Предисловие
В
«
Правде
»
     пишется правд            
В
«
Известиях
» —
                 известиФакт     Хоть возьми
           да положи на стоА поэта
     интересует
         
и то,
               что будет через двести
лет
       или —
     через стI
Война, которая будет сейчас
Когда
   перелистываем
         газетный лист мы,
перебираем
      новости
         заграницы болотной,
натыкаемся —
      выдумали
            ученые империалистовы:
то газ,
   то луч,
      то самолет беспилотныЧто́ им,
   куриная судьба горька?
Человечеству
      помогают,
              лучи скрестя?
Нет —
   с поднебесья
         новый аркан
готовят
   на шеи
      рабочих и крестьяДесятилетие
*
      страницы
            всех газетин
смерть начиняла —
         увечья,
            горе…
Но вздором
      покажутся
         бойни эти
в ужасе
   грядущих фантасмагори· · ·
2125 гоНебо горсти сложило
         (звезды клянчит)Был вечер,
          выражаясь простНа небе,
   как всегда,
         появился аэропланчиОбычный —
      самопишущий —
               «Аэророста»Москв   Москвичи
         повылезли на крыши
сорокаэтажных
         домов-комму— Посмотрим, что ли…
              Про что пропишеКто?
   Кого?
      Когда?
         Кому? —
Тревога
Летчик
   открыл
      горящий газ,
вывел
   на небе
      рамВывел
   крупными буквами:
ПРИКА МОБИЛИЗАЦИ         А потом —
                 
телеграмму
:
Рапорт
      Наблюдател            Берег восточныДоносим:
«Точно —
без пяти восемь,
несмотря
       на время раннее,
враг
   маяки
      потушил крайние»Ракет   Осветились
         в темноте
приготовления —
         лихорадочный темКрыло к крылу,
         в крылья крылья,
первая,
   вторая,
      сотая эскадрильЕще ракету!
      Вспыхнул            Видели?
Из ангаров
          выводятся истребител«Зашифровал      Передали
            стам
сторожевым
      советским постаПорядок образцовы         Летим
            наперерез,
в прикрытии
      газовых завес»За рапортом —
         воззвание:
            «Товарищи,
                    ясно!
Угроза —
        Европе
           и Азии красноАмерика —
      разбитой буржуазии оплот —
на нас
   подымает
           воздушный флоНе врыть
   в нору
         рабочий класРука — на руль!
          Глаз — на газ!»
Казалось,
        газ,
      смертоносный и душненький,
уже
      обволакивает
         миллионы голоЗаторопилис      Хватали наушникБросали в радио:
            «Алло!
               Алло!!»
Мотор умолк,
      тревогу отгаркаПотух
   вверху
      фосфорический свеА люди
   выводили
              двухместки из ангариков,
летели —
        с женой —
         в районный совеДолетевшим
      до половины
встречались —
      побывавшие в штабТуда!
   Туда!!
      Где бомбы
            да мины
сложил
   арсенальщик
         в страшный штабелРадиомитинг
— Товарищи!
      На митинг! —
            радио кликаМассы
   морем
      вздымало бурнА с Красной
      площади
         взлетала восьмикрылка —
походная
        коминтерновская трибунНе забудется
      вовек
         картина этВ масках,
       в противогазном платье
земля
   разлеглась
         фантастическим макетоА вверху —
      коминтерновский председатель:
— Товарищи!
