Контракт как институт рыночной экономики

Федеральное агентство по образованию

ТОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ (ТГУ)

Экономический факультет

Кафедра политэкономии















КУРСОВАЯ РАБОТА

Контракт как институт рыночной экономики







	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	

	Томск 2008

Содержание



Введение



1. Теоретические основы контрактных отношений



1.1. Понятие  контракта



1.2. Специфичность активов и виды контрактов



1.3. Оппортунизм



1.4. Защита контрактов



2. Развитие контрактов в современной рыночной экономике



Заключение 

Литература 





























Введение



	Актуальность темы. По мере развития общества углубляются специализация и разделение труда, усложняются экономические отношения, которые во все большей степени нуждаются в регулировании со стороны формальных и неформальных институтов. Повышается необходимость санкций за нарушение обещаний, и у экономических агентов появляется стимул к тому, чтобы закрепить эти отношения в правовой форме, что ведет к возникновению правовых ограничений и норм. Правовые отношения между агентами находят свое отражение в формальных контрактах, но в силу ограниченной рациональности людей и окружающей их неопределенности формальные контракты отличаются несовершенством, поэтому процессы их реализации обычно подкрепляются неформальными нормами, выработанными участниками в процессе взаимодействия и разделяемыми ими. При этом важны и закон, и культура.

	Например, цивилизациям Востока свойственна длительная традиция опоры на неформальные культурные нормы, которые доминируют над формальными правилами. Именно с этим связан малый радиус отношений в традиционных экономических культурах Китая и Японии: экономические отношения там устанавливаются преимущественно между родственниками. Напротив, в европейских странах в Средние века купцы были вынуждены строить торговые отношения с чужестранцами, на которых ввиду больших расстояний очень слабо влияли неформальные механизмы. Поэтому внутри западной цивилизации быстрее стали складываться единые торговые правила, приводимые в действие механизмами, которые не замыкались на социальные группы. Эти правила были распространены на огромные территории и регулировали отношения  множества незнакомых друг с другом людей  с различными ценностными установками и ментальными моделями. Однако с определенного момента они стали нуждаться в кодификации, а затем и в формализации, и начала развиваться система формального права. 

1. Теоретические основы контрактных отношений

Теория контракта



В повседневной жизни, не говоря уже об экономической деятельности, каждый индивид вступает в бесчисленные контакты с другими людьми. Многие контакты носят характер обмена, при котором блага переходят от одного индивида к другому при  условии встречного потока денег или других благ или обязательства передать деньги ил блага в будущем. Обмен между двумя людьми – простейшая форма взаимодействия между людьми; возможны и сложные обмены, в которых участвует множество индивидов.

	Поскольку обмениваться можно не только материальными благами или благами, имеющие денежную ценность, но и нематериальными благами, как забота или воспитание, то сфера обмена становится более широкой. Она охватывает весьма существенную часть взаимоотношений между людьми. Но чаще всего предметом обмена являются материальные и нематериальные блага экономического характера, имеющие денежную ценность.

	Обмен, как правило, происходит на определенных условиях. Каждая из сторон должна  совершит какие-то действия при условии, что вторая сторона также совершит какие-то действия. Эти условия могут быть явными, т.е. четко оговоренными и зафиксированными или просто подразумеваемыми. Имплицитные условия очень распространены. Например, это безличные договора, как бы заключаемыми между автобусным парком и каждым пассажиром: автобусный парк берет на себя обязательство перевезти пассажира в обмен на приобретение билета. Главное, что обмен всегда предполагает двустороннее движение благ: каждый участник обмена что-то отдает другому  и что-то получает взамен. Этим обмен отличается от других отношений, предполагающих только одностороннее движение благ. Таким может быть акт дарения. 

	Большинство актов обмена являются контрактами, но не все. Контракт – это такой обмен, условия которого заранее известны и признаны обеими сторонами. Очень важно, чтобы каждый из участников обмена знал, что он отдает и что получит взамен. Иными словами, контракт – это всегда соглашение. Следовательно, необходимой характеристикой контракта является наличие взаимных ожиданий: партнер А ожидает, что партнер Б совершит какие-то действия при условии действий со стороны А, а партнер Б рассуждает аналогично применительно к своим действиям. Когда ожидания приобретают устойчивый характер и разделяются множеством людей, возникает, по мнению некоторых исследователей, институт. Конечно, в реальной жизни огромное место занимает неопределенность, но и это обстоятельство должно учитываться при заключении контракта. Степень предварительной детализации условий контракта очень различается, что служит одним из критериев для классификации контрактов. 

	Такое понимание контракта совпадает с определением этого понятия, данным одним из основоположников неоинституциональной теории О.Уильямсоном : контракт – соглашение между покупателем и поставщиком, в котором условия обмена определяются тремя факторами: ценой, специфичностью активов и гарантиями. при этом, отмечает Уильямсон, количество, качество товаров и услуг, продолжительность контракта принимаются как уже определенные1.

	В случае, когда один из участников обмена совершает действия  в ответ на действия другого партнера, который не рассчитывал на ответные действия, то такие отношения принимают форму обмена, но не основываются на соглашении о взаимных действиях и потому не являются контрактом. Например, решение лица, которому оказана услуга без ожидания ответной благодарности, все-таки отблагодарить того, кто оказал услугу.

	Всеобщая распространенность контрактов не была бы понятной, если бы люди не получали выгоду в результате контрактного обмена. Индивиды действительно вступают в контрактные отношения для того, чтобы увеличить полезность, которой они располагают. В результате обмена каждый из партнеров получает большую полезность, чем та, которой он располагал до обмена, иначе бы никто не вступал в контрактные отношения. Таким образом, обмен обладает свойством продуктивности. Идея о продуктивности обмена восходит еще к классической политической экономии, но там центральное место занимает все-таки не обмен, а производство, в результате которого создаются новые материальные блага. Напротив, неоинституционализм рассматривает именно обмен и его основную форму – контракт – как простейшее и потому основополагающее экономическое действие. 

	Взгляд неоинституционализма на объект контракта также отличается от позиции классической теории. В процессе исполнения контракта  происходит обмен не только материальными объектами, но и правомочиями, связанными с использованием  данного объекта. Контракт как обмен правомочиями – это чисто неоинституциональная идея. 

	Теория контрактов – сравнительно молодая часть экономической науки, и многие важные вопросы не получили общепринятого решения. 

