Élysée Palace
Увидев такую позицию в прессе, французские депутаты и сенаторы начали призывать Клемансо твёрже придерживаться «законных требований» Франции; Фош начал кампанию в прессе с требованием оккупации Рейнской области, одновременно называя самого Клемансо «опасностью для Франции». Действия маршала вызвали тревогу в стране, которая ещё помнила военные перевороты XIX века (см. Термидор и установление Второй империи), и известные политики, журналисты и военные стали предупреждать Пуанкаре о том, что страна приближается к катастрофе. От президента стали требовать лично вмешаться в ход переговоров, сменив «неуступчивого» Клемансо. Узнав об этом, Клемансо сам пришёл в Елисейский дворец и «устроил сцену», обвинив президента в нелояльности и лжи, а также предложив свою отставку. Хотя в конце разговора политики и пожали друг другу руки, в своём дневнике Пуанкаре оставил запись: «Короче говоря, этот разговор показал мне, что Клемансо… жесток, тщеславен, заносчив… ужасно поверхностен, глух — как физически, так и интеллектуально — неспособен рассуждать и мыслить здраво, неспособен следить за ходом дискуссии». В конце марта — начале апреля только Ллойд Джордж продолжал заявлять об успехах конференции и скором подписании мира.