      Сегодня
         Америка
Союзу
   трудящихся
         навязывает войны! —
От Шанхая
           до ирландского берега —
фразы
   сразу
      по радиоволнаАвиомобилизация
Сегодня
   забыли
      сон и дрёмСолнце
   искусственное
         в миллиард свечей
включили,
          и от аэродрома
            к аэродрому
сновали
   машины
          бессонных москвичеЛегкие разведчики,
         дредноуты из алюминия…
И в газодежде,
      мускулами узловат,
рабочий
      крепил
         подвески минные;
бомбами —
        летучками
            набивал кузовШтабные
        у машин
         разбились на группкНебо кроили;
      место свое
отмечал        Делали зарубки
на звездах —
      территории грядущих боеЛетчи   Рядом — ребятишки
            (с братом)
шлем
   помогали
      надеть емИ он
        объяснял
      пионерам и октябрятам,
из-за чего тревога
            и что — к чему:
— Из Европы выбили…
              из Азии…
               Ан,
они — туда
      навострили лыжи, —
в Америку, значи         В подводка               За океаА там —
   сво      Буржу         Кулиджи
*
Мы
      тут
   забыли и имя иЗаводы строи         Возносим трубА они
   не дремлюУ них —
       химиВоняют газо      Точат зубНу, и решили —
          дошло до точкБомбы взял      С дом — в объеКамня на камне,
           листочка на листочке
не оставя          Побьют…
         Если мы не побье —
Вперед
Одна
   машина
      выскользнула плавнСнизилась,
           смотрит…
         Чего бы надо еще?
Потом рванулась —
            обрадовалась словно —
сигнализировала:
            «ГлавнокомандующиПриказываю:
      Пора!
Вперед!!
       И до Марса
         винт отмашет!»
Отземлились,
      подняли рупорИ воздух
      гремит
         в давнишнем маршМарш
Буржуи
   лезут в яри
на самый
       небий своТоварищ
      пролетарий,
садись на самолет!
Катись
   назад,
      заводчики,
по облакам свистМы — летчики
республики
      рабочих и крестьяГде не проехать
         коннице,
где не пройти
      ногам —
там
      только
        летчик гонится
за птицами врагВперед!
   Сквозь тучи-кочки!
Летим,
   крылом блестМы — летчики
республики
      рабочих и крестьян!
Себя
   с врагом померьте,
дорогу
   кровью рдя;
до самой
      небьей тверди
коммуну
      утвердНаш флаг
       меж звезд
         полощется,
рабочью
      власть
      растМы — летчики,
         мы — летчицы,
рабочих и крестьян!
Начало
Сначала
   разведчики
         размахнулись полукругоЗа разведчиками —
         истребителей дугА за ними
         газоносцы
         выстроились в угоТучи
   от винтов
      размахиваются наугаА за ними,
         почти
          закрывая многоокий,
помноженный
      фонарями
            небесный свод,
летели
   огромней,
           чем корабельные доки,
ангары —
        сразу
      на аэропланов пятьсоКогда
   повороты
         были резки́, —
на тысячи
        ладов и ладков
ревели
   сонмы
      окружающих мастерских
свистоголосием
          сирен и гудкоЗа ними
   вслед
      пошли обозы,
маскированные
         каким-то
            цветом седыТихо…
   Тебе — не телегой о́б земь!Арсеналы,
         склады
            медикаментов,
               еды…
Под ними
        земля
         выгибалась мискоЖдали
   на каждой
         бетонной полянЛенинская
          эскадрилья
            взлетела из-под Минска…
Присоединились
            крылатые смоляне…
Выше,
   выше
      ввинчивались летчикСовсем высоко…
           И — еще вышМарш отшуме         Машины —
            точкВнизу — пощурились
         и бросили крышПроверил      Есть —
         кислород и водЕду̀
   машина
      в минуту подавалИ влезли,
       осмотрев
         провода и привода,
в броню
   газонепроницаемых подвалоНа оборону!
      Заводы гудяА краны
      мины таскаюПод землю
   от вражьего газа уйдя,
бежала
   жизнь заводскаПоход
ЛетелПтицы
   в изумленьи глядел            Летели…
Винт,
   звезда блестит в темноте ли?
