Question: Были масштабные войны в период Викториа́нской эпо́хи?

Викторианская эпоха



Викториа́нская эпо́ха (1837—1901) — период правления Виктории, королевы Британской империи, Ирландии и Индии.
Викторианский период в истории Англии можно считать одним из самых значимых и важных. Эту эпоху нельзя представлять себе как что-то однородное, поскольку она характеризуется быстрыми переменами во многих сферах человеческой жизни. Это были технологические, демографические сдвиги, изменение мировосприятия людей, изменения в политической и социальной системе. Один из английских историков отмечал, что «такие быстрые и постоянные перемены в сфере экономической и духовной жизни» были возможны потому, что «в этот период не было ни значительной войны, ни боязни катастрофы извне, в течение всего периода существовал интерес к религиозным вопросам, и происходило быстрое развитие научной мысли и самодисциплинирования человеческой личности»[1].
Отличительной чертой этой эпохи является отсутствие масштабных войн, что позволило стране интенсивно развиваться — в частности в сфере развития инфраструктуры, строительства железных дорог. В области экономики в этот период продолжались промышленная революция и развитие капитализма. Для социального облика эпохи характерен строгий моральный кодекс (джентльменство), закрепивший консервативные ценности и классовые различия. В области внешней политики продолжалась колониальная экспансия Британии в Азии («Большая Игра») и Африке («драка за Африку»).
Исторический обзор эпохи
Виктория наследовала престол после смерти своего дяди, бездетного Вильгельма IV, 20 июня 1837 года. Вигийский кабинет лорда Мельбурна, который королева застала при своём воцарении, опирался в нижней палате на смешанное большинство, только отчасти состоявшее из старых вигов. В состав его входили, кроме того, радикалы, стремившиеся к расширению избирательного права и к краткосрочным парламентам, а также ирландская партия, руководимая О’Коннелем. Противники министерства, тори, были воодушевлены твёрдой решимостью противодействовать всякому дальнейшему торжеству демократического принципа. Новые выборы, назначенные вследствие перемены монарха, усилили консервативную партию. Большие города Англии, Шотландии и Ирландии голосовали преимущественно в пользу либеральных и радикальных фракций, но английские графства большей частью избрали противников министерства.
Между тем политика прежних лет создала для правительства значительные затруднения. В частности, в Канаде нарастало противостояние между метрополией и местным парламентом. Министерство получило разрешение приостановить действие канадской конституции и отправило в Канаду графа Дергама. Дергам действовал энергично и искусно, но оппозиция обвинила его в превышении должностных обязанностей, вследствие чего он был вынужден подать в отставку.
Авторитет Лондона был также слаб и в Ирландии. Утверждения ирландского десятинного билля министерство могло добиться не иначе, как после совершенного устранения аппроприационного параграфа.
Чартизм

В то время радикалы образовали крайнюю фракцию, которая разработала «Народную хартию» — петицию парламенту, где требовала всеобщего избирательного права, тайной подачи голосов, ежегодно возобновляемых парламентов и т. п. Начиная с осени 1838 года чартисты подняли сильную агитацию на сходках, собирали подписи для петиций и созвали в начале 1839 года так называемый национальный конвент в Лондоне, ища себе сторонников среди рабочего населения фабричных городов. Восстание, поднятое летом 1839 года, было подавлено; главные лидеры чартистов были отданы под суд и отправлены в ссылку. Чартизм добился уменьшения рабочего дня.
Внешняя и внутренняя политика
Весной 1839 года англичане успешно воевали с Афганистаном, который с этого времени стал как бы передовым прикрытием их ост-индских владений и предметом ревнивой опеки со стороны Англии.
В мае того же года разразился министерский кризис, непосредственным поводом к которому послужили дела острова Ямайки. Несогласия между метрополией, уничтожившей в 1834 году невольничество негров, и интересами плантаторов на острове угрожали привести к такому же разрыву, как в Канаде. Министерство предложило приостановить на несколько лет действие местной конституции. Этому воспротивились как тори, так и радикалы, и предложение министерства было принято большинством всего 5 голосов. Оно подало в отставку, но снова приняло на себя ведение дел, когда попытки Веллингтона и Пиля составить новый кабинет окончились неудачей — между прочим, вследствие того, что Пиль требовал замены статс-дам и фрейлин королевы, принадлежавших к вигским семействам, другими, из лагеря тори, а королева не хотела на это согласиться (в английской конституционной истории этот вопрос известен под именем «Спальный вопрос» English: Bedchamber question). Парламентская сессия 1840 года была открыта торжественным извещением о предстоящем браке королевы Виктории с принцем Альбертом Саксен-Кобург-Готским; бракосочетание состоялось 10 февраля.
15 июля 1840 года представители Англии, России, Австрии и Пруссии заключили договор, имевший целью положить конец раздорам между Портой и египетским пашой. Мехмед-Али отверг решение конференции, рассчитывая на помощь Франции, оскорблённой отстранением от участия в таком важном деле; но этот расчёт не оправдался. Английская эскадра, подкреплённая турецкими и австрийскими военными силами, произвела в сентябре высадку в Сирии и положила здесь конец египетскому владычеству.
Торжество внешней политики нисколько не упрочило положения министерства; это обнаружилось во время парламентской сессии, открывшейся в январе 1841 года. Правительство терпело одно поражение за другим. Уже в 1838 году в Манчестере образовалась под предводительством Ричарда Кобдена, так называемая лига против хлебного закона, поставившая себе задачей отмену существующей покровительственной системы и, главным образом, пошлин на привозный хлеб. Встреченная с яростью аристократией и землевладельцами, извлекавшими громадные выгоды из высокого тарифа, лига требовала свободного ввоза всех предметов продовольствия как единственного средства поднять упавшие государственные доходы, улучшить положение рабочих классов и облегчить конкуренцию с другими государствами. Отчасти под давлением финансовых затруднений, отчасти в надежде найти поддержку в противниках хлебной пошлины, министерство возвестило о своём намерении приступить к пересмотру хлебных законов. Вслед за этим по вопросу о налоге на сахар оно было побито большинством 317 голосов против 281. Министерство распустило парламент (23 июня).
Консервативная партия, превосходно организованная и руководимая Пилем, одержала победу, и когда в новом парламенте министерский проект адреса был отклонен сильным большинством, министры подали в отставку. 1 сентября 1841 года образовался новый кабинет. Во главе его стоял Пиль, а главными членами были герцоги Веллингтон и Бэкингем, лорды Линдгерст, Стэнли, Абердин и сэр Джeмс Грэгам. И раньше уже, по вопросу об эмансипации католиков, показавший некоторую чуткость к требованиям времени Пиль в феврале 1842 года выступил в нижней палате с предложением понизить ввозную пошлину на хлеб (с 35 шиллингов на 20) и принять принцип постепенно понижающихся тарифных норм. Все контрпроекты безусловных сторонников свободной торговли и протекционистов были отвергнуты, и предложение Пиля было принято, равно как и другие финансовые меры, направленные к покрытию дефицита (введение подоходного налога, уменьшение косвенных налогов и т. п.). В это время снова заявили о себе чартисты, внеся в парламент исполинскую по числу подписей петицию с изложением своих требований. Они нашли сильную опору в лице фабричных рабочих, чьё недовольство подпитывалось кризисом в торговле, затишьем в промышленном производстве и высокими ценами на основные товары. Несогласие с Северо-Американскими Штатами из-за границ было улажено конвенцией 9 августа 1842 года. Натянутость отношений к Франции, вызванная договором 1840 года, всё ещё оставалась; отголоском её был отказ французского правительства подписать заключённую великими державами конвенцию об уничтожении торговли невольниками и о праве обыска подозрительных кораблей (English: droit de visite).
Старые раздоры с Китаем из-за торговли опиумом привели ещё в 1840 году к открытой войне. В 1842 году эта война приняла благоприятный для англичан оборот. Они поднялись вверх по Янцзы до Нанкина и продиктовали китайцам мир. Англичанам был уступлен остров Гонконг; для торговых сношений были открыты 4 новые гавани.
В Афганистане быстрый успех 1839 года ослепил англичан; они считали себя хозяевами страны и были застигнуты врасплох восстанием афганцев, неожиданно вспыхнувшим в ноябре 1841 года. Доверившись коварному врагу, англичане выговорили себе свободный выход из страны, но на обратном походе в Индию потерпели страшные потери от климата, лишений и фанатизма жителей. Вице-король, лорд Элленборо, решился отомстить афганцам и летом 1842 года отправил против них новые войска. Афганцы были разбиты, города их разрушены, оставшиеся в живых английские пленные освобождены. Опустошительный характер похода вызвал резкое порицание со стороны оппозиции в палате общин. 1843 год прошёл тревожно.
Католическое направление некоторой части англиканского духовенства (см. Пьюзеизм) все более и более разрасталось. В Шотландии произошёл разрыв между государственной церковью и пресвитерианским толком нонинтрузионистов. Главные затруднения предстояли правительству в Ирландии. С самого вступления в должность торийского министерства Даниел О’Коннел возобновил свою агитацию в пользу расторжения унии между Ирландией и Англией (English: Repeal). Он собирал теперь сходки в 100 000 человек; можно было ожидать вооружённого столкновения. Против О’Коннела и многих его сторонников было возбуждено уголовное преследование. Судебное разбирательство несколько раз откладывалось, но в конце концов агитатор был признан виновным. Палата лордов кассировала приговор вследствие формальных нарушений закона; правительство отказалось от дальнейшего преследования, но агитация уже не достигала прежней силы.
В сессии 1844 года на первый план выдвинулся опять вопрос о хлебных законах. Предложение Кобдена относительно полной отмены хлебной пошлины было отвергнуто нижней палатой большинством 234 голоса против 133; но уже при обсуждении фабричного билля, когда известному филантропу лорду Эшли (позднее граф Шефтсбери) удалось провести предложение о сокращении рабочего дня до 10 часов, стало ясно, что правительство не располагает больше прежним прочным большинством.
Главнейшей финансовой мерой в 1844 году был банковый билль Пиля, давший английскому банку новую организацию.
В том же году произошла важная перемена в высшей администрации Ост-Индии. В декабре 1843 года лорд Элленборо предпринял победоносный поход против округа Гвалиор в Северном Индостане (ещё раньше, в 1843 году, был покорен Синд). Но именно эта воинственная политика вице-короля в связи с беспорядками и подкупами в гражданском управлении, вызвали вмешательство дирекции Ост-Индской компании. Пользуясь предоставленным ей законом правом, она сменила лорда Элленборо и назначила на его место лорда Гардинга. В 1845 году завершился внутренний распад прежних партий.
Все совершенное Пилем в сессии этого года было достигнуто им при помощи его прежних политических противников. Он предложил увеличить средства на содержание католической семинарии в Майнуте, которая, будучи единственным государственным учреждением этого рода в Ирландии, представляла плачевный контраст с роскошной обстановкой школ англиканской церкви. Это предложение вызвало сильнейшую оппозицию на министерских скамьях, рельефно обрисовавшую все бессердечие староторийского и англиканского правоверия. Когда 18 апреля билль был допущен ко второму чтению, прежнее министерское большинство уже не существовало. Пиль приобрел поддержку 163 вигов и радикалов. Церковная агитация получила новую пищу, когда министры выступили с предложением учредить три высшие светские коллегии для католиков, без права вмешательства государства или церкви в религиозное преподавание.
Из-за этой меры Гладстон, тогда ещё строгий церковник, вышел из кабинета; когда она была внесена в парламент, англиканские высокоцерковники, фанатики католицизма и О’Коннел одинаково разразились проклятиями против безбожного проекта. Тем не менее, билль был принят громадным большинством. Ещё резче это изменённое положение партий обозначилось в экономических вопросах. Результаты последнего финансового года оказались благоприятными и показали значительный прирост подоходного налога. Пиль ходатайствовал о продолжении этого налога ещё на три года, предполагая, вместе с тем, допустить новое понижение таможенных сборов и совершенное уничтожение вывозных пошлин. Предложения его вызвали неудовольствие тори и землевладельцев, но встретили горячую поддержку в прежней оппозиции и были приняты при её помощи.
