Мифы и легенды Седьмой Зоны

Свернуть
Раскрыть
Содержание
0. Призрак (Эдмон Адамсон, Мистер)
1. Талисман (Нел и Безымянная)
2. Социальная реклама (доктор Анна Андерсен)
3. Мафия (н.с. Евгений Савченко)
4. Кофе (доктор Лемис)
5. Вечеринка (доктор Джон Лайтекер-Ньюман)
6. Плохая репутация (Рэзор Уотсон)
7. Рекрутёр (Особист)
8. Диверсия и снова кофе (Адриан Миллер, с.н.с., д.м.н.)
9. Вентиляция (доктор Теомант)
10. Торт (агент Вульф)
0. Призрак (Эдмон Адамсон, Мистер)
Однажды один чрезвычайно трудолюбивый агент ОВБ, устав натыкаться в каждом втором отчёте на имя "Эдмон Адамсон", пришел к своему начальнику и сказал прямо:
- Я считаю, это диверсия.
- Что - диверсия? - удивлённо спросил начальник. - И, кстати, вас не учили стучаться?
Агент извинился и пояснил:
- Это Эдмон Адамсон.
- Какой?
- Мистер.
- Что?
- Вот именно. Не доктор, заметьте, и не агент, а просто Эдмон Адамсон. В скобках - "мистер".
- Мистер Myster, - пошутил начальник, а потом сказал: - Ладно, агент. Действуйте.
И агент начал действовать.
Он выяснил, что Мистер звонил сотрудникам, никак не связанным между собой, и предлагал продать душу. Сотрудники Фонда, люди закалённые, суеверий не имеющие и твердо знающие, что единственное существо, которое может и хочет покупать души, находится аж в Америке под надёжной охраной их заокеанских коллег, вежливо благодарили Мистера и вешали трубку. Мистер не унывал. Его имя обнаруживали в списке сотрудников отдела внешних связей, а потом встрёпанный Мальбург очень громко доказывал, что у него таких не водится, в доказательство тыкал под нос инспектору списки, где имя Мистера действительно отсутствовало, и язвительно предлагал проверить их собственный драгоценный отдел внутренней безопасности. В списках безопасников имени не было, зато табличка с "Э.Адамсон (Мистер)" обнаруживалась на двери кабинета, соседнего с кабинетом начальника. Начальник холодно поднимал бровь и табличка пропадала, но имя вдруг всплывало в списках командированных из отдела Лемиса в Девятнадцатую Зону. Лемис пил невозможное количество кофе и ночи напролет звонил туда, чтобы выяснить, что никакого Мистера не прибывало. Тем временем Мистер перемещался в штаб инженерно-технической службы, менял все пароли, записывал их на листочки и подсовывал под клавиатуры. На каждом листочке была подпись: "Ваш покорный слуга, Э.Адамсон (Мистер)". Рэзор Уотсон, выдержке которого мог позавидовать начальник ОВБ, спешно припоминал знакомые ругательства. Во внешнюю разведку Мистер не совался, зато Блэкауту регулярно звонили с номеров его немногочисленных доверенных друзей и просили душу, а также предлагали связаться со связистом. Блэкаут рвал и метал, штаб разведчиков начинали обходить за километр, а Мистер уже перемещался в Комитет, где непонятным образом распускал невероятные слухи, стравливал председателя с кадровиком, а потом возвращался в отдел внешних связей - и всё начиналось сначала.
Агент получал самые свежие отчеты и бежал на место происшествия - то есть туда, где только что видели Мистера - и обнаруживал, что он секунду назад вышел и вот-вот вернётся. Естественно, он не возвращался. Агент, начиная звереть, попытался отследить его миграции и подкараулить его на пути из научного отдела в технический. Мистер, однако, своего присутствия не обнаружил, зато примчался взбешенный Блэкаут и, заряжая пистолет, сообщил, что ему только что звонили и предлагали продать душу, связаться со связистом и пристрелить агента. Агента спасла только внезапная тревога по случаю разгерметизации Кетера.
В один прекрасный день агент всё-таки убедил своего начальника в необходимости крайних мер, и начальник передал в администрацию короткую записку. Буквально через полчаса вышел приказ по зоне - Эдмона Адамсона, Мистера, задерживать на месте до прибытия службы безопасности. Агент с чувством выполненного долга и смертельной усталости отправился к себе. И не успел он снять куртку, как зазвонил телефон.
- Алло? - сказал агент.
- Добрый день, сударь, - сказала трубка. - Не желаете продать душу?
- Желаю, - твердо сказал агент и приготовился записывать информацию. - Это говорит Мистер Адамсон?
- О, мой мальчик, так мы уже знакомы?
- Пока что не было чести, - попытался подстроиться агент. - Откуда вы звоните, Мистер?
- Одну минуту. Сначала запишите условия договора.
Агент торопливо записал продиктованные Мистером слова.
- Есть? Отлично.
- Изумительно, - невпопад ответил агент. - Так где вы находитесь?
- Я здесь, - сказал голос за спиной.
Но агент не успел обернуться.
1. Талисман (Нел и Безымянная)
Однажды один чрезвычайно легкомысленный исследователь-психолог, покинув свой кабинет в рабочее время с целью перекусить в столовой, столкнулся в коридоре с Нел и Безымянной. Частично поседев, он пошел жаловаться начальству научной службы. Начальство в лице Лемиса, поглощая эспрессо из огромного стакана, флегматично сообщило, что это Евклиды. Исследователь ужаснулся, но был проигнорирован. Тогда он спросил, почему один из Евклидов одет в оранжевую робу. Лемис тоже заинтересовался этим вопросом и отправил исследователя в Комитет.
В Комитете исследователь сразу наткнулся на доктора Амержаева, который не дал ему и рта раскрыть.
- Это безобразие! Куда смотрит служба безопасности? Куда смотрит Лемис? Куда смотрит Миллер? Куда смотрит Мальбург? Куда смотрит ОВБ? Да где вообще все? Лохматые расходники сбегают, шатаются по комплексу, воруют еду, а всем всё равно!
- Вы о чём? - выдавил исследователь.
- Да о Нел же с Безымянной, ясное дело!
- Так они расходники?
- А вы думали, директора?
