Question: Есть Экстреми́зм в России?

Экстремизм

Экстреми́зм (от Latin: extremus — крайний, чрезмерный) — приверженность крайним взглядам, методам действий (обычно в политике)[1]. Экстремизму подвержены как отдельные люди, так и организации, преимущественно политические. Среди политических экстремистских действий можно отметить провокацию беспорядков[2], террористические акции, ведение партизанской войны. Наиболее радикально настроенные экстремисты часто отрицают в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения. Росту экстремизма обычно способствуют социально-экономические кризисы, резкое падение жизненного уровня основной массы населения, тоталитарные политические режимы с подавлением властями оппозиции, преследованием инакомыслия[2], внешней интервенцией. В таких ситуациях крайние меры могут стать для некоторых лиц и организаций единственной возможностью действенно повлиять на ситуацию, особенно если складывается революционная ситуация или государство охвачено длительной гражданской войной — в этих случаях можно говорить о «вынужденном экстремизме».
Проблема определения понятия

В разных странах и в разные времена было дано много разных юридических и научных определений понятию «экстремизм». Единого определения на сегодняшний день не существует. Доктор Питер Т. Коулман (English: Peter T.Coleman) и доктор Андреа Бартоли (English: Andrea Bartoli) в своей работе «Addressing Extremism»[3] дали краткий обзор предлагаемых определений этого понятия:

Экстремизм —  на самом деле сложное явление, несмотря на то, что его сложность часто бывает трудно увидеть и понять. Проще всего определить его как действия (а также убеждения, отношение к чему-то или кому-то, чувства, действия, стратегии) личности, далёкие от обычных общепринятых. В обстановке конфликта — демонстрация жёсткой формы разрешения конфликта. Однако обозначение видов деятельности, людей и групп как «экстремистских», а также определение того, что следует считать «обычным» или «общепринятым» — это всегда субъективный и политический вопрос. Таким образом, мы предполагаем, что в любой дискуссии на тему экстремизма затрагивается следующее:
Обычно одни экстремистские действия некоторыми людьми рассматриваются как справедливые и добродетельные (например, просоциальная «борьба за свободу»), а другие экстремистские действия — как несправедливые и аморальные (антисоциальный «терроризм»). Это зависит от ценностей, политических убеждений, нравственных ограничений оценивающего, а также от его отношений с деятелем.
Кроме того, у одного и того же человека моральная оценка одного и того же экстремистского действия (например, использования тактики партизанской войны Нельсоном Манделой против правительства ЮАР) может меняться в зависимости от условий — руководства, мнения мирового сообщества, кризисов, «сведения исторических счётов» и так далее. Таким образом, современный и исторический контекст, в котором совершается экстремистское действие, формирует наши взгляды на него
Различие сил также имеет значение при определении экстремизма. Во время конфликта действия членов более слабой группы часто выглядят более экстремальными, чем такие же действия членов более сильной группы, защищающей свой статус-кво. В дополнение на крайние меры скорее пойдут маргинальные люди и группы, которые рассматривают более нормативные формы разрешения конфликта как недоступные для них или относятся к ним с предубеждением. Однако доминирующие группы тоже зачастую прибегают к экстремальным действиям (например, санкционирование правительством насильственных действий военизированных формирований или нападение в Уэйко, осуществлённое ФБР в США).
Экстремистские действия часто связаны с насилием, хотя группы экстремистов могут различаться по предпочтению насильственной или ненасильственной тактики, допускаемому уровню насилия, предпочитаемым мишеням для своих насильственных действий (от инфраструктуры и военного персонала до мирных граждан и даже детей). Опять же более слабые группы скорее будут использовать и предпримут прямые и эпизодические формы насилия (например, подрывы террористов-смертников), тогда как доминантные группы склонны к более структурированным или институционализированным формам насилия (вроде тайного использования пыток или неформального разрешения зверств полиции).
Несмотря на то, что экстремисты и их группы (такие, как Хамас или Исламский Джихад) часто рассматриваются как связанное воедино и согласованное зло, важно понимать, что и внутри них могут быть конфликты и амбивалентное поведение членов групп. Так, например, отдельные члены Хамаса могут сильно отличаться по своей готовности вступить в переговоры с властями Палестины и, в конечном счёте, с определёнными фракциями в Израиле.
Наконец, основная проблема в том, что экстремизм, присутствующий в ситуациях затяжного конфликта — не самое жестокое, но самое заметное из действий сторон. Жёсткая и нетерпимая позиция экстремистов крайне сложно поддаётся изменениям.


