Не высидел домАнненский
*
, Тютчев, ФеОпять,
тоскою к людям ведомый,
иду
в кинематографы, в трактиры, в кафЗа столикоСияниНадежда сияет сердцу глупомА если за неделю
так изменился россиянин,
что щеки сожгу огнями губ емОсторожно поднимаю глаза,
роюсь в пиджачной куч«Назад,
наз-зад,
назад!»
Страх орет из сердцМечется по лицу, безнадежен и скучеНе слушаюсВижу,
вправо немножко,
неведомое ни на суше, ни в пучинах вод,
старательно работает над телячьей ножкой
загадочнейшее существГлядишь и не знаешь: ест или не ест оГлядишь и не знаешь: дышит или не дышит оДва аршина безлицого розоватого теста:
хоть бы метка была в уголочке вышитТолько колышутся спадающие на плечи
мягкие складки лоснящихся щеСердце в исступлении,
рвет и мече«Назад же!
Чего еще?»
Влево смотрРот разинуОбернулся к первому, и стало и́наче:
для увидевшего вторую образину
первый —
воскресший Леонардо да-ВинчНет людеПонимаете
крик тысячедневных мук?
Душа не хочет немая идти,
а сказать кому?
Брошусь на землю,
камня корою
в кровь лицо изотру, слезами асфальт омываИстомившимися по ласке губами тысячью поцелуев покрою
умную морду трамваВ дом уйдПрилипну к обояГде роза есть нежнее и чайнее?
Хочешь —
тебе
рябое
прочту «Простое как мычание»
*
?
Для истории
Когда все расселятся в раю и в аду,
земля итогами подведена будет —
помните:
в 1916 году
из Петрограда исчезли красивые люд