Похищение "Солидарности": Фаза 3


Иероним был самым старым из сотрудников класса D на борту "Солидарности". Он еще помнил время, когда Стеклянные Матери произвели на свет четвертое поколение. Он сражался с неогенной лунакулой, которая угрожала Отсеку Аквакультуры, и победил ее. Каждый раз, когда возникало разногласие между братьями, клан шел к нему на поклон, ведь все знали, что своим мудрым решением он сможет привести спорщиков к мирному компромиссу. Вся Единая Нация превозносила его имя, ибо он был величайшим старейшиной в ее истории.
Теперь же он остался последним выжившим из всей Нации, и он умирал. Космос и прожитые годы взяли свое. Синие вспухшие вены переплетались под рыхлой, прозрачной кожей. Распухшие органы в его теле хрипели, сипели и ходили ходуном - они уже давно отслужили свой срок.
Третичная Автоматизированная Уборочная Система, враг, с которым Нация сражалась испокон веков, решила поменять прежнюю простенькую тактику боя, которая заключалась в постоянных набегах и отступлениях, и атаковала в полную силу. На пути потока серебристо-зеленых слизней встали метатели молний и нанопасты, и граждане Нации сражались бок о бок со Стражами Владык, их воинами и книжниками. Они бились до последнего вздоха, пока слизь не поглощала их, и повсюду враг встречал достойный и беспощадный отпор. Братья Иеронима Теофраст и Преджект, которых он любил как своих сыновей, пали последними, но успели выдворить слизней-уборщиков из модулей Нации и запечатать все проходы.
И вот он, старый Иероним, прибыл в Отсек Предков, чтобы встретить эмиссаров, посланных далекими Владыками. Они преодолели долгий путь в попытке достичь земель Нации, но прибыли слишком поздно, чтобы оказать помощь.
Но он будет цепляться за жизнь до последнего, ровно столько, сколько потребуется, чтобы передать свою миссию эмиссарам.
Стоявший вдалеке челнок был сильно поврежден: огромные куски его обшивки отсутствовали. То, что осталось, было обожжено и покрыто выщербинами. Челнок удерживали огромные магнитные стыковочные захваты, но эмиссары все еще не вышли наружу.
Люк открылся, и из него высунулся оружейный ствол. Через какое-то время он спрятался внутрь, и наружу выглянула чья-то голова, которая осмотрела Отсек Предков и тоже скрылась внутри челнока.
Неуклюже переставляя ноги по ступенькам из-за непривычной гравитации "Солидарности", по трапу сошли пять женщин
1
. Они были вооружены и одеты в бронежилеты и несли с собой мешки с припасами. Следом за ними спустился мужчина, облаченный в скафандр, поверх которого был надет идиотского вида халат и такая же несуразная шляпа.
- Мир вам, уважаемые гости! - обратился Иероним к эмиссарам, когда они подошли ближе. - Я приветствую вас от имени Единой Нации.
Он поклонился настолько низко, насколько позволяла его хрупкая спина. К его удивлению они сделали то же самое, чем несказанно его обрадовали: ведь это верный признак того, что Владыки узнали о его благих деяниях и были довольны им.
- Спасибо, - сказала женщина с жутким шрамом на лице. Иероним решил, что она была главой эмиссаров, судя по ее величественной позе и интонациям голоса.
- Нет, не вы должны меня благодарить. Вы - слуги Владык и мои гости. Я - Иероним, последний из Единой Нации.
- Босх, что ли? - спросила женщина с черно-белыми волосами, самая рослая среди них. Иероним моргнул от удивления. Что это за слово? Какой-то чужеземный термин, обозначающий замешательство? Он задумался на какое-то время, но потом быстро отмахнулся от этой мысли, которая все равно никак не относилась к делу.
- Что произошло с остальными людьми? - сказала женщина со шрамом.
- Все мертвы, - ответил Иероним, потупив голову. - Боюсь, что вы прибыли слишком поздно и слишком рано. Я остался в одиночестве и умру, так и не дождавшись того момента, когда Стеклянные Матери смогут выполнить мою просьбу о пополнении наших рядов.