               Летели…
Ввысь
   до того,
      что — иней на тел               Летели…
Сами
   себя ж
      догоняя еле,
         летелС часами
      скорость
         творит чудеса:
шло
в сутки
      двое сполна;
два солнца —
      в 24 часа;
и дважды
        всходила лунКогда ж
      догоняли
            вращенье земли —
сто мест
      перемахивал
         глаА циферблат
      показывал
            им
один
   неподвижный чаВзвивались,
      прорезавши
            воздух весВ удушьи
        разинув рот,
с трудом
       рукой,
         потерявшей вес,
выструивали
      кислороВреза́лись
      разведчики
            в бурю
               и в гром
и, бросив
        громовую одурь,
на гладь
   океана
      кидались ядром
и плыли,
       распенивши водПловучей
        миной
           взорван одиИ тотчас
      все остальные
заторопились
      в воду уйти,
сомкнувши
      брони стальныВсплывали,
      опасное место пройдя,
стряхнувши
      с пропеллеров
            капли;
и вновь
   в небосвод,
         пылающ и рдян,
машин
   многоточие
         вкрапил            Летели…
Минуты…
        сутки…
         недели…
            ЛетелСквозь россыпи солнца,
               сквозь луновы мели
                  летелНападение
Начальник
         спокойно
         передвигает кожаный
на два
   валика
      намотанный плаВсе спокойн      И вдруг —
            как подкошенный,
камнем —
         аэроплаНичег   И только
          лучище
вытягивается
      разящей
         ручищеВставали,
        как в пустыне миражи,
сто тысяч
        машин
          эскадрильи вражьеНацелив
      луч,
      истребленье готовящий,
сторон с десяти
          — никак не менее —
свистели,
        летели,
            мчались чудовища —
из света,
      из стали,
            из алюминиКачнула
      машины
            ветра рекНалево
   кренятся
          по склонНа правом
         крыле
          встает три «К»,
три
      черных
          «К» —
         Ку-клукс-клана
*
А ветер
   с другого бока налез,
направо
   качнул огульно —
и чернью
       взметнулась
         на левом крыле
фашистская
      загогулинСекунд      Рассмерчились бешенИ не   Исчезли,
      в газ занавешенНа каждом аэро,
      с каждого бока,
как будто
       искра —
         в газовый бак,
два слова
        взрывало сердца:
            «Тревога!
Враг!»
Аэробитва
Не различить
      горизонта слитогНебо,
   воздух,
      вода —
         воедино!
И в этой
      синеве —
         последняя битвКрасных,
       белых
         — последний поединоНевероятная битва!
         Ни одного громыханийка!!
Ни ядер,
   ни пуль не вижу мимо я —
только
   винтов
      взбешенная механика,
только
   одни
      лучи да химиГнались,
       увлекались ловом,
и вдруг —
         поворачивали
                назаСвисали руки,
      а на лице
              лиловом —
вылезшие
        остекленелые глазЭскадрильи,
      атакующие,
            тучи рылПрожектор
          глаз
      открывает круглый —
и нету
   никаких эскадрилиЛишь падают
      вниз
         обломки и углИногда,
   невидимые,
         башня с башнею
сходились,
          и тогда
         громыхало одно этПо старинке
      дрались
         врукопашную
два
      в абордаже
      воздушные дредноутОдин разбит,
      и сразу —
             идиллия:
беззащитных,
      как щенят,
в ангары
      поломанные
         дредноуты вводили,
здесь же
   в воздухе
         клепая и чинЧетырежды
           ночью,
         от звезд рябой,
сменились
          дней глади,
но все
          растет,
      расширяется бой,
звереет
   со дня на́ денВ бою
   умирали
      пятые суткВраг
        отошел на миА после
   тысяча
      ясно видимых и жутких
машин
   пошла напрямиВ атаку!
   В лучи!! —
         Не свернули лётВ газ!!! —
         И газ не мутиНеуязвимые,
   прут без пилотоВсё
      метут
       на путГнут
Командав нахмурилс            Кажется — крышка!
