Поведение дельфинов

Санкт-Петербургский институт психологии и акмеологии





















Реферат

по зоопсихологии

на тему: «Поведение дельфинов»



Выполнила: студентка II курса

группы В -52 Кораблёва Е.Л.

Проверила: Зуборева О.Л.



















Санкт-Петербург

2010


Содержание



Введение

Общее описание

Взаимоотношения среди взрослых особей

Поведение во время питания

Взаимоотношение родителей и потомства

Игровое поведение дельфинов

Позы дельфинов

Выражение эмоций. Мимика

Коммуникация дельфинов

Обучение дельфинов языку посреднику

Распознавание своего изображения в зеркале

Элементарная рассудочная деятельность

Парадоксы поведения

Заключение


Введение



Этот реферат посвящен описанию проведённых экспериментов, наблюдений, за поведением дельфинов - высокоспециализированных вторичноводных млекопитающих..

Как и все млекопитающие, дельфины дышат атмосферным воздухом, имеют постоянную температуру тела, рождают детенышей и вскармливают их молоком. Однако в отличие от наземных сородичей дельфины всю жизнь проводят в воде. Они превосходно приспособлены к стремительному и неутомимому плаванию и длительному погружению и наделены изумительной способностью ориентироваться в морских глубинах. Именно в этом отношении дельфины, как и все китообразные, представляют большой научный интерес для биологов, стремящихся разгадать их тайны с тем, чтобы найти им практическое применение в различных областях человеческой деятельности. Поэтому в последние два десятилетия дельфины привлекли к себе пристальное внимание как ученых, так и инженеров. Во многих странах для изучения дельфинов построены специальные дельфинарии, где животные легко вступают в контакт с человеком. Результаты исследований оказались настолько неожиданными, а подчас и ошеломляющими, что они привлекли внимание и широкой общественности, которая с удивительным постоянством стремится узнать «все о дельфинах». 

Сегодня ученые проводят широкие исследования поведения дельфинов не только в искусственных условиях - бассейнах, но и в естественных - в открытом море, изучают их коммуникационные сигналы (сигналы общения), ставят эксперименты, помогающие ответить на вопрос, способны ли эти животные решать сложные задачи, разрабатывают способы их обучения. 




Общее описание



Все дельфины в систематическом отношении образуют единое, четко обособленное семейство так называемых настоящих дельфинов, которое входит в подотряд зубатых китов отряда китообразных. Все дельфины отличаются большой подвижностью, их обтекаемой формы тела весьма стройного сложения, с хорошо развитыми плавниками. У всех дельфинов хорошо развиты легкие. Вдох и выдох происходит через единственное носовое отверстие - дыхало, сместившееся в процессе приспособления к водному образу жизни на самую верхнюю часть головы - ту часть, которая первой показывается из воды, когда животное выныривает. Челюсти у дельфинов, как правило, удлиненные. Дельфины - стадные морские животные, но они держатся и семьями. В такой семье живут вместе несколько поколений животных, родившихся от одной самки. Обычно обособленную группу дельфинов возглавляет вожак-самец, которому часто приходится отстаивать свое главенство в драках с другими самцами. 

Лучше всех других видов дельфинов уживается в дельфинариях и быстро привыкает к условиям неволи афалина. Она в общем-то и стала основным объектом разнообразных исследований.



Взаимоотношения среди взрослых особей



Одной из наиболее характерных черт стадного поведения всех дельфинов является сотрудничество и взаимопомощь среди взрослых особей, которые выражаются в самых разнообразных формах. Здоровые особи оказывают помощь нуждающемуся в ней члену сообщества независимо от пола и возраста. Многочисленные прямые наблюдения за дельфинами в неволе и за другими китообразными в природе являются этому ярким подтверждением.

Обычно помощь пострадавшим и больным животным состоит в том, что один или несколько здоровых животных поддерживают ослабевшего сородича, время от времени выталкивая его на поверхность для очередного вдоха. Такая помощь может длиться до нескольких часов и дней, пока пострадавший не оказывается в состоянии плыть и дышать без посторонней помощи. Выталкивание пострадавшего на поверхность может осуществляться разными способами.

Этот инстинкт оказания помощи пострадавшим проявляется у дельфинов настолько сильно, что часто подавляет инстинкт самосохранения.

Анализ всех имеющихся данных показывает, что помощь оказывается дельфинами не во всех случаях. Так, по наблюдениям А.Г. Томилина (1935), самки серых китов не оказывают помощи раненым самцам. Самцы же этого вида спасали пострадавших самок. А. Ионсгард, О. Нордли, В. Шевилл наблюдали несколько стай белобоких дельфинов и не отметили ни одного случая оказания помощи загарпуненным животным. Есть наблюдения (Белькович, Крушинская и Гуревич, 1969), показывающие что погибающей самке афалины-сородичи не оказывали помощи, а даже старались держаться от нее подальше, хотя она все время подавала сигналы бедствия. В других же ситуациях в том же бассейне дельфины той же группы усердно помогали ослабевшим особям.

Из приведенных примеров следует, что китообразные оказывают помощь своим сородичам весьма дифференцированно и, видимо, эту форму поведения вряд ли можно сводить только к простой автоматизированной безусловной реакции. Случаи же выталкивания неодушевленных предметов на поверхность воды, которые обычно приводятся в качестве одного из наиболее убедительных аргументов в пользу существования такого инстинкта, не менее логично могут быть объяснены игровым поведением животных, столь характерным для зубатых китообразных.

Но все эти многочисленные наблюдения за поведением дельфинов не дают пока возможности понять, при каких условиях и в силу каких причин оказывается помощь, когда раненое или больное животное предоставляется самому себе и покидается членами сообщества. Этот вопрос еще требует серьезного изучения.