Другой подход демонстрирует со-координатор Международного Движения по защите прав народов В. Д. Трофимов-Трофимов. Согласно его определению, экстремизм не связан только с политикой и распространяется на все виды человеческой деятельности:




“Экстремизм – это идеология допустимости использования крайних мер, экстремумов социального поведения, для получения желаемого эффекта[4].”
В рамках данной трактовки термина «экстремизм» в последние годы вошло в практику понятие «потребительский экстремизм» — стремление недобросовестных клиентов получить определенную выгоду и доход, манипулируя законодательством в корыстных целях.[5][6]
Международно-правовое определение
Резолюция Парламентской Ассамблеи Совета Европы, принятая в 2003 г., содержит следующее определение: «экстремизм представляет собой форму политической деятельности, явно или исподволь отрицающую принципы парламентской демократии и основанную на идеологии и практике нетерпимости, отчуждения, ксенофобии, антисемитизма и ультра-национализма»[7].
«Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» от 15 июня 2001 г. даёт следующее определение понятия «экстремизм» (п. 3 ч. 1 ст. 1[8]):




“экстремизм— какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством Сторон.”
Данную Шанхайскую конвенцию подписали[8]: Республика Казахстан, Китайская Народная Республика, Кыргызская Республика, Российская Федерация, Республика Таджикистан и Республика Узбекистан. В январе 2003 года она была ратифицирована[9] и с 29 марта того же года вступила в силу[10] в России.
Национальные юридические определения
Юридическое определение в России
В России юридическое определение того, какие действия считаются экстремистскими, содержится в статье 1 Федерального Закона № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности».[11]
В соответствии с поправками от 23 ноября 2015 года к экстремистской деятельности (экстремизму) относятся:
насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;
публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;
возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;
пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;
нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;
воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;
воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;
совершение преступлений по мотивам, указанным в пункте «е» части первой статьи Уголовного кодекса Российской Федерации;
пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо публичное демонстрирование атрибутики или символики экстремистских организаций;
публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;
публичное заведомо ложное обвинение лица, занимающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением;
организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;
финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путём предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг.[12]
В соответствии с поправкой, принятой в ноябре 2015 года, «Библия, Коран, Танах и Ганджур, их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами»[13].
Критика
Европейская комиссия по борьбе с расизмом и нетерпимостью (ЕКРН) отмечает расплывчатость формулировки понятия «экстремизм» в российском законодательстве. Комиссия неоднократно рекомендовала[14]: 
[…] пересмотреть определение экстремизма в федеральном законе о противодействии экстремистской деятельности для обеспечения того, чтобы оно распространялось лишь на серьёзные случаи, связанные с ненавистью и насилием […] чётко изложить те критерии, которые должны соблюдаться для того, чтобы объявить какой-либо материал экстремистским.
Юридическое определение в Белоруссии
В Белоруссии до апреля 2016 года понятие «экстремизм» отсутствовало в уголовном праве, хотя с 2007 года действует отдельный закон «О противодействии экстремизму» и разжигание национальной или религиозной розни преследовалось по статье 130 Уголовного кодекса. Белорусский закон «О противодействии экстремизму» максимально подробно определяет экстремизм (экстремистскую деятельность) как[15]:
«деятельность политических партий, других общественных объединений, религиозных и иных организаций (далее — организации) либо граждан Республики Беларусь, иностранных граждан или лиц без гражданства (далее, если не указано иное, — граждане) по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на насильственное изменение конституционного строя и (или) территориальной целостности Республики Беларусь, захват или удержание государственной власти неконституционным путем, создание незаконных вооруженных формирований, осуществление террористической деятельности, разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни, а также социальной розни, связанных с насилием или призывами к насилию, унижение национальной чести и достоинства, организацию и осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам расовой, национальной, религиозной вражды или розни, политической или идеологической вражды, а равно по мотивам вражды или розни в отношении какой-либо социальной группы, пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности, пропаганду и публичное демонстрирование, изготовление и распространение нацистской символики или атрибутики;»
