Инновационная деятельность в научно-образовательной сфере

Инновационная деятельность в научно-образовательной сфере



Современный этап исторического развития мирового сообщества характеризуется ускорением научно-технического и социального прогресса, широкомасштабным распространением новых идей и технологий, поэтому воспроизводство знания, осуществляемое на инновационной основе, оказывает все большее влияние на темпы экономического роста. Задаваемая высшим руководством страны инновационная динамика российской экономики в значительной степени определяется формированием ее новой структуры, все более значимое место в составе которой занимает научно-образовательная сфера, что во многом обусловливается укреплением позиций ее наиболее действенных институтов – высших учебных заведений. 

Для формирования стратегии развития, ориентированной уже не на восстановительную, а на расширительную динамику, у России не может быть иного пути, чем формирование экономики, основанной на знаниях, экономики инновационного типа. Данное обстоятельство, в сочетании с обеспечивающим инновации в экономике потенциалом научно-образовательной сферы, обусловливает особое позиционирование данной социально-экономической системы в макроэкономической системе страны: чтобы производить необходимые инновации для экономической системы, сама научно-образовательная сфера объективно должна интегрировать в свою деятельность современные инновационные и информационные технологии. Последнее напрямую связано с совершенствованием методов, технологий, механизмов управления инновационным развитием научно-образовательной сферы.

Это в полной мере подтверждается мировым опытом, активно свидетельствующим о том, что модернизация системы образования на основе инноваций невозможна без предварительного определения главных приоритетов государственной экономической политики, задающих магистральное направление вектора управляющих воздействий на образовательную среду. Не вызывает сомнения тот факт, что научно-образовательная сфера вообще и высшая школа в частности, в силу своего особого положения в обществе, являются не столько целью осуществления инноваций, сколько условием устойчивого инновационного развития экономики любой страны.

Ведущие страны мира достигли успехов в области научно-технического прогресса за счет интенсивного развития сферы образования, науки и техники. Успехи наукоемкого производства, научно-технический и социальный прогресс во все большей степени детерминируются качественными характеристиками национальной системы образования, адекватностью подготовки ученых и специалистов высокой квалификации требованиям формирующейся неоэкономики. К сфере образования сегодня обращено внимание многих ученых и политиков. В контексте глобализации только страны, располагающие высокоэффективной, отвечающей современным требованиям инновационного развития экономики системой образования, могут войти в число развитых государств современного мира. Практически во всех развивающихся странах, демонстрирующих высокие темпы экономического роста, приоритетными сферами государственной поддержки являются образование и повышение уровня грамотности населения, подготовка высокопрофессиональных специалистов, развитие наукоемких производств, основанных на высоких технологиях.

В высококонкурентной рыночной, существенной модернизирующейся экономике (становящейся все более характерной для современной России) научно-образовательная сфера, реализуя социально-экономические функции в становлении личности и прогрессивном развитии материального производства, представлена субъектами конкурентно-предпринимательских отношений, нацеленными на генерирование не только социального, но и экономического эффекта. 

Складывающаяся в последние годы положительная динамика располагаемых доходов населения формирует устойчивый платежеспособный спрос на образовательные услуги. Так, по данным Росстата, среднемесячные денежные доходы населения России в среднем на душу во второй половине 2005 г. составили 8108 руб., что на 6,5 % больше, чем во второй половине, и на 28,9 % превышает значение аналогичного периода 2004 г. В целом за 2005 г. среднедушевые денежные доходы населения возросли на 23,1 % (22,9 % за 2004 г.). При этом 50%-е приращение количества студентов в стране за последние 10 лет произошло за счет срединных групп населения. Кроме того, возросла популярность высшего образования как в среде молодежи, так и в других возрастных группах.

Поэтому исследования такой направленности приобретают сейчас значение как в теоретическом, так и в практическом аспекте − с целью систематизации принципов и методов управления инновационной деятельности в системе образования, а также путей совершенствования хозяйственного механизма воспроизводства образовательных услуг, поскольку именно недооценка при переходе к рыночной экономике в России важности разработки научно обоснованной и практически апробированной национальной концепции стратегического управления развитием научно-образовательной сферы вылилась в подмену анализа, прогноза и корректировки курса реформирования этого сектора экономики «точечной» модернизацией и зачастую механической компиляцией зарубежного опыта.

