Некоторые особенности российско-китайской приграничной торговли (опыт и размышления)

Некоторые особенности российско-китайской приграничной торговли (опыт и размышления)

С начала 90-х годов, с открытием границ, стали бурно развиваться новые формы российско-китайской торговли, связанные с инициативой физических лиц и коммерческих компаний, получивших свободу внешнеэкономической деятельности. Формы первых контрактов с китайскими партнерами были достаточно примитивными, что охотно принималось китайскими коммерсантами, а у начинающих российских бизнесменов создавало иллюзию простоты и вседозволенности. 

Российские коммерсанты, торгующие с Китаем, наиболее сложной считали проблему китайского языка, которой и было уделено основное внимание. Переводчики, окончившие немногочисленные факультеты восточных языков, в свое время стали первыми специалистами российско-китайской торговли, решающими практические задачи и определяющими направления ее развития. К сожалению, и в настоящее время в среде российских коммерсантов по-прежнему существует убеждение, что главной трудностью в торговле с китайцами остается незнание китайского языка.Из поля зрения российской стороны, участвующей в приграничной торговле, но не имеющей в общей массе юристов и экономистов, владеющих китайским языком, выпали китайское гражданское право, торговое и хозяйственное законодательство КНР.

Только с развитием нашего российского законодательства и с возникновением внешнеторговых споров российские участники приграничной торговли с Китаем стали задумываться об экономической политике и юриспруденции Китая, обеспечивающих наступательный характер деятельности китайского торговца и защиту его интересов государством. И здесь обнаруживается, что китайцы всячески упрощают юридическое оформление торговли с россиянами, хотя у себя в стране имеют одно из наиболее развитых торговых законодательств.Примером служит принятый в 1999 году Закон КНР «О договоре», позволяющий любому предприимчивому лицу (физическому или юридическому) быстро и надежно включаться в цепочку участников торгово-экономического оборота сообразно своим потребностям и интересам.

Тем самым китайские власти стимулируют занятость людских масс в сфере продажи и перепродажи товара, оказания услуг; способствуют созданию длинных посреднических цепочек, которые играли и еще играют немаловажную роль в российско-китайской децентрализованной торговле.С упрощением режима въезда китайцев на нашу территорию и последующим законным и незаконным оседанием на территории России эти посреднические цепочки стали удлиняться еще больше. Любой китаец, находящийся в России, по-прежнему легко включается в сделки купли-продажи товара, поставляемого через границу, легко вычисляет свой посреднический процент и при этом чувствует себя достаточно защищенным китайским законодательством по отношению к своим китайским сотоварищам по сделке.Такая разветвленная посредническая сеть уже действует на всей территории России и оказывает решающую роль в информационном обеспечении торговых интересов граждан КНР, а также в формировании ценового давления на российских коммерсантов.Другой особенностью торговли с китайцами является неготовность российского партнера подвергаться постоянному психологическому давлению, где цена является результатом длительного противоборства, где китайский партнер всегда стремится выжать дополнительную прибыль, если не за счет цены, то за счет качества или количества, или способа взаиморасчетов.Для китайцев такие методы ведения торговли не являются чем-то из ряда вон выходящим, наоборот, для них - это нормальный образ жизни, мышления, выживания.

Поэтому наивные надежды российских компаний найти одного-двух надежных китайских партнеров, с которыми можно было бы спокойно и выгодно торговать без особого умственного и психологического напряжения, сами по себе несостоятельны, ибо противоречат китайскому (азиатскому) пониманию торговли вообще, где все направлено на получение максимальной прибыли.

Эти особенности торговли повлияли и на структуру китайских экспортно-импортных компаний, которые поначалу создавались в крупных городах провинций.

