из музыки народов Северного Кавказа.
question: Откуда Прокофьев заимствовал темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского)?, context: Особенно не повезло мелодиям, которые критики Прокофьева находили нестерпимо банальными , в то время как дело обстояло ровно наоборот. Так, в сочинениях Прокофьева практически невозможно найти типичные для романтиков секвенции, которые в антиромантической эстетике композитора олицетворяли банальность. Хрестоматийные образцы лирической мелодики Прокофьева — вторая тема из финала Третьего фортепианного концерта (Cis-dur / cis-moll, ц.110 и дальше), Вальс новогоднего бала из оперы Война и мир (h-moll; включён в оркестровую сюиту Вальсы , op. 110), побочная партия из I ч. Седьмой симфонии (F-dur, начиная с т.5 после ц.4), комплекс коротких тем, связанных с лирической характеристикой Джульетты (в балете Ромео и Джульетта ) и др. Характерно, что в мелодике Прокофьев редко пользовался подлинными народными прототипами и в случае, когда надо было представить мелодию в русской стилистике, принципиально сочинял русские мелодии сам. Например, для создания колорита городского романса в музыке к кинофильму Поручик Киже Прокофьев взял текст популярнейшей российской песни Стонет сизый голубочек , но при этом не заимствовал общеизвестную мелодию, а придумал собственную — не менее яркую и запоминающуюся. Все темы в кантате Александр Невский также оригинальны, не основаны на каких-либо народных заимствованиях. Вместе с тем, при написании Увертюры на еврейские темы, op. 34, композитор без колебаний воспользовался мелодиями восточноевропейских евреев, предоставленными кларнетистом С. Бейлизоном. Темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского) Прокофьев заимствовал из музыки народов Северного Кавказа.
Откуда Прокофьев заимствовал темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского)?
Темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского) Прокофьев заимствовал из музыки народов Северного Кавказа.
Особенно не повезло мелодиям, которые критики Прокофьева находили нестерпимо банальными , в то время как дело обстояло ровно наоборот. Так, в сочинениях Прокофьева практически невозможно найти типичные для романтиков секвенции, которые в антиромантической эстетике композитора олицетворяли банальность. Хрестоматийные образцы лирической мелодики Прокофьева — вторая тема из финала Третьего фортепианного концерта (Cis-dur / cis-moll, ц.110 и дальше), Вальс новогоднего бала из оперы Война и мир (h-moll; включён в оркестровую сюиту Вальсы , op. 110), побочная партия из I ч. Седьмой симфонии (F-dur, начиная с т.5 после ц.4), комплекс коротких тем, связанных с лирической характеристикой Джульетты (в балете Ромео и Джульетта ) и др. Характерно, что в мелодике Прокофьев редко пользовался подлинными народными прототипами и в случае, когда надо было представить мелодию в русской стилистике, принципиально сочинял русские мелодии сам. Например, для создания колорита городского романса в музыке к кинофильму Поручик Киже Прокофьев взял текст популярнейшей российской песни Стонет сизый голубочек , но при этом не заимствовал общеизвестную мелодию, а придумал собственную — не менее яркую и запоминающуюся. Все темы в кантате Александр Невский также оригинальны, не основаны на каких-либо народных заимствованиях. Вместе с тем, при написании Увертюры на еврейские темы, op. 34, композитор без колебаний воспользовался мелодиями восточноевропейских евреев, предоставленными кларнетистом С. Бейлизоном. Темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского) Прокофьев заимствовал из музыки народов Северного Кавказа.
Темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского) Прокофьев заимствовал <hl> из музыки народов Северного Кавказа. <hl>
Особенно не повезло мелодиям, которые критики Прокофьева находили нестерпимо банальными , в то время как дело обстояло ровно наоборот. Так, в сочинениях Прокофьева практически невозможно найти типичные для романтиков секвенции, которые в антиромантической эстетике композитора олицетворяли банальность. Хрестоматийные образцы лирической мелодики Прокофьева — вторая тема из финала Третьего фортепианного концерта (Cis-dur / cis-moll, ц.110 и дальше), Вальс новогоднего бала из оперы Война и мир (h-moll; включён в оркестровую сюиту Вальсы , op. 110), побочная партия из I ч. Седьмой симфонии (F-dur, начиная с т.5 после ц.4), комплекс коротких тем, связанных с лирической характеристикой Джульетты (в балете Ромео и Джульетта ) и др. Характерно, что в мелодике Прокофьев редко пользовался подлинными народными прототипами и в случае, когда надо было представить мелодию в русской стилистике, принципиально сочинял русские мелодии сам. Например, для создания колорита городского романса в музыке к кинофильму Поручик Киже Прокофьев взял текст популярнейшей российской песни Стонет сизый голубочек , но при этом не заимствовал общеизвестную мелодию, а придумал собственную — не менее яркую и запоминающуюся. Все темы в кантате Александр Невский также оригинальны, не основаны на каких-либо народных заимствованиях. Вместе с тем, при написании Увертюры на еврейские темы, op. 34, композитор без колебаний воспользовался мелодиями восточноевропейских евреев, предоставленными кларнетистом С. Бейлизоном. Темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского) Прокофьев заимствовал <hl> из музыки народов Северного Кавказа. <hl>
Особенно не повезло мелодиям, которые критики Прокофьева находили нестерпимо банальными , в то время как дело обстояло ровно наоборот. Так, в сочинениях Прокофьева практически невозможно найти типичные для романтиков секвенции, которые в антиромантической эстетике композитора олицетворяли банальность. Хрестоматийные образцы лирической мелодики Прокофьева — вторая тема из финала Третьего фортепианного концерта (Cis-dur / cis-moll, ц.110 и дальше), Вальс новогоднего бала из оперы Война и мир (h-moll; включён в оркестровую сюиту Вальсы , op. 110), побочная партия из I ч. Седьмой симфонии (F-dur, начиная с т.5 после ц.4), комплекс коротких тем, связанных с лирической характеристикой Джульетты (в балете Ромео и Джульетта ) и др. Характерно, что в мелодике Прокофьев редко пользовался подлинными народными прототипами и в случае, когда надо было представить мелодию в русской стилистике, принципиально сочинял русские мелодии сам. Например, для создания колорита городского романса в музыке к кинофильму Поручик Киже Прокофьев взял текст популярнейшей российской песни Стонет сизый голубочек , но при этом не заимствовал общеизвестную мелодию, а придумал собственную — не менее яркую и запоминающуюся. Все темы в кантате Александр Невский также оригинальны, не основаны на каких-либо народных заимствованиях. Вместе с тем, при написании Увертюры на еврейские темы, op. 34, композитор без колебаний воспользовался мелодиями восточноевропейских евреев, предоставленными кларнетистом С. Бейлизоном. <hl> Темы для Второго струнного квартета (так называемого Кабардинского) Прокофьев заимствовал из музыки народов Северного Кавказа. <hl>