Современный финансово-экономический кризис: природа, пути и методы его преодоления

3



















СОВРЕМЕННЫЙ ФИНАНСОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС: ПРИРОДА, ПУТИ И МЕТОДЫ ЕГО ПРЕОДОЛЕНИЯ




СОДЕРЖАНИЕ



Вступление 

1. Природа и типы экономических кризисов 

2. Конкретно-исторический характер и продолжительность кризисов

3. Современный финансовый кризис и его связь с экономическим кризисом 

4. Пути и методы преодоления кризиса 

4.1 Научно-технологические факторы

4.2 Финансово-экономические методы и инструменты 

4.3 Усиление экономической роли государства 

Выводы 

Список источников




Вступление



В работе исследована природа и типы экономических кризисов, их конкретно-исторический характер и длительность, отражено современный финансовый кризис, пути и методы преодоления кризисов, необходимость повышения роли государства в рыночной экономике.




Природа и типы экономических кризисов



Кризис — это одна из форм развития экономики, в ходе которого устраняются устаревшие техника и технология, организация производства и труда и открывается простор для роста и утверждения нового. В то же время с преодолением отжившего неизбежно возникает спад производства, растет безработица, снижаются доходы населения, что отрицательно сказывается на условиях жизни людей.

Следует различать типы кризисов и циклов, которые характеризуются глубиной и продолжительностью, периодичностью и степенью влияния на экономику и общество. На этой основе выделяют малые (6—12 лет) и большие (40-50 лет) циклы.

Первый экономический кризис начался в 1825 г., когда в результате промышленной революции в Англии (конец XVIII — начало XIX в.) утвердилась машинная индустрия как материально-техническая база экономики. С того времени экономические кризисы систематически повторяются.

Обновление основного капитала является материальной основой выхода из кризиса. После спада производства наступает депрессия, то есть "топтание" на месте, потом начинается оживление, перерастающее в подъем и завершающееся новым кризисом. Это означает, что экономика развивается не по прямой восходящей, а последовательно, проходя все фазы цикла, и каждый цикл продвигает экономику на более высокую ступень развития. Иначе говоря, кризисы определяют циклический характер общественно-экономического прогресса. Познание кризисов показало, что наряду с малыми существуют и большие циклы. Выдающийся российский ученый Н. Кондратьев еще в 1926 г. научно обосновал "длинные волны", или "большие циклы" экономической конъюнктуры.

В настоящее время экономическая наука подтвердила, что технология как наиболее устойчивый элемент научно-технического прогресса характеризует ступени в развитии НТП. Это привело к раскрытию и обоснованию таких понятий, как технологические уклады и технологические способы производства. В результате этого образное название — "длинные" или "большие" волны — получило прочную научно-технологическую основу. Прежде всего, длинные волны являются не чем иным, как процессом становления и развития технологических укладов. Из этого бесспорно вытекает: если обновление основного капитала происходит через кризис, то переход к новому технологическому укладу как более сложный процесс, тем более, требует более глубоких и масштабных сдвигов, что и находит проявление в глубине и продолжительности больших циклов.

Кризисы — сложное общественно-экономическое явление, в которых сочетаются материально-технологическая и социально-экономическая стороны. Выход из кризиса связан не только с обновлением основного капитала и переходом к новому технологическому укладу, но и с развитием и совершенствованием производственных отношений.

Так, кризис 1929—1933 гг. обусловил не только становление четвертого уклада, но и сочетание рыночного самоуправления с государственным регулированием, улучшение воспроизводства рабочей силы. Однако, обеспечив развитие и совершенствование производственных отношений, он не изменил господствующие производственные отношения. Вместе с тем есть кризисы, связанные со становлением нового технологического способа производства. Это такое масштабное историческое событие, которое характеризует революцию в производительных силах и производственных отношениях, в общественном способе производства. Автор данной статьи еще в 1993 г. доказал, что наряду с малыми и большими циклами существуют стадиальные кризисы и циклы. Это, по нашему мнению, имеет непосредственное значение для познания современного кризиса. Становление современного информационного постиндустриального технологического способа производства, обусловленное грандиозной научно-технологической революцией второй половины XX в., стало основой глубоких изменений не только в производстве, но и в общественно-производственных отношениях: перехода к господству нематериального производства, интеллектуализации производства и труда, существенных изменений классовой структуры общества. Следовательно, характерная черта стадиального кризиса и стадиального цикла заключается в том, что они связаны со становлением новой технологической основы производства, с переходом к новой системе производственных отношений, с фундаментальными изменениями в экономике и обществе, в формах собственности, положении человека на производстве и в обществе.

Стадиальный характер современного кризиса определяется тем, что это — первый кризис новой информационной постиндустриальной эпохи, к которой перешли развитые страны. Ему присущи новые качественные черты, как в материально-техническом, так и социально-экономическом отношении. Если машины главным образом приумножают физические силы человека, то информация и знания — это реализация и приумножение его умственного потенциала, интеллектуализация производства и труда, находящая выражение в новых понятиях "интеллектуальная собственность", "интеллектуальный капитал". Это означает, что сущностью современного кризиса является становление и развитие информационного технологического способа производства, превращение информации и знаний в качественно новый его фактор, усиление процессов интеллектуализации производства и труда.

Современный кризис происходит в условиях глобализации мирового хозяйства, что придало ему всеобщий характер, охват им всех стран и континентов. Он стал первым кризисом XXI в., который приобрел глобальные масштабы. Это дало основание известным ученым и специалистам отметить, что он имеет системный характер и является наиболее глубоким по своим последствиям. Нынешний кризис происходит при убывающей тенденции пятого большого цикла. Качественно новая техника обеспечила многолетний подъем экономики большинства стран, но в меру насыщения экономики и общества этими видами техники и технологий пятый цикл перешел в убывающую фазу, что и обусловило современный финансово-экономический кризис.

Таким образом, если предыдущие сложные кризисы (1929-1933 гг., 1971— 1975 гг.) сочетали малые и большие кризисы, малые и большие циклы, выражали становление нового технологического уклада (соответственно, четвертого и пятого), то современный экономический кризис связан не только со становлением шестого технологического уклада (для которого характерны нано- и биотехнологии, информационно-телекоммуникационные технологии), с дальнейшим развитием и совершенствованием информационного технологического способа производства. Это означает, что в современном кризисе сочетаются не только малый и большой циклы, но и стадиальный цикл, связанный с переходом экономики от индустриальной к информационной, постиндустриальной стадии цивилизации. Следовательно, в современном кризисе органично сочетаются и переплетаются решения комплекса серьезных проблем — обновления основного капитала, становления шестого технологического уклада, дальнейшего развития нового информационного технологического способа производства. Это усложняет как сам кризис, так и его познание.

Важная черта современного кризиса заключается и в том, что он свидетельствует о высоком уровне обобществления экономики, ограниченности частной собственности, ставшей причиной несоответствия интересов корпораций и банков, других хозяйствующих субъектов национальным интересам, обусловил ведущую и определяющую роль последних. Вопреки теориям о частной собственности как движущей силе рыночной экономики, кризис со всей остротой продемонстрировал объективную необходимость согласования частных интересов с общенациональными. Он показал большое значение модификации отношений частной собственности, находящей проявление в распространении собственности на знания, интеллектуальной собственности, в изменении положения человека на производстве и в обществе, о чем свидетельствует новая категория "человеческий капитал", превращение его в основную форму национального богатства.

Следовательно, существуют три типа кризисов: циклический кризис и малый цикл, содержание которого определяется обновлением основного капитала; большой кризис и соответствующий ему большой цикл, длинная волна, которые тесно связаны со становлением нового технологического уклада; стадиальный кризис и стадиальный цикл, сопровождающие становление нового технологического способа производства, нового общества. Все эти типы кризисов и циклов глубоко связаны между собой, потому что их сущность определяется однородными факторами. Во всех этих случаях решается одна проблема — рост научно-технического уровня производства, хотя масштабы его различны.

Однородность природы этих кризисов обусловливает их переплетение. Когда процессы обновления основного капитала совпадают со становлением нового технологического уклада, кризис и цикл приобретают характер длинных волн, больших циклов. В этом случае обновление основного капитала становится составляющим элементом более широкого процесса — становления нового технологического уклада. При стадиальном кризисе формирование нового технологического способа производства включает в себя и новый технологический уклад, и обновление основного капитала. Но эти процессы происходят с учетом длительности циклов. Малые кризисы и циклы, повторяющиеся через короткий промежуток времени, наиболее частые. За почти два столетия их было свыше 30, а больших циклов и формирования новых технологических укладов — 5. В настоящее время зарождается шестой уклад. Это означает, что из нескольких десятков малых циклов лишь 5 совпали с большими циклами, что сделало эти кризисы и более глубокими, и более значимыми.

