Обсуждение:Махмудов, Хомид Саидович

message: Готов представить авторскую статью "Феномен Хомида Махмудова в условиях переосмысления истории театрального искусства па постсоветском простанстве"на сайте www.mahmudnoma.tj в разделе Литература.Авторы:Раджабов А.Махмудов Б. Известия Академии наук Республики Таджикистан.Отделение общественных наук.№6.2011.С.185-189.
=Коллега Shruggy,Ваши дополнения в статью приняты с благодарностью.Прошу их принять за основу при обсуждении конечного текста статьи и выхода в свет на страницах Свободной Энциклопедии Википедии.
=Что касаемо имени "Хомиджон" или "Хомид" принципиальной разницы в этом нет. Но учитывая,что в первоисточниках указан оригинал имени "Хомид" считаю правильным его сохранить в официальных ссылках.
С уважением, Баходур
*Коллега Shruggy, несколько запоздалая обещанная научная статья"Феномен Хомида Махмудова в условиях переосмысления истории театрального искусства па постсоветском пространстве"в разделе "Литература"на сайте www.mahmudnoma.tj, предполагает перехода статьи "Махмудов, Хамид Сайидович"из разряда "тупиковых","сиротских"статей в более обнадёживающую.
*Относительно дискуссионной темы: таджикские имена и их правописание. Руководствуясь правилами написания собственных имён в современном таджикском языке следует учитывать смысловой аспект вложенный при наречении именем индивидума и конечно необходимо придерживаться исторических корней его правописания.Само понятие-"фамилия","имя", особенно "отчество" на языке фарси-дари отличительно от написания сложившего стереотипа существовавшего в советский период времени(с 1920-1991гг.прошлого столетия).Употребляя медицинский термин "вич инфицированный" т.е. отчество с окончанием на "вич" нельзя как лучше соответствует советскому паспортному режиму занесения в упорядоченную базу данных того же "Махмудова Хомида Саидовича".
*И я полностью согласен с Вашими доводами относительно правописания Хомиди Махмуд и др.фарс язычных имён.
replies: text: * Я добавил ссылку на текст статьи в раздел «Литература», вынес спектакли в отдельный список и переименовал статью. Статья уже не является ни «тупиковой», ни «сиротской», в ней пока еще стоит шаблон , но, думаю, в течение ближайших суток он будет автоматически снят специальной программой (ботом). По поводу отчества. В Википедии не так давно проводился вот такой опрос: Википедия:Опросы/Об именовании статей о исторических деятелях нерусской национальности. Я так и не понял, чем он закончился. Пока я создал для статьи синонимы-перенаправления Махмудов, Хомид, Хомид Махмудов и Хомиджон Махмудов. --Shruggy 08:49, 22 июня 2012 (UTC)
*Коллега Shruggy,учитывая,что подзаголовок "Хомид Махмудов" начинается со слов "...сын известного бухарского чиновника Ходжа Саид Махмуди таракачи", прошу Вас выделиить синим цветом в шаблоне "Махмудов,Хомид Саидович"в Википедии  краткую аннотацию о Ходже Саид Махмуде таракачи.
"Ходжа Саид Махмуди таракачи(1860-1935гг.) известный бухарский чиновник, правовед,ученик таджикского писателя, философа-просветителя Ахмади Дониша. Ходжа Саид Махмуд связывал будущее государственное строительство с преимуществами светского пути развития.В 1920г. Саид Махмуд выезжал в Москву в составе официальной делегации,представителей Бухары для переговоров с руководством правительства России. В 1935г.был репрессирован".
*Не исключаю возможность подкрепить 1-2 фото документами предложенный текст из интернет сайта www.mahmudnoma.tj фото-файлы №№5;9.
*Литература:Фотоальбом"Революция в Средней Азии" в образах и картинах",Издательство САКУ. 1920г.Москва.
*Книга Б.Х.Махмудова "Таърих гувох аст"(русский вариант"Из прошлого...")Душанбе.2000г."Бунёди Хомид Махмуд".С.72-75.
*Ссылка:Интернет сайт WWW.MAHMUDNOMA.TJ 
С уважением,Баходур

text: * Выделить синим цветом, к сожалению, не получится. Для этого надо написать отдельную статью, а для отдельной статьи о вашем деде недостаточно источников. Да, я прочел то, что написано в вашей книге. Понимаете, статья в Википедии, состоящая из одного абзаца, может существовать только в том случае, если из приведенных источников видно, что где-то есть и подробная опубликованная биография, а лучше не одна. Ваша книга содержит очень интересные сведения, и я, конечно, добавил ее в литературу, но подробной биографии Саида Махмуда там нет. Поэтому я поступил по-другому. Я просто создал в конце раздела «Биография» подраздел «Семья».

text: * Что касается фотографий. Конечно, фотографии украсили бы статью. Но в Википедии очень строгие правила относительно авторских прав. Я в этом не очень-то разбираюсь, поэтому не возьмусь судить, какие фотографии можно включить в статью, а какие — нет. Могу сказать только следующее. Однозначно можно размещать фотографии, которым больше 100 лет и фотографии, автор которых умер более 70 лет назад. Кроме того, существует такое правило ВП:Критерии добросовестного использования. Насколько я понимаю, по этому правилу в статью можно в качестве исключения поместить какую-нибудь одну фотографию вашего отца. Фотографии вашего деда, к сожалению, под это правило не подпадают, так как он не является основным героем статьи. П. Беньков умер в 1949 году, поэтому его портрет можно будет разместить только в 2020 году. Но, как я уже сказал, я в этом не разбираюсь, лучше задайте вопрос на форуме ВП:Форум/Авторское право. Или давайте, я сам его задам. --Shruggy 13:36, 1 июля 2012 (UTC)
Вот что мне ответили:
Для скончавшихся персон можно поставить любое одно фото с лицензией КДИ. С уважением, Олег Ю. 14:05, 1 июля 2012 (UTC)
КДИ в данном случае что-то вроде:   Какую фотографию с вашего сайта вы хотели бы поместить в статью? Эту? --Shruggy 16:00, 1 июля 2012 (UTC)
=Коллега Shruggy,спасибо за разъяснения по существу вопроса. Хотелось бы видеть фотографию Хомида Махмудова с интернет сайта www.mahmudnoma.tj с заставки портфолио Freelance Job.MAHMUDNOMA.TJ в Яндексе стр.2. Баходур 1.07.2012.22.45.

text: Вы имеете в виду вот эту фотографию? --Shruggy 19:30, 1 июля 2012 (UTC)

text: Совершенно верно! Баходур 24-40,2.07.2012(UTC)
replies: text: :  --Shruggy 08:51, 2 июля 2012 (UTC)

text: :х СПАСИБО.БРАВО!!! SHRUGGY.14.30,2 июля 2012 (UTС)Баходур.

message: ==Уважаемый коллега,Gamliel Fishkin!
Спасибо за Ваше участие в редактировании статьи "МАХМУДОВ,ХОМИД САИДОВИЧ"
== В шаблон "ПАМЯТЬ" мною внесены некоторые данные,которые дополняют неизвестные страницы о ХОМИДЕ МАХМУДОВЕ. ПРОШУ ВАС обратить на некоторые изменнения,дополнения внесённые мною, в шаблоны "ПАМЯТЬ", и  "ПРИМЕЧАНИЕ". При редактировании статьи прошу их учесть.
91.218.160.7 01:51, 2 августа 2012 (UTC)БАХОДУР.
Уважаемые коллеги, прошу Вашей помощи в редактировании статьи "МАХМУДОВ,ХОМИД САИДОВИЧ" Буду Вам признателен в принятом Вами обсуждении по существу  данного вопроса. С уважением, Баходур.
Хомид Махмудов (тадж. Ҳомиди Маҳмуд; 1900, Бухара — 1977, Душанбе) — сын известного бухарского чиновника Ходжа Саид Махмуди-таракачи[1], профессиональный актёр и режиссёр, крупный театральный деятель, основоположник таджикского профессионального театра.
Хомид Махмудов
тадж. Ҳомиди Маҳмуд
Дата рождения: 24 февраля 1900
Место рождения: Бухара
Дата смерти: 12 марта 1977 (77 лет)
Место смерти: Душанбе
Профессия: театральный режиссёр, актёр
Гражданство:СССР
Годы активности: 1924—1977
Псевдонимы: Нарцисс
 
        Содержание:
1. Исторические корни сотрудничества.
1.1. Учёба в Москве.
2. Закономерность выбора.
2.1. Становление таджикского театра.
2.2. Театр – орудие борьбы.
2.3. Политизированный репертуар театра.
3. Реализация творческих замыслов.
3.1. Фактор времени и места.
3.2. История успеха.
3.3. Носитель культурного наследия.
3.4. Актёр.
3.5. Режиссёр.
4. Сталинские репрессии.
4.1. Сайид Махмуд – потомок Пророка.
5. Послевоенный (1945-1977гг.) период.
6. Постсоветский период.
7. Память.
8. Интересные факты.
9. Театральные постановки.
10. Литература.
11. Примечания.
12. Ссылки.
  
