Инфляция как кризис российской экономики

1



СОДЕРЖАНИЕ







	

	ВВЕДЕНИЕ	3

	1.Инфляция как кризис российской экономики	5

	2.Причины и формы проявления инфляции в России	9

	3. «Шоковая терапия» и ее результаты	18

	ЗАКЛЮЧЕНИЕ	33

	ЛИТЕРАТУРА	35



ВВЕДЕНИЕ



В конце XX столетия российская экономика претерпела одну из самых глобальных в мире перестроек, пришла в состояние значительного спада. Положение осложнилось тем, что наша инфляция по своей природе далека от модели классической инфляции спроса или монетаристской концепции инфляции издержек. Соответственно и программы радикальных рыночных реформ требовали адекватного подхода к лечению экономики, характеризующейся уникальными социально-экономическими условиями: деформированной структурой народного хозяйства с огромным преобладанием выпуска средств производства и вооружений, полная монополизация и огосударствление, низкопроизводительное сельское хозяйство, невысокий уровень жизни, социальная и политическая нестабильность.

В этих условиях Россия стоит перед необходимостью решения нескольких взаимообусловленных сложных задач, основными из которых являются:

политическая стабилизация, прежде всего на путях формирования российской государственности;

социально-экономическая стабилизация и выход из жесточайшего и всеохватного кризиса;

проведение собственно рыночной экономической реформы таким образом, чтобы она не вызывала нарастания в хозяйстве страны разрушительных процессов, в первую очередь— инфляционных.

Процессы инфляции, охватывая непосредственно сферы обращения и распределения, в конечном счете, сказываются на состояниях материального производства и сферы обслуживания, вызывают структурные изменения в этих сферах, оказывают на них негативное воздействие.

Инфляция постперестроечного периода определяется конкретными особенностями развития российского общества. До начала рыночных реформ в нашей стране имела место командно-директивная система хозяйствования с контролируемыми ценами, стабильной (хотя и низкой) заработной платой, запретами на забастовки, избыточным спросом населения, что гарантировало полную занятость. Планово-централизованное хозяйствование с появлением рыночных товарно-денежных отношений подверглось разрушению, что привело к возникновению негативных явлений, фатально связанных с инфляцией.

Смена экономических систем и хозяйственных механизмов породила разбалансированность всей социально-экономической системы России, привела к поляризации доходов различных социальных групп населения, возникновению неполной занятости, разорению фермеров и мелких кустарей.

Либерализация цен вызвала резкое падение реальной заработной платы. Дальнейший рост этих двух компонентов экономики привел к раскручиванию спирали «заработная плата - цены» в полную мощь. Возникла парадоксальная картина: если темп роста денежной массы оставить постоянным, то производство начинает неуклонно снижаться; если темп роста денежной массы сократить, то производство так же, как и инфляция, будет падать еще быстрее.

Рассмотрение инфляционных процессов и особенно в условиях переходной экономики является очень актуальным.

Именно это и послужило обоснованием для выбора темы курсовой работы.















1.Инфляция как кризис российской экономики

Российский кризис носит системный и структурно-технологический характер. Он возник из-за того, что прежняя система экономики, основанная на командах сверху, жесткой централизации материальных и финансовых ресурсов, подавлении рыночных механизмов и конкуренции, на уравнительности и иждивенчестве предприятий, завела страну в тупик. Прежняя система обусловила:

технологическую и экономическую стагнацию;

структурные перекосы в экономике;

перманентную дефицитность;

перегруженность базовыми производствами при гигантской милитаризации;

запущенность потребительского сектора.

Перечисленные выше недостатки препятствовали переходу к новому технологическому укладу, развернувшемуся в мировой экономике.

Российская экономика отличается от западной тем, что наша страна переходит от административно-командной экономики к рыночной, тогда  как на Западе еще в 30-е годы стояла проблема придания элементов регулируемости классическому свободно-рыночному хозяйству, Общими чертами оказались трудности выхода из кризиса. В обоих случаях он оказался невозможным или крайне затруднительным без активного вмешательства государства в трансформацию экономики.

К началу 1992 г. стало ясно, что возврата к старой системе, основанной на жесткой плановой дисциплине, государственной системе материально-технического снабжения, не может быть, да и сделать это невозможно. Россия вступила на рыночный путь, чтобы соответствовать общим для цивилизации  тенденциям и процессам, что само по себе исторически неизбежно и прогрессивно. Разумеется, переход к рынку было бы лучше совершить в нормальной, некризисной обстановке, но иного выхода у российского правительства не было.

Стабилизация экономики России при ее одновременном переустройстве в современную эффективную структуру, способную конкурировать на международных рынках и удовлетворять потребности населения страны, началась с кардинальных преобразований:

отмены централизованного планирования;

ограничения системы государственных заказов;

ликвидации контроля за ценами на большую часть товаров;                           

унифицирования и либерализации рынка иностранной валюты; 

конвертируемости рубля;

приватизации государственной собственности в народном хозяйстве.

Все эти преобразования были осуществлены, несмотря на огромные трудности и исторически беспрецедентные проблемы, унаследованные  от  административно-командной  системы, а именно:

наличие огромных промышленных предприятий как результат гигантомании:                                  

нерентабельность в их работе при новой структуре цен, что потребовало их реорганизации или ликвидации:

разваливающийся энергетический сектор;

милитаризованный характер экономики;

внешняя задолженность.

В инфляции, поразившей Россию в постсоциалистический период, переплетаются денежные и неденежные факторы, типичные и для инфляции спроса, и для инфляции издержек. Специфические черты инфляции в российской экономике заключаются в том, что помимо общих причин, присущих всем странам, имеются дополнительные и утяжеляющие факторы. ycyгубившие инфляционные процессы:

монопольная и в значительной мере нерыночная сущность экономики, что препятствует ее позитивной структурной перестройке под воздействием одних лишь макроэкономических монетаристских антиинфляционных мер.

развал прежней кредитно-денежной и финансовой системы страны, отсутствие системы, адекватной вновь формирующейся экономике;

отсутствие внутренней конвертируемости рубля, из-за чего появились благоприятные условия для вывоза за границу ресурсных и финансовых капталов;

доминирующее значение в возникновении инфляционных процессов спирали «цены сырья (прежде всего энергоресурсов) - общий уровень цен».

Реальный подход к оценке инфляции и выбору мер борьбы с ней в условиях России распространяется на две группы факторов:

факторы, формирующие источники превышения денежного спроса над предложением;

факторы инфляции издержек.

Исторически сложившееся превалирование средств производства и милитаризация промышленности при крайне низком уровне выпуска потребительских товаров породило диспропорциональность в структуре экономики и, как следствие, порождение инфляционных процессов.  Монополизм практически во всех областях экономики, низкий уровень развития сельского хозяйства усугубляют эту картину.

