Рецензия на фильм «Ведьма (2006)»

      Лично меня этот фильм напугал не на шутку. Тем, что на мгновение померещилось, будто вновь воцарилось раннее постсоветское время, когда пребывала в тотальной разрухе страна в целом и национальная кинематография в частности. Продюсерам, с чистой совестью уверявшим, что их «Ведьма» является первым полноценным отечественным хоррором, неплохо бы знать, что таких «пионеров» на излёте «перестройки» объявилось с добрый десяток. Кто теперь помнит все эти «Дины» и «Пьющие кровь»? Кто не пожелал напрочь забыть, словно кошмарный сон, давившее во время просмотра чувство стыда (вместо страха) за соотечественников, возомнивших себя режиссёрами и сценаристами?! На фоне их ужасных во всех смыслах творений, состряпанных на скорую руку и зачастую — на средства, полученные нелегальным путём, и заокеанская продукция класса «Z» казалась примером высочайшего профессионализма. В случае со свежеиспеченной «Ведьмой» дела, приходится признать, обстоят чуть получше. Теперь — аккурат уровень заокеанских умельцев off-Hollywood, без устали штампующих свои дешёвые по затратам и, кажется, заведомо лишённые художественных достоинств «шедевры».



Олег Фесенко, попытавшись уйти от ответственности, публично открещивался от фильма, заявив (в интервью, показанном телеканалом НТВ в программе «Сегодня. Итоговая программа»): «Если б я снял такое во ВГИКе, мне бы даже не поставили зачёт. Это любительская работа на уровне детского сада». Только вот, если верить просочившейся информации, основной причиной его творческих разногласий с продюсерами, заставивших убрать имя из титров, стало решение последних изменить заключительный, третий эпизод в церкви. Но ведь всё прочее-то — ничем не лучше. Куда там до уровня дипломной работы выпускника ВГИКа! В числе таковых была, допустим, среднеметражка Олега Тепцова, позднее, после досъёмки, выпущенная в кинопрокат под названием «Господин оформитель» /1988/, запомнившись как весьма крепкий образчик отечественного мистического триллера. А что здесь? Хоть бы один эпизод (да что там — кадр), который б оправдал пущенные на ветер $2,5 млн.!..



В первую очередь откровенно раздражает тот факт, что «Ведьма» сразу снималась на английском языке и лишь затем — была дублирована на русский. До самого финала (как и при просмотре столь же бездарного боевика «Зеркальные войны. Отражение первое» /2005/, где, по странному стечению обстоятельств, именно Валерий Николаев сыграл одну из заметных ролей, лётчика-испытателя Бориса Корина) не покидает стойкое ощущение, что авторы не заметили откровенный брак в процессе записи диалогов, которое почему-то не возникает в случае с переозвученными иностранными лентами. Мистика, не иначе… Причём нечто подобное вполне можно распространить и на все прочие составляющие фильма. Скажем, на игру актёров. Из Евгении Крюковой, истово старающейся казаться таинственной и вместе с тем пугающей до глубины души, такая же ведьма, как из Валерия Николаева — священник. Пусть даже — являющийся на самом деле специализирующимся на «сверхъестественных» репортажах журналистом некоего гламурного издания, публикующего светские сплетни, который всего-навсего надел рясу святого отца. Да и все прочие персонажи, будь то обыватели заштатного американского городка или люди местного шерифа, производят впечатление ряженых. Если это бросается в глаза здесь, то где уж там — надеяться, что фильмом заинтересуется заокеанская публика! Разве для того, чтобы вдосталь поглумиться. Ничуть не более убедительна натура (между прочим, эстонская, то есть ныне — почти вражеская) и эклектичные, непродуманные декорации. Одним словом, фальшь во всём — от и до. Впрочем, и этого мало. В довершение всего прочего с превеликим удивлением обнаруживаешь амбициозное желание режиссёра показать себя… утончённым эстетом. Или по крайней мере знатоком если не всего мирового кинематографа, то уж фильмов ужаса — точно. Эпизод, когда Айвэн, получив дозволение у хозяйки укрыться от ливня, мирно принимает ванну, снят по подобию японских хорроров, столь влиятельных в последнее время. В наличии даже непременные длинные волосы ведьмы, исчезающие в никуда после того, как гостю удаётся утопить колдунью в ванной. И как не вспомнить красивые визуальные эффекты в сцене, где начерченный мелом на полу церкви круг даёт брешь в тот момент, когда растекается бренди? И сложные перемещения камеры, позволившие поупражняться во внутрикадровом монтаже. Оптимисты наверняка заявят, что некий потенциал у фильма был. В таком случае вину можно свалить на православную церковь, от представителя которой Крюкова, как уверяла, получила официальное благословение: тем самым батюшка, похоже, спутал кинематографистам все карты.



Если же говорить серьёзно, то после «Ведьмы» упрёки, что некогда предъявлялись самому Никите Михалкову (в связи с его «Очами чёрными» /1987/, вольной экранизацией нескольких рассказов Антона Павловича Чехова, снятой на иностранные (итальянские) деньги и предназначавшейся в первую очередь именно для западных зрителей), покажутся крайне несправедливыми. Вот где — истинное «Гоголь за валюту» (вместо, соответственно, Чехова) и «русское на экспорт»! Здесь не только «Вий» /1967/ Григория Кропачёва и Константина Ершова (а это была, как ни забавно, именно дипломная работа двух выпускников ВКСР), который пользовался солидным зрительским успехом и был недавно фактически открыт на Западе как редкий, но удачный пример хоррора по-советски, покажется шедевром. Но и у маэстро giallo Марио Бавы в его вольной интерпретации под названием «Маска демона» /1960/, которая неизвестна редкому почитателю жанра, обнаружишь тонкое постижение глубинного ужаса, таящегося в «загадочной русской душе». Несравненно более тонкое, нежели в новой версии, «русифицированной» лишь слегка. В полном соответствии с исковерканными (Айвэн Беркофф как прозрачный намёк на некоего Ивана Беркова) паспортными данными главного героя.



1 из 10
      

Общая оценка: Bad