Влияние внешнеэкономических факторов на трансформационный процесс в России.

ВЛИЯНИЕ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ НА ТРАНСФОРМАЦИОННЫЙ ПРОЦЕСС В РОССИИ.

1. Впервые внешнеэкономическая сфера была поставлена во "главу" преобразовательного процесса в России в конце 80–х годов, когда председатель ГВК (Каменцев) сообщил, что в трансформационном процессе преобразования во внешнеэкономической деятельности идут на порядок быстрее, чем в остальных сферах экономики. В тот период времени данное обстоятельство рассматривалось в качестве позитивной заслуги руководителей "перестройки", хотя логика экономического развития диктует обратное. Внешнеэкономическая деятельность представляется собой составную часть реализационного звена (включая технический сервис) воспроизводственного цикла, а потому ее организационное преобразование, приведшее к смене приоритетов и приостановке на определенный период времени управляемости в первую очередь внешней торговлей, обусловило фактическое нарушение каналов сбыта на внешнем рынке товаров и услуг (особенно остро это сказалось на машинотехнической группе товаров и торговле патентами, лицензиями). Это повлекло с одной стороны дестабилизацию производства, а с другой – использование сферы ВЭД в качестве полигона для развития в условиях отсутствия действенного законодательства криминальной среды. Но вместе с тем необходимо подчеркнуть, что с точки зрения формирования стратегической концепции внешнеэкономической политики для государства, трансформирующего модель хозяйствования в сторону рыночных основ, именно ускоренная либерализация в ВЭД и открывание национального рынка для свободного конкурирования импорта, получаемого уже не в условиях монополии на ВТ, а за счет свободы проведения внешнеторговых операций любым хозяйствующим субъектом, обозначило в системе мирового хозяйства отход России от концепции автаркии и признание фритредерства (свободная торговля). Другими словами, не импорт, а экспорт представляет собой базовую составляющую внешнеторговой стратегии государства.

2. Современное государство в условиях рыночной экономики практически включено во все сферы экономической деятельности общества. Важнейшими из них являются формирование законодательной базы, защита конкурентной среды, доходов, регулирование системы общественного перераспределения, стабилизация и стимулирование экономического роста, а также коррекция общественных благ и услуг.

Государственное регулирование выступает в качестве объективной потребности общественного развития, особенно это проявляется в условиях превращения науки в непосредственную производительную силу в процессе труда. Поясняя этот тезис, мы хотим подчеркнуть, что государство – как ассоциированный собственник – берет на себя функции создания и поддержания на стабильном уровне дорогих условий воспроизводства рабочей силы (высокоразвитые системы образования, информации, здравоохранения, защиты окружающей среды и т.д.).

Большую роль в системе госрегулирования играет сфера внешнеэкономической деятельности, имеющая непосредственную связь со структурной политикой и составлением общенациональных программ. Прогноз и контроль над экспортом, импортом, торговым и платежным (включая валютный) балансами – это серьезные гарантии, с одной стороны, а с другой – стимулы для предпринимательства как одного из факторов поступательного развития хозяйственного потенциала страны.

В современных условиях трансформирования экономики России задача оптимального сочетания рыночных регуляторов с системой мер государственного воздействия представляется тем более актуальной, что с одной стороны, Россия обладает исторической, "национальной" и природно – географически обусловленной спецификой, в силу которой копирование западных моделей и практики их применения (даже если они имели успех в странах Восточной Европы в условиях преобразования их хозяйственных комплексов) неэффективно, а зачастую просто вредно. С другой – процесс ускоренного преобразования государственной собственности и отсутствие эффективного управления ею как со стороны Госкомимущества, так и частных собственников преобразованного госимущества, необходимость структурной перестройки производственного потенциала и создания добросовестной конкурентной среды на национальном рынке, смещения в структуре экспорта в сторону обрабатывающей промышленности и постепенного повышения конкурентоспособности российских товаров и услуг на мировом рынке, – все это настоятельно диктует усиление воздействия государства на экономические процессы при обеспечении баланса интересов всех социальных групп населения и формирования благоприятных условий для их жизни. Для России государственное регулирование ВЭД тем более необходимо, поскольку затянувшееся кризисное состояние экономики и неблагоприятный предпринимательский климат, включающий как составную часть социально–психологическую неуверенность предпринимателей в завтрашнем дне, в отсутствии у них достаточных гарантий для построения своей деятельности на коммерчески добросовестной основе, обусловливают существенный отток капитала за границу, ведение дел с целью максимального обогащения в сжатые сроки при отсутствии перспектив в стратегии предпринимательской деятельности, тем более что при полном отсутствии учета эффективности с позиций народного хозяйства и обеспечения национальной экономической безопасности. Процесс либерализации ВЭД и отсутствие соответствующего информационного и кадрового обеспечения, упразднение механизмов и инструментов, свойственных длительной монополии на внешнюю торговлю и валютные операции, при отсутствии как госаппарата, так и системы регулирования внешнеэкономических связей, имманентных рыночным отношениям, привело к тому, что сфера ВЭД превратилась в канал практически недобросовестного проведения сделок, привлекший со стороны зарубежных контрагентов и российских предпринимателей так называемую "пену" слоя бизнесменов. А действительно серьезные партнеры, "прозрачные" с позиций национальных законодательных систем как западных стран, так и России, оказались в стороне от международных внешнеторговых потоков Российской Федерации. Крупные зарубежные фирмы пришли в Россию с целью сотрудничества (причем по ряду сделок принцип "взаимовыгодности" мы можем поставить под большим вопросом) только при наличии государственных правительственных гарантий. Самостоятельный выход российских бизнесменов на внешние рынки как по импорту, так и по экспорту привнес дисбаланс в конкурентную среду этих рынков, привел к непрогнозируемым хаотичным ценам. Взаимное же конкурирование национальных производителей в одном и том же сегменте мирового рынка (т.е. не произошло экспортной экспансии или нахождения нового экономически более выгодного и в прямом смысле слова безопасного западного импортера) привело к потере ранее имевшихся преимуществ во внешней торговле, к уступке части сегмента рынка западным конкурентам.

Таким образом, внешнеэкономическая стратегия государства должна ориентироваться на национального производителя и инвестора при формировании как внешнеторгового, так и инвестиционного режима. При решении задачи оптимальной встроенности государственной системы регулирования и контроля в рыночную систему хозяйствования в экономике страны заработает не только зарубежный, но и отечественный капитал, в том числе "убежавший" за границу. Тогда не понадобятся ни законодательно оформленные утопические идеи амнистии для нарушившего "правила игры" с государством российского бизнеса, ни разработка и применение карательных мер, под действие которых попадут и виноватые, и правые, ни декларирование заведомо невыполнимых льгот для иностранных инвесторов.

