Одним из крупнейших писателей Америки первой половины XX века был Уильям Фолкнер, получивший в 1949 году Нобелевскую приемию. Среди признанных мастеров американской прозы XX века следует назвать Кэтрин Энн Портер и Юдору Уэлти. Особое место в литературе 50-х годов занимает роман Джерома Сэлинджера «Над пропастью во ржи». Это вышедшее в свет в 1951 году произведение стало (особенно, среди молодежи) культовым. Книги начали поднимать темы, ранее запретные. Известная поэтесса Элизабет Бишоп не скрывала своей любви к женщинам; среди других писателей можно отметить Трумена Капоте. В американской драматургии 50-х годов выделяются пьесы Артура Миллера и Теннесси Уильямса. В 60-е годы получают известность пьесы Эдварда Олби («Случай в зоопарке», «Смерть Бесси Смит», «Кто боится Вирджинии Вулф?», «Всё в саду»). Одним из известных исследователей американской литературы XX века был переводчик и литературный критик А. М. Зверев. Разнообразие американской литературы никогда не позволяет одному движению полностью вытеснить другие; после битников 50—60-х (Джек Керуак, Лоуренс Ферлингетти, Грегори Корсо, Аллен Гинзберг) самой заметной тенденцией стал — и продолжает быть — постмодернизм (например, Пол Остер, Томас Пинчон). Широкую известность в последнее время получили книги писателя-постмодерниста Дона Делилло. В США получили широкое развитие научная фантастика и литература ужасов, а во второй половине XX века — фэнтези. Первая волна американской НФ, в которую входили Эдгар Райс Берроуз, Мюррей Лейнстер, Эдмонд Гамильтон, Генри Каттнер, была преимущественно развлекательной и породила поджанр «космическая опера», описывавший приключения первопроходцев космоса. К середине XX века в США начала преобладать более сложная фантастика. Среди всемирно известных американских фантастов — Рэй Брэдбери, Роберт Хайнлайн, Фрэнк Херберт, Айзек Азимов, Андре Нортон, Клиффорд Саймак, Роберт Шекли. Литература этих авторов отличается обращением к сложным социальным и психологическим вопросам, развенчанием утопии, аллегоричностью. В США зародился такой поджанр научной фантастики, как киберпанк (Филип К. Дик, Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг), описывающий будущее, изменённое и обесчеловеченное под влиянием высоких технологий. К XXI веку Америка остаётся одним из главных центров фантастики, благодаря таким авторам как Дэн Симмонс, Орсон Скотт Кард, Лоис Буджолд, Дэвид Вебер, Нил Стивенсон, Скотт Вестерфельд, и другие. Большинство популярных авторов в жанрах ужасов XX века — американцы. Классиком литературы ужасов первой половины века был Говард Лавкрафт, создатель «Мифов Ктулху», впитавших в себя наследие американской готики По. Во второй половине столетия жанр ужасов был отточен такими авторами как Стивен Кинг, Дин Кунц, Джон Уиндем. Расцвет американского фэнтези начался в 1930-е годы с Роберта Говарда, автора цикла рассказов «Конан», продолжающего традиции американской и английской приключенческой литературы. Во второй половине XX века жанр фэнтези был развит такими авторами как Роджер Желязны, Пол Уильям Андерсон, Урсула Ле Гуин. Самый популярный американский автор фэнтези в XXI веке — Джордж Р. Р. Мартин, создатель «Игры престолов», квазиреалистического исторического романа о вымышленном средневековье. Среди других заметных представителей жанра в конце XX и начале XXI веков — Роберт Джордан, Тэд Уильямс, Глен Кук. Литература иммигрантов Большую роль в американской литературе двадцатого века сыграли эмигранты. Трудно переоценить скандал, который вызвала «Лолита». Очень заметную нишу составляет американская еврейская литература, часто юмористическая: Зингер, Беллоу, Рот, Маламуд. Одним из самых известных чернокожих писателей был Болдуин. Известность завоевали грек Евгенидис и китаянка Эми Тан. К пяти наиболее значительным китайско-американским писательницам относятся: Эдит Мод Итон, Дайана Чанг, Максин Хонг Кингстон, Эми Тан и Гиш Джен. Мужскую китайско-американскую литературу представляют Луи Чу, автор сатирического романа «Вкуси чашу чая», и драматурги Фрэнк Чин и Дэвид Генри Хванг. Сол Беллоу в 1976 году стал лауреатом Нобелевской премии по литературе. Большим успехом пользуется творчество итало-американских авторов (Марио Пьюзо, Джаннина Браски, Джон Фанте, Дон Делилло). Литература Традиции и мечта. Критический обзор английской и американской прозы с 20-х годов до сегодняшнего дня. Пер. с англ. М., «Прогресс», 1970. — 424 с. Американская поэзия в русских переводах. XIX—XX вв. Сост. С. Б. Джимбинов. На англ. яз с параллельным русск. текстом. М.: Радуга.- 1983.- 672 с. Американский детектив. Сборник повестей писателей США. Пер. с англ. Сост. В. Л. Гопман. М. Юрид. лит. 1989 г. 384с. Американский детектив. М. Лад 1992. — 384 с. Антология поэзии битников. Пер. с англ. — М.: Ультра. Культура, 2004, 784 с. Антология негритянской поэзии. Сост. и пер. Р. Магидов. М., 1936. Балдицын П. В. Творчество Марка Твена и национальный характер американской литературы. — М.: Издательство «Икар», 2004. Белов С. Б. Бойня номер «X». Литература Англии и США о войне и военной идеологии. — М.: Сов. писатель, 1991. — 366 с. Беляев А. А. Социальный американский роман 30-х годов и буржуазная критика. М., Высшая школа, 1969.- 96 с. Бернацкая В. И. Четыре десятилетия американской драмы. 1950—1980 гг. — М.: Рудомино, 1993. — 215 с. Боброва М. Н. Романтизм в американской литературе XIX века. М., Высшая школа, 1972.-286 с. Брукс В. В. Писатель и американская жизнь: В 2 т.: Пер. с англ. / Послесл. М.Мендельсона. — М.: Прогресс, 1967—1971 Венедиктова Т. Д. Поэтическое искусство США: Современность и традиция. — М.:Изд-во МГУ, 1988 — 85с. Венедиктова Т. Д. Обретение голоса. Американская национальная поэтическая традиция. — М., 1994. Венедиктова Т. Д. «Разговор по-американски»: дискурс торга в литературной традиции США. — М.: Новое литературное обозрение, 2003. −328 с. ISBN 5-86793-236-2 Ван Спанкерен, К. Очерки американской литературы. Пер. с англ. Д. М. Курса. — М . : Знание, 1988 — 64с. Ващенко А. В. Америка в споре с Америкой (Этнические литературы США) — М.: Знание, 1988 — 64с. Гайсмар М. Американские современники: Пер. с англ. — М.: Прогресс, 1976. — 309 с. Гиленсон, Б. А. Американская литература 30-х годов XX века. — М. : Высш. шк., 1974. - Гиленсон Б. А. Социалистическая традиция в литературе США.-М., 1975. Гиленсон Б. А. История литературы США: Учебное пособие для вузов. М.: Академия, 2003. — 704 с. ISBN 5-7695-0956-2 Дюшен И.,Шерешевская Н. Американская детская литература.// Зарубежная детская литература. М., 1974. С.186-248. Журавлёв И. К. Очерки по истории марксистской литературной критики США (1900—1956). Саратов, 1963.- 155 с. Засурский Я. Н. История американской литературы: В 2 т. М, 1971. Засурский Я. Н. Американская литература XX века.- М., 1984. Зверев А. М. Модернизм в литературе США, М., 1979.-318 с. Зверев А. Американский роман 20-30-х годов. М., 1982. Зенкевич М., Кашкин И. Поэты Америки. XX век. М., 1939. Злобин Г П. По ту сторону мечты: Страницы американской литературы XX века. — М.: Худож. лит., 1985.- 333 с. История любви: Американская повесть XX века / Сост. и вступ. ст. С. Б. Белова. — М.: Моск. рабочий, 1990,- 672 с. Истоки и формирование американской национальной литературы XVII—XVIII вв. / Под ред. Я. Н. Засурского . — М.: Наука, 1985. — 385 с. Левидова И. М. Художественная литература США в 1961—1964 гг. Библиогр. обзор. М., 1965.-113 с. Либман В. А. Американская литература в русских переводах и критике. Библиография 1776—1975. М., «Наука», 1977.-452 с. Лидский Ю. Я. Очерки об американских писателях XX века. Киев, Наук. думка, 1968.-267 с. Литература США. Сб. статей. Под ред. Л. Г. Андреева. М., МГУ, 1973.- 269 с. Литературные связи и традиции в творчестве писателей Западной Европы и Америки XIX—XX вв.: Межвуз. сб. — Горький: [б. и.], 1990. — 96 с. Мендельсон М. О. Американская сатирическая проза XX века. М., Наука, 1972.-355 с. Мишина Л. А. Жанр автобиографии в истории американской литературы. Чебоксары: Изд-во Чуваш, ун-та, 1992. — 128 с. Морозова Т. Л. Образ молодого американца в литературе США (битники, Сэлинджер,Беллоу, Апдайк). М.,"Высшая школа" 1969.-95 с. Мулярчик А. С. Спор идет о человеке: О литературе США второй половины XX века. — М.: Сов. писатель, 1985.- 357 с. Николюкин А. Н. — Литературные связи России и США: становление лит. контактов. — М.: Наука, 1981. — 406 с., 4 л. ил. Новая литературная история США / Под. ред. Вернера Соллорса и Грейла Маркуса / Вступ. статья Т. Венедиктовой. Пер. с англ. М.: Издательство "Весь Мир", 2021. — 1168 с. ил. Проблемы литературы США XX века. М., «Наука»,1970.- 527 с. Писатели США о литературе. Сб. статей. Пер. с англ. М., «Прогресс», 1974.-413 с. Писатели США: Краткие творческие биографии / Сост. и общ. ред. Я. Засурского, Г. Злобина, Ю. Ковалева. М.: Радуга, 1990. — 624 с. Поэзия США: Сборник. Пер.с англ. / Сост., вступ. статья, коммент. А.Зверева. М.: «Художественная литература». 1982.- 831 с.(Библиотека литературы США). Оленева В. Современная американская новелла. Проблемы развития жанра. Киев, Наук. думка, 1973.- 255 с. Осипова Э. Ф. Американский роман от Купера до Лондона. Очерки по истории романа США XIX века. СПб.: Нестор-История, 2014.- 204 с. ISBN 978-5-4469-0405-1 Основные тенденции развития современной литературы США. М.: «Наука», 1973.-398 с. От Уитмена до Лоуэлла: Американские поэты в переводах Владимира Британишского. М.: Аграф, 2005—288 с. Разница во времени: Сборник переводов из современной американской поэзии / Сост. Г. Г. Уланова. — Самара, 2010. — 138 с. Ромм А. С. Американская драматургия первой половины XX века. Л., 1978. Самохвалов Н. И. Американская литература XIX в.: Очерк развития критического реализма. — М.: Высш. школа, 1964. — 562 с. Слышу, поет Америка. Поэты США. Составил и перевел И.Кашкин М. Издательство. Иностранной литературы. 1960. — 174с. Современная американская поэзия. Антология. М.:Прогресс, 1975.- 504 с. Современная американская поэзи в русских переводах. Составители А. Драгомощенко, В. Месяц. Екатеринбург. Уральское отделение РАН. 1996. 306 стр.


