Критерий истины

2



ФИНАНСОВАЯ АКАДЕМИЯ ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ





Кафедра философии











Проблема критерия истины



Реферат



















Студентки группы М 1-3						Аникиной Г. А.

Научный руководитель					доц. Кишлакова Н. М.















Москва - 2001

План



I Вступление



II Основная часть:

	

Важность проблемы критерия истины

Эволюция понятия критерия истины до марксизма

Практика как критерий истины

Новейшие тенденции в развитии вопроса о критерии истины: XX век



III Заключение









































Вступление



Для своего реферата по философии я выбрала тему «Критерий истины» и этот выбор был не случаен. В любые времена человек пытается определить для себя, что такое истина и я, естественно, не исключение. Сколько раз я пыталась определить правдивость, истинность того или иного суждения, высказывания и столько же раз сталкивалась со сложностью этого вопроса. Именно по тому, что проблема истины, а точнее её критерия, так насущна и важна, я решила обратиться к мнению различных учёных, представляющих разные философские школы. Проблема истинности знания, критерии истины издавна интересовала выдающиеся умы. Да и сейчас без решения для себя этой проблемы не обходится ни одна область знания, независимо от того, опирается ли она на так называемые аксиомы или на непрерывно  изменяющиеся и уточняющиеся основания.

Безусловно, я не ставила своей задачей изложить в данной работе все имеющиеся мнения по вопросу критерия истины, но хотела показать наиболее важные именно по моему мнению.

Во время подготовки к написанию реферата я старалась ознакомиться с работами разных авторов, но, к сожалению, во многих случаях пришлось довольствоваться комментариями к их трудам, к примеру, мне очень помогла работа З. Г. Антипенко «Диалектика истины и красоты в философском наследии Платона и Аристотеля», книга Н. К. Вахтомина «Теория  научного  знания Эммануила Канта». Я прочла выдержки их работы Ж. Маритена «Об истине» и ознакомилась с некоторыми главами книги Хайдеггера «О сущности истины», изложенными в журнале «Вопросы философии». Данные по марксистской теории и по современным концепциям я получила из компьютерной сети Internet. 

Важность проблемы критерия истины

Само понятие «истина» является одной из важнейших категорий гносеологии как науки о взаимосвязи между субъектом и объектом. Действительно, одно из наиболее простых определений истины - это определение её  как соответствия субъективного знания об объекте самому объекту, то есть истина - это адекватное знание об объекте. Такая концепция истины называется классической и является наиболее древней и вместе с тем самой простой. К примеру, ещё Платону принадлежит следующая характеристика понятия истины “... тот, кто говорит о вещах в соответствии с тем, каковы они есть, говорит истину, тот же, кто говорит о них иначе, - лжет...”. Аналогичным образом характеризует понятие истины и Аристотель в своей работе “Метафизика”: “... говорить о сущем, что его нет, или о не-сущем, что оно есть, - значит говорить ложное; а говорить о том, что сущее есть и не-сущее не есть, - значит говорить истинное”.

Важно отметить, что для сторонников классической концепции истины характерно убеждение в том, что определяемая её цель - соответствие мыслей действительности - может быть достигнута сравнительно просто, то есть имеется некоторый интуитивно ясный и не вызывающий сомнений критерий, позволяющий установить, соответствуют мысли реальности или нет. Это убеждение основывается на вере в возможность приведения мыслей в простое однозначное соответствие с действительностью. Однако совсем не очевидно, что у человека действительно присутствует такая возможность; напротив, это скорее недостижимый идеал познавательного процесса. 

В реальности человек в процессе познания постоянно сталкивается с большим количеством проблем, само существование которых опровергает классическую концепцию истины, как-то:

Проблема природы познаваемой реальности и субъективности мышления. Человек в своем познании непосредственно имеет дело не с объективным миром “самим по себе”, а с миром в том его виде, как он им чувственно воспринимается и осмысливается. То есть в человеческом понимании истины изначально заложена субъективность, а из этого утверждения появляются различные вопросы, например: разные люди мыслят по разному – значит ли это, что и истина у всех разная? Может ли быть такое, что для какого-то количества людей понимание истины общее? И, естественно, как достичь этой общности и необходимо ли это? 

