Влажная пропасть сольется
С бездной эфирных высот
Таинство — Небом дается,
Слитность — зеркальностью воТолько любовь
1
Вода, стихия сладострастия,
Вода, зеркальность наших дум,
Бездонность снов, безбрежность счастья,
Часов бегущих легкий шуТо недвижимо-безглагольная,
То с неудержною волной,
Но вечно легкая и вольная,
И вечно дружная с ЛуноИ с Солнцем творческим слиянная,
То — гул, то — плеск, то — блески струСтихия страстная и странная,
Твой голос — влажный поцелу2
От капли росы, что трепещет, играя,
Огнем драгоценных камней,
До бледных просторов, где, вдаль убегая,
Венчается пеною влага морская
На глади бездонных морей,
Ты всюду, всегда, неизменно живая,
И то изумрудная, то голубая,
То полная красных и желтых лучей,
Оранжевых, белых, зеленых и синих,
И тех, что рождается только в пустынях,
В волненья и пеньи безмерных зыбей,
Оттенков, что видны лишь избранным
взорам,
Дрожаний, сверканий, мельканий, которым
Нельзя подыскать отражающих слов,
Хоть в слове бездонность оттенков блистает,
Хоть в слове красивом всегда расцветает
Весна многоцветных цветоВода бесконечные лики вмещает
В безмерность своей глубины,
Мечтанье на зыбях различных качает,
Молчаньем и пеньем душе отвечает,
Уводит сознание в снБогатыми были, богаты и ныне
Просторы лазурно-зеленой Пустыни,
Рождающей мир островной
И Море — все Море, но в вольном
просторе
Различно оно в человеческом взоре
Качается грезой-волноВ различных скитаньях,
В иных сочетаньях,
Я слышал сказания бурь,
И знаю, есть разность в мечтаньяЯ видел Индийское море, лазурь,
В нем волн голубые извивы,
И Красное море, где ласков корал,
Где розовой краскою зыбится вал,
И Желтое, водные нивы,
Зеленое море, Персидский залив,
И Черное море, где буен прилив,
И Белое, призрак красивый
И всюду я думал, что всюду, всегда,
Различно-прекрасна Вод3
Безмолвно она под землею таится,
Ей Солнце и Небо, там в сумраке, снится,
И нежная к Солнцу сумеет прорыться,
Пещеры сплотит в городЗастынет, и дремлет, над горной вершиной,
И дрогнет, услышавши возглас звериный,
От крика проснется, сорвется лавиной,
И вихрем несется БедБеззвучна в колодцах, в прозрачных озерах,
Безгласна во влажных ласкающих взорах,
Но в снежных узорах таится в ней шорох
И звонкое вскрытие льдПревратившись в снега, заключившись в усладу
молчанья,
Расстилаясь застывшей студеной немой пеленой,
От зеленой Луны принимая в снежинки мерцанья,
В первозданность Вода возвращается теплой весноИ играет волной,
И бежит, и поеИ горит белизной
Уплывающий леНарастанием вод
Затопляет лугВсе победно возьмет,
Все зальет берегКак раздольна игра
Водопольной волнНо шепнули «Пора!»
Уходящие снИ речной глубины
Установлен размеВсе цветы зажжены,
Пышен праздник Весны,
В нем лучи сплетены
Отдаленнейших сфеВсе приняло свой вечный вид,
Лик озера зеркально спит,
Безгласно дремлет гладь затонО бесконечности услад
Поет бессмертный водопад,
Ключи бегут по скатам склонИ рек причудливый узор
Лелейной сказкой нежит взор,
Их вид спокоен  беззвучен,
И тот узор светло сплетен,
В серебряный, в хрустальный сон,
Среди уклончивых излучиИ без конца поют ручьи,
И нежат душу в забытьи
Воздушно-сладкою тоскоКак разность ярко здесь видна,
Как ясно, что Вода — одна:
Ручей различно-схож с рекоИ нам преданья говорят:
Ручей с рекой — сестра и браРучей ласкает слух, влечет нас в отдаленье,
Ручей журчит, звучит, баюкает, поеРека лелеет глаз, дает успокоенье
Движеньем медленным безмолвствующих воРучей, как чаровник, дремотно шепчет, манит,
Ручей гадает нам, и вкрадчиво зовеРека наш зыбкий дух яснит, а не туманит
Успокоительным теченьем светлых воРучей нам говорит: «Люби! Люби! Люби же!»
