Инструктаж "ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ" (лекция по истории Повстанцев Хаоса)

Доброе утро, ребята. Берите кофе и бублики.
Если кто меня ещё не знает, то я — полковник Нил Хорнби, глава надзорной разведки Фонда. Сегодня моя очередь давать вводную лекцию о Повстанцах Хаоса. В папке перед вами лежит подписка о неразглашении. Этот брифинг относится к "информации секретной категории", так что если остаётесь, то подписывайте. В противном случае, возьмите бублик и на выход.
Слушаю вас, который в халате и очках.
Да, я в курсе, что вы давали подписку о неразглашении, когда вступали в Фонд и каждый раз, когда получали повышение по службе. Какой у вас УД, третий? Наверное вам разведочная сторона Фонда в новинку. Знаю, вы привыкли ко всей этой системе УД с Нуля по Пять. Это яйцеголовые придумали (без обид, мой папа был яйцеголовым, так что я ничего не имею против вас, научников). Это хорошо работает, если вы имеете дело с эссипями. В Разведслужбе Фонда всё немного по-другому. Мы тоже используем такую систему, вроде американской "конфиденциально/секретно/совершенно секретно", но это не означает, что УД-Пять могут читать всё, что им в руки попадёт. Мы работаем по принципу минимальной осведомлённости. У вас в исследовании и разработке или у ребят из содержания и приобретения чревато смертью
отсутствие
доступной информации, но у нас люди умирают, если информация попадет в чужие руки.
Так что, как я уже сказал, подписывайтесь о неразглашении или уходите.
Все подписали? Отлично. Госпожа Буянова выдаст вам в обмен на ваши подписки по папке с "ГРАФИТОВЫМ ГРОМОМ".
Свитер-безрукавка в третьем ряду, выкладывайте.
"Графитовый Гром". Это кодовое название этого секретного раздела. Что касается самой папки, то в ней находятся сведения, которые я буду вам предоставлять, так что можете параллельно читать. Мне на самом деле без разницы, будете вы читать или слушать. Если нужно что-то спросить, то не стесняйтесь. Эта информация была составлена ​​профессором Грегом Льюисом, ведущим экспертом Фонда по Повстанцам Хаоса. Он изучает их с тех пор, когда большинство здесь ещё и не родились, я в том числе.
Итак, Повстанцы Хаоса — это одни из старейших врагов Фонда. Что же мы о них знаем?
Да, они корыстны и безжалостны, хотя под такое описание подходит и Фонд или большинство правительств, если подумать. И они
действительно
политизированы, без сомнения, но я бы не сказал, что Фонд не таков. Я имею в виду, на самом деле, не у всех вас хватает допуска, чтобы знать об этом. Давайте просто скажем, что Фонд играет в политику, когда приходится.
Нет, это не кличка, которой наше руководство обзывает сотрудников, решивших пойти против правил. Фонд иногда "убирает" людей, и если вы не хотите стать таким убранным, то вам (как правило) не следует связываться с Повстанцами Хаоса.
"То же, что и Фонд, только ради наживы?" Я не уверен, что можно сформулировать это таким образом, но думаю, что это подходит, — хотя бы отчасти. Правильно, многие из их оперативников — просто пушки напрокат. Это вообще-то затрудняет нам работу: нелегкая задача отслеживать кто именно из ЧВК, наёмников, бандитов, партизан и преступников работает на них, а какие — нет.
Вы, в костюме в заднем ряду — отдайте-ка свой блокнот госпоже Буяновой! Заметки делать никому не разрешается, папки выносить из этой комнаты тоже нельзя. Жаль, я думал, тут все это понимают. Во всяком случае, папки пронумерованы, и мы их в конце соберём.
Да, красная рубашка во втором ряду. Нет, они не "террористы"
как таковые
, скорее "повстанцы", хотя ничего, что вы путаете эти два понятия — большинство людей в наши дни их путает. Террорист использует в качестве конечной цели сам по себе террор: он врезал самолёт в здание, много людей погибло, а ещё больше людей, ну, затерроризировано. Мотивы могут варьироваться, но конечной целью является сам акт. Повстанец же использует множество орудий и тактик, включая терроризм, чтобы вызвать реакцию: он врезал самолёт в здание, много людей погибло, но тогда правительство начинает пытаться принять меры, чтобы его ликвидировать, что всегда — всегда! — приводит к тому, что власти хватают и невинных людей, это будоражит народные массы и в итоге приносит больше вреда правительству и обществу, чем просто врезавшийся самолёт. Одиннадцатое сентября было терактом, но стратегия тут почти наверняка повстанческая, а не террористическая. Так или иначе, я отвлекся.
Большинство из вас не имеют ни малейшего представления о том, что произошло на самом деле, когда впервые появились Повстанцы Хаоса. Нет, я серьезно. На первой странице в своих папках вы видите Официальную линию партии: небольшая группа агентов в 24-м дезертировала, прихватив несколько полезных SCP-объектов. Это Официальная линия партии, это вам всегда говорили до сих пор, и это вы будете продолжать говорить людям, которые не были допущены к "ГРАФИТОВОМУ ГРОМУ". Намотайте на ус то, о чём написано в конце этого предложения, а не то мы вас посадим в тёмный подвал очень надолго — и если повезёт, то там будете только вы. Ну а если нет…
Во всяком случае, Официальная линия партии — это что-то сродни высказыванию о том, что в сороковых крупные политические силы немного перессорились, или что ураган "Эндрю" был лёгким дождиком. Если только никто не нарушил протокола безопасности (тогда скажите мне, кто это был, чтобы я их лично посадил в тёмный подвал очень надолго), то вы никогда не слышали раньше о Триаде.
Пустые взгляды. Замечательно.
Триада — это то, чем были Повстанцы Хаоса прежде, чем стать повстанцами. Видите ли, с 1924 по 1926 год в Фонде шла гражданская война.
Да, девушка, вам не послышалось. Гражданская война в Фонде.
Конечно, это происходило в тайне. Эта организация защищает людей, следя, чтобы им не навредили опасные секреты. Не думаете же вы, что мы позволили всплыть наружу чему-то, что мы делали.
В Гражданской войне в Фонде участвовали с одной стороны Лоялисты, с другой стороны — Триада. В конце концов, Триада проиграла, и из горстки выживших сформировалось то, что стало Повстанцами Хаоса. Кстати, этот термин, "Повстанцы Хаоса", придумали мы. Они его позаимствовали: они вообще много чего заимствуют.
Короче говоря, откройте-ка следующую страницу в вашей папке…
Внимание: И.С.К.
Официальный обзор
История Повстанцев Хаоса (Секретно)
Связанная документация
СЕКРЕТНО
Информация секретной категории: ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ
Этот документ содержит информацию, попадающую под действие Протокола Фонда по общей безопасности 02, раздел 183. Данный протокол запрещает передачу этой информации или раскрытие её содержания каким-либо образом перед неуполномоченным лицом, а также её использование любым образом, способным нанести ущерб безопасности или интересам Фонда, либо в интересах какого-либо неуполномоченного лица, либо в ущерб Фонда. Эта информация доступна только персоналу, имеющему Пятый уровень допуска и/или получившими особый инструктаж и письменное разрешение на доступ к этой информации от вышеупомянутых каналов управления. Безопасность данной информации должна поддерживаться в соответствии с требованиями к категории ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ.
Несанкционированный просмотр, хранение, тиражирование и/или распространение этого документа является основанием для карательных действий, описанных в Протоколе Фонда по общей безопасности  18, раздел 2381.
