Question: Был лифт в доме хрущёвской постройки?

Хрущёвка



Дома хрущёвской постройки (разговорное «хрущёвки») — советские типовые панельные жилые дома, обычно 5-этажные, с малогабаритными квартирами, а также квартира в таком доме. Названы по фамилии Н. С. Хрущёва, в период правления которого началось их массовое строительство в СССР[1][2]. Часто хрущёвками также называют аналогичные кирпичные дома, строившиеся в это время, и, более редкие, блочные.
С началом строительства хрущёвок советское домостроение стало преимущественно индустриальным. Хрущёвки в сравнении со сталинками, возводившимися только из кирпича, имели квартиры меньших размеров, архитектура домов была предельно проста и функциональна. В то же время хрущёвки во многом превосходили многоквартирные деревянные двухэтажные дома типовых серий, массово строившиеся в сталинский период[3] и позволили разрешить острейшую нехватку жилья. На смену хрущёвкам пришли брежневки, вместе с которыми они до сих пор остаются одним из наиболее массовых типов жилья в странах СНГ.
История появления и строительства
Истоки панельного домостроения СССР
Первые попытки строительства массового жилья для рабочих в СССР были предприняты ещё в 1920-е годы. Первый рабочий посёлок в Иваново-Вознесенске (ныне Иваново), застроенный фахверковыми домами с деревянным каркасом, был одним из первых примеров массового индустриального строительства в СССР[4]. В 1927 году в целях изучения немецкого опыта строительства социального жилья советская делегация отправилась в Германию, где ознакомилась с системой индустриальных сборных домов на базе пемзобетонных панелей, разработанной Э. Майем[5]. В сталинский период произошёл почти полный отказ от индивидуального жилища, строившeеся жильё для рабочих обычно представляло собой бараки и общежития покомнатно-посемейного заселения, часто эти дешёвые дома возводились с применением типовых решений. Многие из них были временными и не имели необходимых удобств[6][7].
Успешное применение поточно-скоростных методов при застройке Большой Калужской улицы в Москве в конце 1930-х годов наглядно продемонстрировало перспективы оптимизации строительного процесса[6]. Велись исследования в области типизации изделий, в крупных городах строились первые советские дома из крупных блоков. В этом направлении работали московские архитекторы А. К. Буров и Б. Н. Блохин. По их проектам в Москве возведено несколько домов из крупных железобетонных блоков, которые были офактурены на заводе, что значительно ускоряло строительство, в том числе и знаменитый «Ажурный дом», ставший переходным этапом от блочного строительства к панельному. «Ажурный дом», сданный в эксплуатацию в 1940 году, в серию так и не пошёл, хотя проектировался с перспективой внедрения в производство в качестве массового жилья. Архитекторы Буров и Блохин доказали, что понятия «индустриальное домостроение» и «качественная, разнообразная архитектура» отнюдь не противоречат друг другу, благодаря их работе технологии полносборного строительства были существенно усовершенствованны[1][8]. 
В 1931 году под руководством инженера А. С. Ваценко в Харькове было начато строительство дома из панелей, которые представляли собой две тонкие железобетонные оболочки, соединённые рёбрами по периметру, пространство между ними засыпалось шлаком. На Уралмашзаводе в 1937 году  были изготовлены первые опытные образцы стеновых панелей (архитекторы Г. И. Потапов, Г. Г. Ростковская, инженер Овчинников), но из-за сложности конструкции строительство домов из этих панелей не было начато[9]. К этому времени уже строились панельные дома в некоторых западных странах, но по-настоящему широкое распространение они получили после Второй мировой войны, когда нужно было быстро восстановить разрушенные города[10].