	Контракт – это соглашение, в неявном виде предполагающая добровольность отношений обеих сторон. Добровольность как необходимая предпосылка контрактных отношений еще недостаточно исследована. С одной стороны, представляется вполне правомерным рассматривать контракт именно как добровольную сделку. Но, с другой стороны, в окружающей жизни можно увидеть огромное количество соглашений, которые, будучи по форме добровольными, на самом деле являются принудительными, вынужденными. Когда в голодные послереволюционные годы русские аристократы обменивали хлеб на фамильные драгоценности, они совершали, казалось бы, добровольную контрактную сделку, хотя на самом деле была вынужденной. Но известный отечественный неоинституционалист А.Шаститко иллюстрирует возможность существования контрактов в условиях принуждения тем, что в системе принудительного труда в СССР существовали сильные различия в положении заключенных в зависимости от их ценности для репрессивных органов: достаточно сравнить материальное положение квалифицированных зэков в научно-исследовательских «шарашках» и неквалифицированных зэков в обычных лагерях. Недостаточная ясность в вопросе о добровольности не позволяет  с уверенностью относить к контрактом те формы взаимодействия между людьми, которые основаны на принуждении хотя бы одного из партнеров к обмену. Но можно согласиться с А.Шаститко в том, что в любом контракте всегда присутствует элемент «взаимного давления (поскольку речь идет о противоречащих интересах) … момент давления обусловлен конфликтом экономических интересов в мире ограниченных ресурсов». 

	



Специфичность активов и виды контрактов

Неоклассика рассматривает  контракты как соглашения между двумя сторонами, содержащие перечень необходимых действий обеих сторон и указания о порядке разрешения споров и наказаний за нарушение условий контракта. Признавая различие контрактов  с юридической точки зрения, неоклассика не проводит различия между ними с экономических позиций. 

Подход неоинституционализма к данному вопросу гораздо глубже. Эта теория помогает увидеть разнообразие контрактов с точки зрения их экономического, а не юридического содержания, и, соответственно, лучше понять особенности взаимоотношений  экономических субъектов в разных типах контрактных отношений, а также роль тех или иных контрактов в организации фирмы и разных формах экономической деятельности.

Главный вклад неоинституционализма в теорию контрактов – это понятие специфичности активов. Его значение в том, что оно выступает основным критерием неоинституциональной классификации контрактов.    

		Специфичность означает степень взаимной активности активов в процессе обмена                                     или использования. Различают три формы специфичности активов.

А) Активы общего назначения – это активы, ценность которых не зависит от сочетания с другими активами. Все же ценность таких ресурсов не является абсолютно независимой от того, в сочетании с какими ресурсами они используются.

Б) Специфические активы – это активы, ценность которых зависит от сочетания с другими активами. Уильямсон определяет их как активы, «которые не могут быть перепрофилированы для использования в альтернативных целях или альтернативными пользователями без потерь в их производственном потенциале».ключевая часть данного орпеделения – возможность потерь в производственном потенциале специфических активов, если они используются вне оптимального сочетания. Таких активов большинство: материалы, оборудование, человеческие навыки и т.д. Они обычно имеют наибольшую ценность в сочетании с определенными активами, теряют часть своей ценности при соединении с другими активами. 

В) Интерспецифические активы – это взаимодополняемые активы, которые не имеют ценности вне сочетания с определенными другими активами. Этот тип активов также называют идеосинкразическими или высокоспециализированными. Например, столяр-краснодеревщик и уникальный деревообрабатывающий станок, способный выполнять  сложные художественные работы по дереву.  Для мебельной фирмы краснодеревщик не представляет ценности, если у нее нет уникального станка, и этот рабочий может быть нанят только на общих условиях, подобно другим столярам. но не имеет ценности и уникальный станок, если на нем некому работать. в данном случае ценность каждого из этих двух активов зависит от того, дополняется ли он другим интерспецифическим активом.

	Понятие интерспецифичности активов занимает важное место в теории контрактов. Такой тип создает двустороннюю зависимость  между партнерами – собственниками интерспецифических ресурсов. Разрыв отношений между ними обернулся бы для каждого большими экономическими потерями, потому что ценность каждого из них проявляется только в сочетании с активом другого партнера. 

	Интерспецифическим активом часто выступают знания, навыки и квалификация. Поэтому между партнерами часто возникают отношения двусторонней зависимости, которые способствуют устойчивости их деловых взаимоотношений, но с другой стороны, создают риск  оппортунистического поведения со стороны одного или обеих сторон. Сетью сложных взаимоотношений, опирающихся на интерспецифический характер квалификации и других активов собственников и наемных работников фирмы, является любая организационно-правовая структура бизнеса: кооператив, товарищество, публичная корпорация и т.д. Собственность на интерспецифические активы не выводит отношения между партнерами за рамки рыночных принципов экономического поведения. 

	Наряду с характером активов, регулярность, т.е. устойчивость взаимодействия между партнерами и степень неопределенности, присущая их отношениям  используются для классификации контрактов.  С этой точки зрения выделяются следующие типы контрактов.

		Классический контракт. Он характеризуется, во-первых, низкой степенью специфичности обмениваемых активов. Поэтому, выполнив данный контракт, каждый из партнеров может легко вступить в контрактные отношения с третьим лицом, если оно предложит более выгодные условия. Например, если покупателю  третье лицо предложит более низкую цену, то он может заключить с ним контракт, после того как покупатель выполнит свой предыдущий контракт. Во-вторых, классический контракт характеризуется нерегулярностью или разовостью отношений между партнерами. Чаще всего это однократная сделка, например, купля-продажа.  Зачастую партнеры не знакомы друг с другом и не стремятся к установлению личных отношений. В-третьих, условия такого контракта достаточно ясны и определенны, поэтому они могут быть подробно описаны. В современных условиях подробного описания не требуется: всякий, кто имел дело с контрактами, совершаемыми в сфере бизнеса, знает, что в них распространены ссылки на действующее законодательство (например, «ответственность за несвоевременную поставку товара регулируется действующим законодательством»).

		Ясность и определенность классического контракта и его «встроенность» в существующую систему юридических отношений позволяют апеллировать  к государству в случае нарушения контракта одной из сторон. Государство защищает законные интересы пострадавшего с помощью суда. 

		Классический контракт, таким образом, характеризуется разовостью, определенностью и неспецифичностью обмениваемых активов.

