Эльмор
Сложи меч тяжелы Бессильной ли длани
Владеть сим булатом, о мирный певец!
Нам слава в боях, нам опасные брани;
Тебе я — сладкозвучного пенья венеЭгил
Прости мне, о сын скандинавских царей!
В деснице певца сей булат не бесчестеТы помни, что Рекнер был арфой известен
И храбрым пример среди бранных полеЭльмор
Прости, юный скальд, ты певец вдохновенный,
Но если ты хочешь, Эгил, нам вещать
О славе, лишь к битвах тобой обретенной,
То долго и долго ты будешь молчатЭгил
Эльмор! иль забыл, что, гордясь багряницей,
Царь скальда обидел и с ближней денницей
Прискорбная мать его, в горьких слезах,
Рыдала над хладною сына гробницей…
Так, с твердостью духа, с угрозой в устах,
Эгил отвечает, — и, быстрой стопою,
Безмолвствуя, оба, с киченьем в сердцах,
Сокрылись в дубраве под лиственной тьмою,
Час целый в безмолвии ночи густой
Гремел меч о меч среди рощи глухоОбрызганный кровью и весь изнуренный,
Эгил! из дубравы ты вышел одиО храбрый Эльмор! Тебя тщетно Армин,
В чертогах семьею своей окруженный,
На пир ждет вечерний под кровлей родноТебе уж из чаши не пить круговоБез жизни, без славы твой труп искаженный
Лежит средь дубравы на дерне сухоТы в прах преклонился надменным челоОкрест все молчит, как немая могила,
И смерть скандинавцу за скальда отмстилНо утром, едва лишь меж сизых паров
Холодная в небе зарделась Аврора,
В дремучей дубраве, при лаянье псов,
Узнали кровавое тело ЗльморУзнавши Зльмора черты искаженны,
Незапным ударом Армии пораженный
Не плачет, но грудь раздирает рукоМеж тем все восстало, во граде волненье,
Все ищут убийцы, все требуют мщень«Я знаю, — воскликнул Армин, — Ингисфал
Всегдашнюю злобу к Эльмору питал!
Спешите, спешите постигнуть злодея,
Стремитесь, о други, стремитесь быстрее,
Чем молньи зубчатыя блеск в небесаГотовьте орудья ко смерти убийцМеж тем пусть врата неприступной темницы
По нем загремят на чугунных крюках»И все устремилис Эгил на брегах
У моря скитался печальной стопоКак туча, из коей огнистой стрелою
Перун быстротечный блеснул в небесах,
На крылиях черных с останками бури
Плывет чуть подвижна в небесной лазури, —
Так мрачен Эгил и задумчив блуждаКак вдруг перед ним, окруженный толпою,
К чертогам невинный идет Ингисфа«Эльмор торжествует, и месть над убийцей!»-ѓ
Так в ярости целый народ повторяНо скальд, устремившись в толпу, восклицал:
«Народ! он невинен; моею десницей
Погиб среди боя царевич младоНо я не убийца, о царь скандинавян!
Твой сын дерзновенный сразился со мной,
Он пал и геройскою смертию славен»Трепеща от гнева, Армии повелел
В темницу глубокую ввергнуть ЭгилНевинный свободен, смерть — скальда удеНо скальда ни плен не страшит, ни могила,
И тихо, безмолвствуя, мощный певец
Идет среди воплей свирепого мщеньИдет, — как бы ждал его славный венец
Наградой его сладкозвучного пень«О, горе тебе! — восклицал весь народ, —
О, горе тебе! горе, скальд величавыЗдесь барды не будут вещать твоей славКак тень, твоя память без шума пройдет,
И с жизнию имя исчезнет злодея»И тяжко, на вереях медных кружась,
Темницы чугунная дверь заперлась,
И скрип ее слился со свистом БореИтак, он один, без утехи; но нет, —
С ним арфа, в несчастьи подруга драгаЭгил, среди мрака темницы бряцая,
Последнею песнью Эльмора пое«Счастливец! ты пал среди родины милой,
Твой прах будет тлеть под землею родной,
Во гроб не сошла твоя память с тобой,
И часто над хладной твоею могилой
Придет прослезиться отец твой унылый!
И друг не забудет тебя посещатА я погибаю в заре моей жизни,
Вдали от родных и от милой отчизнСестра молодая и нежная мать
Не придут слезами мой гроб орошатПрощай, моя арфа, прошли наши пеньИ скальда младого счастливые дни —
Как быстрые волны промчались онИ скоро, исполнен ужасного мщенья,
Неистовый варвар мой век пресечет,
И злой скандинавец свирепой рукою
Созвучные струны твои оборвеГреми же, греми! разлучаясь с тобою,
Да внемлю последней я песне твоей! —
Я жил и в течение жизни своей
Тобою был счастлив, тобою был славен»Но барды, свершая обряд скандинавян,
Меж тем начинали суровый напев
И громко гремели средь дикого хора:
«Да гибнет, да гибнет убийца Эльмора!»