Необходимость восстанавливать жильё заставила обратиться к вопросу об индустриальном домостроении и в СССР. Сначала были популярны каркасные и щитовые малоэтажные частные дома, но к началу 1950-х годов советские архитекторы отдали предпочтение средне- и многоэтажному строительству (во многом благодаря т.н. серийному методу типового проектирования: создание серий типовых проектов, единых по характеру архитектуры)[6]. Восстановилась работа в области панельного домостроения. Завод, находящийся в Берёзовском близ Свердловска (ныне Екатеринбурга), построил там же в 1945 году первый в СССР крупнопанельный одноэтажный дом с неполным каркасом по проекту архитекторов Г. Потапова и Г. Ростовской (инженер И. Т. Смирнов, при участии Потапова и Ростковской). Березовские одно- и двухэтажные дома с панелями 3х3 м тиражировалась в Екатеринбурге и рабочих посёлках Свердловской области вплоть до 1951 года[9][5].
В одном из первых конкурсов на проект крупнопанельного дома участвовала мастерская И. В. Жолтовского, представившая сразу несколько проектов. В этом проекте верхние и нижние этажи домов были выделены нестандартными элементами, применены открытые панельные стыки[1].
Первые экспериментальные каркасно-панельные дома в Москве стали вводится в строй в 1948 году. Первым был дом на Соколиной горе (пр. Будённого, 43). Затем стал возводиться целый квартал по 1-му Хорошёвскому проезду. Эти дома имели четыре этажа, дом на Соколиной горе и первые дома на Хорошёвском проезде сооружались со стальным каркасом, но из-за огромного расхода металла вскоре перешли на смешанный каркас (ригели прокатные металлические, стойки железобетонные). Дома на Хорошёвском проезде, спроектированные архитекторами М. В. Посохиным и А. А. Мдоянцем при участии инженера В. П. Лагутенко, были украшены навесными деталями: гирляндами под окнами и пилястрами, скрывающими вертикальные стыки панелей (такой приём будет применятся и в других панельных домах этого периода). Посохин считал, что новые методы строительства не должны обеднять архитектуру, они, наоборот, могут и должны её обогащать. Строительство этих каркасно-панельных домов показало большие возможности индустриального домостроения, особенно с точки зрения экономичности и скорости возведения. Несмотря на то, что ещё не удалось воплотить в полной мере идею индустриального производства всех элементов дома (панели отливались прямо на стройплощадке, стыки заделывали с лесов), они возводились в несколько раз быстрее аналогичных кирпичных. Каркасно-панельные дома со связанными стыками строились также в Ленинграде, Киеве, Магнитогорске и других городах[1][11][12][9].
В мае 1949 года по инициативе первого секретаря ЦК КП Украины Н. С. Хрущёва начато панельное домостроение на Украине. Его особенность — широкое использование керамики. Дома в Макеевке и в Киеве спроектированы с керамическими панелями стен и перекрытий, со сборным железобетонным каркасом. Таким образом, были раскрыты новые возможности использования керамики при индустриальных формах ведения строительства и возможности применения при панельных конструкциях широкого ассортимента строительных материалов[9].
В 1949 году коллектив архитекторов Академии архитектуры и технологи треста Магнитострой спроектировали первый опытный бескаркасный панельный дом. Бескаркасная система представляла собой сочетание самонесущих панелей наружных и несущих панелей внутренних стен и панелей перекрытий. Наружные стены сложены из железобетонных утепленных панелей размером на комнату. В 1950 году в квартале 20А Магнитогорска (пр. Карла Маркса, 32) выстроен первый советский бескаркасный крупнопанельный жилой дом (инженеры Г. Кузнецов, Б. Смирнов, А. Мкртумян, архитекторы Л. О. Бумажный, З. Нестерова). Он имел 3 этажа, швы панелей скрыты выступающими элементами[12][9].
В январском номере журнала «Техника-молодёжи» за 1951 год была опубликована статья, рассказывающая о строительстве в крупных промышленных центрах СССР кварталов панельных домов, конструкции которых заранее были изготовлены на заводе. Опыт был признан удачным и правительство страны инициировало проектирование первых заводов железобетонных изделий[13].
Реформа в строительстве
Через неделю после похорон И.В. Сталина на заседании Верховного Совета СССР новый председатель правительства Г. М. Маленков призвал расширить жилищное строительство[14]. 18 августа 1953 года, через 5 месяцев после смерти И. В. Сталина, была представлена секретная «Справка ЦСУ СССР Л.M. Кагановичу о состоянии городского жилищного фонда в 1940-1952 гг.» а в марте 1954 года на имя Маленкова была подана докладная записка о состоянии коммунального обслуживания городского населения. Сбор данных, отражённых в этих документах, по-мнению историка архитектуры Д. С. Хмельницкого свидетельствует о подготовке руководства страны к реформе жилищного строительства, которая должна была разрешить острейший жилищный кризис[7]. Его причинами были: небывалое переселение сельских жителей в города, которое началось ещё до Революции и ускорилось в 1930-е годы (в 1917 году городское население составляло 17% населения страны. В 1956 году — 48,4%); ветхость и износ городского жилого фонда; существенное отставание жилого строительства от промышленного (в 1930-х годах жилая площадь советских городов росла крайне медленно при стремительно увеличивающемся населении); война и её последствия (70 млн м² жилой площади было уничтожено)[15]. Рост жилой площади городов начался после войны. Согласно справке ЦСУ, за 1946—1952 годы в городах и рабочих посёлках построено и восстановлено 78,2 млн м² жилой площади, кроме того, населением построено индивидуальных жилых домов общей площадью 45,1 млн м². В результате в 1952 году жилой фонд городов составлял 208,2 млн м² против 167 млн м² до войны. Однако необходимо учитывать, что в статистику жилого строительства входили бараки и другое временное жильё[7].