		Неоклассический контракт. Еще в конце XIX века известный социолог Э.Дюркгейм обосновал мысль о том, что в основании любых общественных, экономических контрактов лежит скрытый, но огромный фундамент, образованный социально обусловленными и исторически ограниченными законами, нормами, привычками и стереотипами, которые настолько очевидны для участников контрактных отношений, что почти никогда в явном виде не фиксируются на бумаге. Это, например, идеи равенства сторон перед законом и их равноправия как участников сделки. Он также отмечал, что индивиды часто не способны  знать все условия и обстоятельства, сопровождающие исполнение контракта. Поэтому отношения между индивидами строятся на основе «несовершенно сформулированных контрактов», фундамент которых составляют явно не выраженные социальные нормы. 

Такой тип контрактов называется неоклассическим. В этих рамках производится  обмен общими или малоспецифическими ресурсами в условиях высокой неопределенности. Это условие – главное, что отличает его от классического контракта. Неопределенность оставляет за рамками писаного текста существенную часть контрактных отношений между партнерами; поэтому в отличие от классического контракта, в неоклассическом контракте важное место занимают личные отношения: доверие, высокая оценка деловых и человеческих качеств партнера, убежденность в его профессионализме и способности выполнить контракт. Из-за наличия неопределенности и невозможности письменно зафиксировать все условия задача обеспечения неоклассического контракта и наказания за нарушение не всегда может быть возложена на государство, т.е. суд. Партнеры могут договориться о том, чтобы отнести спорные вопросы на усмотрение третьей стороны: третейского суда, иной организации или лица, которым оба доверяют. 

Итак, неоклассический контракт отличается спорадичностью, неопределенностью и малой специфичностью  обмениваемых активов.

		Имплицитный (неоинституциональный) контракт. Самой сложной формой контрактного взаимодействия между индивидами является явно не выраженный или молчаливо подразумеваемый контракт. Он является главным объектом изучения со стороны неоинституциональной теории.

В рамках этого типа контракта индивиды находятся в процессе  устойчивого взаимодействия. Контракт является не разовым или спорадическим, а состоянием. Зафиксировать в письменном виде все нюансы долговременных отношений между индивидами совершенно невозможно. Степень неопределенности в имплицитном контракте велика, и он опирается, таким образом, на добрую волю партнеров к сотрудничеству и персонализированный характер связей между ними. В рамках долгосрочных контрактных взаимоотношений партнеров удерживает интерспецифичность обмениваемых ресурсов. Те активы, которыми располагают стороны имплицитного контракта, имеют большую ценность только до тех пор, пока соединены воедино и используются вместе, как единый актив. Нарушая контракт, каждый из партнеров подвергает риску свое благосостояние: в другой комбинации, в рамках другого контракта его активы будут иметь значительно меньшую ценность. 

Сеть имплицитных контрактов между собственниками интерспецифических ресурсов – основа существования фирмы. Такими ресурсами могут быть физический капитал и предпринимательские способности владельца, квалификация менеджеров, инженеров и служащих, навыки и умение, и опыт рабочих, связи с поставщиками, покупателями и другими контрагентами. Собственники этих и других активов объединяют их для того, чтобы производить продукт и продавать его на рынке. Объединяя активы, они обычно  заключают некое соглашение, но соглашение носит ограниченный характер, потому что не может предусмотреть все обстоятельства, которые могут возникнуть в течение длительного сотрудничества между партнерами. Важно отметить, что  контроль за соблюдением имплицитных контрактов обычно осуществляется самими партнерами, поскольку никто, кроме них, не может знать  взаимных интересов и всех обязательств исполнения контракта.

Следовательно, имплицитный контракт отличается устойчивостью, неопределенностью и интерспецифичностью обмениваемых ресурсов.

	







Оппортунизм

Один или оба участника контрактного соглашения по тем или иным причинам нарушить контракт. Такие причины очень разнообразны; делятся на преднамеренные и внешние (непредвиденные обстоятельства), например, нарушения, направленные на достижение личной выгоды за счет ущемления интересов партнера, а также по болезни одного из партнеров.

О.Уильямсон определил оппортунизм как преследование личного интереса с использованием обмана. при этом он подчеркнул, что оппортунизм следует отличать от обычного эгоистического поведения, когда субъект, преследуя личную выгоду, все же действует в рамках контракта.

Наиболее явны формы оппортунистического поведения – ложь, мошенничество и воровство. На самом деле проблема оппортунизма гораздо шире, а формы  - гораздо тоньше. Уильямсон различает оппортунизм ex ante и ex post. В первом случае речь идет о том, что один из партнеров вводит в заблуждение другого до заключения контракта. Например, клиенты страховых компаний  склонны занижать риск  наступления страховых случаев для того, чтобы уменьшить размер страховых взносов; с этой целью, например, престарелые люди, страхующие свое здоровье, склонны приукрашивать свое физическое состояние. Оппортунизм ex post – уклонение от добросовестного и надлежащего выполнения обязательств перед партнером после заключения контракта. На примере страховых компаний можно проиллюстрировать такой тип, как уклонение страховых фирм от выплаты вознаграждения пострадавшему под придуманными предлогами. 

	В основе оппортунистического поведения лежит ассиметричность информации и неопределенность. Партнер не может знать всех обстоятельств и намерений другого партнера накануне заключения контракта и тем более не может знать всех деталей поведения партнера после того, как контракт уже заключен. Поэтому оппортунизм всегда основан на неполной или искаженной информации, которую субъект  оппортунистического поведения предоставляет партнеру до или после начала действия контракта. Если бы каждый индивид имел неограниченный доступ к информации, то он обладал бы полным знанием о поведении партнера по контракту и имел бы возможность предотвратить  любые нарушения со стороны партнера. Тогда проблема оппортунизма не могла бы возникнуть. Но вследствие «платности» и неполной доступности информации контроль за соблюдением контракта другой стороной всегда затруднителен. Поэтому стороны, вступающие в контрактный обмен, обычно стремятся  обеспечить себя гарантиями от оппортунистического поведения партнера.

Проблема оппортунистического поведения имеет, по крайней мере, три чрезвычайно важных последствия для понимания экономической и социальной жизни. 

	Во-первых, всеобщность контрактных отношений означает, что проблема оппортунизма пронизывает едва ли не любые формы взаимодействия между партнерами.  Оппортунистическое поведение может угрожать не только  партнерам по коммерческому или иному деловому контракту, но и участникам более сложных социально-экономических отношений. Наиболее распространенная форма оппортунизма – отношения между принципалом и агентом, то есть та модель контрактных отношений. По которой строится взаимодействие избирателей и депутатов, собственников компаний и наемных менеджеров, предпринимателей и наемных работников. 