3. Основной задачей внешнеэкономической политики (ВЭП) является формирование благоприятных внешнеэкономических условий для расширения воспроизводственного процесса в стране, оптимизации участия страны в процессе деятельности ее хозяйствующих субъектов в международном разделении и кооперировании труда.

 Разработка и реализация стратегии ВЭП осуществляется как в целом по стране, так и ее регионам по отношению к отдельным странам и регионам соответственно. Вместе с тем концепция ВЭП включает и тактику ее проведения – другими словами совокупность методов и средств для достижения целей и сохранения получаемых результатов. Внешнеэкономическая политика неразрывно связана с внутренней политикой, и является логическим продолжением и ее развитием, но в пределах национальной государственной границы. Основной задачей ВЭП независимо от избранной государством модели хозяйствования является формирование благоприятных внешнеэкономических условий для развития воспроизводственного процесса в стране. Как отмечается в ряде экономических исследований переход к новому типу хозяйствования в России и распад единого народнохозяйственного комплекса бывшего СССР логически обусловливают :

Формирование качественно новых основ взаимодействия отечественной экономики с мировой, внутреннего рынка с внешним; 

Повышение роли внешнеэкономического фактора в развитии страны, что в свою очередь выражается в существенном росте зависимости России от внешних рынков. Именно это предопределяет выработку новых принципов и методов реализации внешнеэкономической политики. Кроме вышеизложенного, полагаем, что в современных условиях специфика разработки концепции ВЭП определяется также необходимостью выявления рациональных и имеющих перспективное значение для страны сферы и форм участия во внешних связях, а также выбора географических /региональных приоритетов для экономического сотрудничества (имеется в виду: с какими странами и на каких условиях, преследуя какие первоочередные и секундарные цели ). По оценке А.Вольского около 10 перспективных высоких технологий, находящихся в настоящее время в "портфеле" способны приносить ежегодно около 130 млрд.долл ежегодно в порядке экспорта РФ , но необходима их реализация непосредственно в производственном секторе, однако для этого отсутствует, в первую очередь кадровый потенциал, способный занять эти высококачественные рабочие места . Причина – отток 30–40–летних за границу. А ведь именно эти технологии – путь в информационное общество .Именно они обладают потенциалом формирования собственного сектора или "конкурентной ниши" в мировой торговле. 

И особую значимость приобретает такой фактор для России, как выявление оптимальной степени участия в ВЭП субъектов Российской Федерации и координации их деятельности на государственном уровне. 

Основными составляющими внешнеэкономической политики являются: 

внешнеторговая политика; 

политика в области привлечения иностранных инвестиций и инвестирования капитала за национальные таможенные границы; 

валютная политика. 

Если составными частями ВЭП выступают вышеперечисленные элементы, то внешнеэкономическая деятельность представляется собой объект регулирования в процессе реализации ВЭП. В свою очередь внешнеэкономическая деятельность ( ВЭД) – это совокупность экономических, организационно–правовых операций и сделок национальных хозяйственных субъектов с субъектами хозяйственных связей зарубежных стран с целью обеспечения максимально возможной эффективности, недостижимой на базе осуществления операций исключительно на внутреннем рынке. Это деятельность на уровне хозяйствующих субъектов (ВЭД).

В основе же ВЭД находится внешняя торговля, отличительным признаком которой выступает международная купля–продажа товаров, услуг, промышленной собственности, а также перемещение материальных, трудовых, финансовых и интеллектуальных ресурсов. Внешняя торговля – это канал для реализации и приобретения товаров, услуг и промышленной собственности, целесообразность использования которого определяется преимущественно на основе сравнения уровня издержек производства и сроков жизненного цикла товаров и услуг. ( При экспорте выгоднее производить товары внутри страны и реализовывать их за пределами национальной таможенной границы; при импорте выгоднее представляется закупать товары и услуги, произведенные за рубежом, например, в силу нерациональности организации того или иного производства внутри страны и т.д.)

Существующий в настоящее время у большинства государств арсенал инструментов ВЭП позволяет им оказывать активное влияние на формирование структуры и направлений развития ВЭС – внешнеэкономических связей, которые в свою очередь представляют собой экономико–правовые отношения на уровне государственных органов власти различных стран, оформляемые на двух– и многосторонней основе соответствующими международными соглашениями, договорами, протоколами и т.д.

Целями ВЭП в условиях трансформирования экономики России, конкретизируемыми в каждом структурном звене , являются :

преобразующая на основе государственного регулирования роль государства , вырабатывающего политику развития отраслей и регионов, которой и подчинена ВЭП, включая инструментарий таможенно–тарифного и нетарифного регулирования, а также движения инвестиционных потоков; 

формирующая структурную перестройку ВЭД фирм и предприятий, преследуя цели органического" вписывания" внешнеторговых операций в хозяйственную деятельность, и исключая фактор внешней торговли как приоритета для определения хозяйственной стратегии и тактики развития хозяйствующего субъекта; другими словами использование преимуществ международного разделения и кооперирования труда должно быть подчинено задачам развития национального народно–хозяйственного комплекса: 

четкое распределение и разграничение полномочий реализации ВЭП как между органами и соответствующими ведомствами, так и что особенно важно на уровне регионов и центра; 

учет того, что ВЭП – это важная составляющая внешней политики государства, которая должна быть направлена на создание благоприятных условий для экспортной экспансии российских производителей на новых рынках товаров и услуг и ориентированием их на выпуск наукоемкой , технологически передовой продукции. 