7 декабря 1954 года первый секретарь ЦК КПСС Н. С. Хрущёв подверг резкой критике жилищное строительство в своей знаменитой речи на Втором Всесоюзном совещании строителей, архитекторов и работников промышленности строительных материалов, строительного и дорожного машиностроения, проектных и научно-исследовательских организаций. К этому времени уже вышло постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 19 августа 1954 года «О развитии производства сборных железобетонных конструкций и деталей для строительства», которым предусматривалась постройка сотен заводов сборных железобетонных конструкций, требовалось везде, где это возможно, заменять металл сборным железобетоном. Стала звучать критика сталинской неоклассики. Её архитекторов Хрущёв упрекал в расточительстве:
…понимают архитектуру слишком эстетически, как художественную деятельность, а не как средство удовлетворения насущных потребностей советского народа. Это они тратят народные деньги на никому не нужные красоты, вместо того, чтобы строить проще, но больше.
Известно, что высотка МГУ обошлась в сумму, на которую можно было построить маленький город из 5-этажных панельных домов[10].
4 ноября 1955 года официально было принято постановление ЦК КПСС и СМ СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве», окончательно положившее конец периоду сталинской архитектуры[16][15][17]. 
Произошла смена всех профессиональных ориентиров в градостроительстве и архитектуре. Советскую архитектуру стали возвращать в русло мирового зодчества. Она должна была стать функциональной, иметь простые и строгие формы. Было решено направить все ресурсы на развитие индустриальных методов строительства, типовое проектирование (почти полностью было прекращено индивидуальное проектирование жилых зданий), увеличение экономичности и скорости строительства. Критике подверглись уже построенные и строящиеся дома с «излишествами». В том числе 4-этажные дома Посохина, о которых пресса писала:
Серьезным недостатком домов на Хорошевском шоссе является применение навесных архитектурных деталей — обрамлений окон, гирлянд под окнами и др. Мы воспринимаем эти детали не только как архитектурные излишества — они органически противопоказаны самой природе заводского домостроения
Но некоторые дома, в основном по типовым проектам, продолжали строиться в неоклассическом стиле и в конце 1950-х годов. С монументальной и тяжёлой, но в то же время пышной сталинской архитектурой, хрущёвские дома контрастируют не только отсутствием мелкопластичного декора, но и утончающимися лёгкими конструкциями[18]. В то же время хрущёвки во многом превосходили многоквартирные деревянные двухэтажные дома типовых серий, массово строившиеся в сталинский период. В теории и критике возобладал утилитаристский подход к архитектуре. Проблема художественного образа отходила на второй план, решалась простыми композиционными приёмами. Важнейшим элементом пространственной композиции стала группа домов, а не отдельное здание. Применялись различные сочетания жилых домов и общественных зданий[15][19]. Историк советской архитектуры С. О. Хан-Магомедов вспоминал[15]:
И создавалось впечатление, что художественный образ вообще уходят из архитектуры. На помощь архитекторам пришел теоретик Г.Минервин. Он считал, что отдельные типовые жилые дома ("коробки") могут иметь лишь художественный облик, а объединенные в комплексы (кварталы) они могут создавать общий (так сказать коллективный) художественный образ. Многих это тогда устроило.
Экономия достигалась за счёт рационализации жилого пространства и типизации решений. Были снижены все нормы к габаритам и площадям помещений. Площадь кухни установлена в 5-6 м², гардеробной (кладовой) — 2-2,5 м², санузлы предусматривались совмещёнными[20][21]. Минимальная высота потолков стала 2,5 м, минимальная ширина комнаты — 2,2 м. От мусоропроводов отказались. От лифтов тоже, поэтому хрущёвки строились 5-этажными: было выяснено, что подниматься по лестнице выше 5 этажа слишком тяжело, особенно для пожилых. В рекламном ролике хрущёвок диктор сообщал, что для того, чтобы приготовить борщ в старой квартире, нужно пройти 500 шагов, а в новой, маленькой кухне 5,6 м² всё рядом, до любой вещи можно буквально дотянуться рукой. В свою очередь, маленькие размеры квартир вынудили промышленность производить мебель меньших габаритов. Так с типовой застройкой появилась особая эстетика маленьких, компактных вещей. Типовыми были не только сами дома, типизация распространялась на мебель и даже на распорядок дня людей[21][18][17]. В итоге затраты на строительство хрущёвок, по сравнению со сталинским временем, были снижены на 30 % и более[22].
Полностью поменялись градостроительные принципы (частично они были импортированы с Запада). В градостроительство была привлечена математически-статистическая наука: тщательно моделировалась жизнь общества в новых микрорайонах, высчитывались потребности людей, рассчитывались оптимальные маршруты до рабочих мест, школ и поликлиник. Изменились социальные предпосылки, новый город видился как комфортабельное пространство для жизни всего населения, а не только привилегированной его части. Была прекращена обычная для предшествовавшего периода практика периметральной застройки кварталов с замкнутыми пространствами дворов, распространилась практика создания микрорайонов[18][19]. 
В результате смены ориентиров в строительстве увеличалась роль градостроителей, инженеров, а архитектор отошёл на второй план. [21][18]. Новые дома было решено проектировать с рассчётом на посемейное заселение квартир, а не посемейно-покомнатное как раньше, что было значительным шагом в сторону улучшения качества жизни: больше половины городских семей до этого жило в коммунальных квартирах и общежитиях, некоторые и вовсе в бараках без удобств, подвалах и полуподвалах, землянках, ветхих избах. Естественно в таких условиях у людей почти не было личного пространства и переселиться в свою собственную, хоть и тесную квартиру, было для многих мечтой. Богато декорированные сталинки с просторными помещениями предназначались для элиты общества, а не для простых рабочих[15][14][20][22]. 
Тех архитекторов, кто медленно отказывался от старых приёмов, Хрущёв не раз подвергал критике. В выступлении на третьем Совещании по строительству в 1958 году он обратил внимание на «рецидивы архаики и украшательства» в проектах[15]:
Перестройка в архитектуре ещё не закончена. Многие неправильно понимают задачи и рассматривают её только как сокращение архитектурных излишеств. Дело в принципиальном изменении направленности архитектуры и это дело надо довести до конца.
XX съезд КПСС в 1956 году поставил задачу положить конец жилищному дефициту за 20 лет. 31 июля 1957 года ЦК КПСС и СМ СССР приняли постановление «О развитии жилищного строительства в СССР». Оно имело огромное значение, так как окончательно закрепляло сформировавшиеся к этому времени новые принципы строительства и архитектуры. Через год они были отражены в новой редакции СНиП II-В.10–58 «Жилые здания». Именно с постановления 1957 года и новой редакции СНиП начался период по-настоящему массового жилищного строительства по всей территории СССР[6].
Прототипы и первые хрущёвки


