1
У Борецкой, у посадницы,
Гости сходятся на пиВот бояре новог_о_родские
Сели за дубовый стол,
Стол, накрытый браной скатертьНосят брашна; зашипя,
Поседело пиво черное;
Следом золотистый мед
Вон из кубков шумно проситсРазгулялся пир как пир:
Очи светлые заискрились, —
По краям ли звонких чаш
Ходит пена искрометная? —
На устах душа кипит
И теснится в слово красноКто моложе — слова ждет,
А заводят речь — старейшие
Про святый Софии дом:
«Кто на бога, кто на Новгород?» —
Речь бежала вдоль стол«Пусть идет на вольный Новгород
Вся могучая Москва:
Наших сил она отведает! —
Вече воями шумит
И горит заморским золотоКрепки наши рамена,
А глава у нас — посадница,
Новог_о_родца женМного лет вдове Борецкого!
Слава Марфе! Много лет
С нами жить тебе да здравствовать!»
Марфа, кланяясь гостям,
Целый пир обводит взором,
Все встают и отдают
Ей поклон с радушной важностьЗа столом сидел чернеОн, привстав, рукою медленной,
Цепенеющим перстом
На пирующих указывал,
Избирал их и бледнеПерстьми грозный остановится —
Побледнеет светлый гостВсе уста горят вопросами,
Очи в инока впились;
Но в ответ чернец задумался
И склонил свое чел2
По народной Новгородской площади
Шел белец с монахом,
А на башне, заливаясь, колокол
Созывал на веч«Отчего, — спросил белец у инока, —
На пиру Борецкой
На бояр рукою ты указывал
И бледнел от страха?
Что, Зосима, видел ты за трапезой?»
У отца святого
Запылали очи, прорицанием
Излетело слов3
«Скоро их замолкнут ликованья,
Сменят пир иные пированья,
Пированья в их гробаТрупы видел я безглавые,
Топора следы кровавые
Мне виднелись на челаКолокол, на вече призывающий!
Я услышу гул твой умирающий,
Не воскреснет он в векаПоднялась Москва престольная,
И тебя, столица вольная,
Заметет развалин прах»