Бросится наш,
      винтами взмашет —
и падает
   мухой,
      сложивши крылышкНашим — плох           Отходят нашРабота —
        чиста           Сброшена тоннНи увечий,
          ни боли,
         ни раны…
И город
      сметен
         без всякого стона
тонной
   удушливой
         газовой дрянДесятки
   столиц
      невидимый выел
никого,
   ничего не щадящий гаК самой
   к Москве
           машины передовые
прут,
   как на парад,
         как на показ…
Уже
       надеющихся
           звали вра́лямНо летчики,
           долг выполняя свой,
аэропланными
      кольцами —
            спиралями
сгрудились
      по-над самой МосквоРасплывшись
      во все
         небесное лоно,
во весь
   непреклонный
         машинный дух,
враг летел,
          наступал неуклоннУже —
   в четырех километрах,
                в двух…
Вспыхивали
      в черных рамках
известия
      неизбежной ясностРадио
   громко
трубило:
      — Революция в опасности! —
Скрежещущие звуки
корежили
        и спокойное лицо, —
это
      завинчивала люки
Москва
   подвальных жильцоСверху
   видно:
      мура —
так толпятся;
      а те —
в дирижаблях
      да — на УраПрихватывают
      жен и детеРастут,
   размножаются
         в небесном ситце
надвигающиеся
         машины-горошинСейчас закидают!
      Сейчас разразится!
Сейчас
   газобомбы
             обрушатся брошенныНу что ж,
       приготовимся
              к смерти душноНам ли
   клониться,
             пощаду моля?
Напрягшись
      всей
         силищей воздушной,
примолкла
          Советская ЗемлПобеда
И вдруг… —
      не верится! —
            будто
               кто-то
машины
      вражьи
          дернул разоНа удивленье
      полувылезшим
            нашим пилотам,
те скривились
      и грохнулись
            наземНе смея радоваться —
         не подвох ли?
снизились, может,
         землею шествуют? —
моторы
   затараторили,
         заохали,
ринулись
       к месту происшествиСнизились,
      к земле приникли…
В яме,
   упавшими развороченной, —
обломки
      алюминия,
         никеля…
Без подвохо      Та ТочнЛетчики вылезл         Лбы — складкТысяча вопросо         Ответ —
            неИ лишь
   под утро
          радио-разгадка:
— Нью-Йор      Всем!
         Всем!
            Всем!
Радио
Рабочих,
      крестьян
         и лётные кадры
приветствуют
      летчики
         первой эскадрПусть
   разиллюминуют
Москву
   в миллион свечеС этой минуты
      навек мину́ют
войн   Мы —
      эскадра москвичей —
прорвалис      Нас
         не виделПод водой —
      до Америки рейВзлетел        Ночью
           громкоговорители
поставил          И забасили
         на Нью-Йорк, на вес«Рабочие!
        Товарищи и братья!
Скоро ль
      наций
      дурман развеется?!
За какие серебренники,
             по какой плате
вы
     предаете
      нас, европейцев?
Сегодня
      натравливают:
              — Идите!
Европу
   окутайте
         в газовый мор! —
А завтра
      возвратится победитель,
чтоб здесь
   на вас
          навьючить ярмЧто вам
   жизнь
      буржуями да́рена?
Жмут
   из вас
      то кровь,
         то поСпаяйтесь
   с нами
           в одну солидарностВ одну коммуну —
         без рабов,
            без господ!»
Полицейские —
          за лисой лиса —
на аэросипедах…
           Прожѐктора полоса…
Напрасно! —
      Качаясь мерно,
громкоговорители
         раздували голоса
лучших
   ораторов КоминтернНичего!
   Ни связать,
         ни забрать его —
радиВидим,
   у них —
         сумятицВышли рабочие,
          полиция пятитсА город
   будто
      огни зажег —
разгорается
      за флагом флажоДля нас
   приготовленные мины
миллиардерам
      кладут под доминЗнаменами
          себя
         осеня,
атаковывают
      арсенаСовсем как в Москве
         столетья назад
Октябрьская
      разрасталась грозБерут,
   на версты
          гром разбаси́в,
ломают
   замков
      хитроумный массиРадиофорт…
      Охраняющий —
            скинуАтаковал          Взят вполовинВ другую!
        Схватка,
         с час горячУхватывают
      какой-то рычаРванули…
        еще крутнули…
            Мгновение, —
и то чересчур —
          мгновения менее, —
как с тыщи
          струнищ
         оборванный вой!
