Философия науки: становление и основные этапы развития

белорусский государственный университет

Кафедра философии и методологии науки



























Реферат по философии и методологии науки

Тема № 101

«Философия науки: становление и основные этапы развития»



















Минск 2010




Содержание



Введение

Становление философии науки

Основные этапы развития философии науки

2.1 Позитивизм

2.2 Постпозитивизм

Заключение

Список используемой литературы




Введение



В настоящее время в связи с развернувшейся научно-технической революцией XX столетия философия науки стала успешно и бурно развиваться. Как философская дисциплина она представлена различными концепциями, которые предлагают ту или иную модель развития науки, различными подходами и взглядами. Ее изучение способствует формированию представления о науке как о сложном, многомерном и во многом противоречивом процессе, который развивается в современном мире и радикально изменяющем наше общество.

Развитие философии науки в конце XIX в. начало XX в. выступает одним из решающих импульсов развития самой науки. Процессы, которые происходили тогда в философии науки, оказали принципиальное влияние на последующее движение научной мысли, причем как в естественнонаучной, так и в гуманитарной сферах.

Философия науки всегда была одним из приоритетных направлений отечественных философских исследований.

Представленная работа посвящена теме "Философия науки: становление и основные этапы развития».

Актуальность темы исследования обусловлена как общей ситуацией в области философско-методологических исследований, отражающих синтетически-интегративные тенденции, так и тенденциями в развитии физических наук.

К настоящему времени в философской литературе накоплен богатый материал по данной проблеме исследования. Она носит актуальный характер в современных условиях. Об этом свидетельствует частое изучение поднятых вопросов.

Вопросам исследования посвящено множество работ. В основном материал, изложенный в учебной литературе, носит общий характер, а в многочисленных монографиях по данной тематике рассмотрены более узкие вопросы проблемы "Философии науки: становление и основные этапы развития».

Однако требуется учет современных условий при исследовании проблематики обозначенной темы.

Целью данной работы является систематизация, накопление и закрепление знаний о философии науки и основных этапах ее развития - позитвизма и постпозитивизма.

Достижение данной цели реализуется через постановку и решение следующих исследовательских задач:

Изучение теоретических аспектов становления философии науки.

Раскрытие основных этапов развития философии науки.

Анализ и выявление идей и концепций, выдвинутых крупнейшими представителями философии науки, соответствующих каждому этапу.




1. Становление философии науки



На сегодняшний день философия науки является отдельным направлением философии, самостоятельной философской дисциплиной. Философия науки является как направлением исследований природы науки, так и предметом высшего профессионального образования. Этому современному состоянию предшествовал процесс его становления, понимание которого, является условием возможности свободного и целесообразного формирования стратегий образования в будущем.

Становление философии науки как направления исследований имело в качестве своей предпосылки оформление философия науки в качестве части философии, части определённых философских учений. Философия науки как часть философии является процессом и результатом применением всего интеллектуального потенциала философии к освоению феномена науки. В этом качестве философия науки возникает там и тогда, где и когда философия относится к науке систематически как к уникальному ареалу опыта бытия человека-в-мире. Как отдельное направление философии, философия науки сложилась приблизительно во второй половине XIX века в связи с необходимостью решения методологических проблем бурного развития науки и была ориентирована на выявление роли и значимости науки, характеристик когнитивной, теоретической деятельности.

Таким образом, основным предметом философии науки являются общие закономерности и тенденции научного познания, взятого в его историческом развитии и рассматриваемого в исторически изменяющемся социокультурном контексте.

Начиная с XVII в. развитие науки поставило перед западной философией ряд таких проблем, на которые традиционная схоластическая мысль не в состоянии была ответить. Специфическая особенность выдающихся философов нового времени состояла в том, что они рассматривали научные методы анализа в качестве идеального образца всякой познавательной деятельности, в том числе и деятельности по исследованию традиционно-философской, или, как ее еще называли, «метафизической», проблематики.

Первый шаг на этом пути был сделан Фр. Бэконом. Декарт, Гоббс и Спиноза пошли дальше и предприняли попытку применить научный метод к решению «метафизических» проблем.

Специфическая проблематика западноевропейской философии XVII—XVIII вв. возникает как результат столкновения двух разных начал: традиционной «метафизики» и новой механико-математической науки. Резкое противопоставление идеального и материального, субъекта и объекта, «первичных» и «вторичных» качеств и постановка в центр философского исследования таких проблем, как взаимодействие идеального и материального, отношение «внутреннего» мира сознания к «внешнему» миру, — все это стало возможным лишь вследствие отождествления реально существующего бытия с тем, что ухватывается с помощью терминов механико-математического естествознания, и приписывания всему остальному статуса «субъективности». Тесная взаимосвязь эксперимента с математически оформленной теорией привела к необходимости поставить вопрос об отношении эмпирического и рационального знания, а в связи с этим — к делению философов на эмпириков и рационалистов.

Д. Юм доводит односторонний эмпиризм до логического конца и создает субъективно-идеалистическую, феноменалистскую и агностическую философскую концепцию, которая не только противостояла рационалистической философии XVII—XVIII вв., но и решительно порывала с современным ей естествознанием.

Французский материализм вел борьбу с рационалистической философией XVII в. во имя науки: его приверженцы критиковали идеалистические тенденции прежней «метафизики», раскрывали ее связь с религией, показывали несоответствие ее утверждений результатам научного познания. Однако, будучи механистическим, созерцательным и метафизическим по методу исследования, французский материализм не смог логически последовательно решить философские проблемы, выдвинутые всем ходом развития естествознания и широко обсуждавшиеся в философии XVIII в.

Гегель противопоставил «отрицательной метафизике» XVII—XVIII вв. строго научное знание, совпадающее, по его мнению, с диалектичностью мышления. Вместе с тем Гегель считал, что диалектика и есть «положительная», или «разумная», метафизика. На практике реализация тезиса о «разумной метафизике» приводила к философской спекуляции. Из философской системы Гегеля современные ему естествоиспытатели восприняли не столько содержащуюся в ней ценную критику рассудочного, метафизического метода мышления, сколько спекулятивные результаты, которые не могли быть приняты наукой. Таким образом, предпринимаемые в течение двухсот лет западноевропейской философией попытки создать такую систему, которая соответствовала бы духу современной науки, не увенчались успехом.

На основании изученной научной и учебной литературы перейдем к рассмотрению и анализу основных этапов развития философии науки, которая формируется в контексте эволюции позитивистской, неопозитивистской и постпозитивистской философии, в центре внимания которых находится феномен науки.




2. Основные этапы развития философии науки



Позитивизм



Позитивизм представляет собой философское учение, обосновывающее фундаментальную ценность эмпирического научного знания, эмпирических методов исследования, предлагающее инструментальное истолкование статуса теоретического знания.

Позитивизм проходит ряд стадий, традиционно называемых первым, вторым и третьим позитивизмом. Для всех перечисленных стадий характерны такие общие черты как эмпиризм, восходящий к Ф. Бэкону и с борьба с метафизикой. Представители позитивизма считали надежным знание, которое должно опираться на нейтральный опыт, а единственной, познавательно ценной формой знаний, по их мнению, является эмпирическое описание фактов.

У истоков возникновения философии науки стояли первые позитивисты – О. Конт, Дж. С. Милль, Г. Спенсер.

