Стоицизм в римской и эллинистической философии

Московский Государственный Авиационный Институт 

                       (Технический Университет)



















Реферат

по философии



на тему “Стоицизм в римской и 

эллинистической философии. Эпикур.”



студента гр. 07-107 Кольцова М. А.





































                                                                                                                         







М; 1995 г.





















                           Содержание:



1. Римская философия........................3



2. Эллинистическая философия........9



































































1. Римская философия.



С начала III столетия до н. э. в регионе Средиземного моря существенно усиливается влияние Рима, который из городской республики становится сильной державой. Во II в. до н. э. он владеет уже большой частью древнего мира. Под его экономическое и политическое влияние попадают и города континентальной Греции. Тем самым в Рим начинается проникновение греческой культуры, составной частью которой была философия. Римская культура и образование развивались в совершенно других условиях, чем те, которые были несколько столетий до этого в Греции. Римские походы, устремленные во все стороны известного тогда мира (с одной стороны, в области зрелых цивилизаций древнего мира, а с другой  на территорию “варварских” племен), образуют широкие рамки для формирования римского мышления. Успешно развивались естественные и технические науки, небывалого размаха достигают политические и юридические.

   Для  римской  культуры  характерно  стремление обогатиться лучшим из того, с чем сталкивается Рим, стремящийся к мировому господству. Логичным поэтому является то, что и римская философия формируется под решающим влиянием греческого, в частности  эллинистического,  философского  мышления.  Определенным импульсом для расширения греческой философии в Риме было посещение его афинскими послами, среди которых были наиболее выдающиеся представители существовавших в то время греческих философских школ (середина 11 в. до н. э.).

  Приблизительно с этого времени в Риме развиваются три философских направления, которые сформировались уже в эллинистической Греции,  стоицизм, эпикуреизм и скептицизм.

       Наибольшее распространение как в республиканском, так и позже в императорском Риме получил стоицизм. Иногда его считают единственным философским направлением, которое в римский период приобрело новое звучание. Его начала можно увидеть уже во влиянии Диогена из Селевкии и Антипатра из Траса (которые прибыли в Рим с упомянутым афинским посольством). Заметную роль в развитии стоицизма в Риме сыграли также представители средней стои  Панэтий из Родоса и Посидоний, которые сравнительно продолжительный период работали в Риме. Их заслуга состоит в том, что они способствовали  широкому  распространению  стоицизма в средних и высших классах римского общества. Среди учеников Панэтия были такие выдающиеся личности Древнего Рима, как Сципион Младший и Цицерон.  Панэтий в основных положениях своего учения в значительной мере придерживался старого стоицизма.  Так, у него встречается понятие логоса, аналогичное понятию, например, у Хрисиппа, который придерживался сходных онтологических воззрений. В области этики он несколько приблизил к практической жизни идеал стоического мудреца.

   На дальнейшее развитие римского стоицизма большое влияние оказал Посидоний. В области онтологии он развивает основную философскую проблематику учении Аристотеля, а также вопросы, граничащие с естественнонаучной  проблематикой  и  космологией. Исходные философские и этические воззрения греческого стоицизма он соединяет с элементами учения Платона, а в некоторых случаях и с пифагорейским мистицизмом. (В этом проявляется определенный эклектицизм, который был типичен для римской философии того периода.)

   Наиболее видным представителем римского стоицизма (новой стои) были Сенека, Эпиктет и Марк Аврелий. Сенека (oк. 4 г. до н. э.  65 г. н. э.) происходил из  сословия  “всадников”,  получил  всестороннее естественнонаучное, юридическое и философское образование, сравнительно длительный период успешно занимался адвокатской практикой. Позже становится воспитателем будущего императора Нерона, после восшествия которого на трон он получает наивысшее общественное положение и почести. Во второй год власти Нерона он посвящает ему трактат “О милосердии”, в котором призывает Нерона как правителя сохранять умеренность и придерживаться республиканского духа.

   По мере роста престижа и богатства Сенека входит в конфликт со своим окружением. После пожара в 64 г. н. э. ненависть к Сенеке в Риме растет. Он покидает город и живет в своем близлежащем имении.  Обвиненный в подготовке заговора, он был вынужден покончить самоубийством .





