Экономика Советского государства в период гражданской войны и интервенции 1918-1920 гг.

- 2 -

Содержание



	Введение	3

	Экономическое положение Советской республики в период гражданской войны	4

	Основное содержание политики
«военного коммунизма»	8

	Организация промышленности и транспорта
для нужд обороны. Натурализация хозяйственных связей.	10

	Продовольственное снабжение и
сельскохозяйственная политика.	13

	Начало советского перспективного планирования.	16

	Заключение	18

	Список литературы	19




Введение



Советская власть утвердилась на основной части бывшей Российской империи с конца октября 1917 по март 1918 года. Этот процесс проходил по-разному в разных регионах страны. Так, в Москве, на Дону, Кубани, Южном Урале большевикам приходилось сталкиваться с ожесточенным сопротивлением отдельных воинских частей и вооруженных отрядов населения. В Центрально-промышленном районе Советская власть была установлена, в основном, мирным путем, поскольку большевики имели большое влияние в промышленных городах, здесь было хорошее железнодорожное сообщение, что помогало им быстро перебрасывать необходимую помощь. К марту 1918 года новая власть победила на Севере, в Сибири, на Дальнем Востоке, в основном, в крупных центрах, вдоль путей сообщения.

С большим трудом шло установление Советской власти на Украине, в Закавказье, Средней Азии, Прибалтике (в той части, которая не была оккупирована Германией), где в октябре 1917 года к власти пришли силы, выступавшие за полное отделение от России. Власть Советов победила здесь только через вооруженное вмешательство красногвардейских отрядов.

Установление Советской власти в центре и на местах означало разрушение всей дореволюционной структуры управления и создание нового государственного аппарата. Так, высшим законодательным органом страны провозглашался съезд Советов. В перерывах между съездами законодательные функции выполнял Всероссийский Центральный исполнительный Комитет (ВЦИК). Высшим исполнительным органом стал Совет народных комиссаров (СНК), который обладал также правом законодательной инициативы. Вместо прежних министерств были образованы народные комиссариаты (наркоматы), выполнявшие функции управления экономикой. Одновременно была ликвидирована вся прежняя система правосудия. Взамен учреждены революционные трибуналы, которые должны были судить на основе «пролетарской совести и революционного самосознания».


Экономическое положение Советской республики в период гражданской войны



В декабре 1917 года при Совнаркоме был создан Высший Совет народного хозяйства (ВСНХ), которому было поручено управлять государственным сектором российской экономики в качестве единого центра, разрабатывать общие нормы регулирования экономической жизни страны, объединять деятельность центральных и местных экономических учреждений, а также органов рабочего контроля. ВСНХ получил также право конфисковывать частные предприятия, проводить принудительное синдицирование различных промышленных предприятий и т.д. Одновременно в большинстве регионов страны стали создаваться местные органы управления экономикой – советы народного хозяйства (совнархозы).

После этого усилилось наступление на частную собственность: стала осуществляться национализация путем насильственного безвозмездного отчуждения (т.е. конфискация) собственности промышленной, торговой, финансовой буржуазии в пользу государства. Прежде всего, были национализированы банки, поскольку именно банковская система оказывает решающее влияние на организацию всей хозяйственной деятельности в стране. Национализация банков началась с захвата Государственного банка вооруженными отрядами еще в дни октябрьского переворота. Но только в конце ноября 1917 года он стал нормально функционировать, поскольку сначала его служащие не соглашались сотрудничать с новой властью.

Следующим этапом была национализация акционерных и частных банков коммерческого кредита: Русско-Азиатского, Торгово-промышленного, Сибирского и др. 27 декабря 1917 года они были заняты вооруженными красногвардейцами в Петрограде, а на следующий день и в Москве. В это же время ВЦИК утвердил декрет о национализации банковского дела в стране, по которому устанавливалась государственная монополия, то есть исключительное право государства на осуществление банковских операций, на реорганизацию, ликвидацию старых и создание новых кредитных учреждений.

В январе 1918 года были аннулированы банковские акции, принадлежавшие крупным частным предпринимателям. Государственный банк был переименован в Народный банк и поставлен во главе всех других. В течение 1919 года все банки, кроме Народного, были ликвидированы. В приказном порядке были открыты все сейфы и конфискованы ценные бумаги, золото, наличность. Только в Москве из банковских сейфов было конфисковано примерно на 300 тыс. царских руб. золота и на 150 тыс. руб. серебра, да еще золото в слитках и песке. Кстати, из конфискованных денег только на нужды канцелярии Совнаркома было ассигновано 10 млн. руб.

После Октября практически развалилась налоговая система, что окончательно подорвало государственный бюджет, для пополнения которого даже были пущены в оборот купоны «Свободного займа» Временного правительства. За первые полгода после революции расходы правительства составили от 20 до 25 млрд. руб., а доходы – не более 5 млрд. руб.