Официальный обзор для общего распространения касаемо Повстанцев Хаоса
Поскольку конкретная информация, относящаяся к Повстанцам Хаоса по большей части засекречена как информация секретной категории, Бюро Совета O5 издало прилагаемый документ, Файл №008956 (Официальный обзор для общего распространения касаемо Повстанцев Хаоса). Этот файл относится к "общим знаниям", и для доступа к нему требуется лишь 1 уровень допуска. Всем сотрудникам, допущенным к категории ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ, запрещено обсуждать
абсолютно любую
информацию, не содержащуюся в Файле №008956 с любыми лицами, допущенным к категории ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ, в том числе само обозначение "ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ" и/или
любые
детали или данные секретной категории ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ, подтверждающие, уточняющие и/или опровергающие утверждения, содержащиеся в Файле 008956.
Файл №008956
Заголовок:
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ОБЗОР ДЛЯ ОБЩЕГО РАСПРОСТРАНЕНИЯ КАСАЕМО ПОВСТАНЦЕВ ХАОСА
Уровень допуска:
ПЕРВЫЙ
Повстанцы Хаоса — объединение, отделившееся от Фонда. Оно возникло в 1924 г., когда одно из подразделений самовольно покинуло свой участок, взяв с собой несколько крайне полезных SCP-объектов. С тех пор Повстанцы превратились в крупного игрока на мировой сцене. Они используют SCP-объекты, находящиеся в их распоряжении, в интересах личной выгоды и для укрепления глобальной политической поддержки. Повстанцы имеют дело не только с SCP-объектами, но также занимаются поставками оружия и сбором информации.
Они извлекают выгоду из диктаторских режимов в странах третьего мира, часто используя население этих стран в тех же целях, в каких Фонд использует сотрудников класса D. Поэтому Повстанцы стараются поддерживать в этих странах крайнюю нищету и военные конфликты, чтобы иметь возможность продолжать проводить радикальные эксперименты, без проблем набирать солдат и заключать выгодные сделки с повстанческими группировками.
Большинство SCP-объектов, имеющихся в распоряжении Повстанцев, Фонду неизвестны, однако среди известных наиболее примечательным является "Жезл Гермеса", который искажает физические и химические свойства любой материи, которой касается, и "Колокол энтропии", производящий разнообразные деструктивные эффекты в зависимости от того, где в него бьют. Оба этих SCP-объекта изначально достались Фонду, причем немалой ценой, и позже были похищены основателями Повстанцев. Также известно о связи Повстанцев с
SCP-355
и
SCP-884
.
Местонахождение основной базы операций Повстанцев неизвестно, как и личности их лидеров. Это объединение относится к Фонду с открытой враждебностью и несколько раз вступало с ним в конфликт из-за SCP-объектов. Сотрудникам следует принимать во внимание то, что со стороны Повстанцев возможны набеги, террористические действия и шпионаж, и сообщать начальству о подозрительном поведении коллег.
История Повстанцев Хаоса (Секретно)
Ниже приводится краткая история Повстанцев Хаоса, с акцентом на становление этой организации в период между 1924 и 1933 годами (конкретные детали истории Повстанцев Хаоса после 1933 года приведены в других секретных категориях). Поскольку эта информация относится к секретной категории "ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ" (см. основной файл), а не к "общим знаниям", доступным для всех членов Фонда, прочие документы и записи в базе данных Фонда, которые могут противоречить этим сведениям, должны быть изменены в соответствии с Файлом № 008956 (Официальный обзор для общего распространения касаемо Повстанцев Хаоса). Сотрудники, допущенные к просмотру неотредактированных документов и записей должны подать письменное заявление в Управление Архивов и Информационной безопасности.
1919–1924: Предпосылки
По завершении Первой мировой войны ряды Фонда пополнились новыми рекрутами, участвовавшими в битвах в Европе, военными учёными, оставшимися не у дел после сворачивания военной экономики, а также его вернувшимися членами, взявшими отпуск, чтобы служить своим странам. Под впечатлением ужасов войны многие члены Фонда полагали, что объекты SCP могут и должны быть использованы на благо всего человечества. Конкретные аргументы были разнообразны: одни предлагали использование объектов SCP в качестве вооружения с целью контроля соблюдения послевоенного режима; другие хотели заняться воссозданием и продажей объектов SCP с целью улучшения экономического состояния, подобно "Фабрике" или "Маршалл, Картер и Дарк" (и те, и другие, как полагают, получили во время войны значительную прибыль); третьи планировали открыть коллекцию Фонда для изучения не состоящими в нём учеными, чтобы пользу могло получить всё человечество. Само собой разумеется, что эти аргументы были столь же спорными, как и всегда, но сотрудники Фонда также считали, что ничего нового не происходит. Они не смогли понять, что, хотя такие аргументы обсуждались с момента создания Фонда, но на фоне столь сильно травмированного войной глобального общества и будучи наполнен ветеранами битв и военных исследовательских проектов, сам по себе Фонд стал структурно уязвим для этих аргументов, как никогда раньше.
Разделённые различными идеалами, диссиденты в Фонде представляли для статус-кво незначительную угрозу. Это изменилось в мае 1924 года после анонимной публикации и широкого распространения объединяющего манифеста под названием "
Новый Манифест
" (см. прилагаемый документ). Этот документ, как считается, написанный совместно несколькими высокоуровневыми сотрудниками Фонда, порицал администрацию Организации за продолжение следования "непродуктивным путём, ведущим лишь к страданиям и гибели" и призывал к реформам и реорганизации. Распространение и хранение манифеста было запрещено приказом О5-7, но это привело лишь к распространению недовольства. В конце мая и начале июня в нескольких крупных учреждениях произошли беспорядки, ввиду чего этот вопрос был вынесен на повестку дня Совета O5.
Июнь 1924: Великий Раскол
Многие члены Фонда были настроены против как "
Нового Манифеста
", так и вызванного им ужесточения мер, и мнения самого Совета O5 по поводу этого вопроса разделились. Большинство Смотрителей хотели решить этот вопрос так, чтобы выполнение ежедневных обязанностей с целью обезопасить, удержать и сохранить объекты было продолжено (или возобновлено в случае, если оно прекратилось). Некоторые из них, в частности, O5-7, O5-10 и O5-13, предлагали применять жёсткие карательные меры в отношении любых сотрудников Фонда, ставящих под угрозу выполнение его миссии. Эти консерваторы выступали за широкое применение таких мер, как назначение на работу с объектами класса Кетер и разжалование до класса D тех, кто будет "проявлять поведение, недостойное сотрудника Фонда". Другие, в частности, O5-9 (генерал Найджел Уэстон) и O5-11 (граф Владимир Борисович Фредерикс), решительно поддерживали диссидентов, согласившись с некоторыми частями этого провокационного документа.
10 июня: Вотум недоверия в Совете O5
10 июня 1924 года на заседании Совета Девятый Смотритель поднял вопрос о вотуме недоверия в Совете O5.
Совет O5 не является выборным и, как правило, сам назначает своих членов. Члены Совета служат в нём пожизненно или до выхода на пенсию, но могут быть подвергнуты импичменту решением 2/3 голосов членов Комитета по этике. Голоса всех тринадцати Смотрителей равносильны, и во время большинства заседаний в качестве первого среди равных действует O5-1. Согласно уставу Совета, любой Смотритель может выразить вотум недоверия на заседании Совета, на котором присутствует не менее девяти его членов. В таком случае оповещаются все сотрудники 5-го уровня допуска (за исключением Смотрителей, которые обязаны воздержаться), директора Зон и отделов, командиры подразделений, а также члены Комитета по этике, и получают двадцать четыре часа для участия в тайном голосовании. Если это решение будет принято двумя третями голосов, прежний Совет O5 распускается и образуется новый Совет во главе со Смотрителем, который инициировал голосование. Если решение о переназначении Совета не будет принято, инициировавший голосование Смотритель автоматически уходит в отставку.
