их сохранение и поддржание - важнейшая социальная функция культа Тянь. «Этикет» помимо норм непреходящей ценности, вроде правдивости, доброты, смелости, морального императива «то, чего я не хочу, чтобы делали мне, я не хочу делать другим», включал в качестве первостепенных принципов добродетельности уважение и строгое подчинение сложившемуся разделению социальных ролей. Конфуцианство, заложившее с древности идеологический фундамент китайского общества, выдвинуло в качестве краеугольного камня социальной организации - ли, что означало норму, правило, церемониал. Ли предполагало поддержание навечно рангово-иерархических различий. Конфуций говорил, что без ли не может быть порядка, а, следовательно, и процветания в государстве. Аналогичным образом в Индии «образующий реальное и нереальное Брахма» не только «вечный творец существ», но и определяющий для всех «имена, род деятельности (карму) и особое положение». Ему приписывается установление кастового деления и требование безусловного его исполнения.

Вопрос №4	Античная натурфилософия



На протяжении VI-V вв. до н.э. в Греции происходил бурный расцвет культуры и философии. За этот период были созданы новое немифическое мировоззрение, новая картина мира, центральным элементом которой стало учение о  космосе.

Первые учения – г. Милет – Фалес, Анаксимандр, Анаксимен (представители Милетской школы, являющейся родоначальницей натуралистической фазы развития античной философии). Задавшись вопросом, откуда всё возникает и во что превращается, они искали начало происхождения  и изменения всех вещей. Полагали, что существует первовещество – живое в целом и в частях, наделенное душой и движением. Занимались и разносторонней практической деятельностью.

ФАЛЕС.  конец VII – начало VI в. до н. э. Купец, много путешествовал. Гидроинженер. Проект политического объединения малоазиатских городов перед угрозой Персии. Знаком с достижениями науки Вавилона и Египта. Предсказал солнечное затмение в Греции – 585 г. до н. э. Изобрёл некоторые астрономические приборы. 

Первым сформулировал вопрос: «что есть всё», «что является первоосновой». Всё произошло из некоего влажного первовещества или воды. (Фалес – монист, т. к. принимал за основу всего сущего одно начало). Земля - плоский диск, плавающий на поверхности воды. Вода и все произошедшие из неё вещи – не мертвые. Вселенная полна богов, всё одушевлено. Примеры - магнит и янтарь могут приводить в движение другие вещи – они имеют душу. Всё знание надо сводить к одной основе – чувственной видимости.

АНАКСИМАНДР. Первоисточник – это некое первовещесто апейрон  из которого обособляются противоположности теплого и холодного, дающие начало всем вещам. Апейрон не имеет границ, он беспределен. Земля - цилиндр. Всё обособившееся от беспредельного должно вернуться в него. Поэтому миры возникают и разрушаются. Чувственный мир является лишь проявлением реального мира, следовательно необходимо выйти за пределы непосредственного наблюдения.

АНАКСИМЕН.  Время завоевания Милета персами. Первовещество – воздух. Все вещества получаются посредством сгущения и разряжения воздуха. Воздух – это  дыхание, обнимающее весь мир. Земля – диск, поддерживаемый воздухом. Душа также состоит из воздуха. Воздух обладает свойством бесконечности.

Философия милетской школы является рационализацией мифа. Мир объясняется на основе материальных начал, без участия внеприродных сил. Гилозоизм - любое математическое тело обладает душой; пантеизм – бог = природа. В человеке милетцы усматривают, прежде всего, не биологическую, а физическую природу, выводя его из воды (или воздуха и т. п.). Милетская философия возникла на основе зарождающегося эмпирического и теоретического знания. Их материализм носил стихийный характер, мир рассматривался в непрерывном движении и изменении.

В V в. до н. э. Милет утратил самостоятельность (во власти Персов) и развитие философии здесь прекратилось.

ПИФАГОР И РАННИЕ ПИФАГОРЕЙЦЫ. Пифагор из Самоса 580-500 г. до н. э. При тиране Поликрате переселился в Южную Италию в г. Кротон, где основал политический и религиозный союз представляющий интересы аристократии. Сам ничего не писал. Выдвинул реакционное учение о порядке. В общественной жизни порядок – власть аристократов.

Отвергали материализм Милетцев. Основа мира не материальное первоначало, а числа, котоорые образуют космический порядок – прообраз общественного порядка. Познать мир – значит познать управляющие им числа. Движение небесных тел подчиняется математическим соотношениям - гармония сфер. 

Пифагорейцы отрывали числа от вещей, превращали их в самостоятельные существа, абсолютизировали и обожествляли их. Священная монада (единица) – это  мать богов, всеобщее первоначало и основа всех природных явлений. Двойка – это принцип противоположности, отрицательности в природе. Природа образует тело (тройка), являясь триединством первоначала и его противоречивых сторон. Четверка – образ  четырех элементов природы. Мысль о том, что всё в природе подчинено определённым численным соотношениям, благодаря абсолютности чисел приводила Пифагорейцев к идеалистическому утверждению, что именно число, а не материя является первоосновой всего.

Все вещи состоят из противоположностей: чётное – нечётное, предел – беспредельное, единство – множество, правое – левое, мужское – женское. Однако их противоположности не переходят друг в друга (в отличие от Гераклита). Особое значение – предел и беспредельное. Предел - огонь, беспредельное – воздух (пустота). Мир дышит пустотой, состоит из взаимодействия огня и воздуха.

ГЕРАКЛИТ ЭФЕССКИЙ: развитие материализма и диалектики. Первоначало всего мира – огонь. Космос един, всё сущее никем не сотворено и является живым огнем, загорается и потухает. Огонь превращается в воду – семя мироздания, вода превращается в землю и воздух; и назад. Душа является огненным дыханием – основанием жизни. Гераклит является основоположником гносеологии (учение о познании). Первый различал чувственное и рациональное познание. Истина постигается умом, который познаёт сущность (логос) мира, находясь за порогом чувств. Познание начинается с чувств, но они должны обрабатываться разумом. Образование и понятие слиты воедино, т. к. едины чувства и рациональное познание. В мире существует единство как результат сочетания противоположностей. Борьба противоположностей закономерна, т. к. является источником создания мира. Противоположности соединяются, и устанавливается гармония. Гераклит развивает диалектические взгляды. “Всё течет, всё изменяется”, “нельзя войти в одну реку дважды”, всё рождается благодаря смерти чего-либо. Это стихийная диалектика, где космос рассматривается как единое целое и пребывает в постоянном движении и изменении.

Вопрос №5	Классическая древнегреческая философия (Сократ, Платон, Аристотель)

Предпосылки возникновения древнегреческой философии

Древняя Греция представляла конгломерат городов - государств (полисов), расположенных по побережью Средиземноморья, Балканского полуострова, западном побережье Малой Азии. Общественно-экономическая жизнь полисов характеризовалась развитыми формами отношений между социальными группами, классами, партиями, городами, развитием демократических институтов, обширными торговыми связями, взаимодействием различных культур Средиземноморья. Все это во многом способствовало расцвету искусства и культуры Древней Греции. Духовный мир представлен развитыми системами мифологических представлений и религиозных верований, которые в классической форме выступают в поэмах «Илиада», «Одиссея» Гомера, «Теогония» Гесиода, некоторых более поздних литературных памятниках. Создается величественная картина рождения мира. В качестве первоначала выступает Хаос — изначальное, бесформенное состояние Вселенной. Затем из Хаоса рождаются Земля — Гея, Небо — Уран, вечный мрак — Эреб, темная ночь — Нюкта, вечный свет — Эфир, радостный светлый День — Гемера, мрачный Тартар — ужасная бездна, полная вечной тьмы, прекрасный Эрос и т.д. Всего существовало шесть поколений богов. Начиная с пятого пантеон богов олицетворяется Зевсом-Громовержцем, который является их отцом /См. Мифы древнего мира/ Сост. М.Б.Бурдыкина. СПб.: «Каравелла», 1995/. Мифологическое мировоззрение древних греков при всем своем своеобразии и уникальности, тем не менее, по мнению ученых-исследователей обнаруживает определенные аналогии и сходства с мифами Египта, Индии, Вавилона и других. Основной тенденцией в развитии мифологии в предфилософское время становится утрата богами антропоморфных черт и превращения их в безличные начала мира, например, Зевс — в огонь, Кронос — во всеобъемлющее время. Подобная переработка мифа свидетельствовала о сложных, противоречивых, внутренних процессах мыслительной деятельности, внутри которых постепенно складывались условия для возникновения совершенно нового, принципиально отличного мировоззрения — философского.

В возникновении теоретического мышления не последняя роль принадлежала и субъективным качествам национального характера греков: активная любознательность, восприимчивость к культурам других народов; интерес, вызываемый потребностями все более расширяющейся практики, к природным и социальным явлениям; физические, астрономические, математические знания, накопленные в других странах, не просто усваивались греками, а определенным образом преобразовывались. В Египте и Вавилоне положительные знания возникали на базе практики и не имели должного логического и теоретического обоснования, и существовали в виде тезисов. В Греции же эти элементарные знания в области математики, астрономии превращаются в доказываемые теоремы. Так, например, египтяне владели системой математических расчетов, которые они использовали при межевании полей. Они знали, что у прямоугольного треугольника, катеты которого равны 3 и 4, а гипотенуза 5, квадраты катетов имеют общую площадь, равную квадрату гипотенузы. Эти знания были получены в результате практики, в результате многократного повторения схожих ситуаций. Но греки это частное правило превратили в теорему и доказали, что это положение верно для любого прямоугольного треугольника — «Сумма квадратов катетов равна квадрату гипотенузы». Они впервые доказали, что правила, тезисы, вытекающие из практической деятельности, являются естественными законами, и сама необходимость делает их тем, что они есть. Преобразования знаний приводят к появлению научного инструментария, приемов и методов теоретического рассмотрения.

Греческое мышление с полным правом можно назвать теоретическим. Оно носило созерцательный характер и было лишено эксперимента как критерия истины. Хотя возникновение теоретического мышления было вызвано потребностями практики, но древние мыслители не рассматривали проблему соответствия теории практической деятельности, ее нуждам и запросам. В этом подходе проявляется особый характер общественного разделения труда: физический труд, практическая деятельность, связанная с повседневной деятельностью — удел рабов, умственный труд — право и привилегия, признак свободного человека.

Поэтому отсутствие экспериментальной проверки истинности знания является причиной необычного многообразия различных школ и направлений, где проявляются различные тенденции, возможности становления и развития теоретического знания. Поэтому древнегреческая философия становится подлинной школой мышления, интеллектуального становления для последующих эпох. Рабский труд не стимулировал развитие техники, средств производства в целом и основанного на них эксперимента как формы научного познания. Поэтому в основе научной деятельности лежали не наблюдения, проверяемые экспериментально, а гипотеза. Одно и тоже явление гипотетически имело множество значений.

Отличительным признаком зарождающейся древнегреческой философии становится космоцентризм. Космос (греч. Kosmos — строй, порядок, украшение, Вселенная) — огромное, шарообразное, гармоничное во всех своих частях, живое одушевленное тело. Предельное обобщение всего видимого и мыслимого, объединяющего в единое целое природу, богов, человека. Космическая гармония выступает как закон (nomos), разумное установление, обязательно-необходимое для всех сфер мира. Всестороннее обоснование космического универсума во всех его проявлениях и формах — неотъемлемая, характерная черта древнегреческой философии

Классическая древнегреческая Сократ, Платон, Аристотель

Сократ (469-399 гг. до н.э.) стоит на перепутье философской мысли и знаменует собой переход от одной эпохи развития античной мысли к другой.

Он не был философским писателем и излагал свои взгляды в устной форме. Поэтому содержание его учения устанавливается путем критического анализа различных источников и, в первую очередь письменных сообщений его учеников и современников. Особенно полно и всесторонне описывает взгляды Сократа его ученик и ближайший сподвижник — Платон. Имеются также свидетельства Ксенофонта и Аристофана, создавшего гротескный облик Сократа в «Облаках».

Философия, по мнению Сократа, есть учение о том, как надо жить. Поэтому он отрицательно относился к своим предшественникам — натурфилософам и считал, что изучение природы невозможно и бесполезно. Главная направленность философского знания — внутренний мир человека, его душа. Главная задача познания — самопознание: «познай самого себя». По преданию это изречение было высечено на колонне в храме Аполлона в Дельфинах в качестве призыва к каждому входящему. Оно было принесено в дар храму «семью мудрецами» (Фалес, Солон, Хилон и другие) и означало самоконтроль над своими поступками. У Сократа оно стало означать путь к истинному познанию, добродетели, высшему благу. Философия окончательно принимает форму рефлексии. В этом и заключен рубежный характер сократической мысли.

Знание по Сократу есть постижение общего для целого ряда предметов, вещей, явлений. Но общее существует в качестве понятия. Поэтому познать — это дать понятие предмету, определить его понятие. Особенно велика роль понятий в этике. Так, безусловное высшее благо как понятие определяет высшую цель общества, которой подчинены все остальные. В этом положении заключено коренное отличие теоретических построений Сократа от релятивизма софистов. В этике добродетель тождественна знанию: все дурное совершается по незнанию или заблуждению, а мудрость, добро обязано совершенному знанию. Этический рационализм исходил из познания высокой миссии разума, знания, интеллекта — мудрый человек никогда не будет делать зла. Дальнейшее развитие это учение получило в так называемых «сократических школах».

Важнейшая заслуга Сократа состояла в совершенствовании диалога как основного метода достижения истины. Этот метод получил образное название майевтики (повивальное искусство). Тем самым подчеркивался напряженный характер познавательного процесса, плодотворность его результатов. Особое значение приобретала знаменитая сократовская ирония, раскрывающая самые неожиданные, зачастую парадоксальные смысловые аспекты обсуждаемой темы.

Образ Сократа сохранился как замечательный пример независимости, честности мыслителя, посвятившего жизнь неустанному поиску истины, добра, справедливости, бескомпромиссно отрицающего устаревшие нормы, традиции, взгляды своей эпохи. Был ложно обвинен по доносу «во введении новых божеств и развращении юношества», приговорен к смерти. Отказавшись по принципиальным мотивам от возможного побега из тюрьмы, принял яд цикуту.

В учении Платона (подлинное имя Аристокл) (427-347 гг. до н.э.) древнегреческий идеализм принимает форму мировоззрения. Литературное философское наследие — «корпус Платона» составляет свыше 30 диалогов. Родившись в семье знатного афинского гражданина получил всестороннее образование. Основал философскую школу в Афинах, получившую название Академии. Был одним из любимых учеников Сократа, образ которого активно использовал в своих произведениях. Широко использовал и развивал далее различные идеи пифагорийцев, Парменида, Гераклита и других.

Методологический принцип Платона состоит в раздвоении мира на мир идей и мир вещей. Описание взаимоотношений между ними составляет ядро его философского учения. Чувственный мир вещей рассматривается как «не истинно сущий»: предметы, познаваемые чувствами, непрерывно возникают и исчезают, в них нет ничего постоянного, а, следовательно, истинного. Сущность вещей заключена в бестелесных, нечувственных формах, которые постижимы лишь разумом, сознанием. Они и названы Платоном «видами» или «идеями» (эйдосами). Каждому классу или виду материальных чувственных предметов соответствует определенная идея, в которой заключена их суть. Например, реальный стол является таковым, поскольку он соответствует идее стола вообще. Всеобщая совокупность идей составляет подлинное бытие. Но чувственная вещь отражает не только нетленную, вечную идею, то есть бытие, она также несет на себе печать небытия, так как она временна, преходяща. Роль небытия играет «материя». Таким образом, чувственный мир это нечто среднее между миром идей (истинным бытием) и миром материальных вещей (небытием). Систему идей завершает высшая — идея всеобщего блага, являющейся верховной причиной и целью бытия.

Платон разрабатывает теорию познания, методологической установкой которой является так называемое «припоминание». До своего вселения в оболочку тела душа, находясь в мире чистых идей, всесторонне созерцала сущность мира. Но перемещаясь с платоновых облаков на землю, душа «забывает» о прежней идеальной жизни. Противоречия чувственного мира будят воспоминания, побуждают к размышлению, припоминанию о подлинной сущности мира. Процесс припоминания проявляется как искусство диалектики. Теоретические размышления Платон сопровождает яркими образами, аналогиями, сравнениями. Так, теорию познания он популярно разъясняет через образ пещеры. Человек познающий — это пленник, скованный цепями (чувствами) и помещенный спиной к входу. На противоположной стене пещеры он видит тени предметов, зверей, людей, изображения которых проносятся перед входом. Задача познания состоит в том, чтобы за неясными бликами и тенями раскрыть подлинный мир образов, «вспомнить» истинный мир.

В космологическом учении проявляется влияние пифагорийцев: неделимыми элементами всего сущего являются треугольники — геометрические бестелесные фигуры. Центром Космоса выступает «мировая душа» — димиург, миросозидающее начало, творец мира.

Платон — сторонник переселения души: она бессмертна и постоянно перевоплощается. Диалектика взаимоотношения души и тела рассматривается через образ двух коней — Белого (благородные страсти) и черного (низменные страсти). Возничий этой символической упряжки — разумная душа, которая сама выбирает свою дальнейшую участь. Совершенные души навсегда поселяются в царстве идей. Обладающие разумной душой становятся философами, аффективной — воинами, вожделенной — ремеслениками и землевладельцами.

Воспитание создает предпосылки победы человека над страстями и вожделениями. Но для большинства идеал совершенства недосягаем и поэтому необходимы государство и законы. Платон выступает ревнителем государственных интересов, предлагает ограничение личной собственности, общность жен и государственное воспитание детей. Социальная теория в целом носит ярко выраженные черты абсолютного приоритета государства перед личностью.

Аристотель (384-322 гг. до н.э.) — величайший мыслитель древности, основатель логики и некоторых других отраслей знания. Один из ближайших соратников и учеников Платона с 16 лет, выделялся громадной начитанностью и выдающимися умственными дарованиями. Был приглашен в воспитатели к сыну царя Филиппа, будущего Александра Македонского и в течение ряда лет преподавал ему философию, риторику. Основатель философской школы «ликея», названной по имени храма Аполлону Ликейскому.

Аристотель систематизировал весь накопленный предшествующий философский опыт в своих произведениях: «Органон», «Физика», «Метафизика» и другие. Сочинения Аристотеля выдержаны в последовательном строгом стиле, охватывают все стороны современного и научного знания. Выступил с критикой исходных позиций своего учителя: «Платон мой друг, но истина дороже». Острие его критики было направлено против концепции двух миров: мира идей и мира вещей. Подобная установка, по мнению Аристотеля, ровным счетом ничего не добавляла к знаниям о вещах. Неподвижными идеями нельзя было объяснить также всеобщность движения, изменений, царящих в окружающем мире.

Вопреки Платону, рассматривающему в качестве причины мира лишь одну — идею, Аристотель формулирует четыре причины: формальная (сущность бытия, в силу которой всякая вещь такова, какая она есть); материальная (то, из чего что-либо возникает); движущая (начало движения, изменения); целевая (то, ради чего что-либо осуществляется).

Взаимодействие причин проявляется в отношениях между формой и материей. Всякая единичная вещь составляет единство формы и материи. Например, медный шар составлен из совокупности формы (шаровидности) и материи (меди). Один и тот же предмет чувственного мира может быть в одном отношении формой, в другом — материей. Если рассмотреть медь, являющуюся по отношению к шару материей, то по отношению к составляющим ее элементам (по представлениям того времени это вода, огонь, земля, воздух) она является формой. Материя есть возможность предмета, форма — действительность предмета. Поднимаясь по «лестнице» форм, утверждает Аристотель, мы постигаем высшую форму, которую уже нельзя рассматривать как материю или возможность более высокой формы. Такая предельная форма есть демиург, бог, неподвижный, перводвигатель, пребывающий вне мира и сообщающего целенаправленное движение всему сущему.

Под бытием Аристотель понимает существование отдельных вещей, но познать сущность вещи с помощью чувств нельзя. Это познание осуществляется с помощью и посредством разума, который выявляет в вещах общее, всеобщее, то есть существенное. Средствами теоретического познания являются категории (предельно общие философские понятия): сущность, качество, количество, отношение, место, время и другие. Аристотель впервые упорядочил категории в определенную систему, ввел их в диалектический процесс познания.

С развитием теоретического знания возникает настоятельная потребность в нормах правильного оперирования понятиями. Исходя из предшествующего богатого опыта мыслительной деятельности, Аристотель формулирует основные положения традиционной логики, правила выводного (силлогистического) знания.

В космологии развивал идеи геоцентризма, что являлось шагом назад по сравнению с пифагорейскими гелиоцентрическими взглядами. Система Аристотеля — Птоломея просуществовала столетия вплоть до научного переворота, осуществленного Н. Коперником.

Аристотель развил стройную систему нравственных постулатов, соответствующих требованиям времени. Наивысшую ценность придавал созерцательным формам деятельности: умственный труд в это время был привилегией и признаком свободного человека. Высшим моральным идеалом провозглашался бог, под которым понимается «мыслящее себя мышление». Нравственная добродетель понимается как разумное регулирование деятельности людей, преодоление крайностей. Так, щедрость представляет середину между скупостью и расточительностью, храбрость — между безрассудством и трусостью и т.д. Подчеркивал общественный характер и природу человека. В «Политике» развил учение об обществе и государственной власти.

Учение Аристотеля представляет важнейший этап в развитии мировой философии, оказавший огромное влияние на арабскую, византийскую и европейскую философию и во многом определивший пути их дальнейшего развития.

Вопрос №6	Средневековая философия: общая характеристика

Средневековье занимает длительный отрезок истории Европы от распада Римской империи до эпохи Возрождения, то есть почти целое тысячелетие. Раннее средневековье характеризуется становлением христианской догматики в условиях формирования европейских государств в результате падения Римской империи (V в. п. э.), а зрелое средневековье (начиная с XI в.) связано со становлением и утверждением феодализма, который в качестве своей идеологической основы использовал развитое в раннем средневековье христианство, уточняя и углубляя детали этого мировоззрения в соответствии с собственными требованиями.

Идеалистическая ориентация большинства философских систем средневековья диктовалась основными догматами христианства, среди которых наибольшее значение имели такие, как догмат о личностной форме единого бога-творца, в корне отвергавший атомистические доктрины античности (разработка этого догмата связана в первую очередь с именем Августина), и догмат о творении богом мира “из ничего”, который не только устанавливал непроходимую границу между идеальным миром бога-творца и материальным миром земной жизни, не только утверждал зависимое происхождение последнего от идеальной воли верховной личности, но также предполагал ограниченность мира во времени (начало и конец света).

В условиях такого жестокого религиозного диктата, поддерживаемого государственной властью, философия была объявлена “служанкой богословия” (формула Петра Домиани), которая должна была использовать мощь своего рационального аппарата для подтверждения догматов христианства. Эта философия получила название “схоластики” (от лат. scholastica — школьный, ученый). Считалось, что истина уже дана в библейских текстах, и, чтобы актуализировать ее, выводя всю полноту ее логических следствий, необходимо применить систему правильно построенных силлогизмов. В этом отношении схоластика, естественно, опиралась на античное наследие, особенно — на формальную логику Аристотеля. Вследствие того, что сами библейские тексты и символы веры отличались мистическим или иносказательным характером, для их однозначного толкования требовалась изощрённая логика. Многие “таинства веры” превращались в образцы “логических задач” (особенно догмат о троице, то есть о трех лицах одного бога), поэтому схоластика со стороны своей техники характеризуется как “схоластический рационализм”. Содержание схоластических диспутов не оказало серьезного воздействия на дальнейшее развитие философии, но с точки зрения техники рассуждений схоластика во многом оказалась полезной для дальнейшего развития логики.

Систематизатором ортодоксальной схоластики считается монах-доминиканец Фома Аквинский (1225/26—1274), ставивший своей основной целью отработку догматов христианского вероучения в формах здравого смысла. Опираясь на позднего Аристотеля, он канонизировал христианское понимание соотношения идеального и материального как соотношение изначального принципа формы (“принципа порядка”) с колеблющимся и неустановившимся принципом материи (“слабейшим видом бытия”). Слияние первопричина формы и материи рождает, но Фоме Аквинскому, мир индивидуальных явлений. Душа человека есть формообразующий принцип, однако, свое полное индивидуальное воплощение она получает только при соединении с телом.

Это последнее положение поставило точки над “и” в одном из самых острых дискуссионных вопросов христианской схоластики. Будучи в своих фундаментальных постулатах отчетливо идеалистической системой, формирующееся христианство, а значит, и схоластика не могли не быть озабочены истолкованием своего отношения к материи, так как третья ипостась верховного абсолютного божества — Иисус Христос был, по библии, явлен в образе человека, то есть объединил в себе и божественную (идеальную) и человеческую (материально-телесную) природу. Сам факт этого объединения не давал возможности полностью игнорировать материю как ложное бытие, как “ничто” (чего требовал догмат о творении из ничего), поэтому квалификация материи Фомой Аквинским с помощью целой системы утонченных рассуждений в качестве “слабейшего вида бытия” была воспринята церковью как выход из создавшегося логического тупика. Материя, таким образом, получила в схоластике частичное “оправдание”, не потеряв при этом своего зависимого положения.

Однако наиболее остро коллизия между духом и материей проявилась в средневековье в знаменитом споре между реалистами (от лат. realis — вещественный, действительный) и номиналистами (от лат. nomen—имя, наименование). Спор шел о природе универсалий (от лат. universalis—общий), то есть о природе общих понятий. Реалисты (Иоанн Скот Эриугсна и главным образом Фома Аквинский), основываясь на положении Аристотеля о том, что общее существует в неразрывной связи с единичным, являясь его формой, сформулировали концепцию о трех видах существования универсалий. Универсалии, согласно Фоме Аквинскому, существуют трояким образом: “до вещей” в божественном разуме, “в самих вещах” как их сущность или формы и “после вещей”, то есть в человеческом разуме, как результат абстракции. Такое решение вопроса носит в истории философии название “умеренного реализма”, в отличие от “крайнего реализма”, согласно которому общее существует только вне вещей. Крайний реализм платоновского толка, при всей своей, казалось бы, изначальной приспособленности к идеалистической схоластике, не мог быть принят ортодоксальной церковью именно вследствие того, что материя была частично оправдана христианством как одна из двух природ Иисуса Христа.

Номиналисты (Росцелин), будучи во многом значительно более материалистически настроены, чем даже умеренные реалисты, довели идею отрицания объективного существования общего до логического конца, считая, что универсалии существуют лишь в человеческом разуме, в мышлении, то есть они отрицали не только наличие общего в конкретной единичной вещи, но и его существование “до вещи”, а это равносильно материалистическому тезису о примате материи. Универсалии, говорил Росцелин, суть только имена вещей и существование их сводится лишь к колебаниям голоса. Существует только индивидуальное, и только оно может быть предметом познания.

Как и следовало ожидать, церковь приняла умеренный реализм Фомы Аквинского, а номинализм Росцелина был осужден еще на Суассонском соборе в 1092 г.

Таким образом, несмотря на идеалистический характер всей средневековой философии, в ней продолжалось противоборство линий Платона и Демокрита, хотя оно и облекалось чаще всего в логические термины. Средневековый спор о природе универсалий значительно повлиял на дальнейшее развитие логики и гносеологии, особенно на учения таких крупных философов нового времени, как Гоббс и Локк. Элементы номинализма встречаются также у Спинозы, а техника номиналистической критики онтологизма универсалий была использована Веркли и Юмом при формировании доктрины субъективного идеализма. Тезис реализма о наличии общих понятий в человеческом сознании лег впоследствии в основу идеалистического рационализма (Лейбниц, Декарт), а положение об онтологической независимости универсалий перешло в немецкий классический идеализм.

Итак, средневековая философия внесла существенный вклад в дальнейшее развитие гносеологии, разработав и уточнив все логически возможные варианты соотношения рационального, эмпирического и априорного, соотношения, которое станет впоследствии уже не только предметом схоластических споров, но фундаментом для формирования основ естественнонаучного и философского знания.

Вопрос №7	Философия эпохи Возрождения: общая характеристика

Рост промышленности, торговли, мореплавания, военного дела, то есть развитие материального производства, обусловил развитие техники, естествознания, математики, механики. Все это требовало освобождения разума от схоластики и поворота от сугубо логической проблематики к естественнонаучному познанию мира и человека. Выразителями этой тенденции были крупнейшие мыслители эпохи Возрождения, общим пафосом которой стала идея гуманизма. Николай Кузанский (1401 - 1464) утверждал мощь человеческого познания; человек через творческую деятельность своего ума (“человек есть его ум”) как бы уподоблялся богу. Мысль Кузанца о совпадении (единстве) всех противоположностей в боге по своему содержанию близка к диалектике. Также близка к диалектике и идея о соотношении части и целого — отдельное свидетельствует о предусматрении целого. Он рассуждал и о границах применения закона противоречия в математическом познании, и о возможности применения математических понятий в познании природы.

Центральной идеей Пико делла Мирандолы (1463 - 1494) была идея возвышения человека в силу причастности его всему земному и небесному. Наличие у человека свободы выбора делает его космически не закрепленным, утверждая его творческую способность самоопределения. Пантеистические взгляды этого мыслителя сближали его с Николаем Кузанским. Н. Коперник (1473 - 1543) известен произведенной им революцией в астрономии — утверждением системы гелиоцентризма. М. Монтенъ (1533 - 1592), автор знаменитых “Опытов”, доказывал, что человеческое мышление необходимо постоянно совершенствовать на основе объективного познания естественных закономерностей природы, которым подчинены жизнь и деятельность людей. Его скептицизм — символ неуспокоенности его ума, его постоянных творческих исканий. Дж. Бруно (1548 - 1600) также считал целью философского познания не бога, а природу и при этом высказывал идеи о бесконечности природы и бесконечном множестве миров Вселенной. Он представитель пантеизма, и ему не чужда диалектическая идея о совпадении противоположностей. Г. Галилей (1564 - 1642) -один из основателей экспериментально теоретического естествознания, заложивший основы классической механики. В познании, идя от чувственного восприятия явлений природы к их теоретическому пониманию, необходимо, полагал он, использовать два метода: анализ и следующий за ним синтез. Достоверное знание предстает как единство синтетического и аналитического, чувственного и абстрактного.

В эпоху Возрождения философия вновь обращается к изучению природы. Природа трактуется пантеистически. Христианский бог здесь как бы утрачивает свой внеприродный характер: он как бы сливается с природой, а последняя обожествляется и приобретает черты, которые не были ей свойственны в такой мере в античности. Подобно тому, как всем в теле управляет душа, точно так же и в каждой части природы находится некое одушевленное начало – архей, а потому для овладения силами природы необходимо постигнуть этот архей, войти в магический контакт с ним и научиться управлять им (Парацельс).  Такое магическо-алхимическое понимание природы характерно для 15-16 веков. Не случайно натурфилософы возрождения критиковали античную науку, и прежде всего физику Аристотеля, которая представлялась им слишком рациональной и приземленной, поскольку была почти полностью лишена магического элемента. Телезио и др. философы считал, что после сотворения богом мира мир существует по своим собственным законам, без вмешательства бога.

Один из характерных представителей ранней ренессанской философии был кардинал Николай Кузанский. Он ориентировался на традицию неоплатонизма. Философская проблематика его работ, центральная из которых – «Ученое незнание» – вопросы отношения мира и Бога, вопросы познания. Кузанский стоял на пантеистических позициях, сближая Бога как бесконечное существо, абсолют, с конечным миром. Если Бог – это макрокосмос, то человек – микрокосмос, подобие Божие, он не только часть целого, но и новое целое в целом, индивидуальность. Человек соединяет в себе как земное, так и божественное. Человек, как считал Кузанский, вполне способен познавать природу, и это осуществляется посредством чувств, воображения, рассудка и разума. Чувственное познание – начальная стадия, упорядочивается рассудком. Разум от связи с чувствами свободен. Разум – высшая теоретическая способность человеческого сознания, которая направлена на выявление и прояснение противоположностей. Кузанский высказал идею о том, что все вещи состоят из противоположностей, противоположности совпадают. Ярким примером этого выступает Бог, т.к. он везде, т.е. Бог – это Все, а с другой стороны Бог нигде, значит, он  -Ничто. Человек тоже есть синтез противоречий – он конечен как существо телесное, но бесконечен как духовное. Для истины заблуждение требуется, как для света – тень. Познание подлинных сущностей, стало быть, невозможно, но более или менее точные представления получить можно. Даже самое глубокое знание не ликвидирует незнания (знает лишь тот, кто осознает свое незнание) – процесс познания осуществляется по пути, приближающему нас к недостижимому абсолюту – Бог остается непознаваемым.