В то же время вопросы стратегического управления системой высшего образования, объективно включающие управление инновациями в данной сфере, – это проблема, широко обсуждаемая в мире. Многообразие концепций и практических подходов к управлению модернизацией сферы образования в России и зарубежных странах, базирующейся на инновациях, обусловлено существенными различиями в организационных структурах систем образования, в их правовых основах, а также сложившимися в каждой стране традициями и действующей парадигмой управления экономикой в целом. Вместе с тем, в этом вопросе достаточно четко просматриваются общие тенденции, главными из которых являются децентрализация и демократизация управления, расширение автономии высших учебных заведений с одновременным усилением их включенности в решение проблем социально-экономического развития общества, движение в направлении встраивания в систему высшего образования рыночных моделей организации управления и финансирования образовательного процесса.

Ретроспективный срез тенденций развития научно-образовательной сферы в России показал, что современное состояние этого сектора экономики страны уже характеризуется развивающимися процессами модернизации, включая внедрение новых идей и научно-образовательных технологий, в ходе которых вносятся изменения в структуру и функции системы образования, в содержание и технологии процесса обучения и научных исследований. Рассматриваемая с очерченных позиций проблема свидетельствует о необходимости совершенствования методов системного управления процессами взаимоувязанной и взаимосогласованной с макроэкономическими детерминантами динамики научно-образовательной сферы как социально-экономической системы в направлении стимулирования ее созидательных функций.

Противоречия и проблемы как внутри системы образования, так и в макроэкономике в целом инициируют повышенный интерес исследователей к анализу процессов функционирования и развития как отдельных сегментов этой сферы (в частности, в разрезе отдельных регионов (территорий (что связано с регионализацией экономической жизни), отдельных образовательных учреждений и их комплексов, региональных кластеров, в состав которых входят научно-образовательные учреждения и т.д.), так и целых ее функциональных подсистем (например, систем непрерывного образования). В соответствии с обозначенной логикой исследования представляется актуальным уточнение системных функций инновационного потенциала научно-образовательной сферы в системе национальной и региональной экономики. В составе этих функций необходимо, прежде всего, выделить специфическую системо- и структурообразующую функцию. Данная системная функция проявляется одновременно в нескольких плоскостях, полноценное развитие которых и обеспечивает достижение целей макро- и мезоэкономической системы. 

Во-первых, инновационный потенциал системы образования является, с одной стороны, частью инновационного потенциала экономики страны в целом, что делает его взаимоувязанным с макроэкономическими детерминантами (в том числе с инновационной стратегией российской экономики), с другой – интегрирует в себе потенциальные возможности «инновационного обеспечения» субъектов экономической деятельности, что, в силу их функционирования в качестве элементов одной системы (в границах региона либо экономический системы страны в целом), проявляется в синергетическом эффекте от внедрения инноваций в границах последней.

Специфика инновационного потенциала научно-образовательной сферы как важнейшего фактора-ресурса экономики (национальной и региональной) формирует вторую плоскость проявления его системо- и структурообразующей роли, связанной с распространением новшеств на внутри-, межрегиональных и мировых рынках инноваций, что позволяет повышать конкурентоспособность и инвестиционную привлекательность национальной (и региональных) экономики, развивать межрегиональные и межстрановые связи и отношения. Не менее важной системной функцией научно-образовательной сферы, реализующей и продуцирующей инновации, в региональной экономике является самоорганизация, характеризующаяся проявлением функциональной устойчивости в неравновесных состояниях. При этом необходимо учитывать, что неравновесие является таким же фундаментальным свойством экономических систем, как равновесие, позволяя детерминировать свободный выбор оптимизационного синтеза из целого спектра возможных направлений регионального развития. Если равновесное состояние является необходимым условием стационарного существования региона, то неравновесное состояние представляет собой существенный момент перехода в новое состояние, в котором мезоэкономическая система приобретает более высокий уровень организации и продуктивности. Именно в ситуации, когда экономическая система теряет функциональную устойчивость, возникают самоорганизационные процессы формирования новых эффективных структур, требующие инвестиционных вложений. Приобретая в новых условиях функционирования стабилизирующее положение, экономическая система, таким образом, проходит свои равновесные состояния как промежуточные этапы на траекториях неравновесной самоорганизации.

Иными словами, научно-образовательная сфера как социально-экономическая система, осуществляющая свои специфические функции в экономике (которые можно дифференцировать в две большие группы: образовательные и научно-инновационные), является особым «обеспечивающим» экономическое развитие в целом сектором, продуцентом которого являются новые знания, аккумулирующиеся в человеческом потенциале, и новшества, ориентированные на коммерциализацию или создание фундаментального научного потенциала страны. В таком контексте, как показывают исследования, система образования нашей страны не в полной мере отвечает потребностям модернизационного развития общества. Примером, в частности, может служить сфера гуманитарной подготовки специалистов: разрыв системных связей гуманитарной, естественно-научной, технико-технологической составляющих высшего образования во многом обусловливают не адекватный требованиям современного экономического развития уровень квалификации кадрового потенциала.

