Рецензия на фильм «Красота по-американски (1999)»

В 2000 году на Сэма Мендеса посыпался золотой дождь из статуэток, вызывающее дерзостью кино пришлось по вкусу консервативным академикам. В картине Мендеса про маленького человека, который пошел против всего мира, многие углядели свое собственное, не искаженное бытописание, такой какая она есть на самом деле: злобно, мелочно и правдиво. 

Американский пригород с одинаково кукольными домиками, окруженные рейчатыми заборами в белой краске, бережно ограждающие идеально подстриженные в квадрат газоны, где растут алые розы — символ счастья, благополучия и чистой американской мечты. Осенний воздух будто наэлектризован благополучием, что кажется слышишь эхо надвигающих фанфар беспечной старости и достатка до конца жизни. Но за совершенством притаилось уродство. Уродство внутреннее. Пустота. Одиночество. Лучшее что может случиться за день — это мастурбация во время утреннего душа или в рабочем туалете во время перерыва на ланч. Жизнь превратила душу Лестера Бернема в такую же сухую бумагу, как страницы документов, с которыми он возился четырнадцать лет. Жена Кэрол — истеричная, геморроидальная стерва, дочь Джейн — озлобленный без внимания родителей подросток, всеми фибрами ненавидят Лестера, считая его безнадежным лузером. 

Но все меняется, когда Бернем встречает юную старлетку Анжелу — безмозглую, скучную, похотливую красотку, которую Джейн считает своей лучшей подругой, но первой нужен лишь уродливый фон, где ее красота выделялась бы еще выразительнее. Пиво вновь приобретает вкус, табачная начинка сигарет меняется на марихуану, а вместо унылых арий кастратов рок-музыка из юности. Работа летит по ветру прямиком в проклятые амбразуры ада, мертвый взгляд чахнущего в кризисе средних лет яппи начинает блестеть юношеским максимализмом, каждую секунду жизни жадно ловя лепестки кроваво-красных роз из сорта «American beauty». Лестер спускает в унитаз свою приторно сладкую, жирно упитанную жизнь потребителя, гниющий запах которой так долго не мог почувствовать. Ему снова семнадцать, он влюблен в глупую «American beauty», у него среднестатистическая работа студента-троечника в забегаловке, он волен делать то, что хочет. Но маленькое счастье продлится недолго, ведь если идти одному против системы, найдутся те, которым это не понравится. 

Лестер жил по заранее расписанному сценарию, где невозможно, да и не надо было импровизировать. Работа превратилась в скучный послеобеденный моцион, а семья в вечно ссорящийся, инфантильный, унылый ужин в конце дня, где все заняты лишь калорийной едой. Между ними пропасть поколений и стена непонимания. Вместо того, чтобы обнять несчастливую дочь, родители дают пощечины и читают мораль, а та в ответ инвективе копит злость в своем юном сердце. Когда Лестер влюбляется в Анжелу, пропасть превращается в червоточину времени, а стена в Эверест — он влюбился в американскую красоту, но у роз есть шипы, скрытые под нежными лепестками. Лестер, конечно, знал про них, но опьяненный триумфом пробуждения в жизнь он не заметил, что шипы ядовиты. Красоты губит его, маленький бунт разрушает семью и идеальный, конфетный мир. Но дарит на короткое время вкус к настоящей жизни, которая, казалось, была потеряна за кипой бумаг и утонула в обильной гнили ширпотреба навсегда. 

Согласно штампу, если на стене висит ружье, оно обязательно выстрелит. У Менедса ружье появляется три раза: в самом начале фильма — это слова дочери, мечтающей «вышибить все его дерьмо», у «удовлетворенной» жены, которая чувствует себя сильной взяв в руки пистолет и на стене соседского подростка-шизофреника Рики, по ночам подглядывающего за Джейн. За право на собственную жизнь, близкие Лестера подвергают его остракизму, но засыпанный лепестками роз, он скорее благодарен им, хотя бы за то, что они живут вместе с ним и любят странным садомазохистским чувством. Какими бы они ни были, их семья когда-то была счастлива. Кэрол была счастлива. Он был счастлив. Жизнь не была посвящена вещам и иллюзорным фасадам крайне счастливых вместе супругов. Не жизнь превратила Кэрол и Лестера в вечно угрюмых, нервных и саркастичных узурпаторов, а они сами превратили то что имели в то, что имеют. Лестер отчаянно хватается за красоту, пытаясь вырвать последний кусок, инфицируя окружающих свободой и заново дает почувствовать забытый горько-сладкий привкус счастья. 

У каждого героя есть своя красота, то что они считают идеалом: для Анжелы — это накачанные бицепсы и подтянутые ягодицы, для Кэрол итальянская мебель, обтянутая шелком, для Джейн упругий бюст, лишь Рики, которого все считают психом, имеет странную тягу к красоте не материальной.

Но за красотой порою прячется уродство, а за невзрачностью настоящая фонтанирующая красота. Роскошная мебель истлеет, одежду рано или поздно съест моль, идеальный дом превратится в труху. Но ведь останемся Мы, Наши дети, Старые фотографии и как бы ни банально звучало, Воспоминания о Нас. Самые теплые, нежные и трогательные. 

Так что же такое «Красота по-американски»? Ухоженные дома? Любовь на грани помешательства к буржуазным вещам? Иллюзия счастья? Модельная внешность? Или все-таки гармония души, когда самые обычные вещи кажутся олицетворением идеала, скрывающие в себя совершенство?

Общая оценка: Neutral