  Наследие Сенеки весьма обширно. К его наиболее выдающимся работам относятся “Письма Луцилию”, “Рассуждение о провидении”, “О стойкости философа”, “О гневе”, “О счастливой жизни”, “О свободном времени”, “О добродетели” и т. д. За исключением “Вопросов  природы”  (“Quastiones  naturales”),  все его работы посвящены этическим проблемам. Если старая стоя полагала физику душой, то философия новой стои считает ее полностью подчиненной областью. В воззрениях на природу (так же как и в остальных частях своего творчества) Сенека, однако, в принципе придерживается учения старой стои. Это проявляется,  например,  в  материалистически  ориентированном дуализме материи и формы. Разум считается активным принципом, который сообщает материи форму. При этом однозначно признается первичность материи. Душу (пневму) он также понимает в духе старого стоицизма, как весьма тонкую материю, смесь элементов огня и воздуха.  В гносеологии Сенека, как и другие представители стоицизма, является сторонником античного сенсуализма. Он подчеркивает, что разум имеет свое начало в чувствах. При решении вопроса об активности души он, однако, принимает некоторые элементы платоновской философии, что проявляется прежде всего в признании бессмертия души и характеристике телесности как “оков” души. Сенека исходит из того, что все в мире и во вселенной подчинено власти строгой необходимости. Это вытекает из его понятия бога как имманентной, правящей силы, властвующей над разумом (логосом). Сенека характеризует ее как “высшее благо и наивысшую мудрость”, которая реализуется в гармонии мира и его целесообразном устройстве. В отличие от старой стои Сенека (так же как и весь римский стоицизм) почти не занимается логической проблематикой. Центром и средоточием его системы является этика. Как основной выделяется принцип согласия с природой (жить счастливо  значит жить в соответствии с природой) и принцип подчиненности человека судьбе. Вопросу, как прожить жизнь, посвящены его трактаты “О краткости жизни” и “О счастливой жизни”. В них проецируются как личный опыт Сенеки, так и общественные отношения тогдашнего Рима. Утрата гражданских свобод и упадок республиканских добродетелей в эпоху императорской власти приводят его к значительным сомнениям относительно будущего.  “На  три  периода  делится жизнь: прошлое, настоящее и будущее. Из них тот, в котором живем, краток; тот, в котором будем жить, сомнителен, и лишь тот, который мы прожили, определенный. Только он устойчив, на него не влияет судьба, но и возвратить его также не может никто”.  Сенека отвергает стремление к накоплению имущества, к светским почестям и должностям: “Чем выше кто взошел, тем ближе он к падению. Очень бедна и весьма кратка жизнь того человека, который с великими усилиями приобретает то, что еще с большими усилиями должен он удерживать”. Однако он использовал свое общественное положение и стал одним из наиболее богатых и влиятельных людей Рима.  Когда его враги указывали на факт, что его собственная жизнь весьма резко отличается от идеалов, которые он провозглашает, он ответил им в трактате “О счастливой жизни”: “...все философы говорят не о том, как живут сами, но о том, как должно жить. Говорю о добродетели, но не о себе и воюю против грехов, а это значит и против своих собственных: когда их одолею, буду жить как надо”. Смысл жизни Сенека видит в достижении абсолютного душевного спокойствия. Одной из основных предпосылок этого  является  преодоление  страха  перед смертью. Этой проблематике он отводит весьма много места в своих трудах. В этике он продолжает линию старой стои, подчеркивая понятие человека как индивида, стремящегося к совершенствованию в добродетелях.

