На съезде печати
у товарища Калинина
великолепнейшая мысль в речь вклинена:
«Газетчики,
думайте о форме!»
До сих пор мы
не подумали об усовершенствовании статейной формТоварищи газетчики,
СССР оглазейте, —
как понимается описываемое в газетАкуловкой
*
получена газет связкЧитаюВ буквы глаза втыкаюПрочли:
— «Пуанкаре терпит фиаско» —
ЗадумалисЧто это за «фиаска» за такая?
Из-за этой «фиаски»
грамотей Ванюха
чуть не разодрался:
— Слушай, Петь,
с «фиаской» востро́ держи ухо:
даже Пуанкаре приходится его терпетПуанкаре не потерпит какой-нибудь клячДаже Стиннеса
*
—
и то! —
прогнал из Рура
*
А этого терпиЗначит богачАмериканец, должно̀Понимаешь, дура?! —
С тех пор,
когда самогонщик,
местный туз,
проезжал по Акуловке, гремя коляской,
в уважение к богатству,
скидава́я картуз,
его называли —
Господином ФиаскоПоследние известия получили красноармейцСелЧитают, газетиной ве— О французском наступлении в Руре имеется? —
Да, вот написано:
«Дошли до своего апогея»— Товарищ Иванов!
Ты ближЭй!
На карту глянь!
Что за место такое:
А-п-о-г-е-й? —
Иванов ищеДело дрянУ парня
аж скулу от напряжения свелКаждый город просмотрел,
каждое сел«Эссен есть —
Апогея нету!
Деревушка махонькая, должно быть, этВерчусь —
аж дыру провертел в сапоге я —
не могу найти никакого Апогея!»
Казарма
малость
посовещаласНаконец —
товарищ Петров взял слово:
— Сказано: до
своего
дошлВедь не до
чужого
?!
Пусть рассеется сомнений дыБудь он селом или градом,
своего «апогея» никому не отдадим,
а чужих «апогеев» — нам не над —
Чтоб мне не писать, впустую оря,
мораль вывожу тоже:
то, что годится для иностранного словаря,
газете — не гож