Все это в совокупности изменило взгляды людей на мир и па положение в нем человека, наложило глубокий отпечаток на характер всей последующей науки и философии. Для этой эпохи характерно как бы второе рождение идей античной философии. Та же обращенность к человеку, те же стихийно-материалистические тенденции возродились на новой историко-культурной почве, обогащенной влиянием средневековой арабской культуры, становлением и укреплением наряду с монастырскими школами университетской науки, а также под влиянием потребностей общественно-исторической практики, дав мощный импульс развитию естественных и гуманитарных наук, заложив основы опытного естествознания нового времени.

Вопрос №8	Философия XVII века и научная революция.

Развитие опытного знания требовало замены схоластического метода мышления новым, непосредственно обращенным к реальному миру. В иной атмосфере возрождались и развивались принципы материализма и элементы диалектики. Растущие знания о природе подтверждали истинность материализма и опровергали исходные положения идеализма. Однако материализм того времени был механистическим и метафизическим. Поскольку другие науки, например химия и биология, находились еще в зародышевом состоянии, то естественно, что точка зрения наиболее разработанных в то время наук — механики и математики — казалась всеобщей. В механике видели мыслители ключ к тайнам всего мироздания. Применение механического метода вызвало поразительный прогресс в познании физического мира. Представление о механической обусловленности явлений особенно упрочилось под мощным влиянием открытий Ньютона, в воззрениях которого механическая причинность получила глубокое математическое обоснование. Однако, зная движение, механика не знает развития. Поэтому метод мышления философов и был тогда по преимуществу метафизическим.

Английский философ Ф. Бэкон (1561 - 1626) — родоначальник материализма нового времени. Он считал, что философия должна носить, прежде всего, практический характер — там, где она остается умозрительной (схоластичной), она неистинна. Схоластик, говорил Бэкон, плетет какую-нибудь научную ткань, бесспорно удивительную по тонкости нити и по тонкости работы, но совершенно пустую и ни на что непригодную. Именно он возжег факел новой науки — методологию экспериментального естествознания, которую он утверждал как залог будущего могущества человека, его господства над природой. А господствовать над природой можно, только подчиняясь ее законам. Выводы науки должны основываться на фактах и от них идти к широким обобщениям. Экспериментальному знанию соответствовал введенный Бэконом индуктивный метод, состоящий из наблюдения, анализа, сравнения, эксперимента. Но опыт может дать достоверное знание лишь тогда, когда сознание будет свободно от ложных «призраков». «Призраки рода» — это ошибки, вытекающие из того, что человек судит о природе по аналогии с жизнью людей; «призраки пещеры» заключаются в ошибках индивидуального характера, зависящих от воспитания, вкусов, привычек отдельных людей; «призраки рынка» — это привычки пользоваться в суждении о мире ходячими представлениями и мнениями без критического к ним отношения; «призраки театра» связаны со слепой верой в авторитеты. Не ссылаться ни на какие авторитеты — таков был принцип науки нового времени, взявшей в качестве девиза изречение Горация: «Я не обязан клясться ничьими словами, кто бы он ни был». Истинную связь вещей Бэкон видел в определении естественной причинности. Однако обращает на себя внимание «теологическая непоследовательность» Бэкона, который, провозглашая материалистические принципы, допускал существование бога и в общем идеалистически толковал закономерности общественной жизни.

В лице английского философа Т. Гоббса (1588 - 1679) материализм Бэкона нашел своего защитника и продолжателя. Материя, по Гоббсу, вечна, а отдельные тела временны. Движение материи он рассматривал как перемещение тел в пространстве, то есть как механическое движение, и уподоблял механизму не только все тела природы, но и человека и общество. В отличие от Бэкона, Гоббс решительней отвергал религию и считал ее несовместимой с наукой, хотя в своих взглядах на религию был непоследователен: он оставил ей место в жизни общества как средству «обуздания масс». Кроме того, метафизичность материализма Гоббса выразилась, в частности, и в том, что в своей трактовке движения как результата столкновения двух тел он практически склонился к теории первотолчка, совершенного богом (деизм). Считая, что все знания добываются с помощью ощущений, Гоббс тем не менее в своей гносеологии подчеркивал важное значение разума, особенно его математических операций.

Если Бэкон разрабатывал в основном метод эмпирического, опытного исследования природы, а Гоббс несколько расширил эмпиризм Бэкона за счет математики, то французский ученый и философ Р. Декарт (1596 - 1650), напротив, поставил на первое место разум, доведя роль опыта до простой практической проверки данных интеллекта. Он стремился разработать универсальный метод для всех наук, исходя из теории рационализма, предполагавшего наличие в человеческом уме врожденных идей, которые во многом определяют результаты познания. К числу врожденных идей он относил большинство оснований математики и логики (например, «две величины, равные третьей, равны между собой»). Воззрения Декарта на природу носили механистический характер: Вселенная — это огромный механизм. Она изменчива и имеет историю своего развития. Первоначальный импульс к существованию и развитию мира дает бог, но впоследствии его развитие определяется самостоятельной творческой силой материи. Декарт одним из первых разработал, хотя и на механистической основе, идеи эволюции и провел их через все области учения о природе — от образования светил и планет до возникновения растений, животных и человека. Образование звезд и планетных систем осуществлялось, по Декарту, благодаря вихревому движению материи: мировая материя беспредельна, однородна, не имеет пустот и делима до бесконечности. Здесь Декарт одним из первых вплотную подошел к идее о материальном единстве универсума. Материя находится в непрерывном количественном и качественном движении, определяемом универсальными законами механики. Тем же законам подчиняется и органический мир: животные — это сложные машины. Человек же, в отличие от животных, обладает разумом и речью, что выходит за пределы действия законов механики. Для объяснения этих явлений Декарт вынужден был допустить наряду с материальной субстанцией, понимаемой им как протяженность, существование бога и производной от него духовной, мыслящей субстанции — души. Характерной чертой философии Декарта является, таким образом, дуализм.

Первым вопросом философии для Декарта был вопрос о возможности достоверного знания и определяемая им проблема метода, посредством которого может быть получено такое знание. В решении этого вопроса ему пришлось преодолеть философский скептицизм. Природа познания состоит в том, что именно требование сомнения, распространяющегося на всякое знание, приводит к утверждению возможности достоверного знания. Поняв, что, быть может, меня обманывает злой и хитрый демон или другой какой обманщик, рассуждает Декарт, я начинаю во всем сомневаться. Но при этом я не могу сомневаться в том, что я сомневаюсь, что существует мое сомнение, мысль. Отсюда знаменитое изречение Декарта: «Я мыслю, следовательно, я существую!» Через достоверность мысли и бытия мыслящего существа он идет к достоверности бытия вещей.

Метод научного познания Декарта называется аналитическим, или рационалистическим. Этот метод требует ясности и непротиворечивости операций самого мышления (что обеспечивается математикой), расчленения объекта мышления на простейшие элементарные части и сначала изучения их в отдельности, а затем — движения мысли от простого к сложному. И не нужно полагать человеческому уму, говорил Декарт, какие бы то ни было границы: нет ничего ни столь далекого, чего нельзя было бы достичь, ни столь сокровенного, чего нельзя было бы открыть.

Материалистическую сторону учения Декарта развил нидерландский философ Б. Спиноза (1632 - 1677), противопоставивший дуализму материалистический монизм. Он решительно отвергал представление о мышлении как об особой субстанции, которая будто бы существует сама по себе и проявляется сама через себя. Бог, идеальное и материальное слились у Спинозы в единую бесконечную субстанцию (натуралистический пантеизм). Спиноза утверждал, что существует единая находящаяся вне сознания субстанция, которая является причиной самой себя (Спиноза) и не нуждается ни в каких других причинах. Бог Спинозы неотделим от природы и полностью лишен качеств личности. Необходимость причин и следствий, проистекающая из внутренних законов единой субстанции,— вот единственный принцип мирового порядка. Единая субстанция обладает двумя познаваемыми атрибутами, то есть неотъемлемыми свойствами — протяжением и мышлением. Наряду с протяжением материя, начиная от камня и кончая человеческим мозгом, способна мыслить, хотя и в разной степени: человеческое мышление лишь частный случай мышления вообще. А это есть гилозоизм. Мышление трактовалось как своего рода самосознание природы. В этом состоит монизм Спинозы. Отсюда принцип познаваемости мира и глубокий вывод: порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей. Мышление тем совершеннее, чем шире круг вещей, с которыми человек вступает в контакт, то есть чем активнее субъект. Мера совершенства мышления определяется мерой его согласия с общими законами природы, а подлинными правилами мышления являются верно, познанные общие формы и законы мира. Понимать вещь — значит, видеть за ее индивидуальностью универсальный элемент, идти от модуса к субстанции. Разум стремится постичь в природе внутреннюю гармонию причин и следствий. Эта гармония постижима, когда разум, не довольствуясь непосредственными наблюдениями, исходит из всей совокупности впечатлений.

В своем определении природы как единственной основы, или субстанции, вечное бытие которой вытекает из ее сущности, Спиноза полностью снимал вопрос о возникновении природы и тем самым о боге как ее творце, оспаривая центральный догмат христианства о «творении из ничего». Данью времени было лишь то, что природу Спиноза называл богом, а бога — природой. Кроме огромного достоинства философии Спинозы, заключающегося в обосновании тезиса о субстанциальном единстве мира, в его воззрениях содержались также и элементы диалектического понимания мира, а именно единство конечного и бесконечного, единого и многого, необходимости и свободы. Именно Спинозе принадлежит классическая формулировка: «Свобода есть осознанная необходимость».

Английский философ Дж. Локк (1632 - 1704) был противником подчинения знания откровению и утверждал, что вера не может иметь силу авторитета перед лицом ясных и очевидных опытных данных. Идею бога он считал неясной и путаной; отвергая точку зрения о врожденных идеях, полагал, что все наши знания мы черпаем из опыта, ощущений. Люди не рождаются с готовыми идеями. Голова новорожденного — чистая доска, на которой жизнь рисует свои узоры — знание. Так Локк обосновывал сенсуализм в противоположность рационализму Декарта. Нет ничего в уме, чего раньше не было в ощущении,— вот основной тезис Локка. Ощущения получаются в результате действия внешних вещей на наши органы чувств. В этом состоит внешний опыт. Внутренний же опыт (рефлексия) есть наблюдение ума за своей деятельностью и способами ее проявления. Однако в трактовке внутреннего опыта под влиянием рационализма Локк допускает все же, что уму присуща некая спонтанная сила, независящая от опыта, что рефлексия помимо внешнего опыта порождает идеи существования, времени, числа. Отрицая врожденные идеи как внеопытное и доопытное знание, Локк признавал наличие в разуме определенных задатков или предрасположенности к той или иной деятельности. Он выделил три вида знания по степени его очевидности: исходное (чувственное, непосредственное), дающее знание единичных вещей; демонстративное знание через умозаключение, например через сравнение и отношение понятий; высший вид — интуитивное знание, то есть непосредственная оценка разумом соответствия и несоответствия идей друг другу. Продолжая идеи Гоббса о связи языка и мышления, Локк выдвинул понятие семиотики как общей теории знаков и их роли в познании. Он оказал огромное влияние не только на последующее развитие материалистически ориентированной философии, но и, наметив диалектику врожденного и социального, во многом определил дальнейшее развитие педагогики и психологии.

Немецкий философ Г. Лейбниц (1646 - 1716) развивал идеи объективного идеализма, заложенные в платоновском наследии. Его заслуга состоит в том, что он высказал ряд глубоких мыслей диалектического характера. Мир, считал Лейбниц, состоит из мельчайших элементов, или монад — духовных элементов бытия, обладающих активностью и самостоятельностью, находящихся в непрерывном изменении и способных к страданию, восприятию и сознанию. Следовательно, в отличие от Спинозы, к понятию субстанции прибавляется понятие деятельной силы, то есть аристотелевский принцип самодвижения материи. Однако Лейбниц «изъял» из единой субстанции Спинозы его пантеистически понимаемого бога. Бог, по Лейбницу, возвышается над телесным миром, являясь его «виновником и господином». Единство и согласованность монад есть результат богом «предустановленной гармонии». Так, «низшим» монадам присущи лишь смутные представления (в таком состоянии находится неорганический мир и растительное царство); у животных представления достигают ступени ощущений, а у человека — ясного понимания, разума. Признавая основным свойством монад деятельную силу, устанавливая энергийную связь между ними, а, с другой стороны, защищая идею бога-творца, Лейбниц «через теологию подходил к принципу неразрывной (и универсальной, абсолютной) связи материи и движения».

Отвергая представление о пространстве и времени как о самостоятельных началах бытия, существующих наряду с материей и независимо от нее, он рассматривал пространство как порядок взаимного расположения множества индивидуальных тел, существующих вне друг друга, а время — как порядок сменяющих друг друга явлений или состояний тел. Одной из вершин философского наследия Лейбница является его учение об индивидуальной монаде как концентрированном мире, как зеркале единой и бесконечной Вселенной. Диалектика общего и индивидуального, несмотря на идеалистическую основу учения Лейбница, была высоко оценена диалектическим материализмом. Занимаясь логикой, Лейбниц разработал ее рациональную символику, вскрыл строение и законы доказательства как одного из основных приемов рационального познания. Он является одним из зачинателей современной символической и математической логики.

В Англии XVII - XVIII вв. получил развитие идеалистический сенсуализм, наиболее видными выразителями которого явились Дж. Беркли (1685 - 1753) и Д. Юм (1711 - 1776).

Будучи убежденным сторонником религии, Беркли, выступил с критикой понятия материи. Опираясь, с одной стороны, на крайний номинализм (то есть, восставая против авторитета Фомы Аквинского, утвердившего в ортодоксальном христианстве умеренный реализм), а с другой — на односторонне истолкованный сенсуализм Локка, он утверждал, что понятие материи является общим и потому ложным, так как в основе его лежит допущение, что мы будто бы можем отвлечься от частных свойств вещей, составляющих содержание наших ощущений, и образовать отвлеченную идею «материи вообще» как общего для всех наших ощущений субстрата. Однако мы воспринимаем не материю как таковую, но лишь отдельные свойства вещей — вкус, запас, цвет и т. д., восприятие которых Беркли называл «идеями». Окружающие нас вещи существуют в качестве идей в уме бога, который является причиной и источником земной жизни.

Субъективный идеализм Беркли является логическим смешением религиозно-идеалистических воззрений и односторонностей номинализма и сенсуализма. Чтобы избежать солипсических выводов, Беркли вводит понятие «коллективного сознания», испытывающего определяющее воздействие со стороны божества. Здесь Беркли частично опирается уже на реализм и даже рационализм, однако эта уступка объективному идеализму не изменила сущности его учения как идеализма субъективного.

Несколько иную, чем Беркли, но, в сущности, тоже субъективно-идеалистическую концепцию развивал и Юм, продолжив ее в направлении к агностицизму. На вопрос о том, существует ли внешний мир, Юм отвечал уклончиво: «Не знаю». Ведь человек не в силах выйти за пределы своих собственных ощущений и понять что-либо вне себя. Достоверное знание для Юма может быть только логическим, а предметы исследования, которые касаются фактов, не могут быть доказаны логически, а выводятся из опыта. Опыт же Юм трактовал как поток «впечатлений», причины которых неизвестны и непостижимы. Поскольку опыт нельзя обосновать логически, постольку опытное знание не может быть достоверным. Так, в опыте нам дано сначала одно впечатление о некотором явлении, а затем другое. Но из того, что одно явление в опыте предшествует другому, логически недоказуемо, что одно (первое) есть причина другого. Само по себе это положение верно и не может вызвать возражений. Но отсюда Юм делал неверный вывод о невозможности познания объективного характера причинности. Отрицая объективную причинность, он, однако, допускал наличие субъективной причинности в виде порождения идей (образов памяти) чувственными впечатлениями. В конце концов, утратив всякие основания, которые могли бы свидетельствовать нам о достоверности знаний, Юм вынужден был утверждать, что источником нашей практической уверенности служит не теоретическое знание, а вера. Так, мы уверены в ежедневном восходе солнца. Эта уверенность исходит из привычки видеть данное явление повторяющимся. Юм применил берклианокую критику идеи субстанции по отношению не только к материи, но и к идеальному бытию, что переросло у него в критику церкви и религиозной веры.

Вторая половина XVIII в. явилась эпохой резкого обострения конфликта между феодальным и буржуазным мировоззрениями, особенно во Франции. Этот конфликт нашел свое выражение в буржуазной революции. Важнейшую роль в идеологической подготовке этой революции сыграли французские философы-просветители Вольтер (1694 - 1778), Ж. Ж. Руссо (1712 - 1778), Д. Дидро (1713 - 1784), Ж. О. Ламетри (1709 - 1751), К. А. Гельвеций (1715 - 1771) и П. А. Гольбах (1723 - 1789). Они решительно боролись как с религией, так и с социально-политическими порядками тогдашней Франции. «Великие люди, которые во Франции просвещали головы для приближавшейся революции, сами выступали крайне революционно. Никаких внешних авторитетов какого бы то ни было рода они не признавали».

Преодолевая непоследовательность Локка и отвергая идеализм Беркли, материалистически мыслящие французские философы защищали материализм в его механистической форме, хотя в воззрениях некоторых из них и содержались элементы диалектики, например во взглядах Дидро на развитие организмов. Согласно этому учению, природа, материя есть причина всего, существует сама по себе, будет существовать, и действовать вечно; она своя собственная причина. Все материальные тела состоят из атомов. По отношению к человеку материя есть все то, что воздействует каким-либо образом на органы чувств. Религию они рассматривали как духовное оружие порабощения народа и опору тирании. Путь освобождения людей от религии и суеверий лежит через просвещение. Здесь они были близки к принципам атеизма и пониманию необходимости революционного преобразования общественной жизни: если человек, его личные качества зависят от окружающей среды, то и его пороки также являются результатом влияния этой среды. Чтобы переделать человека, освободить его от недостатков, развить в нем положительные стороны, необходимо преобразовать окружающую и прежде всего общественную среду. Эта доктрина сыграла огромную роль в философском обосновании идей социалистов-утопистов.

Вопрос №9	Философия эпохи Просвещения и метафизический материализм

ПРОСВЕЩЕНИЕ, политическая идеология, философия и культура эпохи крушения феодализма и утверждения капиталистического общества. Термин «Просвещение» впервые употреблён Вольтером и Гердером; в 1784 в ст. «Ответ на вопрос, что такое Просвещение?» Кант предлагал рассматривать Просвещение как необходимую историческую эпоху развития человечества, сущность которой состоит в широком использовании человеческого разума для реализации социального прогресса. Считая Просвещение выражением родовой сущности человечества, Кант был убеждён, что успешное развитие и применение разума возможно при условии преодоления всех форм несвободы путём длительного морального совершенствования человеческого рода. Отстаивая неотъемлемое право человечества на свободное пользование достижениями культуры, Кант, однако, отрицал необходимость революции уничтожения социальных учреждений, препятствующих развитию Просвещению. Гегель характеризовал Просвещение как рационалистическое движение 18 в. в области культурной и духовной жизни, основанное на отрицании существующего способа правления, государственного устройства, политической идеологии, права и судопроизводства, религии, искусства, морали.

К. Маркс и Ф. Энгельс рассматривали Просвещение как буржуазно-демократическую идеологию, а деятелей Просвещения как мыслителей, осуществлявших идеологическую подготовку буржуазной революции. 

Составной частью Просвещения была передовая философия 18 — нач. 19 вв., теоретически обосновывавшая необходимость социальных преобразований. Конкретной разновидностью философии Просвещения явилась «деистская форма материализма» представители которой (Вольтер, Робине, Вольф, Я. Снядецкий, Д. С. Аничков) исходили из метафизической онтологии конечного мира, абсолютного дуализма причины и следствия, материи и движения, эволюции и целесообразности. В гносеологии деисты, как правило, разделяли идеалистическую теорию врождённых идей, рационалистическую концепцию совпадения логического и реального следования, идею субстанциональности души и некоторые положения агностицизма. Отвергая средневековую схоластику, разоблачая исторические религии, фанатизм и нетерпимость католической церкви, христианскую нравственность и догматы откровения, деисты рассматривали бога в качестве разумной первопричины мира, а «естественную религию» в качестве социального регулятора исторического процесса (М. Тиндаль, Ш. Л. Монтескье, Ж. Ж. Руссо, И. П. Пнин, А. С. Лубкин). Критика феодализма привела деистов эпохи II. к отрицанию теологического объяснения исторического процесса и утверждению рационалистической теории общественного договора, методология которой строилась на антиисторическом представлении о неизменной сущности абстрактного человека (Руссо, Джефферсон, В. В. Попугаев).

Рассматривая человеческую историю как последовательность движение от первобытного варварства к позднейшей цивилизации, большинство просветителей не понимало исторически прогрессивной сущности различных ступеней человеческой истории, разрывало единую цепь исторического развития, оценивало современность по идеалам зарождающегося буржуазного общественного устройства.

Другая историческая форма философии Просвещения — материализм 18 в.— формировалась путём философской критики теоретических основ деизма на базе материалистического естествознания Коперника, Галилея, Декарта, Ньютона и способствовала формированию материализма 18 в. В решении основного вопроса философии материалисты эпохи Просвещения (Мелье, Дидро, Гольбах, Форстер, Радищев) отвергли субъективный идеализм Беркли и предприняли естественнонаучное обоснование концепции материи как объективной реальности, атрибутами которой являются движение, вечность во времени и бесконечность в пространстве. Рассматривая природу как организованное системное целое, естественные причинно-следственные связи и законы которой являются выражением онтологической целостности мира, они считали жизнь и сознание функцией определения организации материи, сформировавшейся в результате длительного исторического развития. Критика преформистской концепции целостности, идея уровней организации материи, разрушение креационизма и телеологии, возникновение теории эпигенеза, естественного отбора означали, что в решении фундаментальных философских проблем материалисты 18 — нач. 19 вв. приближались к диалектическому пониманию природы. В теории познания материалисты-просветители отвергли агностицизм, картезианскую концепцию врождённых идей (включая идею бога) и последовательно развивали основные положения материалистического сенсуализма. Применение принципов материализма, привело некоторых просветителей к признанию закономерного характера исторического процесса, исторической эволюции, исторического прогресса и пониманию внутренней связи и взаимозависимости между эпохами человеческой истории, осознанию единства природы и общества, роли экономической деятельности людей и народа как субъекта исторического движения. По мере обострения классовых противоречий зарождающегося буржуазного общества в общественно-политической мысли Просвещения появились антибуржуазные эгалитаристские утопии, а затем и программа утопического коммунизма (Мелье, Морелли, Дешан, К. Фрелих, X. Каменьский), содержавшая критику классового общества и выражавшая интересы «...того класса, который был более или менее развитым предшественником   современного   пролетариата».

Вопрос №10	Немецкая классическая философия



В конце XVIII и начало XIX в. Германия, преодолевая экономическую и политическую отсталость, приближалась к буржуазной революции.

Важную роль в формировании немецкой философии сыграли достижения естествознания и общественных наук: стали развиваться физика и химия, продвинулось вперед изучение органической природы. Открытия в области математики, позволившие понять процессы в их точном количественном выражении, учение Ламарка об обусловленности развития организма окружающей средой, астрономические, геологические, эмбриологические теории, а также теории развития человеческого общества — все это со всей остротой и неизбежностью выдвигало на первый план идею развития как теорию и метод познания действительности.

Одним из величайших умов человечества, основоположником классического немецкого идеализма, возродившим идеи диалектики, был И. Кант (1724 - 1804). Именно с Канта началась философия нового времени. Разработанная им концепция происхождения Солнечной системы из гигантской газовой, туманности до сих пор является одной из фундаментальных научных идей в астрономии. Своими естественнонаучными работами Кант, но словам Энгельса, пробил первую брешь в метафизическом объяснении природы: он сделал попытку приложить принципы современного ему естествознания не только к строению Вселенной, но и к истории ее возникновения и развития. Он, кроме того, выдвинул идею распределения животных, но порядку их возможного происхождения, а также идею о естественном происхождении человеческих рас.

Кант считал, что решению таких проблем философии, как проблемы бытия, морали и религии, должно предшествовать исследование возможностей человеческого познания и установление его границ. Необходимые условия познания заложены, согласно Канту, в самом разуме и составляют основу знания. Они-то и придают знанию характер необходимости и всеобщности. Но они же суть и не переходимые границы достоверного знания. Кант различал воспринимаемые человеком явления вещей и вещи как они существуют сами по себе. Мы познаем мир не так, как он есть на самом деле, а только так, как он нам является. Нашему знанию доступны только явления вещей (феномены), составляющие содержание нашего опыта. В результате воздействия «вещей самих, но себе» на органы чувств возникает хаос ощущений. Приводим мы этот хаос в единство и порядок силами нашего разума. То, что мы считаем законами природы, на самом деле есть связь, вносимая разумом в мир явлений, то есть наш разум предписывает законы природе. Но миру явлений соответствует независимая от человеческого сознания сущность вещей — «вещи сами по себе». Абсолютное познание их невозможно. Они для нас только ноумены, то есть умопостигаемая, но не данная в опыте сущность. Кант не разделял безграничной веры в силы человеческого разума, называя эту веру догматизмом. В принципиальной ограниченности человеческого познания он видел определенный нравственный смысл: если бы человек был наделен абсолютным знанием, то для него не было бы ни риска, ни борьбы при выполнении нравственного долга.

Кант был убежден, что идеи пространства и времени человеку известны прежде восприятии. Пространство и время идеальны, а не реальны. Чувственные впечатления связываются между собой посредством суждений, в основе которых лежат категории, то есть общие понятия, которые, по Канту, суть «чисто логические» формы, характеризующие только «чистое мышление», а не его предмет. Категории даны человеку до всякого опыта, то есть априори. В своем учении о познании Кант большое место отводил диалектике: противоречие рассматривалось как необходимый момент познания. Но диалектика для него — лишь гносеологический принцип, она субъективна, так как не отражает противоречий самих вещей, а только противоречия мыслительной деятельности. Именно потому, что в ней противопоставляются содержание знаний и их логическая форма и предметом диалектики становятся сами эти формы в их отрыве от содержания знаний, Ленин назвал логику Канта «формальной».

Философия Канта не свободна от компромисса с идеализмом. Стремясь примирить науку и религию, он говорил, что должен был ограничить область знания, чтобы дать место вере.

Немецкая классическая философия после Канта разрабатывалась такими выдающимися философами, как И. Г. Фихте (1762 - 1814) и Ф. Шеллинг (1775 - 1854). Оба стремились преодолеть кантовское противопоставление феномена и ноумена, обосновав познавательную активность в некотором едином принципе — в абсолютном Я (Фихте) и в абсолютном тождестве бытия и мышления (Шеллинг). Последний дал тонкий анализ категорий диалектики, в частности свободы и необходимости, тождества, единого и многого и др., послужив предтечей гегелевской объективно-идеалистической диалектики. Его изыскания в области философии природы оказали большое влияние на умы естествоиспытателей, а также на русскую философию (особенно через славянофилов и Чаадаева, с которым немецкий философ был лично знаком и состоял в переписке) .

Высшим достижением немецкой классической философии явилась диалектика Гегеля (1770—1831). На объективно-идеалистической основе он развил учение о законах и категориях диалектики, впервые в систематизированном виде разработал основные принципы диалектической логики и подверг критике метафизический метод мышления, господствовавший как в идеалистических, так и в материалистических учениях того времени. Кантовской «вещи самой, но себе» он противопоставил диалектический принцип: сущность проявляется, явление существенно. Гегель утверждал, что категории суть объективные формы действительности, в основе которой лежит «мировой разум», «абсолютная идея» или «мировой дух». Это — деятельное начало, давшее импульс к возникновению и развитию мира. Деятельность абсолютной идеи заключается в мышлении, цель — в самопознании. В процессе самопознания разум мира проходит три этапа: пребывание самопознавающей абсолютной идеи в ее собственном лоне, в стихии чистого мышления (логика, в которой идея раскрывает свое содержание в системе законов и категорий диалектики); развитие идеи в форме «инобытия» в виде явлений природы (развивается не сама природа, а лишь категории); развитие идеи в мышлении и в истории человечества (история духа). На этом последнем этапе абсолютная идея возвращается к самой себе и постигает себя в форме человеческого сознания и самосознания.

Философские взгляды Гегеля проникнуты идеей развития. Он считал, что невозможно понять явление, не уяснив всего пути, который оно совершило в своем развитии, что развитие происходит не по замкнутому кругу, а поступательно от низших форм к высшим, что в этом процессе совершается переход количественных изменений в качественные, что источником развития являются противоречия: противоречие движет миром, оно есть «корень всякого движения и жизненности», составляет принцип всякого самодвижения. В философской системе Гегеля действительность представлена как цепь диалектических переходов.

Однако гегелевская философия проникнута глубоким внутренним противоречием. Что же это за противоречие? Метод, разработанный Гегелем, направлен на бесконечность познания. Поскольку же объективной основой его является абсолютный дух, а целью — самопознание этого абсолютного духа, постольку познание конечно, ограниченно. То есть система познания, пройдя цикл познавательных ступеней, завершается последней ступенью — самопознанием, реализацией которого является сама философия Гегеля. Таким образом, противоречие между методом и системой Гегеля есть противоречие между конечным и бесконечным. Данное противоречие у Гегеля отнюдь не диалектично, ибо не является источником дальнейшего развития.

Иным направлением в развитии немецкой философии явилось учение Л. Фейербаха (1804 1872) — крупнейшего материалиста домарксистской эпохи, последнего представителя немецкой классической философии. Критикуя объективный идеализм Гегеля, Фейербах отстаивал материалистический взгляд па природу. Материализм так же стар и столь же повсеместен, как и само человечество; он так же ясен, как свет, так же необходим, как хлеб и вода, так же неизбежен, непреложен, неминуем, как воздух. Однако критика им Гегеля носила односторонний характер: за отрицанием идеализма он недооценил гегелевскую диалектику. Материализм Фейербаха традиционно оставался метафизическим. Его характерной чертой был антропологизм, заключающийся в понимании человека как высшего продукта природы, рассмотрении человека в неразрывном единстве с природой. Природа — основа духа. Она же должна явиться основой и повой философии, призванной раскрыть земную сущность человека, которого природа наделила чувствами и разумом и психика которого зависит от его телесной организации, обладая вместе с тем качественной спецификой, несводимой к физиологическим процессам. Антропологизм Фейербаха имел большое значение и в борьбе против идеалистических концепций трактовки человека, против дуалистического противопоставления в человеке духовного начала телесному, а также против вульгарного материализма. Однако «природная» сторона в человеке гипертрофировалась, а социальная — недооценивалась.

Критикуя агностицизм, Фейербах исходил из того, что мыш лсние человека верно отражает вне сознания существующую действительность. Основную роль в познании философ отводил чувствам: ясно, как солнце, только чувственное. Мыслить — значит связывать одно показание органов чувств с другим. Все формы познания (ощущения, представления, понятия, идеи) он рассматривал как образы, копии вещей, их свойств и отношений. Метафизичность антропологического материализма Фейербаха выразилась в том, что он носил пассивно-созерцательный характер, не учитывал общественно-историческои практики, за что и подвергся критике со стороны Маркса в «Тезисах о Фейербахе».

К заслугам Фейербаха относится то, что он вскрыл связь идеализма с религией, показав, что их корень заключается в отрыве мышления от бытия и в превращении идей в самостоятельные сущности. Фейербах подверг глубокому и яркому анализу происхождение и сущность религии. Однако он сводил ее корни к психологии человека, к его сознанию, чувствам, прежде всего к чувству любви. Сам человек есть бог для другого человека. Хотя Фейербах и отмечал, что политические, экономические, этические и другие общественные факторы накладывают свой отпечаток на содержание религии, однако подлинные ее социальные корни остались нераскрытыми им.