   Жизнь, в которой человек все или подавляющую часть своих усилий посвящает собственному совершенствованию, жизнь, в которой он избегает участия в общественных делах и политической деятельности, является, согласно Сенеке, наиболее достойной. “Лучше искать укрытия в тихой пристани, чем быть добровольно бросаемым туда-сюда всю жизнь.  Подумай, скольким ударам воли ты уже подвергался, сколько бурь пронеслось в твоей частной жизни, сколько их ты бессознательно вызвал на себя в публичной жизни! Не имею в виду, чтобы ты топил свои дни во сне и в наслаждениях. Это я не называю полноценной жизнью. Стремись найти задачи более важные, чем те, которыми ты до сих пор занимался, и верь, что важнее знать счет собственной жизни, чем общего блага, о котором ты пекся до сих пор! Если будешь так жить, ждет тебя общение с мудрыми мужами, прекрасное  искусство, любовь  и  свершение  блага; осознание того, как хорошо жить и однажды хорошо умереть.” Его этические воззрения пропитаны индивидуализмом, который является реакцией на бурную политическую жизнь в Риме.

   Другой видный представитель римского стоицизма  Эпиктет  первоначально был рабом После того как его отпустили на свободу, полностью посвятил себя философии. В его воззрениях много от старой стои, которая повлияла на него, и от творчества Сенеки. Сам он не оставил никаких работ. Его мысли зафиксировал его ученик Арриан из Никомедии в трактатах “Рассуждения Эпиктета” и “Руководство Эпиктета”. Эпиктет отстаивал точку зрения, согласно которой  философия,  собственно, является не только познанием, но и применением в практической жизни. Он не был оригинальным мыслителем, его заслуга главным образом состоит в популяризации стоической философии. В своих онтологических представлениях и во взглядах в области теории познания он исходил из греческого стоицизма.  Исключительное влияние на него имели труды Хрисиппа. Ядром философии Эпиктета является этика, основанная на стоическом понимании добродетели и жизни в согласии с общим характером мира. Исследование природы (физика) важно и полезно не потому, что на его основе можно изменить природу (окружающий мир), но потому, чтобы в соответствии с природой человек мог упорядочить свою жизнь. Человек не должен желать того, чего он не может осилить: “Если хочешь, чтобы твои дети, твоя жена и твои друзья жили постоянно, то ты или сумасшедший, или хочешь, чтобы вещи, которые не находятся в твоей власти, были бы в твоей власти и чтобы то, что является чужим, было твоим”. А так как изменить объективный мир, общество не в силах человека, не следует и стремиться к этому.

   Эпиктет критикует и осуждает тогдашний общественный порядок. Он делает упор на мысли о равенстве людей, осуждает рабовладение. Этим его воззрения отличаются от стоического учения. Центральный мотив его философии  смирение с данной реальностью  ведет, однако, к пассивности. “Не желай, чтобы все происходило, как ты хочешь, но желай, чтобы все происходило как происходит, и будет тебе хорошо в жизни”. Действительной сущностью человека Эпиктет считает разум. Благодаря ему человек участвует в общем порядке мира. Поэтому следует печься не о благосостоянии, удобствах и вообще о телесных удовольствиях, но только о своей душе. Подобно тому как разум властвует над человеком, так и в мире властвует мировой разум  логос (бог).  Он источник и определяющий фактор развития мира.  Вещам  же, как управляемым  богом,  следует ему подчиняться. Свободу и независимость, которым он придавал  большое значение, Эпиктет ограничивает лишь духовной свободой, свободой смирения с действительностью. Этика Эпиктета в сущности является рационалистической. И хоть она выразительно отмечена субъективизмом, все же защищает (в отличие от формирующихся в то время иррационалистических течений) силу человеческого разума. В сущности вся философия Эпиктета является выражением пассивного протеста низших общественных классов против существующих общественных порядков. Этот протест, однако, не находит реального выхода. Поэтому он выливается в призыв смириться с существующим положением дел.