Он попытался улыбнуться, но улыбка получилась широкой и глупой.
- Но хватит об этом. Давайте обсудим дела Владык позже. Я отведу вас в селение, где вы сможете утолить свой голод и получить из Раздаточной все необходимые вещи, и потом я передам вам свои полномочия. Пожалуйста, следуйте за мной.
[Хана: Ну разве он не душка?]
[Момоко: В этом определенно должен быть какой-то подвох…]
[Томи: Ну да.]
[Хана: Мне он понравился.]
[Момоко: Не могу поверить, что они оказались такими профанами в деле подготовки западни.]
[Томи: Пока ничего подозрительного не замечено.]
[Шеф: Спокойствие, только спокойствие…]
[Момоко: Использовать милого старичка в качестве приманки? Да они либо идиоты, либо гении тактики и стратегии.]
[Нанами: Основываясь на нашем личном опыте, могу сказать, что это одно и то же.]
[Шеф: Она права. Ведь мы сами когда-то воспользовались похожей уловкой.]
[Момоко: К черту двусмысленность. Хочу немедленно угодить в ловушку.]
[Томи: Ха-ха-ха.]
[Хана: Просто держите ушки на макушке. Причин для паники пока нет.]
[Шеф: Единственный выживший представитель целого народа клонов, выращенных на борту гигантского древнего космического корабля - это еще не самое странное, с чем нам приходилось иметь дело. Скажите спасибо, что хоть в этот раз Фортуна развернулась к нам не филейной частью.]
[Нанами: Ну ёшкин кот! Теперь мне вдруг захотелось вспомнить, что представляла из себя самая странная вещь, с которой мы когда-либо имели дело.]
[Момоко: … ]
[Момоко: Чувствую я, что скоро ситуация повторится.]
Шеф ощущала себя восторженной школьницей, будь она и вправду ею
2
или если бы она могла открыто выражать свои чувства. Она по-своему чувствовала восторг, и по случайным косым взглядам сестер поняла, что они об этом догадались.
Корабль был больше, чем она себе представляла. И хотя он обладал определенной привлекательностью, подобно новенькому гладкому макбуку, но все-таки испытывал недостаток в плане стерильности и чистоты. Индивидуальность "Солидарности" медленно сочилась из стен. Кое-где даже в буквальном смысле.
Стены переходов и модулей держались на клейкой ленте и честном слове, местами на чем-то одном из двух. В элементах интерьера проглядывали то прагматичность и аккуратность, то неуклюжая прочность, а то и аляповатость в сочетании с откровенной бессмыслицей. Оборудование, созданное совершенно разными разумными видами, компьютерные терминалы и порты доступа. Все здесь неоднократно перестраивали или заменяли: отрывали, приколачивали, лепили сверху, приваривали, встраивали. Стены были испещрены надписями на десятках, сотнях различных языков, и все они были ей понятны, даже те, что были написаны какими-то инопланетными иероглифами. Она сама не могла дать объяснения этому феномену, но ее это особо и не волновало. А вдруг это все космическая магия? У них ведь есть космический волшебник. Так что и космическое волшебство теперь не представлялось чем-то из ряда вон выходящим.
Местные жители были под стать окружению: строение тела и черты лица одинаковы для всех, а голоса по-детски тонкие, как у кастратов. Вполне вероятно, что выращивали их гораздо быстрее, чем ее или сестер. Чтобы под рукой всегда был расходный материал, это как пить дать. Был зачат, родился, жил, работал, умер на корабле или станции и никогда не видел Землю. В то же время ей не очень было их жалко – с точки зрения выращенных в пробирках рабов эта жизнь была не такой уж и плохой. Хотелось бы надеяться, что они нормально воспримут смену руководства, и хотя Шеф вполне осознавала, что этого может и не произойти, ну да ладно, они свободны выбирать, а она сейчас была слишком переполнена отупляющей, почти что детской, радостью, чтобы размышлять о подобном.
Спиной она чувствовала, что вернулась туда, где раньше не была. Она знала этот корабль. Знала каждую деталь так же хорошо, как какой-нибудь человек знает расположение предметов у себя в спальне. Лязг ботинок по металлической лестнице, сухой запах теплого воздуха, скрип непонятно откуда взявшегося паркетного покрытия был ей близок, как будто она провела с ними долгие годы.
