Скелетики

Ну привет. Заходи, не боись. Да заходи, заходи, я безопасный совсем. Условиев моего содержания не читал, что ли.
Здоров, костлявый. Ну, это, делай, что велено. Извиняй, конечно, что я тут лежу, как барин, - я ж раньше и сам свой номер убирал. Но щас не могу - вишь, нога немного того, не ходит. Так что не могу тебе помочь, костлявенький. Чего смеёшься? Не костлявенький? Наоборот? Ну, мне вы все одинаковые - что худые, что толстые. А как тебя звать, некостлявенький ты мой? Как-как? Румын, что ли… А, это позывной. Ёшкин же ж кот, тута в нашем с тобой Фонде у всех одни позывные. А имя у тебя есть? Как? А, ну, что Костя - это я вижу, ххех. А я - эссипи три тыщи тридцать, можно просто дядя Паша.
Ну, ты работай, в общем, а я погундю, ладно? А то скучно тут. Докторы-то наши все люди занятые, не поболтаешь с ними. Солдатикам болтать по уставу не положено. Вот только с психиатором по душам поговорить получается. Но психиатор - она барышня приличная, а я, знаешь, люблю так иногда так по-мужицки загнуть, мол, мать его через пень да корыто. Ххех. Ладно, ладно, не отвлекаю.
Я тут, короч, два года уже, а ты? А, ну не велено - так не велено. Понимаю, чего там. У нас с тобой работа важная. И шпиёнов за нами знаешь сколько охотится? Так что так держать, молодец, что не болтаешь. А то враги-то у нас всякие бывают, я такое раз видел… Щас расскажу, короч. История долгая, так что ты не особо усердствуй с полотёрством. Или у вас там тоже график? Ххех, ты ещё скажи, что норматив сдаёте. Слухай с самого начала, короч. Я вот по образованию, знач, автослесарь. Работа, сам понимаешь, непыльная, даже в чём-то интеллегентная. Жена была, Ксюха, и сынок, Макся… эх. Семь лет ему уже. Во, смотри-ка, какие. Скажи? Да не боись, я ж те не кентер какой и даже не евклид, вишь вот документ зелёненький, как его. Бейджик.
Да. Ну, короче, такое. Вот жили мы, не тужили. Ну, как говорит наш доктор Алёнов, не буду утомлять подробностями, да и тебе-то, Костян, к чему оно… Короче, один раз в пятницу мы с мужичками, с Серёгой и с тёзкой твоим, Костиком, после работы купили, знаешь, пару бутылочек, ну и всё, что прилагается, да. Употребили по чуть-чуть, ну, грамм по сто, честно. Погутарили, знаешь, про политику, про правительство наше драгоценное, про космос там, ну и вообще, как полагается. Вот. Потом пришёл я домой, Ксюшка меня, как заведено, малость попилила, ну и легли мы спать.
Ну, знаешь, суббота, я до обеда продрых безо всякого стыда, а потом решил, что надо бы сходить посс-ле вчерашнего заседания немного отрезвиться. Глянул для порядку на часы, знаешь, наручные, чтоб мотивация точная была… Ну и вижу, представь, часы на месте, а рука - того. Костяная. Ну вот как у скелета из фильма ужасного. Я и прихх-шёл в ужас, короч, ну и заорал. Смотрю, Ксюшка в двери забегает… Эх, Костик. Это я щас понимаю, что Ксюха это моя была… А тогда - ну ёперный театр, смотрю - в комнату забегает, представь, скелет такой, в халатике и в фартучке и говорит мне голосом ласковым и сердитым, мол, чё орёшь, дурак… Кость, я тогда вообще оххх и испугался, вскочил, её, курочку-то мою, об стенку кинул - да бежать. Ну, слава богу, хоть не поломал ей ничего… но, знаешь, как оно вспоминать… Эх, проехали, короч.
