Question: Сколько всего было раскулачено человек с 1930 по 1940?

Раскулачивание


Раскулачивание (известно также как раскрестьянивание[1]) — политика массового преследования крестьян по признаку имущественного положения[2][3], проводившаяся большевиками в период с 1930 по 1954-й год. 
Проведение политики совпало с принудительной заготовкой хлеба и коллективизацией и привело к массовому недовольству крестьян[4][5][5][6][7][8][9][10], групповому выселению «кулаков» и их семей в спецпоселения[11][12][13], конфискациям их собственности (т. н. «обобществлению»)[14][15][16][17], расстрелам[18][19], а также по причинам крайне плохой продуманности и отсутствия конкретных инструкций по реализации политики[20] — к произволу местных органов власти и многочисленным жертвами среди бедного и среднего богатства сельского населения[13][21][22], а также среди членов самих местных властей. Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) от 30 января 1930 года «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации» было положено начало проведения политики[2][17] Формально проведение политики было окончено уже в начале 1930 года[23], однако, период ликвидации её последствий растянулся до 1954-года. Лишь спустя более чем 60 лет, законом «О реабилитации жертв политических репрессий»[24] от октября 1991 года граждане и лица, подвергнувшиеся раскулачиванию («репрессиям»), были официально признаны Верховным Советом репрессированными и имеющими право на реабилитацию.
Раскулачивание в 1917—1923 годах
Ещё 8 ноября 1918 года на совещании делегатов комитетов бедноты Ленин заявил о решительной линии по ликвидации кулачества: «…если кулак останется нетронутым, если мироедов мы не победим, то неминуемо будет опять царь и капиталист.»[25][26][27] Декретом от 11 июня 1918 года были созданы комитеты бедноты, которые сыграли большую роль в борьбе с кулачеством, руководили процессом перераспределения конфискованных земель на местах и распределением конфискованного инвентаря, продовольственных излишков, изъятых у кулаков. Уже отметил своё начало «великий крестовый поход против спекулянтов хлебом, кулаков, мироедов, … последний и решительный бой всем кулакам — эксплуататорам».[28] Было изъято 50 миллионов гектаров кулацкой земли, перешедшей бедноте и середнякам, конфискована у кулачества значительная часть средств производства в пользу бедноты.[29]
Ликвидация кулачества как класса
Подготовка
15 февраля 1928 года газета Правда впервые опубликовала материалы, изобличавшие кулачество, сообщавшие о тяжёлой ситуации на селе и повсеместном засилии на местах богатого крестьянства, которое обнаруживалось не только на селе, эксплуатируя бедноту, но и внутри самой партии, руководя рядом коммунистических ячеек. Были опубликованы сообщения о вредительской деятельности кулачества — разоблачения о том, как кулацкие элементы в должности местных секретарей не пускали бедноту и батраков в местные отделения партии.[30]
Экспроприация запасов зерна у кулаков и середняков именовалась «временными чрезвычайными мерами». Однако насильственное изъятие хлеба и иных запасов отбивало у зажиточных крестьян всяческую охоту к расширению посевов, что позже лишало трудоустроенности батраков и бедняков. Механизм раскулачивания остановил развитие индивидуальных хозяйств и ставил под вопрос саму перспективу их существования. Вскоре временные чрезвычайные меры превратились в линию «ликвидации кулачества, как класса».[30]
Поворот партии к политике ликвидации кулачества как класса сформулировал Сталин:[31]

