Question: Когда началась дипломатическая деятельность Ива́на Ильи́ча Заха́рова?

Хронология событий сентября — октября 1993 года в Москве

События конца сентября — начала октября 1993 года в Москве вошли в новейшую историю России как острейший внутриполитический конфликт, кульминация конституционного кризиса, развивавшегося с декабря 1992 года. Результатом противостояния стало упразднение существовавшей в России с 1917 года советской модели власти[1].
Кризис явился следствием противостояния двух политических сил: с одной стороны — президента Российской Федерации Бориса Ельцина, правительства, возглавляемого Виктором Черномырдиным, части народных депутатов и членов Верховного Совета — сторонников президента, а с другой стороны — противников социально-экономической политики президента и правительства: вице-президента Александра Руцкого и основной части народных депутатов и членов Верховного Совета Российской Федерации во главе с Русланом Хасбулатовым, большинство в котором составлял блок «Российское единство»[2], объединивший представителей КПРФ, фракций «Отчизна» (радикальные коммунисты, отставные военные и депутаты социалистической ориентации[3][4]), «Аграрный союз» и депутатской группы «Россия».
Хронология событий

21 сентября, вторник
Руководство Верховного Совета заранее получило информацию из своих источников о том, что вечером президент Борис Ельцин намерен выступить с телеобращением, в котором заявит о роспуске Верховного Совета[5].
10:00 — Председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов на встрече со своим первым заместителем Юрием Ворониным распорядился срочно вызвать всех депутатов в Белый дом к 17:30 для возможного созыва экстренного заседания[6].
11:00-13:30 — Хасбулатов поочерёдно провёл встречи с председателем Конституционного суда Валерием Зорькиным, вице-президентом Александром Руцким, начальником Аналитического центра Верховного Совета Владиславом Ачаловым и своими советниками, консультируясь с ними по вопросу о реакции Верховного Совета на возможное введение президентского правления[6].
14:00-15:30 — По неофициальной информации, Хасбулатов встретился с начальником Генштаба генерал-полковником М. П. Колесниковым и обсудил с ним политические настроения в российском военном командовании[6][7]
В 17:30 на экстренном заседании Президиума Верховного Совета Хасбулатов заявил, что в стране сложилась критическая ситуация, и предупредил народных депутатов о том, что «возможны любые события». Он призвал всех парламентариев быть в ближайшее время начеку, связаться со своими избирателями и в случае необходимости «встать на пути антиконституционного переворота»[5].
В 19:30 начальник Главного управления внутренних дел города Москвы генерал-майор милиции В. И. Панкратов собрал руководящий состав своего управления[8].
Примерно в это же время первый заместитель председателя Совета Министров Егор Гайдар провёл совещание с членами правительства Владимиром Шумейко, Сергеем Шахраем, Анатолием Чубайсом, Андреем Козыревым и Юрием Яровым, на котором был разработан план первоочередных действий по реализации Указа № 1400, включавший перекрытие канала прямого выхода Верховного Совета в телеэфир, установление блокады Дома Советов России и подавление любых проявлений неповиновения в органах исполнительной власти субъектов Российской Федерации. План был в целом одобрен председателем Совета Министров Виктором Черномырдиным[1].
В 19:55 текст Указа № 1400 был получен Президиумом Верховного Совета[1].

В 20:00 президент Российской Федерации Борис Ельцин выступил по телевидению с обращением к гражданам России, сообщив, что издал указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», которым предписывал Съезду народных депутатов и Верховному Совету Российской Федерации прекратить свою деятельность[5]. Указом вводилось в действие Положение «О выборах депутатов Государственной Думы» и назначалось проведение 11-12 декабря 1993 года выборов в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации.
Перед трансляцией по телевидению обращения Бориса Ельцина текст Указа № 1400 был передан послу США Томасу Пикерингу. Получив его, Пикеринг немедленно поставил в известность президента США Билла Клинтона, который сразу позвонил Ельцину и выразил свою поддержку его действиям. В тот же день Клинтон публично заявил о своей поддержке действий Ельцина[1].
Прослушав телеобращение Ельцина, начальник ГУВД Москвы генерал-майор милиции Панкратов заявил, что «бардак в стране затянулся и пора наводить порядок», поэтому он самым решительным образом одобряет решение Ельцина и будет делать всё для претворения в жизнь Указа № 1400. Панкратов потребовал, чтобы присутствовавшие руководители выразили своё отношение к Указу № 1400 и объявили, будут ли они выполнять приказы Ельцина. Большинство присутствовавших заявили, что его приказы выполнять будут. Некоторые выразили одобрение действиям Ельцина. Был объявлен переход на усиленный вариант несения службы, установлено круглосуточное дежурство руководителей. Был образован штаб, которому было поручено подготовить план мероприятий по реализации Указа № 1400[1].

В 20:15 Президиум Верховного Совета Российской Федерации принял постановление № 5779-I «О немедленном прекращении полномочий Президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина», в котором постановил на основании статей 1216 и 12111 Конституции считать полномочия президента Б. Н. Ельцина прекращёнными с момента подписания Указа № 1400 и признать, что вице-президент А. В. Руцкой приступил к исполнению полномочий президента с момента подписания этого указа. Президиум постановил, что Указ № 1400 в соответствии с частью второй статьи 1218 Конституции не подлежит исполнению. Этим же постановлением 22 сентября созывалась внеочередная сессия Верховного Совета с повесткой дня «О государственном перевороте в Российской Федерации».
Ст. 1216 действовавшей Конституции Российской Федерации гласила:

Полномочия Президента Российской Федерации не могут быть использованы для изменения национально-государственного устройства Российской Федерации, роспуска либо приостановления деятельности любых законно избранных органов государственной власти, в противном случае они прекращаются немедленно.

На заседании Президиума было принято решение об организации обороны Дома Советов и создании Штаба обороны, а также были приняты Обращения «К народам России, Содружества Независимых государств, мирового сообщества», к народным депутатам Советов всех уровней, военнослужащим Российской Армии, сотрудникам Министерства безопасности и Министерства внутренних дел, всем гражданам России с призывом «пресечь государственный переворот, спровоцированный Б. Н. Ельциным и его окружением»[9].
Присутствовавший на заседании Президиума вице-президент Александр Руцкой заявил, что принимает на себя исполнение полномочий президента. Присутствовавший на том же заседании председатель Конституционного суда Валерий Зорькин согласился, что президент Ельцин нарушил Конституцию и должен быть отрешён от должности. Зорькин обещал поддержать позицию Верховного Совета на назначенном на ближайшие часы экстренном заседании Конституционного суда. Распоряжением Хасбулатова руководителем организации обороны Дома Советов был назначен народный депутат Российской Федерации генерал-полковник Владислав Ачалов[1].
Обращение президента Ельцина к народу России и ответные действия парламента и вице-президента Руцкого создали в стране ситуацию политического двоевластия[10]
В 20:45 у здания Верховного Совета — Белого дома — начали собираться люди. Стихийно образовался митинг, среди участников которого были представители различных организаций и общественных объединений (в том числе «Союза офицеров», Союза социально-правовой защиты военнослужащих, военнообязанных и членов их семей «Щит», ряда организаций национально-патриотической, коммунистической и социалистической направленности, призвавших своих сторонников защитить парламент от возможной агрессии). Российский общенародный союз выступил с заявлением, в котором действия Бориса Ельцина были охарактеризованы как антиконституционный переворот. Политсовет Фронта национального спасения призвал «организовывать акции гражданского неповиновения президенту и его окружению, блокировать пропрезидентские структуры, милицейские и воинские формирования, если они будут выполнять незаконные распоряжения своего начальства; провести массовые митинги и демонстрации протеста против государственного переворота; начать политические забастовки на предприятиях и в учреждениях». Комитет защиты Конституции и конституционного строя и «Союз офицеров» выпустили совместное заявление, где, в частности, говорилось: «Своим указом от 21 сентября президент России Борис Ельцин поставил себя вне закона, фактически совершив государственный переворот». Авторы заявления призвали начать всеобщую политическую забастовку «до полного отрешения бывшего президента Б. Ельцина и других соучастников государственного переворота от власти». Заместитель председателя ФНПР Владимир Кузьменок, комментируя указ № 1400, заявил журналистам: «Позиция руководства Федерации независимых профсоюзов России однозначна — это попытка государственного переворота»[5].
В поддержку Ельцина высказались руководители Демократического союза Валерия Новодворская и исполнительный директор Всероссийской ассоциации приватизируемых и частных предприятий Алексей Головков[5].
Примерно в 21:00 на совещании народных депутатов в зале Совета Национальностей Верховного Совета Хасбулатов обратился к Советам всех уровней с требованием немедленного созыва сессий с целью дать оценку перевороту, потребовать восстановления конституционного порядка и поддержать на всех территориях законную власть.
В это же время министр связи В. Б. Булгак провёл заседание членов коллегии министерства связи, на котором было принято решение о поддержке Указа № 1400 и об ограничении связи Дома Советов. Первым шагом стало отключение автоматической междугородной связи[1].
Тогда же Административный совет ВГТРК по инициативе генерального директора компании Анатолия Лысенко принял заявление о безоговорочной поддержке действий Бориса Ельцина[1].
Примерно в 22:00 военнослужащими внутренних войск было оцеплено здание мэрии Москвы на Новом Арбате (бывшее здание СЭВ), развёрнута радиостанция. Силами московского ГАИ и ОМОНа был блокирован гараж Верховного Совета на Звенигородском шоссе[5].
В Парламентском центре на Цветном бульваре были отключены телефоны, а само здание было блокировано снаружи сотрудниками ОМОН[1].
Собравшиеся у здания Верховного Совета граждане, по примеру событий 19-21 августа 1991 года, начали возводить вокруг здания баррикады[1].
В 22:10 Руслан Хасбулатов поручил руководителю Департамента охраны Верховного Совета Александру Бовту усилить караулы Дома Советов[1].
В это же время началось экстренное заседание Конституционного суда, на повестку дня которого было вынесено обсуждение Указа № 1400 и Обращения президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина к гражданам России. В принятом Заключении от 21 сентября 1993 года Указ № 1400 и Обращение к гражданам России были признаны не соответствующими положениям ряда статей действовавшей Конституции Российской Федерации — России и служащими основанием для отрешения президента Ельцина от должности или приведения в действие иных специальных механизмов его ответственности в порядке статей 12110 или 1216 Конституции[1].
22 сентября, среда
Верховный Совет. Александр Руцкой
В полночь открылась VII (экстренная) сессия Верховного Совета[11].
В 00:17 Верховный Совет принял постановления о прекращении полномочий президента Ельцина с 20:00 21 сентября 1993 года «в связи с грубейшим нарушением … Конституции …, выразившимся в издании им Указа … № 1400 „О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации“, приостанавливающего деятельность законно избранных органов государственной власти»[12], и об исполнении этих полномочий вице-президентом Руцким[7][11][13].
С 00:25 22 сентября Руцкой вступил в исполнение обязанностей президента России[14] и отменил указ Ельцина как антиконституционный[15].
Руслан Хасбулатов издал распоряжение, которым обязал Центральный банк России «прекратить финансирование органов исполнительной власти без решения ВС РФ»[11].
Верховный Совет принял также постановление о незамедлительном созыве X чрезвычайного (внеочередного) Съезда народных депутатов с повесткой дня «О политическом положении в Российской Федерации в связи с совершённым государственным переворотом»[16]. По утверждению Хасбулатова, открытие съезда впоследствии затянулось, поскольку некоторые местные органы исполнительной власти, выполняя распоряжение из Москвы, предприняли попытку сорвать его проведение. Разосланные депутатам телеграммы с оповещением иногда не доставлялись (депутаты узнавали о событиях в Москве только из сообщений информационных агентств). Депутатам из регионов не выдавали билеты, в некоторых регионах их задерживала милиция[7].
Прибывший на сессию Генеральный прокурор Валентин Степанков заявил, что прокуратура будет действовать исходя из действующей Конституции, а также действующего закона о прокуратуре[1].
По представлению Александра Руцкого[1], «ввиду выраженного неподчинения»[11], Верховный Совет принял постановление «О Министре безопасности Российской Федерации», которым дал согласие на освобождение первого заместителя министра безопасности Николая Голушко от должности исполняющего обязанности министра и на назначение министром безопасности Виктора Баранникова[17], а также постановление «О Министре обороны Российской Федерации», которым дал согласие на освобождение от этой должности Павла Грачёва и назначение на эту должность Владислава Ачалова[18][19]. Руцкой также издал указ об освобождении от должности министра внутренних дел Виктора Ерина и о назначении и. о. министра Андрея Дунаева[20], предшественника Ерина на посту главы МВД в 1991—1992 годах. Новым министрам было поручено прибыть в свои министерства и принять необходимые меры по обеспечению соблюдения верности Конституции вверенными им ведомствами[11].
Верховный Совет дал поручение председателю Российской государственной телевизионной и радиовещательной компании «Останкино» Вячеславу Брагину и председателю Всероссийской государственной телевизионной и радиовещательной компании Олегу Попцову передать обращение председателя Верховного Совета Российской Федерации Руслана Хасбулатова и утверждённого Верховным Советом и. о. президента Российской Федерации Александра Руцкого к гражданам России. Поручение не было выполнено[1].
Валерий Зорькин огласил на сессии «Заключение Конституционного суда о соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина, связанных с его указом № 1400 и обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года» (принятое девятью голосами против четырёх)[11][21].
После возобновления работы сессии Верховного Совета в 09:30[11] был принят закон Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Уголовный Кодекс РСФСР», предусматривавший введение уголовной ответственности за действия, направленные на насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации, а также за воспрепятствование деятельности законных органов государственной власти[22]. Сессия постановила ввести закон в действие со дня его подписания исполняющим обязанности президента Александром Руцким[11]. Закон был опубликован в «Российской газете» 23 сентября[23].
Верховный Совет принял постановление «О неотложных мерах по преодолению государственного переворота 21 сентября 1993 года», которым, в частности, постановил:
осудить антиконституционные действия президента Российской Федерации Б. Н. Ельцина;
Советам народных депутатов взять под контроль государственные СМИ и «не допустить призывов к поддержке государственного переворота, а также к экстремизму и насилию»;
предложить Генеральному прокурору «безотлагательно провести расследование и привлечь к уголовной ответственности должностных лиц и граждан, способствовавших подготовке государственного переворота и поддержавших его»;
«участие граждан в рабочее время в мероприятиях по защите конституционных органов власти, преодолению последствий государственного переворота расценивается как исполнение общественного и государственного долга и в этой связи подлежит оплате предприятиями, учреждениями, организациями всех форм собственности в полном объёме»[24].
Тем временем у Белого дома России продолжился митинг в поддержку Верховного Совета. На 10 часов утра здесь находилось до 1500 человек, число которых к концу дня увеличилось до нескольких тысяч. За ночь на подступах к зданию из прутьев арматуры и заборных секций были сооружены баррикады, за заграждениями сложены камни, обломки кирпича и куски асфальта. Вокруг ограды Белого дома располагались группы в основном пожилых людей, многие из которых имели противогазы и красные повязки с надписью «Дружинник»[25].
13:45 — Как сообщили в Государственном комитете по чрезвычайным ситуациям, 10 вооружённых сторонников Верховного Совета во главе с Альбертом Макашовым рано утром проникли на командный пункт ГКЧС, откуда, по всей видимости, рассчитывали с помощью спецсвязи гражданской обороны связаться с регионами и областями. Поняв, что использовать спецсвязь на командном пункте не удастся, Макашов и сопровождавшие его люди покинули командный пункт[25]. По данным газеты «Коммерсант», пульт связи ГКЧС находился на профилактическом ремонте[26].
С целью добиться выхода в телевизионный эфир[1], Верховный Совет принял постановление «О председателе Государственной телевизионной и радиовещательной компании „Останкино“», в котором дал согласие на освобождение от этой должности народного депутата России Вячеслава Брагина и рекомендовал исполняющему полномочия президента РФ Александру Руцкому назначить на неё Валентина Лазуткина[27]. Руцкой подписал соответствующий указ[28], однако на практике он не был реализован. Председатель Комитета Верховного Совета по средствам массовой информации, связям с общественными организациями, массовыми движениями граждан и изучению общественного мнения Владимир Лисин, приехавший к Брагину с указанным постановлением, в здание телецентра «Останкино» допущен не был[1]. Руцкой также подписал указ об освобождении Бэллы Курковой от должности председателя Российской телерадиокомпании «Петербург — 5-й канал» и назначении на эту должность Дмитрия Рождественского[9].
Примерно в 14:00 на площади перед Домом Советов со стороны сквера им. Павлика Морозова по указанию Руцкого началась запись в добровольческий полк[1].
Примерно в 14:30 в Доме Советов на совещании, в котором участвовали Руслан Хасбулатов, его заместители Валентин Агафонов, Юрий Воронин, а также Александр Руцкой, Владислав Ачалов и Виктор Баранников, была принята общая концепция действий в сложившейся ситуации: законодатели не вмешиваются в действия Александра Руцкого и назначенных им лиц, но требуют исполнения принятых решений в соответствии с Конституцией и законодательством Российской Федерации[1].
В целях противодействия реализации Указа № 1400[1] Руцкой подписал указ об освобождении Сергея Филатова от должности руководителя Администрации Президента и назначении на эту должность главы своего секретариата Валерия Краснова[29], а также подписал указы о вступлении в исполнение обязанностей Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами Российской Федерации[30] и о ликвидации Главного управления охраны Российской Федерации[31]. Все эти решения реализованы не были.
Руцкой обратился с письмом к военнослужащим Отдельной мотострелковой дивизии особого назначения МВД с призывом соблюдать конституционный долг и воинскую присягу, не использовать оружия против сограждан и законной власти Российской Федерации. Им было также направлено письмо командующему Сухопутными войсками генерал-полковнику В. М. Семёнову, командующему Военно-воздушными силами генерал-полковнику П. С. Дейнекину, командующему Воздушно-десантными войсками Е. Н. Подколзину и командующему Военно-Морским флотом адмиралу Ф. Н. Громову с призывом занять активную позицию, достойную офицерской чести и присяги, в отношении действий Ельцина, которые он охарактеризовал как антиконституционные[1].
В 17:00 Верховный Совет принял закрытое[1] постановление «Об обеспечении охраны высших органов государственной власти Российской Федерации», в котором постановил в связи со сложившейся ситуацией привлечь для обеспечения охраны высших органов государственной власти Российской Федерации, функционирования систем связи и информации, поддержания правопорядка и пресечения преступных проявлений, войсковые части. Все приказы и распоряжения Павла Грачёва, отданные после его отстранения Верховным Советом от должности, были объявлены недействительными и не подлежащими исполнению[32]. Конкретный список войсковых частей, привлекаемых для обороны законодательной власти и Белого дома, на сессии не объявлялся. Это объяснялось тем, что руководство этих частей, опасаясь возможных преследований со стороны исполнительной власти, готово поднять свои подразделения «в самый последний момент». Что подразумевалось под «самым последним моментом», не расшифровывалось — указывалось лишь, что в привлекаемых парламентом для своей охраны войсковых частях есть лишь десантные подразделения и отряды специального назначения Российской армии[25].
Руцкой подписал распоряжение командующему ВДВ генерал-полковнику Подколзину и командующему Московским военным округом генерал-полковнику Кузнецову о направлении утром 23 сентября к зданию Белого дома ряда воинских частей и подразделений:
119-го парашютно-десантного полка Московского военного округа;
двух батальонов курсантов Рязанского высшего воздушно-десантного командного училища;
двух батальонов курсантов Московского высшего общекомандного училища[9].
Это распоряжение не было выполнено.
Верховный Совет также принял обращение к Совету Министров Российской Федерации, в котором предложил членам правительства без промедления провести взаимные консультации «для вывода страны из экономического и политического тупика на путь демократического развития и формирования правового государства»[1].
Руцкой назначил бывшего командующего войсками Приволжско-Уральского военного округа, генерал-полковника Альберта Макашова заместителем министра обороны России[33].
20:00 — завершилось закрытое заседание Верховного Совета, на котором перед депутатами выступили назначенные Руцким министр безопасности Виктор Баранников и и. о. министра внутренних дел Андрей Дунаев. Баранников сообщил, что в здание на Лубянке он допущен не был, но намерен, находясь в Белом доме, руководить органами госбезопасности, непосредственно связываясь с региональными управлениями. Баранников заявил, что выступает против силовых методов решения каких-либо проблем. Дунаев, в свою очередь, заявил, что в органах внутренних дел наметилось разделение — около трети сотрудников на стороне Руцкого, остальные — на стороне Ельцина. Верховный Совет выразил доверие обоим министрам и поручил им продолжать работать в том же направлении[34].
Александр Руцкой обнародовал ряд документов, включая обращение к народам Российской Федерации, а также к Патриарху Московскому и Всея Руси Алексию II. В этих документах Руцкой охарактеризовал шаги, предпринятые «Ельциным и его радикальным окружением», как «направленные на разрушение Конституции и законов Российской Федерации, на разлом российской государственности». Он призвал сограждан «не проявлять безразличия к судьбе Отчизны» и пожелал им «здоровья, счастья и уверенности в том, что всем российским миром мы поднимем Отчизну с колен»[34].
Отдельным документом, оформленным на бланке с надписью «Президент Российской Федерации» без исходящего номера, он обратился к руководителям республик в составе Российской Федерации, призвав их «провести среди населения республик разъяснительную работу через средства массовой информации и иные возможности». Руцкой выразил надежду на поддержку со стороны руководителей республик в составе Российской Федерации[34].
Руцкой также подписал «Указ об уголовной ответственности за нарушение конституционного строя». Он назвал своё распоряжение дополнением к Уголовному кодексу, которое предусматривает ответственность должностных лиц любого ранга за нарушение конституционного строя РФ. Указ предусматривает и высшую меру наказания — расстрел — за противоправные действия руководителей страны[34].
Выступая на митинге у Белого дома, Руслан Хасбулатов заявил: «Над самим народом совершено насилие в лице его избранников, какими бы они ни обладали качествами. Конечно, в этом есть и наша вина. Мы потакали устремлениям излишне властолюбивой натуры, не особенно считающейся с человеческим достоинством, с уважением своего собственного народа и своим законодательством, и у нас не было иного выхода, кроме как пресечь антиконституционный переворот. Мы и пресекли его»[34].
В штабе по подготовке Съезда народных депутатов сообщили журналистам, что до необходимого для его открытия кворума не хватает около 100 человек. Заместитель председателя Совета Национальностей ВС РФ Анатолий Аникиев пожаловался, что мэр Москвы Юрий Лужков дал указание размещать народных депутатов в гостиницах только за наличный расчёт. Аникиев сообщил, что часть депутатов будет размещена непосредственно в Доме Советов. Его технические сотрудники уже разносят по коридорам раскладушки и матрацы[34].
Митинг сторонников Верховного Совета принял резолюцию с требованием к руководству телевидения «Останкино» и Российского телерадиовещания выпустить в эфир выступления Владислава Ачалова и Александра Руцкого, а также «восстановить без купюр» программу РТВ «Парламент», сообщил корреспондентам лидер «Трудовой России» Виктор Анпилов. «Если эти требования не будут выполнены, мы будем вынуждены пойти маршем на „Останкино“ вместе с боевым охранением из Союза офицеров», — заявил он. Такой марш, по словам Анпилова, намечен на 24 сентября[34]. Тем временем на совещании в ВГТРК было решено временно прекратить вещание программы «Парламентский час» по радио и ТВ в связи с роспуском самого парламента[34].
Федеральная исполнительная власть, армия, правоохранительные органы
Утром генерал армии Павел Грачёв, продолжавший руководить Министерством обороны, несмотря на решение Верховного Совета о его отстранении, сообщил журналистам, что генерал-полковник Владислав Ачалов, назначенный Верховным Советом на его место, в здание Минобороны РФ не являлся. По словам Грачёва, ночью в воинские части, подразделения и учебные заведения поступила телеграмма от Ачалова с требованием незамедлительно прибыть к зданию Верховного Совета.
В связи с данной телеграммой Грачёв распорядился:
Вести в войсках разъяснительную работу по недопущению раскола офицерского состава на два лагеря;
Усилить службу войск, охрану командных пунктов и не допускать ни одного постороннего лица на территории воинских частей или учебных заведений;
Пресекать все попытки агитации, призывов к насилию, призывов взяться за оружие, призывов не подчиняться законным властям, избранным народом;
Усилить охрану всех объектов и, в первую очередь, складов с оружием, боеприпасами, другим военно-техническим имуществом;
Во избежание всяческих неприятностей оружие личному составу не выдавать;
Вести строгий учёт личного состава, знать, кто и где находится;
Все распоряжения перепроверять в порядке подчинённости и выполнять только распоряжения, подписанные министром обороны России генералом армии Павлом Грачёвым или начальником Генерального штаба генерал-полковником Михаилом Колесниковым. Все остальные распоряжения не выполнять[25].
Как минимум одно подразделение из состава ОМСДОН внутренних войск МВД РФ им. Дзержинского было введено в Москву; пять армейских грузовиков с эмблемой дивизии прибыли к зданию правительства на Старой площади[25].
Борис Ельцин подписал ряд указов. В одном из них, касающемся «присвоения Александром Руцким полномочий президента», Ельцин постановил считать незаконными и не подлежащими исполнению акты, издаваемые Руцким от имени президента РФ. Всем государственным органам, должностным лицам, гражданам РФ в своей деятельности было предписано руководствоваться Указом «О поэтапной конституционной реформе в РФ»[34].
Борис Ельцин издал указ, в соответствии с которым признавался утратившим силу указ президента России от 1 сентября в части временного отстранения от исполнения обязанностей первого заместителя председателя Совета Министров Владимира Шумейко[25].
В 13:00 после встречи со своими силовыми министрами Борис Ельцин отправился на Тверскую улицу, где выяснял настроения горожан. На вопрос о возможности диалога с распущенным законодательным органом ответил: «Такой организации, как Верховный Совет, сегодня нет, поэтому диалога нет, но и крови не будет»[26].
Совет Министров выступил с заявлением о поддержке и принятии к безусловному исполнению Указа № 1400. Совет Министров считает данный указ «единственно возможным выходом из создавшегося политического кризиса, предпринятым в интересах народа, которому принадлежит высшая власть в России и который на апрельском референдуме недвусмысленно высказался за президента и политику реформ»[25]. Председатель Совета Министров Виктор Черномырдин провёл селекторное совещание с руководителями республик, краёв и областей в составе Российской Федерации, в ходе которого потребовал от них поддержки действий Ельцина[1]. Открывая селекторное совещание, он, в частности, заявил: «Президентом страны принято решение, которое положило начало реальному выходу из тупиковой ситуации. Конечно, это решение нелёгкое, непопулярное, вынужденное, но подтолкнула к нему обструкционистская позиция руководства ВС РФ. Правительство шага не могло ступить — было повязано по рукам и ногам … Правительство России поддерживает сделанный президентом выбор»[25].
Виктор Черномырдин направил главам администраций субъектов Федерации телеграмму: «В связи с Указом Президента РФ № 1400 от 21 сентября 1993 года „0 поэтапной конституционной реформе в РФ“ решения ВС РФ, документы, распространяемые за подписью Руцкого с 20 часов 21 сентября не имеют законной силы, исполнению не подлежат. Предупреждаю о персональной ответственности за выполнение указа и распоряжений президента и правительства РФ на Вашей территории»[25].
Совет Министров принял постановление «О мерах по усилению охраны общественного порядка на улицах городов и других населённых пунктов Российской Федерации», в соответствии с которым Министерству внутренних дел в целях борьбы с преступностью было предписано усилить уличное патрулирование, привлекая к нему военнослужащих внутренних войск, а также добровольцев из числа гражданского населения. Этот документ фактически позволил ввести в города под неполитическим предлогом внутренние войска[35]
Тем временем продолживший исполнение обязанностей министра безопасности первый заместитель министра безопасности Николай Голушко дал указание руководителям территориальных органов Министерства безопасности обеспечивать непрерывное отслеживание ситуации и своевременно информировать органы государственной власти и управления о назревающих кризисных явлениях, а также разработать и применять меры по их предупреждению. Было указано также обратить внимание на усиление взаимодействия со всеми правоохранительными органами по обеспечению сохранности оружия, боеприпасов, взрывчатых и отравляющих веществ, а также безопасности особо важных объектов народного хозяйства, органов власти и управления[1].
Около 10:00 Виктор Черномырдин отдал распоряжение министру связи Владимиру Булгаку об отключении городской телефонной связи в здании Верховного Совета.
Собранная министром коллегия Министерства связи приняла решение об отключении автоматической телефонной связи АТС-205 города Москвы, обслуживающей Дом Советов. Начальник отдела электрической связи Мардер Н. С., на основании принятого решения, направил телефонограмму Генеральному директору Московской телефонной сети Васильеву В. Ф. об отключении АТС-205 от связи со всеми другими АТС Московской городской телефонной сети. Заместитель Генерального директора Московской городской телефонной сети дал команду дежурному диспетчеру, и АТС-205 была отключена. Отключены были в здании парламента и другие виды связи[1].
Согласно воспоминаниям Владимира Булгака, отделение фельдсвязи было выведено из Белого дома 22 сентября, «поскольку обслуживаемый объект, в соответствии с указом президента, прекратил свое существование… Из Белого дома стали привозить тоннами мешки с почтой, требуя развезти их главам администраций и Советов в областях. Всё отделение фельдсвязи было забито этими посылками с корреспонденцией. Я дал указание не вскрывать, а позднее передать всё это преемнику Белого дома. В Белом доме также скопилось очень много исходящей обычной почтовой корреспонденции — до 50 мешков, которая отдана Управлению делами правительства. Но и в адрес бывшего Верховного Совета шла корреспонденция, в том числе и телеграммы. Правда, мною была направлена на все почтовые отделения связи России телеграмма, напоминающая сотрудникам, что, в соответствии с правилами, почтовые телеграммы, призывающие к национальной розни, к военным действиям, то есть нарушающие безопасность страны, не подлежат передаче»[1].
Государственный комитет России по делам федерации и национальностей распространил обращение к народам, республикам, всем территориям РФ, в котором говорилось о необходимости «формирования действительно дееспособных структур федеральной власти» и содержались призывы «не допустить столкновений» и «сохранять правопорядок»[25].
Первый вице-премьер Егор Гайдар сообщил на пресс-конференции, что в целом на всей территории России сохраняется спокойствие и стабильность, практически все федеральные органы власти выполняют распоряжения правительства. В то же время Гайдар отметил, что в некоторых регионах администрация противодействует указу № 1400. «В подобных случаях, — отметил Гайдар, — мы будем отстранять от должности губернаторов, а на их место отправлять федеральных уполномоченных». Егор Гайдар также заявил, что Центральный банк России выведен из подчинения Верховному Совету и будет выполнять решения правительства. Он сообщил, что Виктор Геращенко присутствовал на последнем заседании правительства и заявил, что будет выполнять все положения указа президента Ельцина[34].
Борис Ельцин возложил на Егора Гайдара исполнение обязанностей министра экономики. Министром внешнеэкономических связей России был назначен Олег Давыдов. Находившийся ранее на этом посту Сергей Глазьев был освобождён от должности по собственному желанию. Вечером 21 сентября после телеобращения Бориса Ельцина он подал в отставку в связи с несогласием с указом «О поэтапной конституционной реформе»[36]. Ещё одним указом Бориса Ельцина Виктор Геращенко был переназначен председателем Центрального банка РФ[34].
Конституционный суд