«воспрепятствование законной деятельности государственных органов, в том числе Центральной комиссии Республики Беларусь по выборам и проведению республиканских референдумов, избирательных комиссий, комиссий по референдуму или комиссий по проведению голосования об отзыве депутата, а также законной деятельности должностных лиц указанных органов или комиссий, совершенное с применением насилия, угрозы его применения, обмана, подкупа, а равно применение насилия либо угроза насилием в отношении близких указанных лиц в целях воспрепятствования законной деятельности этих должностных лиц или принуждения к изменению характера такой деятельности либо из мести за выполнение ими служебных обязанностей; публичные призывы к указанным деятельности и действиям, их финансирование либо иное содействие в их осуществлении, в том числе путем предоставления недвижимого имущества, средств электросвязи, учебных, полиграфических, иных материально-технических средств или информационных услуг».
В апреле 2016 года в Белоруссии была введена ответственность за экстремизм (сразу в уголовном и административном порядке)[16]. Нововведения были следующие[16]:
В статью 130 Уголовного кодекса введена ответственность за разжигание социальной вражды и розни, караемая от штрафа до лишения свободы (до 5 лет);
Введена ответственность «за создание экстремистского формирования, за руководство им или его структурным подразделением» — ограничение свободы до 5 лет или лишение свободы от 3 до 7 лет (при повторном нарушении этой статьи — ограничение свободы на срок от 3 до 5 лет или лишение свободы на срок от 6 до 10 лет).
Введена ответственность за «финансирование деятельности экстремистского формирования» — ограничение свободы на срок до 5 лет или лишение свободы на срок от 3 до 6 лет.
Установлено, что от уголовной ответственности за создание экстремистского формирования, руководство им, а также за финансирование его деятельности освобождаются лица, сообщившие своевременно правоохранительным органам об его деятельности
Введена административная ответственность за распространение информационной продукции с призывами к экстремизму (в том числе за тиражирование материалов, не включенных в экстремистский список).
Новые нормы стали применяться. В декабре 2016 года был задержан и взят под стражу корреспондент российского информационного агентства «Regnum», которому вменили в том числе возбуждение «социальной вражды» (ч. 1 ст. 130 Уголовного кодекса Республики Беларусь)[17].
Юридические определения в США
В отличие от таких юрисдикций как Российская Федерация или ЕС, в США высказывание экстремистских взглядов защищено первой поправкой к конституции, и преступлениями считаются только конкретные действия в случаях, когда они подпадают под соответствующие определения в законодательстве. Термин «экстремизм» не является широко распространённым в юридической практике. Подобные преступления в некоторых штатах США часто квалифицируются как «преступления на почве ненависти». Это специальная юридическая квалификация особого рода преступлений против личности, совершаемых под влиянием ненависти к лицам иной расы или национальности, вероисповедания, этнического происхождения, политических убеждений, пола и сексуальной ориентации, инвалидам[18]. Такая дополнительная квалификация, отягчающая вину и ужесточающая наказание, существует в некоторых штатах США, в ряде стран Западной и Центральной Европы, но отсутствует в других штатах и государствах
[19].
Основные принципы противодействия экстремистской деятельности
Противодействие экстремистской деятельности основывается на следующих принципах:
признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина, законных интересов организаций;
законность;
гласность;
приоритет обеспечения безопасности Российской Федерации;
приоритет мер, направленных на предупреждение экстремистской деятельности;
сотрудничество государства с общественными и религиозными объединениями, иными организациями, гражданами в противодействии экстремистской деятельности;
неотвратимость наказания за осуществление экстремистской деятельности.
Основные направления противодействия экстремистской деятельности
Противодействие экстремистской деятельности осуществляется по следующим основным направлениям:
принятие профилактических мер, направленных на предупреждение экстремистской деятельности, в том числе на выявление и последующее устранение причин и условий, способствующих осуществлению экстремистской деятельности;
выявление, предупреждение и пресечение экстремистской деятельности общественных и религиозных объединений, иных организаций, физических лиц.