Внешнеторговая политика любого государства должна быть ориентирована на защиту интересов национального производителя и населения страны, на сохранение экологической безопасности и на обеспечение социального развития общества, должна обеспечивать должный контроль (и собираемость) за уплатой налогов и вывозом капитала за национальную границу. Выгода от внешней торговли заключается в том, что кроме прочих нами уже называвшихся факторов, она позволяет сравнивать экономические уровни стран, как бы стимулируя их развитие. При этом одни страны освобождаются от перепроизводства, другие получают внешний импульс для экономического прогресса. Любые, непросчитанные ограничения ВТ отрицательно отражаются на экономике страны. Инструментами государственного регулирования являются тарифные и тарифные методы, а реализуют их соответственно уполномоченные государством или общественные организации. В условиях цивилизованного регулирования ВЭД меры протекционизма , вплоть до введения монополии, вводятся на четко оговоренный страной с государствами–партнерами по ВТ период, а излишне получаемые средства, например, при более высоких таможенных пошлинах направляются на поддержку тех производств, ради которых и вводятся меры торгового протекционизма. Мы выделяем сегодня торговый протекционизм, широко используемый многими странами, отличительной чертой которого является использование преимущественно таможенных пошлин, тарифов и сборов. Что касается движения капиталов, то мы здесь выделяем следующие аспекты:

расширение масштабов отечественного накопления; 

увеличение национального производства, в т.ч. развитие экспортоориентированных предприятий, повышение занятости населения; 

формирование благоприятного в первую очередь для национального инвестора инвестиционного климата, который бы способствовал производительному использованию внутренних инвестиционных ресурсов и делал бы нецелесообразным отток капитала за границу; 

содействие структурной перестройке российского народнохозяйственного комплекса, включая аспекты рационального привлечения передовой технологии и техники из–за границы, опыта управления производственными инновационноориентированными, конкурентоспособными на мировых товарных рынках структурами, а также разумного импортозамещения, отвечающего национальной концепции хозяйственного развития; 

органичного использования преимуществ как международного разделения и кооперирования труда, так и мирового рынка капиталов в целях создания устойчивых предпосылок динамичного экономического развития страны; 

формирования системы регулирования и контроля передвижения российского капитала за национальную границу, в связи с чем: 

расширение сети технического сервиса за рубежом для поставляемой на экспорт машинотехнической продукции, 

развитие сети производств как путем создания новых, так и приобретения пакетов акций (и контрольного также) предприятий для поставки в Россию экономически оправданного импорта, исходя из складывающихся пропорций как в разделении труда, так и издержек производства и трансакционных расходов, 

использование разнообразных возможностей возврата государственных долгов Российской Федерации со стороны зарубежных стран как путем конверсии их в реальные, прямые инвестиции, так и за счет использования договорных отношений на уровне Лондонского, Парижского клубов, а также различных международных страховых организаций, 

вывод за национальные границы отдельных видов производств, в т.ч. вследствие погашения внешних долгов, 

создание устойчивых связей российского и зарубежного капиталов на основе производительного использования инвестиционных потенциалов государств в условиях органичного вхождения России на принципиально отличной основе в систему мировой экономики. 

Правомерна здесь постановка вопроса о вступлении России в ГАТТ–94/ ВТО. Мы полагаем, что торопится с этим вопросом не следует, поскольку Россия относится так сказать к странам "Второго эшелона", к которым предъявляются более завышенные требования, с одной стороны, а с другой – фактически используются тарифные и нетарифные ограничения , подрывающие принцип равноправного конкурирования на мировых рынках . Например , Россия трактуется в американском антидемпинговом законодательстве как "страна нерыночной экономики", что влечет :

отсутствие режима наибольшего благоприятствования; введения без согласования компенсационных пошлин и антидемпингового расследования; возможное введение количественных ограничений. Чтобы Россия получила статус страны с рыночной экономикой, США исследуют :

степень конвертируемости валюты, 

степень свободы заключения коллективных договоров между профсоюзами и и администрацией по ставкам зарпоаты, 

степень допуска инокапитала в страну и международных предприятий, 

степень госсобственности или контроля над средствами производства, 

степень госконтроля над распределением ресурсов, процессом ценообразования и принятия решений предприятиями по поводу выпускаемой продукции, 

другие факторы, как то – бартерные договоренности, бухгалтерские стандарты, права на интеллектуальную собственность, открытая торговая система – это отражает степень коммерческой надежности в стране, отражения цен и себестоимости тороваров и сервиса в подлинно рыночной экономике. 

Для отдельных отраслей промышленного производства рассматриваются – отсутствие госвмешательства в процесс ценообразования или госрегулирования объемов производства, отрасль характеризуется как частная или коллективная собственность, цены на все значительные ресурсы диктуются рыночными механизмами.

Однако обеспечение даже всех этих критериев, не дает полной гарантии равноправия в конкуренции и торговле, инвестиционном взаимодействии и на рынке прав интеллектуальной собственности России в рамках ВТО с США или странами ЕС.

 Проведение валютной политики в рамках ВЭП преследует цель поддержания экономической стабильности и создания прочной основы для развития взаимовыгодных международных связей на базе равноправного партнерства путем воздействия на валютный курс и операции по обмену валюты. Кроме того валютное регулирование предполагает создание стабильного правового поля как для национального и зарубежного инвесторов, так и для резидентов и нерезидентов, выступающих просто субъектами отношений валютного рынка. Валютная политика в РФ относится к компетенции Центрального банка и Министерства Финансов, при чем ЦБ РФ пользуется автономией ее реализации. Методами регулирования можно назвать такие как: обязательная продажа части валютной выручки; наличие лицензии Центробанка РФ на предоставление рассрочки платежа свыше 180 календарных дней; возможность перевода средств как гражданами России ( в т.ч. личных средств), так и юридическими лицами – резидентами валютных ресурсов за границу при наличии лицензии ЦБ РФ; запрет на хождение зарубежной валюты в платежных операциях не внешнеэкономического характера и др. В валютном регулировании мы также можем выделить меры экономического характера и административного принуждения. Например функции контроля за правомерностью контрактной цены при импорте возложены на органы Государственного Таможенного комитета, но цель такого контроля определяется преимущественно не задачами соблюдения экономической эффективности, ненарушения конкурентной среды для российских импортеров, а фискальными задачами – сбором импортных пошлин. И если эта задача решается, то в условиях неподготовленности России к широкой либерализации ВЭД ( ни в правовом отношении, ни в кадровом, ни в организации и технике осуществления ВЭД, ни в знании международных норм, правил и обычаев и т.д.) вопрос экономической эффективности не только импорта, но и экспортных операций оставлен на откуп хозяйствующим субъектам, что, как свидетельствует практика, наносит существенный ущерб хозяйственному потенциалу страны. В мировой практике к мерам административного воздействия в сфере валютных отношений относятся также возможность сосредоточения валютных операций исключительно в уполномоченных государством банках ( своего рода государственное лоббирование), валютные ограничения для импортеров, в т.ч. вывоза иностранной валюты с территории страны при личных поездках граждан определенными нормативными актами суммами, ограничения на обмен валюты и др. К экономическим мерам можно отнести взимание дополнительных налогов при обмене валюты, введение различных налоговых ставок подоходного налога на доходы от деятельности в национальной валюте и иностранной, различного рода льготирование резидентов и нерезидентов при их инвестировании в иностранной валюте и т.д. 

