Тенденции формирования российской модели корпоративного управления

Тенденции формирования российской модели корпоративного управления 

С.А. Логвинов, доцент кафедры "Менеджмент",  зам. директора Института государственной службы, Б.С. Батаева, старший преподаватель кафедры "Менеджмент" 

Главной характеристикой современного рыночного государства является многообразие форм собственности и типов хозяйствования. В России интенсивный переход к разнообразным формам собственности начался с перестроечными преобразованиями, хотя изменение представлений об исключительной эффективности государственной собственности и практическое движение к разнообразию форм началось с середины 80-х годов. В результате рыночных реформ трансформация государственной собственности привела к формированию негосударственного сектора, где возобладала корпоративная собственность. Это соответствует классическому рыночному хозяйству, где она (акционерная собственность) играет ведущую роль.

Несмотря на то, что устойчивое развитие экономики достигается при плюрализме различных форм собственности, в силу объективных причин акционерная собственность имеет решающее значение в экономике развитых стран. В нашей стране крупные корпоративные структуры еще не приобрели той роли, которую играют их аналоги в этих странах. Одна из основных причин недоиспользования ими своего потенциала, на наш взгляд, - это нестабильность прав собственности, присущая всем странам с переходной экономикой, недооценка роли корпоративного управления, слабый менеджмент. В связи с этим особое значение приобретает формирование национальной модели корпоративного управления и финансирования промышленных корпораций.

Что понимается под национальной моделью корпоративного управления? По нашему мнению, национальная модель корпоративного управления - это система управления акционерными обществами, основанная на осуществлении определенным рыночным институтом корпоративного контроля (* Под корпоративным контролем понимается возможность собственников определять принятие управленче-ских решений и осуществлять контрольные функции. Соответственно экономической предпосылкой кон-троля является владение собственностью.) (будь то банк, инвестиционный фонд, пенсионный фонд и т.п.) с помощью тех или иных методов (прямых или косвенных), наиболее соответствующих экономическим условиям национальной экономики. Несмотря на многообразие существующих в мире моделей корпоративного управления, все их можно разбить на две группы, тяготеющие к двум противоположным моделям: "аутсайдерской" (американской) и "инсайдерской" (германской) (* В данном случае понятия "аутсайдерский" и "инсайдерский" соответствуют характеру методов корпоративного контроля, применяемых в этих моделях: внешнего - в аутсайдерской ("outside" - снаружи) и внутреннего в инсайдерской ("inside" - внутри). В отечественной экономической литературе данные термины применяются и в других значениях). В отечественной экономической литературе давно идет теоретическая дискуссия о принципиальном характере национальной модели корпоративного управления.

Используя указанные теоретические подходы к корпоративному управлению, рассмотрим вопросы формирования модели корпоративного управления ("инсайдерской" или "аутсайдерской") в экономике России, а также претендентов на роль осуществления корпоративного контроля и их шансы.

Отечественная модель корпоративного управления, по нашему мнению, формируется под действием следующих факторов:

последствия приватизации, в результате которой в ходе акционирования предприятий основными акционерами оказались трудовые коллективы и менеджеры; 

слабые финансовые рынки, не позволяющие использовать косвенные методы контроля со стороны акционеров; 

отсутствие законодательного ограничения для банков относительно доли владения предприятиями; 

мягкие законодательные нормы представления информации. В России еще не сформирована система представления достоверной и достаточной информации. Результат - стремление акционеров к значительному присутствию в акционерном капитале (далее - АК) в целях обладания информацией и возможностью мониторинга деятельности менеджмента; 

слабость правовой инфраструктуры, не обеспечивающей соблюдение прав акционеров (несмотря на принятие закона "О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ЦБ"); 

большая степень износа основных фондов отечественных предприятий, вызывающая потребность в значительных объемах долгосрочных капиталовложений; 

нестабильность макроэкономической ситуации и наличие больших рисков для потенциальных акционеров, побуждающих их к владению крупным пакетом акций в качестве страховки от убытков, возникающих при ухудшении ситуации (возможность перевода в долю владения со всеми вытекающими из этого последствиями); 

слабое участие инвестиционных, чековых инвестиционных фондов и прочих институциональных инвесторов в АК предприятий. 