   К римским стоикам относится и император Мари Аврелий Антонин, во время правления которого кризисные явления становятся еще более интенсивными. Высшие общественные классы отказываются что-либо изменить, чтобы сохранить существующий общественный строй. В стоической этике они видят определенное средство морального возрождения общества. Император в размышлениях “К самому себе” провозглашает, что “единственное, что находится во власти человека, это его мысли”. “Загляни в свое нутро! Там, внутри, источник добра, который способен бить не иссякая, если до него постоянно докапываться” . Мир он понимает как вечно текущий и изменчивый. Основной целью человеческих стремлений должно быть достижение добродетели, т. е. подчинение “разумным законам природы в согласии с человеческим естеством”. Марк Аврелий рекомендует: “Спокойную мысль при всем, что приходит извне, и справедливость при всем, что реализуется по твоему собственному усмотрению, то “есть твое желание и действие, пусть заключаются в действиях общеполезных, ибо это суть в согласии с твоим естеством”. Марк Аврелий  последний представитель античного стоицизма, и по сути на этом стоицизм заканчивается. В его творчестве проявляются определенные следы мистицизма, который тесно связан с упадком римского общества. Стоическое учение, в частности подчеркивание необходимости “подчинить себя” (мировому разуму  логосу  богу), во многом повлияло на формирование раннего христианства.    

 Эпикуреизм. Единственной   материалистической (для своего времени отчетливо материалистической) философией в античном Риме был эпикуреизм, который значительно распространился в последние годы Римской республики и в начале императорского правления. Наиболее выдающимся его представителем был Тит Лукреций Кар,  написавший философскую поэму “О природе”, которая является также  и  ценным  художественным  произведением тогдашней литературы.

 Лукреций полностью отождествляет свои взгляды с учением Демокрита и Эпикура; последнего он считал наилучшим греческим философом. В своем произведении он мастерски объясняет, доказывает и пропагандирует воззрения ранних представителей атомистического учения, последовательно защищает основные принципы атомизма как от более ранних, так и от современных ему противников, давая одновременно наиболее цельную и логически упорядоченную интерпретацию атомистической философии. При этом он во многих случаях разрабатывает и углубляет мысли Демокрита и Эпикура. Единственным сущим Лукреций считает атомы и пустоту. Материя, прежде всего, это первичные тела вещей, во-вторых,  все, что есть совокупность названных элементов.  Ни одна сила, однако, атомы уничтожить не может, они всегда побеждают своей непроницаемостью.  Первое же глубоко различно, двойной характер имеют те две вещи, как это сказано выше, материя и пространство, в нем же все происходит; необходимы сами они по себе и чисты.  Куда простирается пустота, так называемое пространство, там нет материи; а там, где простерлась материя, нет пустоты и пространства никоим образом.  Первые тела суть полны без пустоты.  Во-вторых, в возникших вещах пустота существует, возле нее же цельная материя “.

   В такой форме Лукреций излагает учение Демокрита и Эпикура об атомах и пустоте, подчеркивая в то же время несотворимость материи как таковой. “Если же первые тела, сплошные и без полостей, как уже я об этом говорил, они несомненно вечны”. С неуничтожимостью и несотворимостью материи, т. е. с ее бесконечностью во времени, связана и бесконечность материи в пространстве.  Сама вселенная себя не может ограничить: правда закон природы; он желает, чтобы границы материи образовала пустота, а материя—границы пустоты, заслугой этого чередования есть без конца вселенная “.







2. Эллинистическая философия.



   Эллинистический период длился от начала походов Александра Великого до овладения римлян Египтом.  Перелом IV и III в. до н. э. является периодом, когда достигает кульминации кризис греческих свободных полисов. Поражение в Хэйронее (338 до н. э.) и проигранная Ламийская война знаменуют собой конец свободной  политической  жизни  в  континентальной Греции.  Греческие  города  попадают  сначала  под власть Македонии, а позже постепенно под римское влияние.  Этот  процесс  завершается  образованием римской провинции Ахея в 146 г. до н. э.

   Экономический и политический упадок Греции, закат роли полиса отражаются в греческой философии.  Усилия, направленные на познание объективного мира (философия Аристотеля), активное участие в политической жизни, которое проявилось у греческих философов,  постепенно  замещаются  индивидуализмом, этизированием и морализированием либо скептицизмом и агностицизмом. Со временем интерес к философскому мышлению вообще резко падает. Приходит период мистики, религиозно-философского синкретизма, христианской философии.