Ну, дальше что. Выбег я в двери, как положено, и побёг. Представь, бегу по улице, а вокруг скелетики скачут, как в той старой рекламе про тазобедерный сустав, помнишь? Идут такие все, кто в пальто, кто с чемоданом, кто на велосипеде. А я бегу, ору и думаю, то ли белка пушистая меня настигла, то ли в ад какой я попал… Как в ужасных фильмах… Одному врезал, другому, хоть не убил никого да не покалечил, и то хорошо. Ну а потом, конечно, прибежали скелетики в фуражках да с погонами, навешали мне люлей, да кинули в "бобик". Там я и начал понимать, что это не то чтоб весь мир в скелетов превратился. Что скорее это у меня что-то со зрением или с головой. Ну, думаю, допился. А там и другие скелетики приехали, уже в халатах. Вкололи мне, знач, расслаблящего, надели такую рубашку, знаешь, тут рукава вот так… да ты знаешь, короч. И уволокли в дурку, что, как говорит наш доктор Алёнов, вполне логично.
А потом что. Пришёл ко мне доктор, говорит, мол, рассказывайте, больной, как до такой жизни докатились. Что ж, рассказал я ему, вот так и так вот, скелетиков повсюду вижу. И вас, говорю, добрый доктор, скелетиком вижу. Вот, говорю, у вас вижу слева вверху зуб железный, а справа внизу вообще отсутствует один. И на правом мизинчике, говорю, желвачок какой-то. Он такой давай вдруг смотреть на свой мизинец, да в зеркало зыркать… Потом велел меня обратно в палату доставить и какой-то нервный стал весь.
А через час меня опять в кабинет привели. Смотрю, а там доктор стоит, и с ним какой-то скелет очередной, только почему-то в одних труселях и ботинках, но с галстуком. Что-то они там пошептались, да доктор и вышел. А тот, второй говорит, мол, доброго вам вечера, с вами говорит доктор Сепулькин, расскажите-ка мне про постигший вас недуг, а то очень уж интересный у вас случай. А я уже сам что твой доктор, говорю, мол, так и так, докладываю: вижу вас насквозь, как чекист. Тут вот у вас на челюсти след какой-то, и тут на руке вот вверху, а на правом колене вообще какая-то хрень белеет, на суставе. Он тоже давай смотреть в зеркало да на свои руки-ноги, а тут я его вообще добил, когда зарегистрировал ещё и в плече какую-то херь - осколок, как потом оказалось. Вообще, говорю, какой-то вы поломанный для доктора. Я б сказал, что вы на войне побывали…
Короче говоря, он головой покачал, языком поцокал и говорит, мол, переводим вас в другую клинику, очень уж случай необычный. Приехали по меня наши с тобой сотрудники и увезли меня вот в это наше учережение. Главное, со мной в машине двое, а за нами ещё автобус с маски-шоу едет и маскируется под маршрутку. Автобус-то был зашторен весь наглухо, но шторы оказались шерстяными, так что мне всю солдатню видно было, как на ладони… Да, я сквозь любые волосы вижу, даже сквозь крашеные. Собственно, потому и агент-то мне в трусах показался - на самом деле он в костюме из натуральной шерсти был да в кашемировой рубахе. А то бы осколка я не увидел и протезного сустава тоже. Ну, доехали мы с ветерком да с конвоем. Я струхнул немного, чесгря, а теперь вот понимаю, что это не наших от меня охраняли, а скорее меня от ненаших. А то много их тут таких бродит… но давай-ка всё по порядку.
Привезли меня, в общем, в наше с тобой заведение. Я сразу понял, что это никакая не больница, потому что охрана такая в больницах не бывает. Закрыли в камеру с мягкими стенками, - такую, знаешь, как в той же дурке бывают. Ну, на случай, если буянить буду, там все стенки такие… ну да ты знаешь, что я объясняю. Вот, ну покормили, каких-то таблеток дали, а наутро разбудили и повели в лабораторию. Там доктор наш сидит, весёлый такой шутник. Говорит, мол, здравствуйте, аномальный объект номер сколько-то, я доктор Устим Данилыч Алёнов, а это мой ассистент Дана Удалова. Будем вас сейчас, говорит, всячески исследовать. Ну и начали меня, значит, изучать.