Голосование по этой процедуре никогда ранее не проводилось (и никогда не проводилось с тех пор), поэтому решение O5-9 имело незамедлительный резонанс в Фонде. Бюро Совета O5 добросовестно разослало уведомления и начало подсчёт голосов.
11 июня: Попытка переворота
К началу следующего утра, когда было принято 87% из возможных голосов, стало ясно, что вотум недоверия потерпит неудачу. Поскольку 53% голосов высказались против этой меры, было ясно, что даже если все остальные голоса поддержат роспуск Совета, их совокупность не достигла бы необходимых 2/3 голосов.
11 июня, до начала заседания Совета, O5-9 (бывший генерал британской армии) и O5-11 приказали опергруппе, отвечавшей за охрану Штаб-квартиры Фонда
1
взять других членов Совета О5 под стражу. Хотя командир опергруппы, агент Жак Клемансо, бывший полковник французской армии, выполнил это требование, были схвачены только O5-3 и O5-12. Первый, Второй, Четвёртый, Пятый, Шестой, Восьмой, Десятый и Тринадцатый Смотрители тайно покинули страну предыдущей ночью, найдя убежище в учреждениях Фонда в Великобритании, Италии, Канаде и Соединённых Штатах. Седьмой Смотритель на момент оглашения вотума уже находился в Вашингтоне, округ Колумбия. Телохранители O5-3 и O5-12 пытались воспрепятствовать их аресту, в результате чего произошла краткая перестрелка, в которой погибли O5-3 и O5-12, командир опергруппы и вышеупомянутые телохранители. Второй офицер опергруппы, агент Роберт Браун, который выступал против заговорщиков, впоследствии безуспешно пытался арестовать Девятого и Одиннадцатого Смотрителей за измену, однако обоим удалось бежать.
12-13 июня: Массовое ренегатство и начало боевых действий
Генерал Уэстон (уже лишённый титула O5-9) и граф Фредерикс (заочно отстранённый Советом O5 от занимаемой должности O5-11) искали убежища в Зоне 37 в австрийских Альпах. Директор Зоны 37, доктор Вольфганг Фриц, бывший учёный Германской империи, поддержал Уэстона и Фредерикса, и втроём они образовали "Триаду", руководящий орган, который в первом своём официальном решении объявил Совет O5 "незаконным" и заявил претензии на власть над Фондом. Триада обещала организовать создание в Фонде "Центрального конгресса", демократически избираемого сотрудниками Фонда, после того, как лояльные Совету O5 силы будут удалены с позиций власти. Политика Фонда должна отражать мнение его членов, говорили они, а насильственное подавление инакомыслия старым режимом – это пресловутая "соломинка, сломавшая спину верблюда".
Конечно, Совет O5 не растерялся. Решительно порицая Триаду и клеймя её сторонников как "изменивших Фонду", он тайно мобилизовал лояльные ему МОГ и направил их в Штаб-квартиру Фонда и Зону 37.
Штаб-квартира Фонда, подвергнутая агентом Брауном блокировке после побега Уэстона и Фредерикса, приветствовала лоялистские МОГ. К сожалению, действуя по приказу бескомпромиссной O5-7, МОГ поместила под арест всех сотрудников Штаб-квартиры Фонда, даже агента Брауна. Хотя Седьмая позже выгораживала свой приказ, как продиктованный необходимостью (поскольку лояльность этих сотрудников была не установлена), обращение с персоналом Штаб-квартиры было драконовским. Учреждение было выведено из эксплуатации, его сотрудники были переведены на содержание в других местах, а хранившиеся в нём объекты SCP — переданы в другие учреждения.
Зона 37, до которой дошли вести о судьбе Штаб-квартиры, встретила лоялистские МОГ вооружённым сопротивлением. МОГ отступили, понеся тяжёлые потери в личном составе и оснащении. Триада приняла ответные меры, изобличив эти действия Совета по всему Фонду, что привело к широкому распространению беспорядков. Движимые негодованием и симпатией к делу Триады, многие учреждения и подразделения Фонда перешли на её сторону. Совет и Триада обвиняли друг друга в использовании некоего объекта SCP, чтобы вызвать ураган "Уайлдканзас", который полностью уничтожил Зону 83 в селе Пати, Венгрия. Этот ураган, один из самых сильных когда-либо наблюдавшихся в Европе (оценочно категории F4 по шкале Фудзиты), начался в Биа, а через 3 часа, закончился вблизи Ваца, оставив за собой полосу разрушений 500-1500 м в ширину и 70 км в длину. В результате погибли девять мирных жителей и все два десятка сотрудников Зоны 83, ещё более пятидесяти человек получили ранения и многие остались без крова. Ураган "Уайлдканзас" многими был признан первой крупной атакой гражданской войны в Фонде, однако несколько десятилетий спустя выяснилось, что на самом деле он был вызваны членом МКиД, не принадлежавшим ни к Фонду, ни к Триаде, ни к какой-либо другой группе из впоследствии вошедших в состав Повстанцев Хаоса.
1924–1926: Гражданская война в Фонде
Обзор
Гражданская война в Фонде длилась с 12 июня 1924 по 10 октября 1926 года. Сторонами этого конфликта стали лоялисты (члены Фонда, лояльные к существующему Совету O5) и триадовцы (силы, лояльные мятежной Триаде, позже ставшие известными, как Повстанцы Хаоса). Последующий анализ конфликта Фондом демонстрирует следующие статистические данные:
Лоялисты Фонда
Триадовцы/Повстанцы
Имевшихся до конфликта сотрудников Фонда, высокого и низкого ранга
61% – 43%
57% – 39%
Наличествовавших сил, принявших участие в конфликте
40%
Неизвестно, предположительно более 90%
Имевшихся до конфликта ресурсов (валютных) Фонда
56%
44%
Имевшихся до конфликта объектов SCP, сохранённых после конфликта
70% Безопасных, 89% Евклидов, 95% Кетеров
Неизвестно (оценочно 30% Безопасных, 11% Евклидов, 5% Кетеров)
Имевшихся до конфликта объектов SCP, обозначенных как "
Полезный
", "
Пригодный для обратной инженерии
", "
Воспроизводимый
" или "
Пригодный для использования в военных целях
", сохранённых после конфликта
61,7%
Неизвестно (оценочно 38,3%)
Жертвы
52,3% убитыми, ранеными или пропавшими без вести
87,9% убитыми или ранеными; 11,3% арестованы или казнены после конфликта; местонахождение 0,8% после конфликта не установлено.
Гражданская война в Фонде стала самым кровавым и самым разрушительным конфликтом (в который был непосредственно вовлечён сам Фонд) в истории Организации. Тем не менее, в связи с деликатным характером этого конфликта, Совет O5 впоследствии использовал все имеющиеся ресурсы, чтобы удалить его подробности изо всех записей, требующих уровня допуска ниже 5. Это сокрытие было на удивление успешным, благодаря секционной природе Фонда, строгой кампании контрразведки и сопровождающим чисткам, а также тому факту, что большая часть принимавших участие в конфликте на стороне Фонда ограничивалась силами безопасности, военными, военизированными и разведывательными силами Фонда. Свидетельством успеха этого сокрытия является то, что большинство сотрудников Фонда, нанятых после 1938 года, всего лишь через 12 лет после прекращения гражданской войны, оставались в полном неведении об этом конфликте. Общие знания в рамках Организации заключаются в том, что Повстанцы Хаоса происходят от "маленькой ячейки агентов Фонда", дезертировавшей в 1924 году (термин "Триада" вычеркнут практически изо всех записей), но по сей день некоторые люди знают правду о масштабах этого тяжкого испытания.
