Твой последний первый день

Ранее
Мэрион Уилер лежит, свернувшись комочком, на полу основного грузового лифта Зоны 41, который едет вниз, и сжимает в руках блестящий красный лучемёт, длиной почти с неё саму. Вместо ствола у лучемёта два длинных зубца, а приклад состоит из причудливо асимметричной массы трубок, больше похожей на швейцарские часы или маленький кишечник, чем на оружие. Лучемёт проходит под номером SCP-7381 и был создан на давно погибшей планете - если посмотреть непредвзято, не такой уж и далёкой - которую традиционная астрономия пока ещё не разглядела.
В Зоне 41 и в умах всех, кто работает в Зоне 41, бушует ураган насилия и разрушения. Перекрытия осыпаются под ударами, вместо штатной аптеки в стене здания зияет дыра. Оружейная погребена под завалами - именно поэтому Мэрион пришлось пробежаться через девятый участок и взять в руки аномальное оружие. Оперативники Отдела антимеметики, которые иногда встречаются ей в коридорах, уже разбиты. Кое-кто из них лежит в позе эмбриона и бредит, а жизнь в них угасает вместе с памятью, по воспоминанию за раз. Другие поражены комплексом идей, которые побуждают их изрыгать гортанные фразы на незнакомых языках, доставать ножи - ничего огнестрельного - и обрабатывать ими безумных жертв, друг друга и себя самих.
Уилер не может узнать ни одного из них. Их лица неправильные все до одного, искажены ненавистью, отчаянием и мстительным злорадством. Она пыталась избегать схваток, но всё же ей пришлось убить одного мужчину в порядке самозащиты. При выстреле в область сердца SCP-7381 попросту убрал цилиндр материи диаметром в полметра, верхняя часть торса и нижняя челюсть исчезли. Мужчина развалился на четыре части и упал. Луч SCP-7381 невидим, не производит шума и не даёт отдачи. Всё равно, что стрелять из детского пистолетика.
Уилер скована страхом, но гнев всё же сильнее.
- Это перебор, - заявляет она во всеуслышание, силой воли возвращая сердцебиение к нормальному ритму. - Я не могу с этим бороться. Я и не должна с этим бороться. Мать вашу, я на этой работе первый день!
*
Но много ли в этом смысла? Уилер смотрит на своё отражение в тёмном стекле приборной панели лифта, мысленно ощупывает внутренности собственного черепа и анализирует собственное мышление. Там обнаруживаются намёки, которые было бы сложно изложить человеку, знающему её хуже, чем она сама. Она не думает, как новичок. Она инстинктивно дробит задачу на составляющие, как это должен делать опытный оперативник Фонда. Блин, да новичок не смог бы провести подробный психологический самоанализ такого сорта. Новичок бы об этом даже не подумал, а просто задохнулся бы.
- Первым делом, когда оно меня увидело, - объясняет она своему отражению - оно сожрало всё, что я знала про отдел. И всё, что я знала о
нём
. Если у меня был какой-то план, оно и его сожрало. Но я осталась собой. А значит, я снова могу сформулировать этот план. Он уже у меня перед глазами, надо просто его увидеть. Будь я мной, какой бы у меня был план?
Она рассеянно чешет левое запястье.
- Думаю, разумно было бы в первую очередь принять что-нибудь сильнодействующее из мнестиков, - бормочет она. - Укрепить разум, чтобы оно не смогло стереть остальные пункты. Чёрт. - Ближе всего мнестические препараты можно было бы взять в аптеке Зоны, но аптека уже разрушена, да и лифт в любом случае движется вниз, отдаляясь от аптеки.
Нет. Стоп. Аптека разрушена? Откуда я это знаю?
Ну, потому что она там побывала. Она помнит, как нашла провизора, раздавленную шкафчиком с лекарствами - череп превратился в невразумительную красную кляксу. Она помнит, как пол разрывался под ногами, и как ей едва удалось выбраться живьём из той области здания.
Она помнит… блочный модуль ярко-оранжевого цвета с огромной чёрной буквой "Z". От этого у неё чуть не останавливается сердце.
О Боже. Что я натворила?
Она помнит десятки предупредительных знаков на упаковке, помнит трёхфакторный процесс авторизации, который дал ей доступ к закрытому на замок контейнеру внутри модуля. Она помнит медицинский информационный бюллетень в сантиметр толщиной, который отбросила в сторону. Закатав левый рукав, она находит свежий след от укола иглой с капелькой запёкшейся крови, и вспоминает, как ставила укол.