Субъекты противодействия экстремистской деятельности
Федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления участвуют в противодействии экстремистской деятельности в пределах своей компетенции.
В Российской Федерации вопросы противодействия экстремистской деятельности относятся к компетенции ФСБ России, Росгвардии, Главного управления по противодействию экстремизму МВД России[20].
Профилактика экстремистской деятельности
В целях противодействия экстремистской деятельности федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления в пределах своей компетенции в приоритетном порядке осуществляют профилактические, в том числе воспитательные, пропагандистские меры, направленные на предупреждение экстремистской деятельности.
Ответственность должностных лиц, государственных и муниципальных служащих за осуществление ими экстремистской деятельности
Высказывания должностного лица, а также иного лица, состоящего на государственной или муниципальной службе, о необходимости, допустимости, возможности или желательности осуществления экстремистской деятельности, сделанные публично, либо при исполнении должностных обязанностей, либо с указанием занимаемой должности, а равно непринятие должностным лицом в соответствии с его компетенцией мер по пресечению экстремистской деятельности влечет за собой установленную законодательством Российской Федерации ответственность.
Соответствующие государственные органы и вышестоящие должностные лица обязаны незамедлительно принять необходимые меры по привлечению к ответственности лиц, допустивших действия, указанные в части первой настоящей статьи.
Ответственность за осуществление экстремистской деятельности
За осуществление экстремистской деятельности граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства несут уголовную, административную и гражданско-правовую ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке.
В целях обеспечения государственной и общественной безопасности по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом, лицу, участвовавшему в осуществлении экстремистской деятельности, по решению суда может быть ограничен доступ к государственной и муниципальной службе, военной службе по контракту и службе в правоохранительных органах, а также к работе в образовательных учреждениях и занятию частной детективной и охранной деятельностью.
В случае, если руководитель или член руководящего органа общественного или религиозного объединения либо иной организации делает публичное заявление, призывающее к осуществлению экстремистской деятельности, без указания на то, что это его личное мнение, а равно в случае вступления в законную силу в отношении такого лица приговора суда за преступление экстремистской направленности соответствующие общественное или религиозное объединение либо иная организация обязаны в течение пяти дней со дня, когда указанное заявление было сделано, публично заявить о своем несогласии с высказываниями или действиями такого лица. Если соответствующие общественное или религиозное объединение либо иная организация такого публичного заявления не сделает, это может рассматриваться как факт, свидетельствующий о наличии в их деятельности признаков экстремизма.
Международное сотрудничество в области борьбы с экстремизмом
На территории Российской Федерации запрещается деятельность общественных и религиозных объединений, иных некоммерческих организаций иностранных государств и их структурных подразделений, деятельность которых признана экстремистской в соответствии с международно — правовыми актами и федеральным законодательством.
Запрет деятельности иностранной некоммерческой неправительственной организации влечет за собой:
а) аннулирование государственной аккредитации и регистрации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации;
б) запрет пребывания на территории Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства в качестве представителей данной организации;
в) запрет на ведение любой хозяйственной и иной деятельности на территории Российской Федерации;
г) запрет публикации в средствах массовой информации любых материалов от имени запрещенной организации;
д) запрет распространения на территории Российской Федерации материалов запрещенной организации, а равно иной информационной продукции, содержащей материалы данной организации;
е) запрет на проведение любых массовых акций и публичных мероприятий, а равно участие в массовых акциях и публичных мероприятиях в качестве представителя запрещенной организации (или её официальных представителей);
ж) запрет на создание её организаций — правопреемников в любой организационно — правовой форме.
После вступления в силу решения суда о запрете деятельности иностранной некоммерческой неправительственной организации уполномоченный государственный орган Российской Федерации обязан в десятидневный срок уведомить дипломатическое представительство или консульское учреждение соответствующего иностранного государства в Российской Федерации о запрете деятельности на территории Российской Федерации данной организации, причинах запрета, а также о последствиях, связанных с запретом.
