Трансформация ценностных ориентаций в современной российской семье

Трансформация ценностных ориентаций в современной российской семье 

И.Ф. Дементьева, Институт социологии РАН

Многочисленные исследования прошлых лет свидетельствуют, что в устойчивом бескризисном обществе трансформация системы семьи демонстрирует высокий инерционный потенциал. Это связано с вполне объяснимой консервативностью мышления старших родителей и их внутренним сопротивлением в принятии новых, на первый взгляд, не всегда понятных, изменений жизненных принципов. Признание новой ценностной парадигмы, примирение с ней формируется в результате многократного столкновения взрослых членов семьи с изменившейся социальной реальностью, на основе обретенного нового жизненного опыта. 

Для российской семьи последних двух десятилетий, как и для всего общества, переход в новое качество жизни происходил скачкообразно, вдруг, она неожиданно сталкивалась с совершенно иными социально-экономическими условиями. Преодоление возникшего в связи с этим разрыва между традиционным сознанием и реальным бытием требовало кардинальных изменений мировоззрения как на уровне общества, так и в рамках малых групп (в том числе, и семьи), а также на индивидуальном уровне отдельных представителей. 

Поколение родителей, фундаментальные ценности которых сложились в эпоху социалистических общественных отношений, испытывает глубокие противоречия, связанные с необходимостью совмещения старых нравственных принципов и новой рыночной морали. По определению академика С.В. Дармодехина, многие семьи в течение всего периода реформ так и не сумели сформировать «защитные» стратегии и механизмы[3,с.10]. 

В связи с такой нестандартной ситуацией претерпевает существенные изменения воспитательная стратегия семьи как транслятора общественных ценностей. Родители вынуждены констатировать, что устоявшиеся, выверенные временем ценности семьи нежизнеспособны в новых общественно-экономических условиях. Поэтому сегодня наблюдается совершенно нетипичная в многовековой практике взаимоотношений поколений в семье ситуация, при которой родители обращаются к несовершеннолетним детям за консультацией по жизненным вопросам, корректируя через детей свои представления о реальных ценностях современного российского общества. Дети в этих обстоятельствах, ввиду присущей им возрастной готовности принимать все новое, являются более адаптированными и становятся проводниками современных ценностей общества в сферу семьи.

Для анализа происходящих в семье трансформаций необходимо использовать понятие ценности, традиционное для большинства исследовательских стратегий изменяющегося общества. Термин «ценность» находит инструментальное применение в понятийном аппарате ряда общественных научных дисциплин.

Философия как фундаментальная наука об обществе рассматривает понятие «ценность» в качестве базовой составляющей при анализе качественных аспектов социальных процессов. В общефилософском понимании «ценность» представляет собой термин, указывающий на человеческое, социальное и культурное значение определенных явлений действительности. Выделяются субъективные и объективные ценности: первые выражаются в форме нормативных представлений (установки и оценки, императивы и запреты и т.п.), а вторые представляют собой отношение истины и неистины, допустимого и запретного, справедливого и неправедного, красоты и безобразия и т.п.[10,с.576].

Высокая значимость «ценности» как понятия в области философских проблем определяется выделением теорий, посвященных ей, в отдельную отрасль общефилософской науки – аксиологию. В рамках этой ветви философии, представляющей учение о ценностях, находят свой предмет более конкретные общественные дисциплины: этика (этическая аксиология), социология (социальная аксиология), социальная психология, педагогика и др.

Этическая аксиология рассматривает ценности, относящиеся к области морального сознания, которые проявляются в форме моральных норм, принципов, идеалов и определяются в понятиях добра и зла, справедливости, счастья и т.п.[9,с.345]. 

В социальной психологии понятие «ценность» включает в себя цели, идеалы, убеждения, интересы и другие значимые для личности мировоззренческие проявления, которые формируются при усвоении социального опыта[4,с.389].

Социология рассматривает ценности как фундаментальные нравственные и этические нормы, обеспечивающие целостность социальных систем через нормативное регулирование общественной жизни. Предметом социальной аксиологии, таким образом, является именно нормативная функция ценностной системы, позволяющая достигнуть социального равновесия путем коррекции общественных процессов и поведения людей[11,с.442].

