Question: Когда появился азербайджанский язык?

Азербайджанский язык


Азербайджа́нский язы́к (самоназвание: azərbaycan dili, آذربايجان ديلی, азәрбајҹан дили) — язык азербайджанцев, один из старописьменных тюркских языков[1], обычно относящийся к юго-западной (огузской) группе тюркской ветви алтайской языковой семьи, но имеющий при этом черты, свойственные языкам кыпчакского ареала.
По морфологическому строю азербайджанский язык агглютинативный, синтетический[1]. Лексика состоит из значительного числа иранских и арабских слов[2]. Фонетика испытала влияние персидского языка.
На протяжении XX века азербайджанская письменность менялась четырежды. В настоящее время азербайджанцы пользуются тремя видами письма: на арабице в Иране, латинице — в Азербайджане и на кириллице — в Дагестане (России). В прошлом азербайджанский язык был известен под разными лингвонимами, но начиная с XIX века встречается нынешнее название. Современный литературный азербайджанский язык сложился на базе бакинского и шемахинского диалектов.
Является государственным языком Азербайджана и одним из государственных языков Дагестана (Россия). Распространён также в местах компактного проживания азербайджанцев в таких странах, как Иран (Иранский Азербайджан) и Грузии (Квемо-Картли). Общее число говорящих — 25—30 млн человек.
О названии
До присоединения Кавказа к России
При Сефевидах азербайджанский язык по-разному называли как местные, так и иностранцы. Его именовали кызылбашским[3][4] (так, например, поступал поэт Садеги Афшар, а также Абдоль-Джамиль Насири)[4] и туркманским (например, поэт Навои)[5]. Португальцы в то время называли его turquesco, остальные европейцы и большинство иранцев — турецким или тюрки́[4][6]. Капуцинский миссионер XVII века Рафаэль дю Ман в отношении азербайджанского языка использовал выражение «Turk Ajami»[5]. Этот термин некоторыми современными авторами используется как обозначение прямого исторического предшественника современного азербайджанского языка[5][7].
В Российской империи вплоть до революции все тюркские языки, в том числе и азербайджанский, именовались просто «татарскими» языками. Единое же обозначение азербайджанского у русских авторов, посещавших в XVIII и в начале XIX веков Закавказье, отсутствовало. Например, по И. Г. Герберу (ок. 1690—1734) азербайджанский обозначается как «татарский со смесью турецкого» (описание того, что население западной стороны Каспийского моря в основном говорит «по турецки смешано с татарским»); у И. А. Гюльденштедта (1745—1781) как «наречие татарского языка» («наречие их татарского языка почти совершенно сходно с турецким»)"; по П. Г. Буткову (1775—1857) — «турецкий» или «тюркю»[8].
XIX век
В «Обозрении российских владений за Кавказом» 1836 года для его обозначения используются не только термин «татарский язык», но и «мусульманский язык»[9], также «туркоманский язык»[10]. Встречается также «закавказский татарский»[11].

Начиная с первой половины XIX века можно наблюдать некоторый отход от простого наименования «татарский» с использованием в разной форме дефиниции «адербейджанский». Так, в альманахе «Полярная звезда» за 1825 года была опубликована азербайджанская сказка «Деревянная красавица» (перевод О. Сенковского), где имелась пометка «с татарско-адербийджанского наречия»[12][13]. В своём письме от 1831 года к Н. А. Полевому русский писатель А. А. Бестужев-Марлинский пишет, что ему не удалось нигде найти «адербиджано-татарского» словаря[14]. Впервые научно обосновал и употреблял термин «азербайджанский язык» востоковед и первый декан Факультета восточных языков Санкт-Петербургского университета Мирза Казембек — автор «Грамматики турецко-татарского языка» (1839) и «Общей грамматики турецко-татарского языка» (1846), причём он писал «адербиджанский»[15]. Востоковед Б. А. Дорн в своей рецензии на «Грамматику турецко-татарского языка», адресованной в 1841 году Академии наук в связи с представлением этой работы на соискание Демидовской премии, отмечал: «Особенного признания знатоков заслуживают поучения о дербентском, а ещё более о доселе почти вовсе неизвестном, но теперь выясненном Мирзою Казем-Беком адербиджанском наречии, поскольку оба имеют довольно особенностей, поощряющих к дальнейшим изысканиям, и преимущественно адербиджанский, весьма важный для наших кавказских училищ»[16][17].
В русскоязычной литературе XIX века встречаются указания на то, что наименование азербайджанского языка связано с пограничной персидской провинцией. Например, путешествовавший в 1852 году по Северной Персии И. Н. Березин не только употреблял термин «адербейджанское наречие», но оставил следующее замечание: «В Адербайджане господствует особенное наречие тюркского языка, называемое по имени самой области»[18]. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона Т. XIIIa (1894) также было сказано, что язык называется по имени области в Персии[19].

Со второй половины XIX века растёт издание учебных пособий по родному языку, составляемых деятелями азербайджанского просвещения, где в разных формах используется наименование «адербиджанский». В 1852 году вышла «Татарская хрестоматия Адербейджанского наречия» (сост. поэт Вазех и учитель восточных языков Тифлисской гимназии Ив. Григорьев)[20], в 1859 — написан, а в 1861 году издан в Петербурге «Учебник татарско-адербейджанского наречия» (сост. учитель Восточных языков при Новочеркасской гимназии Мирза Абулгасан Везиров)[21]. За 1890—1895 годы был издан «Полнейший самоучитель татарского языка кавказско-адербеджанского наречия» С. М. Ганиева (в 4-х частях), который выдержал шесть изданий (последнее вышло в 1922 году)[22]. В 1899 году в Баку вышла «Краткая грамматика и синтаксис тюркско-азербайджанского языка» Н. Нариманова, а в 1913 году в Эриване — «Книга тюркско-азербайджанского языка» Д. Маммедова[23].
В 1890 году был выпущен пограничный словарь азербайджанского языка, где он именовался как «Азербейджанский язык»[24].
Отдельные представители азербайджанской интеллигенции начинают ратовать за более верное название языка. Так, в 1891 году на страницах газеты «» журналист Мамед Ага Шахтахтинский выступает против обозначения «татары» и предлагает именовать язык закавказских мусульман «адербеджанским»[23]. Издатель газеты «», преподаватель Тифлисского кадетского корпуса  обратился к российским властям с просьбой разрешить ему издавать газету под названием «Азербайджан», мотивируя это тем, что

коренное мусульманское население Закавказья говорит на так называемом азербайджанском наречии и не понимает татарского языка, на котором объясняются крымские и казанские татары, а на языках персидском и арабском говорит лишь незначительный класс пришлого населения… В видах удовлетворения означенной потребности, желая издавать в г. Тифлисе такой орган, новое современное издание в виде газеты с дозволения предварительной цензуры под названием «Азербайджан» на простом народном азербайджанском наречии[23].