Сначала чем-то там светили, смотрели, короче, устроили полный медосмотр. Потом давай мне глаза всякими материалами закрывать и картинки показывать, как у окулиста, знаешь? Оказалось, короч, что я через металл всякий, дерево, пластмассу и всякое такое видеть возможности не имею. Через синтетику или ткани всякие из растений тоже не вижу. А через натуральную шерсть всё видно, и через кожу. Даже через крашеную, кстати. Не знаю, в чём тут дело, но вот даже тут на вот, скажем, психологичке, я помады в упор не вижу. И краски на волосах, ну я говорил уже.
Доктор этот Алёнов вообще развеселился - держит у меня перед глазами что-то такое прозрачно-невидимое и спрашивает, мол, видите какую букву показывает Вика, то есть Дана, или вам мешает что-то? А я вижу букву и по запаху чую, что у меня в районе глаз - кусок сырого мяса, а само его не вижу… Ну, такое, ххех. Заодно установили, что на картинках всяких, фотографиях, на видео или через прямой эфир я людей нормально вижу, зато вживую - только скелеты, и в зеркале тоже.
Ну, от мясного запаха мне жрать захотелось, отвели меня на обед. Накормили пюрешкой с котлетой, хе, умники. Её и так на эту пластмассовую вилку чёрта с два наколешь, так её ещё и не видно ни хрена. Ну вот, потом спрашивают, что, товарищ объект, чувствуешь ли в себе силушку богатырскую, чтобы продолжить эксперименты? Да пошли, говорю, интересно же. Надо мной ещё никогда экспериментов не ставили же.
Начали мне, в общем, всяких скелетов в оранжевых штанах показывать, я им заодно диагнозов наставил. У этого, говорю, с рукой что-то, вроде как перелом не так сросся. У этого на челюсти какая-то хреновина, наверно надкол был. А у того в дальнем зубе дырка как мышкина нора. Растрынделся, короче, что твой доктор Хаус. Меня человек-ренгеном тогда и прозвали. Показали ещё кучу разных зверюшек, тут я развеселился вообще. По костям-то поди угадай, собака оно или кошка. Ну вот сразу по хвостам придумал отличать, у кошки хвост длинный, а у собаки - покороче и мотыляется. У кошки там где брюхо должно быть - комочек всякой трухи. Я так подумал, что это раньше была мышка, и что я косточки её вижу. Почти угадал, оказался воробей… Не, что ты, кошку не вскрывали, просто кто-то утром видел, как она его сожрала. Тут доктор опять развеселился, говорит, ану-ка пойдём на мадам Анфису поглядишь. Привели меня в какой-то загон, там стоит чёрте-что, здоровенная такая скелетина, в зубах - трава, а в брюхе - другая скелетина. Лошадь, говорю, что ли, беременная? А она как замычит - мол, сам ты лошадь! Корова оказалась. Рога я тоже не вижу, оказывается. Ну, попросили её рукой потрогать, чудно так: в воздухе что-то мягкое, тёплое и дышит, а ничего не видно.
Такое вот. На другой день ещё что-то меряли, проверяли. Букашек показывали. Тараканов или там мух я вижу как видел, а жаль. Вместо улитки - просто ракушка в воздухе висит. Ещё что-то невидимое показали, может червяка. В морг сводили, жмуриков показали, тоже вижу одни скелеты. Я раньше вот покойников слегка боялся, а когда весь мир стал на покойников похож - так и перестал. Разницы-то, у одних рёбра шевелятся, а у других - нет. Я тут тоже умничать стал, у одного пулю в груди разглядел, у другого все переломы сосчитал. Даже местный хирург, который просто мимо проходил, залюбовался и давай просить, мол, дайте мне с ним посотрудничать, раз он такой рентген. На случай всяких там сложных переломов или неконвекционных пуль, которые на нормальном рентгене не видно.
В общем, наэкспериментировались они со мной, поглядели, что я в целом мирный, да и переселили в другой номер. Ну, камерой даже не назвать, уютнее, чем у нас дома. Мебель всякая, телик большой. Дали мне пульт от телевизора, фильмов всяких, говорят, мол, звать тебя теперь Эссипи Три Тыщи Тридцать, класс безопасный. Кормёжка три раза в день, если что надо - свистни. Ну и ушли. Поначалу я загрустил немного. Сидел телевизор целый день смотрел. Ну, телевидения тут как такого нет, новости смотреть не дают. А кино или там спорт - пожалуйста. Правда, нового тоже ничего не показывают, ну да ладно.