Тем временем продолжалось совершенствование конструкций панельных домов, был учтён опыт строительства бескаркасных панельных домов в Магнитогорске. В 1955 году в Ленинграде в Щемиловке (ул. Полярников, 10) был выстроен опытный жилой 5-этажный двухсекционный бескаркасный панельный дом (Ленпроект, архитектор А. Васильев и инженер З. Каплун) с продольными несущими стенами. Наружные стены из шлакобетонных панелей размером на комнату были облицованы шлифованными плитками гипсового камня. Высота потолков — 3 метра[12]. Рядом в 1956 — 1958 годах выстроено два квартала панельных домов. Проекты разработаны коллективом института Ленпроект (архитекторы Е.Левинсон, Д.Гольдгор, Г.Александров, А.Шприц, И.Райлян, И.Тевьян и А.Аланнэ). Макет одного из кварталов демонстрировался на Международной выставке в Брюсселе и получил премию на конкурсе лучших строек РСФСР[23][24].
В Москве коллектив во главе с архитектором Н. А. Остерманом и инженером Г. Кузнецовым в 1955 году выстроили семиэтажный бескаркасный крупнопанельный дом на Октябрьском Поле (ул. Маршала Бирюзова, 7). А в 1954—1957 годах коллектив Посохина возвёл дома на Песчаных улицах. Это был первый опыт в СССР по созданию каркасно-панельных домов высотой 6-10 этажей. В них уже было заметно меньше архитектурных «излишеств». Бескаркасная конструкция дома на Октябрьском Поле имела множество недостатков в сравнении с домами Посохина и Мндоянца, но всё же благодаря экономичности и гибкости планировки будущее оказалось именно за ней[12][1].
Участок под строительство экспериментальных домов, которые можно назвать первыми хрущёвками, был отведён близ подмосковной деревни Черёмушки. Новый район получил название Новые Черёмушки, а участок экспериментальных домов стал его 9-м кварталом. Строительство началось в 1956 году при участии инженера Лагутенко и архитекторов  Остермана, С. Лященко, Г. Павлова. 16 4-этажных домов возводились с применением разных технологий: были и блочными, и панельными, имели в основном по четыре подъезда и были расставлены в соответствии с тщательно продуманным планом специалистов по озеленению и ландшафтных архитекторов. В 1957 году в дома заселились первые жильцы[25][21]. Во многих городах страны первые районы, застроенные хрущёвками, тоже прозвали Черёмушками[17].
Встала задача поставить метод бескаркасного панельного домостроения на поток. В её решении принимал участие в том числе и завоевавший доверие Хрущёва Посохин. Его коллектив опирался на удачный французский опыт. В 1948 году во Франции была запатентована система панельного домостроения инженера Раймона Камю (Raymond Camus), прозванная Camus system. Она применялась при строительстве новых домов во время реконструкции Гавра после войны по проекту О. Перре и стала широко известной по всему миру. В 1959 году советская делегация, в числе которой были специалисты в области строительства и Хрущёв, посетила Гавр и осмотрела панельные дома. В это время Камю уже имел контакты с СССР. Он по приглашению советской стороны несколько раз приезжал в Москву, с ним был подписан контракт на поставку в СССР линии по производству панелей, была куплена лицензия на систему по массовому производству железобетонных изделий, которая была переработана советскими инженерами. По сравнению с французскими домами хрущёвки были упрощены до крайности[1][26][27].
Наиболее удачные дома московских Новых Черёмушек легли в основу одной из первых массовых серий хрущёвок – К-7 из каркасных панелей, разработанная Лагутенко. Она была отобрана для массового производства по итогам конкурса лично Хрущёвым[22]. Достоинство К-7 было в дешевизне и простоте. Зато он был предельно прост для изготовителей, конструкции монтировались «без раствора» в рекордные сроки: 12 рабочих дней[1]. 
Массовое строительство

К-7. Москва.
1-335. Санкт-Петербург
1-464. Солигорск
1-506Э. Санкт-Петербург
1-507. Санкт-Петербург
II-32 с малогабаритными квартирами. Москва.
1-515/5. Москва
1-510. Москва
1-447. Томск