Основоположником первого позитивизма является французский философ Огюст Конт. Он сделал вывод о том, что наука не нуждается в какой-либо стоящей над ней философией. В свою очередь, он не исключает существование некоторой общей науки, которая осуществляет синтез научного знания и за которой можно сохранить название – философия. О. Конт в своей работе – «Курс позитивной философии» выдвинул концепцию «позитивной (положительной) науки» и идею об отрыве метафизики от науки. Отсюда, позитивное в трактовке Конта – это реальное, точное, достоверное и полезное знание, а в метафизических рассуждениях – это смутные, сомнительные и бесполезные утверждения и представления.

Теоретическое обоснование антиметафизической установки позитивизма нашло отражение в виде закона трех стадий интеллектуальной эволюции человека и человечества. Этот закон определяет те этапы, которые проходит человечество в своем умственном развитии, в стремлении познать окружающий мир. Отсюда Конт отмечал, что человеческий дух в исследовании пользуется последовательно тремя методами мышления: теологическим, метафизическим, положительным (научным). Их реализация ведет к возникновению следующих трех систем мировоззрений:

- теологической – находясь на данной стадии своего развития, человек стремиться объяснить явления через понятия Богов, духов и т.п.;

- метафизической – для которой характерно объяснение человеком явлений мира через абстрактные сущности;

- позитивной (научной) – явлениям природы дается научное объяснение из накопленного положительного знания, получаемого специальными науками. Согласно Конту, позитивная философия и есть окончательное состояние человеческого ума.

Основным видом научного знания для позитивизма Конта являются факты. Наука должна собирать факты и систематизировать их. Определяющим методом науки становится наблюдение, с помощью которого реализуется ее основная функция – описание.

Кроме того, Конт предлагал классификацию наук: в основе – математика, далее - астрономия, физика, химия, биология, социальная физика (социология). В данную классификацию не попадают теология и метафизика, так как не являются позитивными. Этика также не попадает, поскольку находит свое разрешение в социологии. Психология частично входит в биологию, а частично в социологию. Кроме того, преподавать науки следует в том же порядке, который указывает Конт. Это связано с тем, что более сложные науки основаны на менее сложных, и высшие науки не редуцируются к низшим (например, социология не сводится ни к биологии, ни к психологии). Задача же философии состоит в точном определении «духа» каждой из них и в суммировании их принципов в соответствии с «позитивным методом».

Таким образом, согласно взглядам О.Конта, ни наука, ни философия не могут и не должны ставить вопрос о причине явлений, а только о том, «как» они происходят. Отсюда наука познает не сущности, а только феномены.

Следующий представитель позитивизма, Джон Стюарт Милль, который пытался решить проблему Юма в рамках логики, совершенствуя формулировку и правила метода индукции. В центре его взглядов оказалась проблема соотношения материи и сознания. Материя и сознание были сведены им к определенным сочетаниям ощущений. Материя толкуется как постоянная возможность сходных ощущений, а сознание – как возможность переживания ощущений.

Главным научным методом познания Милль считает индукцию, которая является основой умозаключений логики и математики. В этом вопросе его предшественниками были Ф. Бэкон и Д. Юм. Логика была представлена Миллем как общая методология эмпирических наук. Логика для него есть теория доказательства истины, критерием которой является опыт: истинным является умозаключение, согласующееся с фактами. Аксиомы математики имеют опытное происхождение, которые основываются на наблюдении и обобщении. Опираясь на индукцию, Милль не отрицал и высокое значение для науки - дедукции, а именно: гипотеза строится методом индукции, но проверяется методом дедукции.

Следовательно, дедуктивный вывод, по мнению Милля, не может давать никакого нового знания. Источником нового знания и общих предложений, по Миллю, является индуктивное рассуждение, и только оно одно.

Завершителем первой формы позитивизма был Герберт Спенсер, который предпринял попытку научного исследования общества, где уподобил его живому организму, тем самым, для объяснения общественных явлений использовал возможности уже существующей науки — физиологии.

Для учения Спенсера характерно соединение основных принципов позитивизма, изложенных ранее Контом и Миллем, с идеей эволюции, понимаемой, однако, чисто механистически.

Главная установка философии Спенсера — примирить веру и знание, науку и религию на почве агностицизма. Согласно Спенсеру, история религии показывает, что всякая религия покоится на признании абсолютной непостижимости той высшей силы, которая лежит в основе мира. Признание того, что ни религия, ни наука не в состоянии дать ответ на коренной вопрос бытия, позволит, по мнению Спенсера, устранить конфликт между ними.

Эволюция, согласно Спенсеру, это тот всеобщий элемент опыта, который обеспечивает требуемое философией единство знания и дает возможность понять любые явления и природы, и общества. Такая постановка вопроса представляет собой определенную заслугу Спенсера. Однако развитие Спенсер понимает сугубо метафизически и механистически.

В эволюции Спенсер различает три момента:

1) переход от простого к сложному (интеграция или концентрация);

2) переход от однородного к разнородному (дифференциация);

3) переход от неопределенного к определенному (возрастание порядка).

Идея эволюции, в общей форме разработанная Спенсером в главном его философском труде «Основные начала», была им распространена на области биологии, психологии, социологии и этики. Главной конкретной наукой, изучающей законы, действующие в этих областях, Спенсер считал биологию. Он ошибочно полагал, что жизнь во всех ее более сложных и высоких психологических и социальных проявлениях, в конечном счете, управляется биологическими законами.

В целом философия Спенсера явилась завершением первой формы позитивизма.

На основании вышеизложенного следует отметить, что представители первого позитивизма много сделали для пропаганды научных знаний. Дж. С. Миль обогатил сюжетный план проблематики философии науки созданием научной индукцией. Спенсер подчеркнул универсальность эволюционного развития всего. Кроме того, следует подчеркнуть стремление Конта и Спенсера не столько противопоставить науку философии, сколько выявить позитивную составляющую социального знания. Критика представителями первого позитивизма натурфилософии способствовала становлению философии науки, ориентированной на решение реальных методологических проблем, выдвигаемых развитием науки.

Но, вместе с тем, развитие научного познания трактовалось в первом позитивизме крайне упрощенно. Считалось, что после того как оно возникает, в нем не происходит качественных изменений, что не отменяет возможности открытий и приращения нового научного знания.

Позитивизм на втором этапе своего развития получил название «эмпириокритицизм» или «махизм», - по имени его основоположника Э. Маха. Аналогичные идеи были практически одновременно выдвинуты и Р. Авенариусом.

Появление второго позитивизма было обусловлено рядом проблем, обнаружившихся с ростом естественных наук. Бурное развитие в XIX в. химии, биологии, физиологии и т.д. привело к тому, что прежняя "объяснительная модель" утратила свой универсальный характер: невозможным оказалось объяснить все химические, биологические и прочие явления как движения атомов по законам механики. Требовалась новая научная методология, способная объяснить мир.

Роме того, особое влияние на становление эмпириокритицизма оказал "кризис в физике" на рубеже XIX–XX вв.

В это время были заложены основные идеи позитивистского направления в философии, которые по существу определяли его развитие на различных исторических этапах. К этим исходным идеям относятся: гносеологический феноменализм – сведение научных знаний и совокупности чувственных данных и полное устранение «ненаблюдательного» из науки; методологический эмпиризм – стремление решать судьбу теоретических знаний исходя из результатов его опытной проверки; дескриптивизм – сведение всех функций науки к описанию, но не объяснению; полная элиминация традиционных философских проблем.

