Question: Какая протяженность Центрального парка в Нью-Йорке?

Центральный парк (Нью-Йорк)





Центральный парк[1][2] (Сентрал-парк[3][4]; English: Central Park) в Нью-Йорке является одним из крупнейших в США и известнейших в мире. Парк расположен на острове Манхэттен между 59-й и 110-й улицей и Пятой и Восьмой авеню и имеет прямоугольную форму. Длина парка — около 4 километров, ширина — около 800 метров, общая площадь — 3,41 км². Парк посещают примерно 25 миллионов человек в год, он является наиболее посещаемым парком в США[5], и его показ во многих фильмах и телевизионных шоу сделал парк одним из самых знаменитых в мире. Парк обслуживается Комитетом по охране природы Центрального парка (English: Central Park Conservancy), частной некоммерческой организацией, которая управляет парком по контракту с Департаментом парков и мест отдыха (English: Department of Parks and Recreation) города Нью-Йорк.
Проект парка был разработан архитекторами Фредериком Олмстедом и Калвертом Воксом. Последний позднее основал большой Проспект-парк в Бруклине. Несмотря на то что парк выглядит очень натурально, практически все ландшафты созданы вручную. В парке есть несколько искусственных озёр, большое количество аллей, два ледовых катка, уголки «нетронутой дикой природы» и лужайки, используемые для различных спортивных состязаний, а также детские игровые площадки и свой зоопарк. В парк залетают мигрирующие птицы, и поэтому он очень популярен среди любителей птиц. 10-километровая дорога, окружающая парк, часто используется бегунами, велосипедистами и любителями роликовых коньков, особенно в выходные дни и после 7 часов вечера, когда автомобильное движение запрещено. Центральный парк часто называют зелёными лёгкими Манхэттена.
Самый большой на острове Манхэттен, Центральный парк в несколько раз уступает по площади самому большому парку в городе — Пелем-Бей-парку, находящемуся в Бронксе[6].
История парка
Предыстория
За период с 1820 по 1850 год население города Нью-Йорка выросло более чем в 4 раза, преодолев полумиллионный рубеж[комм 1][7][8]. Город, основанный на южной оконечности Манхэттена, быстро расширялся, и уединённых мест для отдыха становилось всё меньше и меньше. Идея образования общественной зоны отдыха вопреки градостроительному плану[комм 2] зародилась задолго до образования парка. Ещё в 1844 году поэт и издатель газеты Evening Post (ныне New York Post) Уильям Брайант высказался, что «коммерческая деятельность поглощает берег острова дюйм за дюймом, и если мы хотим спасти какую-либо часть его для здоровья и рекреации, мы должны это сделать прямо сейчас»[комм 3][9][10]. В пользу такого места высказался и известный ландшафтный дизайнер Эндрю Даунинг: «большой и общедоступный парк, хотя и потребует средств, но при этом облагородит, сделает культурным национальный характер, воспитает любовь к сельской красоте… в таком парке жители будут кататься на повозках, верхом на лошадях… и на время забудут грохот мостовой и ослепительный блеск кирпичных стен»[комм 4][9].
Стильное место для гуляний, подобно Булонскому лесу в Париже или Гайд-парку в Лондоне, было востребовано многими влиятельными ньюйоркцами[комм 5][11]. При этом, по мнению авторов книги по истории парка Роя Розенцвейга (Roy Rosenzweig) и Элизабет Блэкмар (Elizabeth Blackmar), продвигавшие проект состоятельные граждане преследовали не только общественные, но и коммерческие интересы[12]. По замыслу инициаторов, парк должен был расположиться на берегу Ист-Ривер на территории фермы  (ныне квартал Верхний Ист-Сайд)[13], однако городской совет после шестимесячного рассмотрения признал этот участок слишком малым для Нью-Йорка[14]. Вместо этого совет предложил другой участок прямоугольной формы в промежутке между Шестой и Восьмой авеню, 59-й и 106-й улицами в центре острова, площадь которого почти в 5 раз превышала площадь территории фермы на Ист-Ривер[комм 6]. Выбору способствовал сложный рельеф местности со скалистыми выступами, мало пригодный для строительства и хозяйственного использования, что отражалось на стоимости земли[15].
Организационные решения