- А почему вы не обратитесь в службу безопасности?
- Некогда. Не моя компетенция. Сами обратитесь, если хотите.
В службе безопасности исследователя прогнали прямо с порога со словами: "Только с санкции начальника научной службы".
По дороге обратно в научный отдел исследователя чуть не сбила с ног доктор Андерсен с фотоаппаратом через плечо.
- Тут Безымянная не проходила? - спросила она, пытаясь отдышаться.
- Ещё в обед, - ответил исследователь. Андерсен сразу побежала дальше (она всегда куда-то бежала), но он догнал её и взял тот же темп.
- Скажите, что они такое?
- Нел с Безымянной?
- Да.
- Не знаю.
- Как так? - удивился исследователь. - Вы же психолог.
- Ну и что? Вы тоже психолог.
- Но экспертиза…
- Слушайте, - сказала Андерсен, вынимая из сумки коммуникатор, - хотите взять экспертизу? Я сейчас свяжусь с центральным управлением и попрошу, чтобы их обеих прислали в кабинет.
Исследователь от неожиданности остановился, а потому не успел возразить - Андерсен уже скрылась за поворотом. Вдруг раздался телефонный звонок.
- Алло?
- Не желаете продать душу? - спросила трубка.
Исследователь вздохнул, сбросил вызов и пошёл в кабинет психологической экспертизы. Там он первым делом наткнулся на жёсткие взгляды расходников-Евклидов.
- Ты кто? - синхронно спросили они.
Исследователь представился и задал встречный вопрос:
- А вы кто?
- Нел, - сказала Нел. Второе существо молча подкралось к исследователю и принялось его обнюхивать. Исследователь отскочил и рявкнул:
- Уберите это от меня! Кто вы? Что вы делаете в Седьмой Зоне?
- Ну, началось, - со вздохом сказала Нел. - Зря ты пришёл. Думаешь, мы от скуки по коридорам ходим?
Безымянная прижала его к стене и, высунув длинный полосатый язык, лизнула его в щеку. Исследователь закричал. И кричал ещё долго.
2. Социальная реклама (доктор Анна Андерсен)
Однажды один чрезвычайно усталый охранник, валяясь после ночной смены в полуживом состоянии в комнате отдыха, машинально вынул из кармана пачку сигарет Честерфилд и закурил прямо под знаком "Валите курить на улицу! Администрация". Это ему очень понравилось. Диван был мягкий, воздух пах мятным чаем и свежим хлебом, и никто не пытался вырвать из него какие-нибудь жизненно необходимые органы. В комнате отдыха было восхитительно пусто.
Неожиданно раздался звонок интеркома. Он с трудом поднялся, подошел к нему и ответил:
- Комната отдыха, слушаю.
- Не желаете продать душу? - спросили из интеркома.
Охранник выругался, засмеялся и, сбросив вызов, вернулся на диван. Он выкурил там всю пачку, выкинул её в мусорную корзину и пошёл спать. А через пару минут в комнату по чистой случайности забежала доктор Андерсен. Клеф его знает, зачем, но явно не отдохнуть, потому что Акки Андерсен никогда не отдыхала, это было известно всем.
Андерсен почуяла запах дыма. Взгляд её скользнул по табличке "Валите курить на улицу!" и остановился на мусорном ведре, которое стояло у двери. "Есть!" - удовлетворенно прошептала она, увидев там среди одинаковых окурков пустую пачку. Андерсен надела тонкие латексные перчатки - она всегда имела при себе две пары на всякий случай - и, бережно взяв пачку двумя пальцами, сунула её в пакет-зиппер. Спрятав вещественное доказательство в экстрамерную, как многим казалось, сумку, она развернулась на каблуках и отправилась в отдел внутренней безопасности.
- С добрым утром, парни, - поприветствовала она сотрудников. Они привычно воззрились на неё натренированным подозрительным взглядом, который Андерсен привычно проигнорировала. Стремительно приблизившись к столу начальника, она заявила:
- Нужна дактилоскопическая база данных. И дактилоскопист. А потом алиби.
- Андерсен, - утомленно сказал начальник, - сколько можно? Это дело охраны.
- Они бездельники, - заявила Андерсен. И многозначительно посмотрела на начальника.
Пришлось ему выдать ей дактилоскописта, который, не переставая ухмыляться, снял отпечатки с пачки сигарет и нашел их в базе.
- Пожалуйста, Ань, - любезно сказал он, протягивая ей распечатку. - Слушай, может, прогуляемся вечером в оранжерее?
- Ни в коем случае, - ответила она и убежала.
Тем же вечером охранник, чьё фото и анкету теперь имела при себе доктор Андерсен, снова зашел в комнату отдыха. Теперь там пахло древесиной и корицей. Он сел на тот же диван, умиротворенно оглядел немногочисленных отдыхающих и закурил. Отдыхающие недовольно заворчали, но охранник был парень здоровенный, и спорить с ним никто не решился.
На второй сигарете вошла Андерсен и просияла, увидев охранника.
- Прошу всех покинуть помещение, - попросила она хрустальным голосом, - а вы задержитесь, пожалуйста.
Спорить с ней было бы опаснее, чем с курильщиком, так что все покорно поднялись и вышли, прикрыв за собой дверь.
- А теперь расскажите мне, - сказала Андерсен, доставая из сумки пистолет, - откуда у вас такая склонность тянуть всё в рот? Вы хотите поговорить об этом?
Пистолет был с глушителем, так что только один учёный, задержавшийся у фонтанчика с питьевой водой, услышал хлопок.
3. Мафия (н.с. Евгений Савченко)
Однажды один чрезвычайно любопытный логист, в очередной раз заполняя опись на прибывший в Зону груз, заметил, что некоему доктору Г. Рэйнфоллу прислали пять винтовок, три ящика консервов и пять матрасов. Матрасы вызвали у него подозрение. Вечером он задержался в офисе и запросил информацию о посылках для Рэйнфолла. Посылки были интересные - очень много оружия, верёвки, гаванские сигары, полосатые костюмы и шляпы-федоры, мешки с цементом и почему-то цинковые тазики. Логист укрепился в своём подозрении и начал следить. Странные посылки продолжали прибывать, причем оказалось, что в шляпах и сигарах нуждается не только Рэйнфолл. Логист записывал имена получателей и дублировал накладные, просиживая на работе до полуночи. Начальник смотрел на него искоса.
