Теневая экономика в России: причины, масштабы и пути ограничения

1



3



МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО 

ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ                                                         «ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Факультет экономики и предпринимательства

Кафедра экономической теории





	                                             Допустить к защите в ГАК:

                                    Декан ФЭП, профессор

                                         ______________В.В.Сизов

                                                                 ______________2004 г.







КВАЛИФИКАЦИОННАЯ (ДИПЛОМНАЯ) РАБОТА

“ТЕНЕВАЯ” ЭКОНОМИКА: ПРИЧИНЫ, МАСШТАБЫ, И ПУТИ ОГРАНИЧЕНИЯ В РОССИИ





                                                                Научный руководитель:

                                                                К.Э.Н. профессор

                                                                __________________ В.С. Цитленок



                                                                Автор работы:   

                                                                Студент группы ЭП-10

                                                                ___________________И.А.Козюков







Томск 2004

	оглавление

	Введение	4

	Глава 1. Анализ уровня развития “теневой” экономики в россии	7

	1.1. Причины развития “теневой” экономики	7

	Глава 2. Формы “теневой” деятельности	11

	2.1. Виды “теневой” экономики, связанные с особенностями экономической либерализации в россии	13

	2.2. Условия формирования “теневой” экономики	21

	2.3. Формирование “теневой” экономики в финансовой и банковской сфере	22

	2.4. Рынок ценных бумаг	25

	2.5. Пенсионное обеспечение	26

	Глава 3. Оценка влияния “теневой” деятельности на  экономику   России	27

	3.1. Основные причины ухода предприятий в теневую экономику	27

	3.2. Факторы увеличения объема “теневой” экономики	28

	3.3. Негативные последствия экономики переходного периода	30

	3.4. Стабилизирующее влияние “теневой” экономики	34

	3.5. Дестабилизирующее влияние “теневой” экономики	35

	3.6. Что сильнее - факторы стабилизации или дестабилизации?	38

	3.7. Структура “теневой” экономики	39

	3.8. Понятие отмывания денег, полученных преступным путем	42

	3.9. Основные цели легализации доходов, полученных преступным путем	45

	3.10. Операции, подобные отмыванию денег	46

	3.11. “теневая” экономика и налоговая преступность	47

	3.12. Неучтенные операции	48

	3.13. Сокрытие части оборота	50

	3.14. Псевдооперации	50

	Глава 4. Пути ограничения роста “теневой” деятельности на экономику России	52

	4.1. Практикуемые подходы к “высветлению” “теневой” экономики	52

	4.2. Проблемы ослабления “теневой” экономики	56

	4.3. Создание правовых экономических условий по сокращению “теневой” экономики	69

	Заключение	74

	Список использованной литературы	76

	


Введение

В экономической науке есть немало неисследованного. Но, пожалуй, трудно найти другой такой пример, когда масштабы экономического явления и степень его изученности были бы настолько несопоставимы. Эта проблема “теневой” экономики, которая охватывает все сферы жизнедеятельности общества.

	“теневая” экономика представляет собой очень трудный для исследования предмет: это феномен, который относительно легко определить, но невозможно точно измерить, так как практически вся информация, которую удается получить учёному-экономисту, является конфиденциальной и разглашению не подлежит.

“теневая” экономика представляет интерес, прежде всего с точки зрения всего влияния на протекание большинства обычных, нормальных, экономических явлений процессов: формирование и распределение дохода, торговли, инвестирования и экономического роста в целом. Это влияние теневых отношений в России настолько велико, что представляет опасность для экономической безопасности и суверенитета государства в целом и совершенно . очевидна необходимость их анализа.

 Цель данной работы – выявить основные причины и предложить способы ограничения роста теневого сектора в экономике России. Для достижения цели необходимо решить задачи: 

Дать анализ уровня развития теневого сектора в российской экономике.

Выявить формы теневых операций.

Раскрыть негативный эффект “теневой” деятельности на экономику России.

Выявить пути ограничения роста “теневой” деятельности в России.

Существует точка зрения, что реформы 90-х гг. являются экономическим “послесловием” к глубинным процессам роста “теневой” криминальной экономики, происходившим в годы застоя.  Реформы лишь высвободили присущие “теневой” экономике автономные механизмы регулирования, связанные, прежде всего, с насилием. 

В качестве компенсирующего противовеса, смягчавшего жесткие хозяйственные регламентации и способствующего выживанию самой огосударствленной системы, выступал негосударственный сектор, включавший промысловую кооперацию (до 1960 г.), потребкооперацию, колхозы, личное подсобное хозяйство и даже частную практику (к 1985 г. было зарегистрировано 64 тыс. человек, занимавшихся частной практикой). Негосударственный сектор, в определенном смысле, создал правовые и материальные предпосылки функционирования теневых отношений.

Однако власти понимали, что без негосударственного сектора и неформальных отношений огосударствлённая хозяйственная система не могла существовать, тому есть немало примеров. 

Официально объемы подрядно-строительных работ в целом по стране в 1960-1980 гг. планировались существенно выше, чем имевшиеся в них учтенные производственные ресурсы. Но работавшие в то время неформальные бригады (часто преследуемые) создали практически всю сельскую производственную и бытовую инфраструктуру (коровники, бани, школы, магазины и т.п.).

Неформальные отношения не без заинтересованности и участия властей тонко вписывались в систему хозяйствования на протяжении всех лет существования советской системы. При необходимости они использовались властями в политических целях: 

30-е годы – в форме борьбы с неразоблаченным “кулаком”; 

60-70-е – с “частником”; 

80-е – с “лицами, получающими нетрудовые доходы”; 

90-е – с новыми предпринимателями – “кооператорами”. 

Владельцы частных подсобных хозяйств периодически считались социальным злом, хотя длительное время продовольственный фонд в стране по многим продуктам рассчитывался и планировался без учета потребностей сельского населения. Таким образом, самообеспечение считалось неформальным отношением.

Достаточно сложен анализ способов и видов, в которых проявлялись подлинные неформальные отношения. Каждый из носителей выбирал свои, удобные ему способы исходя из социально-экономических, территориальных, национальных и других особенностей, условий и традиций. В России с ее исторической тенденцией тяготения к коллективистским традициям долгое время преобладающей формой самоорганизации населения и соответственно реализации неформальных отношений были (и остаются) многообразные виды кооперации. 

Во-первых, существовали неформальные кооперативы, которым были присуще соответствующие принципы и черты: преобладание экономического равенства внутри кооператива, обособленность по отношению к другим организациям и защита своих групповых интересов. Во-вторых, были семейные образования с главенством лидера, действующего в интересах семьи. 

Доходы, которые контрагенты “теневой” экономики получали в системе административного распределения ресурсов, были весьма значительны: 

31,8 млрд. руб. в 1975 г., 52,5 млрд. руб. в 1980; 74,3 млрд. руб. в 1985, 55,3 млрд. руб. в первом полугодии 1989г. Соответственно по отношению к фонду оплаты труда в СССР эти доходы составили: 13,8%; 17,9%; 21,1%; 25,4%.















Глава 1. Анализ уровня развития “теневой” экономики в России

1.1. Причины развития “теневой” экономики

Становление современной “теневой”“ экономики в России можно отнести на конец 60-х - начало 70-х годов. Именно в это время существенный рост потребностей населения вызвал и рост спекуляции как первоначальной формы нелегального бизнеса. Главные причины ее развития - опережающий рост доходов против относительно низких темпов товарного наполнения потребительского рынка, государственный волюнтаризм при установлении розничных цен, которые, как правило, не отражали общественно-необходимые затраты труда на производство товаров, система натурального распределения материальных благ. 

Становление “теневой”“ экономики происходило на фоне борьбы факторов как сдерживающих, так и стимулирующих развитие этих процессов. К сдерживающим факторам можно отнести следующие; 

низкая степень дифференциации населения по уровню материального достатка; 

отсутствие крупных денежных сбережений у большинства населения; 

жесткое законодательство и практика работы правоохранительных органов; 

массовое сознание, негативно воспринимающее обход закона в корыстных целях; 

ограниченность запросов населения из-за отсутствия информации. 

К стимулирующим факторам относятся: 

рост потребностей вместе с ростом доходов у всех слоев населения; 

опережающая динамика доходов в сравнении с ростом производительности труда, относительно низкие темпы роста производства потребительских товаров и услуг; 

прогрессирующий рост надежных накоплений у населения; 

-возрастающее желание “овеществить“ денежные средства, как способ спасения их от инфляции; 

-сдерживание экономической инициативы, уход активных предпринимателей в “теневой”“ бизнес; 

накопление относительно больших средств в руках дельцов “теневой”“ экономики и сращивание ее с уголовной преступностью; 

естественное стремление населения максимально поднять свои доходы, используя в этих целях любые способы, что в условиях ограничения легальных возможностей толкает людей в сферу “теневого“ бизнеса; 

монополизм в экономике, диктат производителя, полная бесправность конечного потребителя - населения. 

К 80-м годам “теневая“ экономика быстро прогрессировала. Возросла коррумпированность государственных чиновников. Появились организованные преступные группы, тесно связанные с “теневиками“. 

Чрезвычайно высокими темпами росли обороты “черного“ рынка. Часть отраслей, ориентированных на оказание услуг населению, “почернела“ практически полностью - ремонт автомобилей, продажа строительных материалов, мебели, строительство домов, ремонт жилищ. 

Одним из главных стимулов резкого рывка в развитии “теневой”“ экономики на фоне общей экономической стагнации явился известный указ 1985 года о борьбе с пьянством и алкоголизмом. Отрицательное влияние его на социально-экономическую обстановку в России трудно переоценить. Благодаря этому решению из потребительского рынка был почти изъят один из самых массовых товаров народного потребления, приносивший фантастические доходы государству. В государственном бюджете образовалась дыра, которую заполнить было нечем. Из-за снижения общего предложения товаров и услуг при одновременном росте личных доходов резко возросло давление на потребительский рынок. Повсеместно расцвела спекуляция винно-водочными изделиями. Население активно и во все расширяющихся масштабах стало заниматься самостоятельным производством алкоголя, резко выросла продажа самогона. 

Одно из самых негативных последствий указа состоит в том, что благодаря ему дельцы “теневого“ бизнеса аккумулировали в своих руках огромные средства. Их влияние на экономику резко возросло, власть государства заметно снизилась. Дельцы “теневого“ бизнеса смогли организовывать искусственный дефицит определенных товаров. Так, летом 1990 года были закрыты на ремонт от половины до двух третей всех табачных фабрик одновременно. Предложение упало, к нормальному спросу добавился ажиотажный. цена на табак у спекулянтов стремительно взлетела, а их доходы оценивались в миллиардах рублей. 

Принятые несколько ранее законодательные акты о развитии кооперации и индивидуальной трудовой деятельности тоже стимулировали рост “теневой”“ экономики, так как дали реальную возможность отмывать “грязные деньги“ без особого риска. 

В конце 80-х годов начавшиеся межнациональные конфликты резко подняли спрос на оружие и боеприпасы - увеличились хищения их с военных объектов, предприятий-производителей. Прогрессирующими темпами стало расти незаконное производство и торговля оружия. 

Неудачи реформы цен в апреле 1991 года привели к полному развалу потребительского рынка, повсеместному и всеобъемлющему дефициту, неконтролируемости денежной эмиссии. “Черный“ - рынок укрепил свое влияние в торговле традиционными для этого сектора экономики товарами (алкоголь, табак, мебель, видеотехника, автомототехника, импортная одежда и обувь, косметика), оказании услуг (ремонт автомобилей, строительство домов и построек). А к середине 1992 года начался захват позиций по всему спектру товаров и услуг, в том числе и на продовольственном рынке. 

Ослабление на протяжении последних 5-7 лет правоприменительной практики, особенно по экономическим преступлениям, также сказалось на росте “теневой”“ экономики. В эти годы, даже судя по зарегистрированным органами МВД преступлениям, преступность стала иметь более корыстную направленность, чем раньше, и эти процессы продолжают нарастать. Вместе с тем население практически перестало доверять правоохранительным органам и все реже стало обращаться к ним за помощью. 

В 1992 году, в связи с некоторой активизацией экономической жизни в России, были относительно исправлены диспропорции между экономическими возможностями страны, уровнем доходов населения, ценами на потребительские товары. Это, бесспорно. объективно сужает базу “теневой”“ экономики. Одновременно жесткое налоговое законодательство при отсутствии системы контроля за его исполнением, опять-таки объективно работает на развитие теневых форм экономической деятельности, сокрытие доходов, подкуп государственных чиновников. Усилившаяся социальная дифференциация, разделение на бедных и богатых, поляризация экономических интересов разных социальных групп, резкий рост потребностей определенной части общества при крайне скромных возможностях других - все это стимулирует рост “теневой”“ экономики. Вступление стран СНГ в мировое сообщество, учитывая общую социальную нестабильность и слабость государственных структур в республиках бывшего СССР, также способствует тому, что “теневая“ экономика будет поддерживаться из-за рубежа. Процессы разгосударствления и приватизации, бесспорно, усугубят криминогенную обстановку в экономической сфере и будут стимулировать подкуп должностных лиц, сокрытие доходов.


Глава 2. Формы “теневой” деятельности

Главными и наиболее типичными формами “теневой” экономической деятельности являются следующие три блока: 

законная деятельность по производству товаров в домашних хозяйствах и ими же потребленных, не подлежащая официальному регистрированию и налогообложению (например, сельскохозяйственное производство в подсобных хозяйствах). Это весьма полезная для общества деятельность и ее необходимо всячески стимулировать. 

законная деятельность, которая в целях уклонения от уплаты налогов скрывается или преуменьшается, а также осуществляется без соответствующих лицензий. Этот вид “теневой” экономической деятельности охватывает значительную часть экономики, начиная от крупных предприятий, фирм, финансовых структур и кончая деятельностью мелких некооперированных предприятий с неформальной занятостью (например, временные бригады строителей). Эта часть “теневой” экономики представляет угрозу экономической безопасности страны, во-первых, в виде сокрытия доходов и налогов, а во-вторых, в виде создания криминальной экономической среды; 

нелегальная деятельность, представляющая собой запрещенные законом производство и распространение товаров и услуг (например, производство и распространение наркотиков, оружия, проституция, контрабанда), а также деятельность, представляющая собой незаконное получение доходов, не связанных с производством товаров и услуг (например, рэкет, мошенничество). Этот вид “теневой” экономики представляет собой прямую угрозу безопасности личности, общества и государства. 

Госкомстат России учитывает в своих расчетах только два первых вида “теневой” экономики, то есть деятельность в домашних хозяйствах, а также скрываемую и преуменьшаемую экономическую деятельность, увеличивающую величину ВВП. Эту часть “теневой” экономики можно называть неформальной экономикой. 



