Владеющимъ твоимъ перстамъ,
О Дева! клависинъ струнами,
Обезтелесенъ, обездушенъ,
Я будто истуканъ стоЦарица жизни ты и смерти
Силъ править тысящьми, — какъ Богъ!
Благоговея чуть шумитъ
Вкругъ воздухъ на тебя приникши,
Ко пенью твоему прикованъ
Стоитъ кружася въ вихре векъ,
И тьмы веселія въ безмолвьи
Природы всей къ тебъ влечетъ,
Волшебница! одно твое воззренье,
Одинъ твой звукъ — пленитъ всю тварПолны гармоніи душой
Изъ струнъ роскошно устремленны,
Кахъ Серафимы вновь раждаясь,
Изъ неба порхаютъ, кишатъ;
И какъ изтекли изъ хаоса
И вихремъ зиждущимъ взнесясь,
Изъ мрака солнцы возсіяли:
Твоихъ такъ гласовъ токъ златый
Пріятно, — какъ сребристый ключь
Журча по камышкамъ катится
Великолепно, важно вдругъ, —
Какъ грома съ облаковъ органы;
Стремителъно,— вдали съ утеса,
Какъ шумный пенистый потокъ; —
Отрадно, — какъ межь липъ
Тенистыхъ, благовонныхъ,
И шепчущихъ осинъ
Влюбленны ветерки дыхаютъ;
Уныло, мрачно, тяжело
По мертвымъ дебрямъ ужасный шорохъ нощи
И вой, протяжно изчезая,
Влечется слезною Коцитовой волноНо стой! — и мне поведай, Дева:
Въ связи ль съ духами ты небесъ,
И тотъ ли ихъ языкъ въ Едем?,
Музыка коимъ говоритъ?
Завеса отъ очесъ упала!
Звтворы слуха отперлись!
О Дева! я дышу живеИль огнь эфирный очищая,
И вихремъ въ выспрь меня несетъ?
Мелькаютъ сквозь небесъ раздранныхъ
Младыхъ духовъ мне въ солнцахъ троны!
За гробомъ утрення заря!
Прочь, прочь съ поняптьемъ насІщомыхъ,
Кощуны… прочь! — есть Богъ!
Державин