     В условиях роста национального самосознания, постсоветский  период изучения науки историографии, будет далеко не полным без концептуального описания исторических фактов, без достаточных знаний о значении преемственности и роли  знаковых личностей в новейшей истории культурного строительства Таджикистана. 
     1. Исторические корни многовекового сотрудничества в области  культурных, торговых   связей между Бухарой  и  Москвой  были  заложены во  второй  половине  XVI века  первым русским царём  Иваном IV Грозным (1530-1584),  когда с 1574 года  был разрешён  беспошлинный  торг  русских  купцов с бухарскими купцами, что нашло своё отражение даже в терминологии. Так, например, одна из ходовых мер веса в России, Московском государстве называлось («бухарским ансырем» - и равнялось 128 золотникам). В течение 1583 года по 1600 год,  Москву  посетили пять бухарских послов, основной целью которых было установление дипломатических отношений.
     1.1. О преемственности и развитии этих исторически сложившихся отношений, культурно - гуманитарных связях свидетельствует выдержка из постановления Совнаркома СССР:
«Учредить в городе Москве по соглашению с Бухарской народной советской республикой «Дом просвещения», присвоив ему наименование «Бухарский дом просвещения»…, и оказывать ему всемерное содействие…».
Москва, Кремль, 1923 год, 27 марта.
 