Из всех перечисленных факторов первые два являются наиболее существенными. Необходимо отметить, что контроль над предприятиями со стороны менеджеров и трудовых коллективов характерен для всех стран с переходной экономикой. Это обусловлено особенностями переходного периода, к которым относятся: первоначальное накопление капитала и формирование крупных собственников; правовая незащищенность акционеров; слабость финансовых систем; нестабильность бюджетно-налоговой системы; политическая нестабильность; ухудшение положения - "обнищание" большой части населения как потенциального инвестора и некоторые другие причины. В России сложилась ситуация, когда независимо от юридически зафиксированной формы собственности, по оценкам экспертов, "около 2/3 приватизированных, то есть формально частных, предприятий (акционерных обществ) находятся под контролем государства и трудовых коллективов, что на практике означает концентрацию большей части прав собственности в руках администрации предприятий…" [1]. Вся полнота контроля на предприятиях в руках высшего менеджмента может сосредотачиваться в результате: 1) плохого исполнения государством функций собственника (в случае, когда оно является доминирующим собственником предприятия); 2) положения менеджмента как доминирующего собственника и 3) вследствие полного доверия трудового коллектива - владельца акционерного капитала.

Таким образом, положение высшего менеджмента как доминирующего акционера предприятия может складываться не только в результате владения крупным пакетом акций, но и вследствие полного доверия со стороны трудового коллектива - владельца акционерного капитала. Атмосфера доверия, присущая большинству российских предприятий (например, ГАЗу), позволяет менеджменту для получения статуса доминирующего акционера не прибегать к скупке акций. Трудовой коллектив в десятки тысяч акционеров по доверенности передает право голоса на собраниях акционеров менеджменту компании.

При условии "справедливого" ведения дел положение доминирующего акционера, когда менеджеры выступают одновременно акционерами, - является стимулом, способствующим максимально эффективному управлению корпорацией. Однако положение доминирующего акционера позволяет менеджменту добиваться частных выгод от контроля и может явиться причиной конфликта с остальными акционерами. Данная проблема обостряется в силу того, что большинство российских предприятий (АО) слабо применяет практику участия независимых (внешних) директоров (элемент корпоративного управления) в качестве противовеса неограниченному контролю менеджеров в советах директоров. Согласно корпоративной терминологии независимый директор - член совета директоров, не входящий в исполнительный орган, т.е. не являющийся менеджером компании и не имеющий ближайших родственников в органах управления АО [2].

Концентрация собственности в руках неэффективного или использующего в личных целях свое доминирующее положение менеджмента, при пока еще слабом корпоративном управлении, является наихудшим вариантом. Это затрудняет смену руководства и может порождать конфликт с остальными акционерами.

В случаях доминирования контроля трудового коллектива неэффективность использования ресурсов может явиться и является результатом поведения ("условием") самих акционеров. Дело в том, что для трудового коллектива владение акциями - это страховка от увольнения и возможность претендовать на различного рода социальные гарантии. Не всегда руководство может вынуждать продавать акции и увольнять сотрудников. В части реализации контрольных прав работниками трудовых коллективов преобладают не столько интересы получения доходов на акции, сколько вопрос стабильности и обеспечения занятости.

Реализация контрольных прав работниками-акционерами характерна для многих переходных экономик. Причем владение большинством выпущенных в обращение акций со стороны внутренних акционеров, то есть менеджментом и трудовыми коллективами, ослабляет роль корпоративного контроля в отношении дисциплинирования менеджмента. Возможные последствия при доминировании контроля со стороны трудового коллектива таковы: "сохранение нерациональной занятости; невыплата дивидендов в результате стремления коллектива к получению дохода в виде заработной платы; сохранение убыточной инфраструктуры; невысокие размеры прибыли, влекущие за собой непривлекательность предприятий для инвесторов и отсутствие внешнего финансирования; краткосрочный горизонт планирования, обусловленный использованием прибыли на нужды потребления, и недостаточное реинвестирование" [3].