XX век
В XIX — начале XX века употреблялось также название азербайджано-татарский язык, но оно было отброшено и заменено последовательно терминами: тюркский, азербайджанско-тюркский и азербайджанский[25].
27 июня 1918 года государственным языком Азербайджанской Демократической Республики был объявлен «тюркский язык»[26], но не всегда высокопоставленные министры использовали это название в своих документах. Например, военный министр С. Мехмандаров в приказа за февраль 1919 года писал, что «офицерам других национальностей для усвоения командных слов на татарском языке даю месячный срок»[27].
До революции «турецкий» и «тюркский» использовались синонимично. Последствиями событий 1920-х годов в Турции стало то, что «османский» был изъят из употребления и тем самым в русском языке ему на смену пришёл «турецкий»[28]. Что касается термина «тюркский», то он стал употребляться лишь по отношению к азербайджанскому языку[28]. В декрете АзЦИК, касающегося «национализации государственных учреждений», а также в приказе Азревкома об организации Комитета по введению в учреждениях Азербайджанской ССР делопроизводства на азербайджанском языке, указан «тюркский язык»[29][30]. В самой Конституции Азербайджанской ССР 1921 года о языке не было сказано и слова[31], но в вариантах Конституции за 1931 и 1935 годы фигурирует «тюркский»[28]. Это же название присутствует в Конституции ЗСФСР 1922 года (в разделе о гербе и флаге)[32]. Что касается академической литературы, то в 1-х издания БСЭ (1926) и Малой Советской Энциклопедии (1928) фигурируют два названия — «азербайджанский» и «азери» (по БСЭ как «наречие азери»)[33][34].
Поскольку в официальных документах фигурировали наименования, указывающие на наименование республики (например «гражданин Азербайджанской ССР»), но при этом по отношению к языку и народу использовались наименования «тюркский» и «тюрок» соответственно, то это создавало синонимические затруднения при единообразном именовании складывающейся социалистической национальности. Стремясь достичь такой единообразности, прибегли к словосочетаниям и композитам для обозначения народа и языка. К последнему относились, например, азербайджано-турецкий, азербайджанско-тюркский и азербайджано-тюркский[28]. «Громоздкая старомодность» последних, как писал советско-российский востоковед Г. Ф. Благова, не соответствовало тогдашним требованиям[28]. В связи с обсуждением Проекта Конституции СССР 1936 года этнонимическая терминология, касающаяся названия народов и народностей СССР, была упорядочена. На этом фоне в числе других было принято официальное наименование «азербайджанский язык»[28]. Американский историк Одри Альтштадт же считает, что причиной такого решения была советская политика дифференциации тюркских народов СССР от тюркских народов за её пределами и между собой[35]. По мнению авторов Энциклопедии Ираника язык был официально переименован с тюркского на азербайджанский по распоряжению И. Сталина[36]. Сам язык Энциклопедия Ираника называет «Azeri Turkish» (азербайджанский тюркский), или просто «Azeri» (азери)[37].
Согласно Большой Российской Энциклопедии до 1939 года азербайджанский язык имел названия «тюркский язык» или «тюркский язык Азербайджана»[38]. Конституция Азербайджанской ССР 1937 года в редакции от 1956 года государственным языком провозглашает «азербайджанский язык» (до этого времени статья о государственном языке в Конституции отсутствовала)[39][40]. То же самое сказано в Конституции Азербайджанской ССР 1978 года[41].
В годы правления Народного фронта Азербайджана на государственном уровне проводилась политика по замене названия «азербайджанский» на «тюркский». Так, в декабре 1992 года парламент принял закон о государственном языке, в соответствии с которым язык назывался не азербайджанским, а тюркским[42]. В принятой в 1995 году Конституции государственный язык именуется азербайджанским[43]. Термин «тюрки» до сих пор является общепринятым названием азербайджанского языка в Иране[44]. Однако некоторые авторы считают, что это название было вытеснено в самом Иранском Азербайджане[44][45].
Классификация

Азербайджанский язык обычно относят к юго-западной (огузской) группе тюркской ветви алтайской языковой семьи. Вместе с тем, существует множество вариантов классификации языков огузского ареала и перечень составляющих её близкородственных идиомов.
В «Обозрении российских владений за Кавказом» 1836 года азербайджанский язык относится к «чигатайскому корню», то есть юго-западной ветви[9]. Первую научную классификацию тюркских языков дал востоковед И. Н. Березин, выделивший 5 языков в турецкую (западную) группу: азербайджанский, анатолийский, дагестанский, крымский и румелийский[46]. Востоковед-тюрколог XIX века В. В. Радлов (1882) со своей стороны выделил азербайджанский вместе с турецким и туркменским языками и некоторыми южнобережными говорами крымскотатарского языка в южную группу тюркских языков[47].
Филолог Ф. Е. Корш (1910) выбирал при классификации отдельные признаки, которые охватывают большие ареалы. По его предположению тюркские языки первоначально разделялись на северную и южную группу и из последней выделились западная и восточная. К западной он относил азербайджанский, турецкий (османский) и туркменский[47]. Турецкий филолог и историк М. Ф. Кёпрюлюзаде (1926) рассматривал азербайджанский язык как чисто огузский[48]. По классификации лингвиста, востоковеда-тюрколога С. Е. Малова азербайджанский вместе с туркменским, турецким, саларским, кыпчакско-половецким и чагатайским языками включён в состав новых тюркских языков[49]. В версии, предложенной лингвистом В. А. Богородицким (1934) — азербайджанский, гагаузский, кумыкский, турецкий и туркменский языки составляют юго-западную группу, с которой ряд сходных черт имеет чувашский язык[47].
По классификации немецкого лингвиста И. Бенцинга (1959) азербайджанский — один из трёх современных языков (наряду с турецким и туркменским) южной (огузской) группы, но в определении он по большей части основывался на географическом принципе группировки языков[50]. Немецко-американский тюрколог, профессор алтайской филологии К. Г. Менгес (1959) в своей классификации учитывает в большей степени историческую основу, но группирование названий у него носит географический характер. По его версии азербайджанский, гагаузский, турецкий и туркменский объединены в юго-западную (огузскую) подгруппу A-группы (центральная и юго-западная) тюркских языков[51]. По версии редакционного комитета книги «Philologiae turcicae fundamenta», изданной в 1959 году, — азербайджанский, турецкий и туркменский языки относятся к южнотюркской подгруппе новотюркской группы тюркских языков[52].
По классификации, разработанной русским тюркологом Н. А. Баскаковым (1969), азербайджанский вместе с турецким, урумским и южнобережным диалектом крымскотатарского языков образуют огузо-сельджукскую подгруппу огузской группы западнохуннской ветви тюркских языков[47]. Согласно немецкому тюркологу , огузские языки включают азербайджанский, турецкий, туркменский, хорасано-тюркский языки и афшароидные диалекты[53].
Сравнение с другими тюркскими языками
Российский лингвист О. А. Мудрак, являющийся ведущим специалистом в области сравнительно-исторического языкознания, ближайшим родственником азербайджанского называет туркменский язык[54]. По крайней мере, связующим звеном между ними, по сути, выступает хорасано-тюркский язык[55][56], но он ближе к азербайджанскому, чем к туркменскому[56]. По мнению немецкого тюрколога  кашкайский, сонкорский и язык айналлу представляют собой переходные формы между азербайджанским и хорасано-тюркским языками[57]. Наиболее близок к азербайджанскому также халаджский язык[46].
К отличительным особенностям азербайджанской фонетики относятся частое употребление во всех позициях фонемы ə; наличие mediae lenes (неполных звонких гласных); процессу соноризации и спирантилизации подвержен исконный тюркский к // қ; случаи перехода k > ç (к > ч), q > c (г > дж) перед гласными переднего ряда и др.[58]. Ряд фонетических особенностей азербайджанского языка сближает его с узбекским, ногайским и кумыкским языками[59]. От других тюркских языков азербайджанский отличается дифференциацией как фонетически, так и семантически аффиксов -ar и -ır, служащих показателями настояще-будущего и настоящего времён[58].
Лингвогеография
Азербайджанский язык преимущественно распространён в Азербайджане, где он является родным для более 98 % населения страны[60], а также в Иране и в северном Ираке (например, в Киркуке)[61].