     В доме просвещения на улице  А. Толстого, 17 г. Москва (ныне спец. особняк. Дом приёмов МИД РФ на ул. Спиридоновка, 17), в старинном особняке в стиле модерн, построенным крупным московским фабрикантом Саввой Морозовым, были три группы: рабфак, народного просвещения, отделение кино и театрального искусства. 
     Театральная студия при Бухарском доме просвещения стала для Хомида Махмудова первой ступенью в его будущей актёрской профессии.
     Опытные деятели русского театра: О.Н. Басов, Б.Е. Захава, В.С. Канцель, Л.Н. Свердлин,  Р.Н. Симонов,  И.М. Толчанов преподавали предмет – актёрское мастерство, а курс по истории театра читал её блестящий знаток - критик  В.А. Филиппов. Педагоги - наставники театральной студии не только обучали слушателей студии теоретическим знаниям, но и практически реализовывали эти знания на сцене. Все они работали  преимущественно в московских Театрах им. Вахтангова  и  им. Мейерхольда (ТИМ), были заняты в текущих и вновь готовившихся спектаклях.
     Студийцы не раз видели своих учителей на столичной театральной сцене. Так, например, пьеса «Зойкина квартира», написанная М.А. Булгаковым в конце 1925 года по прямому заказу Театра им.  Вахтангова, пользовалась большим зрительским успехом. В спектакле (постановщик В. Куза) были заняты:  Б. Захава, Ц. Мансурова, Р. Симонов, И. Толчанов, Б. Щукин.
Во время учёбы  Хомид Махмудов имел прекрасную возможность видеть игру многих признанных мастеров сцены ведущих театров Первопрестольной (Москвы) и Ленинграда (Санкт-Петербург). В зените славы и творческих сил пребывали  великие актёры: М.Н. Ермолова, В.И. Качалов, О.Л. Книппер-Чехова, Л.М. Леонидов, И.М. Москвин, А.А. Остужев,  В.Н. Рыжова, А.К. Тарасова, М.М. Тарханов, Н.П. Хмелев, А.И. Южин, Ю.М. Юрьев, А.А. Яблочкина.
     Неизгладимое впечатление оставил у Х. Махмудова «Ревизор» Н.В. Гоголя и «Любовь Яровая» К.А. Тренева в Малом театре, «Горячее сердце» А.Н. Островского и «Дни Турбиных»  М.А. Булгакова во МХАТе, «Лес» А.Н. Островского и «Мандат» Н.Р. Эрдмана в Театре им. Мейерхольда. И, конечно, прославленный спектакль вахтанговцев «Принцесса Турандот» К. Гоцци. 
     Помимо театральных премьер, просмотров спектаклей и кинофильмов Х. Махмудов и его товарищи в процессе учёбы имели реальную возможность живого общения со столичными мастерами сцены на специальных встречах (мастер-класс), которые устраивали преподаватели студии. Одна из таких встреч состоялась в ТИМе,  на которой великий мастер сцены Вс. Э. Мейерхольд рассказал о путях развития и творческих поисках его театра.
     Знание русского языка несколько облегчало положение Х. Махмудова. Он выгодно отличался на занятиях, часто выступал в роли переводчика, активно помогал преподавателям реализовать их замыслы на родном языке студийцев. В процессе учёбы часто обращались за помощью к  Х. Махмудову  учитель танцев Т.Н. Тар и признанный мастер сценической речи Н.Е.Зайцев, а также известный педагог по биомеханике          Л.Н. Свердлин. 
     Вскоре, став лаборантом-ассистентом педагогов студии, Х. Махмудов  оказывал практическую помощь постановщикам спектаклей, в  их подготовке и сдачи дипломных работ, а негласно утвердившаяся за ним роль переводчика способствовала более чёткому и слаженному исполнению студийцами этюдов и отдельных сцен.  
     Симбиоз творческого сотрудничества  между преподавательским составом и студийцами по тем временам считался скорее правилом хорошего тона,  нежели исключением из правил.
После  успешного завершения  учёбы в Москве, Хомид  Махмудов  активно  включился в процесс дальнейшего своего профессионального роста.  Работал режиссёром, художественным руководителем в драматических театрах Бухары, Самарканда, Ташкента. 
     Сегодня, по истечении времени,  текст стенограммы  I  учредительного  съезда   Коммунистической  партии   /большевиков /  Таджикистана  от  6 – 15  июня  1930  года   привлекает  к  себе  внимание,   прежде   всего,  как  документ,   в   котором  обозначены   вопросы,  связанные  с  культурным   строительством  в  республике.
«Надо  во   что   бы   то ни   стало   привлечь  к   делу  культурного  строительства в Таджикистане  таджикскую  интеллигенцию  из Бухары, Самарканда, Ташкента,  Ферганы  и  т. д.  Я  (М. Гусейнов – секретарь  Компартии,  /большевиков/  Таджикистана)  уже  говорил,  что   нельзя   воображать,   что  ты  любишь  свою   Родину  и  находиться  в   Ташкенте – это  не  любовь.  Надо  придти   сюда,  в Таджикистан,  и   работать   здесь».
     2. Выбор, выпавший на Х. Махмудова по созданию профессионального  театра в Таджикистане, был не случаен, скорее закономерен. 
Базисная составляющая Хомида Махмудова состояла, прежде всего, в его художественном призвании.  В то время  как Благородная Бухара, где испокон веков жила и творила научная и художественная таджикская интеллигенция, где передавались из поколения в поколение традиции исполнительского искусства, явилась связующим звеном в его душевной  тяге к театру в юношеском возрасте.
     В основе  формирования базисной целостности Х. Махмудова в качестве студента драмстудии при Бухарском доме просвещения (1924-1926гг.) в городе Москва, профессионального актера-режиссера, была заложена русская школа реалистического сценического искусства, в овладении им основ передовой русской драматургии  и зарубежной театральной культуры, знакомстве с лучшими образцами  классической мировой  и  отечественной литературы, в постижении сценического ремесла, методов артистической техники крупнейших реформаторов русского театра К.С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко.
     Для организации первого таджикского профессионального театра  руководство Совета Народных Комиссаров Таджикской АССР (Совнарком), пригласило  в июне 1929г. из  Ташкента  в  Сталинабад  профессионального актёра – режиссёра, выпускника  первого  набора Госдрамстудии при узбекском институте  просвещения имени И.В.Сталина (1926 – 1927гг.) в городе Москва, режиссёра Государственного узбекского драматического театра им. Хамзы Хомида  Махмудова. 
     Директору, главному режиссёру Таджикского государственного театра Народного Комиссариата просвещения (Наркомпрос) Таджикской ССР (1929–1933гг.), художественному руководителю, основателю Государственного таджикского театра драмы им. А. Лахути в Сталинабаде (1933 г.) Х. Махмудову за  короткий  срок  удалось  создать  труппу  и  начать  репетиции в помещении «Дома дехканина» (бывшее здание Государственного русского драмтеатра им.Вл. Маяковского 1929-2016гг.). Первое выступление труппы стало днём рождения  профессионального таджикского театра,  которому  спустя   четыре  года   было  присвоено  имя  А. Лахути.           
     2.1. Период становления таджикского профессионального театра совпал с проведением культурной революции в республиках Средней Азии (Советского Востока), и проходил в условиях ожесточённой классовой борьбы, массового терроризма против сторонников новых жизненных устоев, представителей художественной интеллигенции со стороны контрреволюционных сил, деклассированных элементов. 
Ситуация в Таджикистане ещё более осложнялась из-за отсутствия дорог и транспорта. Несмотря на то, что республика находилась в  коммуникационном  коллапсе, театр  тем не мене, достаточно  много  времени  проводил  в  разъездах  по  районам и  высокогорным  кишлакам. Так, например, в 1930 году руководством  театра было  организовано 125  спектаклей,  75 - из  них  были  выездными. 
     2.2.  Подвергая себя риску  и  постоянно  находясь  под  угрозой  физического уничтожения, артистам часто приходилось выступать с агитационным репертуаром, который  зиждился на незыблемых принципах агитационного театра. Находясь в руках властных структур, театр становится орудием борьбы в новых политических, социально-экономических  условиях молодого государства. 
     Тематический отбор и составление репертуарного плана театра, с его политической  направленностью и идейно-эстетическим содержанием, в значительной степени основывался на государственном заказе - контрастном изображении недавнего прошлого с настоящим, в идеи утверждения нового порядка, понятий о новом строе, о новых взглядах на жизнь. 
     Чтобы вызвать зрительский интерес, перед началом спектакля присутствующим  разъяснялась  основная  мысль  и  содержание  пьесы, что,  несомненно, способствовало восприятию зрителем сюжетной линии спектакля. Появилась  реальная  возможность более грамотного, взвешенного подхода к вопросу составления  репертуарного плана театра, названию пьес.     
     Учитывая, что процесс формирования и развития других видов искусств шёл крайне медленно, театр стал культурным центром в деле просвещения и пробуждения  самосознания  народных  масс,  расширения  их культурного  кругозора, мировоззрения и мировосприятия. В этот непростой период времени усилиями Х. Махмудова были организованы музыкально–драматические самодеятельные труппы в традиционно не спокойных районах Кулябе и Курган–Тюбе, а также было создано шесть художественных музыкально–театральных  агитбригад в различных регионах республики.         
     Подвижнический труд Хомида Махмудова, проводимая им агитационно-пропагандистская, просветительская работа среди местного населения была сведена к его миссионерской деятельности, к умению мастерски убеждать людей, обладающих артистическим дарованием в важности их предназначения в театральном искусстве, о необходимости работы в театре. 
     Правительство республики, высоко оценив его организаторские качества, профессиональную заинтересованность и компетентность, доверило ему вести переговоры с представителями местной власти о привлечении к работе в Таджикистан работников   культуры Узбекистана из  числа  таджикской   интеллигенции. 
     Важность встреч на всех уровнях, а также заключение договоров с приглашаемыми актерами и деятелями театрального искусства для  работы в таджикском театре  вызывали у Х. Махмудова заслуженное чувство гордости за исполненный  гражданский долг – служить Отечеству.
     О том, по своей сути значимом государственном поручении, свидетельствует исторический  документ  за  №100  от  24  июня  1930  года,  выданный   на  имя  главного  режиссёра  театра  Х. Махмудова, народным комиссаром   просвещения  Таджикской  ССР Ниссар Мухамедовым, хранящийся в экспозициях Национального музея  Республики Таджикистан им. Камолиддина  Бехзода.
     Репетиции в театре были сопряжены со многими техническими трудностями. Сцена была плохо оформлена, не оборудована, не хватало подсобных помещений костюмов, грима, париков, элементарного реквизита. Но самая острая проблема ощущалась в отсутствии  национальной драматургии, авторов пьес из числа местной интеллигенции. Их просто не было. Собрав вокруг себя  знатоков национальной  литературы, классической таджикской поэзии, образованнейших мужей таких как – Мирзо Абдулвохид Мунзим и Мунир Муинзода. Из среды работников народного просвещения  Акмала  Аминзода.  Из числа руководителей, работников редакции  газет  и журналов Гулома  Ализода и Туйчи Самади, а так же офицера Мухаммадбека  Юсуфбекова  и  др., которые более или менее были сведущи о театре, Хомид Махмудов всецело подчинил их творческий порыв и реальные возможности малочисленной таджикской интеллигенции на решение задачи зарождения профессиональной таджикской драматургии. Мастерски используя отлаженную схему работы с начинающими драматургами, Х. Махмудов учил их умению излагать свои мысли на художественно-литературном языке, который отвечал бы требованиям и сценическим особенностям театрального искусства. Учил достигать композиционной стройности произведения, завершённости и глубины разработки характеров,  цельности в воплощении замысла и, что не менее важно, всячески способствовал и поддерживал их в написании ими многоактных пьес.      
     Отсутствие  бытовых  условий,  при динамичном росте количества артистов  в каждом театральном сезоне  (в 1929 /30 г. их стало  22, в 1930/31 г.-31, в 1931/32 г. – 38, в 1932/-33 г. – 41.), усложняло  работу  с  актёрским   составом и  требовало  от руководства театра принятию кардинальных мер связанных с решением жилищной проблемы.
     В  докладной  записке  в  Наркомпрос  Таджикской  ССР  от  4  сентября 1931 года  дирекция  театра  так   описывает  бытовые  условия.  «Театр  по  существу  явился  общежитием,  в  котором  проходили  в  течение  зимы  варка  пищи  на  примусах,   стирка  белья  и  просушка  прямо  в  помещении,   купание  детей  и  прочие  прелести  семейных  общежитий.  Театр  задыхался  в  тесноте. Целые семьи жили на сцене, в гримировальных   комнатах,  подчас  в  коридорах».                        
     С 1932 года   театр  принялся   за  постройку  собственных  домов – общежитий  для  актёров, что, в конечном итоге, сняло напряжённость, жилищный кризис был  ликвидирован. За  период  с 1929-1933 гг.  техническая  часть  сцены  театра  была  дооборудована подъёмными механизмами, колосниками. Были пристроены  декоративный   и  монтировочные  цеха,  достроен  вестибюль,  смонтирован машинный отсек. Решение организационных, административно – хозяйственных  вопросов  отнимало  у  Хомида Махмудова  массу  времени,  духовных  и  физических  сил. 
     2.3. Вместе с тем, отсутствие понятия о настоящем театральном искусстве со стороны зрителя, а подчас и актёров. Политизированный репертуар театра, на начальном этапе, не всегда позволял Х.Махмудову осуществить постановку более сложных пьес, в  стремлении ознакомить таджикского зрителя с образцами произведений классиков мировой, русской литературы, приблизить театральную публику к западноевропейской школе драматургии. 
     Из-за частых разъездов труппы  недостаточно  времени  отводилось и на  подготовку  спектаклей.  Отсутствие  на  первых  порах   студии  при  молодом  театре  создавали       Х. Махмудову  дополнительные  трудности   творческого  плана.  В  этой  связи,  на  начальном  этапе  по  привитию профессиональных  навыков  у  будущих  актёров,          Х. Махмудов широко использовал занятия по актёрскому мастерству, преподавал  начинающим  актёрам  мастер – класс.  Такой  метод  был  вполне   оправдан,  так  как    ему  было  крайне  сложно  без  специальной  подготовки  включать  в  работу  над  большой ролью отобранных актёров из самодеятельных кружков, которые в  большинстве  своём  не  были  подготовлены  к  актёрской  работе  и  никогда  не  видели   спектаклей.  
     Мало  было   актрис.  Сложность  в  комплектовании  женского  состава  театра  была  связана  не  только  с  их  слабой  актёрской  подготовкой.  В  большинстве  своём  они  носили  отпечаток  бытового   уровня.   Считалось  неприличным  для  замужней  девушки  выступать  на  сцене.  Менталитет  мужчин,  их  снобизм  и  амбиции  не  допускали  видеть  своих  жён  в  обществе  других  мужчин,  не   говоря  уже  о  том,  когда  ей  приходилось  играть  любовную  сцену. Поэтому первое время женские  роли  приходилось  исполнять  мужчинам.                                                                     
     Многие  артисты  к  тому  же   были   малограмотными,  плохо  заучивали  роли  и  часто  зависели  от  суфлёров.  Художественному   руководителю  театра  Х.  Махмудову  приходилось  много  времени  уделять  обучению  актёров  азам  сценического  искусства,  технике  речи,  пластике  и  просто  работе   над  ролью.  Х. Махмудов  смело  экспериментировал,  учил  актёров  использовать  искусство народных комиков масхарабозов (лицедеев, скоморох), пантомимы,  народные  остроты,  фольклор,  стихи  из  классической  литературы.
     В последующих театральных сезонах труппа осуществила постановки спектаклей таджикских авторов «Навруз и Гульчехра» А. Аминзода, (которая по существу заложила основу новому жанру музыкальной драмы на профессиональной сцене), «Бай и Одина», «Последний тиран», М.Юсуфбекова, пантомима «Сон на посту» Л. Свердлина, «Новая жизнь» Т.Самади, «Бай Сангин»  А. Мунзима, «Восстание  Восе» А. Фитрата, «Победа» Г. Ализода, «Два коммуниста» К. Яшена      и др. 
     В художественном отношении  этот  период   характеризовался  переходом  от  малых  форм,  небольших  пьес  агитационного  характера  к  большим  пьесам.          
     3. Изначальная роль Х. Махмудова – директора, главного режиссера Таджикского Государственного театра Наркомпроса состояла в его устремлении к культурной интеграции, продвижении русского театрального искусства, знакомству зрителя со  сценической культурой столичных театров. Так, например, театральный сезон 1930/31 г. был ознаменован постановкой режиссера Я.М.Танальского спектакля «Мятеж» Д.Фурманова и С.Поливанова. То, что режиссер не знал таджикского языка, а многие актёры не знали русского, осложняло работу постановщика с исполнителями, но заинтересованность всего творческого коллектива этой первой русской пьесой, а также решающая помощь Х.Махмудова, свободно владеющего русским языком и, что, немало важно, знающий русский быт преодолевали возникающие трудности сценического характера. Принципиальное значение спектакля «Мятеж» состоял в том, что он выражал идею пролетарского интернационализма. 
     В то же время, в процессе работы над указанной пьесой, у актёров театра появилась реальная возможность выработки навыков в овладении  ими русского  языка, который стал вторым по своей значимости и в дальнейшем во многом способствовал работе над проектами, связанными с постановкой пьес мировой и русской   классики. 
Культурная жизнь столицы  Таджикистана ещё больше обогатилась с началом гастролей художественных коллективов театров Ленинграда, Москвы, Ташкента, столичных музыкальных ансамблей России и Украины, артистов из дальнего зарубежья.
     Такое разнообразие культурного общения имело в те годы большое значение в жизни молодой столицы, по установлению дружеских связей и творческих отношений с представителями разных народов и национальностей, развитию народного фольклора, творческого роста таджикских актёров и артистов. Способствовало в дальнейшем организации театральной летописи, формированию обширного справочного раздела музыкальной жизни Таджикистана.           
           