Для пополнения бюджета местным Советам разрешалось справляться собственными силами. А на местах зачастую прибегали к дискриминационному налогообложению «классовых врагов» в форме «контрибуций». Так, в октябре 1918 года на зажиточных крестьян была наложена специальная контрибуция в 10 млрд. руб., а Москве и Петрограду в свою очередь, следовало заплатить 3 и 2 млрд. руб., соответственно. Такая мера нередко использовалась с целью наказания определенных слоев населения. Хотя следует признать, что требуемые суммы собрать полностью не удавалось нигде.

Следующим шагом в деле национализации было овладение железными дорогами, чья администрация и почти все инженерно-технические работники отказались сотрудничать с новой властью, покинув свои рабочие места. Это привело к полной дезорганизации движения поездов. Действия управленческого персонала поддержали руководители Всероссийского исполкома союза железнодорожников (Викжеля), которые вели открытую борьбу с Советским правительством. Противостояние длилось почти полгода, и только к лету 1918 года большинство железных дорог было национализировано. В первые месяцы 1918 года была проведена также национализация речного и морского флота.

В апреле 1918 года был издан декрет о национализации внешней торговли. Советское правительство объявило об аннулировании огромных внутренних и внешних долгов, сделанных царским и Временным правительствами.

Национализация крупной промышленности оказалась сложным делом и требовала большего времени, нежели национализация банков и транспорта. Сначала в государственную собственность передавались лишь отдельные предприятия и акционерные общества в соответствии с постановлениями правительства. Но местные органы власти и рабочие организации самостоятельно проводили конфискацию предприятий у прежних владельцев, насильно отстраняя их от управления производством. В основном, это были предприятия в топливной, металлургической, химической, металлообрабатывающей промышленности, в машиностроении.

В первые месяцы Советской власти был установлен 8-часовой рабочий день. Был издан декрет об отделении школы от церкви, а церкви от государства, закреплялось равноправие всех религиозных конфессий. Было принято решение об уравнивании в правах мужчин и женщин в области семейного права и в политическом отношении.

Весной 1918 года руководство страны высказывало озабоченность слишком быстрыми темпами «атаки на капитал», поскольку результаты введения рабочего управления на предприятиях оставляли желать лучшего. Но уже к лету 1918 года экономическое положение Советской России настолько ухудшилось, что надвигалась угроза полной остановки производства, поэтому правительство решило ускорить национализацию промышленности.

В мае был принят декрет о национализации сахарной промышленности, вскоре после этого – нефтяной промышленности, а в июне было объявлено о массовой национализации крупных предприятий в горнодобывающей, металлообрабатывающей, электротехнической, хлопчатобумажной, лесной и других отраслях народного хозяйства. К концу 1918 года была обобществлена основная масса предприятий тяжелой индустрии, завершился же этот процесс в 1920 году.

Наряду с этим в стране было намечено провести целый ряд мероприятий, таких как: организация строжайшего учета и контроля за производимой продукцией и ее расходованием, организация социалистического соревнования, использование принципа материальной заинтересованности при оплате труда, укрепление трудовой дисциплины. Все это предполагалось осуществить для достижения наивысшей, по сравнению с капитализмом, производительности. Но, следует отметить, что Советская экономика за 70 с лишним лет так и не смогла добиться этого.

Исходя из идеи о необходимости скорой отмены денег, правительство все больше склонялось к полному обесценению денег путем их неограниченной эмиссии. Их было напечатано так много, что они обесценились в десятки тысяч раз и почти полностью потеряли покупательную способность. Денежная масса исчислялась квадриллионами, стоимость коробка спичек или билета в трамвае оценивалась в миллионы советских рублей – совзнаков, что означало гиперинфляцию.

Результатом такой политики стало превращение денег в «раскрашенные бумажки». Но в отличие от других европейских стран (Германии, Австрии, Венгрии), где денежная система также находилась в глубоком кризисе, гиперинфляция в России была осуществлена сознательно. Среди руководителей страны было распространено мнение о том, что гиперинфляция полезна для экономики, так как она «съедает» денежные накопления бывших эксплуататоров путем их обесценения, и тем самым быстрее произойдет вытеснение денег из обращения.

Как известно, к концу 1917 года в России находилось в обращении более 22 млрд. руб. Основная масса этих денег состояла из царских рублей, известных как «николаевки». В ходу было очень много бумажных денег, выпущенных Временным правительством, так называемых «керенок». По внешнему виду это были простые талоны, напечатанные на одной стороне листа, не имевшие ни серийного номера, ни других атрибутов казначейских билетов. Они выпускались номиналом в 20 и 40 руб. неразрезанными листами величиной с газету Курс «керенок» был ниже, чем курс царских денег. Советское правительство вплоть до февраля 1919 года продолжало печатать «керенки», не внося в их внешний вид никаких изменений. Это объяснялось опасением, что население, и прежде всего крестьяне, не будут принимать новые деньги из-за их низкой покупательной способности.