4. Кредиты и техническая помощь иностранных государств и международных организаций. Денежные потоки международных организаций в начальной фазе трансформационных процессов стран ЦВЕ , СНГ и России являлись своего рода гарантом возвратности и высокой эффективности инвестиций. Именно своего рода эйфория преобразовательного процесса способствовала широкомасштабному инвестированию капитала в эти страны, не сообразуясь с наличием в них соответствующей инвестиционной среды или климата. Однако процессы трансформирования экономик в них характеризуются неравномерностью темпов и степени преобразования, масштабностью развертывания, а также подготовленностью социально–этнической и культурной среды к глубине и сущности модификаций в той или иной стране, отдельных регионах федеральных государств. Положение обострялось объективным процессом вхождения этих стран в фазу кризисного развития экономических хозяйств в силу объективных и субъективных причин (согласно теории кризисов и циклов). В этой связи значимость и эффект иностранного капитала, имея в первоначальный период единообразное значение, стали существенно различаться в зависимости от реально складывающихся условий развития реципиента инвестиций. Сформировавшиеся инвестиционные климаты в различных странах явились результирующим показателем целесообразности предоставления средств преимущественно для частных и государственных инвесторов –хозяйствующих субъектов. Отсюда определенная неравномерность поступления иностранного капитала характеризует современное состояние в сфере прямого инвестирования и международных кредитов и займов.

Согласно располагаемым нами данными ресурсы международных организаций на основе долгосрочных льготных кредитов, а также технического содействия и помощи ( например по линии ТАСИСа ) преследовали цель, характеризуя в глобальном масштабе – формирования рыночной среды и адекватной ей инфраструктуры в стране. Ведущими кредиторами России, к примеру, являются МБРР и МВФ, в члены которых наша страна была принята в 1992 г. В 1992–1998 гг только по линии Минфина РФ было использовано 24.2 млрд.долл. Кредиты, преимущественно, с возвратом основного долга через 17 лет и под процентные ставки, не превышающие 7% годовых, являлись:

бюджетозамещающими или финансовыми– для поддержания платежеспособности баланса и предоставляемые конечным пользователям безвозмездно; 

инвестиционными, включая средства для решения важных социально–экономических задач, и предоставляемые частично на возвратной , а частично на безвозмездной основе. По этим займам закупки производятся на основе международных тендеров и исключаются ограничения участия поставщиков какой–либо страны. 

По состоянию на 1.1.99 портфель завершенных и действующих проектов за счет средств МБРР составил 39 единиц на сумму 10.9 млрд.долл. Из 33 займов на сумму 6.43 млрд.долл. было израсходованы на инвестиционные нужды 2.08 млрд.долл и 4.35 млрд.долл. – на бюджетное финансирование. В портфеле займов МБРР 41% – инвестиционные займы, где приоритет отдан секторам инфраструктуры и окружающей среды, проблемам энергетики. Характерно также то обстоятельство, что средства МБРР направляются в государственный сектор экономики России. Основным источником погашения предоставляемых кредитов выступает государственный бюджет страны. Для реализации проектов, финансируемых за счет МБРР, формируются группы реализации проекта (ГРП), которых в России насчитывается (на 1.1.99) 22 центральных и 15 региональных. По оценкам Счетной Палаты РФ расходы на содержание указанных групп, включая консалтинг и оперативные расходы по подготовке и реализации проектов составили около 800 млн. долл., взятых в счет кредитов МБРР. Эксперты банка регулярно проверяют процесс расходования средств, не анализируя конечный экономический эффект. В результате сегодня можно констатировать , что экономический эффект заимствованный ресурсов по линии международных организаций ниже не только ожидаемого, но и в ряде случаев имеет отрицательную характеристику. Основная причина, по нашему мнению , заключается в том, что вся программа предоставления кредитов в целом за весь период трансформационного преобразования не была адаптирована под конкретную этно–социальную , психологическую и хозяйственную среду страны–реципиента инвестиций. Привязка же к отдельным проектам осуществлялась без учета общей ситуации в стране, в связи с чем средства расходовались со значительным отставанием от графика, бизнес–план носил нереальный для хозяйственной ситуации в стране характер , а достаточно высокая доля средств расходовалась на сиюминутные нужды, в т.ч. и хозяйствующего субъекта–заемщика средств. Многие проекты (" Правовая реформа", "Развитие финансовых учреждений", "Совершенствование портфеля проектов" стоимостью соответственно 58, 200 и 40 млн.долл. и другие) не конкретизированы в целевом плане, что практически исключает возможность определения эффективности использования заемных ресурсов. Среди негативных явлений в части использования кредитов международных организаций счетной Палатой РФ были названы отсутствие ТЭО привлечения заемных средств; высокий уровень организационно–управленческих расходов (стоимость 1 часа иноспециалиста оценивалась в ряде случаев в 1000 долл. в результате чего в итоге за 2 месяца работы заработная плате составляла около 500 тыс.долл., 1 адемический час лекции в национальном фонде подготовки национальных и управленческих кадров по проекту RU –3824 оплачивался по ставке 500 долл. ); отсутствие оценки эффективности привлечения и использования кредитных ресурсов; завышение процентных ставок национальными банками в процессе перекредитования ресурсов конечным пользователям ( ставка МБРР примерно 6%, а конечному пользователю –под 15%, исходя из экономической ситуации в стране), необоснованное установление для коммерческих банков возврата средств в 1 2 лет; использование технических решений , предлагаемых иностранными специалистами, которые нерациональны и экономически неэффективна для природно–климатических условий РФ; усложнение организационных структур, осуществляющих реализцию проектов, в т.ч. передача контрольных функций отдельным негосударственным организациям и фондам, в связи с чем значительная сумма займов уходит на административные расходы.

Несколько слов о значимости программ ТАСИСа для трансформационного процесса.

Получатели средств по программе ТАСИС 

 млн.экю

 

1991 

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

всего

всего 

396.5

418.9

472.1

469.7

511.2

536.0

481.7

507.2

3793.3

армения

 

 

 

 

 

 

 

 

58.9

азерб.

 

 

 

 

 

 

 

 

77.7

белор.

 

 

 

 

 

 

 

 

56.6

груз.