Проблемы высшей школы, обостренные и ярко высвеченные в России в силу необходимости и одновременно трудностей перехода экономики на инновационную траекторию развития, не являются уникальными национальными проблемами и в силу этого должны рассматриваться в общемировом контексте трансформирования институциональных основ инновационного развития научно-образовательной сферы (в частности, активного распространения идей Болонского процесса) в условиях информационного общества и глобализации политики и экономики. 

С другой точки зрения, носящие глобальный характер изменения в обществе и экономике, связанные с необходимостью переориентации на инновационный путь развития, обусловливают необходимость разработки более эффективных методов организации и управления научно-образовательной сферы как важнейшей составной части макро- и мезоэкономики, функционирующей в рыночных условиях хозяйствования. 

Основные макроэкономические детерминанты формирования новых механизмов и инструментов управления инновациями в научно-образовательной деятельности в основном определяются тем, что в условиях глобализации возникли принципиально новые сущности (такие как новая экономика, постиндустриальная экономика, сетевая экономика, глобальный рынок, глобальные инвестиционные операторы) и явления (глобальная конкуренция, глобальные сети и т.п.), определяющие позиции национальных государств, стратегию развития инновационных и инвестиционных институтов, акторов и макроэкономических агентов. 

В рамках сектора «новой экономики» производится 5 % ВВП Франции и 8 % ВВП США. Однако некорректным является отождествление «новой экономики» только с интернет-бизнесом, точно так же неправомерна и вторая крайность: представление «новой экономики» в качестве отдельного, изолированного бизнес-образования, «зависшего» над традиционной экономикой и подчиненного неким чистым, рафинированным (сверхпрозрачным, неинерционным, сверхмобильным) принципам функционирования.

Постиндустриальное («постэкономическое») общество имеет своей основой качественно другой технологический базис и другую структуру экономики, оно получило наименование «информационного общества», «общества информатики и высокой технологии», «общества услуг». На этой основе экономическое принуждение в новых благоприятных условиях развития человеческого капитала постепенно должно смениться «самопринуждением» посредством стимулов социального творчества, а «экономический человек» должен трансформироваться в «социологического человека». Концепции постиндустриального общества получили широкое распространение не только за рубежом, но и в отечественной научной литературеи уже не воспринимаются лишь как футурологический прогноз. 

Вместе с тем, вряд ли правомерно применять термин «постиндустриальный строй» уже к сегодняшней экономике развитых стран [14, с. 43]: в ней, безусловно, есть элементы постиндустриализма и они к тому же неуклонно усиливают свое значение, однако коренного перелома еще не произошло и современное (даже развитое) общество продолжает оставаться преимущественно «экономическим» и индустриальным. Неслучайно группа ведущих стран мира официально именуется группой «индустриально развитых стран».

В контексте авторской гипотезы категориальный смысл понятия «новая экономика» в концентрированном виде аккумулирует в себе постиндустриальные отрасли экономики. К «новой экономике» относятся отрасли, которые, во-первых, обеспечивают инновативность экономики, производят, внедряют в индустриальный сектор новые технологии, во-вторых, модернизируют технологии формирования рынка, продвижение товара к покупателю, в-третьих, осваивают инвестиции в «человеческий фактор», прежде всего, в образование. 

Если придерживаться первого, более научного определения, то статистика 2000–2005 гг. не дает никаких оснований говорить ни о кризисе, ни даже о спаде в постиндустриальных отраслях. На фоне общего падения в отраслях старой экономики продолжался рост в отраслях, отвечающих за продажи, продвижение к покупателю, связь, дистанционное образование. В качестве примера, подтверждающего данное обстоятельство, в табли- це 1 представлены данные о структуре производства промышленной продукции на Юге России.


Таблица 1 - Отраслевая структура производства промышленной продукции на Юге России в 2005 г. (в %)

Отрасль

РФ

ЮФО

Клок

 Электроэнергетика 

10,4

15,6

1,5

2. Топливная промышленность

19,7

13,4

0,7

3. Черная металлургия

7,9

5,6

0,7

4. Цветная металлургия

8,4

2,3

0,3

5. Химия и нефтехимия

6,9

8,2

1,2

6. Машиностроение и металлообработка

20,3

16,2

0,8

7. Лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность

4,4

2

0,5

8. Промышленность строительных материалов

3,1

4,9

1,6

9. Стекольная и фарфорово-фаянсовая

0,5

0,9

1,8

10. Легкая

1,6

2,1

1,3

1 Пищевая 

13,7

24,7

1,8

12. Мукомольно-крупяная и комбикормовая

1,5

2,9

1,9



Несмотря на широкомасштабное распространение информационных и финансово-экономических технологий, большое число социальных изобретений и другие «мягкие» инновации, сравнение состояния инновационной сферы в конце и в начале ХХ в. приводит к неожиданному результату. Обнаруживается, что инновационный импульс не только не возрос, но, скорее, затухает, снижаясь, правда, не равномерно, но достаточно заметно, начиная с 1970-х гг. При общем росте значения интеллектуальных технологий фундаментальные открытия сменяются и размываются многочисленными эффектными рационализациями этих открытий. Происходит технологизация самого инновационного процесса. 