Денежная эмиссия первых послереволюционных лет оказалась самым главным источником пополнения государственного бюджета. В первой половине 1918 года Народный банк выпускал ежемесячно по 2-3 млрд. практически ничем не обеспеченных рублей – «керенок», – зачастую их даже не разрезали на отдельные купюры. В январе 1919 года в России в обращении находилось 61,3 млрд. руб., две трети которых составляли «керенки» советского выпуска. В феврале 1919 года были выпущены первые советские деньги, которые назывались «расчетные знаки РСФСР». Они находились в обращении вместе с «николаевками» и «керенками», но курс их был гораздо ниже, чем у прежних денег.

В мае 1919 года Народному банку было предписано выпускать денег столько, сколько нужно для хозяйства страны. Печатный станок был включен на полную мощность. К концу года на монетном дворе работало 13616 человек. Экспедиция заготовления государственных бумаг работала в праздничные и выходные дни. Единственным ограничением этой работы была нехватка бумаги и краски, которые правительство закупало за границей. Пришлось открыть в Петрограде специальную бумажную фабрику создать организацию по заготовке тряпья – сырья для печатания денег. В 1921 году ежемесячно выпускалось бумажных денег в среднем на 188,5 млрд. руб.

По словам Н. Осинского, во второй половине 1919 года на печатание денег уходило от 45 до 60% бюджетных доходов. При этом он подчеркивал, что по этой причине нужно было бы как можно скорее отменить деньги, дабы сбалансировать бюджет. В течении 1919 года количество бумажных денег увеличилось примерно в 4 раза – до 225 млрд. руб., в 1920 – еще в 5 раз – до 1,2 трлн. руб., а в 1921 году до 2,3 трлн. руб.

Чтобы уменьшить спрос на денежные знаки, стали выпускать купюры по 5 и 10 тысяч рублей, но одновременно стало катастрофически не хватать мелких денег, наступил так называемый «разменный кризис». С крестьянами при сдаче хлеба расплачивались крупными купюрами: одной на несколько человек. Тут же оживились различные «менялы», которые за размен сторублевой банкноты брали 10-15 руб. В качестве разменных денег использовались, например, почтовые и гербовые марки, на которые накладывался штемпель, определяющий денежный номинал.

В результате безудержной эмиссии уровень цен достиг невиданных масштабов. Если уровень цен 1913 года принять за 1, то в 1918 году он составил 102, в 1920 – 9620, 1922 – 7 343 000, а в 1923 году – 648 230 000. Как заявлял Е. Преображенский на Х съезде партии (1921), массовая инфляция служила формой косвенного налогообложения в пользу государства при изъятии у крестьян сельскохозяйственной продукции.

В результате советские деньги были полностью обесценены. В 1921 году покупательная способность 50-тысячной купюры приравнивалась к довоенной монете в одну копейку. Высокую ценность сохранил только золотой царский рубль, но в обращении его почти не было, так как население его припрятывало. Однако совсем без полноценных денег обойтись было невозможно, поэтому в стране наиболее распространенными единицами измерения ценностей стали хлеб и соль.


Основное содержание политики «военного коммунизма»



До сих пор нет единого мнения о том, когда началась гражданская война в России, то есть когда началась непримиримая вооруженная борьба между различными социальными слоями населения. Можно считать, что острое противостояние началось в феврале 1917 года, когда общество раскололось на сторонников и противников революции. Насильственное свержение Временного правительства и захват власти большевиками, разгон Учредительного собрания все более обостряли обстановку в стране.

Но вся эта борьба приняла общероссийский масштаб только в середине 1918 года. Поводом для этого, с одной стороны, послужила жесткая политика правительства по отношению к частным предпринимателям в промышленности, торговле, сельском хозяйстве. С другой стороны, обострению обстановки в стране способствовали действия противников Советской власти, в частности, чехословацкий мятеж, крестьянские восстания, что привело летом 1918 года к общенациональной гражданской войне, обостренной военной интервенцией держав, входивших в Антанту, а также Германии, Японии и др. стран.

Интервенцию можно объяснить несколькими причинами. Во-первых, международные кредиторы российской экономики пытались не допустить потерь в результате национализации имущества иностранных граждан и отказа Советского правительства выплачивать иностранные долги. Во-вторых, западные державы пытались сдержать влияние социалистической революции по всему миру. К тому же определенные круги в странах Антанты стремились ослабить экономическое влияние России на международной арене, отделить от нее окраинные территории на Дальнем Востоке, в Средней Азии, Закавказье.

В стране началось формирование Рабоче-крестьянской Красной Армии (РККА) на основе регулярной и обязательной мобилизации населения. К концу 1918 года в ее рядах было свыше 1 млн., человек, а осенью 1920 года – около 5,5 млн. человек. В тылу расширяются полномочия ВЧК, усиливается красный террор против лиц, «прикосновенных к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам». Восстанавливается отмененная 11 съездом Советов смертная казнь. Распространенным явлением стали заложники из числа дворян, духовенства, буржуазии, многие из которых были расстреляны. Развертывается сеть концлагерей, к 1921 году там содержалось около 80 тыс. человек.