Российская Федерация в соответствии с международными договорами Российской Федерации сотрудничает в области борьбы с экстремизмом с иностранными государствами, их правоохранительными органами и специальными службами, а также с международными организациями, осуществляющими борьбу с экстремизмом.
Профилактика подросткового и молодёжного экстремизма
В России многие школы и вузы, органы управления образованием разрабатывают специальные планы профилактики экстремизма, создают рабочие группы, проводят разнообразные профилактические мероприятия.
В принятой городским парламентом Калуги в 2006 году целевой программе «Профилактика беспризорности, безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних на 2007—2009 годы» в частности содержались меры, призванные развить в подростках неприятие нацистской атрибутики и участия в несанкционированных собраниях[21].
Вопросам профилактики подросткового и молодёжного экстремизма посвящены ряд публикаций.[22][23][24][25][26]
Уголовное преследование за экстремизм в России
В России статьи Уголовного кодекса, предусматривающие ответственность за экстремизм, применяются очень широко (чаще всего по части 1 статьи 282 УК РФ). В 2013—2015 годах число осужденных по этим статьям увеличилось более, чем вдвое.
Численность осужденных в РФ за экстремистскую деятельность
Данные по числу осужденных по экстремистским статьям всеми судами России по годам следующие (суммарное число осужденных по статьям 282, 282.1 и 282.3 УК РФ):
2013 год — 227 осужденных по основной квалификации, еще 48 осужденных эта квалификация была вменена в дополнение к другому преступлению[27]
2014 год — 307 осужденных по основной квалификации, еще 40 осужденным эта квалификация вменена в дополнение к другому преступлению[28]
2015 год — 414 осужденных по основной квалификации, еще 110 осужденным эта квалификация вменена в дополнение к другому преступлению[28]. При оценке этих данных следует учесть, что в 2015 году в России была полномасштабная амнистия, по которой были прекращены уголовные дела в отношении целого ряда обвиненных в экстремизме. По данным судебного департамента, в 2015 году были по статьям 282—282.3 были прекращены по нереабилитирующему основанию (в том числе по амнистии) уголовные дела в отношении 107 лиц (по основной квалификации) и 16 человек по дополнительной квалификации[28].
Осужденных за преступления на почве ненависти в России скорее всего больше, так как ряд статей Уголовного кодекса РФ предусматривает отдельную ответственность за совершение преступления по мотивам ненависти — например, по части 2 статьи 116 УК РФ квалифицируются побои как из хулиганских побуждений, так и нанесенные по мотивам ненависти. Однако Судебный департамент при Верховном суде Российской Федерации не выделяет в своих статистических отчетах по каким преступлениям мотив ненависти был вменен.
Социально-демографические характеристики осужденных за экстремизм
Социально-демографический состав осужденных за экстремистские преступления можно определить достаточно точно. Судебный департамент при Верховном суде РФ не дает за 2013 год отдельной характеристики по каждой «экстремистской» статье, а дает общую характеристику по осужденным по статьям 275—284 УК РФ. Из 309 осужденных в 2013 году по статьям 275—285 УК РФ (осужденные по основной статье), подавляющее большинство (227 осужденных по основной статье) были приговорены за экстремистские преступления. Поэтому вряд ли социально-демографический состав осужденных по статьям 275—284 УК РФ сильно отличается от социально-демографического состава осужденных по статьям 282—282.2 УК РФ. Основные социально-демографические характеристики осужденных по 274—285 статьям УК РФ и обстоятельства совершения преступления следующие (на 2013 год)[27]:
Очень высокий уровень образования. Из 309 осужденных по этим статьям, 96 человек (31 %) имели высшее или неполное высшее образование. Для сравнения — среди осужденных в 2013 году по всем статьям УК РФ высшее образование имели только 8 %.
Преобладание мужчин. Из 309 осужденных по этим статьям было только 16 женщин (5 %). При этом среди осужденных по всем статьям УК РФ женщин было почти втрое больше — 15 %.
Низкая доля иностранцев. Из 309 осужденных только четверо не имели российского гражданства.
Более половины осужденных (181 из 309) совершили преступление в столицах субъектов РФ
Почти все осужденные (308 из 309) совершили преступление в трезвом виде.
Большинство осужденных (249 человек — 80 %) не имело судимости (в том числе погашенной) на момент совершения преступления. В целом же среди осужденных по всем статьям УК РФ ранее судимые (в том числе с погашенной судимостью) составляли в 2013 году 45 %.