Помимо К-7 ещё одной ранней серией панельных домов стала 1-506, которая возводилась в Ленинграде с 1956 по 1960 годы. Однако эти дома были спроектированы по старым нормам и отличались полнометражными квартирами, высокими потолками. Тоже в середине 1950-х годов в Ленинграде была разработана каркасно-панельная серия 1-335, ставшая широко распространённой по всей стране.
В июле 1958 года вышло постановление СМ СССР «О расширении применения типовых проектов в строительстве», которое поставило задачу свести разнообразие типовых проектов к минимуму. В Москве предлагалось строить 5-этажные дома по восьми типовым проектам на базе одной типовой секции[14]. В сельской местности и маленьких городах строили дома меньшей этажности. Но из-за слабой производственной базы внедрение сборного железобетона в массовое строительство происходило медлено. Поэтому были разработаны серии домов со стенами из крупных блоков (1-439) и из кирпича (1-447). 1-447 появилась в 1957 году в Гипрогоре и ещё до массового панельного строительства распространилась по всей стране. Она стала одной из самых массовых серий, имела множество модификаций, но всё же не была индустриальной. Наконец в 1959 году текст семилетнего плана утвердил сборный железобетон в качестве основы современного индустриального строительства. За 3-4 года было построено большинство домостроительных комбинатов страны[19][6]. 
В 1957—1963 годах наиболее распространенными были четыре конструктивные схемы крупносборных жилых домов: с поперечными и продольными несущими стенами при малых пролетах (серии 1-464, K-7-II, МГ-300 и др.); с наружными несущими стенами и внутренним каркасом (1-335); с тремя продольными несущими стенами (1-439, 1-480); с поперечными несущими стенами при больших пролетах (1-467, 1-468)[19]. Наибольшее распространение получили серии 1-464 и 1-335 (в 1961 году в России из 89 заводов 67 были ориентированы на выпуск серии 1–464, и 18 — серии 1–335[6]). 1-464, разработанная в конце 1950-х годов под руководством Н. П. Розанова, с часто расположенными поперечными и продольными несущими стенами. Эта конструктивная схема обладает рядом достоинств: исключаются швы внутри помещения, равновесомость элементов способствует эффективному использованию кранов при монтаже здания. В серии предусмотрены одно-, двух- и трёхкомнатные квартиры. Были предусмотрены только совмещенный тип санузла и один тип кухни площадью 5,9 м², неудобные для больших квартир, функциональная организация трехкомнатных квартир страдала рядом недостатков. В серии 1-467 применены четырёхквартирные секции с поперечными несущими стенами при широком основном шаге 6,4 м и дополнительном — 3,2 м. Такая конструктивная схема дала возможность применить двухрядную разрезку наружных стен и увеличить окна в горизонтальном направлении. Панельные дома были рассчитаны на срок эксплуатации в 25 лет для первых серий и 50 лет для более поздних.
В зависимости от климатических и геологических условий, а также существующей материально-технической базы новые серии жилых домов с квартирами односемейного заселения получили различные планировочные и конструктивные решения. Для строительства в средней полосе применялись в основном четырёхквартирные секции, а для южных республик были разработаны двух- и трёхквартирные секции, например, в сериях 1-295 и 1-310. Каждая квартира в такой серии имеет глубокую лоджию, которая сообщается с общей комнатой и кухней. Двух- и трехкомнатные квартиры имеют сквозное проветривание, и только однокомнатные проветриваются через лестничную клетку. Однако и эти серии недостаточно учитывали особенности южного климата и бытовых привычек населения.
Пик жилищного строительства пришёлся на 1960 год. Тогда было введено 82,8 млн м² жилой площади против 41 млн м² в 1956 году. Хотя, конечно, ещё значительную долю составляли кирпичные дома серии 1-447, но с годами доля панельного домостроения росла, существовали и другие методы индустриального домостроения, но они были распространены. После 1960 года наблюдался небольшой спад объёмов ввода жилья, но в 1964 году снова начался рост[6][22].
Хотя строительство домов велось быстрыми темпами, Хрущёв требовал бо́льших показателей. Монтажные бригады стали соревноваться в скорости возведения конструкций. Например, в Ленинграде смонтировали дом за 5 дней. Часто из-за спешки страдало качество строительства. В поисках ещё более дешёвых решений архитекторы и конструкторы предлагали использовать необычные материалы. Например, Б. М. Иофан, спроектировал дом, полностью выполненный из пластмасс. В Москве ему выделили участок в Южном Измайлове для экспериментов[17].
Жильё строилось на средства местных предприятий, советов. Были дома, возводившиеся на деньги рядовых граждан, которые получили право вступать в жилищные кооперативы. Вносили сумму, составлявшую 15–30 % стоимости жилья, затем, вселившись в квартиру, платили оставшуюся часть при ставке в 0,5 %. Но доля кооперативов[28] в строительстве не превышала 10%. Дж. Хоскинг в «Истории Советского Союза» пишет, что обладание квартирой в кооперативном доме для советского человека стало в некотором символом промежуточного социального положения – между привилегированной элитой и простыми рабочими, которые в плане жилья зависели от работодателей и местных советов. Жилищный вопрос использовался для давления на граждан. Маргинальное поведение или протест вели за собой перемещение в конец очереди на жильё[20].
Итоги
К концу 1960-х годов хрущёвки стали подвергаться серьёзной критике за малые площади кухонь, проходные комнаты, неудачные пропорции некоторых помещений, совмещённые санузлы, отсутствие лоджий, совмещённую кровлю без чердака в большинстве домов, плохую звукоизоляцию, низкую энергоэффективность, невыразительность и унылость облика. На многих заводах был освоен выпуск лишь одного- двух типов домов, что не могло обеспечить полноценной комплексной застройки жилого квартала, его выразительной композиции. Из-за слабой изученности индустриального производства мало использовались возможности создания различной фактуры стеновых панелей и применения расширенной цветовой палитры. На архитектурном облике новой застройки значительно сказывались и невысокое качество строительно-отделочных работ, и незавершенность благоустройства. В профессиональных кругах стали говорить о травматичности модернистских преобразований для исторической городской среды[19][18]. Особенности хрущёвок всё чаще становились предметом шуток, о санузлах и низких потолках говорили: «Хрущёв соединил ванну с туалетом, но не успел соединить пол с потолком»[22]. 
Первоначально предполагалось, что средний срок действия первых индустриальных серий в строительстве составит пять лет. Однако переход на новые серии, разработка которых была завершена лишь к 1963—1964 годам, значительно затянулся[19]. Их строительство началось после отставки Хрущёва, во второй половине 1960-х, поэтому такие дома уже относили к ранним брежневкам. В них появились раздельные санузлы, лоджии, более просторные кухни, изолированные комнаты, увеличилось число многокомнатных квартир, появились мусоропроводы. Увеличилось число домов повышенной этажности, многие микрорайоны стали застраиваться 9-этажными домами. Застройка стала более разнообразной по высотности, протяжённости и отделке домов. Однако строительство хрущёвок продолжалось ещё долго, так как их замена на современные серии требовала перенастройки ДСК. В 1969 году вышло постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О мерах по улучшению качества жилищно-гражданского строительства», начался постепенный отказ от строительства хрущёвок. В Москве дома возводились до 1972 года, а в Московской области и во многих регионах страны — до середины 1980-х годов[29][22][6]. В Ленинграде строительство хрущёвок было прекращено в 1970-х годах, там им на смену пришли так называемые «дома-корабли».
Благодаря хрущёвским реформам были построены сотни миллионов квадратных метров жилья. Пресса тех лет писала, что с 1956 по 1963 года национальный жилищный фонд вырос почти в 2 раза —
с 640 до 1 184 млн м², то есть за данный период в СССР было построено больше жилья, чем за предшествующие 40 лет[20]. В других публикациях говорится об около 290 млн. м² общей площади хрущёвок, построенных в 1959—1985 годы в России, что сейчас составляет порядка 10 % всего жилого фонда страны[30]. В 1954—1963 года жилой фонд Москвы пополнился на 36 млн м²[22]. Миллионы советских граждан переселились в свои собственные квартиры из коммуналок, бараков, подвалов и землянок. Право на индивидуальное жильё со всеми удобствами стало диктовать совершенно новые потребности общества. Однако полностью жилищный кризис так и не был преодолён, ни Хрущёвым, ни следующими руководителями страны[17][20]. 
Говоря о хрущёвских преобразованиях в строительстве, историк архитектуры Д. С. Хмельницкий резюмирует[7]:
Правительственная установка на массовое проектирование квартирного индустриального жилья потянула за собой необходимость резкого изменения принципов градостроительного и объемного проектирования, системы проектных институтов и архитектурного образования.

