Й.Т.Х.

Наварро громко застонал, прижав правую руку к голове. Чувство было такое, как будто кто-то пытался взломать её изнутри, но не осиливал и продолжал долбить раз за разом. Он медленно приподнялся и открыл глаза.
– Ну что же… – пробормотал он про себя, оглядываясь по сторонам.
Наварро находился на большой полированной стальной платформе посреди чего-то, напоминавшего пустой склад. Откуда-то сверху прямо на него светило не менее трёх прожекторов, делая довольно затруднительным процесс рассматривания того, что находится вокруг. Вместо куртки на нём была чёрная металлическая кираса. На груди на уровне сердца был выгравирован символ Фонда SCP. Глядя вниз, Наварро мог увидеть своё отражение в поверхности платформы.
– Чёрт возьми, не иначе, меня заставили снова заниматься искусством… – сказал он, потёр виски и очень осторожно поднялся на ноги.
В этот момент темноту прорезал мужской голос.
– Если вы желали бы сохранить голову и конечности прикреплёнными к туловищу, вам лучше оставаться на платформе, – сказал голос. – Эта кираса изготовлена так, что все её отверстия закроются в случае, если вы оттуда спуститесь. То же самое произойдёт, если вы попытаетесь снять её самостоятельно. Вам понадобится кто-то, кто сделает это за вас. Ах да, и не пытайтесь предпринимать что-нибудь волшебное. От этого она тоже сработает.
Голос был глубокий и на удивление не угрожающий. Почти как в каком-то игровом шоу. Прищурившись в свете прожекторов, Наварро с трудом смог рассмотреть стоявшую в отдалении высокую фигуру, предположительно и являвшуюся источником голоса.
– Получается, что эта броня не только защищает меня, но и сама по себе смертельна? – обратился Наварро к своему пленителю, глядя, как фигура подплывает ближе.
– Я называю это произведение "Отражение Даниэла Наварро", – ответил человек, остановившись достаточно далеко, чтобы его лицо оставалось в темноте. Он был одет в чёрный деловой костюм, на правую руку была надета кожаная перчатка. – Причудливо, не находите ли?
– Немного слишком очевидно, если вам интересно моё мнение… – начал Наварро, глядя на своё отражение в платформе. – Как я понимаю, вы и есть этот "ЙТХ"?
Человек не ответил. Вместо этого он вынул из кармана маленький чёрный кожаный блокнот и тихо раскрыл примерно посередине.
– Июнь 2004. Дэниел Наварро схвачен Пиджаками. Большинство его друзей и семья считают его погибшим. В Портленде, штат Орегон, проведены поминки по нему, – читал вслух человек. – Ноябрь 2005. Дэниел Наварро замечен живым, здоровым и возглавляющим налёт Пиджаков на студию в Сиэтле. В результате налёта уничтожено предметов искусства и материалов, предоставленных лично мной, на сумму не менее $100,000, а также арестованы и, предположительно, убиты художники Фрэнсис и Элизабет Бэйкеры, оба из которых были знакомыми Наварро до его ареста и моими хорошими друзьями. Местное анарт-сообщество повергнуто в шок и боль предательской натурой Наварро.
– Они мастерили гигантские свинцовые скульптуры пауков, которые легко могли бы убить сотни людей, если бы… – запротестовал Наварро, но остановился, почувствовав, как сжимается кираса вокруг его туловища. Подняв взгляд, он увидел, что его пленитель указывает на него рукой в ​​перчатке.
– Пожалуйста, Дэниел, будьте так добры, если вы дадите мне закончить, я буду признателен, – сказал человек и перевернул страницу в своём блокноте. – Март 2007. Наварро лично возглавляет облаву на склад материалов, которые должны были быть отправлены на следующее утро. Глина была уничтожена, что привело к срыву не менее пяти различных проектов, а чистый убыток составил почти пять миллионов долларов с моей стороны.
Человек сделал паузу, посмотрел на Наварро и покачал головой.
– Я потерял после этого много "друзей", одного за другим, – усмехнулся он. – Удивительно, как быстро некоторые люди покидают тебя, когда меняется погода. Хотя это не должно было произойти таким образом…
Человек наклонился обратно к блокноту и продолжил читать.