Еще более редки стадиальные кризисы. Но для понимания взаимосвязи разных типов кризисов важно учитывать то, что каждый тип кризиса может иметь мировой, региональный масштаб или масштаб одной либо группы стран, что значительно приумножает их количество. Рассмотрим индустриальную стадию, длившуюся свыше 200 лет. Промышленная революция в Англии, открывшая индустриальную стадию, произошла в конце XVIII — начале XIX в. Страны Европы и Северной Америки осуществили индустриализацию в ХГХ в. Царская Россия широко использовала индустриализацию для строительства железных дорог, развития машиностроения, прежде всего сельскохозяйственного, даже для самолетостроения, но оставалась страной аграрной. И лишь в результате решительной индустриализации бывший Советский Союз в первой половине XX в. стал страной индустриальной. После Второй мировой войны, с крахом системы колониализма, проблемы индустриального развития встали перед многими странами. Эти процессы продолжаются и в наше время, хотя развитые страны уже открыли новую стадию цивилизации - постиндустриальную. Следовательно, переход на новую стадию цивилизации, в данном случае - на индустриальную, — это не единовременный акт, а длинная история, когда все новые группы стран становятся на путь индустриального развития, когда отдельные из них добиваются создания промышленного сектора экономики как доминирующего и превращаются из преимущественно аграрных в главным образом индустриальные страны. Все это доказывает, что стадиальный характер имеют кризисы как мировые, так и в отдельных странах, которые обеспечивают становление индустриального способа производства.

Стадиальный характер современного кризиса связан с переходом человечества от индустриальной к постиндустриальной стадии цивилизации, становлением информационно-технологического способа производства, качественно новой формы собственности — собственности на знания, то есть интеллектуальной собственности, а также с существенным изменением положения человека на производстве и в обществе, что находит проявление в переходе от человека экономического к человеку творческому, и др. Это признают известные авторы. О. Пороховский пишет: "Современный кризис имеет системный характер, бросающий вызов как целому мироустройству, так и отдельным национальным экономическим моделям".

Угрозы, которые несет с собой этот кризис, обусловили необходимость проведения в ноябре 2008 г. саммита "Группы 20" - наиболее могущественных стран мира, на котором была принята декларация о финансовых рынках и мировой экономике, где были раскрыты причины кризиса и определены общие меры по преодолению его последствий.




2. Конкретно-исторический характер и продолжительность кризисов



Глубина и последствия кризиса определяются степенью социально-экономического развития страны или группы стран. Развитые страны, используя достижения пятого цикла, сосредоточивают усилия на становлении нового технологического уклада, на укреплении и развитии информационного технологического способа производства.

В то же время нынешний финансово-экономический кризис, сохраняя основные общие черты, характеризуется для экономики и общества Украины

серьезными особенностями. Однако определить эти особенности и раскрыть природу кризиса в Украине оказалось сложным делом. Так, во-первых, одни авторы довольно безапелляционно определяют его как "классический кризис перепроизводства". Теория кризисов и малых циклов разработана К. Марксом. Но автор этого положения понимает, что современный кризис не укладывается в эти рамки. Поэтому анализирует "длинные волны" Н. Кондратьева и приходит к выводу, что в современном кризисе сочетаются малый и большой циклы, что это — глобальный кризис, связанный со становлением шестого технологического уклада. Следовательно, это новый, большой, стадиальный кризис, связанный с развитием не только шестого уклада, но и нового информационного технологического способа производства4. Низкий уровень доходов обусловливает ограничение спроса, что объясняется уровнем производства. Несмотря на экономический рост 2000-2007 гг., Украина еще не достигла уровня 1990 г., а современный кризис снова ее отбросил назад. Наша страна входит в число трех государств Европы с самым низким показателем ВВП на душу населения. В этой ситуации термин "перепроизводство" формально правилен, но фактически он не отвечает нашим реалиям, для них более точным является "недопроизводство". Более того, он ориентирует не на развитие производства, а на повышение доходов, хотя источником роста доходов является производство.

Вторая группа авторов, в том числе и экс-министр финансов В. Пинзеник, считают наш кризис кризисом перепотребления, то есть когда потребление превышает реальные возможности за счет чрезмерного потребительского импорта, перегруженности бюджета социальными обязательствами. Все это находит проявление в дефиците бюджета торгового и платежного балансов. С этой трактовкой причины кризиса нельзя согласиться. Наш кризис — одна из форм мирового кризиса, и его причины связаны с производством, финансами. Что касается так называемого перепотребления, то это особенность нашего кризиса, обостряющая его. К тому же существует противоречие между перепотреблением и низким уровнем жизни населения. Вероятно, более точно будет говорить о несоответствии между производством и потреблением. Такое определение ориентирует государство не только на преодоление неравенства в доходах, но и на рост производства, его эффективности, что может устранить чрезмерный импорт предметов потребления, увеличить бюджет, преодолеть отрицательное сальдо торгового и платежного балансов, обеспечить соответствие между производством и потреблением.

Опыт экономической науки показывает, что противоречие между производством и потреблением является важной формой проявления основного противоречия, но это не позволяет трактовать его как самостоятельную причину экономического кризиса. Хотят этого авторы или нет, но они оказываются на позиции "теории" недопотребления, согласно которой противоречие между производством и потреблением само по себе порождает кризис. Эта "теория" имеет большую историю (ее отстаивали Ж. Сисмонди, Р. Люксембург, К. Каутский, которые доказывали, что недопотребление является непосредственной причиной кризисов). Вслед за ними этот автор пишет, что "вся произведенная продукция за определенный период не может быть куплена потребителями, потому что их платежеспособный спрос отстает от суммарного предложения товаров". И хотя он признает упрощенность этого подхода, поскольку не учитывает "инвестиционный спрос капиталистов и вклад государственного сектора", однако считает, что "сущность от этого не меняется". Но в действительности меняется, да еще как. Ведь ограниченность доходов стоимостью рабочей силы — постоянное явление, определяющее постоянное недопотребление. А это должно было бы сделать кризисы постоянными, а не периодическими. К тому же низкий уровень потребления населением существовал и до капитализма, а кризисы перепроизводства появились с утверждением капиталистического производства.

Именно производство, как мы глубоко убеждены, определяет сущность нашего кризиса: недостаточный уровень развития экономики, несовершенная ее структура (преобладание сырьевого производства), технологическое отставание на целую эпоху, высокая изношенность оборудования и, как следствие, низкие эффективность и конкурентоспособность — вот основные причины, создавшие условия для широкого проявления и особенно отрицательных последствий мирового кризиса в украинской экономике. О глубине падения нашей экономики свидетельствуют такие данные: индекс промышленного производства в январе — мае 2009 г. по сравнению с соответствующим периодом предыдущего года упал до 68,1 %, объемы строительства - до 44,2%, экспорта — до55,9%, импорта товаров — до 48%. Экономический спад оказался самым большим среди стран СНГ и Европы.

Вторая трактовка современного кризиса заключается в том, что он определяется как сочетание малого и большого циклов. Главный в настоящее время кризис длинноволновой, обусловленный исчерпанием инновационной базы. Даже те авторы, которые трактуют современный кризис как "классический кризис перепроизводства" уделяют значительное внимание длинной волне. К сожалению, они дают ей противоречивую характеристику: механизм этих циклов (то есть длинных.) двойственен: с одной стороны, их причиной является влияние накапливаемых дисбалансов в капиталистической экономике вследствие классового противоречия между трудом и капиталом, а с другой - цикличность обусловлена постепенным формированием нового уклада экономики, прежде всего развитием средств производства. По логике автора получается, что кризис перепроизводства связан с обострением противоречий в системе производственных отношений, а большие циклы, наряду с углублением противоречий между трудом и капиталом, проявляются в формировании нового технологического уклада, то есть в изменениях производительных сил.

Причина такой непоследовательности и односторонности в характеристике двух типов кризисов и обусловленных ими циклов заключается в том, что раскрытое К. Марксом основное противоречие капитализма между общественным характером производства и частнокапиталистическим присвоением как причина кризисов в первом случае ограничивается противоречиями частного присвоения, то есть сферой производственных отношений, а во втором этот аспект связывается, хоть и недостаточно обоснованно, с изменениями в производительных силах. По нашему мнению, это серьезный недостаток в методологии исследования кризисов. Получается, что они имеют разную структуру, то есть разнородны, а это неизбежно сказывается на их анализе. Если, по мнению В. Ингульского, современный кризис - это классический кризис перепроизводства, то что означает большой кризис и большой цикл, каково их соотношение с малым кризисом и циклом? На эти вопросы у него ответа нет. Для преодоления односторонности в трактовке кризисов, выявления их реальной структуры необходимо раскрытие диалектики производительных сил и производственных отношений, материально-технологических и социально-экономических составляющих в процессе кризисов и циклов их прохождения. Это очень важный методологический принцип познания указанных процессов.

Третья трактовка современного кризиса тоже строится на сочетании большого и малого циклов. Однако М. Згуровский характеризует такие масштабы и глубину изменений в экономике и обществе, которые по своему содержанию существенно отличаются от длинноволновых кризисов. Он пишет, что в их основе -"фундаментальные экономические преобразования, глобальное перераспределение собственности и дальнейшая переконфигурация мира с возникновением новых центров власти". Как уже отмечалось, такие глубокие изменения выходят за пределы большого цикла, то есть становления нового технологического уклада. Современный кризис, как это было доказано, — стадиальный. Такой подход имеет прямое отношение и к характеристике кризиса в Украине. Поскольку она находится на индустриальной стадии, ее основу составляют третий и четвертый технологические уклады, присущие данной эпохе. Кризисы перепроизводства преодолеваются обновлением основного капитала. Но вместе с тем у нас имеются предприятия пятого технологического уклада. Поэтому выход из кризиса обеспечивается внедрением высоких индустриальных технологий. Наряду с такой технологией очень важно быстро овладеть технологией пятого технологического уклада, то есть микроэлектроникой, компьютерными и информационно-коммуникационными технологиями, Интернетом, мобильной связью и т. д. Иначе говоря, при выходе из кризиса, а тем более после выхода, экономическая политика государства должна сочетать высокие индустриальные технологии с информационно-коммуникационными технологиями постиндустриальной эпохи.