Вопрос №11	Философия «Западников» и «Славянофилов»

ЗАПАДНИКИ, направление русской антифеодальной общественной мысли 40-х гг. 19 в., противостоявшее т. н. славянофилам. В кружок  входили А. И. Герцен, Т.Н. Грановский, Н. П. Огарёв. В. П. Боткин, Н. X. Кетчер, Е. Ф. Корш, П. Г. Редкий, Д. Л. Крюков, К. Д. Кавелин и др. Тесную связь с кружком имел В. Г. Белинский. К 3. относились также И. С. Тургенев, IL В. Анненков, И. И. Панаев и др.

Термины «Западники», «западничество» (иногда — «европейцы»), так же как и «славянофильство», «славянофилы», родились в идейной полемике 40-х гг. Споры о том, идти ли России вслед за Зап. Европой или искать «самобытный» путь, полемика о тех или иных особенностях русского национального характера, разногласия в оценке реформ Петра I и т. д. были лишь формой постановки более существ. вопроса — о будущих социальных преобразованиях России. 3ападники связывали их с усвоением исторического достижений стран Зап. Европы, славянофилы отстаивали близкую течениям феодального социализма утопию, идеализируя порядки, существовавшие в допетровской России (мнимая гармония власти и народа, дворян и крестьян, господство основанных на христианской вере начал любви, добра, братства, общинность как принцип народной жизни и т. п.).

Существование 3ападников как единого лагеря не отменяет, однако, того факта, что обращались они к разным сторонам западной действительности, защищали различные пути будущего преобразования России, выражали — в тенденции своего развития — интересы разных классов. Со 2-й пол. 40-х гг. расхождения затрагивали область эстетики (споры Белинского с Боткиным), выражались в разном отношении к атеизму и материализму (разрыв по этим вопросам Герцена с Грановским и Коршем, отстаивавшими догмат о бессмертии души) и особенно резко — в трактовке социально-политических проблем. Белинский, Герцен, Огарёв хотели строить на развалинах самодержавия социализм, умеренные 3ападники мечтали о буржуазном царстве «правового порядка».

Вместе с тем на переломе европейской истории — революции 1848 - 49 — в концепциях русского утопического социализма наблюдаются существ, сдвиги. Ещё накануне революции Белинский относил осуществление социализма для России в отдалённое будущее, признав неминуемость этапа буржуазных преобразований. Герцен после краха революции в Европе приступил к разработке т. н. русского крестьянского, социализма, отстаивая мысль о том, что Россия может миновать этап буржуазных преобразований благодаря развитию сохранившегося в стране общинного землевладения. Обращение Герцена к рус. общине было, несомненно, стимулировано славянофильской утопией.

Наметившиеся в сфере идейной борьбы 40-х гг. тенденции к размежеванию демократизма, утопического социализма и либерализма окончательно оформились и закрепились к кон. 50-х — нач. 60-х гг. в борьбе политических направлений, когда вопрос — каким путём идти России? — принял конкретные формы — как и кому освобождать крестьян? Революционные демократы стали на сторону крестьянства, либералы (как 3., так и славянофилы) — на сторону помещиков, во многом смыкаясь с представителями самодержавной России, приступившими к освобождению “сверху”.

Т. о., термины «Западники» и «славянофилы» отражают некоторые реальные моменты истории идейной борьбы 40-х гг. (специфическую окраску направлений антифеодальную идеологии, неразвитость противоречий внутри антифеодального лагеря и др.). Однако они не являются строго научными, содержательными категориями. 

СЛАВЯНОФИЛЫ — представители одного из направлений русской общественной мысли в 40-50-х гг. 19 века, выступившие с обоснованием самобытного пути исторического развития России, принципиально отличного от пути западноевропейского. Самобытность России, по мнению Славянофилов в отсутствии в ее истории классовой борьбы в русской поземельной общине и артелях, в православии как единственно истинном христианстве, тe же особенности развития Славянофилы. усматривали и у зарубежных славян, особенно южных, симпатии к которым были одной из причин названия самого направления данного им западниками.

Взгляды Славянофилов сложились в идейных спорах, обострившихся после напечатания «Философического письма» Чаадаева. Главная роль в выработке взглядов Славянофилов сыграли литераторы, поэты и учёные А. С. Хомяков, И. В. Киреевский (написанные в 1839 и предназначавшиеся для печати статьи Хомякова «О старом и новом» и И. В. Кчреевского «В ответ А. С. Хомякову»), К. С. Аксаков, Ю. Ф. Самарин. Видными С. были П. В, Киреевский, А. И. Кошелев, И. С. Аксаков, Д. А. Валуев, Ф.В. Чижов, И. Д. Беляев, А. Ф. Гильфердинг, позднее — В. И. Ламанский.

Центром Славянофилов в 40-х гг. была Москва, литературные салоны А. А. и А. П. Елагиных, Д. Н. и Е. А. Свербеевых, Н. Ф. и К. К. Павловых. Здесь Славянофилы общались и вели споры с западниками. Многие произведения Славянофилов подвергались цензурным притеснениям, некоторые из Славянофилов состояли под надзором полиции, подвергались арестам. Постоянного печатного органа Славянофилы долгое время не имели, главным  образом из-за цензурных препон. Печатались преимущественно в журнале «Москвитянин»; издали несколько сборников статей в 40-х — нач. 50-х гг. После некоторого смягчения цензурного гнёта Славянофилы, в кон. 50-х гг. издавали журнал. «Русская беседа» (1856—60), «Сельское благоустройство» (1858—59) и газеты «Молва» (1857) и «Парус» (1859).

В 40—50-х гг. по важнейшему вопросу о пути исторического развития России Славянофилы выступали, в противовес западникам, против усвоения Россией форм Зап. европейской политической жизни. В то же время они считали необходимым развитие торговли и промышленности, акционерного и банковского дела, строительства железных дорог и применения машин в сельском хозяйстве. Славянофилы выступали за отмену крепостного права «сверху» с предоставлением крестьянским общинам земельных наделов за выкуп. Самарин, Кошелев и Черкасский были среди активных деятелей подготовки и проведения крест, реформы 1861. С. придавали большое значение обществ, мнению, под которым имелось в виду мнение просвещённых либеральне-буржуазные слоев, отстаивали идею созыва Земского собора из выборных представителей всех обществ, слоев, но возражали против конституции и к.л. формального ограничения самодержавия. С. добивались устранения цензурного гнёта, установления гласного суда с участием в нём выборных представителей населения, отмены телесных наказаний и смертной казни.

Философские воззрения Славянофилов разрабатывались главным образом Хомяковым, И. В. Киреевским, а позже Самариным и представляли собой своеобразное религиозно-философские учение. Генетически философская концепция Славянофилов восходит к восточной патристике, в то же время во многом связана с Зап. европейским иррационализмом и романтизмом 1-й пол. 19 в. Односторонней аналитические рассудочности, рационализму, как и сенсуализму, которые, по мнению Славянофилов, привели на Западе к утрате человеком душевной целостности, они противопоставили понятия «вопящего разума» и «живознания» (Хомяков): С. утверждали, что полная и высшая истина даётся не одной способности логических умозаключения, но уму, чувству и воле вместе, т. е. духу в его живой цельности. Целостный дух, обеспечивающий истинное и полное познание, неотделим, но мнению С., от веры, от религии. Истинная вера, пришедшая на Русь из его чистейшего источника — восточной церкви (Хомяков), обусловливает, по их мнению, особую история, миссию русского народа. Начало «соборности» (свободной общности), характеризующее, согласно С., жизнь восточной церкви, усматривалось ими и в русской общине. Русское общинное крест, землевладение, считали С., внесёт в науку политэкономии «новое оригинальное экономическое воззрение» (И. С. Аксаков). Православие и община в концепции С.— глубинные основы рус. души. В целом философская концепция Славянофилов противостояла идеям материализма.

Историческим воззрениям Славянофилов была присуща в духе романтического историографии идеализация старой, допетровской Руси, которую Славянофилы представляли себе гармоническим обществом, лишённым противоречий, не знавшим внутреннее потрясений, являвшим единство народа и царя, «земщины» и «власти». По мнению С., со времён Петра I, произвольно нарушившего органическое развитие России, государство стало над народом, дворянство и интеллигенция, односторонне и внешне усвоив Зап. европейское культуру, оторвались от народной жизни. Идеализируя патриархальность и принципы традиционализма, С. понимали народ в духе немецкого консервативного романтизма. В то же время С. призывали интеллигенцию к сближению с народом, к изучению его жизни и быта, культуры и языка.

Вопрос №12	Философские взгляды Ф. Достоевского и Л. Толстого

Самобытным русским мыслителем был гениальный писатель Л. Н. Толстой (1828—1910). Подвергая критике общественно-политическое устройство современной ему России, Толстой уповал на нравственно-религиозный прогресс в сознании человечества. Идею исторического прогресса он связывал с решением вопроса о назначении человека и смысле его жизни, ответ на который призвана, была дать созданная им “истинная религия”. В ней Толстой признавал лишь этическую сторону, отрицая богословские аспекты церковных учений и в связи с этим роль церкви в общественной жизни. Этика религиозного самосовершенствования человека связывалась им с отказом от какой-либо борьбы, с принципом непротивления злу насилием, с проповедью всеобщей любви. Согласно Толстому, “царство божие внутри нас” и потому онтологически-космологическое и метафизико-богословскос понимание бога неприемлемо для пего. Считая всякую власть злом, Толстой пришел к идее отрицания государства. Поскольку в общественной жизни он отвергал насильственные методы борьбы, постольку считал, что упразднение государства должно произойти путем отказа каждого от выполнения общественных и государственных обязанностей. Если религиозно-нравственное самосовершенствование человека должно было дать ему определенный душевный и социальный порядок, то, очевидно, что полное отрицание всякой государственности такого порядка гарантировать не могло. В этом проявилась противоречивость исходных принципов и сделанных из них выводов в религиозно-идеалистической утопической философии Толстого.

Отвергая “непротивленство” великого мыслителя, Ленин в то же время характеризовал его учение как “феодальный социализм”, отмечал наличие в нем “критических элементов, способных доставлять ценный материал для просвещения передовых классов”. Мировоззренческие искания Толстого оказались созвучными определенной части русского и зарубежного общества (так называемое толстовство). Причем среди его последователей оказались не только члены различных религиозно-утопических сект, но и сторонники специфических “ненасильственных” методов борьбы за социализм. К их числу относится, например, выдающийся деятель пационально-освободительного движения М. К. Ганди, называвший Толстого своим учителем.

Огромное место в истории русской и мировой философской мысли занимает великий писатель-гуманист Ф. М. Достоевский (1821 - 1881). В своих общественно-политических исканиях Достоевский пережил несколько периодов. После увлечения идеями утопического социализма (участие в кружке петрашевцев) произошел перелом, связанный с усвоением им религиозно-нравственных идей. Начиная с 60-х годов исповедовал идеи почвенничества, для которого была характерна религиозная ориентированность философского осмысления судеб русской истории. Вся история человечества с этой точки зрения представала как история борьбы за торжество христианства. Самобытный путь России в этом движении заключался в том, что на долю русского народа выпала мессианская роль носителя высшей духовной истины. Он призван спасти человечество через “новые формы жизни, искусства” благодаря широте его “нравственного захвата”. Таким образом, Достоевский делал упор на “русское решение” социальных проблем, связанное с отрицанием революционных методов общественной борьбы, с разработкой темы об особом историческом призвании России, способной объединить народы на основе христианского братства.

Философские взгляды Достоевского приобрели небывалую нравственно-эстетическую глубину (отсюда тезис — “красота спасет мир”), взятую под углом зрения религиозной идеи. В понимании человека Достоевский выступал как мыслитель экзистенциально-религиозного плана, пытающийся через призму индивидуальной человеческой жизни решить “последние вопросы” бытия. Он развивал специфическую диалектику “идеи” и “живой жизни”, при этом идея для него обладает бытийно-энергийной силой, и в конце концов живая жизнь человека есть не что иное, как воплощение, реализация идеи (“идееносные герои” романов Достоевского). Сильные религиозные мотивы в философском творчестве Достоевского противоречивым образом сочетались с определенными богоборческими мотивами и религиозными сомнениями. Достоевский оказал сильное влияние на религиозно-экзистенциальное направление в русской философии начала XX в., а также стимулировал развитие экзистенциальной и персоналистской философии на Западе.

Вопрос №13 	Неклассическая философия (2-я половина XIX – XX в.): основные принципы

Классическая европейская философия начала формироваться в Др. Греции и, пройдя длительный период развития, завершила свое существование в к. 18 - н. 19 в. Завершающим этапом называют немецкую классическую философию (И. Кант, Шелленг, Гегель, Фейербах). Что характеризовало классическую философию:

	Акцентирование внимания на разумности  человека и мира в целом. Человек понимается как Homo sapiens, постулируется, что мир познаваем; главным орудием познания является мышление, превалирует тезис о тождестве бытия и мышления; апогеем абсолютизации разума явился панлогизм Гегеля (пан = все) - мир есть сама идея, то есть, то, что познается.

	мир рассматривается как диалектика Субъекта и Объекта. Мир - это рассеченность на двое: те, кто познает (субъект) и что познается (объект). Задача: приблизить субъект к объекту. До немецкой классической философии субъект рассматривался как пассивная сторона истории и познавательного процесса. Но И. Кант и другие представители немецкой классической философии сделали акцент на деятельностной стороне Субъекта, т. е. Субъект стал рассматриваться как активный познающий Субъект (оприорные формы познания Канта; диалектика самопознания абсолютной идеи);

	абсолютизация диалектического взгляда на мир. Причем дело не в том. что диалектика рассматривает мир как развитие, а в том, что источник развития видится в единстве и борьбе противоположностей. Классическая парадигма философствования часто оказывалась идеологией классовой борьбы, а в 18 - 19 вв. идеологией революционных свершений, многие из которых несли не только прогрессивное, но и откидывали общество назад (Великая французкая революция, Октябрьский переворот в России, противостояние двух систем в 20 в., деление на наших и ненаших в идеологиях национализма).

Неклассическая философия рождается как реакция на классическую философию, существовавшую более 20 веков. Неклассическая философия во многом началась с критики абсолютизации разума. Неклассическая философия вспомнила и развила представления о человеке и мире как сущностях:

	волящий (обладающих волей);

	наделенных бессознательным, которое во многом детерминирует жизнь индивида и социума;

	на том, что человек, в отличие от всех существ природы обладает свободой, он обречен на свободу;

	человек не столько иногда разумен, сколько является таким же живым природным существом, как любое существо природы, что человек - это Homo naturalis;

	человек деятелен не только в познании, но и в практической деятельности, т. е. человек есть существо орудийно действующее - Homo faber;

Все больше внимание уделяется тому, что человек существо верующее,т. е. человек религиозный. Человек должен верить во что-то.

Зачинателями неклассической философии в Европе являются Селен Кьеркегор и А. Шопенгауер.

Селен Кьеркегор (1813-1859) - датский философ. Его называют теологом, экзистенциалистом, говорят, что он был пророком 20 в. Его влияние на многих философов 20 в. было огромным (Лев Шестов). Главное произведение - «Или ..., или...», «Страх и трепет», «Понятие страха», «Болезнь к смерти». Главное в философии Кьеркегора - это поиск человеческой индивидуальности. Поиск есть процесс постепенного восхождения, обращения к Богу. К.  -  диалектик. Его диалектика есть диалектика индивидуального существования - экзистенции. Если в диалектике Гегеля разум (абсолютная идея) переходит от категории к категории, то в диалектике К. развитие происходит не в разуме, а в результате экзистенциального (моего, личного) выбора. В его диалектике - борьба противоположностей не снимается в синтезе, а является выбором одного или другого (или... или), т. е. человек всегда стоит перед выбором. 

В восхождениях в Богу и самоидентификации (пониманию своего «Я») индивид проходит 3 стадии:

	Эстетическая (от греч. «чувственный») - человек руководствуется чувствами, эмоциями, зависит от внешнегомира, реагирует на него с помощью органов чувств. Символ этого этапа - Дон Жуан. Человек здесь игнорирует моральные нормы, у него нет веры; нужно лишь получить массу удовольствий. Даже в научной деятельности он стремится к эстетическому удовольствию. Человек скользит по поверхности, стремится быть, как все. Человек теряет свое «Я» и распадается на тысячи осколков, у него нет отношения к себе, как с самому себе).

	Моральная (этическая) - человек пытается понять, что есть добро и зло. Символ - Сократ, у которого есть внутренний голос, голос Совести. Человек формируется как существо ироничное, он знает, что между различными стадиями есть выбор. Человек начинает признавать всеобщее, не только свое. он знает, что есть некая мораль. Человек все больше прислушивается к голосу разума. Эта стадия порождает трагического героя.

	Религиозная - на стадии 2 человек не осознает греха, он еще не может самостоятельно сформулировать, что такое добро. Это дается в акте веры, веры к Богу. Человек соотносит свое «Я» с неким существом. Человек постигает свое назначение.Это акт всепоглощающей любви к Богу. Символом является Авраам (он принес сына в жертву). Все, что есть в мире, наша задача - отдаться Богу. Человек это делает сам. Или... или... - сам человек выбирает.

Философия постоянно уходит от понимания мира.

Артур Шопенгауэр (1788 - 1860) - делает упор на то, что сущность мира заключается в воле, которая рациональна.

Понятие воли уходит от деления мира на субъект и объект.

Основноые произведения: «О четверояком корне закона достаточного основания», «Мир как воля и представление», «О воле в природе», «Две основные проблемы этики».

На становление взглядов А.Ш. повлияли 3 основные исторические традиции:

	учение об идеях Платона

	контианская гносеология и этика

	древне-индийский брахманизм.

Антология Шопенгауэра.: Мир представляет собой некую Мировую волю. Мировая воля представляет собой  некий произвол, чистое воление. Свободная воля представляет мир представлений, который Ш. называет миром Майя (это богиня, которая все скрывает, дает нам мир, как кажимость; это не реальный мир, а представляемый). Человеческое тело представляет  собой проявление Мировой воли. По Шопенгауэру., душа и тело одно и то же, как действует тело, это есть проявление воли, т. е. то, что человек не может контролировать. Мировая воля действует как бесцельное стремление, вечное становление. Мировая воля бесцельна, это вечный творческий порыв. Проявления мировой воли несут и зло, и добро, которые  постоянно борются друг с другом, т. е. находятся в состоянии внутреннего берения. Мировая воля подобна мифическому чудовищу, в бешенстве разрывающему свои внутренности. Если один феномен побеждает другой, то это пиррова победа. Это гражданская война, где нет победителей. Мировая воля подобна существу на картине Сальвадора дали «Мягкая конструкция с бобами: предчувствие гражданской войны». Формы самовыражения мировой воли: в физике - мировой тяготение, в химии - химическое сродство, в биологии - воля к жизни и борьба за существование, инстинкты животных, главными из которых являются пищевой и половой; в обществе - аффеты людей, их тщеславие и властолюбие.

Мировая воля лишь напоминает вещь в себе Канта. Если вещь в себе Канта непознаваема, то Мировая воля обнаруживает себя в достаточно красноречивых формах. Обнаруживая себя, Мировая воля все более обнаруживает свое страдание и ощущает себя несчастной. Чем выше уровень обнаружении, интеллектуальный и эмоциональный уровень людей, тем сильнее их нравственные коллизии и мучения. Умный и нравственный человек отчетливо видит, что социальная жизнь проникнута скудоумием, пошлостью и лицемерием; что побеждают самые наглые, но недостойные. Власти в парламенте прикрывают свои личные и групповые интересы. Миром правит эгоизм. Ш. повторяет древнего римлянина Плавта: «Человек человеку волк». Конечно, мир безрадостен, но не безнадежен. Ш. - философ в мировой скорби, но не унылой скорби, как и Кьеркегора, а своего рода героического пессимизма. Что помогает человеку выжить? Творя зло, как и добро, воля постоянно осознает свою вину, причем, чем эта вина осознаннее, тем воля становится более стремительной, активной, «пассионарной». Воля понимает, что зло и его источник должен быть наказан, т. е. должно произойти самонаказание. Орудием являются люди, которые тоже - порождение Мировой воли. Что люди должны делать? Они должны направлять присущую им жизненную энергию против этой энергии и ее источника. Люди как феномены воли должны упразднить то, чем они сами порождены:

1) люди должны через философское познание выяснить стоящую перед ними задачу;

2) пройти 2 этапа самоуничтожения воли: 1. эстетическое созерцание - человек должен научиться постигать прекрасное. Постигая мир прекрасного, человек отрекается от прагматичного. Человек нераздираем внутренними эгоистическими стремлениями. В искусстве он постигает вечные идеи (по Платону), которые люди всех эпох и народов познают с одинаковой ясностью. Т. е. если мы видим расстрел людей, то по Шопенгауэр прекрасное во все времена прекрасное. Наивная цель искусства - освободить душу от страданий, которые вызываются страстями, искусство должно утешать, должно нести человеку душевный	 мир. По Шопенгауэру, нести людям правду и страданиях других,  болеть за мировое зло. Из всех видов искусства Шопенгауэр более всего ценил музыку. Если живопись, архитектура, танец - опосредованное отображение воли, то музыка - чистая ее объективация. 2. этическая программа - человек должен постепенно уходить от воления. Шопенгауэр понимает, что жизнь человека осмыслена, т. к. наполнена волей, человек стремится к чему-либо. Если нет воления, то - скука.

Фейербах говорил, что самоубийца спасается не от жизни, а от тягостей жизни. Шопенгауэр призывает возвыситься над волением, упразднить волю. Это можно достигнуть через:

1) аскезу (удовлетворение низменной потребности)

2) человек должен научиться любить не себя; нужно уходить от эгоизма, воспитывать в себе альтруистические установки.

Если аскетизм - прекращение желания, альтруизм - сострадание ко всем, кто в нем нгуждается.

Любовь и сострадание есть эгоизм. Все это позволяет говорить о величайшем гуманизме философии Шопенгауэр говорит, не сравни, кому плохо, а помоги, кому плохо.

Вопрос №14	Антропологический поворот в философии XX в.

В широком смысле - философское  учение о природе (сущности) человека, который служит исходной точкой и центральным предметом рассмотрения; в узком смысле - течение западноевропейской, преимущественно немецкой, философии 1-й пол. 20 в.

Как течение немецкой буржуазной мысли Философская антропология возникла в 20-х гг. в русле происходившего тогда общего для западноевропейской философии «антропологического поворота» и опиралась на идеи философии жизни (Дильтей) и феноменологии (Гуссерль).

Шелер, один из родоначальников Философской антропологии, в работе «Положение человека в космосе» выдвинул задачу создания основополагающей науки о человеке. Он начертал обширную программу философского познания человека во всей полноте его бытия, предполагая, что Философская антропология соединит конкретно-научное изучение различных сфер человеческого бытия с целостным, философским его постижением. В этой работе, как и в труде другого теоретика Философской антропологии Плеснера «Ступени органического и человек», в космологической перспективе рассматривались некоторые существенные аспекты отношения человека к животному и растительному миру. Этот органический, биоантропологический подход к проблеме человека не стал подготовительным этапом последующего, более целостного взгляда на человека, но по существу узко ограничил горизонт философско-антропологического мышления и был унаследован другими представителями Ф.а. (Геленом, Ротхаккером, Хенгстенбергом, Ландманом).

Программа, выдвинутая Шелером, не была выполнена Философской антропологией., несмотря на некоторые ее научные и теоретические достижения, не стала целостным учением о человеке и вылилась в отдельные  философско-антропологические теории - биологическую, психологическую, религиозную, культурную и другие, которые при известной принципиальной общности обнаружили существенные различия, как в методах исследования, так и в понимании характера и назначения Философская антропология. У Шелера человек - не только биологическое, но главным образом духовное существо, выделяющее способностью к «чистому созерцанию вещей»; у Плеснера подчеркивается эксцентричная природа утратившего свою самость человека, «приговоренного» в силу этого к вечному поиску и самосовершенствованию; по Гелену, человек по причине биологической недостаточности предопределен к деятельной активности, реализующей себя в различных формах культуры; у Ротхаккера и Ландмана он - продукт определенного стиля жизни, или «объективного духа» культуры. Сторонники Философской антропологии в каждом конкретном случае выбирают какой-нибудь отдельный специфический аспект и возвышают его до уровня единственного определяющего признака природы человека, при этом другие, не менее важные аспекты игнорируются, так что в целом методологические принципы Философской антропологии и вытекающие из них конкретные теоретические построения страдают существующими пороками. Остались неосуществленными притязания Философской антропологии на положение специальной, наряду с другими, дисциплины в составе философии, тем более основополагающей философской дисциплины, осмысливающей научное знание о человеке и воссоздающей на этой основе его целостный образ. Оттесненная в последнее время экзистенциализмом, Философская антропология в 60-70 гг. влилась в широкое идейное движение, претендующее на теоретическое осмысление и истолкование современного знания о человеке, на достижение нового философского понимания природы человека (прагматизм, глубинная психология, структурализм).

Общефилософские принципы понимания сущности человека, выработанные марксистко-ленинской философией, служат наиболее перспективным и достаточным основанием для конкретного философско-антропологического исследования, для выработки специального философского учения о человеке, конкретизирующего общефилософские положения о его социальной и предметно-деятельной сущности, о его месте в природе, роли в развитии общества, истории, познания. Философы-марксисты отвергают имевшие место попытки эклектического сочетания марксизма с антропологическим подходом (Сартр), а также ревизионистские искажения марксизма в духе абстрактного антропологизма.

Вопрос №15	Бытие как философская проблема

БЫТИЁ, философская категория, обозначающая реальность, существующую объективно, вне и независимо от сознания человека. Философское понимание бытия и его соотношения с сознанием определяет решение основного вопроса философии. Диалектический материализм исходит из материалистического решения основного вопроса философии и вместе с тем, в противовес метафизическому материализму, не сводит Бытие к предметно-вещественному миру, вычленяя различные уровни Бытия — материально-предметную реальность, объективно-идеальное БЫТИЕ. (ценности культуры, общезначимые принципы и категории научного знания и др.), Бытие. личности.

Первую философскую концепцию Бытия выдвинули досократики, для которых Бытие совпадает с материальным, неразрушимым и совершенным космосом. Одни из них рассматривали Б. как неизменное, единое, неподвижное, самотождественное (Парменид), другие — как непрерывно становящееся (Гераклит). Бытие противопоставляется небытию; с другой стороны, досократики различали Бытие. «по истине» и Бытие «по мнению», идеальную сущность и реальное существование. Платон противопоставил чувств. Бытие. чистым идеям — миру истинного Бытие. Опираясь на проводимый им принцип взаимосвязи формы и материи, Аристотель преодолевает подобное противопоставление сфер Бытие (поскольку для него форма — неотъемлемая характеристика Бытия) и строит учение о различных уровнях Б. (от чувственного до интеллигибельного). Средневековая христианская философия противопоставляла «истинное», божеств. Бытие и «неистинное», сотворённое Бытием, различая при этом действительное Бытие (акт) и возможное Бытие (потенция), сущность и существование, смысл и символ. Отход от этой позиции начинается в эпоху Возрождения, когда получил общее признание культ материального Бытия, природы. Эта трансформация, выражавшая новый тип отношения человека к природе, обусловленного развитием науки, техники и материального производства, подготовила концепции Бытия. 17—18 вв. В них Бытие рассматривается как реальность, противостоящая человеку, как сущее, осваиваемое человеком в его деятельности. Отсюда возникает трактовка Бытия как объекта, противостоящего субъекту, как косной реальности, которая подчинена слепым, автоматически действующим законам (напр., принципу инерции). В трактовке Бытия исходным становится понятие тела, что связано с развитием механики — ведущей науки 17—18 вв. В этот период господствуют натуралистически-объективистские концепции Бытия, в которых природа рассматривается вне отношения к ней человека, как некоторый механизм, действующий сам по себе. Для учений о Бытие в новое время был характерен субстанциальный подход, когда фиксируются субстанция (неуничтожимый, неизменный субстрат Бытие, его предельное основание) и её акциденции (свойства), производные от субстанции. С различными модификациями подобное понимание Бытия обнаруживается в философских системах 17—18 вв. Для европейской. философии этого периода Бытие — предметно сущее, противостоящее и предстоящее знанию; Бытия ограничивается природой, миром естественных тел, а духовный мир статусом Б. не обладает. Наряду с этой натуралистической линией, отождествляющей Бытие с физической реальностью и исключающей сознание из Бытия, в новоевропейской философии формируется иной способ истолкования Б., при котором последнее определяется на пути гносеологического анализа сознания и самосознания. Он представлен в исходном тезисе метафизики Декарта — «мыслю, следовательно, существую», в трактовке Лейбницем Бытие как отражения деятельности духовных субстанций — монад, в субъективно-идеалистическом отождествлении Беркли существования и данности в восприятии. Своё завершение эта интерпретация Бытия нашла в немецком классическом идеализме. Для Канта Бытие не является свойством вещей; Бытие — это общезначимый способ связи наших понятий и суждений, причём различие между природным и нравственно-свободным Б. заключается в различии форм законополагания — причинности и цели. Для Фихте подлинным Бытием является свободная, чистая деятельность абсолютное «Я», материальное Бытие— продукт осознания и самосознания «Я». У Фихте в качестве предмета филос. анализа выступает Бытие культуры — духовно-идеальное Бытие, созданное деятельностью человека. Шеллинг видит в природе неразвитый дремлющий разум, а подлинное Бытие — в свободе человека, в его духовной деятельности. В идеалистической системе Гегеля Бытие рассматривается как первая, непосредственная ступень в восхождении духа к самому себе. Гегель свёл человеческое духовное Бытие к логической мысли. Бытие оказалось у него крайне бедным и по сути дела негативно определяемым (Бытие как нечто абсолютно неопределённое, непосредственное, бескачественное), что объясняется стремлением вывести Бытие из актов самосознания, из гносеологического анализа знания и его форм. Подвергнув критике прежнюю онтологию, пытавшуюся построить учение о Б. до и вне всякого опыта, без обращения к тому, как мыслится реальность в научном знании, немецкий классический идеализм (особенно Кант и Гегель) выявил такой уровень Бытия, как объективно-идеальное Бытие, воплощающееся в различных формах деятельности субъекта. С этим был связан историзм в понимании Бытия, характерный для немецкого классического идеализма.

Идеалистическая установка — понять Бытие исходя из анализа сознания свойственна и буржуазной философии 19 - 20 вв. Однако здесь аналитика сознания не отождествляется с гносеологическим анализом и предполагает целостную структуру сознания во всём многообразии его форм и в его единстве с осознаваемым миром. Так, в философии жизни (Дильтей) Бытие совпадает с целостностью жизни, постигаемой науками о духе специфическими средствами (метод понимания в противовес методу объяснения в физических науках). В неокантианстве Бытие раскладывается на мир сущего и мир ценностей (т. е. подлинное Бытие, которое предполагает долженствование). В феноменологии Гуссерля подчёркивается связь между различными слоями Бытия — между психическими актами сознания и объективно-идеальным Бытием, миром смыслов. Учение о Бытие, по Гуссерлю, изучает предметно-содержательные структуры интенциональных актов сознания, прежде всего восприятия, выявляет связи между объективно-идеальными смыслами и соответствующими актами сознания. Шелер не ограничивает сознание, актами созерцания, укореняя его в эмоциональных переживаниях и оценках. Поэтому учение о Бытия для Шелера тождественно осмыслению эмоционально-душевных актов и коррелятивных им ценностей, различных по своему рангу. Для Хайдеггера Бытие дано только в понимании Бытия. Исходным для него является человеческое существование, трактуемое как эмоционально-волевое, практически-озабоченное Бытие Учение Хайдеггера о Бытие представляет собой попытку герменевтического истолкования человеческого существования во всей полноте его Бытия, фундамент которого он вначале усматривал в актах речи, а позднее — в языке. 

В неопозитивизме радикальная критика прежней онтологии и её субстанциализма перерастает в отрицание самой проблемы Бытия, истолковываемой как метафизическая псевдопроблема. Однако характерная для неопозитивизма деонтологизация философии по существу предполагала некритическое приятие языка наблюдения в качестве фундаментального уровня Б. науки.

В марксистской философии, отвергающей различные формы идеализма, проблема Бытия анализируется в нескольких направлениях. При этом подчёркивается многоуровневый характер Бытия (органическая и неорганическая природа, биосфера, общества Бытие, Бытие личности), несводимость одного уровня к другому (материя и формы её движения — предмет естествознания, обществ. Бытие — предмет социологических и исторических наук). Марксизм отстаивает историческую концепцию социального Бытия, видя в нём совокупную чувственную (прежде всего материальную) деятельность индивидов, социальных групп и классов. Бытие понимается как реальный процесс жизнедеятельности людей.

