Протокол интервью 472-0165-B

Опрашиваемая:
Дженис Эриксон
Опрашивающий:
[Удалено по несвязанным причинам, далее просто ]
Вступительное слово:
Интервью было проведено после изъятия
SCP-472
. Опрашиваемая была одной из слуг в поместье, откуда и был изъят объект. Опрашиваемая знала о существовании SCP-472 и его свойствах, однако не знала, что это именно гранат, находившийся в коллекции драгоценностей [УДАЛЕНО].
<Начало записи>
Опрашивающий:
Расскажите, как вы впервые узнали о свойствах камня.
Дженис Эриксон:
О камне? Или о том, что он делает?
Опрашивающий:
О свойствах камня. Что он делает.
Дженис Эриксон:
Ну, мне постоянно рассказывали истории о том, что в поместье [УДАЛЕНО] водятся призраки. Но я никогда не верила ни в призраков, ни во что-либо подобное. И, наверное, до сих пор не верю. Я вообще уже не знаю во что… ладно, неважно. Я никогда не относилась к этим байкам про привидений серьёзно. Большое старое поместье, в котором живёт богатый одинокий старик? Разумеется, люди будут говорить, что в поместье призраки. Люди вообще везде видят призраков.
[Опрашиваемая прерывается и просит стакан воды. Просьба исполнена]
Дженис Эриксон:
В любом случае, я была права. В доме не было призраков. Была просто эта комната. Или, я полагаю, камень.
Опрашивающий:
Как вы попали на работу к [УДАЛЕНО]?
Дженис Эриксон:
Одна моя подруга рассказала мне о приёме на работу. Г-н [УДАЛЕНО] немного жуткий, это да, но он платил… платил втрое больше, чем дают за подобную работу где-либо ещё. Со мной нанялась моя подруга Элизабет. Моя сестра Мэдди тоже должна была устроиться к нему на работу, но её друг, ранее работавший у г-на [УДАЛЕНО] и уволенный вместе со всеми остальными слугами, отговорил её. Она же, в свою очередь, пыталась отговорить меня, но я же мать-одиночка, от таких предложений мне отказываться нельзя.
Опрашивающий:
Вы сказали, что г-н [УДАЛЕНО] уволил всех своих старых слуг?
Дженис Эриксон:
О да. Думаю, он делает это каждые несколько месяцев – увольняет большинство нанятых слуг. Оставалось лишь несколько людей, которые служили у него дольше, но последняя из них, Карла, умерла через несколько месяцев после того, как наняли меня.
Опрашивающий:
Вы знаете о причине смерти Карлы?
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
Не знаю. Она была старой. Возможно, это никак не было связано с, эм, призраками, я не знаю. Может, она была уже слишком старой. Но в любом случае, г-н [УДАЛЕНО] нанял меня почти сразу, думаю, я ему понравилась. Все остальные слуги, кроме Карлы, тоже были новые.
Опрашивающий:
Когда вы впервые столкнулись с воздействием камня?
Дженис Эриксон:
Не сразу. Нас всех назначали на уборку разных частей дома. Карла не позволяла нам разговаривать друг с другом в поместье, она говорила, что г-н [УДАЛЕНО] не любит этого. Но знаете, некоторые из нас беседовали вне дома и рассказывали о чувстве страха, возникающем в атриуме на третьем этаже. В этом атриуме были выставлены лучшие экземпляры коллекции г-на [УДАЛЕНО], их были сотни – драгоценности в витринах, мечи на стенах. Вообще, вся комната было довольно пугающей. В ней были большие застеклённые окна и стеклянная крыша, которую г-н [УДАЛЕНО] всегда закрывал чёрной тканью. Света в той комнате было мало, везде тени. Не понимаю, зачем было делать эту комнату такой жуткой. Думаю, это всё потому, что [УДАЛЕНО] был тем ещё уродом. Никогда не относился к нам по-человечески… Не знаю. Извините, о чём мы говорили?
Опрашивающий:
Первое воздействие камня на вас.