В июле 1853 года законодательное собрание штата Нью-Йорк проголосовало за документ о принудительном отчуждении частной собственности на выделенной территории площадью 778 акров (3,1 км²) под устройство парка[16][17]; на компенсации собственникам планировалось потратить более 5 млн долларов[18].
Это решение, хоть и являлось необходимой формальностью, всё же не поставило точку в судьбе Центрального парка: вскоре после него экономика США стала испытывать трудности, и в 1854—1855 годы Нью-Йорк переживал период рецессии. Как следствие, перед городскими властями стоял вопрос уже не об увеличении, а об уменьшении ранее одобренного участка или даже его переносе. В 1855 году только что избранному мэру  даже пришлось ветировать соответствующий законопроект городского совета[19].
Перед началом строительства требовалось выселить местных жителей, подавляющее большинство которых снимали жильё, жили относительно бедно и выполняли неквалифицированную работу. Около 90 % населения относило себя к афроамериканцам, либо к иммигрантам из Ирландии и Германии[20]. Для территории парка были характерны небольшие одноэтажные поселения со своими церквями и школами: Seneca Village, Harsenville, Piggery District[21]. Всего на основании закона было выселено около 1600 жителей, все постройки были снесены[комм 7][21][22][23].
В апреле 1857 года был образован Совет уполномоченных (Board of Commissioners), который вскоре объявил конкурс ландшафтного дизайна будущей зоны отдыха[9][24]. Помимо требования сохранения нескольких дорог из одного конца парка в другой, были перечислены и его обязательные атрибуты: одна парадная и три игровых площадки, большой фонтан, концертный либо выставочный павильон, панорамная башня и классический сад[25]. Кроме того, предлагалось обратить внимание на утопающие в зелени кладбища  и Грин-Вуд, задавшие моду на идиллические, натуралистические ландшафты[26][27]. На конкурс были представлены 33 работы, почти все из которых помимо природных ландшафтов включали монументальные архитектурные элементы типа большого выставочного зала, многометрового стрелкового тира или амфитеатра[28].
Проект Олмстеда и Вокса

Победители конкурса Фредерик Олмстед и Калверт Вокс представили свой проект под названием «Greensward» в марте 1858 года[29][23]. В целом эта работа следовала традициям английского парка с его природным натурализмом. Элементы городского пейзажа были сведены к минимуму. Сквозное транспортное движение должно было быть убрано в опущенные ниже уровня земли проезды, обочины которых следовало покрыть густым кустарником и огородить забором, чтобы не портить впечатление сельской местности[30]. На карте появились замкнутые извилистые дорожки, вдоль которых сменяли друг друга обрамлённые высокими деревьями лужайки, каменистые утёсы, озёра с лесистыми островами, лесистые пригорки. Парадную площадь авторы предложили сделать в виде широкой лужайки[31][28], входы в парк создать максимально демократичными[32][33].
Парадная, официальная часть — широкая тенистая эспланада по диагонали парка, оканчивающаяся двухъярусной террасой и фонтаном[комм 8][34][35][36]. По замыслу Олмстеда и Вокса, только на аллеях эспланады и на входах в парк могли присутствовать скульптурные композиции[37]. Рядом с эспланадой планировалось построить здание мюзик-холла и прилегающей к ней оранжереи, а также разбить цветник[38]. На высокой скале, известной как Vista Rock, предлагалось поставить невысокую смотровую башню[39]. К северу от скалы в те годы располагался водосборник акведука[комм 9], водой которого планировалось снабжать несколько рукотворных водоёмов, в том числе пруд в южной части парка, озеро к северу от террасы и новое водохранилище. Сам водосборник, по мнению авторов, не представлял интереса с эстетической точки зрения, и авторы не планировали привлекать к нему внимание[40][41]. В северной части парка предлагалось разбить дендрарий и построить ботанический музей[42]. План предполагал возведение девяти мостов, один из которых должен был быть каменным[43][44].
На внешний вид парка повлияли несколько образцов. Большое впечатление на Олмстеда произвёл  близ Ливерпуля, где он побывал в 1850 году; в этой зоне отдыха не было открывающихся видов в конце аллей и вообще прямолинейных дорожек, но зато присутствовали живописные пруды, редкие деревья, луга, крутые холмы и извилистые тропинки[45]. При организации движения по аллеям авторы проекта ссылались на аналогичные решения в венском Пратере и парижском Булонском лесу[46], дорожные ограждения были скопированы из лондонского Риджентс-парка[47].
Строительство
Фредерик Олмстед, принявший пост управляющего парка (Park Superintendent) ещё в 1857 году[48], после утверждения результатов конкурса был назначен также и его главным архитектором (Architect-in-Chief); Калверт Вокс занял должность помощника главного архитектора (Assistant to the Architect-in-Chief)[49][50].

