продавал одноклассникам по четвертаку
question: Кому Стивен Кинг продавал сделанные им копии рукописи?, context: Стивен активно писал рассказы. К 14-ти годам он адаптировал в повествовательную форму фильм Колодец и маятник , добавив кое-что от себя. Сделав копии с рукописи, он принёс свою работу в школу и продавал одноклассникам по четвертаку за экземпляр. В конце концов Стивена отстранили от занятий — по мнению директора молодой парень не должен был ни смотреть, ни писать ничего в жанре ужаса. В 1960 году из обычной сельской Кинг перешёл в Даремскую среднюю школу. Он выглядел крупнее остальных учеников[21]. По наклонностям Кинг не был ботаником и мог вжиться в любую компанию[22]. В своих мемуарах он вспоминал девочек, которые были изгоями класса. Случаи с этими одноклассницами оказали сильное влияние на роман Кэрри [23]. Кинг вопрошал: …что вообще в школе хорошего? Когда нас туда швыряют как заложников в турецкую баню, школа кажется нам самым важным делом на свете. Только после третьего или четвёртого класса мы начинаем понимать, какой это вообще идиотизм с начала и до конца [24].
Кому Стивен Кинг продавал сделанные им копии рукописи?
Сделав копии с рукописи, он принёс свою работу в школу и продавал одноклассникам по четвертаку за экземпляр.
Стивен активно писал рассказы. К 14-ти годам он адаптировал в повествовательную форму фильм Колодец и маятник , добавив кое-что от себя. Сделав копии с рукописи, он принёс свою работу в школу и продавал одноклассникам по четвертаку за экземпляр. В конце концов Стивена отстранили от занятий — по мнению директора молодой парень не должен был ни смотреть, ни писать ничего в жанре ужаса. В 1960 году из обычной сельской Кинг перешёл в Даремскую среднюю школу. Он выглядел крупнее остальных учеников[21]. По наклонностям Кинг не был ботаником и мог вжиться в любую компанию[22]. В своих мемуарах он вспоминал девочек, которые были изгоями класса. Случаи с этими одноклассницами оказали сильное влияние на роман Кэрри [23]. Кинг вопрошал: …что вообще в школе хорошего? Когда нас туда швыряют как заложников в турецкую баню, школа кажется нам самым важным делом на свете. Только после третьего или четвёртого класса мы начинаем понимать, какой это вообще идиотизм с начала и до конца [24].
Сделав копии с рукописи, он принёс свою работу в школу и <hl> продавал одноклассникам по четвертаку <hl> за экземпляр.
Стивен активно писал рассказы. К 14-ти годам он адаптировал в повествовательную форму фильм Колодец и маятник , добавив кое-что от себя. Сделав копии с рукописи, он принёс свою работу в школу и <hl> продавал одноклассникам по четвертаку <hl> за экземпляр. В конце концов Стивена отстранили от занятий — по мнению директора молодой парень не должен был ни смотреть, ни писать ничего в жанре ужаса. В 1960 году из обычной сельской Кинг перешёл в Даремскую среднюю школу. Он выглядел крупнее остальных учеников[21]. По наклонностям Кинг не был ботаником и мог вжиться в любую компанию[22]. В своих мемуарах он вспоминал девочек, которые были изгоями класса. Случаи с этими одноклассницами оказали сильное влияние на роман Кэрри [23]. Кинг вопрошал: …что вообще в школе хорошего? Когда нас туда швыряют как заложников в турецкую баню, школа кажется нам самым важным делом на свете. Только после третьего или четвёртого класса мы начинаем понимать, какой это вообще идиотизм с начала и до конца [24].
Стивен активно писал рассказы. К 14-ти годам он адаптировал в повествовательную форму фильм Колодец и маятник , добавив кое-что от себя. <hl> Сделав копии с рукописи, он принёс свою работу в школу и продавал одноклассникам по четвертаку за экземпляр. <hl> В конце концов Стивена отстранили от занятий — по мнению директора молодой парень не должен был ни смотреть, ни писать ничего в жанре ужаса. В 1960 году из обычной сельской Кинг перешёл в Даремскую среднюю школу. Он выглядел крупнее остальных учеников[21]. По наклонностям Кинг не был ботаником и мог вжиться в любую компанию[22]. В своих мемуарах он вспоминал девочек, которые были изгоями класса. Случаи с этими одноклассницами оказали сильное влияние на роман Кэрри [23]. Кинг вопрошал: …что вообще в школе хорошего? Когда нас туда швыряют как заложников в турецкую баню, школа кажется нам самым важным делом на свете. Только после третьего или четвёртого класса мы начинаем понимать, какой это вообще идиотизм с начала и до конца [24].