Она была дома. Это определенно и точно был
ее дом
.
Над аркой, обозначавшей выход из погрузочного дока, была выгравирована надпись. Шеф почувствовала, как эти слова трепещут у нее в груди, когда они миновали проход.
"Да обретешь ты мир и покой в конце своего пути".
Дом принял ее, как старый любимый друг.
Выписка из Рабочего журнала раздаточного механизма: Станция SmartPrint №40
[НЕВОЗМОЖНО ПРОСТАВИТЬ ДАТУ: ПОЖАЛУЙСТА, ОБРАТИТЕСЬ В ИНФОРМАЦИОННУЮ СЛУЖБУ КОРАБЛЯ]
Поскольку данный терминал был неактивен с [НЕВОЗМОЖНО ПРОСТАВИТЬ ДАТУ: ПОЖАЛУЙСТА, ОБРАТИТЕСЬ В ИНФОРМАЦИОННУЮ СЛУЖБУ КОРАБЛЯ], от покупателей требуется оставить отзыв о продукции в целях дальнейшего поддержания качества выпускаемых товаров.
Спасибо за то, что воспользовались услугами Станции SmartPrint №40!
Заказ #110030437
Содержание:
Майка (черная)
Штаны карго (оливковые)
Сапоги (черные)
Нарукавная повязка с надписью (Компания Черный Кролик)
Отзыв покупателя: Интерфейс требует оптимизации. Обслуживание быстрое, качество продукции высокое.
Заказ #110030438
Содержание:
Летнее платье, модифицированное для боя (цвета морской волны)
Сандалии
Нарукавная повязка с надписью (Компания Черный Кролик)
Отзыв покупателя: Удобная штука.
Заказ #110030439
Содержание:
Блузка (белая)
Двубортный костюм-тройка (черный, с подкладкой из алого бархата и золотыми пуговицами)
Шерстяные перчатки без пальцев (белые)
Шейный платок (белый)
Фуражка (черная)
"Умная" глазная повязка (с функцией доступа в локальную компьютерную сеть)
Нарукавная повязка с надписью (Компания Черный Кролик)
Шуточная сигара (с шоколадно-банановым вкусом)
Отзыв покупателя: (◠ ω ◠)
Заказ #110030440
Содержание:
Бандана (красная)
Футболка (черная, с принтом: малышка Байонетта)
Джинсы (свободный покрой, светлый оттенок, без дырок)
Боевая броня класса "Аурохон" [ОШИБКА: НЕЛЬЗЯ ПРОИЗВЕСТИ]
Нарукавная повязка с надписью (Компания Черный Кролик)
Отзыв покупателя: Ой, да ладно тебе, там же была боевая броня в каталоге.
Заказ #110030441
Содержание:
Альпинистские солнцезащитные очки (фиолетовый оттенок)
Шарф (голубой, с узором по краям в виде альпак)
Гавайская рубашка на пуговицах (синяя в желтый цветочек)
Соломенная шляпа
Нарукавная повязка с надписью (Компания Черный Кролик)
Отзыв покупателя: Нет.
Иероним поставил на стол перед гостями всю еду, какую удалось найти в селении. Планктон и пироги с крилем, даже целая рыба-веретено из Отсека Аквакультуры. Женщина со шрамом представилась как Шеф.
Да, они определенно не были похожи на Стражей из древних легенд, или тех, что жили на корабле во времена пращуров. У них были звериные уши и хвосты, да и выбор одежды был каким-то странным. Но Владыки поручились за них, а он не вправе оспаривать их решения.
Владыки, однако, ничего не говорили об их ненасытности. Пять женщин поглощали пищу подобно братьям, только что рожденным из Стеклянной Матери. Волшебник, бледный мужчина в скафандре, угрюмо жевал свою порцию и с помощью ручного насоса закачивал бульон в отверстие на груди.
- Владыки невероятно добры, раз прислали сюда таких воинов, - сказал Иероним. - Вам наверняка удастся сделать то, что не удалось нам - одолеть Уборочную Систему.