00:45 — Отвечая на вопросы журналистов, председатель Конституционного суда Валерий Зорькин заявил, что Конституционный суд РФ закончил экстренное совещание и признал указ и действия президента Ельцина неконституционными и достаточными для отстранения его от должности. При этом, по словам Зорькина, решение об отстранении президента должен принимать Съезд народных депутатов на основании решения Конституционного суда. Член Конституционного суда Эрнест Аметистов в интервью журналистам сообщил, что при принятии решения голоса разделились: 9 голосов было подано за признание указа президента неконституционным, против — 4 голоса[1][11][37]. Руслан Хасбулатов в своих воспоминаниях утверждает, что Зорькин зачитал депутатам заключение Конституционного суда ещё до принятия Верховным Советом постановления о прекращении полномочий президента Ельцина[7]. Стенограмма заседания Верховного Совета этого, однако, не подтверждает[38].
14:30 — Валерий Зорькин провёл пресс-конференцию, на которой отметил, что он в основном разделяет оценку положения в стране, данную в преамбуле указа № 1400, и цели, которые ставит перед собой президент Ельцин, однако считает неприемлемыми методы их достижения. Зорькин предложил следующий выход из создавшегося положения:
1. Съезд народных депутатов принимает решение об одновременных досрочных выборах парламента и президента, принимает закон о выборах и закон об органах власти на переходный период до принятия новой Конституции, после чего прекращает свою деятельность.
2. Съезд народных депутатов поручает ныне действующему правительству выполнять свои обязанности, работая при этом в режиме широкой гласности, при сохранении контрольной функции Верховного Совета на переходный период. Президент сохраняет за собой установленные Конституцией полномочия в отношении правительства.
3. После принятия предлагаемых решений Верховный Совет приостанавливает свою законотворческую деятельность и остаётся гарантом соблюдения законности при проведении выборов.
4. Конституционный суд признаётся гарантом достигнутых соглашений, прекращая на данном этапе функции посредника в политическом противостоянии, и продолжает работать в обычном режиме, сосредоточив свое внимание на защите конституционных прав граждан[25].
Местные власти
Как сообщали корреспонденты газеты «Коммерсант», в регионах России в течение всего дня продолжались на разных уровнях совместные заседания представителей исполнительной и законодательной власти. Преобладающее настроение в регионах было выжидательным. Острая ситуация сложилась в Москве и Челябинске, где исполнительная власть однозначно поддержала, а законодательная отвергла указ Ельцина[39].
В 00:40 президиум Московского городского Совета народных депутатов принял заявление, в котором расценил предпринятую Ельциным попытку роспуска законно избранных органов государственной власти как нарушение Конституции, а Указ № 1400 не имеющим в связи с этим юридической силы и не подлежащим исполнению. Президиум Моссовета призвал администрацию Москвы, командиров войсковых частей и правоохранительных органов не предпринимать действий, препятствующих деятельности органов государственной власти России[1].
В 10 часов началось экстренное заседание XVII сессии Моссовета с повесткой дня «О преодолении попытки государственного переворота, предпринятой Президентом Российской Федерации Б. Н. Ельциным». В принятом решении действия Бориса Ельцина были расценены как антиконституционные, а Указ № 1400 — как не имеющий юридической силы и не подлежащий исполнению. Моссовет поддержал постановление Верховного Совета Российской Федерации «О прекращении полномочий Президента Российской Федерации Ельцина Б. Н.», призвал москвичей сохранять спокойствие, соблюдать Конституцию и законы Российской Федерации. Моссовет заявил о поддержке законно избранных органов государственной власти Российской Федерации и призвал к этому трудовые коллективы и жителей города Москвы. Администрации города Москвы, всем находящимся на территории города Москвы правоохранительным органам и воинским частям было указано соблюдать и исполнять Конституцию и законы Российской Федерации, не допускать действий, препятствующих деятельности органов государственной власти Российской Федерации. Постоянной Комиссии Моссовета по военным вопросам было поручено создать временный оперативный штаб с полномочиями по реализации указанного решения[1]. В это же время состоялось экстренное заседание правительства Москвы под председательством мэра Москвы Юрия Лужкова, где было заявлено, что мэр и правительство Москвы считают действия президента своевременными, приветствуют его решимость навести порядок в стране и выражают свою полную поддержку указу президента о поэтапной конституционной реформе в России[25].
«Действия президента являются нарушением Конституции РФ и, соответственно, указ, подписанный Борисом Ельциным, не имеет юридической силы и не подлежит исполнению», — говорилось в решении сессии Моссовета «О преодолении попытки государственного переворота в Москве». С отдельным заявлением выступила группа примерно из 30 депутатов Моссовета — членов «ДемРоссии». В нём говорилось, что «указ президента хотя и не укладывается в рамки существующего законодательства, тем не менее вполне соответствует практике досрочного роспуска парламента, имеющей место в большинстве демократических государств»[34].
На заседании Малого совета Мособлсовета, отвечая на вопросы депутатов, начальник Управления Министерства безопасности по Москве и Московской области Евгений Савостьянов заявил, что руководимое им управление выполняет указы президента Ельцина и распоряжения назначенного им министра безопасности, а сам он выполняет Конституцию РФ с изъятиями из неё, предусмотренными указом # 1400. Малый совет Мособлсовета, однако, решил считать указ Ельцина о поэтапной конституционной реформе недействующим и не подлежащим исполнению всеми органами государственной власти и местного самоуправления, предприятиями и организациями на территории Московской области[34].
Международная реакция
Как сообщила газета «Коммерсант», действия Бориса Ельцина получили поддержку среди мировых лидеров. Сразу же после 17-минутного ночного разговора с Ельциным президент США Билл Клинтон заявил о полной поддержке президента России, назвав его меры вынужденными в условиях конституционного кризиса. Канцлер ФРГ Гельмут Коль заявил после телефонного разговора с Клинтоном, что продолжение реформ Ельцина, который «пытается преодолеть кризис демократическим путём», — наилучший путь для России. Премьер-министр Великобритании Джон Мейджор в личном послании заверил Ельцина в полной поддержке. Премьер-министр Франции Эдуар Балладюр выразил мнение, что события в России показывают, что Западная Европа «не выполнила долг перед Восточной в деле освобождения от коммунизма». Глава МИД Франции Ален Жюппе заявил, что Борис Ельцин имеет «демократическую легитимность». О своей поддержке заявили президент Чехии Вацлав Гавел, президент Польши Лех Валенса, премьер-министр Турции Тансу Чиллер и лидеры других стран; о поддержке Александра Руцкого и парламента информационные агентства мира не сообщали[40]
23 сентября, четверг
Верховный Совет. Александр Руцкой
К полуночи в Москву прибыло 480 из 689 народных депутатов, необходимых для открытия чрезвычайного съезда. Большинство депутатов, прибывших на чрезвычайный съезд, заночевало в Белом доме. На подходах к Белому дому сотрудники милиции проводят досмотр личных вещей граждан, желающих пройти к зданию. На площади перед Белым домом со стороны 8-го подъезда осталось около 3 тысяч человек. Митингующие обеспечиваются питьевой водой и, по некоторым сведениям, продовольствием. Организаторами являются движение «Трудовая Россия» и «Союз офицеров»[41].
Секретариат первого заместителя председателя правительства Е. Т. Гайдара распространил информацию, согласно которой «на 13-ом этаже Белого дома развёрнут военный штаб, куда перенесена часть запасов автоматического оружия, хранящегося в здании ещё с августа 1991 года. Среди защитников здания Верховного Совета, помимо штатных работников Департамента охраны ВС РФ, находится не менее 200 офицеров Российской армии из „Союза офицеров“ Станислава Терехова. Помимо них, внутри здания расположилось около 300 казаков, вооружённых не только нагайками или декоративными саблями, но и автоматами Калашникова, выданными им в военном штабе Верховного Совета»[1].
Утром в Доме Советов продолжилось заседание VII (экстренной) сессии Верховного Совета с повесткой дня о первоочередных действиях по преодолению государственного переворота[1].
16:00 На сессии Верховного Совета приняли отставку заместителя председателя ВС РФ Николая Рябова и председателя комитета ВС РФ по вопросам обороны и безопасности Сергея Степашина[42].
Выступивший на сессии Верховного Совета Генеральный прокурор Валентин Степанков[43] заявил, что руководство Генеральной прокуратуры рассматривает сложившуюся ситуацию как политический конфликт, выступает категорически против возбуждения уголовного дела в отношении Ельцина, призывая обе стороны решить конфликт политическим путём. При этом он признал действия Ельцина антиконституционными и влекущими за собой уголовную ответственность в соответствии с действующим законодательством. Он заявил также, что считает неправильным ставить вопрос об ответственности всех должностных лиц, которые исполняют Указ № 1400[1]. Члены Верховного Совета потребовали от Генерального прокурора дать оценку указу № 1400, на что Степанков ответил, что оценка указа не входит в компетенцию прокуратуры и вопрос о полномочиях президента может решить только съезд народных депутатов. Валентин Степанков сообщил, что он провёл переговоры практически со всеми прокурорами субъектов Федерации и пришёл к такому выводу: страна склоняется к тому, чтобы выборы президента и парламента были проведены одновременно. Что же касается прокуратуры, то, по мнению Степанкова, прокуратура не должна становиться «заложницей политических партий и движений». После того, как Степанков ответил на вопросы народных депутатов, Руслан Хасбулатов предложил подумать о новой кандидатуре на пост Генерального прокурора[42].
Ввиду такой позиции Генеральной прокуратуры и в целях противодействия реализации Указа № 1400[1], Верховный Совет принял постановление «О специальном прокуроре Российской Федерации по расследованию обстоятельств государственного переворота», которым назначил на эту должность бывшего члена коллегии Генеральной прокуратуры СССР Виктора Илюхина. Созданная должность специального прокурора была приравнена к должности первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации[44].
Верховный Совет принял Закон Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР „О статусе народного депутата РСФСР“», который ввёл новые основания для досрочного прекращения полномочий народного депутата — поддержка государственного переворота, неявка на заседание Съезда, Верховного Совета или палаты Верховного Совета без уважительных причин и неизвещение депутатом руководства ВС и палат о невозможности явки[9].
Согласно письму Владислава Ачалова, для вооружения дополнительных подразделений, создаваемых с целью несения охранной службы внутри здания, со складов Департамента по охране было выдано 74 автомата АКС-74У, 7 пистолетов, 9600 патронов к АКС-74У[43] и 112 патронов к пистолетам. При этом некоторые из этих лиц не обладали необходимым опытом обращения с огнестрельным оружием. Места для хранения оружия организованы не были. Оружие содержалось под охраной в оружейных ящиках в подъездах и на этажах Дома Советов[1].
Как вспоминает помощник Ачалова Марат Мусин:По ночам выдавалось только 50 автоматов на посты. У «баркашовцев» до ночной тревоги с 26 на 27 сентября автоматов вообще не было. Полученные ими позднее 30 стволов из уже принятых на баланс министерства обороны и послужили основанием для распространения спекуляций на тему о большом количестве вооружённых защитников парламента: «один автомат на пять человек» (численность отряда Баркашова в «Белом доме» составляла 150 человек). Точнее было бы сказать: «один автомат на 40-60 человек». Тем не менее, утверждая противное, многие газеты дружно лгали о сотнях вооружённых до зубов «фашистов».
Федеральная исполнительная власть, армия, правоохранительные органы
Заместитель главы администрации президента Вячеслав Волков заявил на пресс-конференции, что о поддержке действий Бориса Ельцина заявили главы администраций всех регионов, кроме Амурской, Брянской, Новосибирской областей и Республики Башкортостан. По словам Волкова, глава Новосибирской области, возможно, будет в ближайшее время освобождён от своих обязанностей[42].
Тем временем Ельцин издал указ[45] о назначении досрочных выборов президента Российской Федерации на 12 июня 1994 года (6 ноября Ельцин заявит, что будет исполнять обязанности президента до выборов 1996 года[46][47]). При этом, согласно действовавшему законодательству, назначать досрочные выборы президента мог только Верховный Совет[48]. Ельцин также подписал указ[49], предоставлявший народным депутатам Российской Федерации юридические и социальные гарантии, а также крупное единовременное вознаграждение (многими депутатами это было воспринято как попытка подкупа[50]), а также указ о передаче имущества Верховного Совета Администрации президента[51].
Борис Ельцин подписал указ об увольнении из органов внутренних дел генерал-лейтенанта внутренней службы Андрея Дунаева[41].
Комендант Кремля Михаил Барсуков, позвонив в Конституционный суд, выразил недовольство заключением по поводу Указа № 1400 и дал понять о возможности применения силовых мер в отношении Конституционного суда. После этого в здании суда была отключена правительственная связь и снята охрана[1][41].
После 15:00 министр топливно-энергетических ресурсов Российской Федерации Юрий Шафраник по телефону сообщил вице-президенту акционерного общества «Мосэнерго» И. Т. Горюнову о принятом решении прекратить снабжение Дома Советов теплом и электроэнергией. После согласования вопроса с мэром Москвы Юрием Лужковым к 19:00 были отключены три из четырёх имеющихся кабельных линий[1]. Для подачи света в некоторые помещения была задействована автономная электростанция.
Сергей Филатов встретился с группой народных депутатов Российской Федерации, поддержавших действия Ельцина. На встрече был образован общественный консультативно-совещательный центр «Депутат» для участия в подготовке указов Ельцина и постановлений Совета Министров. На встрече было также принято решение призвать народных депутатов России из регионов не поддерживать решение о созыве X внеочередного (чрезвычайного) Съезда народных депутатов[1].
Пресс-секретарь Ельцина Вячеслав Костиков распространил заявление, в котором расценил попытку проникновения группы сторонников Верховного Совета во главе с Альбертом Макашовым в центр связи ГКЧС как «прямую вооружённую провокацию», «преступление», доказывающее, что руководство Верховного Совета «готово на любые противозаконные, в том числе и бандитские, действия для достижения своих целей»[1].
Виктор Ерин заявил на пресс-конференции, что в Москву действительно введены внутренние войска и часть дивизии особого назначения им. Дзержинского. Эти силы он назвал своим резервом. «Органы внутренних дел, — заявил Ерин, — полностью контролируют ситуацию. Митинговая активность по стране за последние два дня возросла незначительно. По 27 населённым пунктам общее количество митингующих граждан составило 20 тысяч человек». Виктор Ерин сообщил журналистам, что назначенный Александром Руцким и. о. министра внутренних дел Андрей Дунаев делал попытки обратиться в некоторые подразделения МВД. Ерин заявил, что, по его данным, никто не намерен выполнять его указания. Милиция и внутренние войска в республиках и областях, не признавших указ президента, остаются в подчинении и контролируются МВД[42].
Во исполнение Указа № 1400, Виктор Ерин издал приказ № 802 л/с «О Департаменте охраны Верховного Совета Российской Федерации», которым гарантировал личному составу Департамента охраны Верховного Совета, в случае немедленного прекращения их служебной деятельности в данном подразделении, приём на работу в подразделения внутренних дел Российской Федерации. По мнению комиссии Госдумы, подобный приказ вёл к фактической ликвидации Департамента охраны Верховного Совета[1].
Советом Министров, в нарушение действовавшего законодательства, было издано распоряжение № 1684-р о передаче Департамента охраны Верховного Совета в своё ведение. При этом практических мер по смене охраны в Доме Советов предпринято не было[1]. Тем не менее, по мнению проводившей расследование комиссии Госдумы, эти действия способствовали уходу части личного состава Департамента охраны Верховного Совета, что объективно создавало угрозу неконтролируемого распространения оружия, хранившегося в здании, и нанесения ущерба федеральной собственности. В связи с этим в Белом доме было принято решение о формировании из числа добровольцев дополнительных охранных подразделений Верховного Совета и их снабжении табельным оружием, принадлежавшим Департаменту охраны. Попытки ликвидации и переподчинения Департамента по охране способствовали формированию недоверия к сотрудникам и руководителям Департамента со стороны Руцкого, части депутатского корпуса, руководства Верховного Совета и добровольных защитников Дома Советов[1].
Вице-премьер Сергей Шахрай провёл совещание с работниками министерств и ведомств, направляемых в регионы в качестве полномочных представителей правительства. Как стало известно журналистам, они наделены правом отстранять от работы любых должностных лиц, не выполняющих решения президента РФ. Было сообщено, что главы администраций Брянской, Белгородской, Челябинской, Новосибирской, Амурской и Магаданской областей, а также Мордовии и Бурятии не поддержали решения президента. В 27 городах России в настоящее время идут митинги[42].
Павел Грачёв сообщил на пресс-конференции, что на вооружённые силы оказывается психологическое воздействие, проводится активная агитационная работа с целью перетянуть отдельные части и военнослужащих в подчинение Руцкому или Ачалову. По его словам, ночью на бланке президента России за подписью Руцкого были направлены пакеты командующему Московским военным округом генерал-полковнику Кузнецову и командующему ВДВ генерал-полковнику Подколзину с требованием немедленного ввода в Москву 119-го парашютно-десантного полка, двух батальонов курсантов Рязанского воздушно-десантного училища и двух батальонов курсантов Московского высшего общевойскового командного училища для защиты Белого дома. Эти подразделения должны были поступить в распоряжение генерал-полковника Ачалова[42].
Грачёв также заявил, что председатель Союза офицеров подполковник Станислав Терехов уволен из рядов Вооружённых сил[42].
Правительство опубликовало заявление, в котором, в частности, говорилось: «В связи с желанием руководства распущенного Верховного Совета провести внеочередной Съезд, правительство РФ заявляет, что в соответствии с пунктом 1 Указа президента РФ „О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации“, деятельность Съезда народных депутатов и Верховного Совета прекращена, поэтому бывшие депутаты, предполагающие приехать на этот съезд, будут рассматриваться исключительно как частные лица»[42].
Местные власти
По оценке газеты «Коммерсант», к концу третьего дня после опубликования указа № 1400 определились регионы, которые поддержали или не поддержали Бориса Ельцина. По данным газеты, в 2/3 регионов указ президента поддержала исполнительная власть, примерно в одной трети регионов — законодательная власть. В тех регионах, где губернаторы всё же поддержали антиельцинские решения местных областных Советов, за основу были приняты осторожные формулировки, указывающие на нарушения действующей Конституции, предлагались всеобщие перевыборы, подтверждался приоритет распоряжений местной выборной власти для каждого конкретного региона — в этих решениях, однако, отсутствовало резкое осуждение действий Ельцина. В республиках о приоритете местных конституций было заявлено сразу же.
В единичных случаях, когда принятые заявления носили чрезвычайно резкий характер (в основном речь шла о квалификации действий Ельцина как государственного переворота с вытекающими отсюда последствиями), такая агрессивность базировалась на объединении исполнительной и законодательной ветвей власти. Так произошло, в частности, в Новосибирской и Амурской областях.
Принципиальное решение предложили председатели Советов Республики Карелия, Санкт-Петербурга, Ленинградской области и Красноярского края, пригласившие руководителей субъектов Российской Федерации встретиться в Санкт-Петербурге 26 сентября с целью «обсуждения внутриполитической ситуации» и «выработки предложений по выходу из создавшегося тупикового положения»[52].
На совместном совещании правительства и глав администраций городов и районов Подмосковья единогласно принято решение признавать только указы президента Бориса Ельцина[42].
Вооружённый инцидент
Поздно вечером, в период между 20:00 и 21:00, было совершено нападение на здание Главного командования ОВС СНГ на Ленинградском проспекте, в ходе которого погибли два человека. Многие газеты на следующий день обвинили в происшествии народных депутатов. Сами депутаты свою причастность отрицали, считая этот инцидент провокацией с целью создать повод для полной блокады Дома Советов и последующей расправы. Между тем лидер «Трудовой России» В. И. Анпилов в 19:00 с балкона Дома Советов объявил о том, что боевая группа С. Н. Терехова, только что назначенного помощником Вячеслава Ачалова, направилась на штурм здания штаба ОВС СНГ и просит помощи, о чём сам Анпилов признаётся в своих мемуарах[53]
Из воспоминаний помощника Ачалова М. Мусина<i data-parsoid='{"dsr":[74949,75341,2,2]}'>По Анпилову в штабе уже давно нет никаких вопросов. Его уникальная способность исчезать в момент начала того или иного сознательно спровоцированного кровопролития уже стала притчей во языцех. Вопрос лишь в том — сознательный он провокатор или человек, которого просто ловко используют, хотя у нас на 13-м этаже поговаривают, что Анпилов — человек Примакова, регулярно посещающий его дачу.
Потом хронометраж событий показал, что Анпилов объявил об успешном нападении на штаб ОВС СНГ на 7 минут раньше, чем эти события реально произошли. Он действительно знал заранее о провокации со штабом ОВС СНГ и пытался выманить людей из «Белого дома» к штабу на Ленинградский проспект. К счастью, он практически никого не успел уговорить.
И ещё одно интересное обстоятельство. По докладам службы внешнего наблюдения Верховного Совета, примерно в это же время в районе штаба ОВС СНГ зафиксировано появление нескольких десятков молодых парней в черных кожаных куртках. Установлено, что они вооружены. Не исключено, что они поджидали именно прихода граждан, которых должен был привести Анпилов. Учитывая, что Анпилов был нежелательным гостем в штабе Ачалова на 13-м этаже, что вся охрана генерал-полковника также однозначно оценивала этого элитарного журналиста-международника, комментарии, как говорится, излишни. Многие потом хотели ему лично задать нелицеприятные вопросы, в том числе и по штабу ОВС СНГ.
Сам Терехов позднее объяснял свои действия следующим образом[1]:
23 сентября несколько источников сообщили мне, что под руководством Коржакова и прочих деятелей, которые имеют вооружённые государственные структуры, готовится к открытию чрезвычайного Съезда народных депутатов «сюрприз». К вечеру этого дня вероятность «сюрприза» стала очень высокой. … Час «Х» приближался, времени на проверку-перепроверку не оставалось. … Я понял, чтобы с наименьшими потерями выйти из навязанной нам ситуации, надо взять ответственность на себя. …Я решил с целью отвлечения внимания противника провести манёвр на второстепенном направлении. … Штаб СНГ — абсолютно безлюдный, без оружия, без связи… для отвлекающего маневра годился.
За 4 часа до акции Терехов фактически предупредил о её возможности руководство «ельцинской стороны», встретившись около 17 часов с начальником управления Министерства безопасности по Москве и Московской области Е. В. Савостьяновым. Во время встречи Терехов заявил, в частности, о якобы готовности неких вооружённых групп из Дома Советов в случае необходимости совершить силовые акции в других частях столицы. Встреча проходила без санкции Хасбулатова и Руцкого и назначенных им министров обороны, безопасности и внутренних дел. По свидетельству Савостьянова, переговоры с Тереховым состоялись на Конюшковской улице. Вызвав Терехова, пришедшего в сопровождении людей, вооружённых автоматами, он предложил ему взять на себя взаимные обязательства, до 21 часа, когда должно было закончиться совещание штаба обороны Дома Советов, не предпринимать никаких силовых действий и встретиться в это время вновь на том же месте для дальнейших переговоров. Терехов дал слово офицера, но на повторную встречу в 21 час не явился. Вместо этого вышедший к Савостьянову человек заявил, что Терехов уехал со своими людьми на Ленинградский проспект к штабу ОВС СНГ[1].
В марте 1994 года в интервью газете «Советская Россия» Терехов заявил: «Жертв бы не было, если бы не стрельба, начатая не нами. И пуля, попавшая в пожилую женщину, была выпущена уже после меня в перестрелке между милицией и ещё кем-то, кто появился потом. И опять же настоящий убийца не найден! Обвиняли нас в хищении, в ношении оружия, сопротивлении, массовых беспорядках, но никого не обвиняют в убийстве»[54].
В 1998 году в интервью «Общей газете» Терехов заявил, что автоматчик, который убил капитана Свириденко, был «засланным казачком» и что он не давал ему указания стрелять в милиционера: «Этого человека я лично не знаю. Он был одним из защитников Дома Советов, и мне его порекомендовали как человека надежного. Когда мы подъехали к штабу, наш УАЗ остановили двое милиционеров. Вдруг этот человек вытаскивает автомат и стреляет в одного из них. Вскоре стало ясно, что нас поджидала засада и надо немедленно отступить. Потом наши пути не пересекались»[55].
По заключению комиссии Госдумы России:
среди сторонников Верховного Совета находились отдельные лица, которых условия блокады, слухи о готовящемся штурме и растущий психологический стресс могли подтолкнуть к совершению неадекватных, самовольных действий. 23 сентября 1993 года группой таких лиц под руководством лидера «Союза офицеров» С. Н. Терехова, имевших при себе оружие, по собственной инициативе было совершено нападение на штаб Объединённых вооружённых сил СНГ. Во время нападения был убит один из нападавших и находившаяся в своей квартире пенсионерка. Этот инцидент был использован «правительственной стороной» для усиления блокады и давления на сторонников Верховного Совета под предлогом защиты жителей города Москвы от «незаконных вооружённых формирований». Ответственность за нападение и гибель капитана милиции В. В. Свириденко была возложена на руководство и сторонников Верховного Совета[1].
Открытие Съезда народных депутатов
17:55 — заместитель председателя Верховного Совета РФ Юрий Воронин открыл чрезвычайный Съезд народных депутатов России, однако при этом заявил, что «кворум пока не набран», и сразу после этого был объявлен перерыв в работе съезда на один час[42].
22:00 — открылся Х внеочередной (чрезвычайный) Съезд народных депутатов Российской Федерации[56][57] с повесткой дня «О политическом положении в Российской Федерации в связи с совершённым государственным переворотом»[7]. На Съезде было зарегистрировано 638 народных депутатов. На следующий день число депутатов увеличилось до 689, при кворуме в 628 человек[56]. Были утверждены постановления Верховного Совета о прекращении президентских полномочий Ельцина с момента издания им указа № 1400 и переходе их, согласно Конституции, к вице-президенту Руцкому, а действия Ельцина были квалифицированы как попытка «государственного переворота»[50].
24 сентября, пятница
Съезд народных депутатов. Верховный Совет. Александр Руцкой
На ночном заседании X внеочередного (чрезвычайного) Съезда народных депутатов было принято постановление № 5807-I «О политическом положении в Российской Федерации в связи с государственным переворотом»[58]. В этом документе действия Бориса Ельцина оценивались как государственный переворот, все правовые акты, подписанные им с 20:00 21 сентября, признавались незаконными и не подлежащими исполнению на всей территории Российской Федерации, а самому отрешённому Верховным Советом от должности президенту было предложено «не усугублять свою вину перед народом и законом и добровольно прекратить свои антиконституционные действия». Было установлено, что граждане и должностные лица, не исполняющие указанные решения и акты, не могут быть привлечены к уголовной ответственности[1].
Во исполнение решения Съезда Виктор Илюхин вынес постановление о возбуждении уголовного дела по статье 64 УК РСФСР в отношении Бориса Ельцина и других должностных лиц, предпринявших конкретные действия по прекращению деятельности Съезда народных депутатов, Верховного Совета и законно избранных судебных органов. О принятом Илюхиным постановлении было сообщено на Съезде[1].
Съезд утвердил произведённые ранее назначения руководителей трёх силовых структур[59][60][61]. Выступивший на ночном заседании министр безопасности Виктор Баранников сообщил, что, по его данным, войска Министерства безопасности негативно относятся к Ельцину: «Основная масса личного состава понимает незаконность указа Бориса Ельцина»[62].
Генерал-полковник Ачалов сообщил, что в течение дня не смог дозвониться ни до одной воинской части или гарнизона, но считает, что никто из личного состава не пойдёт против законно избранной власти. Главным вопросом, по мнению генерала, является то, что ядерная кнопка до сих пор находится в руках «прежнего руководства». Ачалов выразил мнение, что для защиты законно избранной власти необходимо подтянуть в Москву войска[62].
Назначенный Руцким и. о. министра внутренних дел Андрей Дунаев сообщил, что большинство личного состава МВД «отрицательно относится к государственному перевороту». Дунаев проинформировал съезд, что здание МВД блокировано спецназом[62].
Съезд утвердил принятый Верховным Советом в первом чтении[63] закон «О порядке принятия Конституции Российской Федерации»[64], в статье 7 которого, среди прочего, говорилось, что «умышленное нарушение должностным лицом Российской Федерации <…> установленного настоящим Законом порядка принятия Конституции Российской Федерации, принятие или подписание им документа, полностью или частично заменяющего Конституцию (Основной Закон) Российской Федерации — России, временное приостановление действия отдельных статей Конституции (Основного Закона) Российской Федерации — России с нарушением порядка, установленного Конституцией», являются «государственными преступлениями, направленными против безопасности, незыблемости основ конституционного строя, единства и целостности Российской Федерации…» без сроков давности[64].
Съезд принял постановление об освобождении от уголовной, административной и дисциплинарной ответственности должностных лиц и граждан, «прекративших своё участие в государственном перевороте и отказавшихся от выполнения антиконституционных указов, приказов и распоряжений до 00.00 часов московского времени 25 сентября 1993 года, … если их деятельность в период государственного переворота не привела к человеческим жертвам»[9].
Количество пришедших выразить поддержку позиции Верховного Совета и Съезда народных депутатов увеличилось. В течение дня у здания парламента шёл фактически непрерывный митинг, сопровождавшийся трансляциями с заседаний Съезда. Для предотвращения возможного штурма сотни людей стали оставаться у Дома Советов до утра, ночуя под открытым небом или в отдельных палатках. Заявления Кремля, что штурма не будет, воспринимались как свидетельство обратного[1].
В то же время, как утверждалось в докладе комиссии Госдумы по расследованию событий сентября — октября 1993 года, участились случаи появления в Доме Советов неизвестных вооружённых людей, которые не являлись сотрудниками Департамента охраны Верховного Совета или членами созданных по решению Руцкого дополнительных охранных подразделений. Наблюдатели и осведомители Министерства безопасности и Министерства внутренних дел работали почти не скрываясь. При этом количество штатных сотрудников Департамента охраны Верховного Совета непрерывно сокращалось, поскольку уходившие домой после окончания смены не допускались обратно на службу оцеплением «правительственных сил». Имели место и случаи невозвращения[1].
В этих условиях, не вполне доверяя руководству Департамента охраны Верховного Совета[1],  объявленный парламентом исполняющим обязанности президента Александр Руцкой издал указ № 17, в котором предписывал Владиславу Ачалову сформировать к 10 часам 25 сентября в Доме Советов мотострелковый полк из числа резервистов города Москвы, с задачей «противостоять любым попыткам применения силы против народных депутатов Российской Федерации, а также конституционных органов власти Российской Федерации — Съезда и Верховного Совета Российской Федерации». Директору Департамента охраны Верховного Совета Александру Бовту[65] было указано выделить автоматическое стрелковое оружие согласно штатному расписанию мотострелкового полка[66].
Руцким был издан также указ № 14, которым предписывалось создать три внештатных временных подразделения численностью 100 человек каждое. Командирами подразделений были назначены Виктор Савчук, Евгений Чернобривко и Владимир Макариков[67].
Департаментом охраны Верховного Совета были подготовлены документы на сбор оружия, выданного 23 сентября для вооружения создававшегося дополнительного охранного подразделения, но по указанию Ачалова это оружие было оставлено за этим подразделением[1].
18:30 — Выступая на заседании Съезда, Руслан Хасбулатов охарактеризовал ночные события на Ленинградском проспекте как провокационные по отношению к представительной власти. Он подчеркнул, что ни ВС РФ, ни Александр Руцкой не отдавали приказа «штурмовать» штаб ОВС СНГ и предложил депутатам почтить память жертв минутой молчания. Хасбулатов также предложил прекратить работу съезда. Он отметил, что, хотя сделано много, но главного сделать не удалось — в стране не восстановлена законность. По его словам, это произошло из-за инертности сограждан и позиции должностных лиц, из карьерных соображений не пожелавших подчиниться закону. «Мы не завершаем съезд, а прерываем его работу, чтобы созвать его снова, когда потребуется, а в это время Верховный Совет будет продолжать свою работу», — заявил Хасбулатов[68].
Выступая перед участниками Съезда, Валерий Зорькин от имени Конституционного суда предложил назначить дату одновременных выборов президента и народных депутатов Российской Федерации на 12 декабря 1993 года, выбирать двухпалатный парламент, работающий на профессиональной основе, без Съезда народных депутатов Российской Федерации. Зорькин заявил, что если это предложение будет принято за основу, «можно было бы прибегнуть к следующему: конфликтующие стороны приводят состояние правовое, конституционное и политическое в то, которое сложилось до 20.00 21 сентября. То есть президент дезавуирует свой Указ и, соответственно, законодатели делают то же самое в отношении своих решений. В этом случае Конституционный Суд также готов внести определенные уточнения в свое решение»[1].
По предложению регионов[69], однако, Съезд принял постановление «О досрочных выборах народных депутатов Российской Федерации и Президента Российской Федерации», которым постановил, в частности, провести указанные выборы не позднее марта 1994 года при условии нормальной конституционной деятельности органов представительной, исполнительной и судебной власти, а также обеспечения плюрализма мнений в средствах массовой информации. Верховному Совету было поручено в месячный срок подготовить соответствующие нормативные акты, обеспечивающие проведение одновременных досрочных выборов[70], при этом конкретную дату выборов должен был определить сам Верховный Совет[69].
Съезд принял постановление «О досрочном прекращении полномочий народных депутатов Российской Федерации», досрочно прекратив полномочия 96 народных депутатов (в основном тех, кто был признан не явившимся на чрезвычайный Съезд без уважительных причин)[9].
Было принято Обращение «К журналистам, руководителям средств массовой информации» в связи с закрытием телепрограммы «РТВ-Парламент», радиопередачи «Парламентский час», прекращением издания «Российской газеты», глушением парламентской радиостанции «20-й этаж». Участники съезда осудили народных депутатов — журналистов, которые, соблазнившись привилегиями, стали защищать исполнительную власть. Участники съезда обратились к журналистам с призывом «быть честными» и напомнили, что пресса должна быть независимой от влияния любой из ветвей власти[9][68].
21:00 — Председатель Совета Республики ВС РФ Вениамин Соколов заявил, что съезд не имеет права разойтись сегодня, так как вряд ли в следующий раз он соберётся. Он подчеркнул, что, прежде чем разойтись, депутаты должны решить вопрос о дальнейшем функционировании Съезда и Верховного Совета. Отметив большие заслуги Хасбулатова, Соколов заявил, что его потенциал как председателя ВС исчерпан. Соколов также предложил поставить на съезде вопрос о руководстве ВС РФ и о формировании нового правительства. Его поддержал лидер фракции «Россия» Сергей Бабурин[68].
При первом голосовании большинство народных депутатов поддержало предложение Соколова и лишь при повторном голосовании, путём манипуляций и при поддержке Александра Руцкого и председателя Совета Национальностей Рамазана Абдулатипова, Хасбулатову удалось добиться отклонения этой инициативы[1][68].
Александр Руцкой, обрушившийся на участников Съезда с критикой, заявил, что на них «просто стыдно смотреть». Назвав Департамент охраны ВС «полупьяным и полупродавшимся», он сказал, что присутствующих «обуяла потеря чувства стыда и греха». Предложение переизбрать руководство Верховного Совета и создать новое правительство, по его мнению, не выдерживает никакой критики — необходимо прекратить «разборки» и заняться делом. Руцкой обвинил российский народ в том, что он деградирует как нация, поскольку «безмолвно созерцает весь происходящий беспредел и до сих пор не понимает, что закон является основой благополучия государства». Подавляющее большинство участников Съезда после выступлений Руцкого и Абдулатипова отклонило предложения Вениамина Соколова и постановило продлить работу Съезда ещё на два дня. К этому времени число участников достигло 689 человек[68].
Тем временем Руцкой освободил Панкратова от должности начальника ГУВД г. Москвы[71] и отменил указ Ельцина от 6 июня 1992 года о возложении обязанностей мэра Москвы на Юрия Лужкова (при этом за ним сохранился пост премьера столичного правительства), назначив главой администрации Москвы народного депутата России Сергея Ивченкова[72][73]. Оба эти решения не имели никаких практических последствий.
Руцкой подписал указ, согласно которому в подчинение ему переходило Федеральное агентство правительственной связи и информации (ФАПСИ). Генеральному директору ФАПСИ генерал-лейтенанту Старовойтову было поручено «обеспечить устойчивой и бесперебойной связью исполняющего обязанности Президента Российской Федерации, Верховный Совет Российской Федерации, министерства, ведомства, комитеты, организации и учреждения, выполняющие Конституцию Российской Федерации»[74].
Федеральная исполнительная власть, армия, правоохранительные органы
На совещании в Администрации президента Российской Федерации было рекомендовано «направить обращение всем находившимся в Белом доме, в котором сказать, что произошло самое страшное: подстрекаемые и организуемые руководством бывшего Верховного Совета бандиты пролили кровь российских граждан. Это вынуждает президента и правительство принять меры против угроз повторного нападения укрывшихся в Белом доме террористов на лиц, выполняющих служебные обязанности, и мирных граждан. Органы прокуратуры и МВД обязаны выполнить свой долг и принять меры к аресту преступников и изъятию смертоносного оружия». Было рекомендовано также «немедленно организовать выступление по телевидению прокурора Москвы и Генерального прокурора России Степанкова, которые должны объявить о возбуждении уголовного дела по факту убийства и выдачи ордеров на арест преступников из числа защитников Белого дома, задержанных возле Генерального штаба»[1].
Утром было распространено заявление президиума правительства РФ в связи с нападением на здание штаба ОВС СНГ, в котором говорилось: «В нападении участвовало 8 человек, вооружённых автоматами. Бандиты открыли огонь, под угрозой оружия отобрали у молодых солдат 2 пистолета. Выстрелом в упор убит находившийся на патрульной службе старший участковый инспектор Хорошевского отдела милиции Москвы капитан милиции Валерий Свириденко. Также убита жительница соседнего дома, пенсионерка Вера Николаевна Малышева, подошедшая к окну при звуке выстрелов. В перестрелке ранен сотрудник милиции… Правительство, в связи с трагедией, заверило, что убийцы будут найдены и ответят по всей строгости закона, а также заявило, что принимает самые решительные меры по обеспечению безопасности граждан в Москве и на всей территории России»[62].
11:00 — В Москве прошла пресс-конференция начальника Министерства безопасности по Москве и Московской области Евгения Савостьянова, мэра Москвы Юрия Лужкова, управляющего делами мэрии Василия Шахновского, начальника ГУВД Москвы генерал-майора Владимира Панкратова и ряда других столичных руководителей. Была дана подробная информация и представлены оперативные съёмки, проведённые на месте нападения на штаб ОВС СНГ на Ленинградском проспекте[62].
Евгений Савостьянов рассказал о своей встрече за несколько часов до нападения с председателем Союза офицеров Станиславом Тереховым, который, по словам Савостьянова, «стал фактически превращаться в полевого командира»[62].
Юрий Лужков заявил, что в связи со сложившейся обстановкой было решено ввести вокруг Белого дома систему контроля прохода и выхода, включая личный досмотр с целью недопущения выноса оружия. Белый дом и прилегающие к нему территории объявлены «зоной повышенной опасности»[62].
Генерал-майор Владимир Панкратов заявил, что московская милиция получила приказ действовать в отношении преступников более жёстко. «В случае нападения на милиционеров или на объекты, имеющие особую важность, сотрудникам МВД разрешено открывать огонь без предупреждения», — сказал Панкратов. По словам начальника ГУВД, московская милиция будет усилена за счёт регулярных частей МВД и курсантов училищ[62].
Было заявлено об усилении охраны объектов государственного управления, учреждений связи, вокзалов, дорог, начале операций по пресечению деятельности бандитских групп в «горячих точках» со сложной криминогенной обстановкой, укреплении нарядов городской милиции военнослужащими внутренних войск, для чего дополнительно привлекались 3000 человек[1].
12:00 — Как заявил на пресс-конференции Павел Грачёв, события у штаба ОВС СНГ представляли собой «чётко спланированную и подготовленную акцию Российского союза офицеров». По его словам, в 21:30 на Ходынском поле за зданием штаба ОВС СНГ сосредоточилось около 200—250 человек, готовых к нападению на объект. К 23:00 угроза захвата объекта была ликвидирована, и обстановка стабилизировалась. Заместитель министра обороны РФ, главный военный инспектор Минобороны генерал армии Константин Кобец сообщил, что в 20:50 для нападавших доставили боеприпасы с сопредельной территории завода им. Ильюшина. Первая группа захвата приступила к операции, но по чистой случайности столкнулась с милицейским патрулём, что помешало осуществлению плана. Примерно в это же время вторая группа захвата начала штурмовать КПП Главного штаба ОВС СНГ. Часть группы прорвалась через КПП и направилась к центральному входу в Главный штаб, где встретилась с патрулём, в результате чего завязалась перестрелка. Буквально через 2 минуты к Главному штабу прибыли подразделения столичного ОМОНа, и группы захвата вынуждены были покинуть место происшествия на автобусах. По словам Кобеца, инцидент занял 20-25 минут. Трое участников вооружённого штурма были захвачены. Генерал Кобец заявил, что в 01:00 24 сентября ему стало известно о том, что Анпилов и Макашов, поспешив, объявили о захвате объекта. В 02:05 у Главного штаба появилась первая группа парламентёров, которую генерал Кобец не пропустил в Главный штаб. В 05:30 появилась вторая группа парламентёров, которым генерал Кобец предъявил следующий ультиматум: Верховный Совет должен освободить от должности назначенных Cъездом силовых министров, выдать зачинщиков вооружённой акции, немедленно сложить оружие, выполнять указы президента, распустить всех депутатов. По словам Кобеца, на выполнение ультиматума им было отведено 24 часа[62].
Павел Грачёв публично обвинил Владислава Ачалова и его заместителя Альберта Макашова в причастности к действиям Терехова. Он утверждал также, что у Дома Советов «людям с улицы» выдано большое количество неучтённого оружия. Грачёв сообщил журналистам о значительном усилении охраны всех военных объектов в городе Москве, о вводе в город дополнительных мотострелковых и десантных подразделений, а также об отданном им приказе адекватно отвечать в случае нападения на объекты[1].
Ельцин подписал распоряжение № 651-рп о передаче Департамента охраны Верховного Совета в состав МВД — в частности, Виктору Ерину было предписано организовать охрану Дома Советов и других объектов, находившихся в ведении Верховного Совета, совместно с Павлом Грачёвым незамедлительно принять меры по изъятию огнестрельного оружия у лиц, принимавших участие в охране Дома Советов. Ерин, в свою очередь, издал приказ № 434, которым руководителю Департамента охраны Верховного Совета А. П. Бовту было приказано, в частности, «незамедлительно принять меры по изъятию огнестрельного оружия у лиц, принимающих участие в охране Дома Советов», и до 9 часов 00 минут 25 сентября доложить об исполнении[1].
По мнению комиссии Госдумы, раздувание в средствах массовой информации «проблемы оружия» и последствий самовольных действий Станислава Терехова, усиление оцепления и ужесточение контрольно-пропускного режима привели к значительному росту напряжённости[1].
Борис Ельцин подписал Указ «О формировании Центральной избирательной комиссии по выборам в Государственную Думу Федерального собрания Российской Федерации». Председателем ЦИК был назначен Николай Рябов, сложивший с себя полномочия народного депутата. Был также подписан Указ «О выборах народных депутатов Российской Федерации, назначенных на 26 сентября и 3 октября 1993 года», предусматривающий их отмену[62].
Администрация президента Российской Федерации распространила Обращение, которым пригласила народных депутатов Российской Федерации созыва 1990—1995 годов принять участие в Конституционном совещании, а также в деятельности создаваемой при Администрации на срок до начала работы Федерального Собрания Комиссии законодательных предположений. При этом подчеркивалось, что «материальное, консультативное, информационное, социально-бытовое, транспортное обеспечение бывших народных депутатов Российской Федерации, зарегистрировавшихся в качестве участников Конституционного совещания или Комиссии законодательных предположений, будет осуществляться на уровне норм, действовавших в бывшем Верховном Совете Российской Федерации»[1].
Сергей Филатов разослал представителям президента Российской Федерации в регионах телеграмму, в которой предписывал им, в частности, «сохраниться всеми доступными средствами, во взаимодействии с местными органами власти или вопреки им», тиражировать свои заявления в СМИ, создать условия для информирования населения через СМИ о действиях Бориса Ельцина и правительства, с положительным комментарием («не вдаваясь в историю и политическую подоплеку, указ президента РФ можно интерпретировать как выход из нештатной ситуации»), мобилизовать на поддержку действий Бориса Ельцина лидеров общественного мнения, препятствовать контактам и консолидации представителей Верховного Совета и Съезда народных депутатов с региональными властями, демонстрировать жёсткий контроль со стороны представителей президента за деятельностью органов исполнительной власти, немедленно начать организацию предвыборных кампаний в Федеральное Собрание, вести работу с народными депутатами Российской Федерации своего региона с целью срыва попыток созвать съезд и принимать меры, препятствующие их сбору, препятствовать использованию привилегий депутатов в части беспрепятственного доступа к государственным СМИ[1].
Министерство юстиции сделало Заявление, в котором, в частности, говорилось, что хотя, издав Указ № 1400, президент Ельцин формально вышел за юридические рамки, но «действовал в соответствии с конституционными принципами народовластия, обеспечения безопасности страны, охраны прав и законных интересов граждан». В Заявлении также утверждалось, что «президент вынужден был разрубить „гордиев узел“ губительного противостояния. Превысив по форме свои полномочия, он употребил это нарушение не для узурпации власти (выборы президента РФ назначены на 12 июня), а для защиты воли народа. Он расчистил путь для обновления механизма власти, для принятия правового порядка в России»[1].
Бывший народный депутат Александр Починок был назначен первым заместителем министра финансов, бывший депутат Владимир Подопригора — председателем комитета по законодательным предположениям[62].
Сергей Степашин, ушедший в отставку с поста председателя Комитета по обороне и безопасности ВС РФ, был назначен первым заместителем министра безопасности РФ и приступил к исполнению своих обязанностей[68].
Межведомственная комиссия по борьбе с коррупцией заявила о передаче в прокуратуру Москвы подлинников документов, подтверждающих, что жёны Андрея Дунаева и Виктора Баранникова, находясь 20-24 июля в Цюрихе, приобрели предметы роскоши на сумму около 300 тысяч долларов за счет фирмы «Дистал», принадлежащей брату Дмитрия Якубовского[62].
19:20 — 21:00 — В районе станции метро «Баррикадная» произошло первое с начала событий столкновение между сотрудниками правоохранительных органов и сторонниками Верховного Совета, блокировавшими около 10 грузовиков с военнослужащими ОМСДОН. Силами ОМОН проход был расчищен. Прибывшие подразделения ОМСДОН оцепили территорию вокруг Белого дома. Военнослужащие были размещены в районе площади Свободной России, Краснопресненской набережной, метро «Баррикадная», площади Восстания[68].
Борис Ельцин подписал указ «О Комиссии по передаче дел Верховного Совета Российской Федерации». Председателем комиссии назначен Александр Починок. Комиссии поручено принять все необходимые меры для обеспечения сохранности помещений, имущества, оборудования Верховного Совета, Центральной избирательной комиссии по выборам народных депутатов Российской Федерации и других объектов[68].
В 22:00 по распоряжению министра топливно-энергетических ресурсов Российской Федерации Юрия Шафраника было произведено полное отключение Дома Советов от тепла и электроэнергии[1].
В этот день Евгений Кожокин, сложивший полномочия полномочия народного депутата (единственный член Верховного Совета, голосовавший против принятия постановления о прекращении полномочий президента Ельцина[7]), выступил парламентёром между Администрацией Президента РФ и руководством Верховного Совета РФ, а фактически между Ельциным и Хасбулатовым[75][76]. Предложения Ельцина о гарантиях безопасности и беспрепятственного выезда с семьёй за границу в любую страну по выбору Кожокин, конфиденциально прибыв в Белый дом, передал Хасбулатову[77][78]. По свидетельствам Хасбулатова, Кремль также обещал выплатить ему наличными крупное денежное вознаграждение, называлась сумма в 10 млн долларов. При этом Кожокин, по воспоминаниям бывшего спикера ВС РФ, якобы намекал на возможность гибели Хасбулатова в случае продолжения сопротивления действиям Ельцина. Предложения Кремля были отвергнуты, Хасбулатов в характерной для себя манере заявил парламентёру, что сам может гарантировать Ельцину безопасность[77][79].
25 сентября, суббота
Белый дом
Ночью по указанию штаба защиты Белого дома проезд к Белому дому со стороны гостиницы «Мир» был с внешней стороны баррикад заблокирован подвезёнными бетонными плитами с целью не допустить водомётную технику близко к подъездам 8-20 Дома Советов[80].
Генерал-полковник Владислав Ачалов сообщил на рабочем заседании президиума ВС РФ о начавшемся формировании мотострелкового полка численностью до 1 тысячи человек для охраны Дома Советов[80]. Днём у подъезда #1 Белого дома со стороны Краснопресненской набережной прошёл смотр защитников Белого дома и парад, который принимал объявленный парламентом и. о. президента Александр Руцкой. В нём участвовало 211 человек, отчасти вооружённых нагайками и лыжными палками[81].
Примерно в семь часов утра подходы к Дому Советов были блокированы военнослужащими ОМСДОН, получившими приказ «выпускать людей и никого не впускать, за исключением народных депутатов». Военнослужащие были экипированы в каски, бронежилеты и имели при себе резиновые дубинки. Некоторые сотрудники милиции были вооружены автоматами[1].
Работа X внеочередного (чрезвычайного) Съезда народных депутатов Российской Федерации возобновилась в 10 часов утра. Первый заместитель председателя ВС России Юрий Воронин сообщил, что ночью с 24 на 25 сентября к Белому дому подошёл большой отряд офицеров и военнослужащих. Депутаты образовали рабочие комиссии для связи с москвичами, регионами, зарубежными парламентами, министерствами, ведомствами, общественными организациями[80].
К двум часам дня внутри оцепления у Дома Советов находилось до 2000 человек. Для обеспечения прохождения людей к Дому Советов к оцеплению периодически направлялись группы народных депутатов[1].
В 14:25 Руцкой в сопровождении нескольких сотен сторонников Верховного Совета обошёл с наружной стороны оцепление, призывая военнослужащих и сотрудников милиции «не выполнять преступные приказы Ельцина, Грачёва, Ерина», «защитить Конституцию и Закон»[1]. Руцкой заявил, что перешедшие на сторону защитников Конституции до 18 часов 25 сентября будут освобождены от ответственности[81]
15:30 — Со стороны московской мэрии (бывшего здания СЭВ) к Белому дому, прорвав милицейский кордон, подошло около 5 тысяч человек. С балкона Белого дома ко всем собравшимся обратился Александр Руцкой. Он сообщил, что, по его сведениям, военные округа многих регионов, к которым Борис Ельцин обратился с призывом оказать военную помощь, отказали ему, объяснив это тем, что Верховный Совет не давал своего разрешения. Руцкой также заявил, что 25 сентября в Белый дом были направлены для переговоров представители правительства РФ, которые предложили одновременные выборы парламента и президента России[80].
Александр Руцкой обратился к командирам частей и подразделений Московского военного округа с призывом дать разрешение военнослужащим подчинённых частей и подразделений без оружия прибыть к Дому Советов для участия в мирной демонстрации в поддержку Конституции и законности. Он также призвал командный и преподавательский состав, слушателей Военно-политической академии выступить на защиту Конституции и народовластия и обратился к настоятелям и прихожанам православных храмов Москвы с призывом «сделать всё зависящее, чтобы помешать преступным планам зарвавшихся путчистов по насильственному захвату здания Верховного Совета»[1].
На 27 сентября Руцкой объявил общероссийскую бессрочную политическую стачку, предусматривавшую проведение акций гражданского неповиновения, забастовок и пикетов вокруг теле- и радиоцентров[1].
Верховный Совет выступил с Обращением к офицерам и генералам России с призывом немедленно активно выступить в поддержку законной власти — Верховного Совета и Съезда народных депутатов Российской Федерации, организованно прийти к Дому Советов Российской Федерации[1].
Тем временем к вечеру в милицейском оцеплении вокруг Дома Советов свободным остался единственный проход в сторону метро «Баррикадная». Допуск граждан и журналистов к Белому дому был прекращён. Милицейские посты не пропускали в зону защиты Белого дома никого, кроме народных депутатов. В то же время можно было беспрепятственно выйти за пределы оцепления[80].
Поздно вечером в Белый дом поступила информация о готовящемся в ночь на 26 сентября штурме[1].
Борис Ельцин
На совещании в Администрации президента Российской Федерации было рекомендовано:
«уточнить степень влияния сторонников руководства бывшего Верховного Совета в … министерствах и ведомствах РФ, включая возможные действия там бывших депутатов РФ, открытых противников реформ, которые были в последнее время там трудоустроены …»
«повторить по телевидению или сделать заново передачу о защитниках Белого дома, задержанных возле Генерального штаба. Эти люди должны публично раскаяться в своем преступлении, назвать тех, кто дал им оружие, кто толкал на преступление…»
«организовать выступление по телевидению бывших народных депутатов с нелицеприятной оценкой действий руководства бывшего Верховного Совета, несущих полную ответственность за действия террористов…»
«постепенно гасить интерес телезрителей к событиям у Белого дома. У широкой публики должно создаться впечатление об обитателях Белого дома, как людях, оставшихся в отцепленном вагоне ушедшего поезда…»
«трансформировать образ Руслана Хасбулатова в образ Сажи Умалатовой. На первый план должны выйти позитивные действия президента и правительства, сообщения с мест…»
«в связи с прозвучавшими в средствах массовой информации сообщениями о намерениях ряда представителей областных советов дезорганизовать работу транспорта, перекрыть трубопроводы, прекратить экспортные поставки и т. п., предложить соответствующим министерствам и ведомствам через подчинённых им руководителей выразить свою реакцию в местных советах в целях оказания давления на позицию председателей советов. В этих же целях при проведении селекторных совещаний… привлечь работников прокуратуры и Минюста для разъяснения противозаконной сущности подобных действий и суровой уголовной ответственности по ряду статей УК РФ должностных лиц, блокирующих железнодорожные пути и срывающих нормальную работу предприятий и т. д. Генеральному прокурору Степанкову выступить в средствах массовой информации с разъяснением правовых последствий подобных действий должностных лиц, дать поручение областным прокурорам о проведении подобной работы на местах, персональном предупреждении соответствующих должностных лиц…»
«силовым министерствам обеспечить точной оперативной информацией по ситуации в Белом доме и вокруг него. Предусмотреть полное прекращение функционирования систем жизнеобеспечения»[1].
Борис Ельцин своим указом отстранил от исполнения обязанностей главу администрации Брянской области Юрия Лодкина в связи с тем, что тот совершил действия, направленные на неисполнение Указа Президента РФ от 21 сентября «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации»[80].
Подписан указ «О предотвращении незаконного привлечения к ответственности граждан РФ» — согласно этому документу, не подлежат применению на территории РФ не имеющие юридической силы дополнения Уголовного кодекса РСФСР статьями 64-1 и 70-2[80][82].
Подписан указ «О социальных гарантиях для сотрудников аппарата бывшего Верховного Совета Российской Федерации и обслуживающего персонала»[80].
19:00 — Пресс-служба президента России распространила текст указа Бориса Ельцина «Об ответственности лиц, противодействующих проведению поэтапной конституционной реформы». Согласно этому документу, должностные лица федеральных органов исполнительной власти, отказывающиеся исполнять решения президента и правительства РФ либо противодействующие реализации Указа №1400, подлежат увольнению. Лица офицерского состава Вооружённых Сил, органов внешней разведки, федеральных органов государственной безопасности, органов внутренних дел и войск правительственной связи, публично выступающие в нарушение статьи 18 Закона РФ «Об обороне», статей 7 и 9 Закона РФ «О статусе военнослужащих» с оценками политической ситуации либо с призывами не исполнять действующие законы РФ, указы президента и постановления правительства РФ, досрочно увольняются с военной службы. В то же время, согласно документу, не является основанием для привлечения к ответственности факт участия граждан РФ, в том числе бывших народных депутатов РФ, в митингах и манифестациях в поддержку бывшего Верховного Совета РФ, а также решений, принимаемых после 21 сентября 1993 года группой бывших народных депутатов РФ[80].
Павел Грачёв днём провёл встречу с представителями Союза ветеранов Афганистана, в ходе которой руководство этой организации заявило, что воины-афганцы поддерживают Бориса Ельцина и «готовы оказать ему посильную помощь в наведении порядка в стране»[1].
26 сентября, воскресенье
Белый дом
В 00:50 Руцкой сообщил руководству Верховного Совета о готовности к отражению штурма.
Примерно в 2 часа ночи все находившиеся в Доме Советов люди были подняты по тревоге. Началась раздача противогазов. Народные депутаты собрались в большом зале и открыли заседание, продолжавшееся до 5 часов утра. Все это время у здания парламента находилось около 2000 человек[1]. Никаких действий в отношении Белого дома, однако, в течение ночи не было предпринято.
Утром Хасбулатов дал разрешение прибывшему в Белый дом прокурору города Москвы Геннадию Пономарёву проверить наличие оружия в здании. Владислав Ачалов и руководитель Департамента охраны Верховного Совета Александр Бовт получили указание оказать работникам прокуратуры необходимое содействие. Пономарёв совместно с военными прокурорами взял объяснения, а затем произвёл допросы Бовта и Ачалова в качестве свидетелей по уголовному делу, возбуждённому в связи с событиями у штаба ОВС СНГ 23 сентября. Приехавший одновременно с Пономарёвым Генеральный прокурор Степанков заявил журналистам, что находится в Доме Советов в связи с «проблемой оружия» и занимается его изъятием для проведения баллистической экспертизы[1].
В 10 часов утра Съезд возобновил работу. Руслан Хасбулатов вновь категорически заявил о невозможности компромисса с правительством, одновременно призвав парламентские фракции «начать писать историю предательства народных депутатов». Учитывая необходимость принятия неотложных актов на уровне Верховного Совета и занятость многих депутатов выполнением оперативных поручений по связи с регионами и населением, было решено продолжить работу съезда в режиме Верховного Совета. Было также решено, что по мере необходимости и накопления нормативных актов высшего уровня эти документы будут ставиться на голосование съездом. Народные депутаты подтвердили ранее принятое решение не расходиться и не разъезжаться из Дома Советов «до полной ликвидации путча и восстановления конституционного строя»[83]. Съезд обратился ко всем воинским частям с требованием прибыть к зданию Верховного Совета «для защиты Конституции и конституционного строя Российской Федерации»[9].
Тем временем прибывшие в Дом Советов работники прокуратуры попытались начать работу по сбору, осмотру и складированию оружия. Одновременно с ними приехал председатель Моссовета Николай Гончар, который предложил передать в Моссовет часть оружия Департамента охраны Верховного Совета в качестве жеста доброй воли, гарантируя за это возобновить подачу электроэнергии. Воспользовавшись этим предложением, Александр Руцкой продемонстрировал журналистам оружейную комнату, в которой хранилось штатное оружие Департамента охраны Верховного Совета, и в их присутствии передал Николаю Гончару один ящик с 12 автоматами АКС-74У, которые Гончар, в свою очередь, передал прибывшим представителям органов МВД и прокуратуры. На этом передача оружия была прекращена. Узнав о проведённых прокуратурой следственных действиях в отношении Ачалова и Бовта, Руцкой заявил прокурору Пономарёву, что запрещает любые контакты людей из Дома Советов с работниками прокуратуры, после чего последним пришлось покинуть Белый дом[1].
Александр Руцкой распространил обращение к руководителям органов представительной и исполнительной власти субъектов Федерации[83], в котором содержались следующие предложения по преодолению последствий политического кризиса:
Полная отмена указа № 1400 и всех последующих связанных с ним решений, — необходимое условие выхода страны из политического кризиса.
Одновременное проведение в январе-марте 1994 года выборов президента и парламента РФ.
В целях преодоления последствий государственного переворота, а также для организации проведения выборов создать Контрольный совет субъектов Федерации.
Гарантами проведения свободных демократических выборов являются Конституционный суд и Контрольный совет субъектов Федерации. Правовой основой выборов является Закон «О президенте РФ», а также решения высших органов законодательной власти.
Президент РФ (Ельцин) слагает свои полномочия в соответствии со ст. 121-6 Конституции РФ.
Правительство РФ до момента выборов занимается исключительно вопросами оперативного управления экономикой[84].
Петербургскими мемуаристами утверждается, что в этот день Александр Руцкой также издал указ, которым освободил Aнатолия Собчака от должности мэра Санкт-Петербурга и назначил его заместителя Вячеслава Щербакова и. о. главы городской администрации[85][86], при этом Щербаков заявлял, что сам он выступил против этого указа[87] и даже специально звонил по этому поводу Руцкому, заявив, что указ противоречит Закону о местном самоуправлении и Федеративному договору[88]. , а сам Руцкой отрицает подписание такого указа[89].
Как стало известно позднее, Виктор Баранников, утверждённый Верховным Советом на пост министра безопасности, 26 сентября без санкции Александра Руцкого и Руслана Хасбулатова конфиденциально встретился в правительственной резиденции с Виктором Черномырдиным, где заявил, что единственной целью его пребывания в Доме Советов является «помощь наведению порядка» — контроль за сбором оружия и освобождение здания Верховного Совета от находившихся там лиц. По просочившимся в СМИ сведениям, Баранников также заявил, что ему «с этой компанией не по пути» и попросил передать Ельцину, что «был и остался верен ему». Баранников сообщил, что такую же позицию занимает Андрей Дунаев, исполняющий по указу Руцкого обязанности главы МВД. Руслан Хасбулатов, которому доложили о самовольных действиях Баранникова, не предпринял никаких шагов по смещению его с занимаемой должности и даже на своей пресс-конференции 27 сентября отказался подтвердить сообщения СМИ относительно Баранникова[1].
26 сентября в Дом Советов прибыли 12 военнослужащих срочной службы — военных строителей, самовольно покинувших свою часть в городе Люберцы Московской области. Это были первые военнослужащие, вставшие на сторону Верховного Совета. Приказом Владислава Ачалова они были зачислены в его личную охрану[1].
Вечером в Доме Советов полностью закончился запас солярки, остановился дизельный генератор, питавший энергией здание Верховного Совета. Остановились также все водонасосы, водоснабжение парализовано. Обстановка осложняется применением свечей и отсутствием воды в аварийной противопожарной системе. В связи с отсутствием электроэнергии не работает большинство холодильных установок. В здании холодно, невозможно даже вскипятить чай. Ночью передвижение по Белому дому запрещено. На всех лестницах и переходах выставлены вооружённые посты. Двери всех подъездов заперты изнутри. Выход и вход людей до утра не разрешён из соображений безопасности: служба охраны Белого дома ожидает нападения[83].
Примерно в 23:00 начала поступать информация о якобы назначенном на 4 часа утра штурме Дома Советов[1]. Александр Руцкой и Руслан Хасбулатов совместно обратились к гражданам России, к правительствам, парламентам и народам мира, заявив, что «Ельцин отдал приказ поддерживающим его частям МВД в ночь на 27 сентября взять штурмом здание российского парламента и учинить кровавую расправу над съездом», и призвали «использовать все доступные средства, чтобы не допустить кровопролития». Примерно в 2 часа ночи это обращение было распространено по каналам американской телекомпании CNN[1].
Исполнительная власть, сторонники Бориса Ельцина
Борис Ельцин подписал Указ «Об образовании Комиссии законодательных предположений при Президенте Российской Федерации». Председателем Комиссии был назначен Михаил Митюков. Бывшим народным депутатам Российской Федерации предложено принять участие в деятельности Комиссии по разработке новых нормативных актов в целях совершенствования действующего законодательства[83].
На Советской площади в Москве прошёл митинг в поддержку президента Бориса Ельцина, организованный движением «Демократическая Россия» и некоторыми бывшими депутатами РФ. На митинге присутствовало около 30 тысяч человек. Выступили Илья Заславский, Глеб Якунин, Лев Пономарев, Сергей Юшенков, Анатолий Шабад, а также лидер «Демсоюза» Валерия Новодворская. Сторонники «ДемРоссии» приняли резолюцию, в которой призвали Конституционный суд отменить «все незаконные решения в отношении указа президента РФ и все постановления Руцкого»[83].
Сергей Степашин с санкции Ельцина встретился с Александром Руцким и от имени Бориса Ельцина предложил ему покинуть Белый дом и сделать всё возможное для самороспуска Верховного Совета и Съезда народных депутатов, обещая за это прощение и благодарность со стороны Ельцина. Эти предложения приняты не были[1].
Мотивируя свои действия угрозой неконтролируемого распространения оружия из Дома Советов, генерал-майор Владимир Панкратов, продолжающий руководить московской милицией, приказал усилить оцепление вокруг здания парламента, для чего было привлечено дополнительно в дневное время 500 военнослужащих в/ч 3111, в ночное время — 300 военнослужащих этой же войсковой части[1].
Созданный по решению МВД для руководства и координации действий служб и подразделений милиции и внутренних войск оперативный штаб ГУВД Москвы под руководством генерал-майора Владимира Панкратова разместился в расположенной рядом с Домом Советов гостинице «Мир». Здесь и в смежном здании московской мэрии (бывшее здание СЭВ) находится большое число сотрудников ГУВД Москвы, московского ОМОНа и офицеров из подразделений дивизии ВВ им. Дзержинского. По данным корреспондентов, помимо них, в гостинице «Мир» присутствуют представители армейских разведподразделений из различных военных округов России. Практически все сотрудники МВД, находящиеся в здании мэрии и гостиницы «Мир», экипированы в бронежилеты и вооружены автоматами[1][83].
К 18:00 кварталы, прилегающие к Дому Советов, были оцеплены усиленными нарядами милиции, ОМОНа и военнослужащих ОМСДОН. Жителей домов, попавших в зону оцепления, пропускали только при предъявлении паспорта[1].
Как сообщили из секретариата первого заместителя ВС РФ Юрия Воронина, с ним связался премьер-министр Виктор Черномырдин. Черномырдин предложил Воронину начать хоть какие-то переговоры, на что Воронин ответил, что пока в Белом доме не будет включено электричество и не заработает отопление, никаких переговоров с Черномырдиным он вести не станет[83].
27 сентября, понедельник
Белый дом
В 02:00 открылось ночное заседание Съезда, проходившее в ожидании штурма, который вновь не состоялся. Утреннее заседание Съезда открылось в 10:00, но стенограммы прекратили вести из-за отсутствия электричества[9]. Юрий Воронин объявил, что к защитникам Дома Советов присоединился прибывший из Приднестровья отряд «Днестр»[90].
Съезд принял постановление «О Департаменте по охране Верховного Совета Российской Федерации», которым подчинил Департамент охраны Верховного Совета Андрею Дунаеву[9].
Было принято постановление «О дополнительных мерах по преодолению политического кризиса в Российской Федерации», которым Съезд:
согласился с предложениями субъектов Российской Федерации о направлении своих представителей для участия в работе Съезда с 28 сентября 1993 года в целях выработки мер по выходу из политического кризиса и обеспечению гражданского мира;
потребовал от правительства прекратить вооружённую и информационную блокаду Съезда народных депутатов Российской Федерации[9].
Был принят закон «О федеральных уполномоченных Съезда народных депутатов Российской Федерации», задача которых состоит в том, чтобы «осуществлять контроль за реализацией решений десятого (чрезвычайного) Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации по пресечению государственного переворота в Российской Федерации, восстановлению конституционного строя, прав и свобод граждан России»[9].
Как заявил начальник Департамента охраны Верховного Совета Александр Бовт в ответе на письмо, которое направил ему 23 сентября мэр Москвы Юрий Лужков, Департамент охраны Верховного Совета к выдаче оружия посторонним лицам непосредственного отношения не имеет. Лужков в своём обращении требовал изъять огнестрельное оружие, которое роздано лицам, не имеющим на его ношение законного права. В письме указывалось, что раздача огнестрельного оружия была санкционирована письменным указанием Ачалова[90].
21:00 — На митинге у Белого дома выступили Руслан Хасбулатов и Александр Руцкой. Руцкой выразил намерение «стоять до конца» несмотря на то, что «некоторые пытаются сейчас предать Белый дом под видом компромиссов». По выражению Руцкого, «Ельцин, Козырев и Чубайс являются единомышленниками ЦРУ и фактически выполняют план Даллеса, подготовленный ЦРУ в 1945 году»[90].
22:00 — По просьбе группы депутатов Верховного Совета, обеспокоенных нарастанием экстремизма в стенах Белого дома, состоялась встреча Руцкого и Явлинского. Явлинский высказал ряд рекомендаций, реализация которых воспрепятствовала бы развитию ситуации в опасном направлении. По его словам, самое худшее, что можно сделать в сложившейся ситуации, — это продолжать любую деятельность, направленную на создание реального двоевластия в стране и на попытки привлечь на свою сторону силовые структуры. Явлинский предложил Руцкому взять на себя инициативу проведения разоружения Белого дома. Разговор завершился обещанием Руцкого «обдумать ситуацию»[90].
Моссовет
Моссовет на своей сессии поручил председателю Моссовета Николаю Гончару срочно провести совещание представителей субъектов Федерации с повесткой дня «О мерах выхода из кризисной ситуации», обратиться к председателю правительства Виктору Черномырдину с предложениями об обеспечении жизнедеятельности Дома Советов. Мандатной комиссии было поручено подготовить решение о прекращении полномочий депутатов, поддержавших «антиконституционный переворот» и отсутствовавших на сессии. Оперативному штабу «в целях ликвидации противостояния органов законодательной и исполнительной властей» было поручено подготовить решение «предложить всем субъектам Федерации взять под контроль развитие ситуации и способствовать преодолению кризиса федеральной государственной власти путём одновременного проведения выборов в органы законодательной власти и президента до конца 1993 года», а также о приостановлении действий Верховного Совета Российской Федерации и Президента Российской Федерации[1].
Моссовет также осудил действия президентской стороны, ведущие к созданию условий, угрожающих жизни и здоровью лиц, находившихся как в Доме Советов, так и вблизи от него, поручил мэру Москвы Юрию Лужкову дать распоряжение подведомственным ему службам обеспечить Дом Советов электроэнергией, теплом и водой, всеми средствами связи, питанием и медицинским обслуживанием до повторного рассмотрения вопроса о законности действий президента Российской Федерации и заключения Конституционного суда от 21 сентября 1993 года. Было также решено организовать продажу горячего питания на площади, прилегающей к Дому Советов, обеспечить свободный и безопасный проход граждан к зданию парламента и обеспечить дизельным топливом систему аварийного электроснабжения Дома Советов. Управляющему делами Верховного Совета было предложено предоставить документальное подтверждение или опровержение сведений о раздаче оружия неизвестным лицам, находящимся у Дома Советов[1].
Исполнительная власть
С утра был ужесточён режим пропуска людей к Дому Советов. Подходы к зданию парламента блокировали усиленные наряды милиции и ОМОНа. В зону оцепления перестали допускаться работники аппарата Верховного Совета и журналисты. Если раньше милицейские кордоны стояли в радиусе 100 м от Дома Советов, то теперь зона оцепления была существенно расширена[91]. Люди большими группами начали скапливаться у милицейских кордонов. Для прохода сотрудниками милиции периодически открывались узкие коридоры, через которые людей пропускали небольшими группами. Эти ограничения способствовали росту напряжённости и возникновению отдельных стычек, в которых сотрудники милиции активно использовали спецсредства[1]. На Дружинниковской улице произошли стычки с милицией - несколько человек, пытавшихся прорваться сквозь кордоны, получили дубинками по лицу. На подмогу милиции подъехали машины со спецназом[90]
Утром у гостиницы «Мир» был задержан начальник отдела по охране Парламентского центра Департамента охраны Верховного Совета полковник милиции Саликов В. Г., шедший в здание парламента за инструкциями (ещё 25 сентября приказом заместителя министра внутренних дел генерал-лейтенанта внутренней службы В. Б. Турбина Саликов был освобождён от должности «за грубое нарушение дисциплины, выразившееся в отказе исполнять приказ МВД РФ от 23 сентября 1993 г. № 802»). Стоявшие в оцеплении сотрудники милиции не допустили к месту службы смену сотрудников Департамента охраны Верховного Совета, в результате чего охрану здания парламента продолжала последняя смена, оставшаяся на постах и в дежурной части, а также ряд сотрудников, являвшихся материально-ответственными лицами[1].
На совещании в Администрации президента Российской Федерации было предложено незамедлительно:
«предусмотреть полное прекращение функционирования систем жизнеобеспечения Белого дома: продуктовое снабжение, электроснабжение, водоснабжение, канализация, отопление и любые каналы связи»
«прекратить все возможные связи защитников Белого дома с внешним миром, поставить бетонные заграждения для предотвращения прорыва оцепления толпой или автотранспортом; всех выпускать, никого не впускать»
«вести круглосуточное наблюдение за территорией вокруг Белого дома и по возможности за внутренними помещениями, используя видеосъемку из рядом стоящих домов и других точек»
«срочно выяснить причины неподчинения сотрудников охраны Белого дома приказу министра МВД Ерина, … предпринять все необходимые меры воздействия на них: материальное поощрение, угрозу увольнения из органов МВД, угрозу дисциплинарных и уголовных наказаний за невыполнение приказа и т. д., использовать возможность индивидуальной работы с ними по месту жительства после их смены с дежурства»
«провести персональную работу с наиболее активными защитниками Белого дома, включая советников Хасбулатова Чилингарова и Кургиняна. Необходимо создать атмосферу общественного осуждения защитников Белого дома, используя мнение партий, движений, общественных организаций, авторитетных лиц»
«организовать массированную кампанию на телевидении с участием лучших юристов России, нейтрализовать образ Зорькина как миротворца, показать противоправность его попыток»[1].
Генеральная прокуратура Российской Федерации сделала заявление по поводу следственных действий, которые работники прокуратуры провели 26 сентября: «В Белом доме следователи прокуратуры выполняли следственные действия, связанные с незаконной выдачей и использованием оружия. Установлено, что оно было выдано нескольким группам лиц, не имеющим отношение ни к Департаменту охраны ВС, ни к другим, кто имеет право на его ношение и хранение. Одной из таких групп под руководством председателя „Союза офицеров“ Терехова, как выявлено сейчас в ходе расследования, совершено нападение на штаб ОВС СНГ.
Однако выполнить комплекс процессуальных действий, в том числе направленных на изъятие оружия, следователям не удалось. В грубой форме А. Руцкой потребовал прекратить проведение любых следственных действий. В результате предпринятого нажима следователи вынуждены были покинуть здание Белого Дома…
В связи с изложенным Генеральная прокуратура Российской Федерации предупреждает, что прокурорами повсеместно будут приниматься строжайшие меры воздействия к лицам, участвующим в незаконных вооружённых формированиях, хранящим и использующим оружие без законных на то оснований»[1].
Помощник Ельцина Юрий Батурин заявил в интервью ИТАР-ТАСС, что предложенный председателем Конституционного суда Зорькиным «нулевой вариант» «абсолютно неприемлем»[1].
Вечером в интервью телекомпании «Останкино» Ельцин заявил, что он против одновременных досрочных выборов президента и народных депутатов и ни на какие компромиссы ни с какими органами власти не пойдёт[90].
Борис Ельцин издал указ «О функционировании органов исполнительной власти в период поэтапной конституционной реформы в Российской Федерации», которым, в частности, подчинил органы исполнительной власти субъектов Федерации правительству Российской Федерации по всем вопросам, за исключением отнесённых к исключительному ведению органов исполнительной власти субъектов Федерации. Было установлено, что до начала работы Федерального Собрания главы исполнительной власти не могут быть освобождены от должности без решения президента Ельцина. Правительству и руководителям органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации было дано указание пресекать попытки переподчинения территориальных структурных подразделений федеральных органов. Должностные лица территориальных структурных подразделений федеральных органов, выполняющие решения о переподчинении указанных органов, подлежали увольнению в соответствии с указом Ельцина «Об ответственности лиц, противодействующих проведению поэтапной конституционной реформы»[1].
Оценивая в беседе с журналистами ситуацию в Белом доме, вице-премьер правительства РФ Сергей Шахрай заявил, что Съезд не работает, в Белом доме ночует 120—180 депутатов, а днём собирается около 300 человек: «Это никакой не съезд и не Верховный Совет, и трагедия в том, что депутаты стали заложниками, так как за их спиной на 13-м и других этажах формируются вооружённые группы экстремистов, насчитывающие несколько сот человек. Там находится 500 автоматов, и для них депутаты — это своего рода фиговый листок, за которым можно действовать»[90].
Как сообщили в пресс-службе Конституционного суда, 27 сентября вечером у председателя Конституционного суда Валерия Зорькина была отключена спецсвязь через правительственный коммутатор с руководителями регионов. В первый раз спецсвязь отключалась 22 сентября, но затем 26 сентября перед визитом в Конституционный суд члена президентского совета Михаила Полторанина спецсвязь была включена. 27 сентября, после того, как Валерий Зорькин провел несколько телефонных разговоров с руководителями ряда регионов, доступ к правительственному коммутатору был прекращён[90].

