Question: Какого цвета была кожа у Кики́моры?

Кикимора



Кики́мора (Belarusian: кікі́мара) — русский и, в меньшей степени, белорусский мифологический персонаж, преимущественно женского пола, обитающий в жилище человека и в других постройках, прядущий по ночам и приносящий вред и неприятности хозяйству и людям. Представления о кикиморе известны с XVII века, предполагается также связь её образа с более древними персонажами.
Народные поверья производят кикимор от умерших «неправильной» смертью (некрещёных или убитых детей, самоубийц и др.), от проклятых и похищенных нечистой силой детей. Также считалось, что кикимору могут наслать в дом недовольные строители и колдуны, подложив в него магический предмет, чаще куколку, которая затем оживала.
Кикимору описывали как низенькую скрюченную неряшливую и безобразную старушку, длиннокосую девушку или женщину, как маленькую девочку или даже как мужика или старика. Согласно различным другим описаниям кикимора может быть очень мала и тонка, с большой головой, длинными руками, короткими ногами, у неё выпученные глаза, мохнатые лапы, есть рожки, хвост, она покрыта перьями или шерстью. Она могла представать и в образе животного. Кикиморы обыкновенно невидимы. Они неугомонны, быстро бегают. Кикиморы могут общаться с людьми человеческой речью и при помощи стука.
Согласно народным представлениям, кикиморы обитают в жилых домах, реже — в хозяйственных постройках, в бане, в пустых домах. Появление кикиморы считалось признаком того, что в доме «нечисто», неблагополучно. В большинстве регионов активность кикиморы не привязывалась к определённому времени года, лишь в некоторых местах её причисляли к святочной нечисти. Днём кикимора скрывается от людей в укромных местах строения. Ночью она выходит из укрытия и занимается любимыми делами, на первом месте среди которых прядение и подобные женские работы. Однако работу эту кикимора делала некачественно, так что после неё хозяйкам приходилось всё переделывать.
Обыкновенно считалось, что кикиморы причиняют людям различные неприятности: мешают спать и пугают различными звуками, досаждают маленьким детям, наваливаются и душат по ночам, кидаются различными предметами, роняют и ломают вещи, вырывают или выстригают во сне волосы у людей, шерсть у скота, перья у домашней птицы. Активность кикиморы могла даже вынудить хозяев покинуть свой дом. Есть истории, в которых кикимора губит человека. Увидеть кикимору считалось дурным предзнаменованием. В народе описывался ряд средств как защититься от кикиморы и даже изгнать её из дома.
Представления о кикиморе были довольно расплывчаты. Под этим именем кроме самостоятельного домашнего духа также мог пониматься целый ряд других персонажей. Так, под воздействием образов домового и его жены кикимора могла рассматриваться и как полезный домашний дух, помогающий хорошей хозяйке в прядении, работе по дому, уходе за детьми и животными. В современной же культуре чаще появляются лесная или болотная кикимора — покрытая травами и мхом безобразная старушка, пугающая и сбивающая с дороги людей и похищающая детей. Кикимора является персонажем ряда художественных произведений.
Наименования и этимология
Поверья о кикиморе распространены в основном у русских[1]:61[2]:259 и, в меньшей степени, у белорусов[3]:494 — Belarusian: кікі́мара[4][5], кікімо́ра[6][7]:253. Среди других названий кикиморы: родственные — кики́морка[3]:494[8], кики́мра[3]:494[9], куки́мора (все — Русский Север)[3]:494[8], кики́мор[8][10]:210, ки́ка[10]:210, кы́ка[10]:210, ма́ра́[1]:61—62[11][12][13][14][15], мора[12][15], маруха[13], чучу́мора[16]:47, шиши́мора[1]:62[3][17]:51, шуши́мора[10]:210; прочие — моко́ша, моку́ша, мокру́ха[14][18]:172[19][20], огибошна[14], пря́ха[14][15][21] и самопря́ха[14], пустодо́мка[22], сусе́дка[2]:264, Belarusian: ве́шчыца (Витебская губерния)[5][23]. У украинцев, в Киевской губернии, зафиксированы поверья о существах под названием , обладающих схожими с кикиморами признаками.[10]:210[24] Слово кикимора, без соответствующего комплекса представлений, зарегистрировано и у других славян: диалектное Polish: kikimora,  — «привидение; дух, душащий по ночам»[3]:494[25]:708[26]; книжные []error: {{lang-xx}}: no text (help) и Slovak: kykymora — «домовой у древних славян»[3]:494[25]:708, Bulgarian: кикимо́ра — «женский злой дух, оборотень»[10]:210[27], []error: {{lang-xx}}: no text (help) — «страшный призрак»[10]:210. Схожие представления о злом домашнем духе наблюдаются у народов, с которыми русские долгое время жили рядом и находились под взаимным влиянием, например, у коми[28]:44—46 и вепсов[29].
Слово кикимора рассматривают как составное.[8] Происхождение первой части кик- остаётся спорным.[7] Её производят, по одной версии, от балто-славянского[комм. 1] корня *kikъ (кик) / *kykъ (кык) / *kukъ (кук) / *kъkъ — «горбатость, скрюченность»[3]:494[7]:250[30][31], позднее также «горб, насыпь, могильный курган, могила», а также «болото, заболоченная долина»[7]:252, и далее от индоевроп. *keuk- / *kouk- — «изгибать, искривлять; загнутое»[7]:250; отсюда названия демонов: Russian: ку́ка — «банный дух»[3]:494[30][31], кука́н — «болотный дух»[7]:251[31], кука́шка — «чёрт»[31], Belarusian: кука — «что-то страшное, живущее в темноте, чем пугают детей»[7]:253, Kashubian: kuka — «злой дух, который даётся ведьмой людям»[7]:251, Lithuanian: kaukas[3]:494[7]:253[30][31], прус. и Latvian: kauks — «домовой, гном»[7]:251[31]. По другой версии, первая часть происходит от звукоподражания кыкать (*kykati) — «кричать (о птицах), издавать резкие звуки, плакать[3]:494[7]:252, 254[8][10]:211, вопить, причитать, хихикать, икать, хрипеть, кудахтать, кукарекать, куковать»[7]:254[25]:708, также кика — «птичий крик»[1]:62. По третьей версии, — от кика (*kyka) — «чуб, прядь, коса; женский головной убор с рогами, иногда напоминающий птицу»[3]:494[7]:254[8][10]:211[25]:708[30], далее «обрубок, культя»[25]:708. В слове шишимора первая часть происходит либо от русских диалектных слов шишить / шишать — «копошиться, шевелиться, делать украдкой»[3]:494; либо от слов шиш, шишко, шишига, которыми называли неопределённую нечистую силу[1]:62[10]:211.
Вторая часть у большинства славян выступает в качестве отдельного слова мара/мора[8][10]:210—211[30][32], под которым фигурируют ряд разнородных мифологических персонажей, часто не персонифицированных: нечто смутное, «странное и непонятное, то, что мерещится, кажется, является в сновидениях, помрачениях ума, забытьи и других изменённых состояниях сознания», «призрак, привидение, наваждение, обман чувств, морок»[12][15]. Вероятно, этот же корень входит в English: nightmare, French: cauchemar («мара», «кошмар»)[11][25]:81[30]. Возможно, что первая часть была добавлена к слову «мора» в результате табуирования называния демонов по «настоящему» имени у славян в связи с опасением вызвать их таким образом.[7]:253 Слово *mara и его аблаутная форма *mora, по одной гипотезе, восходят к праславянскому *morъ — «смерть» и далее к индоевроп. *mer- — «умирать»[7][12][15][25]:81; согласно другой, ныне преобладающей, версии[25]:81, они восходят к индоевроп. *mā- — «махать рукой, кивать украдкой; морочить, обманывать; колдовать», откуда также слова манить, обман, мановение, махать, маять(ся)[12][15]:494[25]:81; также есть предположения, что мара/мора первоначально значило «болото, стоячая вода»[7]:251[12] и далее «неподвижный, ставать неподвижным»[7]:251; или что мар — это «солнечный жар»[12].
Ранние упоминания и истоки образа
В историко-литературных памятниках кикиморы упоминаются с начала XVII века. Самое раннее из них находится в деле Разрядного приказа 1635—1636 годов по обвинению крестьянина Митрошки (Никифора) Хромого из Галицкого уезда, умершего после третьей пытки в ходе следствия, не дав против себя никаких показаний. В деле говорится, что этот «пущий ведун» насылал на людей нечистого духа, который делал «многие пакости» в доме, губил лошадей и распугивал коровье стадо, «а словет нечистый дух по их ведовским мечтам кикимора».[8][33][34][35]

