От начала и до конца

На пятый день рождения Сигуррос Стефансдоттир взглянула на пирог, что испекла ей приёмная мать, и загадала, чтобы её настоящие родители на самом деле не умерли.
Моргнув, она очутилась в незнакомом доме рядом с мужчиной и женщиной, которых никогда раньше не видела. Мужчина кричал на женщину, та плакала, крепко прижимая руки к груди. На её скуле наливался цветом синяк, она едва удерживала равновесие, а мужчина гневно осыпал её бесчисленными оскорблениями и кричал что-то бессвязное.
На шестой день рождения Сигуррос Стефансдоттир захныкала и заткнула уши, чтобы не слышать маминого крика, и загадала, чтобы того желания, которое она загадала год назад, никогда не было.
Она моргнула снова, и снова очутилась в доме приёмных родителей. Снова был её пятый день рождения, снова горели свечки на торте, который держала перед нею приёмная мать.
Она задула свечи и в этот раз пожелала себе пони.
На (второй) шестой день рождения Сигуррос Стефансдоттир обняла своего любимого плюшевого пони и загадала, чтобы у неё было десять тысяч друзей.
Она моргнула и тут же поняла, что десять тысяч - это очень и очень много. Ей стало невдомёк, где взять такой огромный торт, чтобы всех их накормить.
Тут у неё появился такой торт, которого хватит на всех, но за стенами дома бушевала толпа людей, жаждущих сломать стены и взять кусочек торта, потому что в мире не было других тортов, а кушать хотелось всем.
Она моргнула снова и опять очутилась в доме приёмных родителей. Перед ней стоял обычный, маленький тортик, а вокруг сидели шестеро друзей, которые на самом деле не были ей друзьями.
Она второй раз задула свечи и на этот раз решила загадать себе набор одежды сказочной принцессы.
На седьмой день рождения Сигуррос Стефансдоттир надела свою любимую диадему принцессы и задула свечи. (Любимый плюшевый пони сидел на своём почётном месте на верху шкафа, но она уже была большой девочкой и не таскала с собой повсюду мягкую игрушку.)
Она не знала, что загадать в этот раз, поэтому загадывать не стала.
Тогда во главе стола, где никто не должен был сидеть, появился старик. Седовласый лысеющий мужчина поднялся на ноги, тяжело опираясь на трость.
- Пойдём со мной, - сказал он. - Вижу, ты готова к первому уроку.
Она взяла его за руку, и он увёл её из приёмного дома в совсем другой мир.
На восьмой день рождения Сигуррос Стефансдоттир узнала о Путях.
- Есть Места Между Местами, - объяснил Учитель. - Через них можно попасть из Мест, Которые Есть в Местах, Которые Могли Бы Быть.
Услышав это, Сигуррос Стефансдоттир сразу же поняла, о чём он говорил. Она мазнула рукой по канализационному люку на перекрёстке улиц в Лос-Анджелесе и полезла в место, где было много книг и знаний.
- С днём рождения, - сказал Учитель. - Пора выписывать тебе абонемент в Библиотеку.
На девятый день рождения Сигуррос Стефансдоттир познакомилась с Лисой.
Про Лису всегда все говорили с большой буквы. Сигуррос не понимала, почему и как так может быть, и как можно говорить с большой буквы в устной речи, но всё было именно так.
Лиса была дамой рослой и прекрасной, её глаза были подобны кинжалам, а зубы - ножам. Она улыбнулась Сигуррос Стефансдоттир и облизнула губы с выражением жестокого, плотоядного голода.
Но Сигуррос Стефансдоттир не испугалась. В Библиотеке никто ей не навредит. Лекторы не дадут.
Но не везде дела обстояли так. Позднее до Сигуррос Стефансдоттир дошла весть, что Лису застрелили какие-то люди, когда она пыталась снимать кожу и есть людей, которым, непонятно почему, нравилось одеваться в костюмы животных. Некоторых это известие огорчило.
- Знаешь, - терпеливо объясняла Мисс Полночь, - характер у неё был скверный, но всё же она была Последней Лисой. Всегда грустно, когда что-то исчезает из мира навсегда.
На десятый день рождения Сигуррос Стефансдоттир узнала, что такое ошибаться.
Она посмотрела на небо и подумала, как бы всё выглядело, если бы небо было розовое, а не голубое. И стало так.
В панике она попыталась вернуть небу голубой цвет, но цвет всякий раз выходил не тот. То слишком тёмный, то слишком светлый, то с зелёным оттенком, то с фиолетовым, то слишком яркое, а то слишком тёмное. Когда пришёл Учитель и всё исправил, Сигуррос уже плакала.
Она думала, что её будут ругать за то, что она навсегда испортила небо, но Учитель отнёсся к ней с пониманием.