Рассматривая ценность сквозь призму культурно-исторической значимости этого понятия, известный немецкий социолог Макс Вебер в своей теории «понимающе-объясняющей» аксиологии говорит о ценностях как регуляторах поведенческих действий человека, по существу сближая ценность с нормой. Американская аксиология в лице Уильяма Томаса и Флориана Знанецкого, в свою очередь, соотнесла понятие нормы с общественной санкцией и таким образом провела четкую смысловую грань между ценностью и нормой. Серди последующих работ социологов, рассматривающих проблему ценностей, представляет интерес трактовка основоположника структурно-функционального направления Толкотта Парсонса, который уделял внимание, прежде всего, нравственным аспектам аксиологии. В его толковании ценность есть средство для определения социальных связей, поскольку любое сообщество предполагает существование неких разделяемых всеми общих моральных ценностей. 

Понятие ценности, приобретающее сегодня новый контекст, можно применить и к социальным реалиям сегодняшней России, для которой характерна высокая степень неуверенности семьи в своем будущем. Уместно процитировать высказывание британского социолога Зигмунта Баумана, который очень точно отметил: «Там, где царит неуверенность, остается мало времени для заботы о ценностях, витающих выше уровня повседневных забот»[1,с.201].

Если происходящие ныне эволюционные преобразования в российском обществе приведут к его стабилизации на более прогрессивном качественном уровне, то будет сформирована устойчивая система ценностей, как на субъективном, так и на объективном уровне. Тогда семья как основа общества, сможет адекватно транслировать ценности, базовые для социума и формирующие его единство. Однако формирование ценностей не происходит автоматически – в обществе не случайно сложились специальные социальные институты, главной задачей которых является воспитание. В этом понятии и отражается значение, придаваемое обществом процессу восприятия общеразделяемых ценностей.

Так же как и «ценность», понятие «воспитание» давно и прочно занимает место в большинстве социальных наук.

Так, этика в рамках своего предмета изучает процесс воспитания как усвоение индивидом нравственных принципов жизни в виде норм, идеалов, понятий справедливости, добра, зла и т.п. Нравственное воспитание, таким образом, предполагает формирование у индивида соответствующих убеждений, склонностей, привычек, чувств, устойчивых моральных качеств[9,с.44].

С точки зрения социальной психологии, воспитание – это деятельность по передаче новым поколениям общественно-исторического опыта, которая является результатом взаимодействия воспитателя с воспитуемым, а также самих воспитуемых между собой в онтогенезе[4,с.51].

Педагогика, считающая воспитание второй основной своей функцией после передачи знаний, рассматривает его как процесс целенаправленной деятельности, призванной сформировать у детей систему качеств личности, взглядов и убеждений, которые, с одной стороны, способствуют возникновению самосознания, «Я» как самостоятельной и независимой индивидуальности; с другой – помогают включению индивида в общество, начиная от первичной социальной группы и заканчивая социетальным уровнем[7,с.165].

С позиции социологии, воспитание есть процесс сознательного, целенаправленного и систематического формирования личности, осуществляемый в рамках и под воздействием социальных институтов (в том числе и семьи) с целью ее подготовки к выполнению социальных функций и ролей, к жизнедеятельности в различных сферах социальной практики (профессионально-трудовой, общественно-политической, культурной, семейно-бытовой и др.)[11,с.82]. 

Характеризуя современное российское общество как общество переходного типа, профессор А.В. Мудрик формулирует в сфере воспитания круг специфических проблем, вызванных к жизни условиями социальной нестабильности. Основным качеством, облегчающим процесс воспитания детей в меняющемся обществе, автор называет «стихийность социализации», связанную с множественностью идеологий, стилей жизни и норм поведения[6,с.102]. Проводя параллель с устойчивым, уравновешенным обществом, в котором органично осуществляется трансляция ценностей от поколения к поколению, А.В. Мудрик указывает на отсутствие в условиях нестабильного общества «социального консенсуса», наличие в нем несовпадения и даже противоречия интересов разных возрастных групп (в том числе и в рамках семьи). Иными словами, в нестабильном обществе перед воспитателем остро стоит проблема «Что транслировать?», ибо в нем отсутствует устоявшаяся модель человека с определенными ценностями, расположенными в устойчивой иерархии. 

Это утверждение А.В. Мудрика как ведущего российского теоретика в области воспитания получает многократное подтверждение на эмпирическом материале разных исследователей. Так, одно из последних исследований ценностных ориентаций молодежи (г. Зеленоград, 1999 г.) привело его авторов к следующим выводам. Обнаружена несформированность ценностного поля молодежи; расплывчатость нравственных позиций; ориентация скорее на материальные блага, чем на духовные ценности; серьезное отношение к моральным нормам общества лишь в младших возрастных группах[8,с.108]. 