Поведение во время питания



Сотрудничество и кооперированность в стае некоторых зубатых китообразных во время охоты развиты достаточно сильно.

Колдуэлл сообщает, что пятнистые дельфины могут формировать большие стаи для нападения на головоногих моллюсков. Тихоокеанская гринда также известна своими согласованными действиями в стае во время охоты. Существует четкая организация в группе касаток, которые нападают на других морских млекопитающих, всегда объединившись. В то же время в других случаях зубатые китообразные, например, афалины, кашалоты, обыкновенные дельфины, во время кормления могут рассредоточиваться и не проявлять никаких специфических черт поведения.

В неволе, во время кормления дельфины "скорее демонстрируют конкурирующее, нежели кооперирующее поведение". Больше рыбы получают более активные, агрессивные животные; вновь поступившим в бассейн животным пища в течение нескольких дней вообще может не доставаться. С другой стороны, в наблюдаемом нами сообществе афалин рыбу в первую очередь получали молодые животные. Взрослые дельфины не пытались отнимать корм у малышей.

Конкуренция в виде игры между дельфинами наблюдалась только тогда, когда их кормили из рук. Они притапливали друг друга, наваливаясь брюхом на голову соседа, но драк при этом никогда не происходило.



Взаимоотношение родителей и потомства



Известно, что новорожденные дельфины с первых мгновений весьма приспособлены к самостоятельной жизни (в отличие от детенышей других млекопитающих). Малыши рождаются способными видеть, слышать, плавать, обмениваться с матерью звуковой информацией, отличать свою мать от других дельфинов.

В течение первых недель дельфиненок не отплывает от матери. У новорожденных существуют особые, видимо врожденные формы поведения, способствующие его выживанию в первые дни жизни: он плывет сзади и несколько сбоку от спинного плавника матери, оказываясь таким образом в наиболее защищенном месте. Если поблизости находится еще одна взрослая самка, она плавает рядом с матерью, так что детеныш попадает между двумя спинными плавниками и защищен с обеих сторон (рис.2). Плавая рядом с матерью, дельфиненок никогда не отстает от нее, с какой бы скоростью ни плыла мать, не затрачивая при этом много усилий, - этому способствуют законы, известные из гидродинамики.

Всякая попытка детеныша в первые недели его жизни присоединиться к другим взрослым дельфинам сразу пресекается матерью. Если дельфиненок не слушается, следует наказание: мать прижимает его рострумом ко дну бассейна и держит в таком положении примерно полминуты. Такая бдительность с ее стороны оправдана, поскольку были зафиксированы случаи нападения взрослых самцов на только что родившегося дельфиненка.

Потерявшись, детеныш активно разыскивает мать. При этом он на большой скорости плавает по кругу, у поверхности воды, в том месте, где он был с нею в последний раз, непрерывно посвистывая.

Обычно какая-нибудь взрослая самка помогает матери по уходу за новорожденным и его защите. А. Мак-Брайд и Г. Критцлер (1951) наблюдали, как другие самки помогали матери-афалине поднимать мертворожденного детеныша. Помогающая матери самка отражает агрессивно настроенных самцов. Такую заботу о безопасности новорожденного проявляют иногда несколько самок в продолжение нескольких недель после его рождения. При любой тревоге в бассейне все дельфины собираются группой, в середине оказываются детеныши с матерью и опекающая его самка



Игровое поведение дельфинов



Любопытство и игривость - два основных качества дельфинов, которые отмечают все исследователи, изучавшие поведение зубатых китообразных в океанариумах.

Действительно, дельфины проводят в играх почти все свободное от отдыха и еды время причем игры у них самые разнообразные, но самые любимые это "догонялки" и "передай другому водрослю". Ниже мы рассмотрим их по отдельности. 

Итак, игра "догонялки"(в ней участвует в основном молодые дельфины), она очень сильно напоминает людскую игру "салочки" и правила в ней те же самые. Подробно: выбирается один дельфин — тот кто будет догонять(далее догоняющий), остальная группа — убегающие. Догоняющий с большой скоростью плавает за убегающими, если догоняющему удается тяпнуть(не сильно и ран при этом не остается) убегающего за хвостовой плавник или коснуться его, то убегающий(тот которого тяпнули) становится догоняющим, а догоняющий убегающим.

Игра "передай другому водрослю"(в ней могут участвовать все дельфины). Подробно: дельфины плавают, передовая друг другу водрослю с помощью грудного плавника.

В неволе дельфины играют с различными предметами, которые попадают в бассейн, иногда по этой причине животные погибают. Они также любят открывать замки вольеров, которые постоянно усложняются(а это является решением логических задач — первый признак разумного поведения). 

По всей вероятности, чрезвычайно развитое любопытство и игривость побуждают представителей многих видов китообразных часами прыгать около пароходов, подчас рискуя жизнью, устанавливать контакты с человеком в естественных условиях. 

Игровая деятельность у новорожденных афалин наблюдается уже в возрасте двух недель. Во время отдыха матери дельфиненок пытается присоединиться к другим взрослым дельфинам, включиться в их игру, играть с рыбами и т.д. Интересно, что в этот период у молодых афалин особенно сильно развита подражательная деятельность; это в значительной степени и способствует развитию игрового поведения.

Естественно, молодые дельфины чаще объединяются в играх друг с другом, чем со взрослыми дельфинами; обычно один из них, наиболее любознательный, смелый и активный, бывает "заводилой", остальные следуют за ним, стараясь во всем ему подражать. 

Дельфины могут играть в одиночку, парами или в группе, с удовольствием включаются в игру с ухаживающими за ними людьми. Дельфины часто и подолгу гоняются друг за другом по бассейну, устраивая так называемые шуточные бои. При этом один может укусить другого, ударить хвостом, прижать к стенке, утопить, но серьезных драк при этом не происходит.