wikipedia

Антонома́сия, антонома́зия (от — переименование) — троп, выражающийся в замене названия или имени указанием какой-нибудь существенной особенности предмета или отношения его к чему-либо. Латинское по происхождению название для того же поэтического тропа или, в иной перспективе, риторической фигуре, — прономина́ция (от ). Употребление Пример замены на существенную особенность предмета: «наше всё» вместо «Пушкин». Пример замены на указание отношения: «автор „Войны и мира“» вместо «Толстой»; «Пелеев сын» вместо «Ахилл». Особенно часто употреблялась в скандинавской скальдической поэзии (см. кеннинги): «мать грозы великанов» — Фригг (мать Тора). Кроме того, антономасией называется также замена нарицательного имени собственным (употребление собственного имени в значении нарицательного). Антономасия и в том, и в другом случае является особым видом метонимии. Примеры «Эскулап» вместо «врач»: Я ускользнул от Эскулапа Худой, обритый — но живой; Его мучительная лапа Не тяготеет надо мной. В функции имени нарицательного, с одной стороны, выступает здесь распространённая фамилия Семёновы, с другой — имеются в виду угрожавшие Владивостоку и Сибири антисоветские вооружённые формирования атамана Г. М. Семёнова: Мы пили песни, ели зори и мясо будущих времён, а вы — с ненужной хитростью во взоре сплошные тёмные Семёновы. Примечания Литература Ссылки Поэтический словарь А. П. Квятковского на ФЭБ Тропы Ономастика


Любо́вь Петро́вна Орло́ва (, Звенигород, Российская империя — 26 января 1975, Москва, РСФСР, СССР) — советская актриса театра и кино, певица, танцовщица; народная артистка СССР (1950). Кавалер ордена Ленина (1939), лауреат двух Сталинских премий I степени (1941, 1950). Одна из звёзд советского экрана конца 1930-х — начала 1940-х годов. Актриса получила огромную популярность, снимаясь главным образом в фильмах своего супруга Г. В. Александрова. Среди них «Весёлые ребята» (1934), «Цирк» (1936), «Волга-Волга» (1938), «Светлый путь» (1940), «Весна» (1947) и другие. Её творческая деятельность способствовала развитию жанра музыкальной кинокомедии. Биография Происхождение. Родители Любовь Орлова родилась года (по некоторым данным года) в Звенигороде в Московской губернии (ныне Московская область). Её отец Пётр Фёдорович Орлов (1867—1938) принадлежал к дворянству Полтавской губернии и служил в военном ведомстве. Мать Евгения Николаевна Сухотина (1878—1945) происходила из старинного дворянского рода. По материнской линии актриса состояла в дальнем родстве со Львом Толстым. У Любови дома хранилось произведение Толстого «Кавказский пленник», которое было подписано и подарено маленькой Орловой самим писателем. Заслуженная артистка РСФСР, актриса Е. А. Тяпкина, побывавшая в гостях у Орловой на улице Немировича-Данченко, вспоминала, что «лучшая комната была отдана матери. Любовь Петровна очень любила свою мать. Она была замечательной дочерью. А вся комната матери была завешана портретами и фотографиями Любови Петровны». Образование В 1919 году окончила Московскую среднюю школу. В 1919−22 годах училась в Московской консерватории по классу фортепиано у К. А. Киппа. Из-за трудного материального положения и, возможно, также проявившейся формы болезни Меньера с поражением слуха, учёба в консерватории не была окончена. С 1922 по 1925 год училась на хореографическом отделении Московского театрального техникума им. А. В. Луначарского (ныне ГИТИС), параллельно брала уроки актёрского мастерства у педагога Е. С. Телешовой, режиссёра Художественного театра. Начало трудовой деятельности В 1920−26 годах работала преподавателем музыки и тапёром в кинотеатрах Москвы: «Унион» (позднее — кинотеатр Повторного фильма), «Арс», «Великий Немой», «Орфеум» и выступала с концертными номерами перед киносеансами в кинотеатре «Арс». В 1926 году вышла замуж за А. Г. Берзина, заместителя начальника административно-финансового управления Народного комиссариата земледелия. После окончания Московского театрального техникума, с 1926 по 1933 год — хористка, затем актриса Музыкального театра им. народного артиста Республики В. И. Немировича-Данченко (ныне — Московский академический музыкальный театр им. К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко). В 1930 году её муж был арестован по делу Трудовой крестьянской партии. В 1931 году был сослан в Казахстан. Как артистка хора и кордебалета, была занята, в основном, в эпизодических ролях. Даже в этих ролях её музыкальный и драматический талант многим бросался в глаза. Но она, будучи вполне обеспеченной, не мешала другим делать карьеру. Только после того, как материальное положение её катастрофически ухудшилось из-за ареста мужа, она стала искать возможность строить свою карьеру. В 1932 году роль Периколы в одноимённой оперетте Ж. Оффенбаха вывела её из состава хора и сделала солисткой. После встречи с Александровым В 1933 году художник П. Вильямс посоветовал режиссёру Г. В. Александрову сходить в Музыкальный театр В. И. Немировича-Данченко, где в спектакле «Перикола» играла 31-летняя Любовь Орлова. Режиссёр последовал этому совету, пришёл на спектакль и сразу же был пленён не только талантом актрисы, но и её внешностью. В тот же день они познакомились. Сомнений в том, кто будет играть роль Анюты в его новом фильме, у режиссёра после этого не осталось. Типаж актрисы — человек нового времени, энергичный, оптимистичный, обаятельный, весело и настойчиво шагающий в светлое настоящее и будущее. Театровед и критик В. Вульф писал: … Александров слепил её именно по образцу Марлен Дитрих. Скажем, в «Веселых ребятах» у неё был знаменитый цилиндр — и только в конце 1960-х годов стало ясно, что это тот самый цилиндр, в каком выступала Марлен Дитрих в «Голубом ангеле». В «Цирке» Орлова снимает свой чёрный парик и остается блондинкой — у неё половина головы чёрная, а половина платиновая, — это тоже кадр из фильма Марлен. Но советский зритель не знал, кто такая Марлен Дитрих. Очень узкий круг людей, в том числе людей искусства, видели западные фильмы, когда их для избранных показывали в Управлении кинематографии в Гнездниковском переулке. Игра Орловой отличается реалистической простотой, жизнерадостностью, лирической непосредственностью, умелым использованием таких средств выразительности, как сатирический гротеск, музыкальная буффонада и пр. Актриса профессионально пела (лирико-колоратурное сопрано), играла на фортепиано, танцевала, исполняла акробатические трюки. Новая сторона дарования Орловой раскрылась в фильме «Цирк» (1936), где она создала драматический образ американской цирковой актрисы Марион Диксон, тонко передав психологию героини. В одном из номеров журнала «Советский экран» за 1960 год читаем: «В роли Марион Любовь Орлова поднимается до подлинной трагедийности, необычайно тонко раскрывая душу женщины, наполненную вначале страхом и страданием, а затем надеждой и радостью». После «Цирка» следующей значимой работой Г. Александрова стала музыкальная кинокомедия «Волга-Волга», где Орлова сыграла письмоносицу (почтальона) по прозвищу «Стрелка». Чтобы вжиться в образ своей героини, она прочитала множество статей, посвящённых сельским почтальонам, со многими из них вела переписку и сама несколько раз ходила с почтовой сумкой по квартирам. В апрельском номере газеты «Правда» за 1938 год, автор статьи «Хороший смех» Д. Заславский пишет, что Орловой «удаётся создать полный обаяния образ простой и милой девушки». 8 октября 1940 года на экран вышла комедия «Светлый путь», рассказывающая о жизненном пути рядовой советской девушки Тани Морозовой, которая проходит путь от домработницы до передовой ткачихи. Героини Орловой, ткачиха Таня Морозова и письмоносица Дуня — Стрелка из кинофильма «Волга-Волга» были как бы родными сёстрами домработницы Анюты из «Весёлых ребят», «но лишь сёстрами, а не двойниками. В каждой из этих ролей артистка нашла и донесла до зрителя характерные, индивидуальные черты своих героинь». В кино в основном Любовь Петровна предпочитала сниматься у своего мужа. Однако несколько раз актриса снялась у других режиссёров. Так, например, Орлова снялась в трёх кинокартинах Григория Рошаля («Петербургская ночь», «Дело Артамоновых» и «Мусоргский»), снятых в 1934, 1941 и 1950 годах соответственно, а также в кинокомедии Бориса Юрцева «Любовь Алёны» (1934, фильм не сохранился) и в детективе Александра Мачерета «Ошибка инженера Кочина» (1939). В 1934−45 годах — актриса киностудии «Мосфильм», в 1945−49 — Театр-студия киноактёра (ныне Государственный театр киноактёра), параллельно певица «Гастрольбюро». Во время Великой Отечественной войны Когда началась Великая Отечественная война, Орлова с Александровым находились в Риге. По воспоминаниям находившейся там же Заслуженной артистки РСФСР, актрисы Е. А. Тяпкиной, те приехали в латвийскую столицу туристами. Тяпкина вспоминала: «я уговорила их возвратиться в Москву. Когда мы приехали на вокзал, нас окружили москвичи, ленинградцы, которые тоже хотели уехать, но не могли достать билетов… Помню, среди них были артисты Ленинградской филармонии. Любовь Петровна ходила к начальнику вокзала, и ей он не мог отказать… И снова понадобился билет, и снова… Любовь Петровна захватила с собой большую корзину с продовольствием и всё раздала по дороге…». В первые месяцы войны киноэкраны были отданы пропаганде, целью которой было «пробуждение патриотизма, воспитание ненависти к врагу, внушение уверенности в победе». Стали выпускаться агитационные киноальманахи, так называемые «Боевые киносборники». 9 сентября 1941 года на экраны вышел Четвёртый Боевой киносборник, состоящий из киноновелл, объединённых конферансом Любови Орловой в роли письмоносицы Стрелки из кинокартины «Волга-Волга». На Восток страны, в Среднюю Азию и Казахскую ССР, были эвакуированы ряд киностудий. На базе алма-атинской студии была организована Центральная объединенная киностудия художественных фильмов (ЦОКС). По воспоминаниям директора ЦОКС М. В. Тихонова, Орлова и Александров приехали из Москвы в Алма-Ату примерно в октябре, но Александров «в пути сильно заболел радикулитом. В условиях алма-атинского высокогорного климата ему становилось всё хуже и хуже. С большим трудом мне удалось его госпитализировать — в совнаркомовскую больницу. Там врачам никак не удавалось побороть болезнь, и они посоветовали отправить Александрова в местность с нормальным атмосферным давлением. Большаков дал распоряжение откомандировать его на Бакинскую киностудию. Пришлось мне через начальника железной дороги Турксиб — генерала путей сообщения М. И. Брехунца, с которым я подружился, достать отдельный вагон, чтобы в нём отправить Александрова и Орлову в сопровождении опытного директора картины А. М. Эйдуса без пересадки из Алма-Аты в Красноводск, там дождаться представителя Бакинской киностудии для сопровождения их на пароходе до Баку». В Баку, в 1943 году, Григорием Александровым был снят фильм «Одна семья», где Орлова сыграла Катю Андриевскую, члена русской семьи, приветливо встретившей фронтовика-азербайджанца. Сюжет самой картины составляют рассказы, которыми обмениваются герои. Фильм, лишь однажды показанный публично (16 октября 1943 года, Дом кино), в прокат выпущен не был: по мнению цензуры, фильм слабо освещал борьбу советского народа с фашистскими оккупантами. Во время войны актриса выступала с концертами перед советскими солдатами практически на всех фронтах: под Минском и Киевом, Орлом и Белгородом, Харьковом и Курском. Последующие годы В 1949−55 годах работала по договорам. 1 октября 1952 года на экран вышла очередная кинокартина Г.