Но в нем не отражен глубокий небосвоКто в реку заглянул, тот Небо видит ближе,
Лазури хочется безмолвствующих во4
Но переменная Вода
Быть хочет разною всегда,
Восторг рождает полногласныК преображениям бежит,
Меняет вид, и жить спешит,
Не уставая быть прекрасноВон бьется гейзер голубой,
Весь очарованный собой,
С водою бешено-кипящеКак ослепительно-светла
Она выходит из жерла,
Кругом бросая пар свистящиСтолбами пляшет влажный прах,
Несчетность радуг в тех столбах,
Падение дождей алмазныСлиянье светов и теней,
Переплетение огней,
Всегда одних и вечно разных,
Там дальше море-Океан,
Неизмерим и неогляден,
На дне утесы, пасти впадин,
Подводных сил военный стаПроходят быстрые акулы,
Домам подобные киты,
В прорывах влажной темноты
Спиральные родятся гулВ круговращении своем
Чудовищной змее подобной,
Гудит и плещет сечкой дробной,
Воронка адская, МальстрёСовсем другого Океана
Другие области встают,
Существ невидимых приют,
Затишье в круге ураганКораллы меж морских валов,
Водой рожденные картины,
Червеобразные плотины
Кольцеобразных островоЛюдских строений первотипы
Оазисы пустынь морских,
Не люди создавали их,
А кругодумные полипИм света хочется — и вот
Растут узорные сплетенья,
Осуществляются хотенья,
Оазис круговой живеИз влаги восстают кораллы,
И волны бешено кругом
Несутся в строе боевом,
Как викинги в предел ВалгаллО, да, я знаю, что всегда,
Полна безмерных чар Вода,
Но понял это я не сразВсе в мире нужно различать,
На всем лежит своя печать,
И аметист — не брат алмаз5
Я помню, в далекие детские дни
Привиделся странный мне соМне снилось, что белые в Небе огни,
И ими наш сад озареСверкают далеко холодные льды,
Струится безжизненный свет,
Звезда отражает сиянье звезды,
Сплетаются гроздья планеСплетаются тысячи крупных планет,
Блестят, возрастают, растуНо в этом сияньи мне радости неЦветы предо мной не цветуРебенку так нужен расцвет лепестка, —
Иначе зажжется ли взгляНо нет предо мною в саду ни цветка,
Весь — белый безжизненный саИ стал я тихонько молиться в бреду,
И звезды дрожали в отвеИ что-то как будто менялось во льду,
И таяли гроздья планеИ, в светлой по новому, в той полумгле
Возникли потоки дождОни прикоснулись к далекой Земле,
С высокого Неба идПолмира окутал блистающий мост,
В нем разные были цветВ нем не было бледности мертвенных звезд,
Живая была красотО, чудо! О, радость! Вблизи, предо мной,
Вдруг ожил мой сказочный саЦветы расцветали живой пеленой,
Был светел младенческий взгляРаздвинулись полосы ровных аллей,
Светло заиграл изумруПод частою чащей зеленых ветвей
Цветы голубые цветуБагряных, и алых, и желтых цветов
Росла золотая семьРебенку так нужен расцвет лепестков,
И это так чувствовал И в ландышах белых, от капель дождя,
Иначе зажглась белизнИ дождь прекратилс И, с Неба идя,
Струилась лишь музыка снМы видим в младенчестве вещие снТак близки мы к Небу тогдИ этого сна, и цветов пелены,
Не мог я забыть никогдС звездою, блистая, сплеталась звезда,
Тянулась звезда до звездЯ помню, я понял впервые тогда
Зиждительность светлой Вод6
Но минули детские годы,
Иного хотела мечтХоть все же я в царстве Природы
Любил и цветы и цветБлаженно, всегда и повсюду,
Мне чудились рокоты струЯ шел к неизвестному чуду,
Мечтателен, нежен, и юИ ночью пленительной Мая,
Да, в первую четверть Луны,
Мне что-то сверкнуло, мелькая,
И вновь я уверовал в снЯ помню баюканья бала,
Весь ожил старинный наш доИ музыка сладко звучала
В мечтающем сердце моеУлыбки, мельканья, узоры,
Желанные сердцу чертМгновенно-слиянные взоры,
Цветы и мечты КрасотВсе было вот здесь, в настоящем,
В волне нарастающих сиС желанною, в зале блестящем,
Я в вальсе старинном скользиЧудилось мне, что столетий
Над нами качался полеНо мы проносились, как дети,
И пол озарялся, как леИ близкое тело скользило,
