Question: Сколько человек входило в «Армию Андерса»?

Русская освободительная армия




Русская освободительная армия (часто используется неофициальное сокращение РОА) — название вооружённых сил Комитета освобождения народов России, а также совокупность большинства русских антисоветских частей и подразделений из русских коллаборационистов в составе Вермахта в 1942—1944 гг., преимущественно использовавшихся на уровне отдельных батальонов и рот, и сформированных различными немецкими военными структурами во время Второй мировой войны[1][2][3] и имеющая с 28 января 1945 года статус вооружённых сил союзной державы, сохраняющей нейтралитет по отношению к США и Великобритании[4]. Армией командовал А. А. Власов.
Русская освободительная армия являлась основной движущей силой Русского освободительного движения, направленного на свержение советской власти и создание Русского государства[5].
История
Создание РОА

27 декабря 1942 года генерал-лейтенант А. А. Власов и генерал В. Г. Баерский стали авторами «Смоленской декларации», в которой предложили немецкому командованию организовать РОА. Армия была заявлена как воинское формирование, создаваемое для «освобождения России от коммунизма». Исходя из пропагандистских соображений, руководство Третьего Рейха сообщило об этой инициативе в средствах массовой информации, ничего, однако, не предпринимая в организационном плане. С этого момента все солдаты русской национальности в структуре немецкой армии могли считать себя военнослужащими Русской освободительной армии, которая, правда, существовала тогда только на бумаге[6].
Формирование подразделений РОА началось в 1943 году, они привлекались к несению охранно-полицейской службы и борьбе с партизанами на оккупированной территории СССР[7].
Согласно положению о добровольцах, изданному 29 апреля 1943 года начальником генерального штаба ОКХ генерал-майором К. Цейтцлером, все добровольцы русской национальности были формально объединены в Русскую освободительную армию[8]. Армия формировалась так же, как и, например, северокавказский батальон особого назначения «Бергманн», Грузинский легион вермахта, — в основном из советских военнопленных или из числа эмигрантов. 1-я дивизия РОА была сформирована 23 ноября 1944 года, чуть позже были созданы другие соединения, а в начале 1945 года в состав РОА были включены иные коллаборационистские формирования.
Начальником штаба был назначен генерал Ф. И. Трухин, его заместителем — генерал В. Г. Баерский (Боярский), начальником оперативного отдела штаба — полковник А. Г. Нерянин. В число руководителей РОА входили также генералы В. Ф. Малышкин, Д. Е. Закутный, И. А. Благовещенский, бывший бригадный комиссар Г. Н. Жиленков. Чин генерала РОА имел бывший майор Красной армии и полковник вермахта И. Н. Кононов. В походных церквях РОА служили некоторые священники из русской эмиграции, в том числе священники А. Н. Киселёв и Д. В. Константинов. Одним из авторов ряда программных документов власовского движения был журналист М. А. Зыков.
Многое для создания РОА сделал служивший в германской армии капитан В. К. Штрик-Штрикфельдт.
Хотя среди руководства РОА были и бывшие генералы гражданской войны в России из Белого движения[9], между бывшими советскими пленными (видевшими будущее России с советских позиций) и белыми эмигрантами существовали серьёзные разногласия и «белые» постепенно были вытеснены из руководства РОА. Большинство из них служило в других, не связанных с РОА русских добровольческих формированиях (лишь в последние дни войны присоединённых к РОА) — Русском корпусе, бригаде генерала А. В. Туркула в Австрии, 1-й Русской национальной армии, полку «Варяг» полковника М. А. Семёнова, отдельном полку полковника Кржижановского, а также в казачьих соединениях (15-й Казачий кавалерийский корпус и Казачий стан).

Практическое создание РОА началось только после учреждения Комитета освобождения народов России (КОНР), который был образован в Праге 14 ноября 1944 года. Комитет, равнозначный правительству в эмиграции, учредил Вооружённые силы Комитета освобождения народов России (ВС КОНР), которыми и стала РОА. Она обладала собственным командованием и всеми родами войск, включая небольшие военно-воздушные силы. Генерал Власов как председатель Комитета стал одновременно и главнокомандующим Вооружёнными силами, которые де-юре и де-факто представляли собой полностью независимую русскую национальную армию, связанную с Третьим рейхом только союзными отношениями[6]. Финансировалась РОА министерством финансов Третьего рейха. Деньги выдавались как кредит, возмещаемый «по мере возможности», и в бюджет Третьего рейха не входили.
На момент создания Комитета освобождения народов России, главной целью Андрея Власова и его окружения было стать как можно более сильным в военном отношении, чтобы после крушения Германии, которое, по его расчетам, должно было произойти в конце 1945 года, выступить в неизбежном, как он полагал, конфликте западных держав с Советским Союзом в качестве «третьей силы» и попытаться осуществить свои политические задачи с помощью Великобритании и США[10]. 28 января 1945 года РОА получила статус вооружённых сил союзной державы, сохраняющей нейтралитет по отношению к США и Великобритании[4].
2 марта 1945 года бойцы РОА обзавелись на правом рукаве личным нарукавным знаком, а на шапке — кокардой Русской освободительной армии[11][12].
Боевые действия