В Иране азербайджанский язык сплошным массивом распространён почти до самого Казвина[62]. На нём разговаривают в северо-западных провинциях Ирана (прежде всего Западный и Восточный Азербайджан, но а также на юго-восточном побережье Каспийского моря: Галуга)[61]. По оценке (1997), общее количество говорящих на нём в Иране — около 23,5 млн человек[63].
В Ираке на азербайджанском говорят, преимущественно, в Киркуке, Эрбиле и Равандузе, а также в городах и сёлах на юго-востоке от Киркука, таких как Эль-Микдадия, Ханакин и Мандали, и в некоторых местах Мосульского региона[64].
Помимо вышеуказанных стран азербайджанский язык распространён также в местах компактного проживания азербайджанцев на территории Грузии (край Квемо-Картли), России (Дагестан), турецких провинций Карс и Ыгдыр и в диаспоре. До 1990-х годов азербайджанский язык был также распространён в Армении[63].
По результатам переписи 2010 года, число человек, указавших владением азербайджанским языком, в России составило 473,044 человека[65], из которых только 368,173 являлись азербайджанцами[66] (общее же количество азербайджанцев составило 603,070)[67].
Диалектология

По генетическому признаку различаются два типа диалектов азербайджанского языка: огузский (западная и южная группы диалектов и говоров) и кыпчакский (восточная и северная группа диалектов и говоров)[68]. Образование диалектов и говоров азербайджанского языка относится к XVIII веку, когда на территории Азербайджана возникли ряд ханств и султанств[69]. В то же время по результатам анализа процентного схождения между языками, проведённого О. А. Мудраком с помощью методов глоттохронологии на основе вопросов по морфологии и исторической фонетике, выделение нухинского диалекта из общеазербайджанского языка падает на времена Тимура (~1360 г.)[70].
В азербайджанском языке выделяются 4 диалектные группы[59]:
восточная: бакинский, дербентский, кубинский и шемахинский диалекты, муганский и ленкоранский говоры;
западная: карабахский, гянджинский и казахский (не путать с казахским языком) диалекты, айрумский говор;
северная: шекинский диалект, закатало-кахский говор;
южная: нахичеванский, тебризский и ордубадский диалекты, ереванский говор[71].
Среди других азербайджанских диалектов и говоров по лексике, фонетике и грамматике резко выделяется нижнекатрухский диалект, который представлен в селении Нижний Катрух (Дагестан) с сильно выраженным лакским субстратом[72]. Диалект проживающих в Дагестане терекеме близок к кубинскому и шемахинскому диалектам[73]. Также имеются иракские диалекты азербайджанского языка[53].
На территории Ирана выделяются следующие азербайджанские диалекты: тебризский, урмийский, хойский, кушчийский, марагинский, мерендский, орьянтепейский, туркменчайский, ардебильский, сарабский, мийанский, а также анклавный галугяхский[74]. Галугяхский назывался «самой восточной известной точкой азербайджанской языковой территории»[56]. Несмотря на то, что он очень близок к иранским диалектам азербайджанского языка, имеет при этом ряд отличий от них[56]. Помимо уже упомянутых в числе азербайджанских диалектов Ирана также представлен диалект карапапахов, на котором говорят возле озера Урмия; на некоторых диалектах также говорят в Хорасане (Лотфабад и Дарагаз включительно)[74].
Помимо диалектов имеются также переходные говоры — геокчайский (объединяет особенности восточной и западной групп диалектов), агдашский (объединяет особенности восточной и северной групп диалектов) и джебраильский (объединяет особенности западной и южной групп диалектов)[75]. Речь дманисских азербайджанцев (Грузия) представляет собой казахский диалект азербайджанского языка, но она приобрела отличные от его исходного варианта диалектные особенности, что позволяет говорить об отдельном Дманисском говоре[76].
Кашкайское наречие

Очень близко к азербайджанскому языку кашкайское наречие, на котором говорят кашкайские племена, обитающие в иранской провинции Фарс. Как писал российский востоковед В. В. Бартольд, судя по песням, записанных в 1914 году востоковедом А. А. Ромаскевичем, язык кашкайцев является южнотюркским диалектом, близком к туркменскому и азербайджанскому[77]. По сообщению же Гаррода, шведский востоковед Ярринг, который собирал среди кашкайцев материал по их языку, считал, что их язык почти полностью совпадает с азербайджанским[78].
Советско-российский этнограф С. И. Брук также считал язык кашкайцев близким к азербайджанскому[79]. Тюркологи Т. Ковальский и А. Габайн определили кашкайский как диалект, близкий к азербайджанскому[56]. К. Менгес, в свою очередь, считал кашкайский и язык айналлу близкими к османскому, чем к азербайджанскому[56]. А. Джафароглу и Г. Дёрфер со своей стороны отказались от предположения К. Менгеса о близости кашкайского к османскому[56].
По классификации тюркских языков, предложенной в 1950-х годах немецким лингвистом И. Бенцингом, диалект кашкайцев указан как часть азербайджанского языка южной (огузской) группы тюркских языков[50].  Согласно Краткой литературной энциклопедии, диалект кашкайцев составляет особую группу в системе азербайджанских диалектов[80]. По Большой российской энциклопедии, их язык всего лишь близок к азербайджанскому[81].
Язык/диалект

К. Г. Менгес в своё время описал хорасано-тюркский вначале как диалект туркменского, а спустя несколько лет как диалект азербайджанского (кучанский диалект)[56]. Позже этот язык был идентифицирован как самостоятельный[56]. Michael Knüppel считает, что мнение К. Менгеса о харасано-тюркском как об азербайджанском диалекте было не совсем ошибочным[56].
В качестве азербайджанского диалекта В. Ф. Минорский, М. Мокаддам и Ф. Р. Зейналов рассматривали халаджский язык, но по мнению Г. Дёрфера последний образует самостоятельную ветвь тюркских языков[82][46]. Являясь самостоятельным и своеобразным, халаджский язык, в целом, не выходит за рамки языков огузского типа[82]. Тюрколог и алтаист А. М. Щербак писал: «трудно согласиться с утверждением, что халаджский язык — диалект азербайджанского языка, и вместе с тем нельзя не признать его наибольшую близость прежде всего к азербайджанскому языку, а затем уже к туркменскому и турецкому языкам…»[46]
Венгерский лингвист и востоковед , при изучении в 1936—1937 годах монгольских языков Афганистана, собрал материал по языку афшаров, проживающих в окрестностях Кабула. Он выявил некоторые характерные особенности их языка и позднее определил его в качестве одного из азербайджанских диалектов[83]. Г. Дёрфер считает, что кабульский афшарский можно, но не обязательно, отнести как азербайджанский (или «азероидный») диалект[61]. Примечательно, что свой язык афганские афшары называют азери[84][85].
По мнению немецкого тюрколога  языки айналлу и кашкайский настолько близки к азербайджанскому, что могут называться его диалектами. Он полагает, что кашкайский, сонкорский и айналлу представляют переходные формы между азербайджанским и хорасанско-тюркским[57]. Г. Дёрфер отмечал, что, хотя по лингвистическим признакам сонкорско-тюркский язык и можно отнести к иранским диалектам азербайджанского языка, но его носители чётко отличают своё наречие от азербайджанского языка[86].
История

Азербайджанский язык оформился на территории Азербайджана на основе огузских и кыпчакских племенных языков с преобладанием огузских элементов[88]. Его корни восходят к языку огузских племён Центральной Азии VII—X веков, ставшему языком-предшественником для некоторых современных тюркских языков[89]. Письменных памятников на огузском языке нет, но в словаре караханидского филолога XI века Махмуда Кашгари «Диван-и лугат-ит тюрк» присутствуют словарные единицы и некоторые языковые примечания с пометой «у огузов», а чаще — «у огузов и кыпчаков»[90]. Сведения из этого источника, а также материалы словаря Ибн Муханны (XIV век) указывают на генетическую связь между этими языками и современным азербайджанским языком[88].
Наддиалектное койне представлено фольклорными материалами, как, например «Книгой моего деда Коркута»[1][91].
Периодизация
В истории развития азербайджанского литературного языка тюрколог и этнограф Н. А. Баскаков выделял три периода[92]:
XIV—XVI вв. — период, когда литература ещё создавалась на персидском языке, характеризуется развитием староазербайджанского языка, насыщенного арабскими и персидскими словами.
Вторая половина XIX — начало XX вв. — литературный азербайджанский язык, сближаясь с общенародным разговорным языком, приобретает нормы национального литературного языка.
После Октябрьской революции — литературный азербайджанский язык становится языком «азербайджанской социалистической нации».
До XVIII века
Описывая начальный период развития литературного азербайджанского языка советский историк-востоковед А. Сумбатзаде писал, что азербайджанский язык в тот период «в значительной мере носил общетюркский характер огузской группы этого языка и был понятен в своей основе как азербайджанцам, так и туркменам и туркам»[23]. Немецкий тюрколог , в свою очередь, считал, что в начальном периоде разница между азербайджанским и турецким языками была крайне малой[53]. Другой советский востоковед — А. П. Новосельцев, рассматривал XIV век как время выделения восточнотюркских наречий Малой Азии, Закавказья и Западного Ирана[93].
Письменная, классическая азербайджанская литература берёт своё начало после монгольского завоевания[94]. Первые письменные памятники на азербайджанском языке относятся к XIII веку[95]. Так, наиболее ранним автором, от которого дошли литературные произведения, является живший в конце XIII—начале XIV веков шейх Гасаноглы Иззеддин («Пур-е Гасан»)[94]. До наших дней дошло также стихотворение (пятистишие) на тюркском (азербайджанском) языке современника Гасаноглы — бакинского поэта начала XIV века Насира[96]. По мнению И. П. Петрушевского, уже в это время на азербайджанском говорило громадное большинство населения южного Азербайджана[97].