Безенчу́к — посёлок городского типа, административный центр Безенчукского района Самарской области России, а также городского поселения Безенчук. Находится на 14 месте из 206 по численности населения среди посёлков городского типа Российской Федерации. Население — чел. (). История Деревня Безенчук впервые упоминается в 1860-х годах. В современном расположении посёлок Безенчук был образован в 1886 году в ходе строительстве участка Самаро-Златоустовской железной дороги (сначала он назывался «Посёлок Путейцев»). В 1928 году Безенчук имел статус деревни. В ней было 117 дворов и жило 679 человек. По другим данным деревня Безенчук, упоминавшаяся в 1861 году, находилась на реке Безенчук выше по течению от села Васильевка. С 1935 года носила название деревня Красносёлки. До 1935 года, когда был образован Безенчукский район, и образован районный центр Безенчук путём слияния нескольких населённых пунктов, на территории современного посёлка Безенчук находились железнодорожная станция Безенчук, бывший посёлок Путейцев, БОС (Безенчукская опытная станция) и несколько хуторов, названия некоторых из которых сохранилось до сих пор в народном сознании — Калга, Попович и другие. В 1958 году поселение получило статус посёлка городского типа. В 1950-х годах в окрестностях были открыты месторождения нефти. Началось развитие нефтедобывающих предприятий и быстрый рост посёлка. География Посёлок расположен в 63 км к юго-западу от Самары. Название произошло от реки Безенчук, протекающей рядом. А насчёт названия реки, ставшего и названием посёлка, есть такие версии: от названия тюркско-печенежных племен, проживающих в IX веке на территории Среднего Поволжья, - "безене"; от сочетания чувашских слов «безань» – маленькая и «чук» – река; от чувашского названия травы татарник – «безентик». Если исходить из того, что названия реки, деревни на ней (нынешних Красносёлок), пгт, а также чувашского села Никольское до 1795 года (Писенчик), происходят из одного корня, с очень большой вероятностью следует происхождение топонима от чувашского слова пиçен (читается [пизень], колючее растение вообще), которое при присоединении к нему суффикса -чĕк (-чик) означает — место, где растёт колючая трава. Климат Климат умеренный континентальный. Минимальная температура была зафиксирована 22 января 1942 года (−47,3 °C), а максимальная — в августе 2010 года и составляла +42,5 °C. Среднегодовая относительная влажность воздуха — 72 %. Среднемесячная влажность — от 54 % в мае до 85 % в ноябре и декабре. Среднегодовая скорость ветра — 2,8 м/с. Среднемесячная скорость — от 2,3 м/с в августе до 3,2 м/с в апреле. Население Экономика В посёлке работают заводы: железобетонных изделий, маслоперерабатывающий. Также имеются хлебокомбинат, элеватор, маслоэкстракционный завод, мясоперерабатывающее предприятие, предприятие по производству комбикормов, птицефабрика (обанкротилась и не функционирует). В 1903 году в Безенчуке была создана опытная станция по выращиванию зерновых культур. Затем на её основе был образован Самарский НИИ сельского хозяйства им. Н. М. Тулайкова, известный по сортам пшеницы, селекционированным в нём. В районе — добыча и транспортировка нефти, фермерские хозяйства. Транспорт В посёлке расположена узловая железнодорожная станция Безенчук Куйбышевской железной дороги (код 63850). Культура В посёлке функционируют: четыре общеобразовательные школы, аграрный техникум (ведётся обучение по нескольким специальностям — агрономия, строительство, бухгалтерия, товароведение и технология), медицинское училище, а также государственное образовательное учреждение дополнительного профессионального образования «Самарская школа управления агропромышленным комплексом». Действуют ЦДТ «Камертон», ДК «Мелиоратор», спортивная школа, Дом молодёжных организаций, ДК «Радуга», а также Детская Школа Искусств. Телевидение и связь Территория посёлка входит в зону уверенного приёма сетей: «МегаФон» (GSM 900/1800/3G/4G, LTE), МТС (GSM 900/1800/3G), «Билайн (GSM 900/1800/3G), Yota, Теле-2» (GSM 900/1800/3G), «Ростелеком» (услуги связи и ADSL, FTTB интернет). В районе с ноября 2005 года работает телекомпания Аспект, телепрограммы выходят совместно с телекомпанией МИР, на 38 ТВК вещает канал Губерния. Уверенно принимается сигнал телекомпаний аналогового телевидения из городов Самара, Новокуйбышевск, Тольятти. Посёлок входит в зону вещания цифрового эфирного телевидения, компания Ростелеком предоставляет услуги цифрового интерактивного телевидения. Учебный вертолётный полк С 1953 по 2003 год на южной окраине посёлка располагался учебный вертолётный полк Сызранского высшего военного авиационного училища лётчиков (ныне филиал ВУНЦ ВВС «ВВА им. Н. Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина») (в период 1993(4)—1999 годов полк относился к Уфимскому высшему военному авиационному училищу лётчиков). Обучение курсантов проводилось преимущественно в летнее время. До 1972 года полк был оснащён вертолётами «Ми-1», затем «Ми-2У», с 1994 года проводилась замена лётного парка вертолётами Ми-8. Жилые дома военного городка располагались вне территории воинской части. В 2003 году полк был расформирован. К 2009 году территория воинской части с аэродромом Безенчук пришла в состояние запущения. Жилой фонд бывшего военного городка передан муниципалитету. Вертолёт «Ми-2», ранее стоявший у КПП, группой энтузиастов из числа военных пенсионеров превращён в памятник с табличкой «В память о былом» и установлен на территории бывшего жилого комплекса. Городское поселение С 2005 года — центр одноимённого городского поселения. В состав поселения также входят: посёлки Новооренбургский, Сосновка; железнодорожный разъезд Восток, деревня Дмитриевка. Примечания Ссылки terrus.ru — база данных России Почтовые индексы Самарской области Посёлки городского типа Самарской области Населённые пункты Безенчукского района Районные центры Самарской области


Друкер — еврейская фамилия. Друкер, Борис Михайлович (псевдоним Викторов; 1947—2004) — русский поэт. Друкер, Даниэль (1918—2001) — американский учёный-механик и инженер. Друкер, Жан-Пьер (род. 1986) — люксембургский профессиональный шоссейный велогонщик. Друкер, Питер Фердинанд (; 1909—2005) — американский экономист, публицист, педагог австрийского происхождения. Друкер, Софья Юрьевна (1907—1984) — советская певица (драматическое сопрано). Друкер, Томаш (род. 1978) — словацкий политический и государственный деятель. Друкер, Шарон (род. 1967) — бывший израильский баскетболист и баскетбольный тренер. Рокер, Ли (настоящее имя Леон Друкер, род. 1961) — американский контрабасист, играющий в стиле рокабилли.


Ива́н Арте́мьевич Сло́нов (1882—1945) — российский и советский актёр, режиссёр, педагог и общественный деятель. Народный артист РСФСР (1938). Биография Иван Слонов родился в Москве а. Окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Учился в Музыкально-драматическом училище филармонического общества. Посещал спектакли Малого театра, Художественного театра, воспитывался на творчестве М. Н. Ермоловой, Г. Н. Федотовой, А. А. Яблочкиной. Не окончив музыкально-драматического училища, дебютировал в 1903 году в роли Жадова в спектакле Русского театрального общества и был приглашён в Витебский театр. П. Н. Орленев, находясь в Витебске на гастролях, отметил молодого актёра и рекомендовал его в театр В. Ф. Комиссаржевской. Слонов дебютировал здесь в роли Зимина («Дачники»). Затем он играл роли Власа («Дачники»), Карандышева; Малькова («Дикарка» А.Н. Островского и Н.Я. Соловьёва), Макса («Бой бабочек» Г. Зудермана). Исполнение этих ролей отличалось эмоциональной силой, ярким темпераментом. В 1906 году Слонов уходит из театра Комиссаржевской. В этот период он работает в театрах Иркутска, Омска, Екатеринодара, Новочеркасска. На провинциальной сцене Слонов приобрёл опыт, не утратив непосредственности, искренности исполнения. С 1910 года Слонов - ведущий актёр театров Одессы и Киева. Лучшие работы Слонова в этот период — роли в русском классическом репертуаре. Данная им интерпретация образов Чацкого, Незнамова, Карандышева, Мелузова («Таланты и поклонники» А.Н. Островского), Васьки Пепла («На дне» М. Горького) и особенно Нила («Мещане» М. Горького) имела ярко демократический характер, спектакли с его участием восторженно воспринимались в предреволюционные годы передовой частью зрителей, главным образом молодёжью. Играя роль Протасова («Живой труп» Л.Н. Толстого, 1911), Слонов глубоко раскрыл тему столкновения человека высокой духовной чистоты с буржуазным обществом (в сценах с Абрезаковым и следователем). В эти годы определилась творческая индивидуальность Слонова, мастерски сочетающего силу чувств с тонким психологическим анализом. Внешний рисунок его ролей был строг, чёток и выразителен. После Октябрьской революции Слонов окончательно связывает свою творческую жизнь с Саратовским театром (где работал с 1915 года), на развитие которого он оказал значительное влияние. Слонов создал на сцене этого театра образы героев новой, революционной действительности: Хомутов («Огненный мост» Б. С. Ромашова), Годун («Разлом» Б.А. Лавренёва), Кошкин, Швандя («Любовь Яровая» К.А. Тренёва). За кажущейся обыденностью своих героев, лишённых показного пафоса, актёр раскрывал высокую патетику первых лет революции. В последующие годы Слонов сыграл роли: Гай («Мой друг» Н. Ф. Погодина), Берест («Платон Кречет» А.Е. Корнейчука), Глоба («Русские люди» К.М. Симонова) и др. Слонов играл и острохарактерные роли: Мурзавецкий («Волки и овцы» А.Н. Островского), Семён Рак («Воздушный пирог» Б.М. Ромашова), губернатор Козелков («Тень освободителя» по произведениям М.Е. Салтыкова-Щедрина). Одна из лучших ролей Слонова — Николай I («Декабристы» Н.Н. Лернера). Играя Карандышева, Слонов раскрывал трагедию «маленького» человека, «униженного и оскорблённого». Слонов создал также ряд точно артистически выполненных зарисовок исторических лиц; он играл Пушкина («Поэт и царь» Н.Н. Лернера), Кутузова («Фельдмаршал Кутузов» В.А. Соловьёва), Брусилова («Генерал Брусилов» И.Л. Сельвинского), Чапаева (по Д.А. Фурманову). В числе лучших ролей Слонова также: Фердинанд, герцог Рейхштадский («Орлёнок» Э. Ростана), Раскольников («Преступление и наказание» по Ф.М. Достоевскому), Тот («Тот, кто получает пощёчины» Л.Н. Андреева), Арбенин («Маскарад» М.Ю. Лермонтова), Вершинин («Три сестры» А.П. Чехова), Царь Фёдор Иоаннович (по А. К. Толстому), Гранатов («Человек с портфелем» А. М. Файко), Гамлет, Хлестаков, Очерет («Слава» В. М. Гусева), Пугачёв («Пугачёвщина» К. А. Тренёва), Дыбов («Междубурье» Д. И. Курдина) и др. Слонов выступал также как режиссёр. Поставил спектакли: «Гроза» (1933), «Аристократы» Н.Ф. Погодина, «Лес» (1936), «Любовь Яровая» (1938) и др. Являлся горячим поклонником творчества А. Н. Островского, много играл в его пьесах и сам ставил их на сцене театра. С 1916 года помимо работы в театре занимался педагогической деятельностью. В 1933 году имя И. А. Слонова присвоено Саратовскому театральному училищу, в 2003 году Саратовскому театру драмы. Одна из улиц центральной части Саратова носит имя Слонова. Похоронен Иван Артемьевич Слонов на Саратова (1-й участок). Его могила включена в перечень памятников истории и культуры Российской Федерации. Семья Дед — Иван Васильевич Слонов, крестьянин села Непецино. Отец — Артемий Иванович Слонов, служил на Александровской железной дороге. Мать — Прасковья Никифоровна Слонова. Первая жена — Евгения Николаевна Козлянинова (1886—1907), актриса драматического театра имени Комиссаржевской. Дочь — Надежда Ивановна Слонова (1906—2002) — советская актриса, народная артистка РСФСР. Вторая жена — Лидия Васильевна Слонова (Лидина-Линская), актриса Саратовского драматического театра имени К. Маркса. Двоюродный брат — Михаил Акимович Слонов (1869—1930), русский певец, композитор и педагог. Литература «Народный артист И. Слонов» Я. И. Явчуновский, 1961 Примечания Актёры Российской империи Актёры СССР Народные артисты РСФСР Деятели культуры Саратова Актёры и актрисы Саратовского театра драмы Похороненные на Воскресенском кладбище (Саратов)