Эмпириокритицизм нашел много последователей среди естествоиспытателей, сделавшись, в частности, "физическим идеализмом". Это было обусловлено тем, что в соответствии с требованиями духа времени, подлинная наука об основах бытия должна была базироваться на достижениях опытных наук, к числу которых, прежде всего, относилась физика — лидер тогдашнего естествознания. Для большинства естествоиспытателей и многих философов понятие "физическая реальность" стало синонимом понятия "подлинный мир, как он есть сам по себе". Однако, не кто иной как Мах, выдающийся физик, в своих философских трудах подверг критике эту установку. Тот "физический идеализм", основой которого стали философские идеи Маха, был вовсе не мировоззренческим оформлением достижений физики как частной науки, будь то физика экспериментальная или теоретическая (математическая). После того, как познавательный процесс в физической науке был подвергнут Махом гносеологической критике, итоговую концепцию было бы правильнее назвать "психологическим идеализмом": ведь "физическую реальность" (безразлично, трактовать ли ее как совокупность частиц и полей или как систему математических уравнений теоретической физики) Мах и его последователи свели к "комплексам ощущений".

Второй позитивизм, как и первый, отрицательно относился, с одной стороны, к кантовскому решению гносеологических проблем и ко всей метафизике в целом, с другой – к механицизму. Однако, в отличие от первого позитивизма, представители которого считали, что философия должна заниматься созданием единой картины мира и классификацией наук, представители же второго позитивизма видели задачу философии в установлении принципов упорядоченности явлений в сознании исследователя.

Эмпириокритицизм стал определяться, как философская система "чистого опыта", критический эмпиризм, который стремиться ограничить философию изложением данных опыта при полном исключении всякой метафизики с целью выработки и естественного понятия о мире. Данная стадия сохраняет основную установку позитивизма на описание позитивного, опытного знания. Его представители настаивают на необходимости борьбы в науке с засильем метафизических подходов, на изъятие из науки таких понятий, как "субстанция", "причинность", "материальное", "идеальное".

На стадии махизма позитивизм ставит в центр внимания такие проблемы, которые приверженцы и продолжатели контовского учения считали слишком "метафизическими": природа познания, опыта, проблема субъекта и объекта, характер категорий "вещь", "субстанция", природа основных "элементов" действительности, взаимоотношение физического и психического и т. д. Заниматься анализом такого рода проблем заставляло само развитие науки, и позитивизм, претендуя на звание "философии науки", не мог этого избежать. Обращение к данной проблематике сопровождалось сближением позитивизма с теми направлениями, которые Конт и его последователи объявляли "слишком философскими", далекими от науки.

Чтобы более точно и основательно разобраться в особенностях эмпириокритицизма как философского течения, обратимся к рассмотрению философских идей его основоположников Эрнста Маха и Рихарда Авенариуса.

Э. Мах и Р. Авенариус считали, что источником заблуждений и трудностей в науке является ее загруженность метафизикой. Основная цель – очистить опыт от метафизических положений. Личный опыт выражается в понятиях, являющихся историческими конструкциями и зависящих от социальных отношений. Средства выражения опыта полны мифов, заблуждений, фантазий, что приводит к заблуждениям в науке и мешает ее прогрессу. Таким образом, критика опыта, нагруженного метафизикой, объявлялась важнейшей задачей «позитивной философии».

Особое влияние на естествоиспытателей оказали работы Э. Маха. К числу его основных работ относятся: «Анализ ощущений и отношение физического к психическому», «Механика. Историко-критический очерк ее развития», «Принцип сохранения работы», «Познание и заблуждение».

Как упоминалось уже ранее, Мах стремится очистить естественнонаучное мышление от «метафизики». Он заявляет, что не является философом, и никакой философии Маха не существует, а существует лишь естественнонаучная методология и психология познания. Его первые работы естествоиспытателями были встречены холодно и даже получили отпор, но, когда физика вступила в полосу методологического кризиса в результате коренной ломки научных понятий, отношение к философии Маха изменилось.

В своей книге «Механика. Историко-критический очерк ее развития» он критиковал механику Ньютона за введение понятий «абсолютное пространство» и «время», поскольку они не наблюдаемы, а, следовательно – фикции, поэтому их нужно изгнать из науки. Также Мах подверг критике и атомизм. Представления о неделимых атомах были идеализациями, и они работали до тех пор, пока наука имела дело с диапазоном энергии, с помощью которого действительно невозможно было обнаружить делимость атома. В связи с этим идею атомизма он рассматривал только как вспомогательное условное соглашение, позволяющее описывать некоторую область опыта, но не как характеристику физического мира.

Разбирая аспекты теории Маха более подробно, стоит особо отметить, что в своей философской концепции Мах настаивает на том, что единственной реальностью и базой научного познания выступают элементы опыта (явления) и их функциональные отношения, если последовательно проводить принцип устранения метафизики. Мах предлагает рассматривать мир как многообразие элементов, являющихся соединением чего-то физического и психического. Эти элементы есть не что иное, как элементы нашего опыта. Они однородны, функционально равнозначны, являются нейтральными элементами мира – как мира физического, так и психического мира. Между ними нет таких отношений, как сущность-явление, причина-следствие. Они связаны лишь отношениями функциональными. При этом явления он истолковал как чувственные данные, ощущения.

В своей известной работе "Анализ ощущений, отношения психического к физическому" (1907 г.) Мах закрепил основные аспекты своей философской концепции. Исходя из основного своего тезиса, что ощущения первичны, в основе всех явлений находятся ощущения, он пересмотрел основные понятия: вместо причинно–следственной связи он ввел функциональные зависимости. Ощущения у него — это глобальный факт и форма приспособлений организма к среде, все ощущения однородны, различны связи между ними. Нет резкой границы между физическим и психическим. Есть только однородные элементы, из которых слагается внутреннее и внешнее, физическое и психическое, которое зависит от нашей временной точки зрения. Допустим, возьмем цвет, если рассматривать цвет в связи с источником цвета, то это физический объект, если свет воспринимается глазом, то это психический объект. Чтобы освободиться от обвинений в солипсизме, Мах ввел нейтральные элементы. Тела — это комплексы ощущений. Ощущения — элементы. В чувственном мире нашего познания нет разделения ощущений, ощущения нейтральны. Процесс познания рассматривается как процесс прогрессивной адаптации. Наука — это процесс адаптации идей к различным сферам опыта. Разногласие между фактами и идеями и разногласие между самими идеями — двигатель науки. Роль гипотезы — расширение нашего опыта. Гипотеза позволяет подтвердить или опровергнуть наши идеи.

Мах связывал принцип нейтральности элементов мира с функцией ощущений и восприятий быть средством биологического приспособления организма к среде. Он подчеркивал, что в ощущениях и восприятиях нельзя отделить то, что относится к внешнему миру, а что к внутреннему миру организма.

Мах считал, что таким путем он устраняет старые споры между материалистами и идеалистами.

Делая небольшой вывод относительно теории махизма, следует выделить следующие основные мысли. Основной принцип – принцип нейтральных элементов мира. По сути, это феноменализм (реальны только феномены). Ощущения (по Канту это природа) и являются нейтральными элементами мира. Знаем мы то, что ощущаем. Ощущения порождают психический и физический ряды. Нейтральные элементы сопоставляются и с тем, и с другим. Основу познания составляют суждения, наблюдения, т.е. описания того, что мы имеем в чувственном опыте (фактов). Кумулятивное развитие науки представляет собой накопление фактов.