Когда одного из дельфинов кормит или ласкает на краю бассейна кто-нибудь из сотрудников, то остальные начинают отпихивать его и возникают драки за привилегию быть поглаженным.

Во время кормления один из дельфинов может растолкать и выхватить рыбу из-под носа у других и тут же ее бросить. А затем снова пытаться заполучить рыбу просто так, видимо, "ради спортивного интереса".

Кожа дельфинов очень чувствительна к прикосновению, они любят тереться о разные предметы, и поэтому в бассейнах устанавливают специальные чесалки из нескольких щеток. Во время закачки воды в бассейн дельфины очень любят нырять под струей. 

Отмечается еще одна форма поведения, которую, вероятно, можно рассматривать как игру. В бассейне дельфины "встают на голову" и ритмично постукивают хвостом по поверхности воды. Эта форма игры и короткие ритмичные прыжки, сопровождаемые ударами хвоста по воде, по мнению Мак-Брайда, сходны с ритмичными притоптываниями ногами в танцах у шимпанзе. 

Игры, как пишет П.Кропоткин (1922), представляют собой выражение желания тем или иным путем войти в общение с другими особями того же или иного вида. По широко распространенному мнению, игры у животных, главным образом имеют учебно-познавательную сущность. Играя, животные познают элементы окружающей среды, что подготавливает их к надлежащему поведению в зрелом состоянии. 

Чем выше организация центральной нервной системы животного, тем больший удельный вес в его поведении занимает игровая деятельность. У дельфинов длительность игр превосходит таковую у любых других млекопитающих, и это, несомненно, характеризует необычайно высокий уровень эмоционального поведения. Как прямо это поведение связано с высотой умственного развития покажут дальнейшие исследования.



Позы дельфинов



Наблюдая за поведением дельфинов в неволе русский исследователь Барышников Н.С. выделил несколько характерных положений, принимаемых ими в различных ситуациях. Позы повторялись в определенной обстановке многими дельфинами, и это позволяло считать их постоянными ситуационными позами для данного вида животных. Принятие определенных поз вообще свойственно всем живым существам, в том числе и человеку. И если для последнего выражение «стать в позу» в большинстве случаев определяет только суть внутреннего состояния, то для животных это одна из главных форм проявления отношения к происходящему, помогающая им регулировать взаимные связи. 




Поза зависа



Это положение наиболее часто принимают афалины, которые значительную часть времени - если они не заняты играми, кормлением или работой с человеком - проводят таким образом. Большую часть ночи, во время сна, афалины также пребывают в этой позе, лишь изредка делая несколько медленных взмахов хвостом, чтобы сохранить неизменным положение тела. Но эта поза, очевидно, была выработана животными в процессе приспособления к условиям стесненной жизни в неволе и не свойственна дельфинам, находящимся на свободе. 





Поза страха



Чаще всего дельфины группируются в эту позу после внезапного громкого звука или какого-нибудь шума возле места их содержания. Центральный дельфин буквально выталкивался ими из воды и лежал не шевелясь на телах своих сородичей. Центральным чаще всего оказывался один и тот же дельфин, и лишь когда численность группы превышала пять-шесть особей, иногда становилось центральным и другое животное, как правило, одно из наиболее крупных. Возможно, что именно желанием скрыться, как это бывает у страусов, и вызывалась вышеописанная коллективная поза, названная нами позой «страха» (рис. 2). 





Поза паники



Стремлением спрятать голову, очевидно, можно объяснить и другое характерное положение. Впервые она была замечена у небольшой группы афалин в день отлова. Помещенные в вольер животные плавали, как обычно, группой, не проявляя особой тревоги. Но вот решили часть из них отсадить в другое место. Когда сеть, перегораживавшая вольер, начала медленно двигаться, оттесняя дельфинов, они стали возбужденно плавать по уменьшающемуся с каждой секундой пространству. Когда оно сократилось до нескольких метров, все дельфины вдруг одновременно нырнули и, уткнувшись рострумами в песок так, что их тела приняли вертикальное положение, ожесточенно заработали хвостами. Один из исследователей находился в воде рядом с ними и заметил, что глаза у них в этот момент были закрыты. Впечатление создавалось такое, что они стремились зарыться в дно или, по крайней мере, всунуть в песок головы. Каждые пятнадцать - двадцать секунд животные одно за другим всплывали, чтобы сменить воздух в легких, и тут же снова принимали «страусиную» позу (рис. 3). 




Поза помощи



Еще одна поза - поза «помощи» - встречается довольно часто. Когда какое-либо животное чувствует себя плохо, оно издаёт сигнал бедствия. И если рядом находится сородич его вида, то чаще всего он подплывает к нуждающемуся в помощи и, зайдя сзади и чуть сбоку, упирается головой в его живот (рис. 4) и, подпирая снизу, помогает ему всплыть к поверхности для вдоха. Межвидовая помощь у дельфинов никогда не отмечалась. 





Поза следования



Поза следования наиболее характерна для детенышей всех видов китообразных. Совсем маленькие дельфинята держатся возле хвостов своих мам, но несколько выше, чуть сбоку - так ближе к поверхности, где нужно сменять воздух в легких. 



Поза угрозы

Интересны и весьма выразительны позы «угрозы», наблюдать которые - как теперь стало ясно - мне довелось впервые еще у Змеиного острова при первом знакомстве с дельфинами. При появлении возле них чужака или любого нежелательного пришельца дельфины демонстрируют ему свое недружелюбное отношение. Первым это всегда делает самец, доминирующий в этой группе.