Во-вторых, оппортунизм порождает огромные издержки по защите от этого типа поведения. Эти издержки относятся к трансакционным и занимают преобладающее место в данном классе издержек. Все затраты предпринимателей и других граждан по поиску достоверной информации, контролю за поведением партнеров и предотвращению собственных убытков от нарушений контракта относятся к типу трансакционных издержек по защите от оппортунистического поведения. среди них можно назвать, например, расходы отдельных граждан и всего общества на содержание адвокатов, судов, нотариальных, аудиторских и других юридических и экономических служб.

В настоящее время понятия трансакции и трансакционных издержек являются одними из важнейших терминов «нового» институционализма. По их мнению, существование институтов связано с необходимостью минимизации трансакционным издержек. Которые увеличиваются по мере развития  разделения труда, усиления неопределенности и необходимости защиты прав собственности.  На самом деле к трансакционным издержкам относя любые виды издержек, сопровождающие взаимодействие экономических агентов, независимо от того, где оно происходит – на рынке или внутри организаций, до процесса обмена, в процессе обмена или после него.  

Существует несколько классификаций трансакционных издержек:

1. издержки поиска информации о товарах или  услугах, поиске партнеров;

2. издержки ведения переговоров, подписания контрактов.

3. издержки измерения количества и качества обмениваемых товаров и услуг;

4. издержки контроля над партнером в процессе выполнения контрактов;

5. издержки по спецификации и защите прав собственности, в том числе издержки на содержание органов государственного управления, судов и т.д.;

6. издержки оппортунистического поведения. Например, расходы граждан и всего общества на содержание адвокатов, судов, нотариальных, аудиторских и других юридических и экономических служб. 	

	В-третьих, «индивидуальная» защита от оппортунизма весьма сложна и влечет за собой огромные затраты. Например, сколько сил и средств приходится тратить предпринимателю-судовладельцу, чтобы убедиться, чтобы нанятый капитан использует судно только в соответствии с распоряжениями судовладельца, а не для извлечения личной выгоды. Поэтому для каждого члена общества выгоднее, когда борьба с оппортунизмом ведется не на индивидуальном, а на общественном уровне. 

	Институты, как устойчивые правила поведения – главный инструмент противодействия оппортунистическому поведению. Они часто выполняют роль своеобразных гарантий исполнения контракта. 



Защита контрактов



Возможен ли «самоподдерживающийся» контракт, не нуждающийся в специальном контроле  за его соблюдением?

Логика подсказывает, что индивиды склонны соблюдать контракт без внешнего принуждения, если издержки от нарушения контракта превышают издержки от его соблюдения. Иными словами, контракт может быть самоподдерживающимся тогда, когда его выгоднее соблюдать, чем  нарушать.

Контракт, как добровольный обмен, выгоден по своей сути: в противном случае люди не стали бы заключать контракты. В реальном мире, где индивиды действуют в условиях жесткой конкуренции, выгода от большинства контрактов невелика. Чем выше конкуренция, тем ниже прибыль для участника конкурентного рынка. Следовательно, контракт может быть самоподдерживающимся лишь в том случае, когда выгода от нарушения совсем незначительна или, лучше, вообще представляет собой отрицательную величину, то есть ущерб для нарушителя.

 Для того чтобы понять условия, при которых становится возможным самоподдерживающийся контракт, неоинституционализм прибегает к теории игр. Эта теория утверждает, что  склонность игроков к сотрудничеству и соблюдение договоренностей зависит от пяти обстоятельств:

а) наличие полной информации о поведении других игроков; 

б) продолжительность, желательно непрерывность игры (если игрок считает игру последней, ему уже невыгодно соблюдать ранее заключенные соглашения);

в) состав участников игры остается неизменным (с приходом нового игрока нарушается условие о потребности в полной информации о поведении других);

г) угроза суровых санкций за несоблюдение правил;

д) наличие внутренней (социально-психологической) установки игрока на невозможность нарушения.

Эти условия легко соблюдаются  в примитивных обществах, основанных на персонифицированном обмене, а также в малых группах. В примитивных обществах взаимодействие между индивидами, особенно экономический обмен, совершалось в пределах одного ли нескольких населенных пунктов. Люди хорошо знали друг друга и были достаточно точно осведомлены о деловых и моральных качествах партнера. Поскольку люди такого общества постоянно жили бок о бок, о и взаимодействие между ними продолжалось непрерывно. Состав примитивных обществ был весьма постоянен: мало кто уезжал далеко и насовсем и мало кто из посторонних присоединялся к обществу.  Нарушение правил поведения, в том числе – нарушение писанных и неписанных норм экономического взаимодействия, - влекло серьезные наказания, вплоть до казни или изгнания из общества. Но наряду с угрозами применения силы, в сознании людей  постепенно вызревали прочные психологические запреты против нарушения контрактов, основанные на воспитании, традициях, культуры и религии. 

Однако, для современного мира типичен неперсонифицированный обмен, протекающий в больших группах. Из пяти условий, определяющих возможность самоподдерживающегося контракта, здесь представлены только два – угроза санкций за несоблюдение правил и установка игроков на невозможность нарушения контракта. Поэтому большинство контрактов в современном мире не может обойтись без специальных мер, направленных на принуждение сторон к исполнению контракта. Такие меры обычно принимаются государством (через суд), или третейскими органами, пользующимися доверием всех участников контракта. Казалось бы, проблема принуждения к исполнению контракта носит исключительно «технический» характер и связана с добросовестностью изучения государственными или третейским судом всех обязательств, правильным применением  норм закона и способностью заставить нарушителя  исполнить контракт – например, с помощью судебных приставов. 

На самом деле эта проблема значительно сложнее.

Во-первых, контроль за соблюдением контракта требует сбора информации. Это порождает большие трансакционные издержки со стороны каждого партнеров, но еще большие издержки – со стороны государственного или общественного  органа, который призван обеспечивать соблюдение контрактов. Ведь даже если информация о нарушении предоставляется одним из участников контракта в контролирующий орган, например, в суд, совершенно бесплатно, последний должен проверить ее достоверность.