Отсюда следует важный вывод – принцип наблюдаемости – наука должна быть организована таким образом, чтобы из нее было исключено все ненаблюдаемое непосредственно и несводимое к нему. Но здесь отрицается атомизм, теория относительности. Следовательно, наука выполняет только описательную функцию.

В соответствии с тем, что наука только описывает мир, под теорией понимается его сокращенное описание в соответствии с принципом экономии мышления, то есть множество наблюдаемых эмпирических фактов сокращенно записываются в виде теории. Развитие науки - есть поиск более емких, экономных способов записи.

Важными последствиями изобретения принципа наблюдаемости и принципа экономии мышления является их способствование ломке догматизма в науке. Кроме того, принцип наблюдаемости призывает отказаться от мысленных опытов, из которых были выведены многие положения классической науки.

Еще одна заслуга Маха – его открытие закона сохранения и превращения энергии в современном понимании. То есть то, что вся энергия не сводится только к механической – отказ от механицизма.

В механике традиционно различаются абсолютное и относительное пространство и время. Абсолютное пространство человеком непостижимо, так как он всегда выбирает систему координат, и все рассматривается относительно нее. Абсолютное пространство и время Ньютон называл "очами бога" – то к чему человек стремится, но не достигает. "Глазком", через который мы сталкиваемся с абсолютным пространством, Ньютон называл эфир (нечто постоянное, относительно которого рассматривается все движение). Мах отвергает абсолютное пространство и время, тем самым делая предпосылки к отказу от концепции эфира. Предложение Маха – "каркас неподвижных звезд" – система отсчета в механике, используемая до сих пор.

Безусловным фактом является то, что широкое распространение эмпириокритицизма связано с именем австрийского физика и философа Эрнста Маха. Однако не надо забывать, что значительное влияние на формирование этого философского течения оказал и Рихард Авенариус.

Так же как и Мах, Авенариус утверждает, что психические и физические явления, как факты опыта, совершенно однородны и могут различаться лишь по тому, с какой точки зрения их рассматривают.

Опыт — это данность мира познающему субъекту, зафиксированная в его сознании с помощью утверждений, высказываний. Понять особенности понимания опыта может так называемая "принципиальная координация": нет объекта без субъекта, как нет и субъекта без объекта. Элементы опыта как единства "Я" и "среды" нейтральны, то есть в зависимости от точки зрения они могут рассматриваться и как "физические", и как "психические". Индивид с его нервной системой и окружающая среда образуют реальное единство опыта.

Опыт не позволяет отделить от всего видимого, слышимого, оцениваемого некую субстанцию, первооснову мира (материальную или идеальную). Новая философия должна очистить наш опыт от бесплодных фантазий, ненужных продуктов умственной деятельности (высказываний о субстанции, о душе, о причинной связи).

Наш опыт — это некий приспособительный комплекс. Чем более монолитен он будет, тем меньше в нем будут присутствовать различные точки зрения, различные формы удвоения опыта, то есть чем меньше сил будет затрачено на его создание, тем более эффективным будет его адаптационное действие. Принцип наименьшей траты сил — основной принцип, которым должна руководствоваться философия, становясь критикой чистого опыта, деятельностью по очищению опыта. По мнению Авенариуса, новую философию можно будет построить именно по принципу наименьшей траты силы, когда будут устранены такие пустые понятия, как необходимость, причинность, вещь и свойства, субстанция.

Если это устранить их из науки и философии, то это и будет наиболее экономное описание мира. Все сущее будет по содержанию — ощущение, а бытие — движение.

Борьбу против материализма Авенариус ведет под видом опровержения «интроекции». Интроекцией он называет неправомерное вкладывание представлений внутрь человека, в его мозг. Интроекция возникает якобы тогда, когда мы не довольствуемся простым описанием того, что мы сами непосредственно воспринимаем, и того, что воспринимают другие люди, а пытаемся обнаружить местонахождение этих восприятий и помещаем их сначала внутрь окружающих нас людей, а затем, по аналогии, и внутрь самих себя. Тогда, рассуждает Авенариус, происходит «удвоение мира», создается иллюзия, будто помимо мира вещей, непосредственно данных в опыте, имеется еще и мир представлений, находящихся где-то в душе или сознании. В идеалистических учениях этот идеальный мир признается единственно реальным. Интроекцию как приводящую к подобным выводам Авенариус, представитель «нейтрального» учения, считает необходимым критиковать.

Отвергнутой интроекции Авенариус противопоставляет учение о «принципиальной координации», или нерасторжимой связи познающего субъекта и среды, представляющее собой типичную уловку, к которой постоянно прибегают представители современного субъективного идеализма. Согласно взглядам Авенариуса, не может существовать знания, выходящего за пределы опыта, в опыте же объект и субъект всегда даны вместе как «противочлен» и центральный член «принципиальной координации». Но это значит, что, с точки зрения Авенариуса, не существует объективной реальности, независимой от «центрального члена», от сознания субъекта.

Философия эмпириокритицизма сыграла определенную роль в создании той идеалистической атмосферы, которая начала проникать в естествознание конца XIX в. Среди самих ученых — физиков и математиков — делаются попытки истолковать методологические проблемы современной науки в духе субъективного идеализма и релятивизма. Среди такого рода философствующих естествоиспытателей, либо находившихся под прямым влиянием Маха, либо более или менее самостоятельно пришедших к аналогичным взглядам, можно назвать английского физика К. Пирсона, французского физика П. Дюгема, немецкого химика В. Оствальда, крупного французского математика Анри Пуанкаре (1854—1912).

Философские взгляды Пуанкаре весьма непоследовательны. Как крупный ученый, он не хочет превратить науку в собрание фикций, к чему неизбежно ведет субъективный идеализм. Но как буржуазный философ, полный предрассудков и предубеждений против материализма и диалектики, он не может разобраться в сложных гносеологических проблемах, выдвинутых развитием физики и математики, и постоянно оступается в сторону идеализма.

Пуанкаре поставил важный вопрос о природе основных принципов и аксиом, на которых основываются теоретическое естествознание и математика. Отвечая на поставленный вопрос, Пуанкаре утверждал, что основополагающие принципы науки и аксиомы математики не отражают объективных связей и отношений действительности, а представляют собой условные допущения, определения или соглашения (конвенции), принимаемые не в силу их истинности, а ради удобства. Таким образом наше пространство считается трехмерным не потому, что ему объективно присущи три измерения, а потому, что «удобно приписывать ему три измерения». Такова точка зрения конвенционализма, оказавшего значительное влияние на последующее развитие позитивистской философии.

Близкие взгляды развивал другой представитель второго позитивизма Пьер Дюгем. Однако его концепция более сложна и ближе к реальной истории науки. Многие его положения были созвучны постпозитивизму второй половины XX в.

Подводя итог всему вышесказанному, надо отметить, что эмпириокритицизм явился важной вехой в развитии западной и русской философии. Он оказал прямое влияние на возникновение следующей стадии позитивизма — логического позитивизма, также он сыграл свою роль в общем "феноменологическом повороте" всей западной философии. Кроме того, необходимо отметить значительное влияние эмпириокритицизма на философские воззрения многих крупных физиков начала XX в.

