Происшествие в "Тамплиере"

В пустынном кабинете в Зоне 64 сидел за столом невысокий молодой мужчина с проседью. Напротив него находилась небрежно одетая женщина с чёрными волосами до середины шеи, завязанными в хвостик. Вдоль задней стены кабинета выстроилось несколько старых картотек, остальные стены занимала коллекция мотивационных плакатов. Мужчина был известен как
научный сотрудник Фредрик Клейтон
. Женщина звалась
агентом Сашей Мерлоу
. Данные субъекты хранили молчание, их беседа была приостановлена, поскольку они ожидали прибытия третьей стороны. Время ожидания на данный момент приближалось к получасу.
Дверь в кабинет отворилась, и вошёл мужчина, одетый в лабораторный халат на несколько размеров меньше, с толстым слоем щетины на подбородке. Он уселся и одарил Клейтона воодушевлённой усмешкой.
– Здравствуйте, товарищи Сотрудники! – проревел он. – Как будем сегодня уничтожать загадки вселенной?
Клейтон немедленно посмотрел на Мерлоу. Было видно, что она каждой каплей силы воли удерживается, чтобы не расхохотаться.
– Как я понимаю, это и есть агент Наварро? – спросил Клейтон у Мерлоу. Радости на его лице не появилось.
– Я – Доктор Научкин! – перебил его мужчина. – Я родился с пробиркой в ​​одной руке и жаждой знаний в другой!
– Вы не знаете, что у меня встречи каждый день расписаны по часам? – вздохнул Клейтон, обхватив голову руками. – У меня на самом деле нет времени на это всё.
– Ты где халат взял? – хихикнула Мерлоу.
Наварро усмехнулся, стаскивая свой тесный халат.
– Висел на спинке стула в комнате отдыха. Я не смог устоять… – ответил он и повернулся к Клейтону. – Это правда, что вы поймали в папку мысли
Йерихо
?
– Правда, – сказал Клейтон, разворачивая кресло к одной из картотек, выстроенных вдоль задней стенки. Тщательно выбрав ящик, он открыл его и вытащил несколько папок. – Потребовалось некоторое время, чтобы директор Холман обеспечил доступ к картотеке, но я успел переписать около четырёх дней мыслей, прежде чем они остановились.
– Как так остановились? – спросила Мерлоу. – Нельзя так просто взять и перестать думать.
– Уже не первый раз такое случается, – вздохнул Клейтон. – Либо ваш человек мёртв, либо, что более вероятно, у него есть незадокументированный экземпляр такой картотеки. Если написать имя на двух шкафах одновременно, это остановит сбор мыслей. Мы считаем, что это мера предосторожности, созданная первоначальными владельцами этих картотек.
– И было ли что-то полезное в тех мыслях, которые вы расшифровали? – спросил Наварро, быстро забирая папку из рук Клейтона.
– Было, – сказал Клейтон, расплываясь в самодовольной улыбке. – Если планы Йерихо за последние два дня не изменились, то он собирается посетить повторное открытие одной исторической гостиницы под названием "Тамплиер" здесь, в Портленде. Местный скульптор по имени Том Херринг собирается там представить своё новое произведение.
Наварро немедленно прекратил читать папку и обернулся к Мерлоу. Лица обоих выглядели одинаково бледными и осенёнными.
– Я получу разрешение у Холмана! – сказала Мерлоу, тут же встала и направилась к выходу. Наварро быстро вернул папку на стол и последовал за ней. Через несколько мгновений в кабинете остался один Клейтон.
– Не за что, – сказал он вслух, глядя вслед закрывающейся двери. Снова вздохнув, он вернул папку Йерихо обратно в ящик.
Отель "Тамплиер" уже давно пережил свой расцвет. Будучи подпольным баром во времена сухого закона, он имел счастье обзавестись историей, достаточно интересной, чтобы гарантировать ему реставрацию в полной мере. Теперь, когда реконструкция была завершена, в банкетном зале отеля собралась немалая часть элиты Портленда и Сиэтла, ожидавшая начала замысловатой церемонии повторного открытия. В центре зала стояла большая статуя работы местного многообещающего скульптора, пока что скрытая за бархатным покрывалом.
