Вводный курс антимеметики

Младший научный сотрудник Ким проработал в Фонде целых четыре часа, и уже чувствует себя как выжатый лимон. Первая вводная лекция была подобна наковальне, сброшенной ему на голову. Пришло время обеда, он нашёл в столовой тихий столик в углу, где никто не станет его тревожить, где можно будет жевать и глотать неаномальную еду, пить термоядерной крепости кофе и усваивать непростые уроки сегодняшнего утра.
Достав выданный Организацией мобильник, он раздражённо пролистывает дела тех немногих объектов, к которым имеет допуск. Должно быть, это кто-то пошутил. Иначе они не воспринимаются. Только как очень дурные, мрачные и пугающие шутки.
В наборе Кима ещё десять таких же новобранцев-эмэнэсов, и все они сидят наособицу, за отдельным столом, и оживлённо друг с другом болтают. Кое-где сидят инструкторы и уплетают бутерброды. Столовая, рассчитанная на две с лишним сотни человек, кажется пустынной - кроме них, здесь нет никого. Киму это кажется странным. Зона 41 велика, это три здания с обширными подвалами, сокрытые в лесах центрального Колорадо. Куда все подевались?
В столовую заходит мужчина в сером костюме, смотрит Киму в глаза и целенаправленно шагает к нему. Его костюм выглядит настолько с иголочки, что больно смотреть. У него есть булавка для галстука и платиновые наручные часы размером с добрый будильник. Совершенно неуместный вид. Зона 41 - рабочая Зона. Здесь проводится обучение, инструктаж, научные исследования, ОКР, анализ, и даже содержатся несколько безопасных объектов. Руководству здесь бывать не следует. Так что он за птица? Заблудившийся начальник, который ищет вертолётную площадку? Исследователь или инструктор, одевшийся для желаемой работы, а не для действительной?
- Тот ещё первый день на новом месте, - говорит он, протягивая руку. - Аластер Грэй. Через "э".
- Ким, - представляется Ким. - Пол Ким.
- Очень приятно. Не будет бестактным спросить, что у вас за акцент?
- Нью-йоркский, - сморгнув, отвечает Ким. - Я из Нью-Йорка. А вы - руководитель Зоны?
- Кажется, вы взволнованы.
- А как иначе-то? - спрашивает Ким. - Вы же должны быть в курсе, как проходит вводная лекция. Атомный удар по самолюбию, вот что это такое. Почти всё, что я знал, встало с ног на голову. Всю жизнь я провёл под "защитой" от "опасных" знаний, словно весь мир снаружи - не знаю, песочница для дошколят. И выходить из неё… это унизительно. Для начала. И… - Ким снова моргает. - Погодите-ка, а вы вообще чем здесь занимаетесь? Вы не ответили на мой вопрос.
- А вы не ответили на мой, - возражает Грэй.
- Как это не ответил? - спрашивает Ким. - Я из…
Он осекается. Стройно бегущие мысли внезапно шагают не в ногу и сходят с трассы. Ответ на вопрос Грэя вертится на кончике языка, но слова как-то не выходят.
- Странное дело, - произносит он, мотая головой.
Тут он замечает, что Грэй ходит без бэджика. Вполне может быть случайной ошибкой, хотя и очень грубой. С другой стороны, на руководящую должность в Фонде не попасть, если не обладаешь безукоризненной точностью во всём?
- Кто вы такой? - переспрашивает Ким.
- История вашей жизни была невероятно интересна.
- Что?
- Вы говорили на четырёх языках, - поясняет Грэй. - Сейчас говорите на одном, скоро не будете вовсе. Столь выдающийся ум нельзя портить специализацией, ваше образование состояло из биохимии и сравнительно-исторического литературоведения. Похоже, без постоянного заталкивания в голову чужеродных мыслей вам и жизнь была не мила. Вы, влекомый этой жаждой, объездили весь мир, и каждая страна была для вас подобна высадке на другую планету. Вы заигрывали с антропологией, но мир столь необъятен, что всей человеческой расе не под силу понять его, и уж тем более - одному человеку. Человеческой расы стало слишком много. Её нужно проредить.
Ким кивает в ответ.
- Извините, я на секундочку.
Он поднимается и идёт к другому столику, где сидит инструктор, с которой они сегодня уже виделись. Подходя к столу, Ким чувствует, как нарастает странное ощущение вроде статического электричества. Он пытается потормошить её за плечо, и это даже немного удаётся, но рука встречает такое сопротивление, словно погружена в смолу.