Новые проблемы, возникшие в развитии науки в 20-30-е годы ХХ в., привели к возникновению новой исторической формы позитивизма – неопозитивизма. Суть этих проблем заключалась в необходимости осмысления роли знаково-символических средств научного мышления в связи с математизацией и формализацией научных исследований, отношения теоретического аппарата науки и ее эмпирического базиса. То есть в отличие от махистов, внимание которых было сосредоточенно на анализе ощущений и чувственного опыта, неопозитивисты делали акцент на исследовании логического аппарата новейшего естествознания.

Неопозитивизм сформировался почти одновременно в трех европейских странах – Австрии (“Венский кружок”), Англии (Б.Рассел), Польше (Львовско-Варшавская школа).

Исторически первой разновидностью неопозитивизма был логический позитивизм, возникший в 20-х годах ХХ века в “Венском кружке”, объединившем логиков, математиков, философов, социологов. Его возглавлял Мориц Шлик (1882 – 1976). Значительное влияние на взгляды участников кружка оказали Людвиг Витгенштейн (1889 – 1951) и его работа "Логико-философский трактат" (1921), Бертран Рассел (1872 – 1970) и его концепция логического атомизма, Альфред Айер (1910-1989), Джордж Мур (1873 – 1958).

Неопозитивизм сделал собственного рода эволюцию, в какой можно выделить несколько стадий, когда он был представлен определенными модификациями: 1) логический атомизм (Б. Рассел, ранешний Л. Витгенштейн); 2) логический позитивизм («Венский кружок», «Берлинская школа Рейхенбаха»); 3) семантический позитивизм; 4) лингвистический анализ; 5) постпозитивизм.

Рассел и Л. Виттгенштейн разрабатывали концепцию логического атомизма. Их цель заключалась в том, чтобы создать логически совершенный язык, который обеспечит однозначное соответствие между словами и фактами. Эта концепция смыкалась с концепцией логического эмпиризма: все наше знание из опыта. Слова только обозначают то, что известно из опыта, а однозначное соответствие между словами и фактами позволит сделать анализ языка анализом структуры мира. Согласно Л. Виттгенштейну, атом — элементарная пропозиция, соответствующая состоянию дел. Такая пропозиция с необходимостью либо истинная, либо ложная. Язык и реальность, пропозиция и факт — мы не думаем о них как о двух различных сущностях. Следовательно, изучая синтаксис, мы можем получить знания о структуре мира. Предложение рассматривалось Л. Виттгенштейном как картина: «Предложение свою форму показывает».

Венский кружок принял логический атомизм и эмпиризм Рассела и Л. Виттгенштейна.

Логический позитивизм провозгласил основной своей задачей борьбу с метафизикой, традиционно понимая под ней философию в целом, стремясь поставить себя над борьбой с материализмом и идеализмом. Теоретическим источником его послужило реальное развитие физики, логики, математики, языкознания. Наука сводится к фиксации, а затем упорядочению фактов в рамках условно принятой системы языка. В таком случае задачи науки ограничивается описание ее языка. Исходными предпосылками всякого познания логический позитивизм считал события и факты, то есть “чувственные данные”, находящиеся в сфере сознания субъекта. Одной из особенностей данного течения является то, что он принципиально отождествил объект с теорией объектов. Это сразу же снимало вопрос о существовании объективного мира как предмета философского познания и приводило к замыканию философии лишь на познавательной проблематики логики и логического языка. Другой принципиальной особенностью было отождествление (а точнее, замена) понятия “объективный факт” и “научный факт”. Последний, принимался как “запротоколированный” в науке с помощью знаковых средств, то есть как “протокольное предложение”. Язык науки в логическом позитивизме строится так: из первичных атомарных высказываний по правилам логики выводятся сложные высказывания. При этом предложения науки могут быть либо истинными, либо ложными или бессмысленными. Бессмысленные предложения не являются предложениями в собственном смысле, но лишь напоминают их (Карнап). Все философские предложения, считал Карнап, также являются бессмысленными высказываниями и не могут быть проверены путем сведения к атомарным высказываниям, фиксирующим тот или иной “факт”. Обратившись к семиотическим проблемам, они выделили три области отношений: прагматика (отношения языка к тому, кто его употребляет); семантика (отношение между языком и тем, что им обозначается); синтаксис (отношение между языковыми выражениями). Все это получило название семиотики. Предметом анализа стали значения слов и знаков вообще, логические, лингвистические и психологические проблемы (они имели важное научное и практическое значение для создания вычислительной техники).

Специфика логического позитивизма состоит в том, что в качестве метода философствования выступает современная формальная математическая логика.

Все суждения, которые когда-либо высказывались людьми, логические позитивисты делят на два взаимоисключающих класса:

- осмысленные высказывания, т.е. те, которые могут быть выражены в логически совершенном языке;

- бессмысленные высказывания, в которых нарушаются правила логики.

Традиционно философские, "метафизические" высказывания логические позитивисты квалифицируют как бессмысленные. Осмысленные высказывания они делят на: аналитические, которые тавтологичны по своей природе и не несут содержательной информации, и синтетические.

Высказывания логики и математики логические позитивисты относят к классу аналитических, тавтологичных по своей природе. К синтетическим высказываниям по этой классификации относятся все положения опытных наук.

Вопрос об истинности высказываний в этой концепции может решаться двумя способами либо путем логического анализа их языковой формы без обращения к каким-либо фактам, или через непосредственное или опосредованное (определенными логическими преобразованиями) сопоставление их с данными чувственного опыта.

Вопрос об истинности аналитических высказываний должен решаться путем логического анализа их языковой формы без обращения к каким-либо фактам. А вопрос об истинности синтетических высказываний, в соответствии с концепцией неопозитивистов, должен решаться через непосредственное или опосредованное сопоставление их с данными чувственного опыта.

Через процедуру верификации, в соответствии с логическим позитивизмом, должен решаться вопрос об истинности синтетических высказываний.

Верификация высказывания (проверка его истинности) заключается в получении конечного числа высказываний, фиксирующих данные наблюдений (множества так называемых протокольных предложений), из которых логически следует данное высказывание.

Итак, сведение всех осмысленных положений опытных наук к классу синтетических высказываний содержит в себе два допущения:

- существует некий базисный уровень знания, множество так называемых протокольных предложений;

- отношения между научными понятиями исчерпываются связями формально-логического характера.

Эти два допущения вместе с верификационным критерием раскрывают содержание понятия "синтетическое высказывание" и в то же время дают общее представление о неопозитивистском понимании природы научного знания.

Сведение неопозитивистами всех положений науки к классу синтетических суждений - это определенная конкретизация закона Конта - закона подчинения воображения наблюдению. Но если у Конта смысл этой формулы весьма неопределенен, то у неопозитивистов она означает, что позитивным знанием о мире является знание, выраженное в высказываниях, содержание которых сводимо к содержанию протоколов наблюдения.

Отсюда следует, что прежняя философия, "метафизика", объявляется неопозитивистами бессмыслицей.

Философия, по неопозитивизму, есть не теория, а деятельность. Содержание этой деятельности нашло отражение в том, как стал называться неопозитивизм с 40-х годов 20 века - философия анализа.

Предметом этой философии является деятельность по анализу понятий и положений конкретных наук с целью прояснения их смысла. Задача философа - с помощью определенной логической техники совершить переход от высказываний конкретных наук к предложениям, которые могут быть сопоставлены с чувственными данными.

Итак, философия по неопозитивизму - только аналитическая деятельность по отысканию смысла понятий и предложений конкретных наук.

Формальная логика, по неопозитивизму, является методом позитивной философии.