1924 — июль 1925: Превосходство Триады
Вскоре после первоначальных боевых действий в июне 1924 года ряды Триады расширились от единственной Зоны 37 до нескольких десятков учреждений и ​​мобильных оперативных групп по всем восьми континентам. Структура Триады отражала структуру довоенного Фонда, однако имела несколько существенных отличий:
Триада взяла на себя роль Совета O5 и Высшего командования Фонда (довоенный механизм командования и управления всеми боевыми опергруппами и силами службы безопасности в рамках Фонда). Формально, Триада отказалась признавать власть существующих  Совета O5 и Высшего командования Фонда, вместо этого объявив чрезвычайное положение, при котором обязанности этих ведомств взяли на себя три члена Триады и назначенные ими подчинённые.
Граф Фредерикс взял на себя ответственность за политические и административные вопросы в Триаде. В сущности, Фредерикс был де-факто лидером этой организации, хотя формально он был равен по статусу Уэстону и Фрицу.
Генерал Уэстон взял на себя ответственность за военные вопросы и вопросы безопасности в Триаде. Фактически Уэстон был верховным военачальником Триады на всём протяжении Гражданской войны.
Доктор Фриц взял на себя ответственность за все научно-исследовательские вопросы в Триаде. Несмотря на конфликт, как лоялисты, так и Триада продолжали выполнять всё необходимое, чтобы обезопасить, удержать и сохранить аномальные объекты. В отличие от лоялистов, Триада не испытывала никаких сомнений по поводу использования в своих целях имевшихся в её распоряжении объектов SCP, и Фриц курировал все связанные с этим усилия.
Триада не имела Комитета по этике: граф Фредерикс выступил с заявлением, что такой комитет будет вновь основан после того, как завершится введённое чрезвычайное положение.
Любой член Фонда, публично присягнувший на верность Триаде, получал право голоса в намечавшихся выборах Центрального конгресса.
В хаосе июня-июля 1924 года Совет O5 и лоялисты Фонда предпринимали все усилия, чтобы перегруппироваться и реорганизоваться. Хотя Фонд располагал планами на случай непредвиденных обстоятельств против почти всех мыслимых угроз извне, в его Чрезвычайном отделе не имелось никакого эффективного плана по урегулированию ситуаций наподобие той, с которой Организация столкнулась теперь. Мало того, в это время в руках Триады находились копии тех же планов, что и у лоялистов, позволяя ей предсказать и просчитать почти каждый ход, сделанный Советом O5.
Вывод из эксплуатации Штаб-квартиры Фонда под Парижем, изначально предпринятый в качестве превентивной меры против Триады, имел катастрофические последствия для лоялистов, когда выяснилось, что немалая часть находившейся в этом учреждении документации (всевозможной, от списков сотрудников и финансовой информации до боевых расписаний вооружённых сил и файлов объектов SCP) по непонятным причинам оказалась утеряна. Хотя разведка Фонда так и не смогла окончательно доказать ответственность Триады за исчезновение этих документов, в то время было сочтено, что они похищены агентами Триады.
В августе Совету удалось реорганизовать штаб-квартиру в Соединенных Штатах, в качестве того, что в конечном итоге стало известно как Штаб-квартира Совета. По соображениям безопасности в этом новом учреждении было запрещено хранение объектов SCP. Совет, заменив двух погибших и двух изменивших Смотрителей, объявил чрезвычайное положение и предпринял ряд решительных шагов по борьбе с Триадой.
Отдел Внутренних дел и Профессиональной Ответственности Фонда был распущен, и вместо него было учреждено Управление Верховной Инквизиции (УВИ). Контроль за УВИ взяли на себя Шестой, Седьмой и Тринадцатый Смотрители (консерваторы, чья лояльность по отношению к Совету была несомненной в свете их противостояния диссидентам до начала попытки переворота). УВИ была предоставлена почти неограниченная власть в отношении не только дел, с которыми традиционно имел дело ныне несуществующий ОВДиПО, но ведомства Отдела контрразведки Фонда и Отдела безопасности Высшего командования Фонда. УВИ оставался ключевой структурой в бюрократии Фонда до 1930 года.
Было распущено Верховное командование Фонда, которое включало в себя столько сочувствующих Триаде, что по существу перестало функционировать к августу 1924 года. Совет O5 взял на себя прямой контроль над вооружёнными силами лоялистов, учредив Командование О5 в качестве нового механизма управления. Силы безопасности Фонда были переданы под руководство УВИ.
Были сформированы десять новых боевых опергрупп размером в полк (каждая включала около 3200-4500 человек), обозначенные как Дженга-1 – 10. "Дженга", буква коптского алфавита, была выбрана для их обозначения, избежать путаницы с уже существующими подразделениями, поскольку как лоялисты, так и Триада использовали для обозначения МОГ буквы греческого алфавита. Перед "Дивизией Дженга", как её называли, была поставлена ​​задача по осуществлению всех запланированных
2
боевых действий против сил Триады. В отличие от обычных МОГ, все отделения и подразделения Дивизии Дженга вплоть до уровня роты включали дополнительную должность комиссара, носившую в разных филиалах название "Political Officer"/"Politoffizier"/"Zampolit"/"Officier Politique". На этот пост специально назначался решением УВИ офицер ранга, эквивалентного командиру данного подразделения, и отвечал за то, чтобы обеспечивать лояльность подразделения Совету O5. (Дивизия Дженга будет демобилизована в 1927 году, тогда же в силах Фонда отменят должность комиссара).
Сотрудники Фонда закреплялись за определёнными учреждениями. Перемещения между Зонами ограничивались санкционированными миссиями.
Была введена цензура всей исходящей телеграфической и письменной корреспонденции. Вся входящая телеграфическая и письменная корреспонденция, а также телефонное общение (исходящее или входящее) контролировались. Вся личная переписка была приостановлена.
"
Вестник Фонда
" – полунезависимая внутренняя еженедельная газета и квартальный внутренний научный журнал, – был закрыт. Позже, в 1948 году, он будет восстановлен.
Контрмеры Совета увенчались разной степенью успеха. К середине августа Совет сумел заморозить все финансовые активы, принадлежавшие до предыдущего мая силам, заявившим о лояльности к Триаде. Большая часть этих активов была ликвидирована перебежчиками к Триаде; следовательно, воздействие на фактический поток наличности к Триаде был минимальным. Что ещё хуже: хотя послужной список УВИ в отношении выявления и чисток членов Фонда, подозреваемых в симпатиях к Триаде, был безупречен, суровые методы, используемые инквизиторами, вынудили бесчисленное количество людей бежать в открытые объятия Триады.
Дивизия Дженга, несмотря на численное превосходство над силами Триады в почти каждом вооружённом столкновении, несла тяжёлые потери на протяжении осени 1924 и зимы 1924-25 года. Судя по рапортам командиров Дженги, виной тому отчасти использование Триадой SCP-объектов в военных целях (в то время как Дивизии Дженга подобное было напрямую запрещено), отчасти за счёт постоянных утечек стратегических и тактических данных из Дивизии Дженга в Триаду, и отчасти из-за постоянного вмешательства комиссаров подразделений. Мораль среди лоялистов резко упала, что привело к массовым дезертирствам и открытым бунтам против Совета O5.
Со своей стороны, поддерживаемая притоком перебежчиков, в феврале 1925 года Триада организовала выборы Центрального конгресса. Центральный конгресс был созван в Секторе 12, контролируемом Триадой учреждении близ Перта, Шотландия. В то время как 75 членов Центрального конгресса были представителями сил Триады, политическое маневрирование со стороны генерала Уэстона и доктора Фрица предоставляли им, троим членам самой Триады, почти полный контроль над конгрессом. Уэстон и Фриц незаметно изолировали графа Фредерикса от глаз общественности, поскольку ухудшение здоровья 87-летнего графа привело к развитию у него маразма. Разведка Фонда в настоящее время предполагает, что граф страдал от болезни Альцгеймера, усугублённой серией инсультов в конце 1924 и в начале 1925 г. Тщательно организованный политический театр позволял скрывать состояние Фредерикса как от лоялистов, так и от триадовцев, не позволяя им усомниться в его способностях.