- Эй! У нас проблема. Здесь посторонний. Думаю, это может быть объект. Док, посмотрите на меня! Ау-у?
Женщина не реагирует. Ким пытается окликнуть стайку новобранцев, но они по прежнему болтают языками и строят гипотезы, не обращая внимание на то, как он вопит и хлопает в ладоши.
- Люди! Ау! Вы меня слышите? Нет-нет-нет-нет.
Он оглядывается. Грэй поднялся из-за стола и двинулся в его сторону с той же уверенной улыбочкой на лице. И с ним определённо что-то не так, потому что его видно сквозь столы, как будто он - голограмма дополненной реальности, устроившаяся у Кима в глазу.
Ким испытывает неприятный укол страха, что видит Грэя даже в момент моргания. Под сомкнутыми веками Грэй выглядит призраком на фоне того, что всю его жизнь было его собственным личным уголком темноты. Не видеть Грэя можно только отвернувшись, но даже тогда глаза словно колет жёстким излучением с обратной стороны.
Ким пытается позвонить одному из новичков. Телефон в кармане новичка звенит, но и только-то. Ничего не происходит, никто не реагирует.
- Это бессмыслица, - говорит Ким.
- Помните ли вы своего отца? - произносит Грэй.
- Не знал я своего отца, - отвечает Ким, отходя бочком в сторону. - Меня мать растила.
Белозубая улыбка Грэя выглядит застывшей.
- Этим людям так нравилась ваша точка зрения. Они собирались направить вас на работу с аномальными антимемами. Но они не помнят о том, что вы есть на свете. Вас на свете нет.
- Опасных объектов SCP в этой Зоне нет, - произносит Ким, обращаясь преимущественно к себе самому. - Эта зона Безопасных. Следовательно, либо вы не опасны, либо никто не знает о вашем существовании. А если никто не знает о вашем существовании, то либо вы здесь совсем недавно, либо… вы… Что такое "антимем"?
- Тот ещё первый день на новом месте, - заявляет Грэй.
- Вы разумны? - спрашивает Ким.
- Кажется, вы взволнованы, - произносит Грэй.
Ким срывается на бег. Он вылетает из столовой и пробегает метров восемь по коридору, туда, где расположен лифт. Он с размаху бьёт по кнопке "вниз" и ждёт. Дверь лифта отполирована до почти зеркального блеска. Ким видит в отражении лицо и едва не падает от удивления, потому что это лицо ему незнакомо, но, судя по всему, оно - его собственное.
- Боже! О нет, нет, нет… - лепечет он. - Какого чёрта, какого
чёрта
…
Двери лифта открываются, но тут из-за угла прогулочным шагом выходит Грэй. Ким ныряет в лифт и жмёт на кнопку самого нижнего этажа - это восьмой подуровень. Он делает это инстинктивно, хотя впоследствии придумывает обоснование.
(Нельзя просто сесть в машину и уехать. Лучше будет, если Грэй останется в Зоне, а не выберется в "реальность" обычных людей. А для этого будет лучше, если Ким заберётся в самый глубокий и тёмный уголок Зоны, в который только может. Подождёт там Грэя, закроет за ними все двери. А потом дождётся смерти…)
Лифт начинает ехать вниз. Призрак Грэя, чётко видимый сквозь все двери и стены, отдаляется, исчезает где-то наверху, но всё так же широко улыбается Киму.
Ким нервно расхаживает по лифту.
Я не помню, как выглядит моё лицо. По его словам, оно сожрало все мои неродные языки, но я не помню, чтобы учил что-то, кроме родного английского. Значит… оно пожирает мои воспоминания. Поглощает информацию. И я не могу ни с кем связаться напрямую, а значит, помощи ждать неоткуда.
К такому меня не готовили.
Он бьётся лбом об стену лифта и смотрит на носки своих туфель.
Но я не знаю этого доподлинно. Что если меня готовили к такому, но я не помню этой подготовки? Что если я работаю здесь многие годы, и мне только
кажется,
что это мой первый день на новом месте? Что если я уже с ним сталкивался? Что если все в этой Зоне сталкивались с ним по несколько раз, и… никто не помнит? Антимем - это оно и есть?