При этом, по мнению логических позитивистов, позитивная философия должна анализировать только результаты познания - понятия и предложения конкретных наук. По их мнению, процесс познания подлежит рассмотрению только в психологии, а соединение воедино аспектов знания и познания не имеет смысла.

Представители логического позитивизма внесли определенный вклад в разработку логического аппарата (логическая семантика, вероятностная логика), который хотя и рассматривался ими как средство философского анализа.

Логико-позитивистская доктрина анализа научного знания чем дальше, тем больше обнаруживала свое несоответствие реальной научной практике, философским осмыслением которой она себя представляла. В итоге среди аналитических философов общепризнанным стало мнение о том, что эта концепция, претендовавшая на точность, строгость и доказательность утверждений, на превращение философии в вид специализированной деятельности, сама является лишь вариантом “метафизики”, причем вариантом явно несостоятельным. Из констатации этого факта исходят те направления, которые пришли на смену логическому позитивизму, оставаясь в то же время в рамках аналитической философии.

Одним из самых влиятельных направлений неопозитивизма являлась так называемая философия лингвистического анализа, доминирующая в послевоенные годы в философской жизни Англии (представители этого направления имеются и в США). Значительное влияние на формирование идей лингвистического анализа оказал английский философ Дж. Мур. Однако развернутая формулировка принципиальных установок этого направления, так же как создание техники анализа, принадлежит Л. Витгенштейну, которого по праву можно считать основателем этой философии (во второй период его философской деятельности - в 30-40-е годы). Наиболее крупные се представители - Дж. Уиздом, Дж. Райл, Дж. Остин.

Лингвистический анализ сознательно противопоставляет себя логическому позитивизму. Это выразилось в принципиальном отказе лингвистических аналитиков от верификационной теории значения (что позволило избежать некоторых явно абсурдных выводов субъективистского эмпиризма), в неприятии тезиса о том, что научное рассуждение является идеальной моделью всякого осмысленного рассуждения, в непризнании позитивистского отождествления осмысленных и информативных высказываний (которое означало в рамках доктрины логического эмпиризма квалификацию моральных, эстетических и прочих оценочных высказываний, а также высказываний - команд, просьб, советов и т. д., в качестве логически бессмысленных), в отказе от логико-позитивистского редукционизма, то есть от тезиса о возможности сведения значения высказываний одного типа к значению высказываний другого типа.

В противовес логическому позитивизму лингвистические аналитики подчеркивают, что актуально использующийся язык содержит множество различных подразделений, областей. Логика функционирования формально одних и тех же слов в каждом из этих языковых подразделений, контекстов принципиально различна. Поэтому слова и выражения, которые внешне кажутся одинаковыми, по существу имеют несовпадающие значения и применяются на разных основаниях в зависимости от контекста их употребления. При этом в контекст включается и цель говорящего, и отношение высказывания к реальной ситуации его произнесения, т. е. “язык-игра” полагается не замкнутым отношением одних слов к другим, а включенным в реальную человеческую жизнедеятельность; язык рассматривается как социальный институт и “форма жизни”. Значение-это не некая особая реальная сущность, считают лингвистические аналитики, и не абстрактный объект, заданный в языке формализованной семантики, а тот или иной способ употребления слова в определенном контексте.

Принципиальным для лингвистического анализа является не просто указание на существование в обыденном языке различных, не сводимых друг к другу слоев, контекстов и т. д., а признание того, что количество этих контекстов, в сущности, необозримо (так что бессмысленно было бы ставить задачу выявить их все, скажем, составить полный список языковых “категорий”). Кроме того, и это самое главное, хотя между разными слоями языка, “языками-играми” имеется определенного рода связь и переход, однако данная связь в большинстве случаев исключает возможность выявления каких бы то ни было черт, общих для разных употреблений одного и того же слова. А это значит, что, по крайней мере, для большинства слов актуально используемого, обыденного языка невозможно дать какие бы то ни было общие дефиниции.

Однако это применимо лишь к обычно используемому, разговорному языку.

Лингвистические аналитики считают, что философские проблемы возникают как раз в результате непонимания логики естественного языка. Поэтому и решены они могут быть лишь путем анализа именно этого языка, путем тщательного выявления и кропотливого описания многообразных контекстов словоупотреблений.

В тоже время между логическим позитивизмом и лингвистическим анализом существует определенного рода связь, которая выражается, во-первых, в том, что сама логика противостояния вынуждает лингвистических аналитиков обсуждать те философские проблемы и их решения, которые были существенны для логического позитивизма, а это - принцип верификации и верификационная теория значения, дихотомия аналитических и синтетических суждений, проблема редукции и т. д. Во-вторых, лингвистический анализ унаследовал от логического позитивизма некоторые принципиальные установки в понимании самого характера философской деятельности.

Критикуя логический позитивизм в «метафизичности» его исходных теоретических принципов, лингвистические аналитики предприняли попытку еще более радикального проведения «антиметафизической» программы.

Они считали, что “метафизические” псевдоутверждения возникают в результате нарушения правил употребления некоторых слов обычного языка. При этом философские дискуссии порождаются отнюдь не всеми, а лишь некоторыми словами нашего языка (например, такими, как “знать”, “реально”, “в самом деле”, “кажется”, “вероятно”, “истинно”, “существует”). Поэтому свою задачу аналитические философы видели в том, чтобы вскрыть источник “метафизических” псевдопроблем и выявить реальный, подлинный смысл слов, неправильно употребляемых философами-метафизиками”.

Поскольку логический позитивизм наряду с задачей элиминации “метафизических” псевдоутверждений ставил перед философами цель построения идеальных моделей осмысленных рассуждений, критическая задача дополнялась там некоторой конструктивной. Представители лингвистического анализа сводят свои задачи к чисто негативным, или, как они сами предпочитают говорить, “терапевтическим”, - к элиминации философских проблем, то есть к избавлению философии от нее самой.

Аналитическая философия превращается, таким образом, в своеобразную “философию философии”, занятую лишь теми проблемами, которые предложены ранее жившими или ныне существующими философами, и не имеющую ни потребности, ни нужды в том, чтобы заниматься вопросами, которые волнуют представителей специальных наук, или же пытаться решать социально-этические проблемы, поставленные современным социальным развитием.

Таким образом, лингвистический анализ пытался утвердить себя в качестве некоей специальной дисциплины, хотя и не являющейся наукой в строгом смысле слова, но способной к получению точных и бесспорных результатов, окончательно сбросившей с себя груз “метафизических” предпосылок. Но это диктовало необходимость отказаться от формулировки, какой бы то ни было философской программы и обусловило претензию на отсутствие в этом течении не только каких-либо теоретических установок, принципов, но даже и определенного метода анализа.

Подводя итого по данному этапу развития философии науки можно отметить следующие характерные черты, присущие неопозитивизму: понимание логико-математических наук как неэмпирических и аналитических; стремление к объединению всех эмпирических наук на основе физического языка; сведение всех гуманитарных наук к психологии и социологии, понимаемых в обоих случаях бихевиористски; ликвидация метафизики, проблемы которой являются мнимыми, а утверждения – бессмысленными; ликвидация иных философских наук – теории познания, этики, эстетики и понимание философии как логического анализа языка науки. Самым общим образом позицию неопозитивистов можно сформулировать так: истинным знанием является только эмпирическое знание, которое сводится к отчетным предложениями; кроме него существует тавтология (в математике) и анализ языка (в философии). Утверждения, которые принципиально не могут быть верифицированы, являются бессмысленными; из таких утверждений, согласно неопозитивизму, и состоит традиционная философия.




