(Изъ Рюльер)
Кому изъ васъ, друзья мои,
Еще отъ детства не известно,
Какъ въ оные волшебны дни
Киприде поясъ данъ чудесной;
Но неравно известно всемъ,
Какъ своенравною судьбою
Супругь ея былъ между темъ
Наградой уделенъ иною:
Тяжелой и большой сумою,
Несчастнымъ выродкомъ изъ сумъ,
Куда на зло, иль наобумъ,
Цари Олимпа накидали
Познаніе, веселость, умъ, И на смехъ все перемешали
Одно съ другимъ и къ верьху дномъ!
Къ нимъ въ следъ забросили потомъ
Услужливость и торопливость,
Которыя въ глаза глядятъ,
Толкуютъ вашу молчаливость,
Пыхтятъ, вертятся и спешатъ,
Чтобъ ничего не кончить въ пору,
Опаздывая въ торопяхНесправедливую укору
Съ обидой горькой на устахъ,
Смехъ глупости, смехь принужденья,
Холодныхъ наставленій светъ,
Полудогадки, подозренья,
Обиняковъ лукавыхъ смехъ,
И оправданія дурныя
Во следь намереньямъ благимъ,
И предисловія большія
Къ деяньмъ мелкимъ и пустымНо изъ даровъ сумы просторной,
Важнешій даръ, изъ всехъ отборной,
По всемъ приметамъ и правамъ,
Всегда, везде несносней намъ,
Который отравляетъ радость,
Разочаровываетъ младость,
И прелесть безобразить радъ —
Есть даръ: все делать не въ попадОднажды въ небесахь гуляя,
Вулканъ, неловко припадая,
Споткнулся и упалъ мешокъ
Разсыпался съ несчастнымъ кладомъ,
И многихъ съ головы до ногъ
Дарами заметалъ какъ градомъ!
Мне поменно ихъ назвать
Теперь въ стихахъ не осторожно,
Но намъ самимъ легко ихъ можно
Въ гостиныхъ барскихъ распознатК Вяземскі