Синдром молчаливых законов

В осколках стекла среди обломков разрушенного здания отражались низкие красные облака, из-за чего казалось, что повсюду всё ещё тлеют угли. Неподалёку лежала штатная рация Фонда, покрытая слоем жирной пыли, который объедала стайка небольших влажных организмов. Существа слабо светились, на манер аргоновой лампы, и чем-то походили на многоножек, но когда одна из них, отброшенная сородичами от кормушки, проползла там, где находился бы его ботинок, стала заметна её фрактальная форма, удлиняющаяся и деформирующаяся для имитации движения.
— Крайне не рекомендую снимать очки без необходимости. Особенно во время еды.
От лёгкого тычка проходящего мимо коллеги перфорационные очки сами упали на нос — багровые останки тотчас сменились серостью бетонного мозаичного пола, на котором между потертых сапог агента сейчас красовалась свежая алая клякса. Достав из куртки платок, он аккуратно вытер дорожку кровавой слезы, уже собравшейся на кончике носа в новую тяжелую каплю, и только потом поднял голову.
— Я слышал, что некоторых наших ловили сидящими вот так, капающими слюной перед стеной, с диким стояком. Ходит слух, что потом, глядя в зеркало, эти люди всегда смотрят в дуло табельного оружия.
Ранним утром двое агентов в одинаковых пластиковых чёрных очках были единственными посетителями общей столовой главного корпуса Зоны 3.
— Ты что, всё время так просидел? — Исав пододвинул к себе одну из чашек с остывшим кофе. — Картошка вон, совсем не тронута.
— Потому что она паршивая. Как и здешний кофе, кстати.
— Ты б хоть для разнообразия поел, чтоб через пару часов в машине не начинать снова жаловаться на протеиновые батончики.
— Что? Мы здесь уже закончили? — Константин едва ли скрывал своё раздражение. Он трясся более трёх суток в машине наедине с напарником, запивая кофеиновые таблетки теплой водой, когда наступала его очередь садиться за руль. Столовая стала его личным первостепенным пунктом назначения по прибытию в Зону 3 всего полчаса назад. Исав же пообещал присоединиться чуть позже и, в своей серой льняной рубашке, быстро затерялся в потоке похожих друг на друга офисных крыс.
Вместо ответа, невысокий мужчина поставил на стол пластиковый контейнер с зелёной наклейкой со штрихкодом. Коробочка без проблем поместилась бы в любом кармане форменной куртки оперативника, если бы она на нём была.
— Доставим обратно в седьмую да забудем про это лет на десять, — вслед за контейнером на столе появилась папка со всего двумя листами бумаги. — Нужно чтоб дело немного там запылилось.
— Одному тебе было с этим никак не справиться?
— Долго, и вдруг случилось бы что. Неправильно это, по одному на ответственные поручения выезжать.
— Зачем оно, — Константин кивнул тяжелым подбородком на маркированный объект, — в седьмой зоне, ты мне, конечно, не расскажешь.
— Сам посмотри, — увидев, что напарник открывает рот, наверняка чтоб ядовито вернуть замечание о снятии очков без необходимости, Исав устало уточнил. — Там недалеко, в диапазоне двадцати лет. Тебе даже больно не будет.
В коробочке оказалась обычная губная помада в чёрном футляре.
Константин поднял очки на лоб.
Он увидел, как множество женских рук, перепачканных густой красной субстанцией, срывают ногти о старую деревянную дверь.
Он увидел, как человек в защитном костюме маленьким пылесосом собирает желеобразную массу с фрагментами кожи, мышц и нитями длинных рыжих волос из глубокой ванны, в которой обнажаются кости. В очередной раз с начала своей службы он порадовался, что он не видит запахи.
Он увидел, как женщина средних лет с короткими темными волосами, прижимая к носу платок, табельным пистолетом подцепила и выудила, казалось бы, из ниоткуда окровавленную ключ-карту сотрудника Фонда второго уровня допуска.
Мотнув головой, Константин вернул очки на место. Его напарник тем временем закончил вычеркивать информацию на одном из листов документации по объекту, и сейчас задумчиво крутил в тонких пальцах маркер, вычитывая оставшиеся данные.
— Отвратительно. И совсем не отвечает на мой вопрос, зачем мы прём это в седьмую.
— У меня в куртке… — Исав на секунду замер, — …в машине досье одного из новеньких, с начала того месяца работает в организации. Наверное, надо было тебе сперва дать его хотя бы прочитать.
