Golden Temple
В детстве отец рассказывал Мидзогути о Золотом храме как о самом прекрасном, что только может быть на свете, и Золотой храм стал для Мидзогути идеалом Прекрасного, причём идеалом абстрактным, оторванным от изображений Кинкаку-дзи на картинах и фотографиях. Повторяя слова и вглядываясь в иероглифы «Золотой храм», Мидзогути рисовал в своём воображении картины, не имеющие ничего общего с жалкими, по его утверждению, изображениями в книгах.