Обращаясь к проблеме межпоколенной преемственности семейных ценностей, авторы исследования определяют эффективность воспитательного воздействия родительской семьи по оценкам респондентов из числа молодежи. В целом, у молодого поколения наблюдается признание значимости ценностей, насаждаемых старшим поколением в семье. Ценностные характеристики личности, воспитываемые родителями, в сопоставлении с качествами, признанными молодежью, показывают абсолютное совпадение первых пяти позиций в следующей последовательности: хорошие манеры, трудолюбие, чувство ответственности, порядочность, терпимость и уважение к другим людям.

Отсюда следует, что молодое поколение по принципиальным ценностным ориентирам разделяет взгляды своих родителей. Существенные расхождения между поколениями выявлены лишь в оценке правил морали и определении значимости секса как жизненной ценности. Более ценными для молодых людей в сравнении со взрослыми представляются такие личностные качества, как независимость, решительность, настойчивость. Для их родителей более значимы бережливость, экономное отношение к деньгам и вещам, послушание.

Другое, более представительное исследование последних лет по проблемам преемственности семейных ценностей, выполненное на региональном уровне Тюменской области в мониторинговом режиме (1992-2000 гг.), прослеживает ценностную систему родителей и детей в их корреляционном выражении. Подтверждается вывод зеленоградских исследователей о несформированности общей системы ценностей теперь уже на уровне родителей. Отсюда вывод: родительское поколение не представляется сплоченной социальной группой, способной к активным социальным преобразованиям (а значит – к адекватному современным требованиям воспитанию детей). Авторы исследовательского проекта используют классификацию ценностей, разработанную и апробированную группой ученых Института философии РАН, которая подразделяет ценности на интегрирующие, т.е. консолидирующие поведение субъектов, и дифференцирующие, разъединяющие последних за счет выявления их специфичности, особенности поведения[5]. Данная классификация используется для определения уровня сплоченности общества в целом, однако в нашем случае возможно применение этого методологического приема на уровне семейных групп – при оценке усвоения молодым поколением родительской системы ценностей, ее интегрирующих или дифференцирующих ресурсов.

Используемые для анализа семейных ценностей классификации могут строиться по разным основаниям. Ниже предлагается разработанная нами классификация, построенная на основе выделения базовых критериев, определяющих ценностную систему семьи как института воспитания. 

I критерий. Статусные диспозиции в семье.

Предлагаются следующие составляющие элементы данного критерия: авторитет, власть, демократизм отношений, контроль, доверие и т.п. Как видно из приведенного перечня элементов, составляющих этот критерий, анализу подлежит не только ценностная направленность семьи на уровне отношений «родители-дети», но и весь спектр внутрисемейных субординаций. Имеются в виду отношения между поколениями также на уровне старших родителей (дедушек, бабушек). Сюда же включается определение стиля межсупружеских коммуникаций и корпоративности связей между детьми в семье.

Степень и качество проявления статусных диспозиций в семье измеряется с помощью следующих показателей:

1) отношение детей к проявлениям родительской власти;

2) авторитет родителей в оценках детей и самооценках родителей;

3) доверительность отношений «родители-дети» – по взаимных оценкам;

4) качество родительского контроля по отношению к детям (требовательность, категоричность, последовательность);

5) сплоченность и иерархия отношений между детьми в семье;

6) распределение домашних обязанностей;

7) право решающего голоса в семье;

8) интенсивность и качество коммуникационных связей с представителями третьего поколения (старшими родителями): общение и поддержка.

II критерий. Система правил поведения в семье.

С точки зрения влияния на процесс воспитания, этот ценностный критерий выполняет в семье функцию, близкую к родительскому контролю, однако в ряде случаев его действие выходит за рамки отношений «воспитатель-воспитуемый» и распространяется на всех членов семейной группы. Таким образом, правила поведения, принимаемые всеми без исключения представителями семьи, определяют нравственную идеологию данной конкретной семьи с несовершеннолетними детьми. Воспитательная роль этого критерия в наибольшей степени проявляется в процессе формирования в детях нравственных ценностей и правил жизни, поскольку одобряемые семьей поступки и действия ребенка напрямую связаны с усвоением им нравственных норм общества.