Вопрос №16	Природа и общество

Возникновение общества. История чело общества в определенном смысле являет картину его изменяющегося взаимодействующего с природой. Однако общество не существует изначально. История его возникновения не отделима от истории становления самого человека. Являясь частью природы человек постепенно, в процессе труда и общения формируется как социальное существо. Этот процесс имеет своим началом выделение чел из животного мира, формируя у него социальных побудит мотивов в поведении. В силу вступает наряду с естественным и социальный отбор (применительно к сообществам). Выживали те сообщества которые подчинялись определенным социально значимым требованиям: сплоченности взаимопомощи. Это социально значимое закреплялось естественным отбором и передачей опыта. В преобразовании первобытного стада в человеческое общество все большую роль играли социальную закономерности на фоне действия биологических. Это осуществлялось в первую очередь в процессе труда.

Для труда характерен коллективно организованный, целенаправленный общей способ деятельности.

Труд есть процесс, совершающийся между человеком и природой, процесс, в котором человек своей собственной деятельностью опосредуется, регулирует и контролирует обмен веществ между собой и природой. То есть труд - та главная сила, которая вела к возникновению и формированию собственно человеческой жизни - общества. Однако ее действие было бы невозможным без формирования языка, которая является важнейшим средством осуществления трудового процесса.

Природная Среда - естественное условие жизни общества. «История Земли и история человечества - это две главы одного романа» - Герцен. Общество является частью более обширного целого- природы. Чел живет на земле в пределах тонкой ее оболочки - географ Среды. Она есть зона обитания чел и сфера приложении его сил. Географ седа - это та часть природы, которая составляет необходимое условие жизни общества, будучи вовлеченной, в процесс общ производства. Вне ее наша жизнь невозможна.

С самого возникновения человеческого общество изменяло окружающую природу, и само менялось под ее воздействием. Воздействие общества на природу обуславливается развитием мат производства, науки и техники, общ потребностей. При этом происходит расширение рамок географической Среды, накопление новых свойств, все более отдаляющих ее от девственного состояния. Если лишить соврем географическую среду ее свойств, созданных трудом многих поколений, и поставить современное общество в исходные природные условия, то оно не сможет существовать.

В свою очередь и географическая среда  влияет на развитие общества. Сравним развитие народов севера и юга, тропиков.  Географическая Среда оказывает влияние на хозяйственную специализацию стран и районов. Так, если в условиях тундры население занимается оленеводством, а в субтропиках - разведением цитрусовых. Влияние географической Среды на общество - явление историческое: чем глубже в глубь веков, чем слабее силы общества, тем больше его зависимость от географической Среды.

Ограничивается ли Среда жизни общества лишь географ средой? Нет. Качественно иной естественной средой его жизни является сфера всего живого - биосфера. В результате длит эволюции, биосфера сложилась как динамическая, внутренне дифференцированная равновесная система. Она развивается вместе с эволюцией Вселенной и всего живого.

Помимо всего живого биосфера включает в себя и человека. Причем его влияние сильно меняет биосферу. С развитием человечества осуществляется переход к новому качественному состоянию - ноосфере, представляющую собой сферу живого и разумного. Ноосфера т.о. новая особая реальность, связанная с более глубокими и всесторонними формами преобразованиями воздействия общества на природу.

Экология - наука, изучающая закономерности взаимодействия живого с внешними условиями его обитания с целью поддержания динам равновесия системы “общество-природа”.

Развитие человечества, его производственных сил столкнули человека с проблемой ограниченности природных ресурсов, возможного нарушения равновесия системы общество - природа. «Не стоит обольщаться победами над природой. За каждую такую победу она мстит. Каждая из этих побед имеет правда в первую очередь те последствия, на которую мы рассчитывали, но, во-вторых, и в третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, кот очень часто уничтожают значение первых». «Мы все воюем с природой, а надо мирно существовать в ней».

Человек, превращая все большую часть природы в среду своего обитания, расширяет границы своей свободы по отношению к природе, что должно обострять в нем чувство ответственности за преобразующее воздействие на нее. Здесь находит отражение общефилософский принцип: «чем полнее свобода, тем выше ответственность».

В настоящее время глобальность эколог проблем требует от чел иного способа мышления, новой формы самосознания - Экологического сознания. Это, прежде всего, означает, что человек должно осознать себя как единое целое в своем отношении к природе. Самое первое и главное условие сохранение равновесия и гармонии с природой - это разумное сосуществование людей друг с другом. Необходимо соединить усилия всех людей, всего человечества в решениях этих проблем. В современном обществе потребления решение экологических проблем невозможно...

Вопрос №17	Диалектика как учение о развитии. Законы и категории диалектики

Исторические формы диалектики:

Первоначально термин  диалектика раскрывался как «искусство вести спор». Диалог Сократа строился по принципу диалектики. Уже в античности складывается диалектический подход к миру

Нынешнее рассмотрение термина диалектики раскрывается как учение о развитии и всеобщих связях

Стихийная форма диалектики. Гераклит не мог доказать, что мир находится в постоянном развитии, однако он высказал ряд гениальных догадок.  

Аристотель понимал метафизику иначе, чем мы. Его основной философский трактат назывался «метафизика». Однако со времен Гегеля под метафизикой понимается  метод познания, метод подхода к действительности, противоположный диалектике. Пьер Абеляр «Да и Нет».

Систему диалектики создал Гегель «Логика».  Для Гегеля  развитие присуще не миру, а идее мира и т.д. Существует диалектика процесса не в мире, а в нашем сознании.

Гегель: разработка основных законов и категорий диалектики с идеалистической точки зрения. Середина 19  века  ознаменовалась такими открытиями в области естествознании, которые сделали возможным диалектически рассмотреть мир. Природа есть камень диалектики. Основываясь на идеалистической диалектике Гегеля, марксисты создали материалистическую диалектику. 

ДИАЛЕКТИКА:    стихийная, идеалистическая, материалистическая

С точки зрения материалистической диалектики, развиваются не понятия, а окружающий человека мир. Понятия являются отражением мира, не  являясь при этом самостоятельными.

ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ДИАЛЕКТИКИ:

1. развития, 2. всеобщей связи

Принцип развития  заключается  в таком подходе к миру, при котором он рассматривается как система, находящаяся  в  состоянии  постоянного развития.

Согласно принципу всеобщей связи, в мире  нет  явлений  и  процессов, которые не  были  бы  связаны друг с другом, причем эта связь может носить различный характер.

Классики марксизма, материалистически изучив учение Гегеля, сформулировали учение о законах и категориях. Закон -  отражение  определенной  связи  между явлениями, объектами, процессами. Связь  внутренняя, существенная, повторяющаяся, необходимая связь между явлениями и объектами материального мира. Законы могут быть самыми различными. Частные (специфические)  законы используются в ограниченной сфере деятельности. Сфера применения  законов  диалектики практически безгранична. Они находят проявление в природе, обществе, человеческом сознании

Законы диалектики

	Закон единства и борьбы противоположностей

	Закон взаимоперехода количественных и качественных изменений

	Закон отрицания отрицания



	вскрывает проблему источника, причины развития. Существовали теория первоидеи, первотолчка, однако, в  конце  концов, эти идеи приводили к Богу. В диалектике признается саморазвитие и  самодвижение, т.е.  каждый объект мира  развивается  не в силу каких-либо внешних причин, а в силу наличия в себе противоположных процессов.

	вскрывает  механизм диалектического развития, т.е.  отвечает на вопрос: как, каким образом происходит развитие в природе и в человеческом сознании. Согласно этому закону, развитие происходит путем постепенных количественных изменений, а затем скачкообразного перехода к новому качеству.

	показывает направленность развития. Согласно этому  закону, развитие представляет  собой процесс бесконечных отрицаний, в результате которых происходит поступательное развитие от простого  к  сложному, от низшего к высшему. 

Эти три закона диалектики достаточно раскрывают принцип диалектического развития, охватывая его со всех сторон. Категории диалектики. Каждый из законов формулируется посредством ряда категорий. Понять закон - это, значит, раскрыть понятие тех категорий, через которые этот закон раскрывается. Первый закон: тождество, различие, противоречие, противоположность.

Тождество - совпадение, сходство одного объекта с другим или  состояний одного  и  того же объекта по отношению друг к другу. Существует тождество, которое всегда включает в себя  развитие  тождества, приводит его в состояние противоположности. Отношения между ними составляют диалектическое противоречие.

Диалектическое противоречие - это такое отношение противоположных моментов внутри системы, которое делает ее (систему)  самодвижущейся  и которое проявляется через взаимообусловленность этих моментов и одновременно их взаимоотрицание.

Единство противоположностей, как правило, временно, преходяще, а борьба противоположностей абсолютна в том плане, что  возникают  все  новые противоположности по отношению друг к другу.

Мир соткан из противоположностей Этапы развития диалектического противоречия

	зарождение различия между противоположностями

	развертывание противоположностей. Поляризация сторон в рамках единого целого

	его разрешение

Второй закон: качество, количество, мера, скачок - форма перехода из одного качества в другое.

Третий закон: Необходимо выяснить саму суть диалектического отрицания

Метафизика: отрицание является полным и абсолютным

Диалектика: характеризуется преемственностью. Любое отрицание предполагает удержание в самом себе самое главное и  ценное, что  может быть в развивающемся объекте.

Вопрос №18	Человек как единство социального и биологического. Две стороны антропосоциогенеза

Человек как субъект предметно-практической деятельности

Со второй половины XIX века, когда стало общепризнанным, что человек — продукт биологической эволюции, центральным для всей антропологической проблематики сделался вопрос об основном отличии людей от высокоорганизованных животных и о научном объяснении этого отличия.

Поведение животного представляет собой одну из форм функционирования его организма. Именно структура организма детерминирует потребности животных и программы их поведения. Всякое животное рождается на свет, уже, будучи наделенным богатым набором инстинктов, которые заранее (и даже «с запасом») обеспечивают его приспособленность к известным условиям обитания, но именно поэтому ограничивают индивидуальные вариации поведения. Животные генетически приурочены к видовым «поведенческим амплуа», и никакая нужда не научит, например, рысь вести себя так, как ведут себя волк или лиса.

Иначе обстоит дело с человеком. Все люди, живущие на Земле в течение, по крайней мере 50 тыс. лет, относятся к одному и тому же биологическому виду - Homo sapiens (человек разумный). Этот факт общепризнан. Но вот никому пока не удалось отыскать врожденное «поведенческое амплуа» этого вида. Во-первых, как метко выразился К. Маркс, человек может вести себя «по мерке любого вида» (в качестве охотника, например, он способен применять самые удивительные комбинации выжидательной и преследовательской тактики). Во-вторых,— и это самое существенное — наблюдаются глубокие различия в поведении людей, принадлежащих исторически различным обществам или группам.

Но может быть, именно эти «внутривидовые» различия и следует понимать как врожденные или, по крайней мере, биологически закрепляемые? Нет, это не так. Мальчик-индеец, во младенчестве привезенный в Париж, со временем делается «стопроцентным парижанином». Сын простолюдина, воспитанный в семье дворянина, усваивает все условности потомственного дворянского быта (то же можно сказать и о дворянском отпрыске, выросшем в семье крестьянина).

Многообразные различия, которые мы видим среди представителей вида Homo sapiens, свидетельствуют об индивидуальной вариативности поведения, неизвестной животному миру. Не означает ли это, что к человеческим поступкам вообще нельзя прилагать понятие «заданной программы»? Отнюдь нет, просто применительно к людям понятие «программа» приобретает совершенно новый смысл. Генетические программы, определяющие инстинктивное поведение животных, фиксируются в молекулах ДНК. Главными же средствами передачи программы, определяющей поведение людей, являются язык (членораздельная речь), показ и пример. Место «генетических инструкций» занимают нормы, место наследственности в строгом смысле слова — преемственность.

В большинстве современных антропологических, этнографических и социальных теорий специфичное для человека нормативно-преемственное программирование поведения называется культурой '. Ученые разных направлений сходятся в признании того, что именно культура, которая с детства осваивается человеческим индивидом, будучи заданной, ему другими (взрослыми) представителями человеческого рода, играет решающую роль в определении человеческих поступков. Культура же признается исходным отличительным признаком и самого типа сообщества, характерного для Homo sapiens.

Если понимать под обществом просто совокупность индивидов, которые живут в постоянном взаимодействии между собой, то придется признать наличие общества и у животных. Именно такого взгляда неоправданно придерживаются многие исследователи немарксистской ориентации. Объединение животных — это либо стадо, где над всеми «социальными инстинктами» еще доминирует индивидуальный инстинкт самосохранения, либо специфические объединения насекомых типа муравейника или улья, которые являются не столько сообществом равноценных особей, сколько «коллективным сверхиндивидуумом», даже «сверхорганизмом», отдельные члены которого живут и действуют по принципу биофизиологического разделения функций. Только люди образуют общество в собственном смысле слова. И это означает, между прочим, что они не могут быть ни возвращены в стадное состояние, ни приведены к функционально-иерархическому сочленению типа муравейника.

Чем же общество отличается от естественных, «псевдосоциальных» объединений животных особей? Прежде всего, тем, что это целостность надбиологическая. Она покоится не на функциональной дифференциации организмов и даже не па органической дифференциации их потребностей и стимулов, а на единстве культурных норм. Общества в точном смысле слова нет там, где нет культуры, то есть «сверхприродной» нормативно-ценностной системы, регулирующей индивидуальное поведение. Таков один из важных выводов современной антропологии.

Итак, наличие культуры отличает человеческое общество от любого объединения животных особей. Однако оно еще не объясняет ни того, как общество возможно, ни того, как оно па деле возникло. Выражаясь философским языком, культура — это форма, в которой развиваются и передаются из поколения в поколение взаимосвязи человеческих индивидов, но вовсе не причина, в силу которой они образуются и воспроизводятся.

Стремление объяснить общество как следствие культуры — характерная черта идеалистического истолкования общественной жизни. Приверженцы последнего издавна тяготели к отождествлению надбиологического с духовным и идеально-осознанным. Вне поля зрения при этом оставались две важнейшие теоретические задачи. Во-первых, выявление материальных надбиологических отношений; во-вторых, объяснение того, как, посредством какого простейшего реального акта люди сами отличили и продолжают отличать себя от животных. 

Обе эти задачи были четко поставлены и обрисованы Марксом и Энгельсом. «Людей,— писали основоположники марксизма,— можно отличать от животных по сознанию, по религии — вообще по чему угодно. Сами они начинают отличать себя от животных, как только начинают производить необходимые им жизненные средства — шаг, который обусловлен их телесной организацией. Производя необходимые им жизненные средства, люди косвенным образом производят и саму свою материальную жизнь» '. Социальное невозможно без производства. Только там, где существует производство (постоянно возобновляющийся процесс труда), может иметь место общество — социокультурное объединение людей. Оно образуется и воссоздается, поскольку совершается процесс, «в котором человек своей собственной деятельностью опосредствует, регулирует и контролирует обмен веществ между собой и природой» 2. Поэтому общественное существо есть обязательно существо производящее. Производство — не просто отличительный, но основополагающий признак Homo sapiens.

Материальное производство есть преобразование природных объектов, материальное творчество. Оно вызывает на свет мир артефактов — «содеянных вещей», начиная с каменного наконечника стрелы и кончая луноходом. Именно наличие элементов материальной культуры служит простейшим и вместе с тем надежнейшим свидетельством присутствия Homo sapiens внутри какого-то временного периода или пространственного ареала.

С возникновением ремесла, а затем и промышленной техники мир артефактов, создаваемая человеком «вторая природа», становится все шире и многообразнее.

Материальное производство как творчество, в котором воплощены различные физические и духовные способности человека, обозначается в марксистской философии понятием «предметно-практическая деятельность». В принципе и в идеале понятие это имеет в виду осмысленную работу, воплощающуюся в некотором полезном (значимом для человека) продукте, а следовательно, обладающую осознанно целесообразным характером. Оно (пусть неявным образом) уже содержит в себе представление о таких присущих человеку качествах действующего субъекта, как рациональное мышление, самосознание и способность выбора.

Маркс и Энгельс высоко ценили основные определения человека, выработанные мыслителями нового времени: «человек — существо разумное», «человек — существо, обладающее самосознанием», «человек — существо моральное и свободное». Вместе с тем они требовали, чтобы определения эти были додуманы до конца — до понимания того обстоятельства, что и разум, и самосознание, и свобода как абстрактные характеристики человеческой активности непременно должны иметь корни в предметно-материальном действии.



Проблема антропосоциогенеза

Выделение человека из животного мира — столь же грандиозный скачок, как и возникновение живого из неживого. Ведь речь идет об образовании такого рода живых существ, внутри которого с известного момента прекращается процесс видообразования и начинается «творческая эволюция» совершенно особого типа.

Предыстория человечества по сей день остается такой же загадочной и таинственной, как и возникновение жизни. И дело здесь не просто в недостатке фактов. Дело еще в новых и новых открытиях, порой совершенно обескураживающих, парадоксальных, которые колеблют теории, еще недавно казавшиеся стройными и убедительными. Неудивительно, что современные научные представления о становлении человека покоятся в основном на гипотезах. Более или менее достоверными можно считать лишь общие (но как раз философски значимые) контуры и тенденции этого процесса.

К вопросу о происхождении человека антропологи и философы подходят с различных и внешне даже противостоящих друг другу позиций. Антропологи озабочены поисками «недостающего звена» в биологической эволюции от обезьяноподобного предка человека к Homo sapiens. Философы стремятся выявить и обрисовать сам «прерыв постепенности» — революционный скачок, который имел место в процессе человеческого становления. Это способствует правильному пониманию мировоззренческого масштаба проблемы, перед которой стоит антропологическое исследование, и оказывает на него эвристическое воздействие.

Давно признано, что превращение животных в людей не могло быть неким мгновенным, одноактным событием. С неизбежностью должен был существовать длительный период становления человека (антропогенеза) и становления общества (социогенеза). Как показывают современные исследования, они представляют собой две неразрывно связанные стороны единого по своей природе процесса — антропосоциогенеза, длившегося в течение 3—3,5 млн лет, то есть почти в тысячу раз дольше, чем вся «писаная история».

Важную роль в объяснении общего смысла антропосоциогенеза играла и играет трудовая гипотеза, набросанная Ф. Энгельсом в работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» и детально обоснованная советскими антропологами и археологами. Гипотеза эта нашла признание и у многих антропологов-немарксистов, выступавших против идеалистических истолкований становления человека.

Вместе с тем определяющее значение труда в процессе антропосоциогенеза нельзя толковать в духе натуралистических (тем более механистических) представлений о причинных зависимостях. Важнейшая черта антропосоциогенеза — его комплексный характер. Поэтому принципиально неверно было бы утверждать, что, скажем, «сначала» возник труд, «потом» — общество, а «еще позднее» — язык, мышление и сознание. Тезис об определяющем значении труда выделяет последний в качестве центрального (и именно в этом смысле первичного) антропогенетического фактора, в связи с которым формируются и общежитие, и членораздельная речь, и начатки рационального мышления. Но труд и сам имеет генезис, превращаясь в полноценную предметно-практическую деятельность лишь во взаимодействии с такими факторами социализации, как язык, сознание, нравственность, мифология, ритуальная практика и т. д.

Вопрос №19	Проблема человека и смысл его существования

Проблема человека

Один древний мудрец сказал: для человека нет более интересного объекта, чем сам человек.

Д. Дидро считал человека высшей ценностью, единственным создателем всех достижений культуры на земле, разумным центром вселенной, тем пунктом, от которого все должно исходить и к которому все должно возвращаться.

Что же такое человек? На первый взгляд этот вопрос кажется до смешного простым: в самом деле, кто ж не знает, что такое человек. Но в том-то все и дело, что то, что нам ближе всего, лучше всего знакомо, оказывается и самым сложным, как только мы пытаемся заглянуть в глубины его сущности. И тут оказывается, что загадочность этого явления становится тем больше, чем больше мы пытаемся проникнуть в нее. Однако бездонность этой проблемы не отпугивает от нее, а притягивает как магнит.

Какие бы науки ни занимались изучением человека, их методы всегда направлены на «препарирование» его. Философия же всегда стремилась к постижению его целостности, прекрасно понимая, что простая сумма знаний частных наук о человеке не даст искомого образа, и потому всегда пыталась выработать собственные средства познания сущности человека и с их помощью выявить его место и значение в мире, его отношение к миру, его возможность «сделать» самого себя, то есть стать творцом собственной судьбы. Философскую программу можно коротко, сжато повторить вслед за Сократом: «Познай самого себя», в этом корень и стержень всех других философских проблем.

История философии полна различных концепций сущности человека. В античной философской мысли он рассматривался преимущественно как часть космоса, как некий микрокосм, в своих человеческих проявлениях подчиненный высшему началу — судьбе. В системе христианского мировоззрения человек стал восприниматься как существо, в котором изначально неразрывно и противоречиво связаны две ипостаси: дух и тело, качественно противоположные друг другу как возвышенное и низменное. Поэтому Августин, например, представлял душу как независимую от тела и именно ее отождествлял с человеком, а Фома Аквинский рассматривал человека как единство тела и души, как существо промежуточное между животными и ангелами. Плоть человеческая, с точки зрения христианства, — арена низменных страстей и желаний, порождение дьявола. Отсюда постоянное стремление человека к освобождению от дьявольских пут, стремление к постижению божественного света истины. Этим обстоятельством и обусловлена специфика человеческого отношения к миру: здесь явно стремление не только познать собственную сущность, сколько приобщиться к высшей сущности — богу и тем самым обрести спасение в день страшного суда. Этому сознанию чужда мысль о конечности человеческого бытия: вера в бессмертие души скрашивала зачастую суровое земное бытие.

Философия нового времени, будучи по преимуществу идеалистической, видела в человеке (вслед за христианством) прежде всего его духовную сущность. Мы до сих пор черпаем из лучших творений этого периода алмазные россыпи тончайших наблюдений над внутренней жизнью человеческого духа, над смыслом и формой операций человеческого разума, над тайными, сокрытыми в личностной глубине пружинами человеческой психики и деятельности. Естествознание, освободившись от идеологического диктата христианства, смогло создать непревзойденные образцы натуралистических исследований природы человека. По еще большей заслугой этого времени было безоговорочное признание автономии человеческого разума в деле познания собственной сущности.

Идеалистическая философия XIX — начала XX в. гипертрофировала духовное начало в человеке, сводя в одних случаях его сущность к рациональному началу, в других же, напротив,— к иррациональному. Хотя понимание действительной сущности человека часто уже просматривалось в различных теориях, более или менее адекватно формулировалось теми или иными философами, например Гегелем, который рассматривал индивида в контексте социально-исторического целого как продукт деятельного взаимодействия, в котором происходит опредмечивание человеческой сущности и весь предметный мир вокруг человека есть не что иное, как результат этого опредмечивания, все-таки целостного учения о человеке еще не было. Этот процесс в целом походил на состояние вулкана, готового к извержению, но еще медлящего, ждущего последних, решающих толчков внутренней энергии.

Смысл существования человека

В жизни каждого нормального человека рано или поздно наступит момент, когда он задается вопросом о конечности своего индивидуального существования. Человек — единственное существо, которое осознает свою смертность и может делать ее предметом размышления. Но неизбежность собственной смерти воспринимается человеком отнюдь не как отвлеченная истина, а вызывает сильнейшее эмоциональное потрясение, затрагивает самые глубины его внутреннего мира.

Первой реакцией, следующей за осознанием своей смертности, может быть чувство безнадежности и растерянности, даже панической. Преодолевая это чувство, человек, однако, всю оставшуюся жизнь существует, отягощенный знанием о грядущей собственной смерти; более того, это знание, хотя в большинстве жизненных ситуаций оно таится в скрытых глубинах сознания, становится тем не менее основополагающим в последующем духовном развитии человека. Наличием такого знания в духовном опыте человека в значительной степени и объясняется острота, с которой перед ним встает вопрос о смысле и цели жизни.

Размышления над этим вопросом для многих людей оказываются исходным пунктом в выработке того, что принято называть основной «линией» жизни, подчиняющей себе поведение и поступки человека на разных уровнях — будь то общество в целом, или трудовой коллектив, или семья, или близкие друзья. Отклонения от этой «линии» нередко приводят к мучительным моральным коллизиям в его жизнедеятельности, а ее утрата — к нравственной, а то и физической гибели человека. Цель и смысл индивидуальной жизни каждой личности тесно связаны с социальными идеями и действиями, определяющими цель и смысл всей человеческой истории, общества, в котором человек живет и трудится, человечества как целого, его предназначение, а следовательно, ответственность на Земле и во Вселенной. Этой ответственностью четко очерчиваются границы того, что могут и чего не могут ни при каких условиях делать на индивидуальном и социальном уровне человек и человечество. Этим же определяется и то, какими средствами могут или не могут они добиваться своих целей, даже если эти цели представляются высокими, нравственными.

Но даже если человек руководствуется в своей жизни определенными нравственными целями и использует для их достижения адекватные им средства, он знает, что не всегда и не во всех случаях может добиваться желаемого результата, который в нравственных категориях обозначался во все времена как добро, правда, справедливость... И возникает вопрос: что ж, жизнь его — единственная и неповторимая — в какой-то мере уравнивается с жизнью тех, кто живет бесцельно, бессмысленно и безнравственно, творит зло, ложь и несправедливость? Вопрос этот тем более значим, что жизнь каждого человека не бесконечна, а обрывается смертью, небытием. Не теряют ли вследствие этого смысл определения ее в нравственных категориях добра и зла, правды и лжи, справедливости и несправедливости? Все ли проходит в бытии человеческом и все ли «уравнивается» в небытии? Люди всегда искали выхода из этого удручающего противоречия, которое, казалось, должно подорвать нравственные основы человеческого бытия. И находили его вначале в религиозном постулате о «бессмертии души» и «загробном воздаянии», а потом — в представлениях об «абсолютном разуме» и «абсолютных моральных ценностях», создающих якобы основу нравственного существования человека. А средневековые алхимики, как известно, веками искали чудодейственный «эликсир жизни».

Осознавая конечность своего земного существования и задаваясь вопросом о смысле жизни, человек начинает вырабатывать собственное отношение к жизни и смерти. И вполне понятно, что тема эта, быть может, наиважнейшая для каждого человека, занимает центральное место во всей культуре человечества. История мировой культуры раскрывает извечную связь поисков смысла человеческой жизни с попытками разгадать таинство небытия, а также со стремлением жить вечно и если не материально, то хотя бы духовно, нравственно победить смерть.

Поисками ответа на этот вопрос занимались и занимаются и мифология, и различные религиозные учения, и искусство, и многочисленные направления философии. Но в отличие от мифологии и религии, которые, как правило, стремятся навязать, продиктовать человеку определенные его решения, философия, если она не является догматической, апеллирует прежде всего к разуму человека и исходит из того, что человек должен искать ответ самостоятельно, прилагая для этого собственные духовные усилия. Философия же помогает ему, аккумулируя и критически анализируя предшествующий опыт человечества в такого рода поисках.

Последовательно проводимый философский материализм отрицает какую бы то ни было возможность личного физического бессмертия для человека, не оставляет ему надежды на «загробную жизнь». Поэтому продуманно, осмысленно принимая материалистическое мировоззрение, человек делает трудный шаг, требующий личного мужества и силы духа, того, что в философии называется стоицизмом, поскольку отказывается тем самым от возможности утешения, хотя бы и иллюзорного. Трудность этого шага усугубляется еще и тем, что накопленный человечеством нравственный опыт долгое время осмысливался в рамках религиозных систем, а знание обосновываемых ими моральных ценностей подпиралось ссылками на суд и воздаяние, которые ожидают каждого после смерти. «Если бога нет, то все дозволено»,— провозглашал герой Ф. М. Достоевского.

И действительно, как показал XX век, насильственное массированное навязывание людям материалистического мировоззрения, когда принятие такового служит всего лишь удостоверением политической благонадежности человека, а не является результатом его собственной основательной внутренней работы, когда оно, что называется, не выстрадано индивидом, не прошло через очистительный огонь сомнения, неизбежно влечет за собой серьезные издержки в нравственном развитии. А это особенно тревожно и опасно ныне, когда деятельность человека как в научно-техническом, так и в социальном плане становится столь масштабной по своим последствиям и потому требует особо ответственного к себе отношения.

Как видим, материалистическая философия не только не снимает вопроса о смысле человеческой жизни, о смерти и бессмертии, но, напротив, позволяет его поставить в наиболее острой, даже драматической форме, тем самым в полной мере выявляя его гуманистическое содержание.

Вопрос №20	Индивид, индивидуальность, личность, социальные типы личности

ИНДИВИД (от лат. individuum — неделимое), первоначально — латинский перевод греческого понятия атом (впервые у Цицерона), в дальнейшем — обозначение единичного в отличие от совокупности, массы; отдельное живое существо, особь, отдельный человек — в отличие от коллектива, социальной группы, общества в целом (в этом смысле противопоставление Индивида и общества образует исходный пункт различных концепций индивидуализма). Индивид, рассматриваемый в его специфической особенностях, не сводимых к каким-либо родовым и всеобщим характеристикам,— синоним индивидуальности.

ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ, неповторимое своеобразие какого-либо явления, отд. существа, человека. В самом общем плане Индивидуальность в качестве особенного, характеризующего данную единичность в её качеств, отличиях, противопоставляется типичному как общему, присущему всем элементам данного класса или значительной части их.

Идея Индивидуальности в античной философии была связана, прежде всего, с разработкой древне греческими атомистами Левкиппом и Демокритом понятия атома, или индивида. Начиная с эпохи Возрождения, акцентирование Индивида отдельного человека в противоположность традиционному обществ, связям и установлениям становятся исходной точкой новоевропейского индивидуализма. В философии 17в. понятие Индивидуализм получает наиболее полное развитие у Лейбница в его учении о монадах как о множестве замкнутых в себе специфической субстанций бытия. Понятие монады как одушевлённой жизненной Индивидуальности используется и Гёте. Внимание к индивидуальному, в частности понимание исторических эпох как необратимых индивидуальных образований, характерно для миросозерцания романтизма и позднее для восходящей к нему по своим духовным истокам философии жизни.

В разных науках понятие Индивидуальности получает разный смысл в зависимости от той или иной его конкретизации. В биологии Индивидуализма, характеризует специфические черты данной особи, данного организма, заключающиеся в своеобразии сочетания наследственных и приобретённых свойств. В психологии проблема Индивидуальности ставится в связи с целостной характеристикой отд. человека в самобытном многообразии его свойств (темперамента, характера и т. п.).

ЛИЧНОСТЬ, общежитейский и научный термин, обозначающий:

	человеческого индивида как субъекта отношений и сознательной деятельности (лицо, в широком смысле слова) или

	устойчивую систему социально-значимых черт, характеризующих индивида как члена того или иного общества или общности. Хотя эти два понятия — лицо как целостность человека (лат. persona) и личность как его социальный и психологический облик (лат. personalitas) — терминологически вполне различимы, они употребляются иногда как синонимы.



Проблема Личности в философии — это, прежде всего вопрос о том, какое место занимает человек в мире, причём не только чем он фактически является, но и «...чем человек может стать, то есть, может ли человек стать господином собственной судьбы, может ли он «сделать» себя самого, создать свою собственную жизнь» (Грамши А., Избр. произв., т. 3, М., 1959, с. 43).

В своём первоначальном значении слово «Личность» обозначало маску, роль, исполнявшуюся актёром в греческом театре (ср. рус. «личина»). Личность вне общины или полиса для древне греческого философии так же нереальна, как биологический орган, оторванный от целого организма. Однако уже в античности возникает проблема несовпадения реального поведения человека и его «сущности», какой он сам сё видит, и связанные с этим мотивы вины и ответственности. Разные религиозно-философские системы выделяют разные стороны этой проблемы. Если в античной философии Личность выступала примером как отношение, то в христианстве она понимается как особая сущность, «индивидуальная субстанция» рационального характера (Боэций), синоним нематериальной души. В философии нового времени, начиная с Декарта, распространяется дуалистическое понимание Личности, на первый план выдвигается проблема самосознания как отношения человека к самому себе; понятие «Личность» практически сливается с понятием «Я», тождество личности усматривается в её сознании. По Канту, человек становится Личностью благодаря самосознанию, которое отличает его от животных и позволяет ему свободно подчинять своё «Я» нравственному закону.