     3.1.  Большой  опыт  работы Х.  Махмудова с актёрским  составом, артистами, владение им самим искусством игры на различных музыкальных инструментах позволило ему успешно справиться с ответственным поручением руководства республики по созданию настоящего профессионального национального оркестра. Основа оркестра была представлена местными народными музыкантами и солистами, и к концу 1931 года оркестр национальных инструментов состоял из 20 человек.
     Прибегая  к  определению  Вл. И.  Немировича – Данченко   о  трёх  режиссерских  функциях (режиссёр – организатор,  режиссёр – педагог,  режиссёр – «зеркало»)  о  Хомиде  Махмудове  можно  сказать, что он  по  призванию  был  режиссёр – организатор.          
     В 1934 году Х. Махмудов  был направлен  руководством  Совнаркома  Таджикской ССР в Ходжент для организации второго в республике профессионального театра. 
     Государственный Таджикский  музыкально – драматический  театр  им. А. Лахути  создавался  на базе самодеятельного кружка. Cоздав сплочённый  творческий  коллектив,  Х. Махмудов  привлёк  к  работе  многих  молодых  авторов. Осуществил постановку пьес «Приговор» М.Турсунзода, «Саодат» Р.Джалила, «Принцесса Турандот» К.Гоцци, помогал  в  создании  первых  пьес  Рахиму  Джалилу,  Мухитдину  Аминзода,  Джалолу  Икрами, Мирзо Турсунзода и др. 
     Наряду с театральной деятельностью, Х. Махмудов достаточно много  времени уделял вопросу  формированию  языковой  культуры  начинающих  драматургов.     
Поскольку на заре отечественной драматургии большая часть таджикских писателей, в том числе и драматургов (Р. Джалил, Дж. Икрами, М. Турсунзода, С. Улугзода и др.) была связана с работой в печати, то  это, естественно, не могло  не отложить свой отпечаток  на начальный период развития таджикской драматургии. Этот период времени (1929–1935гг.) для Хомида Махмудова характерен не только кропотливой  работой  среди  актёрского состава за чистоту языковой, сценической речи, но и, в первую очередь, связан с его настойчивым требованием более активного использования молодыми драматургами языковых богатств классической литературы и  национального  фольклора.
     Освоив  всю партитуру  дипломных спектаклей в разное историческое  время, Хомид Махмудов осуществил постановку спектаклей по пьесам французского комедиографа Ж. Б.Мольера «Лекарь поневоле» и «Скупой», итальянского драматурга К. Гоцци «Турандот», английского драматурга, поэта У. Шекспира «Ромео и Джульетта», классика русской литературы Н.В. Гоголя «Ревизор», пантомиму Л. Свердлина «Пионерский сон на посту» и русского писателя В. Билль - Белоцерковского  «Жизнь зовет», русского драматурга В. Шкваркина «Чужой ребёнок», советского драматурга Н. Погодина «Темп», узбекского драматурга  Г. Зафари «Халима» и др. 
     По произведениям поэта–гуманиста, классика таджикско–персидской  литературы А. Фирдоуси  были  представлены  любителям  и  ценителям  театрального  искусства  спектакли  «Рустам  и  Сухроб»,  «Тахир  и  Зухра».      
     Перечисленные спектакли Хомид  Махмудов воплотил  на сцене столичных, национальных театров в новом для себя качестве – лаборанта, ассистента-режиссёра Театров им. Вахтангова и ТИМа в городе  Москва (1925-1926гг.); художественного руководителя самодеятельного музыкально-драматического кружка при  Бухарском клубе пищевиков и режиссёра 1-го Государственного узбекского  театра г. Самарканда (1927-1928гг.); режиссёра Государственного узбекского драматического театра им. Х. Хамзы г. Ташкента(1928-1929гг.); главного режиссёра, директора Таджикского государственного театра Народного Комиссариата Просвещения Таджикской ССР (1929-1933гг.) г. Сталинабада, - основателя ныне действующего Государственного таджикского академического театра драмы им. А. Лахути г. Душанбе; режиссёра-организатора, художественного руководителя Государственного музыкально-драматического театра им. А.Лахути в Ходженте (1934-1935гг.); главного режиссёра и художественного руководителя Бухарского государственного узбекского детского театра  (1938-1939гг.); основного режиссёра, художественного руководителя Бухарского областного музыкально-драматического театра (1939-1941гг.); главного режиссёра, художественного руководителя Каршинского государственного узбекского музыкально-драматического театра (1941-1943гг.); основного режиссёра, директора Академического театра драмы им. А. Лахути г. Сталинабада(1943-1945гг.).
      3.2. Созидательной сущности человека его природе - характерны черты  высоконравственного потенциала, национального патриотизма, большой  самоотдачи, развитого чувства востребованности, профессиональной компетентности и твёрдой уверенности в облагораживающем  влиянии театральной культуры на души людей. 
      Фактор - оказаться  в нужное  время,  в  нужном  месте,  равно как уметь не противостоять профессиональной общности, а мастерски в лице “the theatres’ top manager” - первоклассного управляющего театрами, управлять этим системным процессом, сыграли  знаковую  роль в истории театральной летописи Таджикистана, в судьбе Хомида  Махмудова.
      Главным, значимым итогом творческой  деятельности  Хомида  Махмудова за пятилетний период времени, было то, что основанные им  профессиональные театры  организационно окрепли, более чем в два раза увеличился  их творческий коллектив, укрепилась  материально – техническая база театра. 
      Заданный Хомидом Махмудовым вектор импульса способствовал формированию таджикской драматургии, росту профессионального уровня молодых драматургов, приобретению ими навыка достигать композиционной стройности произведения, завершённости и глубины разработки характеров, цельности в воплощении замысла и, что не менее важно, Х. Махмудов всячески поддерживал их в написании  многоактных пьес.      
      В целях осуществления творческих замыслов была создана режиссёрская коллегия театра. Рукодствуясь демократическими принципами, режиссёрская коллегия явилась по своей сути востребованным и эффективным инструментом в решении творческих задач, в повышении потенциальных возможностей режиссёрского состава театра, способствовала профессиональному росту таджикских актёров и артистов
      Возросли творческие способности коллектива театра в умении справляться с постановкой художественной части более сложных пьес. Состоялся переход от маленьких пьес к многоактным драматическим произведениям, а с появлением национальной драматургии, резко изменился репертуар театра, выросло число таджикских пьес. 
      Начался процесс культурной интеграции, знакомство зрителя с образцами произведений классиков мировой литературы, со сценической культурой столичных театров, в продвижении русского театрального искусства, установления дружеских связей и творческих отношений с представителями разных народов и национальностей, популяризации образцов фольклорной песни и профессиональной классической музыки.
      С образованием профессионального национального оркестра, благодаря музыкальному сопровождению спектаклей, в театре появилась возможность подбирать народные мелодии к драматическим и музыкальным спектаклям, стихам А.Лахути. 
      С появлением  в  30-х  годах  учебников  В.  Шарфа:  «Школа  для   тара»,  «Школа  для   ная»,  «Школа  для  дутара»  и  «Школа  для  тамбура»,   а  также  с  выходом  в  свет  книги  Н.  Миронова  «Музыка  таджиков»   в  республике  была  организована  целостная  система  обучения  артистов  и  музыкантов  театра  по   истории  музыки  и  нотной  грамоте.              
Расширилась география гастрольных поездок театра, а на основе экспедиционных записей, получила своё научное развитие - антология традиционной музыки таджикского народа. 
      Театр занял достойную нишу в общественно - политической жизни и всячески способствовал  культурному развитию страны. 
На базе отечественных профессиональных театров началось формирование инженерно – технических работников театра. Появились первые национальные режиссёры и драматурги, первые сценографы, квалифицированные  художники-оформители сцены,  первые музыканты и композиторы-мелодисты и, главное, первые актёры, из которых потом выросли известные актёры театра и кино. 
      Среди них: Азиза Азимова, Гульчехра Бакоева, Асли Бурханов, Тути Гафарова, Шамси Джураев, Файзулло Исматов, Мухаммаджон  Касымов,  Латиф Латипов,  Абдурахман  Саидов, София Туйбаева, Туфа Фазылова,  Мухаммаджон Халилов, Хайдар Шоймардонов и многие другие. 
      3.3. История успеха творческой деятельности  Х. Махмудова,  феномен его амплуа на театральной ниве основан на концепции межнациональной идеи содружества в сфере не материальных ценностей, духовных и гуманитарных традиций каждого народа в отдельности и его культурного наследия в целом в достижении главной цели по упрочению единого театрального пространства. 
      Употребление в английском языке временной формы “Future in the Past” «Будущее в прошедшем», (указывает на то, что действие является будущим по отношению к какому-то моменту в прошлом), применительно к творчеству Хомида Махмудова, это не что иное, как образец его бережного отношения  к  историко - культурному наследию прошлого.     В  воплощении им будущих инноваций в сценическом ремесле, современное их прочтение и авторская  трактовка. В стремлении познакомить таджикского зрителя с образцами произведений классиков западноевропейской школы драматургии. 
      Так, например, спектакль «Маликаи Турандот», спроецированный Хомидом  Махмудовым по наитию великого классика таджикско-персидской литературы А. Фирдоуси в бессмертной эпической поэме «Шахнаме» как «Турондухт» (буквально «Туранская девушка»), позже прекрасно пересказанная итальянским драматургом Карло Гоцци китайской трагико-комической сказки «Турандот», была мастерски исполнена режиссёром-постановщиком, сценаристом Х. Махмудовым не только в лучших традициях  западноевропейской школы драматургии, но и, что самое главное, он  дополнил и привнес в сюжетную линию спектакля много нового, близкого к импровизационному началу традиционного национального театрального искусства, отличающейся высокой степенью осознания величия и важности национальной духовной культуры. 
      В истории  театральной летописи отмечен  доподлинный факт  и о том, что режиссёру  Х.  Махмудову, одному из первых в Центральной Азии, удалась постановка спектакля «Маликаи Турандот» с сохранением высших принципов заложенных в таджикско-персидской классической  литературе и  неотъемлемых постановочных правил западноевропейской школы драматургии.        
      3.4. По истечении времени признание оппонентов, что актёру-режиссёру Хомиду Махмудову, носителю культурного наследия трёх цивилизаций, в равной мере было бесценно всё, что создано на культурном пространстве мировым сообществом, народными гениями России и древнего Востока, величайшими представителями классического театрального искусства Западной Европы, не подлежит сомнению.
      4. Учитывая, что советское  искусство, как средство управления массами,  являлось  мощнейшим  оружием  воздействия  на  сознание  и  подсознание  народа,  то  вокруг  людей  искусства, в среде публичных  людей  всегда  находились люди  от  искусства, представляющие интересы властных структур. 
      Методы и принципы  управления их опирались на отработанную систему пропаганды идеологии «воинствующего материализма». Во всём остальном их форма и содержание  борьбы   мало  чем  отличались  от  символа  неотъемлемости   репрессивного  аппарата времён  Великой французской  революции  XVIII  века – гильотины,  от  террористического, тоталитарного  режима  в  Германии  30 - 40-х  годах  ХХ  века с её  чудовищной  политикой  геноцида.   
      Об этом много  сказано,  ещё  больше  написано. Тем  не  менее,  обойти  тягостную реальность нашей истории, которая вызвала повсеместную социальную инерцию  насилия,  беспринципность, клевету  и  массовую ложь никак  нельзя. И, прежде всего, потому, что Х.Махмудов волею судьбы был,  ввергнут в  пучину  несчастий  и  репрессий. 
      4.1.В декабре 1935 года был репрессирован отец Х.Махмудова, известный   бухарский   чиновник - Ходжа  Сайид  Махмуди – таракачи. 
      Правоверные мусульмане Священной Бухары – оплот ислама в Средней Азии, в силу своего социального статуса, своих религиозных убеждений,  руководствовались в обыденной жизни, в миру - сводом юридических, бытовых, правил, законами шариата, основанных на Коране. Из чего следует, что  придворный сановник Бухарского эмирата Ходжа Сайид Махмуд, воспринимался ими не только как «ходжа» (господин), а в первую очередь, как «сайид» - потомок Пророка (почётный титул мусульман, возводящих свою родословную к Мухаммеду). 
      Исходя из социального положения мусульманина в обществе при высокой его набожности следует, что сутью истины всего мироздания является Кааба, из всех    городов – Мекка и Медина. 
      Вместе с тем, предписанное Всевышним - каждому мусульманину совершить «хадж», паломничество к этим святым местам, в реальной жизни могли позволить в основном люди из привилегированного сословия, к примеру, бухарская аристократия и представители зажиточных слоёв населения. После завершения «хаджа», каждый из единоверцев удостаивался почётного звания «ходжи» (святой), и тем самым причислялся к лику святых 
      Разумеется, сторонников перманентного развития революционных процессов, не только не заботило и не волновало вышесказанное, но и абсолютно не интересовало, что Ходжи Сайид Махмуд был высокообразованным, успешным и самодостаточным человеком, правоведом,  владевшим  несколькими  иностранными  языками, в том числе, и русским. Знал  произведения  великих  учёных – энциклопедистов  Абу  Али  ибни  Сино  (Авиценны),  аль Фараби,  арабского   историка  Табари. Являлся последовательным учеником философа – просветителя ХIХ  века  Ахмади  Дониша (Калла).  В  доме,  в  специальных  нишах (токча),  находились   книги  великих  классиков   таджикско–персидской  литературы,  газели  Рудаки  и  Хафиза,  рубаи  Хайяма,  сказания  Фирдоуси,  касыды  Саади  и   фарды   Джами.  По долгу  своей   службы он  посетил  Саудовскую  Аравию,  Афганистан,  Багдад, Персию, а  также   ряд  городов  России – Казань, Москву, Санкт – Петербург. Находясь на государственной службе, Сайид Махмуд связывал будущее государственного строительства с преимуществами светской  культуры  и  искусства,  просвещения,  науки  и  медицины.  Его жена  Назокат,  была  просвещённой   женщиной,  которая  стремилась   дать  своему  сыну  Хомиджону   хорошее   образование   и  надеялась  на  такое  развитие  карьеры  сына,  которое   ассоциировалось  у  неё  с  его  достойным  положением  в  обществе. Его невестка, Амина Махмудова, была поэтессой, одной из  организаторов   Союза   писателей   Таджикистана.  