Я нежно объятие дл«Ты любишь?» душа говорилГлаза говорили: «Люблю»Друг другу сказали мы взором,
Что тотчас мы спустимся в саИ связаны тем договором,
Скользили, как тени скользяЛишь несколько быстрых мгновений,
И мы отошли от огней,
Мы в сумраке цветущих сиреней
С знакомых сошли ступенеИ стройная музыка бала,
И вальса старинного звон,
Как дальняя сказка звучала,
И душу качала, как соНо ближе другое влиянье
Слагало свой властный напеВсе думы сожгло ожиданье,
И сердце блеснуло сгореВ саду, в том старинном, пустынном,
Где праздник цветов был мне дан,
Под светом планет паутинным
Журчал неумолчно фонтаО, как был узывчив тот сонный
И вечно живой водоем,
Он полон был мысли бездонной
В журчаньи бессмертном своеИз раковин звонких сбегая,
И влагу в лобзаньях дробя,
Вода трепетала, сверкая,
Он лился в себя — из себИ снова, как в детстве, светили
Созвездья с немой высотИ в сладостно-дышущей силе
Цвели многоцветно цветНо пряности их аромата
Сказали нам, с пением вод,
Что к прошлому нет нам возврата,
Что новое новым живеИ пели так сладко свирели
В себя убегающих струй,
Что мы колебаться не смели,
И влажный возник поцелуИ радостных звезд чарованье
Светилось так странно в тот час,
Что влажное это слиянье
Навек пересоздало наЯ видел так ясно узоры,
Сплетенья, гирлянды планеИ чьи-то бессмертные взоры
Хранили немеркнувший свеЛелея цветы мировые,
Меж звезд проходила ВеснВ той ночи прозрачной, впервые,
Я понял, как Влага нежн7
Боль, как бы ни пришла, приходит слишком ранПрошли, в теченьи лет, еще, еще годНа шепчущем песке ночного Океана
Я в полночь был один, и пенилась ВодВставал и упадал прибой живой пустыни,
Рождала отклики на суше глубинБыл тот же Океан, от века и доныне,
Но я не знал, о чем поет его волнВ моем сознании иные волны пели,
Припоминания всего, что видел И чудилась мне мать у детской колыбели,
И чудился мне гроб, любовь, и смерть моВ предельность точную замкнутые стремленья,
Паденье, высота, разорванный узоВсе тех же вечных сил все новые сцепленья,
Моей души ночной качанье и простоНо за разорванной и многоцветной тканью
Я чувствовал мою — иль не мою — мечтВ конце концов я рад, всему, я рад страданью,
Я нити яркие в живой узор плетНо мне хотелось знать все содержанье смыслКуда же я иду? Куда мы все идем?
Скажите, звезды, мне, вы, замыслы и числа,
Вы, волны вечные, чьих влажных ласк мы ждем!
На Небе облака, нежней мечтаний летом,
В холодной ясности ночного Сентября,
Дышали призрачным неуловимым светом,
Как бы сознанием прошедшего горОт вод вставала мгла волнистого тумана,
И долго я смотрел на синий НебосклоИ вот в мои зрачки — от зыбей Океана
И от высот Небес — вошел бессмертный соТак глубока Вода, под небом без предела,
Такая тайна в двух живет, всегда дыша,
Что может утонуть в их снах не только тело,
Но и глубокая всезрящая душИз легкой водной мглы и из сияний звездных,
Из нежно-зыбкого воздушного руна,
Меж двух бездонностей, и в двух зеркальных
безднах,
Возникла призрачно блаженная странМир, где ни мук, ни тьмы, ни страха, ни обиды,
Где все, плетя узор, в узорность сплетенКак будто города погибшей Атлантиды,
Преображенные, восстали с глубинДомов прекраснейших возникли мириады,
Среди невиданных фонтанов и садоЯ знал, что в тех стенах всегда лучисты взгляды,
И могут все сказать глаза живых — без слоЗдесь каждый новый день был сказкой, как вчерашний,
Созданий мысленных, дрожа, росли лесЗдесь каждый стройный дом кончался легкой башней,
И все, что на земле, всходило в НебесВесь бледный, Океан слиялся с Небосклоном,
Нет нежеланного, ни в чем, ни где-нибудВесь Мир наполнился одним воздушным звоном,
Вселенная была — единый Млечный путИ этих бледных звезд мерцающие реки
Сказали молча мне, какой удел нам даИ в тот полночный час я стал иным навеки,
И понял я, о чем поет нам Океа