Наличие преобладающего интереса трудового коллектива может приводить и к таким негативным, с точки зрения капитала, последствиям, как "исчезновение" курса акций, когда преобладающие работники-акционеры предпочитают распределение прибыли на собственные цели выплате дивидендов (* Вместе с тем реализация контрольных прав работниками трудового коллектива при наличии противовесов со стороны внешнего контроля способна приводить к эффективным управленческим решениям как в финансовой, так и в социальной сферах. Например, в результате учета контрольных прав работников трудовых коллективов предприятий "ЮКОСа", компанией была выбрана оригинальная схема реструктуризации, позволяющая вывести из компании неэффективные производства и не работающие основные фонды при сохранении рабочих мест. И это при том, что первоначально планировалась ликвидация неэффективных производств с последующим сокращением большого количества рабочих мест. Схема реструктуризации была такова: выделялись самые нерентабельные месторождения в отдельные от "ЮКОС РЕ" акционерные общества. Около двадцати месторождений получили в результате самостоятельность, в состав их учредителей вошли местные администрации, причем региональные власти предоставили им налоговые льготы). Инсайдерский контроль (* В данном случае термин "инсайдерский" применяется в смысле контроля инсайдеров - менеджеров и тру-довых коллективов, имеющих преимущество на владение внутренней информацией о ведении дел на пред-приятии в силу своего положения), сложившийся в российской экономике, во многом влечет за собой низкий уровень ее эффективности.

Еще одна отличительная черта, влияющая на формирование отечественной модели - это высокая степень концентрации капитала (имеется в виду концентрация акций одного предприятия в рамках ограниченного круга акционеров). С одной стороны, это является следствием неразвитости финансовых рынков, с другой - концентрация капитала представляется основным способом противодействия акционеров инсайдерскому контролю. Кроме того, как свидетельствует международная практика, степень концентрации капитала в значительной мере зависит от степени правового обеспечения защиты прав акционеров. Они находятся в обратно пропорциональной зависимости: чем слабее правовая база, тем выше уровень концентрации пакетов акций акционерами.

Таким образом, инсайдерский контроль и высокая степень концентрации капитала наравне с такими факторами, как преобладание институциональных инвесторов в структуре собственности одновременно со слабостью финансовых рынков и слабой правовой защитой акционеров, обусловливают тяготение формирующейся модели корпоративного управления в России к "инсайдерской" модели. В то же время эффективность ее применения в наших условиях значительно уступает "аутсайдерской" модели.

Развитие определенной модели корпоративного управления в рамках национальной экономики зависит от трех составляющих: механизма защиты прав акционеров (способа распределения и реализации прав контроля); функций и задач совета директоров; уровня раскрытия информации.

Способ реализации прав контроля, согласно сделанным выше выводам, определяется структурой акционерного капитала (АК) предприятий. Он распределяется на предприятиях России в следующей последовательности по убывающей: другие приватизированные предприятия - 19,8% (цифра получена расчетным путем), банки - 0,9%, инвестиционные фонды (ИФ) и чековые инвестиционные фонды (ЧИФ) - 4,3%, государство - 7,4%, частные вкладчики - 13,9% [4].

Мы не касаемся предприятий, контролируемых менеджментом, так как контроль над ним должен осуществляться извне.

Исходя из наличия двух альтернативных путей развития корпоративного управления - американской и германской моделей, можно предположить возможных субъектов - претендентов на осуществление контрольных функций по отношению к предприятию и оценить степень их соответствия этой роли.

Мнения российских специалистов по данному вопросу разделились.