Тем временем в Ирландии неожиданно разразился страшный голод вследствие неурожая на картофель, составлявший почти единственную пищу беднейших классов населения. Народ умирал и десятками тысяч искал спасения в эмиграции. Благодаря этому агитация против хлебных законов достигла высшей степени напряжения. Предводители старых вигов открыто и бесповоротно примкнули к движению, которое до тех пор находилось в руках Кобдена и его партии. 10 декабря министерство подало в отставку; но лорд Джон Рассел, которому поручено было составить новый кабинет, встретил не меньше затруднений, чем Пиль, и возвратил королеве свои полномочия.
Пиль преобразовал кабинет, в который вновь вступил Гладстон. Вслед за тем предложена была Пилем постепенная отмена хлебных законов. Часть старой торийской партии последовала за Пилем в лагерь свободной торговли, но главная масса ториев подняла яростную агитацию против своего прежнего вожака. 28 марта 1846 года второе чтение хлебного билля было принято большинством 88 голосов; все изменения, отчасти предложенные протекционистами, отчасти клонившиеся к немедленной отмене всех хлебных пошлин, были отвергнуты. Билль прошёл и в верхней палате благодаря влиянию Веллингтона.
Несмотря, однако, на этот успех и громадную популярность, приобретенную Пилем проведением своей великой экономической реформы, личное положение его становилось все более затруднительным. В борьбе против ядовитых нападок протекционистов — в особенности Дизраэли, который вместе с Бентинком принял на себя предводительство над старыми тори, Пиль, разумеется, не мог рассчитывать на защиту своих долголетних противников. Ближайшим поводом к его падению послужил вопрос о чрезвычайных мерах по отношению к Ирландии, разрешённый отрицательно коалицией вигов, радикалов и ирландских депутатов. Внешние дела в момент удаления торийского министерства находились в весьма благоприятном положении. Прежние натянутые отношения с Францией мало-помалу уступили место дружественному сближению. С Северной Америкой произошли было разногласия вследствие обоюдных притязаний на область Орегона, но они были мирно улажены.
В июне 1846 года сикхи произвели набег на британские владения в Индии, но были разбиты.
3 июля 1846 года образовалось новое вигийское министерство под главенством лорда Джона Рассела; самым влиятельным членом его был министр иностранных дел лорд Палмерстон. Оно могло рассчитывать на большинство только при условии поддержки со стороны Пиля. Открывшийся в январе 1847 года парламент одобрил целый ряд мер, принятых с целью помочь бедствиям Ирландии. Около того же времени умер О’Коннел, на пути в Рим, и в нём национальная партия Ирландии потеряла свою главную опору.
Вопрос об испанских браках привёл к охлаждению между лондонским и парижским кабинетами. Пользуясь этим, восточные державы порешили присоединение Кракова к Австрии, оставив без внимания запоздалые протесты английского министра иностранных дел.
На общих выборах 1847 года протекционисты остались в меньшинстве; пилиты составили влиятельную среднюю партию; соединённые виги, либералы и радикалы образовали большинство 30 голосов. Чартисты нашли себе представителя в талантливом адвокате О’Конноре. Внутри страны положение дел было безотрадно. Размножившиеся преступления в Ирландии потребовали особого репрессивного закона. В английских фабричных округах нужда и безработица тоже приняли ужасающие размеры; банкротства следовали одно за другим. Недобор в государственных доходах вследствие общего застоя в делах и невозможности сокращения расходов заставил министерство предложить закон о повышении подоходного налога ещё на 2 процента. Но увеличение этого непопулярного налога вызвало такую бурю в самом парламенте и вне его, что в конце февраля 1848 года предложенная мера была взята назад.
Революции в Европе
В это время вспыхнула февральская революция. Ввиду материальной нужды в Ирландии можно было ожидать, что революция, потрясшая весь материк, не замедлит перекинуться и туда; не безопасно было, по-видимому, и положение самой Англии.
В первых числах марта в Глазго, Манчестере и других городах вспыхнули беспорядки, которые быстро были подавлены. В то же время пришли в движение чартисты, а в Ирландии поднялась сильная агитация в пользу немедленного отделения от Англии. В Лондоне, Бирмингеме, Шеффилде и других местах чартисты собирали многолюдные сходки с нескрываемой республиканской тенденцией и завязали сношения с ирландскими агитаторами. Петиция чартистов 10 апреля громадной толпой была отнесена в парламент. Новый закон об охране престола и правительства дал министрам возможность приступить к решительным мерам против ирландского движения. В Дублине было объявлено осадное положение; обе палаты почти единогласно приняли предложение министерства о приостановке Habeas Corpus в Ирландии. Когда Смит О’Брайен сделал попытку к открытому восстанию, повлекшую за собой вооружённое столкновение, дело было выиграно правительством. Главные вожаки были приговорены к смертной казни, замененной ссылкой. Одновременно с этим улеглось и чартистское движение.
Реформы между тем продолжались. По предложению правительства отменены были все постановления, по которым ввоз азиатских, африканских и американских продуктов из европейских гаваней в Англию разрешался только английским кораблям.
По поводу избрания Ротшильда в члены палаты общин министерство внесло билль о допущении евреев в парламент. Нижней палатой он был принят, но верхней отвергнут. Встречая упорных противников в ториях, министерство мало удовлетворяло и радикалов, образовавших под предводительством Кобдена реформистский союз, все более и более расходившийся с вигами. Разъединение стало обозначаться ещё резче после того, как Россель высказался в нижней палате против предложения Юма, требовавшего расширения избирательного права, тайной подачи голосов, трёхлетних парламентов и нового распределения депутатских мест. Все эти требования были отвергнуты.
Отношения Англии к Франции со времени февральского переворота имели гораздо более дружественный характер, чем в последние годы царствования Луи-Филиппа. Итальянскому движению Пальмерстон сочувствовал и после выступления австрийцев из Милана открыто принял сторону Сардинии.
Относительно Германии и в шлезвиг-голштинском деле правительство держалось выжидательного положения.
С большими затруднениями оно должно было бороться в колониях, особенно в Канаде, где в апреле 1849 года вспыхнул открытый бунт.
В Ост-Индии англичане потерпели ряд неудач, изглаженных окончательным поражением сикхов при Гуджарате.
1850 год начался при более благоприятных условиях. В Ирландии было восстановлено действие Habeas Corpus; благодаря свободе торговли доходы дали излишек в 2 млн. фунтов стерлингов, тогда как налог в пользу бедных уменьшился на 400 000 фунтов против предыдущего года.
В разладе между Россией и Австрией, с одной стороны, и Турцией, с другой, вызванном делом о венгерских беглецах, Англия приняла сторону Порты. В январе 1850 года английская эскадра неожиданно появилась в виду Афин с требованием уплаты по старым счетам, между которыми на первом плане стояло вознаграждение португальского еврея Пачифико, состоявшего в английском подданстве, за повреждение его дома во время народных беспорядков. Ответом на отказ греческого правительства послужила блокада всех греческих гаваней. Греция могла только протестовать против такого злоупотребления силой; посланники других государств в более или менее энергических выражениях высказали своё порицание образу действия Англии. Месяц спустя блокада была снята; последствием её было охлаждение отношений к Франции и России. Лорд Стэнли предложил верхней палате выразить порицание правительству за его образ действий в Греции.
Предложение это было принято, но нижняя палата по предложению Робука выразила формальное одобрение пальмерстоновской политике. Тем не менее, голосование верхней палаты не осталось без последствий. Палмерстон понял необходимость выпутаться из изолированного положения, в которое он поставил Англию, и тем усерднее старался сблизиться с великими державами по шлезвиг-голштинскому вопросу, разрешённому лондонскими протоколами от 4 июля и 12 августа 1850 года.
Чувствительным ударом для министерства была внезапная смерть Роберта Пиля. Тогда же приехавший в Лондон австрийский генерал Гайнау потерпел личное оскорбление со стороны рабочих на пивоваренном заводе Барклая, и так как Палмерстон не торопился дать удовлетворение, то это ещё более обострило взаимные отношения к Австрии, политика которой в Германии, в особенности стремление включить все австрийские земли в Германский союз, вызывала решительный отпор со стороны Англии.
Большие затруднения подготовила вигскому министерству Римская курия. Папским бреве от 30 сентября сразу были назначены девять католических епископов для Великобритании; кардинал Виземан получил титул архиепископа Вестминистерского. Это оживило в английском духовенстве и народе закоренелую ненависть и отвращение к Риму; снова раздался старинный клик «No Popery». В начале 1851 года Россель внёс билль о духовных титулах, запрещавший принятие епископского титула всем духовным лицам, не принадлежащим к государственной церкви, и объявлявший недействительными все пожертвования, сделанные в пользу таких лиц. Либералам и даже некоторым пилитам этот билль показался чересчур суровым, а в глазах ревностных протестантов он был ещё слишком робким.
Между тем, нижняя палата вопреки протесту министерства приняла предложение Лок-Кинга о предоставлении английским и валлийским графствам одинаковых избирательных прав с городами. Наступил министерский кризис, окончившийся восстановлением прежнего кабинета, так как лорду Стэнли, предводителю протекционистов, не удалось образовать прочного кабинета и привлечь в него таких людей, как Гладстон.

На время политика отступила на задний план благодаря первой всемирной выставке, открывшейся в Лондоне 1 мая 1851 года. Новым источником слабости для министерства явился образ действий лорда Палмерстона. Правда, он добился того, что водворенные в Турции венгерские беглецы, в том числе Кошут, были выпущены на свободу; но зато исход борьбы из-за Пачифико был для него тяжёлым поражением. Избранная по этому вопросу посредническая комиссия признала за Пачифико право на вознаграждение в размере не больше 150 фунтов стерлингов — и из-за такой-то суммы министр чуть было не вызвал европейскую войну.
Затем произошёл дипломатический разрыв с Неаполем вследствие рассылки английским посланникам на континенте писем Гладстона о жестокостях неаполитанского правительства.
Государственный переворот, совершившийся во Франции 2 декабря, был радостно приветствован Палмерстоном, без ведома министерства и короны. Рассел воспользовался этим, чтобы отделаться от неудобного товарища. Палмерстон отплатил ему внесением поправки к одному из правительственных предложений, принятие которой вызвало отставку министерства. На этот раз лорду Стэнли (получившему после смерти отца титул графа Дерби) удалось составить министерство (в феврале 1852 года). В новом кабинете, строго-торийского направления, он сам занял место первого лорда казначейства, Дизраэли получил портфель финансов, а иностранные дела перешли к графу Мальмсбери.
Протекционистские симпатии министерства привели к возобновлению фритредерской агитации. Лига Кобдена снова открыла свою деятельность; по всей стране собирались митинги и делались приготовления к новым выборам. Правительство находилось в нижней палате в несомненном меньшинстве и обязано было своим существованием единственно несогласиям среди либеральных партий. Ввиду всего этого Дизраэли высказался за продолжение таможенной политики своих предшественников.
Война с Бирмой окончилась покорением провинции Пегу.
В июле последовал давно ожидавшийся роспуск парламента, и немедленно были назначены новые выборы. Министерство приобрело несколько лишних голосов, но не так много, чтобы располагать большинством в парламенте. Немалой утратой для него была смерть Веллингтона (14 сентября), пользовавшегося умиротворяющим влиянием на партии. Финансовые предложения Дизраэли были отклонены большинством 19 голосов, и торийское министерство принуждено было подать в отставку (декабрь 1852 года).
Заменивший его кабинет составился из различных партий, вступивших между собой в союз для низвержения Дерби. Пилиты имели в нём своих представителей в лице лорда Абердина (первого министра) и Гладстона, получившего портфель финансов, виги — в лице лорда Джона Рассела, а радикалы — в лице Мольсворта и Бейнса. Палмерстон получил министерство внутренних дел.
Крымская война

В это время миссия князя Меншикова вызвала волнение во всей Европе.
Наполеон III воспользовался случаем, чтобы сблизиться с английским кабинетом и склонить его к совместным действиям. Ещё 25 апреля лорд Кларендон заявил в верхней палате, что европейскому миру не угрожает никакая опасность; но по настоянию лорда Стратфорда, английского посла в Константинополе, британская эскадра в Средиземном море вскоре получила приказ отплыть к Безикской бухте.