Поэт конца XIV—начала XV веков Насими создал первые шедевры азербайджанской поэзии, заложив основы азербайджанского литературного языка. Для обогащения литературного языка он широко пользовался притчами, изречениями, примерами, идиомами и т. д. из народно-разговорного языка и устного народного творчества. Согласно же Энциклопедии Британика, азербайджанский литературный язык начал развиваться в XV веке и достиг высокого уровня развития в XVI веке[99]. 

В XVI—начале XIX веков большая часть Азербайджана была под властью Сефевидского, а затем Каджарского Ирана, которым правили шахи из тюркоязычных иранских династий[100]. На протяжении около столетия в Государстве Сефевидов азербайджанский язык стал языком двора, армии и суда[101][102][103][104][105][106]. Большой вклад в развитие литературного азербайджанского языка и литературы внёс шах Исмаил, писавший свои стихи под псевдонимом Хатаи. По замечанию М. Джавадовой, исследовавшей лексику шаха, Хатаи «сыграл важную роль в формировании, утверждении и обогащении азербайджанского литературного языка в первой четверти XVI в. Он был умелым мастером по использованию всех тонкостей азербайджанского языка и его словарного фонда. В этом отношении особенно ценным представляется его сочинение „Дех-намэ“, которое по своим словарным особенностям является одним из примерных сочинений в истории нашего языка»[23]. Сам поэт, шах Исмаил покровительствовал литераторам и собрал при дворе элиту поэтов, в числе которых были творившие на азербайджанском языке Хабиби, Сурури, Матеми, Шахи, Гасими, Кишвери.
Во второй половине XVIII века становится языком государственных актов, официальных переписок в административных учреждениях Кубинского ханства[23]. По мнению А. С. Сумбатзаде, выделение отличного от остальных огузских языков азербайджанского языка завершилось в XVIII веке[23].
С XIX века

Н. Г. Волкова отмечает, что начиная с XVI—XVII веков в трудах Мухаммеда Физули, Ковси Табризи и других азербайджанских авторов начинается сближение азербайджанского литературного и разговорного языков. По её мнению, окончательно азербайджанский литературный язык сблизился с разговорным во второй половине XIX столетия[107].
Вплоть до присоединения к России в XIX в. письменный литературный язык развивался в двух областях: в Южном Азербайджане (с центром в Тебризе) и Ширване (с центром в Шемахе). В связи с этим в различной литературе (научной, художественной, религиозной), издававшейся в те времена в Южном Азербайджане, преобладали элементы диалектов этого региона, а в Ширване — элементы диалектов ширванской группы[108]. Уже в середине XIX века на базе бакинского и шемахинского диалектов оформился современный литературный азербайджанский язык[71]. Если принять во внимание, что понимание персидского языка уже становилось затруднительным среди мусульман Кавказа, и уже развивалась новая литература на местном азербайджанском языке, необходимость созданной в 1852 году «Хрестоматии» Мирзы Шафи и Григорьева, дававшей на живом и понятном языке образцы лучших произведений русской, азербайджанской и персидской литературы, становится очевидной[20]. Стоит отметить также, что ещё к началу 1852 года у Григорьева и Мирзы Шафи был уже закончен «татарско-русский» словарь[20].
Первая когда-либо изданная азербайджанская книга, была в 1780 году в Петербурге и называлась «Канун-и Джадид»[109]. При Ермолове (1820-е годы) в программу Тифлисского благородного училища вместо латинского и немецкого языков был введён азербайджанский (наряду с полевой фортификацией, геодезией, архитектурой)[110].
Период второй половины XIX века характеризуется активным развитием азербайджанского литературного языка. Вместе с этим расширяются сферы его употребления. Так, азербайджанский язык включили в учебные планы уездных и городских училищ. В 1878 году, по настоянию представителей азербайджнаской интеллигенции, при Горийской семинарии открылось азербайджанское отделение. Вслед за этим возникли азербайджанские школы, где обучение происходило на родном языке по новому методу (усули-джадид)[111]. В 1882 году вышел первый учебник на азербайджанском языке Вэтэн дили. В конце XIX века возникли русско-татарские (то есть русско-азербайджанские) школы, где преподавание велось на двух языках. Преподавание в них азербайджанского языка продолжалось до 1914 года, после чего, начиная с 1913/1914 гг., обучение родному языку было отведено только первым двум классам[111]. Что же касается тиража книг и количества их названий, то в дореволюционный период они были весьма невелики. Предназначались они, главным образом, для привилегированных слоёв общества, в то время как народные массы не имели доступа к книге. По данным 1913 года в Азербайджане было издано 273 печатных единиц общим тиражом в 173 тыс. экземпляров, из которых только 32 % тиража вышли на азербайджанском языке[112].
XX век: современный статус
Советский Азербайджан

В мае 1918 года на территории юго-восточного Закавказья была провозглашена независимая Азербайджанская Демократическая Республика (АДР). В новообразованном государстве в начале не было общего подхода какой язык должен быть государственным — турецкий или азербайджанский[113], но уже 27 июня государственным языком АДР был провозглашён тюркский (азербайджанский) язык[114].
После установления Советской власти в Азербайджане азербайджанский язык получает всестороннее развитие. 16 августа 1920 года Азревком издал Декрет «о преподавании языков в школах 1 и 2 ступени», таким образом установив тюркский (азербайджанский) язык одним из обязательных для преподавания с первого года обучения в школах 2 ступени (шестой год обучения) по 4 недельных часа[115]. В июле 1921 года вторая сессия ЗакЦИКа постановила ввести обязательное преподавание в ряде школ высшего типа, а также в техникумах основных языков народов Закавказья и изучение их истории и быта[116]. Уже на следующий день ЦИК Азербайджанской ССР принял декрет о национализации государственных учреждений республики, в том числе внедрения делопроизводства и переписки на азербайджанском языке в государственные органы республики. При АзЦИКе была создана Центральная комиссия по выработке азербайджанской научной терминологии[117].

В советское время в Закавказье только Армения и Грузия смогли включить в свои конституции статьи о государственном языке, в то время как в Советском Азербайджане вплоть до второй половины XX века азербайджанский язык не имел какого-либо статуса. Первые попытки объявить его государственным были предприняты ещё в конце 1940-х — начале 1950-х гг. при тогдашнем руководителе Азербайджанской ССР М. Д. Багирове. Была даже организована комиссия для обеспечения перевода всех учреждений и предприятий республики на азербайджанский язык, но в связи с отстранением, а затем арестом Багирова дело не получило продолжения[40]. Только 21 августа 1956 года был принят закон о дополнении Конституции Азербайджанской ССР 1937 года статьёй о государственном языке, объявившей азербайджанский язык государственным языком в республике[40]. 12 декабря 1958 года был одобрен новый союзный закон «О связи школы с жизнью и о дальнейшем
развитии системы народного образования в СССР», который отменил обязательность изучения национальных языков союзных и автономных республик в русских школах этих республик[118]. В Азербайджане в июне 1959 года было принято постановление об обязательном изучении государственными служащими азербайджанского языка с последующей обязательной же сдачей экзаменов[118]. За это летом 1959 года партийное руководство Азербайджанской ССР подверглось чистке[118].
Дж. Гасанлы полагает, что широкое и повсеместное применение азербайджанского языка, будь то в государственных учреждениях, делопроизводстве а также в учебных и культурных заведениях, «дало толчок развитию национального самосознания»[40]. Ст. 73 следующей Конституции Азербайджанской ССР 1978 года также провозгласила его государственным языком республики[119]. После обретения Азербайджаном независимости, азербайджанский язык был объявлен государственным языком Азербайджанской Республики.
Иранский Азербайджан