Растет экономическая, а еще точнее, коммерческая эффективность внедрения результатов НИР и НИОКР в различных областях производственной и инфраструктурной деятельности. Однако, что касается состояния фундаментального инновационного процесса, то, начиная с 1980-х гг., он замедлился. В то же время востребованность радикальных инноваций в ряде областей человеческой деятельности в этот же период увеличилась. На карте мира обозначились контуры нескольких геоэкономических пространств, характеризуемых специфическими, структурообразующими формами деятельности.

Можно привести большое количество аргументов в подтверждение тезиса о творческом, интеллектуальном потенциале как основной конкурентоспособной доминанте развития российского общества. Искажение фундаментальных закономерностей развития рано или поздно должно приводить и приводит к кризису. Это верно как для мира в целом, так и для России. Посткризисная ситуация в России осложняется фактором, затрудняющим формирование «новой экономики»: отсутствие в стране сложившейся корпорации элитных групп, менеджмента, видящего для себя резон в общественной самоорганизации и синергии – совместном обустройстве страны и государства исходя из долгосрочных целей социокультурного развития. В условиях глобализации развитие в современной России свелось к двум асимметричным сюжетам. Первый – это неолиберальная концепция реформ, призванная обеспечить вхождение России в контекст мировых процессов и мирового сообщества образца 1980-х гг. ХХ в. Второй – тяготеющее к автаркии прочтение российских культурно-исторических традиций как основы особого пути страны. 

Опыт последних 10–15 лет показал, что неолиберализм, несмотря на ряд его технологических преимуществ, вряд ли способен стать основой национального консенсуса. Интеллектуальная оппозиция, однако, также не сумела представить обществу внятную социальную доктрину, могущую служить программой действий в современном мире. В подобных обстоятельствах поиск обращенной в будущее программы действий, формулирование актуальной повестки дня России в третьем тысячелетии становятся императивом. 

Актуальной альтернативой процессам социальной дезадаптации является представление российского общества как одного из центров складывающейся мировой кооперации и одновременно мировой творческой среды. Россия в этой кооперации может занять место одного из инновационных центров, стать в полном смысле этого слова инновационной страной. Данное утверждение имеет ряд веских оснований. Для российской истории и российской среды всегда была характерна атмосфера творчества и повышенная креативность. 

Подобная специфика выражается как в привычных формах инновационной деятельности – научных исследованиях, изобретательстве и инженерных решениях, так и в создании новых социогуманитарных технологий, искусстве, культуре. В последние десятилетия существования СССР именно достижения в инновационной сфере начинали постепенно осознаваться как альтернативная основа легитимации советского режима.

В глобальной экономике эксперты говорят о «критических технологиях», определяя, что в «противном случае высокие трансакционные издержки (большая стоимость базовых инфраструктур, поддержки системы расселения и социального пакета, обеспечивающего качество человеческого капитала) всегда будут снижать конкурентоспособность России на мировых рынках – любых продуктов, создаваемых национальной производственной системой».

Сегодня, как и 100 лет назад, можно утверждать, что стратегический маршрут России вряд ли пролегает исключительно в сфере торговли сырьевыми ресурсами. Такое положение дел, несмотря на относительный рост спроса на сырье в новых индустриальных странах (регионах), чревато перманентной оперативной уязвимостью России на геоэкономической и геополитической арене. Сомнительна также стратегия освоения широкого спектра промышленного производства товаров и услуг массового спроса – на фоне взрывного роста экономик Китая, Индии, ряда стран Латинской Америки и Юго-Восточной Азии.

Предкризисное состояние мировой экономики в целом благоприятствует старту инновационной стратегической инициативы. Ряд отраслей испытывает заметную нехватку фундаментальных инноваций. Это, прежде всего, крупные инфраструктуры (энергетика, транспорт, коммуникации), системы пространственного развития и расселения, системы капитализации человеческих ресурсов (продовольствие, экология, здравоохранение, фармацевтика, образование). Причем такой дефицит особенно отчетлив как раз не в области технологий и оптимизирующих нововведений, где позиции России не столь сильны, а именно в сфере фундаментальных инноваций. Застой фундаментального научно-технического прогресса становится все более очевидным фактом, являясь, по сути, стартовым механизмом глобального экономического кризиса.

