Трудовые ресурсы в Америке. Роль рабочего человека в экономике США

Трудовые ресурсы в Америке. Роль рабочего человека в экономике США

 

В процессе эволюции США из аграрного общества в современное индустриальное государство произошли глубокие изменения в характере американской рабочей силы.

До конца XIX века Соединенные Штаты были в значительной степени сельскохозяйственной страной. В период становления американской экономики нелегко приходилось неквалифицированным рабочим, получавшим вдвое меньше квалифицированных ремесленников, мастеровых и механиков. В городах около 40 процентов рабочих представляли собой низкооплачиваемых разнорабочих и белошвеек, трудившихся на фабриках по производству одежды, которые жили в ужасных условиях. По мере роста числа заводов и фабрик на них стал широко применяться труд детей, женщин и бедных иммигрантов, работавших у станка.

В конце XIX и начале XX веков произошел значительный рост промышленного производства. Многие американцы покинули фермы и небольшие города, чтобы работать на заводах и фабриках, где было налажено массовое производство, установлена строгая иерархия, в основном применялся труд неквалифицированных рабочих и выплачивалась низкая заработная плата. В подобных условиях постепенно стали создаваться профсоюзы. Со временем им удалось добиться существенного улучшения условий труда. Профсоюзы изменили и американскую политическую жизнь. Часто в союзе с демократической партией они представляли одну их ключевых групп населения, благодаря которой была принята значительная часть американского социального законодательства, начиная со времени «Нового курса» президента Франклина Д. Рузвельта в тридцатых годах прошлого столетия и кончая периодом пребывания у власти администраций Кеннеди и Джонсона в шестидесятых годах XX века.

Организованные в профсоюзы рабочие и сегодня остаются значительной политической и экономической силой, но их влияние заметно ослабло. Уменьшилась относительная роль обрабатывающей промышленности, и возросли масштабы сектора услуг. Все большая часть самодеятельного населения становится служащими и инженерно-техническими работниками, а не производственными рабочими. Тем временем в новых отраслях экономической деятельности стараются принимать на работу высококвалифицированных работников, умеющих приспосабливаться к непрекращающимся изменениям, вызванным появлением компьютеров и другими новыми технологиями. Все большая ориентация на клиентуру и необходимость частого обновления производимой продукции в ответ на требования рынка, побудила некоторых работодателей сократить масштабы иерархии и вместо этого полагаться на самостоятельно направляющие свою деятельность межотраслевые группы работников.

Организованным в профсоюзы рабочим, традиционно имевшим прочные позиции в таких отраслях, как сталелитейная промышленность и тяжелое машиностроение, не удается приспособиться к этим изменениям. Профсоюзы процветали в первые годы после окончания Второй мировой войны. Однако в последующий период в условиях сокращения численности рабочих в традиционных обрабатывающих отраслях промышленности сократилось и число членов профсоюзов. Столкнувшись с постоянным ростом конкуренции со стороны иностранных производителей, использовавших дешевую рабочую силу, работодатели стали стремиться к обретению большей гибкости в своей политике найма на работу. Они начали использовать труд людей, принимаемых на временную работу или работающих неполный рабочий день, а также уделять меньше внимания оплате труда и системам пенсионного обеспечения и страховых пособий, рассчитанным на поддержание долгосрочных отношений с лицами наемного труда. Работодатели также приступили к более активной борьбе против кампаний по созданию профсоюзов и проведению забастовок. Политики, когда-то неохотно выступавшие против профсоюзов, теперь принимали законы, еще больше подрывавшие положение этих организаций. Тем временем, квалифицированные рабочие стали относиться к профсоюзам как к анахронизму, ограничивающему их независимость. Только в секторах, в основном функционировавших в качестве монополий, - таких как органы государственной власти и бесплатные государственные школы - положение профсоюзов продолжало укрепляться.

Несмотря на ослабление мощи профсоюзов, квалифицированные работники в процветающих отраслях выиграли от многих изменений, недавно произошедших в положении рабочих и служащих. Однако неквалифицированным работникам, занятым в традиционных отраслях, часто приходится сталкиваться с трудностями. В восьмидесятых и девяностых годах прошлого столетия наблюдался разрыв в зарплате квалифицированных и неквалифицированных работников. Несмотря на то, что в конце девяностых годов XX века американские рабочие и служащие имели у себя за плечами десятилетие растущего процветания, ставшего результатом значительного экономического роста и низкого уровня безработицы, многие из них чувствовали неуверенность в своем будущем.

Трудовые стандарты 

Одной из причин, обусловливающих успехи американской экономики, экономисты считают гибкость ее рынков труда. Работодатели утверждают, что их конкурентоспособность частично зависит от наличия свободы нанимать и увольнять работников в случае изменений условий рынка. Пока что мобильность традиционно является характерной чертой самих американских рабочих и служащих.

Многие из них рассматривают смену места работы как средство улучшения своих условий жизни. В то же время, предприниматели также традиционно признают, что работники достигают наибольшей производительности, если они верят в то, что их работа дает им долгосрочные возможности для продвижения по служебной лестнице, и работающие считают одной из своих главных экономических целей гарантию обеспеченности работой.