Первый признак проявления недружелюбия - «показывание зубов. Голова животного с открытым ртом всегда направлена в сторону того, кому предназначается предупреждение. Если же и эти акты не оказали надлежащего действия, то самец, производящий их, демонстрирует другую, более угрожающую позу: начинает возбужденно мотать из стороны в сторону головой с разинутой пастью и принимает характерную позу «агрессивности». Голова его - причем при этом обнажаются все зубы - опускается вниз, тело выгибается вверх (рис. 6), хвост же, оказывающийся в этом положении выше головы, расположен горизонтально. Это «боевая» поза, непосредственно за ней следует нападение. Замерев на несколько секунд в этой позе, дельфин резко срывается с места и пытается ударить соперника передней частью спинного плавника, целясь в среднюю нижнюю часть его тела. Если непрошеный гость не отступает, завязывается драка. Дельфины наносят друг другу удары верхней задней частью туловища, пытаются укусить соперника за плавники и нижнюю часть тела, очевидно, наиболее чувствительную и уязвимую. 






Поза подставления

Весьма специфична у всех трех видов дельфинов поза «подставления», которую принимает самка перед спариванием. После предварительного этапа «ухаживания» (о котором еще пойдет речь) самка, плывя на глубине полутора-двух метров, переворачивается почти вверх животом и застывает в таком положении, широко расставив грудные плавники. Этим незамедлительно пользуется самец. Поза подставления наблюдалась неоднократно, с небольшой разницей в угле поворота тела самки (рис. 7). 





Поза выпрашивания рыбы



И наконец, две постоянно встречающиеся позы у афалин (для удобства описания поведения им также были даны названия). Известно, что этот вид дельфинов очень любопытен. Когда вблизи бассейна или вольера ведутся какие-либо работы, все животные, высунувшись из воды, следят за действиями людей. Такую же позу они принимают, когда к месту их содержания подходит кто-нибудь из людей или животных. Это положение было названо позой «любопытства». 

Если афалины были голодны, то, приняв то же положение, что и при позе любопытства, они широко разевали рот. Это означало просьбу рыбы и было названо позой «выпрашивания». 



Выражение эмоций. Мимика



Многие считают, что дельфинам не присуща мимика, однако, это не так. Каждый, кто подолгу наблюдал за дельфинами, не только безошибочно узнает их по «физиономиям», но часто «по выражению их лиц» способен определить «настроение» каждого зверя. Хотя их морды действительно почти лишены мимики, все же эти животные имеют достаточно широкий «ассортимент» выражений благодаря изменению степени раскрытия глаз, рта, различным положениям тела. 

«Если дельфин злится, то глаза у него округляются, часто при этом бывает приоткрыта пасть. У «благодушествующего» животного веки скрывают часть зрачка, глаза как бы «прищуриваются». Обиженный дельфин поворачивается хвостом или боком, не теряя все же из вида обидчика, будь то другое животное или человек. Дельфины, как и слоны, способны долго помнить обиду, иногда месяцами отказываясь от контактов с человеком, причинившим им боль. «Гордое» или «самодовольное» выражение проявляется у них в «независимом» плавании, когда они не обращают внимания на окружающих. Эмоции у дельфинов хотя и менее ярко выражены, чем у наземных животных, скажем, у собаки, но, тем не менее, весьма характерны и разнообразны. Правда, иногда наблюдатели из числа дилетантов, описывая дельфинов, явно перебарщивают. Я имею в виду, например, частое упоминание об их «смеющихся» мордах. Действительно, изогнутая форма нижней челюсти дельфина напоминает в человеческом понятии улыбку, но это постоянная «маска», которая на самом деле не выражает никаких эмоций.» (Барышников Н.С.).



Коммуникация дельфинов



В последнее время у дельфинов обнаружено около 180 коммуникационных знаков, которые пытаются систематизировать, составляя словарь общения этих млекопитающих. 

Язык дельфинов можно разделить на 2 группы: Язык жестов (тела)— различные позы, прыжки, повороты, различные способы плавания, знаки, подаваемые хвостом, головой, плавниками. Язык звуков— эхолокационные импульсы

Наиболее выразительными являются свисты, которых у дельфинов насчитывается 32 вида. Каждый из них может обозначать определённую фразу (сигналы боли, тревоги, приветствия и призывный клич «ко мне» и т. д.). Учёные исследовали свист дельфинов, применив метод Зипфа, и получили такой же коэффициент наклона, что и у человеческих языков, то есть несущим информацию. 

Американские учёные, занимающиеся изучением коммуникации дельфинов, пришли к выводу, что у каждого дельфина есть своё имя, на которое он откликается, когда к нему обращаются сородичи. Результаты их исследования были опубликованы в вестнике Национальной академии наук США (PNAS). Более того, специалисты, проводившие свои эксперименты в американском штате Флорида, установили, что имя даётся дельфину ещё при рождении и представляет собой характерный свист. Они поймали сетями на воле 14 светло-серых бутылконосых дельфинов и записали различные звуки, издаваемые этими млекопитающими в процессе их общения между собой. Затем с помощью компьютера из записей были вычленены «имена». Когда имя «проигрывалось» для стаи, на него отзывалась конкретная особь. «Имя» дельфина представляет собой характерный свист, средняя продолжительность которого — 0,9 секунды 



Обучение дельфинов языку посреднику



Способность морских млекопитающих к овладению языками-посредниками в течение ряда лет изучает американский исследователь Л. Херман (Herman, 1986). В его работах дельфины-афалины должны были сначала усвоить «названия» различных предметов в бассейне и совершаемых с ними действий.

Для одного дельфина (по кличке Акеаками) «словами» служили жестовые сигналы экспериментатора, который стоял на краю бассейна. С другим дельфином (по кличке Феникс) общались с помощью звуковых сигналов, генерируемых компьютером. Животные должны были усвоить связь между объектами в бассейне и обозначающими их знаками, а также между жестами и манипуляциями, которые они должны были совершать.