В один прекрасный день логист набрался смелости и подошёл к начальнику с просьбой:
- Мне надо попасть в научный отдел.
- Зачем? - подозрительно спросил начальник.
- По личному делу, - храбро ответил логист.
- Ладно, - согласился начальник и выписал ему пропуск.
Всё утро логист ходил по отделу, прятался от Нел с Безымянной и выспрашивал о Рэйнфолле, пока в одной из лабораторий не услышал, что загадочный Рэйнфолл работает прямо по соседству. Но в этот момент как раз начался обеденный перерыв, и логист на всякий случай решил подождать в углу, пока все прекратят метаться и отбудут в столовую. В вентиляционном отверстии что-то громыхнуло и чей-то голос вкрадчиво спросил: "Не желаете продать душу?" Логист подпрыгнул от неожиданности и передумал ждать.
В столовой свободное место оказалось только одно. Напротив него сидел очень задумчивый учёный. Он ел не глядя, зато периодически бросал короткие взгляды на коллег и что-то записывал в толстой тетради. Логист подсел к нему и шёпотом спросил:
- Для чего вы делаете записи?
- Для одного… коллектива, - сказал учёный, не отрываясь от своего занятия.
- ОВБ? - уточнил логист. Ответное молчание показалось ему утвердительным. Да и какой же агент ОВБ признается в том, что он агент? Логист представился. Учёный кивнул и сообщил:
- Моя фамилия Савченко.
- Скажите, вы знаете такого - Рэйнфолла?
Учёный так удивился, что даже взглянул на собеседника.
- Знаю. А что?
- У меня есть компрометирующие сведения…
Обеденный перерыв закончился, и в столовой началось столпотворение. Толпа подхватила логиста легко, как опавший лист, и понесла к выходу. Он едва успел крикнуть:
- Я буду здесь в семь!
В семь часов вечера логист осторожно заглянул в столовую и никого не увидел. Тогда он вошёл. Дверь за ним закрылась подозрительно самостоятельно; обернувшись, он обнаружил возле неё двоих молодых людей очень мрачного вида. Один из них достал кастет.
Через несколько минут логист, распластавшись на полу в луже собственной крови, как будто сквозь туман услышал голос Савченко:
- Ох, я опять опоздал, да?
И голос одного из мрачных молодых людей:
- Он отследил наши костюмы к Хэллоуину, Рэйн.
И больше логист уже ничего не услышал.
4. Кофе (доктор Лемис)
Однажды один чрезвычайно невезучий техник получил служебную записку - в кабинете доктора Лемиса, начальника научной службы, требовалось заменить кофемашину. На складе их было пять. Делать было нечего - техник отправился к Лемису и позвал его выбирать аппарат. Лемис с большим энтузиазмом согласился.
Складские помещения были обширны. Располагались они на первом этаже, опоясывая холл и простираясь почти до ограды территории зоны. Техник привычно приложил пропуск к считывателю. Автоматические ворота склада медленно поползли вверх. Из-под них повеяло холодом. Лемис первым переступил порог, к нему подошел техник - и вдруг за их спинами раздался лязг. Ворота упали. Освещение мигнуло и сменилось аварийным, и где-то снаружи завыла сирена. Лемис прислушался, посчитал промежутки между завываниями и авторитетно заявил:
- Кетер сбежал. Ох и начнётся сейчас…
Он прошелся по складу, с интересом разглядывая оборудование. Техник, слегка нервничая, спросил:
- И что нам делать?
Лемис обернулся и улыбнулся уголком рта.
- Кофе.
Далеко за полночь отчаянно мёрзнущий техник, стуча зубами, поинтересовался:
- Когда нас найдут?
- В течение недели точно, - бодрым голосом сообщил Лемис. Техник застонал.
На следующий день Кетера всё еще ловили. Техник спросил, не хватятся ли Лемиса. Лемис ответил, что не сказал, куда идет. Техник напомнил про видеозаписи. Лемис здраво рассудил, что сейчас не до этого. Тогда техник сказал:
- Я посплю, пожалуй.
- Не советую. Не факт, что вы проснётесь.
- Почему? - испугался техник.
Лемис в ответ рассказал ему про человека, который заснул в тайге и не проснулся. Техника передёрнуло. Тогда Лемис, немного подумав, рассказал ему про человека, который не ел сутки, заснул в тайге, по которой бродят страшные звери, и не проснулся. Техник уткнулся лицом в ладони. Лемис, выпив ещё кружку кофе, совсем разошелся и рассказал про человека, который не ел сутки, замёрз, заснул в тайге и проснулся от того, что медведь жевал его ногу в валенке. Техник дрожащими руками схватил кружку с кофе.
Ещё через сутки техник с чёрными мешками под глазами, шатаясь, подошел к Лемису и сказал:
- У нас кончается вода. Надо экономить.
- Ага, - согласился Лемис.
- В кофемашинах есть зёрна, молотый кофе и капсулы с кофе. Нам надо есть их всухую.
- Ага, - снова согласился Лемис, наливая себе очередную кружку. Техник разозлился:
- Вы меня поняли? Надо есть зёрна!
- Уважаемый, - строго сказал Лемис, - я привык пить кофе, а не есть его. Сами грызите свои зёрна.
И сделал глоток.
Через несколько часов тишину нарушил телефонный звонок. Техник, похожий на живого мертвеца, флегматично спросил:
- Вы тоже слышите эту галлюцинацию?
- Ага, - сказал Лемис, - только это не галлюцинация. Идите снимите трубку.
- Какую трубку? Мы отрезаны от остальной зоны, рации не работают, электричество нам отключили. Тут ничего не может звонить.
- Идите снимите трубку, - повторил Лемис. - Это звонят вам. Я даже знаю кто.
Техник немыслимым усилием заставил себя подняться и нашёл телефон.
- Алло, добрый день, вы не желаете продать душу? - сказал омерзительно бодрый голос.
- Я на складе с доктором Лемисом! Спасите меня… нас! - закричал техник. Ответом ему была тишина.
- Чего вы кричите? - спросил Лемис. - Там не слышат. Мы же отрезаны.