Дженис Эриксон:
А, точно. Это случилось спустя месяц или два после того, как я начала работать. Карла приказала мне найти Марджери, которая на той неделе должна была убирать в атриуме. Когда я вошла в комнату, в моей голове раздался звук. Тум-тум, тум-тум. Не могу сказать точно, раздавался ли он откуда-то издалека или появлялся прямо в моей голове. Я была довольно напугана, но что мне было делать? Я убедила себя, что у меня разыгралось воображение, и пошла искать Марджери. Я звала её, но она не отвечала. Как я уже говорила, в комнате не очень светло, поэтому со всеми этими витринами и старыми вещами, завешанными покрывалами, она казалась лабиринтом. Наконец я нашла её, она лежала, прислонившись к одной из витрин. Она смотрела на меня, но, похоже, не видела. Она постоянно бормотала что-то о крови на стенах, но всё выглядело нормально. Жутковато, но нормально. Я всё ещё слышала стучащий звук, стук становился чаще, и я поняла, что это моё сердце.
[Опрашиваемая прерывается и делает глоток воды]
Опрашивающий:
Пожалуйста, продолжайте.
Дженис Эриксон:
Я как можно быстрее вытащила Марджери оттуда. После этого мне стало лучше. Я даже почувствовала себя немного глупо. Через некоторое время Марджери стало лучше, она сказала, что у неё просто был тяжёлый день, она извинилась и сказала, что такого больше не повторится. Она никогда не была мне подругой, поэтому я не стала задавать ей никаких вопросов о случившемся.
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
После этого она взяла недельный отпуск. Когда она вернулась, она не захотела снова заходить в атриум, говорила, что с ним связаны дурные воспоминания. Но Карла заставила её. Очевидно, приказ г-на [УДАЛЕНО]. Примерно через тридцать минут или около того мы услышали её крик. Будто её убивают. Она быстро сбежала по лестнице, бормоча о том, что видела мертвецов, которые смотрели на неё, что на стенах было много крови, и что в этот раз ей это не привиделось. Карла заставила Марджери успокоиться и повела её в комнату, приказав нам всем уйти. Они пробыли там некоторое время, после чего Марджери уехала, не сказав нам ни слова. Позже одна из служанок сказала, что Марджери заплатили, чтобы она уехала и ничего не рассказывала. Ещё позднее начал ходить слух, что она совершила самоубийство. Не знаю, правда ли это или нет. [пауза] Это правда? Вы знаете что-нибудь об этом?
Опрашивающий:
Извините, но это секретная информация. Пожалуйста, продолжайте.
Дженис Эриксон:
Да. Хорошо. Не знаю, кто убирался в атриуме после Марджери. Возможно, что никто. Я не часто разговаривала с другими служанками. Похоже, я никому не нравилась. Но пара из них подружилась с Элизабет, и она продолжала рассказывать мне слухи об атриуме на третьем этаже. Её подруги говорили, что в атриуме живут призраки всех тех, кого убил г-н [УДАЛЕНО], чтобы получить все те вещи. На одной из стен в той комнате висел жутковатый гобелен с черепами. Африканский, как мне кажется. Элизабет и её подруги утверждали, что в нём обитают призраки мёртвых рабов или что-то в этом роде.
Опрашивающий:
Почему они так решили?
Дженис Эриксон:
Не знаю, они где-то услышали это. Через месяц Элизабет, наконец, вышла замуж и уехала в [УДАЛЕНО]. С тех пор остальная прислуга не разговаривала со мной. Меня никогда не назначали в атриум, но очень часто, когда я заходила в ту часть третьего этажа, мне казалось, что я слышу сердцебиение.
Опрашивающий:
Вы сказали нашим агентам, что сами подверглись длительному воздействию камня. Как это произошло?
Дженис Эриксон:
Ну, начнём с того, что я не знала, что это был камень. Я думала, это всё гобелен или сама комната. Однажды г-н [УДАЛЕНО] в очередной раз впал в ярость - с ним часто такое бывало. Он ходил по всему дому, орал на прислугу, заходил в пустые комнаты и там тоже кричал непонятно на кого. Потом он уволил всех. Всех, кроме меня, Карлы и совсем молоденькой девицы с большими сиськами, которая работала на кухне.
Опрашивающий:
Как вы думаете, почему он не уволил вас?
Дженис Эриксон:
Хотелось бы мне самой знать. Возможно, это из-за того, что остальная прислуга со мной не говорила. А может, это просто совпадение.
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
Мне пришлось взять на себя большую часть работы. Затем Карла назначила меня на уборку атриума. Это меня не особо обрадовало, но с увеличением рабочих обязанностей и платить мне стали больше, а потерять работу мне не хотелось. Таким образом, я снова попала в атриум.
