Год Множества

- Сколько у нас времени? - спросил Мэтью. В животе у него бурчало.
Зик последние двадцать минут практически не отрывал взгляда от часов. - Три минуты и десять секунд. Девять. - Пауза. - Пять секунд.
- Какое, ты говорил, направление? - снова спросил Мэтью.
- Обязательно всё время вопросы задавать?
- А что мне ещё делать?
- Оружие своё проверил?
Мэтью покрепче ухватился за MP7. - Час назад проверил. И полчаса. И десять минут назад. У меня десять патронов, и хотелось бы об этом не думать. Я уже два дня не ел, и не знаю, какое тогда было число. Об этом тоже думать не хотелось бы. Так в какую сторону то здание, которое ты видел?
Зик поморщился. - Гм…
- Ну?
- В пятницу было. Сейчас воскресенье, так что тогда была пятница.
- Зи-ик…
- Просто иди за мной, когда будет надо. Я знаю, где оно.
Мэтью вздохнул. - Сколько у нас времени?
Зик поднял голову. - Не слышишь, что ли? Уже началось.
Мэтью прислушался. До Брауншвейга отсюда было рукой подать, и крики были слышны постоянно. Обычно кричали жертвы, загнанные. Иногда - Принявшие. Неважно. Двадцать три часа в день постоянных криков. Крик не прекращался, пока было кому кричать. Двадцать три часа в день. И один час…
Принявшие молчали, потому что были заняты ритуалом. Мэтью казалось, что остальные просто отдыхали от шума.
Этот Час настал. Мэтью с Зиком поднялись из укрытия. Зик, как обычно, шёл впереди, а Мэтью двигался следом.
**
- Можешь хотя бы сказать, как до него далеко? - спросил Мэтью. - Двадцать минут уже идём. Если надо будет вернуться…
- Такого не будет, - ответил Зик. - Слушай, я понимаю, тебя не учили, да и если бы учили - это ничего бы не меняло, особенно сейчас, но дело не в этом. Это… - Зик задумался. Когда Зик над чем-то задумывался, Мэтью всякий раз вспоминал Сару Пэйлин - целую жизнь и целое полушарие назад - потому что всякий раз казалось, что умственная работа требует от него неоправданно много усилий.
- Это дело принципа, - разродился, наконец, Зик. - Возвращаться нельзя. Особенно после такого. Либо мы найдём еду, может даже путь на запад, в Штаты, либо умрём. Третьего не дано, - пыхтя, закончил фразу Зик.
- Ладно, - отозвался Мэтью. - Так сколько?
- Минут десять, максимум пятнадцать. Не больше.
Дальше шли молча. Во время "заданий" с Зиком Мэтью часто молчал. Что бы он ни говорил, Зик на него злился. Зик и слышать не хотел о том, что Мэтью, по его словам, "оставил надежду"; он оставил надежду на спасение, оставил надежду задолго до того, как они вообще встретились. Зик не хотел слышать о том, что Принявшие почти наверняка были и дома, и в Бразилии, и в Африке, и в Китае, и даже в долбанной Антарктиде, если там вообще кто-то был кроме них. Повсюду.
Зик не сдавался потому, что он мечтал оказаться дома, а может даже и на обложке Таймс с подписью "Человек, Переживший Европу", в сиянии славы. А рядом могла бы быть статья о том, как война закончилась и он победил. А Мэтью продолжал идти потому, что ему ума не хватило сдохнуть вовремя.
**
В этот раз для разнообразия чувство времени Зика не дало сбой. До бетонного бункера дошли через тридцать пять минут после выхода. НАТОвская тренировка Зика ("промывка мозгов" - так звал её Мэтью, пока она пару раз не спасла ему жизнь) взяла верх, и Мэтью открыл ему дверь. Зик пошёл первым, держа на изготовку AR-15 с шестью патронами. Первую пару комнат зачистили так же. Одинаковые спальни, спартанское убранство, кровати и столы - одна комната на двух человек. Везде пусто. Столовка ничем не отличалась от остальных - набитый гнилой едой холодильник, а в кладовой полно относительно съедобных консервов. Хватит на неделю, может дней на десять. С собой унести можно на шесть дней. Как раз на день работы.
Мэтью хотел поспать, но Зик что-то услышал. Не Принявших, их ритуал ещё не завершился. Что-то другое, внутри бункера. Оставалась одна комната.
Качество ботинок Зика Мэтью порадовало - тот сержант, с которого эту пару сняли, явно хорошо за ними ухаживал. Дверь вокруг замка вздыбилась щепками и распахнулась.
В такие сложные моменты видишь всё сразу и чётко. Мужчина с пистолетом во рту, красное лицо залито слезами. Белый халат с бэджиком "Организация SCP", фотография и подпись "МОРГАН, УРОВЕНЬ ДОПУСКА 2". И кругом газеты - на полу, на столе, приклеены клейкой лентой к стенам. На одной из них, Нью-Йорк Таймс пятимесячной (по прикидкам Мэтью) давности был заголовок:
ГЕНЕРАЛ СЭНДАСКИ: ЧИКАГО ЕЩЁ НЕ СДАН ВРАГУ"
ОТДАН ПРИКАЗ О ВЫВОДЕ ВОЙСК, ВЫБОРЫ ОТЛОЖЕНЫ ЕЩЁ НА ДВА МЕСЯЦА
Как же Мэтью не любил, когда его предсказания сбывались.