Единственное упоминание кикиморы в древнерусской литературе содержится в «Повести душеполезной старца Никодима Соловецкого монастыря о некоем иноке» (1640-е—1650-е годы), действие которой приурочено к 1638 году. Герой-визионер рассказывает следующее[34][35]: В то время как мы шли из этого города [Костромы] дорогой, которая идёт к Москве, внезапно нам встретился некий бес в женском обличье, простоволосый и без пояса. Хвост её до самого неба торчал, [вертелся] как большой круг, и всякие бесовские грёзы навевал. Сама же взывает, сильно крича, как будто кто-то обидел её или досаждает ей. И она нам сказала: «Согнали сестру мою из Москвы, но, впрочем, вскоре — все будем в Москве». И я подумал, что это должно быть кикимора, которая была в Москве недавно. Когда бесовское наваждение скрылось с наших глаз, мы пошли своей дорогой.Template:Конец цитаты Тут можно отметить, что простоволосость и неподпоясанность — характерные черты нечистой силы в представлениях славян.[35] Далее по тексту идёт рассказ о моровом поветрии «язве-постреле», поразившем Москву, — судя по всему, оно воспринималось автором как реализация угрозы кикиморы, особенно если учесть пророческую роль кикиморы и её связь с духами болезней в народных верованиях.[34]
Возможно также, что «предшественницей» кикиморы была «пакостная» качица, упоминаемая в «Слове святого Василия о посте» из «Златой цепи» (XΙV век) и соотносимая, с опорой на севернорусские заговоры, с полуночницей-ночницей.[8][10]:210[31] Также типичным для кикиморы поведением обладают некоторые бесы из житий святых, например, древнего «Жития Феодосия Печерского».[36]
Ряд черт указывает на глубокую древность образа кикиморы и его вероятную связь с образом богини Мокоши[2]:259[14][18]:172, 190[32], которую связывают с прядением, шерстью, покровительством женщинам и домашнему очагу[14]. Также образ кикиморы, возможно, связан с образом божества судьбы[37]:178 и с культом душ усопших предков[37]:178, 467[38]. Есть также предположение, что мара-кикимора — древнейшее имя домового.[8][37]:176[39]
Происхождение
Согласно народным поверьям, появление кикимор, как и остальной нечистой силы, связано с «неправильной» смертью. Кикиморами могли стать умершие некрещёными младенцы[2]:259[38], мертворождённые, недоноски, выкидыши, уродцы без рук и без ног[38], умершие или убитые дети (у белорусов[3]:495 и в Восточной Сибири[40]). Кикимора могла появиться в доме, который построили на могиле самоубийцы, неотпетого покойника (Вятская губерния) или ребёнка[3]:495, или на месте смерти ребёнка (у белорусов[3]:495 и в Восточной Сибири[3]:495[40]). Кикимор производили также от проклятых родителями детей[3]:495[37]:177[38], в том числе ещё во время беременности (у белорусов)[23][41]:184, вследствие чего похищенных или обменянных нечистой силой[3]:495[37]:177[38] или (на Кубани) ведьмами[42] и впоследствии «посаженных» на несколько лет колдунами кому-то в дом[8][9][10]:211, а также от потомства девушек и огненного змея[2]:260[8][37]:177.
Также считалось, что причиной появления кикиморы может быть порча, насланная в качестве мести хозяевам дома колдуном или недовольными оплатой или обращением печниками и плотниками.[3]:495[8][16]:58[38] Наиболее часто указывается, что кикимору напустили, незаметно положив в доме с особым наговором так называемый лекан[8] (манилка[17]:120, ерничинка[16]:59): или сделанную из щепок и тряпочек[3]:495 и иногда смоченную кровью[10]:212[17]:120 куклу[3]:495[8], или игральную карту с изображением фигуры, или ножик[8], или отломленный от плывущей по воде «коряжины» (дерева с корнем) сучок[8][37]:177, или обрубок дерева, или просто щепку, или даже жёлтую тапочку[8]. Лекан закладывался под матицу (потолочную балку), между брёвен в переднем углу[3]:495[8], под печкой или за печку[8][комм. 2][37]:177, в подполье, в поленницу[8]. Впоследствии предмет «оживал» и превращался в кикимору.[8][17]:120 В Вятской губернии считали, что кикимору можно привезти в бутылке, в чём обвиняли, например, приезжих татар.[8]
Внешний облик
На Русском Севере кикимора обыкновенно представлялась маленькой, сморщенной, скрюченной, горбатой, хромой, безобразной, неряшливой, одетой в лохмотья старушкой[3]:494[8][10]:211, 214[37]:178, 467 (всё это признаки принадлежности к хтоническому миру[37]:178, 467[43]:24). Имеются описания старух, ряженых «кикиморами» на Святки: те одевались в рваную одежду, брали длинную заострённую палку и приходили на праздничное собрание, садились на полати с прялкой между ног, свесив ноги с бруса; девушки смеялись над ряженой и хватали её за ноги, за что она била их палкой.[3]:494[8][37]:471—472 Также кикимора описывалась или как длиннокосая девушка в белой, чёрной или красной рубахе[2]:260[3]:494[8] или нагая[2]:260[8][38], или как женщина в сарафане[1]:64 и в головном уборе (повойнике[2]:260[8], чепце[28]:42, шамшуре[2]:262[8]) или с распущенными волосами[1]:64[2]:260[8], или как маленькая невзрослеющая девочка[3]:494[8][23]. В Восточной Сибири кикимору могли представлять в виде мужчины: мужика[1]:65[3]:494[8][40], попа[8][40], «мохнатого»[8] или белого старика[44] и даже чернобрового, черноглазого парня[8].
Народ представлял себе кикимор также в виде безобразных карликов или малюток, у которых голова с напёрсток, а туловище — тонкое, как соломинка.[37]:177[38][42] В Вологодской губернии считалось, что кикимора настолько хлипкого телосложения, что боится, что её унесёт ветром, а потому не покидает дом.[3]:494[8] Там же думали, что у кикиморы блестящие, навыкате глаза и козьи рожки[1]:66, в Костромской губернии представляли, что у кикиморы мохнатые лапы[3]:496, а некоторые белорусы — что у неё есть хвост[41]:185. Иногда кикимору видели и в образе животного: свиньи, собаки, быка, зайца, утки (Восточная Сибирь)[3]:495[8][40], кошки[37]:177, хомяка (в сказке)[3]:495. Отождествляемая с кикиморой «запечельная» («запечная») мара описывается белорусами как женщина ростом с недельного младенца; с голой кожей или покрытая редкими, короткими перьями, иногда шерстью.[37]:176, 466—467 В русских поверьях зооморфный облик (курица, мышь, змея) у домовой мары редок, чаще это маленькая старушка или «малютка»[37]:176, 466—467[45]:374, иногда с большой головой и длинными руками[45]:374. Некоторые белорусы считают, что у кикиморы очень короткие ноги и она ходит переваливаясь с ноги на ногу.[41]:186 По мнению Ф. С. Капицы, столь разнообразный внешний вид кикиморы обусловлен совмещением в её образе разных пластов верований: от почитания Мокоши до веры в проклятых.[46]
Кикиморы обладают способностью быть невидимыми, быстро бегать, видеть на далёкое расстояние. Они неугомонны[38], не способны спокойно сидеть — постоянно подпрыгивают (Вологодская и Ярославская губернии)[1]:64[3]:495[8][14]. Они разговаривают по-человечески[2]:261-262[9][40][45]:375, а также могут отвечать стуком на заданные им вопросы (Восточная Сибирь)[3]:495[8][40]. В одной близкой анекдоту быличке кикимора исполняет стуком по просьбе человека песню «Коробушка».[16]:47[47]:131
Образ жизни