Для истории американских трудовых ресурсов характерно наличие напряженности между двумя следующими совокупностями ценностей - гибкостью и долгосрочной приверженностью. Начиная с середины восьмидесятых годов прошлого века, многие аналитики приходят к общему выводу о том, что работодатели уделяют все большее внимание гибкости. Пожалуй, это приводит к ослаблению связей между работодателями и работниками по найму. До сих пор длинный перечень законов штатов и федеральных законов защищает права рабочих и служащих. Некоторые из самых важных федеральных законов о труде включают в себя следующие:

Закон о справедливых трудовых стандартах от 1938 г. устанавливает минимальную заработную плату в стране и максимальное количество часов работы, которое предприниматель может требовать от лица, работающего по найму. В этом законе также содержатся правила сверхурочной работы и стандарты, имеющие своей целью предотвращение злоупотреблений в применении детского труда. В 1963 г. в закон, о котором идет речь, были внесены поправки, запрещающие дискриминацию женщин при установлении и выплате заработной платы. Конгресс периодически регулирует размер минимальной заработной платы, хотя этот вопрос часто вызывает политические споры. В 1999 г. размер минимальной зарплаты составлял 5, 5 доллара США в час. Правда, потребность в рабочей силе была в то время столь велика, что многие работодатели - платили зарплату, превышающую этот установленный размер минимальной заработной платы. Некоторые штаты ввели у себя более высокий уровень минимальной зарплаты.

Закон о гражданских правах от 1964 г. предусматривает, что работодатели не имеют права прибегать к дискриминационной практике при найме на работу или работе по найму в зависимости от расовой принадлежности, пола, вероисповедания или национальности.

Закон о недопущении дискриминации по возрасту при найме от 1967 г. защищает работников среднего и пожилого возраста от дискриминации при найме на работу.

Закон о технике безопасности и охране труда на производстве от 1971 г. требует от работодателей поддержания безопасных условий работы. Согласно данному закону Управление охраны труда (УОТ) разрабатывает стандарты рабочих мест, проводит инспекции с целью вынесения оценки соблюдения этих стандартов, перечисляет факты их нарушения и налагает штрафы на нарушителей.

Закон о пенсионном обеспечении работающих или ERISA устанавливает стандарты систем пенсионного обеспечения, действующих на предприятиях или в других негосударственных организациях. Этот закон был принят в 1994 г.

Закон о семье, отпуске на рождение ребенка и отпуске по семейным обстоятельствам от 1993 г. гарантирует лицам, работающим по найму, неоплаченный отпуск по беременности и родам, отпуск на усыновление или удочерение и отпуск по уходу за серьезно больными родственниками.

Закон об американцах-инвалидах, принятый в 1990 г., гарантирует право на работу людям с физическими или умственными недостатками.

Пенсионное страхование и страхование по безработице 

В Соединенных Штатах работодатели играют основную роль в оказании работникам помощи по созданию накоплений для пенсионного обеспечения. Около половины всех людей, работающих по найму в частном секторе, а также большинство государственных гражданских служащих охватываются той или иной системой пенсионного обеспечения. Закон не требует, чтобы работодатели выступали в качестве спонсоров систем пенсионного обеспечения. Однако правительство побуждает работодателей к организации подобных систем, предоставляя большие снижения налоговых ставок тем предпринимателям, которые назначают пенсии своим наемным работникам и вносят свой вклад в их пенсионный фонд.

Агентство федерального правительства по сбору налогов Служба внутренних доходов устанавливает большинство правил, управляющих системами пенсионного обеспечения, а один из органов Министерства труда регулирует их работу с целью предотвращения злоупотреблений. Другое федеральное ведомство Корпорация гарантии пенсионных льгот страхует пособия пенсионеров в рамках традиционных частных пенсионных систем; ряд законов, принятых в восьмидесятые и девяностые годы прошлого столетия, подняли размеры страховых взносов по этому виду страхования и ужесточили требования, возложив на работодателей ответственность за поддержание здорового финансового состояния их пенсионных систем.

За последние три десятилетия XX века значительно изменился характер организуемых работодателями пенсионных систем. Многие работодатели - особенно мелкие предприниматели - перестали предлагать традиционные пенсионные системы со «строго установленными размерами пособий», обеспечивающие гарантированные ежемесячные выплаты пенсий на основе выслуги лет и заработной платы. Вместо этого работодатели все больше предлагают пенсионные системы со «строго установленными размерами взносов в пенсионный фонд». В случае создания пенсионной системы со строго установленными размерами взносов в пенсионный фонд, работодатель не несет ответственности за то, как происходит инвестирование пенсионных денег и не гарантирует выплаты определенного пособия. Более того, предлагая подобные пенсионные системы, работодатели получают возможность контролировать свои пенсионные накопления (многие работодатели также вносят свои средства в пенсионный фонд, хотя закон не требует от них этого), и работники остаются «прикрепленными» к этим накоплениям, даже если раз в несколько лет меняют место работы. Кроме того, сумма денег, которую получают работники после ухода на пенсию, зависит от размеров взносов в пенсионный фонд и того, насколько успешно работники инвестируют свои собственные средства.

Число частных пенсионных систем со строго установленными размерами выплат сократилось со 170 000 в 1965 г. до 53 000 в 1997 г., в то время как число систем со строго установленными размерами взносов в пенсионный фонд возросло за этот период с 461 000 до 647 000 - сдвиг, в котором, по мнению многих людей, находят отражение такие условия работы, при которых снижается вероятность налаживания долгосрочных связей между работодателями и наемными работниками.