В среде министерства господствовало разногласие: большинство, с пилитами во главе, желало мира во что бы то ни стало, тогда как меньшинство надеялось предупредить войну энергическим образом действий или же в случае неизбежности войны воспользоваться ей для уничтожения русского преобладания в Европе и ограждения Индии против завоевательных намерений России.
Тем временем события неудержимо шли вперёд. Ответом на появление англо-французского флота в Дарданеллах был синопский погром. Весть о нём вызвала в Англии бурю негодования; под давлением общественного мнения англо-французский флот получил приказ войти в Чёрное море и запереть русские корабли в их гаванях. 1854 год начался среди военных приготовлений, принявших размеры, каких Англия не видала уже целых 40 лет.
12 марта был заключен союз с Францией и Портой, по которому западные державы обязались под условием дарования равноправности всем христианским подданным Турции выставить вспомогательные войска для поддержания целости последней и по окончании войны очистить все могущие быть занятыми союзниками пункты. 28 марта России была объявлена война.
Первые шаги остались далеко позади народных ожиданий. Англией овладело чувство тревоги и неудовольствия. Уже финансовые меры Гладстона, вызванные потребностями войны, породили сильное раздражение. Чтобы не увеличить государственного долга новым займом, он удвоил подоходный налог, распространив его на мелких промышленников и вообще на всех лиц, получающих доход не менее 100 фунтов стерлингов. Неудовольствие увеличивалось взятием назад Расселовского билля о реформе. Чтобы доставить удовлетворение общественному мнению, решено было отправить экспедицию в Крым. Сражение на Альме возбудило всеобщий восторг; но мало-помалу стали получаться печальные слухи о состоянии армии. Нападки сыпались главным образом на неспособного военного министра, герцога Ньюкасла.
Робук, подстрекаемый, вероятно, Палмерстоном, внёс предложение назначить особую комиссию для ревизии военного управления, имевшее своим последствием распадение министерства. Так как лорд Дерби заявил о невозможности для него образовать новое министерство, то королева возложила это дело на Палмерстона, взявшего на себя портфель иностранных дел. Назначенная парламентом ревизия военного министерства осталась без последствий.
На театре войны дела все ещё плохо подвигались вперёд, и, когда Севастополь наконец пал, англичанам пришлось предоставить всю славу французам, взявшим штурмом Малахов курган, тогда как их собственное нападение на Редан было отбито. Английское войско совершенно оправилось от бедствий предшествовавшей зимы, а на театр войны то и дело прибывали иностранные легионы, набираемые в Германии, Италии, Швейцарии и даже Америке. Правда, эти вербовки вызвали ссору с Северо-Американскими Штатами, которая после резкого обмена нот повела к удалению британского посланника Крамптона. В данную минуту для Англии нежелателен был разрыв с могущественной республикой, с которой она ещё в 1854 году заключила благоприятный для Америки торговый договор. Среди усиленных приготовлений к продолжению войны неожиданно разнеслась весть, что при посредстве Венского двора России сделаны Францией мирные предложения, принятые в основание для дальнейших переговоров. Палмерстон должен был подчиниться, так как без Франции он ничего сделать не мог и несогласие с его стороны повело бы только к изолированию Англии. 30 марта мирный договор был подписан.
Вектор на Азию
Неожиданное прекращение войны встречено было в Англии с чувством тяжёлого недоумения. Между всеми воюющими державами она всего менее имела причин желать мира; торговля её почти совсем не пострадала, кредит был прочен, и она имела основание надеяться посредством новой кампании восстановить свою несколько компрометированную военную честь. К тому же Англия не могла не сознавать, что истинная цель войны не была достигнута и что восточный вопрос остался нерешённым. Правда, могущество России в Европе было потрясено, но преобладание Франции заключало в себе ещё большую опасность для такой близкой соседки, как Англия. В парламенте мирный договор подал повод к бурным прениям, из которых, однако, Пальмерстон вышел победителем благодаря поддержке манчестерской партии. Избирательная реформа откладывалась от одной сессии до другой; только по вопросу о свободной торговле правительство неуклонно шло вперёд и мало-помалу сбросило последние путы, стеснявшие торговую жизнь Англии. Вообще мир внёс необычайное оживление в торговую и промышленную жизнь Англии. Из австралийских золотоносных руд в метрополию полились новые богатства; торговые трактаты с Японией (1854 и 1855 годов) открыли новые рынки для английского сбыта. Но в это самое время в Азии подготавливались новые серьёзные события.
Персия воспользовалась затруднениями Англии в Европе, чтобы осуществить свои давнишние притязания на Герат. Жители города после непродолжительной осады изъявили покорность. Чтобы поддержать необходимую для безопасности англо-индийских владений независимость Афганистана, в Персидский залив была отправлена экспедиция, которая заняла Абушер.
Ещё более серьёзный характер приняли недоразумения, возникшие вследствие захвата китайцами плывшего под британским флагом судна. Так как китайский наместник Иэ отказал в требуемом удовлетворении, то английский адмирал Сеймур среди полного мира открыл бомбардировку города Кантона, разрушил его крепостные сооружения и уничтожил китайский флот.
Такое неслыханное насилие по такому пустому делу, в котором британские власти вдобавок были далеко не безусловно правы, вызвало всеобщее негодование. В парламентской сессии 1857 года образ действий правительства подвергся резкой критике. Несмотря на благополучное окончание войны с Персией, коалиция ториев, радикалов и пилитов достигла своей цели. Выражение порицания правительству, предложенное Кобденом, было принято большинством 19 голосов. Пальмерстон, надеясь на популярность своей иностранной политики, распустил парламент и апеллировал к народу. Оппозиция понесла беспримерное поражение: 175 членов её вовсе не попали в парламент, в том числе самые популярные предводители манчестерской партии — Кобден, Брайт и Мильнер-Джибсон, избранные потом в других округах. Консерваторы потеряли 91, пилиты — 12 мест; большинство новой палаты состояло из приверженцев Пальмерстона.
В это время страшное восстание разразилось в Индии. 10 мая 1857 года расположенный в Мируте полк сипаев подал пример возмущения, поджег европейский квартал, перебил женщин и детей и расстрелял своих офицеров. Такие же сцены, но в ещё больших размерах, повторялись в Дели, где жил потомок династии Тимуров. Все европейцы были перебиты и наследник Великого Могола провозглашен королём. Мятеж охватил и Бенгалию, так что во многих местах пришлось обезоружить и распустить туземные полки; уже в конце июня бенгальская армия перестала существовать. Когда известия об этих событиях пришли в Англию, правительство немедленно назначило главнокомандующим в Индию сэра Колина Кэмпбеля и отправило туда все войска, какие были в его распоряжении. Экспедиция, ещё в марте отправленная лордом Эльджином в Кантон, была задержана на пути и направлена в Индию.
Восстание в Индии повлияло также на положение Англии в Европе. Для сохранения добрых отношений с Францией пришлось глядеть сквозь пальцы на Объединение Дунайских княжеств, против которого английское правительство первоначально протестовало, в интересах Порты. Чрезвычайный денежный и торговый кризис, перешедший из Америки в Европу, отразился и на Англии. В общем, однако, благодаря прочности своей хозяйственной организации Англия перенесла кризис без особых последствий.
Совсем неожиданное событие — покушение Орсини на жизнь Наполеона III (январь 1858 года) вызвало падение Пальмерстона. Так как Орсини и его соумышленники производили свои приготовления в Англии, то французское правительство обратилось к английскому с требованием усилить надзор за политическими изгнанниками или совсем удалить их из страны. Первоначально англичане отнеслись к этому требованию довольно спокойно; Пальмерстон даже внёс в парламент так называемый билль о политических убийствах, который был поддержан тори и принят в первом чтении громадным большинством голосов. Но с каждой новой мерой, к которой французское правительство прибегало в Париже, общественное возбуждение в Англии все более усиливалось; созывались народные сходки для ограждения права политического убежища. При дальнейшем обсуждении упомянутого билля Мильнер-Джибсон предложил палате выразить своё сожаление, что правительство оставило без ответа резкую ноту французского правительства. Лорд Россель высказался за это предложение, и так как консерваторы на этот раз не поддержали Пальмерстона, то оно было принято 234 голосами против 215. Пальмерстон подал в отставку; граф Дерби немедленно выразил готовность принять на себя ведение дел. В новое министерство вошли почти все члены торийского кабинета 1852 года.
Дипломатическая распря с Францией скоро была улажена. Браком старшей дочери королевы с принцем Фридрихом Вильгельмом Прусским положено было начало более сердечным отношениям к Берлинскому двору и сближению с Россией.
Китайская война приняла благоприятный оборот ещё при прежнем министерстве. Экспедиция лорда Эльджина выступила наконец в путь, а Франция со своей стороны отправила в Кантон флот и войско. Так как Иэ оставил ультиматум западных держав без внимания, то 28 декабря 1857 года в виду Кантона высадилось несколько тысяч англичан и французов, открыли бомбардировку по городу и на другой день взяли его штурмом. 26 мая союзные войска появились в виду Тиенцина. Устрашенный этим китайский император уступил и 26 июня 1858 года подписал мир, который открыл для европейской торговли 6 новых гаваней. Иностранные посланники получили доступ в Пекин.
Не менее благоприятно сложились события в Индии. Со времени взятия Дели англичанами центр тяжести восстания переместился в Ауд и его столицу Лукнов. В марте 1858 года главные кварталы Лукнова были взяты штурмом. Напрасно предводители инсургентов искали помощи в Непале, единственном индийском государстве, сохранившем ещё признаки самостоятельности: правитель Непала заключил союз с англичанами.
Лорд Стэнли, талантливый сын графа Дерби, благополучно провёл план реорганизации Индии. Господство Ост-Индской компании прекратилось, совет директоров был упразднён, и вместо него учреждена должность ответственного перед парламентом особого министра с советом из 15 членов.
Незадолго до этого министерство понесло сильное поражение по вопросу о евреях. Когда билль о допущении евреев в парламент в третий раз был отвергнут пэрами по настоянию лорда Дерби, оппозиция, возмущенная подобным неуважением к постановлениям нижней палаты, предложила палате простым решением признать барона Ротшильда представителем лондонского Сити. Лорд Дерби должен был уступить. Он внёс в верхнюю палату новый билль о присяге, делавший возможным допущение евреев. Билль этот был принят лордами, после чего Ротшильд занял своё место в палате общин.
В том же 1858 году лорд Эльджин заключил договор с Японией, доставивший Англии громадные торговые преимущества.
В самой Англии реформистская агитация приняла в 1859 году внушительные размеры; незадолго до открытия парламента Брайт выступил с проектом реформы чисто демократического характера. Министерство решило внести свой собственный билль, чтобы некоторыми уступками успокоить общественное мнение. Виги вошли в соглашение с радикалами, чтобы отклонить этот билль, не встретивший одобрения и в среде ториев. 21 марта лорд Джон Россель предложил палате заявить, что билль о реформе не соответствует требованиям страны; это предложение было принято большинством 39 голосов. Вслед за тем объявлено было о распущении парламента.
Этот шаг вызвал сильное возбуждение в стране, тем более, что внешняя политика министерства грозила новыми опасными осложнениями. При первых признаках столкновения между Австрией и Францией в итальянском деле правительство хотя и приняло личину полного беспристрастия, но из заявлений его можно было понять, что оно склоняется больше на сторону Австрии, тогда как в народе господствовало искреннее сочувствие делу итальянской свободы. Посредничество, предложенное лордом Мальмсбери, было отклонено Наполеоном III.
Обширные морские вооружения, объявленные правительством, усиление средиземного флота, заявление лорда Дерби, что Англия может очутиться в необходимости занять Триест, призыв к образованию отрядов добровольцев, даже провозглашение нейтралитета, истолкованное в благоприятном для Австрии смысле, — все это поддерживало в публике недоверие к намерениям министров и оказывало влияние на новые выборы. Страх быть вовлеченным в войну для поддержания европейского абсолютизма побудил радикалов забыть своё нерасположение к лорду Пальмерстону.