Впервые термин «военный коммунизм» упоминается лишь весной 1921 года, когда уже приближалось время новой экономической политики. Именно тогда советское руководство, стремясь оправдать резкий переход к новому курсу, задним числом постаралось возложить ответственность за все происходившее в стране на экстраординарные обстоятельства, называя политику «военного коммунизма» временной мерой. Безусловно, эта политика решала неотложные проблемы, но в целом она была не «временной мерой», а утопической попыткой в кратчайший срок перейти к подлинному коммунизму. Политика «военного коммунизма» была результатом не только военных обстоятельств, но и определенной идеологии, представители которой стремились преобразовать экономику страны на совершенно иных принципах.

Для управления промышленностью в ВСНХ было создано более 50 главных управлений, или Главков, получивших, по существу, абсолютные полномочия в руководстве отдельными отраслями. На предприятиях повсеместно была введена военная дисциплина и единоначалие, не допускалось никакой хозяйственной самостоятельности, а все решения принимались директорами только после согласования с Главками. С введением «военного коммунизма» значительно расширился управленческий аппарат. Главки и комитеты ВСНХ превратились в чрезвычайные органы республики. Эта система управления получила название «главкизм».


Организация промышленности и транспорта
для нужд обороны.
Натурализация хозяйственных связей.



2 сентября 1918 года ВЦИК объявил Советскую республику «единым военным лагерем», в соответствии с чем был создан Реввоенсовет во главе с Л. Троцким для руководства армией и флотом. В ноябре под руководством В.И. Ленина был учрежден Совет рабочей и крестьянской обороны, который сконцентрировал всю полноту государственной власти в стране.

Именно в это время стала складываться жестко централизованная социально-экономическая система, названная; «военным коммунизмом», когда государство сконцентрировало в своих: руках почти все трудовые, финансовые и материальные ресурсы, заставляя их работать на принципах военного подчинения. В этот период была проведена широкая национализация промышленных предприятий, включая и мелкие, «с числом рабочих более десяти или более пяти, но с использованием механического двигателя». Все оборонные предприятия и железнодорожный транспорт были переведены на военное положение.

Разруха, бездорожье, гражданская война превратили страну в замкнутые, обособленные экономические острова с внутренними денежными эквивалентами. По бывшей Российской империи ходило множество разновидностей денег. Свои собственные деньги печатали в Туркестане, Закавказье, во многих российских городах: Армавире, Ижевске, Иркутске, Екатеринодаре, Казани, Калуге, Кашире, Оренбурге и многих других. В Архангельске, например, местные купюры с изображением моржа назывались «моржовки». Выпускались кредитные билеты, чеки, разменные знаки, боны: «туркбоны», «закбоны», «грузбоны» и т.д. Кстати, именно в Средней Азии и Закавказье была самая большая эмиссия, поскольку печатный станок находился в руках местных правительств, фактически не зависимых от центра.

Деньги выпускали все: советская власть, белые генералы, города, заводы. В нумизматическом каталоге 1927 года перечислен 2181 денежный знак, находившийся во время гражданской войны на территории бывшей Российской империи. В ходу было множество денежных суррогатов. Так, в Дальневосточной республике для расчета с охотниками и рыболовами использовались этикетки от винных бутылок в таком соотношении: этикетка от портвейна приравнивалась к 1 руб., от мадеры – 3 руб., от коньяка – 10 руб. и т.д. В некоторых городах заменителями денег служили трамвайные книжки, контрамарки цирков и ипподромов и пр.

В результате проведения такой денежной политики была полностью разрушена финансовая система страны. И вполне закономерно экономика перешла к натуральному обмену. В промышленности внедрялась система безденежных отношений и расчетов. Главки и местная власть выписывали ордера, по которым предприятия должны были бесплатно отпускать свою продукцию другим предприятиям и организациям. Налоги отменялись, долги друг другу аннулировались. Снабжение сырьем, топливом, оборудованием осуществлялось также бесплатно, централизованным путем через Главки. Для осуществления производственного учета на предприятиях Совнарком рекомендовал перейти к натуральным измерителям – «тредам» (трудовым единицам), которые означали определенное количество затраченного труда.

Фактически прекратила свое существование кредитно-банковская система. Народный банк был объединен с казначейством и подчинен ВСНХ, а по сути превратился в центральную расчетную кассу. На банковских счетах предприятий фиксировалось движение не только денежных средств, но и материальных ценностей внутри государственного сектора экономики. Вместо банковского кредитования было введено централизованное государственное финансирование и материально-техническое снабжение.

В соответствии с продразверсткой в стране была запрещена частная торговля хлебом и другими продуктами. Все продовольствие распределялось государственными учреждениями строго по карточкам. Централизованно, по карточкам распределялись и промышленные товары повседневного спроса. Повсеместно заработная плата рабочим и служащим на 70-90% выдавалась в виде продовольственных и промтоварных пайков или производимой продукцией. Были отменены денежные налоги с населения, а также плата за жилье, транспорт, коммунальные услуги и др.