Размеры и виды наказаний за экстремизм
О реальных размерах и видах, назначаемых судами наказаний по статье 282 УК РФ можно судить по статистике Судебного департамента при Верховном суде РФ за 2014 год. Основными видами реально назначаемого наказания являются исправительные и общественные работы. Из 267 осужденных по этой статье, лишение свободы (реальное) было назначено только 13 лицам, 27 осужденных получили условные сроки, 49 — штрафы, 97 — обязательные работы, 60 — исправительные работы[28].
Другие ограничения
Кроме того, лицо, которое обвиняется в экстремистском преступлении (или осуждено за его совершения) включается в специальный список Росфинмониторинга[29]. Это означает, что у данного лица блокируются все банковские счета (в том числе электронные)[29]. Такое лицо также не имеет права оформить доверенность у нотариуса или вступить в наследство[29]. Блокировка счетов осужденного за экстремистское преступление в России формально не считается уголовным наказанием[29]. С заблокированных счетов осужденный вправе снимать не более 10 тыс. рублей в месяц на себя и неработающего члена семьи[29]. При этом каждый раз для снятия денег необходимо писать заявление, которое потом банк согласует с Росфинмониторингом (процедура занимает, по словам одного из осужденных, два дня)[29]. С заблокированного счета также разрешается оплачивать кредиты (если они взяты до включения в список) и налоги[29]. Формально возможности выйти из списка Росфинмониторинга нельзя[29]. Однако известен случай, когда осужденный за экстремистское преступление добился своего исключения из списка после того, как был амнистирован[29].
Критика государственной политики России в сфере борьбы с экстремизмом
По мнению ряда журналистов, в России начала XXI века термин «экстремизм» приобрёл однозначно отрицательный смысл и главным образом используется в государственных СМИ с целью:
создания негативного имиджа и уголовного преследования общественных активистов[30][31][32][33][34], членов оппозиционных движений[35], независимых журналистов[36][37];
создания негативного имиджа националистических и/или религиозных движений и организаций, дискредитации их позиций и взглядов и легитимации их запрещения.
Известны случаи возбуждения уголовных дел по статье 282 УК РФ за высказывания в интернете (в частности, за оскорбления сотрудников правоохранительных органов — полицейских, которых признают «социальной группой»)[38][39].
В январе 2010 года житель Костромы Роман Замураев, обвинявшийся по ч. 1 ст. 282 УК РФ в связи с распространением в Интернете признанной экстремистской листовки «Ты избрал — тебе судить!» (материал газеты «Дуэль»), обратился в Конституционный Суд РФ с заявлением, в котором указал, что «норма уголовного закона о преследовании за разжигание вражды по признаку принадлежности к „социальной группе“ противоречит Конституции РФ и общепризнанным нормам по правам человека, поскольку носит абсолютно неконкретный характер и создаёт условия для неконституционного ограничения свободы слова и идеологического плюрализма»[40]. Однако 22 апреля 2010 г. Конституционный Суд РФ своим Определением № 564-О-О отказал в рассмотрении жалобы Замураева, указав что «норма направлена на охрану общественных отношений, гарантирующих признание и уважение достоинства личности независимо от каких-либо физических или социальных признаков, и устанавливает уголовную ответственность не за любые действия, а только за те, которые совершаются с прямым умыслом, направленным на возбуждение ненависти или вражды, унижение достоинства человека или группы лиц, в связи с чем неопределенности не содержит и сама по себе не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявителя»[41].
9 июня 2011 года в ходе обсуждения проекта постановления пленума Верховного суда РФ по уголовным делам об экстремизме докладчик, судья Верховного суда Владимир Давыдов выразил обеспокоенность и тем, что в законодательстве не прописано определение спорного понятия «социальная группа», предположил, что вводя подобный термин, «законодатель хотел оттенить слабые, незащищенные группы, но сделал это крайне неудачно». Было заявлено, что Верховный суд планирует в ожидании помощи от законодательной власти рекомендовать судам трактовать «социальные группы» ограничительно, а не расширительно — то есть, нарушения могут в быть в отношении «социально слабых групп» — пенсионеров, инвалидов, сирот[42]. Однако в принятом постановлении термин «социальная группа» не был истолкован таким образом. Тем не менее, было указано, что критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений сама по себе не должна рассматриваться во всех случаях как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц, поскольку в отношении указанных лиц пределы допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц[43].
Данное Постановление «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» было принято 28 июня 2011 г.[44] и опубликовано в «Российской газете» 4 июля[45].
