Рецензия на фильм «Темный рыцарь (2008)»
В поисках улыбки.

Порядок и хаос — две главные составляющие равно как Вселенной, так и нашей планеты. В порядке явно впереди выступает такое полезное свойство, как практичность. Кинематограф проявляет с этой точки зрения весьма нездоровую и странную позицию, потому что никто так не практичен в фильмах, как убийца, и примеров тому великое множество. Ганнибал Лектор, Джон Крамер, Антон Чигур — все так или иначе отличаются, но их объединяют только им ведомые принципы, которым они слепо повинуются, они своего рода отрегулированные механизмы, не знающие жалости. Хорошо, если эти персонажи так и оставались бы только в фильмах, но на поверку, увы, все мы потихоньку превращаемся в них, пусть никого и не убиваем. И продюсеры, и зрители стали двумя сторонами одной предательской монетки: и те, и другие желают выигрышный билетик — зачем тратить силы на то, что им не выгодно? Обычная толпа жаждет зрелищ, индивидуалисты — эстетство и всё в таком духе, а продюсеры, понятное дело, алчут в ожидании роста капитала. Начинается спектакль. Какой-то, с подачи продюсеров, блокбастер раскручивается до уровня чуть ли не «философской драмы», а тут ещё один из актёров умирает, средства на пиар со спокойной совестью можно приберечь для следующего случая, благо ЖЖ — этот коллективный крысятник, состоящий из «экспертов», — и без того раструбит на весь свет о гибели актёра и прорекламирует «последний фильм с его участием», каким бы этот фильм ни был (желательнее, конечно, чтобы массовым, а не чьим-то там «воображариумом»). Что бы ни случилось в дальнейшем, будущее предопределено с точностью до секунды: поклонники умершего актёра сразу же атакуют крупнейший в мире киносайт IMDB — и фильм уже на первой строчке субъективного пьедестала, обгоняя и творение Копполы, и картину Кубрика, всех своих «конкурентов». Поток хлынувших к магнатам зрительских денег исчисляется, разумеется, миллионами, еле не достигнув уровня 1997 года, когда в прокате лидировал кэмероновский «Титаник». Независимо от истинности игры умершего актёра, зрители (в первую очередь, поклонницы) будут её расхваливать и превозносить до небес. В экстазе восхищённом последует закономерный для этих зрителей вывод: актёру нужно дать высшую награду в мире кино. А какую награду народ давно уже почитает, как высшую кинематографическую? Правильно, «Оскар» — хотя премия эта национальная, сугубо американская, но по-прежнему, из-за мощнейшего влияния Голливуда, в сознании она предпочтительнее остальных. А до провозглашения фильма (экранизации комикса) «шедевром на все времена» совсем недолго. И если продюсерам это необходимо понятно, по каким причинам, то зрителям из-за зрелищности да чтобы потрепаться в лишний раз в своём любимом ЖЖ или по родной аське о том, что, ух ты, актёр-то получил-таки посмертно «Оскар», а фильм огрёб кучу статуэток, хотя этот сопливый «Титаник» так и не обогнал по количеству наград и бла-бла-бла.

Задачка о двух паромах Джокера решается и в реальном мире: на первом пароме — добропорядочные граждане, с детства знающие себе и другим цену, это те граждане, что не бросаются на яркое и блестящее, а аккуратно в себе развивают стремление к самосовершенствованию; на втором пароме — представители так называемой толпы, то и дело завывающей восторженно при появлении каждого «блохбастера», и оттого людям с первого парома таки кажется, что на втором пароме собрались «плохие», они уже в мыслях этих вторых заковали в ярлыки, и не хотят с ними считаться, как с равными. Эту задачку им предложили братья Кристофер и Джонатан Ноланы, сценаристы «Тёмного Рыцаря», угрожая взорвать либо один, либо оба парома. И думается, в отличие от фильма, в реальном мире в яростной битве взорвутся оба парома, так как пропасть между первыми и вторыми слишком уж велика для благополучного мира. Практичность первых бесит хаотических вторых, перед вами разворачивается незримая третья мировая война, в которой исход один — смерть. Не физическая, нет-нет, а моральная, когда первые постепенно угасают, а вторые в восторге пресыщаются зрелищами. Так умирает сейчас Запад, так умрёт Восток. Отрегулированные жители Запада падут раньше, но беснующиеся обыватели Востока в этом смысле гибнуть будут дольше. Кинематограф подарил нам безупречный во всех отношениях хэппи-энд, но братья Ноланы не соглашаются на этот хэппи-энд, они видят то же, что и Кормак МакКарти, и братья Коэны — в близком будущем беспросветный мрак. Мрак, ибо Бэтмен уже не супергерой, а Джокер — не суперзлодей. Герои эти — две стороны предательской монетки, которой так жаждут продюсеры, и которой так охотно делятся наши уважаемые зрители. Мрак, ибо по инерции фильмы уже перестанут иметь окончания, а только — продолжения, утопая в бесчисленных сиквелах, триквелах и квадрологиях.

Я люблю Запад. Поэтому надеваю на лицо намертво приклеивающуюся маску, улыбаюсь и сначала произношу: «У меня всё ОК», хотя проблем хватает до потолка. Я обязан быть практичным, срывать выигрышный билетик, в данном случае — рейтинговую рецензию, оттого я должен всех умаслить и заключить, что «Тёмный Рыцарь» — хороший фильм, Хит Леджер достоин «Оскара» за роль второго плана, можете смело шагать в кинотеатр, ведь время зря вы не потратите, как и свои кровные деньжата. Где-то в глубине моей души джокер робко прошепчет — «Why so serious?», но будет поздно — Хит Леджер умер, оставив своего Джокера. Персонаж живёт, а мёртвые с того света не возвращаются. Кинематограф теперь не кинематограф, и зрители теперь не зрители. Бёртон снимает чужой мюзикл, братья Коэны получают награды за экранизацию не своего романа, а Линч давно понял, что все мы пребываем в бергмановском сне, глядя на свой же гроб.

Солнечный луч прорезается в самый последний момент, потому что у каждого из нас, слава кому-то там на небе, есть друг или друзья. Их смех, их улыбка, их рассказы способны поднять с мрачной глубины и вас, и меня — воскресив настоящий дух в человеческой оболочке, уничтожить нотки цинизма. И тогда задачка о двух паромах решается просто, в голове стоит появиться мысли «А вдруг на другом пароме есть кто-то, кто мне дорог?». Несчастен Бэтмен, как и несчастен Джокер — одинокие комиксовой своей Вселенной. Одинокие. Как бы ни прятался первый под маской, а второй — под впечатляющим монологом о хаосе и порядке, оба они одиноки, и это видно сквозь маску, сквозь шрамы… Мёртвые с того света не возвращаются, но остаются живые: после Хита Леджера — его дочь, которая в странном, странном мире находится. Надежда есть, если обретутся друзья. Возможно, об этом фильм Нолана — о том, что не всё потеряно в этом странном, странном мире.

Посвящается: замечательному другу — Котище, с признательностью.

Общая оценка: Neutral