Не шутка

Данная статья является
переводом
, требующим вычитки, и ещё не проверялась модерацией.
Страница может содержать стилистические ошибки и смысловые неточности.

Джерри подметал полы в коридоре под пристальным взглядом охраны. Раньше это была работа мистера Хендерсона, но его какашки начали светиться, и теперь он сидел в камере 14 с мистером Айэмом. Вообще-то подметать полы должна была охрана, но они предложили Джерри в награду бумагу и карандаши, и он согласился.
— ДОБРОЕ УТРО, ДЖЕРРИ! — прокричал кричащий человек.
— Доброе утро, мистер Стюарт, — ответил Джерри.
— НАДЕЮСЬ, У ТЕБЯ СЕГОДНЯ ХОРОШИЙ ДЕНЬ! – исторг кричащий человек, после чего продолжил кричать без слов. Перестать он не мог, и остальным не было дела до того, что он кричит. Никто тут особо не спал с тех пор, как его привезли.
Джерри был рад, что сегодня день уборки. В день уборки не было тестов.
Когда он проходил мимо камеры 8, человек в чёрную и белую полоску протянул руку сквозь решётку и раскрыл ладонь, на которой оказалось печенье с полдника. Джерри с благодарностью его принял, и человек показал ему большой палец вверх. Он был немым, но, несмотря на это, он был одним из лучших друзей Джерри.
Затем он аккуратно провёл метлой у самых краёв дьяволова круга. Когда он смотрел на то, что было внутри, у него болели глаза. Иногда существо внутри что-то шептало, но у Джерри никогда не получалось разобрать, что именно. Он был рад. Другие рассказывали, что оно давало страшные обещания.
Наконец он подошёл к концу коридора.
— Ты! Парень! — Два безумных глаза смотрели на него поверх длинного сломанного носа.
— Сэр? — спросил Джерри. Он всегда старался быть вежливым с остальными подопытными. Других друзей у него не было.
— Позови на помощь! ЧИКАНСКИЙ ГАНГСТЕРСКИЙ ЗАГОВОР! Люди-Дракулы с Венеры — постоянная угроза, мы должны всегда быть наготове!
— Я пытался, мистер Декрэй, — сказал Джерри. — Я звонил в полицию. Они все ушли, а меня посадили в тайм-аут коробку. — После того случая телефон из комнаты отдыха охраны убрали.
— Не в полицию, им это не по плечу! ЧИКАНСКИЕ ГАНГСТЕРСКИЕ ЗАГОВОРЩИКИ-ФАШИСТЫ! Позвони 555-727-7560! Нажми пять, и скажи Емеля лично, чтобы спасти мир. Емеля лично!
— У меня нет телефона, - сказал Джерри. Он очень хотел, чтобы мистер Декрэй перестал орать. Куда лучше, когда всё тихо (ну или хотя бы настолько тихо, насколько это возможно с кричащим человеком в соседней камере). Охранники не сердились. Иногда они даже на какое-то время прекращали таскать заключённых наверх.
— Тогда тебе надо его раздобыть. Телефон. 555-727-7560! Пять и Емеля лично! — Мужчина попытался схватить Джерри, но не дотянулся всего на несколько сантиметров.
— Я запомнил, — сказал Джерри, отступив на пару шагов. Было лучше ему подыграть. Мужчина не мог выбраться из камеры, но он мог вопить, а одного кричащего человека было достаточно. К тому же, мистер Декрэй стал таким не по своей воле.
— Я не сумасшедший! 555-727-7560! 555—
Его голос потонул в беспорядочном фырканье и бульканье, когда струя воды под напором ударила ему прямо в лицо.
— Достаточно, — сказал один из охранников, опуская шланг. — Не заставляй меня заталкивать тебя в коробку.
Человек за решёткой ещё немного побормотал, отплёвываясь, но быстро замолчал, отступив вглубь камеры. Джерри было его жаль. Он был почти нормальным, когда его впервые привели сюда охранники, но после нескольких принудительных визитов наверх к мистеру Гринбергу… Сегодня он вёл себя ещё вполне ничего.
Джерри закончил подметать полы, и охранник забрал метлу. Когда Джерри возвращался в свою камеру, раздался непокорный громкий шёпот: "7560! Пять и Емеля лично."
Джерри сел на свою койку. Ему досталось нижнее место на двухъярусной кровати. Дункан лежал наверху. Иногда Дункан бывал котом, но сейчас он был человеком.
— Как банда? — спросил он.
— Они в порядке, — сказал Джерри. — Мистер Тихий дал мне печеньку.
— Он из добрых людей, — ответил Дункан.
— У тебя есть для меня задачки? — спросил Джерри.
— Хмм. Доставай бумагу, — наморщил лоб Дункан.
Джерри достал из-под кровати несколько листов бумаги и карандаш.
— 51 раз по 14. 714 разделить на 6.
Иииии…. Квадратный корень из 1156. — Сверху раздался шорох, и вот вниз спрыгнул кот и начал смотреть на Джерри.
Они были сложными, но помогали проводить время.
Открылась дверь и внутрь заглянул высокий здоровяк. Он кровожадно улыбался, демонстрируя треугольные, сточенные на манер акульих, зубы. Это был Родригез, глава охраны.
— Комната отдыха, живо, — рявкнул он.
Джерри быстро встал с кровати. Дункан позаботится о том, чтобы спрятать карандаш и бумаги. Он не хотел злить мистера Родригеза (хотя мистер Родригез обычно был зол постоянно).