20:20 — Пресс-центр ГУВД Москвы распространил сообщение: «В связи с наличием в здании Белого дома значительного числа огнестрельного оружия, розданного на руки незаконным вооруженным формированиям, создана реальная угроза жизни и здоровью граждан …В целях обеспечения безопасности граждан, исключения возможных провокаций и человеческих жертв правоохранительными органами рассматриваются меры по прекращению доступа к Белому дому»[90].
В соответствии с договорённостью с первым заместителем председателя Верховного Совета Юрием Ворониным об условиях начала переговоров с Советом Министров, в «Мосэнерго» поступила команда министра топливно-энергетических ресурсов Юрия Шафраника, от имени председателя правительства Виктора Черномырдина и по согласованию с премьером правительства Москвы Юрием Лужковым, включить отопление и подачу электроэнергии в здании Верховного Совета. Включение фактически было произведено лишь 1 октября, когда поступило письменное подтверждение данного распоряжения[1].
28 сентября, вторник
Ужесточение блокады здания Верховного Совета
В ночь с 27 на 28 сентября сотрудники ГУВД Москвы при поддержке военнослужащих дивизии имени Дзержинского, а также столичных служб коммунального хозяйства провели беспрецедентную по масштабам совместную операцию по блокированию огромной территории, прилегающей к зданию Верховного Совета. Зона конфликта фактически расширилась до размеров всего бывшего Краснопресненского района. Нормальная жизнь на территории всего Центрального округа оказалась дезорганизована[92]
По решению оперативного штаба ГУВД Москвы, прилегающие к зданию Верховного Совета улицы были перекрыты заграждениями из поставленных друг за другом вплотную поливальных машин и колючей проволоки АСКЛ. При этом проволочное заграждение было обращено не к зданию парламента, для воспрепятствования прорыва оттуда «незаконных вооружённых формирований», а в сторону города — против манифестантов. Перед заграждением располагалась цепочка оцепления из двух рядов сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск. На Дружинниковской улице за передвижными заграждениями и кордоном сотрудников милиции были размещены 3 водомётные установки, направленные в сторону города[1][93].
Пропуск людей и транспорта на оцепленную территорию был прекращён. Не пропускались даже депутаты Советов различных уровней, сотрудники аппарата и обслуживающий персонал Верховного Совета, сотрудники Департамента охраны Верховного Совета, машины с продуктами питания и горючим для автономной системы электроснабжения здания парламента, санитарный транспорт, а также журналисты[1].
Для информационно-психологического воздействия на находившихся внутри зоны оцепления у гостиницы «Мир» был установлен специальный бронетранспортёр с мощной звуковещательной станцией, через которую с утра транслировалось заявление Бориса Ельцина от 25 сентября. В 10:00 был зачитан ультиматум правительства Москвы к депутатам с призывом сдаться в течение 24-х часов или подвергнуть себя опасности возможного штурма. В дальнейшем вещание осуществлялось ежедневно с 8 до 23 часов — зачитывались указы Ельцина, распоряжения ГУВД, в перерывах пускали музыку[1][93].
Центр общественных связей МВД РФ распространил заявление о том, что «в целях обеспечения безопасности населения г. Москвы … принято решение о временном запрещении движения транспорта и пешеходов в районе Белого дома. При этом всем желающим предоставляется возможность свободного выхода как из здания бывшего Верховного Совета, так и с прилегающей к нему территории»[1].
С балкона Дома Советов выступил Руслан Хасбулатов, который заявил, что якобы по распоряжению Бориса Ельцина поднята по боевой тревоге группа «Альфа», которая должна захватить Александра Руцкого[93].
Около 10 часов в Дом Советов был пропущен советник мэра Москвы Иосиф Кобзон в сопровождении жён Руцкого и Хасбулатова. Кобзон имел поручение от Юрия Лужкова и первого заместителя министра безопасности Николая Голушко выяснить у Руцкого и Хасбулатова, на каких условиях они могли бы прекратить сопротивление, а также, по возможности, склонить их к этому. Кобзон провёл конфиденциальные беседы с Руцким и Хасбулатовым[1].
Противостояние ветвей власти
10:00 — В здании Верховного Совета продолжил работу чрезвычайный Съезд народных депутатов РФ. Народные депутаты Российской Федерации, не пропущенные через оцепление в Дом Советов, собрались в здании Краснопресненского районного Совета народных депутатов и объявили себя «выездной сессией Верховного Совета России». Они заявили, что считают себя продолжающими участие в работе Съезда, и попросили присоединять их голоса при голосованиях по документам Съезда, а также постановлениям, распоряжениям и иным решениям руководства ВС РФ. Был образован временный штаб для координации деятельности «внешней» группы Съезда (более 100 депутатов). Сопредседателями «внешней» группы Съезда были избраны народные депутаты Николай Харитонов, Игорь Братищев и А. А. Тихонов[1][93].
На совещании в Администрации президента Российской Федерации было, в частности, предложено незамедлительно:
«оказать содействие инициативе бывших депутатов Исправникова и Карпова по выводу бывших депутатов из Белого дома; продумать и организовать индивидуальную работу с лидерами защитников Белого дома (Хасбулатовым, Руцким, Абдулатиповым, Ворониным, Баранниковым, Ачаловым, Дунаевым), найти подход к каждому из них, предложить каждому вариант достойного личного выхода из тупиковой ситуации, убедить принять этот выход; подключить специалистов для составления психологических портретов указанных лиц, прогноза их действий в критических ситуациях и выработки методов воздействия на них в целях психологической разрядки и выхода из кризиса»
«в целях поощрений глав администраций, оказавших активную поддержку действиям президента, продумать возможность и целесообразность их выдвижения на руководящую работу в центр; … дать предложения о необходимости кадрового перемещения в регионах в связи с действиями должностных лиц, открыто выступивших против линии президента и оказавших активное противодействие её осуществлению»[1].
11:00 — В административном здании по адресу проспект Калинина, 19 начал работу Центр по трудоустройству и решению социально-бытовых проблем депутатов и работников аппарата Верховного Совета[93].
11:45 — Юрий Лужков заявил, что никаких команд о штурме Белого дома он не давал и давать не будет. Ю. Лужков сообщил, что мэрия Москвы стоит за мирное разрешение конфликта, но вынуждена блокировать территорию у Верховного Совета, поскольку там, по сведениям мэрии, имеется большое количество оружия[93].
12:40 — Пресс-секретарь Главного управления охраны РФ Андрей Олигов опроверг информацию об участии группы «Альфа» в событиях у Белого дома, заявив: «Группа „Альфа“ предназначена для предотвращения террористических актов и никогда не привлекалась, не привлекается и не будет привлекаться в мероприятиях по обеспечению правопорядка»[93].
Народный депутат Александр Вешняков по просьбе группы депутатов и помощников Александра Руцкого, склоняющихся к предложению Григория Явлинского о мирном разрешении конфликта, встретился с председателем Конституционного суда и предложил Валерию Зорькину выступить посредником по обеспечению гарантий и разрешению кризисной ситуации, сложившейся вокруг Дома Советов. Зорькин принял предложение, но не смог пройти в здание Белого дома. Примерно в 14:00 Зорькин по спецсвязи попросил разрешения Виктора Черномырдина на посещение Дома Советов и сообщил, что он хочет продолжить диалог, который два дня назад начал с Руцким Явлинский. По состоянию на вечер 28 сентября, разрешения Зорькин так и не получил, а его последний вид спецсвязи был, по его словам, немедленно отключён[93].
15:50 — Валерий Зорькин от лица Конституционного суда обратился к федеральным органам власти и субъектам Федерации с требованием приостановить исполнение Указа № 1400 и основанных на нём последующих актов Бориса Ельцина, а также всех актов Съезда народных депутатов и Верховного Совета, принятых после 20 часов 00 минут 21 сентября 1993 года, включая акты о вступлении в должность и. о. президента Российской Федерации, о кадровых изменениях в Совете Министров и о дополнениях в Уголовный Кодекс РСФСР. Конституционный суд потребовал также от обеих сторон противостояния не применять силу, исключить любые факты ограничения конституционных свобод, в том числе права на свободу массовой информации, а также безотлагательно созвать совещание руководителей представительной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации с участием Ельцина и народных депутатов для принятия на нём решения о сроках и порядке проведения выборов депутатов и президента[1].
Выступая перед журналистами, Валерий Зорькин заявил, что он вполне допускает возможность того, что Конституционный суд постигнет судьба Верховного Совета. Отвечая на вопрос журналистов о возможности проведения встречи с Борисом Ельциным, Валерий Зорькин заявил, что он в любой момент готов встретиться с ним, но, по всей видимости, этой встречи не хочет сам Ельцин. Как сообщили в пресс-службе Конституционного суда, вечером у 9 членов КС, которые поддержали заявление Зорькина, вновь были отключены все виды правительственной связи[93].
Как сообщил Центр оперативной информации Администрации президента РФ, в Кремле состоялось собрание народных депутатов России созыва 1990—1995 годов, поддержавших указ № 1400. Собравшиеся обратились к населению и своим коллегам, находящимся в Доме Советов, с призывом прекратить конфронтацию[93]. Народные депутаты в своём заявлении квалифицировали указ № 1400 как правомерный, призвали граждан России активно включиться в избирательную кампанию по выборам в Государственную думу и предложили Конституционному суду отозвать своё заключение относительно указа № 1400[1].
Заместитель председателя Конституционного суда Николай Витрук выступил перед журналистами с заявлением, в котором призвал председателя КС Валерия Зорькина подать в отставку. По мнению Витрука, действия Зорькина «опасны как для самого суда, так и для России». Витрук также сообщил, что приостанавливает свою работу в заседаниях КС до начала работы Федерального собрания. О приостановке своей работы в заседаниях КС заявил также член КС Эрнест Аметистов[93].
С целью воздействия на военнослужащих внутренних войск, осуществлявших блокаду Дома Советов, Владислав Ачалов и Андрей Дунаев издали совместный приказ «О досрочном увольнении военнослужащих», в котором, мотивируя тем, что «военнослужащие не занимаются своими непосредственными задачами, а втянуты в политические незаконные действия», приказали:
Лиц рядового состава, проявивших патриотизм, верность присяге и Конституции, срок службы которых истекает в 1993 году, демобилизовать с сегодняшнего дня, то есть с 28 сентября текущего года. Разрешается покидать части самостоятельно.
Лицам рядового состава, проявившим патриотизм, верность присяге и Конституции, верховным органам власти, срок службы которых не истекает в 1993 году, предоставить отпуск на 30 суток.
За лицами начальствующего состава, ставшими на сторону Конституции и Закона, поддерживающими исполняющего обязанности Президента страны, Съезд, Верховный Совет, сохраняются их должности по месту службы, либо по их желанию предоставляются равноценные — в других частях и соединениях[1].
20:12 — На вечернем заседании Съезда Руслан Хасбулатов сообщил, что утром было получено письмо от Виктора Черномырдина, в котором тот пригласил к себе председателей Совета Республики и Совета национальностей. Встреча состоялась, председатели палат заявили, что продолжение диалога возможно только в том случае, если будут включены свет, связь и водоснабжение[93].
Съезд обратился к делегатам Генеральной Ассамблеи ООН с призывом о помощи. Съезд призвал ООН дать правовую оценку действиям высшей исполнительной власти России и поддержать Верховный Совет «в его усилиях восстановить в стране законность и порядок». Одновременно Съезд выразил недоверие министру иностранных дел Андрею Козыреву и заявил, что он не может выступать в качестве полномочного представителя России в ООН[93].
На заседании было принято обращение к Патриарху Московскому и Всея Руси Алексию II с просьбой о поддержке. Съезд также распространил обращение к гражданам России, заявив, что 28 сентября под покровом темноты части ОМОНа «прибегли к массовому избиению безоружных, мирных граждан, пришедших выразить свою поддержку Конституции и защитить подлинное народовластие». В связи с этим, участники съезда призвали сограждан ответить на «произвол властей всеми доступными им методами: митингами, забастовками, актами гражданского неповиновения»[93].
События в районе Белого дома
Блокада Белого дома не принесла москвичам обещанной безопасности, а лишь расширила границы конфликта, дезорганизовала жизнь в центре города и привела к периодически возникавшим столкновениям между довольно большими группами граждан, пытавшихся прорваться к Белому дому, и силами МВД[94].
В течение всего дня в разных местах у кольца оцепления вокруг Дома Советов собирались сторонники Верховного Совета. Их число постепенно увеличивалось. Возникали стихийные митинги. Напряжённость возрастала. Попытки народных депутатов Российской Федерации и граждан обеспечить проход к зданию парламента жёстко пресекались сотрудниками милиции, применявшими силу и спецсредства[1].
Опасаясь силовых акций против парламента, активисты оппозиционных Кремлю партий и движений направляли своих сторонников и сочувствующих к Дому Советов, пытались организовать массовые акции протеста. Эти действия были слабо скоординированными, поскольку руководство многих оппозиционных партий и движений находилось в здании Верховного Совета и фактически не могло осуществлять оперативное управление своими сторонниками, согласованное с ответственными представителями Верховного Совета[1].
К окончанию рабочего дня, в связи с прибытием большого числа людей, обстановка в зоне кольца оцепления обострилась. На 18:00 сторонниками Верховного Совета был назначен митинг у станции метро «Баррикадная». К этому времени пришедшие на митинг собрались у оцепления на пересечении улиц Заморёнова и Дружинниковской. Подразделения внутренних войск, стоявшие в оцеплении, вооружённые дубинками и щитами, по команде из оперативного штаба ГУВД начали оттеснять собравшихся людей вдоль улицы Дружинниковской в сторону станции метро «Краснопресненская». Солдаты колотили по щитам дубинками, создавая шум[1][93].
Пока шло вытеснение манифестантов, сторонники движения «Трудовая Россия» организовали возведение баррикады на улице Баррикадной[1].
Вытеснив людей на Баррикадную улицу, цепь военнослужащих остановилась. Манифестанты двумя потоками стали расходиться к станциям метро «Баррикадная» и «Улица 1905 года». Наиболее активные из них попытались развернуть баррикаду, перекрывавшую Баррикадную улицу, чтобы блокировать возможное нападение ОМОНа с улицы Дружинниковской. Силовики обошли недостроенную баррикаду и начали избивать дубинками всех, кто не успел уйти. Спасаясь, люди побежали к деревьям у закрытой на ремонт станции метро «Краснопресненская» и к метро «Улица 1905 года». После этого ОМОНовцы отступили к улице Дружинниковской, куда некоторое время спустя вновь стали подходить манифестанты[1].
В районе Садового кольца сотрудниками милиции были перекрыты подходы к Дому Советов по проспекту Калинина и Большому Девятинскому переулку[1].
В 18:45 в районе Конюшковского переулка до тысячи человек пытались прорвать оцепление, но были рассеяны сотрудниками милиции[94].
Около 21:30 у оцепления в районе улицы Дружинниковской собралось около 2000 манифестантов. По свидетельству очевидцев, манифестанты не предпринимали насильственных действий. Некоторые из собравшихся призывали милицию не выполнять «преступные приказы», требовали пропустить их к зданию парламента. Шеренги ОМОНовцев рассекали митингующих на группы и вытесняли во дворы, проходы и переулки, затем все возвращались на прежнее место. Однако время от времени ОМОНовцы внезапно бросались на стоящих людей, избивая дубинками всех подряд[1].
Жёсткие действия сотрудников милиции привели к тому, что часть манифестантов отошла к станции метро «Баррикадная», площади Восстания и Садово-Кудринской улице[1]. В районе площади Восстания демонстранты сначала создали живую цепочку, преградив движение транспорта, а затем стали останавливать троллейбусы, обесточивать их и устанавливать в несколько рядов, перегораживая Садовое кольцо[93].
Примерно в 22:00 со стороны проспекта Калинина выдвинулись ОМОНовцы. По свидетельству очевидцев, «они шли на людей, как таран, разгоняя всех встречавшихся на пути. Кто сопротивлялся, тех нещадно били дубинками, пинали». Преодолев баррикады из троллейбусов и подсобных средств, сооружённые сторонниками Верховного Совета в районе площади Восстания, ОМОНовцы оттеснили около 1,5 тысячи демонстрантов примерно на квартал в сторону станции метро «Маяковская». Группа митингующих до 500 человек, теснимая отрядами милиции, отошла от Садового кольца в направлении станции метро «Баррикадная». Часть митингующих была задержана и помещена в милицейские автобусы, которые следовали за цепью ОМОН[1][93].
При разгоне манифестантов пострадало несколько гражданских лиц, а во время последовавшего демонтажа баррикады получил смертельную травму сотрудник ГАИ Владимир Рештук[1]. Произошедший трагический эпизод имеет несколько версий:
По версии ГУВД Москвы, несколько сторонников Верховного Совета вытолкнули Рештука на проезжую часть Садового кольца в тот момент, когда тяжёлый тягач пытался оттащить домик-бытовку, которым они перегородили Садовое кольцо[94].
По версии старшего специалиста Благотворительного фонда УГАИ ГУВД г. Москвы «Долг и надежда» Юрия Ветрова, Рештук «ценой своей жизни остановил строительный вагончик, который какие-то подонки катнули с горки на толпу людей»[95].
По версии газеты «КоммерсантЪ», инцидент произошёл «вследствие неосторожных действий сотрудников милиции». Как сообщил репортёр, в это время на Садовом кольце никого из сторонников Верховного Совета уже не было, и, соответственно, толкнуть милиционера под машину никто из них не мог. Владимир Рештук находился в автомобиле в тот момент, когда на него при резком рывке тягача опрокинулась тяжёлая бытовка. Когда свидетели трагедии открыли дверцу машины, подполковник в бессознательном состоянии выпал на мостовую[94].
Как утверждает участник событий в газете «Спецназ России», милиция потребовала от водителя «КрАЗа» оттянуть тяжёлый электросварочный аппарат на резиновом ходу. Водитель отказался. Тогда за руль вскочил лейтенант милиции и взялся отбуксировать «сварку» сам. На большой скорости груз на буксире занесло и бросило на Рештука, который в последний момент успел оттолкнуть находившегося рядом пожилого мужчину[96].
По заключению комиссии Госдумы России[95], этот инцидент был целенаправленно истолкован «правительственной стороной» как убийство сотрудника милиции сторонниками Верховного Совета.
Тем временем группа демонстрантов, соорудившая баррикады в районе Садового кольца и проспекта Калинина, двинулась к центру города. На проспекте Калинина был остановлен троллейбус, которым перегородили улицу. В составе колонны, которая насчитывала около 300 человек, находился Виктор Анпилов, возглавлял её Илья Константинов[93].
23:00 — в некоторых прилегающих к Белому дому районах Москвы стычки между сторонниками Верховного Совета и внутренними войсками и ОМОНом продолжались. Демонстранты, разогнанные неподалеку от ресторана «Прага» на проспекте Калинина, вновь стали подходить к Дому Советов и к баррикадам в районе площади Восстания. Группа народных депутатов России, организовавших «выездную сессию» Верховного Совета в помещении Краснопресненского райсовета, попыталась вновь проникнуть на охраняемую территорию вокруг Белого дома со стороны улицы Заморёнова, в 200 м от Белого дома. Против депутатов, призывавших солдат выполнять требования присяги, были применены дубинки[93].
К 23:30 движение автотранспорта по Садовому кольцу в районе площади Восстания было в основном восстановлено, но несколько сотен манифестантов оставалось перед входом на станцию метро «Баррикадная»[1][93].
Около полуночи, по распоряжению руководства ГУВД Москвы, была проведена «зачистка» площади перед станцией метро «Баррикадная». ОМОНовцы, орудовавшие дубинками, оттеснили сторонников Верховного Совета в вестибюль станции метро, причём преследование продолжалось даже на эскалаторе, в результате чего пострадали многие люди, не имевшие отношения к происходящему[1].
29 сентября, среда
Белый дом
10:00 — открылось очередное заседание X Съезда народных депутатов, в котором участвовал 521 депутат. 117 депутатов зарегистрировались в Краснопресненском райсовете[97].
Съезд принял постановление № 5840-I «О прекращении полномочий народных депутатов Российской Федерации», в котором за поддержку государственного переворота и отсутствие на заседаниях Съезда прекратил депутатские полномочия Александра Починка, Николая Рябова и Сергея Степашина[1].
Александр Руцкой дал указание директору Департамента охраны А. Бовту «в связи с возросшей угрозой вооружённого захвата здания Дома Советов России со стороны антиконституционных сил, жизни находящихся в нём людей, передать на баланс Министерства обороны РФ, Министерству внутренних дел РФ и Министерству безопасности РФ имеющееся оружие, кроме табельного, закреплённого за сотрудниками Департамента охраны»[1].
Александр Руцкой издал указ, которым отстранил от занимаемых должностей заместителя министра внутренних дел Российской Федерации генерал-лейтенанта милиции Александра Куликова, начальника ГУООП МВД РФ генерал-майора милиции Вячеслава Огородникова и командира ОМОН ГУВД г. Москвы полковника милиции Дмитрия Иванова за непосредственное руководство действиями личного состава подразделений внутренних войск и милиции по блокированию работы Съезда, отдание личных указаний по массовому избиению граждан 28 сентября 1993 года и неподчинение законным приказам и. о. министра внутренних дел Андрея Дунаева. Руцкой приказал передать материалы, изобличающие преступные действия указанных лиц, специальному прокурору Виктору Илюхину для привлечения их к уголовной ответственности[98]. Указ не имел никаких практических последствий.
Руцкой также издал указ «О мерах по преодолению в Вооружённых силах, войсках и органах Министерства безопасности, Министерства внутренних дел Российской Федерации последствий попытки государственного переворота», которым установил, в частности, считать незаконными и не подлежащими исполнению любые решения должностных лиц государственной власти и управления Российской Федерации, направленные на преследование военнослужащих, сотрудников органов безопасности и внутренних дел, поддержавших Верховный Совет, местные органы представительной и исполнительной власти в противодействии попытке государственного переворота, а также освободить от уголовной и иных видов ответственности военнослужащих, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, хотя и выполнявших до 00 часов 25 сентября 1993 года приказы своих непосредственных начальников, но не допустивших насильственных действий по отношению к гражданам, защищавшим конституционный строй, и не препятствовавших работе законных органов власти[1].
Ещё одним своим указом — «О нейтрализации антиконституционных действий» — Руцкой постановил, в частности, Министерству обороны Российской Федерации, командующим видов и родов войск, командующим военными округами и флотами, командирам соединений и частей принять надлежащие меры к виновным за нарушение Конституции Российской Федерации, законов Российской Федерации и присяги, а также освободить от ответственности военнослужащих, принуждённых выполнять незаконные и преступные приказы, не повлёкшие за собой тяжких последствий, и прекративших их выполнение на момент принятия этого Указа[1].
По требованию депутата-коммуниста Геннадия Саенко была прекращена работа парламентской СВ-радиостанции. По словам очевидцев, ему не понравились антикоммунистические высказывания, звучавшие в эфире, и он в ультимативном тоне потребовал прекратить передачи, угрожая разбить аппаратуру, если требование не будет выполнено[97].
10:00 — По распоряжению руководства Верховного Совета допуск журналистов в здание был прекращён[99].
Примерно в 11:20 Виктор Баранников и Андрей Дунаев предприняли безуспешную попытку отодвинуть оцепление военнослужащих внутренних войск от Дома Советов[1].
Позднее генерал-полковник Альберт Макашов, выступая с балкона Дома Советов, от имени трёх силовых министров, назначенных Александром Руцким, объявил, что в случае нарушения военнослужащими и сотрудниками милиции линии заграждения около Белого дома по ним будет открываться огонь на поражение без предупреждения[97].
Федеральная исполнительная власть
В Кремле под председательством Бориса Ельцина состоялось заседание Совета безопасности РФ, на котором был заслушан доклад председателя правительства РФ Виктора Черномырдина о ходе выполнения правительством Указа «О поэтапной конституционной реформе в РФ». Председателю правительства РФ было поручено провести необходимые переговоры с представителями Верховного Совета с целью недопущения драматического развития событий вокруг Белого дома[97].
Ельцин подписал указ «О взаимодействии Совета Министров — Правительства Российской Федерации с органами государственной власти субъектов Российской Федерации в период поэтапной конституционной реформы», которым фактически постановил усилить контроль за деятельностью органов представительной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации со стороны правительства[1].
На совещании в Администрации президента Российской Федерации было предложено, в частности:
«широко освещать в СМИ тему заложников Белого дома из числа находящихся там народных депутатов и работников аппарата бывшего Верховного Совета РФ»
«найти соответствующие каналы связи с Руцким и Хасбулатовым и гарантировать их личную неприкосновенность в случае их добровольного выхода из Белого дома»[1].
Вице-премьер Сергей Шахрай сообщил на пресс-конференции, что правительством РФ принято решение провести 8 межрегиональных совещаний, которые начнутся 30 сентября и продлятся 3 дня. Одно из этих совещаний проведёт премьер-министр Виктор Черномырдин в Самаре. Совещания также проведут Олег Сосковец, Юрий Яров, Сергей Шахрай, Егор Гайдар и Олег Лобов. После совещания состоится заседание Совета Федерации[97].
18:15 — распространено требование правительства РФ и правительства Москвы по организованному освобождению Дома Советов[100]:
В целях обеспечения гарантий личной безопасности лиц, находящихся в здании Дома Советов и на прилегающей к нему территории, Руслану Хасбулатову и Александру Руцкому в срок до 4 октября организовать вывод из здания и с прилегающей к нему территории находящихся там лиц.
При этом все, в том числе граждане, находящиеся на территории, прилегающей к Дому Советов и в помещениях, примыкающих к зданию, сдают оружие и боеприпасы представителям Генеральной прокуратуры и Министерства внутренних дел.
Со своей стороны правительство РФ и правительство Москвы во всех действиях по освобождению здания гарантируют неприменение оружия.
Правительство РФ и правительство Москвы в соответствии с действующим законодательством гарантируют всем лицам, добровольно вышедшим из здания Дома Советов, а также находящимся на прилегающих к нему территориях, личную безопасность, свободу политической и общественной деятельности, свободу нахождения и передвижения по Москве и выезда в другие регионы РФ.
Правительство РФ и правительство Москвы предупреждают, что невыполнение настоящего требования может повлечь за собой тяжкие последствия. В этом случае вся ответственность за такие последствия ложится на Руслана Хасбулатова и Александра Руцкого.
29 сентября журналисты авторской программы Александра Политковского «Политбюро» показали интервью с анонимным сотрудником одного из подразделений специального назначения, по утверждению которого, силовыми ведомствами под руководством первого заместителя министра внутренних дел Михаила Егорова разрабатывается план захвата Белого дома с участием спецназа внутренних войск, групп «Вымпел» и «Альфа»[101].
Ситуация в центре Москвы
02:00 — Радиус оцепления вокруг здания Верховного Совета расширился до Садового кольца. В связи с этим внутри оцепления оказался большой жилой массив Краснопресненского района. Ночью началась блокада Моссовета. Здание и переулки, прилегающие к нему, были оцеплены подразделениями милиции и внутренних войск[97][102].
На утро 29 сентября около Белого дома оставалось от 300 до 500 человек[97].
Комиссия правительства РФ по оперативным вопросам опубликовала сообщение о прекращении аккредитации российских и иностранных корреспондентов при Верховном Совете и Съезде народных депутатов[97]. В гостинице «Мир» по инициативе пресс-службы правительства России был открыт пункт аккредитации журналистов, в котором выписываются специальные пропуска для прохода в зону оцепления[99].
В течение всего дня с внешней стороны оцепления вокруг Дома Советов проходили митинги и манифестации в поддержку Верховного Совета, которым противостояли сотрудники правоохранительных органов. Главным местом проведения таких манифестаций стала площадь перед станцией метро «Баррикадная». Примерно в 10 часов до 300 манифестантов во главе с бывшим народным депутатом СССР Виктором Алкснисом провели митинг и попытались «прорваться к Белому дому», но были оттеснены сотрудниками милиции[99]. Аналогичные действия были предприняты позднее в отношении митингующих у кинотеатра «Баррикады», где часть манифестантов попыталась возвести баррикаду между кинотеатром «Баррикады» и зоопарком[99].
16:00 — подразделение ОМОНа заняло здание Краснопресненского райсовета Москвы. При этом со стороны бойцов ОМОН не применялось ни оружие, ни физическое насилие[100].
18:30 — военнослужащие дивизии им. Дзержинского взяли под свой контроль здание Моссовета. Вход в здание практически перекрыт: военнослужащие не пропускают в здание даже депутатов районных Советов столицы по их служебным удостоверениям[100].
17:00 — несколько сотен манифестантов, среди которых находились народные депутаты Московского городского и районных Советов, попытались пройти от станции метро «Баррикадная» к Дому Советов, но были разогнаны сотрудниками милиции[1].
В результате этих действий сотрудников милиции группы наиболее активных манифестантов численностью до 100—150 человек, пользуясь общественным транспортом (в основном метрополитеном), стали растекаться по городу, пытаясь провести митинги в поддержку Верховного Совета на Пушкинской площади, площади Белорусского вокзала, Смоленской площади, на улицах 1905 года, Земляной вал, Большой Дорогомиловской улице и на проспекте Мира. Руководство ГУВД Москвы направило против этих групп мобильный отряд ОМОН под командованием подполковника милиции Фекличева, который жестоко подавил эти выступления, продолжавшиеся до 22 часов[1][103].
Одновременно периодические «зачистки» продолжались и в районе станции метро «Баррикадная»[100].
Согласно справке Министерства внутренних дел Российской Федерации за 29 сентября 1993 года, в этот день было задержано 106 манифестантов, 6 гражданских лиц обратились за помощью в медицинские учреждения города[1].
Предложение о посредничестве
Патриарх Московский и всея Руси Алексий II обратился к противостоящим друг другу ветвям власти с воззванием[100]: Россия на краю пропасти. Ныне мы перед выбором: или остановить безумие, или похоронить надежду на мирное будущее России. Особенно трагично, что сегодня может распасться Российская держава. Если это произойдёт, будущие поколения проклянут нас.
Противостояние на пределе нервов вокруг Белого дома в любой миг может взорваться кровавой бурей. И поэтому я слезно умоляю стороны конфликта: не допустите кровопролития! Не совершайте никаких действий, могущих разрушить донельзя хрупкий мир! Не пытайтесь решить политические проблемы силой! Не предавайтесь безумию, не переставайте уважать человеческое достоинство друг друга! Имейте мужество не поддаваться на какие угодно провокации, как бы больно они не задевали вас! Помните, что нынешней смутой могут воспользоваться экстремисты, преступники, да и просто нездоровые люди.
Одна пуля, выпущенная около Белого дома, может привести к катастрофе, кровавое эхо которой прокатится по всей стране. Вот почему я призываю любыми мирными средствами ослабить вооружённое противостояние. В нынешний сложный момент надо милосердно относиться к любому человеку. Никакие политические цели не могут препятствовать обеспечению находящихся в Белом доме людей медикаментами, пищей и водой, медицинской помощью. Нельзя допустить, чтобы физическое истощение спровоцировало людей на неконтролируемые насильственные действия.
От имени Церкви Патриарх предложил своё посредничество в переговорах и Свято-Данилов монастырь в Москве в качестве места для их проведения[100].
30 сентября, четверг
Ситуация вокруг Белого дома
В 00:50 по радио было распространено сообщение мэрии Москвы со ссылкой на информацию, полученную ОМОН, о том, что защитники Верховного Совета планируют вооружённое нападение на городские объекты, которое будет осуществляться под прикрытием гражданских лиц, в связи с чем к Дому Советов была направлена бронетехника. Утром в Белом доме объявили, что в районе Дома Советов отмечены 12 единиц бронетехники[1][104].
В связи с этими действиями Александр Руцкой издал распоряжение «О передислокации войск с целью создания условий для преодоления последствий государственного переворота», которым приказал командиру 39 мотострелковой дивизии генерал-майору Фролову В. Д. к 1-3 октября 1993 года выдвинуть к Дому Советов два мотострелковых полка[1].
В Доме Советов был ужесточён пропускной режим, взяты под охрану входы на этажи и в коридоры[1].
Трое вооружённых автоматами членов РНЕ без объяснения причин выдворили за пределы Дома Советов политолога Сергея Кургиняна[105]. Сам Кургинян заявил об этом инциденте следующее: «Некие молодые люди со свастикой вывели меня [из Белого дома] 30 сентября, направив автоматы… Видя, как молодые люди свободно проходят через милицейские кордоны, закрытые для прочих, включая врачей, видя, как позируют они перед „демократическими камерами“ в виде учебного пособия по „русскому фашизму“, я, естественно, предполагаю, что в этом выдворении не обошлось без господ „демократов“»[106].
Федеральная исполнительная власть
Борис Ельцин провёл встречу с руководством Объединённого комитета Демократических организаций России, во время которой заявил о неприемлемости «нулевого варианта» решения политического кризиса, предусматривавшего отмену Указа № 1400 и связанных с ним решений X Съезда народных депутатов и Верховного Совета с последующим проведением одновременных выборов народных депутатов и президента Российской Федерации[1].
Московские власти
Юрий Лужков издал распоряжение, которым выделил ОМСДОН (в/ч 3111), принимавшей активное участие в блокаде Дома Советов, 200 млн рублей из резервного фонда правительства Москвы «на оказание материальной помощи личному составу»[1].
Юрий Лужков также распорядился разместить около 1000 сотрудников милиции (в том числе ОМОН) из других регионов России, приданных органам внутренних дел города Москвы «на период проведения оперативно-профилактической операции „Сигнал“ с 30 сентября „до особого распоряжения“, об обеспечении их жильём, автотранспортом, доброкачественным питанием и коммунально-бытовым обслуживанием». По свидетельству назначенного впоследствии комендантом Москвы генерал-полковника А. Н. Куликова, официально дополнительные силы милиции были стянуты в Москву к 15 сентября 1993 года «для оказания помощи милиции Москвы в борьбе с преступностью»; после начала событий прибывшим в Москву сотрудникам милиции «выдавали средства защиты, табельное оружие» для применения против «бесчинствующей толпы». Указанные сотрудники милиции вызывались в Москву телеграммой: прибыть с индивидуальными средствами защиты, что означало иметь при себе бронежилет и резиновую дубинку[1].
Переговоры между представителями Съезда народных депутатов и «президентской стороны»
Патриарх Алексий II, предложивший свои посреднические услуги от имени Русской православной церкви, устроил обе стороны — и Белый дом, и Кремль — больше, чем Конституционный суд и отдельные политические и общественные деятели и организации. Борис Ельцин встретился в Кремле с Алексием II[107].
Александр Руцкой поддержал предложение Алексия II организовать посредническую встречу в Свято-Даниловом монастыре с «любыми представителями властей» и выразил готовность участвовать в ней. Он заявил, что «все вооружённые люди в Белом доме подчиняются только Руцкому, а не Макашову и Ачалову, оружие там находится на руках у людей, имеющих право на его ношение». Единственное, о чём попросил Александр Руцкой, — подключить к зданию ВС все коммуникации. Представитель Руцкого встретился с мэром Москвы и информировал его о предложениях вице-президента[108].
Борис Ельцин назначил своими представителями на переговорах в Свято-Даниловом монастыре Сергея Филатова и первого вице-премьера Олега Сосковца[1].
Мэрия Москвы выступила с заявлением о поддержке инициативы Патриарха Московского и всея Руси Алексия II «по поводу переговоров между властями и лицами, находящимися в Белом доме», отметив, что «была вынуждена принять экстренные меры» с целью предотвращения катастрофических последствий, которые могли возникнуть в результате сосредоточения большого количества огнестрельного оружия внутри Белого дома, а также учитывая трагические последствия событий у штаба ОВС СНГ. Было также заявлено, что «если будут предприняты шаги по сдаче оружия, мэрия Москвы предпримет конкретные действия по снятию оцепления вокруг Белого Дома»[1].
Противостояние сторонников Верховного Совета и силовиков
С 9 часов со станции метро «Баррикадная» начали прибывать манифестанты, которые поодиночке или группами до 50-100 человек стали направляться к оцеплению вокруг Дома Советов Российской Федерации. Несмотря на очевидно мирный характер акций в поддержку Верховного Совета, сотрудники милиции неоднократно жестоко разгоняли манифестантов, активно применяя резиновые дубинки. Действия силовиков против манифестантов, сопровождавшиеся избиениями и массовыми задержаниями в районе станции метро «Баррикадная» и, позднее, на Пушкинской площади, продолжались до позднего вечера[1].
По данным Временного оперативного штаба Моссовета, были задержаны и избиты 6 депутатов Моссовета — Шалыгин Г. Ф., Филимонов М. Б., Кузнецов В. И., Колбанов С. Г., Бабушкин А. В. и Икещели В. А. Избит депутат Воронежского городского Совета народных депутатов Толчеев В. Т[1].
Среди организаторов несанкционированного митинга сторонников Верховного Совета на Лубянской площади был Александр Бульбов, в то время — заместитель начальника отдела МБ России в/ч 41187 (контрразведывательное обеспечение воинских частей военно-строительного управления МО России), будущий генерал-лейтенант ФСКН[109][110].
Действия руководства МВД и ГУВД Москвы, фактически направленные на силовое подавление любых акций в поддержку Верховного Совета, вели к резкому обострению обстановки, что в сложившихся условиях не могло не вылиться в массовые столкновения. При этом рост агрессивных настроений провоцировался не только у манифестантов, но и у противостоявших им сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск[1].
По свидетельству бывшего начальника Московского уголовного розыска Ю. Г. Федосеева, «у милиционеров (от рядового до генерала) накапливалась усталость. Постоянное недосыпание, многосуточное противостояние с возмущённой массой людей, или с „бесчинствующей толпой“, как их называли средства массовой информации и милицейские сводки. Дождь, тяжесть мокрой одежды, бронежилетов, касок и другой амуниции буквально раздражали. Неосознанное чувство собственной вины за участие в чём-то нехорошем, бессилие что-либо изменить, и, наконец, чуть ли не скотское послушание будоражили мысль на поиск хоть каких-нибудь оправданий и смягчающих вину обстоятельств. Не находя их, люди озлоблялись против себя, против других»[1].
Позиция регионов
В первой половине дня в здании Конституционного суда состоялось совещание 62 субъектов Федерации, инициаторами которого стали президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов и председатели Советов Ленинградской, Воронежской, Липецкой областей и Верховного Совета Республики Карелия. Участники совещания потребовали от правительства Российской Федерации и правительства Москвы немедленно прекратить блокаду Дома Советов, восстановить функционирование систем его жизнеобеспечения и отвести воинские части и подразделения милиции, включая ОМОН. Совету Министров было предложено до выборов президента и парламента сосредоточиться на вопросах оперативного управления народным хозяйством, обеспечить возможность выступлений на государственном радио и телевидении представителей различных общественных и политических сил, возобновить издание газет, выход которых прекращен, а также выпуск программ радио и телевидения «Парламентский час». Федеральным органам исполнительной и законодательной власти было предложено восстановить конституционную законность, отменить акты, принятые в связи с Указом № 1400 от 21 сентября, утратившим силу на основании заключения Конституционного суда. Съезду народных депутатов было предложено, по согласованию с субъектами Федерации, установить дату одновременных досрочных выборов народных депутатов и президента не позднее первого квартала 1994 года и отказаться на это время от внесения изменений и дополнений в Конституцию Российской Федерации. Участники совещания предупредили, что в случае невыполнения указанных требований до 24:00 30 сентября 1993 года ими будут приняты «все необходимые меры экономического и политического воздействия, обеспечивающие восстановление конституционной законности в полном объёме»[1][107].
Участники совещания большинством голосов приняли решение об образовании Совета субъектов Федерации. В принятом большинством голосов соглашении об образовании этого органа было отмечено, что в его состав должны войти председатели Верховных Советов республик в составе РФ, председатели краевых, областных, городских (для городов федерального значения), окружных Советов народных депутатов и главы исполнительной власти — от президентов республик до глав исполнительной власти автономных округов и областей[104].
1 октября, пятница
Переговоры между представителями Съезда народных депутатов и «президентской стороны»
В ночь с 30 сентября на 1 октября 1993 года в гостинице «Мир», в соответствии с ранее достигнутой договорённостью с председателем правительства Российской Федерации Виктором Черномырдиным, состоялись переговоры между полномочными представителями X Съезда народных депутатов Российской Федерации и «президентской стороны». Съезд представляли Рамазан Абдулатипов и Вениамин Соколов. Со стороны Бориса Ельцина участвовали Сергей Филатов, Олег Сосковец и Юрий Лужков. В результате переговоров примерно в 4 часа утра 1 октября был подписан Протокол № 1[111], предусматривавший сбор и складирование находившегося в Доме Советов Российской Федерации нештатного оружия под охраной совместных контрольных групп, сформированных из сотрудников ГУВД Москвы и Департамента охраны Верховного Совета Российской Федерации, а также сокращение сил и средств наружной охраны здания парламента. В ответ «президентская сторона» соглашалась незамедлительно включить электроэнергию и теплоснабжение, а также необходимое количество городских телефонов для оперативной связи. После реализации первого этапа стороны должны были приступить к одновременному выводу из Дома Советов всех охранных формирований и снятию наружной охраны ГУВД, а также окончательно решить вопрос вывоза нештатного оружия из здания парламента. Второй этап предусматривал «согласование и выполнение правовых и политических гарантий»[1][112].
Пресс-секретарь Бориса Ельцина утром сообщил о принятом решении подключить здание Верховного Совета к источникам освещения и теплоснабжения: «Этот шаг следует рассматривать как жест доброй воли со стороны президента перед началом переговоров об оздоровлении ситуации вокруг Белого дома. Президентская сторона приняла во внимание, что ею получены заверения о готовности лиц, находящихся в здании, сдать оружие. Кроме того, учитывался тот факт, что в холодном здании продолжают насильно удерживать часть персонала, в том числе и женщин. Окончательные решения по зданию Верховного Совета будут приняты в зависимости от того, насколько результаты переговоров будут соответствовать предварительно данным заверениям об ограниченной по срокам сдаче оружия»[112].
Уже ночью в Белый дом были пропущены технические работники для подготовки включения инженерных коммуникаций, систем энергоснабжения, теплосети, телефонной связи[112]. Утром в Белом доме включили свет, а в 11.30 заработали буфеты и лифты[113]. По воспоминаниям участников событий, после переговоров Абдулатипова и Соколова с Лужковым и Филатовым и подписания Протокола № 1, в Доме Советов включили электричество и отопление. В столовой стали готовить горячую пищу: макароны с сосисками или варёной колбасой, а затем даже котлеты и мясо с гречкой. В осаждённом здании, помимо народных депутатов, в это время находилась значительная часть рабочего аппарата Верховного Совета: сотрудники протокольного, юридического, редакционно-издательского отделов, бухгалтерии, финансово-хозяйственного отдела, работники столовой и буфетов[114].
Утром в Белый дом было пропущено около 100 российских и иностранных журналистов[112].
В ночь на 1 октября были сняты все дежурные машины внутренних войск и военнослужащие, находившиеся у здания Моссовета на Тверской, 13 с 20:00 22 сентября[112].
Денонсация Протокола № 1
Примерно в 6 часов утра в Белом доме состоялось заседание Военного совета обороны Дома Советов, на котором были обсуждены результаты переговоров делегации Съезда народных депутатов с представителями Ельцина. По результатам обсуждения Владислав Ачалов, Виктор Баранников и Андрей Дунаев признали подписание Протокола № 1 ошибочным шагом и квалифицировали это как превышение Абдулатиповым и Соколовым своих полномочий. Было предложено немедленно денонсировать Протокол № 1 и провести пресс-конференцию по этому поводу. Было предложено создать комиссию Съезда по выработке стратегии и тактики ведения переговоров с правительством. В качестве предварительных условий таких переговоров были названы обеспечение широких возможностей по изложению позиции Съезда в СМИ, подключение всех систем снабжения Дома Советов, восстановление издания незаконно закрытых газет и телепрограмм, снятие вооружённой блокады здания парламента на ближних и дальних подступах, а также вступление в должность министров, назначенных Руцким[1][115].
Президиум Верховного Совета признал, что, подписав Протокол № 1, Абдулатипов и Соколов превысили свои полномочия, и заявил, что рассматривает проблему оружия как составную часть общего урегулирования политического кризиса, вызванного государственным переворотом и насильственным захватом власти, которая не имеет самостоятельного значения и не подлежит вычленению из общей ситуации. Предварительным условием для последующего ведения каких бы то ни было переговоров политического характера было названо включение телефонной связи, возобновление энерго- и теплоснабжения, подвоз питания и медицинское обеспечение[1]. Руцкой и Хасбулатов согласовали и подписали «План действий по разблокированию Дома Советов»[116].
Съезд денонсировал Протокол № 1, поддержав заявление Президиума Верховного Совета, и сформировал новую Рабочую группу для проведения переговоров, которую возглавил Юрий Воронин[1][117]. В качестве инструкции Рабочей группе на переговорах Съезд утвердил «План действий», составленный Хасбулатовым и Руцким[118].
Пресс-секретарь Бориса Ельцина Вячеслав Костиков распространил заявление, в котором, в частности, говорилось: «Группа политических сектантов, называющая себя Съездом народных депутатов, отвергла подписанное ночью соглашение с правительством. По вине Р. Хасбулатова и А. Руцкого прерван процесс переговоров, резко сужено поле возможного компромисса. „Съезд“ пренебрёг доброй волей президента, миротворческими усилиями Патриарха. Стало очевидным, что бывшее руководство Верховного Совета и не стремилось к урегулированию, а использовало повод переговоров для пропагандистских маневров. В Белом доме верх взяло самое непримиримое крыло экстремистов, которые терроризируют депутатов, склонных к поиску разумных путей выхода из обстановки, сложившейся вокруг здания бывшего Верховного Совета. Депутатам, несогласным с экстремистской позицией руководства, угрожают физической расправой. Отказ сдавать оружие свидетельствует об истинных намерениях экстремистов, остающихся в здании парламента — любыми средствами искать провокаций…»[118].
Переговоры в Свято-Даниловом монастыре
В 10:30 в резиденции Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II начались переговоры представителей президента, Верховного Совета и Конституционного суда.
В переговорах участвовали:
со стороны Бориса Ельцина — Сергей Филатов, Олег Сосковец и Юрий Лужков;
со стороны ВС РФ — Юрий Воронин, Рамазан Абдулатипов, Валентина Домнина;
со стороны Конституционного суда — В. И. Олейник;
со стороны Московской патриархии — патриарх Алексий II, митрополиты Ювеналий и Кирилл.
Переговоры проходили за закрытыми дверями[112]. Протокол встречи согласовать не удалось. Экспертам сторон было поручено подготовить к следующему дню совместные предложения по срокам и механизму реализации договорённостей. Такие предложения были зафиксированы в документе, подписанном экспертами 2 октября в 04:20 ночи[119].
На вечернем заседании Съезда народных депутатов Юрий Воронин сообщил, что его группа на переговорах выдвинула ещё одно условие: к 12:00 2 октября должны быть полностью обеспечены условия жизнедеятельности в Белом доме, гарантированы политические и гражданские права народных депутатов, открыт свободный доступ для прессы в здание[118].
Как заявил журналистам первый вице-премьер правительства РФ Владимир Шумейко по окончании заседания Комиссии правительства РФ по оперативному управлению, Юрий Воронин на переговорах в Свято-Даниловом монастыре сделал всё для их срыва, при этом все ранее достигнутые договорённости остались без внимания. Шумейко также сообщил, что, поскольку подача энергоснабжения в Белый дом была предназначена для процедуры сдачи оружия, а таковая не состоялась, энергоснабжение вновь отключено. «Ключевым вопросом, без решения которого переговоры невозможны, является вопрос о сдаче оружия», — подчеркнул первый вице-премьер[118].
По мнению публицистов, причиной срыва дальнейших переговоров была позиция Руслана Хасбулатова, опасавшегося потери власти в Верховном Совете[114][120][121]. Руслан Хасбулатов называл эти переговоры «ширмой», «чепухой» и «детскими играми»[122].
В 2008 году Руслан Хасбулатов в программе, посвящённой событиям октября 1993 года на радиостанции «Эхо Москвы», заявил, что в тот момент его не устраивал состав участников переговоров, предложенных «ельцинской стороной», и он настаивал на том, чтобы иметь возможность лично вести переговоры напрямую с Ельциным или Черномырдиным[123].
Ситуация вокруг Белого дома
С 6 часов 20 минут в Дом Советов начала поступать информация о выдвижении к зданию парламента 4 колонн бронетехники ОМСДОН, а также о полученном внутренними войсками приказе сразу после сдачи арестовать 164 человека, в число которых входило всё руководство, наиболее активные народные депутаты и командиры отрядов народного ополчения[1].
Вечером оцепление у Дома Советов было усилено бронетехникой — двумя БМП и шестью БТР ОМСДОН[1].
Министр обороны Ачалов издал приказ № 11, которым «в связи с непосредственной угрозой для безопасности депутатов 10 чрезвычайного съезда народных депутатов» назначил командный состав созданного из защитников Верховного Совета I Московского добровольческого мотострелкового полка особого назначения[1].
Президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов — один из инициаторов создания Совета субъектов Федерации, чей ультиматум Кремль проигнорировал — решил в знак протеста присоединиться к заблокированным в Белом доме[124].
Массовые акции в поддержку Верховного Совета
Митинги в поддержку Верховного Совета, организованные вечером на площади Ильича, площади Восстания и у станции метро «Баррикадная», были разогнаны милицией и военнослужащими внутренних войск[1][113].
2 октября, суббота
Александр Руцкой, Съезд народных депутатов
Александр Руцкой издал указ «О Президиуме Совета Министров — Правительства Российской Федерации», в котором за поддержку антиконституционных действий Бориса Ельцина освободил от занимаемых должностей председателя Совета Министров Виктора Черномырдина и других членов президиума правительства: Олега Лобова, первых заместителей председателя Совета Министров Егора Гайдара, Владимира Шумейко и Олега Сосковца; заместителей председателя Совета Министров Александра Заверюху, Александра Шохина и Юрия Ярова; председателя Центрального банка Виктора Геращенко, руководителя аппарата Совета Министров Владимира Квасова, министра иностранных дел Андрея Козырева, заместителя председателя Совета Министров — министра финансов Бориса Федорова, заместителя председателя Совета Министров — председателя Госкомимущества Анатолия Чубайса, заместителя председателя Совета Министров — председателя Госкомитета по делам Федерации и национальностей Сергея Шахрая[1][125].
Данный указ не имел практических последствий. Любопытно, что, по действовавшему закону о Совете Министров, отставка председателя правительства влекла за собой отставку правительства в полном составе, при этом президент был обязан сформировать новый состав правительства, поручив исполнение обязанностей прежнему его составу до сформирования нового состава — таким образом, назначенные ранее Руцким министры безопасности и обороны также автоматически лишились своих постов и получили статус исполняющих обязанности[126].
Руцкой также направил Обращение к участникам митингов и демонстраций в Москве и других городах России, в котором призвал к активизации акций гражданского протеста против государственного переворота, подчеркнув в то же время необходимость сохранять бдительность и осторожность, не поддаваться на провокации и не допустить кровопролития[1]. Обращение было распространено по каналам «Информационного агентства защитников Белого дома» из здания Краснопресненского райсовета Москвы[127].
Съезд принял постановления:
«О приостановлении действия статьи 11 Закона Российской Федерации „О статусе столицы Российской Федерации города Москвы“», которым разрешил проведение митингов, собраний, уличных шествий, демонстраций, пикетирования и манифестаций в городе Москве на территориях, непосредственно прилегающих к зданиям, занимаемым высшими органами законодательной, исполнительной и судебной властей Российской Федерации;
«Об обеспечении прав лиц, выступивших на защиту конституционного строя Российской Федерации», которым постановил, что привлечение граждан к уголовной, административной или иной ответственности за действия по защите конституционного строя Российской Федерации не допускается; в постановлении был также установлен ряд социальных гарантий для граждан, принимавших участие в защите конституционных органов власти Российской Федерации[1].
Руслан Хасбулатов разослал органам прокуратуры телеграмму с требованием подтвердить «несостоятельность избирательной кампании в новый парламент». В телеграмме подчеркивалось, что формирование Центральной избирательной комиссии и организация досрочных выборов депутатов нового парламента носят незаконный характер, так как по Конституции РФ назначение выборов народных депутатов РФ всех уровней и образование ЦИК относится к исключительной компетенции Съезда народных депутатов и ВС РФ[127].
Массовые акции в поддержку Верховного Совета
Днём активисты «Трудовой России» и Фронта национального спасения организовали в сквере напротив здания МИДа митинг в поддержку Верховного Совета, который после вмешательства милиции перерос в масштабные столкновения.
Митинг начался в час дня. Количество участников не превышало 2000 человек. Участники митинга не совершали каких-либо насильственных действий. Среди них находились женщины, пожилые люди и даже дети. Однако прибывшие к месту проведения митинга сотрудники милиции, следуя тактике предыдущих дней — жестоко избивая людей дубинками и рассекая толпу на небольшие группы, — попытались оттеснить манифестантов к станции метро «Смоленская» и в близлежащие улицы и переулки[1].
Чрезмерно жёсткие, зачастую противоправные действия некоторых сотрудников милиции вызвали сопротивление со стороны наиболее решительно настроенных манифестантов. Около 500 человек (по другим данным, количество митингующих на площади сторонников Верховного Совета составило несколько тысяч), вооружившись камнями, бутылками с зажигательной смесью, палками и фрагментами металлических конструкций установленной неподалеку временной трибуны для празднования 500-летия Арбата, не только сумели защититься от избивавших их ОМОНовцев, но и заставили тех на время отступить. Воспользовавшись передышкой, возбуждённые столкновением манифестанты перекрыли движение по Садовому кольцу и начали возводить баррикаду, используя для этого элементы ограждения, строительные леса, фрагменты металлических конструкций и другие подручные материалы. Чтобы сделать баррикаду непроходимой, манифестанты зажгли использованные для её возведения старые шины от автомобилей и доски[1][127].
На попытки ОМОНовцев захватить баррикаду манифестанты ответили камнями и бутылками с бензином и возвели дополнительные баррикады, прикрывавшие фланги и тыл первой. Против защитников баррикады были применены в качестве водомётов две лафетные установки с пожарных машин, но протестующие забросали пожарных камнями. Не дало результатов и использование против манифестантов гранат со слезоточивым газом[1].
В 3 часа дня руководство ГУВД Москвы было вынуждено пойти на переговоры с защитниками баррикады. Была достигнута договорённость, что к 23 часам манифестанты сами разойдутся, при этом сотрудники милиции не будут их преследовать[1].
Примерно в 9 часов вечера защитники баррикад организованной колонной, возглавляемой народным депутатом Российской Федерации Ильёй Константиновым, покинули место противостояния и разошлись[1].
По данным МВД, в столкновениях на Смоленской площади получили телесные повреждения 24 сотрудника милиции (из них 12 госпитализировано, двое — в тяжелом состоянии) и 5 граждан (двое госпитализировано). Действия по разгону манифестантов осуществлялись также у метро «Баррикадная». Всего в районе Дома Советов сотрудниками милиции было задержано 59 человек[1].
Тем временем Моссовет санкционировал проведение митинга в поддержку Верховного Совета на Октябрьской площади в 14 часов 3 октября[1].
В связи с этим к вечеру 2 октября Виктор Ерин утвердил план оргмероприятий МВД по обеспечению правопорядка и общественной безопасности в период проведения массовых мероприятий в городе Москве 3-4 октября 1993 года, предусматривавший, в частности, создание подвижных групп резерва начальника ГУВД со спецсредствами, а также выделение резерва министра внутренних дел в составе 200 человек с местом дислокации у здания по улице Житная, д. 1, «для оперативного реагирования и локализации возможных нарушений общественного порядка». При этом руководству МВД и ГУВД Москвы было известно не только о санкционированном Моссоветом митинге на Октябрьской площади, но и о готовившемся после него несанкционированном шествии к Дому Советов Российской Федерации[1].
Переговоры в Свято-Даниловом монастыре
В ночь на 3 октября участники переговоров в Свято-Даниловом монастыре утвердили разработанные экспертами предложения по срокам и механизму реализации мер по нормализации обстановки вокруг здания Верховного Совета, предусматривавшие обмен информацией о составе вооружённых сил и вооружений у каждой из сторон с возможностью взаимной проверки, разработку совместного графика контролируемого сокращения вооружений, одновременную ликвидацию сторонами заграждений вокруг Дома Советов, организацию совместной охраны мест хранения оружия, а также установление режима пропуска граждан на территорию Дома Советов[1].
3 октября, воскресенье

