Рецензия на фильм «Хористы (2004)»

Самое сильное чувство, которое испытываешь сегодня после очередного киносеанса, это некоторое замешательство. Все вроде бы вам показали: профессиональный монтаж, умелую операторскую работу, первоклассные спецэффекты, бессонные ночи художников по костюмам и декораторов, сливки актерского общества, пару-тройку душещипательных сцен. А если вдруг захочется посмотреть титры, так все равно до конца не досидишь — какое немыслимое количество людей трудится на благо одного фильма. Их просто тысячи! Умом это все понимаешь, но, вот поди ж ты, наплевать тебе на это. Кусок пленки стоимостью в несколько миллионов долларов так и остается куском пленки. И полюбить себя он нас не заставит. Вот и встаешь каждый раз с кресла с пониманием грандиозности явленного зрелища, но со смутным ощущением незаполненности эмоциональной ниши, которую мы бережем для каждого общения с произведением искусства.

На фильм «Хористы» можно смотреть с двух точек зрения: рациональной и иррациональной. Рациональное объяснение на удивление простое и не поднимающее фильм выше среднего уровня, который был определен великим множеством картин до него и, несомненно, будет определяться после. Но не будем спешить. 

Вспомним сначала дедушку Толстого и его идею о непротивлении злу насилием, суть которой знает каждый со школьной скамьи. «Хористы» выдвигают данный тезис чуть ли не с первых кадров, обозначив его коротко и ясно — «акция — реакция». Под первым понимается любой противоправный акт, под вторым — карцер, любовно построенный директором интерната Рошеном. Зло будет неизменно порождать зло, а насилие приведет к еще большему насилию. Так или иначе ситуацию это не исправит, а вот проблему может усугубить. 

Отсюда вытекает вопрос: как же с этим бороться, как не насильственными методами? Шестьдесят обитателей интерната отнюдь не пай-мальчики, да и розыгрыши их травмоопасны и тянут не просто на мелкое хулиганство. И здесь режиссеры, как истинные гуманисты, выдвигают идею воспитания искусством как высшей формой человеческой деятельности, отличающей нас от обезьяны. Формируя такой неподвластный нашему разуму и эфемерный элемент сущности человека как душа, воспитатель научит трудных подростков на интуитивном уровне выбирать между добром и злом и нести ответственность за свои поступки. И карцер, увы, здесь не решение. Что они вынесут из такого наказания? Люди жестокие и бессердечные, и поэтому, чтобы выжить в этом мире, нужно закалять свое сердце до такой степени, что его уже ничто не растопит.

Но как пели Incubus: «Not everyone here is that fucked up and cold». В учебном заведении появляется Он, Человек с большой буквы, безымянный герой, обаятельный лысый мужчина средних лет, будь то Жерар Жюньо или Денни де Вито, продвигавший в массы Шекспира в фильме «Человек эпохи Возрождения». У Жерара Жюньо персонаж получился куда более трагическим. Этот герой — на обочине жизни, он никогда не будет ни привлекательным для женщин, ни достаточно талантливым или удачливым, чтобы выйти в люди самому или хотя бы понять свое призвание. К сожалению, что так очевидно для нас, зрителей, то так же неочевидно и для него: свой вывод он делает в конце дневника, и никогда еще мнение человека о себе так сильно не противоречило действительности.

Дальше дело стоит за малым. В копилке у режиссера мощная центральная идея, далекие от картонности герои, подкрепленные соответствующим кастингом, тот или иной жанр искусства, служащий катализатором изменений — и фильм можно запускать в производство. И «Хористы» разыгрывают этот сценарий как по нотам. Что отличает этот фильм от других — это сказочный и неземной саундтрек, который и в отрыве от фильма сам по себе является маленьким шедевром. Такова техническая сторона вопроса, которая доминирует сразу после просмотра. Но вот здесь начинается самое интересное — иррациональное. Или, как говорят, магия кино.

Как бы ни хотелось причислить «Хористов» к еще одному фильму про перевоспитание подростков, сделать это не получится. Потому как на следующий день его безумно и неудержимо хочется пересмотреть еще раз. «Хористы» как хорошие духи: сердце аромата раскроется только спустя некоторое время. И вот тут и понимаешь самое главное: фильм заставил вас полюбить свою историю. И как всякий влюбленный человек, зритель никогда не сможет сказать, за что именно. Все составляющие кино сложились воедино и высекли искру, которая и заполнит ту самую эмоциональную нишу. 

Может быть, все дело в актерах, которые не просто пришли играть, но жить и петь перед камерой без всякой фальши, а может, в каких-то неуловимых поворотах сюжета, которые задели за живое. И если сделать так, чтобы мы полюбили несуществующий мир на экране и его обитателей, — наипервейшая задача каждого режиссера, то ответ на вопрос, почему зрители любят тот или иной фильм, заслуживал бы Нобелевскую премию.

Общая оценка: Neutral