И тыща
   чудовищ
          легла под МосквоРадость
В «ура» содрогающимся
              ртам еще
хотелось орать
      и орать до́сыта, —
а уже
   во все небеса
         телеграммищу
вычерчивала
      радиороста:
«Мир!
   Народы
      кончили дратьсДа здравствует
      минута эта!
Великая
   Американская федерация
присоединяется
          к Союзу советов!»
Сомнений —
      ни в коПодпись:
   «Американский ревком»Возвращение
Утром
   с запада
      появились точкНеслись,
       себя
      и марш растя:
«Мы — летчики
          республики
            рабочих и крестьяНедаром
      пролетали —
очищен
   небий своКрестьянин!
      Пролетарий!
Снижайте самолет!
Скатились
         вниз
      заводчики,
            по облакам свистМы летчики —
      республики
            рабочих и крестьян!
Не вступит
      вражья
         конница,
ни птица,
        ни ногНаш летчик
   всюду гонится
за силами врагНаш флаг
       меж звезд полощется,
рабочью власть растМы — летчицы,
мы — летчики
      рабочих и крестьян»II
Будущий быт
Сегодня
Комната —
      это,
         конечно,
            не рощВ ней
   ни пикников не устраивать,
               ни сражениНо все ж
      не по мне —
         проклятая жилплощадь:
при моей,
        при комплекции —
            проживи на сажѐни!
Старики,
      старухи,
           дама с моською,
дети
   без счета —
         вот населениНе квартира,
      а эскимосское
или киргизское
         копченое селениРебенок —
      это вам не щеноВесь день —
      в работе упорноТо он тебя
         мячиком
         сбивает с ног,
то
    на крючок
      запирает в уборноМеж скарбом —
          тропинки,
            крымских окольнеОт шума
      взбесятся
         и самые кроткиВесь день —
      звонки,
            как на колокольнГуртом,
   в одиночку,
         протяжные,
               короткие…
И за это
   гнездо —
         между клеток
               и солений,
где негде
       даже
      приткнуть губу,
носишься
        весь день,
         отмахиваясь
            от выселений
мандатом союзным,
         бумажкой КУБу
*
Вернешься
          ночью,
         вымотан в городМорда — в пене, —
         смыть бы еВ темноте
         в умывальной
               лупит по морде
кем-то
   талантливо
         развешенное бельБр-р-р-р!
Мутит
   чад кухонны         Встаю на корточкТянусь
   с подоконника
         мордой к форточкВижу,
   в небесах —
         возня аэроплановПриникаю
         к стеклам,
         в раму вбиВот кто
   должен
      переделать наново
наш
       сардиночный
         унылый быт!
Будет
Год какой-то
      нолями разну̀литсОтгремят
       последние
         битвы-громВ Москве
       не будет
         ни переулка,
               ни улицы —
одни аэродромы
           да домТемны,
   неясны
      грядущие дни наНо —
   для шутки
изображу
       грядущего гражданина,
проводящего
      одни суткУтро
Восем   Кричит
         радиобудильник вежливый:
«Товарищ —
      вставайте,
             не спите ежели вы!
Завод —
       зовеПока
   будильнику
         приказов нет?
До свидания!
      Привет!»
Спросонок,
      но весь —
         в деловой прыти,
гражданин
          включил
         электросамобрителМинута —
          причесан,
         щеки —
            даже
гражданки Милосской
            Венеры глажВоткнул штепсель,
         открыл губы:
электрощетка —
           юрк! —
            и выблестила зубПрислуг — никаких!
         Кнопкой званная,
сама
        под ним
      расплескалась ваннаНамылила
         вначале —
и пошла:
      скребет и мочалиПозвонил —
      гражданину
            под нос
сам
      подносится
      чайный подноОдевается —
      ни пиджаков,
            ни брюк;
рубаха
   номерами
           не жмет узкСразу
   облекается
           от пяток до рук
шелком
   гениально скроенного кускВ туфли —
      пару ног…
В окно —
         звоноПрямо
   к постели
          из небесных лон
впархивает
      крылатый почтальоНи — приказ выселиться,
         ни — с налогом повесткПисьмо от любимой
         и дружеских несколькВбегает сын,
      здоровяк —
            карапу— До свидания,
          улетаю в ву— А где Ваня?