Эффективность усвоения ребенком воспитательных усилий родителей по передаче системы правил поведения в семье измеряется посредством следующих показателей:

1) обязательность соблюдения в семье установленного порядка. Эмпирическими индикаторами в этом случае могут выступать: обязательность возвращения членов семьи домой не позже определенного времени, извещение в случае непредвиденной задержки; непреложное выполнение членами семьи своих домашних обязанностей и т.п. Качественный уровень данного показателя замеряется методом оценочной шкалы: «высокая обязательность - скорее высокая - когда как - скорее низкая - очень низкая»;

2) толерантность к проявлениям отклоняющегося поведения как внутри семьи, так и вне ее. Индикатором может служить уровень нетерпимости в семье к проявлениям алкоголизма, наркомании, хулиганства, насилия, национализма, терроризма и т.п. Для измерения уровня толерантности используется аналогичная оценочная шкала;

3) последовательность воспитательных действий со стороны родителей. Эмпирические индикаторы данной воспитательной идеологии семьи следующие: соответствие слова и дела в действиях родителей; отсутствие в семье двойной морали; адекватная реакция родителей на поведение детей и т.п. Оценочная шкала включает следующие позиции: «высокая последовательность – чаще последовательны – когда как – изредка проявляют последовательность – как правило, не соблюдают последовательность»;

4) предъявление требований детям с учетом их возрастных особенностей и возможностей. Эмпирические индикаторы данного показателя основываются на учете факторов физического и психического здоровья детей, уровня их социальной и правовой подготовленности и т.п. Шкала оценок предусматривает следующие качественные характеристики: «всегда учитывают – чаще учитывают – когда как, по обстоятельствам – чаще не учитывают – обычно не учитывают».

III критерий. Индекс индивидуализма ребенка в семье.

Рассматриваемый критерий позволяет составить через систему показателей представление о самооценках и самоидентификации ребенка как члена семьи, а также о позиции родителей в вопросе формирования самостоятельности его суждений и действий в мировоззренческой сфере. Известно, что индивид может обособиться, только ощущая себя в обществе других подобных ему индивидов. Представляется чрезвычайно важным наличие у ребенка свободного выбора между возможностью общения с другими людьми и обособления для самоанализа и совершенствования, развития своих личностных качеств. Индекс индивидуализма ребенка дает представление о воспитательной ответственности родителей, сознательно формирующих такие качества личности ребенка, которые позволяют ему достигнуть чувства внутренней свободы и раскрепощенности в процессе взросления и социализации. В работе с данным критерием используется ряд сложных показателей, которые в дальнейшем могут быть представлены в дробном виде на уровне простых индикаторов:

1) соотношение принципов общения и обособления в практике воспитания родителями индивидуальности как качества ребенка;

2) допускаемая родителями степень независимости ребенка в семье:

материальная (собственный заработок ребенка через труд);

физическая (обретение навыков самообслуживания, личная забота о своем здоровье);

психологическая (уважение к личности ребенка, умеренная критика);

интеллектуальная (уважение к мнению ребенка, создание условий для развития познавательных установок).

3) личностная ответственность ребенка, отношение к правам и обязанностям;

4) личностная автономия ребенка:

пространственная (наличие свей комнаты, спального места и т.п.);

эмоциональная (возможность уединения, чувство «социального одиночества»);

материальная (личный заработок как карманные деньги или как часть бюджета семьи);

5) самоидентификация ребенка: ориентация на индивидуальность или социальную систему («я» - как часть семейной группы);

6) самостоятельность ребенка в принятии решений, независимость от референтной группы (в том числе семейной);

7) оценка ребенком своих достижений как личных успехов или как коллективных усилий семьи.

IV критерий. Индекс маскулинности в семье.

Термин «маскулинность» используется при анализе воспитательных методов семьи в ситуации дифференцированного подхода к детям противоположного пола. Этим же термином определяются действия членов семьи по оказанию взаимной поддержки, защиты и помощи, т.е. определяется уровень корпоративности семейной группы.

В то же время, индекс маскулинности позволяет выявить частоту использования супругами силовых методов решения внутрисемейных проблем. Как известно, эффективность семейного воспитания предполагает прежде всего наглядный пример собственного поведения родителей в тех или иных жизненных обстоятельствах. Практика показывает, что примеры насильственного поведения, заимствованные детьми из родительской семьи, становятся естественным продолжением традиции супружеского и родительского насилия в следующем поколении.