Проблема характера соответствия мыслей реальности. Классическая концепция истины в ее “наивной” форме рассматривает это соответствие как простое копирование реальности мыслями. Исследования соответствия знаний действительности показывают, однако, что это соответствие не является простым и однозначным. Ведь всегда есть свойства предмета, которые, возможно, люди просто не могут понять непосредственно. Наши знания о таких свойствах сводятся лишь к показанию приборов, но разве это является абсолютным копированием реальности? Значит, такой очевидности, о которой говорят приверженцы классической теории, может и не быть.

Относительность и абсолютность истины. По моему мнению, каждый человек в своём суждении об истине всё же сугубо 

субъективен, и поэтому необходимо разграничивать понятие общей, иными словами, абсолютной истины от понятия истины каждого конкретного индивида. А в классической теории такое разграничение фактически отсутствует.

Так что же такое относительная истина? Пожалуй, её можно охарактеризовать, как знание, которое приблизительно и неполно воспроизводит объективный мир. Именно приблизительность и неполнота - специфические свойства относительной истины. Если мир представляет собой систему взаимосвязанных элементов, то отсюда можно сделать вывод о том, что любое знание о мире, абстрагирующееся от некоторых его сторон, будет заведомо неточным. Почему? Мне кажется, потому что человек не может познать мир, не фиксируя своего внимания на одних его сторонах и не отвлекаясь от других, постольку приближенность внутренне присуща самому познавательному процессу.

С другой стороны, предпринимаются поиски абсолютной истины в рамках знаний конкретных, а то и единичных фактов. В качестве примеров вечных истин обычно фигурируют предложения, представляющие собой констатацию факта, например: “Наполеон умер 5 мая 1821 года”. Или скорость света в вакууме равна 300000 км/с. Однако попытки применения понятия абсолютной истины к более существенным положениям науки, например ко всеобщим законам , оказываются безуспешными.

Таким образом, возникает своеобразная дилемма: если абсолютная истина рассматривается как абсолютно полное и точное знание, то она лежит вне пределов реального научного познания; если она  рассматривается  как  совокупность  вечных  истин,  то  понятие

абсолютной истины неприменимо к наиболее фундаментальным видам научного знания. Дилемма эта - результат одностороннего подхода к проблеме, выражающегося в том, что абсолютная истина отождествляется с видом знания, обособленного от относительной истины. Смысл понятия “абсолютная истина” раскрывается только в процессе развития научного знания. Он состоит в том, что при переходе научного знания от ступени к ступени, например от одной теории к другой, старое знание не отбрасывается полностью, а в той или иной форме включается в систему нового знания. Именно это включение, преемственность, характеризующая истину как процесс, и составляет, пожалуй, содержание понятия абсолютной истины. 

Таким образом, возникло множество нерешенных проблем, каждая из которых так или иначе связана с необходимостью определения степени соответствия между представлениями человека и реальным миром. Из этого вытекает необходимость поиска наиболее строгого критерия истины, то есть признака, по которому можно было бы определять истинность того или иного знания. 

Кроме того, только после установления критерия истины обретают смысл многие категории, с которыми человеку приходится так или иначе взаимодействовать. Среди них я выделила две, показавшиеся мне наиболее важными:

Научная истина. Научная истина - это знание, которое отвечает двойному требованию: во-первых, оно соответствует действительности; во-вторых, оно удовлетворяет ряду критериев научности. К этим критериям относится: логическая стройность; эмпирическая проверяемость, в том числе проверка временем; возможность предсказывать на основе этих знаний новые факты; непротиворечивость тем знаниям, чья истинность уже достоверно установлена и прочее. Эти критерии, разумеется, не следует рассматривать как нечто неизменное и раз навсегда данное. Они являются продуктом исторического развития науки и в будущем могут пополняться. Такое понимание истины вообще необыкновенно важно для развития науки, так как, если данные, полученные с помощью конкретной науки, соответствуют всем вышеперечисленным критериям, можно сделать вывод о полезности таких данных. То есть появляется стимул для дальнейшего развития науки.  

