НеЭто неправдНет!
И ты?
Любимая,
за что,
за что же?!
Хорошо —
я ходил,
я дарил цветы,
я ж из ящика не выкрал серебряных ложек!
Белый,
сшатался с пятого этажВетер щеки ожеУлица клубилась, визжа и ржПохотливо взлазил рожок на рожоВознес над суетой столичной одури
строгое —
древних икон —
челНа теле твоем — как на смертном о́дре —
сердце
дни
кончилВ грубом убийстве не пачкала рук тТы
уронила только:
«В мягкой постели
он,
фрукты,
вино на ладони ночного столика»Любовь!
Только в моем
воспаленном
мозгу была ты!
Глупой комедии остановите ход!
Смотри́те —
срываю игрушки-латы
я,
величайший Дон-Кихот!
Помните:
под ношей креста
Христос
секунду
усталый стаТолпа орала:
«Марала!
Мааарррааала!»
Правильно!
Каждого,
кто
об отдыхе взмолится,
оплюй в его весеннем дне!
Армии подвижников, обреченным добровольцам
от человека пощады нет!
Довольно!
Теперь —
клянусь моей языческой силою! —
дайте
любую
красивую,
юную, —
души не растрачу,
изнасилую
и в сердце насмешку плюну ей!
Око за око!
Севы мести в тысячу крат жни!
В каждое ухо ввой:
вся земля —
каторжник
с наполовину выбритой солнцем головой!
Око за око!
Убьете,
похороните —
выроюсь!
Об камень обточатся зубов ножи еще!
Собакой забьюсь под нары казарм!
Буду,
бешеный,
вгрызаться в ножища,
пахнущие по́том и базароНочью вско́чите!
Я
звал!
Белым быком возрос над землей:
Муууу!
В ярмо замучена шея-язва,
над язвой смерчи муЛосем обернусь,
в провода
впутаю голову ветвистую
с налитыми кровью глазамДа!
Затравленным зверем над миром выстоНе уйти человеку!
Молитва у рта, —
лег на плиты просящ и грязен оЯ возьму
намалюю
на царские врата
на божьем лике РазинСолнце! Лучей не кинь!
Сохните, реки, жажду утолить не дав ему, —
чтоб тысячами рождались мои ученики
трубить с площадей анафему!
И когда,
наконец,
на веков верхи́ став,
последний выйдет день им, —
в черных душах убийц и анархистов
зажгусь кровавым видением!
СветаеВсе шире разверзается неба роНочь
пьет за глотком глоток оОт окон заревОт окон жар течеОт окон густое солнце льется на спящий гороСвятая месть моя!
Опять
над уличной пылью
ступенями строк ввысь поведи!
До края полное сердце
вылью
в исповеди!
Грядущие люди!
Кто вы?
Вот — я,
весь
боль и ушиВам завещаю я сад фруктовый
моей великой душ