Александр Руцкой, Съезд народных депутатов
На состоявшейся утром пресс-конференции Александр Руцкой, заявил, что, по его мнению, «игры в компромисс и привели к сложившейся ситуации, которая к тому же повлекла человеческие жертвы». Говоря об итогах переговоров ветвей власти, он охарактеризовал предложения другой стороны как неприемлемые, но заявил, что, дабы не допустить дальнейшего кровопролития, готов лично встретиться с Борисом Ельциным, «даже покривив при этом совестью». «Я уже не считаю его за человека после произошедших кровавых событий», — сказал он. Александр Руцкой также заявил, что, по его мнению, на «нулевой вариант» идти нельзя, так как это будет означать, что «Борис Ельцин со своими приспешниками останется у власти и о демократических выборах даже не придётся говорить». Гарантом свободных выборов, по его мнению, должен стать Совет субъектов Федерации[128].
Утром Съезд народных депутатов РФ продолжил работу. Выступившие на съезде Руслан Хасбулатов и Юрий Воронин подчеркнули, что основой для переговоров должна стать отмена указа № 1400. С соответствующим заявлением Юрий Воронин обратился к Патриарху Всея Руси, подчеркнув, что сосредотачивать внимание на проблеме оружия в Белом доме недостаточно. Главное, по его словам, — «устранить первопричину бедствия — отменить антиконституционный указ Бориса Ельцина»[128].
На утреннем заседании Съезд принял постановление «Об образовании Комитетов защиты Конституции», которым постановил образовать указанные комитеты как общественные объединения граждан и общественных организаций для защиты основ гражданского общества и правового государства, конституционных прав и свобод граждан, а также для контроля исполнения законодательства о выборах[128].
Были также приняты обращения к военным с призывом встать на защиту народа и Конституции, при этом подчёркивалось, что сохранение нейтралитета в этих условиях является фактической поддержкой «путчистов и их приспешников». По предложению Сергея Бабурина было принято обращение к сотрудникам охраны правопорядка, в котором напоминалось, что, пока тысячи милиционеров занимаются блокадой Белого дома, в городе царит «разгул преступности». Съезд прервал работу до 18:00[128].
Конституционный суд, правительство РФ
Конституционный суд в ночь на 3 октября начал обсуждение «конституционности действий и решений высших должностных лиц исполнительной и законодательной власти», но не смог приступить к рассмотрению конституционности решений Съезда народных депутатов, потому что, как сообщила пресс-служба КС, он «не имеет возможности получить официальные документы Съезда ввиду продолжающейся блокады Дома Советов России». В 5 часов утра в заседании был объявлен перерыв[128].
В 12 часов дня председатель Конституционного суда Валерий Зорькин встретился с Виктором Черномырдиным, который сообщил ему, что Борис Ельцин готов обсудить вопрос об одновременных досрочных выборах президента и парламента. Зорькин предложил, с целью разрядки общественной напряженности, сообщить об этом через СМИ. Черномырдин согласился с этим предложением и обещал решить этот вопрос с Ельциным[1].
События на Октябрьской площади
С утра в различных местах Садового кольца и у Киевского вокзала начали собираться сторонники Верховного Совета. Сотрудники милиции, применяя спецсредства, пытались разгонять их, не давая людям собираться большими группами. В результате в некоторых местах произошли столкновения. Так, в 12:50 на Смоленской площади около 100 манифестантов в ответ на попытку сотрудников милиции рассеять их перекрыли движение транспорта по Садовому кольцу и начали возводить баррикаду, забрасывая своих противников камнями и бутылками. Превосходящим силам милиции, однако, удалось «зачистить» площадь[1].
К полудню на Октябрьской площади для проведения объявленного накануне митинга в поддержку Верховного Совета начали собираться граждане и активисты оппозиционных партий и движений. Заявку на проведение митинга подавал Фронт национального спасения. Активисты ФНС предупреждали приглашённых ими на митинг о необходимости не поддаваться на провокации и избегать насильственных, противоправных действий, информировали, что проведение митинга санкционировано Моссоветом. В то же время, как стало известно позднее, Виктор Анпилов («Трудовая Россия») и его сторонники намеревались после митинга провести шествие к зданию Верховного Совета. Об этих планах они, как утверждается, не проинформировали ФНС и его лидера народного депутата России Илью Константинова, который должен был возглавить митинг[1].
В полдень милиция предприняла попытку разогнать людей, собравшихся у памятника Ленину на Октябрьской площади. Применив дубинки, милиция загнала их во двор Центральной детской библиотеки, но полностью рассеять не смогла. Манифестанты продолжали собираться в разных местах площади, на прилегающих улицах и в переулках[1].
Примерно в 13:20 представители Виктора Анпилова встретились в Доме Советов с Александром Руцким, который предупредил их о полученной им накануне информации о возможной провокации и масштабном применении силы против сторонников Верховного Совета, предложив в связи с этим отменить митинг. Активисты «Трудовой России» заявили, однако, что отменить митинг уже невозможно, и поставили Руцкого в известность о своих планах провести после митинга шествие к Дому Советов. Они попросили, чтобы, «во избежание провокаций ОМОНа, милиции и внутренних войск», колонну возглавили Виктор Баранников и Андрей Дунаев — однако те отказались[1].
К 14:00 Октябрьская площадь была оцеплена милицией. Движение транспорта в районе площади было перекрыто. Наиболее мощное оцепление из нескольких рядов сотрудников милиции в бронежилетах и касках, со щитами и дубинками, перекрывало подходы со стороны улицы Георгия Димитрова (Большой Якиманки). Оно было усилено поставленными поперёк улицы грузовиками. Сотрудниками милиции были также оцеплены улица Житная и площадка вокруг памятника Ленину. В то же время выходы на Октябрьскую площадь со станции метро «Октябрьская», откуда в основном прибывали участники митинга, закрыты не были[1].
Присутствие мощного милицейского оцепления и непрекращающиеся призывы милиции покинуть площадь создавали атмосферу нервозности и возбуждения. Собравшиеся не выполняли требования сотрудников милиции разойтись, воспринимавшиеся ими как незаконные. При этом они осознавали, что за словесными призывами и перепалками могут, как и в предшествовавшие дни, последовать силовые действия. Всё это также обостряло ситуацию. Количество манифестантов быстро увеличивалось. Многие ожидали начала митинга, отойдя на Ленинский проспект и в сторону Крымского моста[1].
В 14:00 один из организаторов митинга объявил, что мэрия в последний момент запретила его — однако, поскольку пришло очень много людей, митинг решили проводить. Часть манифестантов во главе с прибывшими народными депутатами Ильёй Константиновым и Виталием Уражцевым отошла на несколько сотен метров по Ленинскому проспекту в сторону площади Гагарина, однако, обнаружив, что проспект впереди перекрыт, сформировалась в колонну и двинулась обратно к Октябрьской площади. Попытка милиции перекрыть устье Ленинского проспекта и воспрепятствовать прохождению колонны на площадь не увенчалась успехом[1].
Прорыв по Садовому кольцу
Воспользовавшись ситуацией, Анпилов и его сторонники стали призывать собравшихся идти к Дому Советов. Сплотившаяся вокруг них часть манифестантов начала движение в сторону Крымского моста, постепенно увлекая за собой остальных. Находившиеся в другой части площади Илья Константинов и активисты ФНС, как утверждается, пытались остановить людей, но не смогли овладеть ситуацией[1].
Постепенно строясь в колонну, несколько тысяч человек направились к Крымскому мосту. У входа на него путь им преградило милицейское оцепление, отказавшееся, несмотря на уговоры, пропустить колонну. После короткой, но ожесточённой стычки манифестанты смяли и прорвали оцепление, и в 14:50 колонна численностью около 4 тысяч человек направилась к Зубовской площади, преследуя отступивших ОМОНовцев[1][128].
Манифестанты действовали крайне агрессивно. Во главе колонны шли радикально настроенные активисты, которые забрасывали ОМОНовцев камнями, орудовали железными прутами, попутно били стекла стоящих у обочин автомобилей[128].
Неудачные попытки милицейских заслонов остановить продвижение манифестантов на Зубовской и Смоленской площадях лишь усилили общее возбуждение и решительный настрой людей[96][129]. Отступление милиции и военнослужащих внутренних войск приобрело характер панического бегства. Они бросали технику (грузовики, водомёты) и снаряжение, в том числе дубинки и щиты, часть которых в ходе столкновений перешла в руки манифестантов. Один из захваченных грузовиков манифестанты направили как таран на милицейский заслон, формировавшийся на Смоленской площади, что позволило им сходу прорваться к Калининскому проспекту. В руки демонстрантов перешли брошенные водителями армейские грузовики и автобусы, на которых в район столкновений перебрасывались резервные подразделения правоохранителей[1][130].
Во время прорыва через Крымский мост и по Садовому кольцу пострадало несколько демонстрантов и сотрудников милиции.
События в районе Белого дома и здания мэрии
В 14 часов 30 минут руководивший московской милицией генерал-майор В. И. Панкратов отдал распоряжение выставить в район Дома Советов три бронетранспортёра для предотвращения прорыва манифестантов. Командующий внутренними войсками генерал-полковник милиции А. С. Куликов приказал командиру 6-го отряда спецназначения «Витязь» подполковнику С. И. Лысюку выдвинуть вооружённый резерв к гостинице «Мир», где размещался оперативный штаб ГУВД Москвы[1].
Примерно в 15:20 авангард колонны от Садового кольца по проспекту Калинина подошёл к зданию мэрии (бывшее здание СЭВ). В ходе дальнейшего столкновения манифестанты смяли и частично рассеяли оцепление милиции и внутренних войск, перекрывавшее подход к Дому Советов по улице Конюшковской, после чего начали растаскивать установленные со стороны мэрии заграждения из колючей проволоки и поставленных в линию поливальных машин. В результате столкновения несколько нападавших и сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск получили телесные повреждения[1].
Милиция по приказу открыла по демонстрантам беспорядочный огонь из пистолетов и автоматов, а также из карабинов для стрельбы гранатами со слезоточивым газом. Была предпринята попытка рассеять прорвавшихся манифестантов, атаковав их от здания мэрии цепочкой сотрудников милиции, стрелявших очередями из автоматов. Над головами демонстрантов была произведена очередь из крупнокалиберного пулемета бронетранспортёра. Среди подвергшихся обстрелу демонстрантов возникла паника. Некоторые стали разбегаться. Сотрудники милиции активно применяли против них спецсредства. В результате ранения и травмы различной степени тяжести получили не менее 6 гражданских лиц и двое сотрудников милиции, пострадавших от случайных выстрелов своих сослуживцев. В результате случайных попаданий два сотрудника милиции погибли. По данным Спасательно-поискового центра Московской медицинской академии им. И. М. Сеченова, после прорыва оцепления и обстрела демонстрантов в медпункты Дома Советов обратились за помощью 34 гражданских лица, из них семь с огнестрельными ранениями. При этом некоторые раненые самостоятельно добирались до больниц[1].
Несмотря на применение огнестрельного оружия, остановить продвижение демонстрантов милиции не удалось. Часть сотрудников милиции и военнослужащих внутренних войск отступила к зданию посольства США в Большом Девятинском переулке. Масса демонстрантов, число которых увеличивалось, направилась к Дому Советов[1].
По данным следствия Генеральной прокуратуры, при прохождении  демонстрантов по Конюшковской улице в районе посольства США неустановленный мужчина в милицейской форме из толпы произвёл автоматную очередь в сторону военнослужащих внутренних войск и сотрудников милиции. В результате были ранены один сотрудник милиции и пятеро военнослужащих Софринской бригады внутренних войск, один из которых впоследствии скончался[1].
На раздавшуюся в районе мэрии стрельбу из здания Верховного Совета стихийно, без приказа бросилась группа членов РНЕ численностью около 15 человек, вооружённых автоматами АКС-74У. Через считанные минуты к ним присоединились 3 человека из охраны назначенного Руцким заместителя министра обороны Альберта Макашова[131], также без приказа побежавшие на выстрелы, и лидер РНЕ Александр Баркашов. Они также были вооружены автоматами АКС-74У. Одновременно на пандус мэрии стали подниматься некоторые демонстранты. Сотрудниками милиции был открыт огонь из автоматического оружия, вызвавший ответные выстрелы со стороны «баркашовцев», а затем присоединившихся к ним членов охраны генерал-полковника Макашова. Безоружные демонстранты рассеялись. Находившиеся на пандусе сотрудники милиции и военнослужащие внутренних войск через центральный вход ушли в здание мэрии[1].
После прекращения огня в здание мэрии через центральный вход ворвались демонстранты. Сторонниками Верховного Совета были сделаны неудачные попытки захватить стоявшие у мэрии БТРы внутренних войск[1].
Сразу после взятия мэрии сторонники Верховного Совета заняли гостиницу «Мир»[129].
В 15:45 у 14 подъезда Дома Советов начался митинг, на котором Александр Руцкой призвал народ штурмовать мэрию и Телецентр в Останкино[121].
Спустившийся с балкона Дома Советов Руцкой сказал Макашову, что Останкино штурмовать не надо[132][133], а только лишь надо потребовать предоставление эфира[1].
Александр Руцкой, впоследствии о решении направить людей к «Останкино» замечает: «Конечно, это была ошибка. Я не хотел крови. Но нервы-то в комке»[134].
Ввод чрезвычайного положения в Москве
Около 16 часов Павел Грачев связался по телефону с командиром мотострелковой Таманской дивизии генерал-майором Валерием Евневичем, сообщил ему, что в Москве беспорядки, милиция не справляется, потому что вооружённые группы бродят по городу, что якобы участились попытки проникнуть в Министерство обороны Российской Федерации, которое охраняют безоружные солдаты-часовые, и приказал быть в готовности на автомобилях или на БТРах выдвинуть часть дивизии к Министерству обороны и взять его под охрану[1].
В 16:00 Б. Н. Ельцин подписал указ[135] о введении чрезвычайного положения в Москве, в котором, в частности, Совету Министров — Правительству Российской Федерации, Министерству внутренних дел, Министерству безопасности, Министерству обороны, правительству Москвы предписывалось принимать меры, необходимые для обеспечения режима чрезвычайного положения и с этой целью разрешалось устанавливать меры, предусмотренные статьями 22, 23, 24 Закона Российской Федерации «О чрезвычайном положении». Министерству иностранных дел Российской Федерации предписывалось информировать другие государства и Генерального секретаря Организации Объединённых Наций о том, что Российская Федерация в соответствии с п.1 ст.4 Международного пакта о гражданских и политических правах использует право отступления от обязательств по Пакту в такой степени, в которой требуется остротой обстановки. Указ вступил в силу с момента подписания. По центральному телевидению он был оглашен только в 18 часов[1].
События у телецентра «Останкино»
По воспоминаниям Руслана Хасбулатова, в распоряжение защитников Дома Советов попали 10-15 военных грузовиков и автобусов, брошенных внутренними войсками с ключами в замках зажигания и 4 БТР, стоявших в оцеплении[136].
Демонстранты, возглавляемые Анпиловым и Макашовым, двинулись в сторону телецентра в Останкино. По данным бывшего руководителя следственной группы Леонида Прошкина[137], во главе колонны ехал Альберт Макашов на автомобиле «УАЗ» внутренних войск, его телохранители и так называемая боевая группа «Север», на автомобиле ехали лидеры уличной оппозиции Виктор Анпилов и Илья Константинов.
Около 16 часов 5 минут командующий внутренними войсками генерал-полковник Анатолий Куликов по радио приказал командиру 6-го ОСН «Витязь» подполковнику Сергею Лысюку выдвинуться к телецентру Останкино для усиления его охраны[1].
В 16 часов 30 минут по приказу командующего внутренними войсками Анатолия Куликова в Останкино прибыли 84 военнослужащих внутренних войск в/ч 3641 (Софринская бригада внутренних войск), имевших только бронежилеты, каски и резиновые дубинки[1].
Первые машины со сторонниками Верховного Совета, в том числе с заместителем министра обороны Альбертом Макашовым и подчинёнными ему вооружёнными людьми, прибыли к зданию АСК-1 почти одновременно с отрядом «Витязь». Ворота наружной ограды здания были закрыты. Макашов в мегафон потребовал от охраны АСК-1 открыть ворота. Не дождавшись ответа, водитель «УАЗа» Морозов В. И. бампером порвал цепь, соединявшую створки ворот, и въехал на территорию телецентра[1].
Сторонники Верховного Совета, прибывшие в «Останкино», потребовали предоставления им прямого эфира. 16 человек из них находились в подчинении Макашова и были вооружены автоматами с укороченным стволом АКС-74У. У демонстранта Николая Абраменкова был ручной противотанковый гранатомёт РПГ-7, взятый после прорыва блокады Дома Советов у неизвестного полковника милиции, вылезшего с ним из милицейского автобуса. Ни сам Абраменков, ни кто-либо другой из подчинённых Макашова не умел обращаться с этим гранатометом[1]. Одновременно с демонстрантами прибыли БТРы дивизии Дзержинского для защиты телецентра. Сотрудники охраны телецентра ответили, что не могут сделать этого без указания, а для этого им необходимо связаться со своим руководством. После этого они ушли и больше не возвращались. Напрасно прождав в 17-м подъезде минут 20—30 Макашов со своими охранниками вышли на улицу. Затем он попытался вступить в переговоры с военнослужащими на БТРах, стоявших у здания АСК-1 со стороны Останкинского пруда, но безрезультатно[1].