Неформальная экономика

Параметры неформальной экономики были определены при расчете системы национальных счетов (СНС) за 1995 год. Параметры неформальной экономики на тот момент выглядели следующим образом: 

Досчеты в ВВП, относящиеся к неформальной экономике 

Структура отраслевого распределения нарушений налогового законодательства в крупных и особо крупных размерах по отраслям за 1995-1997 годы (1997 год - I полугодие) представлена ниже: Используемая при оперативных (месячных) расчетах информационная база не позволяет с достаточной степенью точности определить параметры неформальной экономики. По косвенным данным можно предположить, что удельный вес неформального сектора с 1995 года несколько возрос и достиг 23-25 % ВВП, причем наиболее заметно этот показатель рос во второй половине прошлого года. В последние месяцы сколько-нибудь существенного роста доли неформального сектора не наблюдается. В развитых странах эта часть “теневой” экономики обычно оценивается в 10-15 %, хотя разные методы дают большой разброс в величине этого параметра.

Незаконная экономика

Вместе с тем можно назвать достаточно большое число операций с финансовыми и нефинансовыми активами, которые не увеличивают ВВП, но являются по своей сути экономическими. Это - криминальные действия, не связанные с производством любых товаров и услуг, но ведущие к перераспределению национального богатства. Как правило, эти действия не являются добровольными со стороны одного из участников операции. К этой группе операций относятся воровство, грабежи, мошенничество. Эти операции не учитываются Госкомстатом России при расчете объема макроэкономических показателей, так как не влияют на величину ВВП. Но нет оснований не включать их в состав “теневой” экономики. Эту часть “теневой” экономики следует называть незаконной экономикой. 

По мнению некоторых авторов публикаций на эту тему, “теневая” экономика составляет порядка 40-45 % к ВВП. 

Применительно к неформальной экономике стоит задача “ее вывода из тени“ путем создания экономических условий, делающих более выгодным и надежным заниматься официально зарегистрированной экономической деятельностью. 

Применительно к незаконной деятельности необходимо, во-первых, ликвидировать экономические условия, позволяющие и стимулирующие незаконную деятельность, и, во-вторых, выявить ее правоохранительными органами и пресечь. 

2.1. Виды “теневой” экономики, связанные с особенностями экономической либерализации в России

Главной причиной роста “теневой” экономики в России, по мнению многих исследователей, была “незавершенная либерализация“. Иначе говоря, из всего набора “экономических свобод“ (свобода конкуренции, свобода ценообразования и др.) одни были введены, другие - нет, одно делать было можно, а другое (также необходимое для нормальной работы рыночного механизма, например, продавать и покупать землю) - нельзя. В тех сферах, где свободу формально разрешили, отсутствовали ее гарантии, защита со стороны государства. Наоборот, преобразования были проведены так, что  у населения и деловых людей России появилась боязнь привлечь к себе, своей деятельности и своей организации внимание государства и должностных лиц даже тогда, когда никаких нарушений правил и законов не было. С начала преобразований возник раскол между государством и обществом, раскол, которого не было во времена горбачевской перестройки. Люди перестали доверять власти, у них возникло стремление полностью исключить какие-либо контакты с государством и чиновниками. Население и деловые люди России стремились вступать с чиновниками прежде всего в неформальные отношения, как с частными лицами, а с государством -иметь дело не как с формальной организацией, призванной выполнять властные функции, а как с множеством частных лиц, каждое из которых обладает определенной властью и может оказать частные услуги. Эта атмосфера, в свою очередь, благоприятствовала развитию “теневой” экономики и явилась следствием определенных особенностей реализованной в России реформы. Можно выделить из них шесть важнейших.

Первая особенность - возникновение делового тандема чиновника и предпринимателя. Преобразования были проведены так, что предприниматели попали в зависимость от чиновников. Произошла приватизация функций государства отдельными группами чиновников. Рыночные реформы предполагали резкое повышение частной хозяйственной активности людей и соответственно сокращение властных полномочий государства в экономике. В то же время эти преобразования способствовали значительному усилению неопределенности функций, прав, возможностей и ответственности государственных чиновников разного ранга. Они же как люди, обладавшие самыми значительными по сравнению с другими социальными группами деловым опытом и инициативностью, сумели с наибольшей выгодой для себя воспользоваться открывшейся экономической свободой. Они фактически приватизировали свои рабочие места и стали выполнять должностные обязанности (или не выполнять их), насколько это отвечало их частным экономическим интересам. В результате, когда предприниматель обращается к государству за защитой своих интересов, он ее от органа власти не получает. Тогда деловой человек нанимает в частном порядке сотрудников какой-нибудь государственной спецслужбы или правоохранительных органов и напрямую платит им деньги, как другим работникам своей фирмы. В своей деятельности люди фактически стремятся игнорировать государство и действуют так, как будто его не существует. Уплата же налогов рассматривается населением как двойное налогообложение, поскольку все покупают государственные услуги в частном порядке, в конкретном объеме, который требуется тому или иному предпринимателю или другому частному лицу. В обществе формируется соответствующая социально-психологическая атмосфера, когда уклонение от уплаты налогов - норма, следование которой не осуждается.

Важная особенность рыночных преобразований в России состоит в том, что чиновники используют свои рабочие места (точнее, власть и информацию, с ними связанные) как один из ресурсов для частного предпринимательства. Ясно, что осуществляемое ими предпринимательство носит “теневой” характер так же, как и предпринимательство частных фирм, являющихся их партнерами по бизнесу.

Вторая особенность - чрезмерно большая роль государства в экономике. Она находит свое выражение в двух формах. Во-первых, в сохранении значительного государственного сектора без прежних экономических и правовых ограничений. Весьма велика доля госсектора в промышленности (большая часть военно-промышленного комплекса). Осталась государственной существенная часть энергетики, топливно-энергетического комплекса. Естественно, госсектору требуются прямые или косвенные дотации из бюджета. В свою очередь, на основе распределения бюджетных дотаций вырастает особый сектор “теневой” экономики, когда высокопоставленные чиновники через систему “дружественных“ им фирм разворовывают или “прокручивают“ государственные деньги. Далее эти деньги “отмываются“, вкладываются в экономику или переводятся за рубеж и т.д. Во-вторых, в чрезмерном и практически бесконтрольном вмешательстве государства в экономическую деятельность. К ней относится создание государственных, полугосударственных или негосударственных “уполномоченных“ компаний, через которые частные фирмы обязаны выполнять какие-либо насущные функции (например, создание муниципального банка, через который все организации региона обязаны осуществлять расчеты с бюджетом, энергетиками, железной дорогой и др.). Функционирование компаний подобного типа - источник “теневой” активности, так как предприниматели, стремясь получить разрешение на свою деятельность или желая обойтись без “уполномоченных“, вынуждены им платить.

Другой источник теневых отношений - лицензирование разных видов хозяйственной деятельности. Оно ставит частные фирмы в зависимость от органов власти и отдельных чиновников и дает последним большие возможности для извлечения теневых доходов. Достаточно распространенная практика - выдача лицензий на какую-нибудь деятельность частным фирмам (например, аптекам) так, что получившие их становятся монополистами в одном из районов города. Ясно, что для “обхода“ этого положения конкуренты вынуждены платить. Наконец, прямое силовое подавление конкуренции органами власти в пользу “дружественных“ им компаний. Часто это делается в самых прибыльных отраслях (в торговле бензином, металлами, нефтью, в строительстве), когда деятельность конкурентов подавляется с помощью милиции, налоговой полиции, проверок состояния экологической и противопожарной безопасности, запрещения землеотвода или сдачи земли в аренду и т.п. В таком случае органы власти производят принудительное распределение рыночных ниш, отдавая самые выгодные секторы рынка “дружественным“ фирмам, которые, в свою очередь, отчисляют в пользу этих органов и/или отдельных чиновников часть полученной сверхприбыли.

Вмешательство государственных органов в экономику всегда ведет к искусственному неравенству в положении различных частных фирм, всегда (прямо или косвенно) приносит выгоды одним и приводит к потерям у других. Значит, оно стимулирует обратное влияние частного бизнеса на государственные органы с целью компенсировать потери (у одних) и увеличить выгоды (у других). В российских условиях, когда нет общепризнанных цивилизованных законов, традиций и этики во взаимоотношениях бизнеса и государства, это неизбежно ведет к росту “теневой” активности (к подкупу чиновников или, наоборот, их заказным убийствам, если их действия могут лишить фирму доходов и т.п.). В результате чрезмерное вмешательство государства в экономику при его слабости и зависимости от различных групп интересов порождает благоприятные условия для роста “теневой” экономики.

Третья особенность - сохранение прежних (характерных для советской системы) форм монополизма и появление новых. Первые связаны с деятельностью государства. Так как государство сохранило прямой контроль за работой ряда секторов экономики, это создает монополизм, порождающий теневую активность. Например, сохранение государственного контроля за золотодобычей (как и за добычей большинства видов полезных ископаемых) и ограничение доступа туда частного капитала служат источником существования черного рынка торговли золотом, оборот которого составляет многие десятки, а возможно, и сотни килограммов в год.

Еще один источник монополизма - деятельность бывших министерств, ведомств и их подразделений. Хотя формально РАО “Газпром“, РАО “ЕЭС России“ и т.п. - негосударственные структуры, они сохранили прежние связи и влияние в госаппарате, доступ к конфиденциальной государственной информации. Однако сейчас они не связаны прежними ограничениями, касающимися государственных ведомств. Это - “квазичастные“ фирмы, представляющие собой гибрид частной компании и государственного ведомства. Такие компании регулируют целые секторы современной экономики России. Особенно много их в самых прибыльных сферах - в добыче и продаже топливно-энергетических ресурсов и во внешнеэкономической деятельности. Некоторые из них обладают финансовой мощью, сопоставимой по размерам с бюджетом небольшого европейского государства. Они почти автономны и включают набор организации, позволяющих им реализовывать все функции, которые традиционно выполняют государство и общество, - от газет и телекомпаний до частных армий и сельскохозяйственных предприятий. В силу этих особенностей они практически закрыты от общественного и государственного контроля, что дает широкие возможности для развития “теневой” деятельности. К числу самых распространенных ее видов относятся уклонение от уплаты налогов, незаконное укрывание части валютной выручки за рубежом и манипуляции с векселями и акциями, выпускаемыми такими компаниями.

В то же время между “квазичастными“ монополиями и правящими группировками существует определенный социальный договор. Последние в периоды относительной политической стабильности закрывают глаза на теневую активность монополий, позволяя им сравнительно (с другими секторами кризисной российской экономики) неплохо существовать, фактически снижая налоговое бремя и разрешая осуществлять сомнительные операции на финансовых рынках. В периоды же обострения политической ситуации (например, во время президентских или парламентских выборов, угрожающего роста неплатежей, всплеска забастовочной активности и т.д.) правящие группы берут с них плату за сохранение социально-политической стабильности и консервацию сложившегося режима власти, создающего, в свою очередь, благоприятные условия для существования монополистов. Подобный симбиоз нынешних правящих группировок и крупнейших “квазичастных“ монополий предполагает значительный объем “теневой” экономической активности, так как без нее невозможно создание скрытого от общества “фонда стабильности“, расходуемого в чрезвычайных политических ситуациях.

Новая форма монополизма - монополизм “снизу“ как надстройка над частной рыночной активностью. Это - система “крыш“, которые делят между собой тот или иной рынок. “Крыша“ - неформальная группировка, осуществляющая контроль над определенным сегментом рынка. Она выстраивает перед желающими проникнуть на данный сегмент множество барьеров, включая силовые, то есть связанные с применением насилия. Экономический смысл деятельности “крыши“ - поддержание достаточно высокого уровня цен и прибыли на рынке за счет ограничения числа допущенных на него субъектов (производителей, торговцев, посредников и др.). Таким образом, часть прибыли “крыша“ забирает у других участников рынка, фактически взимая с них неформальный налог. Подобное монопольное регулирование рынка не новость и имеет много аналогов в других странах. Но в отличие от большинства стран в России ему не противостоит антимонопольная деятельность государства, которое в условиях цивилизованного рынка правовыми методами “расчленяет“ частные монополии на локальных и федеральных рынках. Ясно, что как сама деятельность “крыш“, так и активность связанных с ними фирм имеет значительную теневую составляющую.

Четвертая особенность - чрезвычайно высокий уровень налоговых изъятий и репрессивный характер системы налогообложения, одинаково расценивающей уклонение от уплаты налогов и ошибку в их исчислении. Такая система, при которой, по различным оценкам, изымается 60-80% прибыли, а частная фирма не имеет правовой защиты перед государственной налоговой инспекцией, - одно из следствий ситуации, когда в условиях экономической либерализации государство стремится сохранить “командные высоты“ в экономике и контролировать основные финансовые потоки. В результате в стране сформировалась стойкая привычка к уклонению от уплаты налогов и переводу значительной доли деловой активности в “тень“. В принципе уже одной этой черты достаточно для взрывного роста “теневой” деятельности.

Пятая особенность - асоциальный характер рыночных преобразований в России. Рыночные реформы лишили миллионы людей привычных социальных ниш, уровня жизни и сбережений. Хотя цены были “отпущены“, введена свободная торговля и реализован ряд других мер по либерализации экономики, механизмы экономического отбора не были созданы. В промышленности, сельском хозяйстве и других секторах многие годы действуют неэффективно работающие предприятия с сотнями тысяч рабочих мест и зарплатой на уровне и ниже прожиточного минимума. В то же время никаких формальных и легальных альтернативных вариантов экономической активности для работников, занятых на таких рабочих местах, нет. Людям приходится искать средства к существованию и новые виды занятий вне сложившихся формальных экономических институтов: найма и увольнения, оплаты труда, материального и морального поощрения, продвижения по службе и др. Они вынуждены зарабатывать за счет неформальной деятельности. Государственные и бывшие государственные (приватизированные) предприятия обросли множеством коммерческих структур, возникло огромное число независимых фирм, через которые люди пытаются заработать на свободном рынке без формальных ограничений. Кроме того, значительная часть трудовой деятельности осуществляется без какой-либо официальной регистрации.

  Шестая особенность - неправовой характер экономических преобразований, обусловленный тем, что реальное поведение населения и властей в период реформ лишь в малой степени регулируется формальными законами. В эффективной работе правоохранительной системы не заинтересованы прежде всего правящие группировки. Нормальная работа суда, прокуратуры и других правоохранительных органов связывала бы руки представителям высокостатусных групп в борьбе за раздел и передел бывшей социалистической собственности. Кроме того, сами правоохранительные органы глубоко вовлечены в хозяйственную активность и являются одними из важнейших ее субъектов в нынешней России. Иначе говоря, они, во-первых, заняты не свойственной им деятельностью, во-вторых, коррумпированы. Естественно, при этом они не могут эффективно поддерживать правопорядок в сфере экономики и выступать арбитрами при разрешении возникающих конфликтов. Тогда последние улаживаются неформальными структурами.