Лорд Россель примирился со своим долголетним противником; составилась коалиция из всех либеральных фракций, с целью низвергнуть консервативное министерство, которому новая палата общин и выразила своё недоверие (июнь 1859). Тори пали. Пальмерстон занял пост первого министра, Россель стал министром иностранных дел, а остальные портфели было розданы вигам, пилитам и радикалам. В числе министров были Гладстон и Мильнер-Джибсон. О диверсии в Адриатическое море для защиты Триеста не было больше речи; в союзе с Россией сделана была попытка отклонить Прусский двор от вмешательства в пользу Австрии.
Виллафранкский мир, раскрыв смысл наполеоновской политики, произвел в Англии тяжёлое впечатление. Недоверие к Франции получило новую пищу в образе действий Наполеона по мароккскому вопросу, в котором он поддерживал Испанию против Англии. К этому присоединились слухи об усиленных вооружениях во французских морских гаванях. В Англии распространился почти панический страх. Повсюду образовались добровольные отряды стрелков для отражения ожидаемой высадки, и это общее возбуждение не улеглось даже ввиду предложенного Наполеоном III торгового договора. Присоединение Савойи и Ниццы, возвещенное 15 марта 1860 года, подало повод к довольно резким заявлениям со стороны британского правительства.
Новый избирательный билль, внесённый наконец Росселем, не встретил одобрения ни в парламенте, ни в публике. Проект реформы ограничивался небольшим понижением избирательного ценза и усилением представительства крупных графств и городов на счет мелких городов и местечек. Даже и в таком виде билль показался консерваторам и некоторым вигам слишком опасной уступкой духу демократизма; он скоро был взят обратно самим правительством. Такой исход дела реформы радикалы приписали преимущественно двуличному поведению Пальмерстона. Некоторым утешением для них явилось благополучное заключение торгового договора со Францией, в котором они справедливо видели победу принципов мира и свободной торговли. По этому договору Франция понизила в пользу Англии тариф на железо, каменный уголь, хлопчатобумажные продукты и другие товары, взамен чего Англия уменьшила пошлины на французские вина и шелковые товары.
Предложение Гладстона отменить налог на бумагу также содействовало примирению решительно либеральной партии с правительством. Отмена налога была отклонена верхней палатой. Поведение лордов в этом деле, носившее на себе характер вмешательства в принадлежащее исключительно общинам право утверждения налогов, вызвало бурю в палате общин.
Во внешней политике моральная поддержка, оказанная либеральным правительством делу объединения Италии, находилась в полной гармонии с чувствами нации. Насилия друзов над христианским населением Сирии снова выдвинули на сцену восточный вопрос. Для защиты христиан в Бейрут был послан соединённый английский, французский и русский флот, и хотя Англия желала поручить дело умиротворения Сирии турецким властям, но принуждена была примкнуть к выработанному представителями великих держав соглашению, по которому французским войскам предоставлена была временная оккупация этой страны.
Вновь возгоревшаяся война с Китаем привела к занятию Пекина англо-французскими войсками и окончилась миром (октябрь 1859 года), подтвердившим все условия договора 1858 года; кроме того, китайцы уступили Англии полуостров Коулун.
Все другие интересы отодвинулись на задний план ввиду североамериканского кризиса, разразившегося в начале 1861 года. Если казавшееся неизбежным крушение гордой республики вызывало в британской аристократии известное чувство злорадства, то влияние междоусобной войны на хлопчатобумажное производство, питавшее значительную часть рабочего населения Англии, внушало серьёзные опасения. Внесённый Гладстоном бюджет указывал на продолжающееся улучшение финансов. Доходы обещали излишек почти в 2 млн, ввиду чего канцлер казначейства предложил не только отменить налог на бумагу, но и понизить подоходный налог. Чтобы отнять у лордов возможность вторично отвергнуть первую из этих мер, финансовые предложения министерства были внесены в верхнюю палату не отдельно, а вместе с бюджетом, и хотя лорды протестовали против этого, но по совету лорда Дерби не довели дела до столкновения с палатой общин.
Договор между Англией, Францией и Испанией, в силу которого предъявленные этими тремя державами к мексиканскому правительству требования должны были быть в случае надобности поддержаны военной силой, указывал на намерение союзников воспользоваться критическим положением союза для вмешательства в дела Америки.
Благодаря неожиданному инциденту дела вдруг приняли такой острый характер, что можно было опасаться решительного разрыва. Английский почтовый пароход «Трент», на котором ехали комиссары южных штатов Мазон и Слидель, был задержан американским военным корветом под начальством капитана Вилькса, который арестовал комиссаров и доставил их в Нью-Йорк. Весть об этом вызвала в Англии сильнейшее негодование. Английский посланник в Вашингтоне лорд Лайонс немедленно получил приказ потребовать выдачи пленников и удовлетворения за нанесённое британскому флагу оскорбление. Правительство президента Линкольна понимало, что при данных условиях разрыв с Англией мог бы иметь самые роковые последствия для союза. Оно выразило порицание поступку своего офицера и освободило пленных. Мирный исход столкновения был отчасти делом принца Альберта. Это была последняя услуга, оказанная им своему второму отечеству. Он умер 14 декабря 1861 года, искренно оплакиваемый британской нацией.
Предпринятое Англией, Францией и Испанией совместное вмешательство в мексиканские дела получило совсем неожиданный исход. Испания и Англия не замедлили убедиться, что замыслы французского императора идут гораздо дальше первоначальной цели экспедиции. Сначала английские, потом испанские войска покинули Мексику. Этот шаг не мог не задеть за живое французского императора, но он скрыл своё неудовольствие, потому что нуждался в дальнейшем содействии Англии для своих заатлантических планов.
30 октября 1862 года министр Друэн де Люис отправил к дворам лондонскому и петербургскому приглашение о принятии мер к прекращению междоусобной войны в Америке, прозрачно намекая на возможность вооружённого вмешательства. Но петербургский двор решительно отклонил французское приглашение, и его примеру последовал лорд Россель.
Революция в Греции, стоившая престола королю Оттону (октябрь 1862), произвела новый поворот в восточной политике Англии. Чтобы предупредить избрание в короли принца Лейхтенбергского, племянника русского императора, решено было принести Греции территориальную жертву. Грекам дано было понять, что если они сделают приятный для британского кабинета выбор, то последний намерен согласиться на присоединение Ионических островов к греческому королевству.
Греки не замедлили предложить корону принцу Альфреду, второму сыну королевы Виктории. Это предложение не могло быть принято, потому что шло вразрез с трактатами, по которым державы-покровительницы обязаны не возводить своих принцев на греческий престол; но Англии не трудно было подыскать другого приятного для неё кандидата. Принц Валлийский в начале 1863 года вступил в брак с принцессой Александрой, дочерью Христиана Глюксбургского, объявленного Лондонским трактатом 1852 года наследником датского престола. Выбор Англии остановился на 2-м брате принцессы, принце Георге, который (март 1863) единогласно был избран в короли греческим национальным собранием. Англия, со своей стороны, отказалась от протектората над Ионическими островами и уступила их Греции.
Внешнеполитические поражения
Общее внимание вскоре было отвлечено от греческих дел польским восстанием, вызвавшим сочувствие в Англии. Уже 2 марта 1863 года лорд Россель отправил на имя британского посланника в Петербурге, лорда Нэпира, депешу, в которой выставлялась на вид необходимость амнистии и восстановления польской конституции 1815 года. 17 июня он по соглашению с Францией и Австрией предложил русскому правительству проект умиротворения Польши.
Английская печать приняла угрожающий тон; устраивались многолюдные митинги в пользу Польши. В нижней палате Геннесси предложил проект адреса на имя королевы, в котором заявлялось об утрате Россией всяких прав на Польшу. Отклонение английских предложений со стороны России не оставило английскому правительству иного выхода, как или отступить, или начать войну.
Оно выбрало первое. В ноте от 11 августа лорд Россель выразил своё сожаление по поводу отклонения его доброжелательных советов и возложил ответственность за последствия на Россию. Русский министр иностранных дел отвечал в ироническом тоне, что он принимает на себя эту ответственность; дипломатическая полемика прекратилась, и Англия должна была сознаться, что она понесла тяжкое поражение.
Впрочем, это поражение разделяла с ней и Франция. Чтобы сколько-нибудь поправить дело и восстановить свой пошатнувшийся престиж, Наполеон выступил с идеей о европейском конгрессе, который должен был собраться в Париже и принять на себя решение всех бывших на очереди вопросов, в том числе и польского.
Державы неблагоприятно отнеслись к этому предложению, а английское правительство категорически его отвергло, что повело к новому охлаждению между обоими кабинетами. Убийство одного британского путешественника в Японии повело к распре, имевшей своим последствием бомбардирование английской эскадрой японского города Рагозима.
В Новой Зеландии произошло восстание туземцев, и хотя английские войска одержали победу, но им не удалось сломить вполне сопротивление маори.
С ашанти тоже вспыхнула война, в которой англичане понесли значительные потери от климатических условий, ни разу не видев неприятеля.
Внутреннее положение страны в общем было благоприятное. Несмотря на бедственное состояние фабричных округов, кое-где подававшее повод к беспорядкам, торговля достигла высокой степени процветания. В течение одного 1863 года открылось не менее 263 новых акционерных обществ, с основным капиталом в 144 млн фунтов стерлингов. Государственные доходы приносили значительные излишки.
Когда в 1864 году шлезвиг-голштинский вопрос повлёк за собой войну Австрии и Пруссии против Дании, Англия помышляла сначала о вмешательстве в пользу последней; но на это не удалось склонить ни Францию, ни Россию, и британскому министру пришлось ограничиться бесплодными дипломатическими усилиями. Лондонская конференция разошлась, ничего не сделав. Англия и ввиду окончательного поражения Дании осталась нейтральной.
Это было явной неудачей, чувствительно задевшей национальную гордость. Спекулятивная горячка предыдущего года вызвала новый денежный кризис, но мало-помалу равновесие было восстановлено.
1865 год открылся среди политического затишья. Подоходный налог был понижен на целую треть, пошлина с чая — на целую половину. Вообще, с 1861 года отменено налогов на 14 млн фунтов стерлингов, несмотря на то, что сооружение броненосного флота, улучшение состава артиллерии и воздвигнутые для защиты берегов и арсеналов укрепления поглотили громадные суммы.
Трактаты с Францией и Италией, с Китаем, Японией и Сиамом открыли английским товарам новые рынки, и даже недостаток необходимого для английской мануфактуры сырого продукта, вызванный американскими смутами, только временно задержал рост промышленности. Зато очень мало или почти ничего не было сделано для улучшения политических учреждений, для поднятия нравственного уровня нации. Непотизм доведён был высшим судебным лицом в стране, лордом-канцлером Вестбери, до таких размеров, что вследствие появившихся разоблачений он должен был сложить с себя должность.
Смерть Ричарда Кобдена (2 апреля 1865) вызвала искреннюю печаль по всей стране.
Восстание в Новой Зеландии клонилось к концу благодаря изъявлению покорности одним из главных вождей, известным под именем «маорийского короля».
В Абиссинии суетливость консула Камерона вызвала несогласия, последствием которых было заточение консула и английских миссионеров.
Парламентские выборы, происходившие в июле 1865 года при горячей борьбе партий, оказались в общем благоприятными для либералов.
В октябре 1865 года умер лорд Пальмерстон. Министерство подверглось некоторому преобразованию в более либеральном духе; главой его стал лорд Россель.
Не успело ещё правительство вполне организоваться, как произошло восстание негров на острове Ямайка. Мятеж был быстро подавлен, но с такой жестокостью, которая вызвала в Европе взрыв негодования. Министерство выразило порицание образу действий губернатора Эйра и назначило над ним строгое следствие.
В конце года происходил суд над фениями по обвинению в заговоре. Незадолго до суда главный обвиняемый, Джемс Стефенс, бежал из тюрьмы, не без ведома стражи, и это, по-видимому, подтверждало слухи о распространении фенианизма между правительственными чиновниками. Над остальными обвиняемыми произнесен был строгий приговор.