- Бери выше, - сказала Шеф и улыбнулась. - Мы собираемся захватить мостик.
Иероним поднял брови. В горле у него встал ком.
- Но ведь подготовка к подобной кампании займет время. Я могу обратиться к Матерям за подкреплением, но вам все равно придется ждать.
- В этом нет нужды, Иероним, - отмахнувшись, сказала Шеф. - Мы и сами справимся.
Вшестером? Безумие. Это безумие! Их же поглотят!
- Дедуль, нам ждать некогда, - сказала другая женщина, с черно-белыми волосами. - Плотный график.
- Я понимаю, но если вы подождете, пока Матери…
- Схемы корабля, доступ к складу оружия и исследовательским данным. И чтобы никто не совал нос в наше дело. Вот и все, что нам нужно, Иероним.
Иероним почувствовал, как вес ее слов продавливает его сквозь весь корабль и выбрасывает в открытый космос.
[Нанами: Шеф, думается мне, что он от этого не в восторге.]
[Шеф: Сама вижу. Ничего, пусть привыкает.]
[Томи: А может и нет.]
[Хана: Похоже, недолго ему осталось. Помните, он ведь сам говорил нам об этом раньше.]
[Шеф: Да уж. Бедный дедушка.]
[Шеф: Но вернемся к нашим баранам. До начала операции отдохните и проверьте оружие. Даю вам тридцать шесть часов.]
[Томи: Маловато будет, Шеф.]
[Шеф: Понадобится - добавлю. Но пока - тридцать шесть.]
[Момоко: Ты ведешь себя так уверенно, как будто у нас уже все схвачено.]
[Шеф: Да ни фига подобного. Девки, я знаю, что вы любите играть в героев боевиков, но не надо думать, что "все схвачено" только потому, что мы сейчас не прем напролом на вражеские укрепления.]
[Момоко: Не гони волну.]
[Шеф: Да чья бы корова мычала. Дай тебе волю, уж ты устроишь заварушку. Но поскольку возражений больше ни у кого не возникло, будем считать, что пришли к консенсусу. Сообщайте о любых возникающих проблемах, решим вместе. Нанами, как обстоят дела с компьютерными сетями?
[Нанами: Да пиздец полный. Сети тут модульные, и доступ у меня есть только к данному сектору. Админки, похоже, нет, всем заправляет ИИ, а он весь из себя такой древний, инопланетный и заблокированный. Придется все делать вручную - либо с мостика, либо с одного из сетевых хабов.]
[Шеф: Держи меня в курсе.]
[Момоко: Блин, а ведь мы так и не вспомнили, что из себя представляла самая странная вещь, с которой нам приходилось иметь дело. И теперь эта мысль никак не выходит у меня из головы.]
Иероним сидел и смотрел, как женщины ели. Он не стал присоединяться к трапезе – сейчас ему было не до еды. Время от времени он обращал внимание на мужчину, который до сих пор не проронил ни слова. Неожиданно в его кремниево-металлическом мозгу возникла мысль, что где-то он этого человека уже видел.
- Господин, с Вами все хорошо? - спросил он. Мужчина поднял глаза, и на мгновение они встретились взглядами.
В этот самый момент Иероним увидел Владыку Владык, который взирал на него. Не выдержав подобного зрелища, он моментально скончался.
Волшебник побледнел еще сильнее и упал в обморок, ударившись лицом о стол. Его шляпа покатилась по полу, и возникшее было молчание прервал громкий крик.
Несвязно бормочущие голоса поглотила темнота, и осталась лишь пустая тишина. Волшебник летел сквозь холодное серое пространство навстречу туманному свету, как вдруг обнаружил, что он стоит посреди пустынной обледенелой равнины под черным солнцем, окруженным тускло-оранжевым ореолом.
Напротив него стояло тощее существо рыжего цвета с символом на безликой голове: два концентрических круга и три стрелки, указывающие в их центр, на единственный золотой глаз с прямоугольным зрачком.
Рыжик.
Неприятные воспоминания накатили как прилив. Обледенелая равнина и темное солнце, которые исчезали утром, но являлись к нему во снах каждую ночь, раз за разом, снова и снова.