Истина в повседневной жизни. Проблема критерия истины имеет большую важность даже в повседневной жизни людей, так как  является одной из основ системы мировоззрения человека. Отвечая на вопрос о том, что же является критерием истины, человек во многом определяет свое собственное место в мире и свои идеалы и ценности .Для многих понятие «истинность» (как правосудие, справедливость и полнота знаний) тесно связано с понятиями «искренность, спокойствие,  благополучие, счастье». Так образом эта так называемая повседневная истина является высшей  социальной и личной ценностью.


Разные учёные рассматривали критерий истины по-разному, во многом в зависимости от принадлежности к той или иной научной школе. Я хотела бы изложить основные идеи некоторых, особо меня заинтересовавших философов.

Эволюция понятия критерия истины до марксизма

Сам термин "критерий" происходит от греческого kriterion, что означает признак, на основании которого производится оценка, определение или классификация чего-либо, мерило. Критерий истины – это то, что удостоверяет объективную истинность познания. Однако такое понимание «критерия истины» почти всегда вызывало возражения:

Если, как говорил Гераклит, все течет, все меняется и нельзя войти в одну и ту же реку дважды, то действительно возникает вопрос, что является мерилом (критерием) нашего знания? Ведь, по этому мнению, критерий – это что-то незыблемое и постоянное, а значит появляется противоречие.

Еще древние скептики обратили внимание на то, что постановка вопроса о критерии истины приводит к парадоксу бесконечного регресса. Секст Эмпирик считал, что для доказательства истинности утверждения необходимо принять некоторый критерий истины. Однако сам этот критерий, представляющий собой метод распознания истинных утверждений, должен быть доказан на основе другого критерия истины и т. д. до бесконечности.

Аристотель, пытаясь разрешить эти противоречия, утверждал, что "не все представляемое истинно". Но тогда возникает задача отделить ложное от истинного. В качестве критерия он вводит закон непротиворечия, согласно которому невозможно, чтобы отрицание и утверждение в одном и том же отношении и в одно и то же время были ложными или истинными. То есть все вещи не могут быть одновременно истинными или ложными.

Так же существует ещё один известный ещё с времён Древней Греции (Эпименид, Эвбулид) парадокс.  Это  парадокс  лжеца  и  он 

состоит в следующем. «Представим себе, что я адвокат и заявляю: "Все адвокаты - лжецы". Возникает вопрос: истинно или ложно данное утверждение? Если я, как адвокат, заявляю, что все адвокаты - лжецы, и моё утверждение является истинной, то... То. - что? Значит, и я -лжец. А если я лжец, - то моё утверждение о том, что адвокаты - лжецы оказывается правдой. Но если я, как адвокат, говорю правду, то не все адвокаты лжецы. В данном случае я из числа всех адвокатов не лжец... Одним словом мы попадаем в заколдованный круг, из которого выхода нет, ибо если я лгу, то я говорю правду по содержанию тезиса, а если я говорю правду по выводу из предложенного тезиса, то я должен лгать». Парадокс этой проблемы заключается в том, что в данном случае мы пытается увидеть критерий истины в самом высказывании и аргументируем истинность мысли самим содержанием мысли. Следует сказать, что парадокс "Лжец", сыграл значительную положительную роль в истории поисков критерия истины.

Философы Нового времени так или иначе связывали свое понимание вопроса с идеями Аристотеля. Но одновременно философия Нового времени исходила из разума, который все освещает и определяет истинность или ложность существующего. "Разум, – писал Декарт, – универсальное орудие, могущее служить при самых разных обстоятельствах". Этот же гимн разуму проявляется и в философии Гегеля: "Что разумно, то действительно; и что действительно, то разумно".

Так, усматривал истину и ее критерий в интеллектуальной интуиции. Первое правило метода Декарта требует принимать за истинное все то, что воспринимается в ясном и отчетливом виде и не дает повода к какому-либо сомнению, что вполне самоочевидно.