– Июнь 2008. Агент Наварро возглавляет уничтожение произведения под названием "Безумие Цензора" и убивает в ходе этого его создателя, Дэймона Картрайт, – продолжил человек и остановился, когда Наварро засмеялся.
– Дайте угадаю, ещё один друг? – спросил Наварро и замолчал, почувствовав, что броня снова стягивается.
– Очень, очень близкий друг, – сказал мужчина сквозь стиснутые зубы, и его рука в перчатке крепко сжалась, будто он держал в ней Наварро. – И если верить очевидцам, вы ввергли его в ядерный огонь, а потом прострелили его долбанную голову.
Человек ослабил хватку, посмотрел снова в свой блокнот и засмеялся, покачивая головой.
– Всех этих случаев достаточно для меня, чтобы ненавидеть тебя, Дэниел. Тот факт, что ты переметнулся, тот факт, что ты стоил мне больше денег, чем большинство людей видят в своей жизни, тот факт, что ты убил нескольких моих самых близких друзей… но вот это – просто последняя капля. Ноябрь 2010. Агент Наварро возглавляет налёт на склад в Портленде, в результате чего происходит противостояние между силами Фонда и обитателями и содержимым склада. Обитатели, Таня и Эрик Хиллы, убиты. Последний был моим братом. А первая – моей женой.
– Постой-ка… – сказал Наварро, когда человек вышел на свет. Короткие светлые волосы, чисто выбрит. Глаза налиты кровью, а губы изогнулись в улыбке сожаления. – Йерихо…
У Наварро слегка отвисла челюсть. Когда они в последний раз разговаривали, почти десять лет назад, Йерихо Т. Хилл был богатым бизнесменом, увлечением которого было покровительствовать искусству, как аномальному, так и неаномальному, в Портленде. Он был добрая душа, но ближе к концу 2004 года неизвестно почему исчез из поля зрения общественности. Теперь, однако, эта доброта исчезла. Перед Наварро стоял человек, полностью лишённый энергии и эмоций.
– Привет, Дэниел, – сказал он. – Это было долго, верно? Не думаю, что на этой планете есть кто-то, кому ты нагадил больше, чем мне и моим друзьям.
Йерихо вынул пистолет из кармана, свободно держа его в той руке, что была без перчатки. Наварро опознал оружие, как своё собственное.
– Так что же? – спросил Наварро. – Пристрелишь меня из моего же пистолета?
– Знаешь, даже не думал, – усмехнулся Йерихо, разглядывая пистолет. – Наверное, это было бы легко, правда? Я мог бы выстрелить тебе в голову и умыть руки. Но это не вернёт всех моих друзей, это не вернёт Эрика, и это, конечно, не вернёт Таню. Нет, это не наш метод.
Йерихо погладил пистолет рукой в ​​перчатке, поднял его к своему лицу и медленно подул. Пистолет начал распадаться хлопьями ржавчины. Когда оружие было уничтожено, Йерихо издал ещё один короткий смешок и снова повернулся к Наварро.
– Ты забрал всё, что я любил, так что я заберу ту единственную вещь, которой ты дорожил достаточно, чтобы переметнуться, – сказал Йерихо. – Я отниму у тебя свободу.
– И как же? – спросил Наварро. – Собираешься держать меня здесь вечно? Фонд рано или поздно найдёт меня.
– Не сомневаюсь, – хихикнул Йерихо. – Но если я продолжу ставить тебя в такие ситуации, насколько быстро, по-твоему, они усомнятся в твоей ценности в качестве агента? Если им придётся постоянно вытаскивать тебя из передряг, когда они начнут видеть в тебе лишь обузу? Что, если я заставлю замолчать или убью всех твоих информаторов? Какая польза им тогда от тебя?
Губы Йерихо изогнулись в дьявольской улыбке.
– И ты довольно аномален сам по себе, Наварро, волшебник-самоучка. Если ты станешь бесполезен как полевой агент, то как думаешь, тебя тоже поставят на содержание? Или просто сотрут тебе всю память и бросят на обочине дороги где-то в штате Индиана. Мне аж интересно…
Йерихо бросил Наварро сотовый телефон.
– Я настроил его так, чтобы он включился через двадцать четыре часа. Вот тебе время, чтобы посидеть здесь и поразмыслить о сложившейся ситуации.
Наварро посмотрел на телефон и покачал головой.
