Рецензия на фильм «Бойцовский клуб (1999)»
История рабов в белых воротничках

Американский кинорежиссер Дэвид Эндрю Лео Финчер и «Бойцовский клуб» Паланика нашли друг друга не сразу: первый прошел сквозь неудачу «Чужого 3» и успех «Семь», а роман, возмутительный назло читателю, сразу получил положительные отзывы и первые премии. Голливуд сразу обратил внимание на яркую новинку и уже в 1999 году мир получил фильм, обретший после славу культового, — «Бойцовский клуб».

Впрочем, на первых порах лента понравилась далеко не всем: Финчер стал эдаким Прометеем, что подарил людям «огонь», а те, в лице американских кинокритиков, отвергли его, узрев в ленте пропаганду насилия и вандализма. Как результат — прокат в США закончился провалом, компенсированным лишь мировыми сборами. Настоящая слава пришла к создателям и исполнителям после выхода фильма на DVD. Сотни миллионов людей услышали со своих экранов «Добро пожаловать в бойцовский клуб».

По правде, та творцы фильма порядком рисковали, неся в массы столь альтернативную мысль с широких экранов: тысячи бойцовских клубов, что были открыты по всему миру, толпы поклонников, разбивавших друг другу лица, уподобляясь главным героям — все это ожидаемая реакция на американский триллер. Но Финчер не стал лишать фильм всех прелестей одноименной книги в угоду людям с несформировавшейся жизненной позицией, а полностью воплотил в «Бойцовском клубе» все положения «манифеста злых молодых людей нового поколения». На пороге нового тысячелетия (как бы громко не звучало) человечество получило историю о двойственности человеческого сознания и новом взгляде на жизнь, отличном от нашего.

Идея картины идеально передает состояние каждого человека в этом мире: мы живем, работаем, тратим деньги, совершенствуемся, но всегда у нас перед глазами идеальный образ, что по индивидуальным причинам недосягаем. Главный герой (Эдвард Нортон) предстает точно таким же, к тому же он страдает бессонницей и находит отдушину от ядовитого мира в группах терапии. Он ничем не болеет, ему не умирать через неделю, но люди его слушают как в последний раз — а больше ничего и не нужно. Его личность характеризуется не поступками, а обставленным интерьером и брендами сорочек, он одинок и не может жениться, а его кондоминиум — оплот всего насущного. В Рассказчике (его имя скрыто от зрителя до самого конца) каждый видит что-то от себя, но не признается в этом — себе или другим, не важно. 

Его противоположность, Тайлер Дерден (Брэд Питт), — тот самый идеальный образ Рассказчика, лишенный комплексов и обязательств, свободный во всех смыслах человек, которому чуждо самосовершенствование ввиду ненадобности в нем. Тайлер иначе смотрит на мир: ему ничего не стоит вклеить порнографический кадр в детский фильм в кинотеатре, он может справить нужду в одно из блюд, работая в ресторане, а драка для него — способ познать себя. Он «отвергает постулат о ценности материального имущества», зарабатывая продажей мыла, кустарно изготовленного, а эрудированность для него — пустой звук. Нет, Дерден умен, но все его знания столь же специализированы, как у Шерлоха Холмса. В разговоре с Рассказчиком он интересуется, знает ли что такое дювэ (фр.). Тот отвечает «плед,, одеяло». Это верно, говорит Тайлер, но задает вполне закономерный вопрос: «Ну зачем таким как мы знать, что такое дювэ? Это что — необходимо для выживания, как умение добывать пищу?». Теория Дердена на фоне драк и масштабных замыслов по возвращению мира к истокам видится не такой уж и абсурдной, в каждом рассуждении, монологе или диалоге есть свое рациональное зерно, найденное среди идеологической шелухи Палаником и умело переданное Финчером посредством кинопленки. 

Слоган фильма «Интриги. Хаос. Мыло» выбран неспроста. Герои производят мыло, «критерий цивилизованности», как сказал бы Тайлер. Он же поведает, что «первое мыло изготовлено из праха героев», а потому Рассказчик и Тайлер добровольно «сжигают» в себе все слабости, дабы сделать из собственного «праха» мыло и смыть всю ту мелочность и интриги, что свойственны многим, а вместо них подарить миру «организованный хаос». В этом весь «Бойцовский клуб». 

Отношение героев к жизни (Рассказчик принял идеологию Тайлера) подойдет далеко не всем, ибо оно подразумевает отречение от всех стереотипов и благ в пользу свободы действий и мысли. К тому же герои одиноки («мы из поколения мужчин, воспитанных женщинами — поможет ли другая женщина в решении наших проблем?»), а значит несут ответственность лишь за себя; в нашей реальности таких людей немного, да и они едва ли согласятся пройти путь Тайлера, найти истинное применение своему потенциалу, руководствуясь аксиомой «Лишь утратив все, мы обретаем свободу». Но фильм и не содержит в себе призывов, «Бойцовский клуб» — это альтернативная версия нашего существования, лишенная запретов и сомнений, вызов современному видению мира, «террористический акт» в сознании зрителя. 

Критики правы в том, что основная публика «Бойцовского клуба» — молодое поколение, в котором кипит энергия и формируется сознание, что призвано эту энергию направить в определенное русло. А потому создание бойцовских клубов фанатами фильма, их жажда к свободе и решению проблем путем участия в кулачном бое — своеобразное восприятие смысла фильма определенной частью аудитории, впечатленной внешней стороной повествования. Другие сосредоточились на содержательной составляющей «Бойцовского клуба», найдя ее близкой для себя. Как бы то ни было, фильм стал культовым. За этой характеристикой стоит влияние, что он оказывает на восхищенного зрителя, те изменения, что происходят в его сознании в процессе осмысления позиции героев. Я вырос на идеях этого фильма, это мой отец посоветовал его мне, а я предложу его своему сыну, ведь это мужской фильм во всем, начиная от вступления и заканчивая саундтреками. Каждый видит его по-своему, но слова Тайлера звучат для всех одинаково — «Добро пожаловать в Бойцовский клуб». 

10 из 10

Общая оценка: Good