2.2. Условия формирования “теневой” экономики

Условия для “теневой” экономики формируются общим состоянием экономики. Инфляция, нарушение хозяйственных связей, кризис платежеспособности, возможность получать доходы от спекулятивных операций на финансовых рынках привели к созданию условий для развития “теневой”, в том числе криминальной экономики. 

Большое внимание проблемам “теневой” экономики уделяется и в зарубежных странах. При этом применяется множество различных методов количественной оценки масштабов “теневой” экономики (выборочные обследования, результаты проверок налоговых и других органов на основе расхождений в официальной статистике между данными по производству и по потреблению, на основе разницы между официальным уровнем занятости и уровнем занятости, рассчитанным другими способами, монетарные методы, реконструирующие размеры “теневой” экономики по следам, которая та оставляет в денежной и ряде других сфер). 

В результате применения различных методов были получены и публиковались следующие оценки масштабов “теневой” экономики (в % к ВВП) по странам, различающиеся в ряде случаев между собой в несколько раз: по Австрии - от 4 до 9 %, по Бельгии - от 2 до 20 %, по Франции - от 6 до 9 %, по ФРГ - от 3 до 15 %, по Великобритании - от 2 до 8 %, по США - от 4 до 30 %.

2.3. Формирование “теневой” экономики в финансовой и банковской сфере

В финансовой и банковской сфере развитию “теневой” экономики способствует ряд факторов экономического и нормативно - правового характера. К числу основных из них можно отнести следующие. 

		Хозяйствующие субъекты имеют свободный доступ к наличным деньгам в условиях отсутствия контроля за использованием денежных средств клиента. 

		До настоящего времени отсутствуют меры финансовой и административной ответственности за нарушения предприятиями, организациями и учреждениями условий работы с денежной наличностью и порядка ведения кассовых операций в Российской Федерации, включая ответственность: 

		за осуществление расчетов наличными денежными средствами с другими юридическими лицами сверх установленного в Российской Федерации предельного размера расчетов наличными деньгами в двустороннем порядке; 

		за несоблюдение согласованных с кредитной организацией условий расходования на месте поступающих в кассу предприятия наличных денег, а также их использования без согласования с обслуживающим банком; 

		за препятствование предприятиями проведению проверок кредитными организациями соблюдения установленных условий работы с денежной наличностью; 

		за ненадлежащее оформление и ведение первичных бухгалтерских документов по учету кассовых операций и (или) их отсутствие. 

		Предприятия и организации имеют возможность открывать множество счетов в банках (расчетные, текущие, бюджетные, депозитные, аккредитивные, ссудные, валютные, по капитальным вложениям и другие), что создает дополнительную возможность нарушения очередности платежей. 

		Существуют широкие возможности эмиссии денежных суррогатов, в частности долговых обязательств. 

		Отсутствуют законодательные акты, создающие правовую основу для функционирования экономически эффективных механизмов залога земли и объектов недвижимости, принимаемых в обеспечение банковских кредитов. 

		Недостаточно разработаны правовые механизмы организации и проведения расчетов в условиях электронных платежных систем. 

		Отсутствует единая база данных о юридических и физических лицах, причастных к совершению экономических преступлений или правонарушений. 

		В значительной степени не регламентировано обращение капиталов внутри финансово-промышленных групп. 

	Сохраняется тенденция распространения мошеннических операций в кредитно-финансовой сфере, в том числе связанных с незаконным предоставлением банковских кредитов и гарантий, куплей - продажей иностранной валюты, оформлением разрешений физическим лицам на ее практически неограниченный вывоз за рубеж, необоснованными переводами (трансфертами) валютных средств в зарубежные банки, использованием для этих целей кредитных карточек, а также прямыми хищениями денежных средств, включая компьютерные преступления. 

	Более 2/3 всех выявленных за последнее время органами ВЭК России нарушений валютного законодательства являются следствием неудовлетворительного или недобросовестного осуществления коммерческими банками функций агентов валютного контроля. Причем почти треть всех выявленных нарушений действующего законодательства приходится на неполноту и искажения банковского учета и отчетности по валютным операциям, а одна пятая обусловлена осуществлением коммерческими банками разного рода капитальных валютных операций без соответствующих разрешений (лицензий) Банка России. 

	Следует отметить, что Банк России, последовательно реализуя свои законодательно установленные функции, такие как банковский надзор, валютное регулирование, валютный надзор и др., активно противодействует развитию “теневой” экономики в финансовой и банковской сфере. 

	Банк России принимает непосредственное участие в работе над рядом законопроектов в этой сфере. Так, были подготовлены и направлены в Государственную Думу предложения, регламентирующие деятельность банков и кредитных организаций. Одновременно Банк России начал проводить работу, направленную на предупреждение проникновения преступных капиталов в банковскую систему страны. В частности были подготовлены “Методические рекомендации по вопросам организации работы по предотвращению проникновения доходов, полученных незаконным путем, в банки и иные кредитные организации“. В указанном документе особое внимание уделено основным принципам, определяющим работу банка при установлении с клиентом договорных отношений и расчетно-кассовом обслуживании. В нем также определен перечень подозрительных и требующих повышенного внимания со стороны банка операций, в том числе операций с денежными средствами в наличной форме. 

	В целях защиты интересов инвесторов, банков и их клиентов и в соответствии с банковским законодательством и федеральным законом “О рынке ценных бумаг“ Банк России приказом от 28.08.97 N 02-372 утвердил Положение “Об организации внутреннего контроля в банках“. Его действие распространяется на коммерческие банки и небанковские кредитные организации - профессиональные участники финансовых рынков. 

	Вместе с тем возникает необходимость в принятии ряда других законодательных актов, препятствующих развитию “теневой” экономики в финансовой и банковской сфере. 



2.4. Рынок ценных бумаг

		На рынке ценных бумаг криминальный менеджмент проявляется в виде мошенничества, фальсификации документов, недобросовестной котировки ценных бумаг и заключения незаконных сделок с ценными бумагами, использования служебной (конфиденциальной) информации при совершении сделок с ценными бумагами, сокрытия эмиссионного дохода, хищения финансовых средств в крупных и особо крупных размерах. 

		Одним из каналов “теневой” экономики является практически бесконтрольное приобретение за иностранную валюту по явно заниженным ценам на фондовом рынке резидентами и все чаще нерезидентами ценных бумаг российский предприятий, как правило, через подставные фирмы-посредники (“однодневки“) с использованием механизма так называемых депозитарных расписок, что чревато переходом целых, в том числе стратегически важных, отраслей под контроль мафиозных и зарубежных компаний. 

		Отследить процесс оборота теневого капитала и каким-либо образом оценить объемы таких средств с помощью имеющихся механизмов контроля за деятельностью участников рынка ценных бумаг практически не представляется возможным, поскольку отсутствует статистика подобных финансовых правонарушений и судебная практика по делам такого рода. 

		Одной из областей российского финансового рынка, в которой проблема перевода капиталов в тень вызывает наибольшую озабоченность, является сфера вексельного обращения. Существующая система правового регулирования вексельного обращения и сложившаяся в стране практика выпуска и обращения бланковых векселей позволяет, используя векселя, не платить налоги. Расчеты дают основание утверждать, что в результате теневого обращения векселей государство недополучает сумму, равную 50 % номинала каждого векселя без учета НДС, что только в 1996 году составило около 150-170 трлн рублей. 





2.5. Пенсионное обеспечение

	Другой, не менее опасной для социально-экономического развития страны проблемой является фиксируемая правоохранительными органами тенденция криминализации системы пенсионного обеспечения. Финансовые злоупотребления в этой сфере стали носить массовый характер, прежде всего в виде незаконного обналичивания денежных средств и практически повсеместного ухода негосударственных пенсионных фондов от налогообложения. Просматривается опасность создания новых мощных финансовых пирамид. Для мировой практики - проблема, в общем, не нова, а способы ее разрешения за счет введения специализированного депозитарного обслуживания и создания управляющей компании достаточно хорошо известны. 


Глава 3. Оценка влияния “теневой” деятельности на экономику России

3.1. Основные причины ухода предприятий в теневую экономику

	Теневая экономическая деятельность в сфере малого бизнеса разнородна и подход в силу данного обстоятельства должен быть дифференцирован. С одной стороны, бороться с “чистым криминалом“ - функция правоохранительных органов. С другой стороны, совершенно очевидна необходимость принятия ряда мер по “легализации“ части теневого бизнеса, что позволит в определенной степени стабилизировать как экономику страны, так и частично решить проблему сокращения экономической базы организованной преступности, использующей различные формы малого предпринимательства. 

	Основными причинами ухода малых предприятий в “теневую экономику“ являются: жесткий налоговый прессинг, возможность альтернативных расчетов (наличные, бартер и др.), административный характер арендных отношений (неразвитость рынка недвижимости), административно-бюрократические барьеры при регистрации, получении лицензий и т.д. По некоторым оценкам “теневая” экономика охватывает в малом бизнесе от 30 до 40 % объема продукции, услуг (оборота). 

	Субъекты малого предпринимательства, участвующие в “теневой” экономике, могут быть разделены на три группы: 

1 группа - сугубо криминальные малые предприятия, изначально создаваемые с преступными целями (мошенничество, отмывание денег, незаконная предпринимательская деятельность). Они формируют своеобразный каркас “теневой” экономики в сфере малого предпринимательства и обладают достаточно мощными ресурсами, силой и влиянием. 

2 группа - теневики-хозяйственники, в значительной степени находящиеся в тени, поскольку выход в легальную экономику обернется для них существенной потерей доходов либо закрытием своего дела. Они во многом дополняют каркас, созданный группой 1, однако в перспективе это возможная основа среднего класса. 

3 группа - предприниматели без образования юридического лица и наемные работники - своего рода “солдаты“ “теневой” экономики. Значительную часть этой группы составляют лица, для которых нерегистрируемая деятельность является вынужденной. 



3.2. Факторы увеличения объема “теневой” экономики

Переход от системы административного распределения ресурсов к рыночному механизму развития означает изменение динамики номинальных показателей. Переход способствует росту сферы “агрессивной координации”, когда сделки заключаются под влиянием силы, минуя мораль и закон.

В ходе реформ был фактически ликвидирован механизм контроля власти со стороны общества. На сегодняшний день, к сожалению, нельзя дать ни достоверной оценки финансовых ресурсов, так как Минфин тщательно скрывает многие данные, ни выяснить объем  приватизационной собственности. Впрочем, и в случаях вскрытия самых серьезных злоупотреблений властью никаких санкций не применяется. Все это способствует распределению  собственности и бюджетных денег криминальными структурами.

Мировой опыт свидетельствует о том, что выйти из ловушки тотальной криминализации  социально-экономических отношений довольно-таки трудно. Ведь если национальное богатство распределяется между кланами, имеет место некий  вариант феодализма, при котором не действуют механизмы экономического роста. Анализ причин происходящего приводит, к сожалению, к лидирующей роли государства. Далее приведены некоторые доказательства:

В 1992 г. государство начало с того, что фактически ликвидировало накопления граждан. При спровоцированной гиперинфляции практически не было предпринято никаких мер для того, чтобы сохранить трудовые сбережения десятков миллионов людей в сберегательных банках. Параллельно произошла очень серьезная криминализация финансового сектора. В том же году Центробанк России распределял в условиях высокой инфляции кредиты под высокий отрицательный процент, и те, кто стоял “у кормушки”, получили колоссальные доходы. 

В 1993 г. развернулась спонтанная приватизация снизу, когда всем было разрешено хватать государственное имущество по принципу “кто первый”. В результате в экономике возобладали стереотипы чисто хищнического распределения: предпринимательская энергия была устремлена не на создание нового, наращивание экономической активности и повышение эффективности производства, а на передел имущества, что обеспечивало наибольшие барыши. 

В конце 1993 г. произошло, свертывание демократических институтов контроля власти над обществом. И после этого началась легализация криминальной деятельности. Если раньше деньги из бюджета воровали преимущественно в нелегальных формах, то, начиная с осени 1993 г., правительственные структуры пошли по пути легального предоставления незаконных льгот “придворным” коммерческим структурам. Соответствующие примеры хорошо известны, их совокупность свидетельствует о том, что в денежно-бюджетной сфере легализация криминальных отношений — факт свершившийся. 

Небезызвестная денежная политика 1994 г. привела к тому, что существенная часть хозяйственных отношений постепенно трансформировалась и перешла в “теневой” сектор. Искусственно вызванный кризис ликвидности в расчетах в реальном секторе экономики привел к тому, что предприятия стали широко практиковать бартер и расчеты наличными и, естественно, уходить от налогов.

В общем, этот небольшой анализ показывает, что именно государству и государственной политике мы обязаны тем, что отечественная экономическая система погрузилась в “квазиколумбийское” состояние: в 1995 г. фактически уже сформировались механизмы его устойчивого самовоспроизводства.

Еще совсем недавно существовала точка зрения, согласно которой наличие “теневой” экономики — прямое следствие подавляющей нормальную хозяйственную жизнь административной системы управления, с устранением которой и переходом к рыночному хозяйствованию запрещенные и потому не регистрируемые сделки неизбежно легализуются и выйдут из “тени” в “свет”. Сегодня наивность подобных надежд очевидна. 

В 1992 г., когда руководители предприятий требовали от российского правительства индексации оборотных средств, на многих из них имелись значительные запасы сырья и материалов, оставшиеся в наследство от административной системы распределения ресурсов. Эти запасы товарно-материальных ценностей составляли большие трети валового общественного продукта СССР в 1991 г., и торговля ими, в том числе вывоз за рубеж, осуществлялась весьма бойко. Фактически имело место массовое “поедание” предприятиями их оборотных средств, а сегодняшняя “стабилизация” — это “поедание” уже средств основных: на большинстве предприятий о создании амортизационных фондов и каком-то поддержании прежнего уровня производственных мощностей ныне не идет и речи. Именно “экономия” за счет “бесплатного” использования основных средств представляет собой главную особенность новейшего этапа эволюции “теневой” экономики.



3.3. Негативные последствия экономики переходного периода

За спорами последних лет о реформах и контрреформах, о том, что преобразования идут плохо или вообще остановились, перестали замечать совершенно новую социально-экономическую реальность. Реальность не столько перехода от централизованной к рыночной системе хозяйствования, сколько формирование устойчиво воспроизводящейся системы высококриминализованных экономических отношений, характеризующейся рядом признаков: 

огромный вес теневого сектора; 

огромная роль неформальных и вне правовых отношений; 

Колоссальные проблемы — почти тотальная коррумпированность госаппарата; 

низкая роль права и судебной системы, ее подчиненность административному аппарату и теневому капиталу. 



