1
Я видел правду только раз,
Когда солгали мнИ с той поры, и в этот час,
Я весь горю в огнЯ был ребенком лет пяти,
И мне жилось легкИ я не знал, что я в пути,
Что буду далекБезбольный мир кругом дышал
Обманами цветоЯ счастлив был, я крепко спал,
И каждый день был ноУсадьба, липы, старый сад,
Стрекозы, камышЗачем нельзя уйти назад
И кончить жизнь в тиши?
Я в летний день спросил отца:
«Скажи мне: вечен свет?»
Улыбкой грустного лица
Он мне ответил: «Нет»И мать спросил я в полусне:
«Скажи: Он добрый — Бог?»
Она кивнула молча мне,
И удержала вздоНо как же так, но как же так?
Один сказал мне: «Да»,
Другой сказал, что будет мрак,
Что в жизни нет «Всегда»И стал я спрашивать себя,
Где правда, где обман,
И кто же мучает любя,
И мрак зачем нам да2
Я вышел утром в старый сад
И лег среди травИ был расцвет растений смят
От детской головВ саду был черный ветхий чан
С зацветшею водоОн был как знак безвестных стран,
Он был моей мечтоВон ряска там, под ней вода,
Лягушка там живеИ вдруг ко мне пришла Беда,
И замер небосвоЖестокой грезой детский ум
Внезапно был смущен,
И злою волей, силой дум,
Он в рабство обращен
Так грязен чан, в нем грязный моЯ слышал мысль моЧто если буду я как Бог?
Что если я убью?
Лягушке тесно и темно,
Пусть в Рай она войдеИ руку детскую на дно
Увлек водовороВодоворот безумных снов,
Непоправимых дуНо сад кругом был ярко-нов,
И светел был мой уЯ помню скользкое в руках,
Я помню холод, дрожь,
Я помню Солнце в облаках,
И в детских пальцах ноЯ темный дух, я гномный царь,
Минута не долгИ торжествующий дикарь
Скальпировал врагИ что-то билось без конца
В глубокой тишинИ призрак страшного лица
Приблизился ко мнИ кто-то близкий мне сказал,
Что проклят я теперь,
Что кто слабейшего терзал,
В том сердца нет, он зверНо странно был мой ум упрям,
И молча думал я,
Что боль дана как правда нам,
Чужая и мо3
О, знаю, боль сильней всего,
И ярче всех огней,
Без боли тупо и мертво
Мельканье жалких днеИ я порой терзал других,
Я мучил и Ну, что ж!
Зато я создал звонкий стих,
И этот стих не ложКому я радость доставлял,
Тот спал, как сытый зверКого терзаться заставлял,
Пред тем открылась дверИ сам в безжалостной борьбе
Терзание приняв,
Благословенье шлю тебе,
Кто предо мной непраБыть может, ересь я пою?
Мой дух ослеп, оглох?
О, нет, я слышу мысль мою,
Я знаю, вечен Бог!