Скоро там завтрак-то?.. С едой, кстати, интересная штука вышла. Я ж мясо, как уже говорил, не вижу, и масло, и молоко, и яйца. Вегетарианское зрение, короче. Сначала было очень неудобно, но уж коль без мяса я не могу, то решили мне его давать в виде всяких пельменей и пирожков. Нормально вышло, не жалуемся.
Ну вот, посидел я так недельку-другую, да и домой захотелось. Семью-то ко мне, говорю, пустят, гражданин начальник? Передачи мне какие-нибудь полагаются? И вообще, мне бы перед женой извиниться, например, что я её об стенку шваркнул. Жена, говорят мне, на вас не в обиде, так как о мёртвых либо хорошо, либо никак. Как так, спрашиваю, о мёртвых. Я ж живой, хоть и скелетом себе представляюсь. Ну, парень, говорят они мне, такими как ты, не только наша организация интересуется. Если б те, другие организации, за тобой пришли, то и семью бы твою не пожалели. А так - нет человека, нет проблемы. Ты их уже никогда не увидишь, зато они в безопасности… Да, знаешь, Костян, видал я недавно, какие в тех других организациях сотрудники водятся, боже сохрани в переулке такого встретить. Так что может и впрямь лучше чтоб было так как есть.
Конечно, запечалился я всё же, так что записали меня к психиатру. Хороший у нас психиатр, не то что тот хмырь в дурдоме. Симпатичная такая девочка… Чего смеёшься-то, думаешь, мне не видно, что симпатичная? Да я уж людей по лицам узнавать наловчился, кости у всех, знаешь ли, отличаются… А вообще у неё в кабинете её же фотография в рамочке на столе стоит, так что видно, что симпатичная, хоть и рыженькая. И умная. Погутарили с ней за всю мою жизнь. Не помню уж, чего она мне наговорила, но как-то я смирился с положением. Таблеточки розовые прописала. Ну, в общем, свыкся я с мыслью. На воле спился бы нахрен, ну а тут водки не выдают, так что пришлось отвлекаться чем есть. Кино всякое сначала смотрел, потом книжки вот читать стал. Даже зарядку делать начал, а то, думаю, как бы не скиснуть совсем от недостатка движения… Ну, скучаю, конечно, по ним, а ты как думал. Такая вот печаль, Костик…
Попросился уж было, чтоб в гараж на работу взяли что-нибудь ремонтировать, а то скучно же. Нет, говорят, не положено. Но зато всё-таки хирург меня к себе на практику выпросил. Сто бумажек, говорит, заполнил, двести кабинетов обегал, но таки выпросил. Всяких жмуриков показывал, потом живых тоже, всё объяснял, где что находится и как работает. Дал мне кучу книжек, вот, вишь, читаю. Теперь все кости знаю как называются, смотри, вот лодковидная, полулунная, трёхгранная и гороховая. А дальше - трапециевидная, головастая и крючковидная, во как. Ну, тебе не видно, но они там, поверь на слово. Так что я теперь почти что доктор. В школе, помнится, когда по английскому профессии проходили, так я говорил, что хочу доктором быть. Ну, потому что "ай вонт ту би э доктор" запомнить легко, а вообще я вертолётчиком быть хотел, но он по-английски таким матюком называется, что я до сих пор не выучил. Ну а теперь вот и впрямь докторское ремесло учу, хоть и в общих чертах. Хирург говорит, мол, пригодится анатомию знать, ну в итоге таки пригодилось… Видимо, для того меня и готовили.
Щас расскажу. Приходит неделю назад ко мне целая делегация, из знакомых лиц - один Алёнов. Говорят, так мол и так, это немного не в наших правилах, но случай такой, что надо воспользоваться твоей помощью. Комитет по этикету, говорят, дал добро, так что одевай штаны и поехали с нами.