Одни из них полагают, что германский вариант корпоративного управления больше соответствует российским условиям, и прогнозируют поэтому развитие событий по сценарию, где решающую роль в контроле над предприятиями получат банки. Аргументы таковы: 1) банки имеют больше возможностей в удовлетворении потребностей российских предприятий в финансовых ресурсах; 2) по роду своей деятельности банки обладают большей осведомленностью о финансовом положении предприятий; 3) имеются возможности использования просроченной задолженности предприятий-кредиторов для получения контроля над ними ввиду наличия солидного залогового обеспечения.

Банки действительно имеют объективную причину вмешиваться в корпоративный контроль, так как в связи с экономическим положением заемщиков и, в особенности, при реализации долгосрочных проектов они вынуждены осуществлять мониторинг действий менеджмента с целью избежать риска невозврата кредитов. Обычно банки используют следующие способы контроля.

Первый из них не предполагает осуществления специальных действий по мониторингу менеджмента предприятия. Его сущность состоит: а) в отказе, в случае неудовлетворенности банка финансовым положением кредитуемого предприятия, пролонгирования кредита; б) использования кредитных оговорок, включаемых в кредитное соглашение, что также не требует вмешательства в корпоративный контроль. В случае невыполнения этих оговорок банк имеет право досрочного истребования кредитных сумм, что создает негативный имидж предприятию или группе - заемщику.

Второй способ контроля, наиболее часто применяемый банками, - вмешательство в корпоративное управление. Он осуществляется путем участия на собраниях акционеров пакетов акций, полученных банком в качестве залога долгосрочного кредита. Практика передачи банку в залог определенного пакета акций широко распространена в России. Банки охотно идут на такое кредитование и осуществление корпоративного контроля, так как в случае невозврата кредита получают возможность продажи переданного в залог пакета.

Третий способ контроля - покупка банком непосредственно либо через зависимые структуры акций предприятий. Он осуществляется тремя методами. В первом случае банком приобретается незначительный пакет (обычно от 5 до 10%), что обеспечивает введение в совет директоров представителя банка и позволяет осуществлять контроль на месте. Во втором случае приобретается более значимый пакет, приблизительно 30%. Пакет в 30% обеспечивает наложение права вето. Таким образом, без поддержки банка не может приниматься ни одно решение. Данная форма является переходной и трансформируется в последующем в вариант полного контроля, либо вытесняется менеджментом или другими акционерами. В третьем случае устанавливается полный контроль путем закрепления в руках банка и зависимых от него структур контрольных пакетов акций предприятий. Эта тактика активно применяется в ФПГ конгломератного типа банковскими группами наподобие бывших "Онэксимбанка", "Инкомбанка", "Менатепа" и некоторых других в период их роста (вплоть до августа 1998 г.). В этих случаях "представители банков образуют большинство в совете директоров, все финансовые потоки достаточно жестко замыкаются на банк-собственник" [5].

Таким образом, тенденция к осуществлению банками корпоративного контроля проявляется в долгосрочном кредитовании некоторыми из них отдельных предприятий групп с последующим вмешательством в корпоративный контроль, установление его над действиями менеджмента. Кроме того, этому способствует практика покупки отдельными банками, в условиях заниженности курса акций, пакетов акций контролируемых предприятий.

Однако августовский кризис 1998 г., спровоцировавший кризис банковской системы и существенно ослабивший положение большинства крупнейших российских банков, не состоявшееся синдицирование банков, как способ выхода из создавшегося положения, помешали распространению этой тенденции в масштабах всех групп и экономики в целом.

Основная причина данного положения - слабость большинства российских банков по сравнению с зарубежными и недостаточность кредитных ресурсов, которыми они располагают. Так, например, согласно материалам, опубликованным в сентябрьском 1999 г. номере лондонского журнала "The Banker", крупнейший российский банк - "Сбербанк" занял только 172-е место в списке 500 крупнейших банков Европы, а второй по величине российский банк - "Газпромбанк" - только 276-е место. В то же время сумма активов шести ведущих банков вместе взятых составляет лишь 16 848 млн дол., что во много раз меньше финансовых возможностей отдельных крупнейших банков той же Германии [6].

