Полуночный Парад

Данная статья является
переводом
, требующим вычитки, и ещё не проверялась модерацией.
Страница может содержать стилистические ошибки и смысловые неточности.
В полночь двое мужчин встретились под тусклым фонарем в глухом переулке, вдали от толпы и её бдительных глаз. Тёмные звезды слабо мерцали в небе.
Один из мужчин был одет в роскошную одежду, но он прикрыл все свои драгоценности толстым черным плащом. Другой тоже был одет в черный плащ и явно нервничал. Периодически он поглядывал на главную дорогу, чтобы убедиться, что никто не обращает на них внимания.
Один из них был увешан роскошными украшениями и говорил низким голосом. Он эхом отозвался в темном переулке, хотя мужчина произносил слова не очень громко. — Мне нужно выбраться из города.
— Но Милорд! — возразил другой. Его голос слегка дрожал. — Другие Лорды, они…
— Остальные Лорды не станут мешать. Они уже давно завидуют моему статусу и будут только рады, если я исчезну с глаз долой, — перебил его хозяин. Его голос был холоден и полон ненависти. — Ты достал ключ от ворот?
— Да, конечно. — Он быстро достал его из-под плаща и протянул Лорду. Это был черный металлический ключ, слегка пахнущий горелой плотью.
Его господин держал этот кусочек металла в своих длинных пальцах. Кольца из обсидиана и фарфора, которые он носил, тускло блестели в свете уличных фонарей. Постоянно хмурое выражение его лица слегка оживилось, когда он внимательно осмотрел ключ. Он вернул его слуге.
— Милорд, — продолжал тот. — Вы могли бы обратиться к Королю! Вы всегда были…
— Я всегда был его любимцем, и именно поэтому они не дадут мне покоя, — ответил Лорд. Его лицо исказилось, словно от мучительной боли. — Посол не желает того, чтобы власть снова оказалась в руках Короля. А без моей поддержки Король останется беспомощным. На его шее висят цепи, а на троне — шипы. Он не может помочь мне, как не может помочь и себе.
Слуга все ещё пытался что-то сказать, но их прервали звуки, доносившиеся с главных дорог. Послышались шаги — но не одного человека, а громкий топот множества людей, приближавшихся к ним.
— Парад приближается, — в ужасе произнёс слуга.
— Мне нужно выбраться из города, — повторил Лорд.
— Что я могу для вас сделать, Милорд? — голос слуги затрепетал. Фонарь над ними начал мерцать.
Лорд посмотрел на него и ничего не сказал. Он поднял вверх пальцы и вдруг впился ими в свою плоть. Его длинные отполированные ногти, теперь запачканные в пятнах крови, глубоко вонзились в кожу. Темно-красные струйки потекли по его бледным рукам, пачкая изящные кольца. Он принялся яростно рвать плоть. Фонарь дико мигал.
Шаги приближались.
Через мгновение Лорд снял свое бледное лицо и поднял вверх, держа его в руках. Темная кровь струилась по его шее и исчезала под плащом. Слуга начал дрожать. Он тяжело дышал, сердце бешено колотилось. Но он не убежал.
— Надень его, — прошептало лицо.
Шаги были уже совсем близко.
Слуга взял белое фарфоровое лицо дрожащими руками и приложил его к своему лицу, как маску. Он даже не вскрикнул.
Шаги приблизились. Люди в различных масках и с широкими улыбками виднелись вдали на главной дороге.
Лицо благополучно устроилось на новом теле. Черная едкая жидкость стекала из глазниц и рта слуги. Он все еще дрожал, но быстро развернулся, чтобы побежать со всей силы, какую только мог извлечь из своего разлагающегося тела, прочь от парада.
— Посол уже здесь! — крикнул кто-то.
Толпа резко развернулась и хлынула в глухой переулок, освещенный тусклым светом. Посреди толпы стоял Посол, возвышаясь над всеми остальными, высокомерно ведя парад. Раздался смех, исходивший от каждого существа в маске. Они шествовали в своих лучших нарядах, с кольцами на пальцах и и ожерельями на шеях, с бутылками в руках и позабыв нормальный мир. Разгул было не остановить, и все они кричали от дикой радости. Не смеялся только Посол.
Старое тело Лорда, покрытое темной кровью, все ещё стояло в темном переулке.
Толпа приблизилась и легко затоптала его. Треск ломающихся костей был заглушен звуками пения и хохота, доносившимися с парада. Элегантные наряды, которые носил Лорд, вскоре покрылись пылью и порвались, а кольца из обсидиана и фарфора разлетелись вдребезги. Крика не было, но даже если бы он и был, его все равно бы не услышали.
Посол некоторое время наблюдал за происходящим, а затем повернулся, чтобы уйти. Парад продолжался и теперь распространялся по всей
Алагадде
.
Но где-то вдали от грохочущего парада бежал человек. Некогда он был слугой, но кончилась ныне его служба; некогда был он господином, но кончилось ныне его господство. Когда толпа наступила на его старое тело, он расхохотался. Вечная мука исчезла с его
прекрасного фарфорового лица
. Теперь он улыбался, широко раскрыв рот, и с его лица капала черная жидкость.
Он все смеялся и смеялся, крепко сжимая в руке обгоревший ключ.