Интересные сведения:

пост заместителя министра в России “стоит” 2 млн. долл.;

подпись председателя Кабинета министров – 10 тыс. долл.;

государственный кредит под инвестиционную программу можно получить за 20% от запрашиваемой суммы наличными;

деньги из бюджета можно получить за 25% от запрашиваемой суммы наличными. Деньги переводятся на счет какой-нибудь фирмы – и порядок. Можно закладывать эти деньги сразу в себестоимость продукции. Это совет консультантов: не обивать московские пороги, а сразу заплатить эти деньги, поскольку без них производство не вытащишь;

сегодня можно получить “портфельный” кредит от 1 млн. до 100 млн. долл. Его отдадут в портфеле, но нужно подписать обязательство о выплате определенной суммы.

	Одно из следствий формирования соответствующей олигархии,  присваивающей связанные с монополизмом колоссальные доходы,  и вместе с тем - обнищание огромной части населения.

Второе следствие — деградация бюджетной системы (на которой эти клановые структуры паразитируют, используя такой главный источник сверхдоходов, как манипулирование с бюджетными ресурсами и государственной собственностью), рост государственного долга как вынужденное в подобных условиях средство решения финансовых проблем в обществе. А с этим, как и с отмеченными выше моментами, сопряжено сужение реального сектора экономики, разорение значительной части предприятий (согласно имеющимся оценкам, до двух их третей в реальном секторе не имеют шансов выжить в сложившейся экономической ситуации, а не менее трети уже фактически находятся в состоянии банкротов).

Третье следствие — перераспределение национального дохода в пользу паразитического потребления. Мы видим, как оно растет у рассматриваемой элитной группы, включая “подставное“ потребление, связанное с развертыванием охранных и других структур, обслуживающих кланы, тогда как народнохозяйственные сферы, обеспечивающие благосостояние большей части населения (индустрия народного потребления, здравоохранение, образование и т.п.), приходят в упадок. 

Четвертое следствие — пресловутая утечка российских капиталов за границу: ежегодно из России вывозится за рубеж до 20 млрд. долл., по другим данным – около 60 млрд. долл. Вся эта система сегодня устойчиво воспроизводится, причем главный механизм ее воспроизводства связан с тем, что сформировавшиеся кланы фактически доминируют в принятии общегосударственных экономико-политических решений и обладают абсолютной конкурентоспособностью в сравнении с любыми другими хозяйственными субъектами. 

О том, что практически вся мощь госаппарата подчиняется интересам отмеченных кланов, свидетельствует правительственная денежно-кредитная политика, политика безудержного наращивания государственного долга, а также приватизационная политика, которая явно делается по заказу конкретных коммерческих структур. В этой ситуации весь бюджет направлен на обслуживание соответствующих интересов. Фактом является, с одной стороны, огромный перерасход (в 1995 г. — четырехкратный) бюджетных средств по сравнению с законодательно установленными лимитами на обслуживание внутреннего долга, на содержание госаппарата, на предоставление казенных ссуд. С другой, — постоянно (подчас на треть, а то и наполовину)   недофинансируются расходы на социально-культурные нужды и на оборону.

На полные обороты запущены механизмы казнокрадства, не только скрытого, но и легального. “Классический“ пример тут являет ситуация на рынке государственных обязательств, которые распределяются через обслуживающие бюджет привилегированные коммерческие банки под сверхвысокий реальный процент, а затем выкупаются Центральным банком России, осуществляющим чисто денежную эмиссию.

Фактически ликвидирован механизм контроля власти со стороны общества. Ни парламент,  ни общественные организации не контролируют сегодня не только Правительство РФ в целом или Банк России, но и отдельные структуры исполнительной власти, скажем, Министерство финансов или Госкомимущество. Практически все эти государственные институты превратились в “государства в государстве“. Нельзя дать ни достоверной оценки финансовой политики (ибо Минфин тщательно скрывает многие данные), ни прояснить картину приватизации собственности (ГКИ тоже не злоупотребляет гласностью). Впрочем, и в случаях вскрытия самых серьезных злоупотреблений никаких санкций не применяется. Это способствует криминализированному распределению собственности и бюджетных денег. И те кланы, которые в нем участвуют, обладают, стоит еще раз подчеркнуть, колоссальным монопольным преимуществом, а остальные хозяйствующие субъекты вынуждены либо как-то к ним пристраиваться, либо разоряться .

Последние, т.е.  предприятия, которые, как и полагается в рыночной экономике, работают на свой страх и риск, законопослушны и исправно платят налоги, не имея “крыши“ во властных структурах и правоохранительных органах, по сути обречены на банкротство.



3.4. Стабилизирующее влияние “теневой” экономики

Существует несколько направлений стабилизирующего влияния “теневой” экономики на российское общество и его экономку.

Во-первых, с точки зрения хозяйствующих субъектов, она обеспечивает более эффективные формы экономической деятельности. “Теневая“ экономия на налоговых изъятиях позволяет предприятию увеличить чистую прибыль и дает предприятию серьезное конкурентное преимущество по сравнению с теми, кто работает полностью легально.

Во-вторых, стабилизирующее воздействие “теневой” экономики проявляется в формировании новых рыночных ниш, а значит, создает условия для выживания населения в период спада официальной экономики и падения уровня жизни. В качестве источника новых рабочих мест и дохода “теневая” экономика выполняет роль социального стабилизатора, сглаживая чрезмерное неравенство доходов и уровня жизни, уменьшая социальное напряжение в обществе.

В-третьих, она формирует финансовую базу для негосударственной социальной деятельности. Спонсорство политической активности, финансирование различных лоббистских экономических ассоциаций и союзов, а также благотворительность в сфере искусства (театр, кино и др.) в значительной мере идут за счет наличных денег, поступающих из “теневой” экономики. В этом своем качестве она выступает как средство формирования гражданского общества в его специфическом российском виде, включающем полукриминальные (а частично - полностью криминальные) формы.

С учетом традиций советского общества развитие “теневой” экономики, видимо, было единственно возможной формой возникновения рыночной системы. Сверхвысокий уровень налоговых изъятий, заданный с начала 1992 года, не оставлял предприятиям иной альтернативы, кроме частичного ухода “в тень“. Развитие “теневой” экономики отражало своеобразный социальный договор между населением и властью. Государство во многом сняло с себя ответственность за повседневное выживание людей, но “смотрело сквозь пальцы“ на несанкционированную и нерегистрируемую хозяйственную деятельность. 

“Натурализация” экономики, на основе которой поддерживается жизнедеятельность населения, обеспечивает значительные резервы социальной стабильности. Власти придется очень сильно постараться, чтобы их разрушить, к примеру, изъятием у людей их приусадебных (садовых) участков. В то же время, достигнутый на базе “натурального хозяйства” социальный консенсус между населением и государством не может послужить основой для формирования современной рыночной экономики. Он может обеспечить только физическое выживание людей, да и то на самом примитивном уровне.

3.5. Дестабилизирующее влияние “теневой” экономики

В настоящее время “теневая” экономика является мощным фактором дестабилизации российского общества. Главные направления его воздействия следующие.

Во-первых, вытеснение официальных механизмов налогообложения и, соответственно, пропорциональное снижение объемов собираемых налогов. Именно это явилось одной из главных причин кризиса, разразившегося после 17 августа 1998 г.. Этот кризис - следствие несостоятельности официальных механизмов налогообложения, которые оказались не в состоянии обеспечить фискальные потребности государства, не сумевшего (и не могущего) выполнить свои элементарные функции. Альтернативные теневые механизмы налогообложения (плата “крышам“, прямые выплаты чиновникам за выполнение ими своих функций и т.п.) оказались той альтернативой, которая вытеснила официальное налогообложение. 

В ситуации достаточно значительного сокращения официального и роста теневого производства рано или поздно должно наступить банкротство государства, то есть такое снижение объема собираемых налогов, которое меньше их минимального размера, необходимого для выполнения государством своих социальных и иных функций. Такая ситуация возникает даже в относительно благоприятной ситуации, когда ВВП не падает, а теневое производство растет в той мере, в какой падает официальное. Если взять за основу те темпы роста “теневой” экономики, которые были в России в 90-х годах, то по нашим предварительным расчетам банкротство государства в рамках этого примера может наступить через 7-8 лет после начала бурного роста “теневой” экономики.

Во-вторых, “теневая” деятельность оказывает дезорганизующее влияние на производственный процесс в рамках официальной экономики, ухудшает положение и препятствует созданию нормально работающих, “здоровых“ экономических организаций. Она приводит к снижению управляемости работников, ослабляет их трудовую мотивацию, иногда ведет к их деквалификации, затрудняет освоение инноваций, которые часто требуют сверхнормативных трудовых усилий, и в конечном итоге может вызвать дезинтеграцию коллектива и предприятия.

В-третьих, частично связанная с криминальной деятельностью, “теневая” экономика порождает многочисленные конфликты, часть которых разрешается с применением насилия. Судя по результатам конкретных исследований, масштабы насилия в российской экономике в целом довольно велики - по данным социологических опросов от 30 до 40% руководителей предприятий лично сталкивались со случаями рэкета, вымогательства, попытками поставить предприятие под контроль криминальных групп. 

Тем не менее, “теневая” экономика ответственна за то, что в России возник значительный слой вооруженных людей, вынужденных защищать свой бизнес. Масштабность этого явления в конечном счете представляет опасность для стабильности российского общества в целом.

В-четвертых, “теневая” экономика - важнейших фактор формирования деловой этики, и, более того, социальных норм в целом. Расширение и укрепление “теневой” экономики привели к “размытости“ социальных норм - люди перестали различать, что можно, а что нельзя в хозяйственной жизни, каковы критерии оценки того или иного хозяйственного действия. Например, большая часть хозяйственных руководителей осуществляет перевод безналичных денег в наличные с использованием фиктивных контрактов (т.н. “обналичивание“). В принципе - это незаконная операция, участники которой должны были бы быть наказаны. Однако случаи наказания за эту операцию крайне редки. Более того, для обеспечения своей текущей деятельности операции обналичивания иногда проводят даже органы государственной власти и правоохранительные структуры. Эта незаконная операция, фактически, получила социальное одобрение, и ни участники, ни власти на практике не осуждают ее. Тем не менее, официально она не является и разрешенной. Произошла ее своеобразная “неформальная институционализация“: она широко практикуется, имеет социальное одобрение, однако официально не является признанной. 

Дестабилизирующее влияние “теневой” экономики состоит в том, что она привела к неформальной институционализации не только операции обналичивания, но и множества других также не безобидных экономических феноменов. Например - насилия при разрешении конфликтов между предпринимателями, “прихватизации“ бывшей государственной собственности и многих других. В результате возникло обширное поле “размытых“ социальных норм, когда сломан механизм поощрения за следование социальной норме и наказания за ее нарушение. В рамках этого поля имеет место произвол - хочешь следуй тому или иному правилу, хочешь - не выполняй его. Тогда происходит потеря людьми социальных ориентиров и, как следствие - нарушение социального порядка. Люди в ответ на то или иное действие не могут предугадать, какова будет реакция общества, ожидает ли их наказание без преступления или же они могут совершить безнаказанное преступление. 



3.6. Что сильнее - факторы стабилизации или дестабилизации?

Можно говорить о двух этапах, на которых различалось соотношение этих групп факторов. На первом этапе (1991-1994 гг.) имело место стабилизирующее воздействие “теневой” экономики на российское общество. На втором (1995-1998 гг.)- преобладали факторы дестабилизации.

На первом этапе “теневая” экономика сыграла роль социального стабилизатора, когда традиционные рабочие места в официальной экономике (прежде всего на больших промышленных предприятиях, в научно-исследовательских институтах и т.п.) перестали обеспечивать средства к существованию для многих миллионов людей. Они нашли новую основную или дополнительную занятость в теневом секторе экономики. Люди нашли новые ниши, которые давали им заработок и социальный статус, новый круг общения и новый образ жизни, соответствующий тем новым возможностям, которые давала либерализация экономики и социальной жизни. В результате в целом социальная напряженность в обществе возросла (так как действовало множество других факторов дестабилизации), но не достигла опасной черты, за которой начинается социальный хаос.

На втором этапе на первый план вышли негативные системные эффекты “теневой” экономики, резкое расширение которой, фактически привело к деградации государства. Это нашло свое выражение в “налоговом кризисе“, когда налоговые выплаты в казну сокращались, несмотря на то, что в течение 1996-1997 гг. в значительных секторах, а по некоторым оценкам, и в экономике в целом, спад прекратился и начался определенный рост производства. 

В настоящее время в России продолжается кризис, проявившийся с августа 1998 г. Сейчас он носит вялотекущий характер, но при условии сохранения нынешней экономической системы возможны дальнейшие обострения.

Для его преодоления нужны дальнейшие институциональные реформы, которые бы ввели теневую экономику в социально приемлемые формы и масштабы. В этом случае в России по-видимому может быть достигнут “новый социальный порядок“, отличный от того, какой был в СССР и от того, каким он сформировался в 1995-1998 гг. В какие формы при этом “отольется“ государство, что будет при достижении “нового социального порядка“ с рыночными институтами и демократией, не окажется ли этот порядок еще хуже нынешней нестабильности? Не претендуя на полные и исчерпывающие ответы на эти вопросы, выскажу лишь некоторые соображения о влиянии “теневой” экономики на социальную стабильность в ближайшей перспективе.

3.7. Структура “теневой” экономики

Вообще в сложившихся условиях общего высокого уровня налогообложения и его явно неравномерного распределения для значительной части предпринимателей остаются три алгоритма поведения: 

Бросить “дело“, свернуть производство, вывести капитал за границу. Предприниматели и промышленники выработали в этой связи  следующий афоризм: “Мы патриоты, но не камикадзе“. 

Пытаться получить те или налоговые льготы. При этом за получение прямых налоговых льгот чиновникам соответствующих уровней “надо платить”, так что основа для коррупции налицо, о фактах которой упоминалось выше. 

Уклониться от уплаты налогов, применить наличные расчеты, уйти в “тень”. В этом случае создается почва для криминализации экономических отношений: злоупотреблений государственных чиновников, с одной стороны, развития рэкета и бандитизма – с другой. 

