Глобальное потепление и выбор России

Глобальное потепление и выбор России 

А.Н. Косариков,  доктор экономических наук, профессор

Не секрет, что парниковый эффект (стремительный рост концентрации парниковых газов) ведет к значительному изменению климата планеты. По оценкам, средний уровень моря к 2100г. повысится на 20–90 см. Кроме глобальных эффектов, таких как засуха в умеренных широтах, наводнения, сдвиг поясов уверенного земледелия, это может вызвать катастрофические последствия для стран с территориями на уровне моря (Австралия, Нидерланды, Япония, отдельные районы США и т.п.). Международное сообщество приняло ряд превентивных мер противодействия этой угрозе. Прежде всего это меры, изложенные в Конвенции ООН об изменении климата, принятой в 1992г. Цель конвенции— ограничить объем выбросов парниковых газов. Развитые страны обязались принять меры по его стабилизации на уровне 1990г. 

Но выбросы парниковых газов (прежде всего СО2) сегодня сопровождают развитие практически всех секторов промышленности и, следовательно, изменений национальных объемов ВВП, так что поставленные задачи чрезвычайно сложны и требуют неординарных экономических и политических решений. 

В 1997г. в Киото (Япония) на третьей конференции по проблемам, сформулированным в упомянутой Конвенции ООН, был принят документ (Киотский протокол), определивший конкретные ограничения эмиссии парниковых газов в странах-участницах. Страны Европейского Союза обязались сократить выбросы в среднем на 8%, США— на 7%, Япония— на 6%. России на первом этапе (2002–2012гг.) предстояло не превышать уровень базисного 1990г. В Киотском протоколе сформулированы и требования о беспрепятственном доступе к информации о выбросах, предусмотрены возможности проверок выполнения принятых обязательств. 

В усилиях мирового сообщества по сдерживанию планетарных процессов потепления экологическая политика России имеет особое значение. Ее «вклад»— 17% общего объема выбросов парниковых газов в развитых странах и странах с переходной экономикой. По этому показателю Россия уступает только США. Еще значительнее ее роль в поглощении углерода— на нашу страну приходятся 22% мировой площади лесов. 

Кроме того, Россия как партнер привлекательна сравнительно небольшими затратами на единицу сокращенных выбросов парниковых газов в результате модернизации промышленности и ТЭК. Так, по расчетам Мирового Банка, снижение выбросов на 1т в Японии может стоить 600 долл., в Западной Европе— 270, в США— 190, а в России— раз в 10  дешевле. Не менее важно и то, что характер и объем выбросов СО2  отражают общую экологическую обстановку в регионе, что позволяет довольно точно оценить загрязнение окружающей среды такими опасными для человека газами, как окислы серы и азота, содержащимися прежде всего в выбросах транспорта и предприятий ТЭКа. 

Особенно серьезными для России могут быть социальные последствия изменения климата. Его проявления наносят наибольший урон относительно бедным слоям населения, в частности, связанным с аграрным сектором. В ряде регионов страны участились засухи, изменился паводковый режим, растут площади заболоченных земель, т.е. сокращаются зоны уверенного земледелия. 

Таким образом, сегодня в России сосредоточены как положительные стимулы для международного сотрудничества в борьбе с потеплением, так и факторы, сдерживающие радикальные решения: незащищенность широких слоев населения и, главное, необходимость наращивать производственные мощности, что неизбежно повлечет за собой рост выбросов. 

Варианты решений 

Реальная опасность глобального потепления климата и разная цена противодействия ему в разных странах стимулируют мировое сообщество к согласованным мерам. Такое сотрудничество на основе единых правил планирования и поведения дает яркий пример проявления тенденций глобализма в наше время. Вместе с тем, сложность и многофакторность задач снижения выбросов парниковых газов, разные условия для их решения и неодинаковые последствия потепления для разных стран затрудняют принятие общих решений. 

Впервые речь идет о создании принципиально нового сектора рынка, напрямую затрагивающего атмосферу планеты. Конечно, и правила поведения участников, и конкуренция в таком секторе имеют особенности, которые требуют тщательного анализа. 

России предстоит определить свою позицию, выбирая из нескольких зол меньшее. 

Изоляционизм. Имея запас по объему выбросов парниковых газов, сложившийся из-за спада производства, можно восстанавливать промышленность традиционным путем, сохраняя устаревшие, с экологической точки зрения, технологии. Конечно, это позволит снизить расходы на модернизацию. Но это бесперспективный путь. В этом случае можно рассчитывать лишь на внутренний рынок. По действующим мировым стандартам качества отечественная продукция не будет конкурентоспособной ни в одном из секторов общемирового рынка, страна выпадет из системы мирового разделения труда даже без вероятного в этом случае принятия дополнительных санкций. Как следствие— усиление разрыва в производительности труда, рост технологического отставания. 

