Расслабься немного

Данная статья является
переводом
, требующим вычитки, и ещё не проверялась модерацией.
Страница может содержать стилистические ошибки и смысловые неточности.
— Сказать по правде, Чарли, — начал Кроу, наблюдая, как Гирс напротив него доедает ужин, — ни за что не поверю, что Джек просто так тебя отпустил. Что именно ты ему сказал? У него должок перед тобой или что?
— Нет. Я не просил вовсе. — Приёмы пищи Гирса всегда были той ещё операцией. Компаньон Кроу и главный исследователь Фонда в северо-восточной части земного шара не был хорошим едоком, что доказывала его худая фигура. Он имел тенденцию либо работать весь обеденный перерыв, либо просто играть с едой. Кроу полагал, что большую часть необходимых калорий Гирс получает благодаря какому-то механизму фотосинтеза из лабораторного света. Те, кто знал Кога хорошо, научились не принимать это на свой счёт.
— Я в отпуске.
— В отпуске? — Кроу чуть не подавился собачьим кормом. За всё время работы в Фонде Гирс не провёл в отпуске суммарно и пары суток.
Его компаньон официально кивнул, созерцая остатки еды на тарелке. — В отпуске от основных обязанностей, хотя я должен оставаться на связи. По моему пониманию, Альто взял на себя инициативу убедить Джека дать мне временный перерыв, чтобы предоставить мне возможность заняться конкретно этим проектом. Когда я был в пути сюда, я ещё не догадывался о том, что придётся остаться здесь на значительный срок. Хотя, оглядываясь назад, отправка моих одежды и чертежей почтой казалась странной. — Гирс аккуратно подтолкнул вилкой две совершенно остывшие горошины в ровный ряд с остальными, завершив почти идеальное кольцо на краю картонной тарелки. Значение этого шедевра было понятно одному ему.
— Откуда ты знаешь, что это был Клеф?
— Он оставил мне подарок. — Гирс аккуратно положил вилку и достал из медицинской сумки тонкую длинную коробку.
, подумал Кроу. 
Его компаньон раскрыл уже не раз открытую коробку, вынул написанную от руки записку и отрывисто зачитал её вслух. Тёплый тон открытки был целиком утерян в его монотонном исполнении.
—  
Гирс осторожно отложил записку, потянулся в коробку и достал пёструю гавайскую рубашку его размера. Кроу выдохнул, лишь затем осознав, что только что затаил дыхание. Гирс отложил рубашку и со стоическим выражением лица вытащил двадцатисантиметровый радужный силиконовый дилдо.
— Он также включил в подарок данный прибор.
Как только Кроу встал с места, где обычно принимал пищу (отныне навеки осквернённого воспоминанием о подарке Клефа, который друзья незамедлительно убрали с глаз долой), они приступили к делу. После краткого обсуждения вопроса о размещении, двое единодушно согласились что Гирс будет жить вместе с Кроу в здании давно закрытого проекта Олимпия, которую молодой учёный в теле старого пса превратил в свой дом и личную лабораторию. Им предстоял уже не первый раз быть соседями по комнате; они жили вместе в разных обстоятельствах, как хороших, так и плохих. Из Гирса был чистоплотный и тихий сосед, если только не обращать внимания на постоянный стук клавиш, да и сам Кроу не считал себя таким уж плохим жильцом.
Проблема совместного проживания была, разумеется, в модификациях. Кроу значительно преобразовал своё небольшое жилище, чтобы оно лучше подходило для нужд собаки. От кровати он давно избавился, заменив её куда более комфортным низким футоном
1
, остальная мебель была также невысокой, а стульев не было вообще. Бесчисленные бывшие жилые помещения и казармы были переназначены властью куда большей, чем его, быть тем, чем старый комплекс Олимпии стал для современного Фонда: Архивом Ф-44 в северной Альберте, Канада.