Что касается механизмов функционирования последнего алгоритма, то его можно разделить на два больших класса. Речь идет об основных и своего рода вспомогательных (обслуживающих) механизмах. Первый класс предполагает наличие “объекта эксплуатации”, что, кстати, является характерным признаком “агрессивной координации”. При этом в роли “дойных коров” выступают государство или крупное предприятие, соответствующие типичные схемы таковых: 

При предприятии создаются товарищества с ограниченной ответственностью (акционерные общества закрытого типа, частные и другие предприятия новых организационно-правовых форм), в число учредителей которых входят руководящие работники базового предприятия. Закупка ресурсов, оборудования, комплектующих осуществляется при посредничестве этих товариществ, так, что ресурсы обходятся предприятию дороже, чем при прямых связях, но члены товарищества в результате увеличивают свой личный доход. Схема является симметричной, действующей в обе стороны — продажа излишков сырья и материалов на сторону тоже осуществляется через подставные предприятия, имеющие и здесь свой процент. 

Некая коммерческая структура арендует у базового предприятия производственные мощности, выпуская продукцию, аналогичную продукции завода. В число работников, так или иначе задействованных в этой структуре, входят сотрудники отдела сбыта завода, переадресовывающие наиболее выгодные заказы в “параллельное предприятие”. 

Базовое предприятие представляет собой НПО или НИИ, получающее средства на проведение НИОКР из госбюджета. Указанные средства переводятся с бюджетного счета предприятия на депозитный счет коммерческого банка. По чего чуть ли не официальной практикой стали заказы на договором и временем выполнения плана НИОКР срока деньги выплачиваются реальным исполнителям (которые до этого работали без оплаты), бюджетный и депозитный счета “расчищаются“, а депозитный процент перечисляется в соответствующую коммерческую структуру, где были задействованы “научные работники“.

Отмеченный второй класс механизмов охватывает операции по сокрытию полученных доходов от налогообложения государства. Здесь, собственно, теряются “концы” указанных выше сделок: превращаясь в наличность и валюту, доходы вкладываются в недвижимость и личное имущество, переводятся за рубеж. Данный круг сделок наиболее трудно фиксировать и изучать (быстрое становление новой отечественной банковской системы непосредственно связано с обслуживанием подобных операций).

Регистрируемый ныне уровень деловой активности не позволяет большинству предприятий промышленности, строительства и транспорта хотя бы сохранять имеющиеся производственные мощности. Попытка включить затраты на содержание и эксплуатацию последних в цену продукции приводит к ее резкому удорожанию, вследствие производство продукции и услуг через “малые предприятия”, действующие при базовом предприятии. Таков сегодняшний механизм “поедания” основных фондов.

Общая структура любой финансово-хозяйственной группировки, ведущей совместную “теневую деятельность”, обычно включает: 

Предприятия, осуществляющие торгово-посреднические и производственные операции (одна и та же хозяйственная деятельность обычно ведется российскими предпринимателями через несколько фирм; это помогает решать проблему временной неплатежеспособности их партнеров; кроме того, при помощи разветвленной структуры основной группе собственников легче контролировать поведение своих партнеров); 

Банк (позволяет оперативно переводить безналичные деньги в наличные и наоборот, не говоря уж о других операциях); 

“Служба безопасности” (имеет разные ипостаси: это и обычные охранники, и спортивные секции, финансируемые группировкой, и “крыша” государственных органов управления); 

Связи, конституирующие группировку по тому или иному признаку (обычное  родство, бывшая совместная работа в партийных, комсомольских организациях и государственных органах, землячество, этническая принадлежность). 

Структуры “теневой” экономики в принципе не являются в полном смысле экономическими т.е. ориентированными на максимальное удовлетворение запросов потребителя при минимальных издержках производителя. Они больше напоминают государство в миниатюре. Об этом свидетельствует наличие органов, аналогичных Центробанку и “силовым министерствам“, дублирование предприятий, которые занимаются одними и теми же операциями, и т.п. 



3.8. Понятие отмывания денег, полученных преступным путем

Термин “отмывание“ денег (money laundering) впервые был использован в 80-х гг. в США применительно к доходам от наркобизнеса и обозначает процесс преобразования нелегально полученных денег в легальные деньги. Предложено много определений этого понятия. Президентская комиссия США по организованной преступности в 1984 году использовала следующую формулировку: “Отмывание денег - процесс, посредством которого скрывается существование, незаконное происхождение или незаконное использование доходов и затем эти доходы маскируются таким образом, чтобы казаться имеющими законное происхождение“ 

В международном праве определение легализации (“отмывания“) доходов от преступной деятельности было дано в Венской конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 19 декабря 1988 года, оказавшей большое влияние на развитие соответствующего законодательства западных стран 

Согласно ст.3 Конвенции, под легализацией (“отмыванием“) доходов от преступной деятельности понимаются:

“конверсия или передача имущества, если известно, что такое имущество получено в результате правонарушения или правонарушений, или в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях, в целях сокрытия или утаивания незаконного источника имущества или в целях оказания помощи любому лицу, участвующему в совершении такого правонарушения или правонарушений, с тем, чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои действия; 

сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, подлинных прав в отношении имущества или его принадлежности, если известно, что такое имущество получено в результате правонарушений или правонарушения, в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях; 

приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения было известно, что такое имущество получено в результате правонарушения или правонарушений или в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях; 

участие, соучастие или вступление в преступный сговор с целью совершения любого правонарушения или правонарушений, приведенных выше, покушение на совершение такого правонарушения или правонарушений, а также пособничество, подстрекательство, содействие или консультирование при их совершении“. 

Венская Конвенция ООН 1988 года признала в качестве преступления “отмывание“ денег, полученных от незаконного оборота наркотиков. В то же время развитие организованной преступности привело к росту доходов преступных организаций, получаемых из других сфер преступной деятельности. Часть этих доходов также стала подвергаться “отмыванию“ и инвестироваться в легальную экономику 

Конвенция Совета Европы № 141 “Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности“ от 8 ноября 1990 года признала преступлением действия, связанные с “отмыванием“ денег, полученных не только от наркобизнеса, но и от других видов преступной деятельности. Статья 6 Конвенции определяет перечень правонарушений, связанных с “отмыванием“ средств 

Различия в законодательстве отдельных стран связаны с определением перечня деяний, являющихся источником происхождения легализуемых средств. Таковыми источниками могут признаваться:

преступления (любые, предусмотренные уголовным законодательством); 

преступления, являющиеся типичными для организованной преступности; 

правонарушения; 

преступления и правонарушения, связанные с незаконным оборотом наркотиков. 

Как следует из положений Страсбургской конвенции и рекомендаций Специальной финансовой комиссии по проблемам отмывания денег, подготовленных в 1990 году, отмывание денежных средств и иного имущества - это процесс, в ходе которого средства, полученные в результате незаконной деятельности, то есть различных правонарушений, помещаются, переводятся или иным образом пропускаются через финансово-кредитную систему (банки, иные финансовые институты), либо на них (вместо них) приобретается иное имущество, либо они иным образом используются в экономической деятельности и в результате возвращаются владельцу в ином “воспроизведенном“ виде для создания видимости законности полученных доходов, сокрытия лица, инициировавшего данные действия и (или) получившего доходы, а также противозаконности источников этих средств 

В проекте Федерального Закона РФ “О противодействии легализации (“отмыванию“) доходов, полученных незаконным путем“ речь идет о доходах, полученных незаконным путем. Это понятие шире, чем преступные доходы. В пункте 1 статьи 3 Закона доходы, полученные незаконным путем, определяются как “вещи, деньги. ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, приобретенные в результате совершения преступления или иного правонарушения“ 

Легализация (отмывание) доходов, полученных незаконным путем - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными заведомо незаконным путем 

3.9. Основные цели легализации доходов, полученных преступным путем

Сокрытие следов происхождения доходов, полученных из нелегальных источников. 

Создание видимости законности получения доходов. 

Сокрытие лиц, извлекающих незаконные доходы и инициирующие сам процесс отмывания. 

Уклонение от уплаты налогов. 

Обеспечение удобного и оперативного доступа к денежные средствам, полученным из нелегальных источников. Создание условий для безопасного и комфортного потребления. 

Создание условий для безопасного инвестирования в легальный бизнес. 

Важной задачей преступника является также согласование этих целей. Вместе с тем, одновременно обеспечить их эффективное достижение удается не всегда. Например, преступник может поместить отмытые деньги на таком удалении, что доступ к ним и пользование ими превращается для него в крупную проблему. Возможна иная ситуация, при которой преступник обеспечивает собе возможность легкого доступа к незаконным доходам, но не может надежно скрыть владение нелегально заработанной наличностью и свое участие в совершении преступлений, приведших к образованию этих наличных средств. В этом случае он является прямым кандидатом на арест 

Движение нелегально полученных средств идет во многом аналогично движению легально полученных средств. Доходы могут быть использованы многими путями, в зависимости от краткосрочных и долгосрочных планов и предпочтений собственников. Движение нелегальных доходов происходит в циклической форме: некоторые расходуются на немедленное потребление; другие возвращаются обратно в принадлежащий кому-либо бизнес 

Отмывание денег является жизненно важной составляющей любой преступной деятельности, важным звеном криминального экономического цикла 

3.10. Операции, подобные отмыванию денег

Существуют специфические виды действий, которые также направлены на обеспечение прямого доступа к денежным средствам, полученных незаконным путем. Их особенность состоит в том, что они не включают операции, специально направленные на сокрытие и маскировку источников происхождения, владельцев, местонахождения, существования денежных средств, а также планов их дальнейшего использования. Данные виды действий не подпадают под определение отмывания денег в узком смысле. К ним относятся расходование наличных средств и сокрытие доходов путем оставления на месте. 

Расходование наличных средств. Преступник может установить дистанцию между собой и правом собственности на нелегальные доходы, тратя их на товары и услуги, вместо того, чтобы инвестировать их или превратить в другие фонды, удерживаемые на длительный срок. Преступники тратить наличные средства в больших размерах и либо оставляя при этом либо крайне скудную документацию, либо не оставляя никакой документации, что затрудняет усилия правоохранительных органов по восстановлению подобных операций. 

Быстрая трата преступником своих доходов на приобретение потребительских товаров может затруднить его обнаружение путем прослеживания последовательности владения средствами 

Сокрытие доходов путем сохранения их без движения. История организованной преступности полна рассказами о деньгах, спрятанных в подвалах и склепах или даже набитых в матрасы. Подобное поведение может быть не характерным для “предпринимателей“, действующих в области торговли наркотиками или организованной преступности. Преступники могут вести себя таким образом, если они зарабатывают больше того, что способны потратить или просто хотят сосредоточить свои средства для личных расходов или инвестиций, то тогда они не испытывают большой потребности в наличных деньгах или заменяющих их ценных бумагах 

Подобное экономическое поведение соответствует запросам тех преступников, которых отличает более консервативная манера тратить деньги, например, таких, которые могут позже потратить свои деньги в меньших количествах, вызывая при этом меньше подозрений.



3.11. Теневая экономика и налоговая преступность

Следует признать, что существующая налоговая система носит переходный характер и свои возможности исчерпала еще в 1994 г., а сегодня она дает возможность для различных методов уклонения от налогов. Я хотела бы перечислить несколько основных способов, не зависящих от вида налога, причем схема уклонения от других обязательных платежей, как правило, идентична способам уклонения от налога.

Сокрытие объектов налогообложения: ведение финансово-хозяйственной деятельности без необходимой регистрации, постановки на учет в Государственной налоговой инспекции или лицензии, в том числе с использованием подложных документов и документов фальшивых фирм; неотражение финансово-хозяйственных сделок в  бухгалтерском учете; уничтожение бухгалтерских документов после совершения сделки; ведение финансово-хозяйственной деятельности через счета других организаций или структурных подразделений без проводки по бухгалтерским счетам и др.

Занижение объектов налогообложения: внесение в бухгалтерские документы искаженных данных; отнесение части выручки на ненадлежащие бухгалтерские счета; создание неучтенных излишков продукции путем увеличения нормы убыли, необоснованного списания.

Сокрытие средств от уплаты налогов при наличии недоимки по налогам или с целью неуплаты текущих налогов: создание искусственной дебиторской задолженности, отпуск товаров без предоплаты, в том числе на реализацию, с намерением не возвращать выручку на счета фирм; перечисление выручки на счета зависимых структур, не уполномочивая их уплачивать соответствующие налоги и др.

Неправомерное использование льгот: введение основного вида деятельности под видом льготированного, включение в основной штат неработающих пенсионеров-инвалидов и др.



3.12. Неучтенные операции

К классическим теневым операциям относятся ведение финансово-хозяйственной деятельности без необходимой регистрации или лицензии, без постановки на учет или представления отчетных балансов госналогинспекции, неучет отдельных операций или уничтожение соответствующих бухгалтерских документов. Иногда в налоговую службу представляются балансы, свидетельствующие об отсутствии финансово-хозяйственной деятельности, однако оперативные данные и налоговые проверки показывают ее наличие.

Анализ криминогенной ситуации в налоговой сфере позволяет мне сделать вывод об устойчивой тенденции роста числа преступлений, совершенных именно данными способами. В ход нередко идут поддельные документы, фиктивные печати и бланки, используются отдельные утерянные  паспорта, адреса и фамилии других лиц.

Например, в Москве на конец 1997 года по 109 адресам было зарегистрировано 506 тыс. юридических лиц, что составляет 21% все зарегистрированных в городе предприятий. Если учесть, что четверть из них, как показывает практика, действующие, то можно представить количество “полных“ теневиков в одной только столице. Анализ практики регистрации предприятия показывает, что количество добросовестных налогоплательщиков, сдающих финансовые отчеты в налоговые органы, из года в год уменьшается, в то время как количество зарегистрированных предприятий постоянно растет.

Не менее популярным способом уклонения от уплаты налогов путем проведения теневых сделок является их неотражение в бухучете легально существующих предприятий. Основная задача последних состоит в том, чтобы надежно скрыть произведенные расчеты. Этим, как правило, и объясняются разновидности подобных теневых операций.

С 1996 года большое распространение, особенно среди крупных промышленных предприятий, получило перемещение денежных средств через   счета дочерних фирм и торговых  партнеров. В этом случае принадлежащие предприятию денежные средств скрываются на счета и вступают в оборот в соответствии с устным или письменным договором между руководителями.

Также существует практика наличного расчета между предприятиями. Использование сложных, непрямых расчетов само по себе не является криминалом. Часто это вынужденная реакция на недостаток оборотных средств. Вместе с тем они позволяют маскировать реальные сделки и создают возможность их неотражения в бухгалтерском учете или сокрытия средств от уплаты в бюджет. Действия могут считаться теневыми только при условии выполнения последних условий.    

  	

3.13. Сокрытие части оборота

Ко второй группе теневых операций относятся такие коммерческие сделки, которые намеренно исполняются и отражаются в первичных и в бухгалтерских документах только частично, в итоге создаются неучтенная продукция или выручка. Для доказательства того, что создание неучтенной продукции является именно целью сделки, а не последствием сокрытия от налогообложения результатов реальной сделки, необходимо, чтобы сокрытая часть оборота была выведена из того оборота, в котором она непосредственно скрывалась, то есть с этой частью сокрытого капитала должна совершиться новая “теневая” операция.