Из сказанного выше следует, что показатели, используемые для определения индекса маскулинности, должны давать возможность оценки супругов-родителей в качестве субъектов как позитивных (поддержка), так и негативных (насилие) действий в семье. Предлагается следующий набор показателей:

– гендерный подход к воспитанию детей; дифференцированные воспитательные меры матери и отца к детям разного пола;

– допустимость жестокого обращения с детьми (применение различных форм насильственных действий);

– интенсивность оказываемой детям поддержки со стороны родителей (родитель как защитник, семья как «убежище»);

– проявление эмпатии и ее адресаты в семье и вне ее;

– допустимость межсупружеского насилия.

Другой методологический подход к проблеме классификации ценностной системы семьи был апробирован в рамках мониторинга, проводимого группой исследователей под руководством автора. Предлагаемая ниже классификация основана на характеристиках семьи, отражающих ее жизнедеятельность. Исследователи руководствовались гипотезой о более высокой эффективности воспитательного воздействия в семьях, отличающихся стабильностью внутрисемейных отношений. С другой стороны, стабильность семьи обусловлена наличием в ней устойчивой системы ценностей, создающей ситуацию социального равновесия и успешного сопротивления негативным внешним факторам. Воспитательные ценности семьи по существу являются отражением ее ценностных ориентаций. Известно, что воспитательные меры реализуются родителями не столько путем дидактического воздействия на ребенка, сколько через демонстрацию личного поведения, направленность интересов и потребностей, а также через создание определенного психологического климата в семье. Опираясь на такую основу, определяем воспитательную стратегию семьи через ее ценностную систему. Исходя из этой теоретической посылки, в классификацию семейных ценностей были включены следующие основные элементы:

1) ценности супружества;

2) ценности, связанные с демократизацией отношений в семье;

3) ценности родительства, воспитания детей;

4) ценности родственных связей;

5) ценности, связанные с саморазвитием;

6) ценности внесемейных коммуникаций;

7) ценности профессиональной занятости.

Конечной целью исследования было определение механизмов преемственности ценностной системы в рамках семьи: от родителей – детям. При этом выявлялась удовлетворенность подростков наличием и характером проявления каждой ценности в его семье. Удовлетворенность конкретной ценностью отождествлялась с готовностью подростка принять ее как элемент идеологической концепции собственной будущей семьи.

В результате анализа полученных эмпирических данных был выстроен следующий динамический ряд, характеризующий готовность детей принять те или иные ценности родительской семьи для их реализации в собственной семье (табл. 1).

Таблица 1

Преемственность семейных ценностей в динамике лет



Ценности семьи

 Готовы принять, 

подростки (%)

Не готовы принять,

подростки (%)



1995 г.

1997 г.

1999 г.

1995 г.

1997 г.

1999 г.

Супружеские отношения

16

13

22

38

26

35

Демократизация отношений в семье

34

42

35

30

23

33

Родительство, воспитание детей 

51

44

44

16

21

24

Родственные связи

67

73

69

7

3

11

Саморазвитие

11

21

18

43

30

46

Внесемейные коммуникации

46

62

46

16

7

20

Профессиональная занятость родителей

72

64

50

15

7

20

Анализируя данные табл. 1, можно утверждать, что в наибольшей мере подростки готовы заимствовать из родительской системы ценностей модель родственных связей, прежде всего, в отношениях с собственными старшими родителями (готовы принять в среднем по годам мониторинга 70% подростков, не готовы – 7%). Достаточно высок также рейтинг такой семейной ценности, как профессиональные интересы, отношение к работе (готовы следовать такой родительской модели поведения в среднем 62%, отвергают ее 14% подростков). Следующая семейная ценность, принимаемая детьми в качестве образца поведения – внесемейное общение, и прежде всего – отношения с друзьями (принимают 51% подростков, отвергают – 14%). Несколько меньше половины подростков (46%) одобряют систему воспитания, принятую в родительской семье (в сравнении с 20% не одобряющих методов воспитания своих родителей). Достаточно сопоставимо число подростков, одобряющих стиль отношений в семье (демократический) и отвергающих существующие в семье отношения (соответственно 37% и 29%). Не пользуются поддержкой детей эмоциональные взаимоотношения между родителями: положительно оценивают их лишь 17% подростков при 33% негативных оценок. Наконец, совсем не одобряют подростки формы проведения родителями своего свободного времени, отсутствие возможностей для саморазвития в этой сфере. Готовы заимствовать родительский пример лишь 16% детей при 40% не желающих.