Во-вторых,  тот орган, который должен стоять на страже соблюдения закона, имеет «собственную функцию полезности» - другими словами, имеет собственные  интересы. Они могут варьироваться от сравнительно безобидных форм волокиты, вызванной чрезмерной  загрузкой судей или чиновников, до более опасных форм необъективного рассмотрения дел вследствие коррумпированности, идеологической предвзятости или политической ангажированности. надежды на государство как на силу, способную обеспечить соблюдение контрактов, законности и порядка, не всегда оправдываются. Если в обществах с развитой правовой культурой индивид может более или менее обоснованно надеяться на то, что его обращение в суд будет рассмотрено беспристрастно, исходя из существа дела и положений закона, то в большинстве обществ, которые знала история от древности до наших дней. Дела обстоят гораздо хуже. Это заставляет индивидов самостоятельно защищать свои права или обращаться к негосударственным организациям, в том числе – преступным группам мафиозного типа. 

Итак, принуждение к исполнению контракта сопровождается высокими трансакционными издержками и поэтому редко бывает своевременным и полным. В любом обществе исполнение контрактов сопровождается оппортунистическим поведением и вследствие этого отклоняется от первоначальных договоренностей между партнерами.



Развитие контрактных отношений в современной рыночной экономике

До 80-х годов развитие государственной собственности имело циклический характер: в периоды кризисов проводилась национализация предприятий, в период подъема - распродажа государственной собственности. Но в целом доля государственной собственности увеличивалась.

Современному этапу эволюции рыночной системы, наступившему в 70-80-е годы ХХ в., присущи новые тенденции развития государственной собственности. Речь идет о тенденциях, определяемых долгосрочной динамикой экономических событий в странах, имеющих наиболее развитую и сложную структуру государственного регулирования.

Одна из тенденций - снижение доли государственной собственности. В основе такого процесса лежат две основные причины. Первая - изменившиеся условия общественного воспроизводства, прежде всего, возросший динамизм изменений структуры и объема платежеспособного спроса, усиление потребности в гибком реагировании производства на меняющуюся рыночную, технологическую и социальную ситуацию. Государственные предприятия, отличающиеся слабостью внутренних импульсов к инновациям, оказывались неспособными к оперативной структурной перестройке.

Вторая причина - низкая экономическая эффективность госпредприятий, обусловленная спецификой их функций, экономического положения, особенностями системы управления госсектором. Давая ее содержательную характеристику, следует обратить внимание на следующие принципиальные моменты:

госпредприятия решают задачи, как общеэкономические (например, поддержка отраслей, важных с точки зрения национальной экономики, но хиреющих из-за непривлекательности для частного капитала, обеспечение нормального функционирования экономической инфраструктуры), так и социальные (предоставление населению льготных услуг в сфере образования, здравоохранения, социального обеспечения, расширения трудоустройства безработных и др.). Их постановка и реализация в значительной степени ограничивают возможности достижения микроэкономической эффективности; 

госпредприятия в период, предшествовавший широкомасштабной приватизации, с одной стороны, как правило, не имели свободы маневра на рынке, не могли самостоятельно изменять свой производственный профиль, диверсифицировать производство, с другой, были полностью исключены из конкурентной борьбы. Отсутствие сколько-нибудь экономически обоснованных финансовых ограничений позволяло использовать госбюджет для систематического покрытия их убытков и в то же время усиливало налоговую нагрузку на других экономических субъектов, ограничивая их стимулы к развитию бизнеса; 

системе управления госпредприятиями присущ ряд генетических, в принципе неустранимых дефектов. В их числе: бюрократизация управленческой деятельности, проявляющаяся в доминировании частных интересов государственных служащих над общественными, превращении задачи воспроизводства государственного управления в конечную цель, практически не связанную с состоянием и направленностью изменений, происходящих в национальной экономике; относительная длительность процессов сбора, переработки, анализа информации, необходимой государственным органам для принятия решений. Такая информация оказывается зачастую недостоверной, поскольку отражает уже прошедший временной период. 

Сужение государственного сектора осуществляется в тесной связи с другой тенденцией, отражающей качественные изменения в характере хозяйственной деятельности госпредприятий и механизме управления ею. Речь идет о коммерциализации существенной части предприятий государственного сектора. Действуя в рыночной среде, в условиях конкуренции, они нуждаются в управлении, сориентированном на рыночные критерии эффективности (максимизация прибыли и стоимости активов, выживаемость и др.). Главной причиной, обусловившей появление и развитие названной тенденции, стало усложнение экономики, потребовавшее повышения разнообразия способов и методов ее государственного регулирования. Многообразны формы ее проявления и результаты действия. Обратим внимание на наиболее значимые из них:

разделение госпредприятий в зависимости от целевой функции - на некоммерческие и предпринимательские, с последующим применением в оценке деятельности последних показателей эффективности, апробированных в частном секторе; 

перевод госпредприятий с режима публичного права к регулированию их деятельности нормами частного права; 

повышение уровня экономической самостоятельности госпредприятий. 

Третья тенденция развития государственной собственности отражает процесс проникновения государственного капитала в частный сектор, и наоборот. Она свидетельствует о появлении принципиально новой характеристики современной смешанной экономики, которую отличает не традиционно параллельное, преимущественно обособленное функционирование государственной и частной собственности, а их тесное взаимодействие.

Смешанные предприятия обладают потенциалом для разрешения противоречий, имманентных рыночной системе хозяйствования: между ориентацией на текущую конъюнктуру рынка и долгосрочными целями развития экономики, ее ключевых отраслей и региональных формирований, между мотивами прибыльности и социальной эффективности. Такая возможность обеспечивается тем, что государством, как правило, устанавливаются определенные ориентиры (экономические, социальные), достижение которых "включает" действие разнообразных льгот - по налогам, кредитам и др. Такие предприятия, являясь полностью погруженными в рыночные условия, имея коммерческие цели и в то же время находясь в поле действия экономических интересов государства, позволяют последнему с гораздо меньшим запаздыванием и издержками, чем при использовании традиционных форм хозяйствования, отслеживать изменения в механизме предпринимательской деятельности и вносить коррективы в ее экономические и правовые условия.

Взаимодействие государственной собственности с частной осуществляется в разных формах:

интеграции капиталов в рамках отдельной фирмы (предприятия); 

рыночного предложения и использования государственного капитала (например, посредством долевого участия государства в финансировании перспективных для национальной экономики инвестиционных проектов, предоставления им долгосрочных кредитов по ставке, обеспечивающей определенную рентабельность государственного капитала, передачи государственного имущества в коммерческое использование частным физическим и юридическим лицам и др.). 