Федеральное правительство управляет целым рядом видов систем пенсионного обеспечения своих наемных работников, включая военных и гражданских служащих, а также нетрудоспособных ветеранов войн. Однако самой важной пенсионной системой, управляемой правительством, является программа социального обеспечения, которая предоставляет в полном объеме пособия рабочим и служащим, уходящим на пенсию и обращающимся за пособиями в возрасте 65 лет или более преклонном возрасте, или урезанные пособия тем, кто обращается за пособиями, уходя на пенсию в возрасте от 62 до 65 лет. Несмотря на то, что этой программой управляет федеральное агентство, Управление социального обеспечения, его средства поступают от работодателей и работников посредством взимания налога с их заработной платы. Хотя социальное обеспечение считается «сеткой безопасности», весьма полезной для пенсионеров, большинство из них придерживаются того мнения, что она обеспечивает лишь часть их потребностей в доходе после того, как они перестают работать. Более того, поскольку поколение, появившееся на свет в период бурного роста рождаемости в первые послевоенные годы, должно уйти на пенсию в начале XXI века, в девяностых годах прошлого столетия политики стали проявлять беспокойство по поводу того, сможет ли правительство выполнить все свои обязательства в области социального обеспечения без урезания пособий или повышения налога, взимаемого с заработной платы. На рубеже нового столетия многие американцы считали обеспечение здорового финансирования программы социального обеспечения самым важным вопросом внутренней политики.

Многие люди - также могут сохранить часть своего дохода на специальных счетах льготного налогообложения, известных как индивидуальные пенсионные счета (ИПС) и пенсионные схемы Кеога.

В отличие от социального обеспечения страхование по безработице, также введенное Законом о социальном обеспечении от 1935 г., организуется в виде федеральной системы и системы штатов и обеспечивает оказание поддержки безработным в форме предоставления основного дохода. Наемные работники, которых уволили или которые непреднамеренно стали безработными по какой-либо иной причине (за исключением ненадлежащего поведения), получают в качестве возмещения дохода часть своей заработной платы в течение того или иного конкретно установленного срока.

Каждый штат имеет свою собственную программу, но при этом обязан соблюдать определенные федеральные правила. Размер и срок выплаты еженедельного пособия по безработице основываются на предыдущих зарплатах работника и его стаже работы по найму. Работодатели платят налоги в специальный фонд, функционирование которого строится на опыте безработицы и выплаты пособий по ней среди своих собственных работников. Федеральное правительство также оценивает налог, взимаемый им самим с работодателей в фонд помощи безработным. Штаты надеются, что излишки средств, накапливаемые в периоды процветания, позволят им пережить спады экономической активности, но могут и занимать средства у федерального правительства или повышать налоговые ставки, если накопленных ими средств оказывается недостаточно. Штаты обязаны продлевать сроки выплаты пособий, когда уровень безработицы растет и превышает установленную «точку отсчета». Федеральное правительство может также давать разрешение на дальнейшее продление сроков выплаты пособий в тех случаях, когда наблюдается рост безработицы в периоды спада, покрывая расходы по продлению сроков выплаты из общих федеральных доходов или вводя специальный налог, взимаемый с работодателей. Вопрос о том, стоит ли продлевать сроки выплаты пособий по безработице, часто приобретает политический характер, поскольку любое продление подобных сроков приводит к резкому увеличению федеральных расходов и может вызвать рост налогов.

Начальный период рабочего движения 

Многие законы и программы, направленные на улучшение жизни трудящихся в Америке, появились в течение нескольких десятилетий, начиная с тридцатых годов прошлого века, когда американское рабочее движение завоевало и укрепило свое политическое влияние. Подъем рабочего движения не был легким; более полутора столетий этому движению пришлось вести борьбу за утверждение своих позиций в американской экономике.

В отличие от рабочих групп в ряде других стран, профсоюзы США стремились к проведению своей деятельности в рамках существующей системы свободного предпринимательства, стратегия, которая вызывала огорчение у социалистов. Соединенные Штаты не знали феодализма, и лишь очень немногие из рабочих людей верили в то, что они участвовали в классовой борьбе. Большинство рабочих просто считали, что борются за утверждение своих прав на успех, и хотели иметь эти права в том же объеме, в котором ими обладали другие. Еще одним фактором, способствовавшим сглаживанию классового антагонизма, является то обстоятельство, что рабочим США - по крайней мере, белым рабочим - было предоставлено право голоса раньше, чем рабочим других стран.

Поскольку рабочее движение во многом ограничивалось областью промышленности, профсоюзные организаторы имели ограниченные возможности вербовки потенциальных членов профсоюзов. Первой значительной национальной рабочей организацией стала организация «Рыцари труда», основанная в 1869 г. закройщиками Филадельфии, штат Пенсильвания, и ставившая своей целью организационное объединение всех рабочих в борьбе за их общее благополучие. К 1886 г. «Рыцари» имели в своем составе около 700 000 членов, включая темнокожих, женщин, наемных рабочих, торговцев и фермеров. Однако эти группы часто преследовали различные интересы. Поэтому члены движения «Рыцари труда» не были объединены единой общей целью, что мешало им действовать заодно. В середине восьмидесятых годов XIX века «Рыцари» одержали победу в забастовке, направленной против действий железных дорог, принадлежавших американскому миллионеру Джею Гулду, но в 1886 г. проиграли вторую забастовку против тех же железных дорог. Вскоре число членов этой организации резко сократилось.