Техник с тихим воем сел на пол и сдавленным голосом, не лишённым, впрочем, некоторого злорадства, сообщил:
- Кстати, вода кончилась.
- Плохо. А в сливном бачке есть?
- Нет.
- Куда ж она делась?
- Я её вчера залил в эту кофемашину.
- Я пил кофе с водой из сливного бачка?!
Техник взглянул на Лемиса с отвращением. Начальник научной службы, поразмыслив, философски сказал:
- Иногда приходится идти на жертвы.
- У меня во рту не было ни капли воды уже десять часов, - с горечью сказал техник.
- А я пил кофе с водой из сливного бачка, - заявил Лемис. Техник плюнул и отполз подальше.
Лемис допил кофе, побарабанил пальцами по кофемашине и спросил:
- А тут есть пресс?
- Есть, - глухо сказал техник. Они немного помолчали. Потом Лемис спросил:
- Вы знаете, сколько воды содержится в человеческом теле?
- Нет, - простонал техник.
- Не знаете? - удивился Лемис.
- Вы не сделаете этого со мной!
- Ну, если честно… - заметив, что техник пытается отползти, Лемис наступил ему на руку ногой в тяжёлом ботинке и сказал примирительным тоном:
- Обещаю, я ничего не сделаю, пока вы живы.
Впрочем, никто так и не узнал, успокоило ли это техника.
5. Вечеринка (доктор Джон Лайтекер-Ньюман)
Однажды один чрезвычайно общительный социолог со степенью кандидата наук получил приглашение на Хэллоуин в Зоне 7. Это его чрезвычайно обрадовало. Он был молод, только недавно получил работу в Фонде и обожал вечеринки, так что тридцать первого числа он, одетый в костюм пирата, явился в комнату отдыха ещё засветло, отпросившись с работы. Выяснилось, что отпросился не он один - компания весёлых молодых людей уже таскала по комнате столы. Социолог радостно включился в эту деятельность и даже не заметил бы, как наступил вечер, если бы не начали прибывать участники.
Все были в костюмах, и костюмы их были удивительны. Был костюм Авеля и костюм Кондраки. Был костюм Скульптуры и даже неумело выполненный, но всё равно страшный костюм Старика. Кто-то изображал труп, утопленный в 447, а в сторонке стояла группа нарочито мрачных людей в костюме мафиози. "Маршалл, Картер и Дарк, что ли?" - мельком подумал социолог, отплясывая с закутанной в саван красоткой Gangnam style. Алкогольные напитки в бутылках, кружках, бокалах и банках заполняли всё свободное пространство. Кто-то украдкой курил, постоянно перемещаясь. За курильщиком перемещалась слегка озлобленная Червонная Королева. Парень в маске Джейсона, сводя на нет весь маскарад, поглощал кофе. "Кондраки" с хохотом бегал за каким-то вампиром, "Авель" приставал к тоненькой весёлой девушке в костюме 682, а "Маршалл, Картер и Дарк" величаво наблюдали за происходящим, пожёвывая нераскуренные сигары.
- Йо-хо-хо, пират! Продай душу! - крикнул на ухо социологу какой-то тип в белой простыне.
- Пойдемёвыйдем! - весело крикнул в ответ социолог и вслед за "призраком" начал пробивать себе путь к двери в "релаксатор" - маленькое помещение с диваном, шахматами и книгами.
В "релаксаторе" было прохладно и пусто. Никакого парня в простыне не было. Дверь за социологом захлопнулась, кто-то снаружи со смехом дважды повернул ключ в замке и убежал.
- Эй, а ну-ка откройте! - крикнул социолог и постучал кулаком по двери. Никто не открыл.
Через некоторое время снаружи кто-то агрессивный добрался до музыкального центра, и вполне качественный хип-хоп сменился саундтреком к Red Alert. Социолог, заинтересовавшись таким поворотом событий, глянул в замочную скважину. И вдруг прямо на неё упало чьё-то тело - явно не вполне самостоятельно. Тело сползло, оставив в скважине запах крови, и социолог, покрываясь холодным потом, увидел темноволосого человека в кошачьей маске, с хвостом, торчащим из-под полосатой футболки, и с бензопилой в руках.
Люди за дверью метались, многие кричали, кто-то стрелял, но бензопила не переставала жужжать.
"Ну я и влип", - беспомощно думал социолог, лёжа за диваном и стараясь не дышать. - "Вот вам и вечеринка".
Утром он проснулся от щелчка ключа в замке, моментально вскочил и вооружился столиком. Дверь приоткрылась, скрипнув, но внутрь никто не вошёл. Тогда социолог осторожно подошёл к выходу и чуть не споткнулся о чьё-то полуодетое тело.
- Вы живы? Можете говорить? - выпалил он, присев рядом.
- Д-доброе утро… - сказало тело. - Здесь есть похмелиться?
- Как вас зовут? - спросил социолог, найдя среди трупов и луж крови относительно чистую бутылку пива.
- Лайтекер… и, кажется, Ньюман. Возможно, при этом даже Джон. Джон Лайтекер-Ньюман? С ума сойти, зачем меня так зовут?
Джон Лайтекер-Ньюман вылил в себя пиво, поморщился, заявил, что вообще-то не пьёт и спросил:
- Слушайте, не доведёте меня до жилых отсеков? Я как-то плохо ориентируюсь почему-то.
- Что здесь было, Джон?
- Не помню… Не знаю! Завтра, всё завтра!
В коридоре они первым делом наткнулись на Лемиса. Лемис при виде их повёл себя весьма странно. Он отпрыгнул в сторону, схватился за сердце и поспешно скрылся за ближайшей дверью, не обратив внимания на табличку, схематично изображавшую женщину. Социолог, тащивший Джона буквально на спине, недоумённо оглядел свой пристойный и чистый костюм пирата и побрёл дальше. Мальбург, встретившийся им следующим, вытаращил глаза и по стенке прошел мимо, роняя документы из папки, прижатой к груди. Потом они наткнулись на Нел с Безымянной, и тут, к изумлению социолога, Джон ожил и помчался назад по коридору. Нел рванула за ним с криком: "Подожди, милый! Как же первая брачная ночь?" Социолог, оставшийся наедине с Безымянной, старался не шевелиться. Потом Безымянная куда-то испарилась, а запыхавшийся Джон вернулся и, снова повиснув на шее у социолога, простонал:
- Идёмте дальше, пожалуйста…
А социолог внезапно заметил хвост, заткнутый за пояс Джона. Длинный кошачий хвост.