Интегральное преобразование Абеля — преобразование, часто используемое при анализе сферически или цилиндрически симметричных функций. Названо в честь норвежского математика Н. Х. Абеля. Для функции преобразование Абеля даётся уравнением Если функция спадает с быстрее чем , то можно вычислить обратное преобразование Абеля: В обработке изображений преобразование Абеля используется для того, чтобы получить проекцию симметричной, оптически тонкой функции испускания на плоскость. Обратное преобразование используется для восстановления функции по её проекции (напр. фотографии). Геометрическая интерпретация Преобразование Абеля в двумерном случае может рассматриваться как проекция осесимметричной функции вдоль параллельных линий, проходящих на расстоянии от оси. Согласно рисунку справа, наблюдатель (I) увидит величину где — осесимметричная функция, изображенная на рисунке при помощи серого цвета. Предполагается, что наблюдатель находится при и таким образом пределы интегрирования равны . Все линии наблюдения параллельны оси . Замечая, что радиус соотносится с и как , получаем, что Так как переменная при интегрировании не меняет знака, то подынтегральное выражение (как , так и выражение для ) является чётной функцией. Поэтому можно записать Замена переменной на даёт формулу преобразования Абеля: Преобразование Абеля можно обобщить на случай большего числа измерений. Особенно интересен случай трёх измерений. В случае осесимметричной функции , где является радиусом в цилиндрических координатах, можно спроектировать функцию на плоскость, параллельную оси . Без потери общности можно взять плоскость, параллельную плоскости . При этом что является преобразованием Абеля для в переменных и . Частным случаем осевой симметрии является сферическая симметрия. В этом случае имеется функция , где . Проекция на плоскость будет иметь круговую симметрию, которую можно записать как , где . Производя интегрирование, получим что опять является преобразованием Абеля для в переменных и . Связь с другими преобразованиями Преобразование Абеля является членом так называемого цикла Фурье — Ханкеля — Абеля. Например, для случая двух измерений, если обозначить через преобразование Абеля, — преобразование Фурье и через — преобразование Ханкеля нулевого порядка, то для функций с круговой симметрией будет выполняться равенство то есть если применить к одномерной функции сначала преобразование Абеля, а затем преобразование Фурье, то результат будет тот же, как после применения к функции преобразования Ханкеля. Томография Интегральные преобразования


Николай Афанасьевич Крючко́в (, Москва, Российская империя — 13 апреля 1994, Москва, Россия) — советский и российский актёр театра и кино. Герой Социалистического Труда (1980), народный артист СССР (1965), лауреат Сталинской премии I степени (1941), кавалер двух орденов Ленина (1940, 1980). Биография Родился года в Москве, в рабочей семье. В 14 лет поступил в ФЗУ при «Трёхгорной мануфактуре», где учился на гравёра-накатчика, там же начал выступать в художественной самодеятельности. В 1928—1930 годах учился в школе актёрского мастерства при Московском центральном театре рабочей молодёжи. Учёбу совмещал с работой на фабрике «Трёхгорная мануфактура». . С 1928 по 1933 годы — актёр Московского центрального театра рабочей молодёжи (ТРАМ; ныне — «Ленком»); учился у Николая Хмелёва, Ильи Судакова и Игоря Савченко. Дебютом в кино стала роль сапожника Сеньки в фильме Б. В. Барнета «Окраина» (1933). С 1934 года — актёр киностудии «Межрабпомфильм» (с 1936 — «Союздетфильм», с 1948 — киностудия имени М. Горького). С началом Великой Отечественной войны хотел уйти на фронт, но в военкомате ему отказали, посчитав, что стране он нужнее как актёр. Продолжал сниматься в кино, в том числе в роли военных. . . С 1945 года — актёр Театра-студии киноактёра. В 1953 году вступил в КПСС. . Автор книги «Чем жив человек» (1987). Всего за долгие годы творческой деятельности актёр сыграл около ста тридцати ролей в фильмах. Умер 13 апреля 1994 года в Москве. Похоронен на Новодевичьем кладбище (участок № 10). Семья Внебрачный сын — Борис (1944), получил инженерное образование. Женат, есть дети и внуки. Первая жена — Мария Пастухова (1918—2003), актриса; народная артистка РСФСР (1976). Познакомились на съёмках фильма «Трактористы» (1939). Развелись в 1945 году. Вторая жена — Алла Парфаньяк (1923—2009), актриса; заслуженная артистка РСФСР (1977). Познакомились на съёмках фильма «Небесный тихоход» (1945). Вместе прожили более десяти лет. Сын — Николай (1946). Третья жена — Зоя Кочановская (1925—1960), лыжница; заслуженный мастер спорта СССР. Познакомились на съёмках фильма «Домой» (1960). Погибла в Ленинграде через три месяца после свадьбы — её сбила машина. Четвёртая жена — Лидия Николаевна Крючкова (1931), ассистент режиссёра. Прожили вместе до самой смерти актёра. Дочь — Эльвира (1963). Внучка — Екатерина. Творчество Театральные работы Московский Театр рабочей молодёжи (ТРАМ) 1931 — «Тревога» Ф. Ф. Кнорре — Петухов Театр-студия киноактёра 1950 — «Бранденбургские ворота» Б. А. Бабочкина — Охотин 1951 — «Бедность не порок» А. Д. Дикого — Любим Торцов Фильмография — Горизонт — партизан — Окраина — сапожник Сенька Кадкин 1933 — Частный случай — Андрей Журба — Любовь и ненависть — Миша, шахтёр, муж Веры 1935 — У самого синего моря — Алёша — Глюкауф — Сенька Прудников 1936 — Тринадцать — Николай Гусев — Возвращение Максима — солдат в вагоне 1937 — За Советскую Родину — Юкка 1937 — Балтийцы — матрос 1937 — Тайга золотая — друг Мраморова — Выборгская сторона — погромщик винных погребов 1938 — Год девятнадцатый — гонец 1938 — Друзья из табора — раненый боец 1938 — Комсомольск — Андрей Сазонов 1938 — На границе — Иван Николаевич Тарасов 1938 — Человек с ружьём — Сидоров — Большая жизнь — сотрудник НКВД 1939 — Ночь в сентябре — Степан Кулагин 1939 — Станица Дальняя — Михаил Агеев 1939 — Трактористы — Клим Ярко 1939 — Член правительства — Никита Соколов 1939 — Щорс — провокатор — Брат героя — Климентий Черемыш 1940 — На путях — Рогаткин 1940 — Салават Юлаев — Хлопуша 1940 — Яков Свердлов — Николай Трофимов — Боевой киносборник № 6 — старший лейтенант-артиллерист 1941 — В тылу врага — Бойков 1941 — Свинарка и пастух — Кузьма Петров — Антоша Рыбкин — командир подразделения 1942 — Котовский — Кабанюк / Загари 1942 — Парень из нашего города — Сергей Луконин — Во имя Родины — капитан Сафонов 1943 — Фронт — Сергей Горлов — Малахов курган — капитан 3 ранга Лихачёв — Небесный тихоход — майор Булочкин — Свет над Россией — Александр Рыбаков — Три встречи — Максим Корнев — Звезда — сержант Мамочкин 1949 — Сталинградская битва — полковник Иванов 1949 — Счастливый рейс — Петя Синичкин — Огни Баку — Иван Парамонов 1950 — Щедрое лето — Назар Проценко — Спортивная честь — Иван Николаевич, тренер — Максимка — боцман Тарас Матвеич 1952 — Садко — Омельян Данилович — «Богатырь» идёт в Марто — Егор Плошкин, старший матрос 1954 — Море студёное — Алексей Химков 1954 — Об этом забывать нельзя — Родион Егоров 1954 — Тревожная молодость — Тимофей Сергушин — Дело Румянцева — Корольков 1955 — Эрнст Тельман — вождь своего класса — командир советских танкистов — Бессмертный гарнизон — Кухарьков 1956 — Поэт — Царёв 1956 — Сорок первый — комиссар Евсюков — Всего дороже — Фёдор Сергеевич Костомаров 1957 — Ленинградская симфония — Поляков, лётчик 1957 — Тайны мудрого рыболова — Николай Афанасьевич, актёр (камео), рыболов-любитель 1957 — Удивительное воскресенье — шофёр такси — Матрос с «Кометы» — Корней Петрович, боцман 1958 — Над Тиссой — Михаил Скибан 1958 — Юность наших отцов — Фролов — Баллада о солдате — генерал 1959 — Жестокость — Ефрем Ефремович, начальник угрозыска 1959 — Майские звёзды — сержант Платонов 1959—1961 — Поднятая целина — Устин Михайлович Рыкалин — Домой — Евсей Первунин 1960 — Яша Топорков — Силух — Алёнка — Роман Семёнович, директор совхоза 1961 — Годы девичьи — Трофим Иванович 1961 — Иду к вам — Рева, боцман 1961 — Музыка Верди — командир корабля 1961 — Сердце не прощает — браконьер — Гусарская баллада — Иван 1962 — Капроновые сети — Иван Захарович, отец Бориса 1962 — Остров Ольховый — Илья Петрович 1962 — Суд — Семён Тетерин — киноальманах Большой фитиль — председатель колхоза 1963 — Город — одна улица — милиционер 1963 — День счастья — Тимофей, отец Риты — Весенние хлопоты — Иван Иванович Щёткин 1964 — Женитьба Бальзаминова — Неуеденов 1964 — Жили-были старик со старухой — Анатолий, директор совхоза 1964 — Какое оно, море? — Иван Данилович 1964 — Ко мне, Мухтар! — комиссар милиции 1964 — Трудный переход — Агбалов 1964 — Я — «Берёза» — дядько Левко — Дайте жалобную книгу — Николай Иванович 1965 — Комэск — Петрович, комэск 1965 — Новогодний календарь 1965 — Преемник — генерал Николаев — Заблудший — Евсей Трофимович 1966 — Дядюшкин сон — Афанасий Матвеевич Москалёв 1966 — Наводнение — Михаил, лодочник 1966 — Нет и да — председатель комиссии 1966 — По тонкому льду — Пароконный — Встречи — генерал Николаев 1967 — Доктор Вера — Наседкин — Далеко на западе — Иван Захаров 1968 — День ангела — Иван Антонович, старпом 1968 — Служили два товарища — взводный командир — Золото — лесник, партизанский связной — Морской характер — Помпей Ефимович Карасёв — Большие перегоны — Касьян Кузьмич, машинист 1971 — Телеграмма — Иван Яковлевич, генерал-полковник — Адрес вашего дома — Панас Байда — Дело было, да? — Солодовников — День начинается в полночь — Горожане — Батя, таксист 1975 — Когда наступает сентябрь — подполковник Иванов — Семьдесят два градуса ниже нуля — Иван Гаврилов — Мой друг дядя Ваня — Иван Сергеевич Балашов 1977 — Ты иногда вспоминай — Герасим Васильевич — Бархатный сезон — Бур, капитан теплохода — Осенний марафон — дядя Коля — Особо важное задание — Панченко, старший бригадир — Цыганское счастье — Захар Алексеевич Касьянов, кузнец — Без году неделя — капитан Яруга — Дамское танго — дед Платон 1983 — Человек на полустанке — Прохор Тимофеевич Афанасьев, путевой обходчик — Битва за Москву — старик в Вязьме — Верую в любовь — генерал-майор Сергей Ильич Луконин 1986 — Досье человека в «Мерседесе» — Фёдор Никифорович, отец Светланы — Вспомним, товарищ 1987 — Мирное время Романа Шмакова — отец Антонины 1987 — Первая встреча, последняя встреча — Пров Лаврентьевич, пристав — Сталинград — старый капитан — Царь Иван Грозный — Коршун — Ангелы смерти — старый капитан Озвучивание — Весенние заморозки — Екаб (роль К. Клетниека) Участие в фильмах 1979 — Баллада о спорте (документальный) 1979 — Профессия — киноактёр (документальный) 1979 — Спорт Страны Советов (документальный) — болельщик на хоккейном матче СССР-ЧССР 1987 — …Всё, что на сердце у меня… (документальный) Библиография Мемуары Награды и звания Государственные награды: Герой Социалистического Труда (1980) Заслуженный артист РСФСР (21.11.1942) Народный артист РСФСР (06.03.1950) Народный артист СССР (1965) Сталинская премия первой степени (1941) — за исполнение роли Клима Ярко в фильме «Трактористы» (1939) Три ордена Трудового Красного Знамени (1939 — за исполнение роли Тарасова в фильме «На границе» (1938); 1967, 1971) два ордена Ленина: 23.05.1940 — за особые заслуги в деле развития советской кинематографии (как артист-исполнитель роли Клима Ярко в кинокартине «Трактористы» (1939)) 1980 орден Красной Звезды (1944) орден Октябрьской Революции (1974) орден Отечественной войны I степени (1985) Медаль «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина» Медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» Медаль «За освоение целинных земель» Другие награды, премии, поощрения и общественное признание: Медаль «В память 800-летия Москвы» VI Всесоюзный кинофестиваль (Алма-Ата, 1973) — Вторая премия «за лучшее исполнение мужской роли», фильм «Адрес вашего дома» (1972) Знак «Отличник кинематографии СССР» (1980) — за многолетнюю плодотворную работу в кинематографии «Ника» в номинации «Честь и достоинство» (1990) Кинофестиваль «Созвездие» (1991) — Приз «за выдающийся вклад в профессию» Память «Эпоха великого Крючкова» («Россия», 2003) «Николай Крючков. „Легенды мирового кино“» («Культура», 2004) «Последняя любовь Николая Крючкова» («Первый канал», 2008) «Николай Крючков. „Парень из нашего города“» («ТВ Центр», 2009) «Самый народный артист Николай Крючков» («Первый канал», 2011) «Николай Крючков. „Острова“» («Культура», 2011) «Николай Крючков. „Последний день“» («Звезда», 2019) «Николай Крючков.