К 18:00 в центре Москвы сторонниками Ельцина было построено 25 баррикад, в основном вокруг мэрии, Центрального телеграфа, по улице Тверской[138].
В 18.00 Ельцин подписал указ об освобождении Руцкого от исполнения обязанностей вице-президента РФ и об увольнении его из армии[139].
Пока затягивались переговоры к 18 часам в телецентр прибыли 31 сотрудник ОМОНа Московского УВД на железнодорожном транспорте с 27 автоматами и 3 пистолетами, во главе с подполковником Столяровым[1].
В 18 часов 30 минут в телецентр прибыли 111 военнослужащих Софринской бригады внутренних войск (в/ч 3641) во главе с командиром бригады полковником Васильевым В. А. С ними приехал заместитель командующего внутренними войсками по кадрам генерал-майор Павел Голубец, который по распоряжению командующего внутренними войсками принял на себя общее командование силами, контролировавшими телецентр[1].
В 19:00 здание телецентра охраняют около 480 сотрудников милиции и внутренних войск, представлявших различные подразделения — от хорошо экипированного различными видами вооружений отряда спецназа «Витязь» и ОМОН до солдат одной из войсковых частей внутренних войск, не имевших никакого оружия, кроме резиновых палок[137]. Они были вооружены 320 автоматами, пулеметами и снайперскими винтовками, 130 пистолетами, 12 гранатометами, в том числе — одним ручным противотанковым гранатометом РПГ-7. К стрелковому оружию имелось достаточное количество боеприпасов. Телецентр охраняли 6 БТРов. У военнослужащих и сотрудников милиции имелись штатные средства связи, индивидуальной защиты, а также спецсредства[1].

