Рецензия на фильм «Баллада о солдате (1959)»
Отзыв с горячим сердцем и бюрократическими заголовками

Будут плыть в небе радуги,
Будет мир, будут праздники,
И шагнут внуки-правнуки
Дальше нас. 
(Р. Рождественский)


1. Поверхностный взгляд.

Что же такого выдающегося в фильме «Баллада о солдате»? Нет в ней батальных боевых действий. Нет страшных картин передовой линии фронта. Рассказанная в фильме история совсем простенькая, и не блещет изгибами и поворотами сюжета. Во общем нет многих оригинальных решений, которые применяют режиссёры, сценаристы, операторы, актёры — все те люди, создающие кино. Но есть у этого фильма две особенности, сделавшие его неотъемлемой частью русской и советской истории и культуры, частью быта и жизни наших людей.

2. Особенность первая.

В 1959 году, когда советский зритель увидел «Балладу о солдате», минуло уже почти пятнадцать лет с той поры, как отгремела Великая Отечественная война. И людям, подарившим всему человечеству великую Победу, даже самым молодым, было далеко за тридцать, а их родителям — и того больше. Поседели от возраста многие полководцы — прославленные и не очень — маршалы и генералы, многие из которых занимали уже не военные, а хозяйственные и политические посты. и даже дети полков повзрослели и поступили в разные учебные заведения. И почти все здания и сооружения, разрушенные или исковерканные войной, были восстановлены. Вспахивались и засеивались колхозные поля. Развернулись новые стройки, а счастливые советские люди въезжали в новые квартиры пятиэтажек. И казалось война и горе принесённую ею забылись. Но…

Но бывшие солдаты всё еще ходили в атаку по ночам. И те, кто вернулся в родной дом без ног или с другими увечьями, всё не могли свыкнуться с этим. Многие стали спиваться, а кто-то даже покончил с собой. Поседевшие матери ещё ходили на полустанки и дороги встречать поезда, автобусы и просто попутки, которые привезут им их любимых детей. А люди, знавшие могилы своих родных, приходили на них и рыдали часами, не принимая потери. И даже девушки и юноши лет 20—25 вздрагивали иногда, услышав гром и приняв его за грохот бомбёжек. 

«Баллада о солдате» вновь напомнила о войне. Но не о той, которая бесцеремонно и равнодушно уничтожала солдат на фронтах, неторопливо убивала тружеников тыла на полях и у станков, морила голодом ленинградцев, рушила родные дома — войне, которую страшно вспоминать. Этот фильм напомнил о людях, которые навечно ушли на эту войну. Напомнил их светлые лица, их добрые дела, их простые мечты. Напомнил то, что эти люди жили на родной советской земле — любили, трудились, строили счастье своей страны, просто дышали её воздухом и ходили по её бескрайним просторам. Напомнил, чтобы пережить. Пережить и переосмыслить эту войну, осознать, что эти простые, но великие люди отдали свои жизни не затем, чтобы мы опустили руки и утопили горе в стакане, а чтоб мы жили и боролись за счастье — своё и наших потомков. 

3. Особенность вторая. 

В кинофильме Григория Чухрая о войне нет войны! Точней, нет в ней военных действий. И даже завязка, в которой Алёша подбивает немецкие танки, комична. Лишь напряжённое лицо генерала в исполнении Крючкова выдаёт суровость происходящего. Но кинокартина создаёт иной образ войны, вырисованный может быть более яркими красками, чем безжизненная земля передовой линии фронта, изрытая воронками и окопами, или же каменные лица разведчиков, ведущих невидимую войну в тылу врага.

Угрюмое задумчивое лицо одноногого солдата, боящегося вернуться к жене; поезда, наполненные весёлыми, но усталыми солдатами; толкучий рынок у станции; безучастное к происходящему сено, которое везут лошадям доваторцев и беловцев или других конногвардейцев; растрёпанная советская девушка Шура, у которой из родственников осталась лишь тётка; усталая женщина-шофёр; «дом» N 7 по улице с идеологически нейтральным названием — Чехова; жена, предавшая своего ещё живого мужа; встревоженное лицо старичка-отца; разбомблённый поезд с эвакуируемыми; усталые женщины-колхозницы с граблями в руках, обступившие Алёшу и жаждущие услышать от него, что их сыночки живы и здоровы — это эхо лишь недавно начавшейся войны, гулко пронёсшееся по бескрайним просторам многострадальной советской земли, это жизнь тыла — второго фронта страны. И хотя только 1941 год, а самое страшное впереди, но война уже искалечила бессчётное количество тел и душ, изуродовала и уничтожила красоты земли — рукотворные и природные…

Парадокс! Но война сближала людей, чтобы… вновь разлучить, разметать их по стране. И не случайно в одном из кадров фильма мы видим разрушенный мост. Это не только данный мост на трассе железной дороги, это — образ всех разрушенных войной мостов, материальных и духовных — между людьми.

4. P.S.

Так почему же американцы пошли на «Психо» Хичкока, а не на «Балладу о солдате» Чухрая? Потому что фильм Чухрая — дешёвая пропаганда, а Хичкока — высокоинтеллектуальное авторское кино? А может потому, что они не кормили вшей? Не пухли с голоду? Не хоронили всех своих десятерых сыновей (а было и такое!)? Не работали на полях и заводах по двенадцать часов в сутки? Не горели заживо? Не уходили в партизаны? Не… 

10 из 10

Общая оценка: Good