Вафли

Будильник решил, что пора прокричать Клефу прямо в лицо, и сон разлетелся вдребезги. Клеф продрал глаза и стал шарить непослушной рукой, чтобы выключить звонок. Еще один день, снова вставать в пять утра, снова бороться с собой, чтобы заставить себя вылезти из уютной кровати.
– Заткнись, – проворчал он, все еще пытаясь найти кнопку отключения звонка. В конце концов, он ударил часы об пол. Они в последний раз бибикнули, вызвав довольное ворчание у своего владельца. И хотя человеку с разноцветными глазами было удобно в своей постели, он знал, что ему нужно вставать.
Сегодня был особенный день.
Сегодня был вафельный день и было совершенно невозможно снова пропустить свой любимый завтрак, никак нет.
Клеф медленно сел в своей кровати, потягиваясь и похрустывая спиной, и встал. По всей его комнате были разбросаны разные предметы одежды и бесполезные бумажки. Это было нормой, но он каждый раз чувствовал легкий укол вины за состояние своей комнаты.
Он вышел из комнаты на кухоньку,  и чувство вины быстро пропало. Настало время вафель, и не было смысла сейчас тяготиться разными вещами вроде беспорядка на полу. Даже если означенный беспорядок превращался в грандиозный срач…
Клеф открыл кухонный шкаф. Улыбка Чеширского кота расползлась на его лице при виде по меньшей мере пяти пачек вафель, лежащих на полке. Он вытащил одну пачку и открыл ее, уронив одну вафлю на пол.
– О-оп – быстро поднятое не считается упавшим, – промурлыкал он, медленно наклоняясь, чтобы подобрать упавшего вафельного приятеля и вытереть его о свою голубую пижаму.
Они отправились в тостер. Весь пакет из четырех вафель, включая одну упавшую. Клеф нажал маленький рычажок сбоку тостера, и он принялись готовиться. Он и не собирался куда-то уходить, пока они готовились. Ему был по душе запах, исходивший от тостера по мере того, как они прогревались.
Прошло немного времени и тостер издал кромкое "ЧПОК!". Клеф вздрогнул, но потом рассмеялся.
– Чертов глупый тостер, – пробормотал он, все еще до конца не проснувшись. Вафли были наконец-то готовы!
Он схватил тарелку из другого шкафчика и вытащил вафли из тостера, не обращая внимание на то, как они жгут пальцы.
Плюх!
Они отправились на тарелку, одна за одной, и взгромоздились друг на друга величавой вафельной горкой.
Старик бросился на диван. На кофейном столике поджидала бутылка кленового сиропа, которую он приготовил вчера вечером. Он схватил эту бутылку и залил сиропом все вафли.
Наконец, Клеф мог приступить к поеданию вафель. Начало хорошего, продуктивного дня, начинающегося с золотистых поджаристых вафелек. Он не заморачивался о ноже или вилке; большинство их были грязными и валялись в раковине (или на полу). Он просто брал покрытую сиропом вафельку рукой и уминал прямо так. Весь сироп, который капал на его пижаму, он быстро собирал кусочком вафли.
– Ну а потом, конечно, я пролил на пижаму слишком много сиропа, так что мне пришлось ме-е-е-е-едленно её снять…
O5-8 прервал его:
– Я с преогромным удовольствием послушал бы, как вы расписываете свои дряблые телеса так, словно это объект для эротических вожделений, но, думаю, нам стоит вернуться к делу. Я спрошу еще раз, и никаких сказок про "время вафель". Что вы делали с тех пор, как покинули Зону восьмого числа, шестьдесят с лишним часов назад?
Чувствуя, что его умение пудрить мозги может в этот раз не спасти, Клеф попробовал опять.
– Что ж, это невероятная история о чудесах и загадках, которую я называю: "Лорд Говенктон подвозит детишек до бассейна"…
Клеф дрогнул, когда губы его начальника многозначительно сжались.
– И почему значительная часть Атлантик-Сити, Нью-Джерси, включая казино, которое является местом последней зарегистрированной активности вашей кредитной карты, находится в огне?
Клеф глубоко сглотнул.
– Я могу поклясться, это некоторым косвенным образом связано с работой.
– Эта "работа" как-то связана с документом на вашем столе, подписанным "Мой гениальный игорный план"? – O5-8 предупредительно поднял руку, едва Клеф открыл рот. – Нет, хватит. Я вижу, что вы грубо нарушаете свои обязанности директора Зоны 66 и накладываю на вас следующие ограничения…
O5 замолк, когда Клеф извлек вафлю из кармана своего лабораторного халата. Наполовину съеденная, залитая высохшим сиропом вафля, была покрыта неведомо какой дрянью. Какая-то часть сиропа успела стечь и теперь плотно обосновалась в кармане. Клеф принялся жевать, и хруст разорвал паузу в их разговоре с O5.
Наконец, O5-8 заговорил снова:
– Следующие ограничения будут…
Он снова замолк, когда Клеф пристально посмотрел ему в глаза, медленно поедая засохшую вафлю. У O5-8 не было на это ни времени, ни терпения.
– Вон, – твердо сказал он, ущипнув себя за переносицу. – Просто выйди вон, Клеф.
Клеф осклабился, приоткрыв рот, все еще полный вафельных крошек, прилипших к его зубам. Он положил на стол O5-8 то, что осталось от вафли, словно некий прощальный подарок, и вышел из кабинета, слегка припрыгивая…
… и доставая еще одну вафлю из другого кармана.