      Всё выше перечисленное для поборников «военного коммунизма» не   представляло никакой ценности. Так, например, в соответствии с распоряжением В.И. Ленина и Л.Д. Троцкого, на командующего Туркестанским фронтом М.В. Фрунзе и представителя РСФСР при правительстве Бухары В.В. Куйбышева была возложена задача советизации Бухары. Последствия тандема верных ленинцев тяжёлым бременем легли на народ. 
      В результате проведенной Бухарской операции (29.08.–2.09.1920г.) были нанесены бомбовые удары по историко–культурным центрам Бухары, объектам жизнеобеспечения, жизнедеятельности, жилым кварталам, которые привели к большим неоправданным  человеческим   жертвам.
      Свидетель тех событий, мулла (мусульманский священник), Мухаммадали Бальджувони, автор книги «Таърихи Нофе’и» («Истинная история»), в своих воспоминаниях писал: «История Бухары ещё не знала такого. Cилы, конечно же, были неравны. С одной стороны, винтовки и старинные пушки, с другой – бомбометание с аэропланов и обстрел из дальнобойных орудий с бронепоезда». 
      Масштабы разрушений, деяния большевистского руководства в Бухарской кампании 20-х годов XX столетия, запечатлены на скрижалях истории и, что не менее важно, нашли своё подтверждение и в самих документах партии большевиков: «Революция, оказавшись неподготовленной, превратилась в форменное выступление Красной Армии, ничем не прикрытое, нарушившее все представления о праве бухарского народа на самоопределение. Бухара фактически оказалась оккупированной страной. По Бухаре было выпущено несколько миллионов пуль и несколько тысяч пушечных снарядов, из которых было немало и химических. Начавшиеся пожары и грабежи оказали самое вредное влияние не только на настроение народных масс, но и на новое руководство города – Бухком (Бухарский революционный комитет), члены которого возмущались и открыто говорили, что Бухару «грабят большевики».
      До начала этих трагических событий в июне 1920 г., Ходжа Сайид Махмуд был официально делегирован в Москву в составе посольства Бухарского эмирата для переговоров с руководством правительства России, по вопросу возобновления отношений  и подписания  мирного договора, который, в конечном итоге, мог бы предотвратить эту кровавую бойню, вакханалию. 
      Но, к великому сожалению история не признаёт сослагательного наклонения, и эта мирная инициатива доброй воли, а также и проходивший переговорный процесс в самой Бухаре между уполномоченным представителем Народного комиссариата иностранных дел РСФСР (Наркоминдел) Д.Гопнером с правительством Бухары, были фактически проигнорированы властью предержащих и не получили своего дальнейшего развития в высших эшелонах власти Страны Советов. 
      Историческим фактом этой официальной дипломатической миссии специального назначения является фотодокумент 1920 г. в фотоальбоме  «Революция  в  Средней  Азии»  в  образах  и  картинах, вышедший в  свет тиражом  5000  экземпляров  под  издательством  «С А К У»  в  1928 году (составитель К.Рамзин), на котором  запечатлены  представители   Бухары  на  станции  Каган   перед  отправкой  в  Москву.       
Свержение десятого правителя из династии мангытов Сайид Алим Хана, говоря на языке юристов, было “де - факто”. Позже, в 1931 году, эти исторические события в хронологической последовательности легли в основу спектакля «Амир Олимхон» («Эмир Алим Хан»),  Дж. Багдодбекова (режиссёр – постановщик Х. Махмудов).  
      Для революционеров, устроителей «мировой революции» в кожанках, с их  уязвлённым  мироощущением,  нельзя  как  лучше подходят  слова  из текста песни поэта Л.П. Дербенёва “Чародеи” «Главное, чтобы костюмчик  сидел». 
      И не столь важно для них, что портрет «Бухарский  чиновник» (1928г.), в прообразе Ходжа Сайид  Махмуда – таракачи, кисти  талантливого художника Павла Петровича  Бенькова (1879-1949) войдёт в каталог и через 33 года, в 1961 году будет  экспонироваться  в  Центральном  доме   работников  искусств  в  Москве.  
      Главным для них и им подобным считалось навести бутафорный лоск, ангажировать только  свой   избранный   путь  в  решении  «архи  важных вопросах». Использовать сполна избирательный подход применения двойных стандартов в  отношении людей своих  и  чужих. Опять   же:
      Главное,  чтобы  костюмчик  сидел.
      Непринуждённо,  легко  и  вальяжно.
      Всё   остальное,  поверьте,  неважно.
      Нет,  и  не  будет  серьёзнее  дел.
      Разве, что для распространения и насаждения среди народных масс  коммунистических идеалов. Возможности экспорта революции в отдельно взятую   страну, не гнушаясь при этом выбора самых изощрённых  методов по расшатыванию национальных  устоев   суверенного  государства.     
      Главное заключалось в том, что работал отлаженный механизм авторитарного аппарата власти, с его  командно-административной  системой  управления, а вместе с ней, и узаконенное беззаконие. Не исполнение  конституционных прав человека, попрание высших принципов человеческой  морали, чести и достоинства. Игнорирование правовых принципов судопроизводства, непризнание международной практики по применению органами  правосудия «презумпции невиновности». 
      В тоже время, фатальная практика по  вынесению приговора неугодным  людям - «тройкой лиц», получив своё негласное одобрение в высших судебных инстанциях, приобретала всё   более  уродливые  формы. 
      К драматическим последствиям против человечества, трагическому исходу лучших сынов Отечества в 30–40-х годах может служить пример, когда в 1945 году  советский военный инженер, генерал-лейтенант, доктор военных наук 65-летний Карбышев Дмитрий Михайлович был замучен гитлеровцами в лагере Маутхаузен (Австрия) варварским методом - обливания холодной водой на морозе  в  зимний   период   времени. 
      Аналогичным  мученическим  способом был казнён и 75-летний   Ходжи  Сайид  Махмуд в застенках  управления  государственной  безопасности города  Бухары.  Разница  состояла лишь  только  в  том,  что  этот  позорный  факт вандализма произошёл на 10 лет раньше и исходил от рук представителей карательного, репрессивного органа - Объединённого  Государственного  Политического  Управления  (ОГПУ). 
Родственная принадлежность к Сайид Махмуду незамедлительно бумерангом отразилась на дальнейшей судьбе Х. Махмудова, его жены А. Махмудовой - людей  публичных,  творческого  уклада  жизни.  Крылатая   фраза  «Сын  за  отца  не  в  ответе»  явилась  лишь  благим   намерением, и не более чем   «Глас,  вопиющего  в  пустыне». 
      Как сын репрессированного, Хомид Махмудов был лишён возможности  продолжать работать в театрах республики, предан многими  коллегами,  на  протяжении нескольких   лет  был отлучён от работы в творческой среде, а затем в течение некоторого времени вынужден  был скрываться от массовых репрессий и работать в театрах Бухары  и  Карши. 
      В конце Великой Отечественной  войны  Таджикский  академический театр драмы им.  А. Лахути оказался  в  тяжёлом   положении. Беден был  репертуар  театра, снизилась  творческая  активность  коллектива. Учитывая это, в  1944 году  руководство  республики    назначило Хомида Махмудова  директором  Таджикского  академического   театра  драмы  им.  А.  Лахути,  который он организовал  за  15  лет  до  этого. Но хлёсткий ярлык – «враг народа», коим определялась степень «благонадёжности», печальная слава сына «врага народа» не забывалась, пересуды не утихали. Предложения Хомида Махмудова  не  получали  поддержки,  другим  не  нравилась его требовательность. 
      5. Послевоенный период жизни Х.Махмудова связан с учёбой в Таджикском  сельскохозяйственном  институте (ТСХИ) и  работой  в сфере  сельского  хозяйства.  К его выбору – работать в новой отрасли, следует относиться исключительно как вполне осознанному решению, что свидетельствует о его волевом поступке. 
      Так, тридцать два года спустя, после учёбы в Москве, имея в активе специальное театральное образование, решением Государственной экзаменационной комиссии от 6 апреля 1959  года Махмудову Хомиду была присвоена квалификация  учёного  агронома. Впрочем, за свою творческую жизнь Х. Махмудов осуществил на сцене театра постановку спектакля, по пьесе  французского  комедиографа  Ж. Б. Мольера  «Лекарь  поневоле»  твёрдо  веруя,  что  свою  премьеру  в  жизни  он  не  упустил.  Теперь  ему  предстояло  выдержать  аншлаг  на  «Агронома  поневоле»  и  в  течение  двадцати  одного   года  постигать  душу  художника  в  новой  для  себя ипостаси – учёного  агронома. 
      6. Постсоветский период в новейшей истории  Республики Таджикистан был омрачён  гражданской войной (1992– 1997 гг.). Эхо гражданского противостояния 20–30-х годов прошлого столетия прокатилось по Республике Таджикистан вскоре после распада СССР.
      Вместе с тем, актуальность концептуального  описания  роли  и значения  знаковых  личностей для молодого суверенного государства на примере Хомида Махмудова,  возымела и прозвучала с новой силой в средствах массовой информации, на радио и телевидении, в печатных изданиях, научных статьях - доктора искусствоведения, профессора, заслуженного деятеля искусств Таджикистана Н.Х.Нурджанова «Бунёдгузори театр» («Организатор театра») и «Основоположник  таджикского театра, и первый его режиссёр»; кандидата исторических наук М. Мансурходжаева «Бунёдгузори театри точик» («Основоположник таджикского театра»); Б. Махмудова  «Фарзанди замон» («Человек эпохи») и «Артист с большой буквы»; А. Раджабова, Б. Махмудова  «Феномен Хомида Махмудова в условиях переосмысления истории театрального искусства на постсоветском пространстве»; «История таджикского народа» Новейшая история (1917-1941 гг.), в V1 томах, под редакцией академика АН РТ  Р. Масова  и  др.     
     7. Бескорыстный труд Хомида Махмудова высоко оценён руководством правительства Таджикистана, Министерством культуры, Академией наук Республики Таджикистан, поддержан исполнительным органом государственной власти городов Душанбе и Худжанда. На зданиях Государственного русского драматического театра драмы им. Вл. Маяковского и Государственного таджикского театра музыкальной комедии им. Камола Худжанди установлены мемориальные доски основоположнику таджикского профессионального театра. 
     Указом Президента Республики Таджикистан Эмомали Рахмоном 7 ноября  объявлен – Днём таджикского  театра. 
Организованы музей-квартира и постоянно действующий стенд «Основоположник таджикского профессионального театра» в экспозиционном зале Национального музея им. Камолиддина Бехзода, об основных вехах жизни и творческой деятельности Хомида Махмудова.  
     Ко «Дню памяти» Хомида Махмудова в здании Государственного таджикского академического театра драмы им. А. Лахути, в рамках республиканского фестиваля театральных коллективов «Парасту-95» («Ласточка-95») прошла презентация  буклета «Фарзанди замон» на четырёх языках (таджикском, фарси, русском, английском), с демонстрацией на таджикском языке одноимённого слайд – фильма.
     В марте – апреле 1997 года во время проведения Дней культуры столицы Таджикистана – города Душанбе в Москве, в Московском театре юного зрителя состоялся показ слайд – фильма на русском языке «Ровесник века» о видном деятеле культуры Хомиде Махмудове, чья творческая жизнь и учёба была тесно связана с  З-й  Студией  МХТ, Театром им. Вахтангова в Москве. 
     Дружеская встреча прошла в стенах Государственного академического театра им. Евг. Вахтангова. Художественному руководителю Михаилу Ульянову, заместителю директора театра Б.П.Меерсону, ведущим актёрам театра, народным артистам  Юлии Борисовой,  Василию  Лановому, Вячеславу Шалевичу,  Юрию Яковлеву  были вручены приглашения  на «Дни культуры». 
     В  дар музею  театра были переданы известный буклет «Ровесник века» и копия текста заключения Р. Н. Симонова, ученика Евг. Б. Вахтангова, на право постановки Х. Махмудову спектакля «Принцесса Турандот».
На встрече главы государства Эмомали Рахмона с представителями общественности города Душанбе в феврале 1998 года был отмечен весомый вклад Хомида Махмудова в деле культурного строительства  столицы  Республики Таджикистан  города Душанбе.  Именем  Хомида Махмудова названа одна из улиц города Душанбе, с прилегающим к нему сквером. 
     В честь 100-летия со дня рождения Хомида Махмудова в здании Президиума Академии наук Республики Таджикистан была проведена городская научная конференция «Хомид Махмудов и таджикский профессиональный театр», вышла в свет книга на двух языках - русском и таджикском, «Таърих гувох аст», «Из прошлого…». 
     К 80-летию образования таджикского профессионального театра, творческий коллектив  Государственного таджикского академического театра  драмы им. А.Лахути театральный сезон 2009/10г. открыл постановкой спектакля «Принцесса Турандот» К.Гоцци (режиссёр-постановщик Б.Абдуразаков). 
     В рамках национальной программы «Худшиноси» («Самосознание») реализован пилотный проект «История театральной летописи Таджикистана» «Махмудшиноси-2010». 
     В канун 20-летия Дня государственной независимости Республики Таджикистан выпущен авторский сайт www.mahmudnoma.tj.  
     Издано в периодической печати и опубликовано в средствах массовой информации более 30 научно – популярных и публицистических статей об основоположнике таджикского профессионального театра Х.Махмудове, в которых обозначено  концептуальное  описание его значимого вклада в новейшую историю культурного  строительства   Таджикистана.                                          
      Память
 