[Опрашиваемая снова прерывается и делаёт ещё один глоток]
Дженис Эриксон:
И, разумеется, я услышала сердцебиение. Снова. Я посмотрела на гобелен с черепами, мне показалось, что они смотрят на меня. Я убиралась минут пять и начала волноваться. Я подумала, что закончу как Марджери, и выбежала из комнаты. Довольно быстро мне стало лучше. Но мне нужно было зайти снова. Похоже, что с тех пор, как ушла Марджери, в комнате не убирались, повсюду была пыль. Мне не хотелось, чтобы меня уволили, не хотелось уходить, не хотелось, чтобы глупой девчонке с кухни пришлось самой убираться в этой комнате с привидениями. Поэтому мне пришлось вернуться.
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
Это происходило… несколько раз. Я не могла долго оставаться там, не ощущая тревогу. Иногда всё становилось красным, и мне казалось, что я задыхаюсь. Всюду я слышала шёпот, хотя слов разобрать я не могла - я думала, что это призраки, заметившие меня и сообщавшие об этом друг другу. Я вспомнила, что Марджери говорила о крови на стенах, и что она пробыла в комнате только полчаса. Я не могла оторвать взгляд от проклятого гобелена с черепами. В итоге я решила… ну… г-н [УДАЛЕНО] всё равно никогда не заходил в эту комнату, а если в гобелене действительно обитают призраки мёртвых рабов, то я, по сути, оказывала ему услугу. Гобелен был не очень большой и не мог особо дорого стоить. Поэтому однажды ночью я…
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
Вы же не расскажете ему об этом?
Опрашивающий:
Очень маловероятно. Пожалуйста, продолжайте.
Дженис Эриксон:
Как я уже говорила, я понятия не имела, что во всём виноват этот дурацкий камень. Поэтому я сняла гобелен. И когда я сняла его, я увидела кровь на стене за ним, и вот тогда мне действительно стало страшно. Сначала я хотела просто засунуть его куда-нибудь подальше, но после того, как я увидела кровь, я просто взяла и сожгла эту проклятую вещь. После этого мне стало лучше. Но на всякий случай я в течение недели держалась подальше от атриума.
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
Когда я снова зашла туда, то, разумеется, снова услышала сердцебиение. Я просто взбесилась. Я убеждала себя, что это просто моё воображение, я чувствовала себя виноватой за то, что сожгла гобелен. И это чувство вины было сильнее… сильнее чем всё, что вы можете себе представить, даже в детстве, когда я случайно убила свою золотую рыбку, я не чувствовала себя такой виноватой. Я была не в себе, я продолжала убираться в комнате и при этом плакала.
[Опрашиваемая прерывается, пытаясь успокоиться]
Дженис Эриксон:
Затем я услышала крик где-то вдалеке, прекратила убираться и увидела кровь, медленно стекающую по стенам. Мои глаза были полны слёз, я попыталась протереть их, но после этого я увидела, что моя рука в крови. Затем я увидела… тела. Разлагающиеся трупы, в большинстве своём полузакрытые витринами. Там была мёртвая собака, почти полностью сгнившая и покрытая личинками, но всё ещё пытающаяся двигаться и выглядевшая так ужасно, что я даже не смогла закричать. Я попыталась убежать, действительно попыталась, но ноги меня не слушались. Тогда я попыталась позвать на помощь, но у меня ничего не вышло. Мне казалось, что я умираю. Это длилось… часы. Думаю, несколько раз я падала в обморок, а потом снова просыпалась. Через некоторое время я увидела этот труп, стоящий возле меня и смотрящий на стену. Затем он посмотрел на меня. Казалось, мне почти удалось закричать, я так старалась. Он не приближался ко мне, но продолжал смотреть. Он исчезал и снова появлялся где-то в комнате, но смотреть не переставал. Я видела и другие трупы, но они были на другой стороне комнаты и делали… не знаю. Скорее всего, что-то ужасное. Из стен не переставала течь кровь. Иногда мне казалось, что я покрыта кровью. Иногда кровь исчезала, а потом снова появлялась вместе с новыми трупами. Стук и крик откуда-то издалека не прекращались.
[Опрашиваемая некоторое время молчит]
Дженис Эриксон:
Спустя очень долгое время трупы вроде как исчезли, комната перестала казаться красной. Было такое чувство, что я наполовину проснулась. Я ощутила, что снова могу двигаться, и выбежала из комнаты как можно быстрее. Я провела там чуть больше двенадцати часов.
