1
Сгорело ты, гнездо моих отцов!
Мой сад заглох, мой дом бесследно сгинул,
Но я реки любимой не покинуВблизи ее песчаных берегов
Я и теперь на лето укрываюсь
И, отдохнув, в столицу возвращаюсь
С запасом сил и ворохом стихоМой черный конь, с Кавказа приведенный
Умен и смел, — как вихорь он летит,
Еще отцом к охоте приученный,
Как вкопанный при выстреле стоиКогда Кадо бежит опушкой леса
И глухаря нечаянно спугнет,
На всем скаку остановив Черкеса,
Спущу курок — и птица упаде2
Какой восторг! За перелетной птицей
Гонюсь с ружьем, а вольный ветер нив
Сметает сор, навеянный столицей,
С души мое Я духом бодр и жив,
Я телом здра Я думаю… мечтаю…
Не чувствовать над мыслью молотка
Я не могу, как сильно ни желаю,
Но если он приподнят хоть слегка,
Но если я о нем позабываю
На полчаса, — и тем я дорожЯ сам себя, читатель, нахожу,
А это всё, что нужно для поэтТак шли дела; но нынешнее лето
Не задалось: не заряжал ружья
И не писал еще ни строчки 3
Мне совестно признаться: я томлюсь,
Читатель мой, мучительным недугоЧтоб от него отделаться, делюсь
Я им с тобой: ты быть умеешь другом,
Довериться тебе я не боюсНедуг не нов (но сила вся в размере),
Его зовут уныньем; в старину
Я храбро с ним выдерживал войну,
Иль хоть смягчал трудом по крайней мере,
А нынче с ним не оберусь хлопоБыть может, есть причина в атмосфере,
А может быть, мне знать себя дает,
Друзья мои, пятидесятый го4
Да, он настал — и требует отчета!
Когда зима нам кудри убелит,
Приходит к нам нежданная забота
Свести итог… О юноши! грозит
Она и вам, судьба не пощадит:
Наступит час рассчитываться строго
За каждый шаг, за целой жизни труд,
И мстящего, зовущего на суд
В душе своей вы ощутите богБог старости — неутолимый бог,
(От юности готовьте ваш итог!)
5
Приходит он к прожившему полвека
И говорит: «Оглянемся назад,
Поищем дел, достойных человека…»
Увы! их нет! одних ошибок ряд!
Жестокий бог! он дал двойное зренье
Моим очам; пытливое волненье
Родил в уме, душою овладе«Я даром жил, забвенье мой удел», —
Я говорю, с ним жизнь мою читаПрости меня, страна моя родная:
Бесплоден труд, напрасен голос мой!
И вижу я, поверженный в смятенье,
В случайности несчастной — преступленье,
Предательство в ошибке роковой…
6
Измученный, тоскою удрученный,
Жестокостью судьбы неблагосклонной
Вины мои желаю объяснить,
Гоню врага, хочу его забыть,
Он тут как тут! В любимый труд, в забаву —
Мешает он во всё свою отраву,
И снова мы идем рука с рукоКуда? увы! опять я проверяю
Всю жизнь мою — найти итог желаю, —
Угодно ли последовать за мной?
7
Идем! Пути, утоптанные гладко,
Я пренебрег, я шел своим путем,
Со стороны блюстителей порядка
Я, так сказать, был вечно под судоИ рядом с ним — такая есть возможность! —
Я знал другой недружелюбный суд,
Где трусостью зовется осторожность,
Где подлостью умеренность зовуТо юношества суд неумолимыМеж двух огней я шел неутомимыКуда пришел? Клянусь, не знаю сам!
Решить вопрос предоставляю вам!
8
Враги мои решат его согласно,
Всех меряя на собственный аршин,
В чужой душе они читают ясно,
Но мой судья — читатель-гражданиЛишь в суд его храню слепую верСуди же ты, кем взыскан я не в меру!
Еще мой труд тобою не забыт
И знаешь ты: во мне нет сил героя —
Тот не герой, кто лавром не увит
Иль на щите не вынесен из боя, —
Я рядовой (теперь уж инвалид)…
9
Суди, решай! А ты, мечта больная,
Воспрянь и, мир бесстрашно облетая,
Мой ум к труду, к покою возврати!
Чтоб отдохнуть душою не свободной,
Иду к реке — кормилице народной…
С младенчества на этом мне пути
Знакомо всё… Знакомой грусти полны
Ленивые, медлительные волны…
О чем их грусть?… Бывало, каждый день
Я здесь бродил в раздумьи молчаливом
И слышал я в их ропоте тоскливом
Тоску и скорбь спопутных деревень…
10
Под берегом, где вечная прохлада
От старых ив, нависших над рекой,
Стоит в воде понуренное стадо,
Над ним шмелей неутомимый роЛишь овцы рвут траву береговую,
Как рекруты острижены вплотнуНе весел вид реки и берегоСвистит кулик, кружится рыболов,
Добычу карауля как разбойник;
Таинственно снастями шевелПроходит барка; виден у руля
Высокий крест: на барке есть покойник…
11
Чу! конь заржа Трава кругом на славу,
Но лошадям не весело пришлось,
И, позабыв зеленую атаву,
Под дым костра, спасающий от ос,
Сошлись они, поникли головами
И машут в такт широкими хвостамЛишь там, вдали, остался серый конОн не бежит проворно на огонь,
Хоть и над ним кружится рой докучный,
Серко стоит понур и недвижиНесчастный конь, ненатурально тучный!
Ты поражен недугом роковым!
12
Я подошел: алела бугорками
По всей спине, усыпанной шмелями,
Густая кровь… струилась из ноздрей…
Я наблюдал жестокий пир шмелей,
А конь дышал всё реже, всё слабеКак вкопанный стоял он час — и боле
И вдруг упа Лежит недвижим в поле…
Над трупом солнца раскаленный шар
Да степь круго Вот с вышины спустился
Степной орел; над жертвой покружился
И царственно уселся на стожаВ досаде я послал ему удаСпугнул его, но он вернется к ночи
И выклюет ей острым клювом очи…
13
Иду на шелест нивы золотоПечальные, убогие равнины!
Недавние и страшные картины,
Стесняя грудь, проходят предо мноУжели бог не сжалится над нами,
Сожженных нив дождем не оживит
И мельница с недвижными крылами
И этот год без дела простоит?
14
Ужель опять наградой будет плугу
Голодный год?… Чу! женщина поет!
Как будто в гроб кладет она подругДуша болит, уныние растеНарод! народ! Мне не дано геройства
Служить тебе, плохой я гражданин,
Но жгучее, святое беспокойство
За жребий твой донес я до седин!
Люблю тебя, пою твои страданья,
Но где герой, кто выведет из тьмы
Тебя на свет?… На смену колебанья
Твоих судеб чего дождемся мы?…
15
День свечере Томим тоскою вялой,
То по лесам, то по лугу брожУныние в душе моей усталой,
Уныние — куда ни погляжВот дождь пошел и гром готов уж грянуть
Косцы бегут проворно под шатры,
А я дождем спасаюсь от хандры,
Но, видно, мне и нынче не воспрянуть!
Упала ночь, зажглись в лугах костры,
Иду домой, тоскуя и волнуясь,
Пишу стихи и, недовольный, жгМой стих уныл, как ропот на несчастье,
Как плеск волны в осеннее ненастье,
На северном пустынном берегу…
(5-12 июля 1874)