Это и был мой план? На такие меры надо идти для борьбы с SCP-3125? Я себя убила…
Мнестики класса Z - последнее слово в области биохимического укрепления памяти. Средства этого класса необратимо уничтожают способность мозга забывать. В результате они дают совершенную фотографическую память и полный иммунитет к антимеметическим воздействиям любой силы.
Доза начинает действовать. Уилер не читала бюллетень, потому что и без того знала его наизусть. Она знала всё, что с ней произойдёт. Она уже чувствует, как её разум твердеет, подобно стали, и нарастающие симптомы сенсорной перегрузки огромной силы.
Она может видеть всё.
На приборной панели лифта есть лишние кнопки, самая нижняя из которых - минус тридцатый этаж - уже каким-то образом нажата её рукой. Стены лифта исцарапаны надписями, оставленными теми отчаявшимися людьми, саму концепцию бытия которых стёр из реальности несколько лет назад
Аластер Грэй
, антимеметик летального действия, который низвёл их до уровня призраков. В одном углу лифта лежит половина трупа, который невозможно опознать. Он так глубоко отдалён от реальности, что даже мухи не могут его почуять, а мёртвые клетки асимптотически исчезают из реальности с течением лет.
На том месте, где она сидит, расположилась пригоршня крохотных белых червей, которые исследуют пол лифта. С отвращением Уилер отползает прочь, вытряхнув при этом ещё парочку из своих волос. Эти черви - едва ли не самые широко распространённые организмы с одной из самых удачных антимеметических маскировок на планете. Они обитают повсеместно и водятся в каждом помещении.
Она слышит протяжный тревожный гул, непрекращающийся рёв, похожий по ощущениям на фоновый шум, и этот гул всё нарастает. Как будто он сопровождал её всю жизнь, но только сейчас она начала его слышать.
Слишком много информации. Слишком много звука, слишком много света. Если открыть глаза, ощущения такие, словно в них пучками втыкают иглы. Мэрион зажимает уши ладонями, закатывает глаза. Даже в таком состоянии она ощущает дрожь медленно опускающегося лифта, жар воздуха от вышедшего из строя кондиционера и то, как движется одежда на коже. Зрение наполняется чем-то, похожим на галлюцинации. Сенсорный аппарат человека обыкновенно порождает гигантские объёмы данных, но мозг адаптирован к тому, чтобы отбрасывать подавляющее большинство этих данных почти сразу. Воздействие на мозг таким образом, чтобы он их сохранял, крайне опасно даже в очень краткосрочной перспективе.
Уилер отнимает ладонь от уха ровно на столько, чтобы ударить кулаком по металлической стене лифта и ссадить две костяшки. Боль даёт ей точку опоры, воспоминание, которое кричит чуточку громче, чем все остальные.
И она находит план. Она его не помнит, она вытягивает его шаг за шагом из базовых принципов всего за несколько минут, как делала до этого сотню раз.
- Я знаю, как одолеть тебя, - произносит она.
- Нет, - обращается к ней SCP-3125. - Не знаешь.
*
Лифт останавливается на тридцатом подземном этаже, створки его дверей со скрежетом разъезжаются. В течение какого-то долгого времени открытый лифт стоит на месте. Сверху, из шахты, доносятся звуки того, как превращаются в крошево всё новые части Зоны 41.
Мэрион, по-прежнему лёжа в углу, вяло произносит:
- У SCP-3125 нет голоса.
- Ещё как есть, - отзывается тот.
- SCP-3125 - пятимерная аномальная метастазирующая масса дурных мемов, дурных антимемов и всего в этом диапазоне, которая просачивается в нашу физическую реальность. Она не обладает ни разумом, ни сознанием. Она неспособна общаться. У меня слуховые галлюцинации.
- Знаешь, что я в тебе терпеть не могу, Мэрион? - фыркает SCP-3125. - Ты постоянно, неизменно всё делаешь
не так
… но всё же по-прежнему жива. Столько проигранных битв, столько лет всей этой проигранной войны, но каким-то образом ты всегда выходишь из этих переделок без единой царапины, дуриком, на чистом везении. Ты всегда последняя уцелевшая. Не заслуживаешь ты такого везения. Никто не заслуживает.