 Для государства как субъекта экономических отношений принципиально важно быть включенным в систему рыночных связей. При этом государство реализует два подхода к их организации. В одном случае оно выступает как потребитель, реализуя свои интересы за счет перераспределения доходов, полученных другими экономическими агентами. При таком подходе есть ограничение. Если государство собирает с производителя товаров и услуг больше определенного количества ресурсов, то нарушается воспроизводственный процесс, снижаются и исчезают стимулы к предпринимательской деятельности.

В другом случае государство становится предпринимателем, т.е. осуществляет деятельность, которая предполагает коммерческое, т.е. преследующее цель извлечения прибыли, использование объектов государственной собственности. Прибыль важна как источник не только пополнения бюджета, но и приумножения государственного капитала. Здесь также имеется ограничение: если государство начинает производить больше некоторой доли общественного продукта, то рыночные связи начинают заменяться административными. В этом заключена принципиальная особенность государственного предпринимательства, масштабы которого имеют предел, количественная характеристика которого задается разными факторами: экономическим потенциалом частного, прежде всего, монополистического бизнеса, конкурентоспособностью национальной экономики на мировых рынках товаров и услуг, целями и характером экономической политики государства и др.

В силу особого социально-экономического статуса государства, как субъекта макроэкономического регулирования и социального партнера работодателей и наемных работников, его предпринимательская деятельность имеет и другие особенности.

Во-первых, сам собственник непосредственно коммерческой деятельностью не занимается. Он либо учреждает соответствующие хозяйственные организации, либо передает на определенных условиях действующим частным предпринимателям права по распоряжению и пользованию имуществом и нематериальными активами, ему принадлежащими.

Во-вторых, государство в управлении своим капиталом решает преимущественно стратегические вопросы. Так, создавая предприятие, оно, как правило, ограничивается выбором сферы и направлений его работы, назначением руководителя, определением источников финансирования, установлением порядка распределения полученных доходов между собственником и хозяйствующим субъектом.

В-третьих, доходность государственного капитала не является единственным критерием успешности бизнеса. Государство ответственно за функционирование не только собственного сектора, но экономики в целом. Поэтому существенное значение имеет решение и других важных задач: экономических (например, финансовая поддержка малого предпринимательства, развитие отсталых регионов страны, обеспечение нормального функционирования инфраструктуры и др.) и социальных (сохранение и увеличение числа рабочих мест, обеспечение экологической безопасности, расширение перечня социальных стандартов и пр.).

 Государственное предпринимательство осуществляется: 

а) коммерческими предприятиями госсектора;

 б) хозяйственными субъектами, основанными на смешанной форме собственности; 

в) посредством формирования сферы рыночного предложения государственного капитала.

Рассмотрим содержание названных форм. Коммерческие государственные предприятия могут функционировать как в рамках публичного, так и частного права. Уровень экономической самостоятельности вторых существенно выше, чем первых. Они имеют широкий спектр прав: от выбора поставщиков и покупателей до ценообразования на свою продукцию. Ими финансируются собственные текущие и капитальные затраты. Самофинансирование не означает полной независимости от кредитно-финансовых институтов. Не исключает оно и использование в ряде случаев бюджета в виде дотаций и субсидий. Но это - дополнительные ресурсы, привлекаемые на определенных условиях. Если ссудный капитал - то возвратности и платности, если финансовая помощь государства, то целевая, охватывающая ограниченный круг объектов и носящая исключительно временный характер.

Ныне в развитых странах апробируются различные пути развития этой формы предпринимательства: расширяется самостоятельность государственных предприятий в определении размеров капвложений, привлечении инвестиционных ресурсов на внутренних рынках ссудного капитала и международных финансовых рынках; изменяются правила финансовых взаимоотношений государства и предприятий (увеличиваются процентные ставки за хранение денежных средств компаний на государственных банковских счетах); осуществляется перевод предприятий с режима публичного права к регулированию их деятельности нормами частного права.

Важным инструментом обеспечения самостоятельности госпредприятий являются контракты (соглашения), заключаемые предприятиями с правительством. Они предусматривают: среднесрочные задачи развития предприятия; задания по обеспечению занятости, проведению НИОКР, экономии энергетических ресурсов; механизм финансовых отношений с государством (общий размер инвестиций, государственных дотаций, дивидендов, получаемых собственником). Контракты позволяют государству четко определить задачи каждого предприятия в рамках общей стратегии развития национальной экономики, его финансовые взаимоотношения с правительственными организациями, исходя из твердо установленных налогов, цен и тарифов на продукцию.

Перспективной формой государственного предпринимательства является интеграция государственного и частного капитала в рамках отдельной компании. Такие смешанные предприятия могут создаваться сразу, в результате частичной реприватизации государственных корпораций, путем "филиализации", при которой смешанную форму приобретают, как правило, дочерние и внучатые компании государственных холдингов.

Акционерные общества со смешанным капиталом позволяют государству использовать частный капитал для достижения различных целей: обеспечения конкурентоспособности предприятий, экономии бюджетных средств, используемых на дотирование хиреющих государственных фирм, расширения сферы действия инструментария менеджмента и др.

Предпочтительные сферы деятельности смешанных предприятий:

отрасли, нуждающиеся в крупных инвестициях (наукоемкое производство, производство, подлежащее конверсии, или ее уже осуществляющее); 

важнейшие импортозаменяющие производства; отрасли, дающие основные валютные поступления; рыночная инфраструктура (предприятия, оказывающие разнообразные услуги: инжиниринговые, факторинговые, лизинговые и др.). 

Развитие смешанного предпринимательства позволяет существенно снизить трансакционные издержки, связанные с подключением частного бизнеса к среднесрочному и долгосрочному макроэкономическому маневрированию (например, к выполнению общенациональных, региональных программ); обеспечивать известную " прозрачность " организационных связей государства и частного бизнеса, а, следовательно, снижать в определенной степени риски совместно проводимых финансовых операций.

Динамично развивающейся формой государственного предпринимательства является передача государственного имущества во временное пользование частным юридическим и физическим лицам. Современная хозяйственная практика отличается разнообразием инструментов использования такой формы. Один из них - передача объектов государственной собственности в трастовое (доверительное) управление частным предпринимателям. Такое управление не влечет перехода права собственности на имущество от собственника к доверительному управляющему. В соответствии с договором учредитель траста передает управляющему на определенный срок часть своего имущества, которое используется последним в интересах либо учредителя, либо указанного им третьего лица. Потребность в такой передаче может определяться неспособностью собственника эффективно использовать некоторые объекты принадлежащего ему имущества, желанием использовать для этого профессионалов. При этом собственником определяются условия и параметры хозяйственного использования этих объектов, выполнение которых необходимо для реализации интересов государства (сохранение профиля деятельности, поддержание заданного числа рабочих мест, обеспечение определенного технического уровня производства, темпов обновления основного капитала и др.), формируются механизмы эффективного контроля за состоянием государственного капитала.