Гигантомания, поразившая все отрасли промышленности сельского хозяйства, также явилась одной из главных причин не только технической и экономической отсталости в социалистической экономике, но и трудностей в осуществляемых реформах постсоциалистического периода. В области энергетики гигантомания неоправданно господствует в таких супермонополиях-гигантах, как «Газпром». РАО «ЕЭС России», «Норильский никель», нефтяные компании и др. В них непосредственные производители продукции не могут быть субъектами рынка, поскольку невозможно задействовать противозатратные механизмы, ради которых во всех странах мира развились рыночные отношения. 

В российской экономике в преддверии экономических реформ (конец 80-х  начало 90-х годов) складывалась далеко не оптимальная картина, характеризующаяся следующими факторами:

устаревший производственный аппарат с нежизнеспособной структурой промышленности, нацеленной на милитаризацию - гонку вооружений;

монополизированный, совершенно неконкурентоспособный рынок, непригодный для кооперации с Западом;

отсутствие разветвленной инфраструктуры того «рынка», который в недоразвитом виде существовал в стране.

Характерными для российской экономики были вполне типичные признаки и обстоятельства, которые имели место во многих европейских странах в ходе формирования рыночной экономики:

нарастающая бартеризация хозяйственных связей;

повсеместное проникновение талонной системы распределения товаров;

пустые прилавки магазинов государственной торговли. 

Стартовое состояние (начало 90-х годов) также характеризовалось такими типичными чертами, как:

спад производства и инвестиционной активности;

разрушение хозяйственных связей между предприятиями;

развал финансовой системы и потеря контроля над кредитно-денежной сферой, утpaтa доверия к рублю;

внешнеэкономическое и валютное банкротство страны;

полный развал управленческих структур в экономике. 

	Неудивительно, что в этих условиях в период 1992 - 1996 гг. произошел спад, когда главный фундамент экономики   материальное производство   сильно разрушился, а воздействие на хозяйственную деятельность исключительно при помощи ограничения денежной массы, находящейся в обращении, привело к свертыванию социальных программ и дотаций отраслям. Спад производства достиг почти 60% от уровня 1991 г., а использование производственных мощностей составило 35%. что привело почти к полному параличу большинства отраслей промышленности без каких-либо перспектив их дальнейшего восстановления.



2.Причины и формы проявления инфляции в России



	Главная причина инфляции в России   диспропорция в процессе общественного воспроизводства. Следствие инфляции - нарушение закона денежного обращения, что служит своеобразным сигналом о диспропорциях между сферами воспроизводства. Основной формой проявления инфляции стал рост цен и обесценение денег. Ее социально-экономические последствия состоят в активном перераспределении национального дохода и национального богатства.

Инфляция, порожденная диспропорциями общественного воспроизводства в сложных условиях перехода России к рыночной экономике и распада традиционных связей с бывшими союзными республиками (инфляция издержек), органично зависит от так называемых структурных факторов:

отраслевых диспропорций;

недоразвитости социальных параметров;

недостаточности распространения рыночных структур, т.е. товарно-денежных, рыночных отношений во всех сферах хозяйств и отдельных секторах.

Подавление инфляции, как показывает опыт нескольких десятков стран мира, требует от их правительств курса на оздоровление социально-экономической ситуации и начало экономического pocтa. Отправной точкой быстрого экономического роста и преодоления спада производства признается не восстановление объективно неэффективных, бесперспективных предприятий, а также предприятий потенциально неконкурентоспособных («открытый инфляционизм»), а стимулирование роста новой производственной и технологической базы, позволяющей осуществить глубокие структурные преобразования в экономике. Однако данное направление экономической политики применительно к конкретной российской ситуации оказалось неприемлемым по ряду причин. Одна из них заключается в немонетарной природе российской инфляции: общий рост цен обусловлен повышением цен в базовых отраслях, т.е. возникла инфляция издержек. Иными словами, скачок, цен, наблюдавшийся в сырьевых отраслях, послужил основной причиной повышения уровня цен в других сферах народного хозяйства. Однако обозначившийся курс открытого инфляционизма чреват последствиями «латиноамериканского» порочного круга: поддержка экономического роста - увеличение денежных инъекций в народном хозяйстве- замедление спада производства  - ухудшение ситуации на валютном рынке - падение курса национальной валюты - резкое ускорение роста цен - попытка ужесточения денежной политики на уже разбалансированном рынке - резкий спад производства.

Было бы вполне резонно считать, что источником инфляции может быть повышение цен на импортируемые энергоносители, если их доля в балансе потребления велика. Однако в действительности дело обстоит иначе. Согласно статистике, удельный вес импорта энергоносителей (импортная квота) у России весьма незначительный, в то время как энергоэкспорт высок, т. е. страна является не столько импортером, сколько экспортером энергоресурсов. Поэтому скорее такие государства, как, например, прибалтийские, могли бы считать свою экономику подверженной инфляции издержек из-за высоких цен на импортируемые энергоносители, но как раз там этой зависимости не наблюдается. Напротив, темпы инфляции оказались у них в десятки раз ниже, чем у энергоэкспортеров (России, Казахстана, Туркменистана). Специальные исследования, проводившиеся по заданию правительства России, показали, что значимой корреляции между административными повышениями цен на энергоносители и общими темпами внутренней инфляции в России не существует. Напротив, зафиксирована прямо противоположная тенденция, о чем свидетельствует такой пример: вслед за повышением цен на энергоносители в мае 1992 г. последовали месяцы с отчетливо снижавшимися темпами инфляции, а снижение реальных цен на энергоносители на 40% в течение 1994г. не помешало увеличению ежемесячных темпов инфляции с 4,6% в августе до 16 -  18% в ноябре     1995 г.

В современной России, таким образом, процесс повышения цен на энергоносители в определенной степени может считаться оправданным, так как цены рынка приближаются к мировым, но при этом неизбежно происходит рост стоимости единицы продукции и соответственно цен во всех отраслях. Данный случай можно трактовать как ярко выраженный фактор инфляции издержек. Инфляция издержек порождает спад, провоцирует сокращение рабочих мест.

Одним из факторов, стимулирующих инфляцию издержек, может быть система косвенных налогов, как, например, акцизов. Питейный, табачный, сахарный, соляной, нефтяной акцизы являются традиционными для многих государств, принося в казну до 50% всей налоговой массы. Для акцизов и других видов косвенных налогов характерно то, что они плюсуются к цене товара и являются выраженным инфляционным фактором. В России налоги в виде НДС и акцизов служат преобладающей формой налогообложения.

