Пять лет рабочие глотки поют,
века воспоет рабочих любовь —
о том,
    как мерили силы
              в бою —
с Антантой,
         вооруженной до зубоБуржуазия зверел         Вселенной мощь —
служила одной еЕй —
         танков непробиваемая толщь,
ей —
        миллиарды франков и рублеИ,
    наконец,
    карандашей,
         перьев леса́
ощетиня в честь ей,
лили
         тысячи буржуазных писак —
деготь на рабочих,
         на буржуев елеМы в гриву хлестали,
         мы били в лоб,
мы плыли кровью-рекоМы взяли
    твердыню твердынь —
              Перекоп
чуть не голой рукоМы силой смирили силы свирепостИзбита,
    изгнана стая зве́рьНо мыслей ихних цела крепость,
стоит,
          щетинит штыки-перьПора последнее оружие отковатВ руки перо береПора —
    самим пером атаковать!
Пора —
    самим защищаться пероИсписывая каракулью листов клочья,
с трудом вытягивая мыслей ленты, —
ночами скрипят корреспонденты-рабочие,
крестьяне-корреспондентМы пишем,
    горесть рабочих вобрав,
нас затмит пустомелей лак ли?
Мы знаем:
    миллионом грядущих правд
разрастутся наши каракулВраг рабочим отомстить раУ бюрократов —
         волнениСыпет
           на рабочих
         совбюрократ
доносы
    и увольнениВидно, верно бьем,
         видно, бить пора!
Под пером
        кулак дрожиНа мушку берет героя перНа героя
    точит ножЧто ж! —
    и этот нож отведем от горВновь
    согнем над письмом плечищПролетарский суд
         кулака припеИ директор
        «Правдой» прочищеВ дрожь вгоняя врагов рой,
трудящемуся защита дружья,
да здравствует
             красное
            рабочее перо —
нынешнее наше оружие!