На предприятиях все шире распространялась уравнительная система оплаты труда: если в 1917 году заработная плата у высококвалифицированного рабочего была в 2,3 раза выше, чем у чернорабочего, то в 1918 – в 1,3 раза, а к 1920 году – всего в 1,04 раза. В годы «военного коммунизма» был введен запрет на забастовки рабочих. Свободные профсоюзы превратились по существу в государственные организации. То, что было завоевано рабочим движением в течение многих лет, отменялось.

Характерной чертой этого периода стала трудовая повинность. Еще в апреле 1917 года В.И. Ленин заявлял, что трудовая повинность есть громадный шаг на пути к социализму, поскольку, в соответствии с требованиями экономического планирования, трудовые ресурсы должны находиться под контролем государства, как и все другие хозяйственные ресурсы

Большевики были убеждены, что принудительный труд – это неотъемлемое свойство социализма, единственный способ вовлечения людей в хозяйственную жизнь. По словам Троцкого, принуждение к труду будет эффективным в условиях «властного распределения центром всей рабочей силы страны», что «рабочий должен стать крепостным социалистического государства»

Уже на 11 съезде Советов Троцкий объявил о введении всеобщей трудовой повинности, как об одной из ближайших задач революционной власти. В первые месяцы диктатуры пролетариата это относилось только к представителям «буржуазии», которых заставляли выполнять под конвоем самую черную работу, а в случае отказа их объявляли «врагами народа», Польза от такого труда была ничтожной, она состояла в основном в возбуждении у населения классовой ненависти к бывшим «эксплуататорам».

Вскоре принцип принудительного труда был распространен и на другие слои общества. Каждый взрослый человек был обязан заниматься трудом и работать там, где ему прикажут, в целях уничтожения «паразитических слоев». Эта обязанность провозглашалась в январе 1918 года «Декларацией прав трудящегося и эксплуатируемого народа», а позже была включена и в Конституцию РСФСР 1918 года. Все трудоспособные и неработающие на этот момент женщины и мужчины от 16 до 55 лет обязаны были встать на учет в отделах распределения рабочей силы, где им давали направления на любую работу, по усмотрению этих отделов.

К концу 1918 года стало обычным делом объявлять о призыве рабочих и специалистов различных отраслей на государственную службу, как это делалось с набором в Красную Армию. С этого момента они подпадали под юрисдикцию военного трибунала со всеми вытекающими отсюда последствиями. Таким образом, были мобилизованы железнодорожники, медицинские работники, работники речного и морского флота, связисты, металлисты, электрики, работники топливной промышленности и т.д. Шла постепенная «милитаризация» гражданской службы, стирались различия между военной и гражданской сферами. Нарушителей дисциплины объявляли «дезертирами трудового фронта», заключали в концлагеря.

Самым последовательным сторонником такой практики был Л. Троцкий, который в конце 1919 года в своих «Тезисах» для ЦК партии доказывал, что все хозяйственные проблемы страны надо решать на основе военной дисциплины, а уклонение рабочих от их обязанностей должны рассматривать военные трибуналы.

В начале 1920 года было решено преобразовать армейские подразделения, не нужные на фронтах, в трудовые армии, которые должны были ремонтировать железные дороги, заготавливать дрова и т.д. К марту 1921 года четвертая часть армии была занята в строительстве и на транспорте. Но трудовые армии не оправдали надежд правительства. Производительность труда солдат была очень низкой, из трудовых армий шло массовое дезертирство. Большие трудности возникали по вопросам питания, перевозки военизированной рабочей силы. В октябре 1921 года была отменена мобилизация в промышленности, а через месяц – распущены трудовые армии.

Политика «военного коммунизма» объяснима чрезвычайными условиями войны. Однако многие руководители страны, а также публицисты, ученые того времени воспринимали ее не только как вынужденную, временную, но и как вполне закономерную систему при переходе к бесклассовому обществу, свободному от рыночных, отношений. Считалось, что социалистическая экономика должна быть натуральной, безденежной, что в ней обязательно будет присутствовать централизованное распределение всех ресурсов и готовой продукции, Ведь недаром многие из чрезвычайных мер были установлены в 1920 году, когда гражданская война и интервенция уже заканчивались.


Продовольственное снабжение и сельскохозяйственная политика.



В начале 1918 года было положено начало реализации Декрета о земле, в соответствии с которым крестьянам было отдано безвозмездно более 150 млн. га удельной, помещичьей, монастырской и пр. земли, что было равносильно конфискации этих земель. Такой же принцип был применен к лесам, водам и недрам. Помимо земли и прочих угодий, в руки крестьян передавалось все движимое и недвижимое имущество примерно на 300 млн. руб. Были ликвидированы огромные ежегодные платежи помещикам и сельской буржуазии за аренду земли (примерно на сумму 700 млн. руб. золотом). Был аннулирован долг Крестьянскому поземельному банку, составлявший к тому времени 3 млрд. руб.