Экспортно-импортная компания, как правило, состоит из хозрасчетных подразделений, количество которых ограничивается только возможностью контроля их деятельности со стороны руководства компании или площадью помещения, принадлежащего компании. Если компания владеет офисным зданием, то практически любой предприимчивый гражданин (как правило, не менее двух человек) может, взяв в аренду кабинет, создать хозрасчетное подразделение и работать от имени всей компании, используя её название и печать. Таких хозрасчетных подразделений у некоторых китайских экспортно-импортных компаний в период 1993-1996 годов могло быть до нескольких десятков. Одна из компаний провинции Хэйлунцзян имела более сотни таких подразделений.С развитием приграничной торговли, центр торговой активности сместился в районы открытых пограничных переходов. В этих районах стали создаваться экспортно-импортные компании приграничной торговли, которые пытаются взять на себя функции по экспортно-импортному обслуживанию всех китайских компаний и предприятий, находящихся вдали от границы. Их отношения могут оформляться различными видами договоров (договоры поручения, комиссии, агентирования, посредничества), но целью является использование денег заказчика и получение максимальной прибыли, в первую очередь, для себя.

Тем не менее, такая структура экспортно-импортных компаний обладает высокой эффективностью в решении торговых задач. Например, китайский завод информирует о своей готовности приобрести определенное количество российского сырья по определенной цене. Несколько посреднических компаний тут же откликаются на этот заказ, включая в работу все свои структуры и связи. Число подключающихся посредников напоминают круги по воде: сотни, а то и тысячи китайцев начинают искать нужный товар, вести переговоры, заключать контракты, втягивают российских партнеров в неоправданные расходы и ненужную производственную деятельность. Порой создаётся сильный ажиотаж, который полностью искажает реальную действительность китайского рынка, позволяет китайцам исказить ситуацию в сторону снижения цены (т. к. при покупке ими товара они организованно играют на понижение цен).

Затем китайская сторона выбирает наиболее выгодный вариант (необязательно по цене), а остальные контракты могут просто выбрасываться в корзину или использоваться для дальнейшего торговой игры с российским партнером.При анализе таких контрактов даже специалисту порой трудно вычислить такие заведомо неработающие контракты, подписание которых китайцы используют для оформления приглашений, продления просроченных виз, получения приглашений в определенные районы, оформления иных документов и т.д.Надо сказать, что китайцы не боятся никакой ответственности за односторонний отказ от подписанного договора до начала его фактического исполнения. Более того, они не считают нужным уведомить об этом российского партнера. Это вызвано тем, что никаких мер ответственности за подобные нарушения подписываемые контракты традиционно не содержат. Любые попытки ввести такую ответственность наталкиваются на отказ китайского партнера от сделки.

Приграничной торговле Китай уделяет больше внимания, чем Россия. Приграничную торговлю Китай создал и развивает в первую очередь для развития отдаленных от центра регионов, для сохранения бартерной торговли, невыгодность которой Россия стала понимать. Тем не менее, даже в настоящее время китайцы пытаются дать ей второе дыхание.

Приграничная торговля также является инструментом китайской стороны для получения дешевого российского сырья и реализации своих товаров, используя возможности «широких народных масс».Деятельность компаний приграничной торговли регулируется Совместным Письмом Министерства внешней экономики и торговли и ГТК КНР «Об опубликовании Методов регулирования малой приграничной торговли и международного технико-экономического сотрудничества пограничных районов» № 222 от 29. 03. 1996 года.