 Видимо, наиболее выдающимся мыслителем эллинис-тического периода был Эпикур. Его философское мышление восприняло материалистические элементы предшествующей греческой философии. Доминантную роль среди теоретических источников Эпикурова учения играет атомистическая система Демокрита. Главный упор Эпикур, как почти все направления эллинистического и позднейшего, римского периода, делает на этику. Каноника показывает пути создания философской системы, она была изложена в трактате с названием “Правило” (канон). Физике  учении о природе  Эпикур посвятил трактат “О природе” (37 книг), занимался он ею и в “Письмах”. Этика трактует о выборе и об отказе, и Эпикур рассуждает об этом в книгах “Об образе жизни”, в “Письмах” и в трактате “О конечной цели”. Учение Демокрита Эпикур не принимает пассивно,  но поправляет его, дополняет и развивает. Если Демокрит характеризует атомы по величине, форме и положению в пространстве, то Эпикур им приписывает еще одно свойство  тяжесть. “... Следует полагать, что атомы не обладают никакими свойствами видимых предметов, кроме как формой, весом, величиною” и теми свойствами, которые естественно связаны с формой”. Вместе с Демокритом он признает, что атомы , движутся в пустоте: “... если бы не существовало того, что мы называем пустотой, простором или неосязаемой природой, то телам не было бы где двигаться” и сквозь что двигаться, между тем как очевидно, что они движутся”. В отличие от Демокрита, который, исходя из выдвинутого им принципа детерминизма, приписывает атомам лишь прямолинейное движение, Эпикур допускает и признает закономерным и определенное откло-     нение от прямолинейного, движения (паренклитическое движение). “Движутся атомы непрерывно и вечно... одни  поодаль друг от друга, а другие  колеблясь на месте, если они случайно сцепятся или будут охвачены сцепленными атомами. Такое колебание происходит потому, что природа пустоты, разделяющей атомы, не способна оказать им сопротивление; а твердость, присущая атомам, заставляет их при столкновении отскакивать настолько, насколько сцепление атомов вокруг столкновения дает им простору. Начала этому не было, ибо и атомы и пустота существуют вечно”. Эпикур излагает основные тезисы атомистической концепции мира во многом доступнее,  чем  Демокрит.  Абсолютный детерминизм Демокрита не соответствовал общей концепции Эпикура, завершающейся его этическими взглядами и представлениями об общественном устройстве. Допущение отклонения от прямолинейного движения дает возможность более  “диалектического”  понимания проблемы движения. Признание существования отклонения является важным моментом, в частности, при выработке понятия причинности. Понимание причинности у Демокрита однозначно отвергало любой намек  на объективное существование случайности, что впоследствии вело к фатализму. Эпикур эту абсолютную необходимость снимает. “В самом деле, лучше уж верить басням о богах, чем покоряться судьбе, выдуманной физиками,  басни дают надежду умилостивить богов почитанием, в судьбе же  заключена  неумолимая  неизбежность.  Точно так же и случай для него и не бог, как для толпы, потому что действия бога не бывают беспорядочны; и не безосновательная причина, потому что он не считает, будто случай дает человеку добро и зло, определяющие его блаженную жизнь, а считает, что случай выводит за собой лишь начала больших благ или зол”. Эпикурово понимание случайности не исключает, однако, причинного объяснения. Оно является скорее достижением определенной “внутренней” причинной взаимо-связи, что в воззрениях на общество ведет к выделению проб-лемы взаимосвязи свободы и необходимости. Тем самым человеку открывается возможность свободного (в значении: не определенного естественной необходимостью) выбора. Аналогично ставятся проблемы и в этике Эпикура. В учении о душе Эпикур отстаивает материалистические взгляды.  