В феврале 1918 года был принят Закон о социализации земли, который провозгласил переход земли из частной собственности в общенародную. В основу закона был положен эсеровский принцип уравнительного распределения земли между крестьянами, а на деле – фактический передел земли в пользу бедноты. Бедняки требовали включить в передел не только помещичьи, церковные и прочие угодья, но и земли зажиточных крестьян и казаков. В некоторых регионах происходил самовольный «черный передел» всех угодий, включая надельные, то есть бывшие общинные земли, полученные в ходе столыпинской реформы, или купленные кулаками перед Первой мировой войной.

Зажиточные крестьяне соглашались на передел помещичьих и прочих земель, но решительно выступали против включения в этот процесс купленных или арендованных ими наделов, поскольку от такого «черного передела» выиграли бы только малоземельные крестьяне, получившие хорошо обработанные участки от состоятельных хозяев. На первом этапе раздела земли удалось избежать этого процесса, и у кулаков остались, в основном, их собственные земли.

Впрочем, вопрос о способах передела земли, о нормах землепользования был одним из самых болезненных в этот период. Он постоянно обсуждался на сельских сходах, на волостных собраниях, где крестьяне с трудом приходили к согласию. В большинстве губерний Центрально-черноземной полосы, Поволжья, Центрально-промышленного региона распределение земель происходило путем простого деления общего количества земли на число душ в семье (мужского и женского пола).

В Декрете о земле особо оговаривалась неделимость так называемых культурных хозяйств: питомников, оранжерей, садов, поскольку на их базе предполагалось создать показательные образцовые хозяйства, находящиеся в собственности государства или сельской общины. Но основная масса крестьян стремилась захватить эти хозяйства, разграбить и уничтожить имущество, устраивая бессмысленные погромы.

К весне 1918 года первый передел земельного фонда был почти полностью завершен, в результате чего повсеместно в среднем на 60% увеличилось количество земли, приходящееся на крестьянскую семью. В стране стала пропагандироваться идея создания обобществленных хозяйств. На базе некоторых помещичьих имений создавались государственные советские хозяйства (совхозы). Рабочие, приехавшие из городов, чтобы спастись от голода, проводили агитацию по созданию коммун и артелей. Так, в первой половине 1918 года возникло 975 коммун и 604 артели. В коммунах обобществлялись не только сельскохозяйственные орудия, скот, продовольствие, хозяйственные постройки, но и предметы быта, домашняя птица и пр. Однако, как показал опыт, коммуны, артели оказались очередной утопией, были неэффективны и в большинстве своем вскоре развалились.

В период первого передела в деревне обострились противоречия между бедняками и зажиточными крестьянами. Беднота, при негласной поддержке Советской власти, стала стихийно подниматься на борьбу с кулачеством, что привело к усилению социальной напряженности. Зажиточные крестьяне перестали сдавать хлеб государству, вследствие чего обострилась проблема снабжения городов продовольствием. Правительство сделало попытку наладить обмен с деревней, поставляя туда промышленные товары повседневного спроса. Но этот обмен закончился неудачей, потому что товарные запасы в городах оказались небольшими.

А поскольку большевики ставили своей целью построение экономики, основанной на нерыночных методах, то они перестали искать пути взаимовыгодного сотрудничества с кулаками. Крестьянство, в свою очередь, стало сокращать объемы проданного хлеба государству. Так, в ноябре 1917 года было заготовлено 641 тыс. т. зерна, в декабре – 136, в январе 1918 года – 46, в апреле – 38, а в июне – только 2 тыс. т.

В мае 1918 года правительство объявило о введении продовольственной диктатуры, что означало переход к политике жесткого давления на зажиточное крестьянство, к насильственному изъятию хлебных запасов. В деревню были посланы многотысячные вооруженные продовольственные отряды (продотряды) из числа рабочих и солдат, занимавшиеся прямой конфискацией продовольствия. В этой работе продотряды опирались на комитеты деревенской бедноты (комбеды), созданные на основе декрета ВЦИК от 11 июня 1918 года. По неполным данным, к ноябрю 1918 года в 33 губерниях Российской Федерации было организовано свыше 122 тыс. комитетов бедноты.

Им было поручено распределять среди бедняков хлеб, сельскохозяйственные орудия, промышленные товары, оказывать содействие местной власти в изъятии излишков хлеба у кулаков. Но на практике комбеды присвоили себе гораздо больше полномочий. В частности, они активно участвовали в переделе земли между крестьянами. В результате их деятельности у кулаков было конфисковано не только продовольствие, но и почти 50 млн. га земельных угодий, машины, рабочий скот, предприятия по переработке сельскохозяйственного сырья (маслобойни, мельницы и др.), которые были отданы безвозмездно беднякам или в коммуны. В конце 1918 – начале 1919 годов комбеды были слиты с волостными и сельскими Советами, поскольку правительство усмотрело в их деятельности превышение полномочий и проявление «двоевластия» в деревне.