Литература на иврите () — литература на древнееврейском языке (иврите), история которой охватывает собой промежуток времени в 3 тысячи лет. Наиболее ранние памятники древнееврейской литературы созданы в XII веке до н. э.. Период до разрушения Первого Храма Период первый охватывает время до разрушения Первого Храма. Во время покорения ассиро-вавилонянами Святой Земли, евреи имели свою литературу. У них было Пятикнижие, в той форме, в какой оно дошло до нас; были книги Иисуса Навина, Судей израильских, пророка Самуила и Царств, были сборники речей некоторых пророков (Амоса, Осии, Исаии, Михея, Аввакума и др.), изречения мудрых и религиозные песни (Псалмы). В дошедших до нас еврейских книгах Библии упоминаются, кроме того, различные сочинения, которые до нас не дошли, например два сборника эпических поэм, различные пророческие писания, несколько исторических сочинений, царские летописи, жизнеописания знаменитых людей и т. п. По всей вероятности, некоторые из них существовали ещё в IV веке до н. э., и ими пользовался составитель библеских книг Хроник. Период Второго Храма и Танаев Период второй начинается с разрушения Первого Храма. По возвращении евреев из вавилонского плена (VI век до н. э.), изучение священных книг было поставлено на серьёзную основу Эзрой и Нехемией. Образованный ими круг софрим (писцов) поставил своей задачей изготовлять списки Моисеева Закона и распространять их в народе. Гилель (ок. 30 года до н. э.) установил семь неизменных правил (мидот) толкования. Полтораста лет спустя рабби Ишмаэль, современник преследований Адриана, увеличил их число до тринадцати. Когда при изучении Писания дело шло о правилах совершения обрядов и о других религиозных предписаниях, равно когда дело касалось вопросов гражданского и уголовного права (вся юриспруденция составляла у евреев часть богословской науки) — это значило заниматься Галахой (евр. הלכה буквально: ход, шествование); когда изучались повествовательные части Библии или речи пророков, то это значило заниматься Агадой (евр. הַגָּדָה, арамейский אַגָּדָה — сказание). Под этим названием подразумевается не только толкование Св. Писания, но также и учение о нравственности, благочестии, отношениях человека к Богу и т. п. Есть сочинения чисто галахического содержания, другие — исключительно агадического; содержание обоих талмудов (см. ниже) — смешанное. Галахическая литература имеет интерес главным образом для одних евреев, агадическая же, напротив, имеет общий интерес, так как много встречающихся в ней легенд, изречений, поучений и религиозных воззрений усвоены христианством и исламом и этим путём сделались общим достоянием цивилизованного человечества. Устный Закон запрещено было записывать; традиция должна была передаваться из уст в уста. Язык, употреблявшийся в школах, был еврейский, но с примесью арамейских, греческих и латинских выражений, чем он и отличается от языка Еврейской Библии. Древнееврейский язык продолжал развиваться и обогащаться. Мишна, древнейший после Библии сборник законов (II век), написан целиком по-еврейски. В Вавилонском и Иерусалимском Талмуде еврейский текст, особенно выдержки из Библии и Мишны, сопровождается их обсуждением на месопотамском и палестинском диалектах арамейского. Мудрецы Мишны (I—II век) назывались танаями (, таннаим, от слова, означающего «многократно повторять для точной устной передачи»). Окончательная редакция Мишны, дошедшая до нас через все последующие поколения, была составлена около 200 года н. э. главой мудрецов этого поколения рабби Иеудой а-Наси, который стал, таким образом, последним из таннаим. В Мишне собраны и распределены по отделам и трактатам те толкования и дополнения к писанному закону, которые служили руководством в религиозной, юридической, общественной и семейной практике. Мишна отнюдь не должна, однако, считаться сборником законов в привычном смысле, так как во многих случаях в ней приводятся и ставятся рядом различные мнения древних законоучителей, иногда без указания окончательного решения. В последующие века мудрецами Талмуда преподаны были правила о том, как следует поступать при наличии подобных разногласий. Из числа других древних сочинений Тосефта представляет собою сборник, составленный на тех же основах и в той же форме, как и Мишна, а Мехилта, Сифра и Сифре показывают, как возник в каждом отдельном случае устный закон из закона писанного — прямо ли из текста или опираясь на намёк в нём. Они составляют как бы непрерывный галахический и агадический комментарий к писаной Торе: дошедшая до нас часть Мехилты — к книге Исхода, Сифра — к книге Левит, а Сифре — к книге Числа и Второзаконию. Период Амораев По заключении Мишны, её стали объяснять в школах вместе со Св. Писанием, стараясь привести её к её источнику — к Библии или к более древним, действительным или предполагаемым, традициям. Тосефта, Мехилта, Сифра, Сифре и другие подобные произведения, часть которых дошла до нас не полностью, также сделались предметом исследования. Суждения, высказанные амораями (, амораим; ед. число — амора, арам. объясняющие) при изучении Мишны и подобных ей сочинений в течение 300 лет (III—V век) в высших школах Палестины и Вавилонии, а также различные мнения, выраженные при обсуждении, — все это собиралось и заносилось в сборник, составляющий нечто вроде грандиозного конспекта изысканий и обсуждений мудрецов за три века. этот сборник представляет собою Талмуд. Труд амораев называется Гемарой, которая есть род комментария на Мишну; Мишна и Гемара вместе составляют Талмуд. Мишна одна, гемар же к ней — две, Иерусалимская и Вавилонская. Вавилонский Талмуд получил и по настоящий день сохраняет за собой руководящее значение для евреев. В Талмуде отражается жизнь еврейского народа в течение 600—700-летнего периода. Толкования Св. Писания сменяются астрономическими и естественно-историческими сведениями, серьёзные соображения — преданиями, анекдотами и легендами. В Талмуде фигурируют имена более 1900 учёных. Не всегда мудрецы принимают окончательное решение. Вследствие гонений в Византийской империи (IV век), под чьей властью была земля Израиля, и в Персидском царстве (V век), которое властвовало в Вавилонии, многие еврейские учителя были казнены, высшие школы закрыты, а собрания учителей и слушателей запрещены. Огромный учебный материал был записан и приведён в порядок учителями последующего поколения — савораями. Дискуссии и обсуждения еврейского текста Библии и Мишны велись в еврейских высших школах Страны Израиля и Вавилонии на разговорных арамейских диалектах каждой из этих стран, которыми в то время пользовались как евреи так и неевреи. Текст Гемары также записан на этих языках. Язык обоих Талмудов важен для изучения семитских языков и для языковедения. Из единичных, самостоятельных слов образуются новые грамматические формы, из старых, с именами существительными связанных частиц — новые частицы; как путём различных процессов составляются новые сложные слова; как происходит разложение корней. Язык представляет степень развития более новую, чем древнесирийский, и более древнюю, чем сирийский язык. Из того, каким путём шли новые языкообразования, можно сделать обратное заключение о том, как постепенно образовались и развивались древние семитские языки, еврейский и арабский. Рядом с обеими Гемарами сохранились, на тех же арамейских наречиях, ещё другие литературные произведения. Когда понимание народом древнееврейского языка стало ослабевать, возник обычай каждую прочитанную из подлинника священной книги фразу тут же переводить на местное арамейское наречие. Переложения впоследствии получили правильную форму и сохранились в дошедших до нас переводах Библии на арамейский язык (Таргумим). Перевод Библии на палестинский диалект приписывается ученику Гилеля, Ионатану бен-Узиелю, перевод же на вавилонский диалект — прозелиту Онкелосу. Позднее были переведены на арамейский язык также Пророки и Писания. В том виде, как эти переводы дошли до нас, древнейший из них относится к III веку н. э. Благодаря тому же богослужебному установлению появились в то время и литературные произведения еврейских авторов на греческом языке. Этот язык стал родным для значительного числа евреев, поселившихся в Египте и проникшихся эллинской цивилизацией. Кроме перевода Св. Писания на греческий язык, известного под названием Перевода 70 толковников, в Египте, со времени Маккавейских войн за свободу, образовалась обширная литература на греческом языке, поставившая себе задачей согласовать греческую учёность с Божественным учением. Сюда относятся, например: апокрифические книги, приложенные к переводу 70 толковников; несколько исторических сочинений, содержащих историю еврейского народа или отдельных исторических личностей; поэтические творения, которые либо изображают, драматически или эпически, еврейскую историю, либо в прекрасных греческих стихах пропагандируют еврейскую мораль, оставляя в стороне специфически еврейские религиозные предписания (об обрезании, о праздниках и т. п.). Из числа учёных, кроме Аристовула, написавшего, как полагают, нечто вроде философского комментария к Пятикнижию Моисееву, наиболее известны Филон Иудейский и Иосиф Флавий (I век). Филон исходил из той точки зрения, что учение Откровения Свыше должно непременно совпадать с высшими философскими истинами. Подобно священному иносказательному языку египтян, библейский рассказ, по его мнению, служит лишь оболочкой божественной мудрости. Слово Божие, создавшее вселенную, представлялось Филону таким дивным могуществом, что он считал его самостоятельной, свободно действующей силой. Иосиф Флавий описал войну евреев с римлянами, составил историю своего народа («Иудейские древности») и обнародовал остроумное сочинение в защиту евреев и еврейства против нападок Апиона и других тогдашних антисемитов. В средние века, за изящный и лёгкий слог, этих двух писателей называли: Филона — еврейским Платоном, а Иосифа Флавия — еврейским Ксенофонтом. Период Савораев и Гаонов Период третий охватывает время от заключения Талмуда до изгнания евреев с Пиренейского полуострова (500—1492).