Действия против советских войск
«Боевое крещение» Русской освободительной армии состоялось 9 февраля 1945 года. Ударная группа полковника И. К. Сахарова в составе трех взводов, сформированная из добровольцев батальона охраны, учебного лагеря Дабендорф и юнкерской роты, совместно с немецкими войсками принимала участие в боях с 230-й стрелковой дивизией РККА, которая заняла оборону в районе Одера около населенных пунктов Нойлевин, Карлсбизе и Керстенбрух. В результате боя командование 9-й армии смогло вечером 9 февраля доложить группе армий о занятии Нойлевина, южной части Карлсбизе и Керстенбруха после «ожесточенных штурмовых боев с врагом, который стойко и упорно держался в сильно укрепленных зданиях». Действия РОА были высоко оценены немецким командованием. 7 марта 1945 г. рейхсминистр Йозеф Геббельс в своем дневнике отметил «выдающиеся достижения отрядов генерала Власова»[13]. Успех под Вриценом заставил снова обратиться к мысли об использовании боевой мощи РОА для укрепления Восточного фронта, на котором положение было особенно угрожающим. 9 февраля 1945 года Гиммлер сообщал Гитлеру: «В настоящее время я буду больше применять эти русские подразделения». С этой целью в группу армий «Висла» были переброшены из Мюнзингена 10-й и 11-й истребительно-противотанковые дивизионы из состава 1-й дивизии РОА[14].

20 марта, на фоне февральских успехов, перед РОА была поставлена задача захватить и оборудовать в качестве опорного пункта плацдарм на восточном берегу Папенвассера между Кепицем и Штепеницем и обеспечить проход судов по Одеру у выхода в штеттинский порт[15][16][17]. 13 апреля 1945 года началась реализация плана — 1-я пехотная дивизия РОА начала боевые действия против РККА на плацдарме «Эрленгоф», в районе действия немецкой 9-й армии. Авиационную поддержку наступления осуществляли эскадрильи ночных бомбардировщиков ВВС РОА[5]. После мощной артподготовки и авиаударов 2-й и 3-й полки атаковали позиции 119-го укрепрайона советской 33-й армии южнее Фюрстенберга. Атака 3-го полка с юга после упорного боя, перешедшего в рукопашную схватку, была отбита к середине дня с большими потерями для наступающих. После короткой передышки атака была повторена, но вновь захлебнулась. Подразделения отошли на исходные позиции. Более успешными были действия 2-го полка, атаковавшего плацдарм с севера при поддержке 12 танков и нескольких самоходных орудий. Здесь удалось продвинуться на 500 м, овладеть первой линией окопов и продержаться на ней до следующего дня. Потери убитыми составили 370 человек[18].
По окончании ведения боёв, 1-я дивизия РОА была переведена из группы армий «Висла» в группу армий «Центр». Согласно распоряжению ОКХ которому его дивизия передавалась в подчинение немецкой 275-й пехотной дивизии (5-й армейский корпус, 4-я танковая армия) и на нее возлагалась задача оборудования тыловых промежуточных позиций сразу за линией обороны немецкой дивизии. Командир дивизии Буняченко приказал отвести дивизию в тыл, откуда она двинулась в сторону Чехии[19].
Действия против Третьего рейха
28 марта 1945 года, на последнем заседании президиума КОНР в Карлсбаде было принято решение стянуть все части РОА в одном пункте в районе Альп и там соединиться с 15-м Казачьим кавалерийским корпусом ВС КОНР, который вошёл в состав Русской освободительной армии. Руководители РОА надеялись таким образом продемонстрировать силу и мощность армии и привлечь политический интерес западных держав, которые пока относились к власовской армии весьма прохладно. На случай, если бы в обозримом будущем не произошло ожидаемого разрыва союзнической коалиции, предполагалось присоединиться к отрядам четников бывшего военного министра югославского королевского правительства в изгнании Дражи Михайловича и продолжать борьбу в горах Балкан до изменения общей обстановки[20]. Обсуждался в КОНР также и весьма авантюрный с виду план — пробиться к Украинской повстанческой армии, которая до сих пор представляла собой значительную силу в тылу у советской армии[21]. Впоследствии, осознав неизбежное поражение Германии, руководство РОА в последних числах апреля 1945 года приняло решение выйти из подчинения германского командования и пробиваться на Запад с целью сдачи в плен англо-американским войскам. Части РОА начали постепенно передислоцироваться туда, но в это время 1-й дивизии представилась возможность, не предусмотренная первоначальным планом, — присоединиться к национальному чешскому восстанию. В начале мая 1-я дивизия РОА совместно с чешскими партизанами приняла участие в Пражском восстании против Германии, фактически освободив Прагу ещё до подхода Красной армии[22][23][24].