- Со всеми такое бывает, - рассказывал он. - Важно понять, как можно всё исправить.
Через несколько дней приехали люди в чёрных костюмах и долго-долго говорили с Учителем. От этих гостей Учитель вечно приходил в дурное расположение духа и долго бормотал под нос. Но в конце концов, похоже, всё устроилось.
На одиннадцатый день рождения Сигуррос Стефансдоттир повстречала Человека-с-Укулеле.
Он пришёл в Библиотеку с чемоданчиком и какими-то документами, и хотя в Библиотеке на него смотрели косо, никто его не выгонял. Они с Сигуррос уселись в одной из боковых комнат, и он стал задавать вопросы и делать разные странные вещи - например, попросил поднять карандашик, который она уронила со стола, или ни с того ни с сего спрашивать, сколько у неё друзей.
Сигуррос Стефансдоттир поступила, как сказал Учитель, и всегда отвечала только правду. Карандашик она подняла сама, потому что Учитель говорил, что надо всегда стараться быть обычной, потому что другим людям от этого спокойнее.
Похоже, что Человек-с-Укулеле остался доволен. Потом он побеседовал с Учителем и сказал ей, что у неё "вторая стадия с переходом в третью, вероятность четвёртой мала". Непонятно, что он имел в виду. Ещё он сказал, что ей назначен "первый уровень контрмер", похлопал по голове и поздравил с днём рождения.
Когда Человек-с-Укулеле ушёл, Учитель вздохнул с облегчением, обнял её, и они пошли есть торт с друзьями.
На двенадцатый день рождения Сигуррос Стефансдоттир поцеловалась с мальчиком.
На тринадцатый день рождения Сигуррос Стефансдоттир решила побыть мальчиком и поцеловаться с девочкой.
На четырнадцатый день рождения Стефан Сигурроссон взвесил все "за" и "против" и решил, что девочкой быть лучше.
На пятнадцатый день рождения Сигуррос Стефансдоттир стало интересно, что хорошего в этом "сексе", про который все постоянно говорят.
Вскоре после шестнадцатого дня рождения Сигуррос Стефансдоттир и тот милый мальчик, с которым она целовалась четыре года назад, наконец-то решили для себя вопрос с "сексом".
К семнадцатому дню рождения Сигуррос Стефансдоттир наскучил "секс", и она решила перепробовать все остальные смертные грехи, чтобы узнать, правда ли они так интересны, как это кажется людям. Начать решила с гордыни.
Незадолго до восемнадцатого дня рождения Сигуррос Стефансдоттир перепробовала все известные человечеству грехи, а также несколько неизвестных. Грехи ей надоели как класс, и она решила попробовать добродетели, начав с милосердия.
К девятнадцати годам ей наскучили и добродетели. Они ещё и оказались гораздо сложнее, чем она думала. Можно было махнуть рукой и сделать всё просто, но стараниями Учителя она понимала, что людям, которые не такие, как она, это часто доставляет множество проблем. Поэтому она решила отказаться и от пороков, и от добродетелей и попытать счастья в мудрости.
Когда Сигуррос Стефансдоттир стукнуло двадцать лет, она узнала всё, что можно было узнать, и принялась за то, что знать было невозможно.
Невозможное она разгадала незадолго до двадцать первого дня рождения. Первый свой бокал с разрешённым по закону спиртным она подняла за начало своих исследований в области Того, Чего Не Было.
С Тем, Чего Не Было она боролась и в двадцать два года, и в двадцать три, и в двадцать пять, и в пятьдесят, и в семьдесят, и в девятьсот, и в двадцать тысяч, и в четыре миллиарда, и даже тогда, когда время перестало что-то значить для неё, а год имел не больше значения, чем мгновение ока.
И только когда распался последний протон во Вселенной, и не было ничего больше, кроме безбрежного ничто, только тогда Сигуррос Стефансдоттир завершила свои изыскания и обрела покой.
В следующее мгновение - и бесчисленное множество вечностей спустя - Сигуррос Стефансдоттир стало скучно. Что радости в абсолютном знании, если с ним ничего больше нельзя поделать?
Она оглядела бесконечное ничто вокруг и нашла место, которое было в меньшей степени ничем, чем всё остальное. Здесь, решила она, начнётся сотворение нового всего и нового ничего, что можно будет переживать и изучать.
Хлопок несуществующих рук снова проявил реальность. Снова пошло время, которое давным-давно встало как сломанные часы. Нарушилась симметрия, Идеальное Равновесие разделилось на То, Что Есть и То, Чего Нет во второй-третий-миллионный-бесконечностный раз.
Она закрыла свои фигуральные глаза и открыла их триллион эонов и год спустя, и ощутила, как её вытягивает из тёплой темноты в мир хладного света.
Вот так Сигуррос Стефансдоттир справила свой первый день рождения.