И.В.Мичурин

В  6—8 километрах в северо-восточном направлении от древнего русского городка Пронска, Рязанской области, в долине реки Прони, среди лесов и перелесков, расположена группа деревень: Долгое-Мичуровка, Юмашево, Алабино, Биркиновка. В середине XIX века здесь проживала многочисленная семья мелкопоместных дворян Мичуриных, владевших небольшими (по 30—50 десятин) участками земли. Здесь-то, в лесной даче «Вершина», близ деревни Долгое-Мичуровка, 28 (15) октября 1855 г. родился Иван Владимирович Мичурин. Отец Мичурина, Владимир Иванович, получив домашнее образование, служил некоторое время на Тульском оружейном заводе в качестве приемщика оружия. Женившись против воли родителей на девушке «простого сословия», он вскоре вышел в отставку в чине губернского секретаря и поселился навсегда в своем маленьком поместье «Вершина», где с большим увлечением занимался садоводством и пчеловодством. Будучи связанным с Вольным экономическим обществом, распространявшим тогда в России наиболее прогрессивные сельскохозяйственные идеи, Владимир Иванович получал литературу, семена лучших сельскохозяйственных культур, вел пропаганду передовых способов ведения сельского хозяйства и слыл за просвещенного человека своей округи. В осенне-зимнюю пору Владимир Иванович обычно занимался обучением у себя на дому крестьянских детей грамоте. Такова была обстановка, в которой протекали детские и отроческие годы Мичурина. Когда мальчику исполнилось 4 года, мать его, Мария Петровна, отличавшаяся слабым здоровьем, заболела горячкой и умерла в тридцатитрехлетнем возрасте. Лишенный присмотра матери, мальчик тянулся к отцу — в сад, на пасеку, к посевам, посадкам и прививкам. Рано пробудились в нем любовь и пытливое отношение к живой, вечно развивающейся природе, которые резко отличали маленького Мичурина от его сверстников. Маленький Мичурин отличался необычайной наблюдательностью и стремлением к знанию. В дошедшем до нас редком документе,—небольшом дневничке, помеченном 1869 годом, — мы находим записи тринадцатилетнего Мичурина, изучающего «опыт метеорологических предсказаний за 100 лет от 1868 до 1968 гг.». Этот «опыт», выписанный, по-видимому, из какого-то календаря тех времен, говорит уже о многом. В твердом, совершенно четком почерке, в зарисовках созвездий и планет, которыми подросток Мичурин сопровождает свои выписки, уже чувствуется непреодолимое желание заниматься естественными науками. Подростка-метеоролога интересуют не одни только фазы планет и не планеты сами по себе, «которые управляют, — как у него записано, — этими годами», а условия климата, характер цветения, размеры урожайности — вот какие слова мелькают на пожелтевших страничках его дневничка, пролежавшего около восьмидесяти лет. Копать, сажать, сеять, собирать плоды и семена мальчик предпочитал обычным детским играм и развлечениям. Но более всего его интересовали семена, их он собирал из лучших по величине и вкусу плодов и ягод. 

Учась дома, а затем в Пронском уездном училище, он весь свой досуг, все каникулярное время посвящает работе в саду. Еще в детстве он в совершенстве овладевает различными способами прививки растений; в восьмилетнем возрасте он мастерски производит окулировку, копулировку, аблактировку. В училище Мичурин выделялся своим прилежанием и способностями. На развитие у подростка Мичурина наклонностей к растениеводству, несомненно, оказали влияние его отец и тетка, Татьяна Ивановна, являвшиеся страстными садоводами; влияли, конечно, и богатые природные условия «Вершины». Доставшаяся Владимиру Ивановичу, по разделу с братьями и сестрами, «Вершина» представляла собой небольшую, в пятьдесят длинников, лесостепную дачу, омываемую с юго-востока речкой Вязовкой и окруженную высокими зелеными холмами. Тяга к природе была настолько сильна у Мичурина, что по субботам, когда можно было на две ночи уехать домой, не дожидаясь подводы из «Вершины», он уходил домой пешком, даже во время половодья. Юный натуралист знал в окрестностях «Вершины» каждый куст; он первым приносил вести о начале пробуждения любимого обитателями усадьбы растения, о распускании цветка, созревании ягод, появлении грибов. 