Прекращение существования

Согласно некоторым источникам, после занятия Праги советскими войсками раненые власовцы, числом до двухсот человек, оставленные в пражских госпиталях, были убиты прямо на больничных койках, а всего в Праге и её окрестностях было расстреляно без суда и следствия около 600 военнослужащих РОА[25][26]. С мая по август 1945 года около 60 солдат и офицеров разведывательного дивизиона 1-й дивизии ВС КОНР под командованием Георгия Чавчавадзе ещё продолжали вести диверсионно-партизанскую борьбу с советскими войсками в горах Словакии и Галиции[27].
В соответствии с решениями Ялтинской конференции, после окончания боевых действий в Европе примерно 2/3 членов РОА, из числа оказавшихся в зоне оккупации союзников СССР, было передано советским властям. Некоторой части власовцев удалось избежать выдачи СССР и спастись в странах Запада.  В СССР офицерскому кадру власовской армии было назначено суровое наказание, значительное число было казнено[28].
Власов был арестован СМЕРШем 12 мая, начальник его штаба генерал Трухин — 15 мая. Генералы Жиленков, Малышкин, Буняченко и Мальцев добрались до расположения американских войск, но были переданы СССР[29]. Изначально планировался публичный процесс в московском Доме Союзов. Но министр госбезопасности В. С. Абакумов и председатель Военной коллегии Верховного суда В. В. Ульрих обратились к Сталину с просьбой заслушать дело в закрытом судебном заседании «в связи с возможностью изложения подсудимыми на открытом процессе антисоветских взглядов, которые объективно могут совпадать с настроениями определенной части населения»[29].
1 августа 1946 года генералы Власов, Трухин, Жиленков, Малышкин, Буняченко и Мальцев были повешены во дворе Бутырской тюрьмы[29].
Состав


К 22 апреля 1945 года в Вооруженные силы Комитета освобождения народов России входили следующие соединения, части и подразделения[30]:
Главнокомандующий, группа офицеров личного подчинения (полковник К. Г. Кромиади, подполковник М. К. Мелешкевич, капитан Р. Л. Антонов, обер-лейтенант В. А. Рейслер и др.), рота личной охраны капитана П. В. Каштанова;
1-я пехотная дивизия ВС КОНР генерал-майора С. К. Буняченко, полностью вооруженная и укомплектованная (около );
2-я пехотная дивизия ВС КОНР генерал-майора Г. А. Зверева, личный состав был вооружен ручным автоматическим оружием до пулеметов включительно, тяжелое вооружение отсутствовало (11 856 чел.);
3-я пехотная дивизия ВС КОНР генерал-майора М. М. Шаповалова, располагала только кадром добровольцев, невооруженная (10 000 чел.);
Военно-воздушные силы КОНР генерал-майора В. И. Мальцева (более 5000 чел.);
Учебно-запасная бригада полковника С. Т. Койды (7000 чел.)
Русский корпус генерал-лейтенанта Б. А. Штейфона (5584 чел.);
15-й казачий кавалерийский корпус ВС КОНР (32 000 чел. без учёта немцев);
Отдельный корпус генерал-майора А. В. Туркула (около 7000 чел.);
Отдельный казачий корпус в северной Италии (Казачий Стан) Походного Атамана генерал-майора Т. Н. Доманова (18395 чел.);
Отдельная противотанковая бригада майора Второва (1240 чел.);
Вспомогательные (технические) войска в непосредственном подчинении Главнокомандующему (около 10 000 чел.);
Центральный штаб генерал-майора Ф. И. Трухина, офицерский резерв при штабе подполковника Г. Д. Белая, отдельный кавалерийский эскадрон капитана Тищенко, батальон охраны штаба капитана А. П. Дубного, спецотряд по охране ценностей КОНР капитана А. Анохина (до 5000 чел.);
1-я Объединённая офицерская школа ВС КОНР генерал-майора М. А. Меандрова (785 чел.);
Братиславская разведывательная школа ВС КОНР майора С. Н. Иванова;
Мариенбадская разведывательная школа ВС КОНР капитана Р. И. Беккера;
Управление казачьих войск при КОНР;
Всего в этих формированиях, по разным данным, числилось порядка 120—130 тысяч человек.[31][32][33]. Данные соединения были разбросаны на большом участке фронта от Загреба (Хорватия) и Толмеццо (северная Италия) до Бад-Шандау (юго-западнее Дрездена)[34].
Дабендорфская школа