Он проследовал за охранником в комнату отдыха. Кто-то разлил кофейник. Джерри сбегал за шваброй и ведром воды и начал работать.
— Блядь! — ругнулся Родригез. — Нужно срочно в кабинет. Чтоб к моему возвращению всё было чисто, ты, мелкий говнюк.
Это не заняло много времени. Когда Джерри поставил швабру и ведро на место, он заметил на столе смартфон.
Он поколебался секунду, затем взял его в руки. Блокировки не было. Джерри набрал номер, который говорил мистер Декрэй.
— Ресторан Осака: Угри и Суши, — произнёс голос на другом конце. – Оператор Уилл Сал. Чем могу быть полезен?
Сердце Джерри ухнуло вниз. Мистер Декрэй всё-таки тронулся умом.
— Алло? – спросил оператор. – Говорите же.
Мальчик решил, что было бы правильно хотя бы рассказать мистеру Декрею, что Джерри исполнил то, о чём он просил. Может, безумец от этого воспрянет духом. Поэтому он нажал пять и прошептал, — Емеля. Лично. — Он завершил звонок и уже подносил смартфон обратно к столу, как вдруг сильная рука схватила его за ворот и вмазала головой в столешницу.
— Ты кому звонил, мелкий уёбок? Кому звонил? — Родригез сжал его руку с такой силой, что по щекам Джерри полились слёзы.
— Никому, — сказал Джерри, стараясь удержаться на ногах. — Я просто…
— Не ври мне! В коробку захотел? Захотел, я спрашиваю?! — Родригез взял телефон свободной рукой, нажал несколько кнопок и поднёс к уху. Несколько секунд спустя он выключил смартфон. — Ты пытался заказать грёбаное суши? — спросил он с чувством глубокого облегчения. — Мелкий ты говнюк. А ну назад в камеру.
Здоровяк поднял Джерри на ноги и пинком выставил в коридор. Тот бегом вернулся в камеру, закрыл дверь, нырнул в кровать и накрылся одеялом с головой. Дункан сел рядом и стал рассказывать мальчику истории, пока ему не полегчало.
— Мы получили звонок. Это ширма для Декрэя, но мы на 90% уверены, что на другом конце был не Декрэй.
— Отследи его.
Настал день тестирований. Джерри грубо вывели из камеры. Он не сопротивлялся. Это никогда не приводило ни к чему хорошему.
Родригез отконвоировал его вверх по лестнице в лабораторию мистера Гринберга. Повсюду были колбы, пробирки и иное стеклянное оборудование, но Джерри ни разу не видел, чтобы мистер Гринберг этим пользовался. Хотя, горелка Бунсена в ход иногда шла.
— Мистер Родригез. — Мистер Гринберг сидел за столом в лабораторном халате, поглаживая свою козлиную бородку. — Вы опоздали. Вам известно, сколь много значения я придаю пунктуальности, и всё равно вы не задействуете в голове и пары нейронов, дабы являться вовремя.
— ‘Звините, доктор Гринберг, — сказал Родригез. — Его глаза смотрели тем остекленевшим взглядом, который отчего-то появлялся у большинства людей в обществе мистера Гринберга.
Джерри иногда задумывался об этом. Все остальные обитатели этого места, даже другие подопытные, с трудом возражали мистеру Гринбергу или делали что-либо против его воли. Они не боялись, просто не могли. С Джерри это не работало. Он думал, не потому ли это, что все знали как лучше вести себя с мистером Гринбергом, а он — нет.
— Вам не по силам осознать, в сколь глубокой экзацербации я пребываю в данную минуту, — продолжал Гринберг. — Группа Аномалий Гринберга находится на передовой линии человеческих научных изысканий, а вы неспособны придерживаться простого расписания. Иногда я задумываюсь, стоило ли вообще доставать вас из круга.
Пальцы Родригеза напряглись. Он всегда нервничал при упоминании дьявола. Джерри нервничал, когда Родригез нервничал. Охранник имел склонность вымещать гнев на любом, кто был меньше него.
— Ну-с, Дефис Пять, что нам предстоит с тобой сделать? Говори, да погромче.
— Ничего, сэр, — сказал Джерри. Он просто хотел назад в камеру. Увы, он знал, что они не позволят уйти, пока не проведут над ним какого-нибудь теста. Он надеялся что тест будет быстрым. Иногда это не занимало и минуты, после чего его отпускали. Тем тяжелее воспринималось ожидание: никогда не знаешь, через что предстоит пройти и как долго терпеть. Ложная надежда — ужасное чувство.
— Ничего? Но что-то же мы должны сделать. Разве ты не осознаёшь, что являешься угрозой для человечества? Опасностью, нарушающей сами законы природы? Тебя надо изучить, и мы обязаны раскрыть твои секреты. Ты — энигма, и я тебя дешифрую.
Джерри ничего не сказал. Он просто смотрел вниз и ждал, пока мистер Гринберг решит, что с ним сегодня делать.
— Ну-с, давайте начнём с простого теста. Проверим твои регенеративные свойства, не против? — Мистер Гринберг взял скальпель. — Вытяните и держите его руку, мистер Родригез.
Джерри напряг все силы, но ничего не смог поделать с мёртвой хваткой взрослого мужчины.
— Ну-с, простой надрез… вот так. — Скальпель вошёл в руку Джерри, оставив очередную рану. — Теперь мы наблюдаем.
