Question: Кто был командующим русской армии в Первой мировой войне?

1-я армия (Российская империя)


1-я армия (1 А) — временное[1] общевойсковое оперативное формирование (объединение, полевая армия) Русской Императорской армии во время Русско-турецкой (1828 — 1829)[2][3], Польского бунта (1830 — 1831)[4] и Первой мировой войн (сформирована из соединений, частей, учреждений и заведений Виленского военного округа).
История
В соответствии с руководящими документами полевые армии России являлись временными формированиями создававшимися на время вооружённого конфликта. В Отечественной войне использовались 1-я Западная армия Барклая-де-Толли, 2-я Западная армия Багратиона, 3-я Западная армия Тормасова Русской армии (называемой также в советской историографии Императорской, Царской). Позже была сформирована Главная армия. В 1814 году на основе формирований Главной и 3-й (обсервационной) армий, в октябре была сформирована 1-я армия. Главнокомандующими армией назначались генерал-фельдмаршалы М. Б. Барклай де Толли и Ф. В. Остен-Сакен (с 1818 года). Во время русско-турецкой войны (1828 — 1829) и Польского бунта (1830 — 1831) некоторые соединения и части из состава 1-й армии отряжались ко 2-й армии и к Действующей армии и принимали участие в военных (боевых) действиях. Главный штаб 1-й армии расформирован к 1 сентября 1835 года, а основная часть её формирований переведены в Действующую армию. Для окончания дел Главного штаба армии была учреждена Временная комиссия, просуществовавшая до 1842 года.
Летом 1862 года вместо Первой армии были учреждены Варшавский, Киевский и Виленский военные округа.
С начала Великой войны в июле 1914 года при штабе Виленского военного округа было образовано Полевое управление 1-й армии и началось сформирование состава армии. Полевое управление 1-й армии ликвидировано в начале 1918 года.
Состав
С 1806 года до 60-х годов XIX века 1-я полевая армия (1-я Западная) в ВС Российской империи включала управление, корпуса (высшие соединения в пехоте и кавалерии — непостоянные), имевшие по две дивизии (постоянное войсковое соединение состоящее из двух — трёх бригад двухполкового состава и артиллерийской бригады) и артиллерийские бригады (корпусные).
С 1814 года состояла из управления, пяти пехотных и 2-го, 3-го, 4-го, 5-го резервных кавалерийских корпусов.
К началу царствования императора Николая I (1825 год) в составе 1-й армии[5]:
1-й пехотный корпус;
2-й пехотный корпус;
3-й пехотный корпус;
4-й пехотный корпус;
5-й пехотный корпус;
1-й кавалерийский корпус;
2-й кавалерийский корпус;
3-й кавалерийский корпус;
4-й кавалерийский корпус;
5-й кавалерийский корпус.
В начале Великой войны в состав Виленской армии входили:
Полевое управление (Штаб 1 А).
Управление инспектора артиллерии 1 А.
Подвижной артиллерийский запас 1 А.
Управление начальника инженеров 1 А.
Общий суд корпусов 1<i data-parsoid='{"dsr":[5741,5746,2,2]}'>А.
Военный комиссар Временного правительства 1 А.
1-й армейский авиационный отряд Русского Императорского Военно-воздушного Флота.
III армейский корпус — вошел в состав армии с начала мобилизации.[6]
IV армейский корпус
XX армейский корпус
5-я стрелковая бригада
54-я пехотная дивизия
56-я пехотная дивизия
57-я пехотная дивизия
1-я гвардейская кавалерийская дивизия
2-я гвардейская кавалерийская дивизия
1-я кавалерийская дивизия
2-я кавалерийская дивизия
1-я отдельная кавалерийская бригада
1-я полевая тяжелая артиллерийская бригада
10-й полевой авиаотряд
3-й понтонный батальон
4-й понтонный батальон
2-й железнодорожный батальон
На конец 1917 года штаб армии располагался в Альт-Шванненбург (ныне Гулбене) и армия имела в своём составе:
II армейский корпус
XXI армейский корпус
XXVIII армейский корпус
III конный корпус
В составе
Действующей армии (1814 — 1835)
Северо-Западного фронта (июль 1914 — август 1915)
Западного фронта (август 1915 — апрель 1916)
Северного фронта (апрель 1916 — июль 1917)
Юго-Западного фронта (июль — сентябрь 1917)
Северного фронта (сентябрь 1917 — начало 1918)
Боевые действия
1-я армия в сражениях в Восточной Пруссии в 1914 г.