Таким образом, на наш взгляд, еще рано говорить о формировании банковского контроля в рамках российской экономики. Кроме того, как мы полагаем, они не будут и в ближайшее время играть ведущую роль в корпоративном управлении. Поэтому предположение некоторых специалистов о германском пути развития корпоративного управления носит явно преувеличенный характер.

Второй подход к формированию предполагаемой модели управления ориентируется на американский путь развития корпоративного управления. Специалисты, разделяющие эти взгляды, считают магистральным направлением развития корпоративного управления обеспечение внешнего контроля акционеров через фондовый рынок.

Однако американская модель внешнего контроля не получила широкого распространения по причинам: а) концентрации собственности и б) слабости отечественного фондового рынка.

Концепция развития российского корпоративного управления по англо-американской модели основывалась на ожидании формирования силы в виде инвестиционных фондов, способной осуществлять корпоративный контроль. Расчет делался на то, что в результате ваучерной приватизации, предоставившей возможность небанковским структурам аккумулировать крупные пакеты акций предприятий, сложится структура с доминированием в АК групп инвестиционных (ИФ) и чековых инвестиционных фондов (ЧИФ). Однако этого не произошло. Их доля составляет всего 4,3% в общей структуре АК предприятий. 

Конкретными причинами создавшейся ситуации, по нашему мнению, являются:

низкая степень доступа ИФ и ЧИФ к информации о положении дел предприятий; 

характерное большинству ЧИФов на начальном периоде их развития превалирование спекулятивных операций с ваучерами; 

недостаточность средств ИФ для владения крупными пакетами акций предприятий как необходимого условия для преодоления тенденции поведения по принципу "безбилетника". 

Спекулятивные операции с ваучерами во время ваучерной приватизации, из которых первоначально создавался их капитал, закономерно обусловили в последующем кризис управления имеющимися активами. Низкая доходность акций предприятий, находящихся в распоряжении ЧИФов наряду с необходимостью "поиска дополнительных средств для выплаты дивидендов своим акционерам", не позволили им аккумулировать достаточных инвестиционных ресурсов. Разразившийся в августе 1998 г. финансовый кризис еще более усугубил их положение.

В результате возможность внешнего мониторинга ИФ или ЧИФ оказалась ограничена: во-первых, тем, что в условиях, когда большее количество акций находится в собственности инсайдеров, пакет акций, принадлежащий им, недостаточен для эффективного контроля; во-вторых, отсутствием у ИФ и ЧИФ реальных инвестиционных ресурсов, что также, на наш взгляд, не позволяет получить им доступ к корпоративному контролю.

Кроме того, этому способствовало, по нашему мнению, принятие таких ограничений для фондов, как право приобретения не более 25% акций одного предприятия и запрет инвестировать более 5% активов в ценные бумаги одного эмитента. Мы считаем в настоящее время эти ограничения необоснованными и излишними.

Практика последних лет подтверждает наши выводы о низкой эффективности инвестиционных фондов либо ЧИФов в отношении корпоративного контроля. Неразвитость российского финансового рынка, с точки зрения международных критериев, и отсутствие инвестиционной активности населения не позволили им занять должное место в системе корпоративного контроля и осуществлять контрольные функции.

Несмотря на то что в последнее время наблюдается рост активности российских инвестиционных фондов, по указанным выше причинам развития российской модели корпоративного управления по американскому пути, с внешним контролем, на наш взгляд, не произойдет. Поэтому можно утверждать, что попытка создания внешнего ограничителя инсайдерскому контролю в виде контроля со стороны ИФ и ЧИФ, исходя из предполагаемого американского пути развития, характерного странам с переходной экономикой, также не удалась.

