Сугерий
По мнению Жоржа Дюби, сформулировав положения собственной эстетики, основанной на прославлении божественного единовластия, Сугерий создал не только новое готическое искусство, но и «принятый Капетингами образ короля-сюзерена, стоящего на вершине иерархической пирамиды и сжимающего в руке, словно сноп колосьев, все полномочия, которые в течение столетия растворялись в феодализме». Его «Жизнь Людовика Толстого» (), посвящённая епископу Суассона Жослену де Вьерзи (1126—1152) является не столько достоверным историческим свидетельством, сколько панегириком, блестящим стилем () прославляющим короля не только как верного своем слову, мудрого и справедливого государя, но и как «несравненного атлета и выдающегося гладиатора», который, вопреки описаниям других современников, был не «высок и тучен», а «красив лицом и изящен». Рассказывая о подавлении восстания в Орлеане его преемником Людовиком VII, Сугерий бесстрастно сообщает, что тот «храбро подавил безумную затею нескольких глупцов против королевского величества, что не обошлось без страданий для кое-кого из них».