В период Конституционной революции 1905—1911 гг. в Иранском Азербайджане на азербайджанском языке стали издаваться демократические газеты, увеличилось число новометодных азербайджанских школ[120]. Пришедшая в 1925 году на смену Каджарам династия Пехлеви, запретила использование азербайджанского языка в образовании, прессе и делопроизводстве. Более того, многие представители тогдашних иранских правящих кругов не признавали даже само существование азербайджанского языка. Некоторые из них утверждали, что это диалект персидского языка, другие выдвигали требования, чтобы азербайджанцы забыли свой язык по той причине, что он, якобы, навязан им чужеземными завоевателями[121].
Ситуация изменилась, когда в августе 1941 года советско-английские войска вторглись в Иран, оккупировав север и юг страны. Азербайджанцы получили возможность говорить и издавать газеты на родном языке. В ноябре 1945 года на территории, занятой советскими войсками, образовалось Национальное правительство Азербайджана, которое 6 января 1946 года объявило азербайджанский язык государственным языком Южного Азербайджана[122]. Для первых семи классов школы были подготовлены и изданы учебники на азербайджанском языке. Заключённое в июне того же года, по итогам переговоров между центральной властью и азербайджанскими демократами, соглашение предусматривало, что в Азербайджане «преподавание в средних и высших школах будет вестись на двух языках — персидском и азербайджанском»[123]. Однако с падением Национального правительства запрет на публичное использование азербайджанского языка был возобновлён[124]. Однако после исламской революции 1979 года была принята новая конституция, которая в ст. 15 провозгласила, что «местные национальные языки могут свободно использоваться наряду с персидским языком в прессе и иных средствах массовой информации, а также для преподавания национальных литератур в школах»[125].
В качестве лингва франка
На протяжении веков азербайджанский язык использовался в качестве лингва франка, обслуживая торговлю и межэтническое общение во всей Персии, на Кавказе и юго-восточном Дагестане. Его межрегиональное влияние продолжалось, по крайней мере, до XVIII века[126].
В Обозрении российских владений за Кавказом, вышедшем в 1836 году, было указано:

По свидетельству А. А. Бестужева-Марлинского в рассказе «Красное покрывало»: «Татарский язык закавказского края отличается от турецкого, и с ним, как с французским в Европе, можно пройти из конца в конец всю Азию»[127]. Подобную мысль высказал учёный-экономист А. Фон-Гакстаузен, путешествовавший по Кавказу в 1843—1844 годах. Он писал: «Это язык сообщения, торговли и взаимного разумения между народами на юге Кавказа. В этом отношении его можно сравнить с французским в Европе. В особенности же он язык поэзии»[128]. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона, издававшегося в конце XIX — начале XX веков, сказано: «простота и доступность сделали это наречие международным языком для всего восточного Закавказья»[19].
Будучи в Тифлисе, Лермонтов принялся учить азербайджанский язык. В 1837 году в своём письме С. А. Раевскому он писал: «Начал учиться по-татарски, язык, который здесь, и вообще в Азии, необходим, как французский в Европе, — да жаль, теперь не доучусь, а впоследствии могло бы пригодиться…»[129].
Дагестан
На протяжении веков азербайджанский язык служил лингва франка (языком межнационального общения) в южном Дагестане[130], где он получил заметное распространение ещё в XVI—XVII веках[131]. Натуралист, статистик и этнограф второй половины XIX века Н. К. Зейдлиц отмечал у жителей это части Дагестана наличие общеразговорного азербайджанского языка[132]. В одном из источников за 1836 год сказано, что в Дербенте местные мусульмане разговаривают на татарском (то есть азербайджанском) и татском языках, но азербайджанский «в большом употреблении не только между мусульманами, но даже между армянами и евреями»[133].
В Самурском округе Дагестанской области азербайджанский язык широко распространился в XVIII—XIX веках; в качестве языка межнационального общения он употреблялся в Самурской долине[134]. Его распространение в долине зафиксировал кавказовед XIX века П. К. Услар, специально изучавший языки народов Кавказа[132].
До XIX века азербайджанский наряду с кумыкским и аварским языками служил также лингва-франка в предгорном и низменном Дагестане[130]. Побывавший в конце XIX века в Дагестане К. Ф. Ган подтверждал «факт, что почти во всём Дагестане тюрко-татарский язык считается, так сказать, интернациональным»[132]. Вместе с тем, у него есть сообщение о неодинаковой степени владения азербайджанским среди различных народов Дагестана: «Что касается тюрко-татарского языка, которым владел мой спутник… то он нам оказал большие услуги в Самурском округе, в Кази-Кумухе его понимали менее, а аварцам он уже был совсем чужд»[132]. Ботаник и энтомолог А. К. Беккер, посетив Южный Дагестан, оставил следующее:

Для жителей даргинских селений Кирки и Варсит он был вторым языком после родного кайтагского, при этом они нередко даже отдавали своих детей на 3-4 месяца в азербайджанские семьи для обучения языку[135].
26 сентября 1861 года в селении Ахты была открыта первая в Самурском округе светская школа для обучения русскому и азербайджанскому языкам[134]. На азербайджанском языке шли первые пьесы зародившегося в начале XX века лезгинского национального театра (первая пьеса на лезгинском была поставлена лишь в 1914 году)[136]. В 1923—1928 годах азербайджанский являлся также единственным официальным языком преподавания в дагестанских школах[137].
Во время переписи 1926 года часть Кюринского, Самурского и Кайтаго-Табасаранского округов заполняли личные листки тюркские (то есть азербайджанские), в то время как на остальной части Дагестана перепись проводилась на русском языке[138].
На азербайджанском выходил первый в Дагестане культурно-просветительский и литературно-художественный журнал «Маариф йолу»[139]. В 1932 году в рутульском селении Рутул начала выходить газета на азербайджанском языке «Гызыл чобан» («Красный чобан»)[140].
Посредством азербайджанского лезгинский поэт-ашуг Сулейман Стальский общался с лакским поэтом и писателем, литературоведом Э. Капиевым, который переводил его на русский[141]. Э. Капиев на съезде фольклористов в 1940 году говорил: «Сулейман диктовал и толковал мне свои стихи по-тюркски (азербайджански — прим.), в процессе того, как я для себя в записной книжке составлял подробный подстрочник и шла так называемая редакторская работа»[142]. Стоит отметить, что по-азербайджански писали многие лезгинские, а также рутульские и табасаранские поэты.
К середине XX века азербайджанский продолжал оставаться языком межнационального общения в Южном Дагестане. Ещё в 1950-х годах советский этнограф Л. И. Лавров отмечал: «В Южном Дагестане почти везде вторым языком является азербайджанский»[132]. Он сообщал, что рутульцы пользуются родным языком «дома, на работе и на собраниях, но если на собраниях присутствуют люди, не знающие этого языка (лезгины, цахуры и пр.), то ораторы чаще всего говорят по-азербайджански»[132]. На нём велось делопроизводство в сельсоветах и колхозах Рутульского района[143]. Что касается библиотек, то они на тот момент, преимущественно, были укомплектованы русскими книгами. Так, в библиотеке избы-читальни селения Шиназ из 1000 книг лишь 30 были на азербайджанском[143]. Также Лавров отмечал, что табасаранский язык постепенно вытеснялся азербайджанским[144]. Будучи в татских сёлах Рукеле и Метаги, он пишет: «Жители первого из них уже пользуются в быту только азербайджанским языком. Во втором говорят и по-азербайджански, и по-татски». А в селе Гемейди, как отмечает Лавров «говорили только по-азербайджански»[144].
Начиная с 1938 и вплоть до 1952 года азербайджанский также служил языком школьного обучения у цахуров, пока его не сменили на русский[145]. В рутульских школах до 1952 года преподавание также велось по-азербайджански. При поступлении в школу, дети уже владели минимальным запасом слов, позволяющих им составить несложные азербайджанские фразы[143]. В числе причин того, что в 1938 году создание для рутульцев письменности было признано нецелесообразным, явилось, как отмечал Л. И. Лавров, «поголовное знание рутульцами такого развитого языка, как азербайджанский»[132]. Другой этнограф Г. А. Сергеева, говоря о рутульцах, констатировала: «не было смысла создавать письменность маленького народа, который хорошо знал язык соседей — азербайджанцев, уже имеющих письменность»[146].
В рутульском с. Хнов, как сообщалось, ещё 90-95 % населения владели азербайджанским языком, на котором они разговаривали при встрече с лезгинами (сам район, где расположено селение, сплошь населён лезгинами)[147]. Особенно крепко он держался в цахурской среде. В 1952 году среди дагестанских цахур азербайджанским языком владело 88 % обследованного населения, а в 1982 года — 87,9 %[132]. Анкетное обследование, проведённое в 1960-х годах среди арчинцев, показало, что 6 % из них знали азербайджанский[148].
Закавказье
Помимо Дагестана, азербайджанский язык был также широко распространён среди народов Закавказья. Ф. Т. Марков отмечал, что ассирийцы между собой говорили на айсорском, «а в сношениях с другими национальностями пользуются татарским (то есть азербайджанским)», общепринятым в Эриванском уезде[149].
Его знали тушинцы, представители одной из этнографических групп грузин. Тушины-овцеводы арендовали у азербайджанцев земли (Ширак), на которых они вели общение как с азербайджанцами, так и с дагестанцами; между ними происходил широкий обмен товарами и продуктами. Советско-грузинский этнограф Р. Л. Харадзе, исследовавшая семейную общину грузин, писала: «поэтому тушины с детства обучали мальчиков азербайджанскому языку, определяя их для этого обычно на год в семьи своих кунаков-азербайджанцев. Почти в каждой семейной общине тушин имелся по крайней мере один член, знающий азербайджанский язык», который назывался «меене» (буквально «специалист по языку»)[150]. Такой человек помогал в установлении взаимоотношения общины с соседними народами[150].
В прошлом, как известно, существовала точка зрения о едином татском народе, который представлен «татами-мусульманами», «татами-христианами» (армяно-татами или татоязычными армянами) и «татами-иудеями» (горские евреи, носители одного из татских диалектов). Как татоязычные мусульмане, так и татоязычные христиане владели азербайджанским языком. Иранист Б. В. Миллер отмечал, что ещё в 1912 году армянский священник, не знающий татского языка, вынужден был произносить проповеди на азербайджанском как более понятном для «армяно-татского» населения с. [151][152].
В ряде селений северо-западной части Азербайджана азербайджанский язык стал языком общения как с азербайджанцами, так и между аварцами и цахурами (например, в с. Юхары Чардахлар)[153]. В Илисуйском султанате, который существовал в этом крае, в качестве языка дипломатический переписки на Кавказе частично употреблялся арабский[154]. Между тем, местное население (аварцы, цахуры, ингилойцы и азербайджанцы) было знакомо с азербайджанским. Султан Даниял-бек, который переписывался со своим русскими и дагестанскими корреспондентами по-арабски, в конфиденциальном письме к генералу Меликову писал следующее: «Если вам окажется необходимым писать к нам письмо, то пишите оное собственноручно и по-татарски, потому что письма на этом языке мы разбираем без затруднения»[154]. В связи с этим И. Ю. Крачковский и А. Н. Генко вопрошали, было ли это вызвано собственными интересами султана или интересами его корреспондента[154].
Лингвистические контакты с другими языками

Табасарано-азербайджанские
Двуязычие в ходе длительного соприкосновения двух этнических общностей приводило к тому, что азербайджанский вытеснял из общения языки соседних народов. В конце XVIII — начале XIX века вторым язык табасаранцев уже был азербайджанский, влияние которого у них усилилось в 1860-х годах[155]. Процесс вытеснение табасаранского языка азербайджанским происходил среди южных табасаранцев, в то время как у северных табасаранцев, территориально более отдалённых от азербайджанцев, им владело только мужское население[155]. Для табасаранцев азербайджанский служил не только языком близкого соседа, с которыми они имели экономические, семейно-бытовые связи (в том числе частые смешанные браки) и по территории которого проходил их торговый путь; посредством него они могли общаться с дербентскими азербайджанцами в торговых делах[132].
Свидетельства об утрате ими родного языка встречаются ещё во второй половине XIX века. Например, в 1870-х годах лингвист и этнограф Л. П. Загурский отмечал, что «табасаранцы уже забывают всё более и более свой родной язык, уступающий место азербайджанскому наречию»[132]. Об этом в тот же период писал А. К. Беккер: «тюрко-азербайджанское наречие произвело ощутимое влияние на некоторые горские языки, а табасараны, живущие поблизости к Дербенту, забывают всё более и более родную речь»[132]. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона, издававшегося в 1890—1907 годах, встречаем то же самое: «вследствие близкого соседства и постоянных сношений с последними, табасаранцы усвоили себе их азербайджанское наречие и забывают понемногу свой родной язык»[19]. Более того, этот процесс продолжался и во второй половине XX века. Л. И. Лавров, побывавший в 1959 году в Табасаранском районе, сообщал: «Табасаранский язык постепенно вытесняется азербайджанским, который в районе знают почти все»[156].
Факт владения этим языком зафиксирован немецким лингвистом и этнографом А. Дирром, исследовавшим в начале XX века дагестанские языки: «…знание татарского языка довольно сильно распространено среди табасаранцев, но не больше, чем среди других народов Восточного и Южного Дагестана, и женщины его совсем не знают»[132]. В то же время он относил табасаранский к тюрко-татарским языкам: «В языке табасаран замечается сильное стремление уравнивать между собой гласные звуки одного слова — это характерная черта тюрко-татарского языка»[156]. По его замечанию азербайджанский оказал влияние не только на лексику, но и на грамматику табасаранского языка[156].
В табасаранской лексике в настоящий момент много заимствований из азербайджанского языка[157], в том числе сложные глаголы (ишлетмиш апӀуб — «использовать», бахиш апӀуб — «подарить», къаршуламиш апӀуб — «встречать», тебрик апӀуб — «приветствовать»)[158]; под его влиянием в табасаранском языке также присутствует сингармонизм гласных[159].
Азербайджано-татские
Вытеснение из обихода родного языка, аналогичное табасаранскому, развивалось и в азербайджанско-татской контактной зоне (среди татов Дагестана и Азербайджана), но уже более интенсивно. Для татов владение языком крупного по численности соседа способствовало ведению торговых операций с ним[132]. Посредством азербайджанского языка также можно было общаться с народами Дагестана, особенно Южного, где он имел широкое хождение[132].
То, что азербайджанский вытеснял татский язык, упоминал ещё в XIX веке А. К. Беккер[132]. В 1873 году Дербентский градоначальник А. В. Комаров, говоря о татских селениях Джалган, Митаги, Кемах, Зидьян, Бильгади, Гимейди и Рукель, отмечал, что «в последние годы татский язык в этих селениях начал заменяться тюрко-азербайджанским; теперь им говорят только старики и женщины»[160]. Немного позже, ещё одно свидетельство оставил антрополог К. М. Курдов: «…таты избегают говорить на своём языке… Жители с. Рукель постановили целым обществом не говорить на своём родном языке, и теперь только некоторые старики понимают по-татски, остальное же население все поголовно говорит по татарски. Такое же отрицательное отношение к родному языку наблюдается и среди жителей других татских селений»[161][162].
По переписи 1926 года, среди табасаранцев и татов для себя родным языком считали азербайджанский 7,2 и 7,3 % соответственно[132]. Во второй половине XX века ещё отмечены процессы перехода целых татских семей на азербайджанскую речь и утрату ими родного языка. Так, по наблюдению советско-российского лингвиста А. Л. Грюнберга:

С другими языками
Этноязыковые процессы происходили и на северо-западе Азербайджана. Те селения, где по преданию говорили на цахурском, во второй половине XIX века уже говорили по-азербайджански[163]. Не обошли стороной и носители языка тати, проживающие на Северо-Западе Ирана. По замечанию иранского исследователя Джалал Ал-и Ахмада «большая часть татов стала двуязычной; азербайджанский язык, идущий от Зенджана и Марагэ, подобно урагану сметает на своём пути все встречающиеся иранские говоры и диалекты. Правда, в тех селениях, где полностью господствует азербайджанский язык, всё же терминология, связанная с исконным занятием населения — земледелием, остаётся на татском языке»[164][165]. Он указывает только 9 из 28 селений, входящих в район Зохра (селения Сагзабад, Ибрахимабад, Шал, Исфарварин, Хиёра, Хузинин, Такистан, Данисфан, Иштихард), где язык тати остаётся основным языком[165].
Письменность

На протяжении XX века письменность азербайджанского языка поменялась четыре раза. В настоящее время используется несколько вариантов письменности — на основе латиницы в Республике Азербайджан, на основе арабского письма в Иранском Азербайджане и на основе кириллицы в Дагестане.
Арабское письмо
До 1920-х годов азербайджанцы пользовались арабским письмом. Его использовали по-разному (с дополнительными знаками или без них), но до и после революции применяли упрощённую форму арабского письма, без дополнительных знаков[166]. Дополнительные знаки, которые использовали азербайджанцы, были характерны для тюркских языков (ڭ, گ, ۋ, ﭺ, پ, ژ)[167]. Арабское письмо не соответствовало строю азербайджанского языка[166]. К тому же это была довольно трудная графическая система, на что обращали внимание некоторые деятели азербайджанской культуры. Например, ещё в XVI веке поэт Физули указывал на сложность арабского письма[168].

Первым, кто выступил с проектом реформы алфавита, стал философ-материалист и писатель-драматург Мирза Фатали Ахундов. В 1857 году он составляет первый проект реформы арабского алфавита и с целью его поддержки ездит в Константинополь, где его проект отвергают[169]. После безуспешных попыток[169] он в 1873 году на основе латинского и русского алфавитов составил новый алфавит[170]. Этот алфавит, включавший 42 знака[169], полностью заменял силлабический арабский и был приспособлен к звуковым особенностям азербайджанского языка[170]. После него вопрос о негодности арабского алфавита и орфографии поставил Мирза Магомет Афшар, составивший первый систематический курс грамматики азербайджанского языка на тюркском языке (другие грамматики — М. Казембека и А. Везирова, были написаны по-русски)[171]. Дело же М. Ф. Ахундова по совершенствованию алфавита продолжил филолог Мамедага Шахтахтинский[22].
В XX веке борьба за новый алфавит приняла уже массовый характер[166]. Вопрос о латинизации азербайджанского языка вновь поднимался в 1906 году[172]. В то же время разворачивается борьба за упрощение правил правописания исконных и заимствованных слов. В учебнике «Икинджи Ил» (ا ﻳﮑﻴﻨﺠﯽ ا ﻳﻞ), изданном в 1907—1908 годах методистом М. Махмудбековым в сотрудничестве с ещё пятью авторами, а также в изданной в 1911 году книге «Имламыз» (ا ﻣﻼ ﻣﺰ) того же М. Махмудбекова, находят своё отражение высказывания об азербайджанской орфографии. В числе предложенных им принципов было увеличение количества харакат и отображение на письме закона сингармонизма[166]. Различные вопросы азербайджанской орфографии находили своё место в статьях журнала Молла Насреддин[166].
Латинизация

Лишь после окончания гражданской войны в России и установления Советской власти на Кавказе и в Средней Азии, началась борьба за замену арабского алфавита латинским. Пионером латинизации в СССР явился Азербайджан[174]. В 1925 году в Баку был основан Всесоюзный центральный комитет нового алфавита (ВЦКНА) во главе с председателем ЦИК Азербайджанской ССР Самед Ага Агамалы оглы[175]. На I Всесоюзном тюркологическом съезде, состоявшемся в марте 1926 года в Баку, было принято решение о поэтапной латинизации всех тюркских языков. К 1929 году арабский алфавит был заменён яналифом на основе латиницы (планировалось ещё во времена независимости АДР в 1918—1920 гг.).








































A aB bC cÇ çD dE eƏ əF fG gĞ ğH hX xI ıİ iJ jK kQ qL lM mN nO oÖ öP pR rS sŞ şT tU uÜ üV vY yZ z
Введение кириллицы
В  начале 1939 были начаты обсуждения о переводе в Азербайджанской ССР с латиницы на кириллицу[176] (процесс кириллизации затронул все тюркские языки СССР), и  15 ноября того же года был утверждён новый алфавит и была введена кириллица. В 1947 году в алфавите были сделаны изменения и буква Цц была исключена. В 1958 году алфавит опять был реформирован, что обеспечило его большую приспособленность к нуждам азербайджанского языка[177]. Буквы Ээ, Юю, Яя были исключены, а букву Йй заменили с Јј[177]. Алфавит насчитывал 32 буквы и апостроф[178].








































А аБ бВ вГ гҒ ғД дЕ еӘ әЖ жЗ зИ иЈ јК кҜ ҝЛ лМ мН нО оӨ өП пР рС сТ тУ уҮ үФ фХ хҺ һЧ чҸ ҹШ шЫ ы'
Современная латиница
В 1991 году алфавит был переведён на латинскую основу, отличающуюся от первичного варианта 1929—39 годов, но приближенную к орфографическим нормам турецкого языка.
Процесс начинался с занятий в школах по обучению новому латинскому алфавиту.
До конца века в прессе разрешалось использование и кириллицы и латиницы.
Процесс полного перехода на латиницу был завершён в 2001 году.
По указу уже с 1 августа 2001 года любое печатное издание, включая газеты и журналы, а также документация в госучреждениях и частных фирмах должны были писаться только латиницей[179]. Современный азербайджанский латинский алфавит насчитывает 32 буквы[177].
В 2004 году по распоряжению Президента Азербайджанской Республики было начато издание необходимой литературы на основе новой латинской графики[180].








































A aB bC cÇ çD dE eƏ əF fG gĞ ğH hX xI ıİ iJ jK kQ qL lM mN nO oÖ öP pR rS sŞ şT tU uÜ üV vY yZ z
Лингвистическая характеристика
Фонетика
В азербайджанском языке 9 гласных и 23 согласных фонемы[181]. Существуют следующие согласные фонемы (между косыми чертами — фонемы в МФА; в угловых скобках — буквы кириллицы и латиницы):

Примечания
/k/ встречается лишь в заимствованиях из русского и европейских языков; пишется так же, как и /c/ — ⟨к⟩ ⟨k⟩.
/x/ ⟨х⟩ ⟨x⟩ может произноситься как [].
/ɣ/ ⟨ғ⟩ ⟨ğ⟩ никогда не встречается в начале слов.
/h/ ⟨һ⟩ ⟨h⟩ всегда встречается лишь в начале слов.
/ɟ/ ⟨ҝ⟩ ⟨g⟩ редко встречается на концах слов (редкие исключения: әнҝ/əng «нижняя челюсть», чәнҝ/çəng «онемение» и др.).
/ɡ/ ⟨г⟩ ⟨q⟩ в конце слов приближается к /x/ ⟨х⟩ ⟨x⟩.
В большинстве диалектов /c/ ⟨к⟩ ⟨k⟩ в конце слов и перед глухими согласными произноситься как [] (чөрәк/çörək [t͡ʃøˈræç] «хлеб»; сәксән/səksən [sæçˈsæn] «восемьдесят»); между гласными — как [] (ҝөзлүк/gözlük [ɟøzˈlyç] «очки», ҝөзлүкүм/gözlüküm «мои очки» [ɟøzlyˈʝym]).
Диалектные особенности
/t͡ʃ/ и /d͡ʒ/ произносятся как [t͡s] и [d͡z] в некоторых диалектах (Тебриз, Киркук, Нахичевань, Карабах).
/w/ существует в диалекте Киркука как аллофон /v/ в арабских заимствованиях.
В бакинском диалекте /ov/ может реализовываться как дифтонг [oʊ], а /ev/ и /øv/ — как [œy].
В западных диалектах /d͡ʒ/ произносится как /ʒ/.


