По образу Своему: часть 6

27 ноября 1998 г.:
Всё это было в его голове
Ламент сидел в палате медотсека на полу, прислонившись к стене. В какой-то момент он начал было потирать руки, но, осознав, что делает, перестал. Оглядевшись, он увидел по-настоящему раненных людей и понял, что, по сути, не имеет права здесь быть. Ему стало неловко. А всюду еще бегали врачи, разбирались с ожогами, ранениями, последствиями воздействия объекта…
Агент рывком заставил себя подняться и, стараясь держаться ровно, вышел из палаты в холл, а оттуда, обходя раненых и каталки, - в коридор. Он не знал точно, где находится, но вся Зона 19 выглядела примерно одинаково. Так что он просто пошел куда глаза глядят.
В какой-то момент он мог бы поклясться, что слышит смех 106. Но, повернувшись к источнику звука, увидел только чистую, незапятнанную стену.
Свидетельства поисковой группы, которая нашла Сэндлмайера, позволяли предположить, что 106 каким-то образом был пойман 015, запутался в его трубах, проклиная всех и вся. Трубопровод мог сдержать это чертову тварь. Запечатать. Может, даже поглотить - как тех, других. И он, Ламент, изложит это в письменной форме. И отдаст Гирсу. И уйдет отсюда. Уйдет из этого ада, в котором очутился. И почему-то мысль о том, что он
наконец-то
нашел способ справиться с этим проклятым созданием, согревала его больше, чем что бы то ни было.
Когда ему во второй раз послышался смех, он снова уставился в стену. Подошел на шаг, провел по ней пальцами и отошел.
В голове. Это всё - в голове.
29 ноября 1998 г.:
- Что значит - "играл"?
На безэмоциональном лице Гирса не отразилось ни сочувствия, ни сомнения.
- Он играл с нами, агент. Как кошка с мышью.
Ламент сглотнул.
- Так… 015…?
- Совет никогда бы не одобрил долговременную реализацию программы подобного рода, агент Ламент, даже если бы она работала, - ровно продолжил Гирс. - Как бы то ни было, сотрудники, устанавливающие следующий уровень камеры содержания, подверглись нападению и обработке со стороны 106. Трое…
- Обработке? - Ламент рассмеялся. Это все, на что он был способен на тот момент. Он был в шаге от истерики. Голос прошлой ночью. Издевательский смех, который он слышал в коридоре. Это было оно? Оно снова "играло"? "Обработка". Оно поглощало. Пожирало.
И, понятное дело, играло.
Гирс явно дожидался, пока агент успокоится.
- Сотрудники, устанавливающие следующий уровень камеры содержания в соответствии с вашим планом, подверглись нападению и обработке со стороны 106. Трое погибли на месте, еще четверо - в течение недели после нападения. Дв…
- Пожалуйста, прекратите, - зажмурившись, попросил Ламент. Он склонился над столом и крепко вцепился в столешницу.
Он был близок к срыву, когда вдруг почувствовал руку Гирса на своем плече.
- Доктор Гласс сообщил мне, что вы не явились на квартальную психологическую экспертизу.
Ламент поднял голову. Гирс был прав - он еще не проходил экспертизу. Она была назначена на вечер двадцать седьмого, а тогда ему было не до экспертизы. Стало быть, так в Фонде проявляют сочувствие?
- Нет, сэр, не явился, - ответил он.
- Я записал вас на это утро, - равнодушно сообщил Гирс.
Пальцы Ламента забарабанили по столу. Ему не очень-то хотелось идти, но он не мог придумать другого повода убраться от Гирса. А убраться от Гирса - это всё, что было ему нужно на тот момент.
- Это естественный порыв, - сказал Гласс. - Все иногда боятся. А вот так Фонд помогает людям справляться со страхом.
- Я их не приму, - заявил Ламент, глядя на доктора. Он часто встречался с Глассом - и на квартальных экспертизах, и на добровольных консультациях.
- Ламент, вы не можете просто… игнорировать это, - продолжил Гласс. - Эти меры и практики были разработаны намного более опытными людьми, чем мы с вами. Иногда просто… нужно забыть.
- Я не хочу забывать.
Как часто доктор слышал этот ответ?
- Почему вы не хотите забывать, как вашего друга пожирало сверхъестественное существо? - спросил Гласс. - Вы видели то, что от него осталось. Вы знаете, что он был жив там еще несколько
часов
, Ламент. Почему вы хотите запомнить его таким?
- Потому что он мой друг.
Скольких человек он уговаривал сделать это? Меня?
- Вы не обязаны забывать его. Десятки человек переводятся в последний момент, Ламент. Примите класс B. Забудете пару дней. Если слишком долго будете за это держаться, то вам придется забыть его полностью, когда вы, наконец, справитесь с этим.
Дней? Ламент нахмурился. На секунду он обратился к прошлому, пытаясь вспомнить что-то… И наткнулся на серое пятно.
- Доктор… Можно вас спросить насчет этих таблеток?
Гласс кивнул.
- Конечно.
- Какую я принял, когда поступил на работу? - спросил Ламент. - Когда вы стерли у меня из памяти мою семью.
Рука Гласса на миг сжала подлокотник кресла и расслабилась. Когда он заговорил, Ламент вдруг понял, что восхищается этим человеком. Он либо не знал, либо забыл.
- Вы призывник? - спросил Гласс.
Не знал?
- Ага, - откликнулся Ламент.
Пауза.
- Тогда наверняка класс А, - сказал Гласс.
- А это лечится? - спросил Ламент. Он заставлял себя говорить спокойно, но в голосе звучала надежда. Надежда на то, что у него были родители, которых он не мог вспомнить, и десятки друзей и коллег, в существовании которых он даже не был уверен.
- Такое бывает. Иногда они просто не действуют. Иногда что-то в мозгу отказывается подчиняться. Но это редкость.
Ну вот. Теперь в голосе Ламента осталось только напряжение с примесью горечи.
- Но после того, как забыл - уже ничего не поможет?
- Нет.
Ламент побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.
- Тогда я их не приму.
- Это ваш выбор, агент. Но желаю вам передумать.
- Засуньте их себе в задницу, - посоветовал Ламент. - Увидимся через три месяца, док.