— Он
   в саду
      порхает с нянеНа работу
Сквозь комнату — лиф            Присел —
                     и вышел
на гладь
      расцветоченной крышК месту
   работы
      курс держа,
к самому
      карнизу
         подлетает дирижаблПо задумчивости
         (не желая надуть)
гражданин
          попробовал
            сесть на летСделав
   самые вежливые лица,
гражданина
      остановила
            авиомилициНи протоколов,
         ни штрафа бряцания…
Только —
        вежливенькое
         порицаниВысунувшись
      из гондолы,
            на разные тона
покрикивает
      знакомым летунам:
— Товарищ,
      куда спешите?
            Бросьте!
Залетайте
        как-нибудь
         с женою
               в гости!
Если свободны —
         часа на пол
запархивайте
      на авиобол!
— Ладно!
        А вы
      хотите пересесть?
Садитесь,
        местечко в гондоле есть! —
Пересел…
         Пятнадцать мину               И вот —
гражданин
          прибывает
         на место рабоТруд
Заво   Главвозду              Делают вообще они
воздух
   прессованный
         для междупланетных сообщениКубик
   на кабинку — в любую ширь,
и сутки
   сосновым духом дышТак —
   в век оный
из «Магги»
      делали бульонТак же
   вырабатываются
            из облаков
искусственная сметана
            и молокСкоро
   забудут
      о коровьем именРазве
   столько
      выдоишь
            из коровьего вымени!
Фабрик       Корпусом сорокаярусныСлезл   Сорок —
            в рвении яростноЧисто-чист      Ни копотей,
            ни сажЛифт
   развез
      по одному на этаНи гуда,
   ни люда!
Одна клавиатура —
         вроде «Ундервуда»
*
Хорошо работать!
             Легко — и так,
а тут еще
       по радио —
         музыка в такБей буквами,
      надо которыми,
а все
   остальное
           доделается моторамЧетыре час      Промелькнули мелькоИ каждый —
      с воздухом,
            со сметаной,
                  с молокоНе скукситесь,
      как сонные совРабочий день —
           четырехчасовыБодро, как белка…
      Еще бодреПод душ!
   И кончено —
         обедать рей!
Обед
Вылете   Детишк         Крикнул:
            — Тише! —
Нагнал
   из школы
           летящих детише— Куда, детвора?
            Обедать пора! —
Никакой кухни,
      никакого быта!
Летают сервированные
             аэростоловые НарпитСтал
и сеВзял
и съеХочешь — из двух,
хочешь — из пяти, —
на любой дух,
на всякий аппетиПосуда —
        самоубирающаяс            Поел —
               и вон!
Подносит
        к уху
      радиофоБуркнул,
      детишек лаская:
Дайте Чухломскую!
         Коммуна Чухломская?Прошу —
       Иванова Десятого! —
— Которого?
      Бритого? —
            — Не               Усатого!— Как поживаешь?
         Добрый ден— Да вот —
      только
         вылетел за плетенПасу стадА что надо? —
— Как что?!
      Давно больно
не видалис      Залетай
         на матч авиобольны —
— Ладно!
   Еще с часок
         попасу
и спланирую
      в шестом часМожет, опоздаю…
             Думаю — не слишкоДеревня
   поручила
            маленькое делишкХлеба́ —
      жарою мучимы,
так я
   управляю
      искусственными тучамНадо
сделать дождь,
         да чтоб — без градДо свидания! —
Занятия
Теперь —
        поучимс         Гражданин
               в минуту
подлетает
   к Высшему
         сметанному институтСопоставляя
      новейшие
            технические данные,
изучает
   в лаборатории
         дела сметанные…
У нас пока —
      различные категории занятиСкажем —
          грузят чернорабочие,
            а поэзия —
               для духовной знатА тогда
   не будет
         более почетных
               и менее…
И сапожники,
      и молочницы —
                 все гениИгра
Через час —
      до́м         Отды            СменВместо блузы —
           костюм спортсменВ гоночной,
      всякого ветра чище,
прет,
   захватив
      большой мячищНебо —
   в самолетах юркиФигуры взрослых,
         детей фигуркИ старики
        повылезли,
         забыв апатиКрасные — на желты             Партия — на партиПодбросят
         мяч
      с высотищи
            с этакой,
а ты подлетай,
      подхватывай сеткоОткровенно говоря,
         футбол —
               тоскЗанятие
   разве что —
         для лошадиной расА здесь —
         хорошо!