Другим инструментом становится контрактная система размещения государственного заказа. Она предполагает конкурентную борьбу между соискателями госзаказа. Предмет конкуренции - минимальная стоимость исполнения контракта при обеспечении качества и экологических требований. Госзаказ содержит количественные и качественные показатели предоставляемых государству товаров и услуг, финансовый план, регламентирующий состав прямых и косвенных расходов, плановую цену заказа, норму прибыли. В финансовый механизм госзаказа встроен принцип " поощрения-санкции ", связанный с выполнением содержащихся в договоре условий.

    Мировая практика показывает, что   в развитых экономических странах  государственные заказы широко используются как один из элементов системы поддержки экономической и социальной стабильности, обеспечения поступательного роста экономики. Хозяйственным механизмом размещения и выполнения государственных заказов   выступает   рынок государственных заказов (закупок).   На этом рынке через систему контрактов  устанавливаются и реализуются экономические и договорные связи государства-заказчика с хозяйственными субъектами различных форм собственности. 

Например, в странах  Европейского союза в рамках общего интеграционного процесса  создан единый европейский рынок государственных заказов. В некоторых ключевых отраслях (индустрия высоких технологий, тяжелое машиностроение)  государственные заказы  используются в качестве  инструмента регулирования, позволяющего сориентировать собственных производителей на принятие определенных решений в области инвестиций, структурных преобразований для производства  продукции, обеспечивающей конкурентоспособность экономики в целом.  В  наукоемких отраслях   доля государственных закупок  может достигать до 50%  объема производства. Общий объем  закупок в  странах-участницах ЕС составляет  15-20 %  совокупного ВВП Союза. 

В России проблема формирования эффективной системы организации и управления государственными заказами имеет особое значение в связи с тем высоким удельным весом, который государственные заказы традиционно занимают в структуре расходов федерального бюджета. По данным Министерства экономического развития и торговли РФ (МЭРТ) за последние 6 лет объем закупок для государственных нужд вырос почти в 5 раз, с 230,9 млрд. руб. в 2000г. до 1092 млрд.руб. в 2005году. По предварительной оценке в 2006г. консолидированный государственный заказ  достиг  2 трлн. руб., что составляет около 32%  федерального бюджета.  Именно государственный заказ становится одним из инструментов распределения бюджетных средств для реализации приоритетных национальных проектов в области здравоохранения, образования, жилья, агропромышленного комплекса.    

В отличие от стран с развитой рыночной экономикой, где  рынок государственных заказов является результатом длительного эволюционного развития, перед Россией стоит задача по сути одновременного формирования  институциональной системы  как общенационального, так и важнейшей его части -  рынка государственных заказов.  Развитие институтов  рынка государственных заказов на поставки товаров, выполнение работ и оказание услуг для государственных нужд  предполагает, в первую очередь, реформирование сложившейся в переходный период  институциональной системы в сфере государственных закупок, в том числе правил и  механизм механизмов размещения заказов, заключения контрактов, процедур  контроля. 



Заключение



По мере проводимой в современной России трансформации социально-экономической системы растут специализация и разделение труда, усложняются хозяйственные отношения между экономическими агентами. Большинство социально-экономических отношений субъектов осуществляется посредством разнообразных контрактов. Эти отношения все в большей степени связаны с правами собственности. Экономические субъекты заинтересованы в том, чтобы закрепить свои отношения в правовой форме. Соответственно возникают правовые ограничения и нормы. Увеличивается необходимость санкций за нарушение  обязательств контрактов. Осуществление обменов происходит в условиях интеграции и глобализации мирохозяйственных связей, что требует знания и соблюдения международных норм и правил сделок.  Контрактные  отношения обмена все в большей степени нуждаются в регулировании со стороны институциональной системы общества. 

     Быстрое преобразование советской командно-административной системы не привели к ожидаемым социально-экономическим результатам, не обеспечили социальной ориентации складывающейся рыночной экономики, не закрепили мотивации к производственно-трудовому обмену ценностями. Напротив, выбор определенных способов организации таких взаимодействий, направленный на достижение максимизации полезности их участников свидетельствуют о несостоятельности на данном этапе рыночного механизма в формировании устойчивого экономического роста во всех его социально-экономических проявлениях. 

     Контракт считается основополагающей формой человеческого взаимодействия, однако обобщающей экономической теории контрактов нет и многие важные вопросы еще не получили общепринятого решения.

     В этой связи необходима глубокая и обстоятельная теоретическая проработка проблем совершенствования контрактных отношений, как в целом, так и в процессе трансформации социально-экономической системы, в частности.

     Во-первых, необходимостью анализа современных научно-теоретических подходов в исследовании контрактных отношений с целью определения их недостатков и преимуществ  осуществления обмена.     На необходимость изучения «склонности человека к торговле, к обмену одного предмета на другой» указывал еще Адам Смит, обосновав преимущества общественного разделения труда. С этого момента исследование обменов находится в центре внимания ученых. С позиций современной  экономической мысли, «экономическая теория все больше становится «наукой о контрактах», чем наукой о выборе». В историческом аспекте основополагающие исследования о необходимости совершения обменов и их выгодности были проведены в рамках неоклассического подхода. Обоснованная идея воплощения максимизации полезности участников контрактов важна сама по себе, потому что является основой человеческого счастья. Однако, «жесткое ядро» данного подхода, составляющее принцип методологического индивидуализма и высокая степень абстракций сужают его применимость.

      Выделенный юридический подход обосновывает необходимость контрактного права и не может охватить весь спектр обмена. С его помощью можно исследовать лишь надстроечный механизм исполнения контрактов. 

           Во-вторых, необходимостью исследования сущности контрактных отношений и уточнения их социально-экономического содержания, в том числе и на основе институционального подхода. Определение неоклассического подхода сущности контракта на принципе методологического индивидуализма, исходя из своих личных интересов его участников и получения экономического дохода, исключает социальную составляющую. Такое определение сущности контрактных отношений не позволяет учитывать общественно-полезное значение обменов, выявить основные противоречия и источники их развития. Однако совершенствование обменов неразрывно связано с социализацией личности в обществе. Данное обстоятельство отражает двойственную природу осуществления контрактных отношений, выражающуюся в индивидуально-общественном характере. Следовательно, понять сущность контрактов можно путем анализа социально-экономических отношений, возникающих как результат взаимодействия людей в ходе общественного разделения труда и социально-экономических институтов, опосредующих данное взаимодействие.