Джерри закусил губу, глядя, как кровь струится по руке. Он сосредоточился на хирургической миске, в которую она стекала. Мальчик очень надеялся, что на этом они сегодня закончат. Было больно, но и только.
— Сэр, сколько ещё нам возиться с этим? — спросил Родригез. — Мы повторяем это годами. У него пойдёт кровь, потом останется порез, как и во все предыдущие разы. — Не то что бы Родригезу было дело до чужой боли (Джерри был уверен, что это не так). Охранник постоянно жаловался на то, что ему приходится конвоировать  вверх-вниз по лестнице.
— Мистер Родригез! Вы критикуете мою методологию? Может, вы изволите снова сходить на свидание с дьявольским существом четвёртого класса! — глаза мистера Гринберга сверкнули. Буквально. Так иногда бывало, когда он расстраивался.
— Нет, нет, доктор Гринберг. Я вовсе не против. — Джерри не видел лица охранника, но про себя очень порадовался его страху. Нервный Родригез был жесток, но напуганный Родригез был слишком занят, чтобы быть опасным. Он ещё месяц вряд ли об этом заговорит.
— Ну-с, похоже, ничего не происходит, но если вытереть кровь, можно обнаружить… что ничего не происходит. Почему ты понапрасну расходуешь мои усилия, Дефис Пять? Мы знаем, что ты аномален, но ты отказываешься сотрудничать.
— Мне жаль, — сказал Джерри. Он искренне хотел дать мистеру Гринбергу что-нибудь такое, чего он хотел. Может, хоть тогда он перестанет его истязать и оставит в покое в камере. Других подопытных почти не тестировали.
— Недостаточно жаль. Теперь мы определим, каким образом субъект реагирует на искусственную остановку дыхания посредством утопления. Мистер Родригез, закрепите его на тележке, а я подготовлю шланг. Затем мы проведём несколько когнитивных тестов.
Слёзы покатились по лицу Джерри, но он не протестовал. По тяжёлому опыту он знал, что это бесполезно.
Айрис хотелось съехать со стула как можно ниже. Она не чувствовала себя готовой. После двух месяцев тренировок Адамс дала ей добро, и для Совета этого было достаточно. В былые времена она могла откинуться, предоставить остальным заботиться о деталях и выполнять их приказы. Теперь же она должна была лично командовать операцией. Она села ровнее и постаралась выглядеть профессионально.
Агент разведки стоял перед экраном, щёлкая переключателем PowerPoint-слайдов.
— В здании три надземных этажа. Гринберг живёт на верхнем, а его персонал размещён на остальных двух. Мы полагаем, что доктора Декрэя держат под землёй вместе с тем, кто осуществил звонок.
— Что нам известно о звонившем? — спросила директор Лайт.
— Мы почти уверены, что это был ребёнок. Максимум, подросток, или ещё моложе, если звонивший мужского пола. Это всё, что мы определили по записи из двух слов.
— У нас есть план здания? — спросил один из агентов. — Чертежи определённо должны где-то быть.
— Когда Гринберг приобрёл участок со всеми постройками, главное здание было одноэтажным. Фермерский дом. В районной администрации нет никаких записей ни о реконструкции, ни о расширении здания, поэтому мы полагаем, что оно было изменено способностями Гринберга.
— Значит, мы понятия не имеем, что там внизу, — подытожила Лайт.
— Это верно, мэм. Мы можем попробовать сейсмоанализ, но откровенно говоря, велик шанс, что так мы их только насторожим. К тому же, мы даже не знаем, создание это или активное воплощение.
— Что? — спросила Айрис. К ней повернулись головы. Она немедленно покраснела. — Эм, не могли бы вы объяснить разницу, пожалуйста?
Агент разведки кивнул. — Извините, мэм. Жаргон. Создание — это перестроение материи. Представьте себе дыру в земле. Тип Зелёный просто переносит землю в другое место — и вот дыра. Больше ничего с ней делать не нужно, и когда он теряет к ней интерес, дыра остаётся.
— А активное воплощение?
— Активное воплощение больше похоже на… Они не переносят землю, они просто проецируют пустое пространство туда, где хотят получить дыру. Она существует, пока Тип Зелёный её поддерживает. Если копать там, где должна быть эта дыра, вы пройдёте её насквозь, даже не догадываясь, что там была земля.
— Оу, — сказала она. Её брови сдвинулись. — Звучит как гораздо более сложная штука. Почему они просто не делают созданий?
— Одни не знают, что так можно. — Агент отвечал на вопрос с лёгкостью, свидетельствующей, что это далеко не первый раз. — Другие выясняют, что легче вносить изменения в активные воплощения, чем каждый раз проходить через процедуру создания.
Ей пришла мысль. — Что произойдёт с дырой, если скульптор умрёт?
Агент разведки поморщился. — Если это создание, то ничего. Если же активное воплощение… В момент, когда он умрёт, в дыре лучше не находиться. Можно оказаться вытолкнутым и обнаружить себя рядом с дырой, можно оказаться закопанным там, где была дыра, а можно просто пропасть из мироздания.
— Это может быть проблемой, если нам придётся идти в дыру за Гринбергом, — сказал один из агентов.
— Раз в неделю он покидает территорию и едет на встречу с местными властями. Выезд состоит из конференции за закрытыми дверьми с мэром и членами городского совета, а также визита к местному химику. Ваша операция состоится в его отсутствие. На время, пока вы заходите и извлекаете активы, мы отключим мобильные, телефонные и телекоммуникационные сети в районе операции. Вы подстережёте Гринберга, когда тот вернётся.