Ким вспоминает почти безлюдную столовую, километры пустующих коридоров, незанятые кабинеты и лаборатории.
Может быть, оно не только мою память поедает? Вдруг оно ест людей целиком, начисто стирая их из истории? Вдруг оно уже многие годы обитает в этой Зоне, и именно поэтому здесь так пусто - потому, что почти всех нас ликвидировали?
Мне нужна помощь. Нужно кого-то предупредить. Но как? С людьми говорить невозможно. Позвонить им - тоже. Надо… надо написать карточку объекта.
Но кто-то уже должен был до этого догадаться.
Он вытаскивает телефон, выводит на экран список. Почти десять тысяч записей. Пометка "антимеметика" стоит на доброй сотне из них.
Ким собирается с мыслями.
Грэй через "э". G-R-E-Y. 4-7-3-9.
SCP-4739
Класс объекта:
Кетер
Особые условия содержания:
Я намеренно пишу не по формату, т.к. времени мало. Если вы это читаете, то от Фонда в целом вы уже изолированы. Попытки позвать на помощь ни к чему не приведут. Вы уже в пищеводе 4739, вас уже проглотили, но ещё не переварили. Немедленно направляйтесь в лабораторию З041-ПУ08-053 и продолжайте исследования там, пока не найдёте способ остановить или убить Грэя, прежде чем он убьёт вас. Не читайте остальной текст, пока не окажетесь в лифте.
Описание:
В этот момент двери лифта открываются на восьмом подуровне. Аластер Грэй выжидает, с неизменной обезоруживающей улыбкой. Он делает шаг вперёд.
В отчаянии Ким, широко размахнувшись, швыряет телефон в лоб существа. Корпус цельнометаллический, попадание - прямое. Грэй отшатывается и бьётся затылком о стену. Когда он приходит в себя, Кима уже не видно - он улепётывает по левому коридору, оставляя за собой угасающее эхо шагов по бетону.
Два поворота на сорок пять градусов, и вот она, дверь лаборатории 053, в самом дальнем конце коридора. Дверь водонепроницаемая, как на подводной лодке. Кодовый замок видно издалека. Четыре цифры. Он набирает 4739, код срабатывает тут же. Механизм переборки открывается мучительно медленно.
Давай, давай, давай же!
- Вы помните свою мать? - слышится голос Грэя из коридора.
- Я не знал своих родителей, я рос сиротой, - озлобленно бурчит Ким. Какое-то мгновение он думает, что на самом деле Грэй имел в виду, но времени обдумывать это нет.
Переборка открывается. Ким просачивается внутрь и задраивает дверь, как будто это даст ему хоть пару лишних секунд. Лаборатория оказывается внушительных размеров, само собой, без единого окна, и доверху заполнена всяческим оборудованием, которое Ким едва может распознать. Под ногами хрустят осколки толстого стекла. В углу стоит заблокированный терминал. Ким разблокирует его и на экране появляется тот же текст:
Описание:
SCP-4739 - мощная, летальная антимеметическая угроза замедленного действия, имеющая внешность мужчины-европеоида в деловом костюме, и представляющаяся как "Аластер Грэй". Внимание SCP-4739 привлекают плотные сгустки информации, хранящейся на органическом носителе, т.е. по сути, широко образованные, интересные и непростые люди. SCP-4739 изолирует жертву от всего остального мира, распространяя на неё антимеметическое поле, внутри которого все действия жертвы, а также она сама, не могут быть восприняты и не сохраняются в памяти. После этого SCP-4739 поглощает воспоминания и знания жертвы, пока та не входит в состояние овоща и не умирает. Процесс занимает от 15 минут до 2 часов и, по описаниям, "похож на болезнь Альцгеймера на ускоренной перемотке".
SCP-4739 не считается разумным, хотя может показаться таковым невнимательному наблюдателю в связи с тем, что он умеет очень хорошо имитировать поведение обладающего разумом существа. Жертвы сохраняют свободу передвижения и действий, так как сбежать или позвать на помощь, находясь под влиянием SCP-4739, невозможно. Сообщения, написанные на твёрдом носителе или в электронном виде, сохраняются в реальности и доходят до адресата, однако воздействие SCP-4739 распространяется на каждое такое сообщение, вследствие чего сторонний наблюдатель не может воспринять сообщение до тех пор, пока сам не станет жертвой объекта.