- У вас был костюм кота? - замирая, спросил он, но тут Джон с воплем: "Дом, родной дом!" отцепился от него и упал возле какой-то двери.
- Откройте, пожалуйста, - попросил он и забормотал: "Так, была бензопила… Опять Гангнам-стайл… Вегас? Ну-у-у. Я женился на Нел?! Ладно… И ещё что-то, что-то ещё…" Социолог, раздумывая, следует ли звонить в службу безопасности, повернул ручку, сделал шаг вперед и услышал какой-то резкий свист.
- И ещё топор над дверью! - воскликнул Джон. - Всё-таки вспомнил.
Но этого социолог услышать уже не успел.
6. Плохая репутация (Рэзор Уотсон)
Однажды один чрезвычайно наблюдательный экономист сидел в своём офисе и читал. Поскольку был перерыв, читал он не официальные документы, а опубликованные в интранете выдержки из дневников, сборники местных анекдотов и отчеты о вечеринках. Из того, что он успел почерпнуть из неофициальных документов, было ясно, что большая часть персонала Организации не вполне уравновешена, но более чем профессиональна. Пока что экономисту симпатичнее всех был образ Рэзора Уотсона, твердого и вежливого, как какой-нибудь англичанин. Впрочем, может быть, он и был англичанин.
Буквально за тридцать секунд до конца перерыва взгляд экономиста наткнулся на фразу "Я не люблю сплетни, и слава богу, потому что, видимо, у Уотсона репутация не слишком хорошая". Репутация не слишком хорошая? Экономист еще пару раз перечитал эти слова, а потом часы показали ровно 13:00 (а часы у него были чрезвычайно точные), и он, испытывая легкую досаду, дисциплинированно закрыл вкладку.
По окончании рабочего дня экономист сохранил все свои наработки, сделал бэкап (он делал бэкап каждый день) и собирался было уже выключить компьютер, как вдруг прозвучал сигнал корпоративного видеочата. Экономист, порядком озадаченный, принял вызов. По экрану пошли разноцветные полосы, а из динамиков раздалось:
- Продайте. Вашу. Душу.
- Кто это говорит? - спросил экономист.
- Я. Компьютер. Мне. Нужна. Душа.
- Я на вас жаловаться буду, - строго сказал экономист и отключился.
В своей комнате он продолжил изучать дневник, автор которого заявлял, что у Уотсона была плохая репутация. Там ничего не объяснялось, зато плохая репутация Уотсона упоминалась еще в десятке неформальных документов. Досье Уотсона не проливало свет на этот вопрос. Не вполне отдавая себе отчет, почему его так заинтересовала эта тема, экономист вышел в общую прихожую, постучал в дверь своего соседа-инженера и спросил о Уотсоне. Сосед подтвердил, что у него плохая репутация, а потом ему, по-видимому, упал на ногу паяльник, из-за чего он заорал дурным голосом и посоветовал экономисту катиться в отдел кадров со своими тупыми вопросами.
Экономист, поразмыслив, счел это предложение разумным, вспомнил, что Мальбург принимает до семи и глянул на часы. Была половина, так что он отправился в путь, пытаясь получше сформулировать свой вопрос.
Мальбург встретил его с запрещенной сигаретой в зубах и без галстука.
- Добрый вечер, - сказал он, - я так рад вас видеть! Я вас прямо весь день ждал! Чем обязан, кстати?
- Здравствуйте, - по порядку ответил экономист, - я тоже рад вас видеть. У меня есть личный вопрос.
- Нет, я не работал на них, - сказал Мальбург.
- Личный вопрос про другого человека, - уточнил экономист. - Я хотел бы знать, почему у Рэзора Уотсона сложилась плохая репутация?
Мальбург задумался.
- Знаете, - сказал он наконец, - на то действительно есть причины. Уотсон опасный человек. С ним лучше не связываться. Я бы не стал связываться. И вам не советую.
- Но почему?
- А почему вы спрашиваете?
- Мне интересно.
- Если вам действительно интересно, то у вас хватит смелости спросить у него лично, - с уверенностью сказал Мальбург и попросил разрешения откланяться.
Бедный экономист, захваченный неформальной стороной жизни Организации, решительно направился смотреть списки дежурств. Ему повезло - имя Уотсона на сегодняшнее число значилось в графе "ночь".
Ночью он отправился в инженерно-технический отдел и заявил второму дежурному, худому мрачному парню с мешками под глазами, что хочет видеть Рэзора Уотсона. Через несколько минут парень вернулся и передал, что Уотсон приглашает его в серверную.
В серверной было очень холодно. Рэзор Уотсон стоял меж стоек, воплощая собой образ технического гения из киберпанка, и пристально, с загадочной улыбкой глядел на вошедшего. Экономист, будучи уже слегка не в себе, выпалил:
- Уотсон, что было в вашем прошлом?
- Что? - удивился Уотсон.
- Говорят, что у вас плохая репутация - почему?
- А, это, - улыбнулся инженер и, засунув руки в карманы, пошел к экономисту. - У меня встречный вопрос - почему вы решились остаться наедине с человеком, у которого плохая репутация?
Экономист резко протрезвел. Ему стало не по себе.
- Извините меня. Я не знаю, что на меня нашло. Я пойду?
- Не думаю, - сказал Уотсон. - Вы смотрели "Матрицу"? Помните о батарейках? Может быть, как раз поэтому у меня плохая репутация… А может быть, и нет.
Экономист вцепился в ручку двери и начал дергать ее - сперва без паники, потом отчаянно, а потом в серверной снова стало тихо.
7. Рекрутёр (Особист)
Однажды один чрезвычайно амбициозный разведчик, обедая в столовой, услышал за спиной разговор:
- …Я вам серьезно говорю, они прислали мне записку!
- Ой, да брось, это шутка чья-то. ОВБ не бывает, детка!
Кто-то засмеялся.
- Нет, вы погодите…
- Не бывает, не валяйте дурака, что вы как дети малые…
- А почему нет? Где доказательства?