– Ты считаешь, что всё продумал, Йерихо? – спросил Наварро. – Когда я выйду отсюда, то что помешает мне и моим друзьям найти тебя и пристрелить?
– Попробуйте, всенепременно попробуйте, – хихикнул Йерихо. – Я хочу посмотреть, как вы будете бегать по ложному следу. Но нет, я думаю, некоторое время меня здесь не будет. Я устал и хочу в отпуск. Знаешь, как трудно было разыскать
Петра
и убедить его, что лучший способ до тебя добраться – через гроб?
Йерихо коротко и удовлетворённо кивнул, медленно повернулся и пошёл прочь.
– Берегись, старый друг, – бросил он через плечо и растаял в темноте. Наварро услышал, как где-то вдалеке открывается и медленно закрывается дверь.
– Да, – пробормотал он себе под нос. – Ты тоже…
Наварро уселся в центре платформы. Поглядев на своё отражение внизу, он издал побеждённый вздох.
– Вот же ж дерьмо.
Прошло почти полтора дня, когда Наварро услышал, как открывается дверь склада. Невысокая женщина с тёмными волосами до середины шеи и в ярко-красной зимней куртке медленно прошагала по пустому залу. Она остановилась чуть не доходя до платформы и покачала головой, слегка заулыбавшись.
– Пора бы нам прекратить уже встречаться в таких обстоятельствах, Дэниел.
Наварро издал короткий смешок в ответ, прежде чем послать её нафиг. Её звали Саша Мерлоу. Она работала полевым агентом Фонда в местной Зоне 64, и работала с Наварро в нескольких рейдах. Когда телефон Йерихо наконец активировался, она была первым пришедшим на ум человеком, которому он мог позвонить, и кто на самом деле мог приехать и освободить его.
– Хммммм… – прогудела Саша, приняв позу размышления. – Это произведение мне не совсем по душе, но то, как художник подобрал цвета…
– Саша, – вздохнул Наварро, – это был очень, очень, длинный день. Можешь просто снять это с меня?
– Представляю себе… – сказала она несколько разочарованно. – Так мне просто стянуть с тебя эти доспехи, или что?
– Тот художник сказал сделать так. Я бы это сам сделал, но для меня важно, чтобы мои конечности были присоединены к моему туловищу.
– О да, – проговорила Саша, стаскивая броню через голову Наварро, – для меня тоже.
Она отбросила кирасу в сторону, металл ударился о землю с громким грохотом.
– Группа изъятия будет здесь с минуты на минуту, чтобы забрать эти платформу и броню, –сказала Саша, усаживаясь на платформу. – Ты же в курсе, что тебе после этого предстоит четыре или пять докладов, а также, возможно, слушание комитета, а то и два?
– Не напоминай, – усмехнулся Наварро, садясь. Через несколько секунд на склад вошла группа из ещё шести агентов Фонда.
– Угостить тебя выпивкой после всего этого? – спросила Саша.
Наварро кивнул и начал тихо ждать, пока начнутся расспросы.
Прошло два дня. Наварро сидел за столом в своем кабинете в Зоне 19. На мониторе его компьютера отображался пустой бланк с формой для Лица, Представляющего Интерес, а его руки крепко сжимали старую фотографию.
Уже через несколько часов после того, как агент Мерлоу даровала ему свободу, он был погребён под тяжестью полдюжины обязательных к подаче отчётов. Решив передохнуть от бумажной работы, Наварро разыскал старую фотографию среди многочисленных вещей, которыми был загромождён его кабинет. Фото было сделано до того, как он поступил на службу в Фонде. На заднем плане была его арт-студия, в которой он только что презентовал недавно законченную мраморную скульптуру. На переднем плане стояли куда более молодой Дэниел Наварро и его старые друзья: Том, Джексон, Алексис, Джилл и Йерихо Т. Хилл.
– И ты оставишь нас в покое? Тома, Джексона, Алексис и меня; мы никогда не увидимся?
– Если ты так хочешь.
Слова Джилл эхом раздавались в его голове. Он посмотрел на счастливые лица на фотографии в последний раз и вздохнул. Он тихо вытащил зажигалку и поджёг уголок. Через несколько секунд фотография догорела. Наварро бросил пепел в мусорную корзину и вернулся к работе, спалив ещё один мост.
Он начал заполнять форму ЛПИ.
Имя:
Йерихо Т. Хилл