В 1881 г. иммигрант, занимавшийся изготовлением сигар, по имени Сэмьюэл Гомперс вместе с другими квалифицированными рабочими организовал федерацию профсоюзов, которая через пять лет превратилась в Американскую федерацию труда (АФТ). В состав ее членов входили только наемные рабочие, и они были организованы по цеховому принципу. Гомперс стал ее первым президентом. Он проводил практическую стратегию, суть которой сводилась к борьбе за повышение заработной платы и улучшение условий труда. Впоследствии эти приоритеты были взяты на вооружение всем профсоюзным движениям.

Профсоюзные организаторы АФТ столкнулись с решительным сопротивлением со стороны работодателей. Руководство предпочитало обсуждать вопрос о заработной плате и другие вопросы с каждым рабочим в отдельности и часто увольняло или вносило в черный список (соглашение с другими компаниями не принимать на работу включенных в него) рабочих, которые становились на сторону профсоюзов. Иногда руководству удавалось подписывать с рабочими контракты, известные под названием «желтых обязательств», которые запрещали им вступать в профсоюзы. В период с 1880 по 1932 гг. правительство и суды, в основном, сочувствовали руководству или в лучшем случае сохраняли нейтралитет. Под предлогом наведения порядка правительство часто посылало войска на подавление забастовок. Бурные стачки в эту эпоху приводили к гибели многих людей, поскольку нанятые руководством лица вступали в смертельные схватки с членами профсоюза.

В 1905 г. рабочее движение потерпело неудачу, когда Верховный суд заявил, что правительство не может ограничивать количество рабочих часов. Принцип «открытого предприятия», т.е. права рабочего на отказ от принудительного вступления в профсоюз, также вызвал крупномасштабную коллизию правовых норм.

К моменту окончания Первой мировой войны число членов АФТ составляло 5 миллионов. Однако двадцатые годы прошлого столетия не стали плодотворными для профсоюзных активистов. Наступили хорошие времена, было много рабочих мест, и зарплата постоянно росла. Рабочие чувствовали себя уверенно и без профсоюзов и часто соглашались с мнением руководства о том, что щедрая кадровая политика является хорошей альтернативой профсоюзному движению. Однако в 1929 г. наступила великая депрессия, и хорошим временам пришел конец.

Депрессия и победы послевоенного времени 

Великая депрессия тридцатых годов XX века изменила мнение американцев о профсоюзах. Несмотря на то, что в связи с массовой безработицей число членов АФТ сократилось до менее 3 миллионов, повсеместные экономические лишения вызвали сочувствие к рабочему человеку. В самые худшие периоды этой депрессии около одной трети самодеятельного населения Америки не имела работы, потрясающая цифра для страны, в которой всего десять лет назад, была полная занятость. С избранием в 1932 г. на пост президента Франклина Д. Рузвельта правительство - а постепенно и суды - стали более благосклонно относиться к просьбам рабочих и служащих. В 1932 г. Конгресс принял один из первых законов, защищающих права рабочего человека, Закон Норриса-ЛаГуардиа, который признал, что «желтые обязательства» не могут носить принудительный характер. Закон также ограничил полномочия федеральных судов на прекращение забастовок и другие связанные с работой действия.

Когда Рузвельт вступил в должность, он стремился к принятию ряда важных законов, служащих рабочему делу. Один из них Национальный закон о трудовых отношениях от 1935 г. (также известный как Закон Вагнера) предоставил рабочим право вступать в профсоюзы и заключать с предпринимателями коллективные договоры через представителей своего профсоюза. Этот закон предусматривал создание Национального управления по вопросам трудовых отношений (НУВТО), в обязанности которого входило наказание работодателей, прибегающих к недобросовестным методам в области трудовых отношений, и организация выборов в тех случаях, когда работники по найму изъявляют желание создать тот или иной профсоюз. НУВТО мог заставить предпринимателей задним числом выплатить зарплату работникам по найму в случае их несправедливого увольнения за участие в профсоюзной деятельности.

При такой поддержке к 1940 г. число членов профсоюзов резко возросло, составив почти 9 миллионов. Однако расширение списков членов профсоюзов проходило в условиях нарастающих трудностей. В 1935 г. восемь входящих в АФТ профсоюзов создали Комитет производственных профсоюзов (КПП) с целью охвата профсоюзами рабочих в таких отраслях массового производства, как автомобилестроение и сталелитейная промышленность. Сторонники упомянутых восьми профсоюзов хотели одновременно объединять в рамках профсоюзов всех рабочих той или иной компании независимо от того, являются они квалифицированными или неквалифицированными рабочими. Цеховые профсоюзы, контролировавшие АФТ, воспротивились усилиям, направленным на объединение в профсоюзах неквалифицированных рабочих и рабочих низкой квалификации, предпочитая, чтобы рабочие по-прежнему объединялись по цеховому принципу в рамках различных отраслей. Однако благодаря своим активным действиям КПП удалось объединить в профсоюзы рабочих многих заводов. В 1938 г. АФТ исключило из своего состава профсоюзы, образовавшие КПП. КПП быстро создала свою собственную федерацию, используя новое название, Конгресс производственных профсоюзов, который стал достойным конкурентом АФТ.

После вступления Соединенных Штатов во Вторую мировую войну ведущие профсоюзные лидеры обещали не прерывать забастовками работу оборонной промышленности страны. Кроме того, правительство установило контроль над заработной платой, заморозив ее повышение. Однако рабочие добились значительных успехов в улучшении системы дополнительных выплат, особенно в сфере страхования на случай болезни. В этот период резко возросло число членов профсоюзов.