Согласно народным представлениям, кикиморы обитают в жилых домах, реже — в хозяйственных постройках, в бане, в пустых домах, в кабаках (в самарской сказке).[3]:495[8][10]:215—218 Белорусы считали, что в одном доме может быть сразу несколько кикимор.[4] В отличие от домового, наличие которого считалось обязательным для нормальной жизни в доме, появление кикиморы рассматривалось как признак того, что в доме «нечисто», неблагополучно.[3]:495[16]:47[18]:172 Живя в доме, кикимора, как и остальная нечистая сила[2]:263, скрывается днём от людей, сидя «невидимкой»[1]:63[2]:263[8][48] за печью[1]:62—63[8][38][48], на печи[3]:495[8], на чердаке[3]:495, в голбце или в подызбице[1]:62—63[3]:495[8]. Всё это места связанные с культом умерших[3]:495. По ночам же она выходит проказничать, как оставаясь при этом невидимой, так и иногда принимая зримый образ[1]:62—63[3]:495[48] (хотя есть немало быличек и о дневном появлении кикиморы[16]:49).
В Новгородской и Вологодской губерниях считалось, что кикиморы шалят во все Святки[1]:63[3]:495[8], а в некоторых местах Новгородской губернии считали, что они активизируются только в ночь под Рождество[1]:63[3]:495[8][38] — то есть в переходное время, связанное с культом мёртвых[37]:471. В некоторых областях считали, что кикиморы до Святок живут на улице или на гумне, а после удаляются неизвестно куда.[2]:263[3]:495[10]:214 В Вологодской губернии рассказывали о том, что кикиморы во время Святок, в ненастную погоду, рожают детей, причём страшно стонут и воют; новорожденные же их — шушканы — тотчас по появлении на свет вылетают из избы через трубу на улицу, где и живут до Крещения, 6 (19) января.[1]:67[3]:495[8] В той же губернии кикиморы могли выступать в качестве страшного персонажа — святочного дарителя подарков, прежде всего кукол, которых на самом деле изготавливали родители и клали ночью под лавку.[17]:155—156 Во всех других губерниях считалось, что шишиморы-кикиморы могут проказничать на протяжении всего года.[1]:63[8]
По народным представлениям, больше всего кикимора любит прясть, а также ткать, вязать, плести кружева, шить[1]:63[3]:495[37]:177—178[38] Она берёт веретено, прялку и начатую пряжу, садится прясть в любимом своём месте — в правом от входа углу, около печи, куда обычно сметали мусор, чтобы потом сжечь его[1]:63, или на голбце[8]. В тихие ночи бывает слышно, как они прядут и сучат нитки.[8][38][49] Впрочем, хотя кикимора и прядёт, но от неё, согласно пословице, не дождёшься рубахи[1]:63[3]:495[48], поскольку большей частью она рвёт, мусолит и путает шерсть, жжёт кудель, сучит нить не слева направо, а наоборот; когда же она шьёт, то швы её неровные[3]:495[8]. Над ленивыми девушками насмехались: «Спи, кикимора за тебя спрядёт, а мать выткет».[1]:63[48] До какой бы работы не дотронулась кикимора, её потом будет сложно закончить[45]:376, так, в Калужской губернии считалось, что если услышишь, как кикимора гремит прялкой, то будешь одну кудель прясть целый день, а если кикимора пошьёт у кого, тот одну рубашку в неделю не закончит — всё будет перепарывать[1]:63. В Вологодской области родители и старики пугали кикиморой ленивых прях, ставя им на крыльцо её чучело — наряженный сноп.[17]:220—221 Прядение сближает кикимору с такими персонажами восточных славян, как мокоша[18]:175[37]:178, 468—469[47]:159, мара[8][37]:178, домовой и его жена[2]:262—263[8][37]:178, русалка[2]:262—263[37]:468[47]:159, ночная, полуночница[8] и Ukrainian: нічки[18]:175[37]:469, Параскева Пятница[2]:262—263[37]:178, 469[47]:159, народным образом Богородицы[37]:178 и др. Можно отметить, что кикимора, как и остальные эти персонажи, прядут в то время, в которое людям прясть было запрещено: в полночь, по пятницам, в Святки и др.[37]:473—474
Кикимора и человек