Разведчик заинтересованно обернулся, выдал обаятельную улыбку и спросил: "Что такое ОВБ?" Компания зашумела, все заговорили почти одновременно. Выяснилось, что ОВБ - байка, страшная сказка, не существует, является тайной полицией, обладает высшей властью в Организации, ничем не отличается от Комитета, является Комитетом, является Советом О5 и, наконец, еще раз не существует. Разведчик, не переставая улыбаться, покивал и вернулся к еде. Он прекрасно знал, что для любых слухов есть причины, а идея тайной полиции была ему близка и понятна. Почему нет?
И он начал разведывать.
Он читал описи грузов, личные дела сотрудников, отчеты из разных отделов - всё, к чему имел допуск. Потом разрешенные документы закончились. Разведчик немного поразмыслил, выкрал из лаборатории синтетический наркотик, вылил его начальнику группы в кофе и, легко узнав у него код доступа, запросил еще информации. Всё было подчищено, всё сходилось… но была какая-то дыра, какое-то белое пятно. Что-то, о чем нигде не упоминалось, но что явно существовало и действовало.
Разведчик твердо решил, что попадет в ОВБ, и удвоил усилия. Он подстроил смерть начальника группы и несчастный случай с его заместителем (заместитель, впрочем, остался жив - отчасти), получил эту должность и повторил трюк с синтетическим наркотиком с начальником следующего звена. Уровень секретности доступных документов возрос. Разведчик, читая их, хватался за голову, он снова начал курить и пристрастился к ментоловому вкусу валидола, однако никаких следов ОВБ по-прежнему не было видно.
А потом в один прекрасный день к разведчику в холле подошел среднего роста человек в строгом костюме. Звали его Особист, он был полевым агентом, но почему-то постоянно шатался по Зоне 7, преимущественно в темное время суток, что отчасти роднило его с Нел и Безымянной.
Особист вежливо сказал ему:
- Добрый день. Вы из разведслужбы?
- Да, - коротко сказал разведчик. - Что вам? Я занят.
- Я из центрального управления опергруппами. У нас там проблемы… с одной важной базой, - сказал Особист, подчеркивая первые буквы в словах. - Нужно участие незаинтересованного лица. Вы уделите нам несколько часов?
И он протянул разведчику ключ-карту.
Разведчик, отвлекшийся было на дисплей с бегущей строкой, призывающей продать душу, вздрогнул и взял ключ-карту.
- Вы в порядке? - участливо спросил Особист и, не дожидаясь ответа, продолжил: - Я сейчас запишу вам, как добраться. Надеюсь, вы нас не подведете.
Он что-то набросал в блокноте, вырвал листок, вручил его разведчику и испарился.
Когда настало время идти, разведчик не колебался ни секунды. Он без труда нашел нужную дверь, открыл ее при помощи ключ-карты и был препровожден очень спокойной девушкой в деловом костюме в отдельную кабинку. В кабинке был монитор, динамик и три лампочки.
Из динамика раздался голос. Разведчику на мгновение показалось, что это голос Особиста, но он отверг эту мысль - Особист, полевой агент (хотя, возможно, и Отдела Внутренней Безопасности), мелкая сошка, наверняка сейчас ходит по коридорам и пытается еще кого-нибудь завербовать.
А голос говорил о том, что делает Отдел Внутренней Безопасности, что многие не выдерживают, срываются, сходят с ума или уходят и превращаются в изгоев, что работа их столь же неприятна, сколь необходима, и разведчик чувствовал, как внутри него поднимается волна ликования - он попал в ОВБ и черта с два теперь уйдет отсюда!
Голос закончил речь и подвел черту:
- Из кабинок выходите, как только перед вами загорятся зеленые лампочки, не раньше.
Разведчик нетерпеливо побарабанил по стене кабинки. В глаза ему ударил красный свет. Он удивленно поднял глаза - вторая красная вспышка. И третья. Все три лампочки горели красным.
- В чем дело? - обеспокоенно спросил он в пространство. - У меня красные лампочки.
В кабинку с шипением ворвалась струя газа. Разведчик закашлялся, легкие сжало судорогой, и он догадался, что это за газ.
Сквозь шипение было слышно, как Особист говорит кому-то снаружи: "Молодец, вы отлично справились. Добро пожаловать в Отдел Внутренней Безопасности".
Разведчик вдохнул, чтобы закричать, но так и не закричал.
8. Диверсия и снова кофе (Адриан Миллер, с.н.с., д.м.н.)
Однажды один чрезвычайно опытный агент Корпорации "Логос" внедрился в ряды сотрудников Зоны 7. Удалось это ему только потому, что компрометирующую информацию в его мозгу гипнотически заблокировали. А еще собеседование состоялось на следующий день после вечеринки, на которой новенький-эйчар слишком много выпил и едва уцелел, поэтому к агенту он не придирался - было не до того. Он просто провел стандартный пятичасовой экзамен, включая сорокаминутный стресс-тест, и отпустил агента с миром в Комитет по Этике.
Там агента встретил председатель Комитета Адриан Миллер, с.н.с., д.м.н. Он первым делом отвел его к себе в кабинет, зачитал слова, разблокирующие память агента, потом протянул ему широкую ладонь и доброжелательно представился:
- Адриан Миллер, отдел логистики. Мы знакомы, не так ли?
Агент, страдая от жестокой мигрени из-за разблокировки памяти, ответил утвердительно и попросил разрешения удалиться. Миллер сказал:
- Информацию, которую я вам буду предоставлять, вы должны передавать слово в слово. А официально вы будете числиться моим секретарем. Так что принесите мне кофе для начала.
Следующие три месяца были на редкость однообразными. Агент носил Миллеру кофе, передавал его короткие энергичные депеши в Корпорацию, доставлял оттуда такие же короткие и энергичные ответы и ждал, когда они сподобятся начать операцию. Он подружился с доктором Амержаевым, научился бегать от Нел с Безымянной, напросился на сеанс психотерапии у Акки Андерсен и выучил наизусть все байки об ОВБ.