В ходе развития философского мышления уточнялись и дифференцировались отд. проблемы исследования Личности: её биологические и социальные детерминанты, степени свободы Личности по отношению к природе, обществу и самой себе. Однако эти проблемы не были достаточно чётко разграничены. Личность и общество нередко сопоставлялись и противопоставлялись как равные, одно-порядковые величины. Отсюда, с одной стороны, свойственное метафизическому материализму принижение Личности, рассмотрение её глобального образа, как продукта социальной или биологической среды, а с другой — волюнтаристское понимание личной свободы как произвола, отрицающего естественную и историческую необходимость. При этом Личность оказывается либо абсолютным демиургом (творцом), либо трагически страдающим началом, гибнущим под натиском безличных сил (романтики).

В общей психологии под Личностью чаще всего подразумевается некоторое ядро, интегрирующее начало, связывающее воедино различные психические процессы индивида и сообщающие его поведению необходимую последовательность и устойчивость. В зависимости от того, в чем именно усматривается такое начало, теории Личности подразделяют на психобиологические (У. Шелдон, США), биосоциальные (Ф. Олпорт, К. Роджерс, США), психосоциальные (А. Адлер, К. Хорни и др. неофрейдисты, США), психостатистические («факторные» — Р. Кеттел, США; Д. Айзенк, Великобритания) и т. д.

Хотя развитие теории Л. сильно отстаёт от эмпирических исследований и в ней много спорного и неясного, в последние десятилетия достигнуты определенные успехи. В свете экспериментальных данных подверглись критике и вынуждены были сдать многие свои позиции односторонние теории Личности такие, как фрейдизм, бихевиоризм, персонализм. По-новому поставлены и некоторые старые проблемы.

Большие теоретические трудности представляет проблема структуры Личности. Отказавшись от традиционного понимания Личности, как более или менее случайной совокупности психологических черт, современные психологи видят в ней определенную систему, структуру. Но раскрывается это по-разному. «Многофакторные» теории (Айзенк, Кеттел и др.) рассматривают Личность скорее как совокупность некоторого числа эмпирически (при помощи тестов) установленных и более или менее автономных психологических характеристик. «Холистических» или «организмических» теории, напротив, видят в Личности субстанциальное единство, которое лишь проявляется в эмпирически наблюдаемых свойствах.

Однако задача создания общей теории, описывающей регуляцию человеческого поведения на всех уровнях — от организмического до социального включительно, выходит за рамки не только теорий Личности, но и психологии н целом. Психологи, занимающиеся изучением Личности в соотношении смысле слова, обычно суживают свою задачу и видят ядро Личности, как субъекта сознательной деятельности в мотивационной сфере, выделяя в её составе потребности, интересы и направленности (Рубинштейн). В этой области психологии достигнуты большие успехи. Важное значение для нормального функционирования Личности имеет также такой внутренний регулятивный механизм Личности, как самосознание, включая образы собственного «Я», самооценку и самоуважение, от которых во многом зависят уровень притязаний и реальное поведение. Эти явления привлекают к себе усиленное внимание психологов (В. С. Мерлин, К. К. Платонов). 

Сопредельная социология пользуется рядом терминов, в которых описываются переходы от индивидуального к социальному и переходы от социальной структуры к межличностным отношениям и индивидуальному поведению (классовая принадлежность, социальная позиция, статус, роль, социальный тип, социальный характер и т. д.). Однако эти термины имеют в разных социологических теориях весьма неоднозначное содержание. Во фрейдистских теориях (Фромм) социальный характер рассматривается как продукт специфических преобразования психосексуальных влечений людей под влиянием определенной социальной среды. Понятие социальной роли многие авторы трактуют в узком социально-психологическом смысле: как ожидание, предъявляемое индивидами друг другу в процессе непосредственных взаимодействия в малых группах. Не отрицая известного значения этой проблематики, марксистская социология ставит её, однако, в зависимость от той общей социальной системы, к которой принадлежит любая данная группа или организация, а также культуры и истории.



Выделяют несколько крупных социальных типов личности, которые прослеживаются на всем историческом пути развития человечества:

“Деятели” - для таких главное - активное действие, изменение мира и других людей, включая и самого себя.

“Мыслители” - это люди, которые, по словам Пифагора, приходят в мир не для того, чтобы соревноваться и требовать, а смотреть и размышлять, люди чувств и эмоций - которые остро чувствуют, как “трещина мира” (Р. Гейне) проходит через их сердца, гуманисты и подвижники - отличаются обостренным чувством ощущения душевного состояния другого человека, как бы “вчувствуются” в него, облегчая душевное и телесное страдании.

В основных культурах и цивилизациях Земли сложились определенные типы личностей, отражающие особенности Востока и Запада. Так, если сравнить европейский канон личности, отражающий идеал цивилизации Запада с японским, как моделью культур Востока, то очевидны существенные различия. В европейской модели личность понимается как определенная целостность, а для японцев более характерно восприятие личности и ее поступков как совокупности нескольких “кругов обязанностей” - по отношению к императору, родителям, друзьям, самому себе и т.д.

Наконец, существующие мировые религии выработали свой нормативный идеал личности, который отражает сущность и догматический стержень каждой религии. Так, христианский идеал личности в основе своей имеет любовь к Богу и любовь к ближнему, что неразрывно связано, в исламской модели личности строгое и безукоризненное выполнение воли Аллаха, для личности воспитанной в духе буддийской традиции, главным является осознание четырех “благородных” истине и готовность следовать “восьмеричному” пути достижения просветления. Т.о. в рамках трех мировых религий можно выделить и разные типы личности и пути ее совершенствования 

Разумеется, этим не исчерпывается диапазон данного понятия и, очевидно, что большинство людей сочетают в себе признаки разных типов личностей, а иногда происходит и смена ведущих установок. Здесь важно понять одно – выбор личностного пути и поле его деятельности – результат свободного волеизъявления человека. Поэтому личность немыслима вне феномена свободы, а по слова Гегеля, истинная природа человека “есть свобода, свободная духовность”.

Вопрос №21	Феномен свободы

Прежде всего уточним термины. Феномен свободы по природе своей весьма многогранен, а термин “свобода” от частого и разнообразного использования давно уже стал размытым и неясным. В рамках предлагаемого подхода свобода понимается как возможность субъекта выбирать и беспрепятственно реализовывать жизненно важные цели и ценности. Разумеется, это идеальное состояние, и в действительности речь идет о переходе либо одной степени социальной несвободы к другой (количественный аспект), либо от одного смыслового образа несвободы к другому (качественный аспект), либо о том и о другом одновременно.

В социологическом исследовании феномена свободы можно выделить две проекции - внутреннюю и внешнюю. В основе рассогласований между ними лежит прежде всего разный уровень осознания социальными субъектами характера и степени воздействия на них системы социальных связей, через которые они включены в общественную жизнь и взаимодействуют с другими социальными субъектами, организациями и институтами. Не менее важную роль играют доступ к информации об окружающем мире, ошибки в восприятии и осмыслении и т.д.

В рамках “внутренней проекции” в центре нашего внимания социальный субъект, который сам оценивает уровень и динамику своей свободы, исходя из сложившихся у него в данный момент времени жизненных целей (ценностей) и представлений о возможностях их достижения. Именно эти представления подразделяют все изменения в социальном пространстве на актуальные и неактуальные. Стадия осознания индивидом происходящих перемен и своего места в новой социальной реальности неизбежно становится центральной. Даже если его представления о динамике возможностей слабо отражают реальное состояние дел, эта “оторванность от реальности” сама выступает как реальность.

В рамках “внешней проекции” на первый план выдвигаются действительные изменения во взаимоотношениях социального субъекта с социальной средой, независимо от того, осознает он их или нет, актуальны они для него в данный момент времени или неактуальны. Иными словами, в этом случае мы абстрагируемся от опыта, вынесенного субъектами из своей жизни и жизни других, от социальной памяти; от неполноты информации об окружающем мире и изменениях в нем; от степени осознания перемен в социальной среде, ошибок в восприятии и др. По существу здесь акцент делается на оценке динамики свободы индивидов, исходя из изменений во внешней среде, в частности, на том, какую область потенциальной свободы в принципе дают социальные системы разных типов или социальная система одного типа на разных этапах ее развития; насколько прочно эта свобода гарантируется, какими социальными институтами подкрепляется; какие ограничения при этом накладываются на индивида; какова динамика шансов на преодоление этих ограничений при тех или иных изменениях социальной системы и т.д.

Как видно, обе проекции имеют не только достоинства, но и недостатки. Поэтому остаться в рамках одной из них - значит заведомо обречь себя на неоправданно усеченные решения проблемы свободы в контексте социологии. Только объединение двух проекций дает новые перспективы для выявления динамики и “социального распределения” свободы. Следовательно, стратификационная динамика будет оцениваться, исходя не из некоторого общего, “единственно правильного” (западного) понимания свободы, а из тех конкретных смысловых образов свободы, которые сложились у разных социальных групп и индивидов в данный период в данном обществе. При таком подходе “не правовая”, “зависимая”, “рабская” свобода, как и другие “неправомерные” типы свободы могут оказаться объектом нашего анализа в той мере, в какой они в современных условиях присутствуют в действительности и позволяют разным социальным субъектам жить так, как они сами хотят.

Вопрос №22	Проблема ценностей. Типы ценностей (гедонизм, эвдемонизм, аскетизм, утилитаризм)

ГЕДОНИЗМ (от греч.  — наслаждение), этическая позиция, утверждающая наслаждение как высшее благо и критерий человеческого поведения и сводящая к нему всё многообразие моральных требований. Стремление к наслаждению в Гедонизме рассматривается как основное движущее начало человека, заложенное в нём от природы и предопределяющее все его действия, что делает Гедонизм разновидностью антропологического натурализма. Как нормативный принцип Гедонизм противоположен аскетизму.

В Др. Греции одним из первых представителей Гедонихма в этике был основоположник киренской школы Аристипп (нач. 4 в. до н. э.), видевший высшее благо в достижении чувств, удовольствия. В ином плане идеи Гедонизма получили развитие у Эпикура и его последователей, где они сближались с принципами эвдемонизма, поскольку критерием удовольствия рассматривалось отсутствие страданий и безмятежное состояние духа (атараксия). Гедонистические мотивы получают распространение в эпоху Возрождения и затем в этических теориях просветителей. Гоббс, Локк, Гассенди, французике материалисты 18 в. в борьбе против религии понимания нравственности часто прибегали к гедонистическому истолкованию морали. Наиболее полное выражение принцип Гедонизма получил в этической теории утилитаризма, понимающего пользу как наслаждение или отсутствие страдания (И. Бентам, Дж. С. Милль). 

ЭВДЕМОНИЗМ (от греч.  — счастье, блаженство), античный принцип жизнепонимания, позднее и этике — принцип истолкования и обоснования морали, счастье (блаженство) является высшей целью человеческой жизни. Предпосылкой античного Эвдемонизма является сократовская идея внутренней свободы, достигаемой благодаря самосознанию личности и ее независимости от внешнего мира. Хотя Эвдемонизм возник одновременно и в тесной связи с гедонизмом, они в известном смысле противостояли друг другу: счастье есть не просто длительное и гармоничное удовольствие (Аристотель), а результат преодоления стремления к чувств наслаждениям путём самоограничения, упражнения, аскезы, отрешение от привязанностей к внешнему миру и его благам и достигаемая при этом свобода от внешней необходимости и превратностей судьбы; это разумность, тождественная подлинной добродетели. Киники выставляют в качестве жизненного принципа борьбу со страстями, порабощающими человека. Киренаики в сущности развивают те же мотивы: счастье зависит не от внешних обстоятельств, а от выработки правильного отношения к ним. Стоицизм характеризует внутреннюю свободу человека как радостную покорность судьбе, ибо значение для него имеет только то, что зависит от его отношения к внешним обстоятельствам, а не от превратностей судьбы.

В новое время этот идеал внутренней свободы развивали многие философы, в особенности Спиноза, который с исключит, остротой поставил антитезу разумного познания и чувств, страстей и выдвинул чисто интеллектуальное понимание блаженства («интеллектуальная любовь к богу»).

АСКЕТИЗМ (от греч.  — упражняющийся в чём-либо, а также отшельник, монах), ограничение или подавление чувств, желаний, добровольное перенесение физической. боли, одиночества и т. п., присущие практике некоторых философских школ (например, киников) и особенно различных религий (монашество и т. п.). Целью Аскетизма может быть достижение свободы от потребностей, сосредоточенности духа, подготовка к экстатическим состояниям, обретение «сверхъестественных способностей» йога), в христианстве — соучастие в «страданиях» Христа и т. д. Нередкий мотив Аскетизма - отказ от пользования привилегиями в условиях общественного, неравенства (толстовство и др.). Аскетизм представляет собой одну из характерных черт ранних крестьянских движений.

УТИЛИТАРИЗМ (от лат. utilitas — польза, выгода):

принцип оценки всех явлений с точки зрения их полезности, возможности служить средством для достижения какой либо цели.

Направление в этике, считающее пользу основой нравственности и критерием человеческих поступков. 



Получило широкое распространение в Великобритании в 19 в., отразив умонастроения некоторых слоев английской либеральной буржуазии. Бентам, основоположник Утилитаризма, считал основой морали полезность, которую он отождествлял с наслаждением. Исходя из натуралистического и неисторического понимания природы человека, Бентам видел конечное назначение морали в том, чтобы способствовать естественному стремлению людей испытывать наслаждение и избегать страданий. В содействии «наибольшему счастью» (удовольствию) для «наибольшего числа людей» и состоит, согласно Бентаму, смысл этических норм и принципов. Общее благоденствие он рассматривал как сумму благ всех отд. лиц

Способ мышления буржуа отразился в этике Бентама и в том, что он сводил проблему морального выбора к простому расчёту выгод и потерь, наслаждений и страданий, которые могут повлечь за собой различные действия. Дж. С. Милль попытался сгладить эгоистические моменты этики Утилитаризма. и пришёл в итоге к эклектическому сочетанию различных принципов.

Вопрос №23	Культура и цивилизация

КУЛЬТУРА (от лат. cultura — возделывание, воспитание, образование, развитие, почитание), специфический способ организации и развития человеческой жизнедеятельности, представленный в продуктах материального я духовного труда, в системе социальных норм и учреждений, в духовных ценностях, в совокупности отношений людей к природе, между собой и к самим себе. В понятии Культура фиксируется как общее отличие человеческой жизнедеятельности от биологических форм жизни, так и качеств. своеобразие исторически-конкретных форм этой жизнедеятельности на различных этапах обществ, развития, в рамках определенных эпох, общественно-экономических формаций, этнических и национальных общностей (напр., античная Культура, социалистическая Культура). Культура характеризует также особенности поведения, сознания и деятельности людей в конкретных сферах обществ, жизни. В Культуре может фиксироваться способ жизнедеятельности отд. индивида (личная Культура) 

Первоначально понятие Культура подразумевало целенаправленное воздействие человека на природу (обработка земли и пр.), а также воспитание и обучение самого человека. Хотя само слово «Культура» вошло в обиход европейской социальной мысли лишь со 2-й пол. 18 в., более или менее сходные представления могут быть обнаружены на ранних этапах европейской истории и за её пределами Эллиы видели в «пайдейе», т. е. «воспитанности», главное своё отличие от «некультурных» варваров. В поздне-римскую эпоху, наряду с представлениями, передаваемыми основным смыслом слова «Культура», зародился, а в средние века получил распространение иной комплекс значений, позитивно оценивавший гор. уклад социальной жизни и более близкий к возникшему позднее понятию цивилизации. Слово «Культура» стало ассоциироваться с признаками личного совершенства. В эпоху Возрождения под совершенством Культуры начали понимать соответствие гуманистическому идеалу человека, а в дальнейшем — идеалу просветителей.

Для буржуазной философии характерно отождествление Культуры с формами духовного и политического саморазвития общества и человека, как оно проявляется в движении науки, искусства, морали, религии и государственным форм правления. Так, французские просветители 18 в. (Вольтер, Тюрго, Кондорсе) сводили содержание культу процесса к развитию человеческого «разума». «Культурность», «цивилизованность» нации или страны (в противоположность «дикости» и «варварству» первобытных народов) состоит в «разумности» их общественных порядков и политических учреждений и измеряется совокупностью достижений в области наук и искусств. Цель Культуры, соответствующая высшему назначению «разума»,— сделать всех людей счастливыми, живущими в согласии с запросами и потребностями своей «естественной» природы.

Вместе с тем уже в рамках Просвещения возникала «критика» Культуры и цивилизации (Руссо), противопоставляющая испорченности и моральной развращённости «культурных» наций простоту и чистоту нравов народов, находившихся на патриархальной ступени развития. Эта критика была воспринята немецкой классической философией, придавшей ей характер общетеоретического осмысления противоречий и коллизий буржуазной цивилизации. Выход из этой ситуации немецкие философы искали в сфере «духа», в сфере морального (Кант), эстетического (Шиллер, романтизм) или философского (Гегель) сознания, которые и выдаются ими за область подлинно культурного существования и развития человека. Культура с этой точки зрения предстаёт как область духовной свободы человека, лежащая за пределами его природного и социального существования. Немецкому философско-историческому сознанию свойственно признание множества своеобразных типов и форм развития Культуры, располагающихся в определенной исторической последовательности и образующих в совокупности единую линию духовной эволюции человечества.

Так, Гердер рассматривает Культуру, как прогрессивное раскрытие способностей человеческого ума, но пользуется этим понятием и для определения этапов относит, исторического развития человечества, а также для характеристики ценностей просвещённости. Немецкие романтики (Шиллер, А. и Ф. Шлегели, поздний Шеллинг) продолжили гердеровскую линию двоякого толкования Культуры. С одной стороны, они создали традицию сравнительно-исторического изучения Культуры (Гумбольдт и школа компаративной лингвистики), с другой — положили начало взгляду на Культуру как на частную антропологическую проблему. В несколько ином аспекте подобный же взгляд оформился в «теорию культурных кругов» (Л. Фробениус, Ф. Гребнер), распространённую до нач. 20-х гг. 20 в.

Теория единой линейной эволюции Культуры была также подвергнута критике с иррационалистических позиций философии жизни, и ей была противопоставлена концепция «локальных цивилизаций» — замкнутых и самодостаточных, неповторимых культурных организмов, проходящих сходные этапы роста, созревания и гибели (Шпенглер). Для этой концепции характерно противопоставление Культуре и цивилизации, которая рассматривается как последний этап развития данного общества. Сходные представления развивались в России Данилевским, позднее Сорокиным, а в Великобритании — Тойнби. В некоторых концепциях критика Культуры, начатая Руссо, доводилась до полного её отрицания; выдвигалась идея «природной антикультурности» человека, а любая Культура трактовалась как средство его подавления и порабощения (Ницше).

С последней трети 19 в. изучение Культуры развивалось и в рамках антропологии и этнографии. При этом складывались различные подходы к Культуре. Положив начало т. н. культурной антропологии, английский этнолог Тайлор определял Культуру путём перечисления её конкретных элементов, но без уяснения их связи с организацией общества и функциями отд. культурных институтов. Американский учёный Боас в нач. 20 в. предложил метод детального изучения обычаев, языка и др. характеристик жизни примитивных обществ и их сравнения, позволявший выявить исторические условия их возникновения. Американский антрополог А. Крёбер перешёл от изучения культурных обычаев к понятию «культурного образца»; совокупность таких «образцов» и составляет систему Культуре. В функциональных теориях Культуры, ведущих своё начало от английских этнологов и социологов Малиновского и Радклифф-Брауна (т. н. социальная антропология), основным становится понятие социальной структуры, а Культура рассматривается как органическое целое, анализируемое по составляющим его институтам. Структуру социальные антропологи рассматривают как формальный аспект устойчивых во времени социальных взаимодействий, а Культура определяется как система правил образования структуры при таких взаимоотношениях. Функции Культуры состоят во взаимном соотнесении и иерархическом упорядочении элементов социальной системы. Постулаты этой теории были подвергнуты критике Парсонсом, Мертоном, использовавшими понятие Культура для обозначения системы ценностей как органической части социальной системы, определяющей степень её упорядоченности и управляемости (см. Структурно-функциональный анализ).

В культуроведении получают развитие и др. подходы к изучению Культуры. Так, на основе возникшей в рамках культурной антропологии тенденции рассматривать роль Культуры при передаче социального наследия от поколения к поколению было развито представление о коммуникативных свойствах Культуры. При этом язык стал считаться основой для изучения строения Культуры, что способствовало внедрению в культуроведение методов семиотики, структурной лингвистики, математики и. Однако структурная антропология неправомерно рассматривает Культуру как чрезвычайно стабильную конструкцию, не учитывает динамики исторического развития Культуры, связь Культуры с актуальным состоянием общества, роль человека как творца Культуры. С попыткой решить проблему «Культура — личность» связано возникновение особого направления психологии К. [Р. Бенедикт, М. Мид, М. Херсковиц (США) и др.]. Опираясь на концепцию Фрейда, истолковавшего Культуру. как механизм социального подавления и сублимации бессознательных психических процессов, а также на концепции неофрейдистов Г. Рохейма, К. Хорни, X. Салливана (США) о Культура как знаковом закреплении непосредственно психических переживаний, представители этого направления интерпретировали Культуру как выражение социальной общезначимости свойственных человеку основных психических состояний. «Культурные образцы» стали понимать как реальные механизмы приспособления, помогающие индивидам решать конкретные задачи социального существования и обучения, в процессе которого общие образцы переходят в индивидуальные навыки [Мид, Дж. Мёрдок (США) и др.].

Идеалистические учения неокантианца Кассирера и швейцарского психолога и философа культуры Юнга легли в основу представления о символических свойствах Культуры. Ряд представителей психологии Культуры, опирающихся на концепцию «локальных цивилизаций», стремились отыскать набор «культурных инвариантов», не сводимых друг к другу и не имеющих под собой реального общего субстрата. Напротив, сторонники феноменологического подхода к Культуре, а также некоторые представители экзистенциализма выдвигают предположение об универсальном содержании, скрытом в любой частной Культуре, исходя либо из утверждения об универсальности структур сознания, либо из постулата о психобиологическом. единстве человечества (Юнг), либо из уверенности в наличии некоего «фундаментального основания», «осевой изначальности» Культуре, по отношению к которым все её разновидности — лишь «частности» или «шифры» (Хайдеггер, Ясперс).

ЦИВИЛИЗАЦИЯ (от лат. civilis — гражданский, государственный),

синоним культуры. 

Уровень, ступень обществ, развития, материальной и духовной культуры (антич. Ц.).

Ступень обществ, развития, следующая за варварством (Л. Морган, Ф. Энгельс).



Понятие «Цивилизация» появилось в 18 в. в тесной связи с понятием «культура». Французские философы-просветители называли цивилизованным общество, основанное на началах разума и справедливости. В 19 в. понятие «Цивилизация» употреблялось как характеристика капитализма в целом, однако такое представление о Цивилизации не было господствующим. Так, Данилевский сформулировал теорию общей типологии культур, или Цивилизацию, согласно которой не существует всемирной истории, а есть лишь история данных Цивилизаций, имеющих индивидуальный замкнутый характер. В концепции Шпенглера Цивилизация — это определенная заключительная стадия развития любой культуры; её основные признаки: развитие индустрии и техники, деградация искусства и литературы, возникновение огромного скопления людей в больших городах, превращение народов в безликие «массы». При таком понимании Цивилизация как эпоха упадка противопоставляется целостности и органичности культуры. 

Вопрос №24	Общество как предмет философского исследования 

Вопросы общественного развития находились в поле зрения философов с древнейших времен. По мере накопления знаний выделилась специальная философская дисциплина – социальная философия. Становление знаний об обществе представлено различными школами и направлениями. Главными из них являются: социологический идеализм, географизм, исторический материализм, биологизм, психологизм, техницизм. Идеализм в социологии исходит из признания первичности духовной стороны общественного развития (логос, Бог, идея, сознание). Материалистические тенденции в обществоведении проявляются в поиске материальных оснований исторического процесса (географические условия, орудия труда, экономические отношения и др.). Наиболее полно и последовательно эти тенденции воплотились в историческом материализме, теоретическая основа которого – материалистическое понимание истории. Важными проблемами социальной философии являются: деятельность человека, соотношение объективных закономерностей общественного развития и субъективной деятельности людей. Различные подходы к проблеме общества и человека обогащают социальную философию, являются условием ее дальнейшего развития.

Вопрос №25	Сознание и общественная природа. Сознание и язык

Сознание - одно из основных понятий философии, психологии и социологии, обозначающее высший уровень психической активности человека как социального существа. Для философии главным является вопрос об отношении сознания к бытию. Проблема сознания всегда привлекала внимание философов, т. к. определение места и роли человека в мире, специфики его взаимоотношений с окружающей действительностью предполагает выяснение природы человеческого сознания. Для философии эта проблема важна и потому, что те или иные подходы к вопросу о сущности сознания, о характере его отношения к бытию затрагивают исходные мировоззренческие и методологические установки любого философского направления. Естественно, что подходы эти бывают разные, но все они имеют дело с единой проблемой: анализом сознания как специфически человеческой формы регуляции взаимодействия человека с действительностью. Эта форма характеризуется, прежде всего, выделением человека как своеобразной реальности, как носителя особых способов взаимодействия с окружающим миром, включая управление им.

Такое понимание природы сознания предполагает очень широкий спектр вопросов, который делается предметом исследования не только философии, но и др. наук. Рассмотрение раздельных аспектов сознания всегда опирается на философско-мировоззренческую позицию в трактовке сознания. С другой стороны, развитие специальных научных исследований стимулирует разработку и углубление собственно философской проблематики сознания. 

Центральным вопросом остается вопрос об отношении сознания к бытию, вопрос о включенности человека, обладающего сознанием, в мир, о тех возможностях, которые предоставляет человеку сознание, и о той ответственности, которую налагает сознание на человека. Исходя из материалистической позиции превосходства бытия над сознанием, марксистско-ленинская философия отнюдь не отрицает того принципиального обстоятельства, что способ бытия человека в мире всегда предполагает сознание, что, человеческая деятельность «пронизана» сознанием. Вторичность сознания по отношению к бытию означает, что бытие выступает как более широкая система, внутри которой сознание является специфическим условием, средством, предпосылкой вписывания человека в эту целостную систему бытия. В контексте человеческой деятельности как целостной системы сознание является ее необходимым условием. Т. о. вторичность человеческого сознания по отношению к человеческому бытию выступает как вторичность элемента по отношению к системе, вторичность условия и предпосылки по отношению к целостной структуре деятельности.

Социальная обусловленность сознания, его генезис (эволюция форм отражения).

Представляя собой свойство высокоорганизованной материи - мозга, сознание выступает как осознанное бытие, субъективный образ объективного мира, субъективная реальность, а в гносеологическом плане - как идеальное в противоположность материальному и в единстве с ним. При социологическом подходе сознание рассматривается прежде всего как отображение в духовной жизни людей интересов и представлений различных социальных групп, классов, наций, общества в целом. Будучи отображением материального бытия, сознание выступает в различных относительно самостоятельных формах. Возникает необходимость проследить генетические истоки сознания в  формах организации материи, которые предшествуют человеку в процессе ее эволюции. Важнейшей предпосылкой такого подхода является анализ отражения как такой формы материального взаимодействия, на основе которой возникают психика и сознание. Это материальное взаимодействие предполагает формирование соответствующих телесных органов, благодаря которым осуществляются процессы психики и сознания - НС и мозга. Определяющим фактором в развитии этих телесных органов отражения и сознания является характер взаимоотношений носителей соответствующих форм отражения с окружающей средой. Человек сознает при помощи мозга, но сознание - не функция самого по себе мозга, а функция определенного, специфического типа взаимоотношения общественно развитого человека с миром. Эту специфику марксистко-ленинская философия усматривает в практически-преобразовательной деятельности людей, организованных в определенные сообщества. Сознание выступает как особая форма отражения, регуляции и управления отношением людей к окружающей действительности, к самим себе и своим способам общения, которые возникают и развиваются на основе практическо-преобразовательной деятельности. Оно не только отражает, но и творит мир.

Сознание с самого начала является общественным продуктом. Оно возникает и развивается только в совместной деятельности людей, в процессе их труда и общения.  Вовлекаясь в эти процессы, люди вырабатывают соответствующие представления, установки, нормы, которые вместе с их эмоциональной окраской составляют содержание сознания как специфической формы отражения. Это содержание и закрепляется в их индивидуальной психике. Развитие общественно-производственной практики, разделение труда приводит к обособлению сферы производства сознания и дифференциации его форм. 

Сознание выступает как ключевое, исходное философское понятие для анализа всех форм проявления духовной и душевной жизни человека в их единстве и целостности, а также способов контроля и регуляции его взаимоотношений с действительностью, управления этими взаимоотношениями.

Вопрос №26	Общественное сознание и его структура

Анализ духовной жизни общества является одной из тех проблем социальной философии, предмет которой еще не выделился окончательно и определенно. Лишь в последнее время появились попытки дать объективную характеристику духовной сферы жизни общества. Известный русский философ Н.А. Бердяев подобное положение объяснил следующим образом: «В стихии большевистской революции и в ее созданиях еще больше, чем в разрушениях, я очень скоро почувствовал опасность, которой подвергается духовная культура. Революция не щадила творцов духовной культуры, относилась подозрительно и враждебно к духовным ценностям. Любопытно, что когда нужно было зарегистрировать Всероссийский союз писателей, то не оказалось такой отрасли труда, к которой можно было бы причислить труд писателя. Союз писателей был зарегистрирован по категории типографских рабочих... Миросозерцание, под символикой, которой протекала революция, не только не признавало существование духа и духовной активности, но и рассматривало дух как препятствие для осуществления коммунистического строя, как контрреволюция.» (Бердяев Н.А. Самопознание. М.,1991. С.236-237.). 

Поэтому на протяжении почти трех четвертей века отечественная философия была вынуждена заниматься проблемами коммунистической идеологии, культуры развитого социализма и т.п. и не изучала проблемы реальных духовных процессов, протекавших в обществе.

Что же представляют собой общественное сознание и духовная жизнь общества?

Одной из заслуг К. Маркса является выделение им из «бытия вообще» общественного бытия, а из «сознания вообще» - общественного сознания - одного из основных понятий философии. Объективный мир, воздействуя на человека, отражается у него в виде представлений, мыслей, идей, теорий и других духовных феноменов, которые и образуют общественное сознание.

Структура общественного сознания очень сложна: прежде всего, в нём выделяют уровни - обыденно-практический и научно-теоретический. Подобный аспект рассмотрения общественного сознания можно назвать гносеологическим, поскольку он показывает глубину проникновения субъекта познания в объективную реальность. Как известно, обыденно-практическое сознание менее структурировано, более поверхностно, чем научно-теоретическое. Общественное сознание на обыденно-практическом уровне проявляет себя как социальная психология, на научно-теоретическом уровне - как идеология. Следует подчеркнуть, что идеология - это не всё научно-теоретическое сознание, а только та его часть, которая носит классовый характер. Но об этом речь пойдет ниже.

Следующий аспект рассмотрения общественного сознания - по его носителю или субъекту. Таким образом, выделяют виды общественного сознания - индивидуальное, групповое и массовое сознание. Носителем индивидуального сознания является отдельный человек, носителем группового сознания - социальная группа, носителем массового сознания - неорганизованная группа людей, объединенная какой-либо идеей, целью. Например, к феномену массового сознания могут быть отнесены поклонники какого-то эстрадного певца, постоянные слушатели радиостанции «Маяк». Иногда говорят, что носителем массового сознания является толпа, но многие социологи считают, что правильнее выделять и сознание толпы, и сознание массы. Попутно отметим, что толпа - это люди, непосредственно соприкасающиеся друг с другом, собравшиеся для достижения какой-либо цели, но от массы толпу отличает непосредственный контакт, наличие лидера и совместная деятельность, например, на митинге, демонстрации и т.п.

Общественное сознание представляет собой совокупность разнообразных духовных явлений, отражающих все сферы жизни общества и богатство индивидуальной жизни человека, поэтому выделяются его различные формы - нравственное, эстетическое, религиозное, правовое, политическое, философское, научное, экологическое, экономическое и т.д. Конечно, подобное структурирование условно, так как виды, формы, уровни общественного сознания находятся в постоянном взаимодействии и взаимовлиянии.