Привезли меня, короче, в чисто поле. В чистом поле дорога, рядом забор, за забором - дом с антеннами виднеется, вокруг машины стоят и народ клубится. А возле забора лежит кто-то, и рядом только два человека в
таких
, знаешь, скафандрах и куча всякой аппаратуры. Ну, мужичок один, наверно, наш генерал, мне говорит, мол, так и так, одевай давай костюм и пойди погляди на того, что там лежит, да мне по рации доложишь, что с ним не так. Нацепили на меня тоже такой скафандр, тяжёлый-тяжёлый, и пошёл я, как космонавт на Юпитере… ну, слышал может, на Юпитере там сила притяжения побольше, чем у нас будет… да ты знаешь, короче.
Вот. Подошёл я к этому, значит, лежачему. Капельница к нему подключена, ещё какая-то ерунда, и рядом эти мужики, не знаю кто, наверно электрики-реаниматоры, суетятся. Вот, говорят, погляди-ка, не видишь ли чего необычного. Ну, я гляжу на него, одёжку от и до они разрезали, так что видеть ничего не мешает. Перевязанный там-сям, но дышит. По одежде вроде как солдат, а внутрь заглянул - матерь же ж твоя весёлая! Вроде как и не человек вовсе. Костян, смотри, тут - железки какие-то, вот здесь типа пластик, а там - микросхемы, что ли. И светится всё. Я говорю, мол, херасе "что необычного". Тут, говорю, всё необычное, где вы этого терминатора выкопали вообще. Описал, короче, что вижу.
Ну, генерал этот говорит, мол, ладно, тридцать-тридцать, давай начистоту. Ты у него, спрашивает, ничего похожего на бомбу в нутре не видишь? Ну, я тут чуть не это самое. Говорю, да вы охренели, товарищ генерал, я вам что, миноискатель? Рентген ему, говорю, сделайте, а меня домой отвезите. Э нет, говорит он, не берёт его рентген, пробовали. У него там, говорит, фон шибко сильный для рентгена. Ну я тут совсем чуть не того, говорю, ну охренеть теперь, там ещё и фон. Атомная, говорю, что ли бомба там у него? Ну, объяснили мне быстренько, что этот робот-вертер на самом деле не робот, а человек, но из каких-то особенных террористов, которые на наш с тобой Фонд набегают. Всякие у них там модификации тела имеются, а где-то в этом самом теле - бомба. Когда он помрёт, говорит, бомба рванёт. Или если проснётся, может её взорвать, но ты, говорят, не боись, мы ему ни проснуться, ни помереть не дадим, да и вообще на тебе костюм противобомбовый. Ты говорят, просто усмотри эту самую бомбу, а то нам сильно хочется изучить, как они устроены, эти террорюги.
Короче, присмотрелся я, вижу что-то такое, как кусок мыла с проводками, там где кишки должны быть. Ну, показал. Прибежали тут не знаю кто, наверно хирург-сапёры, и её из него выковыряли, а я руководствовал, куда какой провод идёт. Не рванула, короче, унесли её в сторонку и там грохнули. Генерал этот говорит, мол, ну спасибо за службу, тридцать-тридцать, щас тебя домой отвезут. Я только повернулся спросить, а что мне вообще за это причитается, а тут! как проснулся этот хренов робокоп! да хвать меня за лодыгу! Сильный же ж, террорюга. Бронештаны мне помял, кость попортил - и коньки отбросил, царство ему небесное с белыми пуговицами. Коньки отбросил, а ногу отпустить забыл. Так меня из его клешни и выпиливал потом кто-то, не знаю, слесарь-травматолог, наверно.
Ну вот, лежу теперь, отдыхаю. Скорей бы этот гипс уже сняли, а то во-первых интересно посмотреть, что у меня там получилось, а через него не видно, да и надоело уже в утку… Ххех. Стыдно, знаешь, перед санитарами. Но зато компенсацию мне выдали очень хорошую. Отойди-ка от телика… Во, видишь? Вон, в платье синем - это моя Ксюха. Красивая, скажи? А вон парниха стоит, видишь, тот что с розами? Это Максим, сын мой. В первый класс идёт. Агент наш заснял специально по моей просьбе. Хоть вживую увидеть их нельзя, зато хоть видео посмотрю… Да и на записи хоть лица видно, а то всё кости да кости.
Избранное
Статья проверена модерацией
Другие статьи этого автора