<…>

Это был уже совсем новый, хрущевско-брежневский город, основанный на типовых градостроительных приемах, типовом домостроении и типовых квартирах для низших слоев населения. От сталинского города, состоявшего из парадного центра с жильем для привилегированных слоев населения и барачных поселков для рабочих, он отличался принципиально. При Хрущеве в архитектуру вернулся социальный смысл, а телом города стало массовое квартирное жилье для всех.

Это был революционный переворот в сознании и советского начальства, и советских архитекторов.

<…>

В СССР начали поступать западные архитектурные журналы, издаваться переводные книги. Это быстро привело к восстановлению архитектурного образования…

Гораздо хуже дело обстояло с практической реализацией. Отпустив стилистические вожжи, Хрущев сохранил в полной неприкосновенности сталинскую систему организации проектирования, в которой не было места индивидуальному творчеству.

Историк советской архитектуры С. О. Хан-Магомедов признавая, что благодаря хрущёвским преобразованиям удалось значительно улучшить жилищные условия населения и  «возвратить советскую архитектуру на столбовую дорогу мирового зодчества», отмечает множество негативных последствий. Во-первых, приоритет готовых типовых решений, причём именно крупносборных конструкций, перед оригинальными отрицательно сказался на развитии архитектуры и инженерии — проектировщики отвыкли решать сложные инженерные задачи с использованием монолитного железобетона. Во-вторых, до абсурда была доведена борьба с «излишествами», которыми назывались вообще любые декоративные элементы и оригинальные композиции, в действительности же изготовляемые заводским способом декоративные элементы не могли сильно удорожить строительство. В-третьих, несмотря на некоторое смягчение в отношении к наследию советского авангарда, его наработки так и остались недоступны для широкого круга архитекторов. Хан-Магомедов писал[15]:
В целом в архитектуре после 1955 года и в творчестве и в теории возобладал откровенный утилитаризм, что художественно обескровило нашу архитектуру на несколько десятилетий, архитектурная теория и критика пришли в упадок.
Кандидат архитектуры, урбанист В. Э. Стадников отмечает, что именно в хрущёвском строительстве берёт начало популярность депрессивных многоэтажных микрорайонов в России[10]:
С одной стороны, программа была очень успешной, поскольку никогда до этого в истории нашей страны в такой короткий срок (20-30 лет) не происходило столь массового переселения людей в индивидуальное жилье. В то же время это привело к чудовищным последствиям в отношении качества сформированной городской среды и, соответственно, к тяжелым социальным последствиям.
Характеристики домов
Хрущёвки представляют собой возводимые по типовым проектам многоквартирные дома в стиле функционализма. Были панельными, кирпичными, реже крупноблочными. Наиболее известными являются панельные хрущёвки. Они получили широкое распространение благодаря высокой скорости возведения из заранее изготовленных железобетонных панелей. Как правило, такие дома имеют низкую теплоизоляцию наружных стен и плохую шумоизоляцию внутри дома. Кирпичные дома чаще всего строились в городах, не имеющих собственных домостроительных комбинатов. Для их возведения обычно использовался силикатный кирпич и железобетонные изделия заводского производства: плиты перекрытий, балконов, перемычки, лестничные марши. Скорость возведения хрущёвок была очень высокой, из-за этого нередко страдало качество домов.
Высота подавляющего большинства хрущёвок — 4 или 5 этажей. Это связано с тем, что 5 этажей — максимальная высота дома, в котором по строительным нормам не требуется лифт. Хрущёвки могли иметь меньше этажей — 2 или 3, чаще они встречались в сельской местности[31], а также в небольших городах. В некоторых сериях хрущёвок имеется мусоропровод.
Квартиры в хрущёвских домах в основном одно- и двухкомнатные, трёхкомнатные редки. Высота потолков — 2,48-2,6 м, в блочных домах некоторых серий — 2,7 м. Площадь кухни — 4,9-7,1 м² (до 7,5 м² в некоторых квартирах домов серии II-18). В наиболее распространенных сериях хрущёвок санузел смежный во всех квартирах, кухня имеет площадь 5,5-6 м², в двух- и трёхкомнатных квартирах имеется проходная гостиная комната. Квартиры-хрущёвки обеспечены основными коммунальными удобствами: центральным отоплением, холодным водоснабжением, канализацией, естественной вытяжной вентиляцией, кухонной плитой. Горячее водоснабжение могло быть как центральным, так и индивидуальным, с использованием газовых колонок или водонагревателей на твёрдом топливе.
Панельные хрущёвки подразделяют на сносимые и несносимые. Хрущёвки сносимых серий предназначались для временного решения жилищной проблемы и были рассчитаны на 25 лет[32], но часть из них до сих пор не выведена из жилфонда. Хрущёвки несносимых серий имели расчётный ресурс 50 лет; поздние исследования показали, что ресурс может быть продлён до 150 лет (при своевременных капитальных ремонтах). Кирпичные хрущёвки относятся к несносимым сериям и имеют срок службы не менее 100—150 лет. Тем не менее, отдельные дома могут прийти в негодность намного раньше из-за плохого техобслуживания или низкого качества строительства.