Дабендорфская школа РОА являлась единственным[35] кадровым учебным центром, который готовил офицерские кадры для Русской освободительной армии[35]. Всего через Дабендорф прошло до 5000 человек, состоялось 12 выпусков.
Курс лекций сводился к критике существовавшей в СССР системы и к убеждению слушателей в перспективности власовского движения. Критика сталинизма лекторами велась с позиций законности и желательности февральской революции 1917 года, а некоторыми даже — октябрьской, без сталинских «извращений»[35]. На территории лагеря размещались редакции двух газет «Заря» и «Доброволец».[36] Главной идеологической задачей курсов было перевоспитание пленных бойцов и командиров РККА в убеждённых противников сталинского общественно-политического строя[37].
28 февраля 1945 года школа была эвакуирована в село Гишюбель в 12 км южнее Карлсбада, где прекратило своё существование 22 апреля 1945 года[38].
Отношение к РОА в Российской Федерации
Националистические и монархические организации, как в Российской Федерации, так и за рубежом, неоднократно обращались в государственные органы РФ с просьбами о реабилитации отдельных русских коллаборационистов.
Основным мотивом в этих просьбах звучало мнение о том, что русские коллаборационисты сражались не за Германию, а за наследие исторической России, продолжали Белое дело, исполняли долг православных христиан. В качестве примера приводились лидер черносотенцев Марков, черносотенец Мельский, глава РПЦЗ Анастасий, экзарх Прибалтики РПЦ МП Сергий (Воскресенский), белые генералы Краснов, Шкуро, Доманов, Туркул, Сахаров, Смысловский, Каульбарс, Скородумов, Штейфон и др[39].
Определением Военной коллегии Верховного суда Российской Федерации от 25 декабря 1997 года Краснов П. Н., Шкуро А. Г., Султан-Гирей Клыч, Краснов С. Н., Доманов Т. Н. и фон Паннвиц Г. В., которые так или иначе, участвовали в РОА были признаны обоснованно осуждёнными и не подлежащими реабилитации[40]. При этом ряд историков и исследователей (К. М. Александров, Г. В. Кокунько) полагали, что участники Русского освободительного движения, в том числе и РОА, не нуждаются в реабилитации — после Октябрьской революции 1917 года «они как могли воевали с ненавистным им большевистским режимом и вряд ли в своей массе раскаялись в этом в последующем. Поскольку Российская Федерация является правопреемницей СССР, реабилитация действительных врагов советской власти от имени этой власти — абсурд. Реабилитация таких лиц станет возможна только тогда, когда в Российской Федерации будет дана юридическая оценка всем тем преступлениям, которые совершили большевики, начиная с 7 ноября 1917 года».[39][41][42]