Когда в 1945 г. окончилась война, профсоюзы отказались от своего обещания не проводить забастовок и стали самым решительным образом требовать повышения заработной платы. Во многих отраслях промышленности начались забастовки, и в 1946 г. перерывы и простои в работе достигли самого высокого уровня. Общественность энергично выступила против срывов работы и того, что многие считали чрезмерной властью профсоюзов, которую они обрели в результате принятия Закона Вагнера. В 1947 г. Конгресс принял Закон о регулировании трудовых отношений, более известный как Закон Тафта-Хартли, преодолев вето, наложенное на него президентом Гарри Трумэном. Этот закон предписывал нормы поведения профсоюзам и работникам по найму. Он запретил «закрытые предприятия», т.е. предприятия, принимающие на работу только членов профсоюза; закон, о котором идет речь, дал предпринимателям разрешение на взимание штрафов с профсоюзов с целью покрытия убытков, нанесенных во время проведения забастовок; кроме того, он требовал от профсоюзов, чтобы они, прежде чем начать забастовку, соблюдали 60-дневный срок, позволяющий им «остыть», и вводил другие особые правила в отношении забастовок, ставящих под угрозу благосостояние и безопасность страны. Закон Тафта-Хартли также требовал от профсоюзов раскрытия информации о своей финансовой деятельности. В свете этого резкого перехода к наступлению на рабочих АФТ и КПП перестали бороться друг с другом и, в конечном счете, объединились в 1955 г., образовав АФТ-КПП.

В 1962 г. профсоюзы обрели ряд новых полномочий, когда президент Джон Ф. Кеннеди издал приказ главы исполнительной власти, предоставлявший работникам федеральных органов право объединяться в профсоюзы и заключать коллективные договоры (но не бастовать). Штаты приняли у себя аналогичные законодательства, и некоторые из штатов даже разрешили работникам своих правительственных учреждений проводить забастовки. На федеральном уровне, уровне штата и местном уровне стали быстро расти профсоюзы правительственных служащих. В семидесятых годах прошлого столетия, когда высокий уровень инфляции грозил значительной эрозией заработной платы, во многих штатах и больших городах полицейские, учителя и другие правительственные служащие прибегли к забастовкам.

В шестидесятых и семидесятых годах XX века увеличилось число членов профсоюзов среди темнокожих американцев, американцев мексиканского происхождения и женщин. Профсоюзные лидеры помогали этим группам населения, которых часто принимали лишь на самую низкооплачиваемую работу, получить более высокую зарплату.

Восьмидесятые и девяностые годы XX века: конец патернализма

В сороковые, пятидесятые и шестидесятые годы прошлого столетия, несмотря на происходившие время от времени стычки и забастовки, компании и профсоюзы в основном наладили между собой стабильные отношения.

Подобные стабильные отношения зависели от стабильной экономики, в которой трудовые навыки и продукты меняются лишь незначительно или, по крайней мере, достаточно медленно для того, чтобы работники по найму и работодатели могли относительно легко приспособиться к этим изменениям. Однако в период шестидесятых и семидесятых годов прошлого века отношения между профсоюзами и входящими в них работниками по найму стали весьма напряженными. Началось сокращение масштабов американского господства в мировой индустриальной экономике. Когда в Соединенные Штаты массовым потоком хлынули более дешевые, а иногда и более качественные, товары иностранного производства, американским компаниям не удавалось быстро отреагировать на это явление повышением качества своих продуктов. Построенные сверху вниз управленческие структуры компаний США не поощряли нововведений, и эти компании иногда попадали в безвыходное положение, когда пытались сократить затраты на рабочую силу путем повышения эффективности или снижения заработной платы, с тем чтобы низвести ее до уровня зарплаты, получаемой неквалифицированными рабочими в ряде зарубежных стран.

В некоторых случаях американские компании реагировали на приток дешевых зарубежных товаров простым закрытием своих заводов и фабрик и перенесением производства за рубеж. Было все легче делать это, поскольку в восьмидесятых и девяностых годах XX века изменились торговые и налоговые законы. Многие другие компании продолжали функционировать, но патерналистская система стала давать сбои. Работодатели чувствовали, что больше не в состоянии брать на себя такие обязательства в отношении своих рабочих, которые действовали бы в течение всей их трудовой жизни. Преследуя цель повышения гибкости и сокращения издержек, предприниматели все больше применяли труд временных рабочих или рабочих, занятых неполный рабочий день. В 1982 г. фирмы по оказанию временной помощи предоставили 417 000 рабочих по найму или 0, 5 процента занятости в несельскохозяйственных отраслях (по данным платежных ведомостей). К 1998 г. эти фирмы предоставили 2.8 миллиона рабочих или 2, 1 процента рабочей силы, не занятой в сельском хозяйстве. Произошли изменения и в продолжительности рабочей недели. Иногда рабочие добивались ее сокращения, но часто компании сами сокращали число рабочих часов, с тем чтобы снизить затраты на рабочую силу и выплату различных льгот. В 1968 г. 14 процентов работников по найму работали менее 35 часов в неделю. В 1994 г. этот показатель составил 18, 9 процента.

Как уже отмечалось, многие работодатели перешли к созданию пенсионных систем, в которых ответственность все больше передавалась работникам по найму. Некоторые рабочие и служащие приветствовали эти изменения и то повышение гибкости, которым они сопровождались. Все же, для многих работников упомянутые изменения означали лишь неуверенность в завтрашнем дне. Профсоюзы мало что могли сделать для восстановления старых патерналистских отношений между работодателем и работниками по найму. Профессиональным союзам оставалось лишь помогать своим членам в их попытках приспособиться к новым условиям.