Как только Гирс удобно расположился в спальном мешке на полу рядом с лежанкой Кроу, они начали обсуждать проблему архивов. Все помещения были "улучшены" из лабораторий, спален и камер содержания и теперь были заставлены бесконечными полками пыльных папок, металлическими ящиками с давно забытым экспериментальным оборудованием, всякой всячиной в непроницаемых биологических контейнерах, прозрачными банками с формалином и бог ещё знает чем. Должность Кроу, "Архивист", на самом деле расшифровывалась так: "Следи, чтобы никто не ворвался и не похитил не имеющие значения, бесполезные и почти целиком затёртые [УДАЛЕНО] файлы, которые мы храним на всякий случай с пятидесятых годов".
Последние годы Кроу ненавидел работу с документацией всё больше, потому что знал, куда она в конце концов попадает.
— Итак. — Гирс передвинулся в спальном мешке так, чтобы видеть морду золотистого ретривера, свернувшегося над ним на футоне. — Мы можем переобустроить комплекс. Всё зависит от того, сколько нам потребуется места.
— А это зависит от самого проекта, — ответил Кейн. — Так что, думаю, следующим шагом мы…
чего именно они от нас хотят
?
— Смею предположить, что они хотят, чтобы мы развлекали Софию. Ну или хотя бы разработали технологию свободной аугментации солдат.
Кейн приободрился, услышав это имя. Он ужасно скучал по ней.
— Ага. Ну, как по мне, у нас есть два варианта. Либо мы используем старые наработки, либо делаем новые с нуля, а для этого… блин, Ког… нам понадобятся деньги.
— Финансирование, да. И разрешения на расчистку архивов. Транспортировка SCP-объектов, площади, специальные камеры. Нам также понадобятся оборудование и сотрудники, если только мы не собираемся заниматься этим в одиночку.
— Кажется, ты настроен… — Кроу приостановился, читая выражение лица компаньона, насколько было возможно. Ему, как собаке, это было проще, но мысли Гирса всё равно были спрятаны очень глубоко. Шансов узнать их со стопроцентной вероятностью не было. — … скептически.
Гирс, человек, который ежедневно решал судьбу финансирования проектов по всей России и Европе, кивнул.
— Ты не очень-то в это веришь, не так ли?
— Нет. Я думаю это ужасная идея, — бесцветно ответил Гирс, глядя в потолок.
— Ну давай, не приукрашивай.
— Если бы у меня был выбор, я бы вернул О5-ым папку с этим проектом в мусорном мешке.
— Да ладно, меньше тактичности.
— Я не знаю, как продолжать этот проект в требуемом объёме, потому что я глубоко обеспокоен тем фактом, что финансирование для него перенаправлено с других, более прикладных исследований, — заключил Гирс. — Несмотря на это, я продолжу, потому что так приказано.
— Потому что твой отец — член Совета, — пробормотал Кроу. Даже в темноте он увидел, как глаза Гирса оторвались от потолка и уставились на него.
— Я уже долгое время знал о Брайтах, — признался Кроу. Давно пора бы облегчить совесть. — В смысле, трудно не заметить, если приглядеться как следует: они оба слегка эксцентричны. Но я не знал, что у нас есть вторая семейная династия до тех пор, пока не наткнулся на несколько старых файлов. Удивительно, что можно найти в архивах, когда не знаешь, что именно ищешь, понимаешь? Чистая случайность, клянусь.
Гирс кивнул и перевёл взгляд обратно на потолок. Момент молчания. Кейн почувствовал, что пересёк черту, к которой лучше бы было не подходить. Он вздохнул.
— Я надеюсь, ты никому не передашь эту информацию.
— Ког, я знал это уже шесть лет. Если бы я хотел применить эту информацию против тебя, я бы уже давно это сделал.
Гирс снова кивнул в своём размеренном, официальном стиле.
— Слушай, извини, — сказал Кроу. — У меня всё-таки есть вопрос. Можно тебе его задать?