По нашему мнению, это не столько результат объективных причин, приведенных выше (в отношении сформировавшегося контроля инсайдеров в экономике), сколько результат отсутствия государственной политики в сфере корпоративного управления. Речь идет о таких формах влияния государства на процесс развития корпоративного управления, как осуществление процессов реорганизации, рекапитализации банков в виде обмена долгов на акции предприятий, антимонопольные меры, политика в отношении укрупнения банков (например, повышение планки минимального уровня уставного фонда) и пр. В результате российской практике корпоративного управления присуще отсутствие силы, способной осуществлять корпоративный контроль и являться противовесом сложившемуся инсайдерскому контролю. Заявление Правительства Российской Федерации о необходимости перехода от инсайдерского к внешнему контролю, содержащееся в Концепции реформирования предприятий (одобрена 1 июня 1997 г.), так и осталось декларацией, поскольку в ней отсутствовал механизм ее реализации. Не был выбран рыночный институт в качестве желательного претендента на корпоративный контроль, не было обеспечено проведение целенаправленной политики по усилению и поддержанию его роли, будь то банки, ИФ, финансовый рынок либо другой рыночный институт.

В настоящее время на основе наметившихся тенденций нам видится некоторая модель корпоративного управления, отличная от приведенных выше. Субъектом контроля в ней, на наш взгляд, является инвестиционная компания. Однако в отличие от американской модели контроль в ней осуществляется с помощью прямых методов воздействия через представительство в советах, а не внешних - через финансовый рынок. Необходимо отметить, что основным условием ее формирования является политика государства, направленная на выработку программы по формированию собственников среди населения. Если инвестиционные компании смогут задействовать инвестиционный потенциал населения (только инвалютные сбережения населения оцениваются в 160 млрд дол.), то ИФ станут реальными претендентами на корпоративный контроль [7].

Возьмем в качестве примера Японию, когда в результате реструктуризации "дзайбацу" после поражения во второй мировой войне правительство разработало программу, направленную на формирование заинтересованности населения в приобретении акций этих предприятий. В этой связи можно предложить, в частности, организацию телевизионных программ, аналогичных уже имеющим место на ТВЦ в рамках программы "Интернет-клуб", например, цикла передач - "Уроки инвестирования".

На наш взгляд, меры, основанные на четком представлении со стороны органов государственной власти о типе модели корпоративного управления, необходимой России, в выборе определенного претендента на корпоративный контроль позволят решить проблему формирования модели корпоративного управления в рамках отечественной экономики. Значение корпоративного управления, определяющего эффективность национальной экономики, в которой корпорации (АО) преобладают среди других организационно-правовых форм предприятий, очевидна (* Значимость корпоративного управления во всех развитых странах, первоочередную роль в экономике которых играет корпоративный сектор, выражается в создании специальных комитетов по корпоративному управлению. Подобные комитеты и комиссии действуют в таких странах, как Австрия, Австралия, Англия, Бельгия, Индия, Испания, Италия, Франция, Япония и др. Кроме того, в Англии располагается международный комитет по корпоративному управлению, так называемая Комиссия Кэдбери, названная в честь ее председателя. Из всех стран СНГ такой комитет создан лишь в Таджикистане). Кроме того, формирование модели корпоративного управления соответствует нормам цивилизованного предпринимательства и является условием интеграции России в мировое экономическое пространство.

Список литературы

1. Курс переходной экономики / Под ред. акад. Л.И. Абалкина. М.: ЗАО "Финстатинформ", 1997. С. 56.

2. Федеральный закон об акционерных обществах в схемах. М.: ООО "Юридическое бюро "Городец", 1998. С. 23.

3. Муравьев А., Савулькин Л. Корпоративное управление и его влияние на поведение приватизированных предприятий //Вопросы экономики. 1998. № 7. С. 114.

4. Там же. С. 117.

5. Корпоративное управление в переходных экономиках. Инсайдерский контроль и роль банков. Масахико Аоки, Хьюнт Ки Ким и др.: Пер. с англ. / Под ред. В.С. Катькало, А.Н. Клепача. СПб.: Лениздат, 1997. С. 282.

6. Быков П. Возрождение Атлантиды // Эксперт. 1998. № 46. С. 18-19.

7. Слепов В.А., Потапская М.А. Инвестиции как фактор экономического роста //Финансы. 1999. № 1. С. 20.