Обыкновенно считалось, что кикиморы причиняют людям различные мелкие пакости: мешают спать шумом, стуком, треском, топотом и писком[1]:64[8][37]:177[40], пугают невидимым голосом, свистом, пением, звуком пляски, воем и плачем[2]:261[8][40], щекочут маленьких детей, доводя их до крика[11][47]:160, дёргают за мочки ушей, играют с кошками[50]. Иногда они, подобно домовым и маре, наваливаются ночью на хозяев, как взрослых, так и детей, и душат их[16]:49—50[37]:178[38][40], в том числе, если они легли в неугодном им месте[40]. Есть истории, в которых кикиморы кидаются в людей луковицами из подполья[3]:495[8], обувью[8][16]:51 и кирпичами из печи[8], углями для самовара[16]:51, сбрасывают одежду и подушки с печи[3]:495[8], разбивают посуду[1]:64[3]:495[8][50], распахивают двери[2]:261[8] и бегают из комнаты в комнату[8], разворачивают полы, переворачивают мебель или заставляют её «плясать»[8][40], путают простыни[50] и др. Однако ночная работа кикиморы зачастую не оставляет вещественных следов — посуда, мебель, печи оказываются утром на своих местах и целыми (Забайкалье).[8][40] Можно отметить, что существуют близкие анекдотическим рассказам и сказкам-небылицам былички, в которых на проказы кикиморы ходит смотреть вся деревня, и они воспринимаются людьми скорее как представление, чем как угроза.[51]
Часть приписываемых кикиморе звуков можно попытаться объяснить урчанием кошки, точащими дерево червями, ползанием тараканов и т. п.[49] Также записаны псевдобылички, в которых строители объясняли, как они закладывали «кикимору» в дом: так, в разных углах дома, чтобы «схватить разные ветры», сверлились дырки, в которых вставлялись битые бутылки горлышком наружу, при выдёргивании пробок из которых в доме начинало «выть» как будто по-звериному; или под печь закладывали ртуть в свинце, которая при накаливании начинала «ухать»[16]:63[51][52]; или в толстой кирпичной кладке оставлялись пустоты-зигзаги[53].
Народ также приписывал кикиморе вырывание волос во сне у людей[3]:495[8], выдёргивание догола перьев у кур[1]:66[3]:495[8][16]:54, стрижку или выщипывание догола шерсти у овец[1]:63[3]:495[8][16]:51—52, подобно домовому и хлевнику[37]:178 — езду ночью на лошадях, доводящую тех до усталости (Восточная Сибирь)[1]:65[3]:495[8][40], и даже поедание кур[8]. На Русском Севере считалось, что из состриженной шерсти, волос и перьев кикимора делает постель для скота[3]:495[16]:51, а в Новгородской губернии — что она таким образом «метит» скот и людей[16]:51. В целом кикиморы могли служить олицетворением мелких неполадок в хозяйстве, возникавших вследствие нерадивости в домашних женских работах, в уходе за сельскохозяйственными животными и т. п.[11][54]
Хотя в одних местах считалось, что проделки кикиморы в целом безвредны[23], в других полагали, что кикимора не успокоится, пока не выживет хозяев из дома[1]:64[3]:495[8], впрочем, согласно некоторым историям, кикимора может последовать за ними и в новый дом[2]:262. Кикиморы, посаженные в дом колдунами, обыкновенно были более агрессивными к людям.[9] В Перми в центре города в XIX веке существовал недостроенный дом, в котором, по представлениям местных жителей, хозяйствовала кикимора[8][28], некоторые считали, что она выгнала хозяев из дома[8]; говорили также, что она спасла своё жильё во время городского пожара, отогнав огонь платочком[28]. В симбирской сказке невидимо живущий в кабаке кикимора отцеживает по ночам вино и выживает целовальников, пока самый смелый и «знающий» из них не заключает с ним договор.[8] По некоторым представлениям, кикимора может навести порчу на человека[55] и даже погубить его[3]:495[8]. Есть сибирская быличка, в которой закопанная недоброжелателем у ворот дома кукла оживает и убивает парня.[40] А в одной белорусской быличке соотносимая с кикиморой чушка бегает в доме перед пожаром, в котором погибает девочка.[41]:189
Есть истории, в которых кикиморы появляются в виде покинутого на пути ребёнка; подобранные и пригретые людьми, они убегают, насмеявшись над ними.[38] В Витебской губернии полагали, что кикиморы завидуют живым людям[23], особенно детям[54]. Зафиксированы случаи, в которых за кикимору принимали чужого ребёнка, играющего с детьми.[56]
Считалось, что увидеть кикимору, особенно на печке[2]:263, на пороге[2]:263[8] или с прялкой на передней лавке[1]:64[2]:263[8][57], предвещает смерть кого-то из домочадцев или другое важное событие[2]:263[8]. Когда кикимора начинает плести кружева в подполье и перебирать и стучать коклюшками, подвешенными на кутузе (Вологодская губерния)[1]:64[2]:263[8], или плакать, то быть беде[8][14]. В таком контексте прядение кикиморы может рассматриваться как отголосок образа мифологического персонажа, прядущего «нити судьбы», наподобие древнегреческих мойр.[14][16]:52—53[37] По одной из версий, именно приписывание необъяснимо возникшего беспорядка в петербургском Троице-Петровском соборе в 1722 году воздействию кикиморы и последующая попытка толкования её появления как дурного предзнаменования привели к возникновению легенды о том, что «Петербургу быть пусту»[комм. 3].[58]
Впрочем, в некоторых местах кикимору могли воспринимать и как полезного духа, помогающего умелой и старательной хозяйке: она убаюкивает по ночам маленьких ребят, невидимо перемывает кринки[1]:66[3]:495, допрядает за хозяйкой[3]:495, помогает готовить еду[1]:66[3]:495[8], помогает молоть, ухаживает за скотиной[8], оберегает дом от пожара (Вологодская губерния)[10]:214. Они подсчитывают скот, но досчитать могут только до трёх (Вологодская губерния).[3]:495[10]:213 В таком случае считалось, что кикимора должна быть в каждом доме[16]:46, а её негативные действия, которые обыкновенно считаются беспричинными[16]:54, воспринимались как наказание хозяйке за лень и нерадивость[1]:66[45]:376. В Вологодской губернии не рекомендовалось вносить в дом чертополох, так как его боятся домовой и кикимора.[3]:495[10]:213 По всей видимости, данный комплекс представлений свидетельствует о смешении образа кикиморы с образами домового и его жены.[3]:495
Средства против кикиморы

