Вечная беседа

…Знаете ли вы, что такое время?
Бесконечный поток, говорите вы. Река, струящаяся из прошлого в будущее. Что ж, вы можете так говорить. Ясность мышления всегда была чужда смертным. Прошлое – время, будущее – время. Значит, время – река, которая течёт из времени во время? Да, согласен, странно звучит. Но из этих слов вытекают именно такие выводы. Слушать смертных порой бывает очень забавно и интересно.
Но пусть, пусть говорят.
Я, в отличие от них, не знаю, что такое время, поэтому рад любой новой информации. Пусть даже недостоверной. Сколько людей, столько и мнений, но в каждом – осколок истины…
– Здравствуй, учитель.
– Здравствуй и ты, Каменная. Давно не виделись. Решил было, что обо мне забыли…
Лгу, бессовестно и беззастенчиво, как лгу всегда. Для меня действительно не существует времени. Мы, боги, видим всё в развёртке. Для нас нет настоящего, прошлого и будущего, для нас есть только совокупность мгновений, каждое из которых доступно, лишь руку протяни. Вокруг лишь одно настоящее, хотя и его можно изменить, приложив старание. В том месте, что вы называете прошлым, остальные стараются сделать как можно большую часть моих мгновений похожими друг на друга. Холодный камень стен, тишина, кровь, медленно сочащаяся из раны…
– Как можно забыть те времена? Пожалуй, это была самая интересная эпоха в истории Земли…
Иногда обо мне вспоминают, разнообразя моё заточение. Остатки моих почитателей, ещё хоронящиеся по лесам Каменного пояса и передающие из уст в уста предания о затерянном храме Изменяющего. Или, если повезёт, мои самые первые ученики.
Как в этот миг.
– Когда новые формы жизни появлялись каждое мгновение, земли меняли очертания, атмосфера содрогалась, а вас всем кагалом гоняли по сотрясающемуся миру? А у тебя извращённые представления об интересном, скажу я тебе…
Она аж заходится в кашле от изумления. Приятно, что я ещё могу удивлять даже самых старых знакомых…
…Знаете ли вы, что такое смерть?
Конец, говорите вы. Гибель. Полное прекращение существования. А потом вы начинаете рассказывать про жизнь загробную, про посмертие и реинкарнацию, и многие якобы атеисты тоже лелеют слабенькую надежду, что гробовой доской всё не кончается… И в конце концов рассуждения выливаются в то, что смерти как таковой не существует. Если нет бесповоротного окончания, то где же она?
Я не знаю, что такое смерть. И потому с улыбкой выслушиваю ваши подчас наивные суждения… Вот видите, вы, кого называют смертными, вы знаете много того, о чём неизвестно богам. Именно потому я столько мгновений трачу на то, чтобы повозиться с разной органикой. Я любознателен.
За то и страдаю, пожалуй. Не нравится остальным, когда наш брат слишком много знает…
– Как там Золотой?
– Пару месяцев назад с ним виделась. Продолжает спускаться, а я так глубоко почти не забираюсь. Он же настолько велик, что с теперешним оборудованием смертным мудрено не заметить – приходится таиться…
– А я рядом с ним вообще микроб, и что с того? И меня нашли!..
Смех.
Да, смертные очень любопытны. В те мгновения, которые вы называете прошлым, они создают довольно занятную организацию по поиску всего того, что кажется им странным. Я и то, что вокруг меня, кажется им именно таким, поэтому у храма стоят какие-то постройки, где они суетятся, а ко мне иногда приходят побеседовать, чтобы узнать обо мне побольше. Хорошее развлечение – беседовать с этими учёными…
Правда, языки у людей редкостно неудобные. Практически невозможно общаться без категории времени. А жаль. Даже с учениками приходится изворачиваться, подбирая доступные слова.
– Ну да, – задумчиво соглашается Каменная. – Даже странно, что его ещё не заметили…
…Знаете ли вы, что такое вечность?
Как-то неуверенно вы отвечаете. Никак не знаете? А со стороны кажется, что нынче смертные знают всё… И думаю, вряд ли вы знаете, каким я вижу этот мир.
Открываются ворота Царства Света, и я низвергаюсь вниз, в молодой, недавно сотворённый мирок из камня и пыли, решив исследовать его по примеру некоторых других богов. Я чувствую солнечный ветер, непрерывно пронизывающий космос и мою структуру. Ощущаю бесконечное перемещение жидкого огня и глыб камня под собой, бесконечные столкновения, соединения и разъединения элементов, незримая лучистая энергия которых подпевает ветрам светила. Маленькие комочки биомассы, копошащиеся на поверхности мира, хаотично меняются под её воздействием, иногда становясь сложнее и удачнее.
Круговорот метаморфоз, не имеющих конца, так и просящийся, чтобы взять его в свои руки – таким я вижу мир в те мгновения, что вы называете прошлым.
Мир содрогается, трясётся и выворачивается наизнанку, время комкается и стонет, пагуба протягивает щупальца, живые существа гибнут миллиардами, чтобы не вернуться никогда, а из тлена и гнили возникает новое бытие. Так я вижу и первое при нас явление Разрушителей и их слуг – первый из чреды Приливов, что приходят из-за края реальности. Разрушители подобны нам, богам, но чужды и противоестественны, сами же они именуют себя – Провозвестники Переворота. Я вижу борьбу с ними, вижу поток смрада и гнили, захлёстывающий мир, вижу их визиты, минувшие и грядущие, как вы бы сказали – достаточно лишь сосредоточиться, чтобы вновь увидеть этот крах всех устоев. Но зачем?