В 1928 году правой оппозицией ВКП(б) все ещё осуществлялись попытки поддержать зажиточное крестьянство и смягчить борьбу с кулачеством. В частности, А. И. Рыков, критикуя политику раскулачивания и «методы времен военного коммунизма», заявлял о том, что «наступление на кулаков (нужно проводить) разумеется, не методами так называемого раскулачивания», и о недопустимости давления на индивидуальное хозяйство в селе, производительность которого более чем в два раза ниже, чем в европейских странах, считая, что «важнейшей задачей партии является развитие индивидуального хозяйства крестьян при помощи государства в деле их кооперирования»
Заявить о поддержке индивидуального хозяйства правой оппозиции удалось и на заседании Пленума ЦК:
«Обеспечить содействие дальнейшему подъему производительности индивидуального мелкого и среднего крестьянского хозяйства, которое значительное время будет ещё базой зернового хозяйства в стране».[32]
Активные меры по ликвидации зажиточного крестьянства приветствовались сельской беднотой, которая опасалась того, что «партия взяла курс на кулака, тогда как нужно проводить линию „раскулачивания“». В партии отмечали, что «беднота нашу политику на селе, в целом продолжает рассматривать как резкий поворот от бедноты к середняку и кулаку». Именно так продолжали реагировать наименее обеспеченные жители сел на «новый курс» XIV партийного съезда 1925 года. Все чаще органы власти отмечали среди бедноты «не только открытое, но и решительное выступление против зажиточной и верхушечной части середняков»[33].
Растущее недовольство бедноты подкреплялось голодом в сельской местности, в котором большевики предпочитали винить «сельскую контрреволюцию» кулачества, желавшего ухудшить отношение народа к партии: «Надо давать отпор кулацкой идеологии, приходящей в казарму в письмах из деревни. Главный козырь кулака — хлебные затруднения». Все чаще в прессе появлялись идеологически обработанные письма возмущенных красноармейцев-крестьян: «Кулаки — эти яростные враги социализма — сейчас озверели. Надо их уничтожать, не принимайте их в колхоз, выносите постановление об их выселении, отбирайте у них имущество, инвентарь». Широкую известность получило письмо красноармейца 28-го артиллерийского полка Воронова в ответ на жалобу отца «последний хлеб отбирают, с красноармейской семьей не считаются»: «Хоть ты мне и батька, ни слова твоим подкулацким песням не поверил. Я рад, что тебе дали хороший урок. Продай хлеб, вези излишки — это мое последнее слово».[34][35]
О необходимости принятия жестких мер по отношению к кулачеству на пленуме обкома ВКП(б) ЦЧО заявил его секретарь И. М. Варейкис:[36]