Критерий истинности, по Декарту, наиболее действен через отчетливость, которая позволяет четко различать факты и обеспечивать ясность. Иначе говоря, обеспечивать силу переживания. Например, ясность сама по себе, в случае сильной и разлитой по всему телу, но четко не локализованной боли, еще не означает отчетливости. «Может быть ясным восприятие, не являющееся отчетливым, но не существует отчетливого восприятия, которое не было бы одновременно ясным». А интуиция в качестве критерия истины – это состояние умственной самоочевидности. Однако признать разум в качестве критерия истины не представляется возможным уже потому, что он становится судьей себе самому. Получается, что истинность знания, полученного разумом (мышлением), проверяется самим разумом.

Альтернативная точка зрения предложена сенсуалистами. Так, идеалистический сенсуализм выдвигает четыре критерия истинности. Первый из них исходит из яркости или тусклости ощущений. Однако градация того или другого весьма субъективна и неустойчива. Второй заключается в одновременности приблизительно одинаковых восприятий у нескольких людей (так называемая интерсубъективность). Этот критерий тоже несостоятелен, ибо апелляция к мнению даже большинства не освобождает знание от заблуждений. Например, очень долгое время считалось, что Земля неподвижна, и что Солнце вращается вокруг нее. Третий состоит в согласованности ощущений. Но та же мысль о покое Земли была согласованной, однако, от этого она не стала истинной. Четвертый критерий дополняет третий: истинной бывает не всякая согласованность, но только такая, которая проста, обозрима и удобна для усвоения. Это фактически то положение, которое позже получило название "принципа экономии мышления". Такая "Экономия" бывает двух видов: объективно оправданной и чисто субъективной. Краткость и точность теории имеет определенное значение, если теория к тому же верно отражает объективную реальность. Такой известный философ, как Беркли, является сторонником субъективистской "экономии", ибо для него "экономичнее" ощущать сами ощущения, нежели ощущать объективно существующие реальные объекты.

Но такие критерии истины, к сожалению, страдают общим для них недостатком: они субъективны, основаны на сознании человека и поэтому не могут служить объективным мерилом истины.

Наиболее близка к концепции Аристотеля точка зрения Канта. Что есть истина? – спрашивает Кант. Она "есть соответствие знания с его предметом". Но вопрос заключается в том, чтобы найти всеобщий и верный критерий истины для всякого знания.

Кант считал, что единый критерий истины относительно содержания знания не может быть дан. Его просто нет. Критерий истины может быть найден лишь в отношении формы знания. Им могут быть необходимые и всеобщие правила логики. Все, что этим правилам противоречит, ложно. Но и этот критерий недостаточен, ибо могут быть знания, сообразные с формами логики, но противоречащие предмету знания. Поэтому логика может определять лишь ложность, но не истинность определённого высказывания. 

Критерием истины могут служить следствия, выводимые из научных положений (понятий). «Чем больше имеется истинных следствий из данного понятия, – говорит Кант, – тем больше признаков его объективной реальности».

Но у этой концепции тоже выявлялись недостатки. Поэтому стало ясно, что критерий истины должен быть объективным, то есть не зависящим от разума (сознания) человека. 

Практика как критерий истины



К сожалению, фактически все попытки решить проблему критерия истины не увенчались успехом. Одной из основных причин таких неудач была исходная установка, ориентирующая на возможность решения данной проблемы в рамках системы знаний. Эту установку можно сформулировать следующим образом: если у человека имеется система знаний, претендующая на описание объективного мира, то он может узнать о ее соответствии своему предмету, изучая лишь свойства самой системы. Но как оказалось на практике, что на математическом уровне доказано австрийским учёным Геделем, проблему доказательности истины нельзя решить, не выходя за пределы теоретических знаний. Но эту мысль на философском уровне высказал Карл Маркс в своих “Тезисах о Фейербахе”. Здесь он подчеркнул, что вопрос о том, обладает ли человеческое мышление предметной истинностью, не может быть решен в рамках самого мышления. В науке подобного рода запреты играют чрезвычайно важную роль. В качестве примеров можно указать на невозможность доказательства пятого постулата Евклида, установленную Лобачевским; невозможность доказательства непротиворечивости формальной системы типа арифметики в рамках самой этой системы (теорема Геделя) и т. д.