Анализируя общественное сознание, социальная философия особое внимание уделяет идеологии. Идеология - это система идей и теорий, ценностей и норм, идеалов и директив действия. Она способствует закреплению или устранению существующих общественных отношений. По своему теоретическому содержанию идеология является совокупностью правовых, политических, нравственных, эстетических и других идей, отражающих, в конечном счете, экономические отношения общества с позиций определенного общественного класса.

Остановимся более подробно на духовной жизни общества. Под ней можно понимать ту сферу бытия, в которой объективная, надиндивидуальная реальность трансформировалась в реальность индивидуальную, субъективную, присущую каждому человеку.

Традиция изучения «духа» была заложена еще Платоном, который и самою философию понимал как учение об идеях. Идеальное начало становится у Платона первичным, а материальное - несовершенное подобие идеального. Современная философия, хотя и основывается на многих выводах Платона, шагнула далеко вперед и сейчас для нею актуальными являются следующие проблемы: 

	какова структура духовной жизни общества,

	каковы основные аспекты духовности,

	что такое духовное производство.

Духовная жизнь человечества проходит под воздействием материально-экономической жизни, поэтому ее структуру можно представить аналогичным образом. Духовная жизнь включает: духовную потребность, духовный интерес, духовную деятельность, духовные блага. Духовная деятельность порождает духовные отношения - нравственные, эстетические, религиозные, политические, правовые и т.д.

Выделим основные аспекты духовности.

	Всеобъемлющий характер духовности. Духовная жизнь человека многогранна. Она включает в себя как рациональные, так и эмоционально-аффектные стороны, гносеологически-когнитивные и ценностно-мотивационные моменты, осознанные и смутно ощущаемые грани, ориентированные на внешний и внутренний мир человека установки, а также многие другие аспекты, уровни, состояния духовной жизни личности. Духовность вбирает в себя все эти грани жизни человека.

	Духовность человека как идеальность. Идеальность в целом характеризуется тем, что содержание любых явлений мира интериоризуется (присваивается) человеком в чистом виде, освобожденное от объективных, материально-предметных или пространственно-временных характеристик бытия. Огромную роль в становлении и развитии идеальности играет язык, категорийно-понятийный строй человеческого сознания. Человеческая духовность и есть идеальный мир, в котором человек живет, оперируя идеальными формами.

	Духовность как субъектный мир человека существует как внутренняя, интимная жизнь человека. Она дана во внутреннем созерцании человека, развертывается в его имманентном идеальном пространстве и времени. Духовность человека целиком и полностью субъективна, она представляет собой собственное «Я» человека, выступает как бытие, особенность этого «Я». Духовность - субъективно-индивидуальна.

Духовность, таким образом, можно обозначить как духовную жизнь человека, его субъективно-идеальный мир.

Сравнительно недавно в отечественной литературе появилось понятие «духовное производство». Духовное производство - это производство сознания, осуществляемое специализированными группами людей, профессионально занятыми квалифицированным умственным трудом. Результатами их труда являются:

	идеи, теории, образы, духовные ценности;

	духовные общественные связи индивидов;

	духовность человека.

Структура духовного производства включает в себя научные, эстетические и религиозные виды освоения действительности.

Нужно обратить внимание на то, что хотя политика, право, мораль и являются формами общественного сознания, но они не являются видами духовного производства. Дело в том, что мораль и нравственность - это не результат творческой деятельности идеологов. Идеологи, конечно, занимаются изучением нравственной и моральной сферы жизни общества и человека. Но они не создали ни одной нравственной нормы или принципа: их создание - результат многовекового развития человеческого общежития, превращение какой-либо рациональной нормы в требование, обращенное обществом к каждому своему члену, для того, чтобы ассоциация людей могла поддерживать свое существование.

Политика и право также не являются видами духовного производства, поскольку создаваемые здесь общественные связи не являются по преимуществу духовными. Объяснить этот вывод можно так: материальны или духовны данные связи определяется по отношению их либо к материальным, либо к идеальным объектам. Итак, если, например, юрист разрабатывает систему отношений к собственности, как материальному объекту, то, следовательно, правовые отношения собственности будут не духовными, а материальными. Политические отношения складываются по поводу власти, а отношения власти - господства и подчинения - это в конечном итоге тоже материальные отношения.

Наука, искусство, религия занимаются производством идей, образов, представлений, если так можно выразиться, в «чистом» виде. В каждой из этих форм общественного сознания реальность представляется в целостной и специфической форме.

Словосочетание «духовное производство» не должно вводить нас в заблуждение и вызывать попытку отождествить духовное производство с материальным. Их различия достаточно очевидны. Различен итог производства - материальные предметы или духовные объекты. В духовном производстве труд индивидуален, в материальном - индивидуальный и коллективный. Наконец, не следует забывать, что если цель жизни многих людей - материальное богатство, то уровень духовного богатства просто не оценим.

Вопрос №27	Познание как предмет философского анализа

Ориентация в мире всегда предполагает адекватное воспроизведение, отражение действительности. Это воспроизведение и составляет суть познавательного отношения к миру Познавательное отношение человека  к действительности представляет собой необходимую сторону всей системы его отношений к миру. Возможность адекватного воспроизведения реальности выступает тем самым как мировоззренческая проблема. Ее решение составляет вторую сторону основного вопроса философии. Диалектический материализм последовательно отстаивает положительное решение вопроса о том, возможно ли адекватное вое произведение действительности в познавательной деятельности человека. Специфика марксистского подхода к проблеме адекватного отражения заключается при этом в том. что основанием и критерием истинности знания является предметная практическая деятельность. Принципиальная позиция диалектического материализма относительно органической связи познания и практики была сформулирована Марксом в его «Тезисах о Фейербахе»: «Вопрос о том, обладает ли человеческое мышление предметной истинностью,— вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, т. е. действительность и мощь, посюсторонность своего мышления. Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос» 

Всякая практическая деятельность, всякое реальное преобразование наличие данной природной, социальной действительности и самих людей и отношений между ними обязательно предполагает работу сознания, наличие идеальных планов деятельности. Практика, таким образом, всегда опосредована сознанием, идеальным, находится с ним в органическом единстве. Однако ведущим звеном этого единства является реальное преобразование действительности. В процессе такого преобразования, преодоления трудностей изменяется, совершенствуется, развивается идеальный план деятельности

Знание, являющееся результатом познавательной деятельности человека, с точки зрения марксистской философии может быть научно понято лишь как основа идеального плана деятельности. Именно реализация идеальных планов деятельности и образует тот мост между сознанием и действительностью, знанием и бытием, «наведение» которого всегда было неодолимой трудностью для различных идеалистических направлений в философии. Понимание знания как основы идеального плана практически-преобразовательной деятельности является исходным принципом марксистской теории познания, позволяющим раскрыть сущность единства познания и действительности.

Функционирование знания в качестве основы идеального плана деятельности обеспечивает возможность обратных связей от действительности к нашим знаниям о пей. В ходе осуществления таких связей уточняются, пересматриваются, совершенствуются человеческие знания о мире. Знание, таким образом, является не продуктом пассивного созерцания действительности.

Оно возникает, функционирует и совершенствуется в процессе активной практической деятельности человека.

Вместе с развитием практики, с ее усложнением, внутренним дифференцированием развивается и человеческое познание. Будучи поначалу вплетено в ткань реальной человеческой жизни, основу которой составляет практически-преобразовательная деятельность людей, познание на определенном этапе развития общества обособляется в специализированное духовное производство. Особой формой духовного производства (наряду с искусством и др.) является научно-теоретическая деятельность, построение особой научной картины мира, отличающейся от картины мира, данной в обыденном сознании. Познавательная деятельность человека, вплетенная в ткань его реальной жизни, всегда неразрывно связана с работой его сознания, с эмоциями, волей, памятью, она предполагает также убежденность, веру, ошибки, иллюзии, заблуждения. Однако суть познавательного отношения человека к миру, несмотря на все эти сопровождающие познание факторы, заключается в выработке адекватного воспроизведения действительности, без которого невозможна реальная ориентация человека в мире и успешное преобразование этого мира.

Способно ли человечество, человек как субъект познания выработать знания, являющиеся таким адекватным воспроизведением действительности, каковы основания и критерии познавательной деятельности, в процессе которой возникает и совершенствуется такое знание,— это и составляет мировоззренческую природу философского анализа познания. В настоящее время познание изучается не только философией. Сейчас происходит интенсивное развитие различных специальных наук, исследующих познание: когнитивной психологии (психологии, изучающей познавательные процессы), логики и методологии научного познания, истории науки, науковедения, социологии знания и т. д. Все эти науки вносят ценный вклад в изучение познания, рассматривая его отдельные аспекты. Без опоры на их достижения невозможно и квалифицированное, успешное философское исследование познания. Однако сущность познавательного отношения к миру является предметом именно философского осмысления, ибо оно связано с анализом и решением коренных мировоззренческих проблем отношения человека к действительности. Познание является необходимой стороной этого отношения, и само может быть понято только в контексте последнего.

Вопрос №28	Чувственная и рациональная ступени познания

Оно возникает, функционирует и совершенствуется в процесс ее активной практической деятельности человека.

Вместе с развитием практики, с ее усложнением, внутренним дифференцированием развивается и человеческое познание. Будучи поначалу вплетено в ткань реальной человеческой жизни, основу которой составляет практически-преобразовательная деятельность людей, познание на определенном этане развития общества обособляется в специализированное духовное производство. Особой формой духовного производства (наряду с искусством и др.) является научно-теоретическая деятельность, по строение особой научной картины мира, отличающейся от картины мира, данной в обыденном сознании. Познавательная деятельность человека, вплетенная в ткань его реальной жизни, всегда неразрывно связана с работой его сознания, с эмоциями, волей, памятью, она предполагает также убежденность, веру, ошибки, иллюзии, заблуждения. Однако суть познавательного отношения человека к миру, несмотря на все эти сопровождающие познание факторы, заключается в выработке адекватного вое произведения действительности, без которого невозможна реальная ориентация человека в мире и успешное преобразование этого мира.

Способно ли человечество, человек как субъект познания выработать знания, являющиеся таким адекватным воспроизведением действительности, каковы основания и критерии познавательной деятельности, в процессе которой возникает и совершенствуется такое знание,— это и составляет мировоззренческую природу философского анализа познания. В настоящее время познание изучается не только философией. Сейчас происходит и интенсивное развитие различных специальных наук, исследующих познание: когнитивной психологии (психологии, изучающей познавательные процессы), логики и методологии научного познания, истории науки, науковедения, социологии знания и т. д. Все эти науки вносят ценный вклад в изучение познания, рассматривая его отдельные аспекты. Без опоры на их достижения невозможно и квалифицированное, успешное философское исследование познания. Однако сущность познавательного отношения к миру является предметом именно философского осмысления, ибо оно связано с анализом и решением коренных мировоззренческих проблем отношения человека к действительности. Познание является необходимой стороной этого отношения, и само может быть понято только в контексте последнего.



Структура знания. Рациональное и чувственное познание Чувственное познание и его элементы

Прежде всего, необходимо рассмотреть познавательную деятельность на той ее ступени, когда она непосредственно включена в качестве важнейшего аспекта   в процесс практического использования и преобразования материальных предметов или социальных институтов, то есть конкретных явлений окружающего мира. Начать с этой формы познавательной деятельности необходимо потому, что она действительно является начальным этаном познания. Она, во-первых, является начальным этапом в историческом смысле: разделение физического и умственного труда и выделение последнего в особый тип деятельности — сравнительно поздний этан истории, которому предшествует длительный период развития познавательного опыта людей в процессе совокупной, еще не расчлененной материально-практической деятельности. Во-вторых, такая деятельность является начальной в том смысле, что на ее основе, именно благодаря ей, осуществляется контакт человека с миром материальных объектов. Она — предпосылка, без которой другие формы познавательной деятельности не могут существовать.

Как же человек познает вещи и процессы природы, а также все созданные человеческим трудом, разумом и общественной деятельностью человека явления, которые приобретают форму материальных объектов и процессов?

Диалектико-материалистическая гносеология подчеркивает, во-первых, зависимость чувственного познания от непосредственной чувственно-практической деятельности и, во-вторых, выявляет целостный характер чувственного освоения материального объекта. Но при этом в пределах марксистско-ленинской гносеологии считается необходимым и возможным выделить отдельные, функционирующие в рамках этой целостности элементы чувственного познания.

Биологические и психофизиологические дисциплины, изучая ощущение в качестве своеобразной реакции человеческого организма, устанавливают различные зависимости: например, зависимость реакции, то есть ощущения, от интенсивности раздражения того или иного органа чувств. В частности, установлено, что с точки зрения «информационной способности» на первом месте у человека стоят зрение и осязание, а затем слух, вкус, обоняние. Современные биологические науки исследуют сложнейшую структуру нервных процессов человека, деятельность его мозга, показывая, какие именно процессы мозговой деятельности выполняют функции «приема» и «переработки» ощущений. Так, в затылочных отделах коры головного мозга — «центр» зрительных ощущений, в теменных отделах — осязания, в височных — центр слуховых ощущений, задняя часть коры головного мозга в основном «перерабатывает» информацию, тогда как передняя подает сигнал, «инструкцию» деятельности, лобные доли мозга обеспечивают сравнение эффекта действия с исходным его замыслом. Естественнонаучный подход к изучению ощущений характеризуется также тем, что человеческая чувствительность, то есть способность человека реагировать на воздействие внешнего мира, рассматривается в тесной связи с эволюцией природы. При этом устанавливается, что способность отражения в разной степени присуща всем живым существам, а в зачаточной форме (в форме способности вступать во взаимодействие и реагировать на воздействие, «отражать» его) свойственна вообще всей природе. Поскольку такая способность рассматривается как универсальное, предельно широко понимаемое свойство всего природного мира, возможно также исследование человеческого ощущения с точки зрения восприятия и отражения внешнего сигнала, его передачи и переработки поступающей в организм информации. Такой подход характерен для теории информации, в частности для кибернетики.

Специфика диалектико-материалистического гносеологического подхода заключается в том, что такие элементарные формы отражения, как ощущение, рассматриваются как зависимые компоненты совокупной человеческой деятельности. Нельзя недооценивать человечески-активный характер процессов, которые совершаются в тех случаях, когда предмет «дается», «предоставляется» сознанию, «вступает» в него. Здесь происходит существенное, качественное изменение, совершается скачок: факт объективного но отношению к сознанию раздражения преобразуется, но точному выражению 

Ощущение, следовательно, является субъективным, идеальным образом предмета, поскольку отражает, преломляет воздействие предмета через «призму» человеческого сознания. Так, болевые ощущения обязательно порождаются каким-либо существующим вне сознания человека предметом или каким-либо объективным раздражителем. Мы ощущаем боль от ожога, прежде всего потому, что на кожу подействовал огонь, раскаленный предмет. Но в самом огне, в самом горячем предмете, разумеется, нет боли; боль есть особый ответ нашего организма. Боль — ощущение человеческого существа, которое имеет своим следствием определенное состояние его психики, эмоций, определенную ответную реакцию, определенное действие. Ощущение есть субъективный образ объективного мира еще и в том смысле, что оно не просто фиксирует воздействие вещей и явлений, существующих отдельно и независимо от человека, на человеческий организм.

Весьма важно то, что уже в ощущении начинает отражаться объективная связь ощущающего субъекта (его органов, процессов, совершающихся в его организме, в его мозгу, в его психике) с теми вполне определенными явлениями и процессами окружающего мира, с которыми практически взаимодействует данный субъект. Ощущение, таким образом, стоит у истоков отражения и фиксирования объективной системы отношений, в которые реально вступает и реально включен определенный человек. Так, мы знаем, что предмет определенным образом расположен в пространстве относительно воспринимающего субъекта, и ощущение строго зависит от этого «взаимного» пространственного расположения, пространственного отношения предмета и субъекта: качество, форма, интенсивность зрительного и слухового ощущения, обоняния зависят от близости или дальности предмета, от того, каким образом, какой стороной он «обращен» к воспринимающему человеку и т. п. Ощущения одновременно зависят и от состояния органов чувств и всего организма (так, у дальтоников иные зрительные ощущения, чем у обычных людей, у больного человека — иные обонятельные и вкусовые ощущения, чем у здорового, и т. п.). Но, несмотря на эту весьма сложную двойную зависимость ощущения и от объекта, и от субъекта, в процессе практического функционирования сознания у человека выработалась способность оценивать и повседневно использовать объективную информацию, поставляемую ощущениями и другими компонентами чувственного опыта; по интенсивности ощущения мы более или менее определенно судим о том, насколько нагретым или охлажденным является предмет, как далеко он расположен от нас, насколько интенсивен реальный источник звука и т. п.

Диалектический материализм и субъективный идеализм принципиально по-разному истолковывают положение об ощущении как субъективном образе объективного мира. Материалист подчеркивает объективность источника ощущений объективность мира, отражаемого в ощущениях, объективность тех отношений и связей субъекта ощущения и его объекта, которые отражаются в ощущениях. Одновременно диалектический материализм считает необходимым точно изучить сложную диалектику объективного и субъективного, которая имеет место в процессе образования и функционирования ощущений.

Субъективный идеализм же не просто подчеркивает, но абсолютизирует субъективность образа, который дается ощущением; он истолковывает субъективность как одностороннюю зависимость ощущения лишь от внутреннего состояния психики субъекта. Субъективный идеалист игнорирует объективность, материальность тех предметов и отношений, которые отражаются субъектом.

Восприятие — целостный образ материального предмета наблюдения. Восприятие зарождается и существует как форма такого активного синтеза разнообразных проявлений предмета, которая неразрывно связана с другими актами познавательной и практической деятельности, предшествующими данному конкретному наблюдению. Именно поэтому процесс восприятия — процесс активный и по-своему творческий. 

В обычном употреблении слово «чувство» имеет еще одно значение: им обозначают такие весьма важные и типичные для человека эмоции (переживания, страсти), как гнев, страх, любовь, ненависть, симпатия, антипатия, удовольствие, неудовольствие. Эмоции — комплексная и довольно сложная форма человеческой чувственности. Они весьма разнообразны и по существу, и особенно по форме выражения. Поэтому мы вправе говорить, что каждый человек отличается большой индивидуальностью эмоций. Это происходит потому, что эмоции вполне определенно зависят от чувственной организации отдельного человека, а также от особенностей его психики, от индивидуальных черт характера и темперамента. И все-таки в мире человеческих эмоций можно выделить закономерности, обозначить типы личностей, обладающих сравнительно сходным строем эмоций. Рассмотрением этих вопросов занимаются психологические дисциплины. Для теории познания важно подчеркнуть, что эмоции, подобно всем другим элементам чувственности, с одной стороны, заключают в себе аспекты объективного отражения реальных связей, в которые включен человек; с другой стороны, они фиксируют объективное отношение человека к миру.

Таким образом, гносеология прежде всего подчеркивает объективную обусловленность эмоций, страстей человека, причем в данном случае особую роль играют вполне конкретные обстоятельства: реальные, исторические, социальные, классово-групповые факторы, а также многие обстоятельства, относящиеся к конкретному контексту человеческого общения. Далее, гносеология исследует особенность субъективного момента, заключенного в эмоциях. Эмоции могут существовать в виде непосредственных, очень быстрых и полубессознательных реакций индивида; они могут выступать и в виде очень сложных чувственных образований, весьма развитых, воспитанных всем богатством человеческой культуры, то есть в виде подлинно человеческих чувств. Эмоции являются активным, четким выражением отношения человека к тому или иному явлению. Такое отношение всегда в явной или скрытой форме содержит в себе момент оценки и связано с применением понятий, подобных понятиям «хорошее», «доброе», «злое», «справедливое» или «несправедливое», «красивое» и т. д. Такие понятия в современной литературе часто именуются ценностями, ценностными понятиями. Вполне понятно, что представления о добре и справедливости не являются чисто индивидуальными, но связаны с исторической эпохой, с принадлежностью человека к группе и классу. Значит, рассматривая особенности субъективного аспекта эмоций, мы обнаруживаем их зависимость от человеческого общества, от истории и культуры. А это в свою очередь снова свидетельствует о наличии в эмоциях объективного социально-исторического содержания и объективной информации.

Итак, главные элементы чувственной деятельности и чувственного познания — ощущения, восприятия, представления, эмоции. 

Таким образом, чувственное познание рассматривалось метафизическим материализмом как совершенно самостоятельный этап познания, механизм которого, как считали эти философы, состоит во взаимодействии двух различных физических природных объектов (вещь природы и органы чувств человека). При этом все функциональные элементы чувственно-образной формы познания — ощущения, восприятия, представления — также представали в качестве совершенно самостоятельных, последовательно «примыкающих друг к другу» реальных этапов познавательной деятельности. Мышление, согласно представлению метафизических материалистов, лишь «надстраивается» над результатами и формами чувственного познания. Они не видели, что в каждом акте познавательной деятельности общественно-исторического человека реально, на деле всегда имеет место сложное диалектическое взаимодействие, взаимоотношение чувственно-образных форм освоения действительности (совокупность этих форм в философии нередко называется опытом, эмпирией) и форм мыслительной деятельности, то есть деятельности, направленной на образование понятий, абстракций, умозаключений, идей и систем идей (совокупность этих форм в философии получила наименование «рациональной» деятельности, от латинского «ratio» — разум).

Процессы чувственного восприятия, которые могут показаться весьма простыми (эта кажимость и ввела в заблуждение метафизических материалистов), на самом деле очень сложны. Верно, что при рассматривании определенного предмета, например этой комнаты, этого стола, этого дома и т. п., в дело включаются органы зрения. Но только ли они? Мы смотрим на этот предмет, и наше видение (как и слышание, осязание, обоняние) тесно, неразрывно связано с нашим отношением к данному предмету. Мы воспринимаем его как красивый или безобразный, симметричный или асимметричный, приятный или неприятный, полезный или вредный.

Рациональное познание

При рассмотрении чувственного познания, то есть познания, включенного в материально-предметную деятельность, была показана его зависимость от языка, от понятийного мышления. Что же такое понятия, как они формируются? В самом общем виде ответ таков.

В ходе физического воздействия на конкретные предметы и явления, в ходе их использования и преобразования, в процессе создания и изменения общественных отношений человечество приобретает многообразные знания об отношениях. Выявляются отношения между различными типами и видами материальных объектов и процессов, между различными свойствами объектов и т. д.; осуществляется также познание общественных отношений. Отношения вещей, явлений, процессов многообразны и соответственно многоразличны знания об отношениях. Это могут быть, например, знания об отношениях между свойствами железа, из которого делается топор, и дерева, которое топор может разрубить. Но это могут быть и более сложные знания отношений между массой и ускорением тела, отношений между элементарными частицами внутри атома или, наконец, знания об отношениях феодала и крепостного, капиталиста и наемного рабочего.

Поскольку знание направлено на выявление отношений между свойствами предметов, между самими предметами и процессами, данные отношения становятся объектами познания. Но что это означает для понимания процесса познания, и в частности для понимания механизмов возникновения понятий и их роли в познании?

Человек при помощи своей мысли выделяет, как бы обособляет от целостных конкретных предметов такие отношения, которые объективно, сами по себе, помимо материальных предметов, и в качестве каких-то особых предметов не существуют. Но они оказываются важными для жизни и деятельности человека и человечества, а поэтому становятся специальными объектами его познавательной деятельности. Эти объекты, выделенные и познанные человеком, выражаются и фиксируются в словах-понятиях, подобных словам: «дом», «человек», «красное», «красота» и т. д.

Процессы, в ходе которых постепенно и последовательно образуются понятия, отражающие общие свойства предметов и явлений окружающего мира, измеряются многими столетиями и уходят в глубь веков. Прежде чем знание о тех или иных отношениях приобретает обобщенную форму и благодаря этому приобретает понятийное выражение, должны миллиарды раз осуществляться процессы сопоставления, сравнения, различения, мысленного «рассечения» и физического видоизменения объектов. Должны остаться в стороне все моменты, несущественные, второстепенные для данного отношения, для данной связи. В процессе человеческой деятельности знания должны быть освобождены и от чисто личных, индивидуальных моментов (чувства, переживания конкретных субъектов, их сугубо индивидуальные цели). Знание должно приобрести обобщенную форму и в том смысле, что в нем должны найти выражение общие объективные отношения, и в том смысле, что оно так или иначе должно приобрести объективное значение для множества людей. В этом случае результатами практической деятельности становятся не только конкретные предметы и явления, вновь созданные или преобразованные, но также и понятия, возникшие в ходе процесса и от него на данной стадии неотделимые. Затем созданные в ходе практической деятельности понятия становятся важным компонентом и формой этой деятельности. В последующих процессах использования они проверяются, уточняются и видоизменяются благодаря постоянному сопоставлению с конкретными объектами и отношениями, принадлежащими к данному типу.

В процессе исторического развития практики деятельность по образованию и использованию понятий, первоначально включенная в непосредственную практическую деятельность и существовавшая только в этом виде, приобретает более сложные формы, а затем выделяется — очень медленно и постепенно — в самостоятельную деятельность.

Материалистическая теория познания подчеркивает и показывает, что особые идеальные объекты познания, подобные числам, первоначально возникли в процессе сопоставления, измерения, перерасчета и т. д. материальных объектов, то есть что процесс практической деятельности человека в объективном мире был здесь исходным и первичным. Марксистско-ленинская гносеология одновременно показывает, что подобные объекты являются совокупным результатом длительной, уходящей в глубь веков совместной практики людей, результатом общественно-исторического процесса. В ходе этого процесса люди сначала научились сопоставлять, измерять определенные материальные объекты, потом уловили общность между своими действиями, направленными на измерение и пересчет различных объектов, и, подвергнув анализу эти действия, установили количественные отношения между самими материальными объектами. В их сознании сформировались знания о количественных отношениях, которые приобрели обобщенную форму, знаковое выражение и стали важнейшим фактором дальнейшей совместной практической деятельности. Лишь впоследствии выделились особые группы людей, которые стали носителями знания о количественных отношениях и накопили специальные навыки работы с числами. Эти люди сначала занимались измерением земельных участков, подсчетом предметов и вещей, предназначенных для распределения между членами общины или для торговли и обмена; от этой деятельности лишь на сравнительно позднем этапе развития обособился тип деятельности, непосредственным и основным объектом которой стали сами числовые и геометрические отношения, рассматриваемые и изучаемые уже отдельно от исчисляемых и измеряемых предметов. Так возникла математика, древнейшая из наук. И сегодня деятельность но образованию и использованию понятий о количественных отношениях продолжает существовать в двух формах.

Вопрос №29	Теория истины. Диалектика абсолютной и относительной истины

Истинное знание, как и сам объективный мир, развивается по законам диалектики. В средние века люди считали, что Солнце и планеты вращаются вокруг Земли. Выло ли это ложью или истиной? То, что человек наблюдал движение светил с единственного «наблюдательного пункта» — Земли, приводило к ложному выводу о том, что Солнце и планеты вращаются вокруг нее. Здесь видна зависимость наших знаний от субъекта познания, но было в данном утверждении и содержание, не зависящее ни от человека, ни от человечества, а именно, знание о том, что светила Солнечной системы движутся. В этом заключалась крупица объективной истины. В учении Коперника утверждалось, что центром пашей планетарной системы является Солнце, а планеты и Земля вращаются вокруг него по концентрическим окружностям. Здесь уже доля объективного содержания была гораздо выше, чем в прежних представлениях, но далеко не все полностью соответствовало объективной реальности, так как для этого не хватало астрономических наблюдений. Кеплер, опираясь па наблюдения своего учителя Тихо Браге, показал, что планеты вращаются вокруг Солнца не но окружностям, а но эллипсам. Это было еще более истинным, еще более верным знанием. Современная астрономия вычислила траектории и законы вращения планет еще точнее. Из данных примеров явствует, что объективная истина исторически развивается. С каждым новым открытием се полнота возрастает.

Форму выражения объективной истины, зависящую от конкретных исторических условий, характеризующую степень ее точности, строгости и полноты, которая достигнута на данном уровне познания, называют относительной истиной. Таким образом, все развитие человеческого познания, в том числе и науки, есть постоянная смена одних относительных истин другими, более полно и точно выражающими объективную истину. Процесс познания представляет собой все более полное и точное познание объективной истины.

Совершенно полное, точное, всестороннее, исчерпывающее знание о каком-либо явлении называют абсолютной истиной. Часто спрашивают, можно ли достичь и сформулировать абсолютную истину? Агностики на этот вопрос отвечают отрицательно. В доказательство они ссылаются на то, что в процессе познания мы имеем дело лишь с относительными истинами. Каждая из них, рассуждают они, оказывается со временем не вполне точной и полной, как в примере с Солнечной системой. Следовательно, полное, исчерпывающее знание недостижимо. И чем сложнее то или иное явление, тем труднее достичь абсолютной истины, то ость полного, исчерпывающего знания о нем. И, тем не менее, абсолютная истина существует; и ее надо понимать как тот продел, ту цель, к которой стремится человеческое познание. Каждая относительная истина — это ступенька, шаг, приближающий нас к этой цели.

Таким образом, относительная и абсолютная истины — это лишь разные уровни, или формы, объективной истины. Наше знание всегда относительно, так как зависит от уровня развития общества, техники, состояния науки и т. д. Чем выше уровень нашего познания, тем полнее мы приближаемся к абсолютной истине. Но процесс этот может длиться бесконечно, ибо на каждом этапе исторического развития мы открываем новые стороны и свойства в окружающем нас мире и создаем о нем все более полные и точные знания. Этот постоянный процесс перехода от одних относительных форм объективной истины к другим — важнейшее проявление диалектики в процессе познания. Таким образом, каждая относительная истина содержит в себе долю абсолютной. И наоборот: абсолютная истина — это предел бесконечной последовательности истин относительных.

Вопрос №30	Наука как форма духовного производства. Эмпирический и теоретический уровни знания

Человечество всегда стремилось к приобретению новых  знаний. Процесс овладения тайнами бытия есть выражение устремлений творческой активности разума, составляющего великую гордость человечества.

Наш разум постигает законы мира не ради простой  любознательности, а ради практического  преобразования и природы и человека с целью максимально гармоничного жизнеустройства человека в мире. Знания человечества образуют сложную систему, которая выступает в виде социальной памяти, богатства ее передаются от  поколения к поколению,  от народа к народу с помощью механизма социальной наследственности, культуры. Теория познания  или гносеология (от греческого gnosis знание, познание), оформилась вместе с возникновением философии в качестве одного из фундаментальных разделов. Она исследует природу человеческого познания, формы и закономерности перехода от  поверхностного  представления о вещах (мнение) к постижению их сущности (истинного знания),  а в связи с  этим рассматривает вопрос о путях движения истины, о ее критериях.

Самым животрепещущим вопросом для всей  гносеологии  является вопрос о том, какой практический жизненный смысл имеет достоверное знание о мире, о самом человеке и человеческом обществе.

Научное познание:

Наука имеет дело с особым набором объектов реальности, не сводимых к объектам обыденного опыта. Особенности  научных  знаний как продукта научной деятельности. В науке различают  эмпирический  и  теоретический  уровни исследования. Это различие имеет своим основанием  неодинаковость, во-первых, способов (методов) самой познавательной активности, а во-вторых,  характера достигаемых научных результатов. Эмпирической  исследование предполагает выработку исследовательской программы, организацию наблюдений, эксперимента, описание  наблюдаемых  и экспериментальных данных,  их классификацию, первичное обобщение. Словом, для эмпирического познания характерна  фактофиксирующая деятельность.  Теоретическое познание - это сущностное познание,  осуществляемое на уровне абстракции  высоких порядков.  Здесь орудием выступает понятия, категории,  законы,  гипотезы и т.д.  Оба эти уровни связаны, предполагают друг друга, хотя исторически эмпирическое (опытное) познание предшествует теоретическому. Научное исследование предполагает  не  только  движение «вверх», но все более совершенному,  разработанному  теоретическому аппарату, но и движение «вниз», связанное с ассимиляцией эмпирической информации. Процесс мышления не всегда осуществляется в развернутом и логическом виде.  Бывают  случаи,  когда  человек  чрезвычайно быстро, почти мгновенно схватывает сложную ситуацию и находит правильное решение.  Способность постижения истины путем прямого ее усмотрения,  без обоснования с помощью дискуссии именуется интуицией.