— Звучит разумно, — сказала Айрис. Она была рада, что они займутся Гринбергом отдельно от его охраны и заключённых. Это делало задание гораздо более выполнимым. — Как туда попасть?
— Вы пройдёте через забор. У них есть охранные башни, но наблюдение показывает, что у них недостаточно людей, чтобы держать на них дозорных. Сильного сопротивления не ожидается, но всё равно будьте начеку.
Были ещё детали. Частоты связи, запасные планы, но в конце концов, план разведки был вполне хорош.
За день до операции Айрис чувствовала себя так, будто её тошнит. Она уже участвовала в подобном, но никогда не руководила. Это всегда был кто-то другой. Иногда
он
, иногда их командующий. Но теперь именно ей предстояло давать команды.
— Нервничаешь? — спросила Адамс. Она снова была в костюме, хоть и вынула несколько светящихся элементов и натянула матовое покрытие поверх предыдущего полуглянца. Ни одна из модификаций не влияла на боевые качества костюма.
— Это видно? — спросила Айрис.
— Только если на тебя смотреть. — Адамс улыбнулась. — Расслабься. Всё пройдёт как по маслу. Гринберг демонстрирует все признаки низкосортного Емели. Разведка спланировала операцию от и до, и несмотря на то что ты слышала, план обычно доживает хотя бы до второго или третьего контакта с противником. Иногда и до четвёртого.
— Смешно, — сказала Айрис. Она знала о планах всё.
— Ты справишься. Серьёзно. Я буду наготове, если что-то пойдёт не так. Твоя команда знает, что делать. И спроси себя: есть ли хоть шанс, что это будет хуже, чем…
— Нет, — ответила Айрис. Она осознала, что Адамс права. Что бы ни произошло, будет не так плохо. Худшее уже произошло.
Адамс кивнула. — Тебе это по плечу, малышка, — сказала она. — Надери им задницы. — Она похлопала Айрис по плечу, затем взяла винтовку и пружинистой трусцой убежала в оружейную.
Джерри с опаской наблюдал, как мистер Гринберг входит в крыло с подопытными. Ему приходилось стоять на стуле, чтобы иметь возможность смотреть через решётки, но он ненавидел быть не в курсе происходящего. Предполагалось, что этой ночью тестов не будет.
— Мистер Родригез, я собираюсь обсудить с местным истеблишментом вопрос нашего финансирования. Пожалуйста, следите за безопасностью этой зоны. — Он оглядел коридор и принюхался. — И за чистотой.
Джерри расслабился. Его не поведут наверх.
— Да, доктор Гринберг. — Охранник смотрел прямо на Джерри.
— О, и отрядите контингент охраны патрулировать периметр. Это их немного займёт.
Поздним вечером Айрис совещалась с тридцатью двумя своими новыми лучшими друзьями в миле от базы Гринберга.
— Мэм, у нас есть подтверждение, что Гринберг покинул периметр, — сказал Цзян. Он был её заместителем командующего. Цзян участвовал в полевых операциях уже больше десяти лет и имел безукоризненную историю. Для неё он был, откровенно говоря, нянькой. Они условились, что он не станет перенимать командование на себя до тех пор, пока ситуация совсем не выйдет из-под контроля. До того он уведомит её, если она начнёт лажать. Он напоминал ей агента Лопез. Она скучала по агенту Лопез. С ним она всегда чувствовала себя в безопасности.
— Спасибо, Цзян, — сказала она. — Мы ждём полчаса, затем выдвигаемся.
Он кивнул. — Что-нибудь скажешь?
Она глубоко вздохнула и кивнула. Если уж она собирается быть главной, надо вести себя соответствующе.
Цзян подал знак всем подойти поближе.
— Ну хорошо, люди. Вы все знаете, что делать. Мы будем зачищать одну комнату за другой. Большинство охранников в надземной части здания, так что сперва мы займёмся ими, а затем возьмём подземную.
Она осмотрела группу. Все облачены в полные бронекостюмы, большинство вооружены штурмовыми винтовками. У некоторых было и другое снаряжение: топоры, ломы-монтировки и переносной таран с намалёванной надписью . Все они смотрели на неё. Некоторые внимательно её слушали. Другие, казалось, не воспринимали её всерьёз.
— Все вы знаете, кто я. Возможно, вы думаете, что мне тут не место, но сегодня ночью это моя операция. Если кому-то из вас это не нравится, вам надо было запросить перевод. Вопросы?
— Всё хорошо, Айрис, — сказал один из агентов. Она его узнала. Джексон. Он был в её охранной службе несколько лет назад.
Цзян многозначительно кашлянул и Айрис смерила молодого агента холодным, суровым взглядом.
— Эм, то есть, Агент Томпсон. Мэм. — Казалось, сейчас он втянется в бронекостюм, как черепашка в панцирь.
— Ну всё, народ, сидим смирно. Выдвигаемся через двадцать пять минут, — приказал Цзян.
Они не заморачивались с перелезанием забора. Пара болторезов прорезали отверстие в заборе меньше чем за минуту, после чего группа устремилась внутрь.
Головной дозорный поднял вверх указательные пальцы, и все бесшумно расползлись по кустам. Кто-то приближался. Несколько человек, открыто беседующих.
— Как думаешь, будет дождь? — спросил первый голос.
— Надеюсь, что нет. Терпеть не могу патрулировать под дождём, да ещё и ночью, - сказал второй голос.
