Рецензия на фильм «Король говорит! (2010)»
Домашний консерватизм

Боже, храни королей! Ибо никто другой не дает искусству вообще и кинематографу в частности большее количество сюжетов: даже если ограничиться одним десятилетием, то так или иначе каждый представитель монаршего рода окажется достойным отдельного произведения о себе. А уж если брать не абстрактное «десятилетие», а вполне конкретный исторический период между двумя мировыми войнами, то потенциальный автор становится в еще более выгодное положение. Каждая история о той или иной коронованной особе обретает налет трагической предопределенности, неизбежности заката и упадка. Рушатся колониальные империи, отмирает строгость нравов, рядом расцветает фашистский милитаризм — идеальное время для формирования сильных, объемных и противоречивых характеров.

Вот доживающий свой век король Георг V, с недовольной покорностью принимающий новый век и все его технические новшества, непонятную бюрократическую писанину и стремительно уменьшающуюся важность монархии в жизни Британии. Вот его жена — королева Мария, чинно следующая нравам старины и всеми силами старающаяся сохранить целостность семьи в условиях распада династии. Вот их сын Дэвид, совсем не желающий занимать отцовский трон и брать на себя лишнюю ответственность; ведь он без памяти любит замужнюю американку. А вот играет с сестрой малышка, которой суждено стать королевой Елизаветой II — но сначала она должна пережить надвигающуюся войну, дух которой уже витает в тесных коридорах Букингемского дворца.

Британский режиссер Том Хупер, преимущественно работающий на телевидении, с той или иной степенью углубленности коснулся всех вышеописанных сюжетов, однако сконцентрироваться решил на самой обыкновенной, самой традиционной (самой банальной?) истории из всех. «Король Говорит!» — фильм, сделанный в Британии, но совсем не по британским сюжетным канонам — повествует о том, как наследный принц Альберт, страдающий от заикания, вызванного психологическими травмами детства, борется со своим недугом при помощи немногочисленных, но верных и любящих друзей — жены и логопеда-самоучки Лайонела Логга. Все для того, чтобы в 1939 году, уже став королем Георгом VI, он смог найти уверенность в себе и воодушевить на бой с Гитлером верноподданных британцев проникновенной шестиминутной речью в сопровождении как всегда волнующей седьмой симфонии Бетховена. Ей богу, если убрать исторические подробности, сократить число второстепенных сюжетных линий и значительно упростить драматургию, то можно было бы подумать, будто «Король Говорит!» сошел прямиком с сюжетного конвейера студии Disney.

Впрочем, Том Хупер за то и получил номинацию на премию «Оскар», что откровенно слабая история в его исполнении кажется не вторичной, но скорее по-британски консервативной. Есть в ней те забытые современным Голливудом, что оживляют любой сюжетный труп: теплота, мягкость и почти детская искренность. Эту искренность «Король Говорит!» ищет не в королевских дворцах — и тем выгодно себя отличает от многих фильмов про частную жизнь монархов: с первых же минут лента Хупера старается как можно дальше отстраниться от изощренного этикета и королевской возвышенности, постоянно грозящей перерасти в тяжеловесность. Ее не любят сами персонажи на сюжетном уровне — так, король Георг V сетует на то, что необходимость блюсти церемониал на радио низвела его семью до уровня «самых низких существ в мире — актеров», а главный герой в порыве эмоций прямо заявляет о формальности своей власти: «Могу ли я формировать правительство, собирать налоги, объявлять войну? Нет! И, тем не менее, я стою во главе государства. А все почему? Потому что люди верят, что я говорю от их лица».

Подчеркивается довлеющая искусственность королевской жизни и визуально: несколькими недолгими планами Букингемского дворца оператор Дэниел Коэн успевает отметить всю угрожающую массивность английской дворцовой архитектуры, которая как будто поглощает всех, рискнувших зайти в ее тень. В то же время, снимая внутри дворца, Коэн постоянно пытается вызвать ощущение клаустрофобии, представляя обитель принца Альберта скорее тюрьмой из стен, дверей и лестниц, нежели домом, семейным гнездом. Режиссер намеренно сковывает съемочную группу, когда работает в дворцовых интерьерах: ракурсы особым разнообразием не отличаются, ключевой объект всегда находится в центре кадра, а движения персонажей ограничены буквально несколькими метрами пространства.

Тем самым, второе основное место действия — городская квартира логопеда Лайонела Логга — становится отдушиной не только для героев, которым это предписано сюжетом, но и для создателей фильма и, что самое важное, для зрителя. Это — центр искренности, где можно и выпить, и поплакать, и душевно поговорить. Сюда приходят, чтобы знакомится; сюда возвращаются, чтобы мириться. В этой просторной, но скромной каморке из трех комнат со стеклянным потолком в гостиной, горячим чайником на кухне, детской моделькой самолетика под люстрой и потрепанным белым диваном с цветочным узором отчетливо заметен столь необходимый для нормального существования воздух. Объектов в «домашних» эпизодах немного, а потому режиссер и оператор уделяют значительно больше внимания наполненности кадра, экспериментируют с крупностью планов, внутрикадровым монтажом и мизансценами.

Наконец, именно тут в полной мере раскрывается основное достоинство фильма «Король Говорит!» — актерская игра. Да, в большинстве случаев она скорее тяготеет к театральности, но все грехи перевешивает великолепный и очень изящно-исполненный дуэт Колина Ферта и Джеффри Раша, «Берти» и Лайонелла. Хупер выводит их в центр фильма, формирует искренность прежде всего в их взаимоотношениях. Камера любуется ими, постоянно уходит в крупные планы и выхватывает едва уловимые, но точные и важные для создания образа персонажей детали: мимолетный прищур, смещение нижней губы в сторону при разговоре, редкое моргание и практически намертво фиксированную линию бровей. Пожалуй, не стоит в очередной раз говорить о том, как сложно убедительно сыграть заикающегося героя и как хорошо это у Ферта получилось — куда интереснее его широчайший эмоциональный диапазон, когда в рамках одного (причем, вовсе необязательно ключевого!) эпизода актер может от сосредоточенности, скрывающей внутреннее напряжение, пройти через обиду, неуверенность, яркую вспышку злости, смущение и закончить достойной покорностью просьбы. Еще один яркий пример: сцена репетиции финальной речи, когда Ферт одновременно читает текст, заикается, матерится, поет и вальсирует по кабинету. Без лишних слов, феноменальная работа. Честная, естественная и, да, искренняя.

Так, мало-помалу, происходит удивительная метаморфоза. Картина, изначально не претендующая на какие-либо откровения и пользующаяся сверхнеоригинальным сюжетом, неожиданно обнаруживает бездны обаяния. Редко про какой фильм можно сказать, что он доставляет почти физическое удовольствие во время просмотра, но «Король Говорит!» — именно такой фильм. Очарование ленты Хупера сравнимо с очарованием милой домашней традиции чая в пять часов, когда абсолютно точно известно, что и когда произойдет, но все равно приятно. В некоторой степени, это очарование присуще и британской монархии. Не несущей уже никакого практического значения и не влияющей на государство, но достойной, представительной и консервативной. И — в этом экранный король Георг VI, безусловно, прав — она действительно говорит от лица народа.

Общая оценка: Good