Эпоха разностороннего развития. В Стране Израиля преимущественно разрабатывалась Агада, а в Вавилонии Галаха. Работу амораим продолжали савораи (рассуждающие, взвешивающие). Савораи (VI век) исследовали собранный в вавилонской Гемаре материал относительно применения его в религиозной практике, и отметили те мнения, которые получили руководящее значение. В то же время учёные в Св. Земле положили основание самостоятельным сборникам агадических толкований Св. Писания, из которых народ, среди мрачного настоящего, черпал ободрение и надежду на светлое будущее. Все эти агадические сборники получили нарицательное название Мидраш. Учёные того времени заботились также о том, чтобы текст Библии правильно читался и сохранялся в своей чистоте, защищённый от неизбежно возникающих описок переписчиков и от разночтений. Первая цель была достигнута снабжением текста Еврейской Библии гласными знаками, которые почти одновременно изобретены были в Вавилонии и в Стране Израиля. Изобретены были и знаки интонации, в известном смысле играющие также роль знаков препинания. Для достижения второй цели сравнили лучшие библейские рукописи между собой, сосчитали все слова и буквы в Св. Писании и точно указали, в выносках на полях или в отдельных сочинениях, как часто и где именно то или другое слово появляется в Библии и как оно, в каждом месте отдельно, пишется и выговаривается. Установлением и точной передачей текста (Масорой — предание) занимались так называемые масореты, благодаря которым точно выверенный текст Танаха сохранился в рукописях и многочисленных изданиях по всей Земле именно в том виде, в каком он существовал в V столетии н. э. В немногих пунктах мнения масоретов расходятся, во всем же существенном они между собой вполне согласны. Они также тщательно указывают все сомнительные чтения и варианты. Период ришоним Формулы молитв, как для публичного, так и для домашнего богослужения, около IX столетия получили, в главном и общем, тот вид, какой они имеют теперь: они разосланы были из Вавилонии, под общеупотребительным и ныне названием Сидур, во все общины Запада. Никогда и нигде эти главные молитвы не были изменены до наших дней. Тем разнообразнее оказываются молитвы, написанные по разным случаям и позднее введённые в молитвенник — так называемые пиюты (однокоренное со словами поэт и поэзия). Для дней покаяния составлены были специальные молитвы, слихот. Воспоминание о дне сожжения Храма побудило к составлению особых плачевных песнопений, кинот. Период синагогальной поэзии продолжался целых тысячу лет. За все это время насчитывается около полутора тысяч имен поэтов, написавших около пятнадцати тысяч молитвенных стихотворений и гимнов. Многие из молитв, в частности, еврейских поэтов Испании, отличаются большой поэтической красотой. Лучшие из синагогальных поэтических произведений принадлежат перу Шломо ибн-Габироля (XI век), рабби Ицхака ибн-Гагиата (XI век), Авраама и Моше ибн-Эзра. Особенно выдающиеся творения принадлежат Иехуде Галеви, чьими стихотворениями восхищался Гейне. Почти во всех молитвенниках есть пиют «Игдаль», написанный итальянским евреем Иммануэлем Римским, еврейским участником Итальянского Возрождения. Он ввёл в иврит такие новые формы, как сонет, и писал много и светских стихов. Испанские еврейские поэты также писали любовные и светские стихи. Авраам Ибн Эзра писал стихи даже о шахматах. К древнейшим авторам религиозной поэзии принадлежит рабби Эльазар а-Калир. Его синагогальные стихотворения вошли преимущественно в ритуал синагогального богослужения немецких и польских евреев. В Вавилонии сабореям наследовали гаоны (в середине VII века). Они доставили Талмуду всеобщее признание, за исключением караимов. В богатой литературе на еврейском языке караимы с большой силой диалектики нападали на постановления, которые не были ясно и буквально выражены в Библии. Талмудисты, со своей стороны, научились от арабов разрабатывать священный язык грамматически и лексикографически. По образцу арабской поэзии евреи стали украшать свои стихотворения размером и рифмами. Еврейские учёные публиковали на еврейском языке произведения по философии, медицине, математике, астрономии, естествоведению, географии и истории. Рабби Саадия Гаон (892—942) перевёл на арабский язык Священное Писание, с комментарием. При его жизни появились первые попытки грамматической и лексической обработки еврейского языка у евреев-раввинистов. Метрополией еврейского языкознания стал город Фец в северной Африке. Для евреев, умевших писать по-арабски, основателем науки языкознания был Иуда бен-Кораиш, живший в Африке (около 900 года), который, насколько известно, впервые указал на важность сравнительного языкознания. Валид Мерван ибн-Джанах (ок. 990 — ок. 1060) был его продолжателем. С научными результатами еврейского языкознания евреев, знавших только по-еврейски, познакомили Авраам ибн-Эзра (род. в Толедо в 1092, ум. 1167) и Давид Кимхи (род. в Нарбонне в 1160, ум. 1232), сочинения которого, отличающиеся простотой и ясностью, пользовались у евреев и у христиан, в течение целых столетий, одинаковым уважением и распространённостью. Большим распространением пользовался составленный в X веке в Испании на еврейском языке словарь Менахема бен-Сарука из Тортозы, встретивший строгую критику Дунаша бен-Лабрата из Феца. Особенное одобрение евреев и не евреев заслужил составленный тоже на еврейском языке словарь Давида Кимхи, отличающийся теми же достоинствами, как и его еврейская грамматика. В области экзегетики евреи, жившие в христианских странах Запада, выказали столько же самостоятельности, как и их единоверцы в странах ислама. Особенно замечателен рабби Шломо бен-Ицхак, живший во Франции и известный под составленным из начальных букв его имени сокращением Раши (1040—1105). Его комментарий к Библии, отличающийся всеохватывающими знаниями, краткостью и простотой, стал после библейского текста наиболее распространённым произведением еврейской литературы. Отпечатанный вместе с текстом, комментарий Раши был первой вышедшей из печати еврейской книгой и по настоящий день служит учебником для еврейского юношества. Этим комментарием пользовались и христианские экзегеты, особенно известный Николай де Лара (ум. 1351). Внук Раши, рабби Шмуэль бен-Меир (Рашбам) старался объяснять Святое Писание, придерживаясь исключительно буквального смысла. Этот метод толкования довел до истинной художественности его испанский современник, названный выше Авраам ибн Эзра. Его комментарии были, в течение нескольких столетий, предметом изучения для наиболее просвещенных евреев Испании и Франции; сохранилось около 20-30 суперкомментариев к ним. Более консервативный метод, с лёгким оттенком каббалистической мистики, избрал рабби Моше бен-Нахман (Рамбан из Героны (ок. 1220—1270), нередко умевший примирять самые противоположные взгляды. Из литературных произведений XIV и XV столетий с этими трудами могут сравниться филологические с философской окраской комментарии астронома и математика рабби Леви бен Гершома (Ральбага, ум. ок. 1345 г), а также обширные комментарии дона Ицхака Абрабанеля (1437, Лиссабон — 1508, Венеция). Около середины X века еврейские общины в Египте, Северной Африке и Испании стали одновременно независимыми от высших школ Вавилонии. В 960 году учёные посланцы, отправлявшиеся собирать денежные пособия в пользу высшей школы в Суре, попали в руки пиратов и были проданы ими в рабство. Выкупленные евреями, они вскоре основали в тех странах, куда судьба их занесла, самостоятельные высшие школы. Ещё Карл Великий или один из его преемников переселил одно учёное семейство из Лукки в Майнц, и эта семья распространила в прирейнских землях и в Лотарингии знание Талмуда, чему позднее много способствовал рабби Гершом бен-Иегуда, «светильник диаспоры» (ок. 960—1040). Весьма ценным и ещё в настоящее время почти необходимым руководством служит составленный рабби Натаном бен-Иехиелем в Риме (1101) лексикон к Талмуду, под заглавием «Арух» (нов. издание Нью-Йорк, 1877—1891). В области снабжения Талмуда комментариями и известны рабейну Хананель (1050), его современник — рабби Гершом и в особенности рабби Шломо бен-Ицхак (Раши). При помощи его комментария, со времени изобретения книгопечатания остающегося неразлучным спутником текста Талмуда, даже неопытный ученик может смело пускаться в талмудический мир. Рамбам написал, на арабском языке, комментарий к Мишне, перевод которого на иврит имеется во всех изданиях Талмуда. Результаты, добытые Раши и Рамбамом, старался соединить в одно целое рабби Овадья из Бертиноро (умер в стране Израиля около 1500 года). В Германии и Франции евреи целых два столетия работали над дополнением и исправлением комментария Раши к Талмуду, называя свои труды Тосафот (добавления, глоссарии). Известнейшие из них были внуки Раши, упомянутый рабби Шмуэль бен-Меир и рабби Яаков Там (Рабейну Там). Деятельность некоторых раввинов была посвящена исключительно вопросам религиозной практики. Они называются поски́м ( — decisores, решители). Ещё во времена гаонов появились отдельные своды, как, например, «Галахот гдолот» (Большой (свод) галахи) рабби Шимона из Каяры и др.; из них сохранились лишь немногие. Наибольшее значение получило краткое извлечение из Талмуда Ицхака Альфаси (сокращенно Риф 1013—1103). Он следовал за текстом Талмуда, передавая суждения и дискуссии только в наиболее существенных, главных чертах, и затем присовокуплял краткий и точный вывод, в виде руководства для религиозной практики. Два столетия спустя рабби Ашер бен Иехиэль (сокращенно Рош, 1250—1327), положив в основу, где можно, труд Альфаси, дополнил его результатами, добытыми евреями испанско-арабскими (Рамбам) и французско-немецкими (Раши и Тосафисты). Той же цели, как и компендии, служили кодексы, расположенные методически по отделам и предметам. Большим искусством в этой области отличается труд Рамбама.