— Ну, не похоже, чтобы дождь когда-либо ждал более удобного времени, — сказал первый.
— А я и не говорил, чтоб он ждал. Я просто говорю, что это был бы отстой, вот и всё.
— Реально отстой — так это что выбрали именно нас, — сказал третий голос. — Из всей команды, почему мы?
— Не знаю насчёт вас, но я думаю, Родригез точит на меня зуб с тех пор, как я смотрел ту передачу про акул, — сказал первый голос.
— Лично мне кажется, что он слишком чувствительный. Не всё на свете крутится вокруг него.
— Попытайся эту мысль до него донести. Этот идиот думает, что… — Второй голос осёкся. — Ты слышал это?
Айрис держала в руках Полароид и ждала, пока распечатается фотокарточка. Охранники только начали поворачиваться на звук фотоаппарата, как первый из них споткнулся. Второй почувствовал хлопок по плечу. Третий обнаружил, что его шляпа падает на лицо.
Члены МОГ упаковали патрульных ещё до того, как они осознали, что происходит.
Нажатие на спуск ощущалось правильно. Действия рукой сквозь снимки ощущались правильно. Каждый раз, когда она использовала свою способность, она ощущала себя собой. , подумалось ей, .
Пять агентов остались снаружи держать дозор, остальные последовали вперёд к боковой двери.
Команда вскрыла дверь как по маслу. Они репетировали это множество раз на всевозможных полигонах. Здесь не было ничего нового. Даже Айрис выполняла взлом несколько раз, хотя в прошлом, в Омеге-7, вместо этого она убиралась за Авелем, который выносил дверь заодно со всей живой оппозицией за ней.
Они вошли. Девушка двигалась вместе со всеми, с камерой наготове. Первые двое уже взяли пленника: тощего парня в серо-чёрной униформе охранника. Она заметила на его кепке эмблему Фонда SCP, но указатели стрелок были заменены двумя заглавными G и одной A.
Она дала остальным знак продолжать двигаться вперёд. Команда следовала за ней.
На первом этаже охрана потеряла двоих убитыми. Остальные были связаны и упакованы в мешки.
На втором этаже почти все спали, никаких проблем с захватом персонала не возникло. На третьем этаже располагались несколько просторных комнат, в основном с дорогой мебелью и случайными произведениями искусства. Также была липовая лаборатория, выглядевшая словно декорация: настоящего научного оборудования там почти не было. Наконец они дошли до больших дверей.
— Ломайте, — сказала Айрис.
Несколько человек взяли таран и обрушили на дверь в район замка. Понадобилось три удара, чтобы её проломить.
Внутри были… архивные шкафы. И котята.
— Какого хрена? — Одна из агентов села на корточки и пригляделась. С котятами что-то было не так. Они были раздутыми, их шерсть висела клочьями, оголяя участки кожи. Некоторые слабо мяукали.
— Осторожно, — сказал Цзян.
Агент протянула руку, чтобы коснуться котёнка. Он внезапно разбух вдвое и с громким "бабах!" взорвался, отбросив женщину на спину.
— Черт! — Цзян взял раненую за ворот и вытащил из комнаты.
— Все назад! — приказала Айрис.
Пока отряд двигался назад, она засняла комнату на камеру. Как только карточка распечаталась, она начала кликать на живые бомбы через фото, детонируя их с расстояния, чтобы избежать дальнейших травм.
— Как она? — спустя полминуты спросила она Цзяна.
— Кровотечение остановили, — сказал он, — но насчёт руки я не уверен.
Её желудок будто скрутило. Раньше она уже теряла сокомандников. Но теперь она руководила. Эта агент выполняла её приказы. Её обязанностью было поддерживать их настолько целыми и невредимыми, насколько это возможно.
— Нахуй такие штучки, — сказал один из агентов, обрушив смачный плевок на дымящийся пепел, оставшийся от котят.
— Продвигаемся дальше, осторожно, — приказала она. Её обязанностью также было выполнение задания. Она набралась решимости. Всё-таки они вошли сюда, осознавая риск. Она может запросто потерять их всех, если не будет выполнять свою работу.
Очень медленно они вошли в комнату, где больше вроде бы не оставалось взрывающихся котят.
— Монтойя, приступай к анализу этих документов, — сказала Айрис. — Попробуй разузнать, что ждёт нас в подвале.
— Да, мэм.
— Быстро. Мы спускаемся, как только убедимся, что этот этаж чист.
Что-то было не так. Сверху раздавались крики и выстрелы, и Джерри недоумевал, что же там происходит.
Охранник, мистер Басби, стоял у двери. — Не обращай внимания, — сказал он. — Продолжай мыть полы. Охрана наверху разберётся.
Дверь распахнулась и ворвался Родригез. — Нас раскрыли, — сказал он. — Время ликвидировать активы.
— Ликвидировать?
— Убить их, болван! Нельзя допустить, чтоб их украли. Доктору Гринбергу
не понравится
, что его инвестиции находятся в чужих руках. — Он ткнул пальцем в Джерри. — Начни с него.
Челюсть Джерри отвисла. Швабра выпала из рук.
— Что? Да ладно, Марко. Он же ребёнок.
— Если ты такая разнюнившаяся баба, это сделаю я. — Родригез вытащил пистолет, и Джерри загнанно огляделся в поисках укрытия.
Басби со всей силы врезал мистеру Родригезу в челюсть. Несколько сточенных зубов полетели на пол. — Беги, парень! — крикнул он.