Гирс секунду поразмышлял об этом, слегка склонив голову набок. Прошла долгая минута, прежде чем он ответил.
— Зависит от вопроса.
Кейн медленно выдохнул. — Конечно. Если не можешь ответить, не отвечай. Я не очень… В смысле… Я не очень-то много знаю о вас, ребят, просто… Ну, знаешь. Медицинские дела. — "А что он узнал, тому не поверил, но этого он не собирался говорить. Старые архивные файлы бывали неточными." — Окей. Так… какой он? Твой папа. Он не… В смысле я слыхал что он не…
— Он нечасто появляется лично, да, — медленно подтвердил Гирс. — Как положено.
Кейн вздрогнул. Гирс продолжал.
— Он… — Гирс на минутку задумался. — …строг. Опять-таки, как и положено.
Кейн не мог сдержать следующий вопрос, обрывки которого он нашёл в старых документах, рассыпавшихся от прикосновения. — Ты можешь…? В смысле. Он мог?… Тебе, ну ты понял.
Гирс сперва не ответил на полузаконченную мысль Кейна. Сперва Кейн подумал, что его компаньон просто ждёт, чтобы он завершил мысль. Подобрать правильные слова для описания такой способности было непросто. В конце концов, Гирс ответил.
— Как положено, — безэмоционально отозвался Гирс. — Всё так, как положено.
Хотя часть разума Кроу почувствовала шок и скорбь от такого ответа, другая маленькая и вредная часть запрыгала от возбуждения, услышав подтверждение невероятной вести. Старый файл не врал! Кейн не мог воспрепятствовать своему хвосту разок дёрнуться от возбуждения, лишь один разок. Он ужаснулся этому движению собственного тела, учитывая контекст новости. Гирс заметил это и продолжил.
— …Я бы не радовался.
— Да. Ага. Да нет, не радуюсь. Не в этом смысле. — Кейн хотел заткнуться, но почему-то продолжал. — Нет. Ужасно. Мм. Типа, очень плохо, не… нехорошо. Что тебя тренировали этому. Правда. Это ужасно. Просто очень интересно, что тебя назначили на этот проект с такой способностью, как ты думаешь, они знают? — вырвалось у Кроу. Он немедленно раскаялся в этом.
“О господи, прекрати это, это плохая тема, просто перестань говорить об этом, безвольный ты кусок дерьма”
.
К удивлению Кроу, Гирс кивнул.
— Я не знаю, ознакомлен ли Джек в той же степени, что и ты… — Гирс пристально изучал старого пса на лежанке. — Но наследственность  определённо проявляется, да. Я полагаю, он слышал что-то от членов семьи и считает, что это просто слухи. Я никогда не демонстрировал свою способность никому, помимо моего отца и деда, как и положено. — Снова это слово.
Положено
. Традиции поведения. Всё было прописано и принято заранее.
Кейн поколебался, задавать ли следующий вопрос, который так крутился у него на языке. Гирс сто процентов не захочет даже слышать об этом. Кейн в здравом уме не сможет попросить своего лучшего друга ответить на столь нескромный вопрос о его непростом воспитании. Стопудово нет. Просто неуважительно. Задавать этот вопрос абсолютно неприемлемо.
— Можно задать тебе ещё один вопрос? — сказал Кроу вслух. Он явственно услышал, как Гирс выдохнул. Не просто выдохнул, а определённо подал знак раздражения.
— Хочешь, чтобы я показал тебе?
— …Да.
Гирс выбрался из мешка и сел ровно. Сердце Кроу забилось в собачьей грудной клетке как сумасшедшее.
"Да ни в жисть. Охренеть."
Его хвост забился об ткань футона, как палочка об барабан перед опасным цирковым трюком. Гирс невыразительно на него посмотрел.