В бухгалтерских счетах или первичных счетах могут также не отражаться эпизоды сделок. Многие контракты заключаются, например, при помощи посредников и передаются на исполнение третьим организациям. Но при этом не оформляется в письменной форме с соответствующими изменениями и дополнениями, хотя посредники получают вознаграждение от 3% до 6%, которые фактически уходят в “тень“. Вывод сокрытой выручки из легального оборота и свидетельствует о теневом характере произведенной сделки. Происходит сопутствующая “теневая” сделка. 



3.14. Псевдооперации

Этот вид “теневой” операции осуществляется посредством заключения фиктивного контракта – псевдосделки. Суть этого способа состоит в следующем: оформляется фиктивная сделка, благодаря которой денежные средств или товар, предусмотренный к продаже, формально отражены в учете какой-либо фирмы, а реально оказываются выведенными в “теневой” оборот или вновь легализуются в другом финансово-хозяйственном обороте. При этом инициатор сделки уходит от любой предусмотренной законодательством ответственности. Ведь факта налогового преступления или правонарушения нет: сделка учтена, перечисленные средства или поставленный товар отражены в дебиторской задолженности предприятия, с произведенной сделки начислены или могут быть начислены все необходимые налоги. А то, что средств для уплаты налогов не оказалось, - проблема налоговых органов, благо существующая законодательство “позволяет“ сделать подобный вывод.

Заключение одной псевдосделки – проявление простой псевдооперации. На практике нередко встречаются случаи, когда в целях создания дополнительных трудностей при отслеживании финансовых потоков и снятия с себя ответственности за уклонение от уплаты налогов в схемах поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг) и расчетов руководителями хозяйствующих субъектов часто используются либо подставные фирмы. 

	Схемы сокрытия доходов при помощи подставных фирм и фиктивных документов иногда разрабатываются высокопрофессиональными юристами и аудиторами, таким образом, чтобы у легально действующих организаций налоговая база была минимальной, в то время как основные долги перед бюджетом “вешались“ бы на баланс реально несуществующих фирм. Гражданско-правовые отношения оформляются так, чтобы плательщик был посредником (комиссионером, поверенным, агентом) с минимальным вознаграждением. В результате ответственность за налоговое преступление перекладывается на несуществующих субъектов, а лица действительно совершившие такую операцию, практически уходят от уголовного наказания. 


Глава 4. Пути ограничения роста “теневой” деятельности на экономику России

4.1. Практикуемые подходы к “высветлению” “теневой” экономики

В государственных властных структурах, общественных организациях и научных учреждениях доминируют два подхода к решению проблем “теневой” экономики.

Первый — радикально-либеральный, реализуемый с конца 1991 — начала 1992 г. и связанный с целевыми установками на сверхвысокие темпы первоначального накопления капитала. Печальные итоги воплощения данного подхода налицо: отмеченные выше критические масштабы “теневой”“ составляющей отечественной экономики и образование мощных финансово-производственных кланов, проникающих в высшие эшелоны власти, с одной стороны, подавление нормальной предпринимательской деятельности, прежде всего малого бизнеса, — с другой. Не случайно у некоторых политиков стали появляться идеи относительно того, чтобы “провести полную легализацию всей “теневой”“ экономики и начать жизнь с чистого листа“. Вряд ли такие веяния получат общественную поддержку, в том числе со стороны “теневиков“ - хозяйственников, испытавших все “прелести“ сотрудничества с организованными преступными сообществами и желающих “начать жизнь с чистого листа“ без угрозы быть застреленными, снова подвергаться налетам рэкетиров и т.п.

Второй — репрессивный — подход возник как своеобразная реакция на социальные негативы описанного либерального. Он предполагает: расширение и усиление соответствующих подразделений МВД, ФСБ, налоговой инспекции, налоговой полиции и Министерства финансов РФ; улучшение взаимодействия спецслужб в рассматриваемом отношении, формирование системы тотального контроля и доносительства: общее ужесточение законодательства, направленного против “теневой”“ экономики, усиление мер наказания. В качестве одной из попыток реализации репрессивного подхода можно рассматривать принятие Государственной Думой в первом чтении представленного Минфином РФ законопроекта “О государственном контроле за соответствием крупных расходов на потребление фактически получаемым физическими лицами доходам“.

Идея проекта, казалось бы, естественна: поскольку государству не удается зарегистрировать доходы, следует поставить под контроль расходы граждан (от 500 до 1000 минимальных окладов в течение года) и подобным путем, во-первых, выявить действительные доходные параметры состоятельных групп населения, во-вторых, принудить их раскрыть источники сокрытых средств, в-третьих, собрать недовыплаченные налоги. Однако для достоверного прогнозирования последствий проектируемых действий необходимо вернуться к причинам разбухания “теневой” части экономики. Их много, но главные замыкаются на сложившиеся общие условия хозяйствования. Последние подавляют отечественное производство, вынуждают предпринимателей укрывать доходы от неподъемных налогов и выводить капитал из производства в финансовую сферу и за границу, криминализируют общество. Не только богатый мировой опыт (в том числе примеры латиноамериканских стран), но и практика преобразований в России свидетельствуют: “теневая“ экономика есть реакция хозяйствующих субъектов и граждан на систему, которая поставила их в положение жертв правового и экономического беспредела (чего стоит недавнее публичное признание председателем Верховного суда РФ того, что судебные решения исполняют криминальные структуры).

Реализация рассматриваемого законопроекта лишь ужесточит эту систему. Под пресс попадут прежде всего мелкие и средние предприниматели, а также те трудящиеся, которым удалось получить некоторые денежные средства сверх мизерных окладов (у воротил же бюрократическо-криминальной экономики, в руках которых как раз и сосредоточена основная масса не контролируемых государством доходов, особых проблем не возникнет: их регистрируемые доходы, образующие “надводную часть айсберга“, настолько велики, что достаточны для оправдания любой текущей покупки, сколь значительной бы она ни была). Причем поведение этих “накрываемых“ карающими статьями закона лиц спрогнозировать несложно: чтобы не “засвечиваться“, они или отложат на время кампании крупные покупки (что безусловно снизит общую хозяйственную активность), или постараются обойти закон (к примеру, подкупать возможных осведомителей, оформлять торговые сделки по частям или вообще их не документировать). Приближенные же к власти имеют высокие шансы обрести благодаря законопроекту эффективные экономические и политические рычаги для шантажа и устранения конкурентов (внешне мотивы задействования этих рычагов будут самыми благовидными — наказание за сокрытие доходов). Став фактором поощерения тотального доносительства, подобный закон не дал бы никаких гарантий от утечки соответствующей информации от чиновников уголовному миру.

В общем, поскольку в законопроекте упор сделан на преследование людей, а не на устранение условий, препятствующих превращению “теневой”“ деятельности в легальную, экономические результаты его принятия окажутся во многом противоположными декларируемым: вместо расширения налоговой базы — ее сужение, вместо подавления криминальных тенденций — их усиление.

Не более благоприятными будут, пожалуй, и социальные результаты использования преимущественно репрессивных методов. Проводя этот курс, власти столкнутся с сопротивлением не только “теневиков“ - хозяйственников, ставших, как уже отмечалось жертвой губительных для производства общих условий хозяйствования, но и значительной части рабочих, которым “теневая“ экономика помогает своевременно получать заработную плату и избегать безработицы. Поддержка же подобных мер со стороны сравнительно слабых ныне групп рядовых бюджетников, пенсионеров, рабочих и служащих “лежащих на боку” предприятий, как представляется, не позволит создать оптимального баланса сил в обществе. Уровень поддержки населением властей при использовании комплекса репрессивных мер оценивается экспертами как “относительно низкий”, а уровень сопротивления властям — как “относительно высокий”. В общем, задействование репрессивных методов, не сулящее перспектив существенного обогащения государственной казны, чревато ростом социального напряжения: всплеском безработицы, ослаблением кадрового потенциала руководящего звена экономики (в связи с возможным бегством способных хозяйственников за границу и вывозом капитала) и т.п.

Существует мнение о том, что предлагаемый вариант легализации теневого капитала желателен, но нереалистичен, ибо “теневики“ - хозяйственники этого не захотят. Однако в этой дискуссии важно принять во внимание следующие очевидные обстоятельства.

Предприниматели рассматриваемой категории постоянно находятся под “дамокловым мечом”, причем угрозы идут и от государства, и от криминальных элементов. Уходя от налогов, “теневик“ - хозяйственник не избегает поборов: взяток чиновникам-коррупционерам и платы криминалитету. Экономические последствия этих поборов ддя предпринимателей те же самые, что и результаты жесткого налогового прессинга, однако соответствующие средства выплачиваются государственным и частным рэкетирам, а значит, налицо состав преступления. Такое положение комфортным не назовешь, и с накоплением минимально достаточного капитала у его субъекта (особенно с увеличением возраста и появлением перспективы передачи денег по наследству) резко нарастает стремление “спать спокойно”.

Однако это лишь морально-психологическая сторона дела. А есть и чисто экономические факторы, связанные, в частности, с тем, что любая сфера, в том числе “теневая”, имеет свои пределы поглощения капитала, и раньше или позже “теневики“ - хозяйственники оказываются перед необходимостью выхода за границы занятой ниши.

Наиболее активными критиками идеи легализации “теневого“ капитала являются представители правоохранительных органов. И это понятно: по долгу службы они обязаны бороться с любыми нарушениями закона, а вся “теневая“ сфера в большей или меньшей степени кримина-лизирована (это, как говорится, следует “по определению“). Но здесь стоит вспомнить народную мудрость: “не пойман — не вор“.

		

4.2. Проблемы ослабления “теневой” экономики

До какого уровня возможно реально снизить гигантские размеры “теневой” экономики? Поскольку полностью ликвидировать последнюю просто невозможно, то обоснованным параметром в стратегии должен стать ее удельный вес, не превышающий 10% валового внутреннего продукта. Этого уровня государство должно достичь путем резкого сокращения теневых операций олигархических структур, коррупции и взяточничества госаппарата. Необходимо принять меры для легализации значительной части вынужденной внелегальной экономики.

Важными стратегическими направлениями борьбы с экономической преступностью следует считать: совершенствование правовой основы и формирование здоровой регулируемой рыночной экономики, условия которой стали бы невыгодными для теневого бизнеса; более либеральное налоговое законодательство; упрощение системы регистрации для малого и среднего бизнеса; ужесточение наказания за использование служебного положения в личных целях; приравнивание коррупции и взяточничества к наиболее тяжким преступлениям. 

Не менее важными направлениями являются проведение политики глубоких административных реформ с целью упорядочения организационных структур власти, правоохранительных органов, координации их деятельности; реформирование корпуса госслужащих, развитие межгосударственного сотрудничества в борьбе с экономической преступностью; усиление воспитательной функции государства в формировании этической основы предпринимательства.

При выборе механизмов реализации стратегических целей важно найти оптимальное соотношение между экономическими и административными мерами государственного воздействия на теневую экономику.

Практически ни у кого не вызывает сомнения, что существующая налоговая система - это тормоз для дальнейших финансово-экономических преобразований. НЭП в свое время легализовал скрытые капиталы. Существенную роль при этом сыграла разумная налоговая политика: налог составлял 25% дохода частника. Это позволило ему развернуться, причем прежде всего в сферах, работающих на потребителя. Когда же власть решила вытеснить частника, налоги стали повышаться: сначала до 30%, а затем, с переходом к индустриализации и массовой коллективизации, - до 90% и более.

Оппоненты налоговой реформы часто приводят такой пример: уменьшим налоги - завалим бюджет. К сожалению, они не замечают, что именно из-за высоких налогов бюджет пустой. К тому же, кроме налогов, есть и другие источники пополнения казны.

Как представляется, проблема легализации теневого капитала должна базироваиться на следующих принципах:

благоприятные для бизнеса изменения правохозяйственных условий (налоговая политика, приватизация, внеэкономическая деятельность), причем изменения, носящие упреждающий характер к необходимому усилению карательных мер;

четкое разграничение капиталов криминальных элементов и теневиков-хозяйственников и учет данного разделения в законодательных актах по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, о легализации преступных доходов, в Уголовном Кодексе.

формирование нового отношения к отечественным предпринимателям, в том числе к “новым русским”, проживающим за рубежом, отношения на основе эффективной программы репартации капиталов и превращения их в инвестиционный ресурс России;

укрепление доверия к власти, предполагающего в качестве одной из мер демонстрацию эффективной защиты населения от финансовых мошенничеств, защиты сбережений, капиталов и самого института частной собственности;

Установление общественного контроля за деятельностью хозяйствующих субъектов в границах правового поля. Механизм такого контроля должен быть основан на данных о правонарушениях в сфере экономики, что облегчает выбор партнера в деловых отношениях.

В государственных властных структурах, общественных и научных организациях имеют место два противоположных подхода к решению проблем “теневой” экономики. Первый, ставший уже традиционным радикально-либеральный, действует с начала 1992 г. Он связан с целевыми установками на сверхвысокие темпы формирования частных капиталов. Результаты такого подхода в стране налицо: это критические масштабы роста “теневой” составляющей экономики и образование мощных финансово-производственных кланов, проникающих в высшие эшелоны власти, с одной стороны, и подавление нормальной предпринимательской деятельности, прежде всего малого бизнеса, - с другой. В рамках этого подхода у некоторых политиков появляются идеи относительно проведения полной легализации всей “теневой” экономики. Вряд ли такие веяния получат ныне общественную поддержку, в том числе со стороны теневиков-хозяйственников, поскольку они опять будут уравнены с представителями “криминальной” экономики, которые тоже захотят легализоваться.

Второй – репрессивный – подход возник как своеобразная реакция на социальные негативы радикально-либерального. Он предполагает расширение и усиление соответствующих подразделений МВД, ФСБ, налоговой инспекции, налоговой полиции.

На первом этапе программа декриминализации российской экономики предполагает полную ликвидацию “крыш”, причем не только криминальных, но и милицейских, на ведущих российских предприятиях. Силовики планируют провести тотальные проверки и спецоперации на стратегически важных для страны предприятиях. Причем большая часть информации о преступных группировках, опекающих целые заводы и холдинги, в МВД уже есть.

Поэтому, скорее всего, в ближайшее время борьба с преступностью будет заключаться в использовании силовых методов, сборе доказательной базы и привлечении к уголовной ответственности лидеров преступных группировок и их ближайших соратников, благодаря которым предприятиям удается скрывать большую часть прибыли и перекачивать доходы на частные счета в банках. Отмечая весьма отрадное явление – начало разработки программы декриминализации российской экономики– необходимо подчеркнуть, что она ведется в закрытых учреждениях МВД и не стала предметом широкого обсуждения.