Данная запись об объекте SCP была создана и дополняется жертвами SCP-4739, поскольку видна только его жертвам. Если вы читаете этот текст, то SCP-4739 поймал вас. Вы изолированы от всего остального Фонда и, по сути, являетесь Фондом в одном лице. У вас есть от 15 минут до 2 часов, чтобы добраться до Зоны 41, подуровня 8, лаборатории 053, ознакомиться с актуальными исследованиями и продолжить их до тех пор, пока либо SCP-4739 не будет списан или сдержан, либо (что вероятнее) вы не умрёте. Если вы не специализируетесь на содержании антимеметических аномалий, мы искренне извиняемся и рекомендуем начинать учиться. Быстро.
SCP-4739 поглотил ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| ||||| |||| научных сотрудников Фонда с тех пор, как 03 августа 2013 года был начат отсчёт. (Если вы читаете этот текст в первый раз, добавьте, пожалуйста, свою пометку). По нашим оценкам, как минимум 50% жертв объекта не добираются до данной записи в базе данных, и следовательно, на счету объекта в два с лишним раза больше жертв, чем указано выше.
- Но как его убить? - орёт Ким. Он пролистывает исследования, написанные хаотично и невпопад, потому что ни у кого не нашлось лишней секунды, чтобы их отсортировать. Исследования ведутся разными жертвами в десятках направлений, все из которых кончаются одинаково: "Я попробую X. Если вы это читаете, X не сработал, а я погиб, следовательно подход X тупиковый, и вам придётся выдумать что-то ещё".
Он читает. В физической схватке с Грэем никто не преуспел. Никому не удалось задержать его, избежать столкновения, замедлить, воззвать к логике или натравить на другую жертву. Люди пытались травить свою память идеями, которые невозможно переварить, дозированно скармливать Грэю воспоминания, чтобы замедлить его, пополнять воспоминания быстрее, чем Грэй их ест, и скармливать Грэю большой объём воспоминаний за раз, чтобы он переполнился и лопнул. Были попытки самоубийства через передозировку амнезиака класса А. Всё это было безрезультатно. Более сотни людей, у большинства из которых была докторская степень, очутились в пасти чудовища, давали краткий бой и умирали, кто с достоинством, кто - не очень.
Неопробованных направлений не осталось.
- Мне хана! - приходит к выводу Ким. Он поднимает голову. Грэй ещё не в лаборатории, но видно, как он идёт по финишной прямой коридора. Он совершенно нематериален, осязаемые заграждения не имеют для него значения. Он неуязвим.
Ким хлопает по карману, в котором привык держать телефон.
Погоди-ка.
Он листает ещё раз. Находится трое или четверо отчаявшихся, которые попытались вступить с Грэем в ближний бой. Боевым ножом и пистолетом. Бейсбольной битой (Ким оглядывается - ясное дело, бита закатилась под стол, и так там и лежит). Один человек, пожилой ботаник, явно недостаточно компетентный, решил попробовать самый тяжёлый предмет, который смог найти. Это и объясняет обломки телевизора и толстые осколки кинескопа возле двери. Имеется даже запись попытки ботаника. Результат совершенно нулевой. Грэй - голограмма, призрак, телевизор проходит сквозь него и схлопывается от удара об пол. Оставшуюся часть видеозаписи ботаник сидит, скорчившись в углу под спокойным взглядом Грэя, и постепенно лишается разума.
Разница здесь в том,
- осознаёт Ким, выпучив глаза от страха,
что телефон - это кирпичик, плотно набитый информацией. А до меня никто не пробовал метать в него информацию.
Ким ищет опыты - и находит несколько в разных местах - в которых жертвы пытались переключить внимание Грэя на другой источник информации. Общая идея была такова - перегрузить Грэя, направив его на нечто, содержащее слишком много информации: на интернет, на терабитный поток данных с эксперимента по столкновению заряженных частиц, на массив жёстких дисков с первым квадриллионом цифр числа "пи". Но никому не удалось отвлечь внимание Грэя; расставленные на его пути экраны с загруженной информацией он игнорировал, электромагнитная передача данных (по радио или лазерному лучу) ни к чему не приводила. Способа прогонять информацию через разум жертвы в качестве воспоминаний никто не смог найти. Это направление исследований было признано невозможным и закрыто.