Опрашивающий:
Вы возвращались?
Дженис Эриксон:
Нет, никогда. На следующий день я пошла к Карле и сказала ей, что увольняюсь. Она тут же предложила мне удвоить мою и без того высокую зарплату. Она сказала, что я нравлюсь г-ну [УДАЛЕНО], нравлюсь за тихое поведение, и что он никого не наймёт в течение следующих нескольких недель. Я попыталась рассказать ей о комнате, она замолчала, потом сказала что-то об , и что она заглянет туда. Я отправилась домой и в первый раз за долгое время обняла свою дочь, потом начала думать о том, какую работу я могу получить в другом месте. Но деньги… всё было слишком хорошо. Я убеждала себя, что, должно быть, надышалась чем-то, возможно, это была остаточная реакция после сожжения гобелена. Поэтому… я вернулась. Я сказала Карле, что принимаю её предложение, если мне не придётся снова заходить в атриум. Она была не особо этому рада, но согласилась. И знаете что? Следующие два с половиной месяца всё было в порядке.
Опрашивающий:
А что случилось через два с половиной месяца?
Дженис Эриксон:
В конце своей смены, перед тем как ехать домой, я прилегла отдохнуть на кушетке на втором этаже. Полагаю, там было довольно удобно, и я уснула. Но из-за тревожного сна я проснулась и услышала шёпот. Знакомый шёпот, подобный тому, который я слышала в атриуме. Я не могла поверить в происходящее - мне показалось, что я ещё сплю. Затем снова начали кровоточить стены, и я снова не могла двинуться. А затем… они появились.
[Опрашиваемая молчит долгое время]
Опрашивающий:
Пожалуйста, продолжайте. Кто появился?
[Похоже, опрашиваемая пытается сдержать слёзы]
Дженис Эриксон:
Тот же труп. Смотрящий на меня. Он был вместе с моей сестрой. На ней не было ран, но что-то было с ней не в порядке. Я была уверена, что она мертва. А затем они начали говорить со мной.
Опрашивающий:
Что они сказали?
Дженис Эриксон:
Они сказали, что я приблизилась к другой стороне, что мне остался всего один шаг, после чего я узнаю всё. Моя сестра постоянно повторяла что-то вроде , . Затем у меня возникло чувство, что я сплю или галлюцинирую, они продолжали исчезать и снова появляться, говоря одно и то же. Потом всё тот же труп, который смотрел на меня, начал смеяться. Он говорил: . Затем я увидела его с Карлой, причём Карла выглядела полуразложившейся. Он снова начал говорить то же, что и раньше, что мне нужно сделать ещё один шаг, и я всё узнаю, он что-то обещал мне, но из-за стука, который становился всё громче и громче, я не могла понять, что именно. Карла ничего не говорила, она просто смотрела на меня. Она начала говорить что-то, когда комната начала становиться всё более и более красной. Я плохо читаю по губам, но, похоже, она пыталась сказать: . Я не-
Опрашивающий:
Стоп. Повторите последнюю фразу.
Дженис Эриксон:
Карла прошептала: .
Опрашивающий:
Вы знаете, что она имела в виду?
Дженис Эриксон:
Я понятия не имею, что это значит. А что?
Опрашивающий:
Неважно. Дальше.
Дженис Эриксон:
Хорошо. Как только я снова могла двигаться, я сразу же убралась из этого дома. Когда я вернулась к себе, мне было уже лучше, осталось только потрясение. Я позвонила сестре и сказала ей, что у меня был очень плохой сон. Я ожидала, что она уже мертва, но с ней всё было в полном порядке. А вот Карла… Я обнаружила, что Карла мертва. Мне сказали, что она умерла во сне, в своих комнатах в поместье [УДАЛЕНО]. Может, я видела не свою сестру, а Карлу? Может, оно убило её, может, она умерла, а оно забрало её… душу, полагаю, а потом пришло за мной. Я не знаю. Г-н [УДАЛЕНО] свалился с лестницы и следующую ночь провёл в больнице. Совпадение? Не знаю. Может, он сказал вам что-то, хотя уверена, что до этого он никому ничего не рассказывал. И… это всё. Правда. После всего случившегося пришли вы, ребята, поэтому остальное вы знаете лучше меня.
Опрашивающий:
Благодарю вас за потраченное время, г-жа Эриксон.
<Конец записи>
Заключение:
Опрашиваемой был введён амнезиак, после чего её отпустили.