Прощальные встречи

Пожилой мужчина с ореховой тростью закончил паковать в коробку свои пожитки и в последний раз окинул взглядом комнату. Звали его доктором Захарией Джонсоном, и кабинет, в котором он работал в течение последних 35 лет, теперь был пуст, - если не считать мебели, которая была ему предоставлена Фондом. Хорошая была работа. Он занимал должность основного исследователя шести объектов и внёс значительный вклад в изучение ещё не менее двух дюжин. Но увы, пришла пора удалиться на пенсию, и с грустной улыбкой доктор Джонсон выключил свет на своём маленьком полигоне и вышел в соседнюю лабораторию.
Как только он вошёл туда, в его уши посыпалось неистовое бормотание, источником которого был человек за столом в углу, ретиво разгребавший кипу бумаг. Этого человека звали Джейкоб Конуэлл, и в последние три года он работал ассистентом Джонсона. Джонсон тихонько улыбнулся про себя, глядя, как человек, всё более бессвязно бормоча, складывает и перекладывает кучу документации. Наконец, Джонсон негромко кашлянул, Конуэлл замер, оторвался от своих бумажек и слегка побледнев, уставился на улыбающегося Джонсона.
- Доктор Джонсон, я вынужден сказать, что не успею вовремя с последними файлами. Я всё ещё жду от
Клейтона
и-мэйл с расшифровкой, и… - нервное бормотание Конуэлла остановилось, когда Джонсон поднял руку, призывая к тишине.
- Ничего страшного, - с улыбкой сказал Джонсон. Он подошёл к столу и быстро осмотрел несколько папок, которые уже были аккуратно сложены в стороне. - Остальное уже в порядке, надеюсь?
- Конечно, - ответил помощник с лёгким кивком.
- Замечательно, - Джонсон обвёл взглядом лабораторию, сделал круговой жест тростью и усмехнулся про себя. - Я слышал, что лабораторию передают вам для продолжения ваших исследований по 1360-1. Так что вы тут теперь царь и бог.
- Так мне сказали… - нахмурился Конуэлл.
- Вы до сих пор хорошо со всем справлялись, - сказал Джонсон, похлопав своего помощника по плечу, - и как я уже говорил, я думаю, что будете со всем справляться и в будущем. Я научил вас всему, что сам знаю и, если вам дать достаточно времени, - я не удивлюсь, если вы сумеете заново научить 1360 разговаривать. Я не думаю, что есть кто-то, кто больше подходил бы для этой для работы, чем вы.
- Спасибо вам. Это очень приятно, доктор Джонсон, - Конуэлл протянул Джонсону руку, которую тот с энтузиазмом пожал.
- Приятно было работать с вами.
Джонсон кивнул в знак согласия. Он будет скучать по этой лаборатории, равно как и по своим помощникам. Джонсон посмотрел на часы и махнул рукой в сторону двери.
- Ну что же, тогда пойдём на вечеринку?
- Я считаю, что все присутствующие согласятся со мной, когда я скажу, что ваш, доктор Джонсон, вклад в работу Фонда поистине неоценим, и что Зона 19 без вас будет совсем не та, что с вами.
Доктор Грегг Колинс закончил речь, и помещение кафетерия наполнилось аплодисментами. Вскоре многочисленные сотрудники, подоспевшие на торт и прохладительные напитки, вернулись к своим беседам. Время от времени кто-то из них подходил к Джонсону, чтобы поздравить его с выходом на пенсию, но большую часть времени, Джонсон сидел за столом, уединившись с Конуэллом и слушая, что говорят присутствующие.
По правде говоря, большинство тех, кого Джонсон мог бы назвать своими друзьями, давно уже исчезли из Фонда - умерли, ушли на пенсию или ушли на пенсию и там умерли. Сейчас Зона 19 была заполнена совсем новыми лицами, и Джонсон чувствовал себя настолько старым, что ему самому становилось смешно.
- Чему смеётесь? - спросил Коллинз, когда он вернулся к столу и сел.
- Пришёл, наконец, этот день, - ответил Джонсон. - Я, честно говоря, думал, что вообще до него не доживу.
- Иногда мы бывали на волосок, - отвечал Коллинз с усмешкой. - Отвратно понимать, что вы уходите. У нас было столько приключений.
Джонсон работал с Коллинзом на пяти совместных проектах. Насколько ему было известно, теперь эти объекты были переназначены на его помощника, - если не были переназначены ранее.