Налоговая политика государства может служить мощным инфляционным орудием, дающим быстрый эффект во всем народном хозяйстве, во всех структурах, всех ячейках социальной  экономической сфер. Однако в России этого не произошло. На повышение цен и нарастание инфляции определенное влияние оказано именно введение налога на добавленную стоимость. Он прямым образом повлиял на увеличение цен, поскольку включает в себя стоимость на каждой стадии производства и продвижения товара. В конечном счете, начали расти розничные цены на потребительские товары, что сказалось на бюджете покупателей. Таким образом, подобный налог приемлем только в странах с хорошо налаженным производством. Когда механизм налога на добавленную стоимость действует в условиях конкурентной борьбы между предприятиями, он имеет антимонопольную направленность. В условиях реформ России при падении производства, дефиците товаров НДС только усугублял инфляцию.

Главенствующую роль в том, что НДС превратился в мощный стимулятор инфляционного роста цен, послужила сама методика налогообложения. При действовавшем механизме базой налогообложения служила не официально декларируемая «добавленная стоимость», а весь оборот. В этом случае товаропроизводитель мог на всех производственных переделах добавлять к цене своего товара 20%, а в бюджет шло только 10%, к тому же с большим разрывом во времени. В результате на предприятии оседает совершенно неоправданная дополнительная часть этого косвенного налога, проходящая через цены товаров (и услуг). Тем самым цены увеличиваются, одновременно попадая в прибыль. Из прибыли в бюджет вносятся фискальные 35 - 43% в виде налога на прибыль. Таким образом, в коммерческих структурах оседает только за счет роста цен примерно 57 - 63% этой дополнительной прибыли.

Налог на добавленную стоимость, следовательно, подстегивает инфляцию, а потребителю несет многократное увеличение цен. И хотя в итоге потери бюджета менее значительны, однако они неизбежно дополняются инфляционным ростом финансируемых из бюджета расходов, что ведет к возникновению порочного круга. Мировой опыт показывает, что ставки налога могут быть не только дифференцированными по социальной значимости товаров и услуг, но имеется строго соблюдаемая шкала изменения ставки налога по времени. Именно такая практика существует, например, во Франции. Там каждое хозяйственное предприятие и даже его подразделение имеют строго предусмотренную по шкале ориентацию. На протяжении пяти лет известно, что шкала, к примеру, будет понижаться или налог, наоборот, будет повышаться, в частности, в зависимости от финансового состояния тех или иных подразделений.

В пользу роста инфляции действовали и некоторые льготы и санкции, например, такая антиинфляционная мера, как обложение налогом превышения шестикратного минимума заработной платы, включенного в себестоимость. Более того, она подстегивает спад производства, поскольку низкий уровень заработной платы заставляет работников промышленных предприятий уходить на другие объекты в поисках более выгодной работы. Данный принцип построения налогообложения в значительной мере изжил себя.

В российской экономике отчисления от прибыли были заменены налогом на прибыль, что поставило государственное предприятия в одинаковые условия и равное положение с предприятиями других форм собственности. И те, и другие платят налог на прибыль, что нельзя признать правильным с точки зрения финансирования. В высокоразвитых странах предприятия, входящие в состав крупнейших монополий, не платят самостоятельно налог. Примером может служить «Боинг», у которого все его предприятия передают прибыль в корпорацию. Российские министерства, выполняющие функции своего рода корпораций или концернов, также должны получать от своих предприятий прибыль. В действительности же каждое российское предприятие по существующему порядку обязано выплачивать минимальный налог. Наряду с этим все они имеют право самостоятельно распоряжаться теми накоплениями, которые должны были использоваться централизованно. Из-за этого оказались утраченными возможности централизованного финансирования капитальных вложений. В конечном счете, страдает государственный бюджет, куда поступает недостаточное количество доходов.

Другим фактором издержек производства считаются расходы на заработную плату, рост которых в условиях инфляции вполне закономерен. Однако опыт реформ свидетельствует, что порой различного рода политические деятели с целью усиления своего популистского значения в обществе пытаются добиться значительного увеличения оплаты труда, предвосхищая, таким образом, дальнейшее развитие инфляции. В результате таких мер возникает новый жизненный стандарт, распространяющийся на занятых в других сферах экономики, т. е. получает свое развитие новый виток инфляции. Предотвратить его возможно лишь глобальными мерами в области производительности труда, технического переоснащения производства, рациональной организации труда. В этом случае удельный вес расходов на зарплату на единицу продукции окажется несущественным, т. е. не возрастет, поскольку рост выработки будет перекрывать повышение зарплаты. Если при росте заработной платы не происходит увеличения производительности труда, рост расходов на зарплату в издержках на единицу продукта неизбежен, что потребует сокращения производства и приведет к неминуемому повышению цен.

Предреформенный период (1985-1992 гг.) для российской экономики оказался крайне неблагоприятным. Помимо общеэкономического спада, наблюдавшегося во многих отраслях, характерной особенностью стартового состояния экономики было полное отсутствие реакции со стороны экономических агентов на административные и тем более на рыночные сигналы, поскольку плановая экономика уже не существовала, а рыночная еще не появилась.

На внешнем рынке для российской экономики намечалась критическая ситуация. Ввиду поступлений, при ухудшившейся конъюнктуре на мировом рынке топливно-энергетических ресурсов, резко ограничилось поступление импортных товаров. И это произошло в условиях искусственного сокращения значительной импортной зависимости страны, особенно по продовольствию, товарам легкой промышленности, а также отдельным видам сырья и материалов, необходимых промышленности для производства товаров народного потребления, а также в условиях того критического положения, которое сложилось с получением краткосрочных кредитов в связи с трудностями, возникшими в 1991 г. по обслуживанию внешнего долга.

Природу российской инфляции, причины и факторы, порождающие ее можно свести к двум позициям, которые можно рассматривать, как крайние:

1) инфляции присуща монетарная, денежная природа;

2) инфляция имеет немонетарную (или, по крайней мере, не только монетарную) природу.

Российскую инфляцию, как считают западные экономисты, нужно рассматривать, прежде всего, с позиции наличия в стране высокого уровня монополизма. Однако, используя этот аргумент,  следует иметь в виду, что с либерализацией национальной экономики все российские монополисты, даже самые могущественные превратились в весьма скромных производителей с точки зрения международной конкуренции. Едва только наша экономика приобрела либеральный характер, как стала проявляться не с только склонность к монополизму, сколько ожесточенная конкурентная борьба за выживание. В этих условиях исключались установление монопольных цен и стремление к монопольному поведению. Поэтому утверждения западных экономистов о том, что будто бы в основе помесячных колебаний темпов инфляции лежат соответствующие колебания уровней монополизма, на наш взгляд, лишены всякого основания.