— Это не очень мощная способность, как бы её ни изображали, — прошептал Гирс. — Она просто передаётся по наследству. И хоть она и содержится в крови, её, как ты уже наверняка догадался, нужно специально тренировать, пока ребёнок ещё мал.
— Да. Ага. Ух, это ужасно, я видел записи. — сказал Кроу, бешено размахивая хвостом и сложив уши. В эту секунду он ненавидел себя за это. — Просто… чувак. Да, жесть. Просто ужасно через что тебе пришлось пройти в детстве. Блин, друг, мне правда жаль.
— Так положено в нашей семье, такое у нас воспитание. Унаследовать должность Верховного Смотрителя — наивысшая честь. Быть тем самым волом, который тянет ярмо.
2
Служить Фонду, посвятить ему всего себя целиком, на всю жизнь — это и наибольшая жертва, и светлый путь посреди неизвестности, — сказал Гирс. — Я хочу, чтобы ты понимал: меня к этому готовили с детства. Это и есть истинная причина воспитания ребёнка в таком… формате.
— Вдобавок к…
— …Да. Вдобавок к тому.
— Окей. В смысле, не окей абсолютно. Мне очень жаль.
Гирс кивнул.
— Ты… ты не мог бы показать мне? — прошептал Кроу с уже нескрываемым энтузиазмом.
Гирс посмотрел на свои руки.
Освещённая тусклой лампой маленькая ходячая заводная игрушка на книжной полке едва заметно подпрыгнула, а затем сделала шажок. И ещё один. И ещё. Сперва медленно, затем быстрее и, наконец, стала уверенно маршировать своими крохотными резиновыми ножками. Кроу лежал, заворожённо глядя, как крутятся шестерёнки за прозрачной задней стенкой игрушки, пока она не достигла другого конца полки и не остановилась. Начала стучать клавишами пишущая машинка. Настенные часы быстро закрутили стрелками и зажужжали.
Спустя момент Гирс выдохнул, и движение прекратилось: стрелки часов вернулись на 10:43 вечера, каретка пишущей машинки вернулась на верхнюю строку страницы, заводная игрушка осталась на противоположном конце полки. Компаньон вопрошающе посмотрел на Кейна.
Тот потерял дар речи.
— О… о мой бог. Ког. Ког, господи. Это восхитительно, — промямлил Кроу. — Типа… Ох бля, Чарли, это лучшая бесполезная способность, которую я когда-либо видел.
Гирс медленно кивнул, скромный, как и всегда. — Не бесполезная. Принятая.
Кроу усилием воли заставил хвост лежать спокойно, внезапно почувствовав в себе заряд, которого раньше не испытывал. — Да. Принятая. Разумеется.
— Да. Я доверяю этот секрет тебе.
— Ага. Да. Боже мой. Конечно.
— В таком случае я предлагаю завтра утром начать осматривать материалы.
— Да. Разумеется. Да.
Гирс снова кивнул и закопался назад в спальный мешок. Кроу устроился в как можно более удобную позу и потянулся лапой к выключателю.
Он переключился сам собой. Чарли посмотрел на Кейна с пола, выражение лица нейтрально, как и всегда. Кроу широко улыбнулся ему своей собачьей улыбкой.
Леонардо мечтает о летающей машине,
Мучимый видениями полётов и падений,
Каждое удивительнее и ужаснее, чем предыдущее,
Мастер Леонардо воображает двигатель,
Который вознесёт человека к солнцу…
…Когда на колокольне звонят полночь,
Над крышей, улицей и куполом,
Человек возносится и ликует,
В сновидении простого смертного.
Леонардо покрывает себя сталью,
Делает последний вздох и прыгает…
—
Leonardo Dreams of His Flying Machine
— Charles Anthony Silvestri
Сноски
1
. Футон — низкая диван-кровать со съёмной периной — прим. перев.
2
. Непереводимая игра слов: Быть тем самым волом, который тянет ярмо — To be the Ox that pulls the yoke. Отсылка к О5-ым. — прим. перев.