Ты одна мне
ростом вровень,
стань же рядом
с бровью брови,
дай
про этот
важный вечер
рассказать
по-человечьПять часов,
и с этих пор
стих
людей
дремучий бор,
вымер
город заселенный,
слышу лишь
свисточный спор
поездов до БарселонВ черном небе
молний поступь,
гром
ругней
в небесной драме, —
не гроза,
а это
просто
ревность
двигает горамГлупых слов
не верь сырью,
не пугайся
этой тряски, —
я взнуздаю,
я смирю
чувства
отпрысков дворянскиСтрасти корь
сойдет коростой,
но радость
неиссыхаемая,
буду долго,
буду просто
разговаривать стихами Ревность,
жены,
слезы…
ну их! —
вспухнут веки,
впору ВиЯ не сам,
а я
ревную
за Советскую РоссиВидел
на плечах заплаты,
их
чахотка
лижет вздохоЧто же,
мы не виноваты —
ста мильонам
было плохМы
теперь
к таким нежны —
спортом
выпрямишь не многих, —
вы и нам
в Москве нужны,
не хватает
длинноногиНе тебе,
в снега
и в тиф
шедшей
этими ногами,
здесь
на ласки
выдать их
в ужины
с нефтяникамТы не думай,
щурясь просто
из-под выпрямленных дуИди сюда,
иди на перекресток
моих больших
и неуклюжих руНе хочешь?
Оставайся и зимуй,
и это
оскорбление
на общий счет нанижеЯ все равно
тебя
когда-нибудь возьму —
одну
или вдвоем с Париже