Пренебрежение такими запретами приводит не только к бесполезным поискам доказательств, но и к различного рода паралогизмам. Так, попытки доказательства пятого постулата Евклида были сопряжены с тем, что наряду с аксиомами, из которых якобы следовал этот постулат, принимались допущения, эквивалентные самому пятому постулату. То есть при доказательстве определённой вещи использовалась она сама. Оказалось, что для научной аргументации истины, нужно выйти за пределы чистой (теоретического изложения) науки. Для этого наши знания надо сопоставлять с их "оригиналом". Формой такого выхода и критерием сравнения знания с объектом является, следовательно, практика - материальная деятельность людей.

Первые попытки отыскать такой критерий появились в классической немецкой философии. Гегель в своей философии объективного идеализма, рассматривая деятельность духа, его самоосуществление соотносит это понятие с действительностью (практика – критерий истинности). Но понятие практики в идеализме выступает как чисто духовная деятельность. Материальная природа является у Гегеля лишь отчуждением саморазвивающегося духа. Правда, Кант заявляет, что "всеобщий материальный критерий истинности невозможен, это было бы даже противоречием", ибо "знание, истинное в отношении одного объекта, может быть ложным в отношении другого". Я считаю, что он основывался на том, что нельзя проверить утверждение применительно ко всем предметам без исключения.

Людвиг Фейербах ввёл в философию понятие материальной практической деятельности. Она понималась им сугубо созерцательно, как деятельность чувств, как удовлетворение чувственных потребностей человека. Но, в то же время, критерием истины он её не считал. Критерий истины, по Фейербаху, – родовое сознание человека.

Именно в качестве критерия истины практика рассматривается в философии марксизма. Введение этого критерия связано с качественными особенностями марксизма, отличающими его от прежней философии. Эти особенности можно свести к следующим:

Марксизм усиливает научную сторону философии, заявляя, что не только природа, но и общество поддаются научному познанию. Возникло так называемое материалистическое понимание истории. Марксизм ставит задачу не просто ее познания, но изменения, революционного преобразования посредством практических действий;

Марксизм открыто становится на классовые позиции (на позиции пролетариата), за которым, по его мнению, будущее; пролетариат пользуется философией для теоретического обоснования и оправдания своих претензий. "Подобно тому как философия находит в пролетариате свое материальное оружие, так и пролетариат находит в философии свое духовное оружие"; 

Марксизм расширяет задачи философии от объяснения мира к его изменению: "Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его". 

Вследствие этого марксизм вводит практику в качестве объективного критерия истины: "В практике должен доказать человек истинность, то есть действительность своего мышления".

Вот что говорят сторонники марксистской теории о субъективной истине:“...понятие объективной истины характеризует такое содержание человеческих представлений, которое не зависит от субъекта, не зависит ни от человека, ни от человечества. Это не означает, что объективная истина является элементом объективного мира. Характеризуя человеческие знания она проявляется в субъективной форме. Но она характеризует человеческие знания не с точки зрения этой субъективной формы, а с точки зрения их объективного содержания”. Из этой цитаты можно понять, что человек в своей познавательной деятельности способен установить связь логических конструкций не просто с миром ощущений, а с лежащим вне его объективным миром. И здесь важнейшее место занимает понятие практики. Роль практики как фактора, соединяющего и сопоставляющего человеческие знания с объективным миром, проявляется в том, что она выступает, с одной стороны, как материальная деятельность, формирующая объективный предмет познания путем выделения определенных свойств объективного мира, а с другой - как деятельность, формирующая субъект познания. Таким образом, - это не просто соответствие мыслей объективному миру, а соответствие мыслей объективному миру, заданному через практику. О качестве вещей, предметов материального мира, о том, что они собой представляют, можно судить лишь по тем свойствам, в которых эти качества проявляются. Но свойства данного предмета можно выявить через его взаимодействие с другими предметами. Причем от характера этого взаимодействия зависит то, какие именно свойства предмета выявляются. Именно эти свойства и составляют сформированный практикой предмет наших утверждений о внешнем мире, предмет объективной истины. 