В восьмидесятых и девяностых годах прошлого столетия общая численность членов профсоюзов сократилась, причем последние добились лишь скромных успехов в создании новых рабочих мест. Профсоюзные активисты жаловались на то, что трудовое законодательство направлено против них и дает работодателям слишком большую свободу недопущения создания профсоюзов и борьбы с ними.

Новая рабочая сила 

В период с 1950 г. до последних месяцев 1999 г. общая численность работающих по найму в несельскохозяйственных отраслях выросла с 45 миллионов человек до 129, 5 миллиона человек. Самый большой рост занятости наблюдался в компьютерном секторе, секторе здравоохранения и других секторах сферы обслуживания, поскольку информационная технология играла все большую роль в экономике США. В восьмидесятых и девяностых годах XX века число рабочих мест в секторе производства услуг, включающего в себя сферу обслуживания, транспортные перевозки, коммунальные службы, оптовую и розничную торговлю, финансы, страхование, сферу недвижимости и работу государственной власти, увеличилось на 35 миллионов, составив весь чистый прирост числа рабочих мест за эти два десятилетия. Рост занятости в секторе услуг абсорбировал трудовые ресурсы, высвободившиеся в результате повышения производительности труда в обрабатывающей промышленности.

В 1946 г. на отрасли, относящиеся к сфере услуг, приходилось 24, 4 миллиона рабочих мест или 59 процентов занятости в несельскохозяйственных отраслях. К концу 1999 г. число рабочих мест в этом секторе увеличилось до 104, 3 миллионов или до 81 процента занятости в несельскохозяйственных отраслях. Наоборот, в 1946 г. сектор производства товаров, в который входят обрабатывающая промышленность, строительство и горнодобывающая промышленность, обеспечил наличие 17, 2 миллионов рабочих мест или 41 процент занятости в несельскохозяйственных областях, но в конце 1999 г. это число увеличилось всего лишь до 25, 2 миллиона и составило 19 процентов занятости в несельскохозяйственных областях. Однако на многих из этих новых рабочих мест в сфере услуг работники не получали такой же высокой заработной платы и столь же значительных пособий и льгот, как в обрабатывающей промышленности. В результате, возникшее во многих семьях напряженное финансовое положение побудило многих женщин пойти работать.

В восьмидесятых и девяностых годах прошлого столетия многие работодатели перешли к новым методам организации своих трудовых ресурсов. В некоторых компаниях работников по найму объединяли в небольшие группы и предоставляли им значительную независимость в выполнении поставленных перед ними задач. Если руководство ставило перед этими группами работников определенные задачи и осуществляло контроль за ходом работы и ее конечными результатами, то группы работников сами решали между собой, как им лучше выполнять свою работу и как корректировать свою стратегию в условиях изменения потребностей клиентов и общих условий работы и рынка. Однако многие другие работодатели не захотели отказаться от традиционных методов руководства выполняемой работой. Были и такие, для кого переход к новым методам руководства оказался трудным. Заключения Национального управления по трудовым отношениям о том, что многие группы работников, используемые не имеющими профсоюзов работодателями, являлись незаконными «профсоюзами», в которых господствующее положение занимало руководство, часто становились препятствием на пути происходящих перемен.

Кроме того, в восьмидесятых и девяностых годах XX века работодателям приходилось иметь дело со все большим разнообразием трудовых ресурсов. В ряды рабочей силы широким потоком вливались новые этнические группы, прежде всего испаноязычные американцы и иммигранты из различных азиатских стран, и все больше женщин стали занимать рабочие места там, где раньше господствующее положение традиционно занимали мужчины. Постоянно растущее число работников обращалось в суд, обвиняя работодателей в проведении дискриминационной политики в отношении работающих по найму в зависимости от их расовой принадлежности, пола, возраста или физических недостатков. Число дел, рассматриваемых Комиссией по соблюдению равноправия при трудоустройстве, которая является первой инстанцией, принимающий подобные жалобы, возросло с около 6 900 в 1991 г. до свыше 16 000 в 1998 г., и суды задыхались от обилия подлежащих рассмотрению дел. Принимаемые судами решения по судебным искам, связанным с дискриминацией на производстве или службе, носили смешанный характер. Многие из таких исков были отклонены как необоснованные, но в то же время суды признали необходимость наличия широкого диапазона средств правовой защиты от злоупотреблений при найме на работу, продвижении по службе, понижении в должности и увольнении.

Вопрос о «равной оплате за равный труд» по-прежнему остается актуальным, когда речь заходит об условиях работы в Америке. Несмотря на то, что федеральное законодательство и законодательства штатов запрещают установление разных ставок оплаты труда в зависимости от пола, исторически сложилось так, что женщины получают за свой труд меньше, чем мужчины. Частично эта разница в оплате труда возникает в связи с тем, что относительно больше женщин занято на таких работах (многие женщины работают в секторе обслуживания), где традиционно платят меньше, чем в других местах. Однако профсоюзы и организации по защите прав женщин утверждают, что здесь также находит отражение наличие прямой дискриминации. Еще больше усложняет этот вопрос явление, наблюдающееся среди служащих и инженерно-технических работников и известное под названием «стеклянный потолок». Имеется в виду невидимый барьер, который, по мнению некоторых женщин, не дает им возможности продвигаться по службе и занимать ответственные должности в компаниях и высокое положение в профессиональной среде, где господствуют мужчины. В последние годы женщины стали занимать все больше таких должностей, но они все еще значительно отстают от сильного пола, если принять во внимание их долю в общей численности населения страны.