Так, доля инновационной продукции в общем объеме производства российских предприятий существенно отстает от аналогичного показателя в сравнении со странами ОЭСР, что показано на рисунке 1.





Рис. 1 - Доля инновационной продукции в общем объеме производства (%)



Об относительно низком уровне развития инноваций в России свидетельствует также доля страны на мировом рынке наукоемкой продукции (0,4 %, что в сравнении с оценками аналогичной доли США, Японии и Германии (составляющих, соответственно, 36, 30 и 17 %) незначительно) (рис. 2).




Рис. 2 - Доля России в мировых продажах наукоемкой продукции



Представленные на рис. 1 и 2 данные свидетельствуют о слабом уровне развития инновационной деятельности в различных секторах российской экономики, несмотря на декларируемую на высшем уровне управления государством стратегию перехода к инновационно-ориентированно-му типу экономики. Следует также учитывать, что из-за системного спада и отсутствия в стране эффективного инновационного механизма неэффективно используется и в целом деградирует доставшийся «в наследство» от СССР достаточно мощный научно-технический потенциал, а в сопряжении с тем, что значительная часть ученых и программистов мигрируют из России и других стран с переходной экономикой и стран с низким уровнем доходов в США и другие страны с высоким доходом, это в ещё большей степени усиливает тенденцию поляризации научного и изобретательского потенциала.

Этот вывод подтверждается данными, приведенными в табл. 2, в которой в сравнительном контексте представлен научно-инновационный потенциал России и развитых стран мира. 


Таблица 2 - Параметры научно-инновационного потенциала России в сравнении с развитыми странами

Показатели

Россия

Развитые страны

Доля расходов на НИОКР в ВВП

1,3

>5

Абсолютная численность исследователей (тыс. чел.)

492

США – 1261

Япония – 676

Показатель ВВП на одного занятого (тыс. долл.)

9,2

США – 36

ЕС – 24

Численность исследователей

на 10 тыс. занятых (чел.)

69

Италия – 29

Англия – 55

Германия – 67

Доля высокотехнологического экспорта в общем товарном экспорте (%)

3,1

 8

научный образовательный сфера россия

Таким образом, тенденции развития мировой экономики убедительно показывают, что у России не может быть иного пути развития, чем формирование экономики, основанной на знаниях, т.е. экономики инновационного типа. Недооценка этого обстоятельства уже в ближайшие годы может привести к тому, что Россия будет вытеснена с рынка высокотехнологичной продукции, а это в конечном счете не позволит поднять до современных стандартов уровень жизни населения и обеспечить конкурентоспособность экономических агентов и безопасность государства в целом. Вместе с тем, инновационная деятельность России еще не является основным фактором экономического роста. 

В настоящее время назрела необходимость в пересмотре существующих методологических подходов к развитию инновационной и образовательной деятельности в России, адаптации известных, а при необходимости и разработке новых принципов и механизмов инновационного развития экономики исходя из существующих условий. Обновление методологии исследования моделей экономики в условиях глобализации обусловлено необходимостью учета вектора интеграции России в глобальные инновационные сети в условиях динамично меняющихся реалий окружающего мира. 

Составными элементами национальной экономической системы являются государство, бизнес и население. Мотивация деятельности бизнеса складывается в направлении максимизации доходов при минимизации усилий (прежде всего, инвестиционных) и риска. Это имманентно природе бизнеса. Задачей государства является создание такой среды, в которой бизнес ориентирован на получение качественных доходов, т.е. доходов как вознаграждения за развитие, модернизацию, победу над конкурентом на мировом рынке и пр. Только в этом случае будет задействован единственно эффективный механизм реализации инновационной политики.

В России в настоящее время отсутствует как эффективный и качественный бизнес, так и эффективное и качественное государство. Меняться предстоит и бизнесу, и государству. Государство должна представлять высокопрофессиональная элита, способная управлять бизнесом, прежде всего, на региональном уровне и координировать свое взаимодействие в рамках поставленной задачи укрепления национальной экономической системы. Сегодня наиболее остро в системе государственного и корпоративного менеджмента стоит вопрос о формировании организационного и интеллектуального капитала, основанного на «экономике знаний». 