Однако волнения в Ирландии продолжались; в Дублине было объявлено осадное положение (январь 1866 года).
Давно ожидаемый билль о парламентской реформе был внесён Гладстоном 12 марта в нижнюю палату. Установленный в нём избирательный ценз был выше, чем в пальмерстоновском проекте 1860 года. Но самому щедрому расчету общее число избирателей могло увеличиться всего на 400 000, из которых только половина приходилась бы на долю рабочих. Перевес высших классов остался бы почти нетронутым. Гладстон разделил вопрос на две части, предложив парламенту пока только изменение ценза и отсрочив прения о новом распределении парламентских мест. Консервативная оппозиция реформе встретила поддержку со стороны некоторых вигов, сгруппировавшихся вокруг Горсмана и Лоу. На враждебные реформе речи этих отщепенцев отвечал Брайт, сравнивший их образ действий с бегством «в политическую пещеру Адулама». Отсюда название «адуламитов», присвоенное новой фракции, численность которой постепенно возросла до 40 членов.
Несмотря на негодование, с которым отнеслось общественное мнение к старым и новым противникам билля, второе чтение его было допущено большинством всего 5 голосов. Тогда Гладстон внёс в парламент билль о новом распределении парламентских мест, отличавшийся такой же умеренностью, как и избирательный закон. Перераспределению подлежали всего 49 мест, принадлежащих мелким местечкам, причём последние утрачивали своё избирательное право не вполне, а лишь отчасти. Предполагалось соединить несколько таких местечек, соответственно степени их населённости, в новые избирательные округа, а освободившиеся места равномерно разделить между сельскими и городскими округами. Второе чтение этого билля прошло почти без всяких прений. Но когда приступлено было к специальному обсуждению избирательного закона, один из адуламитов, лорд Дункеллин, предложил поправку, принятие которой было бы равносильно удержанию высокого избирательного ценза. Гладстон воспротивился этому предложению, и так как оно было принято 315 голосами против 304, то министерство подало в отставку.
Образование нового министерства было поручено предводителю оппозиции, лорду Дерби; в состав его вошёл и Дизраэли. После горячих прений о результатах следственной комиссии, отправленной в Ямайку, правительство решило ограничиться увольнением бывшего губернатора и не давать делу дальнейшего хода.
Между тем, агитация в пользу реформы постоянно усиливалась, вызывая громадные митинги в главнейших городах Англии и Шотландии. Консервативное правительство убедилось, что вопрос о реформе не может быть дольше отсрочен. 25 февраля 1867 года Дизраэли изложил основы нового билля о реформе; но он никого не удовлетворил и на другой день был взят назад. Новый проект реформы был внесён в палату 18 марта. Он оказался радикальнее всех предыдущих, предоставляя избирательное право всем домохозяевам без исключения. Медленно, но твёрдо подвигаясь вперёд, плотно стягивая ряды своей партии и в то же время делая неизбежные уступки либералам, Дизраэли благополучно провёл свой проект в нижней палате, а принятию его пэрами способствовало влияние графа Дерби.
15 августа новый закон получил королевскую санкцию. Независимо от внутреннего значения этой реформы, она была важна ещё по своему влиянию на состав партий: брешь, образовавшаяся в рядах либералов вследствие отделения адуламитов, ещё более увеличилась во время прений 1867 года, и вообще вся прежняя организация либеральной партии оказалась непрочной. С другой стороны, и консервативная партия потеряла благодаря новому избирательному закону, названному графом Дерби «скачком в темноту», свои старые устои.
Фенианизм пережил в течение 1867 года самый острый фазис своего развития. За попыткой овладеть цитаделью Честер последовали восстания в Западной Ирландии. Билль о приостановке действия Habeas corpus был возобновлён на время до марта 1868 года.
Конфедеративное устройство британских владений в Северной Америке получило санкцию парламента. Из новой конфедерации исключены были только Остров Принца Эдуарда, Ньюфаундленд, Британская Колумбия и остров Ванкувер.
Взрыв лондонской тюрьмы с целью освобождения арестованных фениан снова поставил на первую очередь ирландский вопрос. Сознавая невозможность разрешить его одними преследованиями, Гладстон в самом начале сессии 1868 года внёс в парламент три знаменитые резолюции, в которых констатировалась необходимость уничтожения ирландской государственной церкви. Они были приняты большинством 65 голосов. Министерство, во главе которого за болезнью Дерби стал Дизраэли, решило остаться в должности и апеллировать к народу. 31 июля разошёлся последний парламент, избранный на основании закона 1832 года.
К этому же времени благополучно окончилась война с Абиссинией, вызванная отказом освободить пленных англичан.
Новые выборы дали либеральное большинство в 118 голосов. Дизраэли подал в отставку; составление министерства было поручено Гладстону (декабрь 1868 года). Кроме членов прежнего либерального кабинета, в министерство вошли Джон Брайт и адуламит Лоу, успевший помириться с либералами.
Сессия 1869 года открылась освобождением значительного числа фениев и заявлением о предстоящем восстановлении закона Habeas corpus в Ирландии. 1 марта Гладстон внёс в нижнюю палату свой ирландский церковный билль. Он предложил немедленно прекратить выдачу содержания ирландским священникам и передать все церковные имущества в руки королевской комиссии, которая примет на себя выплату пожизненных доходов владельцам духовных мест. Ирландские епископы должны были лишиться своих мест в верхней палате, ирландские церковные суды — прекратить свою деятельность. Из 16,5 миллионов стоимости имуществ ирландской церкви она сохраняла право только на 6,5 млн, тогда как остальные 10 млн должны были быть употреблены частью на общеполезные цели, частью на пособие католикам и пресвитерианам. Нижняя палата приняла этот билль большинством 361 голос против 247. Палата лордов хотя и одобрила его в третьем чтении, но со многими поправками. Так как эти поправки были отвергнуты нижней палатой, а лорды не уступали, то одно время возникли опасения, что реформа не состоится; но столкновение было устранено посредством компромисса между графом Грэнвилем и лордом Кэрнсом, предводителем оппозиции.
После разрешения ирландского церковного вопроса на очередь должна была выступить другая реформа, находившаяся в связи с ирландскими смутами, — именно изменение поземельных отношений в Ирландии. Это составило главную задачу сессии 1870 года. Уже 15 февраля Гладстон внёс в нижнюю палату свой ирландский билль. Предполагалось признать за фермерами по окончании срока аренды право на вознаграждение за все произведенные ими улучшения и постройки; облегчить фермерам посредством пособий из государственной казны покупку поземельной собственности, а земледельцам — возделывание неплодородных земель; наконец, учредить третейские суды для разбора всех споров и недоразумений между фермерами и помещиками. Билль прошёл в обеих палатах и 1 августа получил силу закона. Кроме того, обе палаты одобрили предложенный Форстером новый закон о народном образовании (первоначально для Англии и Валлиса). Всю страну предполагалось разделить на школьные округа и затем выяснить, поскольку существующие в каждом округе школы соответствуют истинным потребностям населения. Те округа, в которых состояние школ окажется удовлетворительным, должны были оставаться на прежнем положении, тогда как в остальных предполагалось открыть соответственное число новых школ. Для этих новых школ устанавливались следующие три основные правила:
1) соответствие преподавания с узаконенной парламентом программой,
2) надзор правительственных инспекторов безотносительно к религиозным различиям,
3) полная свобода совести, в силу которой никто из учеников не может быть принуждаем, помимо воли родителей, к участию в религиозном преподавании.
Принятие или непринятие этих правил предоставлено доброй воле школьного начальства, но только в случае принятия их школа приобретает право на пособие со стороны парламента.
Во франко-прусской войне 1870—1871 годов роль правительства Гладстона была пассивная. После нескольких попыток предупредить нарушение мира оно объявило о нейтралитете Англии и заключило с обеими воюющими державами договоры о сохранении независимости и нейтралитета Бельгии. В начале войны население было настроено в пользу Германии, но с водворением во Франции республики оно перешло на сторону последней.
При открытии парламента в 1871 году нашлись сторонники воинственной политики, обвинявшие правительство в слишком большой уступчивости в отношении к России по черноморскому вопросу; но общественное мнение высказалось за совершившийся факт. 13 марта договор о Чёрном море был подписан уполномоченными держав, участвовавших в Парижском трактате 1856 года.
К этому же времени относится передача так называемого алабамского вопроса, долго составлявшего предмет спора между Англией и Северо-Американскими Штатами, на рассмотрение третейского суда, постановившего своё решение в 1872 года.
Королевским рескриптом 1 октября 1871 года была отменена покупка офицерских дипломов. Во время сессии 1872 года билль, вводивший тайную подачу голосов, был принят палатой общин, но в палате лордов подвергся изменениям, на которые правительство не нашло возможным согласиться. Тогда большая часть поправок была взята назад, кроме одной, в силу которой билль должен был иметь силу закона не больше как на 8 лет. Нижняя палата приняла эту поправку, после чего новый билль получил силу закона. Предложение Якова Брайта о предоставлении избирательного права женщинам отвергнуто в нижней палате большинством 222 голоса против 143.
13 февраля 1873 года Гладстон внёс в палату общин билль, которым предлагалось дать Дублинскому университету вполне самостоятельную организацию и возможность конкурировать с другими высшими учебными заведениями. Этот билль встретил сильное противодействие как со стороны католической иерархии, претендовавшей на исключительное господство над высшим образованием, так и со стороны консерваторов и даже радикалов, обвинявших Гладстона в слишком большой уступчивости этой самой иерархии. Палата отклонила билль 287 голосами против 284. Министерство немедленно подало в отставку, и королева поручила Дизраэли образование нового кабинета. Не рассчитывая на большинство в нижней палате, он поставил условием распущение парламента. Это условие не было принято, и по желанию королевы Гладстон остался в должности.
Ещё в 1872 году от ирландских фениев отделилась особая партия так называемых гомрулеров под предводительством Бэтта и Сэлливана, поставивших главной целью своей деятельности достижение автономного правительства (Home-rule), с самостоятельным парламентом для внутренних дел Ирландии. Число приверженцев этой партии росло, и она пользовалась поддержкой всех католических епископов Англии. Вообще католицизм делал завоевания в недрах английского общества. Архиепископ Маннинг публично агитировал в пользу учреждения католического университета в Лондоне, ректор которого находился бы в прямой зависимости от Папы.
Между внепарламентскими событиями заслуживают внимания миссия сэра Бартля Фрера в Занзибар и война с ашантиями. Посылка Фрера привела к отмене торговли невольниками, которая самым бесцеремонным образом велась занзибарским султаном Сеид-Бургашем и его подданными. Война с ашантиями закончилась, в феврале 1874 года, взятием и разрушением Кумассы, столицы короля Калкалли, который немедленно подписал мирный договор. Английское правительство соединило теперь Золотой берег, Невольничий берег и область Лагоса в одну общую колонию под названием «Золотобережной колонии».
Не располагая больше прочным большинством в нижней палате, Гладстон решил апеллировать к населению (в январе 1874 года). Из 653 вновь избранных членов нижней палаты 351 принадлежали к консервативной, 302 — к либеральной партии. Дизраэли принял на себя образование нового кабинета. Предложение Тревильяна о распространении избирательного права домохозяев на сельское население было отвергнуто 287 голосами против 173. Предложение Бэтта и гомрулеров об учреждении ирландского парламента тоже было отвергнуто 458 голосами против 61. Верхняя палата приняла внесённый архиепископом Кентерберийским билль о церковной дисциплине, имевший целью положить преграды католизирующим поползновениям так называемых ритуалистов в недрах английской церкви. Нижняя палата присоединилась к этому постановлению.
Колониальные владения Англии увеличились присоединением островов Фиджи (сентябрь 1874).
Необычайное распространение католицизма в Англии, выразившееся основанием епархий, церквей, монастырей, а также обращением многих духовных и членов высшей аристократии, вызвало некоторую тревогу в стране.
