Рецензия на фильм «Начало (2010)»
Пиши поперек

- Нарисуй за две минуты лабиринт, из которого я не найду выхода за одну минуту.

Девушка старательно рисует угловатые дорожки, следуя квадратной сетке блокнота… Не то… Слишком просто… Наконец, она переворачивает блокнот, и рисует лабиринт из круговых линий, оторвавшись от декартовой системой координат. Из концентрического лабиринта так просто не выбраться…

Этот эпизод «Начала» как нельзя лучше передает суть того, что делает с современным кинематографом Кристофер Нолан. В то время как коллеги по цеху, старательно высовывая языки, идут «по клеточкам», он, похоже, следует эпиграфу из «451 градуса по Фаренгейту»: «Если тебе дадут линованную бумагу, пиши поперек».

Еще в 1997 году в черно-белой трехминутной короткометражке «Doodlebug», снятой на 16-мм пленку, Нолан использовал идею «вложенных» реальностей. Человек с тапком в руке гоняется по квартире за… собственной миниатюрной копией, в то время как над ним самим нависает гигантский тапок. Красивая идея. А идея, как известно, подобна вирусу — единожды зародившись, развивается, и вот уже в 2010 году Нолан не в первый раз штурмует вершины рейтинга IMDB — «Начало» уверенно входит в первую тройку. Зритель погружается в виртуальный сон… и еще раз… и еще… 

Сама по себе идея сна внутри сна, конечно, не нова — множество ужастиков эксплуатировали идею пробуждения героев от кошмара, оборачивающегося новым страшным сном (см. бесчисленные «Кошмары на улице Вязов»). Вот только сны эти трудно отличить от реальности — отказавшись изображать мир снов, как заведомо нереальный, Нолан создал запутанный лабиринт как для героев, так и для зрителей, пытающихся отыскать те мелкие детали, что выдадут в происходящем сновидение — как чувство дежа-вю подсказывало Нео, что он в Матрице. Но уж если ткань сна рвется, то тут — держись. Как можно забыть кадры с городом, складывающемся пополам, как листок бумаги? Небоскребы обрушиваются в полосу прибоя, как башни из слоновой кости…Тихая парижская улочка взрывается каждым булыжником, каждой вазой, каждой клеточкой… Откуда берутся эти образы? От самого начала. 

Inception — слово-лабиринт, на котором впору сложить оружие переводчику. Это и исток, и точка отсчета, и «внедрение»: жаль, что столь многоуровневое слово в нашем переводе оказалось лишь половинкой от нолановского же «Бэтмен: Начало». Только ставки выше — это уже не просто комикс. «Не ходите на «Начало» — я смотрела, ничего не поняла», — говорит в прямом эфире ведущая популярной радиостанции — и она, скорее всего, не одинока в этом мнении. Фильм требователен к своим зрителям — чтобы понять, почему за секунды в нашем мире во «внутренних слоях» сна проходят года, требуется вспомнить понятие геометрической прогрессии; чтобы оценить финт с ирреальной архитектурой лестничных пролетов, нужно видеть рисунки Морица Корнелиуса Эшера и быть хотя бы отдаленно знакомым с топологией. Каждый, кто видит себя точкой отсчета в бесконечности отражений, должен сам быть готов оказаться лишь одним из элементов бесконечной последовательности отражений… 

Для актеров потеряться в таком авторском лабиринте — проще простого, и честь и хвала им за то, что не теряются — ни мрачный Леонардо Ди Каприо, по челу которого как будто проходит тень былой юношеской славы, когда на почти «титаниковской» лестнице его накрывает гигантская волна, ни Эллен Пейдж, с каждым фильмом превращающаяся из девочки-подростка в героиню нового времени, ни Киллиан Мерфи, чье беспокойное, нервное лицо может оказаться на экране как лицом жертвы, так и маньяка. 

И уже не важно, смогут ли герои разорить мегакорпорацию, внедрив в мозг ее новоиспеченного главы идею о дауншифтинге и «своем пути». Как герои, так и зрители, погружаются в этот сменяющийся калейдоскоп, поезд приближается, реальность дрожит…

10 из 10

Общая оценка: Good