 

 

 

 

 

 

 

 

66.0

казахст.

 

 

 

 

 

 

 

 

95.3

киргиз.

 

 

 

 

 

 

 

 

40.9

молд.

 

 

 

 

 

 

 

 

47.1

россия 

212.0

111.0

160.8

150.0

161.2

133.0

132.9

139.7

1200.5

тадж.

 

 

 

 

 

 

 

 

8.0

туркм.

 

 

 

 

 

 

 

 

33.2

украин

 

 

 

 

 

 

 

 

422.2

узбек.

 

 

 

 

 

 

 

 

102.5

монг.

 

 

 

 

 

 

 

 

28.8

балтия

 

 

 

 

 

 

 

 

15.0

рег/прогграммы





 

 

 

 

 

 

1065.4

др.расх

 

 

 

 

 

 

 

 

475.7



Приоритетными направлениями за период 1991–1998 гг. являлись:

ядерная безопасность, охрана окружающей среды – 757.0 млн.экю ( 20%) 

структурная реорганизация и развитие предприятий – 540.2 "–" (14.2%) 

реформа госуправления, соцобслуживания и образования – 561.8 "–" (14.8%) 

сельское хозяйство и продовольствие – 327.7 "–" ( 8.6%) 

энергетика – 356.6 "–" (9%) 

транспорт – 257.7 "–" ( 6.8%) 

консультации по политике малого и среднего бизнеса – 229.1 "–" (6%) 

Источник: БИКИ, №№ 139, 140.

По состоянию на 1.1.99 в рамках российских национальных программ ьыло реализовано 469 проектов на сумму 582.4 млн. экю. По данным Бюро ТАСИСа по программам 1991–1998 степень реализации проектов по количеству – 62.3%, а по стоимости –46.9%. Успешно выполняемыми значатся – производство и распределение продовольствия, транспорт, финансовое обслуживание, содействие предприятиям и др.Приоритетными регионами были выделены – Москва, Санкт–Петербург, Самара, Тюмень (1992г.), Уральский регион и Зап.Сибирь (1993), Краснодарский, Ставропольский края, Ростовская и Калининградская области (1994 г.), Архангельская, Мурманская обл. И Бурятия (1995 г.) На осуществление 180 проектов в рамках региональных подпрограмм на Москву приходилось 43.9% проектов и 39.1% средств, на Юго–Западный регион соответственно 7.8% и 11.7%. Приоритетными направлениями программ ТАСИСа для России являются:

Всего:68.5 млн.евро



развитие людских ресурсов и социальная защита

20.0 "–"

поддержка предприятий

17.5 "–"

транспорт и телекоммуникации

6.5 "–"

энергетика

4.0 "–"

охрана окружающей среды

8.0 "–"

производство, переработка и распределение продуктов питания

5.0 "–"

поддержка малобюджетных проектов "Бистро"

5.0 "–"

техническое бюро ТАСИСа

1.5 "–"

резерв

1.0 "–"

Источник: ТАСИС 1999. Программа действий: Российская Федерация, Брюссель,1999.

Кроме того, на 1999 г. предусмотрены средства 3.5 млн.евро для осуществления антикризисных проектов в области финансов в рамках Бангкогского Соглашения ЕБРР и 5 млн. евро согласно решения Европарламента для осуществления ряда мероприятий в Ленинградской, Калининградской областях, на Северо–западе России.

Оценивая эффективность программ помощи, можно зафиксировать, что Россия не принимает участия в процессе принятия решений, национальный координатор не имеет права перераспределения выделенных ресурсов, КЕС не представляет РФ информацию о годовом размере бюджета программы, российские предприятия и специалисты редко привлекаются к участию в проектах ТАСИСа, ориентированных на консалтинг, ограничен бюджет проектов, где могут участвовать россияне. Кроме того, большая часть средств ТАСИСа не попала в реальный сектор, поэтому повышения эффективности экономики за счет этих средств ожидать довольно трудно.

В этой связи мы полагаем, что в целях создания долгосрочной стратегии участия России в работе международных финансовых организаций и повышения эффективности такого сотрудничества необходимо формирование независимой группы /комиссии, которая бы принимала участие в определении целевых задач кредитов, контролировала бы и аккумулировала отраслевую информацию по эффективности использования международных заемных ресурсов и регулярно бы с привлечением официальной прессы гласно отчитывалась бы перед Правительством РФ по эффекту привлечения ресурсов. Это позволит международным организациям правильно оценить свою роль в процессе трансформирования экономики страны–реципиента инвестиций.

Портфельные инвестиции – это легкие, быстрые деньги, которые только тогда могут иметь существенное значение для реального сектора экономики ( а это и должно являться целью с государственной точки зрения ), когда в стране существует регулируемый фондовый рынок, связанный с реальным сектором экономики, когда финансовые методы регулирования экономики подчинены развитию хозяйственного потенциала, когда чиновно–бюрократический аппарат поставлен в условия высокой степени гласной отчетности и за механизм и инструменты, результаты приватизации, и использования привлечения портфельных инвестиций из–за рубежа. В противном случае эти инвестиции обращаются на рынке капитала, включаясь в международные финансовые потоки краткосрочных сделок, не только не способствуют или даже просто отражают развитие реального сектора хозяйства, но наоборот, в любой момент могут "обрушить" всю финансовую систему страны (например, инфляционные ожидания, или слухи о возникновении политической нестабильности и пр.пр.), обусловив бегство капиталов и сброс национальных ценных бумаг (и акций, и облигаций, и евробондов), не подкрепленных реальным развитием экономики страны.

 На примере России мы видим, что иностранный частный капитал наиболее существенную позитивную роль играет тогда и только на тех объектах, поставлены под жесткий контроль региональных органов власти, и поступил под гарантию или правительства РФ, или субъекта РФ в пределах его полномочий. И мы не должны забывать, что иноинвестор идет в другую страну с целями: снижения издержек и максимизации своей прибыли, доступа до новых рынков и увеличения объемов реализации, попутно решая задачу подавления своих конкурентов, в т.ч. и в стране, куда он идет, получения новых ресурсных возможностей и даже своего рода промышленно–технологического "шпионажа", но ни в коем разе не преследуя цель формирования экспортного потенциала страны–реципиента инвестиций, вывода ее на новый технологический уровень, решения ее первоочередных хозяйственных задач.