По окончании Мичуриным Пронского уездного училища, 19 июня 1872 г., отец готовит сына по курсу гимназии к поступлению в Петербургский лицей. Но как раз в то время, когда юный Мичурин мечтал о высшем образовании, но отец его неожиданно тяжело заболел. Вслед затем обнаружилось, что поместье заложено, перезаложено и должно пойти на уплату долгов. Наступило полное разорение. Тетка его, Татьяна Ивановна, готовая пожертвовать для него всем, едва-едва существовала сама. Дядя, Лев Иванович, помог лишь определиться Мичурину в Рязанскую губернскую гимназию, в остальном он равнодушно относился к больному брату и племяннику. Однако, поступив в гимназию, Мичурин недолго в ней проучился и вскоре он был исключен «за непочтительность» к начальству: здороваясь на улице с директором гимназии, гимназист Мичурин из-за сильного мороза и болезни уха не успел снять перед ним шапки. 

В конце того же 1872 г. И. В. Мичурин получил место коммерческого конторщика товарной конторы станции Козлов, Рязано-Уральской железной дороги с месячным окладом в 12 рублей. В 1874 г. Мичурин занимает должность товарного кассира, а затем и одного из помощников начальника той же станции. Однако служба на железной дороге не заглушила в нем всепоглощающего стремления посвятить свою жизнь любимому с детства делу. 

Будучи еще в должности помощника начальника станции, Иван Владимирович встретил Александру Васильевну Петрушину, дочь рабочего винокуренного завода, на которой вскоре женился. Вскоре родились дети: сын Николай и дочь Мария.  

Жена Мичурина, энергичная и небоящаяся тяжелого труда женщина, ее сестра, Анастасия Васильевна, а впоследствии дочь Мария Ивановна и племянница жены А. С. Платенкина (в замужестве Тихонова) составили новую семью Мичурина. Они были прекрасными помощниками великого естествоиспытателя и безропотно делили с ним изнурительный труд и все тяготы жизни.  

Материальное положение Ивана Владимировича и Александры Васильевны в то время было самым плачевным. С потерей Мичуриным места помощника начальника станции молодые супруги испытывали крайнюю нужду, близкую к нищете. Но именно здесь-то и проявилась железная выдержка Мичурина. С детства мечтая о садоводстве, он становится на путь борьбы за ее осуществление. Еще в бытность свою помощником начальника станции Иван Владимирович изучил устройство телеграфных и сигнальных аппаратов, станционных часов, и теперь, чтобы хоть немного увеличить свой заработок, он открыл в городе, при своей квартире, часовую мастерскую. Скромный конторщик и часовщик усиленно готовился к своей будущей деятельности естествоиспытателя. И когда приходил редкий досуг, он использовал его для изучения географического распространения плодовых растений, изучения ботаники, для знакомства с каталогами лучших плодовых фирм мира. Не имея ни земли, ни средств, ни времени, Мичурин, тем не менее, уже тогда знал наперечет сортимент плодовых растений в наиболее важных питомниках мира. Особенно глубоко изучал Мичурин состояние отечественного садоводства, его сортимент, его нужды. Но чем глубже, чем детальнее изучал Мичурин наше русское садоводство, тем больше убеждался в его крайней отсталости, тем сильнее росло в нем желание посвятить себя делу его прогрессивного улучшения.

Характерно то, что в России, вплоть до 1915 г. (когда впервые была учреждена кафедра по плодоводству в Петровской, ныне Сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева), не было ни одного высшего учебного заведения, которое готовило бы квалифицированных специалистов по садоводству. Как теория, так и практика русского садоводства того времени нуждались в революционном преобразовании. Эту миссию смело взял на себя одинокий исследователь И. В. Мичурин. Уже в эти годы (1875—1877) Иван Владимирович задумывается над вопросом улучшения и пополнения сортимента плодовых растений средней и северной России.

Для постановки опытов И. В. Мичурин  арендовал за 3 руб. в месяц пустующую городскую усадьбу, площадью в 130 кв. саженей с небольшой частью запущенного садика. На этом клочке земли начиналось замечательное дело улучшения растений. Мичурин пришел к выводу, что: «Использование растений в том виде, как они есть в природе, может принести мало пользы. Их надо улучшать, перестраивать, наделять полезными качествами, уничтожать их отрицательные свойства». В результате неутомимых поисков Иван Владимирович собрал огромную в 600 с лишним видов коллекцию различных плодово-ягодных растений, которые густо заселили арендуемый им участок. Страшная теснота на участке грозила прекращением работ и гибелью части растений, а денег на приобретение нового участка не было. Но в начале осени Мичурин переходит на квартиру в доме Лебедевых, на Московской улице. При доме имелась усадьба с садом. По свидетельству современника Мичурина И. А. Горбунова, через два года Иван Владимирович приобрел с помощью банка этот дом, вместе с усадьбой, но отсутствие средств и большие долги вынудили его тут же заложить участок и дом сроком на 18 лет. На этой усадьбе были выведены первые мичуринские сорта: малина Коммерция (сеянец Колоссальной Шефера), вишни: Гриот грушевидный, мелколистая, полукарликовая. Сюда была перенесена вся коллекция растений с усадьбы Горбуновых. Но через несколько лет и эта усадьба оказалась настолько переполненной растениями, что вести на ней опытную работу не было никакой возможности. 

