Заглушила засуха засевки,
Сохнет рожь, и не всходят овсНа молебен с хоругвями девки
Потащились в комлях полосСобрались прихожане у чаши,
Лихоманную грусть затаЗагузынил дьячишко ледащий:
«Спаси, господи, люди твоя»Открывались небесные двери,
Дьякон бавкнул из кряжистых сил:
«Еще молимся, братья, о вере,
Чтобы бог нам поля оросил»Заливались веселые птахи,
Крапал брызгами поп из горстей,
Стрекотуньи-сороки, как свахи,
Накликали дождливых гостеЗыбко пенились зори за рощей,
Как холстины ползли облака,
И туманно по быльнице тощей
Меж кустов ворковала рекСкинув шапки, молясь и вздыхая,
Говорили промеж мужики:
«Колосилась-то ярь неплохая,
Да сгубили сухие деньки»На коне — черной тучице в санках —
Билось пламя-шлея… синь и дрожИ кричали парнишки в еланках:
«Дождик, дождик, полей нашу рожь!»