Агенты Наварро и Мерлоу сидели за столиком в углу. Фонд SCP снабдил их поддельными документами, и оба агента во все глаза высматривали какие-либо признаки присутствия Йерихо Т. Хилла. Вокруг них постепенно разворачивалась вечеринка, но их цель пока что не показалась.
– Нравятся мне эти тупики, – хихикнула Мерлоу, осматривая помещение. Она была в чёрном платье и с распущенными волосами вместо привычного хвостика.
– Абсолютно, – хохотнул Наварро, и его взгляд сосредоточился на покрывале, скрывавшем статую. Одет он был в нехарактерно красивый костюм.
– Не знаю даже, что будет хуже, – продолжила Мерлоу, – объяснять Холману, что эта миссия свелась по существу к нашему походу на вечеринку, или рассказывать группе захвата, что их привели в состояние готовности без причины. Се ля ви.
Не успел Наварро ответить, как за их столик подсели двое. Одна была высокой бледной женщиной лет тридцати пяти, с короткими чёрными волосами. Другой был мускулистым мужчиной лет сорока, с его длинными каштановыми волосами, заплетёнными в косу. Наварро опознал их, как
Джилл и Тома Херрингов
.
– Сукин ты сын, – прошипела Джилл, обращаясь к Наварро. И она, и её муж зыркали на него с одинаковой враждебностью. – Мы не должны были тебя увидеть больше никогда. Мы же договорились, Дэниел.
– О, привет, Джилл, – ответил Наварро. – Я тоже рад тебя видеть.
– Что ты здесь делаешь, Дэн? – спросил Том.
– Ну, учитывая, что это публичная выставка известного анартиста, то я даже и не знаю.
– Думаешь, Том такой тупой, чтобы влезть в это дерьмо? – прошептала Джил.
– У меня всё честно, Дэн, – добавил Том. – Пиджаки здесь не нужны. Можешь уходить.
– Мы просто посмотрим на статую, а затем пойдём своей дорогой, – прощебетала Мэрлоу.
– Она тоже Пиджак? – спросила Джилл сквозь стиснутые зубы, и их с мужем взгляды обратились к Мерлоу. – Иисусе, да сколько вас тут?
– Ну, технически она Платье, – ухмыльнулся Наварро, – но да, она со мной. Нам нужно увидеть статую, и если всё в порядке, то мы уйдём. Обещаю.
Том и Джилл посмотрели друг на друга. Со вздохом Том пожал плечами и поднялся на ноги. Его жена быстро взяла его под руку, и оба ушли.
– Поздравляю, – крикнул Наварро им вслед.
Вечеринка длилась ещё какое-то время, затем на сцену поднялся мэр Портленда. Со всем талантом, которого можно было бы ожидать от политика, он произнёс короткую речь, а затем пригласил на сцену Тома Херринга, чтобы тот представил своё произведение. После краткой барабанной дроби покрывало сбросили, открывая взглядам четырёхметровую скульптуру из белого мрамора, изображавшую средневекового рыцаря с поднятым вверх мечом. Внимание Мерлоу привлекло поразительное сходство лица произведения с Дэниелом Наварро.
– Дэниел, – тихо прошептала она, – почему, чёрт возьми, эта статуя похожа на тебя?
– Наверно, потому что кто-то решил, что в этом мире маловато Наварры, – прошептал он в ответ. – Ты думаешь, я знаю?
И в этот момент Наварро заметил человека, стоявшего на одном из балконов с видом на банкетный зал. Он был одет в чёрный деловой костюм, у него были короткие светлые волосы, а на правой руке можно было рассмотреть кожаную перчатку. Человек кивнул Наварро и жестом пригласил двух агентов присоединиться к нему.
– Сукин сын, – пробормотал Наварро, быстро поднялся на ноги и проговорил в скрытую рацию. – Вижу Хилла.