Конкретно-исторический подход к анализу современного кризиса позволяет не только обосновать экономическую политику нашего государства, но и раскрыть тенденции в развитии кризисов и обусловленных ими циклов, определить изменения в их продолжительности и структуре. Кризисы и циклы не являются чем-то неизменным, раз и навсегда данным. Наоборот, как показывают данные таблицы, с развитием научно-технического прогресса изменяются структура и продолжительность циклов.




Воспроизводственные циклы в экономике США (в среднем, все циклы мирного времени) (месяцы)

Календарные даты цикла

Падение (от высшей точки до низшей)

Подъем (от низшей точки до высшей)

Продолжительность цикла







от низшей до низшей точки

от верхней до верхней точки

1854-2006 (27 циклов)

18

33

51

52

1854-1919 (14 циклов)

22

24

46

47

1919-1945 (5 циклов)

20

26

46

45

1945-2001 (8 циклов)

10

52

63

63

Источник: Statistical Abstract of the United States. 2004-2005, p. 503; 2009, p. 503 [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.dev.nber.org.



Из таблицы видно, что кризисы и обусловленные ими циклы - неизбежные явления, они объективно и закономерно повторяются. За период с 1854 по 2006 г. их было 27. Под влиянием существенных изменений в технике и технологии, особенно во второй половине XX в., изменялись и цикличность развития, и длительность, и структура циклов. За 1945-2001 г.г. имели место 8 циклов, но время падения (от высшей точки до низшей) составляло 10 месяцев, то есть было вдвое меньше, чем в предыдущие периоды. Зато время подъема составляло 52 месяца, то есть в 5 раз превышало время падения. В результате длительность цикла возросла до 63 месяцев против 46 в предыдущие периоды. Это - существенное увеличение всего цикла и, прежде всего, времени подъема экономики. Что обусловило эти сдвиги?

Как известно, на первых этапах индустриального развития НТП происходил медленно, поэтому и обновление основного капитала осуществлялось невысокими темпами. Это определяло большую длительность цикла. Но по мере ускорения НТП удавалось быстрее переоснащать производство, что сокращало длительность цикла. С 12 лет он уменьшился до 6. Разворачивание научно-технологической революции во второй половине XX в. значительно ускорило НТП, сократило сроки обновления техники и технологии и в целом - процесс ее воспроизводства. Все это привело к тому, что в последние десятилетия вместо уменьшения длительности циклов происходит их увеличение.

Еще более явственными оказываются изменения, происходящие в XXI в. Так, пик деловой активности был в марте 2001 г., а самая низкая точка падения пришлась на ноябрь 2001 г. Поэтому подъем от этой точки до декабря 2007 г., когда был достигнут последний пик активности, длился 73 месяца, а длительность цикла от высшей точки до последнего пика (март 2001 г. — декабрь 2007 г.) составляла 81 месяц. Это означает, что тенденция роста длительности цикла продолжается, а главным условием данного процесса является увеличение длительности подъема экономики.

Такое изменение в практике циклического развития трудно переоценить. Оно свидетельствует о том, что новая экономика и присущий ей качественно новый фактор производства - информация и знания - вносят принципиально новое в закономерности ее развития. Если раньше аксиомой была убывающая эффективность хозяйственной деятельности, то новой, информационной, экономике присуща ее возрастающая эффективность. Эта тенденция находит проявление в ряде отраслей хозяйствования и, прежде всего, в изменениях длительности и структуры цикла.

Сложен также вопрос о продолжительности современного кризиса. Отдельные авторы, опираясь на анализ длинных волн, довольно категорично утверждают, что мировой кризис будет длиться до 2015 г.. Если исходить из формальной логики, то современный кризис по своей сложности превышает все известные кризисы индустриальной эпохи. В этих условиях он должен был бы быть самым продолжительным. Такой прогноз вызывает не только сомнение, но и возражение. Его слабая сторона заключается в том, что он экстраполирует характер прошлых циклов на современную эпоху, игнорирует конкретно-исторический подход к этому сложному изменяющемуся явлению. Но мы уже показали, что глубокое качественное изменение структуры самого цикла не учитывать нельзя.

Кстати, изменения присущи не только малым, но и большим циклам, длинным волнам. По некоторым расчетам, длительность больших циклов между стартами становления технологических укладов уменьшилась — с 63 лет между первым и вторым укладами до 39 лет между четвертым и пятым циклами. Это еще одно доказательство того, что научно-технический прогресс ускоряется и время доминирования циклов уменьшается. На этом основании известным автором сделан вывод, что в современную эпоху " наиболее значимыми становятся длинные волны экономической конъюнктуры,.. динамика которых связана с жизненными циклами технологических укладов,., они постепенно приобретают решающее доминирующее влияние на характер экономической динамики" ".

Другеє авторы отмечают, что наш кризис - типичный кризис перепроизводства, который происходит каждые 7—10 лет и длится в среднем четыре квартала.

Следовательно, диапазон колебаний прогнозов относительно длительности кризиса большой - от 1 года до 5—6 лет. Те авторы, которые опираются на традиционный ход длинной волны, делают вывод о долговременности кризиса и цикла; другие же, опирающиеся на конкретно-исторический подход и учитывающие структуру экономики страны, ограничиваются годовым сроком длительности кризиса. Кроме того, этот вывод подтверждается и прогнозами. Так, Институт экономических исследований и политических консультаций в марте 2009 г. провел расчеты для украинской экономики, а в мае и затем в августе осуществил их повторно. В трех версиях общий результат один: в 2009 г. произошел спад производства, а в 2010 г. предполагается его рост. Статистика показывает, что во многих развитых странах происходит возобновление экономического роста. Однако, к сожалению, в Украине эти процессы пока что недостаточно выразительны. К тому же, значительный спад означает, что последствия кризиса мы будем ощущать еще долго. Ведь еще накануне кризиса объемы ВВП в Украине составляли 80% уровня 1990 г. И это в то время, когда все соседи не только достигли, но и превысили исходный уровень. Значительный спад производства в 2008—2009 гг. отбросил нас на уровень, не превышающий 2/3 уровня 1990 г. По мнению некоторых специалистов, мы достигнем уровня 1990 г. в конце второго десятилетия XXI в. Все это обостряет ситуацию и требует ускорения научно-технологического обновления производства, глубоких структурных сдвигов в экономике, перехода на инновационный тип развития.




3. Современный финансовый кризис и его связь с экономическим кризисом



Современное производство, как материальное, так и нематериальное, выступает в стоимостной, денежной форме. Однако наряду с деньгами, денежной системой действуют финансы, кредит, ценные бумаги. В соответствии с этим имеют место денежный рынок и рынок капиталов, финансовый рынок и рынок ценных бумаг, фондовый рынок и др. Существование такого многообразия стоимостных форм определяется производством, которое создает добавленную стоимость, а в масштабах общества — ВВП, который является материальной основой эмиссии денег, стабильности их покупательной способности, источником накопления капиталов, роста государственного бюджета, развития кредитных отношений, увеличения количества акций, облигаций, других ценных бумаг, а также широкой торговли ими на фондовом рынке.

Степень развития экономики стран определяет структуру стоимостной формы, соотношения между ее составляющими. Вместе с тем стоимостная форма экономики во всем многообразии ее проявлений в процессе развития получает определенную самостоятельность и вся в целом, и каждая ее форма в отдельности. Все это обусловливает не только возможность, но и реальность диспропорций: между системой производства и денежно-финансовой системой, между структурными элементами этих систем, между формами стоимостных отношений и др. К тому же, эти пропорции не статичны, а динамичны, они все время изменяются. А если учесть, что изменяется, прежде всего, производство, то обеспечение соответствия ему стоимостных форм еще больше усложняется.

В индустриальную эпоху господствуют материальное производство, физический труд, который позволяет усреднять его затраты и определять стоимость товаров. Денежно-финансовая система опирается на стоимость, являющуюся основой установления и поддержания воспроизводственных пропорций. В постиндустриальную эпоху господствующей становится сфера услуг, то есть нематериальное производство. Так, в США в этой сфере создается 79% ВВП, а в материальном производстве (мощная промышленность и развитое сельское хозяйство) — всего 21%. Это означает, что результатом производства являются не столько материальные вещи - товары, сколько услуги, возрастающая часть которых имеет нематериальный характер. Этим обусловлено то, что не затраты труда, не стоимость, а способность удовлетворять потребности людей, то есть полезность, все больше становится основой ценообразования.