С точки зрения марксизма, только те результаты научного знания, которые выдержали проверку практикой, являются истинными, объективно значимыми. Так критерий истины – практика – выводится за пределы знания. Он объективен, ибо не зависит от разума, сознания или чувственных переживаний субъекта. Он является критерием истины потому, что имеет достоинство непосредственной действительности.

А что понимается под практикой? В широком смысле слова практика – это вся предметно-чувственная деятельность человека, основу которой составляет труд (производство материальных благ). Она включает в себя социально-преобразующую деятельность людей как по отношению к природе, так и к обществу.

Если попытаться дать краткую характеристику функции практики как критерия истины, то можно сказать, что в практике происходит материальное воплощение знаний, которые подлежат проверке. Вместе с тем практика является объективным феноменом, принадлежащим материальному миру и функционирующим в соответствии с его законами. Эта дуалистическая природа практики обеспечивает ей роль критерия истины: знания о реальном мире, воплощенные в практике, контролируются законами этого мира.

Здесь следует выделить две особенности практики как критерия истины:

1. Чтобы установить соответствие знаний объективному миру, необходимо сопоставить знания с самим объективным миром. Как же это сделать? В гносеологическом плане мысль противоположна своему предмету. Она представляет собой идеальную конструкцию, информационную модель изучаемого объекта. Чтобы сопоставить мысль с объектом, необходимо сделать их как бы одного порядка. Это достигается в процессе материального воплощения мышления в человеческой практики. Именно практика снимает противоположность материального и идеального. А языковая форма выступает в качестве материального кода идеального содержания - мысленных объектов, которые представляют объекты материального мира. Совершенно иным является материальное воплощение знаний в практике. Здесь материальное выступает уже не в качестве кода, фиксирующее идеальное содержание, а как реализация этого содержания. По существу, знание здесь утрачивает статус идеального явления. Оно становится явлением материального мира. Человек реализует свои знания через технику и технологию.

2. Практика, включенная в систему взаимодействия с объективным миром, сама оказывается подчиненной законом этого взаимодействия. Это обстоятельство обусловливает возможность выполнения практикой функции критерия истины. Являясь, с одной стороны, воплощением знаний о материальном мире, а с другой - частью этого мира, подчиненной его законам, практика самим процессом своего функционирования осуществляет проверку истинности знаний. Если человек в своих знаниях правильно выразил сущность законов реального мира и построил свою деятельность в соответствии с этими законами, то практика как объективный процесс, контролируемый указанными законами, оказывается эффективной. Ее эффективность проявляется в том, что она осуществляется в соответствии с идеальным планом и осуществляет этот план. Напротив, если представления человека не соответствуют законам объективного мира и если практическая деятельность построена в соответствии с этими представлениями, то законы объективного мира сделают практику неэффективной - неэффективной в том смысле, что она не сможет осуществить идеальный план. К примеру, если самолет, построенный в соответствии с теорией аэродинамики и сопромата – летает, то можно сделать заключение об истинности этих знаний.

Но практика как критерий истины действенна тоже только в ограниченных пределах. С его помощью невозможно доказать немедленно, непосредственно истинность или ложность тех или иных научных теорий, которые выходят за пределы возможностей самой практики, обусловленной историческим отрезком времени. Например, по-моему, нельзя практикой доказать истинность или ложность научных теорий о происхождении жизни и человека на Земле. Поэтому критерием ее научности или не научности, на сегодняшний день, могут служить, по крайней мере, два момента: 1) ее непротиворечивость, то есть соответствие законам логического мышления и 2) соответствие известным научным фактам, научным достижениям, истинность которых не подвергается сомнению. И  практика по марксистской теории может служить абсолютным критерием истины только в одном смысле - она является единственным, объективным критерием истины. Все остальные – в большей или меньшей степени – субъективны. Во всех остальных смыслах практика в качестве критерия истины относительна. Если бы практика была только абсолютным критерием истины, она немедленно все человеческое знание делала бы абсолютным. Это неизбежно вступало бы в противоречие с самим развитием природы и общества. Ибо, как отмечалось выше, достижение человечеством абсолютной истины невозможно даже в отдаленном будущем.