В 2001 году с ходатайством о пересмотре приговора Власову и его соратникам в Главную военную прокуратуру обратился иеромонах Никон (Белавенец), глава движения «За Веру и Отечество»[43]. Однако военная прокуратура пришла к выводу, что оснований для применения закона о реабилитации жертв политических репрессий нет.
1 ноября 2001 года Военная коллегия Верховного Суда РФ отказала в реабилитации Власова А. А. и других, отменив приговор в части осуждения по ч. 2 ст. 5810 УК РСФСР (антисоветская агитация и пропаганда) и прекратив в этой части дело за отсутствием состава преступления. В остальной части приговор оставлен без изменения.[44]
Версия патриотизма А. А. Власова и его движения имеет своих сторонников и является предметом дискуссий до настоящего времени[45].
Сторонники Власова утверждают, что Власов и те, кто присоединился к Русскому освободительному движению, были движимы патриотическими чувствами и остались верными своей родине, но не своему правительству. Одним из приводимых аргументов в пользу данной точки зрения был тот, что «если государство предоставляет гражданину защиту, оно вправе требовать от него лояльности», если же Советское государство отказалось подписывать Женевское соглашение и тем самым лишило своих пленённых граждан защиты, то граждане более не были обязаны сохранять лояльность государству, а значит — не были изменниками[4]:12.
Противники Власова считают, что коль Власов и примкнувшие к нему воевали против Советского Союза на стороне его врага, то они были изменниками и коллаборационистами. По мнению этих исследователей, Власов и бойцы Русского освободительного движения перешли на сторону вермахта не по политическим мотивам, а для спасения собственной жизни, их искусно использовали нацисты в целях пропаганды, и Власов был не более чем орудием в руках нацистов[4].
Символика и знаки различия

Русская освободительная армия была юридически и фактически полностью отделена от вермахта. В качестве флага Русской освободительной армии использовался военно-морской флаг с Андреевским крестом[46]. Российский триколор также неофициально использовали отдельные коллаборационисты[47], в частности, использование триколора документально зафиксировано в кадрах съёмки парада 1-й Гвардейской бригады РОА в Пскове 22 июня 1943 года[48] и на фотохронике построения власовцев в Мюнзингене.
Над лагерем Дабендорф, в котором происходило формирование русскоязычных соединений в 1943 году, рядом с государственным флагом Третьего рейха располагался Андреевский флаг[4], что подтверждено документальными фотографиями. Также Андреевский крест использовался в пропагандистской печати РОА.
Нарукавный шеврон РОА представлял собой андреевский щиток с красным кантом. На фотографиях, запечатлевших известное Пражское заседание КОНР 14 ноября 1944 года, отчетливо видно, что сцену украшают два огромных знамени: нацистский флаг со свастикой и Андреевский флаг[47].
Воинские чины
В РОА действовали следующие воинские чины[49]:
























КатегорииГенералыСтаршие офицерыМладшие офицерыУнтер-офицерыНижние чиныПогоны к форме одеждыЗваниеГенералГенерал-лейтенантГенерал-майорПолковникПодполковникМайорКапитанПоручикПодпоручикФельдфебельУнтер-офицерЕфрейторСолдат
Присяга
С 28 января 1945 года все солдаты Русской освободительной армии приводились к следующей присяге:[50]:
Я, как верный сын моей Родины, вступая добровольно в ряды бойцов Вооруженных сил народов России, перед лицом соотечественников присягаю — для блага моего народа, под главным командованием генерала Власова бороться против большевизма до последней капли крови. Эта борьба ведётся всеми свободолюбивыми народами в союзе с Германией под главным командованием Адольфа Гитлера. Я клянусь быть верным этому союзу. Во исполнение этой клятвы я готов отдать свою жизнь.
Марш
Маршем РОА являлась песня «Мы идём широкими полями». Музыка М. Давыдова, слова А. Флорова. По мнению некоторых исследователей, мелодия марша точно такая же, как из «Песни о Родине» («Широка страна моя родная»), а текст близок к тексту «Песни защитников Москвы» 1941 года[51].
Память

Памятники и мемориальные объекты
«Русский памятник» в селе Хинтершелленберг, Лихтенштейн;
Памятная плита «Воинам Русской Освободительной Армии Власова» в г. Платлинг под Мюнхеном, Германия;
Мемориальный монумент «Воинам Русского Освободительного Движения и чинам РОА», православная часовня-памятник «Воинам Русского Корпуса, воевавшим на Балканах в 1941—1945 гг», г. Ново-Дивеево, предместья Нью-Йорка, США;
Крест-памятник «Воинам Русской Освободительной Армии (РОА)», установлен на Ольшанском кладбище — Прага, Чехия;
Мемориальная плита, посвящённая фон Паннвицу, А. Г. Шкуро, П. Н. Краснову, Султан-Келеч-Гирею, Т. Н. Доманову и др. — «Воинам русского общевоинского союза, русского корпуса, казачьего стана, казакам 15 кавалерийского корпуса СС, павшим за веру и отечество» — храм Всех Святых, Москва, Россия. 8 мая 2007 года, в преддверии Дня Победы, памятник был разрушен антифашистами[52][53]. Настоятель храма протоиерей Василий Бабурин отметил, что данная плита не имеет никакого отношения к храму Всех Святых. От памятника оставался небольшой осколок, пока в 2014 году он не был заменён на плиту «Казакам, павшим за Веру, Царя и Отечество».
В музыке