         Башмаки — не истаскатНос
      тебе
   мячом не расквасяВсе кувыркаются —
         надо,
            нет ли;
скользят на хвост,
             наматывают петлНаконец
      один
      промахнется сачкоТогда:
   — Ур-р-р-а!
         Выиграли очко! —
Вверх,
   вниз,
            вперед,
         назад, —
перекувырнутся
          и опять скользяНи вздоха запыханного,
              ни кислой мины —
будто
   не ответственные работники,
               а — дельфинЕсли дождь налетает
         с ветром в паре —
подымутся
         над тучами
         и дальше шпаряСтемнеет,
        а игры бросить
            лень;
догонят солнце,
         и — снова денНаконец
      устал
      от подбрасывания,
               от ловСнизился
        и влетел
         в окно столовоКнопк   Нажимае         Стол чайныСын рассказывает:
         — Сегодня
               случайно
крыло полома         Пересел к Петьке,
а то б
   опоздал
      на урок арифметикОсвободились на час
         (урока нету),
полетели
       с Петькой
         ловить кометБ-о-о-о-льшущая!
            С версту — росЕле
       вдвоем
           удержали за хвосА потом
      выбросили —
             большая больнВ школу
   кометы таскать
             не позволен —
Сестра:
   — Сегодня
         от ветра
скатился клубок
         с трех тысяч метроПришлось снизиться —
              нитку наматыватАж вся
   от ветра
      стала лохматова —
А младший
          весь
      в работу вниСидит
   и записывает в дневник:
«Сегодня
       в школе —
         практический уроРешали —
         нет
      или есть боПо-нашему —
      религия опиуОсматривали образ —
         богову копиА потом
   с учителем
         полетели по небесаУбеждайся — сам!
Небо осмотрели
         и внутри
            и наружнНикаких богов,
      ни ангелов
            не обнаружено»А папаше,
        чтоб не пропал
                ни единый миг,
радио
   выбубнивает
         страницы книг…
Вечер
Звоно   — Алло!
          Не разбираю имя я…
А!
    Это ты!
        Привет, любимая!
Еду!
       Немедленно!
            В пять минут
небо перемахну
         во всю длинВ такую погоду
      прекрасно едетсЖди
        у облака —
         под Большой МедведицеДо свидания! —
Сел,
        и попятились
             площади,
            здания…
Щека — к щеке,
         к талии — талией, —
небо
   раза три облеталПо млечным путям
         за кометной кривизной,
а сзади —
        жеребенком —
            аэроплан привязноПростор!
       Тебе —
           не Петровский парк,
где все
   протерто
          задами пароНа ходу
рассказывает
      бывшее
         в двадцать пятом год— Сегодня
           слушал
         радиокнижкДа…
       это были
      не дни, а днишкНайдешь комнатенку,
         и то — не меВ домком давай,
          фининспектору данныА тут — благодать!
         Простор —
            не жмеМироздание!
Возьмем — наудачТогда
          весной
      тащились на дачЕздили
   по железной дорогПыхтят
   и ползут понемножкВсе равно,
         что ласточку
            поставить на но́ги,
чтоб шла,
       ступая
         с ножки на ножкСвернуть,
        пойти по ле́су —
нельзя!
   Соблюдай рельсА то еще
      в древнее время
            были,
так называемые
         автомобилТоже —
   мое почтеньице —
способ сообщеньица!