Новая государственная элита должна не только хорошо ориентироваться в текущей ситуации, эффективно оценивать направления плавной трансформации системы в более устойчивое положение, но и обладать масштабным уровнем знаний (в том числе международного опыта). В этом случае формирование качественной среды в регионах создаст побуждение для бизнеса к поиску и внедрению новых технологий, к взаимодействию с региональными учеными и специалистами, к развитию «технологических альянсов». 

Создание механизма рыночной «интеграции» технологий в экономику на основе институционального проектирования – это необходимый приоритет концентрации национальных интеллектуальных ресурсов для преодоления системных проблем, которые все с большей очевидностью возникают перед Россией, уводя ее на периферию мировой экономики и, более того, угрожая ее устойчивому развитию в самой ближайшей перспективе. Институциональный механизм развития экономики знаний, инновационной экономики, а в ее системе – научно-образовательной сферы, основанной на инновациях, зависит от качества и устойчивости системы национальных институтов. 

Взаимное приспособление, взаимная адаптация в условиях глобализации экономики являются одним из основных направлений развития институтов, формирующих инновационную инфраструктуру образовательной деятельности. В этой связи актуальным является вопрос о том, следует ли придерживаться крайних позиций – создавать свои, специфически российские институты, заимствовать развитые институты из других стран, пытаться адаптировать к российским реалиям уже готовые институциональные формы или совмещать создание, заимствование, адаптацию на основе нескольких компонент с учетом уровня зрелости и состояния общества? 

Ответы на эти вопросы позволят значительно продвинуться не только в направлении развития институциональной теории, но и понимания и исправления тех процессов, которые происходят в российской экономике. К проблеме формирования целостной институциональной теории тесно примыкает и проблема ее обогащения исследованием возникающих новых институтов. В данном контексте существенным методологическим потенциалом обладает выдвинутая Д.С. Львовым идея о необходимости развития института национального имущества как особого фактора стабилизации и создания предпосылок роста в переходной экономике России. Реализация его мощного социального, экономического и консолидирующего потенциала возможна, по мнению ученого, посредством введения в стране специфической формы дохода, интегрирующего институты национального имущества, государства и гражданства. 

Задача состоит в том, чтобы обосновать эффективный механизм реализации этого института, направленного на утверждение необходимых стартовых, поддерживающих механизмов жизни человека в России в соответствии с идеалами концепций устойчивого развития. Субъектом института национального дивиденда выступают все граждане страны, которые должны получать определенную «выгоду» от участия в этом институте.

Сопричастность к единому общественному целому в территориальном, экономическом, культурно-историческом и духовно-ценностном пространствах должна быть материально осязаемой в условиях новой экономики. Граждане страны должны отождествлять интересы своей самореализации, интеллектуального развития с сохранением территориальной целостности России, с ростом общего, а не только индивидуального или группового благосостояния, они должны ощущать себя членами одного общества на деле. Реализация этого также возможна только посредством активной интеграции научно-образовательной сферы в макроэкономический вектор инновационного развития. 

Такая интеграция, как было отмечено выше, возможна, как минимум, по двум направлениям: посредством подготовки высококвалифицированных специалистов, востребованных практикой, чья подготовка осуществлялась с использованием современных инновационных информационных технологий обучения; путем «выпуска» в экономическую систему новых знаний, технологий, новшеств, опытных образцов и т.п., формирующих инновационный базис национальной экономики.

«Моделирование образа Новой России в мировом сообществе как России инновационной, интеллектуальной перспективно также с точки зрения создания действенной альтернативы ее бессодержательному либо криминально-враждебному имиджу» − подчеркивает в своей работе Д.С. Львов. Автор отмечает, что инновационный мегапроект может помочь России остаться в клубе стран «первой лиги» и за счет этого сформировать новый контур геоэкономической кооперации со странами-лидерами, уже преодолевшими ключевые зависимости, характерные для индустриальной фазы развития. Не менее важно создание перспективной основы для нового социального контракта внутри страны, формулируемого не на основе достаточно дискредитированного образа «новых русских» или аморфного и призрачного «среднего слоя», но динамично развивающегося «нового класса». Этот класс может включить в себя инновационную элиту России, в том числе весь корпус лиц (так называемых «решающих специалистов»), готовящих решения. Инновационная деятельность в зависимости от масштабов может осуществляться на шести экономических уровнях (табл. 3). 



Таблица 3 - Характеристика уровней инновационной деятельности

Экономический уровень

Основные характеристики

Нано

Инновационная деятельность на уровне конкретного человека. Здесь происходит основной этап получения знаний, а также инвестирования в наукоемкую сферу путем приобретения товаров и услуг, необходимых для обеспечения жизнедеятельности и удовлетворения собственных потребностей

Микро

Инновационная деятельность предприятия, осуществляющего разработку или выпуск наукоемкой продукции, а также оказывающего услуги по обеспечению инновационного процесса (образование, финансы, информация и т.д.)

