Рецензия на фильм «Список Шиндлера (1993)»

Вчера по НТВ показывали «Список Шиндлера» Стивена Спилберга. Я уже видела этот фильм и почему-то считала, что досмотрела до конца. Но видимо это не так, ведь вряд ли существует вторая версия, которая минут на двадцать длиннее. Но, честное слово, лучше бы она была! Раньше мне нравилась картина, я понимала, за что она получила столько наград. Теперь же не понимаю. Ведь к концу фильм становится совершенно недостоверным! 

Если бы он заканчивался на возвращении женщин из Освенцима (мне казалось, что так и есть), то вопросов не было бы. Потому что до этого момента веришь в эту историю, она понятна, выверена. Всё кажется довольно достоверным, чёрно-белая плёнка создает ощущение документальности, как и прекрасные декорации, труд художников по костюмам, гримёров. Мне нравятся эти спилберговские детали, объясняющие ход сюжета. 

Девочка в красном пальто, которая должна отметиться в сознании зрителя, чтобы он понял, что чувствовал Шиндлер, глядя на неё с холма, какой именно момент перевернул его сознание. Не вид массовых расстрелов, а именно маленький ребёнок в красном пальто, выделяющийся на фоне остальной толпы. 

Рассуждения евреек в бараке концлагеря, что немцы не будут их убивать, так как им нужна рабочая сила. Даже находясь в таких условиях, потеряв почти всё, они так и не хотели верить, что это истребление, а не завоевание. 

Мне нравится, как играет Лиам Нисон, но только до определённого момента. Завораживает Ральф Файнс, умеющий играть совершенно бесчеловечных и одновременно слабых людей. Хотя, Файнс, пожалует, может сыграть кого угодно, если дать ему возможность. 

Кстати, с его героем связаны несколько самых «вкусных» моментов фильма, показывающих насколько легко и невесомо понятие «человечность», как просто перестать быть человеком и не заметить этого никогда. 

Когда Амон Гот поутру стреляет в людей, а его подружка злится… из-за того, что звуки выстрелов не дают ей поспать и обзывает его избалованным ребёнком. Когда, играя в прощение и упиваясь сознанием собственной «доброты» Гот отпускает парня не сумевшего отмыть его ванну, а потом, обнаружив, что чуть запачкал пальцы, расстреливает того с балкона. Сцена с монологом перед испуганной обнаженной женщиной, которую он избивает из-за страха перед собственной похотью. 

Разве может не тронуть сцена, когда женщин в Освенциме загоняют в душевую, где внезапно гаснет свет, и они понимают, что эта самая газовая камера, в существование которой так не хотелось верить? Но потом с потолка начинает литься вода… Спилбергу удалось воплотить на экране Счастье, возвращение Веры, Надежды. 

Оправданной надежды, ведь этим женщинам всё же удалось выбраться из концлагеря и выжить. И вот как раз об этом возвращении я писала в начале, на этом моменте нужно было завершить фильм. Дать титры, поясняющие, чем закончилась история, какова была дальнейшая судьба Оскара Шиндлера (который, кстати, умер в нищете). И всё! Нужно уметь вовремя остановится, если хочешь создать шедевр. Спилбергу это не удалось или же он снимал историю совсем не о Шиндлере, а о трагизме судьбы еврейского народа. Но в отличие от Полански, создавшем почти камерного «Пианиста», Спилбергу всегда нужен размах эпического полотна. И началась голливудская драма под соусом Стивена. 

Шиндлер, вдруг, становится практически ангелом, даже чуть больше. Он и так уже вершит судьбы, спасает и карает. Но ведь пресловутого списка для того, чтобы показать победу духа мало! Добра ведь много не бывает, верно? Поэтому Шиндлер на своём заводе, вдруг, запрещает производить пригодные снаряды, рискуя жизнями спасённых евреев. Ему об этом тактично напоминает правоверный бухгалтер и Шиндлер принимает решение покупать снаряды для комиссии, лишь бы завод не закрыли. Потом напоминает раввину-станковщику, что уж солнце садится и пора готовится к Шабату! Как, мол, не стыдно? Работаете и работаете! 

Что же это? Что происходит на экране? Нарастание добра в душе Шиндлера? От спасения управляющего до роли святого на отдельно взятом заводе? Я не вижу причин этого перехода! Не понимаю, когда же в герое произошёл очередной перелом, приведший к такой благости. Но это ещё не всё! Спилбергу всё мало, поэтому уже ближе к концу он заставляет хорошего актёра Нисона очень плохо играть в сцене истерики и самобичевания Шиндлера. Потому что хорошо сыграть в такой недостоверной сцене невозможно! Страдания Шиндлера над значком, который можно было бы обменять на ещё одного еврея, не заслуживают критики в принципе. Это настолько недостоверно, глупо и пафосно, что даже неловко было смотреть. 

Ах да, до этого ещё спасённые, в качестве благодарности, переплавляют коронку одного еврея в кольцо для Шиндлера. И кажется, что по экрану красной нитью проходит: «Они отдали ему самое дорогое!». Тьфу! Мне сразу вспомнилась сцена в «Южном парке», когда Картман не выпускает Кайла из горящего дома, требуя сначала отдать золото, которое все евреи носят в мешочке на шее. И таки оказывается, что у Кайла такой мешочек есть! 

Вот, казалось бы, что на этом точно надо остановиться. Война закончилась, евреи живы, Шиндлер уехал. Слава Богу! Конец, да? Фигушки! Ведь не зря Шиндлер перед отъездом произносил проникновенную речь о том, что страдания еврейского народа не останутся не замеченными и отзовутся во всём мире. 

Приятно, что добрую весть сидящим на голой земле «евреям Шиндлера» приносит богатырь-красноармеец на лошадке. Почему-то один, но с кучей орденов на груди. Он и сообщает, что война кончилась и они свободны. И тут у красноармейца с правоверным бухгалтером происходит прекрасный диалог, который я постараюсь воспроизвести: 

- Вы свободны! В город вошла Красная Армия!
- А вы были в Польше?
- Конечно, я только что из Польши!
- А там евреи ещё остались?
-. ..
- А что нам теперь делать? Где брать еду? 
- На восток я вам идти не советую, там вас ждут трудности. Да и на запад тоже… А вон там, что за городок? 

Иерусалим, конечно, ёлки-иголки! 

И ради чего я всё это писала? Да просто хотелось пожаловаться, что вроде бы хороший фильм оказался совсем не о том и не про то, что кажется. Но это только мне кажется, наверное. Те, кому надо, всё поняли правильно. Возможно, большинство американцев искренне поверило, что в Кракове жили одни евреи (поляки, наверное, второе название нации). Да и пострадал в ВОВ тоже только еврейский народ. Ведь про миллионы убитых славян, китайцев, индийцев, например, Спилберг кино не снимал и про трагедию своего народа они каждый день не вспоминают. Значит, можно считать, что их как бы и не было.

Общая оценка: Neutral