Новейшие тенденции в развитии вопроса о критерии истины: XX век

Несмотря на видимую завершённость марксистской теории о критерии истины философы  ХХ века продолжали интересоваться этим вопросом. По-моему, наибольшее развитие этот вопрос получил у теоретиков неопозитивизма.

Неопозитивизм (логический позитивизм) ХХ в. иначе, чем предшествующие философские теории, толкует предмет философии. По их мнению, предметом философии является формально-логический язык науки, который приобретает статус новой "онтологии". Опираясь на это положение, неопозитивисты основой мира стали считать критерием логические суждения (предложения). Л. Витгенштейн писал, что мир есть совокупность фактов или атомов, представляющих собою не что иное, как протокольные (простые) предложения. Поэтому они предложили прежде всего классифицировать предложения по их содержательности. Появилось три класса предложений: антинаучные, вненаучные и научные (истинные и ложные). 

Неподлинные, бессмысленные предложения, по Р. Карнапу, являются антинаучными. Они фактически не являются предложениями. Примером тому могут служить фразы "Луна умножает четырехугольник" или "Сапоги всмятку".

Философские предложения Р. Карнап объявил вненаучными, поскольку они не поддаются сравнению с фактами. В их состав входят понятия, которые невозможно определить из-за их непроверяемости (например, "абсолют"). Логический позитивизм отрицает значимость "традиционной" философии, считая, что она возникла из потребности дать выход "чувству жизни", которое нельзя выразить рациональным путем. Наиболее адекватным выражением этого чувства Карнап считает искусство. "Вероятно, музыка является наиболее чистым средством выражения чувства жизни, так как она в сильнейшей степени свободна от предметности". То есть философия – это суррогат искусства, а философы – "музыканты, лишенные способности к музыке".

Научные предложения в свою очередь делятся на истинные и ложные (заблуждения). Следовательно, эти предложения требуют проверки, то есть соответствующего критерия истины.

В неопозитивизме возникло два понятия истинности. Первое из них рассматривает истинность как соответствие предложений чувственным данным или "факту". Второе – как логическую взаимную согласованность предложений. Возникает вопрос, что означает в неопозитивизме "факт" в качестве гносеологической категории? В конечном счете неопозитивисты пришли к утверждению, что "факт" – это все то, что может стать предметом логически мыслящего сознания. Факт – это то или иное состояние сознания субъекта или изменение его. Неотъемлемым признаком "факта" является возможность выразить его в описывающем его предложении, чаще всего называемого "протокольным". Примером такого протокольного предложения может служить, скажем, "Собака есть животное". Таким образом, в неопозитивизме речь идет не об объективных фактах, а лишь о логических выражениях, которые и принимаются за объективно реальное. Их бытие определяется наличием сознания и речью, то есть субъективными способностями человека.

Поскольку научные предложения включают в себя истинные и ложные, потребовалась проверка истинности предложений. Эмпирический критерий их истинности получил в неопозитивизме название "принцип верификации". Согласно принципу верификации, проверка предложений осуществляется через сопоставление их с фактами чувственного опыта субъекта. Предложения, не поддающиеся опытной проверке, считаются бессмысленными. Предложения, поддающиеся проверке, считаются научно осмысленными. Действие принципа верификации сводится к следующему: предложение истинно, если оно подтверждается фактами-переживаниями и если могут быть указаны воображаемые факты, которые, если бы они были реальными, это предложение опровергали; предложение ложно, если оно опровергается фактами-переживаниями и если могут быть указаны воображаемые факты, которые, если бы они были реальными, это предложение подтверждали.