Но в один прекрасный день он получил две шифровки. Одна из них предлагала "продать душу зпт дорого", а вторая гласила долгожданное: "Юнг-Фрейду: Приступаем". Агент побежал докладывать Миллеру. Миллер просветлел лицом и продиктовал ему шестнадцать цифр ("Координаты", - догадался агент). Потом, поразмыслив немного, он добавил букву "V" и еще восемь цифр ("Объем?", - агент уже не был уверен), а потом попросил поставить октоторп и после него три буквы и три цифры. Агент уточнил, что такое октоторп; Миллер со вздохом пояснил: "Решеточка. Это хэш-код". Наконец, он закончил сообщение буквами "С" и "Б" и еще восемью цифрами - датой и временем с минутами, после чего велел зашифровать его как обычно и передать по назначению желательно десять минут назад, но можно и прямо сейчас. Агент кинулся исполнять распоряжение, и в тот день Миллер больше его не вызывал. Видимо, решил завязать с кофе.
А на следующий день, уже ближе к вечеру, председатель Комитета по Этике выглянул в приемную и, почему-то улыбаясь, сказал:
- Идите смотреть. Началось.
В кабинете председателя был выключен свет и включен проектор. На тканевом белом экране было неподвижное изображение склада Седьмой Зоны: большие картонные коробки, пластмассовые синие лотки с метизами, системные блоки - совсем новые и уже списанные - и так далее. Вдруг из динамиков раздался скрежет поднимающихся ворот. Через несколько секунд в поле зрения видеокамеры возникла группа сотрудников службы безопасности Фонда. Они пришли откуда-то слева и теперь настороженно озирались по сторонам. Вдруг агент понял, что они не имеют отношения ни к службе безопасности, ни к Фонду, и победно улыбнулся Миллеру. Миллер улыбнулся в ответ.
Тем временем "служба безопасности" подошла к одной из больших коричневых коробок. Люди обступили ее и, примерившись, без видимых усилий подняли, но развернуться в обратную сторону не успели, потому что в этот момент справа появилась еще одна группа сотрудников службы безопасности. Они с веселым изумлением смотрели на происходящее. Из-за их широких спин выступил бледный доктор Лемис и задал сакраментальный вопрос:
- Какого черта вы делаете с моей кофемашиной?
Настоящие охранники, не переставая скалиться, сняли пистолеты с предохранителя.
В кабинете председателя Комитета Адриана Миллера, с.н.с., д.м.н., агент смотрел на экран, не веря своим глазам. Миллер сокрушенно прокомментировал:
- Какая досада, надо же. Представляю, что думает ваш начальник. Я транслирую ему запись.
- Вы… - с ненавистью сказал агент, по привычке хватаясь за пояс в поисках оружия, - двойной агент!
- Двойной? - усмехнулся Миллер. - Не совсем. Мелковато. А сейчас, пожалуйста, смотрите. Не отвлекайтесь.
Миллер надел вакуумные наушники и нажал несколько клавиш. Действие на экране продолжалось - настоящие охранники, посмеиваясь, надевали наручники на поддельных, а Лемис бегал вокруг своей кофемашины, - зато звук сменился на то, чего агент не хотел бы услышать никогда в жизни.
Последняя мысль, которая возникла в его мозгу, прежде чем нейронные связи были окончательно разрушены деструктивным мемагентом, была: "Ну что ж, по крайней мере, шеф теперь не сможет меня убить".
Потом мыслей не стало.
9. Вентиляция (доктор Теомант)
Однажды один чрезвычайно самоуверенный секретарь из административного отдела растерял всю свою самоуверенность, завидев на бежевой стене коридора чью-то тень, из спины которой произрастали шесть щупальцев. То, что их было шесть, а одно из щупальцев подносило ко рту существа сигарету, он вспомнил уже в своей комнате, когда машинально заталкивал в чемодан носки вперемешку с галстуками. "Ну их всех к чертовой матери", - отчаянно думал он, придавливая чемодан коленями, чтобы закрыть его. - "Ухожу!"
Потом он слез с чемодана, сунул в рот никотиновую жвачку и задумался по-настоящему. Уйти из Фонда официально было чертовски сложно. Сохранить при этом воспоминания, чтобы не подпрыгивать всю жизнь при виде щупальцев, сам не зная отчего - практически невозможно. Не то чтобы ему были дороги воспоминания о щупальцах, но ведь и хорошего много было… Особенно хорошим воспоминанием была симпатичная худенькая девушка из Комитета, и он на мгновение заколебался - стоит ли уходить. Подумаешь, щупальца. Но через секунду он вспомнил отчетливо видные на их силуэте присоски и решил, что стоит. Он повертел в голове схему Зоны и пришел к выводу, что удобнее всего (если тут вообще можно говорить о комфорте) устроить побег через систему вентиляции.
Через пятнадцать минут он, скорчившись в три погибели в вентиляционной шахте, клял эту дурацкую затею на чем свет стоит, но повернуть не мог по одной простой причине - не хватало места для разворота. Кроме того, сзади кто-то явственно шуршал и хихикал. Поэтому бывший секретарь предпочитал ползти вперед, по возможности быстро и тихо.
Где-то на третьем этаже он едва не врезался головой во что-то мягкое. Что-то мягкое гневно лягнуло его чем-то твердым (судя по всему, ногой в кеде) и прошипело:
- А ну свали!
Секретарь отпрянул и дрожащим голосом спросил:
- Кто там?
- Это я, Андерсен, - сказала Андерсен. - Что вы тут забыли?
- Да я… так… проверяю систему, - промямлил секретарь, сознавая, насколько нелепо это звучит. - А вы?
- А я ищу кое-кого. Запах сигарет чуете? Это не в курилке курят. - Андерсен чем-то громыхнула и продолжила: - В общем, дальше поползли вместе. Если вы спешите, то в первом же ответвлении уступлю вам дорогу.
Так она и сделала, пожелав ему на прощание удачи и предупредив, что где-то здесь ползают Нел с Безымянной. Секретарь суеверно подумал: "Помяни черта…" и оказался прав - хихиканье, преследовавшее его всю дорогу, начало прерываться сиплым шепотом:
- Нел, я его вижу, я его вижу!
- Т-с-с… Спугнешь еще. Щас догоним.
- Можно, я прокушу ему лодыжку?
