Рецензия на фильм «Счастливое число Слевина (2005)»
The wrong man.

Все беды приходят из-за незнания. 

Вот не знал Слевин, как к его хорошему другу относится местная мафия, и попал под раздачу — теперь придётся за друга нехилые деньги возвращать. Вот не знал Слевин, что, можно сказать, из-за его хорошего друга его ограбят, оставив без кошелька — нелегалом стал без документов. Не знал он, что полицейские в городе сильно теперь из-за него нервничают, потому что он — инкогнито и ничего о нём неизвестно, опять же неприятности. В итоге имеем неоднократно сломанный нос.

Одной бедой больше, одной меньше…

А собственно, если разобраться, то в чём виноват бедный парнишка Слевин? Только в том, что он — не Ник, его хороший друг. Буквальная несправедливость. Что теперь, лицо менять? И ведь люди такие странные, что сами Ника не знают в лицо, а на Слевина с радостью бочку катят. Это несправедливо! Хотя, когда это мафия думала о человеческих личностях? Для них, простой человек — шму. Вы знаете историю шму? Шму — это такие симпатичные существа. Они несли яйца, давали молоко и каждый раз просто умирали от восторга, когда их собирались съесть. Шму с радостью приобретали вкус того, что именно вам хотелось в данный момент. Из их шкурки получалась первоклассная кожа для сапог. Даже из усов шму выходили отличные зубочистки. По сути, шму давали миру все, что было нужно. Каждый должник для мафии — шму. Потому что они должны. А значит в их же интересах предоставить мафии то, что им нужно, чтобы в один прекрасный момент смерть не стала для них лучшим вариантом…

Словно две половинки от одного яблока, разделён мир Нью-Йорка на влияние двух мафиозных авторитетов. И уже никогда соединения не намечается, потому что на местах среза яблоко уже довольно хорошо подгнило. Остаётся лишь бросать случайные взгляды на самые высшие этажи двух небоскрёбов, стоящих рядом друг напротив друга через дорогу. И представлять себе, как из лобовых окон, сделанных из пуленепробиваемого стекла, друг на друга смотрят два старых друга и боятся того, что может сделать один из них с другим. Они тоже не знают. Они знают друг друга ровно настолько, насколько они позволили друг другу знать себя. А это уже говорит о страхе. О страхе перед неизвестностью…

В их страхах Слевин предстаёт лишь связующим звеном. Человеком, который должен обоим, и каждый от него хочет своего. Но самое страшное их заблуждение состоит в том, что по определению Слевина они должны бояться гораздо больше, даже чем друг друга. Потому что Слевин — это кот в мешке. 

Кстати, это очень хорошо, что я заговорил о котах. Потому что здесь на лицо не только противостояние двух половинок, но и совершенно разных существ, которым буквально на роду написано враждовать, как кошкам и собакам. И ходит там по небоскрёбам один Добрый Кот. Как настоящий кот, он гуляет в обоих дворах, и ничего ему за это не делают. Потому что его все знают, все уважают и боятся. И потому он добрый, потому что не убивает просто так, а только за деньги. И ходит он, словно тень, за Слевином. Очень такая добрая тень, которая всё время твердит, что собирается кого-то убить. 

Добрый Кот есть другое связующее звено между двумя боссами криминального Нью-Йорка. О нём охота поговорить побольше, потому что более интересного персонажа здесь нет. Он похож на Слевина и одновременно является его полной противоположностью, потому что, как и Слевин, он работает на обоих боссов, но отличие его в том, что он абсолютно им известен. И неизвестен этим. Слевин же неизвестен боссам, но они считают, что знают парня.

Как таких персонажей можно грамотно воплотить перед камерой? Спросите у Брюса Уиллиса и Джоша Хартнетта. Честно говоря, Счастливое Число Слевина — не такой фильм, в котором игра актёров должна поражать внешне. Нет. Здесь важны фразы. Здесь важны интонации. Здесь важна психология. И фильм вовсе не принуждает к тяжеловесным мыслительным процессам. История Слевина интересна тем, что не важно, где в ней подвох, а где искренность, не важна лукавость и неприкрытое враньё, потому что Счастливое Число Слевина — типичный криминальный фильм с нетипичной для криминала, но достаточно типичной для фильмов того года и чуть ранее интересной концовочкой. 

Достаточно тихий, но очень изворотливый сюжет обходится без особой жестокости, лишь вначале немного заставляя поморщиться от вида искалеченного отца одного семейства. Однако эта тихость вполне может погубить впечатление о фильме, потому что у среднего зрителя невольно просыпается зевота от недостатка действия. Недостаток действия компенсирован загадками, немного неудобными каламбурами и простой, но очень трудно понимаемой в одиночестве, философией.

Этот фильм обладает какой-то непонятной особенностью, чувством непосредственного участия. Такой эффект невозможно задумать заранее. Он появляется лишь в финальном монтаже. Слишком громкие выстрелы пистолетов, еле разбираемый шёпот, почти полное мнимое отсутствие музыки как части действия. Всё как в жизни. Но так же и нет ощущения, словно ходишь за Слевином по пятам. Ощущение, словно видишь сон с собой в главной роли. И мораль, легенда, как это обычно бывает в целостных снах, понятна подсознательно. 

Музыкальный ряд здесь не что иное, как ритм жизни. Он такой простой, не цепляющий, но и не отталкивающий, почти незаметный во время просмотра. Как 25-ый кадр, саундтрек от Джошуа Ральфа, медленно играет эмоциями зрителя, пытаясь намекнуть разуму, что надо бы чувствовать в данный момент. 

После просмотра в основном все вспомнят красивую неожиданную концовку. Так сказать, желание удовлетворить в себе детектива. А ещё, возможно, будут вспоминать лёгкие ироничные ситуации, в которые попадал лишь главный герой Слевин. Ну и, конечно же, уже почти легендарная песня «Kansas City Shuffle», ставшая гимном фильма. После того как в титрах заиграет эта песня, на лице появится тонкая, понимающая и жизнеутверждающая улыбка, а в голове появится желание сделать что-нибудь умное и хитрое. 

Одинокая и длинная серая дорога казалась издалека непривычно тонкой. И чуть удаляясь от города, она раздваивалась на два таких же тонких ручейка асфальтированной дороги. По этой дороге едет машина и вот-вот доберётся до развилки. Куда же она свернёт? Всё зависит от того, куда мы смотрим и о чём думаем. Иначе не было бы никакого Канзас Сити Шафл…

Общая оценка: Good