Митингующие в течение двух с половиной часов проводили стихийный митинг возле телецентра, требуя предоставить им прямой эфир[95] Среди них есть люди в камуфляжной одежде с автоматическим оружием в руках, похожие на боевиков.
Сподвижники Макашова по собственной инициативе предприняли попытку проникнуть в здание АСК-3, протаранив стеклянные двери[1] одним из оставленных войсками грузовиков[140]: грузовиком они таранят двери здания на улице Академика Королева,19, в котором расположены студийные аппаратные программы «Время» Первого канала телевидения[141]. Грузовик выдавил только наружные двери в телецентр. Предлагалось распахнуть и отстоящие от них на метр внутренние двери, пожертвовав крышей кабины грузовика, которая уже начала застревать под нависающей полусферой козырька подъезда. В результате внутренние двери телецентра остались закрытыми, из них только вылетели стекла.
В это время гранатомет РПГ-7 В-1 и одна граната к нему находились у демонстранта Николая Абраменкова. Услышав команду Макашова Абраменков взял гранатомет на плечо и присел на одно колено. Являясь сугубо гражданским человеком, никогда не служившим в армии, он не мог взвести гранатомет и зарядить гранату. Из толпы ему начали кричать, что нужно снять колпачок гранаты, а также давать другие советы[1].
Подошедший к Абраменкову[1], участковый из Санкт-Петербурга, сторонник Верховного Совета[140] Михаил Смирнов, после короткого спора, взял у него гранатомет и одну гранату к нему[1], а затем демонстративно произвел перед входом в здание телецентра манипуляции, имитирующие подготовку к прицельной стрельбе из гранатомета[140]. Совершив манипуляции с гранатометом он вплоть до начала обстрела продолжал находиться перед входом в здание телецентра[1].