- Даже нужно. С прокушенной лодыжкой не поползаешь…
Секретарь пронесся по шахте, как будто на реактивной тяге, и засел в одном из ответвлений, прикрывшись рюкзаком и молясь, чтобы его не разглядели. Две одинаковые фигурки с собранными в хвост волосами проползли мимо. Не успел он испустить вздох облегчения, как позади него раздался очень спокойный и дружелюбный голос:
- Мальчик мой, вам нужна помощь? Не желаете продать душу?
"Ну всё", - подумал секретарь, сбиваясь на безумное хихиканье, - "теперь мне точно нужна помощь". Но, укусив себя за руку, чтобы прийти в чувство, все-таки пополз вперед.
На этот раз он успел заметить фигуру коллеги по вентиляционному путешествию прежде, чем врезался в него. Он тихо окликнул его:
- Простите, вы не уступите мне дорогу?
Путешественник каким-то невообразимым образом развернулся и раздраженно зашипел:
- Вы меня достали! Какого черта здесь ошивается столько народу? Ползите к дьяволу отсюда!
- Извините… как вас зовут?
- Теомант, - буркнул путешественник.
- Извините, Теомант, но мне очень нужно проползти именно здесь. Пожалуйста.
- Мне самому нужно, - недружелюбно ответил Теомант. - Послали ловить какого-то придурка из администрации. Говорю - какого хрена это я должен делать, я что, служба безопасности? А ЭсБэ нажрались вчера в полном составе, ясен пень. Да и вообще, говорят, бери револьвер, вспомнишь старые добрые времена. Ну а я что? Полез.
- О… надо же, - обмирая, сказал секретарь. - Тогда ладно, ползите вперед, я за вами.
Теомант чем-то пошуршал и ослепил секретаря светом карманного фонарика.
- Так-так, - протянул он, положил фонарик на пол и вынул из кармана удавку. - Это я удачно развернулся.
До симпатичной девушки из Комитета, купавшейся в женской душевой, в шахте над которой произошел весь этот диалог, включая его драматический финал, не донеслось ни звука.
10. Торт (агент Вульф)
Однажды один чрезвычайно жизнерадостный менеджер из отдела внешних связей решил, что третьего уровня допуска и десяти человек под начальством достаточно, чтобы выбраться перекусить в столовую в полночь, когда в Зоне объявлен комендантский час с десяти ввиду нарушения условий содержания… впрочем, не менее вероятно, что на его поступок в определенной степени повлияла более крупная, чем обычно, доза метамфетамина.
По дороге в столовую ему встретился только один человек - в серой форме инженерно-технического отдела, некрасиво заляпанной бурой кровью. Человек баюкал руку, из которой торчала кость, и прерывисто всхлипывал. В глазах его был ужас. Менеджер, преисполненный любви ко всему миру, не мог пройти мимо.
- Господи, что стряслось? - спросил он и тут же мысленно отругал себя за недостаточно испуганный голос. - Сядьте здесь, я вызову санитаров!
Техник даже не замедлил шаг.
- Нет… Надо подальше… Подальше уйти надо, говорю…
- Откуда? Что там? И где - там?
На эти вопросы менеджер уже не получил ответов - раненый прохромал дальше, что-то бормоча. Менеджер обеспокоенно посмотрел ему вслед, ожидая топота сапогов службы безопасности, однако, судя по всему, Кетера там, откуда шел раненый, не было. Менеджер развернулся, чтобы возобновить путь, и нос к носу столкнулся с фигурой в темном пальто.
- Вечер добрый, душу продать не же…
- Ой, да ну тебя, Мистер, - вежливо сказал менеджер, прошел мимо и краем уха услышал, как Мистер задает тот же вопрос раненому технику.
Дверь в столовую была открыта. Над одним из столов горела лампа. Под ней стоял Вульф, величественный и мрачный даже в фартуке и с баллончиком в руках. Он строго оглядывал торт на столе и время от времени добавлял то тут, то там немного взбитых сливок. Менеджер рассмеялся, испуганно прикрыл рот рукой и все-таки снова не удержался. Вульф поднял очень многозначительный взгляд и лаконично посоветовал:
- Проваливай.
Менеджер уже успел легкой походкой подойти и присесть на корточки, оглядывая торт сбоку.
- Классный торт! Себе или в подарок?
- В подарок, - буркнул Вульф, отложил баллончик и взял один из кучи шприцев, лежащих рядом на столе.
- А кому? - менеджер нахально потянул руку к одной из сливочных завитушек и тут же получил внушительный удар кулаком по запястью.
- Предыдущий идиот, который так сделал, выхватил открытый перелом, - равнодушно сообщил Вульф, стянул перчатку, достал из кармана сигарету и закурил. - А торт Мальбургу.
Менеджер с некоторой завистью покивал, потом поднял голову и уставился на Вульфа с таким видом, как будто в голову ему пришла гениальная мысль.
- Ну че? - спросил Вульф. Он вообще был неразговорчив.
- Мне в голову пришла гениальная мысль. Это потому что я на шприцы ваши посмотрел. Давайте туда ЛСД добавим!
- Я туда уже кое-что поинтере… Что? - Вульф, наконец, осмыслил предложение и как-то особенно непроницаемо уставился на менеджера.
- А что? Он любит…
Вульф вдруг наклонился, пригляделся к зрачкам менеджера и снова выпрямился. На его лицо вползла какая-то нехорошая улыбка. Он снова взял в руки баллончик со взбитыми сливками и скучным голосом начал:
- Сонная артерия снабжает кислородом головной мозг. Тромб в сонной артерии может вызвать инсульт. Прикинь, ты будешь путать слова, или тебя перестанут слушаться р…УКИ ОТ ТОРТА УБРАЛ!
Вульф ловким пинком опрокинул менеджера на спину и наступил сапогом ему на грудь. Не замечая его попыток выбраться, он снял колпачок с баллончика со сливками и надел на него иголку от шприца. Менеджер смотрел на него во все глаза, не веря своим догадкам.
- Ну а если уж это будет постороннее вспененное вещество… - Вульф присел над поверженным менеджером, встряхнул баллончик и перестал улыбаться. - Колоться любишь, значит? Сливки любишь? Зря ты не ушел, пока мог.
И тут Вульф был прав.
Статья проверена модерацией
Другие статьи этого автора