      Согласно решения Исполнительного комитета Душанбинского городского Совета народных депутатов от 12.08.1992 № 310 «Об обращении деятелей науки, культуры и искусства Республики Таджикистан в Душанбинский горисполком об увековечении памяти основоположника таджикского профессионального театра Хомида Махмудова», а также решения за № 314 от 12.08.1992 «Об изменении названий улиц города Душанбе», ул. М. Фрунзе переименована в ул. имени Хомида Махмудова[2][3][4].
      В 1993 г. организован музей-квартира основоположника таджикского профессионального театра Хомида Махмудова.[3][4].
      В 1993—2000 гг. соответственно, на зданиях театров — бывшего Государственного русского театра драмы им. Вл. Маяковского (1929-2016), Государственного театра музыкальной драмы им. Камоли Худжанди были установлены мемориальные доски Хомиду Махмудову[3][4][5][6][7][8].
      В 2000 году, в рамках подготовки и проведения 100-летия со дня рождения основоположника таджикского профессионального театра Хомида Махмудова, в конференц-зале Президиума АН РТ проведена городская научная конференция «Хомид Махмудов и таджикский профессиональный театр».
      В 2001 г. в экспозиционном зале Национального музея им. Камолиддина Бехзода организован стенд «Основоположник таджикского профессионального театра» — об основных вехах жизни и творческой деятельности Хомида Махмудова.
                                                                                                                                                                    