Средства задобрить кикимору, договориться с ней в мифологических рассказах почти не упоминаются. Зато перечислены некоторые способы борьбы с ней.[16]:55[43]:25 Считалось, что кикимора не тронет вещи, если их перекрестить и положить на место с молитвой[1]:66—67[3]:495[8][11] (в ином случае она считает, как и вся нечистая сила, что оставленные вещи принадлежат ей[16]:51). В Вологодской губернии в Крещение крестили рукой или ножом по воздуху окна и двери в избе, а также рисовали кресты мелом, краской или углём[8], ставили крестики из лучинок в каждый угол в избе, в воду, в колодец, в кужлю[17]:241, чтобы не вошли в дом кикиморы и нечистые духи, так как и те, и другие во время освящения воды кидаются всюду[8]. В Белозерском уезде существовало поверье, что если человеку удастся накинуть на кикимору крест, то она замрёт на месте.[1]:63[8][10]:211 А в Витебской губернии утверждали, что если поймать происходящую от умершего или проклятого ребёнка кикимору и выстричь ей на темени крест, то она превратится обратно в человека, но с определённым недостатком, например, кривизной, косоглазием, немотой, заиканием, плохой памятью или слабоумием.[3]:495[23] Также от кикиморы, как и от остальной нечисти, помогают упоминание Бога или, наоборот, грубые ругательства.[3]:495[8][16]:55[40] От разгулявшейся кикиморы могло помочь окропление дома святой водой[8] или проведение в нём молебна[16]:55.
Считалось, что кикимора не любит можжевельник, из веточек которого делали оплетение для солонки, чтобы кикимора не таскала соль.[3]:496 Настоем из корня папоротника омывали горшки и другую посуду, чтобы кикимора их не трогала.[1]:66[8][16]:55 В одном лечебнике XVIII столетия для избавления от кикиморы предлагалось положить в доме верблюжью шерсть с росным ладаном под шесток.[3]:496[16]:56 Также кикимора боится плакун-травы.[37]:615 В одной быличке кикимора выжила из дома хозяев, но в дальнейшем её прогнал плясовой медведь, принадлежавший поселившимся в пустом доме медведчикам.[1]:64[2]:264[10]:212—213 Согласно этой же истории, кикиморы боялись и кошек[1]:65[2]:265[10]:213[комм. 4][59]:176—177. В одной быличке сказано, что «пряха» боится света.[21] Появившуюся кикимору можно прогнать, ударив её мужскими штанами.[16]:55 В Заонежье рядом с люлькой с младенцем подвешивали, обычно на ночь, веретено, кудель и лучину или кудель и ножницы, чтобы занять ими кикимору и таким образом защитить от неё ребёнка.[37]:483 Чтобы прекратить бесчинства насланной кикиморы, следовало найти подкинутую куколку и наотмашь выкинуть её за пределы усадьбы или лучше кинуть в огонь[3]:495[8][40] (в одной быличке говорится, что она извивалась и подпрыгивала при этом[16]:59). В Свердловской области было поверье, что при строительстве дома нужно всегда рубить новый обкладник, чтобы вместе со старым не принести в дом кикимору.[52]
В день Герасима Грачевника, 4 (17) марта, считалось, что кикимор можно было выжить из дома, так как в эту пору они становятся смирными.[3][8][60][61]:133 Хозяева, перебираясь накануне обряда к соседям, оставляли в распоряжение знахаря свою хату. Он обметал печь и все углы избы, выгребал золу из подпечка, «домовничал» в избе до самого вечера — после чего объявлял, что нечистая сила ушла навсегда. Изгнание совершается с особыми заговорами[10]:212[60], например, «Кикимора домовая, выходи из горюнина дома скорее, не то задерут тебя калеными прутьями, сожгут огнём-полымем, зальют чёрной смолою» (Южная Сибирь)[3][8][61]:133:496[10]:212.
Чтобы кикимора не вредила курам, на куриный насест[1]:66[16]:54 или над ним[2]:264[16]:54 на лыке подвешивали так называемого «куриного бога» — лоскутья кумача[1]:66[8], горлышко от разбитого глиняного умывальника[1]:66 или кувшина[2]:264[8][48], горшок без дна[8], поношенный лапоть[2]:264[8] или нередко попадающийся в полях камень с природной сквозной дырой[1]:66[3]:495[8][48], также могла подойти палочка с дырочкой от выпавшего сучка[16]:54. В Вологодской губернии и у русских в Эстонии этот камень так и назывался «кикиморой одноглазым».[3]:495[8] По сведениям из Ростовского уезда Ярославской губернии, «куриный бог» толковался как символ того, что в курятнике поселился «дух, покровительствующий курам». По сообщению из Пошехонского уезда той же губернии, куры в курятнике с «куриным богом» как бы «отдавались кикиморе на сохранение, посвящались ей», поэтому она уже не могла им повредить.[62] В хлеву для защиты скота от кикиморы под ясли клали заострённую палку, которой закалывали свиней.[8][16]:55
Другие персонажи