В основные задачи Вокса входило архитектурное проектирование различных строений, включая мосты, павильоны и лодочные станции, в то время как Олмстед отвечал за ландшафтный дизайн и художественное, эстетическое восприятие территории в целом[50]. Большой вклад в обустройство зоны отдыха внесли архитектор Джейкоб Моулд, мастер озеленения , инженер гидротехнических сооружений , политический деятель и член Совета уполномоченных [51][52][53].
Строительство парка продолжалось с 1858 по 1873 год, когда он был официально открыт. В рельефном отношении его территория изначально представляла собой каменистые возвышенности в сочетании с болотами и маршами. Почвенный покров не подходил для многих растений, предусмотренных планом, а потому изымался и вывозился за пределы города. На его место было транспортировано более 7 млн м³[комм 10] плодородной земли из Лонг-Айленда и Нью-Джерси. Большая часть горных пород была взорвана, на что потребовалось около 250 тонн пороха - больше, чем в битве при Геттисберге[54]. Для создания оптимальной влажности была создана дренажная система, на которую ушло около 9,5 км керамической плитки[комм 11][55][56]. Ландшафт претерпел значительные трансформации: в одних местах земля выравнивалась, в других поднималась или, наоборот, опускалась. Было высажено 270 тыс. деревьев и кустарников[комм 12][57][56]. Ещё на стадии очистки стало очевидно, что траты на строительство превысят запланированный бюджет как минимум в три раза[58]; в конечном счёте перерасход средств отразился на кадровых перестановках: в 1862 году управление парком перешло к Эндрю Грину, который ранее занимал должность главного контролёра[59].

Парк открывался поэтапно, по мере готовности участков. Первым открытым для публики объектом стал каток на озере, построенный в 1858 году[23]. К концу 1860 года можно было полюбоваться прудом в юго-восточном углу, прогуляться по эспланаде «Молл» и другим аллеям с арочными мостами южнее 79-й улицы[60]. В 1863 году территория всей зоны отдыха увеличилась за счёт нового участка между 106-й и 110-й улицами; общая площадь достигла 843 акров (3,1 км²)[61]. В годы гражданской войны (1861—1865) строительство затихло, в административном здании Совета уполномоченных разместился госпиталь[62], среди построек этого периода — «дамский буфет» (Ladies Refreshment Salon, 1864) вместо запланированного мюзик-холла[35][63]. После войны было построены большинство архитектурных сооружений, в том числе замок Бельведер (1869)[64], павильоны минеральных вод (Mineral Springs pavilion, 1869)[65] и мороженого (Dairy, 1871)[66], карусель (1871)[51], фонтан Бетесда (1873)[67]. В 1865 году посещаемость парка выросла до 7 млн человек в год[57].
Готовый парк выявил структурные изменения первоначального плана. Дорожки разделили отдельно для пешеходов, верховых и прогулочных транспортных средств, причём благодаря развязкам они нигде не пересекались[68][36][69]. Вследствие этого количество мостов выросло с 9 до 34, большинство деревянных построек заменили на более современные[комм 13][44][70]. Каждый мост имел уникальную архитектуру, от простых сланцевых и гранитных до изящных кружевных в неоготическом стиле[44].
Социализация