Массовые репрессии
В ходе коллективизации сельского хозяйства, проведённой в Союзе ССР в 1928—1932 годах, происходило подавление антисоветских выступлений крестьян и «ликвидация кулачества как класса» («раскулачивание») — насильственное лишение зажиточных крестьян, использующих наёмный труд, всех средств производства, земли и выселение их в пределах области (края, республики) или за их пределы, в зависимости от категории.
30 января 1930 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло известное постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Согласно этому постановлению кулаки были разделены на три категории:
первая категория — контрреволюционный актив, организаторы террористических актов и восстаний,
вторая категория — остальная часть контрреволюционного актива из наиболее богатых кулаков и полупомещиков,
третья категория — остальные кулаки.
Главы кулацких семей 1-й категории арестовывались, и дела об их действиях передавались на рассмотрение специальных троек в составе представителей ОГПУ, обкомов (крайкомов) ВКП(б) и прокуратуры. Члены семей кулаков 1-й категории и кулаки 2-й категории подлежали выселению в отдалённые местности СССР или отдалённые районы данной области (края, республики) на спецпоселение. Кулаки, отнесённые к 3-й категории, расселялись в пределах района на специально отводимых для них за пределами колхозных массивов землях.
Контрреволюционный кулацкий актив было решено «ликвидировать путём заключения в концлагеря, не останавливаясь в отношении организаторов террористических актов, контрреволюционных выступлений и повстанческих организаций перед применением высшей меры репрессии» (ст. 3, п.а).
В качестве репрессивных мер ОГПУ было предложено по отношению к первой и второй категории:
направить в концлагеря 60 000, выселить 150 000 кулаков (разд. II, ст.1)
в необжитые и малообжитые местности произвести высылку с расчетом на следующие регионы: Северный край — 70 тыс. семейств, Сибирь — 50 тысяч семейств, Урал — 20 — 25 тысяч семейств, Туркестан — 20 — 25 тысяч семейств с «использованием высылаемых на сельскохозяйственных работах или промыслах»(разд. II, ст.4). У высылаемых конфисковали имущество, денег разрешали оставить до 500 рублей на семью.
СНК СССР и ЦИК СССР 1 февраля 1930 года издали постановление «О мероприятиях по укреплению социалистического переустройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством», которое отменяло право на аренду земли и право на применение наемного труда в единоличных крестьянских хозяйствах с некоторыми исключениями по индивидуальному совместному решению районных и окружного ИК в отношении «середняков» (ст. 1). Краевым и областным ИК и правительствам республик было дано право применять «все необходимые меры борьбы с кулачеством вплоть до полной конфискации имущества кулаков и выселения их» (ст. 2).
4 февраля 1930 года была издана секретная инструкция Президиума ЦИК СССР «О выселении и расселении кулацких хозяйств», подписанная председателем ВЦИК СССР М. И. Калининым и председателем СНК СССР А. И. Рыковым, в которой «в целях решительного подрыва влияния кулачества» и «подавления всяких попыток контр-революционного противодействия» ОГПУ поручалось:
выселить кулацкий актив, наиболее богатых кулаков и полупомещиков в отдаленные местности;
расселить остальных кулаков в пределах района, в котором они проживают, на новых, отводимых им за пределами колхозных хозяйств, участках. (ст. 1)
Инструкция предполагала выселение примерно 3-5 % от всего числа крестьянских хозяйств (ст. 2).
В районах коллективизации, согласно инструкции, у кулаков конфисковали «средства производства, скот, хозяйственные и жилые постройки, предприятия производственные и торговые, продовольственные, кормовые и семенные запасы, излишки домашнего имущества, а также и наличные деньги». Из наличных денег для обустройства на новом месте был фиксирован лимит «до 500 рублей на семью» (ст. 5).
Сберегательные книжки изымались для передачи в органы наркомата финансов, выдача вкладов и выдача ссуд под залог прекращалась (ст. 7). Паи и вклады изымались, владельцы исключались из всех видов кооперации (ст. 8).
2 февраля 1930 года был издан приказ ОГПУ СССР № 44/21[37]. В нём говорилось, что «в целях наиболее организованного проведения ликвидации кулачества как класса и решительного подавления всяких попыток противодействия со стороны кулаков мероприятиям Советской власти по социалистической реконструкции сельского хозяйства — в первую очередь в районах сплошной коллективизации — в самое ближайшее время кулаку, особенно его богатой и активной контрреволюционной части, должен быть нанесён сокрушительный удар».
Приказ предусматривал[37]:
Немедленную ликвидацию «контрреволюционного кулацкого актива», особенно «кадров действующих контрреволюционных и повстанческих организаций и группировок» и «наиболее злостных, махровых одиночек» — то есть первая категория, к которой были отнесены:
Кулаки — наиболее активные, противодействующие и срывающие мероприятия партии и власти по социалистической реконструкции хозяйства; кулаки, бегущие из районов постоянного жительства и уходящие в подполье, особенно связанные с активными белогвардейцами;
Кулаки — активные белогвардейцы, повстанцы; бывшие белые офицеры, репатрианты, проявляющие контрреволюционную активность, особенно организованного порядка;
Кулаки — активные члены церковных советов, всякого рода религиозных общин и групп, «активно проявляющие себя».
Кулаки — наиболее богатые, ростовщики, спекулянты, разрушающие свои хозяйства, бывшие помещики и крупные земельные собственники.
Семьи арестованных, заключённых в концлагеря или приговорённых к расстрелу подлежали высылке в северные районы СССР, наряду с выселенными при массовой кампании кулаками и их семьями, «с учётом наличия в семье трудоспособных и степени социальной опасности этих семейств».
Массовое выселение (в первую очередь из районов сплошной коллективизации и пограничной полосы) наиболее богатых кулаков (бывших помещиков, полупомещиков, «местных кулацких авторитетов» и «всего кулацкого кадра, из которых формируется контрреволюционный актив», «кулацкого антисоветского актива», «церковников и сектантов») и их семейств в отдалённые северные районы СССР и конфискация их имущества — вторая категория.
Согласно приказу ОГПУ № 44.21 от 6 февраля 1930 года, началась операция по «изъятию» 60 тысяч кулаков «первой категории». Уже в первый день проведения операции ОГПУ арестовало около 16 тысяч человек, на 9 февраля 1930 года были «изъяты» 25 тысяч человек. В спецсводке ОГПУ от 15 февраля 1930 содержался следующий отчет о проведении операции[38][39]:


Согласно секретным отчетам репрессивных органов, численности «арестованных по 1 категории» кулаков на 1 октября 1930 года была следующей: за первый период раскулачивания до 15 апреля 1930 года было арестовано 140 724 человека, из них кулаков 79 330, церковников — 5028, бывших помещиков и фабрикантов — 4405, антисоветских элементов — 51 961 человек. За второй период раскулачивания с 15 апреля 1930 года по 1 октября 1930 года арестованы 142 993 человек, из них кулаков — 45 559 и 97 434 антисоветчика. В 1931 году «за один только январь… зафиксировано 36 698 арестованных», причем «подавляющее большинство кулацко-белогвардейской к/р».[40]
Всего за 1930—1931 годы, как указано в справке Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ, было отправлено на спецпоселение 381 026 семей общей численностью 1 803 392 человека. За 1932—1940 годы в спецпоселения прибыло ещё 489 822 раскулаченных.[41]
Отдел центральной регистратуры ОГПУ в справке о выселении кулаков с начала 1930 года до 30 сентября 1931 года определял число «спецпереселенцев» в 517 665 семей, 2 437 062 человека.[40]
Переселенные «по 2 категории» семьи часто осуществляли побеги, так как выжить в неосвоенных районах было тяжело. В 1932—1940 годах число «беглых кулаков» составило 629 042 человека, из них были пойманы и возвращены 235 120 человек.[40]
Совместным постановлением СНК СССР № 90 и ЦИК СССР № 40 от 13 ноября 1930 года «О недопущении кулаков и лишенцев в кооперацию» была запрещена всяческая кооперация, включая членство в колхозах, для лиц, имеющих статус кулака. Исключением стали члены семей, где имелись «преданные советской власти красные партизаны, красноармейцы и краснофлотцы, сельские учителя и агрономы — при условии, если они поручатся за членов своей семьи». В частности, в постановлении утверждалась следующая норма:

По предложению Сталина был принят законодательный акт[42][43] , который в дальнейшем станет известным в народе как указ «7-8»

Совместным постановлением ЦИК СССР и Совнаркома СССР от 7 августа 1932 года «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности» были предусмотрены наиболее жесткие меры наказания за хищение колхозного и кооперативного имущества — вплоть до смертной казни с конфискацией имущества. В качестве «меры судебной репрессии по делам об охране колхозов и колхозников от насилий и угроз со стороны кулацких элементов» предусматривалось лишение свободы на срок от 5 до 10 лет с заключением в концентрационные лагеря без права на амнистию.
На 1933 год в «кулацких» спецпоселениях содержалось 1 317 000 кулаков и причисленных к ним.[44] Репрессии зачастую применялись не только к кулакам и середнякам, но и нередко и беднякам, что было отмечено на пленуме ЦК ВКП(б) в феврале-марте 1937 года.[45]. Репрессии применялись зачастую для принуждения крестьян к вступлению в колхоз, это признал и осудил сам Сталин.[46]
При этом ранее на конференции аграрников-марксистов 27 декабря 1929 года Сталин заявлял о раскулачивании как необходимой для развития и повсеместного внедрения колхозов мере:[36][47]

В 1924—1928 году крестьяне-члены потребительских кооперативов производили активные закупки инвентаря, сельхозтехники. По словам Министра сельского хозяйства РФ Алексея Гордеева «указанная „техника“ являлась одним из важных оснований для их „раскулачивания“, выселения, заключения в лагеря, физического уничтожения».[48]
Попасть в списки кулаков, составлявшиеся на местах, мог практически любой крестьянин. На местах зачастую для обеспечения ускоренных темпов раскулачивания раскулачивали середняков и «маломощных крестьян», о чём сообщалось в ряде сводок.[49] На пленуме обкома ВКП(б) ЦЧО его секретарь И. М. Варейкис на вопрос о определении термина «кулак» ответил жестко: «Рассуждения о том, как понимать кулака — есть схоластика гнилая, бюрократическая, бесцельная, никому не понятная и к тому же очень вредная».[36] В сопротивление коллективизации включились не только кулаки, но и многие середняки. Советской властью широко применялся термин «подкулачник», что позволяло репрессировать вообще любых крестьян, вплоть до батраков. Подкулачниками обычно называли так называемых «твёрдосдатчиков», то есть тех, кто сдавал зерно в количестве необходимом по продналогу, и отказывался продавать по госценам зерно сверх продналога.
Отчетность о репрессиях активно поступала в органы государственной власти. К примеру, представитель обкома ВЛКСМ ЦЧО Сорокин в рамках заседания бюро ЦК ВЛКСМ сообщал о раскулачивании большого количества середняков и бедноты.[36] Сообщалось, что в Черноземье под угрозой раскулачивания со стороны комсомольцев крестьяне были вынуждены вступать в колхозы, о чём позже руководство ВЛКСМ заявило: «административное методы „деляческого“ раскулачивания, ударившие по середняку, вошли в мозги даже активистов-комсомольцев».[36] Борисоглебские комсомольцы в процессе раскулачивания ликвидировали несколько батрацких хозяйств за то, что дочери хозяев вышли замуж за кулацких сыновей.[36]