Следует отметить, что, поскольку государству не удается зарегистрировать доходы, оно стремится поставить под контроль расходы граждан. Это, как ожидается, позволит выявить действительные расходные параметры состоятельных групп населения, принудить их указать источники сокрытых средств и помочь собрать недовыплаченные налоги.

Почему-то не принимаются во внимание общие экономические условия хозяйствования и те причины, которые вынуждают предпринимателей скрывать свои капиталы. И поскольку в законопроектах упор сделан не на устранение условий, препятствующих переходу “теневой” деятельности в легальную, а на преследование людей, экономические результаты его принятия могут оказаться во многом противоположными декларируемым: вместо расширения налоговой базы – ее сужение, вместо подавления криминальных тенденций – их усиление.

Не столь благоприятными могут быть и социальные результаты использования преимущественно репрессивных методов, поскольку власти могут столкнуться с сопротивлением не только теневиков-хозяйственников, но и значительной части рабочих, которым “теневая” экономика помогает своевременно получать заработную плату и избегать безработицы. Поддержка же подобных мер со стороны сравнительно слабых ныне групп рядовых бюджетников, пенсионеров, рабочих и служащих “лежащих на боку” предприятий не позволит создать оптимального баланса сил в обществе. В этом случае репрессивные методы существенно не пополнят государственной казны, а только повлекут за собой рост безработицы, ослабление экономики с возможным бегством способных хозяйственников за границу и другие негативные последствия.

Таким образом, можно вновь прийти к выводу о необходимости четкого разграничения капиталов криминальных элементов и вынужденных теневиков и фиксирования данного разделения в новых экономико-правовых актах. Задача эта довольно нелёгкая. Поэтому экономисты, социологи, юристы совместными усилиями в первую очередь должны определить формальные различия субъектов криминальной экономики и вынужденного теневого производства, а налоговые правила в идеале должны разрабатывать не фискальные органы, а Министерство экономики, которое призвано отслеживать структурные макроэкономические сдвиги и тенденции развития промышленного производства.

На фоне намечающихся в законотворчестве позитивных тенденций налицо и не столь однозначные процессы. В недрах Мингосимущества разработан закон “О национализации”. Сам факт его появления способен привести весь крупный бизнес в подвешенное состояние. Под “национализацией” здесь подразумевается “принудительное обращение в собственность РФ имущества граждан и юридических лиц”. Обращение носит компенсационный характер, включая упущенную выгоду. Этот законопроект, по мнению экспертов, содержит ряд слабых мест, связанных с возможными махинациями. Предприниматель, используя связи с чиновником, несомненно, сможет пролоббировать национализацию и избавиться от невыгодного бизнеса, получив за это компенсацию.

Одной из составляющих интеграции части “теневой” экономики в легальную может способствовать так называемая “экономическая амнистия”, по поводу которой разгорелась острая дискуссия.

Некоторые специалисты предлагают наряду с применением деклараций о доходах и расходах в сфере личного потребления задействовать так называемые “доходные индульгенции” – юридические документы, подтверждающие легализацию при уплате специального налога денежных же средств, направляемых на инвестиции производства.

Российский рынок для отечественного предпринимателя, вывезшего капитал за рубеж, имеет существенные преимущества: более высокую норму прибыли, знание условий конъюнктуры, наличие связей с представителями органов власти и управления.

Однако есть мнение, что описанный вариант нереалистичен, ибо предприниматели указанной категории находятся под “дамокловым мечом” и государства, и криминальных структур, а, уходя от налогов, теневик вынужден давать взятки чиновникам-коррупционерам и платы криминалитету (за “крышу”). В финансовом плане эти поборы для предпринимателя то же самое, что налоговое давление. Однако форма выплаты таких “налогов” государственным и частным рэкетирам преступна и чревата не только уголовной ответственностью, но и произволом со стороны вымогателей. Естественно, что с накоплением достаточного капитала, особенно с увеличением возраста и появлением перспективы передачи денег по наследству, у предпринимателя резко возрастает желание обезопасить себя от насилия со стороны криминальных структур.

 Помимо морально-психологических факторов при защите частичной интеграции следует учесть максимальную заполненность ниши “теневой” экономики, которая не может беспредельно увеличиваться.

 Наиболее активное сопротивление идее интеграции части “теневой” экономики в легальную оказывают представители правоохранительных органов. Это понятно – по долгу службы они обязаны бороться с любыми нарушениями закона, а вся “теневая” сфера в большей или меньшей степени криминализирована.

 Программа интеграции теневого капитала с легальным – лишь одна, но, возможно, и приоритетная составляющая нового курса в экономической политике, суть которого – всемерное поощрение российского товаропроизводителя. Очевидно, это сможет стать значительной помощью отечественным предпринимателям, укрепит их положение в обществе.

Интеграция продуктивно-производительной части “теневой” экономики в легальную и гарантия защиты свободного предпринимательства от криминальных структур и налогового произвола, возможно, положительно отразятся на всем обществе. Инвестиции отечественных предприятий, уплата налогов в бюджет, увеличение товаропроизводства и улучшение благосостояния значительной части населения России – вот лишь малая часть того, что последует за грамотными экономико-правовыми действиями государства. Своим трудом предприниматели могут не только материально обеспечить все общество, но также укрепить государственную власть и способствовать дальнейшему продвижению реформ.

При этом желательно, чтобы реабилитация вынужденных теневиков-хозяйственников сопровождалась усилением борьбы с криминальным миром вообще и его экономической деятельностью в частности.

 Здесь также существует ряд правовых нюансов. Большинство преступлений, которые совершаются в экономической сфере, в той или иной степени связаны с банками, они – чаще всего посредники в перекачке криминальных денег. Защитить общество от банковских афер и банковских служащих, от притязаний криминальных структур оказалось не так просто. Выбирая между собственной безопасностью и допуском к банковской тайне сыщиков, руководители банков предпочитают все же не делиться секретами даже в чрезвычайно опасной для себя ситуации. Объясняют они это тем, что в правоохранительных органах возросло предательство и секретная информация, полученная сотрудниками милиции или налоговой полиции, все чаще оказывается у конкурентов.

 Как показывает отечественная практика, банки преимущественно сотрудничают отнюдь не с правоохранительными органами, а с клиентами, чей капитал сомнительного или откровенно преступного происхождения.

 Создается впечатление, что в новом российском государстве абсолютно все занимаются “проблемами борьбы с “теневой” экономикой”. Борьба с проявлениями “теневой” экономики возложена на ряд государственных органов: МВД, ФСБ, Госналогслужбу, ФСНП. Практически все государственные ведомства на федеральном и региональном уровне, начиная с ЦБ и Министерства юстиции и заканчивая Министерством труда, в той или иной степени соприкасаются с проблемами “теневой” экономики. Однако сложилась парадоксальная ситуация: множество ведомств занимаются этими проблемами, а она продолжает развиваться. Несогласованность действий ведомств, дублирование управленческих функций ведет именно к образованию “управленческого вакуума” и позволяет теневикам безнаказанно продолжать свою преступную деятельность.

 В сложных схемах уклонения от налогообложения всегда присутствуют фиктивные фирмы. Однако из-за того, что признаки объективной стороны налогового преступления при этом не усматриваются, расследование уголовного дела по факту незаконного предпринимательства приходится передавать, в конечном счете, в МВД России. Разрывается логическая цепочка сложного преступления. Две части, по сути, одного преступления вынужденно могут расследоваться двумя правоохранительными органами, что препятствует полному и всестороннему его раскрытию.

 Подобная же картина наблюдается в случае с выявлением нарушения валютного законодательства, связанного с невозвращением валюты из-за рубежа. Как правило, здесь применяются сложные схемы по выводу денежных средств из легального оборота, связанные с нарушениями уголовного, налогового, валютного и банковского законодательства, а значит, с точки зрения эффективности и полноты выявления и расследования преступления эту работу должно координировать единое ведомство. Необходимость передавать материалы другим органам для принятия решения и уголовные дела по последовательности не позволяет полностью “раскрутить” всю цепочку преступлений.

 Так, проводя следствие о незаконном предпринимательстве, сотрудники МВД не обращают внимания на возможные связи данного преступления с налоговыми преступлениями других лиц, так как это не входит в их компетенцию; в лучшем случае появившиеся материалы сразу направляются в органы налоговой полиции. Отсутствие прав по борьбе с налоговой преступностью и необходимых подразделений не позволяет органам МВД России осуществлять эффективную борьбу с “теневой” экономикой в целом. В то же время придание ему подобных функций означало бы фактическую ликвидацию ФСНП России как самостоятельного органа.

 Сосредоточение у ФСНП полномочий по борьбе с “теневой” экономикой, в том числе и через выявление и пресечение “организованных налоговых преступлений”, повысило бы статус федеральных органов налоговой полиции в системе правоохранительных органов и позволило бы более эффективно выполнять данную работу.

 Для борьбы с теневыми операциями создана комплексная система контроля за экономикой, построенная по принципу сбора и анализа информации о финансово-хозяйственной деятельности предприятий и физических лиц с последующим обменом ею между заинтересованными государственными органами. Установление действенного и постоянного декларативного контроля за доходами и расходами граждан должно осуществляться государственными органами, а не коммерческими банками. МВД России как головному правоохранительному органу бесспорно должна принадлежать роль общего координатора деятельности правоохранительных органов в борьбе с преступностью в целом как единым явлением.

 При сложившейся ситуации между центром и регионами особую значимость приобретает правоохранительная структура, подчиненная только центральной власти, то есть некий аналог Федерального бюро расследований. Российский аналог ФБР должен заниматься расследованиями сложных преступлений, в том числе экономических и связанных с коррупцией в государственных органах.

 Однако если, наконец, встанет вопрос о создании “отечественного ФБР”, то можно не сомневаться – против этого выступят весьма могущественные силы. И руководству страны, действительно озабоченному масштабами коррупции, желающему твердо, решительно пресечь разграбление казны, потребуется проявить политическую волю для обуздания государственного криминала, разрушающего экономику и власть.

 Важным направлением является судебная реформа. Кстати, в России до сих пор собственность – на уровне закона – так и не делится на федеральную, региональную и муниципальную. В таких условиях особо важно, чтобы арбитражные суды были арбитрами в хозяйственных спорах, а не политической или экономической дубинкой в руках конкретных региональных лидеров.

 Если нынешняя центральная власть сумеет выстроить грамотную систему арбитражных судов, от которых в немалой степени зависит обеспечение базовых гарантий неприкосновенности частной собственности в России, – только за одно это власть может считать свою миссию выполненной!

 Другим элементом судебной реформы стало создание административных судов. Верховный суд России инициировал создание фактически новой ветви судебной власти. 

 Практика показывает, что из-за несоответствия численности специалистов, обладающих необходимой компетенцией, количеству предприятий, подлежащих контролю, возникает серьезная проблема бесконтрольного отчуждения активов предприятий.

 Разумной альтернативой увеличению штата чиновников могло бы стать привлечение к процедурам управления госсобственностью как физических лиц, обладающих необходимой квалификацией и положительным опытом в управлении предприятиями, так и компаний, которые выступают на рынке в качестве консультантов по управлению.

 Особую проблему стала представлять криминогенность в околотаможенной среде. Каждый год происходит большое количество нарушений таможенных правил. К ним в первую очередь следует отнести незаконное перемещение важных товаров, алкогольной и табачной продукции, морепродуктов, валютных ценностей, легковых автомобилей, невозврат в Россию валютной выручки от экспортных операций. Растет масштабы контрабанды. Расследования, проведенные в таможенных органах, свидетельствуют, что практически к каждому второму нарушению прямо или косвенно причастны посредники-декларанты на основе договора, по вине которых федеральный бюджет ежегодно недополучает миллиарды рублей. Проблема заключается в том, что с таможней имеют дело десятки тысяч различных хозяйствующих субъектов, их непрофессиональных представителей и многочисленных посредников с сомнительной репутацией. Вероятно, назрела необходимость в создании института таможенных брокеров, который должен стать частью единой системы обеспечения экономической безопасности и развития внешнеэкономической деятельности России.

 Международное сотрудничество российских правоохранительных органов по борьбе с экономической преступностью выходит на новый уровень, и к этому процессу все чаще стали подключаться соответствующие ведомства на уровне регионов.

 Воздействие государства на теневую экономику осуществляется на основе законодательства с помощью государственного аппарата. За последнее десятилетие общее число работников органов госуправления значительно возросло и к концу 90-х гг. превысило 1 млн. человек, причем более 970 тыс. – госчиновники, работающие в органах исполнительной власти. Одно из важнейших направлений административных реформ – реформирование корпуса госслужащих. Но эффективность государственного воздействия на теневую экономику определяется не численностью чиновников, а качественной стороной системы государственного управления, то есть ее организационной структурой и профессионализмом корпуса госслужащих.

Для борьбы с коррупцией и взяточничеством необходимы более глубокие преобразования. В первую очередь, следует обратить внимание на то, что именно разрешительные и распределительные функции чиновника, унаследованные от советской эпохи, порождают процесс коррупции. Разрешительно-распределительные функции чиновничества должны быть сведены к минимуму. Современный чиновник должен быть, прежде всего, высокопрофессиональным технократом. Надо задуматься не только о том, что чиновнику следует платить больше, но и о том, за что ему платить.

Применительно к “теневой” экономике особенно актуальны усилия банковского сообщества по борьбе с отмыванием денег. Одиннадцать крупнейших мировых банков затеяли новый поход против отмывания денег. Официальное объявление борьбы “грязным” деньгам и странам, замеченном в активном их отмывании, состоялось в Цюрихе, неофициальной столице мира номерных счетов и неприкосновенной доселе банковской тайны. Альянс банков, поставивших подписи под кодексом банковского поведения, выглядит так: DBS, Barclay’s, City-group, Deutsche Bank, HSBC, JP Morgan, Chase Manhattan, Societe Generale, Bankers Trust, Banco Santander Oedif Suisse. Именно эти банки определяют финансовый климат Европы и Америки, они управляют в сумме более чем половиной вкладов мира. Между тем объем “грязных денег”, вращающихся в мировой финансовой системе, по некоторым оценкам, составляет 590 млрд. долларов. А среди стран, замеченных в активном отмывании, значится и Россия. Последнее обстоятельство гарантирует российским капиталам, увы, пристрастное внимание.

“Общие правила противодействия отмыванию денег”, выработанные группой экспертов, собравшихся в швейцарском городе Вольфсберг на берегу Боденского озера, включают пять ключевых позиций: противодействие открытию номерных или именных счетов не установленным владельцам счета и владельцу средств на нем; клиенту из страны повышенного риска (Россия занимает одно из первых мест в этом “почетном” списке); открытие счетов офшорным компаниям, активам, деятельность которых одновременно могла бы быть использована для отмывания денег; открытию счетов лицам, которые занимают или занимали государственные должности, их родственникам и близким знакомым.