Ввнутри здания среди бойцов «Витязя» произошёл взрыв неустановленного взрывного устройства, от которого погиб рядовой спецназа Н. Ю. Ситников[1][140].
По версии сторонников Ельцина (в том числе, командира «Витязя» С. Лысюка[142]), поддержанной подавляющим большинством СМИ, это был выстрел из гранатомёта РПГ-7 В-1 со стороны демонстрантов[143] Граната попала в стену позади рядового, и он был поражён осколками в затылок.
По версии следственной группы, выстрел из единственного гранатомёта, имевшегося у демонстрантов, не производился. Следствие посчитало доказанным, что на месте гибели рядового взрыва боевой части гранаты не было, так как разрыв тандемного кумулятивного заряда противотанкового гранатомёта РПГ-7 не мог не оставить следов на стене. Следы использованного взрывчатого вещества найдены не были. В связи с этим, экспертами и следователями высказывалось предположение, что взорвано было одно из не оставляющих следов спецсредств, имевшихся в распоряжении «Витязя», либо случайно, либо намеренно, с целью мобилизовать бойцов на открытие огня по толпе[140].
В 19:12, после взрыва, спецназ и БТРы начали вести огонь из автоматического оружия по толпе, собравшейся у телецентра, что привело к гибели по меньшей мере 46 человек[144], среди которых было несколько журналистов. Среди первых погиб оператор германской телекомпании ARD Рори Пек, снимавший возле входа в телецентр[145].
В 19:20 генерал А. Макашов потребовал от военных, находившихся в здании «Останкино», сложить оружие в течение трёх минут[130]. Здание на тот момент, по данным газеты, охраняли около 1200 военнослужащих, 6 БТР, 105 бойцов отряда спецназа «Витязь» и 110 сотрудников управления охраны. По истечении срока ультиматума «боевики Макашова», по версии газеты «КоммерсантЪ», изложенной в репортаже в 1993 году, «начали штурм». Сторонники Верховного Совета, по данным издания, обстреляли здание из гранатомёта, оттуда был открыт ответный огонь[121].

В 19:26 диктор «Останкино» Лев Викторов объявил о прекращении программы, сославшись на то, что первый этаж телецентра захвачен[121][130]. Телерадиовещание всех телекомпаний из Останкино было прекращено, в эфире остался лишь телеканал государственного Российского телевидения, чья эфирная студия располагалась на 5-й улице Ямского поля.
В 20:10, по данным газеты «Коммерсант», атака сторонников Верховного Совета на телецентр в Останкино прекратилась[121][146].
В 20:00 у здания Моссовета на Тверской начался организованный митинг, в котором участвовало по оценкам начальника городского штаба народных дружин около 50 тысяч человек. К этому времени были сформированы 59 народных дружин и отрядов общей численностью 16 000 человек, подготовлен резерв из 20 000 добровольцев. Дружины и отряды охраняли комплекс зданий правительства Москвы (Тверская, 13), комплекс редакции газеты «Известия», технического центра «Останкино», радиоцентр на Пятницкой, были устроены баррикады и выставлены пикеты на Васильевском спуске, за Центральным телеграфом, на улицах Никитской, Станкевича и некоторых других. Киностудия «Мосфильм» была готова предоставить штабу обороны мэрии более 100 единиц бронетехники, которая использовалась для съёмок, а компания «Автолайна» 9 БРДМ[138].
В 20:30 Егор Гайдар по телевидению обратился к сторонникам Ельцина с просьбой собираться у здания Моссовета[147][148], взятого под контроль Министерством безопасности. Из собравшихся отбирают людей с боевым опытом, и формируют отряды для захвата и охраны объектов, таких как московские райсоветы. Используются отряды и из гражданских лиц, в том числе, женщин. Сооружены баррикады на Тверской улице и в примыкающих улицах и переулках. У Моссовета проходит митинг. Гайдар получил у и. о. председателя Госкомитета по чрезвычайным ситуациям Сергея Шойгу гарантию, что в случае необходимости будет роздано оружие демонстрантам — сторонникам Ельцина. По мнению Егора Гайдара, лишь после этого — около 2 часов утра 4 октября военные стали исполнять приказы Ельцина и войска двинулись в Москву[149]
Около 21:00 здание Верховного Совета было отключено от электрической сети, погас свет[114].
В 21:30 с балкона Моссовета выступил Константин Боровой, потребовавший раздать оружие сторонникам Ельцина. В городском штабе народных дружин началось формирование отряда из военнослужащих, всего набралось около двух с половиной тысяч офицеров и прапорщиков запаса[138].
В 23:00 Альберт Макашов отдал приказ сторонникам Верховного Совета отступать из Останкино к Дому Советов[121].
Поздно вечером в сторону Москвы двигалась колонна Таманской дивизии, но была остановлена на полпути. Другая колонна бронетехники, вышедшая из места своей дислокации на южной окраине столицы, тоже была остановлена. Причиной тому, по мнению, Александра Коржакова была потеря Министерством обороны управления своими войсками[150].
По данным Генпрокуратуры, 3-4 октября в районе телецентра было убито или впоследствии скончалось от полученных ран не менее 46 человек. Телесные повреждения различной степени тяжести получило не менее 124 человек[140].
4 октября

Около 12 часов ночи в Дом Советов по собственной инициативе прибыли 18 военнослужащих 326 отдельного учебного зенитно-ракетного полка войск противовоздушной обороны во главе с командиром полка полковником Ю. А. Бородиным. Они были вооружены 17 автоматами и 1 пистолетом ПСМ, взятыми в полку. Руководством обороны Дома Советов прибывшим была поставлена задача охранять 20 и 8 подъезды, принять участие в обеспечении пропускного режима через указанные подъезды[1].
В это же время начальник Службы безопасности Президента России Александр Коржаков вызвал своего заместителя по боевой подготовке, капитана первого ранга Геннадия Захарова, сообщил о принятом Ельциным решении силой «очистить» здание Верховного Совета и приказал ему поехать к Павлу Грачеву с целью подготовки приезда Ельцина в Министерство обороны России для выработки плана конкретных действий. Захаров высказал Коржакову свои соображения о возможных вариантах силовой «очистки» Дома Советов, предложив использовать для этой цели спецподразделения «Альфа» и «Вымпел», которые в ходе операции, во избежание потерь среди личного состава, должны были быть доставлены на бронетехнике непосредственно к подъездам по периметру Дома Советов. Для деморализации находившихся в Доме Советов было предложено предварительно произвести несколько выстрелов из танков по верхним этажам здания. Это план был одобрен Коржаковым[1].
Красная площадь перекрыта баррикадами только с двух сторон - перегорожены Никольская улица и Исторический проезд. Усилена охрана радиостанции "Эхо Москвы"[151].
Между часом и двумя ночи штаб народных дружин, во исполнение указа Ельцина о введении чрезвычайного положения в Москве, а также его распоряжения о прекращении деятельности Советов всех уровней, стал захватывать редакции оппозиционных Кремлю газет, таких, как «Советская Россия», «День», «Правда», «Литературная Россия», «Пульс Тушина», «Гласность», «Рабочая трибуна», «Русский вестник», и здания Советов народных депутатов Киевского, Октябрьского и Свердловского районов[138].
02.20. Близ Кремля стала колонна бронетехники в составе 40 БТР[151].
Между 3 и 4 часами утра[1] 4 октября Борис Ельцин принял решение о штурме Дома Советов[149]: на ночном заседании в здании Генштаба Министерства обороны был выслушан план Геннадия Захарова, он его одобрил[150] и отдал приказ об использовании танков и бронетехники[152], .
После совещания в Генштабе, Борис Ельцин отправился в Кремль, где некоторое время спал. Затем в зале Совета Безопасности у него состоялась встреча с группой из сорока офицеров — руководителями подразделений группы «Альфа». Вопрос Ельцина «Вы будете выполнять приказ Президента?» офицеры встретили молчанием. Затем Ельцин обратился к ним с трёхминутной напутственной речью, после чего удалился[150].
По указанию П. С. Грачёва в Москву прибыли танки Таманской дивизии. Утром в районе стадиона «Красная Пресня» из-за несогласованности действий произошли вооружённые стычки между «таманцами» и БТРами «дзержинцев» (ОМСДОН МВД России, бывшая Дивизия Особого Назначения им. Дзержинского), между «дзержинцами» и вооружёнными людьми из «Союза ветеранов Афганистана», также принимавшими участие в конфликте на стороне Ельцина. Были погибшие и раненые, как среди солдат, так и среди случайных прохожих.
Принимавшие участие в этих столкновениях были награждены орденами и медалями, некоторым присвоено звание «Герой Российской Федерации»[153][154].
В штурме Белого дома приняли участие около 1700 человек, 10 танков и 20 бронетранспортёров: контингент пришлось набирать из состава пяти дивизий, около половины всего контингента офицеры или младший начальствующий состав, а танковые экипажи набрали почти целиком из офицеров[155].
В 4 часа 15 минут по распоряжению Павла Грачева командир Кантемировской дивизии генерал-майор Борис Поляков выдвинул в Москву роту танков в количестве 10 единиц. По первоначальному распоряжению рота должна была прибыть к зданию министерства обороны[1]
В 04:20 началось перемещение войск в сторону Дома Советов[121].
В 05:00 время Ельцин издал указ № 1578 «О безотлагательных мерах по обеспечению режима чрезвычайного положения в Москве»[156][157], в котором, в частности, события в Москве 3 октября 1993 года были охарактеризованы как массовые беспорядки и террористические акты, повлекшие человеческие жертвы, создание экстремистскими силами в Москве угрозы жизни, здоровью и конституционным правам граждан. Виктору Ерину, первому заместителю министра безопасности Николаю Голушко и Павлу Грачеву было предписано  «к 10.00 4 октября 1993 г.  создать объединенный оперативный штаб по руководству воинскими формированиями и другими силами для обеспечения чрезвычайного положения в г. Москве». Коменданту района чрезвычайного положения было указано незамедлительно принять меры по освобождению и разблокированию объектов, захваченных преступными элементами. Функции администрации района чрезвычайного положения были возложены на Правительство Москвы[158].
В это же время заместитель министра обороны Кондратьев поставил задачи командирам частей, привлеченных для участия в операции. Всем подразделениям была поставлена общая задача подавлять огневые точки «защитников Белого Дома», не допускать прорыва из Дома Советов и в него вооружённых «боевиков», а также обеспечивать выход из здания женщин и детей. Дивизии внутренних войск (ОМСДОН) было приказано блокировать здание Верховного Совета со стороны улицы Рочдельской и Глубокого переулка до Краснопресненской набережной. Начало операции было назначено на 7 часов утра[1].
Перед началом военной операции руководству Верховного Совета по линии командования Московского военного округа внутренних войск была доставлена информация, что Ельцин приказал уничтожить всех, кто находился в здании парламента[1].
Около 6 часов Дом Советов был оцеплен сотрудниками милиции и военнослужащими. При этом сотрудники милиции отказывались сообщить гражданам, оказавшимся в блокируемом районе, с какой целью производится оцепление. После начала военной операции находившиеся у здания Верховного Совета люди не всегда могли покинуть зону оцепления[1].
Около 7 часов сигнальными ракетами был подан знак к началу военной операции. БТРы Таманской дивизии, обойдя баррикаду в районе мэрии Москвы и протаранив баррикаду на Краснопресненской набережной, блокировали Дом Советов со стороны набережной. При этом были обстреляны находившиеся на набережной гражданские лица. Заняв позиции на набережной БТРы Таманской дивизии по переулку Глубокому выдвинулись к пересечению его с улицей Рочдельской[1].
В 07:00 на балконе гостиницы «Украина», напротив Дома Советов, погиб от пули капитан милиции Александр Рубан, 33 лет, сотрудник Владимирской спецшколы милиции. Рубан снимал на пленку действия милиции по блокированию здания, так как спецоперации правоохранительных органов обычно сопровождаются видеосъёмкой[151].
В 07:25 по версии газеты «КоммерсантЪ», разрушив баррикады, на площадь Свободной России въехали 5 БМП[121][130].
07.30. Началась операция по планомерному захвату Белого дома[151].
В 08:00 БМП и БТР ведут прицельный огонь по окнам здания парламента[121].
В 08:36 бойцы Тульской дивизии ВДВ короткими перебежками приближаются к зданию Верховного Совета, а бронетехника прицельно расстреливает его защитников[121].
08.36. Первые 6-7 этажей мэрии, выходящие окнами на площадь Свободной России, расстреляны из крупнокалиберных пулеметов. Горят шторы, документы[151].
08.45. Как сообщил главный врач Института скорой помощи им. Склифосовского, к настоящему моменту к ним поступило более 50 раненых (с огнестрельными, колото-резаными ранами, ушибами), точных данных нет - люди продолжают поступать. Медикаментов и крови для переливаний у медиков достаточно[151].
В 09:00 Борис Ельцин сделал заявление по ТВ[156], в котором, в частности, сказал[151]: «Происходящие события в Москве — это запланированный переворот. Вооружённый мятеж обречён. В Москву входят войска, я прошу москвичей морально поддержать их. Генеральная прокуратура получила указание возбудить уголовные дела против преступников. Вооружённый мятеж будет подавлен в кратчайшие сроки.»
09.03. К Белому дому подтягиваются десантные части. Стрельба из крупнокалиберного оружия вокруг Дома Советов усиливается. Депутаты собрались на экстренное совещание в зале заседаний Совета Национальностей[151].
К началу военной операции проельцинских сил централизованной обороны Дома Советов организовано не было. Огневые позиции вне здания парламента не оборудовались. Конкретный план по отражению вооруженного нападения отсутствовал – вместо этого обсуждались неопределенные планы длительной обороны внутри здания с постепенным отходом на верхние этажи, оказавшиеся несостоятельными после  обстрела этих этажей из танков и начавшегося пожара[1].
После начала штурма руководство обороной Дома Советов отдавало противоречивые приказы о ведении или, напротив, не-ведении огня,  открытии огня на поражении только по военнослужащим, проникшим в здание, или только упреждающего огня по лестницам, ведущим на этажи. В этих условиях лишь некоторые защитники Дома Советов вели стихийный, беспорядочный ответный огонь[1].
После начала штурма в район Дома Советов выдвинулись спецподразделения «»Альфа» и «Вымпел», но активного участия в боевых действиях не приняли[1].
09.15. Белый дом полностью окружен. Соседние здания находятся под контролем проельцинских войск. Отдельные группы штурмовых отрядов подошли непосредственно к цоколю здания. Со всех сторон здание обстреливается из автоматов и крупнокалиберных пулеметов на подавление огня[151].
В 09:30 расположенные на Калининском (Новоарбатском) мосту танки начали обстрел верхних этажей здания Верховного Совета. Всего в обстреле участвовало шесть танков Т-80, выпустивших 12 снарядов[159]. Как впоследствии рассказывает Александр Руцкой[134]:
Первый снаряд попал в зал заседаний, второй — в кабинет Хасбулатова, третий — в мой. Причём били фугасными снарядами, а не болванками, как утверждают сегодня. От болванок здание гореть не будет. Я сидел у себя в кабинете, когда снаряд прошил окно и взорвался в правом углу. К счастью, стол у меня стоял в левом. Выскочил оттуда очумевший. Что меня спасло — не знаю.
Егор Гайдар писал в своих воспоминаниях «Дни поражений и побед», что по Дому Советов было выпущено 10 болванок и 2 зажигательных снаряда. Однако, по официальным данным Министерства обороны, танки выпустили по зданию Верховного Совета 2 бронебойно-подкалиберных снаряда и 10 осколочно-фугасных[160][161] (на эти данные ссылался военный историк Михаил Барятинский в своей книге «Танк Т-80»[159]). Руцкой утверждает, что видел людей, которые погибли от попадания танковых снарядов в окна Дома Советов[134]. Назначенный после штурма комендантом Дома Советов Аркадий Баскаев заявил, что причиной возгорания здания Верховного Совета стал его обстрел из танков[1].
После начала танкового обстрела состоялся телефонный разговор Руцкого с Зорькиным:Ну Валера! Только что я послал с белым флагом — располосовали людей. Потом подошли – и в упор добили. Ведь тот же Ерин дал команду: свидетелей не брать. Они знают, что у нас звукозаписи есть, видеозаписи начиная со второго числа: кто давал команды, когда давал команды, где стреляли, как убивали людей. Неужели ты не понимаешь, что мы живые свидетели? Они нас живыми не оставят!Я тебя прошу, звони в посольство. Посади человека, пускай звонит в посольство. Пошли сюда от их Содружества независимых государств кто есть, пошли сюда, в Совет субъектов Федерации. Врет Черномырдин! Врет Ерин! Я тебя умоляю, Валера! Ну ты понимаешь… Ты же верующий ! На тебе же будет грех! Валера, они бьют из пушек! Из пушек! Ну если б ты увидел, на что сейчас… Да не стреляем же мы! Вот ты посмотри: тишина. Вот я отнимаю трубку от уха, послушай – тишина. Идет перегруппировка. Танки разворачиваются в боевой порядок. Будут бить залпами. Я тебя прошу: звони в иностранные посольства! Черномырдин и Ерин врут! Звони в иностранные посольства, пускай иностранные послы едут сюда.<...> 
09.40. Над Белым домом появились боевые вертолеты. По некоторым данным, в ближайшее время на здание ВС может быть сброшен десант. Белый дом весь в дыму[151].
09.45. Колонна бронетехники в составе восьми БМП-2 подошла к баррикаде у Новоарбатского моста, а спустя 15 минут развернулась и ушла обратно. Вся техника принадлежит Таманской дивизии. Перестрелка у здания Белого дома усиливается. Пожар в мэрии Москвы, который продолжается на нижних этажах, никто не тушит[162].
09.55. Над Белым домом вновь появились вертолеты[162].
10.00 Началось закрытое заседание Конституционного суда, на котором рассматривается вопрос о правомерности решений Ельцина и распущенного им ВС, принятых после 21 сентября[156].
10.00 Распоряжением и. о. министра юстиции Юрия Калмыкова приостановлена деятельность ФНС, РКРП, «Союза офицеров», ОФТ, Союза социально-правовой защиты военнослужащих «Щит», РКСМ, движения «Трудовая Россия», Московского союза офицеров, Русского национального собора, КПРФ, движения «Трудовая Москва»[156].
С вертолета была обстреляна крыша Белого дома, В результате возникло несколько очагов возгорания[162].
10.10. Загорелся первый этаж Белого дома. Над зданием Верховного Совета барражируют вертолеты. Огонь БТРов все усиливается[162].
10.30. Перестрелка вокруг здания парламента резко усилилась. Перед зданием постоянно маневрирует бронетехника, продолжают вести интенсивный огонь танки. Из окон Белого дома поднимается черный дым. По сведениям из военных источников, верными Ельцину войсками заняты первые два этажа. Бои идут в районе 3-4 этажа здания. В нем выбиты все стекла со стороны Краснопресненской набережной. С обеих сторон реки собралось достаточно большое число зевак, которые не уходят[162].
10.53. Из Белого дома (угол, выходящий к СЭВу) выбежало около 10 человек. Продвигаются перебежками. Все в гражданском. Вероятно, журналисты. Есть раненый (или раненая)[162].
11.00 На пресс-конференции руководитель администрации Ельцина Сергей Филатов заявил, что жесткость подавления «мятежа» вызвана тем, что нельзя допустить распространения войны на всю территорию России[156].
К 11:05 на улице Новый Арбат на противоположной стороне от здания мэрии и Смоленской набережной скапливается толпа зевак, пришедших посмотреть на штурм Дома Советов, которых милиция безуспешно пытается уговорить разойтись[162]
Десантники высадились на 5-м этаже Белого дома. Как доложил капитан первого ранга Семин штабу обороны города, десантники вступили в бой. Танки, ведущие огонь по Белому дому с моста, уже расстреляли по одному боекомплекту, подвезен новый. Основные разрушения - в основании здания и первого этажа Верховного Совета. Штаб Таманской дивизии, ведущей штурм, находится у памятника Шевченко возле гостиницы "Украина". Среди военнослужащих дивизии имеются раненые[162].
В 11:25 возле Дома Советов возобновилась интенсивная артиллерийская стрельба. К этому часу в Москве, по данным Главного медицинского управления, городские больницы уже оказали помощь 192 пострадавшим, 158 человек госпитализированы, 18 — умерли[162].
11.30. На Новоарбатском мосту, где постоянно возрастает количество зевак, заняли позиции уже четыре танка. Они стреляют по верхним этажам здания. Основная цель - 13 этаж, где размещается штаб министра обороны Ачалова. На этом этаже выбиты практически все окна. Со стороны Площади Свободы тоже много выбитых окон, из некоторых идет черный дым. БТРы ведут огонь по зданию из крупнокалиберных пулеметов. В Институт им. Склифосовского постоянно поступают раненые[162].
12.00. В здании парламента со стороны Краснопресненской площади горит 15-й этаж. Пожар наблюдается и со стороны площади Свободной России. По сообщению врача скорой помощи, на втором этаже здания много раненых гражданских лиц, которые боятся выходить наружу. К этой зоне подъехали машины скорой помощи[162].
12.30. Начался выход защитников Белого дома. Войска, атакующие Дом Советов, предлагают осажденным прекратить огонь и выходить с поднятыми руками. У Совинцентра продолжается охота на снайперов. Один боец ОМОНа убит, двое ранены. Погиб также один гражданский. Двух снайперов уже удалось снять. Возле гостиницы "Украина" снайперы из домов в районе Белого дома убили 2 человек в гражданской одежде. Через 5 минут взвод специального назначения ГУВД Москвы направился на задание по уничтожению снайперов[162].
Некоторые военнослужащие и сотрудники милиции, участвовавшие в операциях по блокированию и «зачистке» кварталов, прилегающих к Дому Советов, допускали чрезмерно жесткие, противоправные действия в отношении остановленных для проверки лиц, подозревавшихся ими в принадлежности к сторонникам Верховного Совета. Так, около 13 часов в районе Трехгорной мануфактуры и переулка Капранова военнослужащими и сотрудниками милиции была остановлена машина, в которой находились сотрудники КГБ Республики Калмыкия М.Г. Болдырев и В.С. Перковский, исполнявшие свои служебные обязанности по охране президента Калмыкии Кирсана Илюмжинова. Считая Илюмжинова предателем и сторонником Верховного Совета, военнослужащие и сотрудники милиции отобрали у Болдырева и Перковского удостоверения личности, оружие с запасными обоймами и индивидуальные средства защиты, после чего лежащих на земле с руками за головой подвергли избиению руками и ногами. Болдыреву были нанесены удары ногами по лицу и по голове. У Перковского в результате наступания на них подошвами солдатских ботинок при обыске были повреждены кисти рук[1].
13.05. Рота с эмблемами спецназа ГУВД г. Москвы заняла боевую позицию на подступах к Белому дому. Ведется работа по выявлению снайперов. Снайперы, расположенные на крыше дома 12 по ул. Чайковского не пропускают колонну войск, направляющихся к Белому дому. Еще одно подразделение зажато снайпером на улице Мантулинской, недалеко от ЦМТ. Проельцинские войска захватили шесть этажей Белого дома, в верхних этажах продолжается пожар. Ликвидирован пожар в здании мэрии[162].
13.30. Спорадически вспыхивает интенсивная перестрелка на пересечении Садового кольца с Новым Арбатом. Снайперы, засевшие на верхних этажах ресторана "Арбатский", ведут перестрелку с омоновцами, которые находятся в здании напротив. В этом районе сейчас сконцентрировано большое количество частей ОМОН из Москвы, Подольска и Ставрополя. 
По Садовому кольцу в сторону Нового Арбата проследовало несколько групп бронетехники общей численностью около 60 единиц[163].
В здании парламента находились 72 журналиста. Среди них есть раненые - ранен в ногу корреспондент немецкого телевидения. Корреспондентский пункт РИА "Новости" и ИТАР-ТАСС, а также помещение пресс-службы Верховного Совета уничтожены снарядами танков[163].
13.50. Из Белого дома со стороны Краснопресненской набережной вышли около 50 человек с поднятыми руками. Среди них значительное число женщин[163].
14.01. Начался массовый выход людей с поднятыми руками из Белого дома[163].
14.30. Обстановка вокруг Белого дома заметно стабилизировалась. Еще слышна эпизодическая стрельба. Из здания парламента группами по 20-50 человек выходят сдающиеся с руками за головой. Сотрудники правоохранительных органов досматривают их, но расходиться не разрешают. Люди в синей форме вынесли труп человека, завернутого во что-то красное. Время от времени возобновляется перестрелка в районе ресторана "Арбат", на углу Садового кольца и Нового Арбата. Стекла в верхних этажах здания выбиты[163].
14.40 По утверждению газеты «Коммерсант» начались переговоры Павла Грачева с президентом Ингушетии Русланом Аушевым, представляющим интересы Верховного Совета[156]. Сам Грачев отрицал, что вел переговоры[164].
14.45 Президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов и президент Ингушетии Руслан Аушев под белым флагом прошли в обстреливаемый проельцинскими войсками Белый дом для встречи с Александром Руцким и Русланом Хасбулатовым. Руцкой им сообщил, что Ерину дана команда никого не брать[165]. Также он сообщил Илюмжинову и Аушеву о более 500 убитых в здании Верховного Совета[166]. По словам К. Илюмжинова, несмотря на белый флаг, для того чтобы попасть в Белый дом им пришлось ждать 20 минут, пока утихнет стрельба. Илюмжинов также сообщил, что в здании ВС они увидели очень много трупов. Точное количество он назвать затруднился, так как в Белом доме нет воды и нет света. Р.Аушев рассказал, что им с Илюмжиновым удалось вывести из здания 12 женщин и одного ребенка[167].
14.50 На совещании руководителей субъектов федерации в здании Конституционного суда принято заявление с требованием прекратить штурм Белого дома и возобновить переговоры между Борисом Ельциным и Верховным Советом[156].
15.00 Борис Ельцин выехал из Кремля домой. Прошедшую ночь он провел в своем кремлевском кабинете[156].
Около 15.00 к зданию парламента подъехали 16 крытых грузовиков с солдатами внутренних войск[163].
Отрядам специального назначения «Альфа» и «Вымпел» было приказано взять Белый дом штурмом. Командиры обеих спецгрупп перед тем, как выполнить приказ, попытались договориться с руководителями Верховного Совета о мирной сдаче. «Альфа», пообещав защитникам Дома Советов безопасность, сумела к 17:00 уговорить их сдаться. Спецподразделение «Вымпел», чьё руководство отказалось выполнять приказ о штурме, впоследствии было передано из МБ в состав МВД[168], что привело к массовому уходу в отставку его бойцов.