В начале осени 1887 г. Мичурин узнал, что священник пригородной слободы Панское, Ястребов, продает участок земли в семи километрах от города у слободы Турмасово, под «Кручью», на берегу реки Лесной Воронеж. Осмотрев этот участок, Мичурин остался им очень доволен, хотя из 12 десятин участка в дело могла пойти лишь половина, так как другая половина была под рекой и обрывом. И 26 мая 1888 г. желанная покупка земли, наконец, состоялась.  Иван Владимирович перенес на приобретенный участок ценнейшие сеянцы, которые находились в городском рассаднике, и заложил коммерческий питомник — в дальнейшем единственный источник средств для ведения опытного дела. Все это было сделано личным трудом Мичурина и членов его семьи. Они даже не имели возможности нанять подводу для перевозки растений с городского участка и носили их за 7 км на своих плечах. При подобных условиях нечего было и думать о постройке на новом участке жилища, и вся семья жила два сезона в шалаше.

Прошло пять лет. На месте запущенного пустыря зеленели стройные гряды гибридных сеянцев яблонь, груш, слив, черешен, вишен, ягодники; тут же были вкраплены впервые появившиеся в Козлове абрикосы, персики, виноград, тутовое дерево, маслина, желтый папиросный табак. В самом центре участка был построен домик, утопающий в зелени. Это было низенькое, маленькое, напоминающее скорее амбар, строение. Здесь жил Мичурин и его семья.

 После страшного опустошения, нанесенного южным и западноевропейским сортам нашей «русской зимой», Иван Владимирович окончательно убеждается в безуспешности испробованного им метода акклиматизации старых сортов путем прививки и решает продолжать свои работы по выведению сортов плодово-ягодных растений наиболее верным путем, путем искусственного скрещивания и направленного воспитания гибридов. Долголетняя борьба Мичурина за создание нового, улучшенного сортимента, за продвижение плодоводства на север, смелые поиски наиболее действенных методов выведения новых сортов, выносливых к суровому климату и сочетающих эту выносливость с высокими качествами плодов, привели его, после ряда разочарований и ошибок, к правильной оценке гибридизации растении. В те годы это было смелым новаторством. Он разрабатывает вопрос об отдаленной гибридизации.Эта идея о скрещивании представителей различных видов и даже родов зародилась у Мичурина еще в начале 90-х годов прошлого столетия. И, если вопрос о гибридизации, как методе выведения новых сортов, сам по себе в те времена вызывал почти всеобщее недоверие и отрицание, то отдаленное скрещивание было смелым вызовом современной Мичурину науке и особенно тем ее представителям, которые отвергали Дарвина. Скрещивая растения, Иван Владимирович получал наиболее удачное сочетание положительных признаков у гибрида именно в тех случаях, когда родителями этого гибрида были географически отдаленные по своему местообитанию и сравнительно далекие по своему родству формы растений. Такие гибриды легче других приспосабливались к суровым условиям средней полосы России, где жил и работал Иван Владимирович. Увлеченный открывшимися перед ним перспективами, Мичурин строил широкие планы гибридизационных работ.

 В 1893—1896 гг., когда в мичуринском питомнике уже имелись тысячи гибридных сеянцев сливы, черешни, абрикоса и винограда, Иван Владимирович приходит к новой мысли, приведшей к большим и важным последствиям в его работах. Он обнаруживает, что почва питомника, представляющая собой мощный чернозем, является слишком жирной и «балует» гибриды, делая их менее холодостойкими. Для Мичурина это означало ликвидацию Турмасовского участка, беспощадное уничтожение всех сомнительных в своей холодостойкости гибридов и поиски нового, более подходящего участка земли. Пришлось начинать почти всю работу по созданию питомника заново. При всем мизерном бюджете Мичурина надо было, за счет новых лишений, изыскивать средства, чтобы начать новый этап своих исследовательских работ.