Удобства
Более ранние проекты сталинских домов сильно различались по обеспеченности коммунальными удобствами. В сталинках «номенклатурного» типа обязательно предусматривались центральное отопление, холодное и горячее централизованное водоснабжение, отдельная от туалета ванная комната, при этажности выше 5 этажей в здании был лифт и мусоропроводы. В то же время в домах «рабочего» типа, предназначавшихся для широких слоев населения, нередко отсутствовала ванная комната, санузел состоял из умывальника и унитаза, а для мытья жильцов использовались общественные бани. Для приготовления пищи использовались плиты на дровах, при наличии ванны горячая вода нагревалась в накопительном водонагревателе, топливом которого также служили дрова или иной вид твёрдого топлива. В проектах малоэтажных сталинских домов предусматривались версии с печным отоплением квартир, существовали даже проекты домов без водопровода и канализации, с люфт-клозетами. Перекрытия в «рабочих» и некоторых «номенклатурных» сталинках были деревянными, кроме лестничных клеток в многоэтажных домах и санузлов. В сочетании с применением печей деревянные перекрытия были достаточно пожароопасны.
Хрущёвские дома задали новый усредненный уровень обеспечения удобствами. В хрущёвке обязательны центральное отопление, холодное водоснабжение и канализация. Обязательным атрибутом санузла стала ванна (как правило, сидячая). В большинстве проектов хрущёвок ванная комната совмещена с туалетом. Процесс газификации городов позволил обеспечить кухни хрущёвок газовой плитой. В случае отсутствия газоснабжения на кухне хрущёвки устанавливалась дровяная кухонная плита («печь Сущевского»[33]), а при наличии мощных электросетей — электрическая плита. Горячее водоснабжение могло быть централизованным, но чаще отсутствовало. В этом случае в квартирах устанавливались газовые колонки, обычно на кухне. При отсутствии газификации использовались дровяные водонагреватели. Перекрытия в хрущевских домах негорючие, так как выполнены из железобетонных плит промышленного изготовления. Лифт в хрущёвках отсутствует, так как по стандартам лифт требовался в домах высотой 6 и более этажей, а мусоропровод есть в некоторых модификациях домов. На лестничной площадке располагалось две или четыре квартиры.


Борьба с архитектурными излишествами
Первые проекты «хрущёвок» имели черепичные или шиферные крыши, однако уже обладали характерной планировкой. В рамках кампании по борьбе с архитектурными излишествами впоследствии здания получили более дешёвые в исполнении плоские битумные крыши с низким чердачным пространством, обычно засыпанным изоляционным материалом и имеющим лишь вентиляционные отверстия наружу (недоступные для кошек, эти пространства стали местом гнездования диких голубей, воробьёв и т. п.)
В оформлении фасадов зданий отсутствуют лепнина и другие декоративные элементы, характерные для зданий предыдущего, сталинского периода. Кирпичные хрущёвки в подавляющем большинстве не оштукатурены.
«Хрущёвский холодильник»
Довольно часто под окном кухни кирпичной «хрущёвки», которая имеет минимальные размеры, имеется специфический встроенный шкаф типа чулана для хранения продуктов. Толщина наружной стены в этом шкафу обычно составляет полкирпича. В некоторых вариантах построек в этой стене есть наружное постоянно открытое отверстие, служащее приточной вентиляцией и необходимое для обеспечения нормального функционирования газовой плиты. В холодный период года шкаф заменял холодильник. Однако подобный холодильник встречается и в более ранней архитектуре «сталинок».
Название «хрущёвский холодильник» часто в шутку переносят[3][34] на сами хрущёвки (особенно панельные), именуя их так из-за низкой температуры в квартирах зимой, обусловленной плохой теплоизоляцией[35].
Окно в санузле
Во многих хрущёвках (например, серии 1-447) между кухней и санузлом имеется окно. Окно высотой около 40 см располагается под потолком, на кухне оно находится напротив уличного окна. Наиболее вероятное предназначение окна связано с тем, что в годы строительства хрущёвок не редкостью были перебои в электроснабжении. В этом случае через окно в санузел попадало небольшое количество света, позволявшее воспользоваться туалетом и умывальником[36]. Вероятно, производилась также незначительная экономия на строительных материалах. Второе возможное применение данного окна - санитарно-гигиеническое. Свет проникающий через это окно благотворно воздействует на среду помещения ванной и туалета.
Кладовка
Во многих проектах хрущёвок, включая наиболее распространённые серии 1-335, 1-447, 1-464, в квартирах располагаются достаточно крупные (2-3 м2) тёмные комнаты без окон для хранения вещей (кладовки). В более поздних проектах размер кладовок был значительно уменьшен, из комнат они превратились во встроенные шкафы. В проектах брежневских домов в связи с распространением шкафов и другой мебели от кладовок постепенно отказались.
Примечательные серии