Во исполнение директивы Главнокомандующего «возможно глубже охватить левый фланг противника с целью отрезать его от Кёнигсберга» [7], утром 4/17 августа 1914 года пехотные дивизии 1-й русской армии под командованием генерала П.К. фон Ренненкампфа на фронте в 70 верст перешли границу с Восточной Пруссией и устремились на северо-запад:[6]  на правом фланге  28 -я и 29 - я XX корпуса, в центре 25 -я и 27 -я III корпуса, на левом фланге 40 -я и 30 - я IV корпуса. 5-я стрелковая бригада шла южнее и была подчинена командиру 1-й кавалерийской дивизии генералу Гурко.
В тот же день произошло первое боевое столкновение между русскими и немцами у Сталупенена.
Первое боевое столкновение 1-ой русской армии

Дивизии III корпуса 1-й русской армии в 11 часов утра развернулись на линии Эйдкунен - Будвейчен и повели энергичное наступление на позиции подразделений 1 -го немецкого корпуса 8 –ой германской армии. Противник, стойко удерживая оборону, ответил сильнейшим артиллерийским огнем. Тем не менее, к 4 часам  III корпус овладел линией Малиссен - Допенен. В начале боя выявилось движение германской пехоты с артиллерией от Сталупенена к Бильдервейчену с целью охвата 25 -й дивизии с правого фланга. Командир 29 пехотной дивизии XX русского корпуса генерал Розеншильд фон Паулин Анатолий Николаевич по собственной инициативе, «не имея против себя крупных частей противника»,  поддержал соседнюю 25 дивизию и нанес удар в тыл немцам. Блестящие действия генерала привели к разгрому немцев у Бильдервейчена. 115 -й Вяземский пехотный полк взял «у неприятеля пленных и 8 орудий». К концу дня на правом фланге сводный конный корпус генерала Хана Нахичеванского продвинулся к Пилькалену.
На левом фланге III корпуса 40 пехотная дивизия IV корпуса «вследствие неурегулированности движения» оторвалась от 27 -й дивизии на 12 – 18 верст и у Мелькемена ввязалась в бой. Дивизионная конница для прикрытия промежутка отсутствовала. 105 –й Оренбургский полк, действуя на левом фланге 27 пехотной дивизии, производил охват правого фланга Сталупененской германской группы.  Данной ситуацией воспользовался противник: неожиданно, в разрыв атаковал тыл 105 –го полка силами 4 - х батальонов с 5-ю батареями 2-ой германской дивизии. Полк «был буквально расстрелян»: убит командир полковник Комаров, выбыли из строя 31 офицер и 2989 солдат. Части 27 дивизии с большими потерями отошли.
Военный историк Н.Н.Головин отмечал, что бой у Сталупенена для немцев являлся разведочным.  Командование 8 –ой германской армии пыталось выяснить движение 1 –й русской армии к северу от Роминтенского леса. Выяснив обстановку, командующий 8 –ой германской армии генерал фон Притвиц приказал командиру 1 – го немецкого корпуса генералу Франсуа оттянуть войска к Гумбинену. Однако, генерал , не подчинившись приказу, решил «побить русских» и ввел в бой всю 1 -ю пехотную дивизию и часть 2 - ой [8] .