2.2 Постпозитивизм



Следующим этапом в развитии науки является постозитивизм, как попытка преодоления недостатков позитивизма. В отличии от предшествующих направлений, для которых было характерно ориентация на исследование только формально-логических конструкций научного знания, представители постпозитивизма обращались к истории науки, к анализу ее движущих сил.

Взамен разработки идеальной модели познания постпозитивизм использует факты реальной истории развития науки, демонстрируя зависимость познавательного процесса общества и от познающего индивида. Особое внимание в постпозитивизме стали уделять аномалиям и тупиковым ситуациям в науке, конкуренции теорий. Как следствие этого появились требования учитывать философский, культурно-исторический фон, на котором развертываются научные исследования.

Происходит отказ от обезличивания науки, игнорирования традиций и авторитетов научных коллективов. Вместо резких противопоставлений науки и философии, постпозитивисты ищут связи между составляющими науки, между наукой и философией, наукой и ненаукой. Они вводят понятие «состояния революции» в науке и нормального ее развития.

Исторически первым учением, положившим начало постпозитивизму, был критический рационализм Карла Поппера, который подверг критике стандартную позитивистскую модель познания, в частности идею «чистого эмпиризма», утверждая, что эмпирические высказывания не менее подвержены ошибкам, чем теоретические. Поппер выступил против существования чистого языка наблюдения, не содержащего никаких теоретических идей.

Верификационному принципу он противопоставляет принцип фальсификации – научной является такая теория, применительно к которой всегда найдется факт, ей противоречащий. При этом, если теория фальсифицирована, она должна быть целиком видоизменена или заменена более успешной теорией.

При этом термин «факт» трактуется Поппером широко – это не только факты, но и все мыслимые утверждения о фактах. Поскольку результатом фальсификации теории является выдвижение другой, то в научном исследовании мы должны стремится не к спасению теории, а наоборот, пытаться любыми средствами опровергнуть ее.

Принцип фальсификации Поппера был призван не только отделять научные теории от ненаучных, но и сравнивать научные теории по степени их предпочтительности.

В методологии Поппера акцент делался на негативных примерах, аргументах, фактах, опровержениях, то есть на критике существующих и выдвигаемых теорий, с целью нахождения истинных научных знаний.

Попперу принадлежит концепция трех миров: мир вещей, мир человеческого знания, мир объективного знания.

В познавательном смысле данные миры не сводимы друг к другу: человек, создав теорию и закрепив ее в научном языке, дает ей объективное существование и с этого момента она перестает принадлежать субъекту. Поэтому мир знаний существует независимо от мира состояния сознания.

Но именно в мире объективного знания происходит рост научного знания, под которым Поппер, прежде всего, понимал последовательную смену научных теорий с возрастанием степени их совершенства (каждая последующая теория способна объяснить не только эмпирические факты, описываемые предыдущей теорией, но и новые, не известные до сих пор).

Учение Поппера было дополнено и развито Лакатосом. Отмечая противоречия в концепции науки Поппера, он обратил внимание на тот факт, что в истории науки имеет место поразительная устойчивость научных теорий, несмотря на существование огромного количества эмпирических аномалий по отношению к ней. И это он объясняет наличием в науке устойчивых исследовательских программ, которые включают в себя цепочку теорий, взаимосвязанных на основе решения однотипных проблем.

Поппер считает, что исторические факты развития науки и являются тем «квазиэмпирическим базисисом», на котором должна строиться философия науки.

Для описания прогресса науки Лакатос применил модель эволюции методологических программ. Методологическая программа состоит из негативной и позитивной эвристик, которые представляют собой набор предписаний по организации исследовательской деятельности и по интерпретации результатов. Заменяя понятие теории на понятие исследовательской программы, Лакатос делает шаг от нормативного взгляда на науку, характерного для Поппера (и еще более для Венского кружка) к описанию реальной научной деятельности. Критический рационализм представляет собой наиболее влиятельное течение мысли в той линии постпозитивизм, которую условно можно обозначить как рационалистическую.

Таким образом, Лакатос призывает к фильтрации историко-научных фактов, отдавая предпочтение внутренним детерминантам роста научного знания: упор делается на выяснении научных изменений, которые на его взгляд выражают суть науки, что и является научно-исследовательской программой.

Вклад Лакатоса в развитие философии науки достаточно весомен, но его концепция породила и ряд вполне естественных вопросов: как зарождаются программы, существует ли между ними преемственность, куда «уходят» программы после того как исчерпывают себя и др. К сожалению, все эти вопросы или остаются открытыми, или получают неопределенную трактовку в творчестве Лакатоса. Так он указывает на то, что любая программа может сколь угодно долго находиться в стадии стагнации, которая, по его мнению, еще не свидетельствует о ее исчерпании.

В результате в целом попытка улучшения попперовской философии науки Лакатосом кончилась полным разочарование последнего в продуктивности философии науки.

Вторая основная линия постпозитивизма восходит к историческим исследованиям Т. Куна, которые привели к появлению понятий «научная парадигма» и «научная революция». Научное исследование, утверждает Кун, строится в соответствии с преобладающей системой взглядов на объект исследования и на саму научную деятельность. Эта система взглядов приводит к господству в каждую эпоху некоторой парадигмы, которая, в свою очередь, в период революции заменяется другой парадигмой, причем выбор парадигмы диктуется не неким «прогрессом знания», а зачастую психологическими и иными вненаучными факторами.

История науки, таким образом, предстает у Куна как постоянная смена нормальных периодов ее развития революционными переворотами.

Наибольшая его заслуга состоит в том, что он нашел новый подход к раскрытию природы науки и ее прогресса. В отличие от Поппера, который считает, что развитие науки можно объяснить исходя только из логических правил, Кун вносит в эту проблему «человеческий» фактор, привлекая к ее решению новые, социальные и психологические мотивы.

Те трудности, с которыми столкнулась западная философия науки на первых этапах своего развития: неопределенность логико-методологических стандартов научности знания у Куна, неверие в продуктивность философии науки у Лакатоса были «сняты» творчеством П. Фейерабенда.

Фейерабенд, как и другие постпозитивисты, начинает свое творчество с попыток улучшения эмпирической методологии. С этой целью он вводит принцип пролиферации.

Фейерабенд пришел к выводу, что наука ни по своим методам, ни по объектам исследования, ни по целям принципиально не отличается от мифа и политической демагогии и представляет собой, по существу, один из инструментов власти.

Наука Фейерабенда есть продукт произвольного человеческого творения, она есть переплетение идей, ошибок, открытий, эмоций, социального влияния и т.д. У науки нет преимуществ по сравнению с другими духовными сферами: религией, искусством, моралью и т.д. Наука служит нашим желаниям и может быть направления как в сторону гуманизма, так и наоборот.

Создание универсальных научных правил, научных традиций, их общественное закрепление и использование в процессе образования, по мнению Фейерабенда, несовместимо с гуманизмом, поскольку принуждает людей следовать определенным стандартам, что препятствует развитию индивидуальности, свободы человека. История науки демонстрирует, что любые методологические правила рано или поздно нарушаются, ибо рискуют стать помехой в развитии науки и это, естественно, необходимо для прогресса науки.