Аналогичные проблемы возникают, когда дело касается оплаты и должностей, получаемых представителями различных этнических и расовых групп, часто называемых «меньшинствами», поскольку они составляют меньшинство в общей численности населения. (В конце XX века большинство американцев представляли собой белых людей европейского происхождения; правда, их доля в общей численности населения постоянно уменьшалась). Кроме законов, запрещающих дискриминацию, в шестидесятых и семидесятых годах прошлого столетия федеральное правительство и многие штаты приняли законы о «позитивных действиях», требующих, чтобы в определенных обстоятельствах при найме на работу работодатели отдавали предпочтение меньшинствам. Сторонники подобных законов утверждали, что меньшинствам следует отдавать предпочтение в качестве компенсации за долгие годы их дискриминации в прошлом. Однако эта идея оказалась спорным подходом к решению расовых и этнических проблем. Критики «позитивных действий» жаловались на то, что «обратная дискриминация» является несправедливой и приводит к нежелательным последствиям. В девяностые годы XX века некоторые штаты, например Калифорния, отказались от «позитивных действий». Тем не менее, по-прежнему наблюдается разрыв в оплате труда белых и меньшинств, а также большая разница между ними в уровнях безработицы. Наряду со спорными вопросами, касающимися места женщины среди рабочих и служащих, остается ряд других самых жгучих проблем, с которыми приходится сталкиваться американским работодателям и работникам по найму.

В восьмидесятых и девяностых годах прошлого столетия общая напряженность, возникшая в результате принимавшихся во многих компаниях мер по сокращению издержек, привела к еще большему обострению обстановки, связанной с наличием разрыва в оплате труда в зависимости от пола, расовой принадлежности или этнического происхождения. На самом деле, рабочие и служащие, а также их профсоюзы в больших, борющихся за свое выживание фирмах чувствовали, что им придется пойти на уступки в отношении своей заработной платы - сокращение размеров ее повышения или даже на ее снижение - в надежде получить большую обеспеченность работой или даже спасти своих работодателей. На некоторых авиалиниях и в ряде других компаний появилась двухуровневая шкала заработной платы, при которой новые работники получали за одну и ту же работу меньшую зарплату, чем старые. Во все большей степени зарплата теперь устанавливалась не для того, чтобы служить равным вознаграждением работников по найму за их равный труд, а для того, чтобы привлечь и удержать работников, в которых ощущалась нехватка, таких как, например, специалистов по программному обеспечению компьютеров. Создавшееся положение еще больше способствовало росту разрыва в заработной плате между высококвалифицированными и неквалифицированными работниками. Не существует каких-либо непосредственных измерений этого разрыва, но статистические данные Министерства труда США позволяют провести наглядные косвенные сравнения упомянутой разницы в зарплате. В 1979 г. средний еженедельный заработок колебался в диапазоне от 215 долларов США для рабочих и служащих, окончивших среднюю школу, до 348 долларов США для рабочих и служащих, окончивших колледж. В 1998 г. разрыв, о котором идет речь, находился в пределах от 337 долларов США до 821 доллара США.

Даже в условиях увеличения разрыва в заработной плате многие работодатели боролись за повышение минимальной заработной платы, установленной федеральным правительством. Они утверждали, что установленный нижний предел заработной платы наносит ущерб рабочим и служащим посредством повышения затрат на рабочую силу и тем самым затрудняет найм новых работников малыми предприятиями. Если в семидесятых годах прошлого века минимальная зарплата росла каждый год, то в восьмидесятых и девяностых годах того же столетия имели место лишь несколько весьма редких ее повышений. В результате, минимальная заработная плата не поспевала за ростом стоимости жизни; в период с 1970 до последних месяцев 1999 г. минимальная зарплата поднялась на 55 процентов (с 1, 45 долларов США в час до 5.15 долларов США в час), в то время как потребительские цены возросли на 334 процента. Работодатели также все больше переходили на систему выплаты жалованья по конечным результатам работы, основывая повышение оплаты труда работников на результатах деятельности конкретных лиц или их подразделений, вместо того, чтобы в равной степени увеличивать оплату труда всем работникам.

По мере увеличивающейся нехватки квалифицированных рабочих и служащих работодатели уделяли больше внимания подготовке кадров и расходовали на нее больше денежных средств. Они также ускорили улучшение качества образовательных программ в школах, с тем чтобы лучше подготовить их выпускников к условиям работы с применением современной высокой технологии. Создавались региональные группы работодателей с целью решения проблемы подготовки кадров в сотрудничестве с местными и техническими колледжами, которые организовывали работу соответствующих курсов. Тем временем в 1998 г. федеральное правительство приняло Закон о вложении средств в подготовку рабочих кадров, который укрепил и привел к единому знаменателю 100 программ подготовки рабочих кадров с участием федеральных подразделений и подразделений штатов, а также экономических объектов, организаций и деловых предприятий. Принятие этого закона представляет собой попытку связать программы подготовки рабочих кадров с фактическими потребностями работодателей и предоставить последним больше прав на участие в составлении и реализации этих программ.