 В результате, если он бьет русских на своем правом фланге, то он был ещё сильнее побит русскими на своем левом фланге, где он теряет даже пушки. Вечером он начинает отвод назад ввязавшихся у Сталупенена сил. Генерал фон Притвиц остался недоволен действиями командира 1 -го корпуса; но последний для своего обеления составил донесение, изображающее бой у Сталупенена как свою большую победу. ... Эта ложь сыграет известную роль в дальнейших событиях 
У командующего 8 - ой армии и других командиров немецких корпусов сложилось «преувеличенное представление о своем качественном превосходстве над русскими» [9]. Данная иллюзия дорого обошлась немцам через несколько дней у Гумбинена.
Развертывание на новом рубеже
Первую половину дня 5/18 августа 1-я русская армия приводила в порядок пострадавшие части. После 2 часов дня «центр армии генерала Ренненкампфа двинулся вперед». К вечеру 5/18 августа фронт армии проходил по линии Мальвишкен - Мингштимен - Сталупенен - Раковкен - Зеескен . Следуя директиве Главнокомандующего, предписывающей охват левого фланга 8-ой немецкой армии, генерал Ренненкампф «направляет 5 пехотных дивизий и 4 с половиной кавалерийских дивизий к северу от Роминтеновского леса и намечает захват к вечеру 6/19 августа рубежа (Ушбален  – Пусперн  – Соденен – Гольдап), на восточном берегу реки Роминте. ... Углубление задуманного им охвата достигается направлением на Инстербург четырех кавалерийских дивизий генерала Хана Нахичеванского» [10]. Для выполнения поставленных задач правофланговые 28 и 29 дивизии XX русского корпуса вынуждены были вести наступательные бои против главных сил I - го германского корпуса : 28 –я дивизия к вечеру 6/19 августа оттесняет немцев на линию Гудачен – Небудшен,  29 –я дивизия достигает линии Кармонен – Пусперн. Корпус генерала Хана Нахичеванского с 6 конными батареями спешивается ( 4 пехотных батальона) и на  фронте 6 верст у Краупишкен  имеет полный успех над 2-й немецкой ландверной пехотной бригадой ( 6 пехотных батальонов с 2 батареями). Однако, генерал на достигнутом рубеже закрепляться не стал. Отвел корпус назад в район Линденталь и не принял участия в событиях 7/20 августа. Тем самым, он открыл для охвата правый фланг XX русского корпуса. Мотивом «антидисциплинарного поступка» назвал: необходимость в пополнение ресурсов корпуса.
Возникшая угроза левому флангу 8 - ой германской армии «побуждает генерала Притвица решиться ликвидировать её контрударом». На 7/20 августа он назначает общую атаку.
У Гумбинена