     В-третьих, сложностью и противоречивостью институциональной системы, в рамках которой осуществляются контракты. Становление и развитие контрактных отношений осуществляется под воздействием разнообразных институтов, образующих институциональную систему общества. Функционирование этой системы происходит под воздействием ряда тенденций, учет которых крайне необходим в целях прогнозирования социально-экономических процессов и получения ожидаемых результатов. Вместе с тем, опыт проведения экономических реформ в России показывает  недостаточность учета при этом специфики национальной институциональной системы. Игнорирование особенностей ее структурного содержания и тенденций развития приводит к низкой эффективности создаваемых социально-экономических институтов, препятствующих развитию и совершенствованию контрактных отношений.

     В-четвертых, ростом трансакционных издержек, возникающих в процессе осуществления контрактных отношений и необходимостью поиска путей их оптимизации. В реальном мире осуществление контрактов обусловлено значительными издержками, вследствие чего контракты несовершенны. В общей структуре  издержек значительное место занимают трансакционные издержки, непосредственно связанные с обеспечением самого обмена-общения между людьми. Данные издержки оказывают существенное влияние на эффективность контрактов. Эти издержки создают систему стимулов, которая характеризует поведение участников контрактных отношений. Несовпадение целей сторон контрактов может обусловливать стремление одних экономических субъектов к снижению трансакционных издержек, в то время как другие будут заинтересованы в их росте. Именно это обстоятельство лежит в основе создания социально-экономических институтов, от реализации определенных функций которых зависят пути оптимизации данных издержек. Однако эти и другие проблемы трансакционных издержек контрактных отношений в экономике России являются малоисследованными в современной научной литературе.

     В-пятых, потребностью развития институционального предпринимательства в системе контрактных отношений. Становление рыночных отношений обусловлено развитием институционального предпринимательства, опосредованного системой контрактных отношений. Реализация обменов в рамках данного вида деятельности способствует созданию и внедрению новых элементов институциональной системы, способных мотивировать поведение индивидов к эффективной экономической деятельности и совершенствования контрактных отношений. В связи с этим возникает необходимость выяснения сущности институционального предпринимательства в системе контрактных отношений, их отличительных особенностей и условий, в которых возможно осуществление этого вида социально-экономической деятельности. 

     Значительный вклад в развитие данной проблемы вносят исследования таких отечественных ученых,  как В. Камаев, В. Горфинкель, Г. Поляк, В. Швандер, А. Нестеренко, В. Тамбовцев, В. Радаев и другие.

     Вместе с тем, современный этап развития человечества, обусловленный взаимодействием субъектов обмена в условиях интеграции и глобализации, определяет общественный характер контрактных отношений, связанного,  в том числе, с поддержанием международной безопасности во всех сферах деятельности человечества, отражающих растущую целостность мира. Для этого необходим новый методологический инструментарий. Поэтому наиболее продуктивной исследовательской программой может выступить современная институциональная теория, использующая наиболее весомые достижения экономических, гуманитарных наук и, прежде всего, философии, социологии, психологии. Согласно данной теории все контракты носят социально-экономический характер. В России развитию этого подхода посвятили свои труды такие экономисты, как А. Нестеренко, В. Тамбовцев, Р. Капелюшников, Д. Львов, В. Радаев, А. Олейник, А. Шаститко, А. Аузан, Я. Кузьминов и другие.

     Вместе с тем, некоторые аспекты развития контрактов в теоретическом, историческом и практическом плане, особенно применительно к условиям социально-ориентированной экономики, исследованы не в полной мере, что негативно сказывается на становлении рыночных отношений в современной России. Пока еще не достаточно изучено влияние социально-экономических институтов на совершенствование контрактов с целью снижения трансакционных издержек. В современной экономической науке слабо исследованы проблемы контрактных отношений, обусловленные системой противоречий, связанных с функционированием самой институциональной системы. Вместе с тем, именно от разрешения этих противоречий во многом зависит эффективность обменов. Отметим, что среди научных публикаций имеется небольшое количество работ, посвященных исследованию институционального предпринимательства в системе контрактных отношений.















































Литература



Ходжсон Д. Экономическая теория и институты. – М: Дело. 2003 - 464с.

Обыденов А.институциональные особенности саморегулирования бизнеса// Вопросы экономики.2003. №11. 

А. Шаститко. Достоверные обязательства в контрактных отношениях// Вопросы экономики. 2006. №4.

А. Ляско. Доверие и трансакционные издержки// Вопросы экономики. 2006. №4

А.Н. Нестеренко. Экономика и институциональная теория. М.: Эдиториал УРСС. 2002 – 416с.

А.Е.Шаститко. Новая институциональная экономическая теория – 3-е изд-е., перераб. и доп. – М: ЭФ МГУ, ТЕИС, 2002 – 591с.

А. Попов. Плановые и рыночные методы: условия сочетания// Экономист. 2005. №10

А.Виссарионов, И. Федорова. Государственный сектор: границы, контроль, управление.// Экономист. 2003. №6

Государственная власть и предприятие: от команды к партнерству./ Под ред. Ю.М.Осипова – М: Международные отношения, 1991 – 368с. 

Э.В.Талапина. Управление государственной собственностью. СПб, 2002 – 356с.

В.Бирюков, Е.Кузнецова. Государственная собственность и государственный сектор в российской экономике// Мировая экономика и международные отношения. 2001. №12

Я.Кузьминов, К.Бендукидзе, М.Юдкевич. Как наука о рынках становится наукой об обществе.// Вопросы экономики. 2005.№12

А.Радыгин, Р.Энтов. Инфорсмент прав собственности и контрактных обязательств// Вопросы экономики. 2003. №5

А.Шаститко. неполные контракты: проблемы определения и моделирования// Вопросы экономики. 2001.№6

Р.И. Капелюшников. Экономическая теория прав собственности. М., 1990

Я.И.Кузьминов, М.Юдкевич. Институциональная экономика: Учебно-методическое пособие. Ч. 1-3.М: ГУ-ВШЭ. 2000

Уильямсон О. Экономические институты капитализма. СПб: Лениздат. 1996

Фактор трансакционных издержек в теории и практике российских реформ./ Под ред. В.Тамбовцева. М: ТЕИС. 1998.







2