В течение 1874—1875 годов Гладстон в целом ряде брошюр защищал принцип религиозной свободы против декретов Ватикана. Парламентская сессия 1875 года была одна из самых бесплодных в законодательном отношении. Гладстон отказался от предводительства либеральной партией, и его место занял маркиз Гартингтон. Предложенные правительством смягчения в исключительных законах для Ирландии были приняты обеими палатами. Был принят также закон об упорядочении взаимных отношений между рабочими и хозяевами. Громадные митинги «в защиту моряков» заставили правительство провести временный закон, уполномочивавший его не допускать отправки в море судов сомнительной прочности. Предложение о допущении женщин к парламентским выборам и о распространении избирательного права домохозяев на сельское население отвергнуто в третий раз.
К событиям в Турции (Герцеговинское восстание) правительство отнеслось с большой сдержанностью. Заявление турецкого правительства, что оно вынуждено уменьшить наполовину проценты по своему государственному долгу, и присоединившиеся к этому другие признаки его финансовой несостоятельности заметно охладили расположение Англии к Турции. Значительная часть народа постепенно отвыкла от мысли об обязанности Англии при всевозможных условиях отстаивать целость Турции; в печати стали раздаваться голоса в пользу автономного устройства Боснии и Герцеговины.
Приискивая себе вознаграждение на случай, если бы турецкому господству в Европе был положен конец, правительство нашло его в завладении Суэцким каналом, обеспечивавшим сообщение с Индией. С этой целью оно купило у нуждавшегося в деньгах египетского хедива принадлежавшие ему акции Суэцкого канала, что не понравилось ни России, ни Франции, выстроившей канал большей частью на свои средства. Для упорядочения египетских финансов по просьбе хедива был отправлен в Египет целый штат английских чиновников. Составлен был проект мобилизации английской армии, в основание которого положена была совершенно новая организация, по образцу прусской системы.
В сессию 1876 года был проведён закон, ограничивавший работу детей на фабриках.
Много труда стоило Дизраэли провести билль, уполномочивавший королеву принять титул «императрицы Индии». Дизраэли мотивировал своё предложение тем, что новый титул будет принят в Индии за символ единства Англии и Индии, а за границей — как знак непоколебимой решимости английской нации защищать свои права на Индию во что бы то ни стало. Официальное принятие титула последовало 26 апреля 1876 года и затем 1 января 1877 года с восточной торжественностью было возвещено вице-королём Индии в городе Дели, в присутствии индийских владетелей. При закрытии парламента Дизраэли перешёл в верхнюю палату, с титулом графа Биконсфильда.
Балканский кризис
Политика правительства по восточному вопросу выразилась отклонением меморандума князя Горчакова, выработанного на конференции в Берлине Бисмарком, князем Горчаковым и Андраши и заключавшего в себе изложение программы так называемого «союза трёх императоров».
Сербская война, популярная среди либералов, а ещё более весть о турецких жестокостях в Болгарии поставили правительство в очень щекотливое положение. Граф Дерби вынужден был заявить Турции, что ввиду всеобщего негодования, возбуждённого её зверствами, она не может рассчитывать на поддержку даже в случае прямого объявления войны Россией. Больше 200 митингов выразили протест против солидарности Англии с турецкими палачами; государственные люди, как Гладстон и Стратфорд Редклиф, горячо доказывали в брошюрах и открытых письмах необходимость автономии для христианских провинций Турции. Когда вспыхнула русско-турецкая война, либералы отстаивали право балканских народов восстать против такого правительства, как турецкое. Консервативные министры ответили подчеркиванием того факта, что Турции обещана лишь нравственная поддержка. Только когда опасность, объяснял министр иностранных дел граф Дерби, станет угрожать Константинополю, правительство сочтет себя вправе отступить от этой политики, освященной трактатами.
В конце сессии радикалы так называемой «молодой Ирландии», между которыми особенно выдавались Парнелл, Сэлливан, О’Доннель, образовали крайнюю левую гомрулерскую партию, решившую во что бы то ни стало заставить парламент обратить наконец внимание на бедственное положение Ирландии. Орудием для своей борьбы они выбрали сам устав парламента и с необыкновенным искусством пользовались им, чтобы систематически тормозить деятельность палаты, замедлять ход прений и делать недействительными решения. У парламента не оставалось иного исхода, как изменить издавна принятый порядок делопроизводства. В этом смысле были сделаны предложения лидером нижней палаты Стафордом Норткотом, которые были приняты палатой.
Недостаточность этих мер обнаружилась весьма скоро, во время прений о южно-африканской конфедерации. Несмотря на возраставшее нетерпение палаты, парнелитам удалось принудить парламент к 18 голосованиям, большей частью по чисто формальным вопросам, и, взаимно сменяя друг друга в заранее определённые сроки, продлить заседание на целые 26 часов, до двух часов пополудни другого дня. Только угроза Норткота побудить собрание к принятию специальных мер против дерзкого меньшинства могла привести прения к концу.
После взятия Карса и падения Плевны султан обратился к английскому правительству с просьбой о посредничестве. Общее возбуждение, вызванное событиями войны, дошло теперь до кульминационного пункта.
По всей Англии собирались митинги враждующих партий. Консерваторы выражали свою симпатию к туркам и ненависть к России, а либералы протестовали наперед против всякого вмешательства со стороны Англии, которое могло бы повести к разрыву с Россией и парализовать освободительные результаты русско-турецкой войны. В среде самого министерства существовало разногласие. Противниками крайних мер были графы Дерби и Кэрнарвон. Последний уже в январе 1878 года вышел в отставку; выход первого был предупрежден отменой приказания, в силу которого английский флот должен был войти в Дарданеллы. Несколько позже, однако, когда русские войска стояли под Константинополем, английский флот вступил в Мраморное море и парламент разрешил кредит в 6 млн фунтов стерлингов на военные цели. Обещание России не занимать Галлиполи, а также согласие Англии удалить свой флот из окрестностей Константинополя дали более успокоительный оборот делу. После заключения Сан-Стефанского мира министерство по соглашению с Австрией решило требовать, чтобы на обсуждение европейского конгресса были внесены не отдельные части русско-турецкого мирного трактата, а весь трактат, так как только при этом условии будет гарантировано право держав подавать свой голос по вопросам, касающимся изменения трактатов 1856 года.
Несогласие России на это требование вызвало воинственные решения английского кабинета, имевшие последствием отставку графа Дерби. 1 апреля в обеих палатах прочитано было королевское послание о созыве резервов. В тот же день новый министр иностранных дел, лорд Салисбэри, отправил к европейским правительствам циркулярную депешу, которая немедленно была обнародована в газетах и своей резкой критикой Сан-Стефанского договора вызвала восторженное одобрение английских шовинистов. 7000 человек индийских войск было отправлено в Мальту. Перед мыслью о войне с ужасом отступали, однако, многие влиятельные кружки английского народа. Собравшаяся в Лондоне конференция из 400 духовных лиц разных диссентерских общин передала Гладстону адрес, враждебный воинственной политике. В Манчестере состоялся митинг из 1800 депутатов от либеральных ассоциаций Англии под председательством Брайта и Чембэрлена, на котором единогласно был принят протест против войны с Россией. Несколько новых выборов оказались не в пользу правительства. В палате общин лорд Гартингтон предложил вотировать порицание правительству за перемещение войск в мирное время из одной части государства в другую. Предложение это было отвергнуто.
Между тем состоялся Берлинский конгресс, на котором представителями Англии были лорды Биконсфильд и Салисбэри. Решения конгресса были дипломатической победой для Англии, тем более что она приобрела остров Кипр.
Английские уполномоченные были встречены в Лондоне шумными ликованиями, как вестники «почетного мира» (English: peace with honour). Предложение лорда Гартингтона вотировать порицание восточной политике министерства было отвергнуто 388 голосами против 195. О важных законодательных мерах во время сессии 1878 года не могло быть и речи ввиду преобладающего значения внешней политики. Партия гомрулеров возобновляла по различным поводам свою обструкционную тактику, но воздерживалась от повторения сцен вроде прошлогодних. Важным событием в истории был разрыв между её умеренными и революционными элементами по поводу прений об убийстве крупного землевладельца графа Лейтрима.
Поздневикторианский период
Вскоре после закрытия парламента получилось известие о движении русских к Амударье и о прибытии русского посольства в Кабул. Это было ответом России на отправку индийских войск в Мальту. Со своей стороны лорд Биконсфильд решился отказаться от политики невмешательства в Афганистане, которой придерживались его предшественники. Когда афганский эмир Шир-Али не согласился на пребывание английских резидентов в Кандагаре и Герате, англо-индийское войско вступило в Афганистан и быстро заняло Пейварский проход, устранив таким образом одно из главных препятствий на пути в Кабул.
В начале 1879 года Шир-Али бежал из Кабула и скоро умер. Преемник его, Якуб-хан, заключил мир с Англией.
Окончилась и война с зулусами, начатая ещё в 1878 году по вине генерал-губернатора южно-африканских колоний сэра Бартля Фрэра. Медленное её течение нанесло могуществу Биконсфильда один из тех ударов, от которых ему уже не удалось оправиться.
Финансовые результаты воинственной политики министерства весьма чувствительно отразились на бюджете 1879 года. Он заключился дефицитом в 5 млн фунтов стерлингов, хотя правительство не внесло в него расходы на зулусскую войну и предложило покрыть издержки на афганскую войну беспроцентным займом из консолидированного фонда за счет Индии. Против этого финансового манёвра громко восстали самые выдающиеся авторитеты либеральной партии. Они указали также на общее увеличение государственных расходов за четырёхлетнее управление министерства Биконсфильда (1874—1878), доходившее сравнительно с предшествовавшим четырёхлетием (1870—1874) до 10 млн фунтов стерлингов в год. И хотя министерское большинство все ещё было настолько сильно, чтобы заглушить эту критику, но факт несомненного финансового регресса все же оказал влияние на политическое настроение нации.
Осложнение произошло и со стороны Египта, откуда были удалены представители англо-французского контроля. В это дело вмешались не только Франция и Англия, но и остальные великие державы. 26 июня решено было низложить хедива в пользу его сына Тевфика, обязав последнего восстановить прежний порядок.
В области внутренних дел главной правительственной мерой был билль об армии, возбудивший оживленные прения, в особенности по вопросу о дисциплине в военных тюрьмах и о сохранении или отмене телесных наказаний.
Второй важной мерой был закон об ирландском университете, основавший в Дублине учёную корпорацию, на обязанности которой, по примеру Лондонского университета, лежало не преподавание, а производство экзаменов и раздача учёных степеней, премий и стипендий. Другим биллем из излишка доходов от ирландских церковных имуществ отчислена была сумма в 1 300 000 фунтов стерлингов как пенсионный фонд для учителей ирландских элементарных школ. Отменен был закон 1793 году, запрещавший собрания делегатов ирландских графств.
Парнелль воспользовался этой уступкой для основания в Дублине ирландского национального конвента (English: National Irish Convention), ставшего центральным органом стремлений гомрулеров. Постоянно возраставший ввоз хлеба и мяса, особенно из Америки, в соединении с результатами целого ряда плохих урожаев возбудил мысль о необходимости по крайней мере частичного восстановления протекционной системы. Возникла партия, требовавшая замены господствующей свободы торговли (English: free trade) так называемой честной торговлей (English: fair trade), то есть такой торговой системой, которая была бы основана на взаимных международных уступках. Требования этих «фэртрэдеров» были признаны Биконсфильдом неосуществимыми. В течение лета организовался фермерский союз «English: Farmers alliance», стремившийся к реформе законов, относящихся до землевладения, и к лучшему представительству земледельческого класса в парламенте. Палата общин решила образовать специальную комиссию для расследования причин господствующего зла и изыскания средств к его устранению. Нужда земледельческого населения, особенно в Ирландии, достигла, между тем, удручающих размеров.
Под руководством Парнелля и О’Коннора началась агитация против ренты, с лозунгом «Ирландская земля ирландскому народу!». Парнелль рекомендовал образование фермерского союза, понижение арендной платы и в случае несогласия землевладельцев — прекращение всяких платежей. Национальный ирландский конвент стал как бы парламентом недовольных ирландцев. В то же время Парнелль в союзе с Дэвитом, помилованным фением, снова вызвал к жизни Ирландскую поземельную лигу, ближайшая цель которой состояла в сборе денег для покупки ирландских земель в пользу ирландского народа.