Все китайские компании, зарегистрированные в открытых пограничных переходах, определенных правительством КНР (в список попадают практически все пункты пограничных переходов РФ-КНР), и имеющие статус компании приграничной торговли, получают 50%-ные льготы по уплате импортной пошлины и НДС на товары, произведенные и ввозимые из России (кроме алкоголя, табака, косметики и некоторых иных товаров).Эти льготы и привлекают прагматичных китайцев. Даже в случаях, когда импортные пошлины на круглый лес и пиломатериалы равны нулю, китайцы из внутренних районов предпочитают действовать через приграничные экспортно-импортные компании, которые иногда сами же и создают. Этому способствует также то обстоятельство, что таможенное оформление импортных товаров происходит в пограничных портах-переходах, а не по месту назначения. Указанные льготы, особенности таможенного оформления импорта на границе, а также возвращение НДС за экспортные товары (так называемый «возвратный налог») и сосредотачивают почти всю российско-китайскую торговлю в руках приграничных экспортно-импортных компаний.Таким образом, российские компании имеют дело, в основном, с приграничными экспортно-импортными компаниями, являющимися посредниками с присущим им узким интересом. Даже китайские власти начинают понимать некоторые негативные стороны деятельности этих посредников для внутренних районов Китая. Отсюда стремление дать право экспортно-импортной деятельности непосредственно китайским производителям (без льгот приграничной торговли), но в целом, такая система властями Китая поддерживается как эффективный инструмент обеспечения интересов китайской стороны в российско-китайской торговле и средство развития приграничных районов.

Сконцентрированные вместе в немногих крупных железнодорожных портах-переходах (Суйфэньхэ, Маньчжурия, Эрлянь-Хото, Хуньчунь), приграничные экспортно-импортные компании становятся естественными организаторами и контролерами российско-китайской торговли: они владеют инициативой, обмениваются торговой информацией, определяют ценовое и иное давление на российских партнеров, всячески их разобщают, а сами объединяются для защиты своих интересов. В этом беда мелких, средних и даже крупных российских экспортеров, а не злой умысел их как участников децентрализованной внешней торговли, как порой представляют российские чиновники и некоторые ученые.

В настоящее время отчетливо просматривается стремление китайцев перенести центр их торговых предложений и торгового поиска, а также торговых контактов на территорию России. Они стремятся отвести российским бизнесменам пассивную роль в совместной торговле. Иными словами, предлагается принцип: «Вам не нужно ехать в Китай. Мы можем обслужить Вас на Вашей территории».Тяжелое положение российских бизнесменов усугубляется тем, что информационную борьбу (борьбу за достоверную торгово-экономическую информацию), мы проигрываем, т.к. наши немногочисленные официальные торговые представительства не могут быть равноценным информационным противовесом тысячам китайцев, осевшим на нашей территории. Китай по-прежнему является для нас закрытой страной в смысле торгово-экономической информации (цены, стандарты, административные решения, инструкции таможни, банков, тарифы, сборы, ставки налогов и т.д.). Китайские бизнесмены давно поняли, что неосведомленность российских партнеров является очень выгодным экономическим фактором, и поэтому традиционно стараются скрывать и затруднять получение даже открытой информации. Дело доходит до «комических» ситуаций, когда фальсифицируются китайские ГОСТы, а в случае уличения в обмане китайский партнер гордо заявляет, что они работают только по стандартам собственной компании и т.д.Указанные особенности торговли отражают несовпадение экономических интересов двух стран. Эти особенности обостряются неодинаковой ролью, которую играют государственные органы двух стран по отношению к своим гражданам и организациям, участвующим в приграничной торговле.

Нельзя сказать, что российские власти защищают российских участников, оказывают им протекцию, разумно используют централизацию и ограничения.

В свою очередь, российские бизнесмены должны понимать, что освоение рынка Китая, получение торгово-экономической информации, организация юридической защиты требуют вложения средств в российских специалистов, в создание российских представительств, в организацию информационно-аналитической работы.

Нам не следует рассчитывать на то, что китайские партнеры будут делать за нас нашу работу в наших интересах.

В заключение следует отметить, что данные особенности и слабости российской стороны характерны и для межгосударственной торговли.

	Только энергичное, инициативное поведение российских бизнесменов позволит им использовать все выгоды и возможности российско-китайской торговли, в том числе и приграничной.

	Нырова Наталья Николаевна, юрист-международник ООО «Агентство международных экономических и правовых поверенных»