- К выходу на пенсию у тебя будет множество своих занятных историй, - ухмыльнулся Джонсон. - Даже ещё более увлекательных - учитывая, что теперь меня не будет рядом, чтобы спасать тебя, если что.
Они тихо засмеялись, но вскоре замолчали.
- Фримонт согласилась? - спросил Коллинз. Его лицо стало серьёзным.
- Да, - кивнул Джонсон и вздохнул. - Пришлось задействовать все связи, которые только мог, но мне таки позволили десятиминутный визит "для поддержания психологического здоровья". Присмотришь за ним, когда меня здесь не будет?
- Конечно, - согласно кивнул Коллинз. Он быстро осмотрелся вокруг. Теперь, когда торт и напитки подошли к концу, вечеринка понемногу начинала сворачиваться. - Не думаю, что ты нужен ещё на этой вечеринке, - на случай, если собираешься уходить.
Джонсон слегка улыбнулся и кивнул. Не говоря более ни слова двое мужчин пожали друг другу руки, и Джонсон ушёл.
Камеры содержания гуманоидов Зоны 19 не отличались комфортом, особенно та, в которой содержался
доктор Гарольд Томпсон
. Четыре серых стены, койка, раковина, туалет и чей-то взгляд из-за одностороннего зеркала на стене возле двери. Гарольд сел на кровати и посмотрел на себя в этом зеркале. Тёмные круги под глазами, будто несколько лет не спал.
"Доктор Томпсон, наденьте ваши перчатки и оставайтесь на койке", - раздался через интерком голос сотрудника СБ. Гарольд посмотрел на свои ладони. После того, как он вдохнул неизвестные частицы, случайно высвободившиеся из объекта, с которым он проводил эксперимент, любая живая материя, которой он касался руками, обращалась в мрамор. Гарольд с неохотой спрятал свои смертоносные кисти в кожаные перчатки. Вскоре дверь камеры открылась, и в неё не спеша вошёл пожилой человек с ореховой тростью. Он сел за стол и с улыбкой обернулся к Гарольду.
- Сто лет не виделись, Зак.
- Да, не меньше, - согласился Джонсон, глядя, как Гарольд нервно зыркнул на одностороннее зеркало, а затем - на него. Джонсон печально кивнул. Доктор Фримонт, ответственный за Гарольда исследователь, наблюдала за каждым их шагом.
- Как справляется твой новый помощник? - спросил Гарольд. Прежде, чем он получил собственные назначения, Гарольд почти пять лет проработал с доктором Джонсоном. Это было приятное воспоминание.
- Ну, он не ты и иногда может напортачить, - ответил Джонсон, - но в общем и целом с работой справляется.
- А, - пробормотал Гарольд, и в комнате повисла тишина. - Я слышал, сегодня была вечеринка в честь твоего выхода на пенсию. Хотел бы я быть там.
- Я был бы только за, - улыбка Джонсона постепенно таяла. Он обратил внимание на ряд фотографий, которые выстроились на верхней полке книжного шкафа, каждая из которых изображала одних и тех же женщину и мальчика в различных возрастах, завершаясь фотографией со свадьбы этого самого мальчика. - Лиза говорит, что Джек и Элизабет собираются завести ребенка.
- Вот как? - тихо сказал Гарольд. Джонсон знал, что он всегда хотел стать дедушкой. - Думаю, из Лизы получится фантастическая бабушка.
- Она всё ещё ужасно по тебе скучает, знаешь? - добавил Джонсон. - И Джек тоже. Каждый раз, когда я вижу их, разговор всегда заканчивается воспоминаниями о тебе.
Гарольд ответил слабой печальной улыбкой и уставился в пол.
- Ты по-прежнему присматриваешь за ними, так же? - спросил он.
- При любой возможности, - отвечал Джонсон. - Коллинз пообещал передавать тебе все новые фотографии.
Гарольд кивнул в знак признательности, и они в очередной раз замолчали. Вскоре Джонсон встал и направился к двери.
- Спасибо тебе за всё, что ты сделал для меня за эти годы, Зак. Я бы обнял тебя, если бы мог, - поднялся и Гарольд. Его улыбка сменилась лёгкой горькой усмешкой.
- Я понимаю, - сказал Джонсон и улыбнулся.
Доктор Джонсон тихо вышел, на полпути обернулся и кивнул. Не говоря ни слова, он забрал коробку со своими вещами и навсегда покинул Зону 19.
Начало |
Перегрин
|
Глава 2: Простые зарисовки
»