Образ кикиморы в народном представлении выглядит незаконченным, бесформенным, расплывчатым и неопределённым.[1]:67[8][11][37]:176 В поверьях XIX и особенно XX века нарастает обезличивание кикиморы[8][45]:380, вытеснение её образа образом домового[63], а впоследствии и полтергейста[16]:50, потеря ею имени[14][16]:64[51].
Помимо, по-видимому, исходного[8] и наиболее распространённого в традиционной культуре представления о кикиморе как о самостоятельном домашнем духе, её/его могли отождествлять с целым рядом других персонажей[1]:65. Прежде всего, под именем кикиморы мог описываться образ типичного домового[1]:65 или его жены[1]:65[3]:494[8][11], с которыми у кикиморы очень много общего (по-видимому, их образы находились под взаимным влиянием)[16][37]:176. Также кикимора могла отождествляться с лешачихой (Сибирь)[1]:65[3]:494[8][48], лесной русалкой[3]:494[8][10]:215, водяной «хозяйкой» (Вятская губерния[8][10]:215, Нижегородская область[64]), болотницей[41][64], болотной ведьмой[41] (есть предположение о первичности образа болотной моры-кикиморы[7]), оборотнем (Новгородская и Архангельская губернии)[3]:494, духом, вызывающим кликушество (Пермская и Вятская губернии)[8], лихорадкой (Ярославская губерния) и другими олицетворениями болезней (Олонецкая губерния)[8][10]:215. В Кадниковском уезде Вологодской губернии рассказывали, что в летнее время особая кикимора сторожит гороховые поля — ходит по ним, держа в руках калёную добела железную сковороду огромных размеров и жарит на ней того, кого поймает на чужом поле[1]:67[8][10]:215, данное поведение указывает на смешение с полудницей[3]:494[8][10]:215, хотя, в отличие от неё, кикимора сторожила горох по ночам[10]:215. Смешиваемая с марой, кикимора иногда предстаёт «ночным божеством сонных мечтаний», «ужасным привидением».[8] Здесь можно также отметить, что день Святой Мариамны, 17 февраля (2 марта, но празднуемый обычно на день раньше), в Вологодской губернии назывался Маремьяной-кикиморой.[3]:494[8][61]:119 Там же и в Ярославской губернии кикиморой называли чучело, сжигавшееся на Масленицу.[3]:494[8] Можно также отметить, что кикиморами называли летучих мышей (Архангельская губерния)[59]:605, а кукумарами — божьих коровок[17]:52.
Имя кикиморы-шишиморы, сделавшееся бранным словом, употреблялось и употребляется в самых разнообразных случаях.[14] Кикиморой зовут женщин, имеющих смешной, нелепый[65], неряшливый или неопрятный вид[10]:215[66][67], нелюдимых домоседов[65][66], злых женщин[10]:215, женщин, которые очень прилежно занимаются пряжей[1]:67[10]:215[48], некий не слишком приятный объект[67]. Шишиморой называли плутов и обманщиков (Курская губерния), невзрачного по виду человека (Смоленская и Калужская губернии), скряг и нищих (Тверская губерния), прилежных, но кропотливых рабочих (Костромская губерния)[1]:67[10]:215[68], тех, «кто любит всё и везде осмотреть, вышарить, обшарить» (Вятская губерния)[44], а в начале XVII века — переносчиков вестей, лазутчиков и соглядатаев[1]:67[68].
В современной культуре