14 февраля 2012 года Европейский парламент одобрил текст резолюции по политической ситуации в России, в которой в 14 пункте констатировал, что Европарламент «выражает глубокую обеспокоенность в отношении неправомерного использования антиэкстремистского законодательства, касающегося незаконной реализации уголовного права против гражданских общественных организаций, таких как „Мемориал“, и религиозных меньшинств, таких как свидетели Иеговы и „Фалунь Дафа“ и неуместного запрета их материалов в качестве экстремистских»[46].
В письме от 19 декабря 2011 года председатель Мониторингового комитета Парламентской Ассамблеи запросил мнение Венецианской комиссии относительно Федерального Закона Российской Федерации «О противодействии экстремистской деятельности». На основании данного запроса, на 91-й пленарной сессии (Венеция, 15-16 июня 2012 года) «Европейская комиссия за демократию через право» (Венецианская комиссия) вынесла мнение по поводу российского Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». С точки зрения Венецианской комиссии:
Закон об экстремизме, вследствие широкого и неточного словоупотребления, в особенности в «основных понятиях», определяемых в Законе, таких как определение «экстремизма», «экстремистской деятельности», «экстремистских организаций» или «экстремистских материалов», — предоставляет слишком широкое усмотрение в своём толковании и применении, что ведёт к произволу.
Конкретные инструменты, предусмотренные Законом для противодействия экстремизму рождают вопросы, касающиеся свободы объединений и свободы выражения мнения, которые гарантируются ЕКЗПЧ, и требуют внесения адекватных поправок.
Как таковой Закон об экстремизме может способствовать наложению несоразмерных ограничений на основные права и свободы, которые гарантируются Европейской конвенцией о защите прав человека (в особенности Статьями 6, 9, 10 и 11), и нарушению принципов законности, необходимости и соразмерности.
В свете вышеизложенных комментариев, Венецианская комиссия рекомендует исправить этот существенный недостаток в отношении определений и инструментов, предоставляемых Законом, чтобы привести их в соответствие с Европейской конвенцией о защите прав человека[47][48].
Саентологами
В конце 2011 года религиозное объединение «Саентологическая церковь Москвы» направила обращение под названием «Анализ, критика и предложения в отношении Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ „О противодействии экстремистской деятельности“»[49][50] законодателям и некоторым региональным судам Российской Федерации. В ответ было получено множество писем поддержки[49].
Ранее юристы Церкви саентологии добились исключения 29 наименований работ основателя саентологии Л. Рона Хаббарда из списка экстремистской литературы Министерства юстиции РФ[51] Кроме того, в связи с поступившим во Владимирский областной суд письмом директора по официальным вопросам религиозного объединения «Саентологическая церковь Москвы» от 01.11.2011 года, данным судом было издано «Обобщение судебной практики рассмотрения гражданских дел, связанных с применением Федерального закона от 25 июля 2002 г.№ 114-ФЗ „О противодействии экстремистской деятельности“, за 2010—2011 года»[49].
В ноябре 2012 года в независимом научно-популярном журнале «Право и жизнь», № 11 вышла статья адвоката Церкви саентологии Ю. Л. Ершова «Реванш мракобесия. Антиэкстремистское законодательство наносит очередной удар»[52], в которой он высказал мнение о грубых нарушениях (подлог доказательств, фальсификация и т. п.), допущенных судом и прокуратурой в ходе судебного процесса по признанию ряда книг авторства Л. Рона Хаббарда экстремистскими. Ершов считает, что экспертиза по «экстремистским делам» зачастую основана на принципе «бумага стерпит все». Также в своей статье в «Новой адвокатской газете» сравнил современную кампанию по борьбе с экстремизмом с лысенковщиной нашего времени.[53]
Судья АНО «Третейский энергетический суд» (учредитель ОАО "Татэнерго"), член Ассоциации по улучшению жизни и образования, начальник юридического управления ОАО
«Нижнекамскнефтехим»,  соучредитель и член «Саентологической церкви г. Нижнекамска» А. Р. Султанов в статье « Рассмотрение дел об ограничении свободы распространения мнений и убеждений и запрете литературы в особом производстве — возвращение упрощённых недемократических карательных практик?» в журнале «Адвокат» рассмотрел некоторые проблемы, возникшие с появлением такой новой процессуальной категории, как дела о признании информационных материалов экстремистскими. По мнению автора, «одной из ошибок является движение судебной практики к рассмотрению таких дел в процедуре особого производства». К этому выводу он приходит на основе исторического анализа данного процессуального института и соответствия рассмотрения дел в процедуре особого производства европейским стандартам.[54].
См. также