Рядом со сломанным монитором стояла электрическая пишущая машинка. В неё был заправлен какой-то черновик отчёта с исправлениями.
Проявление Сценария 82  ██.██.2012 произошло в 02:01:13
Процедура сдерживания была введена в действие, всех 82-сектантов сдержать не удалось. Центр управления одобрил применение нервно-паралитического газа в
Изначально нервно-паралитический газ, судя по внешним признакам, действовал, но подтверждение из Зоны получено не было. В случае потери связи протокол предусматривает
Не выполнена активация устройства самоуничтожения Зоны
Недостаточно быстрая реакция на действия сектантов, помимо замалчивания в прессе
Неудачная координация с глобальным инфекционным
Неудача неудача неудача
Неудача
Трусость Причина неудач - трусость
Научный сотрудник Морган проявил трусость и потерпел неудачу неудачу неудача неудача неУДача НЕУдача НЕУдаЧА НЕ ОПРАВДАЛ НЕ ОПРАВДАЛ ТЕБЕ ДОВЕРЯЛИ ТЫ НЕ ОПРАВДАЛ НЕУДАЧА—
- Я не… Я не… - мужчина вынул пистолет изо рта. - Я никогда не мог… - Всхлипывания продолжались. - Не мог…
Зик, конечно же, услышал первым. Песнопение. Оно было близко, очень близко. Слишком близко. Они были почти внутри.
- Я никогда не мог принимать трудные решения, - сказал краснолицый. Выстрел размазал всю заднюю часть его черепа по стене.
Теперь Принявшим было ясно, в какую комнату идти. Мэтью и Зик переглянулись и бросились прятаться. Мэтью забрался в шкаф, сел внутри и постарался дышать как можно тише. Зик нырнул под кровать.
По коридору разносилась басовитая, идеально слаженная латынь. Никакая опера, никакой хор не могли бы сравниться с чистотой исполнения этих песнопений. Нельзя было даже думать о том, что они могут быть красивы, иначе вскочишь, выберешься и побежишь к ним. Иногда, когда Мэтью не спалось, голод, страх или боль оттеняла мысль, что, может, если встать, пойти на звук, если множество…
Мэтью обнял руками пустой живот. Нельзя было так думать. Должен же быть выход. Должен быть…
Двое вошли в комнату и осмотрелись. Остальные собрались у двери, не прерывая песнопений. Опасность была в их совершенно нормальном облике - ни слюны, ни шаткой походки, ни залитой кровью одежды. Они спокойно могли быть страховыми агентами или воспитателями из детсада. Принявшие осмотрелись и глянули в сторону кровати.
Мэтью не знал, чем Зик себя выдал. Солдат, безусловно, умел прятаться лучше, чем делопроизводитель из посольства, он со времён Киева столько раз Мэтью жизнь спас, невозможно, чтобы…
Они его вытащили и припёрли к стене. Мэтью не слышал, что они ему сказали (хотя эти слова он уже знал наизусть), но вопли Зика прорывались даже сквозь напевную латынь со стороны коридора.
Принявшие взяли его за голову и что-то сказали. Зик задёргался. - Нет, суки, нет, не так, нет, нет, не надо…
Принявшие заговорили вновь.
- Не буду! Не заставите! Я не…
Принявшие заговорили вновь.
- Не буду не буду не буду это нет нет нет…
Принявшие заговорили вновь.
Зик кричал букву "Я" целых две минуты. Мэтью, как можно сильнее заткнув уши, считал секунды. "Надо что-то делать", думал он, "что угодно делать, у меня кроме него ничего нет…"
Зик перестал кричать и посмотрел прямо вперёд. Тогда-то Мэтью и понял, что различие было в глазах. Ничего пафосного, никаких клыков или волчьих ушей. Глаза - зеркало души, а у Принявших ничего не отражались. В здании людей не было. Кроме Мэтью - никого.
Один из Принявших заговорил снова, повторив то же, что и раньше. Зик ответил, тихо, но уверенно. Принявший повторил сказанное. Мэтью услышал примерно половину.
- Настало… жества…
Зик негромко отозвался.
- Множе… входит…
Принявший заговорил снова.
- Настало время множества.
Остальные голоса присоединились к хору.
- Множество входит в нас.
"Надо что-то делать" - думал он…
- НАСТАЛО ВРЕМЯ МНОЖЕСТВА.
"Надо…"
- МНОЖЕСТВО ВХОДИТ В НАС, - сказали они.
Потом снова началось песнопение. Мэтью тоже не умел принимать трудные решения, и когда трое Принявших повернулись к шкафу, разыскивая его, он был почти рад, что тревоги кончились.