 Но принцип верификации встретился с определенными трудностями, вставшими на его пути. Одной из них стала проблема так называемой верифицируемости общих научных положений, составляющих фундамент науки, поскольку именно в них формулируются законы природы, не верифицируемые через протокольные предложения, так как невозможно проверить все единичные инстанции. Это привело к тому, что неопозитивисты вынуждены были удалить законы природы из области научных суждений. Но эта операция не устраивала и самих неопозитивистов. Поэтому К. Поппер заменяет верификацию фальсификацией. Суть ее сводится к тому, что отыскивается способ указания на такие эмпирические условия, при которых гипотезы (общие предложения) будут ложными. Иначе говоря, некоторые основные (базисные) предложения, а по существу опытные факты, этим предложениям противоречат. Отсутствие опытного опровержения гипотезы считается свидетельством не в пользу ее истинности, но только оправданности. А опытное опровержение гипотезы свидетельствует о ее ложности, что является более надежным знанием. Но и принцип фальсификации не принес желаемого успеха, поскольку не позволял успешно наращивать научные знания. Принцип фальсификации позволял только опровергать знания, а не утверждать их. Тогда Поппер К. заменил фальсификацию фальсифицируемостью (опровергаемостью), способностью предложения, при наличии определенного рода фактов, оказаться ложным. То есть, что несмотря на отсутствие опытного опровержения, имеется возможность такого опровержения. 

Так же неопозитивизм в качестве критерия истины использует и проблему интерсубъективности различных положений науки, то есть во взаимной согласованности предложений друг с другом. Но и этот принцип долго не просуществовал, поскольку в конечном итоге он привел к утрате познавательного содержания анализируемых предложений науки.











Заключение



Итак, какой же вывод можно сделать из всего материала, который я изложила в этой работе? 

Мне кажется, что можно сказать о том, что все те идеи, которые излагали разные учёные по вопросу о критерии истины, необыкновенно интересны и важны. Естественно, какими бы мы ни считали свои знания – полными или неполными, – они нуждаются в проверке, в том критерии, который может отделить (по возможности) истинное знание от ложного. Какие бы критерии не выдвигали различные философские направления и течения, все они оказываются не абсолютными, но только относительными. И, пожалуй, ни один критерий не может дать точное разграничение между истиной и заблуждением. Но я не думаю, что это плохо, так как полученные знания не дают нам полной уверенности, что они адекватно отражают познаваемые объекты. Конечно, наши знания всегда ограничены, приблизительны. Но это не значит, что они абсолютно ложны. Истина объективна по своему содержанию, но она относительна. Это заставляет человека не останавливаться на достигнутом уровне познания, а постоянно углублять его, совершенствуя и совершенствуя свои познания в той или иной области. 

Можно сказать, что в этом и заключается некий положительный момент, а проблема критерия истины останется навеки нерешённой.

Но я думаю, что, даже если установить абсолютный критерий истины невозможно, каждый человек должен стремиться к его нахождению и опираться на своём жизненном пути на проверенные своим способом истины, искренне веря в их объективность.

Список использованной литературы:



Книги:

Антипенко З. Г.. «Диалектика истины и красоты в философском наследии Платона и Аристотеля, М., АН СССР, 1989 г.

Вахтомин Н. К.. «Теория научного знания Эммануила Канта». М., «Наука», 1993

Маритен Ж. «Об истине».//Работы Ж. Маритена по культурологии и истории мысли. Выпуск 3, М., 1992

Фарман И. П.. «Теория познания и философия культуры». М., «Наука», 1991 г.



Периодика и Internet:

Витгенштейн Л. «О достоверности».//Вопросы философии, 1991, № 2

данные из сети Internet, сайт «Теория Марксизма», ссылка на сочинения в 50-ти томах К. Маркса и Ф. Энгельса.

данные из сети Internet, сайт «Теория марксизма», ссылка на работу К. Маркса «Тезисы о Фейербахе».

данные из сети Internet, сайт «Философия и культура»