Рецензия на фильм «Криминальное чтиво (1994)»
Catch up, Ketchup. Квентин против Кэпа.

Жизнь — явление сложное, и разобраться в ней очень непросто. Всё так обманчиво. «Мираж, дым, фикция» (цитируя профессора Преображенского).

А речь пойдёт у нас именно о фикции, причём о фикции, напечатанной на рыхлой бумаге — Pulp Fiction. О фильме «Криминальное чтиво», выражаясь проще. 

Пересказывать сюжет фильма смысла не имеет. Не имеет, потому что единственный смысл и назначение сюжета этого фильма — поиграть и поиздеваться (что, как правило, одно и то же) над традиционными сюжетами.

На протяжении всей двухчасовой ленты Квентин Тарантино ведёт смертный бой с Капитаном Очевидностью. Чем может закончиться история о грабителях ресторанов? А о мести боксёра? А о том, как гангстеру поручили провести вечер с женой собственного босса? На все эти сюжеты снят не один фильм, зритель уже ждёт привычного финала, как вдруг… раз! Стройное повествование летит ко всем чертям, и нам остаётся только с удивлением на всё это смотреть. 

Между тем, смотрим мы на довольно противные вещи: то кому-то голову выстрелом разнесут и заляпают ошмётками всю машину, то какие-то зверские геи нападут на посетителей магазина, то кого-то просто пристрелят, прочитав перед этим выдержку из Священного писания. Но все эти кровопускания не выглядят ужасно. Жестокости этого фильма гипертрофированы — и инфантильны в своей гипертрофированности. Убийства у Тарантино недалеко ушли от детской беготни с пистолетиками. Всё это — не более чем баловство. Поэтому гангстеры прячут труп в доме, как спалившиеся школьники, и так беспрекословно слушают старшего — мистера Вулфа. Поэтому Винсент так долго разглядывает игрушечную дорогу в клубе. И поэтому с таким натурализмом демонстрируется процесс инъекции — видно, в жизни сам режиссёр подобных вещей побаивается, но пытается убедить всех в обратном (в стиле михалковского стихотворения «Прививка»). 

Конечно, Тарантино не так прост. Совершенно подростковая дурь соединяется в «Криминальном чтиве» с немыслимым количеством цитат, аллюзий и намёков на другие фильмы — как правило, на всевозможный древний трэшак, который уже в 1994 году был основательно подзабыт, но на котором вырос сам Тарантино. 

И получается занятный казус: режиссёр снимает совершенно новое необычное кино, ничего, собственно, нового при этом не создавая. Единственная фишка — причудливая хронология повествования — и та оказывается вдохновенным изобретением велосипеда. Дело в том, что за 154 года до «Чтива» такую же оригинальную фабулу разработал… Михаил Юрьевич Лермонтов в романе «Герой нашего времени». Тарантино Лермонтова не читал (бьюсь об заклад!), так что это лишний повод для гордости: мы, русские, сделали это раньше и лучше. 

Впрочем, киноманы девяностых и жюри Канн Лермонтова тоже не читали. И я могу понять, в какой восторг они пришли от фильма Тарантино. Киноманы, потирая руки, разыскивали в «Чтиве» намёки и символы, Никита Михалков рвал и метал (и его вполне можно понять). Появилась надежда, что после «Pulp Fiction» кино уже не сможет быть таким, как раньше. Что режиссёры, увидев, что можно снимать и так, отринут скованность и сделают что-то небывалое. 

И как же они ошиблись! «Криминальное чтиво» оказалось единичной инициативой, принятой за тенденцию. Тарантино остался Тарантино, а кино осталось таким же, каким и было. Мечты рассеялись, а вместе с ними — мираж, дым, фикция. Пусть и напечатанная на рыхлой бумаге.

Общая оценка: Good