«Марш РОА» («Мы идём широкими полями…») записан мужским хором Института певческой культуры «Валаам».
В литературе
…для мировой истории это явление (власовцы) довольно небывалое: чтобы несколько сот тысяч молодых людей в возрасте от двадцати до тридцати подняли оружие на своё Отечество в союзе со злейшим его врагом. Что, может, задуматься надо: кто ж больше виноват — эта молодёжь или седое Отечество? — Александр Солженицын, «Архипелаг ГУЛАГ».
 (по мнению доктора исторических наук Бориса Ковалёва, в этой книге «извращены очень многие факты»)[54].
См. также
Русское освободительное движение
Русский коллаборационизм во Второй мировой войне
Русский корпус
Белое движение
Непримиримость
Украинская повстанческая армия
Литература

Штрик-Штрикфельдт В. К. Против Сталина и Гитлера: Генерал Власов и Русское Освободительное Движение. — М.: Посев, 2003. — ISBN 5-85824-005-4
Бахвалов А. Генерал Власов. Предатель или герой? — Изд. С.-Петерб. высш. шк. МВД России, 1994.
Бахвалов А. Пути и судьбы. — СПб.: Норма, 2000.
Стеенберг С. Генерал Власов. — М.: Эксмо, 2005. — ISBN 5-699-12827-1
Фрёлих С. Генерал Власов: русские и немцы между Гитлером и Сталиным / пер. с нем. Ю. К. Мейера при участии Д. А. Левицкого. — 1990.
Александров К. М. Армия генерала Власова 1944—1945. — М.: Яуза, Эксмо, 2006. — ISBN 5-699-15429-9.

Александров К. М. Против Сталина. Власовцы и восточные добровольцы во Второй мировой войне. Сб. ст. и мат-лов. — СПб.: Ювента, 2003. — 352 с. — (Б-ка журн. «Новый Часовой»).
Александров К. М. Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта А. А. Власова 1944—1945. — М.: Посев, 2009. — 1120 с.
Александров К. М. Мифы о генерале Власове. — М.: Посев, 2010. — 256 с.
Дробязко С. И., Романько О. В., Семёнов К. К. Иностранные формирования Третьего рейха. — М.: АСТ: Астрель, 2009. — 845, [3] с.

Чуев C. Власовцы — Пасынки Третьего рейха. — М.: Эксмо, 2006. — ISBN 5-699-14989-9.
Хоффманн Й. История власовской армии. / пер. с нем. Е. Гессен. — Париж: YMCA-Press, 1990. — 380 с. — ISBN 2-85065-175-3; ISSN 1140-0854. — (Иссл. новейш. рус. истории, Т. 8. Под общ. ред. А. И. Солженицына)
Хоффманн Й. Власов против Сталина. Трагедия Русской освободительной армии. / Пер. с нем. В. Ф. Дизендорфа. — М.: АСТ, 2006. — ISBN 5-17-027146-8.
Вишлёв О. В. (ред.) Генерал Власов в планах гитлеровских спецслужб. / Новая и новейшая история. — № 4. — 1996. — С. 130—146.
Малиновский В. В. Кто он, русский экс-коллаборационнист: патриот или предатель? / Вопросы истории. — № 11—12. — 1996. — С. 164—166.
Пальчиков П. А. История генерала Власова. / Новая и новейшая история. — № 2. — 1993. — С. 123—144.
Решин Л. Е., Степанов В. С. Судьбы генеральские. / Военно-исторический журн. — № 3. — 1993. — С. 4—15.
Ермаченков С. В., Почтарев А. Н. Последний поход власовской армии. / Вопр. истории. — № 8. — 1998. — С. 94—104.
Шкаровский М. В. Русская православная церковь и власовское движение // Вестник церковной истории. — 2006. — № 4. — С. 150—175.
Труды архива русской освободительной армии. Т. 3. А. Г. Алдан. Ген. штаба полковник. Армия обречённых. — Нью-Йорк, 1969. Printed by AUL-SLAVIC PUBLISHING HOUSE, INC.

Примечания

Ссылки








‹See Tfd›(in English)



Илья Смирнов. 



Категория:Русский коллаборационизм
Категория:Воинские части и формирования, созданные в 1943 году
Категория:Воинские части и формирования, расформированные в 1945 году
Категория:Русские коллаборационистские формирования