Малоосновательны также аргументы о том, что на инфляцию повлиял высокий уровень милитаризации, гипертрофированный уровень развития военно-промышленного комплекса (ВПК). Сам по себе этот аргумент можно было бы принять во внимание, но он не дает оснований делать выводы о связи темпов инфляции с уровнем развития ВПК. Во-первых, потому что еще до начала рыночных реформ уровень милитаризации был уже очень высокий, но не ниже, чем в период реформ, хотя темпы инфляции тогда не превышали нескольких процентов в год. Во-вторых, в ряде бывших республик (например, прибалтийских), где находились крупные оборонные предприятия, уровень инфляции удалось сразу же снизить до 3,5% в год.

Ученые нередко при анализе особенностей «нашей» инфляции ссылаются на такой фактор, как огромные масштабы страны и гигантский экономический потенциал, которые делают в условиях реформы малоуправляемыми процессы стабилизации. Однако масштабы страны и ее богатство не могут напрямую влиять на такие экономические индикаторы, как инфляция, тем более в сторону повышения. Если придерживаться некой точки зрения, согласно которой с увеличением масштабов страны темпы инфляции возрастают, а с уменьшением снижаются, то тогда крупнейшие экономические страны мира (США, Китай и др.) имели бы весьма высокие темпы инфляции, а они большей частью не превышают 10% в год. В то же время небольшие по территории страны (Исландия, Гана, Никарагуа, Уругвай) в течение длительного периода страдают от высокой инфляции, измеряемой сотнями, а то и тысячами процентов в год.

Не оправдывает себя и точка зрения, объясняющая увеличение инфляции из-за распада хозяйственных связей. Из всех бывших союзных республик наибольший экономический потенциал приходится на Россию, которая в наименьшей степени зависит от поставок других республик бывшего СССР. И потому самые низкие темпы должны бы быть в России, а самые высокие - в странах Прибалтики. В действительности все обстоит наоборот.

Существует еще одна весомая причина роста инфляции психологического характера - ожидания, т. е. когда цены растут со скоростью распространения информации. Особенно широкое признание эта точка зрения получила среди представителей чикагской школы. Однако в России этот феномен рыночной экономики не имел классического Уплощения. В начале 1994г. ведущие экономисты страны публично предсказывали гиперинфляцию. Казалось бы, этот прогноз должен был подействовать на инфляционные ожидания, исходя из прошлого и текущего опытов экономических агентов. Но темпы инфляции, вместо того чтобы повышаться, продолжали стабильно падать. Снижение темпов инфляции не привело к дальнейшему ослаблению инфляционных ожиданий, темпы инфляции, вместо того чтобы продолжать свое падение, начали расти. И даже публичные заявления высоких правительственных чиновников, авторитетно обещавших падение темпов инфляции в октябре 1994 - январе 1995гг., не произвели необходимого психологического воздействия, и инфляция, кстати, не снизилась.

Наконец, следует вспомнить еще об одном факторе, влияющем на развитие инфляции, - сезонности. Хорошо известно, что цены в декабре и январе обычно растут несколько быстрее, чем в летние месяцы. Однако статистика показывает, что такие отклонения даже в условиях высокой инфляции не превышают 1-3 процентных пункта ежемесячно, и потому не объясняют самого уровня инфляции. Не вдаваясь в детальные исчисления по этому вопросу, отметим лишь, что сезонная составляющая весьма ограниченно воздействует на темпы инфляции и носит скорее локальный характер.

Можно было бы обратить внимание на фактор несвоевременной выплаты заработной платы, поскольку ее задержки действительно снижают инфляцию. Однако доля этого фактора в общем уровне инфляции не превышала 16—18% в 1992г., 3—7% в 1993г., 11—13% в 1994г., 12% в 1995г., 13,2% в 1996г. Таким образом, на все остальные факторы должно приходиться примерно 82% общего уровня инфляции. Что же это за факторы? Прежде чем ответить на этот вопрос, проанализируем сценарий «шоковой терапии», примененный в российской экономике.







3. «Шоковая терапия» и ее результаты



Правительство Российской Федерации, из всех возможных вариантов выбравшее вариант «шоковой терапии», было уверено в успехе, надеясь буквально в течение считанных недель достичь равновесия на потребительском рынке, за несколько недель добиться финансовой стабилизации в стране, дать простор саморегулированию рынка или таким образом сдержать спад производства и заложить импульсы его подъема. 

Проведение «шоковой терапии» предусматривалось провести по следующему сценарию:

I этап сценария

1. Свобода роста цен — либерализация цен.

2. Снятие контроля за ростом доходов предприятий от повышения цен.

3. Снятие ограничений роста зарплаты производственных отраслей, торговли и банковской сферы.

4. Утрата контроля за госсобственностью и переливанием денежных накоплений в фонд потребления.

5. Ограничение инвестиционного спроса и разрушение инвестиционного спроса.

6. Недоначисление 1,5 трлн. руб. амортизационного фонда и завышение прибыли предприятий.

7. Переключение инвестиционных ресурсов на потребительский рынок и покупка валютных знаков.

8. Искусственное создание платежного кризиса, вызвавшего резкое усиление спада производства и приостановку платежей в бюджете.

9. Потеря налоговых поступлений в размере 40—50% налоговой базы (оценка правительственных ведомств).

10. Переключение политики высоких процентных ставок банковского капитала на ростовщическо-спекулятивные операции и биржевую скупку валюты.

11. Эмиссия 1,5 трлн. заменителей денег — ваучеров.

12. Неспособность закрыть российский рынок и внутреннее денежное обращение от рублевой интервенции других стран.

13. Неспособность перекрыть бегство долговых капиталов за границу.

II этап сценария

1. Урезание бюджетных расходов в их реальном исчислении.

2. «Замораживание» заработной платы работникам бюджетных отраслей.

3. «Сжатие» денежной массы.

4. Взвинчивание процентной ставки — «дорогой кредит».

5. Гнет косвенных и прямых налогов.

6. «Помощь» Запада и МВФ.

Однако попытки искусственно ускорить процессы, перепрыгнуть через неизбежные переходные ступени оказались нереалистичными, граничащими с авантюрой и губительными для общества. Самым характерным признаком прединфляционного кризиса стал в конце 80-х годов слабо контролировавшийся, но происходивший высокими темпами рост денежных доходов населения. В 1986 - 1987 гг., например, денежные расходы населения увеличились в среднем за год на 3,75%. В 1988 г. темп их прироста составил 9,2%. в 1989г.- 13,1%, в 1990г. - 16,9% и в I квартале 1991 г.—24,1%.