Тяжким ударом для министерства была весть об избиении в Кабуле английского посольства. Война с Афганистаном стала неизбежной. В октябре генерал Робертс вступил в Кабул и сохранил его за собой, хотя вся страна осталась в руках восставшего народа.
Парламент в начале 1880 года был распущен. В своём избирательном манифесте Биконсфильд клеймил автономистов именем преступных нарушителей мира, возводил на либеральную партию обвинение в политике, рассчитанной на уничтожение всемирного господства Англии, и ставил сохранение могущества и величия Англии, а также всеобщего мира в зависимость от победы консервативного правительства. Новый парламент оказался состоящим из 349 либералов, 243 консерваторов и 60 автономистов.
Биконсфильд подал в отставку. Гладстон 28 апреля составил новое министерство. При открытии парламента много шума наделал инцидент по поводу присяги Брэдло.
В первое время в среде гомрулеров господствовало примирительное настроение относительно нового министерства, которое, со своей стороны, решило не возобновлять билля об исключительных законах. Вследствие целого ряда плохих урожаев положение сельского населения, особенно в западной части Ирландии, было крайне тяжёлое. Во многих случаях взнос арендных денег стал абсолютно невозможен. Несмотря на это, число выдворений росло в ужасающих размерах, и так как возбуждённый народ прибегал к сопротивлению, то часто приходилось обращаться к полицейской власти. Гомрулеры требовали издания хотя бы какой-нибудь временной меры для защиты бедствующего сельского населения от несправедливых притязаний собственников земли. Министр по делам Ирландии Форстер, уступая этому требованию, внёс билль, восстанавливавший, в сущности, только некоторые пришедшие в забвение определения земельного закона 1870 года. Противодействуя этому биллю, фракция ториев, избравшая своим девизом непримиримую вражду к министерству Гладстона и отделившаяся под предводительством лорда Рандольфа Черчилля от главной консервативной группы, повела систему обструкционизма даже дальше, чем прежде гомрулеры.
В Афганистане англичане действовали успешно; эмиром был провозглашен ставленник их Абдуррахман.
В Южной Африке между бурами Трансвааля обнаружился мятежнический дух; возникло восстание в стране базутосов. Проект конфедерационного устройства разбился о сопротивление Капской колонии.
В Ирландии общее возбуждение поддерживалось громадными митингами. Парнелль предложил систему общественного остракизма против всякого, кто осмелится снимать в аренду земли, откуда были выдворены прежние арендаторы, или кто каким бы то ни было образом будет действовать наперекор земельной лиге. Совершен был целый ряд насилий против судебных чиновников, земельных агентов, оставшихся верными контрактам фермеров и вообще против всех лиц, почему-нибудь неприятных лиге. Все это возбуждало тем большие опасения, что виновных не находили и полиция была бессильна.
Правительство увеличило численность войска и привлекло к суду 14 главных членов земельной лиги, в том числе Парнелля, по обвинению в мятежнической агитации. До какой степени ирландский народ принял близко к сердцу рекомендованное Парнеллем средство общественного остракизма — это показала история с капитаном Бойкотом, фермером и земельным агентом в Майо, по имени которого вся эта система, принявшая характер настоящего террора, получила название бойкотирования. Вскоре в Ирландии, кроме Ульстера, не осталось ни единого уголка, где бы лига не имела своих отделений и тайных судов, члены которых располагали страшным оружием бойкотирования. По делу членов земельной лиги присяжные не могли прийти к соглашению, и судебное производство осталось без результата. В начале 1881 года парламенту предложены были билль для подавления анархии в Ирландии и земельный билль, клонившийся к преобразованию аграрных отношений. Гомрулеры заявили о своём твёрдом намерении затормозить во что бы то ни стало первый из этих биллей. Прения тянулись 42 часа подряд. Наконец билль прошёл в первом чтении; но уже в тот же день по поводу предложения о втором чтении гомрулеры возобновили свою обструкционную тактику.
Совершенно ясной стала необходимость изменений в самом уставе палаты. Внесённое в этом смысле предложение Гладстона вызвало новые бурные сцены. Оно было принято, но ирландским депутатам все же удалось затянуть утверждение билля на целых 12 заседаний. Затем наступила очередь земельного билля. Он заключал в себе следующие главные постановления: ограничение права помещика отказать фермеру в дальнейшем содержании аренды; обеспечение за фермерами стоимости всех произведенных ими на арендуемом участке улучшений; пересмотр чрезмерно возвышенной арендной платы особыми оценочными присутствиями, определения которых должны быть одинаково обязательны как для помещиков, так и для фермеров; увеличение арендных сроков; наконец, выдача ссуд на улучшение или покупку арендуемых имений, на поднятие пустопорожних земель, равно как на переселение безнадежно обнищавших. Несмотря на множество поправок, в существенных своих пунктах билль остался без изменений; но после рассмотрения его лордами он вернулся в нижнюю палату неузнаваемым. Министерство изъявило готовность к уступкам, но отвергло все поправки, которыми нарушалась главная цель билля. Лорды стояли на своём. Гладстон сделал ещё несколько уступок, и наконец билль получил королевскую санкцию (август 1881).
В апреле того же года умер лорд Биконсфильд, которому наследовал, как предводитель консервативной партии в верхней палате, лорд Салисбэри. В Трансваале вспыхнуло восстание боэров. При посредстве Оранжевой республики открыты были переговоры, окончившиеся миром, в основу которого легло признание верховных прав королевы и самоуправление буров.
Правительство спокойно смотрело на занятие Туниса Францией, но наперед заявило свой протест против расширения французского влияния на Триполи.
Старания возобновить заключённый Кобденом в 1860 году англо-французский торговый договор, в которых выдающееся участие принял с английской стороны Чарльз Дильк, разбились о сопротивление французских протекционистов.
Ирландская земельная лига была закрыта правительством; оценочные присутствия для пересмотра арендных платежей открыли свою деятельность, оживившую надежды на лучшее будущее. Но уже в первых числах 1882 года обнаружилось новое брожение враждебных элементов. Тайные общества фениев старались занять пробел, оставшийся за уничтожением земельной лиги; их поддерживали денежные пособия и эмиссары из Америки.
В начале сессии 1882 года произошло столкновение между Гладстоном и верхней палатой. Последняя постановила избрать специальную комиссию для исследования результатов ирландского земельного билля. По мнению Гладстона, такая комиссия, назначенная землевладельцами и в интересах землевладельцев, могла оказать только вредное влияние на начатое в Ирландии дело умиротворения. Он предлагал поэтому вотировать порицание верхней палате, что и было принято большинством 303 голоса против 235.
Лорды все-таки избрали комиссию, но, не пользуясь содействием правительства, она осталась мертворождённой. Тори сами нашли необходимым пойти навстречу требованиям земельной лиги и внесли предложение содействовать фермерам в покупке арендуемых ими участков при пособии от казны, требуя в то же время более строгих мер против тайных обществ. Примирительное настроение было нарушено вестью об убийстве нового министра по делам Ирландии лорда Фредерика Кэвендиша и его товарища Борка в Феникс-Парке, в Дублине (6 мая). Это убийство было делом тайных обществ, которые и слышать не хотели о соглашении. Уже 11 мая Гаркорт внёс в нижнюю палату билль о предупреждении преступлений, который, кроме других мер охранения общественной безопасности, заключал в себе разрешение производить домовые обыски днем и ночью, назначение чрезвычайных судов, право запрещения газет и общественных сходок. Билль был принят обеими палатами. Вслед за этим Гладстон провёл другой закон, имевший целью оказать помощь беднейшим ирландским арендаторам.
В сфере внешней политики главный интерес представляли египетские дела. Ещё осенью 1881 года в Египте образовалась военная партия под предводительством Араби-паши, открыто ставшая во враждебные отношения к иностранцам. В связи с этим 11 июня 1882 года произошло возмущение черни в Александрии, при чём был ранен британский консул. 15 июня Гладстон формулировал в парламенте свою египетскую политику в 3 главных положениях: совместное действие с Францией, уважение к верховным правам Порты и водворение прочного порядка в Египте в интересах Европы и с одобрения великих держав. В том же духе действовала собравшаяся в Константинополе европейская конференция (23 июня). Но медлительность Порты, нерасположение Франции к вооружённому вмешательству и все более и более вызывающий образ действий Араби вскоре принудили Англию к более энергическому образу действий. 6 июля английское правительство отправило Араби-паше требование приостановить крепостные работы, начатые им в Александрии, и так как Араби оставил это требование без внимания, то 11 июля британский флот под начальством адмирала Сеймура открыл огонь по александрийским фортам.
13 июля Араби покинул город, который был подожжен чернью. Заняв Александрию, англичане обратили свои силы против Араби. В Египет был послан самый выдающийся английский полководец, Волслей, который уже 13 августа одержал при Тель-ель-Кебире блестящую победу над Араби-пашой. Последний сдался в плен и был отвезен на остров Цейлон.
К концу сессии приняты были предложенные Гладстоном изменения в парламентском уставе. Главнейшими из них было так назыв. правило о закрытии (English: closure), которым спикеру предоставлялось право с согласия большинства признать прения оконченными и учреждение так называемых больших комитетов (English: grand committees) для предварительной разработки специальных вопросов, которые до сих пор обсуждались в полном заседании палаты. Этими двумя постановлениями в значительной степени ограничена возможность злоупотребления свободой слова. В составе министерства произошли важные перемены. Брайт вышел в отставку немедленно после бомбардировки Александрии. Гладстон уступил портфель финансов Чайльдерсу, оставив за собой только пост первого министра, и в кабинет вступили новые члены: лорд Дерби, открыто перешедший в либеральный лагерь, и Чарльз Дильк, принадлежавший к радикальному крылу партии.
В сессии 1883 года министерство все ещё располагало большинством в палате общин. Закон против изготовления и продажи взрывчатых веществ прошёл в обеих палатах в один и тот же день. Благодаря избранным на основании нового парламентского устава большим комитетам, палата с непривычной быстротой приняла внесённые министерством законы о несостоятельности, о злоупотреблениях при парламентских выборах и об ограждении прав изобретателей. Точно так же был принят, хотя не без сильного сопротивления, закон об улучшении быта английских и шотландских фермеров.
В Ирландии дела шли по-прежнему. Как далеко раскинулась сеть фенианских заговоров, это доказало убийство Кэри, одного из коронных свидетелей в процессе против убийц в Феникс-Парке; он был убит на британском пароходе как раз в тот момент, когда собирался сойти на африканский берег.
В Египте дела усложнились вследствие беспорядков, вспыхнувших в Судане. Ещё в 1882 году там возникло национально-религиозное движение, во главе которого стал махди (пророк) Мохаммед-Ахмед. 1 ноября 1883 года он разбил наголову египетскую армию, которой командовали английские офицеры, а несколько дней спустя другой отряд потерпел жестокое поражение при Суакиме. Взрыв негодования, охватившего всю нацию, принудил Гладстона согласиться на отправку генерала Гордона в Судан в качестве генерал-губернатора. Гордон немедленно поспешил к месту своего назначения, но был плохо снабжен войском и деньгами. Египетская армия под начальством англичанина Бэкера была наголову разбита (11 февраля 1884 года) Османом Дигмой при Эль-Тебе, а сам Гордон принужден был запереться в Хартуме, без провианта и с гарнизоном, переполненным изменниками. Вся нация требовала, чтобы храбрый генерал не был покинут на произвол судьбы, и министерство решило послать к нему на выручку генерала Волслея. Но прежде чем передовой отряд новой армии достиг до Хартума, город сдался от голода и Гордон был убит (26 января 1885 года). Волслей получил приказ отступить. К концу мая все английские военные силы возвратились назад в Верхний Египет.
Если, несмотря на малоотрадный исход египетских дел, палата отвергла предложенное ториями порицание министерству, то это объясняется тем, что целым рядом реформ в области внутренней политики Гладстон сумел приобрети себе надежных сторонников между радикалами. В числе этих реформ первое место занимал новый избирательный закон, устранявший разницу между сельскими и городскими избирателями и предоставлявший избирательное право в графствах каждому наемщику квартиры; сверх того, избирательное право даровано прислуге, обладающей цензом в 10 фунтов. Таким образом создавалось 2 млн новых избирателей. Нижняя палата приняла этот билль 26 июня 1884 года, но верхняя постановила не приступать ко второму чтению до тех пор, пока министерство не внесёт своего билля о распределении избирательных округов. Гладстон не согласился на это требование.