В 3.30 утра 7/20 августа по всему фронту 28-й пехотной дивизии XX русского корпуса ( правый фланг 1 русской армии ) был открыт массированный артиллерийский огонь из 12 батарей 1-й германской пехотной дивизии, усиленные 4 батареями тяжелых гаубиц.  28 –я дивизия имела только 6 батарей легких пушек , которые не могли подавить огонь: немецкие батареи расположились в окопах. В 8 часов утра 1-я германская пехотная дивизия начала фронтальную атаку позиции 28 –й пехотной дивизии. 2-я германская дивизия ( левый фланг I -го немецкого корпуса ) , занявшая своим правым флангом Мальвишкен, повела также атаку на 28 –ю пехотную дивизию в направлении на Мингштимен. Положение 28-й дивизии становилось катастрофическим. Атакуемая немцами с фронта, фланга и тыла,  неся огромные потери , под ураганным обстрелом немецкой артиллерии дивизия начинает постепенный отход за линию русских 4-й, 5-й и 6-й батарей [11]:
 менее чем в версте перед батареями тянулось шоссе, и через минуту, насколько хватало глаз, через шоссе хлынула серая волна густых немецких колонн. Батареи открыли беглый огонь и белая полоса шоссе стала серой от массы трупов. Вторая волна людей в остроконечных касках и снова беглый огонь .
Потери, понесенные частями 1 -й германской пехотной дивизии у Бракупенена, «приковали германскую боевую линию в районе этого селения». Остатки частей 28-й русской пехотной дивизии «пристроились» к правому флангу 29-й пехотной дивизии. Против 29 -й пехотной дивизии действовали части правого фланга 1-й германской дивизии и часть дивизии (16 -й ландвер-дивизион)  генерала Бродрюка. Господства в огне немцы не достигают. Все атаки немецких частей 29- я русская пехотная дивизия отбивает. Командующий 29-й дивизии генерал Розеншильд фон Паулин Анатолий Николаевич «искусно и спокойно» руководил боем и тем самым спас 1-ю русскую армию [12].
Героем дня был III русский корпус. Командир корпуса генерал Епанчин планировал упредить наступательные действия немцев. Однако, 25-я и 40-я дивизии не успели к 5 утра произвести сосредоточение. В 6 часов левофланговая 35 дивизия XVII германского корпуса развернула свою артиллерию и атаковала  подходящие части  25-й дивизии. В неблагоприятных для русских частей условиях  «разгорелся встречный бой». В распоряжении командира 25 -й дивизии генерала Булгакова находились артиллерийская бригада и 25-й мортирный полк. Центр 25 -й дивизии «поддался назад» . Однако, правофланговый 95-й Лифлядский пехотный полк, прочно удерживая позицию, отбивал атаки левофланговых частей дивизии генерала Бродрюка. С 10 часов до 12 левый фланг 35 –ой немецкой дивизии энергично атакует центр 25 –й дивизии, которая отходит на линию Гудин – Ионасталь. В результате одна бригада 35-й немецкой дивизии оказывается в мешке.  С севера две батареи из района 97-го Лифлядского полка и две батареи с юга соседней 27-й артиллерийской бригады «простреливают этот мешок», применяя «фланкирующий» огонь. Атака массированными построениями 35-й немецкой дивизии «жестоко расстреливается русской артиллерией». Давление на центр 25-й дивизии прекращается.
7/20 августа стал славным днем и для 27-й русской пехотной дивизии III корпуса. В 7 часов утра она успела развернуться. Около 8 часов начался обстрел русской позиции немецкой тяжелой артиллерии из-за реки Реминте. Правофланговые части 35-й и левофланговые части 36-й германских пехотных дивизий начали атаку центра и левого фланга 27-й русской пехотной дивизии.  Недооценивая стойкость русских войск немцы намеревались «сбить их с одного маху». Подойдя ближе чем на 1000 шагов, немцы попали в сферу действия ружейного и пулеметного огня. Бросившиеся с большим порывом вперед германские цепи залегли. Потери были огромны: линии полегли полностью с офицерами. Сказалась «отличная постановка стрелкового обучения в русской армии после японской войны» [13]. Части XVII германского корпуса  вновь и вновь атаковали центр и фланги 27-й пехотной дивизии:
 немецкая пехота шла в атаку линиями густых цепей. Стройность движения была поразительна. Видно было как соблюдалось равнение. Некоторые начальники ехали верхом среди войск
