Council of Nicaea
Вопрос о том, возможно ли страдание для Бога, являлся предметом обсуждения не только в V веке, но и ранее. Хотя большинство Отцов Церкви, подобно Григорию Чудотворцу (III век), отвечали на него отрицательно, исследователи обнаруживают «теопасхистские» высказывания у таких известных теологов, как Климент Иерусалимский, Тертуллиан и Ориген. После того как Первый Никейский собор подтвердил божественную природу Иисуса Христа, его «единосущность» Богу Отцу, проблема стала более сложной. Необходимо было определить, до какой степени человеческие страдания Сына затрагивают его божественную природу. Если Иисус Христос есть Бог, как гласит Никейский Символ веры, и он пострадал, как сказано в Священном Писании, значит ли, что Бог пострадал каким-то образом?