Распространению и утверждению данного принципа ценообразования способствуют интеллектуализация производства и труда, рост удельного веса умственного, особенно творческого, труда. Все это увеличивает разнообразие видов труда, их несравнимость. В этих условиях полезность и результат труда довольно четко характеризуют его целесообразность, направленность на удовлетворение потребностей человека, общества. То же самое наблюдаем и в деньгах. В соответствии с концепцией автора статьи произошел переход от денег-товара, которыми было золото, к деньгам-капиталу, формы его движения. Вследствие этого валютный курс, который определялся на основе золотого паритета, то есть соотношения содержания золота в денежных единицах, теперь стал "плавающим", то есть определяется на основе покупательной способности денег, спроса и предложения. Распространение в ценообразовании принципа "от стоимости к полезности" и "плавающего" валютного курса - это выражение закономерного движения экономики от простого к сложному. Но полезность как основа ценообразования и "плавающий" валютный курс, будучи выражением прогресса, не имеют такой количественной определенности, как стоимость или золотой паритет. Возникла новая ситуация: вместо ужесточения связи "стоимость — деньги, финансы ", полезность ослабляет ее, допускает отклонения. То же самое имеем и с деньгами-капиталом, "плавающим" валютным курсом.

Новые условия развития экономики требовали существенного совершенствования регулирования соотношения производства и денежно-финансовой системы, нахождения таких форм и методов управления этими системами, которые были бы адекватны новым условиям общественно-экономического развития и обеспечивали соответствие между ними. К сожалению, ничего такого не было сделано: не раскрыты изменения в развитии производства и денежно-финансовой системы, не найдены формы и методы регулирования, которые отвечали бы новым условиям. Вследствие этого денежно-финансовая система, по сути, оторвалась от производства, что нашло проявление в огромном росте фиктивного капитала, то есть ценных бумаг, в наращивании спекулятивных процессов. Так, один из известных авторов считает, что "...в последние годы происходило ускоренное обособление финансовой системы от реальной экономики и гипертрофированно разрастались полномочия финансовых институтов. Фиктивный капитал, представленный в ценных бумагах, обращающихся на фондовом рынке, начал в несколько раз превышать ВВП как передовых стран, так и мира. Финансовая система стала жить будто бы своей жизнью, где спекуляции не имели никакого ограничения". Такая трактовка находит подтверждение и конкретизацию у других авторов. Так, известный экономист причины кризиса видит в "...чрезмерно экспансивной денежной политике ФРС США, наличии огромного дисбаланса в мировой экономике, в частности, огромном профиците во внешней торговле Китая, значительном торговом дефиците США, недостатках системы управления рисками в инвестиционных банках, несовершенстве регулирования финансовых рынков на национальных и международном уровнях".

Все это нашло проявление в том, что спекулятивные операции приобрели гигантские масштабы. Разнообразные финансовые инструменты появлялись, как грибы после дождя, бурно росло кредитование, особенно ипотечное, а также потребительское кредитование в целом. Ценные бумаги, деривативы и другие производные финансовые инструменты, не связанные с реальной платежеспособностью заемщиков, наводнили финансовый рынок. Вместе с непомерным долговым грузом США они обусловили обвал на ипотечном рынке, что вызвало цепную реакцию неполадок в американской и мировой экономиках.

В Декларации саммита "Группы 20" подчеркнуто, что ни политики, ни соответствующие государственные регулирующие и контролирующие органы надлежащим образом не учитывали и не принимали меры против растущих рисков на финансовых рынках, не анализировали финансовые инновации и их последствия, не предпринимали системных действий по регулированию экономики как на национальном, так и на мировом уровнях.

Вследствие этого современный финансовый кризис приобрел такой масштаб и остроту, что стал, по сути, главной угрозой. Ученые-экономисты понимают, что кризис финансово-экономический, но особенно акцентируют внимание на угрозах с его финансовой стороны. Главный экономист МВФ О. Бленчард полагает, что современный кризис является "самым тяжелым за последние 60 лет.., поставившим мир на грань финансовой катастрофы". Не случайно саммит "Группы 20" принял Декларацию о финансовых рынках и мировой экономике. Ярким проявлением диалектики стало то, что и в этом историческом документе на первое место поставлены проблемы финансового рынка. Хотя деньги, финансы, кредит, ценные бумаги являются денежной, стоимостной формой материального и нематериального производства, однако в процессе развития они превращаются в мощный фактор активного обратного влияния на него, стимулируя или тормозя его рост.

В Украине финансовый кризис приобрел особо острый характер. Так, например, строительный бум был связан с тем, что в 2007-2009 гг. ипотечное кредитование возрастало темпами, почти втрое превышавшими темпы роста кредитования экономики. Особенно выделялось кредитование домохозяйств. В 2008 г. банки выдали корпоративному бизнесу и домохозяйствам, вместе взятым, на приобретение, строительство и реконструкцию недвижимости 55,3 млрд. грн., что в 1,3 раза больше капитальных расходов государственного и местных бюджетов всех уровней за 2008 г. (41,2 млрд. грн.). Банки приумножали спекулятивный спрос и выстраивали финансовую пирамиду, обвал которой обусловил падение в строительстве. НБУ проводил кредитную экспансию. Если в 2005 г. объем дополнительных кредитных вложений равнялся половине доходов государственного бюджета страны, то в 2007 г. он превысил его доходы, а в 2008 г. годовой прирост кредитования был больше, чем суммарные доходы бюджетов всех уровней.

Отрицательно сказалось и то, что приоритетным объектом кредитования стало не производство, а (по состоянию на начало июня 2009 г.) сфера торговли и ремонта (154 млрд. грн., то есть 21,6% общего объема), потребительское кредитование (21,4%) и особенно кредитование операций с недвижимостью - 170,7 млрд. грн., что превышало объемы кредитования промышленности, строительства, транспорта и связи, вместе взятых Как ни прискорбно, но таким же способом действовал иностранный банковский капитал. В целом приоритет отдавался кредитованию физических лиц, которое в 2007-2009 гг. было втрое больше, чем кредитование юридических лиц. Доля кредитования физических лиц превышала 37% общего объема кредитных вложений, что существенно увеличило платежеспособный спрос. Это подтверждает то, что банки вместе с иностранным капиталом направляли кредитные средства не на развитие национального производства, а на потребление.

Спад производства обусловил уменьшение объема добавленной и прибавочной стоимости, что, в свою очередь, сократило поступление средств в бюджет в виде налогов (НДС, налог на прибыли юридических и доходы физических лиц). Уменьшение поступлений в бюджет при растущих потребностях общества и государства увеличило дефицит бюджета. Если его допустимая норма равняется 3%, то в 2009 г., в соответствии с законом о бюджете на этот год, дефицит должен равняться 7,5%, то есть 31 млрд. грн. По оценкам и прогнозам, дефицит бюджета, составлявший в 2008 г. всего 1,5% к общему объему ВВП, в 2009 г. должен был увеличиться до 5,4%, а в 2010 г. - уменьшиться до 2,9%.

Однако в действительности ситуация с дефицитом государственного бюджета хуже. К официально допустимому в 2009 г. дефициту в сумме 31 млрд. гр. следует прибавить еще 44 млрд. гр., которые направлялись на рекапитализацию банков. Следовательно, в сумме получается 75 млрд. гр., что значительно отягощает бюджет и усложняет его выполнение.

Ситуацию не спасает даже то, что МВФ предоставляет очередные транши в довольно значительных размерах. Ведь, кроме покрытия дефицита, необходимо обслуживать долги в сумме 31 млрд. гр. В таких условиях единственный путь - это монетизация дефицита, тем более что этот способ уже используется. Ситуация крайне тяжелая, но не безнадежная. Наоборот, активные действия правительства в интересах людей, сохранение и возврат депозитов усиливают веру в государство, что улучшает ситуацию с осуществлением антикризисных мер.

Одной из причин финансового кризиса является привязка гривни к доллару, высокая степень долларизации экономики. Вместо "плавающего" валютного курса, принятого в соответствии с решением еще Ямайской конференции (январь 1976 г.), гривня была привязана к доллару. Иначе говоря, гривня "плавала" с изменением спроса и предложения, не самостоятельно, а на "привязи" к доллару, что сделало валютный курс нестабильным, привело к падению национальной валюты. Известный экономист а. Ослунд назвал привязку гривни к доллару "главной ошибкой Украины, причиной финансового кризиса в Украине".

И хотя уже возникла необходимость изменений связи гривни с долларом, однако все осталось по-прежнему. Это привело к огромному притоку иностранных капиталов, но это были главным образом "короткие деньги", что усиливало рост инфляции. Национальный банк в такой ситуации не мог регулировать денежное обращение. Украина вместе со многими постсоветскими странами, в том числе и с Россией, которые тоже строили денежную политику на основе привязки к доллару, оказалась в горниле финансового кризиса. В это же время Польша и Чехия не имеют особых проблем с валютой. Они придерживаются принципа "плавающего" валютного курса. Это перспектива и Украины.

Высокая долларизация нашей экономики — сложная проблема, влияющая на разные ее стороны. Но, как ни удивительно, несмотря на определенные усилия, доллар не поступает в реальную экономику и фактически не обслуживает ее. НБУ вместе с большой кредитной экспансией в гривнях создал условия для опережающего роста кредитования в иностранной валюте (в основном в долларах США). Если по состоянию на начало 2005 г. на инвалюту приходилось 42% общего объема выданных кредитов, то на начало 2007 г. объемы инвалютных кредитов сравнялись с гривневыми; на начало октября 2008 г. кредиты в иностранной валюте превысили гривневые и на начало 2009 г. составляли 57,7% общей задолженности клиентов банкам.

