Ольги Кириллиной
question: По замечанию кого свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова?, context: Затем начался период охлаждения. По замечанию Ольги Кириллиной, свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова — из них исчезли прежние восторженные признания, иными стали интонации. Выпустив роман Приглашение на казнь (1936), он на отправленном Бунину томике написал: Дорогому Ивану Алексеевичу Бунину с лучшим приветом от автора [263]. Полного разрыва не произошло, хотя обоюдное раздражение нарастало. Напряжение создавалось — в том числе — из-за публичных попыток эмигрантского сообщества определить, кому из писателей принадлежит главное место на литературном олимпе. К примеру, во второй половине 1930-х годов Марк Алданов призывал Бунина признать, что первенство перешло к Набокову[264].
По замечанию кого свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова?
По замечанию Ольги Кириллиной , свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова — из них исчезли прежние восторженные признания, иными стали интонации.
Затем начался период охлаждения. По замечанию Ольги Кириллиной, свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова — из них исчезли прежние восторженные признания, иными стали интонации. Выпустив роман Приглашение на казнь (1936), он на отправленном Бунину томике написал: Дорогому Ивану Алексеевичу Бунину с лучшим приветом от автора [263]. Полного разрыва не произошло, хотя обоюдное раздражение нарастало. Напряжение создавалось — в том числе — из-за публичных попыток эмигрантского сообщества определить, кому из писателей принадлежит главное место на литературном олимпе. К примеру, во второй половине 1930-х годов Марк Алданов призывал Бунина признать, что первенство перешло к Набокову[264].
По замечанию <hl> Ольги Кириллиной <hl> , свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова — из них исчезли прежние восторженные признания, иными стали интонации.
Затем начался период охлаждения. По замечанию <hl> Ольги Кириллиной <hl>, свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова — из них исчезли прежние восторженные признания, иными стали интонации. Выпустив роман Приглашение на казнь (1936), он на отправленном Бунину томике написал: Дорогому Ивану Алексеевичу Бунину с лучшим приветом от автора [263]. Полного разрыва не произошло, хотя обоюдное раздражение нарастало. Напряжение создавалось — в том числе — из-за публичных попыток эмигрантского сообщества определить, кому из писателей принадлежит главное место на литературном олимпе. К примеру, во второй половине 1930-х годов Марк Алданов призывал Бунина признать, что первенство перешло к Набокову[264].
Затем начался период охлаждения. <hl> По замечанию Ольги Кириллиной , свидетельством изменившихся отношений являются дарственные надписи Набокова — из них исчезли прежние восторженные признания, иными стали интонации. <hl> Выпустив роман Приглашение на казнь (1936), он на отправленном Бунину томике написал: Дорогому Ивану Алексеевичу Бунину с лучшим приветом от автора [263]. Полного разрыва не произошло, хотя обоюдное раздражение нарастало. Напряжение создавалось — в том числе — из-за публичных попыток эмигрантского сообщества определить, кому из писателей принадлежит главное место на литературном олимпе. К примеру, во второй половине 1930-х годов Марк Алданов призывал Бунина признать, что первенство перешло к Набокову[264].