Весь галахический материал, содержащийся в обоих талмудах, в галахических мидрашах и в сочинениях гаонов, собран и распределен им по собственному рациональному плану и изложен в точных и общепонятных выражениях. Он имел полное право назвать свой труд «Мишнэ Тора», то есть повторением всего Закона. Не меньшее значение имеет кодекс (1340), составленный рабби Яаковом бен Ашером, под заглавием: «Арбаа Турим». После этих кодексов ещё продолжали появляться обширные сборники новшеств («Хидушим») к отдельным трактатам Талмуда, а также решений, обнимающих какую-либо специальную область или трактующих об отдельных случаях. Выделялись своим духовным авторитетом рабби Меир из Ротенбурга (1215—1293) в Германии и рабби Шломо бен Адерет (1235—1310) в Испании. Литература ответов раввинов на направляемые им запросы ( — тшувот — ответы) появилась в начале VIII столетия, продолжается до ныне и процветала в странах ислама, а также в Италии, в Германии, в Испании, во Франции и в Польше. В средние века евреи почти везде имели свой собственный суд, не только по гражданским, но часто и по уголовным делам. Поэтому в многочисленных вопросах и ответах часто идет речь о социальных, коммерческих, политических и иных отношениях, исчисляются товары и их цены, указывается ценность серебра по отношению к золоту, говорится о торговых отношениях, о торговых путях, о войнах и осадах, об отношениях еврейских общин к светским и духовным владетелям и т. д. Материал этот, важный для истории культуры многих стран, ещё мало разработан. Литература в области агады была столь же разнообразна, как и в области галахи. По завершении Талмуда, главным местом, где усердно разрабатывалась агада, была Земля Израильская. Отсюда она распространилась по Греции, Италии, Франции и Германии. Более сотни агадических сочинений, если не по форме, то по содержанию весьма древних, критически разобраны Леопольдом Цунцом. Имена авторов или составителей агадических сочинений в основном остались неизвестными. Известнейший их сборник, под названием Ялкут, составлен рабби Шимоном Даршаном в XII веке. Начиная с XI столетия до новейшего времени не переставали появляться нравоучительные книги и рассуждения в разнообразных формах: проповеди, завещания, послания и т. д. Самое выдающееся сочинение этого рода — «Обязанности сердца» испанского раввина Бахья Ибн Пакуда (XI век). Книга написана по-арабски, в XII веке переведена на еврейский, в 1610 — на испанский, в 1856 — на немецкий язык. На еврейском языке создавалось множество произведений в области светской поэзии. Время Хисдая бен-Ицхака ибн-Шапрута считается золотым веком еврейской поэзии. По стопам Хисдая следовал Шмуэль ибн-Нагдила. Названный выше Шломо Ибн Габироль был современником и другом ибн-Нагдилы. Ибн Габироль и Иехуда Галеви остались образцами в этой области еврейского литературного творчества. Около середины XIII столетия с усилением преследований начался упадок искусства евреев Испании. Их место стремились занять евреи Италии и южной Франции. Создавали иногда даже художественные фокусы: излагали законоведение в стихах, руководство к шахматной игре в стихах, молитвы, каждое слово которых начиналось с одной и той же буквы. Наиболее известный еврейский поэт в Италии — Иммануил Римский (около 1300). Он был современником, а по некоторым признакам — близким знакомым Данте. Его сатира остра и язвительна, его поэтические рассказы подчас фривольны, но в то же время весьма грациозны; ни один из еврейских средневековых писателей так живо не напоминает Гейне, как Иммануил Римский. При всем том, он был серьёзным учёным и написал философско-мистической комментарий к Танаху. Сто лет спустя, около 1400 года, Моисей ди Рихти заслужил почетное прозвище еврейского Данте. Последовавшие в XV столетии гонения отняли у евреев всякую охоту к светским песням. Пробудилась она опять лишь в XVIII столетии. Ещё в начале IX века евреи писали сочинения по астрономии. В XIII столетии они перевели на еврейский язык сочинения Птолемея и Эвклида и многих арабоязычных (в том числе, еврейских) астрономов и математиков. Большое энциклопедическое сочинение по астрономии, оптике и математике на еврейском языке написал ок. 1130 Авраам бен-Хия га-Наси, из Барселоны. Выдающемуся поэту и исследователю Торы Аврааму ибн Эзра принадлежит много статей по математике и астрономии. Около 1300 Ицхак Израэли написал выдающееся сочинение по математике и календароведению. Еврейские астрономы, особенно Иегуда бен Моше и Исаак ибн Сид, заседали (ок. 1250) в комиссии для выработки звёздных таблиц, носящих имя таблиц Альфонсо X. Авраам Закуто, профессор астрономии в Саламанкском университете, поселившийся после изгнания евреев из Испании в Тунисе, исправил эти таблицы и оказал своим вечным календарём и своими солнечными, лунными и звёздными таблицами большие услуги открывателям новых стран в XV веке. По медицине самостоятельные сочинения писал уже в IX столетии известный диететик Ицхак Израэли, проживший более 100 лет (840—950). Его сочинения на арабском языке были переведены на еврейский и латинский и изучались в течение столетий. Медицинское сочинение на еврейском языке написал в Х столетии, в южной Италии, Шабтай Доноло, который был также астрономом и натуралистом. Вообще, в сфере естествознания нет ни одной отрасли, в которой не работали бы евреи. Многие из них были практикующими врачами. Императоры и короли, халифы и султаны и — наперекор церковным постановлениям, воспрещавшим лечиться у евреев, — даже епископы и папы вверяли свою жизнь и здоровье еврейским врачам. Немаловажную роль играли евреи в истории распространения античной философии. Еврейский поэт и философ Ибн Габироль (1021—1058) в течение целых столетий славился у христианских схоластиков, под именем Авицеброна, как глубокий мыслитель. Они цитировали написанное по-арабски и потом переведенное на латынь его сочинение «Fons vitae», не подозревая, что прославленный «арабский» автор — не кто иной, как еврейский поэт Соломон ибн Габироль, пока французский академик Соломон Мунк не доказал неопровержимыми доводами, что обоими этими именами означается одно и то же лицо. Большое религиозно-философское сочинение Рамбама: «Морэ Невухим» («Наставник смущённых»), написанное им по-арабски, переведено ещё при его жизни на еврейский, а в начале XIII века — на латинский, осталось, вплоть до новейшего времени, центром еврейской религиозно-философской мысли и в то же время имело большое влияние на развитие христианской философии. Уже у схоластиков Александра Галльского и Вильгельма из Оверни заметно влияние Рамбама; ещё более оно заметно у Альберта Великого и особенно у Фомы Аквинского. Последний перенёс в свою «Summa theologiae» всю Маймонидову теорию о пророчестве, за исключением некоторых несущественных отклонений, и внёс туда и другие религиозно-философские учения Рамбама. В позднейшее время книга Маймонида возбудила удивление Лейбница, который в своем экземпляре сделал на полях много заметок, затем изданных в Париже. Кроме Маймонида, в Испании жили в XIII, XIV и в начале XV века другие более или менее замечательные еврейские философы, например свободные мыслители Ицхак Абалаг, Леви бен Гершом (Ральбаг), Хисдаи Крескас, философия которого оказала большое влияние на философию Спинозы, Иосиф Альбо, написавший книгу об основах иудаизма. Нашлись и противники философии, утверждавшие, что она несовместима с религией. Направленную против Маймонида книгу написал в этом смысле, во 2-й половине XIV столетия, философски образованный, но мистически настроенный рабби Шем-Тов бен-Шем-Тов. Главным местом обширной переводческой деятельности евреев была Южная Франция. Наилучшими переводчиками были Тиббониды: отец (Иехуда), сын (Шмуэль) и внук (Моше ибн Тиббон), живший около 1250 года. Приискав в сокровищнице еврейского языка подходящие слова для выражения множества новых понятий, они сделались творцами нового еврейского слога. Число еврейских переводчиков с арабского на иврит было велико. Некоторые из них состояли на службе любознательных государей (император Фридрих II, Рожер Сицилийский). При содействии еврейских переводчиков учёные монахи перелагали эти переводы на латинский. Еврейские учёные строго-ортодоксального направления упорно, в течение двух столетий, боролись с этой чужеземной мудростью. Обе стороны угрожали одна другой отлучением от синагоги; враги философии решились даже донести инквизиции, что произведения Маймонида имеют содержание еретическое. Доминиканцы, не обинуясь, осудили на сожжение ту самую книгу, которую их doctor angelicus (Фома Аквинский) положил в основу их собственных орденских догматов. Когда доминиканцы пошли ещё дальше и, по доносу одного выкреста, стали угрожать всей еврейской письменности, когда в 1242 в Париже сожгли 24 воза с экземплярами Талмуда, оба враждующих лагеря с ужасом увидели пропасть, на край которой их привело партийное ослепление. Открытая распря улеглась, но противоположные убеждения остались, и приверженцы исключительно национального знания употребляли все усилия, чтобы добиться воспрещения евреям читать философские сочинения ранее достижения тридцатилетнего возраста. Когда церковь принялась склонять евреев к принятию христианства, это послужило исходной точкой довольно значительной полемической литературы. Так как евреи, с момента утраты ими политической самостоятельности, отказались от активной пропаганды своего вероучения, то писатели, трактовавшие об основах еврейского вероучения, ограничивались почти всегда только защитой и обоснованием собственной точки зрения. Только начиная с XII столетия, евреи изредка стали с опровержением возражений соединять нападки на враждебно выступавшие против них учения. Большая часть таких полемических произведений остаются не напечатанными; лишь немногие из них получили гласность, как, например, отчёт о диспутах, которые вынуждены были держать рабби Иехиэль из Парижа (1240), в присутствия королевы Бланки, и Рамбан (1263) в Барселоне, в присутствии короля Арагонского.