Значительная долларизация экономики не оправданна, и именно кризис является благоприятным периодом для ее преодоления. Для этого необходимо ограничить использование доллара, чему способствуют и объективные процессы. Так, сокращается импорт иностранных товаров - бытовой техники, автомобилей, одежды и др. Он все больше ограничивается продукцией, которая у нас не производится или нехватка которой отрицательно сказывается на экономике и безопасности страны. Речь идет о нефтепродуктах, лекарственных препаратах, ряде товаров машиностроения и др. В последние годы происходил быстрый рост импорта по сравнению с экспортом. Отрицательное сальдо внешней торговли приняло угрожающий характер. Товары иностранного производства наводнили внутренний рынок, а продукция отечественного производства не имела сбыта. Все это определило высокую и всевозрастающую роль доллара, ничем не оправданное соотношение между ним и гривней.

В процессе преодоления кризиса нужно будет больше производить и покупать украинской продукции. Эти непростые процессы требуют активной роли государства, принятия безотлагательных мер с тем, чтобы поднять роль гривни и не допустить оттока доллара за рубеж. Кроме того, валютные кредиты можно превратить в гривневые. Следовательно, государство, отстаивая интересы населения, может ускорить процесс дедолларизации.

Особенно отрицательна роль доллара в определении и изменениях валютного курса, который очень важен для экономики страны, ее внутренней и международной жизни. Его изменения затрагивают интересы товаропроизводителей, населения и, прежде всего, участников внешнеэкономических связей. Для специалистов и неспециалистов ясно, что курс доллара у нас завышен, а курс гривни - занижен. И, хотя курс гривни довольно долго был стабильным - 5,05 грн. за доллар, летом 2008 г. Нацбанк решил курс доллара понизить, а гривни — повысить. Валютный курс равнялся 4,65 грн. за доллар. Но закрепить его не удалось, а с осени 2008 г. набирает силу противоположная тенденция. Девальвация гривни достигла сначала 6,0, а затем 7; 7,5; 8 и больше гривень за доллар.

Высокие темпы девальвации вызвали панику среди населения. По состоянию на 20 декабря 2008 г. гривня оказалась лидером по глубине обвала. Она обесценилась на 81 %, тогда как польский злотый — на 40%, турецкая лира — на 28%, румынский лей на 15%, российский рубль - на 12%, чешская крона на 10%,евро — на 3%, белорусский рубль и словацкая крона — на 1%. И что особенно интересно, китайский юань, казахский тенге, азербайджанский манат не изменили своего курса к доллару. Не нужно быть специалистом для того, чтобы понять, что чрезвычайное по глубине падение гривни на фоне девальвации валют многих стран мира объяснить объективными обстоятельствами невозможно. Фактически НБУ оказался неспособным справиться со своей ключевой функцией — обеспечивать стабильность национальной денежной единицы, как внутренней, то есть ценовой, так и внешней - курсовой. Цены на многие предметы потребления повысились, причем особенно возросли цены на лекарства. Повышение курса доллара более чем в полтора раза стало основанием для роста цен на лекарства в два раза и больше. Это одно из проявлений, когда кризис, вопреки элементарной логике и порядочности, использовался для собственного обогащения.

Но и общая картина весьма непривлекательна. Прежде всего это был удар по банковской системе. Подорванное доверие населения к банкам вылилось в ажиотажное стремление забрать депозиты. Такой процесс сделал многие банки неплатежеспособными, а мораторий Нацбанка на досрочное снятие депозитов еще больше обострил ситуацию. НБУ осуществил многомиллиардные интервенции, чтобы остановить рост курса доллара и приостановить падение курса гривни. Всего с конца лета 2008 г., когда начались девальвационные процессы, рынок наличности "проглотил" 4,6 млрд. дол., а золотовалютные резервы Нацбанка уменьшились почти на 10 млрд. дол., то есть более чем на 25%.

Недостатки банковской системы проявились и в том, что она попала в полную зависимость от внешнего кредитования, показала неспособность эффективно хозяйствовать. Иностранный капитал в банковском секторе стал основным фактором быстрого роста внешнего долга Украины: его объем с 30,6 млрд. дол. в начале 2005 г. увеличился до 102,4 млрд. дол. осенью 2008 г., то есть в 3,2 раза. Причем за период с 2005 по апрель 2009 г. медленнее всего рос внешний государственный долг (121%), а быстрее всего — внешние долги банков (в 14,1 раза). В результате принципиально изменилась структура внешнего долга Украины. Неоправданное наращивание общего внешнего долга поставило страну под угрозу корпоративного дефолта. Спасая от него банки, НБУ резко увеличил и рефинансирование. За 2008 г. оно достигло 170 млрд. грн., то есть 3/4 суммы доходов государственного бюджета. Своими действиями НБУ сформировал мощный инфляционный потенциал.

Кризис вносит существенные изменения в формирование банковских капиталов. Ограничение доступа банков к внешним источникам финансирования ведет к изменению пассивов банков. Вместо капиталов нерезидентов все большую роль играет национальный капитал. Однако этот процесс сдерживается как падением доверия к банкам, так и девальвационными процессами. В соответствии с этим образуется определенный разрыв между оттоком капитала нерезидентов и замещением его отечественным капиталом. Это ограничивает возможности банков в кредитовании предприятий, которые остаются на "голодном" кредитном пайке при высокой плате за кредиты, а также усложняет кредитные отношения.

Финансовый кризис обнаружил несостоятельность фондового рынка в Украине. Он существует сам по себе. За время кризиса индекс ПФТС резко снизился, но это никоим образом не отразилось на экономике. В развитых странах фондовый рынок является действенным механизмом роста экономики. Он чрезвычайно чувствителен не только к реальным изменениям рыночной конъюнктуры, но даже к планам или просто намерениям правительства. Так, в Японии правительство раз в 2-3 года выступает с определением перспективных направлений научно-технологического прогресса, развития новых производств. Эти сигналы немедленно воспринимаются фондовым рынком. Акции компаний, работающих в этих направлениях, буквально взлетают вверх. Большой спрос на них поднимает их цены, что определяет приток капиталов в данные отрасли или производства. Тем самым создаются условия для разворачивания исследований, проектно-конструкторских разработок, испытаний новых образцов техники и технологии, налаживания индивидуального или малосерийного производства.

Фондовый рынок - это мощный фактор ускорения научно-технического прогресса, совершенствования структуры экономики за счет приоритетного развития современных передовых отраслей или производств, оперативно реализующих достижения науки, техники и технологии. К сожалению, у нас он неразвит, охватывает лишь около 5% фактических оборотов с ценными бумагами 23. Поэтому почти все операции с ценными бумагами осуществляются на неорганизованном рынке, что не обеспечивает соблюдение установленных законом и правилами процедур, создает возможности для нелегального выведения за границу валюты (или в форме платежей на оффшорные счета за продажу ценных бумаг, или в форме физической передачи за границу акций компаний по искусственно заниженным ценам). Об объемах вывода капитала из Украины свидетельствует рост в 2007 г. стоимости вывезенных ценных бумаг в 20 раз - с 300 млн. до 6 млрд. дол., что произошло за счет переоценки акций украинских предприятий при размещении их на иностранных фондовых биржах и. Все это противоречит интересам Украины. К тому же, наш фондовый рынок не выполняет функции перелива капиталов, создания условий для ускорения научно-технического прогресса и совершенствования на этой основе производства. Один из авторов, хотя и язвительно, но справедливо отметил, что "...у нас финансовый рынок вместо того, чтобы твердо стоять на двух ногах (банковской и фондовой),., вышел одноногим с "фондовым костылем". Быстро не побежишь". А если учесть, что и денежно-банковская "нога" далеко не здорова и не прочна, то станет понятно, что финансовый рынок не выполняет тех функций, которые на него возлагаются.

Причины такого положения - недостаточная регулирующая роль государства, которое должно было бы не только выработать общие правила с учетом опыта Европы, но и проявить требовательность к субъектам фондового рынка, создать единый государственный реестр корпоративных прав. В этих условиях каждый субъект рынка действовал бы в пределах правил и, заботясь о собственных интересах, вынужден был бы беспокоиться также об общем интересе.




4. Пути и методы преодоления кризиса



4.1 Научно-технологические факторы



Материально-техническая основа выхода из всех видов кризисов и прохождения циклов - научно-технологическое совершенствование производства, переход его на новую ступень прогресса, потому именно в этом заключаются решающие факторы и преодоления кризиса, и выхода на передовые позиции социально-экономического развития. Это особенно касается Украины, ее экономики.

После распада СССР Украина пережила продолжительный, очень тяжелый кризис, разрушивший экономику, на 2/3 уменьшивший производство ВВП. Не достигнув докризисного уровня производства, наша страна стала благоприятной ареной для разворачивания современного финансово-экономического кризиса. По оценкам экспертов, Украина больше других стран Европы пострадала от кризиса.

В чем причина? По нашему мнению, существующий уровень развития и структура отечественной экономики делают ее уязвимой для инфляции, кризисных явлений. В 2007 г. Украина производила ВВП в объеме 6559 дол. на 1 чел. Это значительно меньше, чем в 1990 г. - 8108 дол. По этому показателю Украина существенно отстает от своих соседей. Так, Польша производит 15381 дол. ВВП на 1 чел., Словакия — 19175, Литва — 16676 дол..