Мезо

Инновационная деятельность, осуществляемая группой предприятий на уровне сетевых или корпоративных структур преимущественно в пределах одного государства

Макро

Инновационная деятельность, осуществляемая в пределах одного государства или его части (земля, штат, регион), институциональную основу которой составляет национальная (государственная) инновационная система

Гипер

Инновационная деятельность, осуществляемая:

	объединенными национальными (государственными) системами (США, ЕС, Россия);

	транснациональными корпорациями

Глобальный

Получение и распространение новых знаний на уровне глобальных формализованных и неформализованных сетей. Примерами таких сетей являются фундаментальная наука (неформализованная сеть) и информационная сеть Интернет (формализованная сеть)


С учетом этого, разработка инновационной политики на каждом уровне должна строиться с учетом тенденций развития остальных. Современная научно-исследовательско-образовательная система (НИС) формируется исходя из общей государственной макроэкономической политики и нормативной правовой базы, обеспечивающей реализацию данной политики. 

Основными элементами инновационной системы являются следующие подсистемы: 

	генерации знаний; 

	образования и профессиональной подготовки; 

	производство продукции и услуг; 

	инновационной инфраструктуры, включая финансовое обеспечение. 

Учитывая, что функционирование НИС строится исходя из условий рыночной экономики, сам по себе рынок наукоемкой продукции и услуг может рассматриваться как одна из подсистем НИС.

Основу НИС составляет подсистема генерации знаний, которая представляет собой совокупность организаций, выполняющих фундаментальные исследования разработки, а также прикладные исследования. Исторически в различных странах сложились различные структуры как государственные, так и общественные, проводящие научные исследования и разработки. Так, в Германии это, прежде всего, Общество Макса Планка и Общество Фраунгофера, в Нидерландах – Организация прикладных научных исследований (TNO), Организация научных исследований (NWO), королевская академия искусств и наук (KNAW) и т.д. Кроме того, значи-тельный объем исследований и разработок выполняется в университетах. Во всех случаях основной объем финансирования фундаментальных ис-следований (до 100 %) осуществляется из бюджетных источников (как из федеральных, так и из региональных бюджетов).

То, что мы сегодня наблюдаем на мировом биотехнологическом рынке, в этом смысле явление типичное для «новой экономики», на рынке IT оно наблюдается уже не первое десятилетие. А.И. Неклесса отмечает, что «ниокровские подразделения крупных корпораций не в состоянии брать на себя полную ответственность за оседлание очередной технологической волны, интеллектуальные усилия выгоднее оплачивать на стороне, в связи с тем, что слишком сложной становится технологическая конъюнктура, слишком большой – ответственность за деньги акционеров, вложенные в инновационную идею». 

Автор определяет, что «делегирование риска происходит по всем «горячим» направлениям НТП: химики синтезируют под заказ новые вещества, программисты пишут программы, биотехнологи придумывают новые способы существования белковых тел, материаловеды творят новые материалы, из которых потом кто-то будет делать рыночный продукт». Взяться за инновационный проект готовы, по мнению А.И. Неклессы, как правило, наименее формализованные коллективы менеджеров и исследователей, выброшенные из предыдущих институциональных оболочек. Россия с этой точки зрения − благодатное инновационное поле. 

И дело, естественно, не только в цене. Зарубежные ТНК изучили эту ситуацию еще десять лет назад, поэтому в России сегодня так много исследовательских подразделений мировых хайтечных брендов, а в развитых странах так много наших исследователей-эмигрантов. Сегодня немало российских проектов с западным заказчиком, нацеленных на освоение ступеней с добавленной интеллектуальной стоимостью. Но чем ниже риск очередной итерации, тем меньше, согласно выводам экспертов, вероятность ее включения в собственный бизнес-процесс. «Вы нашли вещество, убивающее этот вирус? Дальше мы справимся сами, миллиардные продажи препарата − не ваших рук дело. Вы придумали алгоритм, на основе которого легко написать программу, описывающую поведение наших клиентов? Отлично, больше вы не нужны, теперь начинается настоящий бизнес». 

Приведенные примеры демонстрируют, что в условиях крайней расплывчатости мировой НТП-конъюнктуры, связанного с этим крайне высокого риска инвестиций в хайтечные сегменты российские исследователи с богатым научно-техническим потенциалом оказались в роли глобальной зоны научно-технологического и организационного риска. Российских ученых активно привлекают к пилотным проектам, но ограничивают их допуск к стратегии реализации. Но есть и обратная сторона: именно в России появляются новые организационные формы НТП, которые могут побороться за добавленную стоимость и расширить рамки «естественной ниши», отведенной нам глобальными игроками рынка инноваций.