Июль 1925: Переломный момент
Поражение за поражением, которые терпели силы Фонда, в сочетании с некомпетентностью политработников и бесчинствами инквизиторов, привели к тому, что к июню 1925 года Триада превосходила лоялистов в сочетании три к двум. Командование О5 осознало, что крайне необходима новая стратегия.
Энергичный молодой бригадный генерал Уильям Чаттертон, занявший в начале июля 1925 года пост командира Дивизии Дженга, в тайне предложил смелую стратегию O5-1, который одобрил её в одностороннем порядке. Остальные Смотрители и персонал Командования О5 не были проинформированы из соображений оперативной безопасности. Чаттертон распространил серию оперативных приказов к Дивизии Дженга, а также к ряду других сил лоялистов по каналам связи, считавшимся ненадёжными. Эти приказы свидетельствовали о подготовке контрнаступления против контролируемых Триадой учреждений в Африке. В то же время самолёт Фонда с курьером и фальсифицированными планами уровня 5 планов из-за подстроенной неполадки потерпел крушение в Секторе 12, более чем в 20 километрах от основной оперативной базы Сектора. Силы Триады старательно извлекли останки летчика и курьера, а также планы. Эти планы упоминали разработку в качестве оружия объекта SCP класса Кетер в Зоне 99 — крошечном форпосте, расположенном на Новой Земле, острове в Северном Ледовитом океане к северу от Советского Союза. Боевое применение этого SCP должно было "переломить ход войны" — сочтя, что Фонд, по-видимому, отступает от своей давней политики в отношении боевого применения SCP-объектов, Триада не могла позволить, чтобы такое устройство было пущено в ход. Зона 99 якобы незначительно охранялась силами элитной группы из менее чем ста оперативников из Дженги-3, избранных для этой цели благодаря своим навыкам и политической надёжности. Используя столь малое учреждение, О5-1 якобы надеялся предотвратить утечку данных. Курьер якобы летел с докладом о ходе работы из Зоны 99 в Штаб-квартиру Совета. Поверив в этот обман, Триада сгруппировала треть имеющихся войск в порту Архангельска, чтобы добраться к цели по морю. Руководителем этой операции генерал Уэстон назначил капитана первого ранга Юрия Зольнеровича, талантливого советского морского офицера.
Незаметно для Триады, Дженги-2, -3, -4 и -5 были в полном составе стратегически расположены на полуострове Канин, острове Колгуев и Новой Земле. Кетер в Зоне 99 и сама Зона 99 были сфабрикованными мифами. Ударная группа оперативников МОГ Кси-13, базировавшаяся в Архангельске, разместила на кораблях Триады магнитные мины.
Граф Фредерикс, тогда находившийся в Хельсинки, получил сведения об этой операции от "крота" лоялистов, внедрённого в его окружение. Возмущённый назначением Зольнеровича, который был одним из лиц, причастных к смерти русского царя, Фредерикс отправился в Архангельск, чтобы лично возглавить операцию. Граф Фредерикс формально занимал высокий ранг в Императорской русской армии благодаря занимаемому им при царе посту в Министерстве императорского двора, но он никогда не был эффективным военным командиром. Когда Зольнерович возразил, ссылаясь на позицию Уэстона как верховного главнокомандующего Триады, пожилой и эмоциональный Фредерикс застрелил его, прорычав, что это месть за царя Николая. Именно на такой исход надеялся генерал Чаттертон.
24 июля 1925 года, в 22:00 по местному времени флотилия Триады покинула Архангельск. Фредерикс отменил приказ Зольнеровича о проверке на наличие мин, заявив, что это не требуется, поскольку Фонд не имеет ни малейшего представления об их рейде. Флотилия состояла из пятнадцати крупных десантных кораблей и двенадцати эскортных крейсеров. В 05:00 на следующее утро, когда они проходили к северу от острова Колгуев, мины были взорваны. Десять конвойных и транспортных кораблей были затоплены сразу. Остальные суда получили тяжёлые повреждения, двигатели одного из уцелевших эскортных и семи из девяти уцелевших транспортных полностью вышли из строя. Флагман графа Фредерикса по счастливой случайности оказался одним из транспортных судов, двигатели которого не пострадали. Увидев приближение кораблей и истребителей-бомбардировщиков Дивизии Дженга, Фредерикс бросил обездвиженные суда и приказал трём оставшимся кораблям немедленно следовать к острову Колгуев для высадки. Только транспорт Фредерикса смог проработать достаточно долго, чтобы доставить его до берега, где пулемётчики Дженги-4 перебили пытавшихся высадиться солдат и матросов Триады. Спустя чуть более двух часов, треть лояльных к Триаде вооружённых сил были полностью уничтожены. Это стало переломным моментом для Триады, и от этого удара ей не суждено было оправиться никогда.
Граф Фредерикс не погиб в битве на острове Колгуев (названной силами Триады "Резнёй Крайнего Севера") и был захвачен силами Фонда. Он был доставлен в арестный дом Фонда в Мурманске, где выдал свои знания о Триаде в обмен на помещение под домашний арест в Хельсинки. Узнав о сокрушительном поражении Фредерикса и его последующем предательстве, генерал Уэстон и доктор Фриц отреклись от него, символически лишив его поста в Триаде. На его должность никто не был назначен, Уэстон и Фриц разделили его прежние обязанности между собой. Менее чем через неделю после своего ареста граф Фредерикс пережил тяжёлый инсульт, приковавший его к постели и оставивший наедине с маразмом в крайней стадии. В 1927 году он, наконец, умер от старости, одинокий и забытый.
Август 1925 — март 1926: Отступление Триады
Генерал Чаттертон спешно принялся закреплять преимущество лоялистов, полученное после битвы у острова Колгуев. Он начал серию наступательных операций против сил Триады в Индокитае и Южной Америке в августе и сентябре, соответственно. Пошатнувшаяся от потери наиболее подготовленной и оснащённой треть своих вооружённых сил, тратившая (на первый взгляд бесцельно) многие свои резервы на защиту учреждений в Бельгийском Конго и Эфиопской империи, Триада терпела катастрофические поражения на обоих фронтах. В конце сентября Уэстон принял ставшее судьбоносным решение задействовать резервы из африканских владений Триады. Когда  в октябре разведка Командования O5 обнаружила передислокацию войск Триады, Чаттертон начал подготовку к зимнему наступлению в Африке.
Силы лоялистов и Триады столкнулись не только на физическом поле боя, но и на пропагандистском. 1 августа Совет O5 издал "Воззвание о нынешнем конфликте", адресованное "всем членам Фонда, независимо от лояльности". Воззвание призывало к прекращению военных действий, высоко оценивало доблесть солдат обеих сторон и увещевало рядовой персонал Триады признать, что их заблудшие лидеры забыли о своей настоящей миссии и что тех, кто последовал за ними, не ждёт "ничего, кроме погибели, позора и страданий". Пропагандистский аппарат Триады отреагировал быстро, изобразив воззвание как не более чем "ложь и злопыхание трусливой клики, наживающейся на безжалостной резне". Обе стороны использовали вездесущих цензоров в попытках контролировать описательную часть борьбы, хотя лоялисты в этом отношении были гораздо более успешными.