Кризис 90-х годов XX в. и современный показали, что совершенная структура экономики со значительным удельным весом передовых — пятого, а теперь и шестого — технологических укладов является непременным условием изменения характера и ликвидации последствий кризиса. Это доказывает необходимость перестройки производственно-технологической структуры экономики как условия повышения ее эффективности. Автор этой статьи еще в 1993 г. отмечал, что "как показывает мировой опыт, рынок путем перелива капиталов способствует структурным сдвигам, однако он не может осуществить структурную перестройку полностью и за сравнительно короткое время. Поэтому нужно, чтобы государство посредством своих программ и стимулов активизировало структурные изменения в экономике...". И далее: "...для решения всего комплекса проблем нужно мобилизовать внутренние ресурсы для увеличения капиталовложений с привлечением иностранного капитала для технико-технологического обновления производства, существенного улучшения качества продукции, повышения эффективности экономики" 28. Следовательно, проблема необходимости поиска путей структурной перестройки экономики подчеркивалась давно и не случайно. Однако за 18 лет в этом направлении ничего не сделано. За недооценку структурных сдвигов мы теперь расплачиваемся спадом производства, превышающим соответствующие показатели в других странах.

Таким образом, сама природа кризиса обусловливает не столько поддержку отраслей и предприятий с устаревшей технологией (хотя и это нужно), сколько ускоренный поиск, обоснование перспективных отраслей и производств, отвечающих потребностям инновационного развития. Мировой опыт, в том числе ЕС, показывает: хотя эти страны значительно превосходят Украину по использованию инновационного типа развития, они и в дальнейшем сосредоточивают усилия на его распространении, ускорении внедрения инноваций, на научно-техническом перевооружении фирм и предприятий. Именно страны ЕС ведут активный поиск и внедряют научно-технические и организационно-экономические новинки. Для этого крупные фирмы разрабатывают и осуществляют инновационные программы.

В Украине много говорится об инновационном развитии, но, к сожалению, практически ничего не делается. В результате инновационных предприятий у нас всего 13%, тогда как в 1990 г. их было 36%. В странах ЕС самые низкие показатели инновационной активности демонстрируют Португалия и Греция (соответственно, 26 и 29% предприятий), но и они вдвое превышают показатели Украины.

Почему у нас такие неудовлетворительные дела с научно-технологическим обновлением производства, с освоением инновационного типа развития?

Первое. Переход к рынку породил миф о том, что якобы рынок автоматически обеспечит научно-технический прогресс и его внедрение в производство, осуществление инновационного развития. Недооценка государства, принижение его роли обусловили деградацию структуры экономики, падение научно-технологического уровня производства, превращение Украины из индустриально развитой в страну с преобладанием сырьевой экономики.

Второе. В процессе приватизации государственного имущества и при нестабильности в стране многие бизнесмены получили в собственность крупные предприятия и направили свои усилия не на развитие и совершенствование производства, а на максимальное использование оборудования и расходование сырья в интересах собственного обогащения. Образовался класс олигархов, эксплуатирующий сырьевые ресурсы и производство в условиях благоприятной конъюнктуры на мировых рынках и на этом обогащающийся. Все это объясняет, почему Украина по инновационности и конкурентоспособности вместе с Кенией занимает 79-е место.

Мировой опыт и опыт ЕС доказывают, что в утверждении инновационного развития важную роль играют малые и средние предприятия, реализующие возможности венчурного капитала. Реальная практика многих стран подтверждает: структурные изменения достигаются путем приоритетного развития производств, применяющих передовую технологию. Как это делать, хорошо показала Премьер-министр Украины Ю. В. Тимошенко, предлагающая построить в Украине 8 предприятий для производства медицинских препаратов, с использованием передовых биотехнологий, для чего привлекаются передовые и наиболее авторитетные в мире фармацевтические фирмы, что гарантирует высокое качество продукции. Строительство таких предприятий отвечает потребностям общества. Наш рынок медицинских препаратов заполнен иностранными изделиями. Падение курса гривни сделало цены на лекарства астрономическими. Это ударило по жизненному уровню малообеспеченных людей, в особенности пенсионеров. Поэтому, развивая данное направление, можно не только более полно удовлетворить потребности, но, возможно, и добиться снижения цен на лекарства. Это будет способствовать развитию внутреннего рынка и повышению его роли в развитии экономики и общества. Вызывает удивление, почему за годы независимости не были реализованы подобные проекты?! Мы могли бы и лучше жить и намного легче перенести современный кризис.

В советское время в Украине были развиты электронная и радиопромышленность, представляющие пятый уклад, но ничем не оправданное открытие границ привело к тому, что предприятия этих отраслей не выдержали конкуренции и были уничтожены. Украина имела 35—40% кибернетического потенциала бывшего Союза, но, как ни прискорбно, его также не использовала. И не случайно. Некоторые известные ученые-экономисты категорически отрицали возможность постиндустриальных процессов, называли это "иллюзией ", "чистой воды романтизмом". И это в то время, когда Индия, ранее отсталая и бедная страна, подготовила в развитых странах, в том числе у нас, 850 тыс. программистов и стала мировым лидером по производству программного обеспечения, экспортирует его не менее чем на 30 млрд. дол. Это более чем в 4 раза превышает нашу выручку за металл. Опыт Индии — образец опережающего развития, базирующегося на передовых информационно-коммуникационных и биотехнологиях.

Сложная структура экономики Украины предполагает, что наряду с индустриальными высокими технологиями, обеспечивающими обновление основного капитала предприятий третьего и четвертого укладов, особое внимание необходимо уделить развитию производств пятого и шестого укладов. Если до настоящего времени определяющими были материальные формы богатства, а следовательно, капитала (земля, машины и оборудование, недвижимость, товары) , то со становлением информационной экономики происходит интеллектуализация производства и труда, то есть распространение и быстрый рост нематериальных, интеллектуальных форм капитала.

Однако отдельные авторы не учитывают кардинальных изменений, как и раньше, исходят из определяющей роли материального капитала. Так, А. Шаров представляет структуру капитала как пирамиду, в основе которой лежат его материальные формы и на этой базе разворачиваются интеллектуальные формы. Автор усматривает существенный недостаток такой структуры в том, что по мере роста интеллектуального капитала "приобретают все большее значение крупные суммы денег, которые намного превышают материальные формы богатства". Он не только игнорирует изменение соотношения между материальным и нематериальным богатством, но и видит в интеллектуальном капитале источник инфляции, то есть образование огромных сумм денег. Более того, он считает, что новые формы капитала и порождаемые ими чрезвычайно крупные суммы "горячих денег" не связаны с "реальной экономикой". В действительности современная реальная экономика — это единство материального производства, материальных форм капитала, удельный вес которых уменьшается, и нематериального капитала, доля которого возрастает. Иначе говоря, для современной экономики развитых стран присущи и новая структура экономики, производства, и новая структура капитала. Поэтому нельзя согласиться с мнением о том, что новые формы капитала "быстро изменяют направление своего движения в зависимости от спекулятивных ожиданий", что "при таких условиях реальная экономика существовать не может".

Наоборот, современная экономика, даже Украины, находящаяся на индустриальной стадии, может успешно развиваться при условии широкого использования нематериальных активов, то есть интеллектуального капитала и интеллектуальной собственности. Опыт ЕС показывает, что нематериальные активы составляют 50-68% стоимости имущества предприятий. Однако у нас ни интеллектуальная собственность, ни интеллектуальный капитал не учитываются, они не находят выражения ни в затратах предприятий, то есть в себестоимости продукции, ни в стоимости предприятий. И хотя кое-где они используются и учитываются, это мизер - менее 1% их стоимости. Мы должны осознать, что новая экономика предполагает новые понятия и процессы, новое соотношение и роль материального и нематериального, что непросто понять даже высококвалифицированным специалистам.

Сложность экономической политики Украины заключается в том, чтобы обеспечить рост и индустриальной, и постиндустриальной экономики, добиваясь изменения соотношения между ними в пользу последней. Лишь таким образом можно преодолеть отставание и приблизиться по уровню экономического развития к развитым странам.



4.2 Финансово-экономические методы и инструменты



В преодолении современного кризиса наряду с научно-технологическими факторами большое значение имеют экономические и финансовые средства. Среди них, бесспорно, одну из ведущих ролей играет рынок. Именно рынок и присущие ему рыночные методы, с одной стороны, составляют содержание рыночного самоуправления, а с другой - являются и стимулом, и критерием эффективности экономического регулирования государства. И здесь у нас много проблем.

По индексу размера внутреннего рынка Украина занимает 27-е место среди 131 страны мира. Такие данные обнародовал Всемирный экономический форум в ежегодном отчете о глобальной конкурентоспособности за 2007—2008 гг. Это — конкурентное преимущество Украины в том понимании, что у нас имеются большие возможности для развития экономики ради удовлетворения платежеспособного спроса. Вместе с тем статистика показывает, что по эффективности товарных рынков наша страна занимает лишь 101-е место среди 131 страны, то есть это одна из наиболее слабых позиций Украины.

С осознанием значения внутреннего рынка, особенно в условиях кризиса, в Минэкономики подготовлен проект Концепции государственной целевой программы развития внутреннего рынка на 2008—2012 годы. Она направлена на повышение эффективности функционирования внутреннего рынка, увеличение доли отечественной продукции в совокупном предложении товаров в этом секторе, усиление товарооборота между резидентами экономики Украины.