Как обнаруживает Ким, жёсткие диски находятся прямо на тумбочке рядом с компьютером. Это стоечная система хранения данных, половинной ширины - эдакий металлический кубик размером с шар для боулинга, и примерно такого же веса. Менее эффективное оружие ближнего боя сложно и придумать.
Ким хватает три патч-корда подлиннее и начинает заплетать их косичкой.
Потом он вспоминает, кто он такой, и какая на нём лежит ответственность. Он идёт к терминалу, добавляет себя в список жертв объекта и описывает то, что собирается предпринять. Ведь он может оказаться не последним, а миру нужно знать, что попытка не сработала.
*
Грэй проходит сквозь задраенную дверь лаборатории. Оборудование свалено на пол, чтобы освободить место для чёрного с серебристым массива дисков, который Пол Ким крутит на двухметровой верёвке из патч-кордов вокруг себя на уровне головы. Массив басовито гудит, рассекая воздух. Грэю не хватает рассудка, чтобы остановиться, и массив прилетает ему в висок, как булава, уголком для крепления вперёд.
Несколько терабайт Грэй при ударе поглощает, но этого недостаточно. С зелёной вспышкой и шумом, как от закоротившей проводки на поезде метро, Грэй оседает в углу. Череп у него проломлен, а система хранения данных частично рассыпалась и усеяла пол обломками.
Ким решает, что пусть история сама придумывает подходящие к случаю остроты.
*
- Он прогрызался по структуре Отдела антимеметики, - говорит ему Уилер во время итогового совещания. - Рано или поздно ему должен был попасться кусочек не по зубам. Поздравляю, тебе удалось в нужный момент показать некоторый профессионализм. Были десятки тех, кому не удалось.
Ким по-прежнему взвинчен. Но шоковое состояние проходит, и даже быстрее, чем он ожидал.
Как выяснилось, Мэрион Уилер - руководитель Отдела антимеметики. И новый начальник Кима.
- Я хочу сказать, что мне тупо повезло, - говорит Ким. - В смысле, когда я швырнул телефон, это было на уровне инстинктов, мышечной памяти. Я первый день на этой работе, и мне чертовски повезло. …Вот что я хочу сказать, но сижу тут, прокручиваю эти фразы в голове - они ведь неверны все до одной, так?
Уилер молчит и выжидает.
- Вы ведь мне не
новый
начальник, - говорит Ким. - Вы мне просто начальник. И я здесь вовсе не первый день работаю. Должно быть, я уже… ну, с десяток лет проработал, верно? По-моему, я профессионально занимался исследованиям в области антимеметики с середины нулевых. Просто Грэй первым делом поглотил память обо всём, что было после первого дня. И даже тогда…
- В том, что произошло сегодня, я вижу крайне мало везения, - отвечает Уилер. - Инстинкты и мышечная память - просто более глубокий вид тренировки. Как я и сказала, некоторый профессионализм. Умение снова собрать свою жизнь и все былые знания воедино, быстрее, чем кто-либо другой. Именно это мы в вас вдалбливаем. К счастью, иногда уроки проходят не зря.
- И даже такой разговор у нас не впервые, - продолжает Ким. - Были и другие инциденты. С другими объектами, которые стирают воспоминания. Вам уже доводилось сидеть и смотреть, как я собираю себя по кусочкам.
- И мне пока не надоело, - признаётся Уилер с выражением лица, которое с большой натяжкой можно счесть ехидным.
- Как долго у меня обычно занимает восстановление?
- Несколько месяцев, - отвечает Уилер. - Но если начистоту, в этом отделе люди уже в первый день - такие же профессионалы, как и в любой другой. Либо ты эту работу начинаешь на всех парах, либо не начинаешь вовсе. Дальше - просто подгонка и подстройка.
- То есть, вы хотите сказать, что состояние моего рассудка вам не важно, и нужно, чтобы я немедленно вернулся к работе, - заявляет Ким.
Уилер кивает.
- Для начала мне нужна актуальная запись по объекту. Вычисли характер охоты Грэя и то, как ты его одолел. Выясни, что он делал с трупами - сжигал, аннигилировал или просто оставлял гнить так, чтобы их никто никогда не заметил. К тому времени, когда он вернётся, мне нужны меры противодействия.
- Он не умер? А, стоп, - говорит Ким. - По-моему, это я знаю. Вспоминается. "Идеи не умирают".
Далее:
Ты незабываем, иначе и не скажешь