Нет, не Толстой колосс, — его душа,
Достигшая культурного развитьИ связана она эфирной нитью
С Божественным НичеОн был пигмей, и он влачил, греша,
Свое сушествованье в оболочках
Зверей и птиц, он жил в незримых точках
Растительностью неДуша его, как вечный Агасфер,
Переходя века из тела в тело,
Достигла наивысшего предела:
За смертью — ей безличья раИ будет дух среди надзвездных сфер
Плыть в забытьи бессмертном и блаженном,
Плыть в ощущеньи вечности бессменноРай — рождества безличья край!
Без естества, без мысли жизнь души,
В бессмертии плывущей без страданья, —
За все века скитаний воздаяньТы мудр, небес закон святой!
В движенье, мир порока, зла и лжи:
Твоя душа еще в развитьи низком!
В движенье под его величья диском!
Весь мир — война, и мир — Толсто28 августа
Петербург