Для реализации этих задач предусмотрен ряд мер по пяти основным направлениям государственной экономической политики:

— создание институциональной среды для развития добросовестной конкуренции между отечественными товаропроизводителями и импортерами;

— совершенствование институциональных и организационно-экономических основ функционирования внутреннего рынка;

— повышение уровня ценовой и неценовой конкурентоспособности отечественной продукции конечного потребления;

— улучшение предпринимательского климата с целью развития внутреннего рынка;

— формирование и развитие внутренних рынков товаров конечного потребления за счет отечественной продукции с высокими качественными характеристиками.

Однако в этой программе не ощущаются намерения по изменению структуры товарооборота за счет наукоемкой интеллектуальной продукции, продукции высокотехнологичных отраслей экономики.

Эффективность внутреннего рынка в большой мере определяется динамикой развития и действенностью финансового рынка, прежде всего, банковской системы. Но в Украине нет соответствующего подхода как к банковской системе, так и к финансовому рынку в целом. Вероятно, в этих условиях целесообразно разрабатывать стратегии развития составляющих финансового рынка — банковской, финансово-бюджетной, денежно-кредитной систем. Каждая из этих подсистем выполняет многие разнообразные функции. Однако, очевидно, главной для финансовой системы и ее подсистем является функция накопления капитала и удовлетворение потребностей в инвестициях. Для концентрации и целенаправленной деятельности системы, как подтверждает мировой опыт, необходимо создать банк развития. К сожалению, об этом много говорится и пишется, но проблема не решается. И здесь есть объективные и субъективные причины. Так, встал вопрос о судьбе "Проминвестбанка". Казалось бы, лучшего варианта, чем превратить его в банк развития, нет. Не только по названию, но и по содержанию своей деятельности — инвестирование экономики, по разветвленной инфраструктуре он очень подходил на новую роль, то есть в качестве банка развития. Но вместо этой, естественной, меры его продали иностранному государству. А проблема остается нерешенной.

Опыт многих стран показывает, что банк развития — действенное средство осуществления инвестиционной политики. Украина имеет возможности решить эту проблему. Прежде всего, даже минимальные средства бюджета, которые предназначены для долгосрочного кредитования и поддержки отдельных отраслей экономики, могут составить основу денежно-ресурсной базы этого банка. Его деятельность должна четко реализовать принципы кредитования (возврат кредита, его оплата, твердое соблюдение сроков и др.). Деятельность такого финансового учреждения должна четко регламентироваться специальным законом, который бы определял обязанности и права банка, его взаимосвязь и взаимодействие с Национальным банком, его роль в осуществлении инвестиционной политики. Однако у нас до настоящего времени нет ни банка развития, ни инвестиционной политики.

Анализ доказывает, что создание многочисленных инвестиционных компаний не смогло заменить банк развития. Они играют определенную положительную роль, но нельзя не видеть, что с их участием не реализован ни один общественно значимый проект. Современный финансово-экономический кризис еще раз показал, что наше государство должно разрабатывать инвестиционную политику, которая была бы четко нацелена на реализацию приоритетных направлений научно-технологического совершенствования производства, на существенные изменения его структуры за счет, прежде всего, высокотехнологичных, интеллектуально-информационных производств, увеличения производства наукоемкой, интеллектуальной продукции, которая имеет значительный удельный вес добавленной стоимости и высоко ценится на мировом рынке.

Кризис — это сложный процесс структурных изменений в банковской системе.

В I полугодии 2008 г. 2/3 кредитной нагрузки брал на себя доллар, а гривня выполняла, в основном, роль средства внутреннего платежа. Практика показала, что эта ситуация ненормальная. Поэтому обсуждалась проблема запрета валютного кредитования, в результате чего банки утратят интерес к доллару как кредитному ресурсу, снизят ставки по долларовым депозитам и "будут гоняться" за гривней. Эта мера изменит баланс интересов. Поскольку доллар будет не нужен банку, то и разница в ставках станет еще больше, следовательно, и доллары при стабилизированном курсе снова начнут переводить в гривню. Однако запрет валютного кредитования приемлем лишь как временная мера. Это особенно важно в кризисных условиях — для того, чтобы повысить интерес к национальной валюте. После устойчивой стабилизации запрет валютного кредитования должен быть отменен, ведь в условиях, когда гривня станет основным кредитным ресурсом и долларовая составляющая, на которую в кредитах приходилось 2/3, полностью исчезнет, для удовлетворения кредитных потребностей экономики имеющейся денежной массы в 396 млрд. грн. (по состоянию на 2007 г.) будет мало.

Поэтому меры по дедолларизации нашей экономики должны быть настолько обоснованны и настолько учитывать интересы национального и иностранного капитала, чтобы не углублять кризис, чтобы создать условия для расширения участия иностранного капитала в решении неотложных экономических и социальных задач.

Важным направлением преодоления кризисных явлений в банковской системе является рекапитализация банков, осуществляемая за счет средств государственного бюджета. Преимущества этого метода заключаются в том, что обеспечивается не только спасение, но и возврат депозитов. Это тем более важно, что денежных средств Фонда гарантирования вкладов физических лиц не хватает не только на все банки, оказавшиеся в сложном положении, но даже на один-два банка, фактически потерпевших фиаско. Следовательно, ситуация весьма сложная.

Более чем полугодие длилось обсуждение этой проблемы, и лишь вмешательство международных финансовых организаций ускорило переход к практическому ее решению. Бюджетом на 2009 г. предусматривалось 44 млрд. грн. для вхождения государства в капитал проблемных банков. Это весомая цена рекапитализации банков. К тому же Украине придется уплатить за рекапитализацию двойную цену. Ведь происходит эмиссия национальных денег, рост денежной массы при спаде производства и инвестиционно-кредитных процессов, что неизбежно усиливает инфляцию, обесценение гривни, снижение ее покупательной способности.

Кроме устранения больших трудностей с денежными средствами и обесценением гривни, также непросто определить объекты рекапитализации. В последнее время речь идет о 20 банках, требующих рекапитализации, причем акционеры 19 из них вынесли решение, что они принимают эту программу. По решению правительства три банка уже рекапитализированы: "Родовид Банк", "Укргазбанк", "Киев". На очереди "Укрпромбанк", "Надра" и др. Условия рекапитализации довольно жесткие. Вливание капитала в "Родовид Банк" обеспечило правительству 99,9% акций, а также возобновление кредитования и активизацию инвестиционных процессов, что является необходимым условием улучшения ситуации в производстве и экономике в целом.



4.3 Усиление экономической роли государства



Современный финансово-экономический кризис особенно остро поставил проблему роли государства в рыночной экономике. Как известно, Великая депрессия в США в 1929—1933 гг. показала, что наряду с рыночным самоуправлением нужно государственное регулирование экономики. Не только Кейнс, но и его последователи, по сути, исходили из того, что чем больше присутствие государства в экономике, чем выше уровень государственного регулирования, тем значительнее достижения в экономическом росте. Однако со временем обнаружилось, что государственное вмешательство имеет объективные границы. На определенном уровне огосударствление экономики из фактора экономического роста превращалось в его тормоз. Ведь чем больше государство сосредоточивало в своих руках предприятий и ресурсов, тем сильнее ограничивалась рыночная конкурентная среда, снижалась рыночная конкуренция, тем меньше рынок влиял на развитие экономики.

Экономические кризисы начала 70-х годов прошлого века показали недостатки кейнсианства и его политики. Монетаристы подвергли острой критике кейнсианскую теорию и практику за чрезмерную экономическую роль государства. Они выступили за уменьшение государственного сектора и государственной собственности для расширения рыночно-конкурентной среды, за повышение регулирующей роли рынка, монетарных методов в управлении экономикой. Монетаристы, все неолибералы сформировали общее настроение, господствовавшее весь конец XX в., в соответствии с которым хозяйственная роль государства должна сокращаться. Ради этого осуществлялись разгосударствление экономики, приватизация государственных предприятий, что расширяло рыночно-конкурентную среду и повышало роль рынка в развитии экономики.

По сути, в противовес кейнсианству, неолибералы и монетаристы доказывали , что чем меньше присутствие государства в экономике, тем лучше. На этих теоретических постулатах была построена экономическая политика, вошедшая в историю как "рейганомика". И нужно признать, что эта политика обеспечила экономический рост, продвижение по пути цивилизационного прогресса. Но нельзя не видеть, как недооценка, принижение экономической роли государства неизбежно приводят к углублению противоречий и, как следствие, к экономическому кризису. В настоящее время это стало особенно очевидным.

Известный американский ученый Ф. Фукуяма видит истоки современного мирового кризиса в том, что "рейганомовская революция" базировалась на отказе от государственного регулирования рынка, на убежденности в том, что рынок сам все автоматически отрегулирует. Государство допустило возникновение гигантского нерегулируемого теневого сектора. Распределение доходов США приобрело чрезмерный перекос в пользу богатых. Рейган внедрил идею сокращения налогов с богатых, что привело во времена Буша-младшего к резкому увеличению бюджетного дефицита и к еще большей диспропорции в распределении доходов в пользу миллиардеров и миллионеров. Этому способствовало также значительное наращивание расходов на вооружение. Свой анализ истоков и природы финансово-экономического кризиса в США Ф. Фукуяма завершает выводом, что только отказ от принципов "рейганомики " может спасти мир от катастрофы.