Постепенно дельфины, повинуясь цепочкам из 2—3 знаков, научились точно следовать инструкциям тренера и выполнять некие комбинации действий с предметами, например: «дотронься хвостом до иллюминатора», «набери воды и облей N», «надень кольцо на палку слева», «просунь палку в кольцо» и т.п. Далее проводились тесты с использованием новых предложений, в которых животных также просили принести или переместить какой-либо предмет либо положить один предмет внутрь другого, на него или под него и т.п. Дельфины продемонстрировали способность точно понимать сигналы, символизирующие пространственное соотношение предметов. Этот факт хорошо согласуется с данными о способности дельфинов к обобщению этих признаков в лабораторных экспериментах (Стародубцев, 2000).

В ряде тестов предмет, с которым дельфину нужно было манипулировать, находился вне поля его зрения или же инструкцию подавали за 30—40 с до появления предмета. Дельфины успешно следовали жестам инструктора и в этих условиях, когда их поведение определялось не наличным стимулом, а сохраненным в памяти мысленным представлением о нем.

Поведение дельфинов свидетельствовало также о понимании роли порядка слов в предложении и возможности без специального обучения правильно реагировать на новые, логически упорядоченные последовательности «слов» языка-посредника.

И хотя доказательств того, что дикие дельфины обладают речью, еще не существует, в одном безупречно выполненном эксперименте недавно было показано, что афалины действительно понимают предложения длиной до пяти слов. Например, команда "КОЛЬЦО ВВЕРХУ ПРИНЕСИ КОРЗИНУ ВНИЗУ" вызывает у обученного дельфина иную реакцию, чем фраза "КОРЗИНА ВНИЗУ ПРИНЕСИ КОЛЬЦО ВВЕРХУ". В отличие от шимпанзе, дельфины понимают как символы, так и порядок слов.



Распознавание своего изображения в зеркале



Дельфины распознают свое собственное отражение в зеркале, а среди животных это очень редко встречаемая способность, помимо человека обнаруженная лишь у крупных приматов – шимпанзе, горилл и орангутангов. Большинство животных, включая мелких приматов, обезьян и слонов, на собственное отражение реагируют как на неожиданно появившееся другое животное. Поэтому прежде среди ученых было принято считать, что весьма сложная когнитивная способность к «зеркальному самоузнаванию» объясняется близкими генетическими связями человека и крупных приматов.

Однако ныне американскими исследовательницами Лори Марино из Университета Эмори (Атланта) и Дайаной Рейс из Колумбийского университета (Нью-Йорк) убедительно продемонстрировано, что дельфины тоже легко узнают себя в зеркале и, более того, безо всякого обучения умело зеркалом пользуются.

Марино и Рейс изучали поведение молодых дельфинов. Для этого в маленький круглый бассейн, соединенный с большим овальным, поместили крупное зеркало. При этом зеркало расположили так, чтобы его не было видно из большого бассейна. Здесь дельфинов подзывали и специальным маркером с нетоксичными чернилами наносили им на тело какой-либо рисунок в таком месте, где сам дельфин увидеть его не мог – на голове, плавниках или животе.

После этого дельфины тут же сами направлялись в соседний маленький бассейн и начинали вертеться перед зеркалом, внимательно разглядывая именно те области, где наносился рисунок. Некоторые дельфины, увидев на себе рисунок, упорно пытались его стереть и тёрлись о стенки варьера, а потом снова возвращались к зеркало посмотреть удалось им его стереть или нет.

В некоторых опытах ученые наносили «ложный рисунок», т. е. просто водили по телу животного маркером без чернил. В этом случае сеанс разглядывания в зеркале был очень кратким и прекращался, как только дельфин убеждался, что никакого рисунка нет.

Эти модели поведения дельфинов, зафиксированные на видео, были чисто спонтанными, поскольку опытам не предшествовало никакого обучения и не было никаких «наград», используемых при дрессировке. Как говорит Лори Марино, «некоторые специалисты полагают, что если животное способно узнавать себя в зеркале, то ему присущи и иные формы абстрактного мышления». Сами же исследовательницы, однако, не решаются делать столь сильное утверждение, поскольку не имеют пока достаточных экспериментальных обоснований.



Элементарная рассудочная деятельность



Один из первых экспериментальных подходов к изучению элементарной рассудочной деятельности у животных в сравнительно физиологическом плане был осуществлен Л. В. Крушинским и его сотрудниками (Крушинский, 1977). По определению Л. В. Крушинского, в основе любой, самой сложной формы рассудочной деятельности животного лежит способность улавливать закономерности, связывающие предметы и явления окружающей среды, и возможность оперировать этими закономерностями.

Для оценки уровня развития рассудочной деятельности у дельфинов были выбраны два критерия: способность к решению экстраполяционных задач и оценка некоторых геометрических свойств предметов (оперирование геометрической мерностью фигур).

Изучение способности черноморских афалин экстраполировать направление движения исчезающих за преградой раздражителей при различных условиях их предъявления проводилось в отсеке размерами 8*10,5 м2, куда была помещена звуко- и светонепроницаемая ширма длиной 6 м, высотой 2 м, на одну треть погруженная в воду, с окном шириной 0,8 м в середине (Крушинский и др., 1982). Окно и пространство от ширмы до дна отсека были забраны сетью. Слева и справа от ширмы имелись проходы шириной около 2 м, позволявшие дельфину оплывать ширму с любой стороны. При (проведении эксперимента дельфину, находившемуся на стартовой позиции напротив окна ширмы, предъявлялся в окне натуральный (рыба) или другой привлекавший его раздражитель (мяч). После подхода животного к окну по сигналу (всплеску о воду раздражителя) и при попытке охватить приманку последняя на держателе отодвигалась вдоль ширмы и скрывалась из поля зрения животного. Таким образом, животному предлагалось решить задачу отыскания раздражителя: после получения информации о первоначальном направлении движения раздражителя экстраполировать его последующий путь за ширмой и обойти ее с соответствующей стороны. В следующем опыте приманку продвигали в противоположном направлении, а в дальнейшем направление ее перемещения меняли без строгого чередования.