В условиях сложившегося в экономике дефицита товаров народного потребления и сокращения государственного контроля над ценами по основным видам товаров и услуг значительная часть денежных доходов населения вынужденно складывалась в сбережения, накапливался неудовлетворенный спрос. Вынужденно отложенный платежеспособный спрос в 1991 г. увеличился по сравнению с 1985 г. в 8 раз.

Подобная ситуация является весьма характерной для многих стран Европы, переживших послевоенный период, связанный с формированием устоев рыночной экономики. Об этом свидетельствует многоопытный теоретик-рыночник, английский ученый Ричард Лэйард: «Экстремальный случай избыточного спроса достигается в той экономике, в которой установлен контроль над ценами. В декабре 1991 г. равновесная цена в России намного превысила установленную законодательно. Результатом явились огромные очереди. Существовало только два способа выхода из создавшейся ситуации: освободить цены или попытаться сократить спрос, что было бы маловероятным».

Величина неудовлетворенного спроса характеризует меру инфляционного навеса в экономике, образовавшегося в результате государственного регулирования цен. В условиях свободного рыночного ценообразования на величину неудовлетворенного спроса населения неизбежно повысились бы цены в их движении к равновесию спроса и предложения. Представление о динамике роста суммированного неудовлетворенного спроса дают следующие данные. В 1981 г. он составил 31, в 1985 г.— 78,6 в 1988 г.— 142,2, в 1989г.— 165,5 и 1990г.— 233,0 млрд руб. (в масштабе соответствующих лет). Сокращение ресурсной базы рынка в условиях потери государством контроля за ростом денежных доходов привело к полному развалу, как рынка средств производства, так и рынка потребительских товаров и услуг. Резко возрос дефицит государственного бюджета. В 1986 г. он составил 35, в 1989г.— 81, а в 1991г.— приблизился к 300 млрд руб. В условиях снижения эффективности производства и начавшегося во второй половине 1990 г. спада сокращение поступлений в бюджет из производственной сферы компенсировалось нараставшим  из года в год увеличением доли прочих доходов государственного бюджета, государственного банка, в том числе использования прироста сбережений населения и денежной эмиссии. Снижение валютных поступлений от внешней торговли при неблагоприятной конъюнктуре на мировом рынке топлива и сокращение объемов его добычи и экспорта усилили масштабы использования сбережений населения и эмиссии для ликвидации дефицита государственного бюджета. Инфляционные процессы, начавшие набирать скорость в 1988 г. приобрели к началу 1991 г. новое качество. В 1988г. инфляция в народном хозяйстве составляла 3,5%, в 1989г.— 7,5, в 1990г.— 19,5%. В конце 1990г. темп роста розничных цен ускорился. Поэтому в декабре 1990г. инфляция выросла до 23%, а в I квартале 1991 г. она уже составляла 37%.

Существенную роль в развитии инфляционного процесса на этом этапе сыграли высокие темпы роста доходов населения. За 1991г. они возросли в 2 раза и составили 756 млрд. рубл., а с учетом компенсации, начисленных на вклады в сбербанки,— 827,9 млрд руб.

Ликвидация с 1 декабря 1991 г. ограничений на заработную плату и прирост средств, направляемых на потребление, привела к быстрому повышению заработной платы, как в государственном, так и в альтернативных секторах экономики, при этом прирост средств на оплату труда был в значительной степени отнесен на себестоимость продукции и выразился в росте цен. Это фактически привело к запуску в российской экономике спирали «зарплата — затраты — цены». В последующий период (1991—1993 гг.) характер инфляции существенно изменился. Если до 1991 г. решающим фактором развитие инфляционного процесса было накопление вынужденно отложенного спроса и значительно меньшую роль играло повышение цен, то в дальнейшем обесценение денежной массы приобрело выражение через стремительное повышение цен. Инфляция стала носить все более открытый характер. Так, если в 1988г. темпы ценовой и неценовой инфляции составляли соответственно 2 и 1,5%, в 1989 г.- 2 и 5,5, в 1990 г.- 6,5 и 13,5%, то в декабре 1990 г. темпы роста ценовой скрытой инфляции сравнялись. В этом же году (1990) инфляция стала сопровождаться спадом производства. В 1991 г. спад производства в промышленности дошел до 15%, он охватил отрасли группы Б, сельское хозяйство. Так, только в I полугодии 1991 г. производство продуктов питания снизилось на 7,5%. По оценкам экспертов розничные цены на потребительские товары и услуги выросли в 7,8 раза.

Меры, принятые правительством, оказались недостаточными для преодоления инфляции, так как не обеспечивали приостановления дальнейшего спада производства. Опыт Польши показывает, что с помощью «шоковой терапии», жесткой финансовой политики можно снизить темпы инфляции, но нельзя ее преодолеть и добиться стабилизации производства.

Как показывает практика, использование свободных цен в условиях почти полного господства государственной собственности, не создающей, стимулов к труду и накоплению, приводит к снижению объемов производства и инвестиций. Это не только порождает «ползучую» инфляцию на уровне 10—15% в месяц, но и создает предпосылки для резких всплесков цен в периоды наиболее существенного падения производства.

Формирование смешанной системы цен, предполагавшей параллельное применение административно устанавливаемых фиксированных и свободных договорных цен, явилось не только одним из важнейших результатов проведения пересмотра оптовых и закупочных цен, но и реформы розничных цен. Изменение уровней цен в сторону их повышения с переходом по довольно большому объему реализации на режим свободных (договорных) цен стало одним из детонаторов инфляции.

Переход к новому уровню розничных цен не ликвидировал дефицит государственного бюджета. Фактор дополнительной денежной эмиссии был сохранен, что создавало давление дополнительной денежной массы на цены потребительного рынка. В 1991 г. эмиссия денег выросла вдвое (в декабре розничные цены в России по сравнению с декабрем 1990 г. повысились в 2,6 раза). В январе 1992г. индекс потребительских цен в целом по России вырос по отношению к декабрю 1990г. в 9 раз, в феврале— в 12,9, а в марте - в 14,9 раза. Покупательная способность 1 руб. в марте 1992 г. была равна покупательной способности 17,5 коп. декабря 1991 г. или 6,7 коп. 1990г.

Цены, таким образом, росли практически пропорционально объему денег, находящихся в обращении.

В России в период, предшествующий либерализации цен, избыточный спрос был необыкновенно высок из-за слишком большого объема денег в обращении относительно существовавшего тогда низкого фиксированного уровня цен. Предпринимались попытки определить размер излишка денежной массы, однако методически сделать это было трудно, особенно в декабре 1991 г. И только последовавший за либерализацией рост цен (в течение одной недели цены выросли в 3,5 раза!) дает основание утверждать, что в декабре 1991 г. количество денег в обращении превышало равновесный уровень в 3,5 раза.