По воздуху —
      нельзПо воде —
          не можеЧерез лес —
      нельзЧерез дом —
      тожНу, скажите,
      это машина разве?
Шины лопаются,
           неприятностей —
               массДаже
   на фонарь
      не мог взлазитСейчас же —
      ломалсТеперь захочу —
           и в сторону ринусА разве —
   езда с паровозом!
            Примус!
Теперь
   приставил
         крыло и колёса
да вместе с домом
              взял
            и понессА захотелось
      остановиться —
вот тебе — Винница,
         вот тебе — НиццБольным
       во время оное
прописывались
         солнечные ваннДнем
   и то,
      сложивши ручки —
жди,
        чтобы вылез
            луч из-за тучкА нынче
   лети
      хоть с самого полюсГрейся!
   Пользуйся! —
Любимой
        дни ушедшие мнятсА под ними
           города,
         селения
проносятся
           в иллюминации —
ежедневные увеселения!
Радиостанция
      Урала
на всю
   на Сибирь
            концерты оралШаля,
   такие ноты наляпаны,
что с зависти
      лопнули б
             все ШаляпинА дальше
       в кинематографическом раже
по облакам —
      верстовые миражЭто тебе
      не «Художественный»
*
                  да «Арс»
*
,
где в тесных стенках —
             партер да яруОт земли
       до самого Марса
становись,
         хоть партером,
            хоть ярусоНаконец —
      в грядущем
            и это станется —
прямо
   по небу
      разводят танцНе топоча,
         не вздымая пыль,
грациозно
         выгибая крылья,
наяривают
          фантастическую кадрилА в радио —
      буря кадрильВокруг
   миллионы
            летающих столикоПей и прохлаждайся —
             позвони толькБезалкогольно         От сапожника
                и до портного —
никто
   не выносит
         и запаха спиртногБольному —
      рюмка норма,
и то
       принимает
      под хлороформоНикого
   не мутит
          никакая строфНе жизнь,
        а — лафа!
Сообщаю это
к прискорбию
      товарищей поэтоНе то что нынче —
         тысячами
            высыпят
на стихи,
       от которых дурнА тут —
   хорошо!
          Ни диспута,
ни заседания ни одного —
            культурно!
Пол-двенадцатог         Радио проорал:
— Граждане!
      Напоминаю —
            спать пора! —
От быстроты
      засвистевши аж,
прямо
   с суматохи бальной
гражданин,
      завернув
         крутой вираж,
влетает
   в окно спальноСлез с самолет          Кнопк            Троньте!
Самолет сложился
              и — в угол,
                как зонтиРазделс       В мембрану —
              три слова:
— Завтра
       разбудить
         в пол-восьмого! —
Повернулся
      на бок
         довольный гражданин,
зевнул
   и закрыл векТак
      проводил
      свои дни
гражданин
          в
XXX
векIII
Призыв
Крылатых
         дней
         далека датНескоро
   в радости
         крикнем:
            — Вот они! —
Но я —
   грядущих дней агитатор —
к ним
   хоть на шаг
         подвожу сегоднЧтоб вам
       уподобиться
         детям птичьим,
в гондолу
        в уютную
         сев, —
огнем вам
         в глаза
           ежедневно тычем
буквы —
       *
Чтоб в будущий
         яркий,
         радостный час вы
носились
       в небе любом —
сейчас
   летуны
      разбиваются насмерть,
в Ходынку
*
          вплющившись лбоЧтоб в будущем
          веке
         жизнь человечья
ракетой
   неслась в небеса —
и я,
      уставая
      из вечера в вечер,
вот эти
   строки
      писаРабочий!
       Крестьянин!
         Проверь наощупь,
что
      и небеса —
      твои!
Стотридцатимиллионною мощью
желанье
   лететь
      напои!
Довольно
        ползать, как вошь!
Найдем —
          разгуляться где бы!
Даешь
   небо!
Сами
   выкропим рожь —
тучи
   прольем над хлебоДаешь
   небо!
Слов
   отточенный нож
вонзай
   в грядущую небыль!
Даешь
   небо!