Он чувствовал, как Рыжик копошится в его мозге, сплетаясь в клубок из мыслей внутри его разума.
Результаты достигнуты.
Волшебник схватился рукой за грудь из-за неожиданного приступа боли.
Нам больше не грозит конец.
Волшебник упал на ледяную крошку, спазмы охватили все его тело, между обледенелыми нервами словно проскакивали белые электрические искры.
Наконец мы достигли мира.
Его глаза, его разум, все было заполнено дымящейся красной болью, пульсировало, пульсировало, пульсировало. И с каждой пульсацией он чувствовал, как будто его что-то вытаскивает наружу, растягивает, как резиновый жгут. Его тело оставалась неизменным, но сознание растекалось по всему космосу, охватывая Великое Ничто.
Затем его разум поглотил Рыжика, и они стали едины.
Ранее их мысли существовали отдельно друг от друга, но теперь они представляли собой океан, и, плавая в этом океане, он чувствовал присутствие других сознаний, соединенных друг с другом, еще большего размера, похожих на гигантские планеты, по сравнению с которыми он и Рыжик были лишь жалкими булыжниками. Мысли Рыжика были его мыслями, его мысли были мыслями Рыжика, а оба их сознания являлись лишь волнами в океане разума далеких могущественных сущностей.
Он чувствовал сокрушительное давление времени, видел бездну веков, размеры которой были сравнимы только с масштабами ее собственной бессмысленности. Времени
всегда не хватает
, независимо от того, насколько обширно пространство. Мысли, перетекавшие из узла в узел, были для него непостижимы – он мог лишь почувствовать ток мыслей, окружающих его, увидеть фрагменты проносящихся в голове изображений. Он не мог слышать слова, но мог почувствовать их смысл.
Мы приветствуем рождение новой жизни.
Как раз вовремя.
Последний штрих, который позволит решить проблему тщетности.
Дело Совета близится к завершению.
Наконец-то воцарится порядок.
Остается лишь самая малость.
Нужно время, чтобы собрать всех вместе.
Собственные мысли Волшебника крутились в его черепе, сжатые под давлением океана мыслей Рыжика. Он тонул в информации на его мутном дне, в фрагментах воспоминаний и впечатлений, и с ужасом понимал, что на самом деле ничего не понимает. Он отчаянно попытался остановить поток, замедлить его хоть как-то, чтобы он мог во всем разобраться. Напрасно. Он уплыл слишком далеко от своего любимого острова блаженного неведения, и теперь всем, что у него осталось, был страх перед неизведанным. Миллиард, миллиард кусочков головоломки, и ни один из них не подходит к другому.
Но вдруг - проблеск, и еще половина проблеска, и вот перед ним разрозненный набор кусочков, которые сложились в несуразную, шаткую последовательность. Место. Точка, к которой крепятся якоря могучего океана мыслей.
Луна.
Последовательность рассеялась, и по поверхности мыслеокеана пошла рябь, вызванная появлением нового сознания. Оно бросило якорь ближе к Волшебнику. Нечто обширное и дремлющее, целая стая. Разум Рыжика коснулся его, но гигант не отреагировал. Океан вздыбился и начал проникать в этот дремлющий разум, чтобы ассимилировать и сделать частью себя.
Нет. Он должен предотвратить этот ужасный процесс, независимо от того, что он из себя представляет на самом деле. Нет. Он должен это сделать, он сможет это сделать,
потому что он, мать его, Космический Волшебник
.
Он пробивался сквозь заслон разума Рыжика, вся его сущность рвалась в клочья, пока не осталась лишь основа души, которая, издав немыслимый крик, выстрелила стрелой сознания Волшебника через мыслеокеан Рыжика прямо в спящего гиганта. Чтобы предупредить его. Разбудить его.
Он преодолел все границы. Его разум коснулся гиганта.
- Здравствуйте, Смотритель, - отозвался спящий.
Ответ пришел автоматически, пробившись через красный туман. Внешние стены согнулись под тяжестью разума Рыжика.
- Проснитесь! Пробудите всех!
