Сопутница моя златая,
Сестра крылатых снов,
Ты, свежесть в нектар изливая,
На пиршестве богов,
с их древних чел свеваешь думы,
Лишаешь радость крыСклонился к чаше Зевс угрюмый
И громы позабыТы предпочла меня, пиита,
Толпе других детей!
Соломой хижина покрыта,
Приют семьи моей,
Тобой, богиня, претворялась
В очарова’нный храм,
И у младенца разливалась
Улыбка по устаТы, мотыльковыми крылами
Порхая перед ним —
То меж душистыми цветами,
То над ручьем златым, —
Его манила вверх утеса
С гранита на гранит,
Где в бездну с мрачного навеса
Седой поток шумиМечтами грудь его вздымала,
И, свитые кольцом,
С чела открытого сдувала
Ты кудри ветеркоПусть гул катился отдаленный,
Дождь в листья ударял, —
Тобой, богиня, осененный
Младенец засыпаОгни ночные, блеск зарницы,
Падающей льдины гром
Его пушистые ресницы,
Отягощенны сном,
К восторгам новым открывали
И к трепетам святым,
И в мраке свода ужасали
Видением ночныЗаря сидящего пиита
Встречала на скалах,
Цветами вешними увита
И с лирою в рукаТобой, богиня, вдохновленный,
С вершин горы седой
Свирели вторил отдаленной
Я песнию простой:
«Что ты, пастушка, приуныла?
Не пляшешь, не поешь?
К коленям руки опустила,
Идешь и не поешь?
Во взоре, в поступи томленье,
В лице пылает кровь,
Ты и в тоске и в восхищеньи!
Наверно, то любовь?
Но ты закрылася руками!
Мне отвечаешь: нет!
Не закрывай лица руками,
Не отвечай мне: нет!
Я слышал, Хлоя, от пастушек,
Кто в нас волнует кровь,
Я слышал, Хлоя, от пастушек
Рассказы про любовь!»
Кругом свежее разливался
Цветов пустынный дух,
И проходяший улыбался
Мне весело пастух:
«Не улыбайся, проходящий
Веселый пастушок,
Не вечно скачет говорящий
С цветами ручеек,
Взгляни на бедного Дафниса,
Он смолк и приуныл!
Несчастного забыла Ниса,
Он Нису не забыл!»
Как ты, Фантазия, учила
Ребенка воспевать,
К свирели пальцы приложила,
Велела засвистать!
Невинный счастлив был тобою,
Когда через цветы
Вела беспечною рукою
Его, играя, тКак сладко спящего покрыла
В последний раз ты сном
И грудь младую освежила
Махающим крылоЯ вскрикнул, грезой устрашенный,
Взглянул — уж ты вдали,
Летишь, где неба свод склоненный
Падет на край землС тех пор ты мчишься все быстрее,
А все манишь меня!
С тех пор прелестней ты, живее,
Уныл и томен Жестокая, пустыми ль снами
Ты хочешь заменить
Все, что младенчества я днями
Так мало мог ценить!
Кем ты, волшебница, явилась
Мне с утренней звездой,
И, застыдившись, приклонилась,
Обвив меня рукой,
К плечу прелестными грудями?
Скажи, кто окропил
Меня горячими слезами
И, скрывшись, пробудил?
Чей это образ несравненный?
Кто та, кем я дышу?
О ней, грозою окруженный,
На древе я пишу;
Богов усердными мольбами
Ее узреть молЧего не делаешь ты с нами!
Увы, и я любл