Исходя из этого на наш взгляд все страны ЦВЕ и СНГ, Балтии и другие, решающие свои задачи трансформации хозяйственной системы, реструктуризации экономики государств, находятся практически на одном поле "конкуренции" с индустриально развитыми странами, вступившими в пятый технологический цикл развития, и естественно проигрывают им и по эффективности, и по "стабильности" экономического развития, по тем сложившимся стереотипам восприятия экономических систем частным инвестором, где немалую роль играет квалифицированная и неграмотная информация в прессе, подчас ориентированная на сенсацию и разжигание ненужных страстей.

 В этой связи мы бы считали целесообразным следующие рекомендации:

привести в логичное единообразие национальные законодательные системы, исключив принятие частных взаимопротиворечащих изменений, распространяемых на хозяйствующих субъектов страны, независимо от того, есть или нет доли иноучастия в капитале, (показателен пример Польши, взявшей за основу в частности в целях избежания ложного банкротства в финансовой сфере законодательства еще 30–х годов) 

четко определить приоритеты отраслевого хозяйственного развития, и используя гибкую систему государственного инструментария (поддержки, гарантий, защиты инвестиций, участия и преференцирования), обеспечив равные условия для национальных и зарубежных инвесторов, стимулировать приток капитала именно на развитие приоритетных отраслей 

шире использовать систему точечных проектов регионального приоритетного значения на основе конкурсного участия потенциальных инвесторов с привлечением средств и региональных, и центральных бюджетных ресурсов (из бюджетов развития) 

создание сети страхования инвестиций, в т.ч. с участием государственных органов, 

использования залогового и ипотечного инструментария 

вступление в международные экономические организации, в т.ч. регионального характера, которые создадут своего рода "крышу" или гарантийную поддержку привлечения частного зарубежного капитала. 

широкая гласность в обеспечении работа аппарата чиновников и гласность контроля за этой работой по всем денежно–ресурсным направлениям деятельности (и приватизация, и банкротство, и кредиты международных организаций, и эффект привлечения частного зарубежного капитала, в т.ч. на региональном уровне). 

 И в заключение хотим подчеркнуть, что иностранный капитал – это лишь вспомогательное средство обеспечения экономического развития, преследующее в первое очередь свои собственные интересы. Но умелое и грамотное регулирование инвестиционного климата в стране в конкретно избранный отрезок времени и этапа развития страны может превратить его существенный движитель оживления национальной конкурентной среды, завоевания новых рынков и инновационно–технологического прорыва.

5.  Процесс экономической интеграции СНГ и трансформация экономической модели хозяйствования.

Слепое копирование западных либеральных моделей и идеализация регулирующих возможностей рынка, подтвердивших свою функциональную дееспособность в странах ЦВЕ, по мнению не только российских ученых, но и зарубежных неоправданно. 

К числу специфических особенностей, с которыми мы в принципе согласны, относятся следующие:

Краткость опыта рыночного хозяйствования – рыночный тип стал формироваться после 1861 г., а в 1913 – начало военных действий, когда были введены командно–административные ограничения. Плюс несколько лет НЭПа, а на Западе – около 300–400 лет.

Отсюда согласно Т. Заславской (Гуманитарная культура как фактор преобразования России–СПб.1995,с.30) в социальной структуре общества собственно предприниматели (самостоятельно извлекающие прибыль и распоряжающиеся капиталом, принимающие решения на свой риск и под свою ответственность) в середине 90–х г– 

всего 1.2%; самозанятых, не использующих наемный труд фермеров, ремесленников и торговцев – 1.1%; 

менеджеров–бизнесменов и совладельцев – 1.4%; 

полупредпринимателей и сочетающих личный бизнес с наемным трудом – 5.2%; 

менеджеров без доли в капитале – 2.0%; 

наемных работников – 88.6%. 

Для сравнения: в Венгрии и Чехии менеджментом и бизнесом занято 17–19 %% причем профессионально, а во многих странах Европы, Северной Америки и стран АТС– до 1 / 4 всего населения. 

Особый нерационалистический тип мышления: 

Существуют шесть отличий западного (преимущественно протестантского) и восточного (православно–мусульманского) отношения к хозяйственной деятельности (ментальности). 

1. Для протестанта личный доход служит критерием его трудолюбия, практичности поведения Заботы о семье, основой для уважения со стороны окружающих.

 Для СНГ – по традиции "не в деньгах счастье", православные подвижники и мусульманские дервиши отрицала значимость материальных благ (в протестантской традиции им нет аналогов). Хотя "новые русские " не следуют этим традициям, богатый сосед в большинстве стран СНГ вызывает подозрительность и зависть, но не желание изучить и повторить его опыт. Лозунг: от трудов праведных не наживешь палат каменных; не обманешь – не продашь; – это оценка купечества русскими поговорками.

2. Рационализм – как этическая норма поведения, основан на примате индивидуальности, субъективной оценки полезности, личном выборе предпочтений и свободе их реализации – Т.Е. НА СУВЕРЕНИТЕТЕ ЛИЧНОСТИ. На этом основана теория рационных ожиданий, по которой можно прогнозировать поведение человека в конкретных ситуациях согласно его интересам. 

Для СНГ – личность – прежде всего член семьи, клана, рода, общины, артели, гражданин государства и т.д. и не получила своего правового определения.

Социальный человек свободен лишь в рамках выбора, сделанного сообществом, к которому он принадлежит, а следовательно, его традиций и приоритетов. Тот, кто высовывается, т.е. проявляет ненужную инициативу с точки зрения большинства (например в бизнесе, а агросекторе) рискует нарваться не только неприязнь, но и прямое противодействие.

3. Западный стиль предпринимательства (а также и американцев, и японцев, и европейцев) предполагает постоянное сопоставление затрат и результатов, личной выгоды и затрат на достижение, высокую пунктуальность и бережливость. Это базис теории предельной полезности.

В СНГ – размытость территории расселения, богатство природных ресурсов, громадные массивы свободных земель – уменьшали необходимость подобных сопоставлений. Нужна была "одна победа на всех", скромный облик протестантских церквей контрастирует с роскошью золотых куполов, пышными одеждами церковнослужителей, золотыми окладами, пышностью убранства жилищ правителей, помпезностью приемов и внешним блеском. На больших просторах никогда точность не была в почете, а к потере имущества, людей относились – "бог дал – бог взял".

4. Постоянные набеги завоевателей, засухи и другие стихийные бедствия не располагали к долгосрочному планированию, которое в крови у западных бизнесменов.