Константин лишь возмущённо фыркнул. Из всего  работать с этим человеком было тяжелее всего — несмотря на гладкое чистое лицо и густые волосы, Исав был одним из самых старых оперативников группы, и рядом с ним коллег раздражала не только иногда казавшаяся фальшивой рассеянность, но сам факт того, что со временем они станут такими же.
— В будущем этот объект поспособствует продвижению по службе одного из сотрудников.
Этот сотрудник проработает в Фонде много лет, прежде чем присоединится к Повстанцам Хаоса, которые, впрочем, быстро избавятся от него, — загорелые руки сложили второй лист сопроводительной документации и начали медитативно разрывать его на мелкие кусочки. — После захвата одной из их баз, Фонд найдет зашифрованные исследования, которые будут заархивированы и декодированы только после того, как до кого-то дойдёт перебором применить к ним айди переметнувшихся сотрудников.
Клочки бумаги агент ссыпал в недопитый кофе и сделал паузу. Было не ясно, избегает ли он так ответа на вопрос, или просто засмотрелся на то, как секретные данные тонут в чашке.
— На основе тех исследований будет разработан состав, который будет широко применяться нашей организацией.
— Когда?
— Не скоро. Далеко. Не знаю, — он пожал плечами. — У меня было слишком много дел, чтобы рискнуть слечь с ожогом мозга, проверив всё лично.
Перед дальней дорогой Константин решил всё-таки доесть холодный обед. Пока он жевал котлету, притихший Исав отколупывал ключом от машины наклейку с контейнера.
Всё ещё в тишине они спустились на стоянку — дрожащий от осеннего ветра невысокий мужчина трусцой побежал к белому , чтобы как можно быстрее закутаться в куртку.
— Что-то ты с утра совсем мрачный, — наконец нарушил молчание Исав, когда его напарник тоже подошел к машине. Он отогнул рукав на левой руке и непривычно развернул её — в отличие от многих, те часы, которые шли, у него были надеты циферблатом к себе. — Время удачное, давай я тебе кое-что покажу.
Исав снял очки, что заставило Константина вздрогнуть и отвести взгляд. Это была другая причина, по которой с ним не хотелось работать — близко посаженные глаза опытного оперативника выглядели не просто старыми, но по-настоящему древними. Широкий неподвижный зрачок был подернут жёлтой дымкой катаракты, а плотный узор сосудов на белках делал их красными, как у какого-нибудь вампира. У самых ресниц кожа была покрыта красно-коричневыми кератомами, пятна которых терялись в глубокой сетке морщин. Если бы не пульсирующие сосуды на краю тяжелых синеватых нижних век, его глаза можно было бы принять за мёртвые.
— У нас впереди долгая поездка.
— Это не займет много времени.
Константин тоже снял очки и посмотрел вперёд, ощущая неприятную щекотку глубоко в носу — верный признак того, что он смотрит гораздо дальше собственной продолжительности жизни. Там, где только что возвышались корпуса Зоны 3, теперь были лишь обломки, над вплавленными друг в друга под сумасшедшими углами остатками стен столбами высились прозрачные, светящиеся аргоном сложные фракталы.
— Окей, пустота и разруха, почти такие же, как в двадцать третьей и седьмой, — он подумал, что Исав или хочет преподать какой-то странный урок, или уничтожить его настроение на все время грядущей поездки. — Исчерпывающий ответ на невысказанный вопрос о том, почему не нужно без необходимости заглядывать так далеко. Спасибо за мудрость.
— Не туда смотришь.
Не успел он повернуться к напарнику за уточнениями, как прямо сквозь них пронеслись два бронированных грузовика — только шок от неожиданности и отсутствие звуков помешали Константину физически отпрыгнуть, рискуя попасть под машину в настоящем.
Грузовики, едва не опрокинувшись, остановились прямо у одной из фрактальных фигур, которая при их приближении задрожала и рассыпалась. Они были довольно далеко, но ничего не мешало агентам увидеть на боках машин, укрепленных не только листами железа, но и всяким мусором, знакомый знак в виде круга с тремя стрелами, криво нарисованный краской из баллончика. Из них по направлению к развалинам выбежали люди в герметичных костюмах, к спинам которых были присоединены длинные синеватые шланги, тянущиеся откуда-то из глубин кузова.
— Зачем они тут? — удивленно поинтересовался молодой агент, утирая начавшую капать из уголка глаза кровь.
— Они тут. Разве важно зачем?
Статья проверена модерацией
Другие статьи этого автора