Ученый-энтузиаст воспринимает опыт прошлых лет как неопровержимое доказательство огромного влияния, оказываемого климатическими и почвенными условиями на формирование нового растительного организма, нового сорта и его качеств. Иван Владимирович решает переменить место своей зеленой лаборатории, порвать с Турмасовским участком. После долгих поисков он находит, наконец, в окрестностях Коз в долине реки Лесной Воронеж, клочок заброшенной земли площад 12 десятин. Продав в 1899 г. землю и сломав свой домишко, Мичурин с семьей переехал на зиму в слободу Донское, а летом 1900 г., пока строился вый дом, провел в наскоро сколоченном сарае. К великому огорчению Ивана Владимировича, перенесение питомника на новое место окончилось потерей значительной части замечательной коллекции исходных форм гибридов. Но, несмотря на это, он сделал важный вывод: «При воспитании сеянцев при суровом режиме, тощей почве, хотя и меньшее число их было с культурными качествами, зато они были вполне стойкими к морозу».Таким образом, Мичурин нашел, наконец, то, что он искал много лет. В дальнейшем именно этот участок стал основным отделением Центральной генетической лаборатории его имени. И сам он работал здесь до конца жизни.

 К 1905 году Мичуриным уже был выведен ряд выдающихся сортов яблонь: Антоновка полуторафунтовая, Кандиль-китайка, Ренет бергамотный, Парадокс, Шафран северный осенний; груш: Бере зимняя Мичурин;

Бере победа, Бергамот Новик, Суррогат сахара; слив: Ренклод рсформг Терн сладкий; виноград: Северный белый и Северный черный и др. Но Официальная наука упорно не желала признавать Мичурина.

       1915 год принес ему большое несчастье, которое едва окончательно не разрушило все надежды на дальнейшую исследовательскую работу. Ранней весной разбушевавшаяся река вышла из берегов и затопила питомник. Наступившие затем сильные морозы и быстрый спад воды похоронили под обломками льда всю школу двухлеток. При этом погибли и многие ценные гибриды. Вслед за первым ударом последовал второй, еще более ужасный. Летом в Козлове свирепствовала эпидемия холеры, от которой умерла жена Мичурина, Александра Васильевна.

 18 ноября 1918 г. Народный комиссариат земледелия принял питомник Мичурина в свое ведение и утвердил его в должности заведующего, с правом приглашения себе помощника и необходимого штата по своему усмотрению для более широкой постановки дела.  

  В 1920 г. Мичурин приглашает к себе на работу в качестве старшего помощника И. С. Горшкова, работавшего в то время в Козлове в качестве уездного специалиста по садоводству, который приступает к расширению базы для экспериментальных работ Ивана Владимировича. В январе 1921 г. организует отделение питомника на землях бывшего Троицкого монастыря, расположенного в пяти километрах от усадьбы и питомника И. В. Мичурина. К этому времени Иваном Владимировичем было выведено свыше 150 новых гибридных сортов, среди которых насчитывалось: яблонь 45 сортов; груш—20; вишен—13; слив (среди них три сорта Ренклодов)—15; черешен — 6; крыжовника —1; земляники — 1; актинидии — 5; рябины—3; грецкого ореха — 3; абрикоса — 9; миндаля —2; айвы — 2; винограда—8;смородины—6; малины—4; ежевики—4; шелковицы (ту то вое дерево)—2;ореха (фундук) — 1; томатов — 1; лилии — 1; белой акации — 1. В 1921 г. на уездной выставке, организованной земельным отделом, впервые широко демонстрируются достижения Мичурина и его яблоки, зимние груши, сливы, виноград.  

 В связи с общим ростом материальной базы и числа научных работников, питомник резко увеличил масштаб научно-исследовательской деятельности. Количество комбинаций в скрещиваниях дошло до 800, а количество скрещиваний - до 100 тысяч. В обоих отделениях питомника уже имелись обширные участки с 30 тысячами новых гибридов: яблонь, груш, вишен, черешни, сливы, персика, абрикоса, алычи, винограда, грецкого ореха, фундука,  каштана, шелковицы, малины, ежевики, крыжовника, смородины, клубники и других растений, выведенных Мичуриным и его помощниками.  

В 1928 г. питомник был переименован в селекционно-генетическую станцию плодово-ягодных культур им. И. В. Мичурина. К этому времени станция уже представляла крупнейший центр научного плодоводства. Осенью 1929 г. была  осуществлена давняя мечта Мичурина - в Козлове был открыт первый в стране техникум селекции плодово-ягодных культур. Ему присвоено имя Мичурина.  Был выпущен из печати первый том трудов Мичурина «Итоги полувековых работ», освещающий методику его селекционной работы.

В конце февраля 1935 года здоровье И. В. Мичурина резко ухудшилось. Врачи обнаружили у него рак малой кривизны желудка, но несмотря на тяжелое состояние, И.В. Мичурин до последнего дня своей жизни не переставал работать. Он умер 7 июня 1935 года в возрасте 80-и лет.

 

 

 

 

 





Доклад по биологии

       на тему:

«Жизнь и деятельность

       И.В. Мичурина».





                                                       Ученицы 10 класса

                                                       Школы № 777

                                                       Федотовой Елены.



                  Г. Москва, 2002 год.