В первые годы посетителями парка в основном были состоятельные жители Нью-Йорка, имевшие не только свободное время, но и запряжённые лошадьми кареты для прогулок[71]. Несколько более оживлёнными выглядели воскресные дни, когда часть посетителей приходила пешком, чтобы не только насладиться природой, но также покататься на коньках или лодках[72]. На стадии строительства парк помимо всего прочего рекламировался как место для занятия спортом, однако после его окончания администрация не давала разрешение многочисленным клубам на организацию соревнований по популярным в то время крикету и бейсболу. Уже построенные три игровые площадки были отданы школьникам старших классов для внеклассного занятия физкультурой[73][74]. Зато с самого начала предоставлялись услуги по аренде лодок, карет и инвалидных колясок; на эспланаде открылось фотоателье. Для детей было предусмотрено катание на осле и пони, в козьей упряжке, а также на карусели[комм 14][75][76].
План «Greensward» не предполагал строительство зоопарка, хотя такое предложение поступало ещё на стадии обсуждения и присутствовало в других конкурсных работах[77]. Зверинец возник стихийно за счёт животных, подаренных жителями города[комм 15]. В начале 1860-х годов для оленей, орланов и обезьян оборудовали загон возле эспланады, а в 1865 году, в связи с пополнением коллекции животных, сконструировали клетки в здании Арсенала. В 1870 году зверинец, получив статус официального заведения Центрального парка, переехал в новые, специально оборудованные для него помещения возле тыльного фасада Арсенала[комм 16][78][79][80]. В самом здании разместилась выставка только что образованного Музея естественной истории[комм 17][81][82]. В 1870-е годы началась история ещё одного всемирно известного учреждения — Музея искусств Метрополитен. Коллекция произведений искусств изначально экспонировалась в здании Dodworth Building на Пятой авеню, пока в 1880 году не переехала в построенное для неё здание на территории Центрального парка в створе 82-й улицы[83].
В 1880-е годы культурный отдых становится более разнообразным вследствие запросов широких слоёв населения, в том числе рабочего класса. По воскресным дням разрешаются ранее недоступные для многих развлечения: катания на лодках, на пони и в козьих повозках[комм 18][84]; снимаются запреты на торговые лотки[85]. Первые воскресные концерты проводились ещё в предыдущее десятилетие, а в 1884 году все ранее вводимые на них ограничения были окончательно сняты[84][86]. Лужайки открыли для занятия спортом — появились временные площадки для игры в теннис[56][87], стали проводиться соревнования по стрельбе из лука, американскому футболу и лакроссу. На некоторых аллеях разрешили катание на велосипедах и роликовых коньках[88].
В 1899 году напротив 105-й улицы была построена задуманная ещё Олмстедом и Воксом оранжерея, позднее преобразованная в сад [89]. К 1912 году покрытые гравием дорожки для транспортных средств были заасфальтированы[61], к разрешённым на лужайках командным играм добавились футбол, хоккей, бейсбол и крикет. Появился запрос на огороженный участок для игр, и в 1926 году открылась первая, и на сегодняшний день самая крупная, детская площадка — Heckscher Playground[90]. В 1929 году «дамский буфет» был преобразован в ресторан и ночной клуб Casino, который быстро стал одним из самых фешенебельных в Нью-Йорке[91].
Реконструкция Мозеса
Ещё в 70-е годы XIX века, когда только завершилось строительство, парк начал увядать, многие природные и архитектурные объекты, по словам Олмстеда, приобрели «неряшливый» вид[92]. Лужайки теряли травянистый покров, превращаясь в вытоптанные поля. Аллеи наоборот, покрывались мусором и зарастали травой. Погибшие растения подолгу не убирали, некоторые мосты требовали ремонта, часть скамеек лежала опрокинутыми[93]. На деградацию зоны отдыха повлияли несколько ключевых факторов, в том числе либерализация правил поведения (снятие многочисленных запретов), рост посещаемости и недостаточное финансирование. В XX веке к негативным факторам добавилось загрязнение воздуха выхлопными газами и продуктами переработки угля. Накануне Первой мировой войны и без того скудный бюджет был сокращён вдвое и вернулся к прежним значениям только к концу 1920-х годов[94][95][96]. Плачевное состояние сохранялось несколько десятилетий и начало меняться в лучшую сторону лишь с началом Великой депрессии, когда стоимость рабочей силы резко упала и появились федеральные гранты[комм 19][97].