В то же время работодатели также стремились к тому, чтобы пойти навстречу пожеланиям рабочим и служащим сгладить противоречия между требованиями их работы и необходимыми условиями их личной жизни. Большее распространение получили гибкие графики работы, предоставляющие работникам по найму возможность свободнее распоряжаться своим рабочим временем и самим выбирать часы работы. Последние достижения в развитии технологий систем связи позволяют все большему числу работников «работать заочно», т.е., по крайней мере, частично работать на дому, пользуясь компьютерами, подключенными к их месту работы. Удовлетворяя требования работающих матерей и других работников, заинтересованных в работе неполный рабочий день, работодатели применили такие нововведения, как, например, деление рабочего места между несколькими работниками. Правительство присоединилось к этой тенденции, приняв в 1993 г. Закон о семье, отпуске на рождение ребенка и отпуске по семейным обстоятельствам, который обязывает работодателей предоставлять своим работникам по найму отпуска в случае возникновения у них в семье чрезвычайных обстоятельств.

Уменьшение власти профсоюзов 

Изменяющиеся условия восьмидесятых и девяностых годов XX века подорвали позиции организованных в профсоюзы рабочих и служащих, которые теперь представляют собой сокращающуюся долю трудовых ресурсов. Если в 1945 г. более одной трети работающих по найму были членами профсоюзов, то в 1979 г. число членов профсоюзов снизилось до 24, 1 процента трудовых ресурсов США, а в 1998 г. оно еще больше уменьшилось и составило лишь 13, 9 процента всей рабочей силы страны. В сфере политической власти рост поступлений от профсоюзных взносов, продолжение внесения профсоюзами финансовых средств в проведение политических кампаний и неустанные усилия профсоюзных активистов по обеспечению голосов избирателей уберегли эти организации от столь же значительных потерь, которые понесли их рядовые члены. Однако решения судов и заключения Национального управления по трудовым отношениям, позволяющие рабочим и служащим не платить ту часть своих профсоюзных взносов, которая используется на поддержку политических кандидатов или борьбу против них, подорвало влияние профсоюзов.

Испытывая жестокую конкуренцию у себя в стране и за рубежом, руководство в настоящее время проявляет меньше желания присоединяться к требованиям профсоюзов о повышении зарплаты и льгот, чем в прошлые десятилетия. Кроме того, оно начало значительно более активную борьбу против попыток профсоюзов увеличить число своих членов путем вербовки рабочих и служащих. В восьмидесятые и девяностые годы прошлого столетия часто вспыхивали забастовки, поскольку, когда профсоюзы бастовали, работодатели стали более охотно нанимать штрейкбрехеров и оставлять их на работе после окончания забастовки. (Предприниматели стали еще смелее и решительнее действовать в этом направлении, когда в 1981 г. президент Рональд Рейган уволил незаконно бастовавших авиадиспетчеров, нанятых Федеральным управлением гражданской авиации).

Постоянной проблемой для членов профсоюзов является продолжающаяся автоматизация. Многие старые заводы и фабрики перешли на использование трудосберегающего автоматического оборудования для того, чтобы справляться с задачами, ранее выполнявшимися рабочими. Профсоюзы пытались (далеко не всегда успешно) принимать различные меры для защиты рабочих мест и доходов рабочих, таких как бесплатная переподготовка, сокращение рабочей недели, распределение рабочих заданий и обеспечение гарантированного годового дохода.

Сдвиг в сторону найма на работу в сфере обслуживания, где профсоюзы традиционно занимали более слабые позиции, также стал для них серьезной проблемой. Женщины, молодые люди, временные работники и работники, занятые неполный рабочий день, (все эти категории менее охотно вступают в профсоюзы) составляют большую долю работающих на новых рабочих местах, созданных в последние годы. Кроме того, значительная часть американской индустрии переместилась в южную и западную части Соединенных Штатов, представляющие собой регионы, в которых существует более слабая профсоюзная традиция, чем в северных и восточных регионах страны.

Ко всем этим трудностям добавились годы предания гласности негативных сторон деятельности погрязших в коррупции профсоюзов, особенно большого профсоюза водителей грузового транспорта, что нанесло вред рабочему движению. Даже прошлые успехи профсоюзов в повышении заработной платы и увеличении размеров пособий и льгот, а также в улучшении условий труда стали препятствием на пути дальнейших завоеваний, заставляя новых, молодых рабочих прийти к выводу о том, что для отстаивания их интересов им больше не нужны профсоюзы. Доводы последних о том, что они дают рабочим возможность высказывать свое мнение почти по всем аспектам их работы, включая обеспечение безопасности на производстве и подачу жалоб на несоблюдение нормальных условий работы, часто остаются без внимания. Самостоятельно мыслящие молодые работники, положившие начало появлению и небывалому росту фирм, применяющих высокую компьютерную технологию, мало заинтересованы в принадлежности к организациям, которые, по мнению этих работников, отнимают у них независимость.

Однако самой веской причиной трудностей, с которыми в конце девяностых годов прошлого столетия столкнулись профсоюзы в процессе привлечения в свои ряды новых членов, пожалуй, явилась поразительная стабильность экономики страны. В октябре и ноябре 1999 г. доля безработных сократилась до 4, 1 процента. Экономисты утверждали, что безработными в этот период были только люди, переходившие с одной работы на другую, или хронические безработные. Несмотря на все факторы неопределенности, появившиеся в результате перемен в экономике, обилие рабочих мест восстановило веру в то, что Америка по-прежнему остается страной благоприятных возможностей.