Саммит "Группы 20" не только подверг острой критике недооценку, принижение экономической роли государства, но и указал на необходимость роста его роли в регулировании рыночной экономики. "Общенациональные интересы, - говорится в принятой саммитом декларации, — задают формат для реализации частных интересов, чем больше рынков, тем больше нужно государства, тем больше ложится ответственности на государственные институты за вектор экономического и социального развития". Это положение имеет принципиальное значение.

До последнего времени исходили из того, что основой рыночной экономики является частная собственность. Именно частный интерес — движущая сила развития экономики и общества. И такая трактовка рыночной экономики отражала реалии определенного периода. Но переход на новую, постиндустриальную, стадию прогресса, развитие и образование информации и знаний как качественно нового фактора производства значительно повышают уровень обобществления экономики, превращают общенациональные интересы в ведущие и определяющие. Вот почему саммит "Группы 20", намечая повышение роли государства, исходит из того, что не частные, а именно "общенациональные интересы задают формат для реализации частных интересов".

Следовательно, руководители 20 ведущих стран мира отказываются от определяющей роли частной собственности и частного интереса, что составляло социально-экономическую основу индустриального рыночного производства и общества, и присоединяются к мнению, в соответствии с которым обобществление экономики достигает такого уровня, когда общенациональные интересы определяют частные интересы, формат их реализации. Иначе говоря, закономерное развитие экономики заставило отречься от того, что было символом веры в прошлом, чему поклонялись, и признать нарастание общегосударственного обобществления, которое сделало общенациональные интересы определяющими.

Эпохальные сдвиги в теории и практике общественно-экономического развития делают необходимым анализ .нашей практики государственного управления экономикой. Как известно, в процессе рыночных преобразований нужно было осуществить разгосударствление экономики. Вместо государственной собственности, которая составляла 92%, необходимо было перейти к многообразию форм собственности и создать рыночно-конкурентную среду. Объективно сложилось мнение, что лишенное собственности государство утрачивает экономические функции, которые переходят к рынку. На этой основе проводилась политика вывода государства из экономики. Все как будто бы логично, хотя в действительности здесь содержится большая ошибка, ибо отождествляются два разных процесса — владение государством средствами производства и выполнение государством экономической роли.

Мировой опыт доказывает: имеет ли государство собственность, или не имеет ее, оно осуществляет экономическое регулирование. Отождествление двух разных функций — владения и регулирования — стало основой лишения государства регулирующей функции в условиях, когда рынок формировался и рыночный механизм не действовал, что вызвало в стране хаос, глубокий кризис, который привел к разрушению экономики и превращению Украины в экономически отсталую страну. И это в то время, когда Китай отбросил западные "теории" о неизбежности потерь во время рыночного реформирования и реализовал принцип, по которому реформы осуществляются в интересах благосостояния народа, а если они этого не обеспечивают, такие реформы не нужны. Благодаря этому Китай, начиная с 1978 г., каждые 10 лет удваивает производство ВВП на душу населения. А Украина и в настоящее время еще не достигла объемов ВВП 1990 г.

Скоро 10 лет, как начался экономический рост в Украине. Какую роль играло государство в этот период? Осуществлялись активная фискальная политика и перераспределение средств в интересах социального обеспечения.

И это вместо того, чтобы проводить активную созидательную патетику, направленную на изменение структуры путем приоритетного развития передовых, высокотехнологичных производств, осуществлять перевооружение производства на основе достижений науки, техники и технологии, перевода экономики на инновационный тип развития.

Но ведь только государство может разрабатывать и организовывать реализацию долгосрочной стратегии экономического и социального развития. Именно государство наиболее полно выражает общенациональные интересы, определяет формат реализации частных интересов, несет ответственность за вектор экономического и социального развития. Государство должно быть действенным средством как перестройки производительных сил, научно-технического совершенствования производства, так и серьезных изменений в финансово-экономической сфере.

Однако 18 лет независимости государство занимало пассивную позицию, не создало и не реализовало обоснованную программу научно-технологического перевооружения производства, перехода на инновационное развитие. Мировой опыт показывает, что именно такая стратегия, воплощенная в конкретные планы-программы, является необходимым условием направления деятельности народа, государства и бизнеса на их осуществление. Без этого в Украине не будет будущего.

Под влиянием созидания рыночной экономики невольно утвердилось мнение, что государственная собственность, государственное управление неэффективны, что рыночная экономика доказала свою эффективность и рыночное самоуправление автоматически решает экономические проблемы. Иначе говоря, общемировые процессы недооценки государства и завышения роли рынка и у нас стали аксиомой. Личный интерес — мощный двигатель экономического развития. Но, к сожалению, при этом забыли о том, что в погоне за прибылью пренебрегают не только честью, совестью, достоинством, но и общественными интересами.

Наша практика в целом, и особенно банковской системы, показала, что частный интерес при игнорировании общественного ведет не только к правонарушениям, но и к грабежу, хотя в определенной мере и прикрытому. Когда НБУ предоставил 42 млрд. гр. для пополнения ликвидности, банкиры в условиях возрастающей инфляции даже не подумали об инвестировании экономики или возврате депозитов, потребность в которых возникла у их клиентов, они быстренько превратили деньги в доллары, так как это было выгодно банкам, их руководителям и хозяевам. Дело дошло до того, что при таком рефинансировании не миллионы, а миллиарды почти неприкрыто присваивались. Кризис беспощадно показал, к чему ведет бесконтрольный частный интерес, в какие потери экономию! и страдания населения выливается банковский произвол.

Возникает вопрос: как могли произойти такие позорные явления? Ответ прост: государство оказалось в стороне от деятельности банковской системы. Кризис развенчал и миф о неэффективности государственного регулирования. Из 187 банков лишь 2 государственных - "Укрэксимбанк" и "Ощадбанк", - но именно они бесперебойно работали, обслуживая юридических и физических лиц как до, так и во время кризиса. Это стало аргументом в пользу рекапитализации банков. Следовательно, вывод саммита "Группы 20" о том, что общенациональный интерес определяет формат реализации частного интереса должен осуществляться через регулирование государства, которое и выражает общий интерес.

Теперь рост роли государства ряд специалистов видят в совершенствовании финансового контроля. Уже давно установлено в теории и на практике, что Центральный банк выполняет функции надзора, контроля и регулирования в банковской и монетарной системах. Это закреплено в законодательных актах. Но в целом ряде стран мира, в том числе в Украине, убедились, что он не всегда выполняет эти функции эффективно. Поэтому во многих европейских странах его лишили таких функций, включая таргетирование инфляции, и передали это дело единому органу надзора и контроля за всеми финансовыми институциями. Это очень глубокие изменения, подрывающие обычные и устоявшиеся порядки в денежно-финансовой системе.

Учитывая сложность таких усовершенствований, специалисты предлагают серьезное научное обоснование целесообразности создания единого центра, определения этапов и форм изменений в финансовой сфере и постепенно, но неуклонно двигаться этим путем. На первом этапе считается необходимым сосредоточиться на координации и согласовании действий разных финансовых регуляторов. Данная деятельность стала уже привычной и испытанной в странах ЕС. Она предполагает и таргетирование инфляции. Этот важный способ борьбы с инфляцией широко используется в странах Европейского Союза.




Выводы



В настоящее время и теоретиками, и практиками все более глубоко осознается то, что метод таргетирования инфляции тонок и чувствителен. Любые непродуманные действия, в частности жесткое ограничение роста денежной массы, особенно в наших условиях, характеризующихся сравнительно низким уровнем монетизации экономики, неизбежно приведут к отрицательным результатам, тем более, что суть дела не в этом. Таргетирование — это установление и строгое соблюдение показателей инфляции. Эти показатели должны быть реальными, то есть отражать потребности рынка, определять рост цен не только в планах и программах, но и в реальной жизни, чтобы они были ориентирами в изменении цен.

Все это доказывает, что не шатание из одной крайности в другую, а органичное взаимодействие государственного и частного регулирования, управления банковской системой может обеспечить ее деятельность, которая должна отвечать общественным интересам.




Список источников



Кондрашов А., Комарова И. Великие мысли великих людей. М., "Рипол классик", 2002, с. 932.

Чухно А. А. Перехід до ринкової економіки. К., "Наукова думка", 1993, с. 14.

Пороховський О.А. Економічна криза як рубіж сучасного світового і національного розвитку. "Економічна теорія" № 1, 2009, с. 11.

Ингульский В. Глобальный гамбит. Еженедельник"2000" №43, 2009, с. 

Пасхавер О. Ура, ми на "дні"? "Дзеркало тижня" от 23 мая 2009 г., с. 7.

Згуровський М. Болісне одужання через кризу. "Дзеркало тижня" от 13 декабря 2008 г., с. 8.

Statistical Abstract of the United States. 2009, p. 503.

Кобяков А. Мировой кризис продлится до 2015 года. "КП Украина" от 4 февраля 2009 г., с. 8

Кризис будет еще 5 лет. "Сегодня" от 10 февраля 2009 г., с. 3.

Ослунд А. Кризис: причины и последствия, 

www.wash-profile.oig./ ra/node/8204/.

BlanchardO. Cracks in the System. (Repairing the damaged economy). Finance&Development. December, 8-10, 2008.

Статистичний щорічник України за 2007 р. К., "Консультант", 2008, с. 554.

Шаров О. "..Але навіщо ж стільці ламати?" "Дзеркало тижня" от 16 мая 2009 г, с. 7.