На Северном Сахалине для зачисления некоторых крестьянских хозяйств, не удовлетворяющих критериям кулацких, в число «кулацких» применялись обвинения в «японофильской» и религиозной деятельности. Известны случаи раскулачивания бедноты местных сел. Например, список 55 кулацких семей, подлежавших выселению из Александровского и Рыковского районов, был проверен 29 августа 1931 года уполномоченным ОГПУ Маковским на предмет ошибочного включения середняков. 25 сентября пять середняцких семей из перечня были исключены и выселению не подверглись, однако статус «кулацких элементов» с них снят не был, и в дальнейшим они подверглись другим репрессиям, включая конфискацию имущества[50].
Проводящие раскулачивание комсомольцы иногда проявляли особую жестокость. Так, кирсановские комсомольцы на общем собрании приняли решение о расстреле 30 кулаков.[36][51]
Протесты крестьян против коллективизации, против высоких налогов и принудительного изъятия «излишков» зерна выражались в его укрывательстве, поджогах, убийствах сельских партийных и советских активистов, что расценивалось государством как проявление «кулацкой контрреволюции».
Число жертв
По данным историка и исследователя репрессий В. Н. Земскова всего было раскулачено около 4 млн человек (точное число установить сложно)[52], из них в 1930—1940 в кулацкой ссылке побывало 2,5 млн, в этот период в ссылке умерло 600 тыс. человек, подавляющее большинство умерло в 1930—1933 годы[53]. Показатели смертности среди спецпереселенцев превышали рождаемость от 7,8 раз (у «старожилов») до 40 раз (у «новосёлов»)[54].
По словам журналиста Би-би-си А. Кречетникова, существовала подготовленная в 1934 году оперативно-учетным отделом ОГПУ секретная справка, согласно которой около 90 тыс. кулаков погибли в пути следования и ещё 300 тыс. умерли от недоедания и болезней в местах ссылки[55].
Смягчение политики
К 1932 году процесс массового раскулачивания был официально остановлен, однако на практике остановить набравший обороты процесс было затруднительно из-за сопротивления снизу. 20 июля 1931 года Политбюро ЦК ВКП(б) издало постановление о прекращении массового выселения кулаков за исключением «выселения в индивидуальном порядке», а 25 июня 1932 года ЦИК СССР издал постановление «О революционной законности», прекратившее репрессии «по инициативе снизу». ЦК ВКП(б) и СНК СССР 8 мая 1933 издали совместную инструкцию N П-6028 «о прекращении применения массовых выселений и острых форм репрессий в деревне», направленную «всем партийно-советским работникам и всем органам ОГПУ, суда и прокуратуры», остановившую массовые репрессии. Инструкция заявляла о перегибах и неподконтрольности процесса[4]:

В то же время, даже данная инструкция сообщала, что «было бы неправильным думать, что наличие новой обстановки означает ликвидацию или хотя бы ослабление классовой борьбы в деревне. Наоборот, классовая борьба в деревне будет неизбежно обостряться.» Подтверждая данный факт, инструкция, все же, допускает ряд репрессивных мер в индивидуальном порядке и устанавливает на них строгий лимит. Осужденные кулаки направляются в трудовые поселки, общее число заключенных ограничивается до 400000 «на весь Союз ССР.»[56]:

24 мая 1934 ЦИК СССР принял постановление «О порядке восстановления в гражданских правах бывших кулаков», в соответствии с которым кулаки-спецпоселенцы, ранее лишенные ряда гражданских прав, восстанавливались в них в индивидуальном порядке.
В послевоенный период по ходатайствам краевых и областных властей при поддержке Министерства внутренних дел проводились освобождения от «кулацкой ссылки» Постановлениями Совета министров СССР: например, в 1947 году снято спецпоселение с бывших кулаков Амурской области (435 человек), а в 1950 году — с бывших кулаков Хабаровского края (5407 человек) и Амурской области (1451 человек)[57].
Окончательный отказ от политики раскулачивания был зафиксирован постановлением Совета Министров СССР от 13 августа 1954 года № 1738—789сс «О снятии ограничений по спецпоселению с бывших кулаков», благодаря которому последние кулаки-спецпоселенцы получали свободу.
Отказ от производства хлеба кулачеством
В 1927 году производство хлеба кулачеством составляло 9,780 млн тонн, а колхозы производили около 1,3 млн тонн, из которых на рынок поступало не более 0,570 млн тонн. В 1929 году в результате активной коллективизации и раскулачивания уровень производства хлеба колхозами достиг 6,520 млн тонн[29][58].
Организовав переход в колхозы большинства крестьян-производителей из класса бедноты и таким образов исключив зависимость государства от частного сектора и индивидуальных хозяйств, правительство рассчитывало уничтожить класс крестьян-кулаков, являвшихся ранее фактически единственным производителем хлеба.
К 1928 году число индивидуальных крестьянских хозяйств, вошедших в колхозы, составляло около 1,8 % от общего числа.[32]
Задача окончательной ликвидации кулачества как класса и полного перехода на исключительно колхозное производство была поставлена Сталиным 27 декабря 1929 года. Принятие в колхозы лиц, подвергнутых раскулачиванию и признанными кулаками, было строго запрещено.[58][59]

На 1930 год план колхозного и совхозного производства хлеба составил около 14,670 млн тонн.[58]
Были известны случаи, когда многие партийные работники стали искусственно форсировать коллективизацию, не считаясь со степенью подготовленности крестьян к вступлению в колхозы. «В ряде районов добровольность заменялась принуждением к вступлению в колхозы под угрозой „раскулачивания“, лишения избирательных прав и т. д.»[29]
Для борьбы с «кулацким и подкулацким вредительством» в колхозах в январе 1933 года ЦК партии принял решение об организации политических отделов при машино-тракторных станциях, обслуживающих колхозы. В сельские политотделы были направлены в 17 тысяч партийных работников, поскольку, как сообщалось, «открытая борьба против колхозов потерпела неудачу, и кулаки изменили свою тактику… проникая в колхозы, они тихой сапой наносили вред колхозам». Таким образом, раскулачивание производилось и среди работников колхозов, «бывших кулаков и подкулачников, сумевших пролезть в колхозы на те или иные должности… чтобы вредить и пакостить».[29]
Для обеспечения ускоренного завершения перехода крестьян-единоличников в колхозы и лишения крестьян-кулаков средств производства и возможности использования наемного труда было принято постановление ЦК ВКП(б) «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» от 5 января 1930 года с программой форсированной коллективизации. Оно запретило аренду земельных участков, найм рабочей силы частными лицами, форсировало раскулачивание, в том числе по инициативе снизу. Частные лица (крестьяне) были наделены правом конфискации скота, инструмента, средств производства, хозяйственных построек и инвентаря в пользу колхозов. Результатом правоприменения этого нормативного акта и ряда подзаконных актов стали репрессии по отношению к сотням тысяч крестьян, резкое падение уровня сельскохозпроизводства и массовый голод. Резкий спад в сельском хозяйстве был остановлен лишь к 1937 году, но показатели 1928 года до Великой Отечественной войны так и не были достигнуты.[60]
Реабилитация
Реабилитация лиц, подвергшихся раскулачиванию и членов их семей производится в общем порядке, согласно Закону Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18.10.1991 N 1761-1[24].
В судебной практике РФ раскулачивание расценивается как действие, являющееся политической репрессией. К примеру, можно рассмотреть Определение Верховного Суда РФ от 30.03.1999 № 31-В98-9, которое де-юре является практическим правоприменением законодательной базы в вопросе реабилитации раскулаченных лиц:

Особенностью российского законодательства в области реабилитации является возможность установления факта применения раскулачивания на основании свидетельских показаний, на что обратил внимание Верховный Суд РФ в данном определении:

Согласно Федеральному Закону от 22.08.2004 N 122-ФЗ. ч.2 ст.7 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» утратила силу.
Реабилитированным, ранее раскулаченным лицам возвращается и необходимое для проживания недвижимое имущество (либо его стоимость), если таковое не было национализированно или (муниципализированно), уничтожено во время Великой Отечественной войны и при отсутствии иных препятствий, предусмотренных статьей 16.1 Закона «О реабилитации жертв политических репрессий».
См. также
Сталинские репрессии
Коллективизация
XV съезд ВКП(б)
Расказачивание
Реабилитация
Голод в СССР (1932—1933)
Назинская трагедия
В художественной литературе
Г. Ш. Яхина. «Зулейха открывает глаза». М.: АСТ, 2015
Примечания

Литература
Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. 1927—1939. В 5 тт. Том 1. Май 1927 — ноябрь 1929. — М.: РОССПЭН, 1999.
Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. 1927—1939. В 5 тт. Том 2. Ноябрь 1929 — декабрь 1930. — М.: РОССПЭН, 2000.
Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923—1927. М.: Наука, 1991.
Документы Госархива общественно-политических движений и формирований Архангельской области о приеме и расселении раскулаченных в Северном крае. 1930 г.: 
 Постановление политбюро ЦК ВКП(б) 30 января 1930 г.

Советская деревня глазами ВЧК — ОГПУ — НКВД. 1918—1939. Документы и материалы в 4 томах. Том 2. 1923—1929. М.: РОССПЭН, 2000.
Лазарев С. Е. Советская власть и казачество: трансформации взаимоотношений (конец 1920-х — начало 1930-х годов) // Гражданин и право. 2016. № 11. С. 3-16.
Александров К. М. Зачем Сталин устроил Большой террор и утопил страну в крови: «Осужденным к расстрелу рубили головы топором» [интервью] // ИА «Лента.ру». / Корр. Андрей Мозжухин. — М., 2017. — 5 августа. — Электронный ресурс: .
Наша малая Родина: Хрестоматия по истории Новосибирской области, 1921—1991 // Сост. В. И. Баяндин, В. А. Ильиных, С. А. Красильников, И. С. Кузнецов и др. / Материалы Государственного архива Новосибирской области. — Новосибирск: ЭКОР, 1997. — 768 с. — ISBN 5-85618-093-3 (в том числе материалы по тайному визиту И. В. Сталина в Сибирь в 1928 и начале искусственного первого голодомора 1928—1929 гг., о начале ликвидации в СССР крестьянства как класса)).
1928 год. Поездка И. В. Сталина в Сибирь. Документы и материалы // Известия ЦК КПСС. — М., 1991. — № 5. — С. 193, 196—199. ISSN: 0235-7097
80 лет назад вышло постановление, начавшее Большой террор [«Возникло соревнование — кто больше арестует»] // Портал «» (публицистика). Интервью с учёным Л. А. Лягушкиной, МГУ. — М., 2017. — 2 июля. — Электронный ресурс: .
Г. Ф. Доброноженко. «Кто такой кулак: трактовка понятия „кулак“ во второй половине XIX — 20-х гг. XX вв.» // статья
Институт российской истории РАН. Федеральная архивная служба России. Российский государственный архив социально-политической истории. Центральный архив ФСБ России. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы в пяти томах. 1927—1939. Под ред.: В.Данилов, Р.Маннинг, Л.Виола. — М.: РОССПЭН, 2004
Н. А. Ивницкий, доктор исторических наук. Судьба раскулаченных в СССР. М.: Собрание, 2004
Ссылки

 Исследование журналиста Артёма Кречетникова на сайте «Русской службы БиБиСи»


Категория:Репрессии в СССР
Категория:Репрессии в РСФСР
Категория:Коллективизация
Категория:1930 год в СССР
Категория:1931 год в СССР
Категория:1932 год в СССР