Мистер Родригез выстрелил Басби в живот. Он наводил пистолет на Джерри, когда ему в лицо попало нечто отвратительно пахнущее и ярко светящееся. — Какого хера? — рыкнул он, пытаясь прочистить глаза.
Мистер Тихий сделал метательное движение, и невидимая верёвка обвилась вокруг руки мистера Родригеза, заставив пистолет упасть на пол.
Джерри метнулся за оружием, но случайно толкнул его дальше по коридору, прямо за дьявольский круг. Он побежал за ним.
Родригез совершил могучее движение руками, будто разрывая что-то, и мистер Тихий упал на спину. Верёвка порвалась в воздухе. Охранник-амбал побежал за Джерри. — Вы блядь покойники, вы, уроды! Все, начиная с шалопая!
Джерри бежал так быстро, как только мог, но ноги мистера Родригеза были куда длиннее. Он попытался повернуть, чтобы не угодить в дьявольский круг, но понял, что мистер Родригез был прямо за спиной.
Выбора не было. Джерри прыгнул прямо в светящийся круг.
Он испытал ощущение, будто что-то пыталось его схватить, но не могло сомкнуть хватку. Он упал на другой стороне и перекатился на колени. Сзади раздался крик, и Джерри обернулся.
Мистер Родригез преодолел полпути, но, в отличие от Джерри, не избежал существа, обитавшего внутри. Его тело начало расти в длину. Его рот вытянулся в гримасу и продолжал расширяться, пока челюсти неестественно широко натягивали кожу на щеках. Кожа серела, а его одежда рвалась. Его руки уменьшились и стали плоскими, пока не превратились в плавники, а из зада начал расти хвост. Спустя секунды на полу трепыхалась трёхметровая акула. Последними преобразились его глаза, из карего оборачиваясь в чёрный, и одновременно из них пропадала паника. Это животное подпрыгивало на боку внутри круга, пытаясь найти воду, пока оно наконец не вымоталось и не остановилось, шевеля жабрами.
Поражённый Джерри так и сидел на коленях ещё несколько минут. Придя в себя, он аккуратно обогнул круг и подошёл к мистеру Басби. Мужчина был ещё жив, но истекал кровью.
— Бля, — выдавил он. — Он пристрелил меня. Зачем?..
Джерри запустил руку в карман Басби и достал связку ключей. Охранник не сопротивлялся.
Ребёнок собирался начать отпирать камеры, когда услышал грохот, с которым в очередной раз за ночь распахнулась дверь на лестницу. В коридор хлынули вооружённые люди. Он встал и схватил единственное оружие, которое было под рукой: его швабру.
— Кое-что нашёл, мэм, — сказал Монтойя, протягивая ей файл.
Файл был озаглавлен просто . Просмотр по диагонали показал, что речь шла о маленьком мальчике. — Вот кто нам звонил, — догадалась она. Отчёт был толстый, содержащий страницу за страницей ревизий. Она задумалась, как долго Гринберг уже удерживал его. Было несколько изображений. Парень выглядел очень испуганным.
— Мы готовы штурмовать подвал, — отчитался Цзян.
— Хорошо. Сделаем это, — сказала Айрис. Она проследовала за ним по лестнице на первый этаж.
Штурмовая группа была наготове. По её сигналу они проследовали по лестнице и проломили дверь.
За ней они обнаружили низенького худенького маленького мальчика со шваброй, стоявшего над охранником, истекающим кровью от пулевого ранения в живот. За ними на полу трепыхалась… акула? В каком-то светящемся круге? По сторонам коридора были двери, оснащённые небольшими решётчатыми окнами, через которые на них во все глаза смотрели разнообразные лица.
— Не… Не делайте плохо моим друзьям! — сказал маленький мальчик. Он, очевидно, был в ужасе, но ни на шаг не отступал, несмотря на дрожащие колени. Айрис узнала мальчика из файла.
— Мы здесь не для этого, — сказала Айрис. — Мы просто ищем своего друга.
— Тогда зачем вам оружие? — спросил он.
Цзян посмотрел на неё вопрошающим взглядом. Даже десятилетка может представлять опасность, в зависимости от его способностей.
Вместо прямого ответа Айрис снова открыла файл и просмотрела его.  Что за исследования… 
Айрис подняла глаза на маленького мальчика, стоявшего между ней и другими заключёнными. На нём не было особых шрамов. Как минимум не тех, что бросались бы в глаза.
Она медленно прошла вперёд, присела на колено и отодвинула его швабру в сторону. Положив руку на детское плечо, она сказала: — Всё хорошо. Мы больше не позволим ему вредить тебе.
Маленький мальчик торжествующе на неё взглянул. — Вы обещаете?
—  Я обещаю, — сказала она.
— Вы должны помочь и моим друзьям тоже, — сказал он.
— Мы очень постараемся, — ответила Айрис. Она искренне хотела пообещать большего, но тут всё зависело от решения Фонда. И всё же она была совершенно уверена, что с Фондом им будет куда лучше, чем с Гринбергом.
Она повернулась к команде. — Агент Цзян, пожалуйста, проинформируйте директора, что мы не возьмём Гринберга живым. Есть подтверждение, что он слишком опасен.
— Да мэм, — мрачно ответил агент.
—
Я могу помочь вам
— Она почувствовала голос ничуть не меньше, чем услышала. Он раздавался внутри её головы.
— Гринберг? — настороженно спросила она.