В ряде художественных произведений, преимущественно XIX — начала XX века, кикимора показана как зловредный домашний дух. В романтической драме «Ижорский» (1825) Вильгельма Кюхельбекера повелитель злых духов Бука отправляет непослушную кикимору, крошечное существо необыкновенной лёгкости, в наказание в услужение к главному герою на год[43]:159[69]:31; кикимора здесь своего рода проявляющий дурные качества людей трикстер, она символизирует скепсис и рефлексию, завладевшие героем[70]:364—368[71]; в этой драме она имеет мало общего с мифологическим образом, по сути, это «слегка русифицированный» эльф[69]:32. В подражающем быличке рассказе «Кикимора» (1829) Ореста Сомова повествуется о том, как этот дух в форме невидимой взрослым кошки ухаживал за маленькой девочкой, но когда кикимору попытались изгнать, она стала вести себя очень агрессивно и чуть не погубила свою любимицу.[16]:56—57[69]:29—30[70]:162—163, 361—364[72][73] Кикимора играет видную роль в сказочно-историческом романе «Светославич, вражий питомец» (1837) Александра Вельтмана, выступая в роли двойника князя Владимира и олицетворяя его «тёмное начало».[43]:159[73]:51[74] В рассказе «Пугало» (1885) Николая Лескова кикимора «так застенчива и непостоянна, что пряталась от всякого взгляда в разных пыльных» местах.[69]:29—31[75] В романе «Иверень» (1943) Алексея Ремизова даётся пересказ истории Сомова, но основное внимание уделено не диковинным происшествиям, а «нездешней», приводящей к трагедии материнской любви кикиморы, желающей стать человеком.[76] Домашней кикиморе посвящена одноимённая симфоническая поэма (1909) Анатолия Лядова по мотивам «Сказаний русского народа» Ивана Сахарова[77][78][79][80] и балет на её основе (1916); «музыкальный образ Кикиморы раскрывается с помощью тембральной палитры симфонического оркестра»[80][81], для него характерны «таинственность и магическая зачарованность»[82]. Подсаженные в дом кикиморы, выживающие нового хозяина — неблагодарного наследника, показаны в мультфильме «Дело прошлое…» (1990).
Однако, в связи с практически полным прекращением бытования мифологических рассказов и поверий о домашней кикиморе, в массовом сознании доминирует образ кикиморы из популярной культуры: литературных произведений, кинематографа, мультипликации, эстрады.[83] Несмотря на то, что в традиционной культуре кикимора представлялась преимущественно домашним духом, в популярной культуре XX—XXI веков она предстаёт в основном болотным или лесным злым персонажем[66][67][83][84][85][86], что, возможно, связано с прочно закрепившимся ругательством «кикимора болотная»[16]:58[83][85][87][88]. Это в основном маленькая, уродливая[67][83], скрюченная, неопрятная, растрёпанная, худая, остроносая, неряшливая, в лохмотьях немолодая женщина[67] или старуха[66][89], покрытая тиной, болотными травами и мхом, живущая в непроходимых топях в лесных чащах[83][89], пугающая неприятными голосами, воем[64][66], вызывающая беспричинный страх[66], заставляющая блуждать по лесу, заманивающая в трясину и похищающая маленьких детей[41]:187[83][89]. В Нижегородской области ей приписывают родство с русалкой: она либо её мать, либо сестра; вместе они «песни поют и волосами беду треплют».[64] Согласно современной быличке из Воронежской области, когда болотная кикимора варит пиво, над рекой подымается туман.[90]