Наварро и Мерлоу, не теряя времени, нашли лестницу на верхние уровни банкетного зала. Агенты тихо выхватили пистолеты, пробираясь к балконной двери. Мерлоу затаила дыхание, Наварро отсчитывал на пальцах.
3
2
1
Как только Наварро распахнул дверь и перешёл за порог, дверь захлопнулась у Мерлоу перед носом. Агент быстро дёрнула ручку двери, но обнаружила, что та заперта. Мерлоу попыталась выбить дверь, но безрезультатно. Дверь была запечатана.
– Бля… – пробормотала Мерлоу себе под нос.
Наварро по другую сторону двери остался в одиночестве, никакого Йерихо Т. Хилла на балконе не оказалось. С разочарованным вздохом он посмотрел с балкона на вечеринку, продолжавшуюся внизу. Его взгляд скользнул по Тому и Джилл, обменивавшимся рукопожатиями со многочисленными спонсорами отеля, затем по статуе. Он улыбнулся, рассматривая её лицо.
– Красивый парень, надо сказать, – усмехнулся про себя Наварро.
Улыбка Наварро исчезла, когда он заметил, что статуя начинает двигаться. Её немигающие глаза обратились в сторону его балкона. Затем она указала на него своим мечом. Снизу раздались крики, когда статуя сошла с пьедестала и начала прокладывать себе путь через банкетный зал.
– Да ты издеваешься… – пробормотал Наварро, готовя пистолет к близящейся драке. – Ударная группа, самое время ударять!
Заслышав выстрелы из банкетного зала, агент Мерлоу сделала разворот на 180 от балконной двери. Однако, завершив разворот, она встретилась взглядом с Йерихо Т. Хиллом, стоявшего всего в паре метров от неё. Выхватив пистолет, она почувствовала, как огромная сила вырывает его из её рук, и оружие поплыло по воздуху, пока не оказалось в скрытой перчаткой ладони Йерихо. В его руке пистолет начал обращаться в ржавчину.
– Если вы обещаете вести себя тихо в течение следующей минуты или около того, я не буду трогать второй пистолет, который у вас спрятан, – сказал Йерихо. Его голос был совершенно безэмоционален. – Думаю, это было бы очень грязно.
– Бесспорно, – ответила Мерлоу. – Так что это был такой хитрый план? Заманить нас, натравить какую-то аномалию, а затем удрать?
– В какой-то мере, – ответил Йерихо.
– И как вы планируете справиться с последней частью? Это место окружено. Вы не сможете просто взять и выйти через входную дверь, мистер Хилл.
– О, я знаю, – сказал Йерихо. – Скажите мне, мисс Пиджак, насколько хорошо вы знаете Дэниела?
– Достаточно, – ответила Мерлоу. – Не тяните резину. Вы теряте время.
– Тогда вы должны знать, что в прежней жизни он был анартистом и начал работать на Пиджаков после того, как его арестовали и пообещали амнистию в обмен службу двойного агента.
– И вы хотите сказать, что…
– Что будет, если ветер снова переменится? – глумился Йерихо. – Что будет, если его схватит Длань или Коалиция и пообещает подобную сделку? Этот человек на всё пойдёт ради своей свободы, и вы, и все его соратники окажетесь под перекрёстным огнём.
– Я предпочитаю думать, что Дэниел честнее, чем вы говорите, – категорично отрезала Мерлоу.
– Да неужто? – выкрикнул Йерихо, – Я знал, по крайней мере, десять анартистов, которые думали точно так же, а он помог Пиджакам их убить. Поверьте, он и вас прикончит.
Раздался звук разбитого стекла. Через стеклянную крышу спускались два члена ударной группы Фонда.
– Ложись, Мерлоу! – закричал один, и без дальнейших колебаний они открыли огонь по Йерихо.