15.25. Группа из 20 сотрудников департамента по охране Верховного Совета сдалась правоохранительным органам. Они подверглись обыску, на одного из них были надеты наручники. 
Незадолго до этого предпринимались попытки проведения переговоров группой высокопоставленных российских военных с защитниками Белого дома. На мосту через Москву-реку стоят несколько официальных машин. В одной из них прибыл Павел Грачев[163].
15.50. Усилился обстрел Белого дома из боевых машин пехоты и танков. Один из офицеров войск специального назначения сообщил корреспондентам, что в ближайшие минуты начнется новый штурм здания[163].
Около 16:00 в здание прошёл человек в камуфляжной форме, представившийся бойцом группы «А» («Альфа») и предложил всем желающим выйти из здания в его сопровождении, пообещав что на улице их никто не будет бить и что им дадут возможность проследовать до метро. Около 100 человек вышли с ним через 14-й подъезд[114].
16.20. После того, как Белый дом был обстрелян танками и бронетранспортерами, вновь разгорелся огонь на 15-17-м этажах. Из окон валят клубы черного дыма[167].
16.45. Из здания парламента начался массовый выход людей. За десять минут вышло около 300 человек, некоторые из них в форме сотрудников департамента по охране ВС. Они шли, держа руки за головами, между двумя рядами солдат и садились в подогнанные к лестнице здания автобусы[167].
В 17:00 у левого торца здания парламента произошел сильный взрыв, после чего там начал бушевать огонь. К зданию продолжают подтягиваться крытые грузовики с солдатами. Врачи "скорой помощи" констатировали смерть 19 человек. Их трупы лежат недалеко от Краснопресненской набережной, справа от центрального входа в Белый дом. Из переговоров врачей по радиосвязи стало известно, что медслужба готовится к приему большого количества раненых. В здание парламента люди постоянно заносят носилки[167].
После 17:00, по договорённости с Кремлем, начался массовый выход оборонявшихся из Верховного Совета в сопровождении бойцов группы «А». Белый дом покинуло около 700 человек, которые шли держа руки за головами между двумя рядами солдат и садились в подогнанные со стороны Краснопресненской набережной автобусы[121]. Некоторых из них препровождали в «фильтрационный пункт», размещенный в одном из окрестных подвалов, где они находились под присмотром ОМОН[114] У выходивших изымались служебные удостоверения и складывались в спортивную сумку[150].
Во время штурма Дома Советов, используя сотовый телефон журналиста, Александр Руцкой в прямом эфире «Эха Москвы» обратился к лётчикам[122][169]: «Если слышат меня лётчики, поднимайте боевые машины! Эта банда засела в Кремле и в министерстве внутренних дел, и оттуда ведёт управление. Я умоляю вас! Спасайте погибающих людей. Спасайте погибающую демократию.»[170].
17.05. Из здания Верховного Совета вышли около 500 человек - депутаты и сотрудники, среди которых немало женщин. Их направляли в автобусы, поданные к лестнице со стороны Краснопресненской набережной. В этой группе находились Бабурин и Чеботаревский, которые отошли в сторону и явно ждали прибытия представителей Ельцина для ведения переговоров. Позднее представители Кремля действительно прибыли, и два депутата вместе с ними вновь вошли в здание[167].
18.00. Прокремлевскими силами захвачена значительная часть помещений и территорий Белого дома. Всем желающим предлагается выйти, их обыскивают и спускают по лестнице в один из вестибюлей, где граждане некоторое время находятся под охраной, а затем с белым флагом выходят небольшими группами (2-3 человека) в относительно безопасные места. Например, мимо церкви в Девятинском переулке на Садовое Кольцо[167].
После 18:00 Александр Коржаков прибыл в Кремль для доклада Ельцину и, по его словам, обнаружил, что в банкетном зале уже давно отмечают победу. Михаил Барсуков преподнёс ему в качестве подарка личную курильную трубку Руслана Хасбулатова, найденную у того в кабинете. Ельцин разбил её об стену[150]. В 2003 году Коржаков вспоминал, что ему налили полный фужер водки, предложив выпить за победу, и отметил, что ему от такого предложения стало противно[142].
18.10. Многие люди, вышедшие из Белого дома, еще не покинули Краснопресненскую набережную, так как не хватало автобусов. По оценке ОМОН, их оставалось 250-300 человек[167].
18.20. Началась стрельба в районе московской мэрии. Стреляли трассирующими пулями с 7-го этажа мэрии. В этой обстановке людей стали срочно сажать в подошедшие автобусы, предварительно обыскивая. Было найдено несколько пачек патронов. В целом отношение сил правопорядка к отправляемым в автобусах людям было довольно либеральным. Однако операторам телевидения было запрещено снимать[167].
В 18.25 автобусы отправились, а люди, которым не хватило в них места, пошли к метро пешком. К этому времени бронетехника в составе 30 машин окружила здание парламента, развернув стволы в его сторону. Шесть машин подошли к центральному подъезду[167].
19:01 Руцкой и Хасбулатов были арестованы[171], после чего на автобусе в сопровождении десантников и офицеров службы безопасности президента России доставлены в следственный изолятор в Лефортове[150]. По словам Коржакова, руководившего арестом, у него «была задача кокнуть» Руцкого и Хасбулатова, «но это было сделать невозможно, потому что они спрятались в толпе депутатов»[172]
19.05. Бойцами ОМОН также арестован народный депутат Российской Федерации Сергей Бабурин[130][167].
19.30. Арестованы назначенные Руцким министр по особым поручениям Андрей Дунаев, и. о. министра безопасности Виктор Баранников и и. о. министра обороны Владислав Ачалов[122][156].
19.30. Группой "Альфа" взяты под охрану и эвакуированы из здания 1700 журналистов, сотрудников аппарата ВС, жителей города и депутатов. Бойцы группы "Альфа" действовали уверенно, спокойно и корректно. Люди были эвакуированы в течение нескольких минут. К Белому дому подведена дополнительная бронетехника и автобусы для оцепления. В здании пожар. По информации корреспондента, взрыв произошел около кабинета Ачалова. Пожар в Белом доме прекращается. С 19.30 открытого пламени не видно[167].
Руководители защиты Белого дома, некоторые участники, а также множество лиц, не участвовавших в противостоянии, были арестованы, и, по сведениям правозащитников[173], подвергнуты избиениям и унижениям. При этом правозащитным центром «Мемориал» «зафиксирован случай, когда есть серьёзные основания подозревать, что гибель человека… наступила в результате побоев в милиции»[173]. Между 17 и 19 часами в подъездах дома № 14 по Глубокому переулку имели место факты избиений, ограблений, жестокого и бесчеловечного обращения, а также незаконного административного задержания сотрудниками милиции народных депутатов Российской Федерации, сотрудников Аппарата Верховного Совета и граждан. Избиению были подвергнуты следующие депутаты: Юрий Тарасюк[1], Вакиф Фахрутдинов[1], Леонид Ясенков[1], Владимир Исаков[1][174], Олег Румянцев[1][175], Александр Уткин[1][176], Владимир Маханов[176], Александр Чибисов[1], Иван Шашвиашвили[1], Валентин Агафонов[177],Вячеслав Любимов[178] и Геннадий Данков[178]. Во дворе одного из отделений милиции был избит дубинками начальник охраны Хасбулатова Юрий Гранкин[177].
После 20 часов не затронутые пожаром нижние этажи Верховного Совета были подвергнуты «зачистке» с применением огнестрельного оружия, в ходе которой был причинен дополнительный ущерб зданию и находившемуся в нем имуществу[1].
20.30. По данным военных и по наблюдениям корреспондентов, одним из наиболее опасных мест в округе Белого дома остаются жилые дома вдоль спуска от Нового Арбата к Калининскому мосту. Здесь продолжают оставаться стрелки - одиночки, которые периодически открывают огонь, как правило, одиночными выстрелами с чердаков и верхних этажей домов. Снайперы меняют позицию и с интервалами примерно 30-40 минут стреляют по солдатам проельцинских войск, как на спуске от Нового Арбата к Калининскому мосту, так и во дворах жилых домов, причем чаще тех, что расположены на той же стороне, что и здание мэрии[167].
За день, по официальным данным, были убиты 74 человека, 26 из них — военные и работники МВД России, ранены 172. В результате пожара практически полностью уничтожены этажи здания с 12-го по 20-й, разрушено около 30 % общей площади Дома Советов[121].
После капитуляции сторонников Верховного Совета[1] Ельцин издал указ №1580 «О дополнительных мерах по обеспечению режима чрезвычайного положения в городе Москве», в котором, в частности, было предложено с 23 часов 00 минут 4 октября, по решению коменданта района чрезвычайного положения, установить комендантский час, особый режим въезда (выезда) в город Москву, запрет на проведение собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и иных массовых мероприятий, а также некоторые другие ограничительные меры. Коменданту района чрезвычайного положения генерал-лейтенанту милиции Куликову было указано, по согласованию с Министерством внутренних дел, Министерством обороны, Министерством безопасности, Министерством транспорта и ГУВД г. Москвы, обеспечить безотлагательное выполнение указанных мер.
Комендант района чрезвычайного положения Александр Куликов издал письменный приказ, в соответствии с которым в городе Москве с 23 часов по 5 часов утра 5 октября был установлен комендантский час, во время которого, в частности, гражданам было запрещено находиться на улицах и в иных общественных местах без специальных пропусков, выданных комендантом города Москвы и комендантами участков. Нарушителей комендантского часа  было приказано задерживать. Для их временного (до 3 суток) содержания были определены фильтрационные пункты на базе территориальных органов внутренних дел, а также ОВД аэропортов и на вокзалах[1].
5 октября

По данным правозащитного центра «Мемориал», со ссылкой на источники из МВД РФ, за ночь с 4 на 5 октября в районе Дома Советов было задержано около 1500 человек. Подтвердить или уточнить эти данные комиссии Госдумы не представилось возможным, поскольку в соответствии с приказом Ерина №400 за 1993 год, книги регистрации административных протоколов и сами протоколы за 1993 год уничтожены за истечением сроков хранения[1].
В ночь на 5 октября здание ИТАР-ТАСС на Тверском бульваре подверглось нападению вооружённых нескольких групп. По утверждению газеты «Коммерсант» эти группы состояли из сторонников Верховного Совета. Их бой с охранниками и взводом ОМОНа продолжался с 00:20 до 01:30 и закончился тем, что омоновцы оттеснили боевиков, но преследовать их не стали. На улице остался лежать труп одного из нападавших[179].
Когда охрана возвращалась к зданию, её обстреляли из проезжавшей машины. Затем по охране открыли огонь два снайпера, засевшие на крыше «Кинотеатра повторного фильма». Омоновцы занялись охотой на снайперов, но последним удалось скрыться. Ещё через несколько минут перед зданием появились два человека с автоматами. В ответ на предупредительный окрик омоновцев они открыли огонь. В результате этой перестрелки один из нападавших был убит, другого начали преследовать. Спасаясь бегством, он разбил витрины в доме, где размещалось отделение Сбербанка и парикмахерская и проник туда. Омоновцы, перекрыв выход, предложили беглецу сдаться. Раненый в ногу нападавший выбросил через разбитую витрину автомат и две гранаты и сдался. В 01:30 раненый был отправлен в городскую военную прокуратуру, а убитый — в морг. Как выяснилось позднее, оба нападавших оказались офицерами Таманской дивизии[179][180]. Раненый снайпер (его звали Михаилом Менчиновым) при опросе в момент задержания пояснил, что их группа — 15 человек и взвод десантников располагаются в здании Генштаба ВС, (второй этаж, левое крыло, вход с Арбатской пл.). Командует ими комендант здания — майор (фамилию не помнит, на «С») и они получили задание дестабилизировать обстановку в центральной части города, для чего и устроили перестрелку[181].
Во время комендантского часа сотрудниками милиции активно применялось огнестрельное оружие. По данным Бюро судебно-медицинской экспертизы Комитета здравоохранения Москвы, в ночь с 4 на 5 октября в разных районах столицы за нарушение комендантского часа и неподчинение патрулям были убиты 6 человек[1].
Около 00:40 в районе Бакунинской улицы из машины был обстрелян прохожий, а час спустя на станции Бирюлёво-Товарная неизвестный из автомата обстрелял нескольких человек. Около 02:00 из гранатомета был подожжён БТР, стоявший у Белого дома. В нём заживо сгорел командир машины[179].
Около 3 часов Виктор Ерин, по представлению коменданта района чрезвычайного положения города Москвы генерал-полковника Куликова, направил телеграмму министрам внутренних дел республик и начальникам областных и краевых УВД прислать 50 процентов подразделений территориальных ОМОН[1].
Совет Министров Российской Федерации распространил обращение к личному составу министерств обороны, внутренних дел и безопасности Российской Федерации, в котором, в частности, расценил действия военнослужащих и сотрудников милиции 3-4 октября 1993 года как выполнение ими своего воинского долга, а действия сторонников Верховного Совета как «кровавый мятеж», главари которого арестованы и понесут наказание[1].
Около 20:30 в районе улицы Новоспасской была замечена группа людей в гражданском с автоматами в руках. Как только её члены поняли, что они обнаружены, они скрылись в подземном переходе. Однако милиция блокировала выходы, и скрывшимся в переходе пришлось сдаться[179]. Немного позднее сотрудники милиции, несущие охрану здания ИТАР-ТАСС, заметили на крышах домов нескольких человек в камуфляжной форме. Срочно вызванные подразделения ОМОН в течение двух часов прочесывали район и было задержано несколько человек[179].
В 23:00 в милицию поступила информация о стрельбе из автоматического оружия в районе Алтуфьевского шоссе. В ходе этой перестрелки были убиты двое и ранены несколько человек. К месту происшествия срочно были подтянуты уже отведенные за город подразделения дивизии внутренних войск имени Дзержинского. Её бойцы на бронетранспортёрах усилили милицейские кордоны в городе и на выезде из него[179]. Ночью два офицера, охранявших Министерство обороны, по версии «Российской газеты», изложенной в 2003 году[142], решили расслабиться. В камуфляже и при автоматах они направились по Бульварному кольцу искать торговую точку. Неподалеку от здания ТАСС на Никитском бульваре их окликнули омоновцы: «Стой! Кто такие?» Военные бросились бежать. Милиционеры открыли огонь. Один из офицеров был убит сразу, другой, раненый, залёг около сберкассы и разбил окно сберкассы, чтобы сработала сигнализация. Очень быстро на место происшествия прибыл наряд вневедомственной охраны, который отбил офицера у разгорячённых омоновцев. Впоследствии оба военных были награждены, один — посмертно.
По данным прокуратуры города Москвы, в период с 3 по 5 октября 1993 года в связи с происходившими событиями сотрудниками милиции было задержано более 6000 человек, из них почти половина без оформления документов[95].
По данным следователя Леонида Прошкина, вплоть до 6 октября в здании Дома Советов находился ОМОН Санкт-Петербурга и бойцы внутренних войск МВД России, которые расхищали материальные ценности, в частности, оргтехнику и оружие. По его данным, из 926 стволов, более половины было украдено и продано солдатами и офицерами Внутренних войск[105].
Ельцин, присвоив полномочия Верховного Совета, освободил от должности Генерального прокурора Российской Федерации Валентина Степанкова[182] и назначил на эту должность члена президентского совета Алексея Казанника. Также Ельцин назначил министром печати и информации бывшего первого вице-премьера Владимира Шумейко и определил в качестве официальной резиденции Совета Министров здание на Краснопресненской набережной (бывший Дом Советов)[183].
Премьер московского правительства Юрий Лужков издал распоряжение №553-рм «О поощрении лиц, участвовавших в предотвращении попытки государственного переворота в октябре 1993 года» – сотрудников ГУВД Москвы, Управления Министерства безопасности Российской Федерации по городу Москве и Главного медицинского управления Москвы – денежным пособием в размере двух должностных окладов, а также распоряжение №554-рм, которым выделил 515 млн. рублей на поощрение 1000 сотрудников милиции из других регионов России, отличившихся при проведении оперативно-профилактической операции «Сигнал» (фактически – при подавлении гражданских протестов против антиконституционных действий Ельцина)[1]
Сергей Филатов обвинил Председателя Конституционного суда Валерия Зорькина в соучастии в «заговоре» и потребовал от него немедленно уйти со своего поста. Филатов предупредил Зорькина, что в случае неподчинения к нему будут применены все необходимые меры[1]. На следующий день Зорькин ушёл в отставку с поста председателя суда[184][185].
В условиях свершившегося антиконституционного переворота Конституционный Суд выступил с заявлением о сложении с себя функции проверки конституционности нормативных актов и международных договоров Российской Федерации[1][186].
В интервью телекомпании «Останкино» и. о. министра здравоохранения России Эдуард Нечаев заявил, что на текущий момент ему известно о 50 убитых защитниках Дома Советов[187].
Траур 7 октября
После завершения событий указом Бориса Ельцина 7 октября был объявлен Днём траура. По благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II утром в Богоявленском кафедральном соборе его настоятель отец Матфей отслужил панихиду по погибшим. Панихиды прошли и в других православных храмах Москвы, где отпевали жертв октябрьских беспорядков в Москве[188].
Панихида и прощание с погибшими сотрудниками милиции состоялось во Дворце культуры ГУВД Москвы. Присутствовали генерал-полковник милиции Виктор Ерин и начальник ГУВД Москвы Владимир Панкратов.
Одновременно в Доме офицеров дивизии внутренних войск имени Дзержинского состоялась церемония прощания с пятерыми бойцами дивизии.
7 октября также прошли первые похороны сторонников парламента. Похороны обошлись без уличных беспорядков. Ряд политических партий и общественных организаций обратились к Ельцину с предложением похоронить сторонников парламента в братской могиле на одном из кладбищ в одном месте.
Последствия
Расследование событий не было завершено, следственная группа была распущена после того, как в феврале 1994 года[189] Государственная дума приняла решение об амнистии для лиц, участвовавших в событиях 21 сентября — 4 октября 1993 года, связанных с изданием Указа № 1400, и противодействовавших его реализации, независимо от квалификации действий по статьям УК РСФСР[190]. В результате общество до сих пор не имеет однозначных ответов на ряд ключевых вопросов о происходивших трагических событиях — в частности, о роли политических лидеров, выступавших как на одной, так и на другой стороне, о принадлежности снайперов, стрелявших по мирным гражданам и сотрудникам милиции, действиях провокаторов, о том кто виноват в трагической развязке. Имеются лишь версии участников и очевидцев событий, следователя распущенной следственной группы, публицистов и комиссии Госдумы РФ, возглавляемой коммунисткой Татьяной Астраханкиной, приехавшей в Москву из Ржева в конце сентября 1993 года для защиты Дома Советов[191], которую товарищи по партии, в частности Алексей Подберёзкин, называли «ортодоксом»[192].
В соответствии с новой Конституцией, принятой всенародным голосованием 12 декабря 1993 года и действующей с некоторыми изменениями до настоящего времени, президент Российской Федерации получил существенно более широкие полномочия, чем по действовавшей на тот момент Конституции 1978 года (с изменениями 1989—1992 годов). Должность вице-президента РФ была ликвидирована.
Комментарии

Примечания

Литература, ссылки
Cite journal requires |journal= (help); Check date values in: |year=, |date= (help)CS1 maint: date and year (link)
 М. Кондратьева. «Газета», 2 октября 2003

*
Категория:Хронологии акций протеста