При проведении либерализации цен намечалось, что населению будет компенсироваться 65—70% потерь в связи с повышением розничных цен на товары и услуги. Повышение розничных цен в январе 1992 г. привело к существенно большему снижению уровня жизни населения. С учетом роста розничных цен в январе месяце, по данным Госкомстата России, уровень реальных доходов населения составил 40% от дохода в декабре 1991 г., т. е. снизился в 2,5 раза. Вмешательство государства в ценовый механизм объяснялось тем, что при более высокой зарплате и принудительно низких ценах все слои населения оказались одинаково беззащитными перед дефицитом товаров и спекуляцией теневых структур. Государством двигало одно желание — не отпускать цены, сделав их доступными для всех слоев населения. Однако, государство, пытаясь защитить бедных низкими государственными ценами, тем самым сделало проблему окончательно запутанной, потому что товары, едва появившись в магазинах, тут же исчезали в пучине теневых структур, где продавались по более высоким ценам, складывающимся под влиянием реального спроса. Поскольку для российской экономики характерно было хроническое недопроизводство товаров, а цены на них в спекулятивных структурах имели довольно высокие надбавки, низкодоходные слои населения оказались в двойном проигрыше: во-первых, не хватало товаров по низким ценам, а во-вторых, ощущалась нехватка государственных средств для помощи неимущим гражданам из-за того, что теневые структуры, игнорируя налогообложение, не пополняют бюджет.

Сложившаяся тяжелейшая ситуация требовала признания, что значительная часть общества будет жить ниже черты бедности и в условиях нищеты не месяцы, а годы. 

Последовательное приближение внутренних цен к мировым способствовало усилению финансовой дестабилизации, росту инфляции, дальнейшему падению и без того заниженного курса рубля. Негативное влияние на стабилизацию экономики оказывало стремление правительства к конвертируемости рубля без создания для этого необходимых условий. Постоянное снижение курса рубля, в основе которого были спекулятивные цены на крайне ограниченный круг товаров (таких, как видеотехника, компьютеры, средства связи), сложило одной из причин формирования общего уровня внутренних цен в стране. Можно сказать, что наряду со спиралью инфляции «цены—заработная плата—цены» в России действовала еще одна спираль: «цены—курс рубля — цены».

Либерализация цен привела к обесценению излишней денежной массы, находившейся в экономике. Однако полностью решить проблему ликвидации излишней массы денег у населения не удалось. Эффективный переход к рыночной экономике выражается, прежде всего, такими показателями, как:

насыщение рынков и ликвидация на этой основе товарного дефицита;

снижение инфляции до умеренного размера (не более 10% прироста цен в год);

формирование внутренней конвертируемости национальной денежной единицы (достижение единого и стабильного рыночного курса обмена на твердую валюту, причем на уровне, соответствующем национальным экономическим интересам).

Страны, успешно осуществившие «шоковую терапию», достигали, как правило, три указанные цели в кратчайшие сроки. Из восточно-европейских стран Чехия и Словакия наиболее успешно осуществили «шоковую терапию». В этих странах либерализация цен началась с 1 января 1991 г., а жесткие финансовые и антиинфляционные меры, включая ликвидацию дефицита госбюджета, были введены еще в 1990 г. При этом в Чехии и Словакии полностью отменялось государственное регулирование цен на продовольствие. Их уровень определялся спросом и предложением. 

Проведенная несколько ранее в Польше (с конца 1989г.) «шоковая терапия» тоже быстро достигла успеха, хотя и с большими издержками (инфляционный всплеск цен после их либерализации достиг 8-кратного размера). Однако последующий сценарий развития в этих двух странах был различен, с явным преимуществом в пользу Чехии и Словакии

«Шоковая терапия» в 1992г. преследовала не столько цель преодоления экономического кризиса, сколько политические задачи: утверждения нового режима и окончательного демонтажа aдминиcтративно-командной системы народного хозяйства. С этой точки зрения такая политика на данный момент в основном была оправданной. Но шоковый монетаризм показал свою ограниченность и неспособность к решению долговременных и глобальных задач, стоящих перед Россией.

В целом «шоковая терапия» проявилась в виде социально- экономических эффектов:

свертывания инвестиционных процессов, приостановления воспроизводства основных фондов, разрушения строительного и научно-технического комплексов;

падения объемов производства и, следовательно, предложения потребительских товаров, что привело к нарушению рыночного равновесия: товаров производится все меньше, цены растут;

загадочной диспропорции, возникшей между индексом потребительских цен (рост в 26 раз) и индексом денежных доходов населения (рост всего в 7,5 раз);

«российской конкуренции», выразившейся в свертывании производителями производства и поднятии цен.

 «Шоковая терапия» в России не сопровождалась какими-либо положительными результатами, потому что проблема насыщения рынков в условиях быстрого и устойчивого спада производства и массового вывоза товаров так и не была решена. Некоторое  смягчение дефицита по отдельным группам товаров связано было лишь с достижением по ним такого уровня цен, который превращает эти товары в полностью недоступные для основной массы населения (и тем вызывает резкое сокращение их потребления и производств). Зато либерализация вызвала высокий рост цен, достигший уровня гиперинфляции. 



Гиперинфляция принесла:

резкое снижение жизненного уровня преобладающей массы населения России;

ускорение спада производства, при разгуле спекулятивной деятельности;

подталкивание к финансовому краху многих жизненно важных предприятий;

заметное усложнение выполнения доходных и расходных статей госбюджета;

возникновение устойчивого дефицита рублевой наличности;

резкое усиление центробежных сил и в СНГ, и в рамках самой России.

Гиперинфляция помешала введению внутренней конвертируемости рубля. Неолиберальные и монетарные теории, используемые творцами российской «шоковой» реформы, в подобных результатах не виновны. Эти теории признают положительную роль свободного ценообразования только для такой экономической среды, в которой осуществлены, по крайней мере, два решающих условия: наличие развитых конкурентных рынков и господство здоровой финансово-денежной системы. Ничего этого в России, как известно, не было.

Наш рынок носил сверхмонополизированный и дефицитный характер, к тому же он был разрушен в результате развала государственности. Все более туманными становились и достижения в рамках «шоковой терапии», хотя бы относительной финансово-денежной стабилизации.

Решающие антиинфляционные меры российского правительства не только не достигали цели, а скорее способствовали дальнейшему разжиганию инфляции. На фоне все возрастающих социальных контрастов в экономике продолжала действовать спираль «зарплата - цены», придающая гиперинфляции устойчивый долгосрочный характер. 