В декабре генерал Чаттертон, O5-1, O5-6 и O5-7 тайно организовали отдел Командования O5, посвящённый устранению неаномальных лиц, представляющих угрозу для Фонда. Подробности об этой организации, упоминаемой лишь под своим позывным █████████████, остаются строго засекреченными в рамках Фонда и по сей день; существование этой программы было признано Советом O5 лишь в середине 1970-х годов. Первыми целями █████████████ были два оставшихся члены Триады, доктор Фриц и генерал Уэстон, а также их непосредственные подчинённые.
В течение января и февраля 1926 года лоялисты продолжали отвоёвывать позиции у Триады. Один из распространённых мифов о той войне, общий для обеих сторон, гласит, будто Триада использовала в ней объекты SCP. На самом деле, до последних шести месяцев войны Триада не применяла против сил Фонда никаких SCP. Уэстон хотел использовать каждый стратегический актив из находившихся в распоряжении Триады, но Фредерикс (до его ареста) и Фриц отговорили его на том основании, что это было бы слишком опасно. Эти трое, однако, сошлись на том, чтобы в полной мере взять на себя ответственность по поводу любого естественного или искусственного бедствия, способного нанести вред лоялистам или принести пользу Триаде. К сожалению для них, кроме разлива Рейна в Кельне в январе 1926 года, не было никаких заметных бедствий, за которые они могли бы взять на себя ответственность.
Превозмогаемая в плане обычных войск, отрезанная от поступления новых перебежчиков благодаря энергичной и эффективной деятельности контрразведки лоялистов, не желая тактически применять объекты SCP, Триада имела мало шансов переломить ход войны.
25 марта 1926 года оперативники █████████████ проникли в Зону 37, где убили доктора Вольфганга Фрица, пока он спал. В результате смерти Фрица и маразма Фредерикса, забытого под домашним арестом до самой смерти в 1927, генерал Уэстон остался единственным командующим над остатками сил Триады.
Апрель — сентябрь 1926: Новая стратегия
В свете мартовского убийства Фрица и значительных потерь Триады, понесённых в предыдущие месяцы, Уэстон принял решение о разработке новой стратегии. Триада располагала отчаянно малым количеством ресурсов: с точки зрения доступного личного состава, контролируемых учреждений, содержащихся SCP-объектов, оружия, средств и материально-технических возможностей, силы лоялистов превосходили Триаду в отношении 4:1 – 3:1. Имело место одно существенное отличие: в то время как в абсолютных величинах в руках лоялистов находились наиболее "полезные" SCP (что означает объекты, которые могут быть использованы в боевых целях или для обратной инженерии с относительно небольшим риском), пропорционально общему количеству контролируемых обеими сторонами объектов Триада обладала значительно более высоким процентом полезных объектов SCP. Уэстон, имея на руках довоенные инвентарные списки Фонда, понял, что у него есть преимущество. Он снял ограничения на использование всех объектов SCP, находившихся во владении Триады, и приказал своим исследователям приложить все усилия для создания стратегического и тактического преимущества над лоялистами.
Это решение вызвало протесты со стороны членов Триады, в том числе почти трети Центрального конгресса. Многие считали, что основная миссия Фонда — обезопасить, удержать и сохранить объекты, а не применять или уничтожать их — и директива Уэстона вызвала у них серьёзные сомнения в правоте дела Триады. Когда сведения об этих опасениях достигли Уэстона, он ясно дал понять, что отмена ограничений на использование и исследования будет продолжаться только до завершения борьбы против лоялистов. Хотя это и успокаивало некоторые опасения, ряд членов Триады, включая весь персонал Участка 09, перешёл на сторону лоялистов. После этого Уэстон спокойно распустил Центральный конгресс, арестовав (и в некоторых случаях казнив) его членов.
Новая стратегия Уэстона была применена слишком слабо и слишком поздно. Хотя лоялисты в течение последних шести месяцев конфликта понесли вдвое большие потери, чем в ходе всего остального времени конфликта, вместе взятого, этого было недостаточно, чтобы замедлить их. К августу, когда под управлением Триады оставалось менее десятка учреждений, Уэстон приказал спрятать оставшиеся SCP в тайниках по всей планете, чтобы обеспечить возможность их будущего использования силами Триады и снизить риск их захвата лоялистами. В сентябре Зона 37 была окончательно захвачена Дивизией Дженга. Покинув большую часть оставшихся учреждений, Триада удалилась в Сектор 12 близ Перта, Шотландия, и окопалась там для длительной осады.
Октябрь 1926: Битва за Сектор 12
К октябрю 1926 года почти все оставшиеся силы Триада скрывались в Секторе-12
3
. Генерал Чаттертон направил предложение о безоговорочной капитуляции, которое было отклонено.
Сама битва заняла две недели. Уэстон попытался использовать стратегию истощения, но при превосходстве противника двенадцать к одному, это имело мало шансов на успех. Непрекращающиеся артиллерийские и воздушные бомбардировки, обильное применение нервно-паралитического газа, а также фронтальная атака единственной танковой роты Фонда искромсали защитный периметр Сектора.
17 октября 1926 года, после того, как генерал Уэстон был убит артиллерийским снарядом, оставшиеся бойцы Триады, числом всего лишь 57, сдались. Семью голосами против шести Совет O5 принял постановление об их расстреле за измену против Фонда. Гражданская война в Фонде завершилась.
1926–1933: Восставшие из праха: Повстанцы Хаоса
После сдачи Сектора 12 и казни "Последних 57" (как их стали называть), Триада фактически перестала существовать как организованная и последовательная сила. В течение следующих семи лет Фонд полагал (ошибочно), что от него никто не ушёл живым. Как оказалось, это попросту не соответствовало действительности. Неизвестное количество персонала и объектов SCP пропали без вести; современные оценки варьируются от нескольких десятков до нескольких тысяч человек и от пяти до пятисот объектов.
В ближайшее время после падения Сектора 12 группа ранее бывшая Триадой, а впоследствии ставшая Повстанцами Хаоса, оставалась раздробленной, изолированной и представляла мизерную непосредственную угрозу кому-либо. Они были слишком заняты зализыванием собственных ран, чтобы причинять заметное беспокойство. Многие считали, что самым разумным было бы уйти в подполье, скрыться и доживать остаток своей жизни в параноидальной безвестности — в конце концов, оперативники Фонда всё ещё стреляли без предупреждения при виде многих из них.
Майор Дэмьен О'Коннор не желал признать своё поражение. Этот харизматичный и умный ирландский активист служил командиром мобильной оперативной группы, в которую был завербован из подразделения ИРА Майкла Коллинза, которое специализировалось по покушениям и было известно под названием "Отряд" или "12 Апостолов". О'Коннор сравнил противостояние, в которое были вовлечены остатки Триады, с борьбой ирландских националистов против английской короны во время ирландской революции и арабов во время арабского восстания в Первой мировой войне. Будучи пламенным оратором и одарённым стратегом, О'Коннор написал несколько лекций по стратегии (большинство из которых до сих пор не были получены разведкой Фонда) и, как полагают, регулярно выступал на тайных встречах остатков Триады. К этому файлу прикреплена выдержка из добытой разведкой Фонда в 1933 стенограммы речи, прочитанной О'Коннором в 1928 перед десятком соратников в Подлогистане.
В то время как О'Коннор заручался поддержкой, Совет O5 инициировал внутреннюю информационную кампанию подавления знаний о Гражданской войне в Фонде. Благодаря высокосекционной природе Фонда, значительному притоку новых кадров во время Великой депрессии
4
, а также чрезвычайным мерам, принятым Советом в отношении цензуры, сокрытие этих знаний организации было до того эффективным, что может удивить современных читателей. К концу 1930-х годов лишь несколько членов Фонда, которые не участвовали в гражданской войне непосредственно, были осведомлены о самом факте этого конфликта. Великий Раскол и два года кровавой войны были урезаны в официальной линии истории Фонда, до группы дезертировавших агентов.