Выход на рынок выбросов парниковых газов без ограничений. При этом можно получить и значительные средства, передав часть нашей квоты на выбросы другим странам. Соблазн велик— речь идет действительно об огромных суммах, столь нужных нам сегодня. Впрочем, это не единовременная и уж тем более не бесконтрольная выплата, да и кто, кроме нас самих, способен обеспечить инвестирование в масштабах, необходимых для полной перестройки нашей промышленности. При отсутствии действенных институтов регулирования такая ультралиберальная политика приведет, в конце концов, к необходимости обратного выкупа квот для развития собственной промышленности. При таком подходе есть опасность серьезно прогадать. 

Метод последовательных приближений. Это, похоже, наиболее реалистичный подход, предполагающий оценку того объема выбросов парниковых газов, от которого на первом этапе можно отказаться, ничем не рискуя. Это серьезная работа, требующая учета темпов роста производства и потребления разных видов энергии, а также возможностей модернизации экономики, в том числе и за счет проектов с участием партнеров по соглашению. 

На основе такой оценки могли бы прогнозироваться уступки квот до тех пор, пока страна не достигнет уровня стран ОЭСР по развитию производства и энергетического обеспечения как в промышленности, так и в социальной сфере. Лишь после этого можно вести речь о формировании свободного рынка квот на выбросы. Что касается совместных проектов, предполагающих внедрение экологически чистых технологий с уступкой части полученного сокращения выбросов парниковых газов инвестору, то их не следует как-либо ограничивать (из-за экономии энергоносителей их эффективность очевидна). 

Последовательность действий 

В сложившейся ситуации ратификацию Киотского протокола нам надо всячески форсировать. Ее задержка ведет лишь к потере политической инициативы, экономическим потерям из-за свертывания совместных программ. Это чревато опозданием с выходом на этот специфический рынок и утратой наших возможных преимуществ, доступных при его формировании. 

Одновременно должны формироваться соответствующие институты и механизмы регулирования квот на выбросы парниковых газов. В процессе ратификации надлежит детально обсудить вопросы, связанные с уступкой квот. Это обычная практика введения в действие международных соглашений. Необходимо определенное, согласованное странами-участницами время на разработку национальных нормативов и организации конструктивного взаимодействия. 

Наше участие в программах международного сотрудничества по регулированию выбросов парниковых газов и, следовательно, климата, должно базироваться на национальной институциональной основе. Формирование соответствующего законодательства— первый шаг на этом пути. Кстати, пока в этом отношении мы значительно отстаем от США, Японии, стран Европейского Союза. 

На 6-й Конференции сторон в Гааге в ноябре 2000г. у российской делегации была четкая позиция: одновременное начало действия всех механизмов, предусмотренных Киотским протоколом для снижения концентрации парниковых газов в атмосфере; открытость и прозрачность мониторинга состояния и достигаемых результатов; целевая направленность на решение экологических проблем средств от торговли квотами на выбросы и реализации проектов совместного осуществления. Такой подход позволяет исключить экономические преимущества для отдельных стран или финансово-промышленных групп. 

В Гааге договориться окончательно не удалось. Сказалась конкуренция интересов, деструктивная роль лоббистов различных финансовых группировок, кстати (точнее, весьма некстати), широко представленных на форуме. Стала еще раз очевидна слабость институциональной подготовки, правовой базы и международного, и национальных уровней. 

Вместе с тем Конференция послужила серьезным ускорителем переговорного процесса: в ближайшее время пройдет ряд встреч по вскрытым на Конференции противоречиям в ряде регионов Европы и Азии. 

Для нас необходимо в правовом отношении определиться в главном: кто хозяин сэкономленного объема выбросов, кому принадлежит ресурс парниковых газов, какая часть принадлежит государству, субъектам Федерации, находится в распоряжении местного управления, отдельных предприятий. Без законодательного ответа на этот и другие принципиальные вопросы сложно продвигаться как в международном сотрудничестве, так и в повседневной внутренней практике. 

Нужен закон «О выбросах в атмосферу» (название рабочее). Необходимы серьезные дополнения в законодательство о сертификации, которые позволили бы по-настоящему стимулировать снижение потребления энергии на единицу продукции и уменьшение выбросов парниковых газов. 

Эффективным инструментом может стать система страхования от локальных последствий потепления климата, опирающаяся на национальный и международный «углеродные» фонды (это отдельная и очень серьезная тема для продолжения разговора, начатого в предыдущем номере журнала). 

Срочная необходимость законодательно-нормативной и организационной подготовки таких решений становится все очевиднее в связи с темпами продвижения международных соглашений и очевидной заинтересованностью в различных аспектах этой проблемы банковских структур, крупных предприятий и компаний ТЭКа, а также администраций ряда регионов страны. 

Наша Справка 

Располагая 21% лесов планеты, Россия вносит лишь около 7% в суммарный выброс углекислого газа, занимая по этой позиции третье место в мире (после США и Китая). В США эти показатели составляют 6% и 23%. Администрация США в ближайшем будущем надеется изменить соотношение не столько за счет сокращения выбросов и перестройки своей экономики с углеводородных видов топлива на другие источники энергии, сколько увеличивая площадь зеленых насаждений и, тем самым, поглощение углекислого газа. Заманчивым для США остается и возможность на законных основаниях (в рамках международного права) купить у России часть ее квот на выбросы, иными словами, часть ее доли в загрязнении атмосферы планеты парниковыми газами.