Согласно  Эпикуру,  душа  это не нечто бестелесное, а струк-тура атомов, тончайшая материя, рассеянная по всему организму. Отсюда вытекает и отрицание бессмертия души. С разложением тела, согласно Эпикуру, рассеивается и душа, поэтому страх перед смертью необоснован: “Привыкай думать, что смерть для нас  ничто: ведь все и хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощу-щений... Таким образом, смерть не существует ни для живых, ни для мертвых, так как для одних она сама не существует, а другие для нее сами не существуют”. В области теории познания Эпикур  сенсуалист. В сущности он перенял стихийно-материалистическую теорию отражения Демокрита. В основе всякого познания лежат ощущения, которые возникают при отделении  отражений  от  объективно  сущест-вующих предметов и проникают в наши органы чувств. Таким образом, основной предпосылкой всякого познания является существование объективной реальности  и ее познаваемость с помощью чувств. О роли чувств Эпикур говорил: “Если ты оспариваешь все ощущения до единого, тебе не на что будет ссылаться, даже когда ты судишь, что такие-то из них ложны”. Большое внимание уделял  Эпикур  и понятиям. Ясность и точность употребляемых понятий он считал основой любых рассуждений. Общие понятия характеризуются им как обобщение опыта, накопленного чувственным познанием. В соответствии с возросшим интересом к человеку и его проблемам, который происходит в эллинистический  период,  Эпикур придавал этическому учению существенно большее значение, чем  Демокрит. Он исходил из индивидуалистических, в сущности сенсуалистских позиций. Человек, по Эпикуру, является чувствующим существом, и его чувства суть основной критерий морали. Высшим благом Эпикур  признавал  блаженство, наслаждение (гедоне). Оно состоит в удовлетворении естественных потребностей и в достижении определенного душевного равновесия  спокойствия души (атараксия), а тем самым и счастья (эвдемония), эти моральные требования он считал естественными, вытекающими из человеческой сущности. В них и проявляется взаимосвязь его учения о бытии и этики. Понятие “наслаждение” у Эпикура лучше всего характеризует следующая его мысль: “Для плоти пределы наслаждения бесконечны, и время для такого наслаждения нужно бесконечное. А мысль, постигнув пределы и конечную цель плоти и рассеяв страхи перед вечностью, этим самым уже приводит к совершенной жизни и в бесконечном времени не нуждается. При этом мысль ни наслаждений не чуждается, ни при исходе из жизни не ведет себя так, будто ей чего-то еще не хватило для счастья”. Этические и вообще философские воззрения Эпикура теснейшим образом связаны с его открытым и воинствующим атеизмом. Основным источником возникновения и существования религии он считал страх смерти и незнание естественных законов. Страх смерти и страх перед богами и в его этической концепции представляются как главные препятствия достижения человеком счастья. Однако он не был последовательным атеистом—он допускал существование богов, которые якобы живут в “межмировых” пространствах, являются безразличными к миру и не вмешиваются в судьбы людей. И все же его воззрения на религию, аргументы против существования богов, а также по-нимание морали по сравнению, с этическими воззрениями других представителей эллинистического периода были весьма прогрессивны. Подчеркивание Эпикуром роли наслаждения как этического принципа нельзя смешивать с сибаритством. В этом смысле учение Эпикура вульгаризировали позднейшие  сторонники  эпикуреизма,  в  частности богатые выходцы из высших кругов римского общества. Вульгаризированная эпикурейская этика становится объектом нападок со стороны идеалистов, в частности христианских философов. Принцип наслаждения отражался и на социальных воззрениях Эпикура. Общество, считал он, является совокупностью индивидов, которые договорились между собой о том, что не будут вредить друг другу. Соблюдение этого договора он называл справедливостью: “По отношению к тем животным, которые не могут заключать договоры, чтобы не причинять и не терпеть вреда, нет ни справедливости, ни несправедливости, точно так же, как и по отношению к тем народам, которые не могут или не хотят заключать договоры, чтобы не причинять, и не терпеть вреда”. “Справедливость не существует сама по себе; это  договор о том, чтобы не причинять и не терпеть вреда, заключенный при общении людей и всегда применительно к тем местам, где он заключается”. Собственно, Эпикур в определенной мере предвосхищает позднейшую теорию общественного договора. Исходя из своей этики, Эпикур рекомендует, чтобы мудрый  человек  (философ)  избегал  общественной (политической) деятельности. Замкнутость в частной жизни является типичным проявлением индивидуализма, к которому прибегали философы эллинистического периода, уходя от жгучих проблем современной им жизни.