Радикализм
Разжигание межнациональной розни
Религиозно-политический экстремизм
Религиозный экстремизм
Список экстремистских организаций, публикуемый Министерством юстиции России
Федеральный список экстремистских материалов
Фанатизм
Язык вражды
Примечания

Литература
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)

horizontal tab character in |title= at position 45 (help)CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)

CS1 maint: Date and year (link)

Карпов, К. Н. "Механизм регулирования подачи информации об экстремизме в СМИ" - 2004, Васкелово, Ленинградская область.
Кочои С. М. Терроризм и экстремизм: уголовно-правовая характеристика [Текст] / С. М. Кочои. - М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2005. - 176 с. - ISBN 5-98032-875-0.
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)
CS1 maint: Date and year (link)

Ссылки

Unknown parameter |datepublished= ignored (help)
Unknown parameter |datepublished= ignored (help)


Unknown parameter |description= ignored (help)
Unknown parameter |datepublished= ignored (help)
Unknown parameter |datepublished= ignored (help)
Unknown parameter |datepublished= ignored (help)
Unknown parameter |datepublished= ignored (help)
Unknown parameter |datepublished= ignored (help)

Unknown parameter |datepublished= ignored (help)
Ершов Ю. Л.  // «Право и жизнь». — №11. — ноябрь 2012 г.
Ершов Ю. Л. 




 Венецианской комиссии о ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», 2012‹See Tfd›(in English)
 Венецианской комиссии о ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», 2012