В тот же момент Йерихо вытянул в сторону ударной группы руку в перчатке. Их пули повисли в воздухе в нескольких сантиметрах от его протянутой ладони.  Йерихо дождался звука опустевших магазинов, а затем сделал небольшой жест рукой, швырнув собранные пули в сторону агентов. Все пули достигли цели, и оба агента упали на пол.
Мерлоу, не теряя времени, напала на Йерихо сзади, сильным ударом сбив его с ног. Но не успев обездвижить свою мишень, она получила от Йерихо несколько ударов по лицу локтем. Дезориентированная, Мерлоу почувствовала, как он отталкивает её прочь. Она вскочила на ноги так быстро, как только могла, но к тому времени, когда она смогла сфокусироваться, Йерихо уже не было.
– Бля! – крикнула Мерлоу во всю силу лёгких.
Йерихо Т. Хилл снова сбежал.
Мраморная статуя держала агента Наварро в крепких объятиях, отбиваясь от ударной группы Фонда своим мечом. Гражданских давно уже эвакуировали из комнаты, и только различные агенты пытались угомонить аномалию. Ударная группа непрерывно поливала великана из всевозможного оружия, откалывая от него куски. В конце концов, взорвавшаяся граната опрокинула статую наземь. Наварро сгруппировался для падения, и после столкновения с полом банкетного зала ощутил, как хватка статуи ослабла.
Наварро быстро откатился в сторону, ударная группа открыла заградительный огонь. Придя в себя, он обернулся и увидел, что статуя ползёт вслед за ним.
– Назад! – крикнул он ударной группе.
Затем он протянул руки, сделал несколько странных жестов и с полминуты бормотал что-то невнятное. На глазах ударной группы статуя начала источать пар, затем свет, и, наконец, окуталась ядерным пламенем. Остальные члены группы отвели взгляд от интенсивного света и тепла, но Наварро оставался по-прежнему сосредоточенным на выполнении своей задачи. Спустя ещё несколько секунд он опустил руку. Огонь быстро рассеивался, открывая взглядам статую, которая превратилась теперь в расплавленный шлак, и лишь лицо её частично осталось нетронутым.
Наварро вздохнул, прислонился к одной из колонн и сполз на пол. Посмотрев на ныне изуродованную пародию на своё лицо, он не смог удержать смешок. Затем он перевёл взгляд на остальных членов группы и увидел, как к нему, вся в синяках, медленно приближается агент Мерлоу.
– Хилл? – спросил Наварро.
– Сбежал, – отвечала Мерлоу.
– Ну что ж. Рад видеть, что вечер пропал не зря.
Агенты Мерлоу и Наварро сидели перед столом директора Зоны 64 Холмана – высокого, строго одетого мужчины с зачёсанными назад волосами. В течение нескольких мгновений он молчал, просто рассматривая агентов.
– Мне пришлось подписать приказ, разрешающий применение амнезиаков к мэру, мать его, города Портленд, – сказал наконец Холман, нарушив тишину. – Само собой разумеется, моё начальство не очень довольно результатами последней миссии.
Наварро и Мерлоу промолчали.
– Некоторые из них призывают как следует отчитать вас, однако тот факт, что этот инцидент был в значительной степени самосодержащимся, и скрыть его было легко, выторговал значительную снисходительность для вас обоих. Поздравляю. На этот раз вас пронесло. Тем не менее, в обозримом будущем ожидаю, что вы будете достаточно благоразумны, чтобы не лезть на рожон. Свободны.
Наварро и Мерлоу тихо ушли из кабинета директора Холмана. Выходя в коридор, Мерлоу положила руку на плечо коллеги.
– Ты в порядке? – спросила она.
Наварро ответил не сразу. В его голове вертелось то, что сказал ему Йерихо несколько месяцев назад.
Но если я продолжу ставить тебя в такие ситуации, насколько быстро, по-твоему, они усомнятся в твоей ценности в качестве агента? Если им придётся постоянно вытаскивать тебя из передряг, когда они начнут видеть в тебе лишь обузу?
– Лучше не бывает, – ответил Наварро и ушёл, не сказав ни слова.