Подводя итог проведенному анализу значимости семейных ценностей в структуре воспитательных ресурсов родителей, можно сделать ряд выводов.

Во-первых, ценностная система семьи обладает мощным потенциалом воспитательного воздействия на молодое поколение в плане его личностного развития.

Во-вторых, в условиях глобальных изменений российского общества и возникшей на этом фоне неопределенности целей в деятельности ряда социальных институтов, наличие в семье устойчивой системы ценностей может служить противовесом негативных воздействий и гарантией адекватного воспитания молодого поколения. Этот тезис представляется весомым аргументом при разработке государственной политики поддержки семьи как института воспитания детей.

В-третьих, трансформация российского общества привела к нивелированию многих социальных ценностей старого ряда (эпохи социализма), но еще не сформирована отчетливая система ценностей новой эпохи. В этом состоит главная трудность осуществления воспитательного процесса в условиях меняющегося общества: нет устойчивых ориентиров будущего развития, не определена перспективная стратегия социальных приоритетов. Определение социальных ориентиров развития российского общества, представленное населению страны в концептуальной форме, могло бы в значительной степени облегчить проблемы семьи и других социальных институтов при выборе и разработке принципов воспитательного воздействия на детей в новых условиях функционирования.

В условиях меняющегося общества традиционные ценности семьи зачастую становятся тормозом при усвоении новых жизненных реалий. В такой ситуации процесс трансформации семейных ценностей, их приспособление к новым условиям жизни часто происходит при активном участии младшего поколения в семье. Такой социальный феномен имеет место сегодня в российском обществе: наблюдается нетипичная ситуация признания родителями высокой компетентности детей в ряде вопросов, связанных с реальными ценностями нового социума. Таким образом, в переходном российском обществе следует говорить не столько о традиционной передаче семейных ценностей от родителей детям, сколько о разнонаправленном их участии в этом процессе. На межпоколенном уровне наряду с усвоением детьми базовых ценностей происходит трансформация ценностной системы родителей.

Российские реформы последних двух десятилетий коренным образом изменили идеологию приоритетов ценностей общества. Постулируемая при социализме первичность интересов общества над личностью сменилась на противоположную: отныне интересы личности рассматриваются как первичные, преобладающие над коллективными, групповыми. Изменились и другие нравственные ориентиры общества: вошли в постоянный обиход с положительным знаком до того мало известные термины из чужой жизни: «предприимчивость», «личная инициатива», «лидерство», «конкурентоспособность» и т.п. Приобрели сугубо негативное значение в прошлом положительные характеристики ценностного ряда: «скромность», «альтруизм», «коллективизм» и т.п. Такие радикальные нравственные оценки, характерные для общества переходного этапа, со временем, несомненно, приобретут менее категоричную форму, уравновешивая друг друга. Однако тенденции сегодняшнего дня свидетельствуют о нивелировке традиционных российских ценностей под давлением привнесенных извне ценностей других сообществ. В свете сказанного, сегодня необходима инициатива официальных органов власти для определения места традиционных ценностей старого ряда в новой ценностной структуре общества с целью сохранения национальной индивидуальности России.

Список литературы

Бауман З. Индивидуализированное общество. – М.: Логос, 2002.

Гаврилюк В.В., Трикоз Н.А. Динамика ценностных ориентаций в период социальной трансформации// Социологические исследовании. – 2002. – № 1.

Дармодехин С.В. Проблемы развития системы воспитания детей в Российской Федерации// Педагогика. – 2001. – № 1.

Краткий психологический словарь// сост. Л.А. Карпенко. – М.: Политиздат, 1985.

Лапин Н.И. Ценности в кризисном социуме// Ценности социальных групп и кризис общества. Отв. ред. Н.И. Лапин. – М.: ИФАН, 1991.

Мудрик А.В., Тупицын А.Ю. Воспитание как социальная проблема// Семья в России. – 1999.– № 1-2.

Российская педагогическая энциклопедия. В 2-х тт. – М.: Большая российская энциклопедия. – 1993.– Т. 1.

Скриптунова Е.А., Морозов А.А. О предпочтениях городской молодежи// Социологические исследования. – 2002.– № 1.

Словарь по этике// под ред. О.Г. Дробицкого и И.С. Кона. – М.: изд. Политической литературы; 1970.

Философский энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия, 1989.

Энциклопедический социологический словарь// под ред. Г.В. Осипова. – М.: ИСПИ РАН, 1995.