В 1934 году новый мэр Фьорелло Ла Гуардиа объединил 5 имеющих отношение к городским паркам департаментов и назначил  ответственным за приведение их в порядок[79]. На посту главы Департамента парков города (NYC Parks Commissioner) Мозес пересмотрел то, что действительно устарело и вышло из моды. В отличие от отцов-основателей, он рассматривал парки в качестве зон активного отдыха с развитой системой оздоровительных сооружений: теннисными кортами, бассейнами, бейсбольными полями, игровыми площадками[98]. Активно используя выделяемые Вашингтоном средства, он за несколько лет работы построил более двадцати новых игровых и спортивных площадок, осуществил ремонт аллей и мостов, вновь озеленил лужайки, заменил больные и погибшие растения на новые[79]. Наиболее значимые сооружения Мозеса в довоенный период — широкая лужайка  с площадками для боулинга, шаффлборда и крикета на месте разрушенного водосборника[комм 20], и новый зоопарк. Во втором случае учреждение получило постоянное место прописки и современное название, звери переехали из деревянных бараков в просторные каменные здания[99][79]. При Мозесе был разрушен приобретший к тому времени дурную славу ресторан и ночной клуб Casino; на его месте была разбита детская площадка. В другом конце парка в 1934 году на месте построенной Моулдом овчарни открылся новый ресторан [100].
Перед началом Второй мировой войны Центральный парк разительно отличался от себя же в начале века — в нём проводились многочисленные фестивали, карнавалы, спортивные и культурные мероприятия. Работали различные кружки, начиная от любительской фотографии и карточных игр, и заканчивая авиамоделированием[101]. В послевоенные годы, когда поступление федеральных средств прекратилось, Мозес стал привлекать деньги спонсоров, взамен обещая им увековечить их имена в названиях и на памятных табличках; так были построены две новые лодочные станции, каток Уоллмен-Ринк, каток и бассейн Ласкер-Ринк, карусель Майкла Фридсэма[комм 21], открытый , шахматно-шашечный домик, две спортивные площадки[102].
«Удовольствие для каждого»