Под влиянием нападений со стороны печати лорды уступили; избирательный билль был ими принят. Вскоре после того осуществилась и другая половина реформы: многие маленькие городки были лишены права иметь своего особого депутата, число представителей от больших городов было увеличено, графства разделены на избирательные округа с приблизительно равной численностью населения. Слабые успехи Гладстона на поприще иностранной политики, а с другой стороны, его предупредительность к радикалам и ирландским автономистам уже давно вызвали отчуждение между ним и умеренными вигами. Это повело к тому, что когда 3 июня 1885 года, по поводу бюджета, Гикс-Бич внёс резолюцию о выражении недоверия правительству, последнее понесло поражение и вышло в отставку.
Составление нового кабинета было поручено главе ториев, маркизу Салисбэри. Сам он принял на себя министерство иностранных дел. Норткот, перешедший в это время с титулом лорда Иддесли в верхнюю палату, стал президентом тайного совета, Гикс-Бич получил заведование финансами, а лорд Черчилль — министерство по делам Индии.
Новый кабинет довольно счастливо повёл свою иностранную политику: отношения к Германии, поколебленные успехами последней в Африке, улучшились, несогласие с Россией по поводу афганских границ было улажено, генерал Прендергаст занял Бирму, и уже 1 января 1886 года вице-король Индии провозгласил присоединение Бирмы к Британской империи.
Между тем, в начале декабря 1885 года произошли на основании нового избирательного закона парламентские выборы, доставившие либералам значительное число голосов благодаря содействию сельских избирателей, пожелавших выразить Гладстону и его друзьям свою благодарность за дарованные им политические права. В общем избрано 333 либерала, 251 тори и 86 ирландских автономистов. В парламенте ирландцы соединились с друзьями Гладстона, и уже 26 января 1886 года кабинету Салисбэри нанесено было поражение по поводу адреса. Тори вышли в отставку.
Так как умеренные виги, как лорд Гартингтон и Гошен, держались в стороне, то кабинет составился преимущественно из друзей Гладстона и радикалов — лорда Росбэри, Чайлдерса, Морлея, Чэмберлена. Гладстон немедленно внёс в нижнюю палату два законопроекта для умиротворения Ирландии. Одним из них предполагалось при помощи выкупной операции обратить крупную поземельную собственность, находившуюся исключительно в руках англичан, в свободное крестьянское владение, а другим — даровать Ирландии туземное правительство и особый народный парламент. Новый ирландский парламент должен был состоять на ²/3 из выборных членов и на 1/3 из членов, назначаемых английским правительством. Его ведению должны были подлежать все дела, касающиеся Ирландии, за исключением иностранной политики, таможенных и военных вопросов; взамен этого ирландские члены лишались своих мест в парламенте Соединённого королевства.
Против этого последнего билля в стране поднялась ожесточённая оппозиция; на него ополчились не только все консерваторы, но и умеренные виги с лордом Гартингтоном во главе; даже многие радикалы высказались против закона, последствием которого было бы столь далеко идущее разъединение между Ирландией и Англией. Чэмберлен вышел из кабинета вместе со своим другом Тревельяном. Закон об ирландской автономии был отвергнут в нижней палате (7 июня) большинством 341 голос против 311. Гладстон апеллировал к стране, но после необычайно возбуждённой избирательной борьбы народ высказался, в июле 1886 года, против министерства. В новый парламент, кроме 86 ирландских автономистов, попал всего 191 сторонник Гладстона, тогда как тори получили 317 мест, а либеральные унионисты — 76.
Так как Гартингтон отказался вступить в кабинет, то Салисбэри составил чисто торийское министерство, в которое вошли, между прочим, лорд Иддесли, Гикс-Бич, лорд Черчилль и Кренбрук. Ирландия ответила на низвержение министерства Гладстона новыми аграрными преступлениями и уличными беспорядками. Диллон и О’Бриен, предводители национальной лиги, образовавшейся вместо прежней земельной лиги, вербовали всюду сторонников для своего «плана нового похода». По этому плану предполагалось назначить от лиги доверенных лиц для установления арендной платы в каждом частном имении Ирландии; если помещики не примут сделанных этими доверенными оценок, то арендаторы должны совсем прекратить платеж аренды. Ирландские депутаты старались ставить правительству затруднения в нижней палате, но поправка Парнелля к адресу была отклонена вместе с его земельным законопроектом, которым предполагалось уменьшить арендную плату на 50 %.
В конце 1886 и в начале 1887 года в министерстве произошли некоторые перемены. Прежде всего неожиданно вышел в отставку лорд Черчилль. Его место было предложено вождю либеральных унионистов, лорду Гартингтону, который сам отказался принять должность, но уговорил своего друга Гошена вступить в министерство в качестве канцлера казначейства. Этим положено начало сближению с умеренными вигами. Затем из министерства вышли лорд Иддесли и Гикс-Бич; место последнего занял Бальфур, племянник Салисбэри.
Беспорядки в Ирландии заставили правительство, в конце марта 1887 года, внести проект нового усмирительного закона. Несмотря на сильную оппозицию сторонников Гладстона и ирландских членов парламента, предложение министерства получило большинство и вошло в силу в июне 1887 года.
В августе 1887 года ирландская национальная лига была закрыта, как опасное общество, а её отделения распущены; последствием этого были новые возмущения.
В апреле в Лондоне открылась имперская конференция (English: Imperial conference) всех британских колоний с целью теснее связать узы между колониями и метрополией.
В области внешней политики возникло несогласие с Францией из-за Новогебридских островов, скоро улаженное; с Россией происходили недоразумения по вопросам об афганских границах и по делам болгарским. Когда после долгого междуцарствия болгары выбрали в князья Фердинанда Кобургского, петербургский кабинет обратился к Порте с требованием признать незаконность этого избрания. Но Англия, поддерживаемая Австрией и Италией, отказалась присоединиться к этому требованию, и свидание королевы Виктории с императором Францем-Иосифом, в апреле 1888 года, по-видимому, не осталось без влияния на то, что Австрия и Англия приняли в болгарском вопросе положение враждебное России.
В Ирландии, несмотря на специальные законы и чрезвычайные суды, аграрные беспорядки не прекращались. Сильное раздражение вызвало в стране заявление Римской курии (1888), в резких выражениях осуждавшее систему бойкотирования. Ирландцы ответили, что они не намерены заимствовать свою политику ни из Италии, ни из Англии, и наотрез отказались прекратить порицаемые Папой меры насилия. В августе парламент обсуждал предложение о назначении суда над Парнеллем, обвиненного газетой «Times» в сообщничестве с убийцами Кэвендиша и Борка. Парнелль, не ожидая решения назначенной парламентом комиссии, начал против «Таймс» судебный иск о клевете; Пигот, доставивший «Таймс» компрометировавшие Парнелля письма, сознался в подлоге и окончил жизнь самоубийством (февраль 1889 года).
Процесс Парнелля с «Таймс» произвел глубокое впечатление в стране. Последовавший за этим целый ряд частных выборов показал, что торийский кабинет все более и более теряет почву под ногами. Новый процесс Парнелля, уличенного в незаконном сожительстве с замужней женщиной (на которой, впрочем, он потом женился), отдалил от него сторонников Гладстона и произвел раскол в недрах самих ирландских автономистов, которые потребовали, чтобы Парнелль временно отказался от предводительства партией и вообще от парламентской деятельности. Важнейшая внутренняя мера, ознаменовавшая правление консервативного министерства за последние годы, состояла в преобразовании местного самоуправления на более демократических началах.
Этот новый закон вошёл в силу с 1 апреля 1889 года. В том же году учреждено особое министерство земледелия. В 1890 году ассигновано было 33 млн фунтов стерлингов на содействие ирландским арендаторам в покупке арендуемых ими имений; в 1891 году проведён новый билль, направленный к той же цели и предоставляющий арендаторам, принудительно удаляемым за неплатёж ренты, продать своё арендное право другим лицам в течение пятилетнего срока. Консервативное большинство в палате общин хотя и уменьшилось (путём отдельных выборов, благоприятных для либералов), но все ещё настолько сильно, чтобы препятствовать принятию радикальных реформ, как, например, бесплатности начального обучения, отвергнутой (февраль 1890) большинством 223 голоса против 163. Бюджетные излишки обращаются, однако, на развитие народного образования и улучшение положения народных учителей. Просьба королевы назначить особые суммы на содержание её внуков (сына и дочери принца Уэльского) встретила противодействие со стороны вождей радикальной партии, Лабушера и Морлея. Палата общин согласилась только на некоторое увеличение средств, ассигнуемых лично королеве (август 1889 года).
Как в 1889 году, так и в 1890 году в Лондоне и в других больших городах Англии происходили крупные стачки рабочих.
Английские войска принимали участие в поражении дервишей, вторгнувшихся с юга в пределы Египта.
Между США и Великобританией возникали несогласия из-за свободы плавания по Берингову морю, между Францией и Англией — из-за рыбной ловли у берегов Ньюфаундленда (1890). Англия признала права Франции на Мадагаскар, Франция — права Англии на Занзибар (установленные согласно Занзибарскому договору 1890 году с Германией).
1899 год — начало англо-бурской войны.
Борьба за Африку

Давнишним «недоразумениям» между Англией и Германией по вопросу о южно-африканских владениях обеих держав был положен предел договором 1 июля 1890 года, по которому Германия сделала Англии большие уступки в Африке, но зато получила от Англии остров Гельголанд.
В Африке же нашлись поводы к распре между Португалией и Англией, одно время грозившей войной.
Викторианская мораль

В обществе стали преобладать ценности, исповедуемые средним классом и поддерживаемые как англиканской церковью, так и мнением буржуазирующейся верхушки общества. Ценности и энергия среднего класса легли в основу всех достижений викторианской эпохи.
Трезвость, пунктуальность, трудолюбие, экономность и хозяйственность ценились и до правления Виктории, но именно в её эпоху эти качества стали доминирующей нормой. Пример подала сама королева: её жизнь, до конца подчинённая долгу и семье, разительно отличалась от жизни двух её предшественников. Большая часть аристократии последовала её примеру, отказавшись от броского образа жизни предыдущего поколения. Так же поступила и квалифицированная часть рабочего класса.
Представители среднего класса обладали уверенностью в том, что процветание — это вознаграждение за добродетель, и следовательно, неудачники не достойны лучшей участи. Доведенное до крайности пуританство семейной жизни порождало чувство вины и лицемерие.
Викторианское искусство и литература

Типичными писателями викторианской эпохи являются Чарльз Диккенс, Уильям Мейкпис Теккерей, Энтони Троллоп, сестры Бронте, Конан Дойль, Редьярд Киплинг и Оскар Уайльд; поэтами — Альфред Теннисон, Роберт Браунинг и Мэтью Арнольд, художниками — прерафаэлиты.
Формируется и достигает своего расцвета британская детская литература с характерным отходом от прямой дидактики в сторону бессмыслицы и «вредных советов»: Льюис Кэрролл, Эдвард Лир, Уильям Рэндс. Ещё одно направление в живописи этой эпохи, которое отражало развитие английской литературной сказки этого времени, — викторианская сказочная живопись (представители: Ричард Дадд, Джон Анстер Фицджеральд, Марк Ланселот Симонс).
Викторианская архитектура

В области архитектуры викторианская эпоха отмечена всеобщим распространением эклектического ретроспективизма, в особенности неоготики. В англоязычных странах для обозначения периода эклектики используется термин «викторианская архитектура».
Ссылки

‹See Tfd›(in English)
‹See Tfd›(in English)
‹See Tfd›(in English)
‹See Tfd›(in English)
‹See Tfd›(in English)
‹See Tfd›(in English)


Примечания





Категория:История Великобритании
Категория:История XIX века
Категория:Виктория (королева Великобритании)
*