Крошащиеся камни и плавящийся металл, содрогающиеся сферы и низвержение богов, бесконечный круговорот преображений и ощущение безграничной свободы – такими я вижу мгновения, которые вы называете будущим. Мгновения, когда мой храм лишь груда пыли, и враги мои ныне без тронов, а сам нахожусь на свободе. Возможно, для вас это очень далёкое будущее, и в эти мгновения никого из вас не существует… Но какая разница?
Простирающийся во все стороны молчаливый камень, в глубине которого тихо пульсирует жизнь, кровь, сочащаяся из раны в ониксовую чашу, бесконечные оковы, лежащие выше слов и удерживающие крепче материи, и разговор о том, что на вашем языке зовётся  – таким я вижу то, что вы зовёте настоящим.
Всё из вышеперечисленного доступно мне, я нахожусь сразу во всех временах, если только ко мне применимо понятие . Любой отрезок того непостижимого полотна, которое именуется временем, всегда к моим услугам. Таким образом, для меня этот разговор длится вечно – я могу дотянуться до него и оттуда, где ещё не родился ваш прапрапрадед, и оттуда, где умер последний из ваших потомков… Можете ли вы это осознать?
Да, у богов тоже есть свои преимущества перед смертными. В конце концов, при всём моём восхищении вашим мышлением обычно смертные поклоняются нам, а не наоборот…
– И не меня одного нашли, между прочим. Этот рогатый упрямец Ай Нэил тоже сидит у смертных, и Чёрная, и даже какая-то из аватар Вышнего…
– Вот даже как? – удивляется Каменная. Впрочем, я вообще дико хохочу при мысли, что даже Вышний числится в списках так называемого . Откуда мне это известно – и не спрашивайте. История весьма длинная, хоть и любопытная… – А что другие?
– Разбитый так и не собрался. Об остальных не слышно. Шутник, наверное, всё ещё гуляет, как и Зелёный. О моих учениках тоже не слышно… Что, неужели?
– Что – неужели? – удивляется она.
– Никак Ледяной сгинул?
– Да, пару лет назад был такой слух… Но как ты узнал, учитель, что я собралась заговорить о гибели Ледяного?
Да, трудно говорить с теми, кто живёт во времени. Когда ты наперёд знаешь, чем закончится каждый разговор – невероятно трудно сдерживаться и не опережать ход событий. Тем более когда речь идёт об одном из талантливейших моих учеников. О Ледяном.
Судьба любит пошутить. Я смотрю туда, где в настоящем простираются бескрайние волны, а в том, что вы зовёте минувшим, стоит небольшой скалистый остров. Я вижу его, злобного, весёлого и хитроумного, чем-то похожего на Шутника. Несущегося холодным ветром, бушующего снегопадом и бураном, любящего бескрайние территории западного материка… Правда, после преображения он чересчур отдаётся звериным страстям… Видимо, в этом и кроется корень его бед.
Что ж, я уже говорил, что мне неведомо, что такое смерть. Остаётся лишь думать о том, что мой ученик теперь точно это знает…
I.    Кровь есть жизнь и жизнь есть кровь, ибо нет одного без другого.
II.    И коли жизнь владыки нашего есть Изменение, то и кровь владыки нашего есть Изменение.
III.    И коли вкусить заповедную кровь, ключ главной метаморфозы, пути откроются тебе.
IV.    Кровь владыки нашего Изменяющего – нектар огненный, что подобен вину, родниковой воде и солнечному свету.
V.    Вкуси его – и лишь тогда ты полностью познаешь Благодать Преображения, ибо двери твоего разума распахнутся, а тело твоё перестанет испытывать несовершенство.
VI.    И плоть твоя будет замещена, и станет твоё тело звонким, точно клинок, либо твёрдым, как камень, и текучим, словно ртуть.
VII.    Мириады обличий станут доступны тебе, и новое тело никогда не столкнётся с тлением.
Из книги D-3345610 . Глава 2, .
Разумеется, всё значительно упрощено… Но когда это я говорил смертным
всю
правду?
– До встречи, учитель, – говорит она, прежде чем уйти.
– До встречи, Каменная. Заходи ещё.
Я смотрю вслед женщине в зелёном платье, слишком искрящемся и слишком неподвижном, чтобы быть обычной тканью. Смотрю, как дрожат контуры её тела, меняясь с каждым мгновением. Смотрю, как небывалых размеров тёмно-зелёная ящерица с женской головой и длинной чёрной косой, ровно лежащей на спине, погружается в камень стены. Лёгкая рябь пробегает по кладке, и я вновь остаюсь в одиночестве.
Я знаю, что за пределами храма царит ночь, и люди из Фонда спят. И знаю, что так называемые видеокамеры ничего не фиксируют. Моей воли вполне достаточно, чтобы обмануть эти простенькие устройства. И ещё я знаю, что одна из моих учениц прямо сейчас скользит сквозь толщу камня, который уже давно является её собственной плотью.
– До встречи, Хозяйка Медной Горы, – улыбаюсь я.
Статья проверена модерацией
Другие статьи этого автора