Однако действия пулеметного огня и «с особенным искусством» русской артиллерии всякий раз наносила противнику огромные потери. Около 4 часов дня начался отход  немецкой пехоты: «сначала отдельные люди, а затем неудержимой волной хлынула назад вся боевая линия». Участник сражения у Гумбинена лейтенант 5 –го гренадерского полка XVII немецкого корпуса Курт Хессе  вспоминал [14]:
 один из лучших германских корпусов был укомплектован немцами из Восточной Пруссии, померанцами, немцами из Западной Пруссии, гамбуржцами… И это люди, которые в течение всей последующей войны выказали исключительное мужество… Эти самые люди дошли до предела своих моральных сил после того, как они всего несколько часов пробыли в бою, не видя противника и лишь чувствуя на себе его огонь... Начинается развал, сначала медленно, но затем он идет все быстрее ... пока наконец паника не одерживает победы над самой прочной дисциплиной -дисциплиной прусской .
Командир 27-й русской пехотной дивизии генерал Август-Карл-Михаил Михайлович Адариди доносил, что несмотря на понесенные потери в бою 4/17 августа дивизия отразила все атаки частей XVII германского корпуса и «оказала существенную поддержку левому флангу 25-й дивизии». 27-й пехотной дивизии «пришлось вести очень горячий бой, стоивший противнику большой крови». Однако, сама дивизия понесла небольшие потери ( 12% от личного состава ) [15].  Объясняется это тем, что 27-я пехотная дивизия смогла «продуктивно» использовать всю свою артиллерию, увязав слаженные действия пехотных полков с огневой поддержкой.
Неудача XVII немецкого корпуса произвела на командующего 8-ой армией и его штаба «особенное удручающее впечатление после хвастливых донесений генерала Франсуа» о результатах боя у Сталупенена. Немцы были ошеломлены подготовкой и выучкой русской армии. Генералу Притвицу и генералу Вальдерзее в голову не приходило, что «1-я русская армия была направлена в первое решительное сражение в составе всего 6-ти с половиной неполных пехотных дивизий при слабой артиллерии» [16]. Сражение под Гумбиненом «совершенно лишила командование 8-й германской армии душевного равновесия».  Фон Притвиц признал поражение XVII германского корпуса и армии близ Гумбинена. Кроме того, 7/20 августа Притвиц получил донесение «об обнаружении крупных русских сил западнее» Млавы с направлением на Дейч-Эйлау. Было решено усилить южную группу генерала Шольца ( XX корпус с приданными частями), прикрывающей Дейч-Эйлау, путем переброски I-го армейского корпуса на правый фланг и 3-ей резервной пех. дивизии на левый фланг XX корпуса [17]. 8/21 августа по представлению генерала Мольтке, также поддавшемуся пессимизму,  Кайзер принял решение о смещении генерала фон Притвица с должности и назначении генерала Гинденбурга командующим 8-й армией и о «немедленном усилении 8 -й армии тремя корпусами взятыми из войск, сражающихся во Франции». Данное решение существенно  изменило соотношение сил германских и французских войск накануне битвы на Марне и способствовало России в полной мере выполнить свой союзнический долг перед Францией.
 Победа у Гумбинена – результат достигнутый высокими качествами перволинейных войск благодаря той выдающейся боевой подготовке, до которой в мирное время довел генерал Ренненкампф войска вверенного ему Виленского военного округа [18] .
Командующие войсками
генерал-фельдмаршал М. Б. Барклай де Толли (1812 — 1818), именовался главнокомандующий;
генерал-фельдмаршал Ф. В. Остен-Сакен (1818 — 1835), именовался главнокомандующий;
19.07.1914—18.11.1914 — генерал от кавалерии фон Ренненкампф, Павел Карлович;
05.12.1914—02.04.1917 — генерал от кавалерии Литвинов, Александр Иванович;
12.04.1917—24.04.1917 — генерал-лейтенант Одишелидзе, Илья Зурабович;
22.04.1917—30.07.1917 — генерал-лейтенант Соковнин, Михаил Алексеевич;
31.07.1917—09.09.1917 — генерал-лейтенант Ванновский, Глеб Михайлович;
09.09.1917—02.1918 — генерал-лейтенант фон Нотбек, Владимир Владимирович.
Примечания

Литература

Залесский К. А.. Кто был кто в Первой мировой войне, 2003

Н. Н. Головин, «Из истории кампании 1914 года на Русском фронте», Кн. 1, т. 1. «План войны »; т. 2. Начало войны и операции в Восточной Пруссии» — : АЙРИС-пресс, 2014 г. — 688 с., (Белая Россия)
Ссылки
. — Могилёв, 1824 — 1826.]




Категория:Армии России во время Первой мировой войны