Введение в качестве нового бюджетного дохода гигантского (28%) косвенного налога на добавленную стоимость резко подтолкнуло цены вверх при удушающем воздействии на производителей. Политика «управляемой» гиперинфляции бесперспективна - она будет лишь усугублять весь набор отрицательных последствий, самое страшное из которых - нарастающая опасность экономического краха не только отдельных предприятий, но и целых жизненно важных отраслей (как результат действия порожденного гиперинфляцией в условиях монополистического рынка механизма).

 Важным фактором в концепции выхода России из инфляционного тупика является не столько выбор экономической политики («жесткая» или «мягкая»), сколько структурные преобразования, и, прежде всего в производственной сфере, т.е. масштабное перераспределение государственных ресурсов. Реальная картина падения производства в России в первый год реформ объясняемся рядом причин.

Трансформация любой переходной экономики сопровождается падением объемов производства, что отчасти объясняется гипертрофированным развитием тяжелой промышленности в период социалистического строительства. Государство, отказавшись от своих заказов, в том числе и для оборонных целей, и свернув инвестиционные программы, тем самым обусловило спад производства в этих отраслях.

Гипертрофированная статистика прошлых лет («дутые» цифры, имевшие место в прошлом по политическим причинам для «выполнения» плановых показателей). Поэтому произошла переоценка спада производства в реальном выражении.

Уклонение от налогов - с этой целью предприятия не представляют правдивой отчетности о своей деятельности. Им скорее выгоднее сообщать сведения о резком сокращении производства, чтобы обосновать необходимость выделения им субсидий, налоговых льгот, дешевых кредитов.

Крах экономического механизма.

Усиление влияния международной конкуренции, из-за чего пришлось отказаться от производства ряда товаров, имеющих низкое качество.

Низкая скорость прохождения платежей.

Антиинфляционная кредитно-денежная политика правительства РФ, направленная на сдерживание денежной эмиссии, первоначально привела к возникновению слабой формы подавленной инфляции. К прежним причинам, вызывавшим сокращение производства в связи с распадом хозяйственных связей и отставанием с заключением новых договоров (1993), добавились «ножницы цен» между непомерно подорожавшими поставками сырья и материалов и сузившимся при новых ценах платежеспособным спросом на готовые конечные продукты.

В этих условиях по классической рыночной модели производители конечной продукции были бы вынуждены снизить цены и тем самым нажать на предшествующие отрасли вплоть до добывающих отраслей, заставив их остановить раскрутку спирали «инфляция -— цены». В России этого не произошло, хотя импульс для такой логики развития процесса был дан. Он привел к непредсказуемым последствиям.

Начались  неплатежи финишных производств промежуточным. Предприятия оказались в положении ищущих необходимые средства, как для выплаты заработной платы, так и для оплаты закупок сырья. Попытка получения кредита, в связи с повышением Центральным банком в 1993г. кредитных ставок до 50%, а потом до 80% для большинства предприятий стала невозможной. Причиной обострения нехватки денежных средств в банках в тот момент стало перенасыщение денежными средствами частного и кооперативного секторов экономики. Сложилась параллельная сфера денежного обращения, которая полностью вышла из-под контроля государственной банковской системы. Это в свою очередь создало угрозу стабилизации цен в будущем.

Рост платежеспособного спроса в связи с увеличением денежных доходов населения стимулировал инфляционное повышение цен. Особенно существенно оно было в потребительском секторе экономики из-за сокращения объема производства товаров народного потребления (наибольшее снижение производства имело место по продовольственным товарам).

Сценарий проведения «шоковой терапии», разработанный специалистами Министерства экономики РФ, резко разошелся с реальным положением дел. В проекте бюджета на 1992г. прогнозировался спад в размере 8% с постепенным его замедлением во второй половине года. В прогнозных расчетах предполагалось сокращение производства в 1993 г. на 5%, в 1994 г.— всего на 1,9%, а, начиная с 1995г. намечалось оживление производственной деятельности. Таким образом, в целом за 1992— 1994 гг. прогнозировался спад в промышленности не более чем на 20%. Фактически с первых же месяцев 1992 г. кризис в промышленности опрокинул эти расчеты, он охватил практически все отрасли и предприятия, причем упало производство дефицитной продукции.

Правительственные эксперты, определившие данную тенденцию как некую неизбежность перед началом процесса стабилизации, заняли явно ошибочную позицию. Дальнейшие этапы реформы показали, что начавшийся негативный процесс может привести к потере половины промышленного производства (в истории России это соизмеримо с потерями, имевшими место в результате первой мировой войны или Октябрьской революции, или Гражданской войны), что равнозначно коллапсу всей экономики.

В инвестиционном комплексе кризис приобрел разрушительные масштабы. Уже в 1991 г. начался процесс сокращения инвестиционной активности, а за 1992 г. объем капитальных вложений сократился более чем на 50%. В последующие годы отсутствие реальных финансовых ресурсов у большинства предприятий, непомерно высокие ставки банковского процента, направление под давлением трудовых коллективов возрастающей части накоплений на оплату труда с целью компенсации роста цен — все это подорвало инвестиционные возможности предприятий. Продолжающийся рост цен, естественно, резко сократил реальную величину бюджетных ассигнований, выделяемых на инвестиции. Банковский кредит из-за его дороговизны практически не использовался предприятиями в качестве источника финансирования капитальных вложений. Доля долгосрочных кредитов в общей сумме кредитных вложений снизилась до 5%, в то время как в конце 80-х годов она составляла около 25%. Сфера, где кризис продолжал углубляться и мог иметь катастрофические последствия для народа, — сельское хозяйство, особенно животноводство. Недостаток кормов и сброс поголовья не позволял надеяться на какую-либо стабилизацию. При этом потери скота в коллективных хозяйствах лишь частично компенсировались его ростом в личных подворьях и у фермеров (не более чем наполовину).

Не оправдались расчеты и на то, что процессу стабилизации экономики будет весомо способствовать внешний фактор. Экспорт продолжал нарастать, даже более высокими темпами, чем внутреннее производство. Невозможность в таких же масштабах уменьшения импорта из-за его вынужденного характера привела к нарастанию спада внешнеторгового баланса. Неурегулированность проблем внешнего долга существенно сковывало возможности маневра экономики и оказывало крайне отрицательное влияние на ее состояние.

Катастрофическое падение курса рубля в 1992—1993гг. отражало общее состояние экономики, причем надежды на скорое «реальное» повышение курса рубля в тот момент, исходя из сравнения динамики внутренних цен и курса, не имело под собой никакой объективной основы.