Формы научного познания

Идея (греч. - буквально: «то, что видно», образ) - философский термин, обозначающий «смысл», «значение», «сущность» и тесно связанный с категориями мышления и бытия. В истории философии категория идеи употребляется в различных смыслах. Когда  идея рассматривается только как существующая в сознании, она обозначает:

чувственный образ, возникающий в сознании как отражение чувственных предметов (наивный реализм);

«смысл» или «сущность» вещей, сводимые к ощущениям и впечатлениям субъекта или к творческому началу, порождающему мир (субъективный идеализм).

В некоторых философских системах идея обозначала и материалистический принцип (так, Демокрит называет свои атомы «идеями»). В системах объективного идеализма идея считается объективно существующей сущностью всех вещей (объективная идея). У Гегеля, например, идея - смысл и творец всех вещей - развиваясь чисто логически, проходит стадии объективную, субъективную и абсолютную. Решение вопроса об идее зависит от правильной постановки вопроса об отношении мышления к бытию. Последовательно научно он разработан только в диалектическом материализме, где идея рассматривается как отражение объективной реальности. Вместе с тем подчеркивается и обратное влияние идеи на развитие материальной действительности в целях ее преобразования. Под идеей понимается также одна из форм, способ познания, смысл которых заключается в формулировании обобщенного теоретического принципа, объясняющего сущность, закон явлений. Таковы, например, идеи о материальности мира, о двойственном корпускулярно-волновом характере вещества и поля.

Гипотеза — (греч. Hypothesis основа, предположение) — предположение, при котором на основе ряда факторов делается вывод о существовании объекта, связи или причины явления, причем вывод этот нельзя считать вполне доказанным. Гипотетическим называется и соответствующее умозаключение. Потребность в гипотезе возникает в науке, когда неясна связь между явлениями, причина их, хотя известны множественные обстоятельства, предшествовавшие или сопутствовавшие им, когда по некоторым характеристикам настоящего нужно восстановить картину прошлого или на основе прошлого и настоящего сделать вывод о будущем развитии явления. Однако выдвижение гипотезы на основе определенных факторов — это только первый шаг. Сама гипотеза в силу своего вероятностного характера требует проверки, доказательства. После такой проверки гипотеза или становится научной теорией, или видоизменяется, или отбрасывается, если проверка дает отрицательный результат. Основные правила выдвижения и проверки гипотезы следующие:

	Гипотеза должна находится в согласии или, по меньшей мере, быть совместимой со всеми факторами, которых она касается.

	Из многих противостоящих друг другу гипотезы, выдвинутых для объяснения серии факторов, предпочтительнее та, которая единообразно объясняет большее их число; конечно, для объяснения отдельных факторов этой серии можно выдвигать так называемые рабочие гипотезы.

	Для объяснения связной серии факторов нужно выдвигать, возможно, меньше различных гипотез и их связь должна быть, возможно, более тесной.

	При выдвижении гипотезы необходимо сознавать вероятностный характер ее выводов.

	Гипотезы, противоречащие друг другу, не могут быть вместе истинными, за исключением того случая, когда они объясняют различные стороны и связи различного объекта. 

Теория — (греч.  theoria исследование) — система обобщенного знания, объяснение тех или иных сторон действительности. Термин 'теория' имеет различные значения, для того чтобы отличать ее от практики или для противопоставления гипотезе (как непроверенному, предположительному знанию). Теория отлична от практики, так как является духовным, мысленным 'слепком', отражением и воспроизведением реальной действительности. Вместе с тем она неразрывно связана с практикой, которая ставит перед познанием назревающие задачи и требует их решения. Поэтому практика и ее результаты в обобщенном виде входят в качестве органического элемента во всякую теорию. Каждая теория имеет сложную структуру. Например, в физических теориях можно выделить две части: формальное исчисление (математические уравнения, логические символы, правила и прочее) и содержательную интерпретацию (категории, законы, принципы). Благодаря возможности представить в символической форме содержательные элементы теории достигается более четкое понимание ее формальной структуры, логических связей, то есть ее аксиоматизация. Единство содержательного и формального аспектов теории — один из источников ее развития и совершенствования. Построение и трактовка содержательной части теории связаны с философскими взглядами, мировоззрением ученого, с определенными методологическими принципами подхода к действительности.

Вопрос №31	Сущность научной теории. Взаимодействие научной теории и практики

Наука как объективное и предметное знание

Научное знание, как и все формы духовного производства, в конечном счете необходимы для того, чтобы направлять и регулировать практику. Различные виды познавательной деятельности по-разному выполняют эту роль, и анализ этого различия является первым и необходимым условием для выявления особенностей научного познания.

На ранних стадиях развития общества субъектная и объектная стороны практической деятельности не расчленяются в познании, а берутся как единое целое. Познание отображает способы практического изменения объектов, включая в характеристику последних, цели, способности и действия человека. Такое представление об объектах деятельности переносится на всю природу, которая рассматривается сквозь призму осуществляемой практики.

Известно, например, что в мифах древних народов силы природы всегда уподобляются человеческим силам, а ее процессы — человеческим действиям. Первобытное мышление при объяснении явлений внешнего мира неизменно прибегает к их сравнению с человеческими поступками и мотивами. Лишь в процессе длительной эволюции общества познание начинает исключать антропоморфные факторы из характеристики предметных отношений. Важную роль в этом процессе сыграло историческое развитие практики, и прежде всего совершенствование средств и орудий труда.

По мере усложнения орудий те операции, которые непосредственно производились человеком, начинали «овеществляться», выступая как последовательное воздействие одного -орудия на другое и лишь затем на преобразуемый объект. Тем самым свойства и состояния объектов, возникающие благодаря указанным операциям, переставали казаться вызванными непосредственными усилиями человека, а все больше выступали в качестве результата взаимодействия самих природных предметов. Так, если на ранних стадиях цивилизации перемещение грузов требовало мускульных усилий, то с изобретением рычага и блока, а затем простейших машин можно было заменить эти усилия механическими. Например, с помощью системы блоков можно было уравновесить большой груз малым, а прибавив незначительный вес к малому грузу, поднять большой груз на нужную высоту. Здесь для подъема тяжелого тела уже не нужно усилий человека: один груз самостоятельно перемещает другой. Подобная передача человеческих функций механизмам приводит к новому представлению о силах природы. Раньше эти силы понимались только по аналогии с физическими усилиями человека, а теперь начинают рассматриваться как механические силы. Приведенный пример может служить аналогом того процесса «объективизации» предметных отношений практики, который, по-видимому, начался уже в эпоху первых городских цивилизаций древности, В этот период познание начинает постепенно отделять предметную сторону практики от субъективных факторов и рассматривать ' эту сторону как особую, самостоятельную реальность.

Характеризуя назначение естествознания в жизни общества, К. Маркс подчеркивал, что оно выступает как своего рода «хитрость, имеющая целью подчинить природу человеческим потребностям, будь то в качестве предмета потребления или в качестве средства производства». Но преобразование мира может принести успех только тогда, когда оно согласуется с объективными законами изменения и развития его предметов. Поэтому основная задача науки — выявить эти законы. Применительно к процессам преобразования природы эту функцию выполняют естественные и технические науки. Процессы изменения социальных объектов исследуются общественными науками. Поскольку в деятельности могут преобразовываться самые различные объекты — предметы природы, человек (и состояния его сознания), подсистемы общества, знаковые объекты, функционирующие в качестве феноменов культуры и т. д.,— постольку все они могут стать предметами научного исследования. Социальные подсистемы и общество в целом рассматриваются в рамках марксистско-ленинского анализа как особые объекты, преобразуемые в деятельности людей (в процессе развития производства, классовой борьбы, революционной перестройки общественных отношений) в соответствии с объективными законами развития. Установка на поиск этих законов является обязательным условием научного познания общественных явлений '.

Ориентация науки на изучение объектов, которые могут быть включены в деятельность (либо актуально, либо потенциально, как возможные объекты ее будущего освоения), и их исследование как подчиняющихся объективным законам функционирования и развития составляет одну из важнейших особенностей научного познания. Эта особенность отличает его от других форм познавательной деятельности человека. Так, например, в процессе художественного освоения действительности объекты, включенные в человеческую деятельность, не отделяются от субъективных факторов, а берутся в своеобразной «склейке» с ними. Любое отражение предметов объективного мира в искусстве одновременно выражает ценностное отношение человека к предмету. Художественный образ — это такое отражение объекта, которое содержит отпечаток человеческой личности, ее ценностных ориентации, как бы «вплавленных» в характеристики отражаемой реальности. Исключить это взаимопроникновение — значит разрушить художественный образ. В науке же особенности жизнедеятельности личности, создающей знания, ее оценочные суждения не входят непосредственно в состав порождаемого знания (законы Ньютона не позволяют судить о том, что любил и что ненавидел Ньютон, тогда как, например, в портретах кисти Рембрандта запечатлена личность самого Рембрандта, его мироощущение и его личностное отношение к изображаемым явлениям. Портрет, написанный великим художником, в какой-то мере выступает и как автопортрет). Наука ориентирована на предметное и объективное исследование действительности. Из этого, конечно, не следует, что личностные моменты и ценностные ориентации ученого не играют роли в научном творчестве и не влияют на его результаты.

Научное познание отражает объекты природы не в форме созерцания, а в форме практики. Процесс же этого отражения обусловлен не только особенностями изучаемого объекта, но и многочисленными факторами социокультурного характера.

Рассматривая науку в ее историческом развитии, можно обнаружить, что по мере изменения типа культуры при переходе от одной общественно-экономической формации к другой меняются стандарты изложения научного знания, способы видения реальности в науке, стили мышления, которые формируются в контексте культуры и испытывают воздействие самых различных ее феноменов. Это воздействие может быть представлено как включение различных социокультурных факторов в процесс порождения собственно научного знания. Однако констатация связей объективного и субъективного в любом познавательном процессе и необходимость комплексного исследования науки в ее взаимодействии с другими формами духовной деятельности человека не снимают вопроса о различиях между наукой и этими формами (обыденным познанием, художественным мышлением и т. п.). Первое и необходимое среди них — объективность и предметность научного познания.

Но, изучая объекты, преобразуемые в деятельности, наука не ограничивается познанием только тех предметных связей, которые могут быть освоены в рамках наличных, исторически сложившихся на данном этапе развития общества форм и стереотипов деятельности. Наука стремится и к тому, чтобы создать задел знаний для будущих форм практического изменения мира.

Поэтому в науке осуществляются не только исследования, обслуживающие сегодняшнюю практику, но и такие, результаты которых могут найти применение только в будущем. Движение познания в целом обусловлено не только непосредственными запросами сегодняшней практики, но и познавательными интересами, через которые проявляются потребности общества в прогнозировании будущих способов и форм практического освоения мира. Например, постановка внутринаучных проблем и их решение в рамках фундаментальных теоретических исследований физики привели к открытию законов электромагнитного поля и предсказанию электромагнитных волн, к открытию законов деления атомных ядер, квантовых законов излучения атомов при переходе э.лектронов с одного энергетического уровня на другой и т. п. Все эти теоретические открытия заложили основу для будущих прикладных инженерно-технических исследований и разработок. Внедрение последних в производство, в свою очередь, революционизировало технику и технологию — появились радиоэлектронная аппаратура, атомные электростанции, лазерные установки и т. д.

Нацеленность науки на изучение не только объектов, преобразуемых в сегодняшней практике, но и тех, которые могут стать предметом массового практического освоения в будущем, является второй отличительной чертой научного познания. Эта черта позволяет разграничить научное и обыденное стихийно-эмпирическое познание и вывести ряд конкретных определений, характеризующих природу научного исследования.

Социальные функции науки

Социальные функции науки не есть нечто раз и навсегда заданное. Напротив, они исторически изменяются и развиваются, как и сама наука; более того, развитие социальных функций представляет собой важную сторону развития самой науки.

Современная наука во многих отношениях существенно, кардинально отличается от той науки, которая существовала столетие или даже полстолетия назад. Изменился весь ее облик и характер ее взаимосвязей с обществом.

Говоря о современной науке в ее взаимодействии с различными сферами жизни человека и общества, можно выделить три группы выполняемых ею социальных функций. Это, во-первых, функции культурно-мировоззренческие, во-вторых, функции науки как непосредственной, производительной силы и, в-третьих, ее функции как социальной силы, связанные с тем, что научные знания и методы ныне все шире используются при решении самых разных проблем, возникающих в ходе общественного развития.

Порядок, в котором перечислены эти группы функций, в сущности отражает исторический процесс формирования и расширения социальных функций науки, то есть возникновения и упрочения все новых каналов ее взаимодействия с обществом. Так, в период становления науки как особого социального института (а это период кризиса феодализма, зарождения буржуазных общественных отношений и формирования капитализма, то есть эпоха Возрождения и новое время) ее влияние обнаруживалось прежде всего в сфере мировоззрения, где в течение всего этого времени шла острая и упорная борьба между теологией и наукой.

В эпоху средневековья теология постепенно завоевала положение верховной инстанции, призванной обсуждать и решать коренные мировоззренческие проблемы, такие, как вопрос о строении мироздания и месте человека в нем, о смысле и высших ценностях жизни и т. п. В сфере же зарождавшейся науки оставались проблемы более частного и «земного» порядка.

Коперниковским переворотом, начавшимся четыре с половиной столетия назад. Наука впервые оспорила у теологии ее право монопольно определять формирование мировоззрения. Именно это стало первым актом в процессе проникновения научного знания и научного мышления в структуру деятельности человека и общества; именно здесь обнаружились первые реальные признаки выхода науки в мировоззренческую проблематику, в мир размышлений и устремлений человека. Ведь для того чтобы принять гелиоцентрическую систему Коперника, необходимо было не только отказаться от некоторых догматов, утверждавшихся теологией, но и согласиться с представлениями, которые резко противоречили обыденному мировосприятию.

Должно было пройти немало времени, вобравшего в себя такие драматические эпизоды, как сожжение Дж. Бруно, отречение Г. Галилея, идейные конфликты в связи с учением Ч. Дарвина о происхождении видов, прежде чем наука смогла стать решающей инстанцией в вопросах первостепенной мировоззренченской значимости, касающихся структуры материи и строения Вселенной, возникновения и сущности жизни, происхождения человека и т. д. Еще больше времени потребовалось для того, чтобы предлагаемые наукой ответы на эти и другие вопросы стали элементами общего образования. Без этого научные представления не могли превратиться в составную часть культуры общества. Одновременно с этим процессом возникновения и укрепления культурно-мировоззренческих функций науки занятия наукой постепенно становились в глазах общества самостоятельной и вполне достойной, респектабельной сферой человеческой деятельности. Иначе говоря, происходило формирование науки как социального института в структуре общества.



Что касается функций науки как непосредственной производительной силы, то нам сегодня эти функции, пожалуй, представляются не только наиболее очевидными, но и первейшими, изначальными. И это понятно, если учитывать беспрецедентные масштабы и темпы современного научно-технического прогресса, результаты которого ощутимо проявляются во всех отраслях жизни и во всех сферах деятельности человека. Однако при историческом рассмотрении картина предстает в ином свете. Процесс превращения науки в непосредственную производительную силу впервые был зафиксирован и проанализирован К. Марксом в середине прошлого столетия, когда синтез науки, техники и производства был не столько реальностью, сколько перспективой.

В период становления науки как социального института вызревали материальные предпосылки для осуществления такого синтеза, создавался необходимый для этого интеллектуальный климат, вырабатывался соответствующий строй мышления. Конечно, научное знание и тогда не было изолировано от быстро развивавшейся техники, но связь между ними носила односторонний характер. Некоторые проблемы, возникавшие в ходе развития техники, становились предметом научного исследования и даже давали начало новым научным дисциплинам. Так было, например, с гидравликой, с термодинамикой. Сама же наука мало что давала практической деятельности — промышленности, сельскому хозяйству, медицине. И дело было не только в недостаточном уровне развития науки, но прежде всего в том, что сама практика, как правило, не умела, да и не испытывала потребности опираться на завоевания науки или хотя бы просто систематически учитывать их. Вплоть до середины XIX века случаи, когда результаты науки находили практическое применение, были эпизодическими и не вели ко всеобщему осознанию и рациональному использованию тех богатейших возможностей, которые сулило практическое использование результатов научных исследований.

Со временем, однако, становилось очевидным, что сугубо эмпирическая основа слишком узка и ограниченна для того, чтобы обеспечить непрерывное развитие производительных сил, прогресс техники. И промышленники, и ученые начинали видеть в науке мощный катализатор процесса непрерывного совершенствования средств производственной деятельности. Осознание этого резко изменило отношение к науке и явилось существенной предпосылкой для ее решающего поворота в сторону практики, материального производства. И здесь, как и в культурно-мировоззренческой сфере, наука недолго ограничивалась подчиненной ролью и довольно быстро выявила свой потенциал революционизирующей силы, в корне меняющей облик и характер производства.

Важной стороной превращения науки в непосредственную производительную силу является создание и упрочение постоянных каналов для практического использования научных знаний, появление таких отраслей деятельности, как прикладные исследования и разработки, создание сетей научно-технической информации и др. Причем вслед за промышленностью такие каналы возникают и в других отраслях материального производства и даже за его пределами. Все это влечет за собой значительные последствия и для науки, и для практики.

Если говорить о науке, то она прежде всего получает новый мощный импульс для своего развития, поскольку «применение науки к непосредственному производству само становится для нее одним из определяющих и побуждающих моментов». Со своей стороны, практика все более явно ориентируется на устойчивую и непрерывно расширяющуюся связь с наукой. Для современного производства, да и не только для него, все более широкое применение научного знания выступает как обязательное условие самого существования и воспроизводства многих видов деятельности, возникших в свое время вне всякой связи с наукой, не говоря уже о тех, которые ею порождены.

Сегодня, в условиях научно-технической революции, у науки все более отчетливо обнаруживается еще одна группа функций — она начинает выступать и в качестве социальной силы, непосредственно включаясь в процессы социального развития. Наиболее ярко это проявляется в тех довольно многочисленных в наши дни ситуациях, когда данные и методы науки используются для разработки масштабных планов и программ социального и экономического развития. При составлении каждой такой программы, определяющей, как правило, цели деятельности многих предприятий, учреждений и организаций, принципиально необходимо непосредственное участие ученых как носителей специальных знаний и методов из разных областей. Существенно также, что ввиду комплексного характера подобных планов и программ их разработка и осуществление предполагают взаимодействие общественных, естественных и технических наук.

Очень важны функции науки как социальной силы в решении глобальных проблем современности. В качестве примера здесь можно назвать экологическую проблематику. Как известно, бурный научно-технический прогресс составляет одну из главных причин таких опасных для общества и человека явлений, как истощение природных ресурсов планеты, растущее загрязнение воздуха, воды, почвы. Следовательно, наука — один из факторов тех радикальных и далеко не безобидных изменений, которые происходят сегодня в среде обитания человека. Этого не скрывают и сами ученые. Напротив, именно они были в числе тех, кто стал первым подавать сигналы тревоги, именно они первыми увидели симптомы надвигающегося кризиса и привлекли к этой теме внимание общественности, политических и государственных деятелей, хозяйственных руководителей. Научным данным отводится ведущая роль и в определении масштабов и параметров экологических опасностей.

Наука в данном случае отнюдь не ограничивается созданием средств для решения поставленных перед ней извне целей. И объяснение причин возникновения экологической опасности, и поиск путей ее предотвращения, первые формулировки экологической проблемы и ее последующие уточнения, выдвижение целей перед обществом и создание средств для их достижения — все это в данном случае тесно связано с наукой, выступающей в функции социальной силы. В этом качестве наука оказывает комплексное воздействие на общественную жизнь, особенно интенсивно затрагивая технико-экономическое развитие, социальное управление и те социальные институты, которые участвуют в формировании мировоззрения.

Возрастающая роль науки в общественной жизни породила ее особый статус в современной культуре и новые черты ее взаимодействия с различными слоями общественного сознания. В этой связи остро ставится проблема особенностей научного познания и его соотношения с другими формами познавательной деятельности (искусством, обыденным сознанием и т. д.). Эта проблема, будучи философской по своему характеру, в то же время имеет большую практическую значимость. Осмысление специфики науки является необходимой предпосылкой внедрения научных методов в управление культурными процессами. Оно необходимо и для построения теории управления самой наукой в условиях развития НТР, поскольку выяснение закономерностей научного познания требует анализа его социальной обусловленности и его взаимодействия с различными феноменами духовной и материальной культуры.

Вопрос №32	Этика науки. Проблема социальной ответственности ученого

В науке, как и в любой области человеческой деятельности, взаимоотношения между теми, кто в ней занят, и действия каждого из них подчиняются определенной системе этических норм, определяющих, что допустимо, что поощряется, а что считается непозволительным и неприемлемым для ученого в различных ситуациях. Эти нормы возникают и развиваются в ходе развития самой науки, являясь результатом своего рода «исторического отбора», который сохраняет только то, что необходимо науке и обществу на каждом этапе истории.

В нормах научной этики находят свое воплощение, во-первых, общечеловеческие моральные требования и запреты, такие, например, как «не укради», «не лги», приспособленные, разумеется, к особенностям научной деятельности. Скажем, как нечто подобное краже оценивается в науке плагиат, когда человек выдает научные идеи, результаты, полученные кем-либо другим, за свои; ложью считается преднамеренное искажение (фальсификация) данных эксперимента.

Во-вторых, этические нормы науки служат для утверждения и защиты специфических, характерных именно для науки ценностей. Первой среди них является бескорыстный поиск и отстаивание истины. Широко известно, например, изречение Аристотеля: «Платон мне друг, но истина дороже», смысл которого в том, что в стремлении к истине ученый не должен считаться ни со своими симпатиями и антипатиями, ни с какими бы то ни было иными привходящими обстоятельствами. История науки, да и история человечества с благодарностью чтит имена подвижников (таких, как Джордано Бруно), которые не отрекались от своих убеждений перед лицом тяжелейших испытаний и даже самой смерти. За примерами, впрочем, не обязательно углубляться в далекую историю. Достаточно вспомнить слова советского биолога Н. И. Вавилова: «Мы на крест пойдем, а от своих убеждений, но откажемся», оправдавшего эти слова собственной трагической судьбой...

В повседневной научной деятельности обычно бывает непросто сразу же оценить полученное знание как истину либо как заблуждение. И это обстоятельство находит отражение в нормах научной этики, которые не требуют, чтобы результат каждого исследования непременно был истинным знанием. Они требуют лишь, чтобы этот результат был новым знанием и так или иначе — логически, экспериментально и пр. — обоснованным. Ответственность за соблюдение такого рода требований лежит на самом ученом, и он не может переадресовать ее кому-нибудь другому. Для того чтобы удовлетворить этим требованиям, он должен: хорошо знать все то, что сделано и делается в его области науки; публикуя результаты своих исследований, четко указывать, на какие исследования предшественников и коллег он опирался, и именно на этом фоне показывать то новое, что открыто и разработано им самим. Кроме того, в публикации ученый должен привести те доказательства и аргументы, с помощью которых он обосновывает полученные им результаты; при этом, он обязан дать исчерпывающую информацию, позволяющую провести независимую проверку его результатов.

Нормы научной этики редко формулируются в виде специальных перечней и кодексов — как правило, они передаются молодым исследователям от их учителей и предшественников. Однако известны попытки выявления, описания и анализа этих норм, предпринимаемые главным образом в философии и социологии науки.

В качестве примера можно привести исследование английского социолога науки Р. Мертона. С его точки зрения, нормы науки строятся вокруг четырех основополагающих ценностей. Первая из них универсализм — убеждение в том, что изучаемые наукой природные явления повсюду протекают одинаково и что истинность научных утверждений должна оцениваться независимо от возраста, пола, расы, авторитета, титулов и званий тех, кто их формулирует. Требование универсализма предполагает, в частности, что результаты маститого ученого должны подвергаться не менее строгой проверке и критике, чем результаты его молодого коллеги. Вторая ценность — общность, смысл которой в том, что научное знание должно свободно становиться общим достоянием. Тот, кто его впервые получил, не вправе монопольно владеть им. Публикуя результаты исследования, ученый не только утверждает свой приоритет и выносит полученный результат на суд критики, но и делает его открытым для дальнейшего использования всеми коллегами. Третья ценность — бескорыстность, когда первичным стимулом деятельности ученого является поиск истины, свободный от соображений личной выгоды (завоевания славы, получения денежного вознаграждения). Признание и вознаграждение должны рассматриваться как возможное следствие научных достижений, а не как цель, во имя которой проводятся исследования. Четвертая ценность — организованный скептицизм: .каждый ученый несет ответственность за оценку доброкачественности того, что сделано его коллегами, и за то, чтобы сама оценка стала достоянием гласности. При этом ученый, опиравшийся в своей работе на неверные данные, заимствованные из работ его коллег, не освобождается от ответственности, коль скоро он сам не проверил точность используемых данных. Из этого требования следует, что в науке нельзя слепо доверяться авторитету предшественников, сколь бы высоким он ни был. В научной деятельности равно необходимы как уважение к тому, что сделали предшественники (еще Ньютон говорил, что достигнутое им стало возможно лишь постольку, поскольку он стоял «на плечах гигантов»), так и критическое отношение к их результатам. Более того, ученый должен не только мужественно и настойчиво отстаивать свои научные убеждения, используя все доступные ему средства логической и эмпирической аргументации, но и обладать мужеством отказаться от этих убеждений, коль скоро будет обнаружена их ошибочность.

Предпринятый Р. Мертоном анализ ценностей и норм науки неоднократно подвергался уточнениям, исправлениям и даже резкой критике в специальной литературе. При этом выяснилось, что наличие такого рода норм (пусть не именно этих, но в чем-то сходных с ними) очень важно для существования и развития науки, для самоорганизации научной деятельности. Безусловно, нередки случаи нарушения этих норм. Однако тот, кто их нарушает, рискует рано или поздно потерять уважение и доверие своих коллег. Следствием этого может стать полное игнорирование его научных результатов другими исследователями, так что он по сути дела окажется вне науки. А между тем признание коллег является для ученого высшей наградой, более значимой, как правило, чем материальное вознаграждение. Особенность научной деятельности в том и заключается, что результативной она по-настоящему оказывается лишь тогда, когда признана, и результаты ее используются коллегами для получения новых знаний.

Отдельные нарушения этических норм науки, хотя и могут вызывать серьезные трудности в развитии той или иной области знания, в общем, все же чреваты большими неприятностями для самого нарушителя, чем для науки в целом. Однако когда такие нарушения приобретают массовый характер, под угрозой оказывается уже сама наука. Сообщество ученых прямо заинтересовано в сохранении климата доверия, поскольку без этого было бы невозможно дальнейшее развитие научных знаний, то есть прогресс науки.

Этические нормы охватывают самые разные стороны деятельности ученых: процессы подготовки и проведения исследований, публикации научных результатов, проведения научных дискуссий, когда сталкиваются различные точки зрения. В современной науке особую остроту приобрели вопросы, касающиеся не столько норм взаимодействия внутри научного сообщества, сколько взаимоотношений науки и ученого с обществом. Этот круг вопросов часто обозначают как проблему социальной ответственности ученого.

Ответственность ученого

При всей своей современности и актуальности проблема социальной ответственности ученого имеет глубокие исторические корни. На протяжении веков, со времени зарождения научного познания, вера в силу разума сопровождалась сомнением: как будут использованы его творения? Является ли знание силой, служащей человеку, и не обернется ли оно против него? Широко известны слова библейского проповедника Екклезиаста: «...во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь».

Вопросом о соотношении истины и добра задавалась и античная философия. Уже Сократ исследовал связь между знанием и добродетелью, и с тех пор этот вопрос стал одним из вечных вопросов философии, предстающим в самых разных обличьях. Сократ учил, что по природе своей человек стремится к лучшему, а если творит зло, то лишь по неведению, тогда, когда не знает, в чем состоит истинная добродетель. Тем самым познание оказывалось, с одной стороны, необходимым условием благой, доброй жизни, а с другой — одной из главных ее составных частей. Вплоть до нашего времени такая высокая оценка познания, впервые обоснованная Сократом, оставалась и остается в числе основоположений, на которые опирается европейская культура. Сколь бы ни были влиятельны в разные времена истории силы невежества и суеверия, восходящая к Сократу традиция, утверждавшая достоинство и суверенность разума и этически оправдывавшая познание, была продолжена.

Это не значит, впрочем, что сократовское решение вопроса не подвергалось сомнению. Так, уже в новое время, в XVIII веке, Ж. Ж. Руссо выступает с утверждением о том, что развитие науки ни в коей мере не способствует нравственному прогрессу человечества. С особым трагизмом тема соотношения истины и добра прозвучала у А. С. Пушкина, заставившего нас размышлять о том, совместимы ли гений и злодейство...

Таковы лишь некоторые крупицы исторического опыта человеческой мысли, который так необходим сегодня, когда столь остро встали проблемы неоднозначности, а порой и опасности социальных последствий научно-технического прогресса.

Среди областей научного знания, в которых особенно остро и напряженно обсуждаются вопросы социальной ответственности ученого и нравственно-этической оценки его деятельности, особое место занимают генная инженерия, биотехнология, биомедицинские и генетические исследования человека; все они довольно близко соприкасаются между собой. Именно развитие генной инженерии привело к уникальному в истории науки событию, когда в 1975 году ведущие ученые мира добровольно заключили мораторий, временно приостановив ряд исследований, потенциально опасных не только для человека, по и для других форм жизни на нашей планете.

Мораторию предшествовал резкий рывок в исследованиях по молекулярной генетике. Перед учеными открылись перспективы направленного воздействия на наследственность организмов, вплоть до инженерного конструирования организмов с заранее заданными свойствами. Начались обсуждение и даже поиски возможностей практического осуществления таких процессов и процедур, как получение в неограниченных количествах ранее труднодоступных медикаментов (включая инсулин, человеческий гормон роста, многие антибиотики и пр.); придание сельскохозяйственным растениям свойств устойчивости к болезням, паразитам, морозам и засухам, а также способности усваивать азот прямо из воздуха, что позволило бы отказаться от производства и применения дорогостоящих азотных удобрений; избавление людей от некоторых тяжелых наследственных болезней путем замены патологических генов нормальными (генная терапия).

Наряду с этим началось бурное развитие биотехнологии на основе применения методов генной инженерии в пищевой и химической промышленности, а также для ликвидации и предотвращения некоторых видов загрязнения окружающей среды. В невиданно короткие сроки, буквально за несколько лет, генная инженерия прошла путь от фундаментальных исследований до промышленного и вообще практического применения их результатов.

Однако другой стороной этого прорыва в области генетики явились таящиеся в нем потенциальные угрозы для человека и человечества. Даже простая небрежность экспериментатора или некомпетентность персонала лаборатории в мерах безопасности могут привести к непоправимым последствиям. Еще больший вред методы генной инженерии могут принести при использовании их всякого рода злоумышленниками или в военных целях. Опасность обусловлена прежде всего тем, что организмы, с которыми чаще всего проводятся эксперименты, широко распространены в естественных условиях и могут обмениваться генетической информацией со своими «дикими» сородичами. В результате подобных экспериментов возможно создание организмов с совершенно новыми наследственными свойствами, ранее не встречавшимися на Земле и эволюционно не обусловленными.

Такого рода опасения и заставили ученых пойти на столь беспрецедентный шаг, как установление добровольного моратория. Позднее, после того как были разработаны чрезвычайно строгие меры безопасности при проведении экспериментов (в их числе — биологическая защита, то есть конструирование ослабленных микроорганизмов, способных жить только в искусственных условиях лаборатории) и получены достаточно достоверные оценки риска, связанного с проведением экспериментов, исследования постепенно возобновлялись и расширялись. Однако некоторые, наиболее рискованные типы экспериментов до сих пор остаются под запретом.

Тем не менее дискуссии вокруг этических проблем генной инженерии отнюдь не утихли. Человек, как отмечают некоторые их участники, может сконструировать новую форму жизни, резко отличную от всего нам известного, но он не сможет вернуть ее назад, в небытие... «Имеем ли мы право,— спрашивал один из творцов новой генетики, американский биолог, лауреат Нобелевской премии Э. Чаргафф,— необратимо противодействовать эволюционной мудрости миллионов лет ради того, чтобы удовлетворить амбиции и любопытство нескольких ученых? Этот мир дан нам взаймы. Мы приходим и уходим; и с течением времени мы оставляем землю, воздух и воду тем, кто приходит после нас».