Были проведены 4 серии опытов, различавшихся характером раздражителей и средой, в которой их предъявляли. В экспериментах первой и второй серий приманкой служила рыба. В первой серии ее передвигали за ширмой под водой на глубине 0,2 м (22 предъявления). Дельфин правильно решил задачу, допустив только две ошибки. Во второй серии рыбу 15 раз предъявляли и продвигали за ширмой над водой на высоте 0,2 м. Это не отразилось на решении задачи дельфином, допустившим лишь одну ошибку. 

В третьей и четвертой сериях опытов, в которых в качестве приманки использовался мяч, передвигавшийся в 8 пробах по поверхности воды и в 10 — на высоте 0,2 м над поверхностью, дельфин во всех случаях решил задачу правильно.

Таким образом, афалина четко проявила способность к экстраполяции направления скрывавшихся за преградой как натуральных, так и искусственных раздражителей, предъявлявшихся под водой и над водой (что исключало возможность их восприятия за преградой), т. е. показала высокий уровень рассудочной деятельности при решении простого варианта экстраполяционной задачи.

Решение логических задач на примере дельфина из Дельфинария "Мир Моря" (Калифорния).

Сандра (самка атлантической афалины) по прибытии в дельфинарий она сразу же стала проявлять большой интерес к засовам в вольере. Сначала научилась открывать засовы, поднимая их вверх. Потом засов сменили, и теперь он представлял собой ручку с запирающим механизмом, чтобы его открыть надо было: 1. повернуть ручку вниз. 2. толкнуть ее от себя до упора. 3. повернуть ее вверх и потянуть на себя. Только после этого дверца открывалась. Сандра долго рассматривала ручку дверцы, а в гидрофоне раздавались эхолокационные щелчки разной мощности. Четыре дня она изучала замысловатый замок, и в итоге он был открыт. Засовы еще несколько раз усложнялись, но все они были открыты. Теперь же дверцы заменены вертикальными заслонками, из цельного листа нержавеющей стали, и зазора между нижним концом заслонки и дном практически нет, и пока он еще не открыт (хотя попытки в этом направлении уже есть).



Парадоксы поведения



В «Толковом словаре» Даля слову «парадокс» дано такое определение: «мнение странное, на первый взгляд дикое, озадачливое, противное общему». 

Здесь, конечно же, пойдет речь о парадоксах, связанных с поведением дельфинов. Рассматривая поступки этих животных, мы находились под влиянием широко распространенного мнения об их исключительной, сообразительности. Все их действия мы подсознательно критически оценивали с точки зрения человека, и когда что-то не укладывалось в наше понятие о разумности, их поведение начинало казаться нам парадоксальным. Но если отбросить предвзятость при оценке их поведения, не пытаться во всем искать - невольно - аналогов с мышлением человека, а постараться понять истинные мотивы их поступков, то в действиях дельфинов обнаружится не так уж много странного и непонятного. Ведь сам образ их жизни уже настолько несхож с нашим, земным, что не может не озадачивать «сухопутного» человека. И, тем не менее, в жизни и поведении дельфинов иногда происходят такие события, разбор которых необходим для оценки степени их разумности. Некоторые факты говорят о том, что эти животные весьма сообразительны, другие, если пытаться сопоставить их с мышлением человека,- свидетельствуют об обратном. 

Поставщиком фактов первого рода являются в основном зарубежные источники. Надо отдать должное: дельфинами там начали интересоваться намного раньше, чем у нас, и изучение их поставлено весьма широко. 

В сообщениях из Мэринлендского, Флоридского и других океанариумов США приводятся уникальные случаи, говорящие о необычайной сообразительности содержащихся там дельфинов. Например, описывается, как они оттаскивают в сторону черепаху, когда та заплывает на место их постоянных игр; как вымывают из щелей в камнях спрятавшихся там головоногих моллюсков, стремительно проплывая над этим местом и создавая хвостом сильный ток воды; как выманивают из скал хищных рыб с помощью приманки, причем операцию проводят сразу два животных: один дельфин подкладывает приманку - пойманную заранее маленькую рыбку, а другой, притаившись сбоку, хватает соблазнившуюся рыбкой крупную добычу. 

Есть немало сообщений о «разумных» действиях дельфинов, возвращающих зрителям предметы, падающие в бассейны, о выполнении ими различных заданий иногда даже без команды, так сказать, по собственной инициативе, и т. д. Все они, безусловно, свидетельствуют о неплохой сообразительности этих животных, но в большей степени эти факты следует объяснить хорошей дрессировкой.. 

В то же время имеются факты, опираясь на которые, ученые отказывают дельфинам в высоком интеллекте. В качестве примера приводятся случаи гибели привязанных животных. Плавая по кругу, они наматывают свою «упряжь» на сваю, к которой она крепится. Достаточно было бы сделать несколько кругов в обратную сторону - и они были бы свободны, но, тем не менее, они не делают этого. Сюда же относится и так называемый «парадокс ограды»: дельфины, способные совершать многометровые прыжки, при отлове оказываются не в состоянии перепрыгнуть через плавающую на поверхности сеть. 

Все имевшиеся сведения о поведении дельфинов были настолько противоречивы, что, безусловно, выяснение вопроса о степени их умственного развития и сообразительности представляет огромный интерес. В первую очередь для учёных важно было исследовать интеллектуальные способности неприрученных животных, еще не общавшихся с человеком. 