В СНГ – менталитет не одобряет возмездные отношения между людьми согласно протестантской этике. Коран прямо запрещает ростовщичество, но обязывает помогать неимущим. В СНГ неприемлемо, когда каждый платит сам за себя, распространена идеология "хашара" – коллективная помощь соседу в постройке дома. Символом доброго дела в России служит обитель Сергия Радонежского – бескорыстного аскета, призывавшего народ к единству, в США – мемориал миллиардеров Рокфеллеров, подаренный ими Нью–Йорку.

Народы СНГ не отличались особой дисциплиной, законопослушнотью, руководствуясь не буквой закона, а внутренним сознанием, традициями, общественным мнением. Понятие частной собственности никогда не имело того значения, что на Западе, т.к. Верховный собственник – БОГ, а не его грешные чада.

Другими словами предпринимательская этика в СНГ существенно отличается от западной, протестантской. Хотя коммерческая деятельность (кроме ссуд под %% – коран) не возбраняется, безмерное накопление богатства не приветствуется, а КОЛЛЕКТИВНЫЕ, ОБЩИННЫЕ, ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ИНТЕРЕСЫ СТАВЯТСЯ ВЫШЕ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ, духовные ценности ставятся выше всех материальных, а взаимопомощь и справедливость в распределении богатств выше соперничества и стремления к личному успеху. 

Как отмечали Ключевский В.П. и Бердяев Н.А. бесформенность, безграничность, устремленность в бесконечность просторов породили особую " широту души". Никто не мог определенно сказать, что принадлежит ему лично, что является его незыблемыми правами – что породило особую зависимость от власти. Долготерпение и смиренность сменялись бунтом, бессмысленным и беспощадным, неприязнь к размеренной, пунктуальной работе – чудесами напряженного труда в короткие кризисные периоды.

П.Флоренский отмечал перевес этических и религиозных начал над правовыми. Латинская пословица " не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня" в РОССИИ звучит: " утро вечера мудренее", "работа не волк, в лес не убежит". Эти традиции – важный институт экономики.

До создания в СНГ гражданского общества, правовой экономики, политической стабильности ГОСУДАРСТВО призвано выполнять, в т.ч. с помощью законных авторитарных методов, гораздо более широкий круг функций, чем западные демократии. Иначе органы правосудия смещаются структурами, которые берут на себя решение конфликтов, связанных с неплатежами, неисполнением договоров и т.д. с инструментарием неправового характера.

В СНГ пытались поспешно освоить либеральный механизм западной демократии и государственного управления. В ответ теневые структуры создали свою систему "работающей" экономики, расширив сферу бизнеса на несвойственные ей отрасли, сформировав налоговую и охранные службы. Средства от лжепредпринимательства, бесконтрольного сбора средств у населения, "пирамид", налоговых неплатежей перекачиваются за границу, а потом возвращаются в виде средств в портфельные или прямые инвестиции экспортабельные проекты и предприятия. 

Согласно Аналитического центра РАН – 35% капитала акционерных обществ перешло в руки криминальных структур. Под их контролем более 40–тысяч фирм и банков. Половина преступных доходов, по данным МВД, уходит на подкуп чиновников. Теневой денежный оборот в России в 1995 г. достиг 40% ВВП по сравнению с 5–10 % развитых зарубежных стран. Психологическая готовность к правонарушениям существовала в СССР у значительных групп населения, поскольку они служили постоянным источником доходов "цеховиков", спекулянтов, чиновников, распределяющих ресурсы. Социологические опросы 80–х – лишь 3–9%% опасались за мелкие хищения по месту работу, морального осуждения, потери должности. Следовательно, в СССР общественное мнение перестало быть фактором социального контроля, а законы подавляли всякую инициативу частного предпринимательства, даже без нанесения ущерба обществу в целом.

Реформы средств массовой информации привели к рекламе потребительского образа жизни (база – протестантский тип предпринимательства), богатства – как символа успеха. Однако экономическая структура общества не давала возможности большинству населения "законных способов овладения " рекламируемого благополучия. В результате создается устойчивый механизм антисоциального поведения, прежде всего молодежи и дискриминируемых национальных меньшинств. В этой связи 70 % опрошенных в 90–х гг. В СНГ предпочли порядок и ограничение демократии против демократии как самодовлеющей ценности.

В СНГ невозможно создать единую модель реформ: РФ – федеральное устройство, Украина предоставляет автономию Крыму, а Молдова – Приднестровью и Гагаузии, а другие государства – по типу унитарные, но при этом центральной проблемой остается: распределение полномочий между центром и регионами по вопросам собственности, налогов, бюджета, управления местной инфраструктурой и социальным развитием.

В большинстве европейских стран конкуренция выравнивает издержки производства и рентабельность, по крайней мере в рамках отрасли. В СНГ этого нет и быть не может, т.к. инфраструктура неравномерно развита в разных регионах, рабочая сила менее мобильна, а перечень регионов, хозяйствующих в экстремальных условиях (Север, Восток, Памир и т.д.) очень велик.

Отсутствие традиций частной собственности на землю (кроме Молдовы, З. Украины и Беларуси) и устойчивого среднего класса. Зажиточное, рационально хозяйствующее крестьянство было уничтожено в годы коллективизации (особенно в РФ, Казахстане, Украине) либо ушло в эмиграцию. Значительную часть крестьянства составляют сегодня люмпены, расхищающие коллективную собственность и проедающих госдотации АПК.

Частная собственность на землю согласно опыту Венгрии, Чехии, Польши – это условие возрождения с/х и самообеспечения продовольствием, но и формирования рыночной экономики в целом. Для России ее полное введение – это повышение криминальности и перехода земли в руки спекулянтов, что в целом снизит товарность АПК.

Высокая доля ВПК – представлен преимущественно крупными предприятиями, ориентированными на кооперацию с другими республиками бывшего СССР. В России, Казахстане и др. государствах СНГ до 70% рабочих и 85% научных работников обслуживало ВПК (В США соответственно 25% и50% , в ФРГ и Японии – 5–10%% и до 15%). И именно в этом комплексе, изначально нерыночной ориентации и не связанном ни с рекламой, ни с маркетингом, ни с учетом затрат, находится центр тяжести выхода на мировой рынок с конкурентоспособной продукцией.

Трансформирование хозяйственнных систем бывшего СССР происходит при конфликтности раздела территорий, при отсутствии опыта реального макроэкономического регулирования на уровне бывших республик, да и сам СССР отличался культурной и экономической автаркией (доля внешней торговли в ВВП не превышала 5–8%% против 25–30%% и даже 40% развитых стран Запада). Не было резерва времени.