Порой в этих дискуссиях обсуждаются достаточно отдаленные, а то и просто утопические возможности (типа искусственного конструирования человеческих индивидов), которые якобы могут открыться с развитием генетики. И накал дискуссий объясняется не столько тем, в какой мере реальны эти возможности, сколько тем, что они заставляют людей во многом по-новому или более остро воспринимать такие вечные проблемы, как проблемы человека, его свободы и предназначения. Далекие перспективы, открываемые генетикой, начинают оказывать влияние на нас уже сегодня, заставляя задуматься, например, над тем, хотим ли мы и должны ли хотеть клонального размножения (получения неограниченного числа генетически идентичных копий) людей. И современным людям приходится более пристально всматриваться в самих себя, чтобы понять, чего они хотят, к чему стремятся и что считают неприемлемым.

И здесь использование средств философского анализа, обращение к многовековому опыту философских размышлений становится не просто желательным, а существенно необходимым для поиска и обоснования разумных и вместе с тем подлинно гуманных позиций при столкновении с этими проблемами в сегодняшнем мире. Это стало предметом особой науки — биоэтики.

Развитие генной инженерии и близких ей областей знания (да и не их одних) заставляет во многом по-новому осмысливать и диалектическую связь свободы и ответственности в деятельности ученых. На протяжении веков многим из них не только словом, но и делом приходилось утверждать и отстаивать принцип свободы научного поиска перед лицом догматического невежества, фанатизма суеверий, просто предубеждений. Ответственность же ученого при этом выступала, прежде всего как ответственность за получение и распространение проверенных, обоснованных и строгих знаний, позволяющих рассеивать мрак невежества.

Сегодня же принцип свободы научного поиска должен осмысливаться в контексте тех далеко не однозначных последствий развития науки, с которыми приходится иметь дело людям. В нынешних дискуссиях по социально-этическим проблемам науки наряду с защитой ничем не ограничиваемой свободы исследования представлена и диаметрально противоположная точка зрения, предлагающая регулировать науку точно так же, как регулируется движение на железных дорогах. Между этими крайними позициями располагается широкий диапазон мнений о возможности и желательности регулирования исследований и о том, как при этом должны сочетаться интересы самого исследователя, научного сообщества и общества в целом.

В этой области еще очень много спорного, нерешенного. Но, как бы то ни было, идея неограниченной свободы исследования, которая была, безусловно, прогрессивной на протяжении многих столетий, ныне уже не может приниматься безоговорочно, без учета социальной ответственности, с которой должна быть неразрывно связана научная деятельность. Есть ведь ответственная свобода — и есть принципиально отличная от нее свободная безответственность, чреватая — при современных и будущих возможностях науки — весьма тяжелыми последствиями для человека и человечества.

Дело в том, что бурный, беспрецедентный, но своим темпам и размаху научно-технический прогресс является одной из наиболее очевидных реальностей нашего времени. Наука колоссально повышает производительность общественного труда, расширяет масштабы производства. Она добилась ни с чем не сравнимых результатов в овладении силами природы. Именно на науку опирается сложный механизм современного развития, так что страна, которая не в состоянии обеспечить достаточно высокие темпы научно-технического прогресса и использования его результатов в самых разных сферах общественной жизни, обрекает себя на состояние отсталости и зависимое, подчиненное положение в мире.

Вместе с тем наука выдвигает перед человечеством немало новых проблем и альтернатив. Еще в недавнем прошлом было принято безудержно восхвалять научно-технический прогресс как чуть ли не единственную опору общего прогресса человечества. Такова точка зрения сциентизма, то есть представления о науке, особенно о естествознании, как о высшей, даже абсолютной социальной ценности.

Сегодня многими столь же безоглядно отрицается гуманистическая сущность развития науки. Распространилось убеждение в том, что цели и устремления науки и общества в наши дни разделены и пришли в неустранимые противоречия, что этические нормы современной науки едва ли не противоположны общечеловеческим социально-этическим и гуманистическим нормам и принципам, а научный поиск давно вышел из-под морального контроля и сократовский постулат «знание и добродетель неразрывны» уже списан в исторический архив.

И надо сказать, что противники сциентизма апеллируют к вполне конкретному опыту современности. Можно ли, вопрошают они, говорить о социально-нравственной роли науки, когда ее достижения используются для создания чудовищных средств массового уничтожения, в то время как ежегодно множество людей умирает от голода? Можно ли говорить об общечеловеческой нравственности ученого, если чем глубже он проникает в тайны природы, чем честнее относится к своей деятельности, тем большую угрозу для человечества таят в себе ее результаты? Разве можно говорить о благе науки для человечества, если ее достижения нередко используются для создания таких средств и технологий, которые ведут к отчуждению, подавлению, оглуплению человеческой личности, разрушению природной среды обитания человека?

Научно-технический прогресс не только обостряет многие из существующих противоречий современного общественного развития, но и порождает новые. Более того, его негативные проявления могут привести к катастрофическим последствиям для судеб всего человечества. Сегодня уже не только произведения писателей-фантастов, авторов антиутопий, но и многие реальные события предупреждают нас о том, какое ужасное будущее ждет людей в обществе, для которого научно-технический прогресс выступает как самоцель, лишается «человеческого измерения».

Значит ли это, однако, что следует согласиться с антисциентизмом, с призывами остановить развитие науки и техники? Отнюдь нет. Если мы сегодня отчетливо убеждаемся в том, что знание далеко не всегда ведет к добродетели, то отсюда никоим образом не вытекает, будто путем к добродетели является невежество. Ж. Ж. Руссо идеализировал неиспорченного цивилизацией человека первобытного общества, который жил якобы в согласии с самим собой и с природой. Подобная идеализация патриархальных устоев прошлого характерна и для многих современных противников научно-технического прогресса. Туман, который застилает их взор, обращенный в прошлое, увы, не позволяет им увидеть тех тягот, лишений, да и просто гнусностей, коих вполне хватало в патриархальной жизни. «Критика науки» игнорирует это.

При всей противоположности позиции сциентизма и антисциентизма заключают в себе и нечто общее. Сциентизму свойственно слепое преклонение перед наукой; враждебность антисциентизма по отношению к науке также замешена на слепом, безотчетном страхе перед ней. Чего не хватает обеим этим позициям и что так необходимо сегодня не только ученому, но и каждому человеку, со всех сторон окруженному порождениями научно-технического прогресса,— это, прежде всего рационального отношения к науке и научному мышлению.

Научно-технический прогресс, как таковой, подобно любому историческому развитию, необратим, и всякие заклинания по этому поводу не в состоянии его остановить. Единственное, что они могут породить, — это накопление и закрепление отсталости, слабо развитости в обществе, где такие заклинания приобретают вес. Но это никоим образом не значит, что людям остается лишь безропотно подчиняться развитию науки и техники, по возможности приспосабливаясь к его негативным последствиям. Конкретные направления научно-технического прогресса, научно-технические проекты и решения, затрагивающие интересы и ныне живущих, и будущих поколений, — вот что требует широкого, гласного, демократического и вместе с тем компетентного обсуждения, вот что люди могут принимать либо отвергать своим волеизъявлением.

Этим и определяется сегодня социальная ответственность ученого. Опыт истории убедил нас, что знание — это сила, что наука открывает человеку источники невиданного могущества и власти над природой. Мы знаем, что последствия научно-технического прогресса бывают очень серьезными и далеко не всегда благоприятными для людей. Поэтому, действуя с сознанием своей социальной ответственности, ученый должен стремиться к тому, чтобы предвидеть возможные нежелательные эффекты, которые потенциально заложены в результатах его исследований. Ведь он благодаря своим профессиональным знаниям подготовлен к такому предвидению лучше и в состоянии сделать это раньше, чем кто-либо другой. Наряду с этим социально ответственная позиция ученого предполагает, чтобы он максимально широко и в доступных формах оповещал общественность о возможных нежелательных эффектах, о том, как их можно избежать, ликвидировать или минимизировать. Только те научно-технические решения, которые приняты на основе достаточно полной информации, можно считать в наше время социально и морально оправданными. Вес это показывает, сколь велика роль ученых в современном мире. Ибо как раз они обладают теми знаниями и квалификацией, которые необходимы ныне не только для ускорения научно-технического прогресса, но и для того, чтобы направлять этот прогресс на благо человека и общества.

Вопрос №33	Метод и методология. Классификация методов научного познания

Теоретическую основу всех форм методологического исследования научного познания в целом составляет материалистическая диалектика, выступающая как логика, теория познания и общая методология научного исследования. Это — философско-гносеологический уровень анализа науки. Его специфика заключается в том, что научное познание рассматривается здесь в качестве элемента более широкой системы — познавательной деятельности в ее отношении к объективному миру, в ее включенности в практически-преобразовательную деятельность человека. Теория познания — не просто общая наука о познании, это философское учение о природе познания.

Гносеология выступает как теоретическое основание различных специально-научных форм методологического анализа, тех его уровней, где исследование научного познания осуществляется уже нефилософскими средствами. Она показывает, что, только понимая познание как формирование и развитие идеального плана человеческой практически-преобразующей деятельности, можно анализировать коренные свойства познавательного процесса, сущность знания вообще и его различных форм, в том числе и научного знания. Вместе с тем в настоящее время не только само научное познание, но и его философско-гносеологическую проблематику невозможно анализировать, не привлекая материал из более специальных разделов методологии науки. Скажем, философский анализ проблемы истины в науке предполагает рассмотрение средств и методов эмпирического обоснования научного знания, специфических особенностей и форм активности субъекта научного познания, роли и статуса теоретических идеализированных конструкций и пр.

Любая форма исследования научного знания (даже если она ориентирована непосредственно на внутренние проблемы специальной науки) потенциально содержит в себе зародыши философской проблематики. Она неявно опирается на предпосылки, которые при их осознании и превращении в предмет анализа, в конечном счете, предполагают определенные философские позиции.

Законы и категории материалистической диалектики как учения о наиболее общих, принципиальных чертах развития всех форм бытия также выступают в качестве итога, суммы, вывода истории познания мира. Эти законы и категории, будучи отражением объективных свойств развития, мира во всем его многообразии, вместе с тем ориентируют и направляют научное познание. Тем самым материалистическая диалектика выступает как философская методология науки. Современная наука изучает объекты, которые по преимуществу являются сложными системами, причем среди них основное место начинают занимать системы, способные к саморазвитию. Поэтому материалистическая диалектика как наиболее полное и всестороннее учение о развитии представляет собой и наиболее адекватную философско-методологическую базу для научных дисциплин, изучающих объекты такого рода.

Одна из основных задач методологического анализа заключается в выявлении и изучении методов познавательной деятельности, осуществляемой в науке, в определении возможностей и пределов применимости каждого из них. В своей познавательной деятельности, в том числе и в научной, люди осознанно или неосознанно используют самые разнообразные методы. Ясно, что осознанное применение методов, основанное на понимании их возможностей и границ, делает, при прочих равных условиях, деятельность человека более рациональной и более эффективной.

Методологический анализ процесса научного познания позволяет выделить два типа приемов и методов исследования. Во-первых, приемы и методы, присущие человеческому познанию в целом, на базе которых строится как научное, так и обыденное знание. К ним можно отнести анализ и синтез, индукцию и дедукцию, абстрагирование и обобщение и т. д. Назовем их условно обще логическими методами. Во-вторых, существуют особые приемы, характерные только для научного познания,— научные методы исследования. Последние, в свою очередь, можно подразделить на две основные группы: методы построения эмпирического знания и методы построения теоретического знания.

Обще логические методы познания

Для того «чтобы действительно знать предмет, надо охватить, изучить все его стороны, все связи и «опосредствования». Поэтому последующее изучение предмета связано с конкретизацией общего представления о нем. Познание постепенно, шаг за шагом, раскрывает внутренние существенные признаки предмета, связи его элементов и их взаимодействие друг с другом. Для того чтобы осуществить эти шаги, необходимо целостный предмет расчленить (мысленно или практически) на составляющие части, а затем изучить их, выделяя свойства и признаки, прослеживая связи и отношения, а также выявляя их роль в системе целого. После того как эта познавательная задача решена, части вновь можно объединить в единый предмет и составить себе конкретно-общее представление, то есть такое представление, которое опирается на глубокое знание внутренней природы предмета. Эта цель достигается с помощью таких операций, как анализ и синтез.

	Анализ — это расчленение целостного предмета на составляющие части (стороны, признаки, свойства или отношения) с целью их всестороннего изучения.

	Синтез — это соединение ранее выделенных частей (сторон, признаков, свойств или отношений) предмета в единое целое.

Объективной предпосылкой этих познавательных операций является структурность материальных объектов, способность их элементов к перегруппировке, объединению и разъединению.

Анализ и синтез являются наиболее элементарными и простыми приемами познания, которые лежат в самом фундаменте человеческого мышления. Вместе с тем они являются и наиболее универсальными приемами, характерными для всех его уровней и форм.

Еще один общелогический прием познания — абстрагирование. Абстрагирование — это особый прием мышления, который заключается в отвлечении от ряда свойств и отношений изучаемого явления с одновременным выделением интересующих нас свойств и отношений. Результатом абстрагирующей деятельности мышления является образование различного рода абстракций, которыми являются как отдельно взятые понятия и категории, так и их системы.

	Индукцией называется такой метод исследования и способ рассуждения, в котором общий вывод строится на основе частных посылок.

	Дедукция — это способ рассуждения, посредством которого из общих посылок с необходимостью следует заключение частного характера.

Основой индукции являются опыт, эксперимент и наблюдение, в ходе которых собираются отдельные факты. Затем, изучая эти факты, анализируя их, мы устанавливаем общие и повторяющиеся черты ряда явлений, входящих в определенный класс. На этой основе строится индуктивное умозаключение, в качестве посылок которого выступают суждения о единичных объектах и явлениях с указанием их повторяющегося признака, и суждение о классе, включающем данные объекты и явления. В качестве вывода получают суждение, в котором признак приписывается всему классу. Так, например, изучая свойства воды, спиртов, жидких масел, устанавливают, что все они обладают свойством упругости. Зная, что вода, спирты, жидкие масла принадлежат к классу жидкостей, делают вывод, что жидкости упруги.

Дедукция отличается от индукции прямо противоположным ходом движения мысли. В дедукции, как это видно из определения, опираясь на общее знание, делают вывод частного характера. Одной из посылок дедукции обязательно является общее суждение. Если оно получено в результате индуктивного рассуждения, тогда дедукция дополняет индукцию, расширяя объем нашего знания.

Но особенно большое познавательное значение дедукции проявляется в том случае, когда в качестве общей посылки выступает не просто индуктивное обобщение, а какое-то гипотетическое предположение, например новая научная идея. В этом случае дедукция является отправной точкой зарождения новой теоретической системы. Созданное таким путем теоретическое знание предопределяет дальнейший ход эмпирических исследований и направляет построение новых индуктивных обобщений.

Аналогия — это такой прием познания, при котором на основе сходства объектов в одних признаках заключают об их сходстве и в других признаках. Так, при изучении природы света были установлены такие явления, как дифракция и интерференция. Эти же свойства ранее были обнаружены у звука и вытекали из его волновой природы. На основе этого сходства X. Гюйгенс заключил, что и свет имеет волновую природу. Подобным же образом Луи де Бройль, предположив определенное сходство между частицами вещества и полем, пришел к заключению о волновой природе частиц вещества.

Умозаключения по аналогии, понимаемые предельно широко, как перенос информации об одних объектах на другие, составляют гносеологическую основу моделирования.

Моделирование — это изучение объекта (оригинала) путем создания и исследования его копии (модели), замещающей оригинал с определенных сторон, интересующих познание.

Модель всегда соответствует объекту — оригиналу — в тех свойствах, которые подлежат изучению, но в то же время отличается от него по ряду других признаков, что делает модель удобной для исследования интересующего нас объекта.

Использование моделирования диктуется необходимостью раскрыть такие стороны объектов, которые либо невозможно постигнуть путем непосредственного изучения, либо невыгодно изучать их таким образом из чисто экономических соображений. Человек, например, не может непосредственно наблюдать процесс естественного образования алмазов, зарождения и развития жизни па Земле, целый ряд явлений микро- и мегамира. Поэтому приходится прибегать к искусственному воспроизведению подобных явлений в форме, удобной для наблюдения и изучения. В ряде же случаев бывает гораздо выгоднее и экономичнее вместо непосредственного экспериментирования с объектом построить и изучить его модель.

Модели, применяемые в обыденном и научном познании, можно разделить на два больших класса: материальные и идеальные. Первые являются природными объектами, подчиняющимися в своем функционировании естественным законам. Вторые представляют собой идеальные образования, зафиксированные в соответствующей знаковой форме и функционирующие по законам логики, отражающей мир.

На современном этапе научно-технического прогресса большое распространение в науке и в различных областях практики получило компьютерное моделирование. Компьютер, работающий но специальной программе, способен моделировать самые различные реальные процессы (например, колебания рыночных цен, рост народонаселения, взлет и выход на орбиту искусственного спутника Земли, химическую реакцию и т. д.). Исследование каждого такого процесса осуществляется посредством соответствующей компьютерной модели.

Научные методы эмпирического исследования

Среди методов научного исследования, как уже отмечалось, различаются методы, свойственные эмпирическому и теоретическому уровням исследования. Общелогические методы применяются на обоих уровнях, но они преломляются через систему специфических для каждого уровня приемов и методов.

Один из важнейших методов эмпирического познания — наблюдение. Под наблюдением понимается целенаправленное восприятие явлений объективной действительности, в ходе которого мы получаем знание о внешних сторонах, свойствах и отношениях изучаемых объектов.

Процесс научного наблюдения является не пассивным созерцанием мира, а особого вида деятельностью, которая включает в качестве элементов самого наблюдателя, объект наблюдения и средства наблюдения. К последним относятся приборы и материальный носитель, с помощью которого передается информация от объекта к наблюдателю (например, свет).

Важнейшей особенностью наблюдения является его целенаправленный характер. Эта целенаправленность обусловлена наличием предварительных идей, гипотез, которые ставят задачи наблюдению. Научное наблюдение в отличие от обычного созерцания всегда оплодотворено той или иной научной идеей, опосредуется уже имеющимся знанием, которое показывает, что наблюдать и как наблюдать.

Наблюдение как метод эмпирического исследования всегда связано с описанием, которое закрепляет и передает результаты наблюдения с помощью определенных знаковых средств. Эмпирическое описание — это фиксация средствами естественного или искусственного языка сведений об объектах, данных в наблюдении.

С помощью описания чувственная информация переводится на язык понятий, знаков, схем, рисунков, графиков и цифр, принимая тем самым форму, удобную для дальнейшей рациональной обработки (систематизации, классификации и обобщения).

Описание подразделяется на два основных вида — качественное и количественное.

Количественное описание осуществляется с применением языка математики и предполагает проведение различных измерительных процедур. В узком смысле слова его можно рассматривать как фиксацию данных измерения. В широком смысле оно включает также нахождение эмпирических зависимостей между результатами измерений. Лишь с введением метода измерения естествознание превращается в точную науку. В основе операции измерения лежит сравнение объектов но каким-либо сходным свойствам или сторонам. Чтобы осуществить такое сравнение, необходимо иметь определенные единицы измерения, наличие которых дает возможность выразить изучаемые свойства со стороны их количественных характеристик. В свою очередь, это позволяет широко использовать в науке математические средства и создает предпосылки для математического выражения эмпирических зависимостей. Сравнение используется не только в связи с измерением. В ряде подразделений науки (например, в биологии, языкознании) широко используются сравнительные методы.

Наблюдение и сравнение могут проводиться как относительно самостоятельно, так и в тесной связи с экспериментом. В отличие от обычного наблюдения в эксперименте исследователь активно вмешивается в протекание изучаемого процесса с целью получить о нем определенные знания. Исследуемое явление наблюдается здесь в специально создаваемых и контролируемых условиях, что позволяет восстанавливать каждый раз ход явления при повторении условий.

Познавательная роль эксперимента велика не только в том отношении, что он дает ответы на ранее поставленные вопросы, но и в том, что в ходе его возникают новые проблемы, решение которых требует проведения новых опытов и создания новых экспериментальных установок.

Научные методы теоретического исследования

В связи с математизацией науки в ней все шире используется особый прием теоретического мышления — формализация.

Этот прием заключается в построении абстрактно-математических моделей, раскрывающих сущность изучаемых процессов действительности. При формализации рассуждения об объектах переносятся в плоскость оперирования со знаками (формулами). Отношения знаков заменяют собой высказывания о свойствах и отношениях предметов. Таким путем создается обобщенная знаковая модель некоторой предметной области, позволяющая обнаружить структуру различных явлений и процессов при отвлечении от качественных характеристик последних. Вывод одних формул из других по строгим правилам логики и математики представляет формальное исследование основных характеристик структуры различных, порой весьма далеких по своей природе явлений.

Особенно широко формализация применяется в математике, логике и современной лингвистике.

Специфическим методом построения развитой теории является аксиоматический метод. Впервые он был применен в математике при построении геометрии Евклида, а затем, в ходе исторического развития знаний, стал применяться и в эмпирических науках. Однако здесь аксиоматический метод выступает в особой форме гипотетико-дедуктивного метода построения теории. Рассмотрим, в чем состоит сущность каждого из названных методов.

При аксиоматическом построении теоретического знания сначала задается набор исходных положений, не требующих доказательства (по крайней мере, в рамках данной системы знания). Эти положения называются аксиомами, или постулатами. Затем из них по определенным правилам строится система выводных предложений. Совокупность исходных аксиом и выведенных на их основе предложений образует аксиоматически построенную теорию.

Аксиомы — это утверждения, доказательства, истинности которых не требуется. Логический вывод позволяет переносить истинность аксиом на выводимые из них следствия. Следование определенным, четко зафиксированным правилам вывода позволяет упорядочить процесс рассуждения при развертывании аксиоматической системы, сделать это рассуждение более строгим и корректным.

В отличие от математики и логики в эмпирических науках теория должна быть не только непротиворечивой, но и обоснованной опытным путем. Отсюда возникают особенности построения теоретических знаний в эмпирических науках. Специфическим приемом такого построения и является гипотетико-дедуктивный метод, сущность которого заключается в создании системы дедуктивно связанных между собой гипотез, из которых в конечном счете выводятся утверждения об эмпирических фактах.

Этот метод в точном естествознании начал использоваться еще в XVII веке, но объектом методологического анализа он стал сравнительно недавно, когда начала выясняться специфика теоретического знания по сравнению с эмпирическим исследованием.

Развитое теоретическое знание строится не «снизу» за счет индуктивных обобщений научных фактов, а развертывается как бы «сверху» по отношению к эмпирическим данным. Метод построения такого знания состоит в том, что сначала создается гипотетическая конструкция, которая дедуктивно развертывается, образуя целую систему гипотез, а затем эта система подвергается опытной проверке, в ходе которой она уточняется и конкретизируется. В этом и заключается сущность гипотетико-дедуктивного развертывания теории.

Дедуктивная система гипотез имеет иерархическое строение. Прежде всего, в ней имеются гипотеза (или гипотезы) верхнего яруса и гипотезы нижних ярусов, которые являются следствиями первых гипотез.

В борьбе конкурирующих исследовательских программ побеждает та, которая наилучшим образом вбирает в себя опытные данные и дает предсказания, являющиеся неожиданными с точки зрения других программ.

Задача теоретического познания состоит в том, чтобы дать целостный образ исследуемого явления. Любое явление действительности можно представить как конкретное переплетение самых различных связей. Теоретическое исследование выделяет эти связи и отражает их с помощью определенных научных абстракций. Но простой набор таких абстракций не дает еще представления о природе явления, о процессах его функционирования и развития. 

Такой прием исследования называется методом восхождения от абстрактного к конкретному. Применяя его, исследователь вначале находит главную связь (отношение) изучаемого объекта, а затем, шаг за шагом прослеживая, как она видоизменяется в различных условиях, открывает новые связи, устанавливает их взаимодействия и таким путем отображает во всей полноте сущность изучаемого объекта.

Исторический и логический методы исследования

Особые приемы исследования применяются при построении теоретических знаний о сложных исторически развивающихся объектах. Такие объекты чаще всего не могут быть воспроизведены в опыте. Например, невозможно в опыте воспроизвести историю становления Вселенной, происхождения жизни, возникновения человека.

Но тогда возникает вопрос, возможна ли вообще теория таких уникальных объектов?

Ответ на этот вопрос и приводит нас к выявлению специфических приемов построения теоретических знаний об исторически развивающихся объектах, диалектики соотношения исторических и логических методов исследования.

В основе исторического метода лежит изучение реальной истории в ее конкретном многообразии, выявление исторических фактов и на этой основе такое мыслительное воссоздание исторического процесса, при котором раскрывается логика, закономерность его развития.

Логический же метод выявляет эту закономерность иным способом: он не требует непосредственного рассмотрения хода реальной истории, а раскрывает ее объективную логику путем изучения исторического процесса на высших стадиях его развития. Объективной основой такого способа исследования является следующая особенность сложных развивающихся объектов: на высших стадиях развития они сжато воспроизводят в своей структуре и функционировании основные черты своей исторической эволюции. Эта особенность ярко прослеживается, например, в биологической эволюции, где высокоразвитые организмы на стадии эмбрионального развития повторяют основные черты всего хода эволюции, приведшего к появлению этих организмов (онтогенез «повторяет» филогенез). Исторический метод дал впечатляющие результаты в эволюционном учении Ч. Дарвина.

И логический, и исторический методы выступают как приемы построения теоретических знаний. Ошибочно отождествлять исторический метод с эмпирическим описанием, а статус теоретического приписывать только логическому методу. При любом способе анализа исторически развивающегося объекта предполагается эмпирическая база: факты реальной истории и факты, фиксирующие особенности структуры и функционирования изучаемого процесса на высших стадиях развития. На этой основе выдвигаются гипотезы, которые проверяются фактами и превращаются в теоретическое знание о закономерностях исторического процесса.

Вопрос №34	Философия техники

Хотя техника является настолько же древним явлением, как и само человечество, а поэтому так или иначе она попадала в поле зрения философов, как самостоятельная философская дисциплина, философия техники возникла лишь в ХХ столетии.

C конца сороковых годов ХХ века началось обсуждение философских вопросов техники. До немецкого философа М. Хайдеггера техника оценивалась только положительно, как последнее, эффективное орудие, способствующее «триумфальному шествию Разума и Добра». Хайдеггер сделал сенсационное заявление: он первым увидел в технике величайшую опасность для человека, поскольку человек «выдан» технике, «затребован» ею.

Ярко и наглядно ужас человека перед технической мощью показал Аурелио Печчеи, создатель всемирно известной организации - Римского клуба - объединившего ученых, исследующих так называемые глобальные проблемы современности, т.е. те процессы, которые угрожают будущему человеческой цивилизации. В книге «Человеческие качества» А. Печчеи отмечал: «Истоки этой почти зловещей благоприобретенной мощи человека лежат в комплексном воздействии всех... изменений, а их своеобразным символом стала современная техника. Еще несколько десятилетий назад мир человека можно было - в весьма упрощенном виде, разумеется, - представить тремя взаимосвязанными, но достаточно устойчивыми элементами. Этими элементами были Природа, сам Человек и Общество. Теперь в человеческую систему властно вошел четвертый и потенциально неуправляемый элемент - основанная на науке Техника ... Так что человек уже не в состоянии не только контролировать эти процессы, но даже просто осознавать и оценивать последствия всего происходящего.» (Печчеи А. Человеческие качества. М.,1985. С.68.).

Современная социальная философия изучает следующие вопросы, связанные с техникой:

Что такое техника как феномен?

Каковы формы и пределы ее воздействия на человеческое бытие?

В чем общественная обусловленность техники?

Техника - это благо или зло для человека и всей цивилизации?

Для того, чтобы разобраться в том, что такое философия техники и что такое техника как уникальное, единственное в своем роде явление, которое изучает философия, осуществим краткий экскурс в историю.

Независимо от того, с какого момента отсчитывать начало науки, о технике можно сказать определенно, что она возникла вместе с возникновением Homo sapiens и долгое время развивалась независимо от всякой науки. Это, конечно, не означает, что ранее в технике не применялись научные знания. Но во-первых, сама наука не имела долгое время особой дисциплинарной организации, и, во-вторых, она не была специально ориентирована на сознательное использование создаваемых ею знаний в технической сфере. Рецептурно-техническое знание достаточно долго противопоставлялось научному знанию, об особом научно-техническом знании вообще вопрос не ставился. «Научное» и «техническое» принадлежали фактически к различным культурным ареалам. В более ранний период развития человеческой цивилизации и научное, и техническое знание были органично вплетены в религиозно-мифологическое мировосприятие и еще не отделялись от практической деятельности.

Первым, кто внес в заглавие своей книги словосочетание «Философия техники», был немецкий философ Эрнст Капп. Его книга «Основные направления философии техники. К истории возникновения культуры с новой точки зрения» вышла в свет в 1877 году. Несколько позже другой немецкий философ Фред Бон одну из глав своей книги «О долге и добре» (1898 г.) также посвятил «философии техники». В конце ХIХ века российский инженер П.К. Энгельмейер формулирует задачи философии техники в своей брошюре «Технический итог ХIХ века» (1898 г.). Однако только в ХХ веке техника, ее развитие, ее место в обществе и значение для будущего человеческой цивилизации становится предметом систематического изучения. Не только философы, но и сами инженеры, начинают уделять осмыслению техники все большее внимание. Особенно эта тематика обсуждалась на страницах журнала Союза германских дипломированных инженеров «Техника и культура» в 30-е годы. Можно сказать, что в этот период в самой инженерной среде вырастает потребность философского осознания феномена техники. Часто попытки такого рода осмысления сводились к исключительно оптимистической оценке достижений и перспектив современного технического развития. Одновременно в гуманитарной среде росло критическое отношение к ходу технического прогресса в современном обществе и внимание привлекалось прежде всего к его отрицательным сторонам. 

Таким образом, философия техники, с позиций широкого исторического контекста, исследует феномен техники в целом и ее место в общественном развитии. 

Что же такое техника? Она представляет собой:

совокупность технических устройств - от отдельных простейших орудий до сложнейших технических систем;

совокупность различных видов технической деятельности по созданию этих устройств - от научно-технического исследования и проектирования до их изготовления на производстве и эксплуатации, от разработки отдельных элементов технических систем до системного исследования и проектирования;

совокупность технических знаний - от специализированных рецептурно-технических до теоретических научно-технических и системотехнических знаний.

Как же философы оценивают современную технику? Прежде всего, они констатируют, что на протяжении последнего столетия технику либо прославляли, либо презирали, либо взирали на нее с ужасом. Почти исчез «прометеевский восторг» (выражение известного немецкого философа К. Ясперса) перед техникой, хотя дух изобретательства это не парализовало. «Детская радость» перед техникой стала уделом «примитивных народов» (выражения того же Ясперса). Вместе с тем, техника открывает перед человеком новый мир, новые возможности существования в нем. Сравним, например, возможности изучения иностранного языка с помощью книг-самоучителей и с помощью компьютерных лазерных дисков. Или подготовку рукописи книги с помощью шариковой ручки и компьютерного редактора текстов. Как говорится, комментарии излишни.

Техника дает человеку поистине огромное расширение реального видения мира. Не удивительно, что сейчас, как никогда прежде, бурно развивается астрономия, опирающаяся на достижения современной науки. Благодаря транспорту человек преодолевает пространственные ограничения.

Техника открыла перед человеком новый мир - мир дизайна. Технический объект должен быть уже не просто целесообразным, как это требовалось от него в прошлом. Он должен гармонично войти в интерьер человеческого жилища и при этом отвечать возросшим требованиям безопасности пользования им.

Современная техника оказала воздействие на все сферы жизни общества: революционные изменения претерпела сфера материального производства; даже по сравнению с первой половиной ХХ века, значительно изменилась социальная структура развитых стран мира; сложное и противоречивое, далеко не всегда положительное воздействие оказала современная техническая цивилизация на политические системы большинства стран мира; получили развитие новые виды искусства и т. д. Техника коснулась всех сфер жизни. Она существенно изменила самого человека, своего творца и ... заложника.







1