Подозрительными будут считаться движения денег по счетам, которые не соответствуют первоначально задекларированным намерениям владельца счета и которые связаны с наличными деньгами, своего рода сквозным операциям типа “пришли-ушли”.

 Для выявления “подозрительных операций” используются наблюдения движния по счету с помощью специальных компьютерных программ и контактов с клиентом.



4.3. Создание правовых экономических условий по сокращению “теневой” экономики

Практически ни у кого не вызывает сомнения, что существующая налоговая система - это тормоз для дальнейших финансово-экономических преобразований. НЭП в свое время легализовал скрытые капиталы. Существенную роль при этом сыграла разумная налоговая политика: налог составлял 25% дохода частника. Это позволило ему развернуться, причем прежде всего в сферах, работающих на потребителя. Когда же власть решила вытеснить частника, налоги стали повышаться: сначала до 30%, а затем, с переходом к индустриализации и массовой коллективизации, до 90% и более. 

Оппоненты налоговой реформы часто приводят такой пример: уменьшим налоги - завалим бюджет. К сожалению, они не замечают, что именно из-за высоких налогов бюджет пустой. К тому же, кроме налогов, есть и другие источники пополнения казны. 

Следует вспомнить, как много надежд возлагалось еще недавно на приватизацию. Безвозмездная приватизация заведомо не могла обеспечить должный приток средств для инвестирования, финансовой стабилизации и решения социальных проблем. Но сегодня возможен переход к денежной форме приватизации с привлечением инвестиций. Где же их взять? Из легализованных теневых источников. 

Так, например, в п.2 Указа Президента от 20 февраля 1996 года “О передаче субъектам РФ находящихся в федеральной собственности акций Акционерных Обществ, образованных в процессе приватизации” в качестве покупателей акций справедливо указываются в первую очередь граждане. Но если бы к этому добавить, что их средства могут быть инвестированы без представления доходных деклараций и с налогом не выше 25%, скажем, в акции сельского хозяйства, строительства и стройматериалов, пищевой, легкой промышленности, то это безусловно, дало бы импульс притоку солидных средств в эти отрасли. 

Нельзя не видеть, что вопрос о декларациях -  исходный вопрос практического осуществления легализации. Минфином был представлен в правительство законопроект “О государственном контроле за соответствием крупных расходов на потребление фактически получаемым физическими лицами доходам”. По замыслу создателей это должен быть эффективный рычаг контроля властей над соответствием расходов граждан получаемым доходам, в первую очередь при покупке транспорта и недвижимости. 

В принципе, документ правильный, соответствует мировым стандартам. Есть в нем определенная логика. Однако практика его применения без учреждающих изменений правохозяйственных условий, без программы репартации капиталов, ушедших за рубеж, может быть такова, что данный закон расширит масштабы “теневой” экономики. 

Аналогичный вывод напрашивается и по законопроектам по легализации доходов, полученных преступным путем. 

Как представляется, проблема легализации теневого капитала должна базироваиться на следующих принципах: 

благоприятные для бизнеса изменения правохозяйственных условий (налоговая политика, приватизация, внеэкономическая деятельность), причем изменения, носящие упреждающий характер к необходимому усилению карательных мер; 

четкое разграничение капиталов криминальных элементов и теневиков-хозяйственников и учет данного разделения в законодательных актах по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, о легализации преступных доходов, в Уголовном Кодексе. 

формирование нового отношения к отечественным предпринимателям, в том числе к “новым русским”, проживающим за рубежом, отношения на основе эффективной программы репартации капиталов и превращения их в инвестиционный ресурс России; 

укрепление доверия к власти, предполагающего в качестве одной из мер демонстрацию эффективной защиты населения от финансовых мошенничеств, защиты сбережений, капиталов и самого института частной собственности; 

Установление общественного контроля за деятельностью хозяйствующих субъектов в границах правового поля. Механизм такого контроля должен быть основан на данных о правонарушениях в сфере экономики, что облегчает выбор партнера в деловых отношениях. 

Отмывание “грязных” денег и легализация теневых капиталов - это отнюдь не одинаковые процессы, хотя криминалисты зачастую их отождествляют, понимая под криминальным доходом любую экономическую выгоду, полученную в результате нарушений. “Грязный” бизнес захлестнул российскую экономику. Свыше трех тысяч организованных преступных группировок специализируются на “отмывании” доходов, половина из них организовала для этого собственные легальные хозяйственные структуры. В этих целях путем насилия и шантажа установлен контроль над десятками тысяч субъектов рынка. Современные теневики получают доходы не только от преступной деятельности, но и в результате совершения хозяйственных, финансовых, таможенных нарушений. 

Уголовная ответственность за легализацию незаконных доходов находится над нами уже с 1 января 1997 года, времени вступления в силу нового Уголовного Кодекса Российской Федерации. Но его статья 174 не в полной мере отражает многообразие и опасность такого рода операций. Кроме того, одних уголовно-правовых мер явно не достаточно. Необходимы, как показывает международный опыт, согласованные меры административного и финансового контроля за денежными и имущественными операциями юридических и физических лиц и соответствующее законодательство. 

Мировым экономическим сообществом признано, что одной из самых больших угроз безопасности бизнеса становится использование банковской системы для совершения крупномасштабных финансовых преступлений, сокрытия и “отмывания” денег, добытых преступным путем. Криминальные круги эффективно используют в своих интересах традиционную закрытость банковской информации от внешнего контроля, стремление финансовых институтов любой ценой привлечь клиентов. Абсолютизация банковской тайны, долгие годы служившая на благо банковского дела, оборачивается сегодня своей изнанкой, противоположностью. 

Цивилизованные банковские сообщества понимают необходимость налаживания контактов с контролирующими органами в интересах как собственной безопасности, так и безопасности всей экономической системы. Если отечественные банки и другие кредитные институты не оценят серьезность ситуации - вседозволенность при отсутствии надлежащего контроля, они могут оказаться отсеченными и изолированными от мирового финансового сообщества (как это произошло, например, с некоторыми странами Персидского залива). 

В большинстве развитых стран приняты и совершенствуются системы мер по предупреждению и пресечению использования финансово-кредитных институтов в преступных целях. Новый законопроект “О предупреждении легализации (“отмывании”) доходов, полученных незаконным путем” учитывает опыт стран с развитой банковской системой и российскую специфику. В законопроекте закладывается подробная схема противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, определены правомочия госорганов. Он позволяет поставить под контроль легальными, правовыми средствами широкий спектр доходов, ускользающих от налогов и пополнить бюджет. 

Когда особо крупные средства ставятся под контроль государства и общества, организованная преступность лишается свой мощной экономической основы.


Заключение

Итак, какую же политику и  действия проводить государству? Следует учесть, что основа теневого оборота и роста преступности – неучтенные доходы экономических агентов и неисполнение ими же своих обязательств. Поэтому необходимо сделать налично-денежный оборот и неуплату налогов экономически невыгодными и юридически наказуемыми. Примерная программа действий следующая: 

		Следует всячески стимулировать безналичный денежный оборот. Например, гражданам, получившим доходы на банковский счет и не обезналичивающим их, можно учитывать половину уплаченного  ими НДС. Таким образом, НДС, акцизы и подоходные налоги при этом будут “отсасывать” деньги из теневого оборота;

		Необходимо запретить бесконтрольное представление и привлечение кредитов, отчуждение собственности и принятия на себя обязательств неплатежеспособными предприятиями и гражданами;

		Важно децентрализовать, укрепить судебную и правоохранительные органы, закрепив за соответствующими институтами часть налоговых доходов;

		Необходимо превратить защиту прав акционеров, инвесторов и кредиторов в государственный приоритет. 

Реализация предполагаемых мер приведет к снижению объема кредитных и фондовых операций при обеспечении их эффективности и надежности. Многократно возрастут масштабы безналичных расчетов – это для финансовой элиты. Государство получит прирост бюджетных доходов и расходов. Менеджеры обретут перспективу упрочения своего положения легальным образом вместо вынужденной тактики разворовывания остатков имущества предприятия. Подавление налично-денежного и безналичного платежно-расчетного оборота приведет к увеличению потребности в безналичной рублевой массе и облегчит решение проблем дедоллоризации экономики и стабилизации рубля.

Нет нужды доказывать, что криминальное общество не в силах обеспечить внедрение инноваций и экономический рост; хуже того, разрушая систему снабжения населения социальными благами (прежде всего образования, здравоохранения, социального обеспечения), оно обрекает себя на деградацию. В то же время такая система может быть относительно устойчива только при задействовании внешних источников со всеми вытекающими негативными последствиями.

Программа интеграции теневого капитала с легальным — лишь одна, но обязательная составляющая нового курса в экономической политике, суть которого — во всемерном поощрении отечественного товаропроизводителя. 

В настоящее время легализация теневых капиталов, направляемых в легальную экономику — едва ли не единственный (в смысле реальной возможности мобилизации) источник крупномасштабного инвестирования в народное хозяйство. Правительство загнало предпринимателя “в тень“, и теперь обязано предоставить последнему возможность из нее выйти. Карательные меры к теневикам-предпринимателям приведут к безвозвратной потере для страны огромных капиталов, в создание которых тем или иным путем вложен труд практически каждого россиянина. Заставить эти средства работать для общего дела — задача, достойная истинных реформаторов.


Список использованной литературы

1

.

Закон РФ “О противодействии легализации доходов, полученных незаконным путем“.

2

.

“Теневая экономика” /Бунич А.П., Гуров А.И. и др. М.: Экономика, 1991г. – с.131-157

3

.

“Теневaя экономикa России” -М.: Сегодня, sup1 66, 1996 со ссылкой нa Kaufman E Kaliberda 

4

.

“теневой”“ сектор обеспечивает рост российской экономики//Новая газета 7-13 апреля, 1997 г.

5

.

А. Матвеев.  “Эконоимка и жизнь“ Январь 1999  № 01 с. 17-29 

6

.

Афанасьев Ю. – За ушко да на солнышко?//Российская газета 3 авг., 1996г

7

.

Багданов И. Я.“Экономическая безопасность России: теория и практика” / Москва 2001. – с.47-55

8

.

Булатов А. – Вывоз капитала из России: вопросы регулирования// Вопросы экономики №3, 1998 г. – с.23-28

9

.

Век ХХ и мир, 1994. Электронная публикация - Русский Журнал, 1997 

10

.

Величенков А., Куликов В. “Теневые пирамиды реформируемой экономики” / РЭЖ , №№ 8-9, 1996. – с.13-16

11

.

Вопросы статистики. - 1999. - № 12. - с. 21-27

12

.

Вопросы экономики. - 1998. - № 10. - с. 59-81

13

.

Вопросы экономики. - 1998. - № 3. - с. 40

14

.

Гукасьян Г. М. “Экономическая теория: проблемы новой экономики” / Москва 2002. – с. 79-92

15

.

Делягин М. Г. “Идеология возрождения. Как мы уйдем из нищеты и маразма” / Москва 2000. – с.48-65

16

.

Исправников В., Куликов В. – Как “высветлить“ реформируемую экономику// РЭЖ №5-6, 1997 г. – с.32-36

17

.

Исправников В.О. “теневой” капитал: конфисковать или амнистировать?” / “Экономика и жизнь” , № 24, 1996. – с.23-25

18

.

Каценелинбойген А. Советская политика и экономика. Книга третья. Глава “Цветные рынки и советская экономика“. Boston, Chalidze Publications, 1988. – с.117-125

19

.

Кузнецова Т. – Некоторые аспекты исследования неформальной экономики в России//Вопросы экономики №9, 1998г. – с.33-38

20

.

Л. Фиглин, “Теневая” занятость, , М.: Экономика –2002 – с.67-73

21

.

Меньшиков С. “Советскaя экономикa: кaтaстрофa или кaтaрсис?” -М.: Интер-Версо, 1990 – с.52-54

22

.

Мухин А.А.“Российская организованная преступность и власть. История взаимоотношений” / Москва 2003. – с.126-131

23

.

Наука и жизнь. - 1998. - № 4. - с. 91-93

24

.

Независимая газета. - 1999. - 23 марта. - с. 15

25

.

Оболонский А. В. “Бюрократия для XXI века? Модели государственной службы: Россия, США, Англия, Австралия” / Москва 2002. – с.45 

26

.

Ореховский П. “Статистические показатели и теневая экономика“ / РЭЖ , № 4, 1996 – с.23

27

.

Пансков В. “Налоги и налоговая политика - 96” / РЭЖ , 

28

.

Пономарев П. “теневой” лик банковской тайны“ / “Экономика и жизнь“ , № 39, 1996.

29

.

Россия//Вопросы экономики №3 Макаров Д. – Экономические и правовые аспекты “теневой” экономики в, 1998 г. – с.13

30

.

Россия и современный мир /Вопросы экономики /Пороховский А. 

31

.

Сергей Телешун: “Теневая политика - явление не всегда отрицательное“ (“Ведомости“, 8.08.97)

32

.

Смординская Н. – Бегство капиталов как объект международного исследования //Вопросы экономики №9, 1997 г. – с.32

33

.

Суетин Д. – Экономика России: из тени в свет перелетая//Экономика и жизнь №13, 1997г.

34

.

Теневые параметры “теневой” экономики (по материалам конференции)//РЭЖ №8,9, 1996 г. – с.19

35

.

Тимофеев Л.М. “Теневая Россия: экономико-социальное исследование” / Москва 2000 г. – с.85-89

36

.

Хинштейн А.Е.  “Какого цвета страх”  / Москва 2002. – с.17-18

37

.

Щербакова Л. – Сереем “всем миром“//Эко №6, 1997 г. – с.57-72

38

.

Эко. - 2000. - № 2. - с. 153

39

.

Экономика и Время. - 2000. - № 26 (313). - статья 39

40

.

Экономика и время” /Журнал, №3 - 11, 2002 г. – с.38-46

41

.

Экономические и правовые аспекты “теневой” экономики в России /Вопросы экономики /Макаров Д. – с.19-27

42

.

Эксперт. - 2000. - № 12. - с. 21

43

.

Яковлев А., Воронцова О. – Методические подходы к оценке величины неучтенного наличного оборота//Вопросы экономики №9, 1997 г.- с.37

44

.

Яшин А. “Противостояние” / “Экономика и жизнь”, № 41, 1996. – с.15

45

.

http://cmi.ru/2000/12/13/976723894.html

46

.

http://www.compromat.ru/main/mafiaspb/mafiaspb.htm

47

.

http://www.flb.ru/dj29090003.html

48

.

Обзор статей сайта  http://www.mvd-expo.ru