Въ жестокомъ родѣ ты лишенъ не будешъ мѣста,
То видно что ты кровь Атрея и ѲіестУбійца дщери, тщись тѣ нравы сохранить,
И матери еще пиръ мерзкій учинить!
Лютѣйшимъ самымъ быть старался ты тираномъ:
Вотъ жертва щастливой названная обманомъ!
Подписывая то удобноль не дрожать?
Возможноль ужасу руки не удержать?
Почто въ моихъ очахъ печально притворяться?
Слезами не могу твоими увѣряться?
Гдѣ брани, кои ты кому за дщерь давалъ?
Гдѣ токи крови той, котору проливалъ?
Гдѣ знаки чѣмъ полна по брани ратна доля?
Не вижу грудой тѣлъ покрытаго я полВотъ тѣ свидѣтели, кѣмъ долгъ отца храня,
Стѣнящую бъ ты могъ увѣрити менОракудъ повелѣлъ противный ей умрѣти;
Но таинства его удобноль ясно зрѣтНе могутъ небеса того опредѣлить,
Чтобъ имъ на жертву кровь невинную пролит