Дельфины, которых отлавливали, вели себя точно так же, как об этом пишется в литературе о них. Ни одно животное никогда не пыталось вырваться из окружения через верхний край сети. Дельфины предпочитали искать в ней проходы или таранить преграду. И дело тут, вероятно, не в степени их сообразительности. По-видимому, для того совершенного гидролокатора, которым наделены дельфины и который, очевидно, служит им основным источником информации под водой, граница вода - воздух является барьером, так что информация о том, что расположено выше поверхности, к животным практически не поступает. Поэтому нет ничего удивительного, что, обитая всю жизнь в море, в минуту опасности дельфины руководствуются только с помощью привычных им средств ориентирования в окружающей среде. Определить же в море визуально, с поверхности, что находится за сетью, очень трудно. А для их природного локатора сеть в этих случаях, безусловно, является существенной помехой, и установить, чистая ли вода за сетью, дельфины, очевидно, практически не могут. Кроме того, следует учитывать и паническое состояние животных, попавших в непривычное для них положение. 

Дельфинов, содержащихся в вольерах, также приходится часто отлавливать для разных целей с помощью сетей. Первое время при этом они тоже впадают в панику. Однако уже через пару дней, немного привыкнув к этой операции и убедившись, что ничем особенно она не грозит, дельфины уже не приходят в такое возбужденное состояние, как поначалу. И вот тут они начинают изыскивать способы избавления от сети. 

Одна молодая афалина продемонстрировала русским учёным кое-какие из этих способов. При первом же осмотре после поимки в море у нее обнаружили кожное заболевание, которое надо было срочно лечить. Поэтому афалину приходилось ежедневно отлавливать. Но уже на третий день при очередном отлове произошло следующее. Когда в воду опустили сеть и стали прижимать ею животное к краю бассейна, афалина вдруг высунулась из воды до передних плавников и принялась рассматривать верхний край сети и пространство за ней. Затем, наваливаясь рострумом, она несколько раз попыталась притопить ограждение и внезапно, сильно заработав хвостом, перевалилась через него. Однако она, по неизвестным причинам, снова повторила этот маневр,- но уже в обратном направлении. Видимо, животному доставляло удовольствие тереться о сеть. Вскоре афалина настолько освоила изобретенный ею способ переваливаться через сеть, что поймать ее подобным образом стало невозможно. Не помогало при этом и дополнительное подкрепление в виде пловцов, которые собирались у верхнего края сети, чтобы отпугивать афалину. Дельфиниха находила просвет между ними и с разгону перелетала через ограждение. 

Этим приемом вскоре овладело еще несколько афалин. Но большинство, хоть их тоже и отлавливали довольно часто, все же так и не освоило этот метод освобождения. Это обстоятельство говорит о том, что даже у одного вида дельфинов разные особи весьма отличаются по своим способностям. 

Часто в качестве неоспоримого доказательства высокого интеллекта дельфинов приводят тот факт, что они якобы могут оказывать помощь сородичам и даже помогают добраться до берега выбившимся из сил людям. 

Наблюдения говорили о том, что действительно иногда - менее чем в одной трети случаев,- когда один из дельфинов нуждался в помощи (как бывало при тяжелых заболеваниях или физических травмах), животные того же вида оказывали пострадавшему помощь. Но если дельфины и на самом деле настолько сознательны и разумны, что не раздумывая идут на выручку себе подобных (даже рискуя, как утверждают, иной раз собственной жизнью), то почему в вольерах так часто остаются совершенно равнодушными к тонущему или гибнущему животному содержащиеся вместе с ним дельфины? Иногда (как было в случае с одно афалиной) если больное животное оказывалось самкой, присутствующие в этом же отсеке самцы пытались использовать ее состояние, стараясь спариться с ней, и не помышляли ни о какой поддержке для облегчения ее положения. В иных случаях дельфины вообще старались держаться подальше от явно нуждающегося в помощи. 

Но наряду с этими случаями есть и яркие примеры взаимопомощи. Так, после одного из отловов, проходившего в тяжелых условиях (пойманным животным пришлось более семи часов находиться в ваннах), помещенный в вольер крупный самец афалина не мог двигать хвостом - очевидно, в результате онемения мышц. Обычно отказ «главного движителя» равносилен гибели дельфина, так как, не имея поступательного движения, он лишается возможности всплыть для смены воздуха в легких. Спущенный сразу же вслед за первым второй дельфин, несколько меньших размеров, тотчас же подплыл к пострадавшему и, зайдя сзади под небольшим углом, в типичной позе помощи, осторожно вынес его на поверхность. Здоровый дельфин поддерживал больного товарища (оба они оказались самцами) еще некоторое время, пока у того не восстановилась нормальная работа хвостового плавника. 

В дальнейшем эта пара постоянно плавала вместе, немного в стороне от других, хотя все находившиеся с ними животные были отловлены одновременно в одном стаде. Как всегда в первые дни неволи, животные чувствовали себя неважно, и несколько раз у этой пары наблюдалась поддержка, причем роли взаимно менялись. 

Весьма примечательными являются случаи «забастовок». Дельфины очень тяжело переносят отделение от группы, особенно если разделяют пары. Разобщенные животные чаще всего перестают есть, отказываются подходить к человеку и подолгу находятся в позе зависа в каком-нибудь дальнем углу. Если разделенные животные отгорожены только сетями, то оба они почти всегда занимают положение носом друг к другу, даже если расстояние между ними достигает 100 метров. Если ранее эти дельфины уже были обучены каким-либо действиям - подходить по сигналу, нажимать на рычаг,- то, оказавшись в одиночестве, они либо вообще не хотят ничего делать, либо, выполнив один-два раза требуемое, уходят в излюбленный угол и находятся там, не обращая ни на кого внимания. 