       Интересные факты:   
        1. Во второй половине XVI века между Москвой и Бухарой происходил оживленный обмен торговыми караванами-посольствами. Первая памятная дата об этом сотрудничестве относится к 1557 году, когда из Бухары было отправлено посольство в Москву с просьбой  о разрешении свободной торговле в России. 
        В жалованной грамоте, данной первым русским царём Иваном IV- Грозным (1530-1584) в 1574 году, разрешался беспошлинный торг русских купцов с бухарскими купцами. 
        То есть, говоря на современном научном языке экономистов, практически была достигнута двусторонняя договорённость на высшем уровне, о придании статута «свободных экономических зон», что нашло своё подтверждение даже в терминологии. Например, одна из ходовых мер веса в Московском государстве называлось «бухарским ансырем» = 128 золотникам. (Советский Энциклопедический Словарь. Москва, «Советская Энциклопедия». 1990. C. 59.). 
         
         2. О преемственности и развитии этих исторически сложившихся отношений, культурно - гуманитарных связях свидетельствует выдержка из постановления Совнаркома СССР:
«Учредить в городе Москве по соглашению с Бухарской народной советской республикой «Дом просвещения», присвоив ему наименование «Бухарский дом просвещения»…, и оказывать ему всемерное содействие…».
Москва, Кремль, 1923 год, 27 марта.
         3. В Бухарском доме просвещения, на бывшей улице  им. А. Толстого, 17 (ныне спец. особняк. Дом приёмов МИД РФ на ул. Спиридоновка, 17), в старинном особняке в стиле модерн, построенным крупным московским фабрикантом Саввой Морозовым, были три группы: рабфак, народного просвещения, отделение кино и театрального искусства. Театральная студия при Бухарском доме просвещения, стала для Хомида Махмудова первой ступенью в его будущей актёрской профессии.
 (См. на авторском сайте www.mahmudnoma.tj. Слайды № /№ 23;24;25.).  
         
