La Peau de chagrin
Часто возникает вопрос: как же это получилось, что «Шагреневая кожа» приняла форму «Кости»? Ответить можно очень просто. Например, так: сколько лет прошло "с тех пор?" Всё что сразу не разлагается – сначала костенеет, а потом каменеет. В тексте романа садовник мсье Рафаэля де Валантена (некий Ваньер), случайно выудив шагреневую кожу из колодца, с удивлением вертит в руках её остаток и прямо говорит: "«сухая, точно из дерева и совсем не осклизлая»". Равным образом и всё сочинение в целом иллюстрирует мысль о позднейшей стадии «одеревенения» или «окостенения» любой культуры, включая, разумеется, и театр в целом, и классический балет в частности. Но прежде всего — нынешнюю, ветхую и ещё стареющую европейскую цивилизацию.