(ирландская легенда)
В Донегале, на острове, полном намеков и вздохов,
Намеков и вздохов приморских ветров,
Где в минувшие дни находилось Чистилище, —
А быть может и там до сих пор,
Колодец-Пещера Святого Патрикка, —
Пред бурею в воздухе слышатся шепоты,
Голоса, привидения звуков проходят
Они говорят и поюПоют, упрекают, и плачуВраждуют, и спорят, и сетуюПроходят, бледнеют, их неКто сядет тогда над серебряным озером,
Под ветвями плакучими ивы седой,
Что над глинистым срывом,
Тот узнает над влагой стоячею многое,
Что в другой бы он раз не узнаТот узнает, из воздуха, многое, многоВ Донегале другое есть озеро, в чащ Лаф Дерг,
Что по-нашему — Красное ОзерНо ни в бурю, ни в тишь к его водам нельзя подходВ те старинные дни, как не прибыл еще
К берегам изумрудной Ирландии
Покровитель Эрина, Патрикк,
Это озеро звалося озером Фина Мак-КоллИ недаром так звалось онТут была, в этом всем, своя повестЖила, в отдаленное время, в Ирландии
Старуха-колдунья, чудовище,
Что звалася Ведьмою с ПальцеИ сын был при ней, ИсполиТа вещая Ведьма любила растенья,
И ведала свойства всех трав,
В серебряном длинном сосуде варила
Отравы, на синем огнА сын-Исполин той отравой напаивал стрелы,
И смерть, воскрыляясь, летела
С каждой стрелоНа каждой руке у Колдуньи, как будто змеясь,
По одному только было
Длинному гибкому пальцДа, загибались
Два эти длинные пальца,
В час, как свистела в разрезанном воздухе,
Сыном ее устремленная,
Отравой вспоенная,
Безошибочно цель достающая, птица-стрелВедьмою с Пальцем
Было немало подобрано тех, до кого прикоснулась,
Ядом налитая, коготь — стрелВ Ирландии правил тогда король благомудрый НиулОн созвал Друидов,
И спросил их, как можно избавиться
От язвы такоОтвет был, что только единый из рода Фионов
Может Колдунью убитИ убить ее должно серебряной меткой стрелоСамым был славным и сильным из смелых Фионов
Доблестный, звавшийся Фином Мак-КоллСын его был Оссиан,
Дивный певец и провидец,
Видевший много незримого,
Слышавший, кроме людского,
Многое то, что звучит не среди говорящих людеБыл также славный Фион, звавшийся Гэлом Мак-МорнБыл также юный беспечный, что звался Куниэн-МиулВсе они вместе, по слову Друидов,
Отправились к чаще, излюбленной Ведьмою с ПальцеОни увидали ее на холмОна собирала смертельные травы,
И с нею был сын-ИсполиМак-Морни свой лук натянул,
Но стрела, просвистев, лишь задела
Длинный колдуний сосуд,
Где Ведьма готовила яд,
Кувырнулся он к синему пламени,
Ушла вся отрава в огонИсполин, увидав наступающих,
На плечи схватил свою мать
И помчался вперед,
С быстротой поразительной,
Через топи, овраги, лесНо у Фина Мак-Колли глаза были зорки и руки уверены,
И серебряной меткой стрелой
Пронзил он ведовское сердцГигант продолжал убегатОн с ношей своей уносился,
Пока не достиг, запыхавшись,
До гор ДонегалПред скатом он шаг задержал,
Назад оглянулся,
И, вздрогнув, увидел,
Что был за плечами его лишь скелет:
Сведенные руки и ноги, да череп безглазый, и звенья спинного хребтОн бросил останкИ вновь побежал ИсполиС тех пор уж о нем никогда ничего не слыхалНо несколько лет миновало,
Сменилися зимы и весны,
Не раз уже лето, в багряных и желтых
Листах, превратилося в осень,
И те же, все те же из славных Фионов
Охотились в местности той,
Скликались, кричали, смеялись, шутили,
Гнались за оленем, и места достигли,
Где кости лежали, колдуний скелеУмолкли, былое припомнив, и молча
Напевы о смерти слагал Оссиан,
Вдруг карлик возник, рыжевласый, серьезный,
И молвил: «Не троньте костеИз кости берцовой, коль тронете кости,
Червь глянет, и выползет он,
И если напиться найдет он довольно,
Весь мир может он погубить»«Весь мир», — прокричал этот карлик серьезно,
И вдруг, как пришел, так исчеМолчали Фион И в слух Оссиана
Какие-то шепоты стали вноситься,
Тихонько, неверно, повторно, напевно,
Как будто бы шелест осоки под ветром,
Как будто над влагой паденье листоМолчали Фион Но юный беспечный,
Что звался Куниэн-Миуль,
Был малый веселый,
Был малый смешливый,
Куда как смешон был ему этот карлик,
Он кости берцовой коснулся копьеТолкнул ее, выполз тут червь волосатый,
Он длинный был, тощий, облезло-мохнатый,
Куниэн Миуль взял его на копье,
И поднял на воздух, и бросил со смехом,
Далеко отбросил, и червь покатился,
Упал, не на землю, он в лужу упаИ только напился из лужи он грязной,
Как вырос, надулся, раскинулся тушей,
И вдоль удлинился, и вверх укрепился,
Змеей волосатой, мохнатым Драконом,
И бросился он к опрометчивым смелым,
И тут-то был истинный боКто знает червей, тот и знает драконов,
Кто знает Змею, тот умеет бороться,
Кто хочет бороться, тот знает победу,
Победа к бесстрашным идеНо как иногда ее дорого купишь,
И сколько в борении крови прольется,
Об этом теперь говорить я не буду,
Не стоит, не нужно сейчаЯ только скажу вам, кто внемлет напеву,
Я был в Донегале, на острове вздохов,
Я был там под ивой седой,
Я многое видел, я многое слышал,
И вот мой завет вам: Не троньте костеКоль нет в том нужды, так костей вы не троньте,
А если так нужно, червя не поите,
Напиться не дайте емТак мне рассказали на острове древнем,
Пред бурей, над влагой, над глинистым срывом,
Сказали мне явственно там
Шепоты в воздух В воздух