Правительству не удалось тогда решить и другую центральную задачу - свести инфляцию к приемлемому уровню (1— 3% в месяц, как это декларировалось). Главной причиной того, что правительственная экономическая политика на том этапе потерпела сокрушительную неудачу, является фактическое устранение государства от регулирования реальных экономических процессов. Проблемы стабилизации производства и снижения инфляции предполагалось решать за счет достижения бездефицитного бюджета, ужесточения кредитной политики, ограничения денежной массы. Однако, несмотря на всю жестокость финансовой политики, добиться бездефицитного бюджета не удалось.

В условиях резкого падения объемов производства задача ликвидации дефицита бюджета вообще не имеет решения. Более того, попытка решить ее жесткими волевыми мерами привела к отрицательным результатам. Среди них главные: кризис неплатежей в производственной сфере, который не удается преодолеть, и недопустимое ограничение расходов на социальную сферу и науку, делающее невозможным их нормальное функционирование и ведущее к разрушению накопленного ранее потенциала. Провал политики финансовой стабилизации был усугублен ее организационной неподготовленностью. Особенно отчетливо это проявилось в неумении обеспечить своевременный и полный сбор налогов.

Наряду с государственными финансами в полный упадок пришли финансы предприятий. Несвоевременные и недостаточные меры по индексации оборотных средств и амортизационных отчислений в условиях резкого роста цен, по существу, оставили предприятия без нормальных источников даже для простого воспроизводства. За 1991—93 гг. произошла дифференциация номинальных доходов. Нельзя не учитывать и неодинаковую динамику цен по различным товарным группам. Особенно значительно цены возросли на продовольствие и непродовольственные товары, являющиеся объектом массового спроса и составляющие основу расходов малообеспеченных групп населения. Поэтому углубление расслоения населения по уровню реальных доходов существенно выше, чем по номинальным.

За 1990- -1996 гг. сформировалась такая направленность экономического развития страны, когда из-за отсутствия бюджетных ассигнований глубина промышленного спада стала еще более «зияющей» по сравнению, например, с падением внутреннего валового продукта (ВВП). Если объем ВВП составил 62% к уровню 1990 г., то объем промышленного производства— 50%, в том числе на крупных и средних предприятиях— более 53%. Сильнее всего кризис почувствовали обрабатывающие отрасли промышленности, выпускающие виды продукции с высокой добавленной стоимостью, а также наукоемкие и высокотехнологические. В этих отраслях технологические изменения объективно не успевали за изменениями структуры цен. Сказывалось отрицательно и наличие многих фирм-конкурентов, получивших широкие возможности своего развития в результате быстрой либерализации экономики.

Принципиально новая структура цен сформировала такое технологическое направление российской экономики, которое лишилось сложных технических компонентов и значительно снизило свою конкурентоспособность на мировом рынке.



ЗАКЛЮЧЕНИЕ

1.Возникновению инфляции в России послужили следующие причины:

глубокие деформации и диспропорции общественного производства;

структурные перекосы экономики;

монополизм производителей товарной продукции;

милитаризированная экономика;

разбухший государственный аппарат.

Действие инфляционных механизмов в России стимулировалось государственным (бюджетным) финансированием и льготным кредитованием. Низкий уровень конкуренции в сфере промышленного производства и сохранение монополистических структур не дали возможности проявиться «кейнсианскому эффекту». Последовавшие затем рост цен на оборудование, сырье, топливо и повышение зарплаты при сокращении производства привели к тому, что инфляция спроса переросла в другую форму - инфляцию издержек производства (инфляция предложения).

2. Механизм инфляции предложения зиждется на таких факторах, как:

рост цен на промежуточные товары, диктат предприятий, производящих электроэнергию и другие энергоресурсы;

слабо развитая инфраструктура рынка, в частности инструменты частного инвестирования, перелива капиталов, аккумуляции сбережений населения, что особенно характерно для экономики переходного типа;

несовершенство конкуренции на рынке, его монополизированное   наличие барьеров для конкуренции в виде высокого уровня дифференциации продукта, законодательных ограничений на вхождение в отрасль «посторонних» структур (лицензирование);

недоразвитость рынка труда.

В условиях слаборазвитой рыночной экономики, лишенной рыночных стимулов, товарно-денежные отношения начинают частично функционировать по законам монополизированного рынка, как это имело место в России. В таких условиях перестает действовать механизм цены равновесия.

3.Важнейшим признаком прединфляционного кризиса в России в конце 80-х годов стал высокий рост денежных доходов населения. Из-за дефицита основных видов товаров и услуг значительная часть денежных доходов населения вынужденно складывалась в сбережения, которые в виде отложенного платежеспособного спроса в 1991 г. увеличились по сравнению с 1985 г. в 8 раз.

Инфляционные процессы начали набирать скорость в 1988 г. В 1991-1993гг. они приобрели форму инфляционной спирали «затраты-затраты-цены». Цены росли пропорционально объему денег, находящихся в обращении. Месячный темп инфляции стал близким к темпу прироста денежной массы. Либерализация цен привела к обесценению излишней денежной массы, находившейся в экономике.

4. «Шоковая терапия», примененная к российской экономике, была более жестокой, чем в других странах (Япония, Польша), Что объясняется гигантской диспропорцией в экономике страны (удельный вес тяжелых отраслей преобладал в промышленной инфраструктуре в ущерб выпуску товаров народного потребления).











ЛИТЕРАТУРА



Бункина М. К. Монетаризм.- М.: АО ДЧС, 1994.

Бункнна М. К., Семенов В. А. Макроэкономика. Учеб. пособие.- М.: «Эльф Ко-пресс», 1999.

Инфляция и антиинфляционная политика // Курс экономической теории: Учеб. пособие.- М., 2000. 

История мировой экономики. Хозяйственные реформы 1920- 1990гг.: Учеб. пособие / А. К. Маркова, Н. С. Кривцова, А. С. Квасов и др.; Под ред. проф. А. Н. Марковой.— М.: Закон и право, ЮНИТИ, 1995.

Ковалев В.В. Введение в финансовый менеджмент. М.: Финансы и статистика,2001

Лексис В. Кредит и банки.- М.: Перспектива, 1999.

Носова С.С. Экономическая теория. Учебник для вузов. М.:  ВЛАДОС, 2000

Общая теория финансов: Учебник / Л. А. Дробозина, Ю. Н. Константинова, Л. П. Окунева и др.; Под ред. Л. А. Дробозиной.- М.:Банки и биржа, ЮНИТИ, 1999.

Современная инфляция: истоки, причины, противоречия.- М.:Мысль, 1997.

Усов В.В. Деньги. Денежное  обращение. Инфляция. Уч. пособие. М.: ЮНИТИ,1999

Экономическая теория. Учеб. для вузов / Под ред. Н. Сумцовой, Л. Орловой. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000.