Пока он говорит, Уилер тяжело опирается на лучемёт, как на костыль, и поднимается на ноги. Упирается плечом в стену кабины лифта, по-прежнему не открывая глаз. Собравшись с силами, она разжимает веки. Перед ней - пустой коридор. В дальнем конце коридора - шлюз из сверхупрочнённого белого сплава в фирменном стиле Барта Хьюза, достаточных размеров, чтобы мог проехать грузовик. Рядом со шлюзом - панель. Снова закрыв глаза, Мэрион ковыляет вперёд, помогая себе лучемётом и нащупывая путь вытянутой рукой.
- Должен кто-то быть последним, - проговаривает она сквозь зубы. - Должен кто-то быть лучшим.
- Твоя команда мертва, - говорит SCP-3125. - Разум каждого из них был выдернут, как глазное яблоко. Теперь это пустые люди, с дырой на том месте. где были их мозги. Кончилась война! Наконец-то! Осталась только
ты
, Мэрион, отдел из одного сотрудника! И ты умираешь от передозировки мнестиков в двух сотнях метров под землёй, никому нет до тебя дела, никто не знает, что ты жива, а против тебя - бессмертная, неубиваемая идея.
Уилер доходит до шлюза и вслепую шарит по панели, пока не находит разъём для своей карточки доступа. Несколько секунд ничего не происходит, потом загорается зелёная лампочка, размыкаются огромные механические запоры и дверь отъезжает в сторону, производя не больше шума, чем раскрывающийся лепесток цветка. Хьюз всегда придерживался мнения, что шум - признак некачественной инженерной работы.
Слышно, как за спиной Мэрион грузовой лифт закрывается и едет на первый этаж. Очевидно, что кто-то вызвал лифт, чтобы отправиться следом за ней.
- Идеи можно убить, - произносит она, заходя в шлюз.
- И как?
- Идеями получше.
Закрывается шлюз, закрывается гермозатвор. SCP-3125 остаётся снаружи.
*
Если что-то может пересечь границу между понятийным пространством и реальностью, принять физическую форму, то значит, эту границу можно пересечь и в обратном направлении. Должна быть возможность взять нечто физическое, механически извлечь
ту идею, которую оно воплощает
, усилить эту идею и транслировать её в понятийное пространство. Более масштабную идею. Лучшую идею, специально разработанную для борьбы с SCP-3125.
Идеал. Движение. Героя.
Машина, которую нужно построить Уилер, размером с олимпийский стадион, а у неё нет даже доли нужных познаний в области тяжёлого меметостроения для такой задачи, не говоря уж о материальных ресурсах и времени. Но она знает - кто-то ей об этом рассказал, но она не помнит, кто именно - что оперативник Отдела антимеметики уже в первый день на работе работает с максимальной эффективностью, которой способен достичь. А значит, это относится и ко всему отделу.
Мы выиграли эту войну ещё в тот день, когда она началась
- повторяет она себе.
Когда мы впервые столкнулись с SCP-3125, мы соорудили этот бункер. Барт Хьюз имитировал свою гибель и укрылся здесь, чтобы работать без помех, а весь остальной отдел продержался столько, сколько под силу людям, выигрывая время для этого дня. Знаю, что сама поступала именно так, ведь на своём месте я бы именно так и поступила.
Я - последняя составляющая. Он ждёт меня.
*
Пространство за шлюзом огромно, разделено на отсеки, освещено, как самолётный ангар, и заполнено жарким, сухим и спёртым воздухом. Уилер, почти ничего не видя, выходит примерно на гектар ровного и пыльного эпоксидного покрытия.
- Хьюз! - кричит она в пустоту. - Пора!
Отзывается только эхо.
Она на секунду поднимает голову. Над головой пусто. Устройство меметического усиления и вещания размером с крепость, которое Барт Хьюз должен был строить, полностью отсутствует. Самого Хьюза тоже нет.
Наверное, весь механизм под антимеметической маскировкой?
- гадает она какую-то секунду. Было бы весьма разумно скрыть эту операцию даже от всего остального Фонда. Но сейчас мозг Мэрион варится в сильнейшем мнестическом препарате на свете. Здесь и вправду ничего нет.
Почти ничего. В центре пространства - небольшое укрепление, несколько столов на козлах и разбросанные тут и там инструменты и ящики для них. За ними расположился военный грузовик без номеров со спущенными шинами. В кузове грузовика стоит приземистая, квадратная машина размером с грузовой контейнер. Провода без изоляции, незащищённые трубопроводы, длинный кабель, уходящий в укреплённую панель управления на полу. Непривычному глазу не сразу понятно, для чего предназначена эта машина.