Остатки Триады оставались незамеченными Фондом до 1933 года. Артур Пирс, аналитик среднего звена в контрразведке Фонда, смог связать ряд считавшихся не связанными инцидентов, произошедших в предыдущие несколько лет, с документами, обнаруженными на явке в Лиссабоне (в том числе с выдержкой из стенограммы речи О'Коннора). 5 марта 1933 года Пирс направил Совету O5 меморандум, в котором он предупредил о том, что "эти повстанцы хаоса вновь замышляют против Фонда". Получив украденную копию меморандума, О'Коннор был, по-видимому, рад, сразу же решив окрестить остатки Триады "Повстанцами Хаоса", и этот термин с тех пор был широко принят.
Повстанцы после 1933 года
Примечание: Ввиду требований безопасности Фонда, большинство деталей, относящихся к Повстанцам Хаоса с 1933 года, разделены на отдельные секретные категории в рамках ГРАФИТОВОГО ГРОМА. Сотрудники, допущенные к просмотру этих категорий, должны подать письменное заявление в Управление Архивов и Информационной безопасности.
Как уже упоминалось выше, этот обзор истории Повстанцев Хаоса после 1933 года сокращён в целях безопасности. Ниже приведено нескольких ключевых моментов в истории Повстанцев.
Вторая мировая война (1939–1945)
Хотя ни Повстанцы Хаоса, ни Фонд не заняли сторону Оси или Союзников, Повстанцы воспользовались общим хаосом для консолидации своей власти в ряде стран третьего мира и колоний. Одновременно с этим Повстанцы предпринимали атаки против Фонда — как непосредственно, так и с привлечением сил Союзников или Оси в качестве посредников. Крупнейшее прямое столкновение между Повстанцами и Фондом во время войны представляло собой серию попыток захвата Зоны 41, расположенной в Ленинграде, во время осады этого города нацистами. Эти попытки в конечном счёте не увенчались успехом.
(Подробнее см. в секретной категории "███████████████").
Опосредованное участие в войнах (1947–1967)
На протяжении всей своей истории Повстанцы Хаоса вмешивались в войны и вооружённые конфликты, и в течение 1950-х и 60-х годов при помощи своих агентов, внедрённых в западные и советские военные и разведывательные учреждения они занимались ассимиляцией и спонсированием повстанческих и национально-освободительных движений в многочисленных странах третьего мира. Значительное число членов руководства Повстанцев Хаоса, как полагают, примкнуло к ним в период между 1950 и 1970 годами, а некоторые из "восходящих звёзд" молодого поколения были офицерами ЦРУ или КГБ, или советниками войск специального назначения, отправленными в симпатизирующие противоположной стороне регионы с целью дестабилизировать местную политическую инфраструктуру и заменить её более лояльной к соответствующим политическим силам. Эти оперативники, имеющие опыт контакта и применения местных аномальных артефактов, были приняты в состав на месте или (втайне) обучены внедрёнными агентами Повстанцев, стоящими выше по рангу. Впоследствии они вошли в ряды Повстанцев Хаоса.
(Подробнее см. в секретной категории "█████████████").
Попытка ренегатства Милитаризованной Зоны 59 (октябрь 1962)
В октябре 1962 года полковник Андре Фош, директор Милитаризованной Зоны 59 в Тибете, попытался под прикрытием китайско-индийской войны передать Милитаризованную Зону 59 Повстанцам Хаоса. Благодаря вмешательству боевой МОГ Фонда Кси-13 эта попытка была пресечена. Фош был впоследствии признан в Фонде погибшим, хотя слухи о его бегстве продолжают существовать. Это была самая массовая попытка ренегатства со времени гражданской войны в Фонде.
(Подробнее см. в секретной категории "███████████████████").
Современные Повстанцы Хаоса (1991 — настоящее время)
Сегодня Повстанцы Хаоса считаются весьма неоднородной и многообразной сетью слабо связанных ячеек, а не однородной или иерархической организацией. Хотя в ней существуют некоторые "лидеры", считается, что степень их способности направлять, организовывать, и/или контролировать различные ячейки, по крайней мере, несколько ограничена. Кроме того, захват или уничтожение этих людей вряд ли сможет негативно повлиять на деятельность организации. Какой-либо конкретной географической базы у Повстанцев нет, хотя известно об их присутствии во многих странах третьего мира. Хотя общая стратегия постмодернистской партизанской асимметричной войны Повстанцев против Фонда, Глобальный оккультной коалиции, и прочих носит довольно постоянный характер, конкретные тактики, стратегии и идеологии Повстанцев довольно разнообразны. Известно о связях Повстанцев со многими группами, организациями и правительствами, от юридических и авторитетных лиц до тайных и преступных обществ. Теоретики Фонд ещё не разработали успешной стратегии, гарантирующей победу над Повстанцами Хаоса.
Сноски
1
. Тогда это учреждение находилось близ Парижа и, в отличие от современной Штаб-квартиры Совета, в нём содержалось небольшое количество объектов SCP классов Безопасный и Евклид.
2
. Само собой разумеется, что регулярные силы лоялистов Фонда противостояли нападениям сил Триады, но они редко использовались для наступательных операций.
3
. На то время лоялисты были уверены, что в Секторе 12 находятся
все
силы Триады; лишь позже было обнаружено, что неизвестное количество персонала Триады скрылось без следа.
4
. В 1929-38 Фондом были наняты многие талантливые и квалифицированные специалисты, особенно представители академической науки, которые потеряли работу в результате Великой депрессии. По сравнению с большинством организаций финансовые Фонда дела во время Великой депрессии обстояли очень хорошо, что позволило осуществить одно из крупнейших организационных расширений в его истории.
Связанная документация
Ниже приведена подборка документов, связанных с Повстанцами Хаоса.
Новый Манифест (май 1924)
Новый Манифест
Ко всем членам Фонда
1 мая 1924 года
ВОЗМОЖНО, содержащиеся в следующих страницах настроения ещё не стали достаточно распространены, чтобы стало очевидным их общее благо. Ведь долгая привычка не думать о той или иной вещи
неправильно
придаёт ей поверхностный вид
правильности
, и поначалу каждый готов яростно защищать то, что стало привычным. Но это смятение скоро пройдёт. Время сильнее меняет взгляды, чем попытка убедить.
Десять лет назад человеческая цивилизация погрязла в Великой Войне, и опасность мировому обществу в ней пришла со стороны не врага Внешнего или Противоестественного, но врага Внутреннего и Обыденного. Индустрия смерти в этой войне развивалась с невиданным доселе размахом, опустошая весь цивилизованный мир. И Фонд, имеющий в своём распоряжении множество невероятных и неестественных сущностей, которые могли бы в считанные минуты положить конец конфликту, тихо сидел в тени, наблюдая, как ярчайшее и наилучшее будущее Человечества проливает кровь друг друга на полях Европы. Мы лишь смотрели, мы ничего не делали. Мы, поклявшиеся обезопасить и удержать всё, что грозит Человеческой Цивилизации, поклявшиеся сохранить мир от разрушения, опустошения и страдания, – мы сидели и наблюдали, как человечество убивает самое себя. Как мы смели? Мир назвал эту Войну Великой, Войной, Положившей Конец Всем Войнам, но может Война быть Великой, и почему столь воинственное существо, как Человек, так склонно получать удовольствие, разделывая своих ближних? Как скоро наступит следующая война после Войны, Положившей Конец Всем Войнам? История склонна повторяться, и этот конфликт не будет остановлен извне, человечество погубит себя собственными руками. Организация, бесстрашно смотрящая в бездну и плюющая в лицо древним и сверхъестественным мерзостям, должна спасти людей от их злейшего врага: от них самих.