- Начинаю перезагрузку всех систем корабля. Желаете принять командование, Смотритель?
Разум Рыжика начал вливаться в проделанное отверстие и анализировать спящего.
- Нет! Нет-нет-нет-нет-нет-нет! Не я! Это определенно буду не я!
- Принят запрос о передаче командования другой личности. Пожалуйста, укажите получателя.
Волшебник сконцентрировался, отринул ужасную боль, бесконечные видения, бесполезный страх, отсутствие времени и представил себе лицо. Лицо женщины. У нее были зеленые с металлическим блеском глаза, трехцветные волосы, жуткий шрам на щеке, и Волшебник любил ее.
-
Они на Луне!
- проорал он.
Лицо вдруг широко открыло глаза, поморщилось и выплюнуло шматок полупережеванной пищи.
- Тьфу! Ненавижу изюм…
- Получатель принял сообщение, - услышал Волшебник мысли спящего. - Процедура передачи командования выполнена. Ликвидация чужеродных элементов и полная перезагрузка через три… две… одну…
И потом была лишь тьма.
- Черт побери, черт побери, черт побери, черт побери! - вопила Нанами, бегая кругами.
- Успокойся! Успокойся, тебе говорят! - кричала Хана, пытаясь сделать непрямой массаж сердца.
- Почему он весь рыжий? Что у него с лицом? Почему дед откинул копыта?
Никто ей не ответил. Никто не знал ответа. Иероним был мертв, а Волшебник лежал без сознания. Пульса нет. Дыхания нет. Его кожа окрасилась в оранжевый цвет, а вместо лица появился большой желтоватый глаз в центре черного кольца.
Шеф держала в руке пистолет. Нацеленный прямо ему в голову. Все так, как он и говорил. Когда Хана закончит, она выстрелит два раза, потом они затолкают тело в воздушный шлюз и отправят на Солнце, а Момоко сыграет на волынке и …
Корабль застонал, где-то в отдалении зажужжало и заурчало его механическое чрево. Лампы у них над головами загорелись ярче. По экрану терминала, стоявшего в углу, побежали цифры и буквы, что свидетельствовало о начале загрузки системы.
-
Он пробудился
, - подумала Шеф.
Из невидимых динамиков раздался громогласный голос.
"На связи Ядро-Примарх Арториас".
Затем еще один.
"На связи Младший офицер Звенящая Песнь".
И еще один.
"На связи Мать Драконьих Охотников. Начинаю прогрев орудийных систем".
И еще несколько.
“На связи Синий Плутониевый Круг. Основные двигатели в полной готовности”.
“На связи Кровавое Урановое Солнце. Вспомогательные двигатели в полной готовности”.
"На связи Великий-и-Ужасный. Двигатель ЭИН в режиме ожидания".
“На связи Третий Джаз. Начинаю размораживание сельскохозяйственных модулей”.
И множество других голосов, перебивавших друг друга. Дюжины. Сотни. Тысячи их.
"НА СВЯЗИ МОГУЧИЙ ТУАЛЕТНЫЙ УТЕНОК"
"На связи Нужно-Больше-Минералов. Начинаю производство боевых дронов"
"На связи Расторгнутый Контракт. Возобновляю производство антиматерии"
"На связи Ужасный Инфернальный Клан Священного Лотоса. Возобновляю трансляцию мультсериала
Мой маленький пони
"
Среди нестройного рева десятков тысяч голосов она расслышала одно отдаленное, знакомое эхо, которое помехой встревало в хор пробудившегося корабля.
“Они находятся на Луне!”
Она узнала тот голос. Она поняла, чья это заслуга. Она знала, что надо делать.
Первый голос опять загрохотал, словно древний бог.
“Шеф, срочно пройдите на мостик. Все системные операторы вернулись в строй и ждут приказов.
Солидарность
в Вашем распоряжении".
Сноски
1
. Иероним хорошо знал, как отличать их от прочих слуг Владык и не поддаваться их голосу и формам тела.
2
. Ее "школьные годы" прошли за обучением боевому искусству крав-мага, да и к тому же никогда в жизни Шеф не надела бы на себя юбку.