Таким образом, понятие «постпозитивизм» охватывает собой пришедшую на смену неопозитивизму широкую совокупность концепций. Постпозитивизм в настоящее время не отличается большой внутренней однородностью: по многим вопросам существует «внутренняя» полемика. Условно можно выделить два основных направления (естественно, обнаруживающих между собой общность): релятивистское, представленное Томасом Куном, Полом Фейерабендом, Максом Полани; и фаллибилистское, к этой группе следует отнести прежде всего Карла Поппера и Имре Лакатоса, а также Дж. Уоткинса, Дж. Агасси, Дж. Фетзера. Представители первого течения утверждают относительность, условность, ситуативность научного знания уделяют большее значение социальным факторам развития науки, философы второго – строят философские концепции исходя из тезиса о «погрешимости» научного знания, его неустойчивости во времени.

Постпозитивизм не ограничивается статикой знания, но видит основное назначение философии науки в исследовании процесса развития, «роста» знания. Общим для этого направления является признание важности мировоззренческих, философских, метафизических основ научных теорий. В противоположность неопозитивистскому антиисторизму, постпозитивизм стремится осуществить синтез логико-методологического и историко-научного методов анализа научного знания. Взамен разработки идеальной модели познания постпозитивизм обращается к его реальной истории, демонстрируя зависимость познавательного процесса от общества и от познающего индивида. Происходит отказ от обезличивания науки, игнорирования традиций и авторитетов научных коллективов.

В связи с этим критике постпозитивистов подвергаются в основном особенности философии их предшественников, препятствовавшие историческому подходу к познанию: тезис о существовании свободного от теоретических привнесений языка наблюдения, о возможности строгой демаркации науки и философии, стремление навязать познанию идеальные нормы, не являющиеся продуктами реальной научной практики, преувеличение роли формальных структур при исследовании знания и т. п.

Рассмотрев и проанализировав основные этапы развития философии науки подведем итог.

Позитивизм поставил цель изгнать метафизику из науки. Философия должна была тоже быть очищена от метафизических построений и вместо разработки метафизических систем заняться анализом языка. Программа позитивистов не была реализована, постпозитивисты показали, что в науке всегда содержатся метафизические допущения и, следовательно, изгоняя метафизику, придется разрушить и науку. Позитивисты были не одиноки в борьбе с метафизикой. Значительными течениями в философии науки являются также конвенционализм (П. Дюэм, А. Пуанкаре), инструментализм (Дьюи), операционализм и прагматизм.

Положительным итогом борьбы с метафизикой можно признать то, что в современной философии не принято строить метафизических систем, она обычно представляет собой разработку метода или логико-лингвистический анализ языка. После возвращения метафизики в науку в философии науки начали обсуждать ее статус и дискуссии ушли в другое русло. См. Реализм и Натурализм. С другой стороны, критика постпозитивистов подорвала основы рациональной традиции в философии, фактически оставив рационалистическую философскую традицию без теории познания, и в настоящее время философия не имеет всеми разделяемых критериев научности, рациональности и не может противостоять разгулу псевдо- и лженаучных направлений.




Заключение



«Философия науки» как особая философская дисциплина прошла несколько этапов своего развития, точкой отсчета которого можно условно полагать ее «позитивистское рождение», когда приобрела особую актуальность задача исследования методов, логики и языка точных наук.

На различных этапах акцент делался на разных темах и проблемах научно познания.

Изучив и проанализировав основные этапы развития философии науки, подведем обобщающий итог по вышеизложенному.

Главная задача позитивистской философии (первый, второй и третий этап) заключалась в том, чтобы понять сущность естественнонаучной теории как таковой, ее структуру, систему средств формирования теоретического знания. На этом этапе речь идет о проблеме роста научного знания.

На каждом новом этапе развития философии науки позитивисты ратовали за все более последовательную и строгую «ориентацию на науку» и вместе с тем на каждом новом этапе они все в большей мере утрачивали контакты с действительным содержанием развивающейся научной теорией.

Логико-позитивистская доктрина анализа научного знания, чем дальше, тем больше обнаруживала свое несоответствие реальной научной практике, философским осмыслением которой она себя представляла. В итоге среди аналитических философов общепризнанным стало мнение о том, что эта концепция, претендовавшая на точность, строгость и доказательность утверждений, на превращение философии в вид специализированной деятельности, сама является лишь вариантом «метафизики», причем вариантом явно несостоятельным. Из констатации этого факта исходят те направления, которые пришли на смену логическому позитивизму, оставаясь в то же время в рамках аналитической философии.

Неопозитивизм никогда не переставал быть эмпиризмом, однако с течением времени он умерил свои требования к эмпирическому знанию. Неопозитивизм признавал, что философия сводится к логике науки, или логической теории языка.

Эволюцию неопозитивизма можно представить следующим образом: от верификации к фальсификации, от чистого эмпиризма к эмпиризму конвенционалистскому, от языка физики к языку «физикалистскому», от синтаксиса к семантике.

Для постпозитивизма характерны попытки подвергнуть всестороннему анализу влияние на процесс роста научного знания различных так называемых «вненаучных» факторов – социальных, культурных, духовных, политических и т.д. Здесь наука перестает существовать в качестве замкнутого на себе самом вида деятельности, начинает активно взаимодействовать с культурными традициями и социальной средой. Конечно, такое взаимодействие всегда имело место, но теперь проблематика социокультурных измерений процесса научного познания становится для философов науки интересной и «перспективной» темой.

Несмотря на существование, как в неопозитивизме, так и в постпозитивизме неверных взглядов и отдельных тупиковых направлений, в целом неопозитивисты и постпозитивисты сформировали основной блок проблем и направлений дальнейшего развития философии науки: отличие научного знания от других видов знаний; структура научного знания; модели развития научного знания; структура научного открытия; эволюция и революция в науке, методические нормы, стандарты, идеалы и ценности в науке и др. Все это актуально до сих пор, продолжает быть предметом исследования современных философов и методологов науки.




Список используемой литературы



Гришунин С.И. Философия науки. – М., 2008.

Журавлев Л.А. Позитивизм и проблема исторических законов / Под ред. Ю.А. Замошкина. – М.: Издательство МГУ, 1980.

Корнфорт М.К. В защиту философии. Против позитивизма и прагматизма. Пер с англ. Под общ. ред. Г.Ф. Александрова. – Изд. 2-е, стереотипное. – М.: КомКнига, 2006.

Лешкевич Т.Г. Философия науки. – М.: Инфра-М, 2005.

Льюис Д.Г. Огюст Конт и положительная философия / Излож. и исследование Г.Г. Льюиса и Д.С. Милля. – СПт., 1867.

Милль Д.С. Огюст Конт и позитивизм / Д.С. Милль. – Изд. 3-е. – М.: Издательство ЛКИ, 2007.

Никифоров А.П. Философия науки: история и методология. - М., 1998.

Степин В.С. Философия науки: общие вопросы. – М., 2006.

Тарасов Ю.Н. Философия науки / Ю.Н. Тарасов. – Изд. 2-е, испр. и доп. – Воронеж, 2008.

Философия науки / (Л.Б. Баженов и др.). – М.: Эксмо-Пресс, 2007.

Современная западная философия. Словарь. М., 1991.

Краткий философский словарь. Под ред. А.П. Алексеева. - Изд. 2-е, испр. и доп. – М.: ТК Велби, 2002.

Хрестоматия по философии: Учебное пособие / Отв. ред. и сост. А.А. Радугин. – М.: Центр, 2001.