Все эти десятилетия с момента создания Фонда Совет O5 утверждает, что мы должны оставаться в стороне, безучастными к повседневным делам международного общества. Это не наше дело, — говорят нам они, — бороться с мелкими войнами невежественных масс. И тем не менее, они без зазрения совести вмешиваются в эти же дела, когда тот или иной Смотритель решит, что это целесообразно, — свергая правительства и разжигая выгодные для себя войны. Мы — солдаты в окопах, которые сражаются за них, мы — учёные в лаборатории, которые проводят исследования, можем ли мы высказать своё мнение о том, за что мы сражаемся или о том, что мы изучаем? Совет утверждает, что действует в наивысших интересах Фонда и Человечества. Как же это возможно, если Совет безответен даже к рядовым членам своей организации, которая гораздо меньше Человечества в целом? Мы — те, кто изо дня в день сталкивается с угрозами, и мы — те, кто лучше всего подходит для определения курса нашей организации. Не безликие администраторы — именно мы должны руководить, а не они.
Было бы глупо, конечно, обнародовать наличие сущностей, бросающих вызов привычной картине мира в целом. В конце концов, это наша обязанность — стоять на границе Тьмы и Света, защищая мир в его незнании о грозящих ему чудовищах. Но
тьма
сама по себе не есть
зло
: Наука находится вне морали, и Знание есть Сила. Сила, Наука и современная промышленность способны довести мир почти до полного уничтожения, как показала Великая Война, но правильное применение этих сил способно творить чудеса. Огонь, при неправильном понимании и обращении, столь же разрушителен, как и любая сила, известная человечеству, он способен опустошать города и поля. Тем не менее, обуздав его и относясь к нему с осторожностью и уважением, мы используем его, чтобы обогревать, кормить и питать наши города и расчищать наши поля для новых и более плодородных посевов. Мы, избранные, изучившие бесчисленные невероятные и могущественные аномалии, обладаем достаточным знанием, чтобы вступить в новый Золотой Век Просвещения. Из пепла прошлого восстанут памятники победе человечества над Естественным и Неземным.
Вселенная может быть одновременно приветливой и враждебной, она кишит загадками и угрозами, она полна знаний и сокровищ, она заманчива, но сурова и неумолима. Как всегда, Человечество проходит и будет проходить испытания. Как всегда, Человечество должно принимать эти вызовы, как принимало всегда. И мы должны стать Авангардом, подняв факел, нести свет и вести общество вперёд. Мы, Человечество и Фонд, будем решать проблемы и добиваться успеха, — потому что поступать иначе не в природе человека. Фонд будет заглядывать в каждый тёмный уголок, и это наше право, наша обязанность — осветить их перед всеми, чтобы что человечество могло наслаждаться сокровищами и не бояться угроз. Мы должны не только обезопасить и удержать абсурдное и опасное, — мы должны постичь его тайны и обратить их в орудия и технологии. Мы, Фонд и Человечество, не только
можем
сделать это, — мы
должны
это сделать, если хотим выжить, и не просто выжить, но совершенствоваться и процветать, чтобы Человечество могло с честью занять своё законное место Царя над Природой и Сверхъестественным.
Подпись:
Некто Мыслящий
Стенограмма выступления майора Дэмьена O'Коннора в Подлогистане (1928)
…Уэстон был старым дураком, пережитком прошедшей эпохи, когда войны выглядели как сражения типа "стенка на стенку" и кавалерийские налёты в Долине Смерти. Но от нас требуется не "сделать или умереть", мы должны рассуждать о причинах. Уэстон и Фредерикс заблуждались, считая, что Триада равна лоялистам, не только в легитимности, но и в ресурсах и возможностях. Их заблуждения были опровергнуты, но даже если они и
были
бы правы в своих оценках, Великая Война показала нам, насколько тщетны такие устаревшие стратегии. Только дурак борется на условиях своего врага,  а мы делали именно так. Мы с боролись Фондом на его условиях, когда он был сильнее, больше, лучше финансировался, лучше снабжался; разве может вызывать удивление то что мы потерпели поражение?
Наша борьба была сродни травле: свора собак против медведя. Собаки не строятся в фаланги и не напирают на медведя, чей размер, вес и сила позволили бы ему легко их уничтожить в таком строю. Нет, вместо этого, собаки кусают и грызут этого большого зверя, злят его, иногда пуская кровь, утомляют его, ослабляя до точки, когда он падает в изнеможении, и лишь тогда они могут приступить к убийству.
Нам сейчас не хватает сил, чтобы Фонд всерьёз нас воспринимал. Они считают, что мы пали, они заявили о своей победе и, как характерно для них, утаили эту борьбу. Они рассматривают то немногое, что осталось от нас, как досадное недоразумение, не как стаю собак, а муху или блоху, которую прихлопнуть и смахнуть, если она станет назойливой. Что ж, они правы. Мы слабы, они сильны. Но это не делает непобедимыми их и ничтожными нас. Давайте вести войну блохи. Кусать, отпрыгивать и вновь кусать. Пока Фонд почешет один укус, появится другой. Они держат учреждения по всему миру – и вынуждены быть сильными везде. Нам нужно быть сильными только там, где мы атакуем и когда мы атакуем, прежде чем исчезнуть. Их размер означает, что они медлительны; нас же мало, но мы подвижны. Мы не можем выиграть как армия, но как партизаны, как повстанцы, мы не проиграем.
Фонд, наш враг, игнорирует нас, а мы просачиваемся в него. Враг наступает — мы отступаем; враг разбивает лагерь — мы изводим его набегами; враг устаёт — мы атакуем; враг отступает — мы преследуем. Мы будем везде и нигде, появляясь из ночи и вселяя ужас в их сердца. Может быть, мы постоянно оглядываемся через плечо — было бы неблагоразумно этого не делать — но мы можем заставить постоянно оглядываться и их. Мы можем терроризировать Фонд. Тем не менее, целью этого является не просто терроризировать Фонд, но и использовать против него свою собственную инерцию и энергию. Поражение Триады могло подавить инакомыслие среди рядовых Фонда, но много ли времени пройдёт, пока наши нападения и внедрения – заставят Фонд притеснять своих же членов? Не мы подорвём волю Фонда к сопротивлению, это сделает
Совет O5
.
Давайте не будем забывать, что они связаны узами секретности. Они превозносят свою "Завесу" и вынуждены скрывать существование самих себя и SCP-объектов от всего мира. Мы не настолько стеснены. Единственная причина нашей секретности — помешать им найти нас, оставаться иголкой в стоге сена. Нападая, мы можем украсть их оружие, их оборудование, а также их артефакты, только чтобы в следующий раз обратить против них же. Если наши атаки заденут невиновных, — что ж, на войне бывают жертвы. Фонд может пытаться защитить от нас население — тем лучше, ведь это лишь заставит их распыляться ещё больше. Мы будем агентами хаоса, мы подожжём мир — не для того, чтобы посмотреть, как он горит, но чтобы изнурить пожарных.
Итак, мы добрались до 1933. Как вы видите в самом низу обзора, большая часть современной деятельности Повстанцев Хаоса занесена в другие секретные категории. Я знаю, что многие из вас здесь по другим причинам, так что мы не станем прямо сейчас разбирать их последние проделки.
Вопросы есть?
Хорошо. Сейчас мы с госпожой Буяновой соберём ваши папки. Не забудьте зарубить на носу: тем, кому не читали "ГРАФИТОВЫЙ ГРОМ", рассказывайте только Официальную линию партии, или окажетесь очень надолго в не-факт-что-пустом тёмном подвале.
У нас тут остались бублики, берите на дорожку.