Все эти шаги Советского правительства значительно подорвали экономическую базу основных производителей продовольствия на селе, включая и середняков, а также усилили тенденцию на конфронтацию крестьян с государственной властью. Кроме того, в деревне обозначилось острое социальное противостояние между отдельными группами, вылившееся в скором времени в гражданскую войну.

Одним из направлений политики диктатуры пролетариата в период «военного коммунизма» было установление прямого продуктообмена между городом и деревней с использованием внеэкономических и военных мер. Приоритетной целью этой политики была аккумуляция продовольствия в государственных фондах для обеспечения нужд армии и рабочих, занятых на оборонных предприятия. В январе 1919 года Совнарком издал декрет об обязательной сдаче крестьянами государству всех излишков хлеба и фуража. Государственные органы давали планы по изъятию хлеба производящим губерниям. Те, в свою очередь, распределяли (разверстывали) задания по своим уездам, волостям, селениям, крестьянским дворам. Весь этот процесс получил название продразверстки.

Но зачастую государство изымало у крестьян не только излишки хлеба. Под видом излишков забиралось и необходимое для семьи продовольствие, семенное и фуражное зерно. В 1920 году, помимо хлеба, продразверстка распространилась на картофель, овощи и другие сельскохозяйственные культуры. За эти поставки предусматривалась оплата по твердым ценам. Но поскольку бумажные деньги обесценивались очень быстро, то фактически продразверстка означала прямую конфискацию продовольствия.

Теоретики «военного коммунизма» – Н. Бухарин, Е. Преображенский, Ю. Ларин и другие – в 1918 – 1920 годах постоянно подчеркивали, что «коммунистическое общество не будет знать денег», что деньги обречены на исчезновение. Они хотели сразу обесценить деньги, а на их место поставить обязательную систему распределения благ по карточкам. Но, как отмечали эти политики, наличие мелких производителей (крестьян) не позволяло сделать это быстро, потому что крестьяне все еще оставались вне сферы государственного контроля и им еще надо было платить за продукты.

На практике же крестьянам платили очень мало. Основная масса денег, выпускаемых казной, шла не на закупку сельскохозяйственной продукции, а на выплату заработной платы рабочим и чиновникам. По подсчетам члена Президиума ВСНХ Ю. Ларина, в 1920 году было 10 млн. работников, получавших ежемесячно в среднем по 40 тыс. руб., то есть 400 млрд. руб. А все затраты на продовольствие, закупленное в 1918 – 1920 годах по твердым ценам, составили меньше 20 млрд. руб.


Начало советского перспективного планирования.



До революции строительство нового общества представлялось большевикам как процесс создания экономики, основанной на нерыночных отношениях командного типа. В качестве образца предлагалось использовать опыт Парижской Коммуны 1871 гола. Считалось, что после революции в стране не будет армии, полиции, все чиновники будут выборными и подотчетными перед народом, а государством сможет управлять каждый человек. В переходный период строительства коммунистического общества вместо буржуазного государства будет диктатура пролетариата, которая сможет осуществить две основные функции: подавление сопротивления буржуазии и руководство массами населения.

Следует упомянуть о так называемых «архитекторах Советского государства, его теоретиках и политических деятелях, Кроме В, Ленина и Л. Троцкого, к ним можно отнести И. Осиновского (В. Оболенского), Н. Бухарина, Ю. Ларина, А, Рыкова, Е. Преображенского, К. Радека, Г Пятакова и многих других, чьи взгляды были намного «левее», чем у Ленина. Все они имели очень поверхностные экономические знания, у них не было опыта хозяйственной деятельности, они никогда до революции не руководили предприятиями в сфере производства или торговли. Эго были профессиональные революционеры, и если не считать коротких периодов учебы в российских или зарубежных университетах (когда они занимались, главным образом, политической деятельностью), вся их жизнь проходила между тюрьмой, ссылкой и эмиграцией. И вот эти «лихие кавалеристы, ... жестокие экстремисты, … дилетанты во всех своих специальностях» (по словам историка И. Суханова} взялись перестроить сверху донизу всю экономическую систему в стране, занимавшую по общему уровню развития пятое место н мире в 1913 году. Позже, в 1930-х годах все они были репрессированы как «враги народа» (кроме Ю. Ларина, умершем от болезни в 1932 году) и реабилитированы лишь после ХХ съезда партии (в 1956 году).

Предполагалось, что уже в переходный период в экономике будет отсутствовать частная собственность, будет проведено полное обобществление производства, сформируются хозяйственные связи, основанные на административном распределении продукции из единого экономического центра. После революции Советское правительство начало активно внедрять эти теоретические установки в хозяйственную практику. И если внимательно проанализировать историю Советского периода, то можно с уверенностью утверждать, что большая часть этих установок действовала на протяжении нескольких десятилетий.