Серия К-7
Серия К-7 — одна из первых серий индустриального домостроения. Спроектирована В. П. Лагутенко на основе французской панельной пятиэтажки. Дома построены по каркасно-панельной схеме. Квартиры имеют достаточно крупные для хрущёвок кухни, раздельные санузлы и комнаты. Дома имеют низкую шумо- и теплоизоляцию. Подлежат сносу.
Серия 335
Серия 1-335 — одна из самых распространённых общесоюзных серий панельных хрущёвок. Строилась с 1956 года. Дома построены по схеме со сборным железобетонным каркасом и наружными панельными стенами (т. н. неполный каркас). Самая дешёвая серия из всех панельных хрущёвок.
Серия 480
Разработка КиевЗНИИЭПа, реализация с 1958 года.
Серия 464
1-464 — одна из самых распространённых на всей территории СССР серий панельных хрущёвок. Несущие стены толщиной 0,35 м сделаны из бетона, на который положена керамическая плитка. Перекрытия выполнены из железобетона. Реализация с 1960 года. Практическое отсутствие виброизоляции.
В Москве строилась «московская» версия серии 1-464 под индексом 1605-АМ/5 с увеличенными площадями квартир.
Серия 438
Серия 438 разработана проектной организацией «Гипроград» (Киев). Дома 438-серии начали реализовываться в 1958 году. Дома серии — бескаркасные с продольными несущими стенами. Фундаменты сделаны из бутобетона, а стены — из кирпича. В секции были разные варианты, такие как: 1-486-5, 1-486-6, 1-486-8[37].
Серия 447

1-447 — самая распространённая на всей территории СССР серия кирпичных хрущёвок, возводилась с 1958 года. Благодаря толстым стенам из силикатного или красного кирпича такие дома превосходят по тепло- и звукоизоляции не только панельные хрущёвки, но и более поздние панельные дома. Внутренние стены в квартирах не капитальные, позволяют перепланировку. В остальном это обычные хрущёвки с тесными квартирами.
Не относятся к «сносимым» сериям и обладают повышенным сроком службы по сравнению с панельными хрущёвками. На основе серии было создано много поздних модификаций с индексом 1-447С, которые относят уже к брежневским домам.
Многоэтажные «хрущёвки»
В середине 1960-х предпринимались попытки строить многоэтажные «хрущёвки». В частности, в 1965 году в Минске на углу улиц Волгоградской и Якуба Коласа была построена одна, а на бульваре Толбухина — три девятиэтажные «хрущёвки», существующие по сей день, однако продолжения этот эксперимент не имел.
Модернизация

В 1990—2000 годах в Казани реализовали проект по достройке на хрущёвках шестого этажа. Таким образом было модернизировано 2 дома на улице Короленко и проспекте Галимджана Ибрагимова.
В 2000-х годах подобным образом в Сыктывкаре был достроен дом № 13 на улице Оплеснина.
В 2007 году в Уфе к дому № 106/2 на проспекте Октября было надстроено 2 этажа, на которых расположились 16 двухуровневых двух- и трёхкомнатных квартир. Подрядчиком реконструкции выступила чешская фирма «Брно», уже имевшая опыт возведения подобных надстроек в Чехии. В результате проект был признан нерентабельным, и планы по реконструкции ещё двух соседних пятиэтажек были свёрнуты[38].
В некоторых городах (например, Минске, Саранске) при капитальном ремонте хрущёвским домам утепляют внешние стены[39].
Снос
В связи с физическим устареванием домов по всей стране было принято решение произвести снос хрущевок в Москве и Санкт-Петербурге. Следует заметить, что по всей стране производятся сборы на капитальный ремонт за счёт жильцов. Перед сдачей домов гражданам (навязанная приватизация) капитальный ремонт произведён не был.
В Москве и Санкт-Петербурге действуют программы сноса и реконструкции кварталов хрущёвок и замены их современным жильём. В 1999 году в Москве была принята программа комплексной реконструкции районов пятиэтажной застройки первого периода индустриального домостроения. Программа затрагивает наименее долговечные («сносимые») панельные хрущёвки: к ним были отнесены дома серий К-7, II-32, II-35, 1МГ-300 и 1605-АМ/5 — всего 1722 пятиэтажки[32]. В рамках программы устаревшие хрущёвки сносятся, а на их месте возводятся дома повышенной этажности — в основном панельные серий П-44Т и др., а также монолитные. Часть квартир в новых домах заселяется жильцами снесённых пятиэтажек, остальные продаются.
По состоянию на 22 мая 2017 года в Москве остаётся снести 60 пятиэтажек первого периода индустриального домостроения[40].
В 2017 году в Москве принята новая программа реновации жилого фонда[41]. Она предусматривает снос жилых домов общей площадью 25 млн кв. м.
См. также
Лагутенко, Виталий Павлович — автор проекта первых хрущёвок
Горьковский метод
Серии жилых домов
Примечания

Литература
Cite journal requires |journal= (help)CS1 maint: date and year (link)
Ссылки



Категория:Город
Категория:Типовые серии жилых домов
Категория:Объекты, названные в честь Никиты Хрущёва
Категория:Советизмы
Категория:1957 год в СССР
Категория:Архитектура России
Категория:Жилища