В 60-е и 70-е годы ХХ века в парке стали проводиться массовые публичные мероприятия культурного и политического характера. В июне 1962 года на сцене театра Делакорт состоялась постановка «Венецианского купца» с Джорджем Скоттом в роли Шейлока, положившая начало традиции проведения ежегодного [комм 22][103]. Лужайка Great Lawn стала местом организации различных праздневств, ярмарок и бесплатных концертов, в том числе исполнителей классической музыки: Нью-Йоркского филармонического оркестра и театра Метрополитен Опера[104][105][106]. Особую популярность приобрели выступления поп-звёзд первой величины: например, концерт Барбры Стрейзанд в мае 1967 года[107]. Во второй половине 60-х годов Центральный парк стал центром протестных настроений против войны во Вьетнаме: в частности, многотысячные акции состоялись в марте 1966 и апреле 1967 года[комм 23][108].
В целом, политика администрации со вступлением на пост главы Департамента парков Нью-Йорка  (1966—1967) и Августа Хекшера II (1967—1972) претерпела зачительные изменения. Новые руководители не только не препятствовали организации массовых мероприятий, но и всячески способствовали их проведению; этнические праздники и собрания по интересам на территории зоны отдыха стали обыденностью. Правила поведения ещё более упростились: запрет на оголение торса и требование обязательной лицензии для коммерческих художников были сняты, получение других разрешений (для уличных музыкантов и т. п.) стало формальностью. Призыв ко всем слоям населения социализироваться в парке, названное газетой New York Times «удовольствием для каждого»[комм 24], привёл к появлению многочисленных неформальных тусовок: хиппи, йиппи, фанатов альтернативной музыки и сторонников нетрадиционных сексуальных отношений. На аллеях стали обычными торговля марихуаной и громкая музыка из бумбоксов[109][110].
Смена приоритетов негативно отразилась на состоянии собственно парка. Как вспоминал Дуглас Блонски (Douglas Blonsky), первый президент новой управляющей организации , «годы бесхозяйственности и не отвечающего требованиям содержания превратили шедевр ландшафтной архитектуры в
пыльный котёл днём и опасную территорию ночью»[комм 25][111]. К концу десятилетия ступени и причалы террасы Бетесда были покрыты граффити, лужайка Sheep Meadow напоминала вытоптанное поле, замок Бельведер закрылся из-за многократного вандализма, в пруду плавали банки из-под пива[112][113]. Ситуацию усугубил бюджетный кризис 1970-х годов, когда многие служащие Нью-Йорка потеряли работу и власти перенаправили бюджетные средства на иные нужды[112].
Частно-государственное партнёрство

В 1980 году, когда к очередной реконструкции и администрированию подключилась некоммерческая организация , для парка началась новая эпоха. Помимо городского бюджета стали активно привлекаться деньги спонсоров, в том числе расквартированных в Нью-Йорке крупных транснациональных корпораций и жителей окрестных домов[114]. Зоопарк был отстроен заново и стал платным, его управлением занялось Зоологическое сообщество Нью-Йорка (New York Zoological Society, ныне организация ). Каток Уоллмен-Ринк также перешёл в частные руки: его реконструкцией и последующим обслуживанием занялся предприниматель и будущий президент США Дональд Трамп[115]. Проведение массовых мероприятий на лужайке Great Lawn было резко ограничено: остановлено проведение разнообразных фестивалей и сокращено число концертов поп- и рок-музыкантов[комм 26][116].
Организация Central Park Conservancy поставила перед собой цель возродить творение его создателей в первоначальном виде, при этом сохранив часть нововведений Мозеса[117]. В 1987, 1993 и 2008 годах проведены кампании по привлечению частных средств[118], в восстановительных работах приняли участие более 1900 волонтёров[119]. К началу 90-х годов произведено озеленение ландшафтов, восстановлены терраса Бетесда, замок Бельведер и шахматно-шашечный домик[120]. Некоторые строения поменяли своё первоначальное назначение: так, павильон мороженого Dairy был переоборудован под гостевой центр. Одно из нововведений этого периода — мемориал Джона Леннона «Strawberry Fields» (1985), созданный по инициативе и на деньги Йоко Оно недалеко от места гибели музыканта[121]. В 1987 году небольшой пруд возле замка Бельведер — единственный сохранившийся след засыпанного в 1930-м резервуара акведука, получил своё современное название Turtle Pond (буквально «черепаший пруд»). В девяностые этот пруд, а также прилегающая к нему лужайка Great Lawn были подвержены масштабной реставрации[122][123]. Тогда же были отреставрированы эспланада Молл, пруд  и долина рукотворного ручья The Loch в северной части парка[124].
Реставрационные работы различных объектов продолжились и в нулевые годы.

См. также
водохранилище имени Жаклин Кеннеди-Онассис
Комментарии

Примечания

Литература



Check date values in: |accessdate=, |date=, |archivedate= (help)

Check date values in: |accessdate=, |date=, |archivedate= (help)




































Ссылки

 Media related to Central Park at Wikimedia Commons