Почему же большевикам удалось достаточно быстро воплотить в жизнь такую модель? Во-первых, в России на протяжении веков государственная (казенная) собственность традиционно занимала ведущее положение. Государственное вмешательство в экономику было весьма сильным, что создавало соответствующие предпосылки для создания сверх централизованной системы управления хозяйством, присущей тоталитаризму.

Во-вторых, в массовом сознании людей преобладали наивные представления о социальной справедливости, об уравнительном распределении собственности, и прежде всего земли (что и обещали большевики), Поэтому основная часть населения всюду поддерживала первые шаги Советской власти.

В-третьих, новая власть по своей природе была основана на репрессивном аппарате, силы которого стали использоваться уже в первые месяцы после Октябрьского переворота (создание ВЧК в декабре 1917 года, разгон Учредительного собрания в январе 1918 года).

Формирование командной экономики ознаменовалось систематической борьбой большевиков против частной собственности, экспроприация которой началась с Декрета о земле, где было записано, что частной собственности на землю лишаются все слои общества, кроме крестьян. По декретам от 14 декабря 1917 года и 24 марта 1918 гона все недвижимое имущество в городах было сначала изъято из торгового обращения, а затем передано в государственную собственность. Декрет ВЦИК от 3 февраля 1918 года аннулировал все внутренние долги государства. В апреле 1918 года было запрещено покупать, продавать и сдавать в аренду торговые и промышленные предприятия, в мае 1918 года отменено право наследования. Ни одна из этих мер не была продиктована «насущной необходимостью», поскольку страна еще не находилась в состоянии гражданской войны. Все это делалось с целью лишения граждан страны прав владения и распоряжения движимым и недвижимым имуществом, а значит, лишения их экономической и политической самостоятельности.

14 ноября 1917 года ВЦИК принял постановление о введении рабочего контроля на всех промышленных, банковских, транспортных, торговых и других предприятиях, где применялась наемная рабочая сила. Органы контроля имели большие полномочия: наблюдать за производством, хранением, реализацией продукции, устанавливать минимальный выпуск продукции для данного предприятия, определять издержки изготовляемых изделий, следить за деловой перепиской, за приемом и увольнением работников, а также за финансовой деятельностью администрации, что подразумевало отмену коммерческой тайны.

Это, чаще всего некомпетентное, вмешательство рабочих контролеров вызывало недовольство среди предпринимателей, в результате чего стали закрываться заводы и фабрики. В ответ по стране началась «красногвардейская атака на капитал», то есть массовая экспроприация частной собственности.

Именно в эпоху «военного коммунизма» был разработан и принят в 1920 году первый план страны: Государственный план по электрификации России (ГОЭЛРО). В нем предусматривалось восстановление и реконструкция предприятий довоенной электроэнергетики, а также строительство нескольких десятков новых тепловых и гидроэлектростанций. В плане намечались также грандиозные перспективы развития транспорта и различных отраслей промышленности. Этот план воплощал в себе мечты большевиков о плановой экономике по образцу военной экономики Германии. В целом план ГОЭЛРО остался невыполненным.


Заключение



Следует признать, что система «военного коммунизма» так и не стала абсолютно господствующей, что ей не удалось полностью подавить свободный рынок, который, несмотря на суровые законы военного времени, оказался очень жизнеспособным. Общеизвестно, что спекулянты-«мешочники» доставляли в города столько же хлеба, сколько давали все заготовки по продразверстке, только цена его была в несколько раз выше.

По всей стране беспрестанно осуществлялась торговля, происходил обмен продовольствия на промышленные товары. На крупнейшем московском рынке – Сухаревке можно было купить или выменять практически любой нужный товар: от булавки до коровы. Мебель, бриллианты, хлеб, мясо, овощи – все это продавалось на «черном» рынке. Здесь же можно было обменять советские деньги на валюту, хотя официально это было строго запрещено.

Мелкое хозяйство демонстрировало удивительную живучесть вопреки попыткам правительства монополизировать производство и распределение. К тому же Советская власть оказалась в двусмысленном положении: если строго запрещать частную торговлю, то это обрекало городское население на голодную смерть, так как государственное распределение не могло обеспечить его продовольствием в нужном объеме.

Частный сектор был настолько сильным, что когда правительство объявило о переходе к новой экономической политике, это было в значительной степени лишь признанием факта существования стихийной торговли, выжившей вопреки декретам и репрессиям властей.


Список литературы



Тимошина Т.М. «Экономическая история России». Учебное пособие./ под ред. проф. М.Н. Чепурина – М.: Информационно – издательский дом «Филинъ», 1998

Шмелев Г.И. «Коллективизация: на крутом переломе истории»:// Истоки: вопросы истории народного хозяйства и экономической мысли. Вып.2, - М., 1990

Экономическая история СССР и зарубежных стран./ под ред. И.Н. Шелякина и др., - М., 1978

10