Это - антимеметический эквивалент водородной бомбы, ответ отдела на штатный ядерный заряд Зоны. После включения она затопит Зону 41 и всё живое и неживое в ней антимеметическим излучением. После этого не будет никакой Зоны 41 и никакого отдела; никто из сбежавших, заразных сотрудников не сможет оказать никакого воздействия на реальный мир.
Это не та машина.
Она не в силах не то что уничтожить или сдержать SCP-3125 - даже навредить ему. Всё, что она может - стерилизовать сегодняшнюю вспышку. Остальные симптомы никуда не денутся. Пройдёт пятьдесят или десять лет, возможно один год или даже один
день
, и SCP-3125 вернётся, неся с собой сценарий конца света класса MK. Сама идея человеческой цивилизации будет начисто стёрта, а вместо неё установится нечто невыразимо худшее. И бороться с этим будет некому.
Уилер, не сходя с места, опирается на лучемёт и стоит. Давление информации на её разум всё нарастает, усиливается настолько, что она не в силах ему сопротивляться и начинает сдавать. Она знает, что мнестик класса Z находится в её организме достаточно долго, чтобы вызвать необратимые повреждения мозга. Противоядия нет. Ещё час она будет находиться в сознании, а последние два-три часа жизни проведёт в виде овоща.
Всё правильно
- думает она. От этого едва не становится легче.
Всё хорошо. Всё правильно.
Я слишком долго выживала и потому забыла, какая это вселенная. Сколько-то времени я даже думала, что может быть… что это та вселенная, где нам иногда доводится одержать верх.
Боль засела в голове, словно ледоруб. Мэрион с лязгом роняет лучемёт, оседает на колени, ложится наземь и ждёт либо смерти, либо идеи получше.
*
Существо, внешне похожее на Пола Кима подходит к наружней двери шлюза. Несколько секунд оно непонимающе смотрит на гермодверь, потом находит разъём для карточки. Оно методично шарит по карманам Кима, потом вспоминает, что ключ-карта висит на шее. Шлюз ещё раз проделывает полный цикл и не-Ким оказывается внутри. Тем временем грузовой лифт в третий раз едет на первый этаж, за остальными.
В помещении за шлюзом существо, которое не является Полом Кимом, находит Уилер, лежащую без сознания, и валяющийся рядом лучемёт. Ещё там стоит военный грузовик, но существо не уделяет ему внимания.
Не-Ким выпускает карточку из рук и сгребает лучемёт. Секунду он смотрит на лежащую без сознания Уилер, потом - на сам лучемёт, вспоминая, как тот работает. Затем он оборачивается к шлюзу и начинает стрелять, пробивая в белом металле внутренней двери громадные дыры, пока дверь не исчезает вовсе. Эта же участь постигает и внешнюю дверь, выводя гермозатвор из строя. На лице не-Кима снова появляется слабая улыбка - SCP-3125 и его привычные, уютные сигналы заполняют бункер.
На лифте прибывает ещё десяток не-людей, бывших сотрудников Отдела антимеметики.
- Я её нашёл, - обращается к ним не-Ким. Он выпускает лучемёт из рук, словно забыв, что должен что-то в них держать, и снова достаёт нож. Он держит нож между двумя пальцами, совершенно обыденно, по-бытовому, словно карандаш или отвёртку.
Заражённые не-люди вместе с не-Кимом обступают Уилер, глядя на неё сверху вниз с чуждыми людской мимике выражениями отвращения, жалости или злобы.
- Почему она не открывается как надо? - спрашивает кто-то. - У неё не получится их встретить, если она не хочет сигналов.
- Начни с её глаз, - советует кто-то другой. - Так остальные исправления будет легче вносить.
Не-Ким склоняется, чтобы начать свою работу, но медлит, держа нож в нескольких сантиметрах от глаза Уилер. Она что-то шепчет, так тихо, что только он может разобрать её слова.
- Ничего этого не было, Пол, - произносит она. - Не было никогда ни тебя, ни меня. Нет никакого Отдела антимеметики.
С резким "клац" бомба наконец выходит на необходимую мощность. Кроме Уилер, никто в комнате этого не слышит. Кроме Уилер, никто в комнате не воспринимает бомбу. Всё, что они видят - грузовик без груза.
Мир окутывает чернота.