золотовалютные запасы СССР были исчерпаны, 

внешние долги внутренняя скрытая инфляция достигли опасного уровня, 

продовольственное снабжение крупных город в критическом состоянии, 

политическое противостояние – на критическом пределе. 

Организаторы реформ не располагали надежной информацией об уровне конкурентоспособности предприятий, их реальной платежеспособности и запросах внешнего рынка. Не было также ведущей политической силы (в отличие от КНР, Польши, Чехии и т.д.) и национальной идеологии реформ, ясной и близкой народу. Все это делает невозможным автоматическое саморегулирование экономики на основе предоставления максимальной самостоятельности и инициативы хозяйствующим субъектам и предпринимателям. 

В этой связи для реализации интеграционного процесса де–факто и де–юре на территории бывшего пространства СССР именно ГОСУДАРСТВО должно в процессе трансформационного преобразования оставаться на определенный период времени, пока в целом инвестиционно–предпринимательская и социально–культурная среда не будет готова к самостоятельности конкурентного поступательного развития в условиях рынка, ХОЗЯЙСТВЕННЫМ СУБЪЕКТОМ И АРБИТРОМ, согласующим интересы общества, регионов, фирм и домашних хозяйств на основе осуществления структурной, научно–технической, региональной, ценовой, внешнеэкономической и социальной политик. В странах В. Европы государство потому лишено необходимости вмешательства в экономику, что существует конкурентный рыночный механизм, при котором динамика цен выравнивается и зависит от спроса и предложения. В СНГ не создан механизм перелива капитала в силу высокой доли предприятий ВПК, сохраняющих свои мобилизационные мощности даже при отсутствии госзаказа, неразвитости фондового рынка, высокой рисковости невозврата капитала. Капитал сосредоточен в торгово–финансовой сфере, где скорость оборота велика, а доля основных активов, которую нельзя изъять при угрозе экспроприации, невысока. В СНГ нет менеджеров, ориентированных на требование мирового рынка и ведущих хозяйствование согласно протестантской этике. Для создания условий такого же регулирования, как в ЕС. (включая жилой фонд для миграции рабочей силы в районы ее наибольшего спроса) необходимо минимально свободных около 2 триллионов долл., что естественно не могут позволить себе государства СНГ. Кроме того, особо следует подчеркнуть, что на примере жесткого дискриминационного воздействия со стороны КЕС на страны ЦВЕ, представляющих собой страны–кандидаты в Евросоюз, принятие которых будет осуществляться по принципу "регаты" (подготовленности требуемым условиям), России более целесообразным представляется именно налаживание с непосредственным государственным участием хозяйственного взаимодействия в рамках государств постсоветского пространства и на базе развития такого сотрудничества формировать свои ниши в мировом рынке, ориентированные на пятый технологический уклад. Обращение же стран СНГ и России своих приоритетов во внешнеэкономической деятельности в сторону стран развитого рыночного хозяйства должно четко учитывать следующие аспекты:

никто не хочет видеть в России конкурента на мировом рынке, а потому естественно желание и ТНК, и государственных органов по содействию экспорту в развитых странах, и их страховых компаний оставить за российскими экспортерами избранную еще в советский период (60–70–е годы) нишу сырьевых ресурсов; 

предоставление технологических линий в виде поставок комплектного оборудования представляет собой с одной стороны привязанность от запчастей и технологической культуры производства к фирме–поставщику, во–вторых, никто из интересов конкуренции и коммерческой тайны не предоставит ульта–передовую технологию, и как правило происходит своего рода "сброс" в Россию, СНГ того, что подлежит модернизации и реструктуризации в стране–поставщике, но для чего требуются деньги. И Россия покупает эти линии, часто на очень низком уровне учитывая фактор конкурентоспособности поставляемой продукции, услуг в цене, не согласовывая со стратегической линией внешнеэкономической политики хотя бы на ближайшие пять лет; 

желание получения финансовых ресурсов в виде займов, кредитов со стороны международных организаций обязательно будет увязываться с политическим диктатом, поскольку не случайно сегодня задача реформирования МВФ в сторону повышения его статуса как органа по преодолению чрезвычайных экономических ситуаций в экономиках стран–членов МВФ. И настолько ли необходимы такие заимствования, если по оценкам ЮНКТАД отток капитала из России 1991–1998 г.г. составил 140 млрд. долл., при том, что прямые зарубежные инвестиции за этот же период не превысили 30 млрд. долл. (с учетом 1999 г.). Другими словами, Россия располагает довольно большим (богатым) внутренним потенциалом и погашения внешних займов, и инвестирования в приоритетные отрасли, которые могут составить базис прорыва мирового рынка, изменения его товарной структуры и завоевания собственной конкурентной ниши пятого технологического уклада, но для этого необходима существенное реформирование налоговой, промышленной политики, реструктурирование банковской и финансовой сферы, повышение управляемости национального хозяйства – другими словами вхождения экономики России в фазу действительного трансформирования, поскольку период 1991–1999 гг. можно классифицировать как "подготовительную фазу", предшествующую реформам де–факто и де–юре. 

Список литературы:

Государственное регулирование рыночной экономики. М.: Издательство РАГС,1998 

В.Перская Внешнеэкономическая деятельность: специфика, государственное регулирование. М.: Петровский двор.1998 

Экономика внешних связей России– учебник для предпринимателя. М.: Издательство БЕК. 1995 

Основы теории переходной экономики (вводный курс)МГИМО МИД. Киров, 1996 

Экономическая теория национальной экономики и мировое хозяйство (политическая экономия). ФА. Москва,1997 

Основы внешнеэкономических знаний (под ред. Фаминского И.)М.: МО, 1994 

Ж.Кречел, Е.Мациер, Г.Грабер, "Шок рынка", Вена.1995 

Экономика внешний связей России – учебник для предпринимателя. М. :Издательство БЕК, 1995. 

Основы теории переходной экономики (вводный курс). М.МГИМО (Университет ) МИД, Киров,1996 . 

Ключевский В.П. (СОЧ.Т.1. М., 1987. Стр. 310–318 11. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990. Стр. 8–9 12. Вопросы экономики 1996 № 12 13. А.Е. Строев, С. С. Бляхман, М. И. Кротов "Экономика содружества независимых государств на кануне третьего тысячелетия" – С. –П.,Наука, 1998. 14. БИКИ за 1998–1999г.г.