         4. Хомид Махмудов–участник праздничного вечера национальностей СССР, устроенного обществом «Этномир» в Большом театре, для делегатов IV Всесоюзного Съезда Советов. Москва. 1927г. (см. на авторском сайте www.mahmudnoma.tj. Слайд № 27.). 
          
         5. Портрет «Бухарский  чиновник» (1928г.), в прообразе Ходжа Сайид  Махмуда – таракачи, кисти  талантливого художника Павла Петровича  Бенькова (1879-1949) вошёл в каталог и в 1961 году и экспонировался  в  Центральном  доме   работников  искусств  в  Москве (см.  на авторском сайте www.mahmudnoma.tj. Слайд № 9.).  
         
         5.1. Правоверные мусульмане Священной Бухары – оплот ислама в Средней Азии, в силу своего социального статуса, своих религиозных убеждений,  руководствовались в обыденной жизни, в миру - сводом юридических, бытовых, правил, законами шариата, основанных на Коране. Из чего следует, что  придворный сановник Бухарского эмирата Ходжа Сайид Махмуд, воспринимался ими не только как «ходжа» (господин), а в первую очередь, как «сайид» - потомок Пророка (почётный титул мусульман, возводящих свою родословную к Мухаммеду). 
         6. Историческим фактом официальной дипломатической миссии специального назначения, является фотодокумент 1920 г. в  фотоальбоме  «Революция  в  Средней  Азии»  в  образах  и  картинах, вышедший в  свет тиражом  5000  экземпляров  под  издательством  «С А К У»  в  1928 году (составитель К.Рамзин),  на котором   запечатлены  представители  Бухары, члены посольства на станции Каган перед  отправкой  в  Москву, с целью подписания договора с Россией. Третий в первом ряду справа - Ходжа Сайид Махмуд (см.  на авторском сайте www.mahmudnoma.tj. Слайды № /№ 5; 7.).     
 
         7. Исходя из социального положения мусульманина в обществе при высокой его набожности следует, что сутью истины всего мироздания является Кааба, из всех   городов – Мекка и Медина. Предписанное Всевышним - каждому мусульманину совершить «хадж», паломничество к этим святым местам, в реальной жизни могли позволить в основном люди из привилегированного сословия, к примеру, бухарская аристократия и представители зажиточных слоёв населения. После завершения «хаджа», каждый из единоверцев удостаивался почётного звания «ходжи» (святой), и тем самым причислялся к лику святых (см. на авторском сайте www.mahmudnoma.tj. Слайд №20. «Бухара.1935г. Ходжи Сайид Махмуд, справа»).
Театральные постановки
 
 Актёр
 «Амир Алимхан» — Амир Алимхан
 «Рустам и Сухроб» — Рустам
 «Принцесса Турандот» — принц Калаф
 
 Режиссёр
 «Принцесса Турандот» К. Гоцци
 «Лекарь поневоле» и «Скупой» Ж.-Б. Мольера
 «Ромео и Джульетта» У. Шекспира
 «Ревизор» Н. В. Гоголя
 «Сон на посту», пантомима Л. Свердлина
 «Жизнь зовёт» В. Билль-Белоцерковского
 «Мятеж» Д. Фурманова и С. Поливанова
 «Чужой ребёнок» В. Шкваркина
 «Темп» Н. Погодина
 «Халима» Г. Зафари
 «Рустам и Сухроб» и «Тахир и Зухра» по произведениям А. Фирдоуси
 «Навруз и Гульчехра» А. Амин-заде
 «Победа» Г. Али-заде
 «Враг» Дж. Икроми
 «Саодат» Р. Джалила
 «Приговор» М. Турсун-заде
 «Под маской» и «Последний тиран» М. Юсуфбекова
 «Новая жизнь» Т. Самади
 «Эмир Алим Хан», Дж. Багдодбекова 
                                                                                          Литература:
         1. Труды Государственного центрального театрального музея им. А. Бахрушина. Москва-Ленинград, «Искусство», 1941. Ник. Львов. Материалы к истории таджикского театра. С. 125 - 136.
         2. Н.Х. Нурджанов.  История таджикского советского театра (1917-1941 гг.). Душанбе, «Дониш», 1967. С. 80 - 160.
         3. Н.Х.Нурджанов. Организатор театра.  Душанбе, «Бунеди Хомид Махмуд».1994. С. 31.
         4. Н.Х. Нурджанов.  Основоподожник  таджикского театра и первый его режиссёр. Очерки истории и теории культуры таджикского народа. Душанбе, «Главная научная редакция Таджикской Национальной Энциклопедии». 2001. С.198 – 214.
         5. З.М.Таджикова,  Л.Н. Винокурова, С. Мирсаидов. Музыкальная жизнь Советского Таджикистана. (1919-1945гг.), Душанбе, «Дониш» вып.1,1974. С. 51 - 171.
         6. Институт истории, археологии и этнографии им. Ахмада Дониша АН Республики Таджикистан. История таджикского народа. Новейшая история (1917-1941гг.), в V1 томах, под редакцией академика АН РТ  Р. Масова.
         7. А.Афсахзод. Пайванди карнхо. (Устойчивые традиции и новаторские искания).   Душанбе, «Адиб» 1989. C. 217 - 226.
         8. Душанбе шахри дусти ва бародари. Рузномаи «Садои мардум», 21.02.1998.  (Душанбе  город  дружбы  и  братства. Газета  «Голос народа»,  21.02.1998.)
         9. Б.Х.Махмудов.  Махмудов  Хомиджон.  Душанбе, «Главная научная редакция Таджикских  Энциклопедий». 1999. С.468 – 469.
         10. Б.Х.Махмудов. Таърих гувоx аст. Душанбе, «Бунеди Хомид Махмуд», 2000.
         11. А.Раджабов,Б.Махмудов. Феномен Хомида Махмудова в условиях переосмысления истории театрального искусства на постсоветском пространстве. «Известия Академии наук Республики  Таджикистан». Душанбе, Отделение общественных наук №6. 2011. С. 185 -189.
         12. К.Н.Абдуллаев. От Синьцзяна до Хорасана. Из истории  среднеазиатской эмиграции  XX века. Душанбе, «Ирфон». 2009.  С.160 -179.
         13. Б.Рахматов. Энсиклопедияи миллии точик. Чилди 1 А-АСОС.  Амина, Махмудова Амина. Душанбе, «Муассисаи давлатии Сарредаксияи илмии Энсиклопедияи Миллии Точик». 2011. С. 376-377.
Примечания
 
 1.↑ 1 2 Таракачи (тадж. таракачӣ, перс. تركچى‎) — чиновник в Бухарском эмирате, ведавший разделом наследства.
 2.↑ См. в Яндексе стр. 2. Улицы города Душанбе/Путеводитель/Справочник г. Душанбе Хомида Махмудова(Фрунзе) 221.
 3.↑ 1 2 3 Махмудов Б. Х. Тарих гувох аст С. 124—133.
 4.↑ 1 2 3 Авторский сайт mahmudnoma.tj
 5.↑ Газета «Вечерний Душанбе» от 26.03.1993. «Он был первым».
 6.↑ ТИА Ховар. «Народная газета» от 30.04.1992. М. Мансурходжаев. «Нет, не кануло его имя в реку забвения».
 7.↑ Газета «Минбари халк» от 24.02.2007. А. Олимов. «Поягузори театри точик».
 8.↑ Журнал «Точикистон» № 9-10[1090] 2009 г. Б. Махмудов. «Асосгузори театри миллии точик»
Ссылки
 Mahmudnoma.Tj  (рус.). Махмуднома.TJ. Архивировано из первоисточника 22 сентября 2012. Проверено 25 мая 2012.
thread_title:  ИЗМЕНЕНИЯ И ДОПОЛНЕНИЯ К СТАТЬЕ "МАХМУДОВ, ХОМИД САИДОВИЧ"