—
Я не Гринберг
— Голос причинял почти физическую боль.
Я помогаю людям
Она осознала, что голос исходит из светящегося круга. Ей почти удавалось разглядеть… нечто внутри, но она не могла сказать, что именно. А вот оно смотрело на неё без проблем.
— Как именно вы помогаете? — спросила она.
—
Джозеф Гринберг желал загнать меня в камеру я рассказал как меня можно содержать И вот я тут
Внезапно она поняла, что это существо посылало целые идеи прямо ей в мозг. Уже мозг переводил эти идеи в слова. Она поняла, что оно имело ввиду. Хранить и содержать — это не совсем одно и то же.
— Почему там акула? — спросила она, чтобы потянуть время.
—
Он хотел быть сильнее я сделал его сильнее Он теперь на вершине пищевой цепи
— Он умирает, — сказала она. Ей было жаль могучее животное на полу. Ей было интересно, кем оно было до трансформации.
—
Он не умрёт Он не будет сильным если будет мёртвым Я буду поддерживать в нём жизнь внутри круга
— Мисс? — сказал один из заключённых, чернокожий парень двадцати-с-чем-то лет. — Оно ничего вам не сделает, если вы не позволите. Просто игнорируйте его и не заходите в круг.
Это произвело впечатление доброго совета. — Всем держаться подальше от… чем бы это ни было. Вывести отсюда всех гражданских и забрать всё, что покажется важным. Думаю, мы нашли то, за чем пришли.
На ночь оставалось самое сложное.
Когда они вышли из здания, маленький мальчик в изумлении осматривался по сторонам. Цзян нахмурился и попытался что-то сказать, но Айрис дала ему знак молчать.
— Это звёзды, Джерри, — сказала она.
— Их так много, — восхищённо ответил он. — Как может быть так много… чего-либо?
— Смотри вдоволь, — сказала она. Что бы с ним ни произошло дальше, она хотела, чтобы он воспользовался шансом посмотреть на ночное небо.
— Мэм? — обратился Цзян. — Профессор Декрэй у нас. Он слегка одурманен, но ему, кажется, уже лучше с тех пор, как мы вывели его из камеры.
— Чем дольше он не видит мистера Гринберга, тем ему легче, — сказал маленький мальчик.
— Спасибо, Джерри. — , подумалось ей, 
Вертолёты Фонда прибывали, чтобы эвакуировать заключённых в Зону для опроса, изучения и, хочется надеяться, хоть для некоторых из них, обработки амнезиаками и освобождения.
— Эти люди заберут тебя в безопасное место, — сказала она, положив руку на плечо Джерри.
— Вы собираетесь убить мистера Гринберга? — спросил он.
Айрис помялась, выбирая между лёгкой ложью и тяжёлой правдой. —  Да, — ответила она. — Если сможем.
Казалось, какое-то мгновение он размышлял об этом, затем кивнул.
— Хорошо.
Она проводила его в вертолёт и наблюдала, как его и остальных поднимают в ночное небо.
— Все активы вывезены? — спросила она Цзяна.
— Да, мэм. Разведчики следят за Гринбергом. Пока он придерживается расписания. Нам следует ожидать его через два часа.
— Значит ждём, — сказала она.
Он кивнул. — Это мы мастаки.
— А мы не были, в Омеге-Семь. Авель пёр по главной улице с оркестром, и всё выходило хорошо. Для него. — Она поморщилась. — Я предпочитаю ожидание.
— Ммм. Лучше так, чем умирать, — ответил Цзян с каменным выражением лица. Иногда она задумывалась, не практикует ли он покерфейс перед зеркалом.
— Тебе уже приходилось устранять скульптора реальности? — спросила она.
Он кивнул. — Дважды. — Он слегка улыбнулся. — Я почти эксперт.
— Ну, давай попробуем увеличить этот счёт до трёх.
После полуночи к воротам комплекса подъехал Роллс-Ройс.
Первая попытка устранения произошла, когда машина едва проехала два метра от ворот. Замаскированная бомба взорвалась прямо под автомобилем. Весь лимузин подпрыгнул на три метра, перевернувшись в воздухе, и с грохотом упал обратно на дорогу. Повсюду разлетелись куски кузова. Горящий автомобиль подпрыгнул и застыл на левом боку. Безжизненное, залитое кровью тело навалилось на руль.
Правая задняя дверь открылась, и из неё выбрался лысеющий жирный мужчина в потной рубашке и давно не стиранном халате. Гря… Нет, очень профессионально выглядящий мужчина. Со вкусом одетый. Исследователь.
Доктор
.
— Что всё это значит? — требовательно поинтересовался он.
Айрис убедилась, что вспышка отключена, и сделала кадр. Пока фотокарточка печаталась, всё равно раздавался жужжащий шум.
— Кто там? Я всё слышал! Вы прерываете благородную и виртуальную работу передового авторитета по мировым мегафизическим феноменам. Вы что, не осознаёте, какие проклятия могут быть навлечены даже малейшим прерыванием моих запросов?
Айрис почти извинилась перед доктором Гринбергом, но вместо этого сосредоточилась на фотокарточке. — Огонь, — приказала она по радио.
Раздались выстрелы. Гринберг несколько раз дёрнулся, когда пули попали ему прямо в центр масс. В следующую секунду он выпрямился, невредимый. — Мой имплантированный гаситель замедляет импульс ваших пуль! Моя наука импичментна
1
!