   Эпикур имел ряд учеников, из которых наиболее выдающимися были Метродор из Лампсака и Гермарх из Митилены. Один из позднейших эпикурейцев   Филодем  переносит учение Эпикура в I в. до н. э.  в Рим, где оно сравнительно быстро распространилось. Эпикуреизм представлял собою в греческой филоcoфии III—I в. до н. э. наиболее четко выраженное материалистическое направление и в принципе сыграл положительную роль.

   В конце IV в. до н. э. в Греции формируется стоицизм, который в эллинистическом, а также в более позднем римском периоде становится одним из самых распространенных философских течений.  Его основателем был Зенон из Кития. В Афинах он познакомился с послесократовской философией (как с академической, так и с философией кинической и мегарской школ) и приблизительно в 300 г. до н. э. основывает собственную школу. Диоген Лаэртский сообщает, что Зенон, видимо, первый провозгласил в трактате “О человеческой природе”, что основная цель  “жить согласно с природой, и это то же самое, что жить согласно с добродетелью”. Этим самым он дал стоической философии основную ориентацию на этику и ее разработку.  Выдвинутый идеал он сам реализовал в своей жизни.  От Зенона исходит также усилие соединить три части философии (логику, физику и этику) в одну цельную систему. Стоики часто сравнивали философию с человеческим организмом. Логику они считали скелетом, этику мышцами, а физику—душой.

   Учеником и последователем Зенона был Клеанф из Асса, который последовательно придерживался философских принципов учителя. Более определенную форму стоическому мышлению придает Хрисипп из Сол. Он превращает стоическую философию в обширную систему.

 Стоики характеризовали философию как “упражнение в мудрости”. Орудием философии, ее основной частью они считали логику. Она учит обращаться понятиями, образовывать суждения и умозаключения.  Без нее нельзя понять ни физику, ни этику, которая является центральной частью стоической философии.  Физику, т. е. философию природы, они, однако, не переоценивали. Это вытекает из их главного этического требования “жить в согласии с естеством”, т. е. с природой и порядком мира  логосом. Однако в принципе они не внесли в эту область ничего нового. Гегель  точно  характеризует  стоическую  физику: “...прежде всего, в ней мало своеобразного, ибо она представляет собою больше собранное из старых физиков целое, и больше всего Гераклита”. В онтологии (которую они помещали в “философию природы”) стоики признают два основных принципа: материальный принцип  (материал), который считается основой, и духовный принцип  логос (бог), который проникает через всю материю и образует конкретные единичные вещи. Это определенно дуализм, который встречается и в философии Аристотеля.  Однако если Аристотель видел “первую сущность” в единичном, которое является единством материи и формы, и возвышал форму как активное начало материи, то стоики, наоборот, сущностью считали материальный принцип (хотя, так же как и он, признавали материю пассивным, а логос (бог)  активным принципом). Понятие бога в стоической философии можно охарактеризовать как пантеистическое. Логос, согласно их взглядам, пропитывает всю природу, проявляется везде в мире. Он является законом необходимости, провидением. Понятие бога сообщает всей их концепции бытия детерминистский, вплоть до фатализма, характер, который пронизывает и их этику. В области теории познания стоики представляют по преимуществу античную форму сенсуализма. Основой познания, согласно их взглядам, выступает чувственное восприятие, которое вызывается конкретными, единичными вещами. Общее существует лишь посредством единичного. Здесь заметно влияние учения Аристотеля о взаимоотношении общего и единичного, которое проецируется и на их понимание категорий. Стоики, однако, значительно упро-щают аристотелевскую систему категорий. Они ограничили ее лишь четырьмя основными категориями: субстанция (сущность) количество, определеннее качество и отношение, согласно определенному качеству. С помощью данных категорий постигается действительность. Большое внимание стоики уделяют проблеме истины. Свою по сути сенсуалистическую позицию в вопросах теории познания они дополняют моментами, которые в значительной мере имеют спекулятивный характер. Центральным понятием и определенным критерием истинности познания является, по их мнению, учение о так называемом схватывающем (каталептическом) представлении (фантазия каталептика), которое возникает под воздействием воспринимаемого предмета при активном участии субъекта восприятия Каталептическое представление непосредственно ясно “захватывает” воспринимаемый предмет. Только это ясное и очевидное восприятие необходимо вызывает согласие разума (синкатотезис) и с необходимостью становится пониманием  (каталепсис).  Как таковое понимание является основой понятийного мышления.