В их пламенных взорах неистовый гнев
И все, в круговой съединившись руками,
Эльмора нестройными пели хвалами
И, труп обступивши, ходили кругоУже средь обширного поля близ леса
Огромный и дикий обломок утеса
К убийству певца утвержден алтареБулатна секира лежала на нем,
И возле, ждав жертвы, стояли убийцИ вдруг, заскрипевши, глубокой темницы
Отверзлися двери, стремится нароУвы! все готово ко смерти Эгила,
Несчастному скальду отверста могила,
Но скальд без боязни ко смерти идеНи вопли народа, кипящего мщеньем,
Ни грозная сталь, ни алтарь, ни костер
Певца не колеблют, лишь он с отвращеньем
Внимает, как бардов неистовый хор
Гремит, недостойным Эльмора, хваленье«О царь! — восклицал вдохновенный Эгил, —
Позволь, чтоб, прощался с миром и пеньем,
Пред смертью я песни свои повторил
И тихо прославил на арфе согласной
Эльмора, которого в битве несчастной
Сразил я, но так, как героя сразил»Он рек; но при имени сына Эльмора
От ярости сердце царя потряслосВоззрев на Эгила с свирепостью взора,
Уже произнес он… Как вдруг раздалось
Унылое, нежное арфы звучаньАрмин при гармонии струн онемел,
Шумящей толпе он умолкнуть велел,
И целый народ стал в немом ожиданьПевец наклонился на дикой утес,
Взял верную арфу, подругу в печали,
И персты его но струнам заиграли,
И ветр его песню в долине разне«Где храбрый юноша, который
Врагов отчизны отражал
И край отцов, родные горы
Могучей мышцей защищал?
Эльмор, никем не побежденный,
Ты пал, тебя уж боле неТы пал — как сильный волк падет,
Бессильным пастырем сраженныГде дни, когда к войне кровавой,
Герой, дружины ты водил,
И возвращался к Эльве с славой,
И с Эльвой счастие делил?
Ах, скоро трепетной девице
Слезами матерь возвестит,
Что верный друг ее лежит
В сырой земле, в немой гробницНо сильных чтят благие боги,
И он на крыльях облаков
Пронесся в горные чертоги,
Геройских жительство духоА я вдоль таинственного брега,
Ночным туманом окружен,
Всегда скитаться осужден
Под хладными волнами Лега {*}{* Остров Лего был, по мнению
каледонцев, местом пребывания всех
умерших, не воспетых бардам}
О скальд, какой враждебный бог
Среди отчаянного боя
Тебе невидимо помог
Сразить отважного героя
И управлял рукой твоей?
Ты победил судьбой жестокоУвы! от родины далеко
Могила будет твой трофей!
Уже я вижу пред собою,
Я вижу алчущую смерть,
Готову над моей главою
Ужасную косу простерть,
Уже железною рукою
Она меня во гроб влечеПрощай, прощай, красивый свет,
Навеки расстаюсь с тобою,
А ты, игривый ветерок,
Лети к возлюбленной отчизне,
Скажи родным, что лютый рок
Велел певцу расстаться с жизнью
Далеко от страны родной!
Но что пред смертью, погибая,
Он пел, о них воспоминая,
И к ним перелетал душоУже настал мой час последний,
Приди, убийца, я готоПриди, рази, пусть труп мой бледный
Падет пред взорами врагоПусть мак с травою ароматной
Растут могилы вкруг моеА ты, сын севера, над ней
Шуми прохладою приятной»Умолкнул, но долго и сами собой
Прелестной гармонией струны звучали,
И медленно в поле исчез глас печалАрмин, вне себя, с наклоненной главой
Безмолвен сидел средь толпы изумленной, —
Но вдруг, как от долгого сна пробужденный:
«О скальд! что за песнь? что за сладостный глас?
Всклицал о- Какая волшебная сила
Мне нежные чувства незапно внушила?
Он пел — и во мне гнев ужасный погаОн пел — и жестокое сердце потряОн пел — и его сладкозвучное пенье,
Казалось, мою утоляло печалО скальд… О Эльмор мой… не Мщение, мщенье!
Убийца! возьми смертоносную сталь…
Низвергни алтарь… пусть родные Эгила
Счастливее будут, чем горький отеИд Ты свободен, волшебный певец»И с радостным воплем толпа повторила:
«Свободен певец!» Благодарный Эгил
Десницу Армина слезами омыл
И пред благодетелем пал умиленныЭгил возвратился на берег родной,
Куда с нетерпеньем, под кровлей смиренной,
Ждала его мать с молодою сестроУнылый, терзаемый памятью злою,
Он проклял свой меч и сокрыл под скалоКогда же, задумчив, вечерней порой,
Певец любовался волнением моря,
Унылая тень молодого Эльмора
Являлась ему на туманных брегаНо лишь на востоке краснела Аврора,
Сей призрак, как сон, исчезал в облака