Она просунула руку в фотокарточку и попробовала сделать то, о чём её многократно просили раньше, но что она всегда отказывалась делать. Она взяла пальцами его голову (на картинке такую маленькую и, почему-то, куда менее красивую, менее респектабельную и интеллигентную) и попробовала её крутануть.
— Аномальные докучатели, я вижу вас насквозь! Всегда пытаетесь низвергнуть меня. Все вы одинаковые, вас надо запереть! — сказал он, пытаясь сопротивляться. Он достал из кармана кусочек металла, и, внезапно, рука Айрис загорелась. — Элемент 246 блокирует любые возможности телевещателя!
Фотокарточка загорелась. Айрис пришлось бросить её на землю.
— Ага! Вот ты где, — сказал Гринберг, повернувшись в сторону огня. — Вы думали, что можете меня обыграть, но викарный
2
тут я! — Он зашагал в её сторону. — Я Джозеф Гринберг. Неужели ты думала, что способна одолеть меня?
Айрис посмотрела вниз, на ноги. Ей просто хотелось сдаться. Уйти в одну из его камер. Ведь он гораздо сильнее. Но она сжала зубы.
— Полагаю, — сказала она, — никто не хотел играть с тобой на детской площадке. Особенно в “сыщиков и воров”.
— Ты меня дразнишь? — удивлённо сказал он. — Тебе что, неизвестно, кто я такой? — Он толкнул её в грудь, сбив наземь, и встал над ней, уперев руки в бока и самодовольно улыбаясь.
— Да, — ответила она. — И теперь я поняла, с чем тебя едят. Он твой.
— Он твой? О чём ты гов… — Внезапно его голова и верхняя часть туловища взорвались кроваво-красной гущей, которая спустя мгновения залила всю траву позади него.
— Я не с тобой говорила, — сказала она, поднимаясь и слегка дрожа. — Козёл.
— Сработало? — спросила Адамс по радио.
— Он не встаёт, — ответила Айрис.
— Тогда, видимо, сработало. Не думаю, что он бы заткнулся, если бы мог продолжать говорить.
— …а тело отправили в лабораторию доктора Манна. Может, ему удастся узнать что-нибудь полезное, хотя мозга там особо не осталось. — Агент разведки закрыл блокнот. — На этом разбор задания завершён.
— В следующий раз я постараюсь оставить ему побольше материала, — сказала Адамс.
— Пожалуйста, не надо. Он так куда менее опасен.
— Гринберг или Манн? — спросила Адамс.
— Выбирай сама.
— Что будет с остальными заключёнными? — спросила Айрис.
— Большинство из них после освобождения не демонстрируют никаких аномальных свойств. Мы предполагаем, что это были активные воплощения, наведённые Гринбергом. Их опросят, обработают амнезиаками и отпустят с убедительными легендами. Выдадут достаточно денег на новую жизнь, если понадобится.
— Что насчёт мальчика?
Агент опустил взгляд в записную книжку, не глядя Айрис в глаза. — Гринберг не мог на него влиять. Это само по себе аномалия.
— Значит, один конкретный скульптор реальности ничего не мог ему сделать. Может, у Гринберга были проблемы с изменениями детей.
— Мы вкололи им лёгкие амнезиаки, чтобы они забыли путь в Зону и не могли найти дорогу обратно. На него они не произвели никакого эффекта.
Айрис вытаращилась на него. — Агент, в худшем случае, на него не действуют некоторые аномалии. Это противоположность угрозе нормальности.
— Мэм… — Агент беспокоился. — Дело в том, что он мог бы быть важным активом для борьбы именно с тем видом угроз, какой мы видели этой ночью.
— Чушь. Ему десять.
— ГОК потратила миллионы долларов и сотни часов, чтобы придать Клефу сопротивляемость определённым аномалиям. У этого мальчика всё это врождённое. Можем ли мы просто его отпустить?
— Он ребёнок!
— Ну, это решение принимать другим. Моё дело — предоставить информацию. — Он развернулся и ушёл.
— Вот же хренов лис, — пробормотала Айрис. Она упаковала камеру в кофр и плотно его застегнула.
— Бе. По крайней мере, он на нашей стороне, — сказала Адамс. Кстати, ты что-то сказала насчёт “сыщиков и воров”?
— Что? А, Гринберг. Он реагировал. Он видел, что ему угрожало, и моментально придумывал какую-то “научную” штуку, которая поможет выжить. Ты в детстве не играла в сыщиков и воров?
— Эм. — Выражение лица Адамс на мгновение опустело. — Я… не припоминаю.
— Ну, все складывают пальцы пистолетом и говорят, когда стреляют. Когда в тебя “попадают”, ты выходишь из игры. Но некоторые дети не хотят признавать, что в них попали. Вместо этого они настаивают, что другой игрок по ним промазал. Или они задействуют воображение и говорят, что у них есть бронежилет или силовое поле, или что-то ещё.
— Хех. — Адамс улыбнулась.
— Или… — Айрис нахмурилась. — Или клон.
Улыбка Адамс моментально испарилась. — Ты не думаешь…
— Я думаю… Я думаю, что хочу назад в комнату. Ночь была длинной.
Сноски
1
. Д-р Гринберг не имеет ни образования, ни таланта исследователя, и умные слова типа impeachable ему приходится изобретать на ходу, как ребёнку, играющему в учёного. — прим. перев.
2
. Д-р Гринберг имеет ввиду victorious, но говорит vicarious - (лат.) замещающий — прим. перев.