Примечания
В литературном языке отсутствуют носовые и дифтонги (но есть в диалектах).
Гласный /ɯ/ ⟨ы⟩ ⟨ı⟩ не встречается в начале слов.
В заимствованных словах из арабского возможны долгие гласные (на письме не обозначаются). Из-за колебаниях в произношении (некоторые заимствования могут произноситься как с долгими, так и краткими) фонемный статус долгих гласных оспаривается. В исконных словах долгих гласных нет.
Кроме вышеперечисленных фонем, в некоторых диалектах и говорах употребляются аффрикаты ц и дз, а также межзубный ∂ (как в башкирском и туркменском) и велярный смычный носовой звук н (как в немецком слове dinge)[183].
Морфология
В азербайджанском языке существуют следующие знаменательные части речи: существительное, прилагательное, местоимение, числительное, глагол, наречие; служебные части речи: послеслоги, союзы, частицы, модальные слова; и междометия[1].
Имя существительное
Имя существительное в азербайджанском языке имеет грамматические категории числа, принадлежности, падежа и сказуемости. В то же время отсутствуют категории рода, класса и одушевлённости[181]. В азербайджанском языке имена существительные бывают как собственные, так и нарицательные. Последние составляют основную массу имён существительных, представляющие собой общие названия однородных предметов и соответствующих им понятий[183]. Помимо этого, имена существительные также бывают конкретными и отвлечёнными. Если первые обозначают предметы и явления, которые непосредственно воспринимаются органами чувств (примеры: daş — «камень», ayaq — «нога», palıd — «дуб»), то последние выражают качество, состояние, действие или определённое общее понятие (примеры: sözlük — словарь, acizlik — бессилие, inanış — «доверенность»)[184]. Функциями имён существительных собственных же служат обозначение отдельных индивидуумов и единичных предметов с целью отличить их от других однородных существ, событий и предметов[183].
Падежная система
В азербайджанском языке различают 6 падежей[183][1]:
основной (adlıq hal) — предназначен для выражения субъекта, неопределённого объекта или атрибута;
родительный (yiyəlik hal) — выражает принадлежность и определённость;
дательно-направительный (yönlük hal) — означает направление или конечный пункт движения;
винительный (təsirlik hal) — падеж прямого дополнения при переходном глаголе;
местный (yerlik hal) — служит для выражения местонахождения или местопребывания предмета;
исходный (çıxışlıq hal) — обозначает предмет, от которого направлено движение.
Но в различные периоды истории в учебниках по грамматике азербайджанского языка указывалось различное количество падежей[185].
Так, в учебнике 1918 года под названием «Рахбари-сарф» Г. Мирзазаде указывалось 6 падежей существительного, но их названия приводились на арабском языке: мафул бех, мафул илейх и др. В учебнике «Грамер» 1934 года, написанном И. Гасановым и А. Шарифовым, приводятся семь падежей, но отдельными терминами они не обозначаются, а вместо этого нумеруются как первое склонение, второе склонение и т. д.[185]
В книге «Грамматика», изданной без авторства в 1937 году, отмечается, что у существительного в азербайджанском языке имеются 7 падежей. Падежи здесь называются следующим образом: именительное склонение, родительное склонение, винительное склонение и т. д. В «Грамматике» А. Демирчизаде и Д. Гулиева, вышедшей в 1938 году, отмечаются шесть падежей существительного: adlıq («именительный»), yiyəlik («родительный»), yönlük («дательный»), təsirlik («винительный»), yerlik («предложный»), çıxışlıq («творительный»)[185].
Данное деление повторяется и в современных учебниках азербайджанского языка[185].
Категория залога
В азербайджанском языке существует пять залогов: основной, совместно-взаимный, возвратный, страдательный и понудительный. Основной залог не имеет каких-либо показателей. Глаголы этого залога могут быть как переходными, так и непереходными, что, в свою очередь, зависит от лексического значения глагола (например, yatmaq «спать» — непереходный, а yazmaq «писать» — переходный). Посредством аффиксов -аş/-əş/-ş/-ış/-iş/-uş/-üş/ от переходных и непереходных глаголов образуются формы совместно-взаимного залога (например, dalaşmaq «драться» barışmaq «помириться»)[1].
Формы возвратного залога образуются у переходных глаголов посредством аффиксов -ın/-in/-un/-ün/-n, -ıl/-il/-ul/-ül, -ış/-iş/-uş/-üş/-ş. Что касается страдательного залога, то он также образуется у переходных глаголов, но при помощи аффиксов -ıl/-il/-ul/-ül или ın/-in/-un/-ün. Понудительный залог, глаголы которого всегда являются переходными, образуется с помощью аффиксов -t и -dır/-dir/-dur/-dür/[1].
Лексика
В азербайджанском языке выделяются три лексических пласта: исконно азербайджанские слова, арабские и персидские заимствования, заимствования из русского языка[186]. По предположению ряда учёных, азербайджанский язык в своей лексике сохранил также следы мидийского и древнеалбанского языков[187]. Основной лексический фонд азербайджанского языка составляют исконно азербайджанские слова, многие из которых имеют материальные соответствия в родственных тюркских языках. К таковым относятся слова, обозначающие родственные отношения, названия животных, частей тела и органов, имена числительные, прилагательные, личные местоимения, глаголы и т. п.[186].
В Средние века в книжный азербайджанский язык вошло значительное количество слов арабского происхождения[181]. Профессор арабского языка и литературы Каирского университета Хани ас-Сиси, выступая в 2009 году в Азербайджанской дипломатической академии на тему «Арабские корни азербайджанского языка», отметил, что в азербайджанском языке около 10 тыс. слов с арабскими корнями, причём сегодня в азербайджанском языке сохранились умершие арабские слова и выражения, которые уже не используются самими арабами[188]. Арабские слова охватывают как бытовую, так и терминологическую лексику, а наличие иранизмов объясняется существовавшими в течение длительного времени азербайджано-персидскими взаимоотношениями. Вместе с тем наряду с арабо-персидскими словами в языке часто выступают их синонимы — слова азербайджанского происхождения, по кругу своего употребления, превосходящие первые: к примеру, ölçü «мера» (азерб.) — мигjас (араб.), incə «тонкий» (азерб.) — назик (перс.)[189].
Литература

Огузский героический эпос «Китаби Деде Коркуд»[190][191] в окончательно оформившемся виде относится к XIII—XV векам, хотя восходит к обще-огузской литературной традиции более ранней эпохи, и является общим литературным достоянием турок, узбеков, туркмен и некоторых др. тюркских народов.
Литературный азербайджанский язык начинает формироваться параллельно с формированием азербайджанской народности. Литература на языке азербайджанских тюрков формировалась в XIV—XV веках[192]. Самый ранний сохранившийся памятник авторской литературы на азербайджанском языке относится к XIV веку — это одна газель Иззеддина Гасаноглы[193][194][195]. Современный литературный азербайджанский язык сформировался с середины XIX века, благодаря ряду прогрессивных литературных деятелей и просветителей (М. Ф. Ахундов, Д. Мамедкулизаде, М. А. Сабир); новый этап в его развитии связан с созданием Азербайджанской Демократической Республики в 1918 году и консолидацией нации.
Газеты и книги на азербайджанском языке издаются с 1820—1830 гг.[196]
Современное состояние
Азербайджанский язык является государственным языком Азербайджанской Республики и одним из официальных языков Республики Дагестан (Россия).
18 июня 2001 года президент Азербайджана Гейдар Алиев подписал Указ «О совершенствовании применения государственного языка», согласно которому, с 1 августа 2001 года повсеместно осуществлялся переход азербайджанского алфавита на латинскую графику. Указом его же, от 9 августа 2001 года, был учреждён «День азербайджанского алфавита и языка». Согласно этому Указу ежегодно 1 августа отмечается в Азербайджане как День азербайджанского алфавита и азербайджанского языка[197].
Примечания
Комментарии

Источники

Ссылки





Литература
Статьи

Монографии





</ref>.