Однажды для проведения опытов была рассажена пара молодых афалин. Самка была переведена в общий вольер, самца же отсадили в отдельный садок, огороженный массивной стальной решеткой. Самка довольно быстро пришла «в норму». К вечеру того же дня она плотно поужинала и уже на второй день весьма благосклонно принимала ухаживания крупного самца, доминирующего в этой группе. Самец, оставшись в одиночестве, перестал принимать пищу. Он то возбужденно плавал вдоль сети, то подолгу стоял в позе зависа. А через два дня вдруг, неожиданно набрав большую скорость, он ударился прямо в ограждение. Удар был настолько силен, что буквально снес ему переднюю часть головы. Дельфин так вклинился между ячейками металлической сети, что, когда подоспела помощь, его тело с трудом вытащили. Таранило животное участок, расположенный перпендикулярно направлению, в котором находилась бывшая ранее с ним самка, поэтому версию о том, что он стремился к ней, пришлось отставить. По человеческим критериям, это весьма походило на стремление покончить с собой. 

Подобные случаи наблюдаются чаще всего у дельфинов больных истощенных или долго проживших в неволе. Могут ли эти поступки быть вызваны сдвигом в психике больных животных или действительно диктуются стремлением если не покончить с собой, то любой ценой избавиться от ненавистного существования в неволе,- сказать трудно. Во всяком случае, упоминания о подобных актах среди наземных животных ещё не встречались. 

«В мире нет двух одинаковых по поведению и психическим качествам животных. Однажды нам удалось наблюдать, как по-разному вели себя дельфины, попавшие в одинаковые условия. Для вывода животных в море была сооружена небольшая клеть. Боковые стенки ее были изготовлены из вертикально расположенных дюралевых труб. Как всегда при кустарном способе производства, качество продукции оставляло желать лучшего: в нашей клети расстояние между трубами в некоторых местах колебалось от 15 до 25 сантиметров. Все же клеть была опущена в воду, и в нее посадили молодого дельфина - афалину, которому предстояло принять участие в эксперименте, а для начала надлежало привыкнуть к клети. 

Дельфин был неплохо приручен, охотно играл с человеком, приходил на сигнал и, как нам казалось, был довольно сообразительным. Несколько самых широких просветов между трубами почти равнялись толщине тела дельфина, и мы опасались, что при желании он сможет протиснуться через них и удрать. Вначале решили даже затянуть просветы капроновой сетью, но поскольку животное не делало попыток освободиться, от этой мысли отказались. Однако на следующий день мы застали интересную картину: просунув нос между трубами, он пытался раздвинуть их и протиснуться наружу. Любопытно, что для своих попыток дельфин неизменно выбирал наиболее узкий промежуток, хотя рядом находился другой, намного шире. И если бы он воспользовался им, то наверняка его усилия уже увенчались бы успехом. 

Целый день дельфин пытался пролезть через ограду именно в этом узком месте, будучи, очевидно, не в состоянии оценить разницу между преградами и выбрать более доступный путь. И все же, мы впоследствии убедились, этот случай нельзя считать характерным, он только свидетельствует, как уже говорилось, о большой разнице в сообразительности у разных особей. Посаженная в ту же клеть молодая самка афалина без промедления нашла самую широкую щель и уже через несколько минут гуляла в вольере, где находилось это устройство. 

Мы не раз еще могли убедиться, что сообразительность животных зависит от их индивидуальных особенностей. 

Надеюсь, что вскоре люди научатся правильно оценивать поступки этих животных, исходя из четкого понимания реальных условий их жизни. И тогда, без сомнения, с дельфинами удастся наладить контакт (пусть не на самом высоком уровне), который наверняка принесет немало пользы человечеству.» (Барышников Н.С.)


Заключение



Существует несколько различных точек зрения, взглядов на разумность этих животных. Одни учёные считают, что дельфины по разуму ничем не уступают шимпанзе, другие считают, что дельфины в несколько раз превосходят приматов, третьи никогда не наблюдали у этих животных каких то особых способностей, и поэтому не считают их разумными. Каждые довольно убедительно доказывают свои выводы и поэтому довольно сложно принять какую-либо одну т.з. Для себя я поняла, что дельфины обладают элементарной рассудочной деятельностью, но каждый в большей или меньшей степени. Дельфинам, как и человеку, как и другим высоко развитым животным присуща определённая способность или если можно сказать талант. Талант у них проявляется в разных сферах их жизнедеятельности – кто-то великолепный охотник, кто-то «профессиональный взломщик замков», кто-то пускатель пузырей или колец, кто-то «профессиональный спасатель», кто-то лучший в мире «трюкач» и т.д. Этой точки зрения придерживается отечественный учёный исследователь Барышев Н.С. Он пишет об этом так «Мы не раз еще могли убедиться, что сообразительность животных зависит от их индивидуальных особенностей» (см.гл. «Парадоксы поведения»).

В нашей стране в течение многих лет ведутся успешные исследования дельфинов. Особенно занимает умы ученых проблема общения у животных, расшифровка их «языка». Каждый год мы узнаем об этом новые удивительные факты. Та легкость, с которой дельфины вступают в контакт с человеком, открывает фантастические возможности использования этих животных. Вполне вероятно, что в недалеком будущем дельфины смогут участвовать в разведке запасов сырья на дне морей, оказывать помощь в работе акванавтов, быть непременными участниками операций по спасанию в море людей, терпящих бедствие, помогать рыбакам в поисках косяков рыбы и других работах. 

Пусть дельфины и не разумны в той степени, в какой разумен человек, – это всё же смышлёные создания, понять которых в полной мере нам ещё предстоит. 





2