Лесная кикимора — один из персонажей сборника сказок «Посолонь» (1907) Алексея Ремизова, это легко меняющее свой облик, озорное и строящее мелкие проказы людям, но тоскующее по человеческой природе существо, её дело — «сплетать обманы, причуды сеять и до умору хохотать».[43]:341—342[69]:29, 31[91] В сказке «Кикимора» (1910, сборник «Русалочьи сказки») Алексея Толстого девочка противостоит похитившей её сестру болотной кикиморе.[69]:29—31[91][92][93] Нападающие на людей, особенно на детей, болотные кикиморы появляются в «Саге о Ведьмаке» (с 1980-х) Анджея Сапковского.[94][95] В серии же игр «Ведьмак» кикиморы изображаются паукообразными существами, живущими колониями наподобие термитов.[96] Болотные и лесные кикиморы — персонажи таких фильмов, как, например, «Весёлое волшебство» (1969), «Золотые рога» (1972), «Руслан и Людмила» (1972), «Там, на неведомых дорожках…» (1982), «Красные башмачки» (1986); мультфильмов «Глаша и кикимора» (1992)[92], «Бабка Ёжка и другие» (2006), «Новые приключения Бабки Ёжки» (2008), «Как поймать перо Жар-Птицы» (2013)[97] и др. Кикимора — действующее лицо спектаклей «Аленький цветочек» (1950), «Бессмертный Кощей» (1978)[98][99][100][101], праздничных представлений для детей, в том числе новогодних ёлок. Образ кикиморы во всех этих произведениях часто выступает как комический — это смешной и даже жалкий персонаж.[85]
В рамках проекта «Сказочная карта России» родиной кикиморы в 2011 году объявлен город Киров (Вятка), так как в нём есть Кикиморская гора.[69]:26[102][103] В отличие от большинства других персонажей проекта, здесь речь идёт о «брендировании отрицательного в основе своей персонажа, и потому требующего разъяснений и „литературной легенды“, то есть написания „новой сказки“».[102]
В честь кикиморы назван род пауков с единственным видом Kikimora palustris («Кикимора болотная», 1988), вид ложноскорпионов  (1994), вид наездников Cosmocomoidea kikimora (2013) и .
Комментарии

Примечания

Литература


Литература на русском языке









Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)




Литература на других языках
(in Belarusian)
(in Belarusian)
(in Belarusian)
Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)(in Ukrainian)
Сборники мифологических рассказов



(in Belarusian)
(in Belarusian)

Категория:Персонажи русской мифологии
Категория:Мифические существа в белорусской мифологии
Категория:Заложные покойники