Инновации в условиях глобализации − серьезный вызов для сложившейся организации. Институциональная оболочка НТП должна трансформироваться в условиях глобализации инновационной и финансовой сфер, и она активно меняется под воздействием организационного капитала. Закрытые фрактальные группы интеллектуалов превращаются в национальные академии, обремененные сотнями лабораторий, которые, в свою очередь, вступают в непростые отношения с бизнесом и политикой, образуя ниокровские отделы фирм и экспертные советы при власти. 

Но и эти новые формы управления НТП быстро теряют свою легитимность. Неопределенность будущего заставляет генетически ориентированные на регулярную воспроизводимость замкнутой траектории системы (правительства, корпорации, профессиональные сообщества) искать помощи вовне, за родными организационными рамками. Постоянное делегирование риска новым организационным формам – так можно было бы назвать этот процесс. Россия должна успеть изменить институциональную структуру рынка инноваций.

Будущее России зависит от того, как скоро научно-технологический сектор после трансформационного спада получит новый импульс для развития и обеспечит долгосрочное участие в глобальном инновационном процессе. Наметившийся в России реальный поворот в приоритетах экономического развития в сторону наукоемких и высокотехнологических производств в условиях «новой экономики» способен приносить стране не меньше доходов, чем экспорт невосполнимых природных ресурсов. 

Таким образом, инновационные принципы управления системой высшего образования предполагают реализацию полного инновационного цикла от получения новых знаний до их коммерческой реализации на профильных рынках. Новые знания, получаемые в ходе выполнения фундаментальных и поисковых исследований, должны реализовываться в научной и образовательной сферах деятельности, поскольку от того, насколько эффективно используются полученные новые знания и накопленный интеллектуальный потенциал в учебной и научно-технической деятельности, зависит устойчивое развитие системы образования. При этом основными индикаторами успешного развития элементов научно-образовательной среды (вузов, ссузов, НИИ, КБ и др.) являются следующие: конкурентоспособность на рынках профессионального труда, наукоемкой продукции и образовательных услуг, качество образования и способность выполнять государственный заказ на подготовку специалистов и выполнение НИОКР. Для обеспечения конкурентоспособности необходимо доводить результаты научной и образовательной деятельности до конечного продукта, востребованного на профильных рынках.

При этом методологическими установками управленческой деятельности в системе высшего образования являются следующие:

	обеспечение принципа «обучение через исследование» как основы академического высшего образования;

	сохранение ориентации на развитие фундаментальных наук и поддержку научных школ;

	участие ученых вузов в решении региональных проблем в промышленном секторе и социокультурной сфере;

	создание условий для поддержки и повышения интеллектуального уровня талантливой молодежи;

	привлечение в научно-образовательный процесс высококвалифицированных кадров и использование уникального оборудования и др.

В соответствии с вышеизложенным, концепция инновационной модернизации российской системы образования предусматривает как структурную, так и институциональную перестройку профессиональной подготовки кадров и производства инновационной продукции. В ходе реализации данной концепции следует определить пути интеграции начального, среднего и высшего профессионального образования, развития многоуровневого образования, что наиболее эффективно реализуется в региональных университетских комплексах, зоны ответственности которых определяются границами соответствующих территориально-экономических образований.


Библиографический список



			Андрианов В.Д. Россия в мировой экономике [Текст] / В.Д. Андрианов. − М.: ВЛАДОС. – 2008. − 400 с.

			Антонюк В.С. Устойчивое развитие городской экономики (аспекты стратегии) [Текст] / В.С. Антонюк // Вестник Финансовой академии. − 2009. − № 3. – С. 68−75.

			Данилов-Данильян В.И. Бегство к рынку: десять лет спустя [Текст] / В.И. Данилов-Данильян. − М., МНЭПУ, 2011. – С. 23.

			Захарова Т.В. Человеческий капитал как потенциальный фактор устойчивого развития [Текст] / Т.В. Захарова // Проблемы устойчивого развития: иллюзии, реальность, прогноз: материалы симпозиума. – Томск, 2008.

				Кельчевская Н.Р. Анализ финансово-хозяйственной деятельности государственного вуза как основа инновационных решений и программ [Текст] / Н.Р. Кельчевская // Университетское управление: практика и анализ. – 2010. – № 4(15).

				Клейнер Г.Б. Инновационный прорыв [Текст] / Г.Б. Клейнер // Российский экономический журнал. – 2007. – № 5. – С. 31.