   Центром и носителем познания, согласно стоической философии, является душа. Она понимается как нечто телесное, материальное. Иногда ее обозначают как пневма (соединение воздуха и огня). Ее центральную часть, в которой локализируется способность к мышлению и вообще все то, что можно определить в нынешних терминах как психическую деятельность, стоики называют разумом (гегемоником). Разум связывает человека со всем миром. Индивидуальный разум является частью мирового разума.

Хотя стоики считают основой всякого познания чувства, большое внимание они уделяют и проблемам мышления. Они интенсивно занимались исследованием законов мышления и внесли значительный вклад в развитие логики (почти половина произведений Хрисиппа посвящена вопросам логики) . Стоическая логика тесно связана с основным принципом стоической философии  логосом. “... Так как они (стоики) возвели в принцип абстрактное мышление, то они разработали формальную логику. Логика поэтому является у них логикой в том смысле, что она выражает деятельность рассудка как сознательного рассудка”.  Большое внимание они уделяли умозаключению, в частности проблемам импликации. Стоики выработали античную форму логики высказываний.

  Стоическая этика выдвигает на вершину человеческих усилий добродетель. Добродетель, по их предоставлениям, единственное благо. В понимании стоиков, “добродетель может быть простой завершенностью чего бы то ни было (например, “добрая статуя”); может быть неумственной, как здоровье, нэп умственной, как разумение”. Добродетель означает жить в согласии с разумом. Стоики признают четыре основные добродетели:  разумность,  граничащую с силой воли, умеренность, справедливость и доблесть. К четырем основным  добродетелям  прибавляются четыре противоположности: разумности противостоит неразумность,  умеренности  распущенность,  справедливости  неспра-ведливость  и  доблести  трусость, малодушие. Между добром и злом, между добродетелью и грехом четкое, категорическое различие, переходных состояний между ними нет. Все остальное стоики относят к категории безразличных вещей (адиафора). На вещи человек не может повлиять, однако он может над ними “возвыситься”.  В этой позиции проявляется момент “смирения с судьбой”, который развит, в частности, в так называемом среднем и новом стоицизме. Человек должен подчиняться космическому порядку, он де должен желать того, что не находится в его власти. Идеалом стоических устремлений выступает покой (атараксия) или, по крайней мере, безучастное терпение (анатея). Стоический мудрец (идеал человека) является воплощенным разумом. Он отличается терпимостью и сдержанностью, а его счастье “состоит в том, что он не желает никакого счастья”. В этом стоическом идеале отражается скепсис низших и средних слоев тогдашнего общества, вызванный его прогрессирующим разложением, тот факт, что человек не может изменить объективный ход событий, что с ними он может лишь “внутренне справиться”.



 Стоическая мораль была полной противоположностью эпикурейской морали. Понятие добродетели представляет противоположность эпикурейского понятия наслаждения. Подчеркивание необходимости и подчинение ей противостоят и эпикурейскому пониманию свободы. Так же диаметрально отличается от эпикурейского и стоическое понимание общества. Общество, по представлениям стоиков, возникает естественным образом (а не путем конвенции, как у эпикурейцев). Все люди, независимо от пола, социального положения или этнического происхождения, равны самым естественным образом. В этом в значительной мере проявляется и характерный для того времена космополитизм, связанный с расширением горизонтов античного мира. Стоическая философия, видимо, лучше всего стращает развивающийся кризис духовной жизни греческого общества, который явился следствием экономического и политического разложения. Именно стоическая этика наиболее адекватно отражает “свое время”.  Это этика “сознательного отказа”, сознательного cмирения с судьбой. Она отводит внимание от внешнего мира, от общества к внутреннему миру человека.  Лишь внутри себя человек может найти главную и единственную опору. Поэтому стоицизм вновь оживает в период кризиса Римской республики и затем в период начинающегося распада Римской империи.







4