Сюда относится также и сатира грамматика Профиата Дурана против друга, который принял христианство, написанная настолько двусмысленно, что христиане долго принимали её за нападение на иудаизм. Некоторые более объёмистые возражения против христианства были составлены в виде руководства для тех евреев, которых принуждали к диспутам. Поэтому в них часто повторяется фраза: если христианин скажет так или так, то возрази ему то-то и то-то. Рабби Линман из Мюльгаузена составил нечто вроде компендия, для употребления при религиозных диспутах. Более известно сочинение «Хизук Эмуна» («Укрепление веры») польско-литовского караима Исаака бен-Авраама (ок. 1550). Рабби Йосеф Альбо, автор книги «Иккарим» («Корни»), которого принудили принять участие в диспуте с крещёным евреем, происходившем (в присутствии антипапы Бенедикта XIII) в Тортосе (1413—1414), решился утверждать, что вера в пришествие Мессии, составлявшая везде средоточие спора, вовсе не есть существенная основа иудейского вероучения. Рукописи этих полемических сочинений встречаются весьма редко; наиболее известные из них изданы, с латинским переводом, исключительно христианскими учёными. Даже в Турции, где евреи могли печатать что угодно, появилась около 1570 года единственная книга в этом роде, состоящая лишь из нескольких листков; издал её европейский еврей, Исаак бен-Акриш, которого истязали греки-христиане на острове Крит. Из-за нарастающих страданий среди евреев возникала склонность к мистике. Чем меньше она могла доказать свою реальную связь с традицией, тем настойчивее предъявляла притязание на название каббалы, означающее «предание», «традиция». Поэтому почти все произведения этой разветвлённой литературы псевдоэпиграфичны. Важнейшее произведение каббалы — Зоар (то есть сияние, блеск) написано на арамейском языке. Это мистический комментарий к Пятикнижию, составленный, по всей вероятности, испанским евреем Моше де Леоном (1250—1305). Мистики выдают его за сочинение таны рабби Шимона бар-Иохая (ок. 150 г. н. э.), с целью заставить думать, будто проповедуемая в ней таинственная мудрость есть наследие седой древности. Зоар слывет и по настоящее время священной книгой мистиков. XIII столетие было вообще богато мистиками, среди которых иногда проявлялось стремление слить воедино христианство, иудаизм и ислам. Таков был Авраам Абулафия, который считал себя пророком и ездил в Рим с намерением обратить папу к своему учению. Известны также каббалисты Иосиф Гикатилла и Менахем Реканати. Период ахроним Период четвёртый. От изгнания евреев с Пиренейского полуострова до начала XX века. Изгнанные в 1492 г. евреи Пиренейского полуострова нашли убежище отчасти у османских завоевателей, отчасти в северной Африке и Италии, а с XVII столетия — в освобожденных Нидерландах и в Англии. Спустя 35 лет после изобретения книгопечатания, началось в Италии печатание еврейских книг. Деятельность наборщика и печатника считалась и считается у евреев священным ремеслом. К концу XV столетия существовало уже 14 еврейских типографий, в Италии, Испании и Португалии. С тех пор, в различных местностях Европы, Азии и Америки, выпущено были в свет евреями и для евреев более 20000 названий на еврейских языках. Кроме того, было сделано множество изданий Библии, с комментариями и без комментариев, и издано несколько десятков тысяч литургических книг. Вавилонский Талмуд был издан около 70 раз. Появилось много книг по еврейским предметам и на языках испанском, португальском, французском, итальянском, голландском, английском и особенно немецком. Для ознакомления с грамматикой в этот период служили, кроме произведений Давида Кимхи, руководства Элии Левиты, Давида ибн-Яхьи, Авраама де Бальмаса (де Балмаса), Шмуэля Аркевольти и др. Позднее приобрели значение еврейские учебники Шломо из Ганау (1708—1762) и португальские руководства Шломо Оливейра, раввина в Амстердаме (1618—1689). Давид де Помис (1587) составил еврейско-латинско-итальянский словарь, в котором объясняются, кроме древнееврейских слов, и встречающиеся в Талмуде и в древней раввинской литературе арамейские, а также из греческого и латинского языков заимствованные слова. Шломо де Оливейра составил еврейско-португальский словарь, Аншель из Кракова — еврейско-жаргонно-немецкий, Элия Левита — халдейско-еврейский словарь. Натан Ганновер (1660) составил еврейско-немецко-итальянско-латинский сборник слов для практических целей. Шломо из Урбино (около 1500 г.) написал синонимику. Предшественником его в этом был Авраам Бедреши (около конца XIII столетия). Весьма важным пособием является составленный Давидом га-Коген де Лара (около 1660 г.) словарь (неоконченный) иностранных слов, встречающихся в древней раввинской литературе и заимствованных из языков греческого, латинского и персидского. Более других читались комментарий Дона Ицхака Абрабанеля к Танаху и написанный по-испански и переведенный на латинский язык «Con ciliador» Менаше бен-Исраэль. Моше Альшейх в Палестине и Эфраим Ленчиц в Праге преследовали гомилетические цели. Большая часть экзегетов занимались толкованием Талмуда, по образцу рабби Яакова бен-Ашера. Элияху Левит разъяснил позднее установление знаков гласных и слогоударения. Книгопечатание имело огромное влияние на демократизацию талмудической мудрости. То, что в минувшие столетия составляло принадлежность учёности, стало теперь, особенно в Польше, предметом элементарного знания. Изучение Талмуда и древнейшей галахической литературы (пилпуль) способствовало развитию мышления. Появились комментарии к Мишне (преимущественно Липмана Геллера, краковского раввина, 1654), к Мехильте, Сифре и к Иерусалимскому Талмуду — Давида Френкеля, раввина в Дессау и Берлине, учителя Моисея Мендельсона. Новые глоссарии к Вавилонскому Талмуду написали Шломо Лурия (1573), Шмуэль Эдельс (около 1600), Меир из Люблина (умер в 1616 г.) и Меир Шиф (в Фульде, 1734). Большое влияние приобрел кодекс жившего в Палестине рабби Йосефа Каро (1488—1575), названный им «Шульхан Арух» (буквально — «накрытый стол») и составленный по кодексу «Арба Турим». Моше Иссерлисом (сокращённо «Рама», умер в 1672 г.) написаны глоссы к «Шульхан Арух», в которых он следует преимущественно немецким и французским школам, тогда как И. Каро держался главным образом испанской школы. В этом новом своем виде (текст Каро, с глоссами Иссерлиса) «Шульхан Арух» вскоре стал руководящим кодексом во всех религиозных вопросах. Значительнейшие его комментаторы: Давид ха-Леви (около 1659 г.), Шабтай ха-Коген (сокращенно Шах, 1622—1663) и Авраам ха-Леви (умер в 1682 г.). Работы по части Аггады также продолжались. Яаков ибн-Хабиб в Салониках составил большое собрание содержащихся в Талмуде аггадических мест и издал их с комментариями своих предшественников и своими собственными примечаниями под названием «Эйн-Яааков» (Источник Яакова), отредактированным сыном автора рабби Леви Бен Яааков. Аарон из Пезаро (1583) и Аарон из Франкфурта-на-Одере (1690) сделали к каждому библейскому стиху указание, где он цитируется в Талмуде, Мидраше и Зогаре. Симон Пейзер в Лиссе (1728) сделал к именам лиц библейских и учителей Мишны указания тех мест в Талмуде и Мидраше, где о них имеются суждения. Исаак Ламперонти (1756, в Ферраре) составил реальную энциклопедию всей раввинской письменности, вполне отпечатанную лишь в 1888 г. В прозе и в стихах появлялось множество нравоучительных книг на еврейском, испанском, португальском, итальянском и жаргонно-немецком языках. Той же цели служили от двух до трёхсот сборников проповедей, вышедших с XVI до XIX столетия. При твёрдо установившихся ритуалах новые богослужебные песнопения (как, например, известный субботний гимн Шломо Алкабеца) лишь редко могли быть включаемы в молитвенник. Тем не менее синагогальная поэзия не замолкла. Достаточный материал доставили ей вновь учрежденные дни поста и молитвы, а также частные собрания для покаяния и молитвы, вызванные многократными преследованиями и распространением аскетического направления. Сборники молитв для этих целей, со многими новыми добавлениями, изданы, например, Йосефом Карми (1630) и Леоном да Модена (1571—1648) собственно для итальянских евреев и Эфраимом из Холма (около 1630) и Натаном Ганновером (1650) — для германских и польских евреев. Самый талантливый синагогальный поэт этого периода — Исраэль Нагара (жил около 1580 г. в Палестине). Нагара гордился тем, что им не написано ни одной светской песни. Тем не менее он настолько подчинялся влиянию среды, что большей части своих синагогальных поэтических творений придал форму и мелодию известных в то время светских песен. Моше Закуто (умер в 1697 г.) и Моше-Хаим Луццато (умер в 1747 г.) писали аллегорические еврейские драмы, а поэтессы Дебора Аскарелли и Сарра Коппия Суллам (1600) — итальянские сонеты. Шломо Оливейрой в Амстердаме и Гершоном Хефецом в Венеции изданы были еврейские словари рифм. Немаловажны были успехи, достигнутые евреями в светских искусствах и науках, благодаря в особенности рассеянным повсюду испанским и португальским евреям и мараннам. Азария де Росси (1511—1578), в книге «Меор Эйнаим» («Свет очей»), сумел дать оригинальное решение важнейшим проблемам еврейских древностей. Книгу о еврейских священных древностях, свидетельствующую о большой эрудиции автора, написал на еврейском языке доктор медицины Авраам Порталеоне (умер в 1612 г.). Замечательные сочинения по математике и механике написал Иосиф дель Медиго (умер в 1655 г.), живший некоторое время, в качестве домашнего врача, у князя Радзивилла в Литве и Польше. Краткую энциклопедию медицинских наук написал врач Товия Коген из Меца (умер в 1729 г.). Эммануилом Порто (1636) из Триеста составлено руководство к изучению астрономии, в котором автор искусно употребляет вновь тогда изобретённые логарифмы. Еврейскую историю, всемирную историю и учебник математической географии написал Давид Ганз, который находился в близких отношениях к Кеплеру и Тихо де Браге. Материалы для истории учёных талмудической эпохи собрали Иехил Гейлприн, Давид Конфорте (1640) и Хаим-Иосиф Давид Азулаи (умер в 1808 г.).


В истории философии оказали влияние «Dialoghi di amore» Леона Еврея (сына Ицхака Абрабанеля), переведенные почти на все европейские языки. Немалыми достоинствами отличаются религиозно-философские сочинения Меира ибн-Мегаша, Давида Мессир Леона и Авраама Шалома, живших в первой половине XVI столетия. Развитию Каббалы способствовало учение рабби Ицхака Лурии (умер в 1572 г. в Цфате) и его учеников Хаима Виталя и Моше Кордевейро, a также массовое увлечение мессианскими надеждами, возбуждённое лжемессией Шабтаем Цви. Моисей Мендельсон, заботившийся, вместе со своими учениками, о распространении между евреями светских знаний и о более разностороннем обучении еврейского юношества, оказал значительное влияние на развитие еврейства. Ещё в 1782 году, когда мендельсоновский перевод Пятикнижия только что стал появляться, обнародовано было послание Нафтали Гартвига Вессели (1725—1805) к австрийским его единоверцам, в котором он, побуждаемый эдиктом императора Иосифа II о веротерпимости, делает им практические предложения относительно реформы системы воспитания. В 1784 г. учреждено было Давидом Фридлендером первое бесплатное училище в Берлине, по образцу которого, вслед за тем, открылись подобные же заведения в Бреславле, Франкфурте-на-Майне и др. Одновременно с этим образовалось общество, которое издавало в Кенигсберге, а потом в Бреславле журнал «Гамеасеф» («Собиратель»), с целью распространять среди евреев образованность и просвещение, а также основательное знание немецкого и еврейского языков. В первые десятилетия орудием обмена мыслей был иврит, для которого настал тогда новый расцвет, как в прозе, так и в стихах. Рядом с ним шёл книжный немецкий язык, сперва еврейскими буквами, а затем обыкновенным шрифтом. Прежняя крайность — односторонность еврейского знания — начинала переходить в противоположную крайность: совершенное забвение всего еврейского. Против этого выступила еврейская наука в лице Леопольда Цунца, обладавшего обширными и глубокими познаниями во всех отраслях еврейской средневековой литературы. Существование в ней постепенного исторического развития он ясно доказал в своем классическом труде " Die gottesdienstlichen Vorträge der Juden " (1 изд., 1832; 2 изд., 1892). Одновременно с Цунцем выступил в Польше Соломон Иегуда Лейб Рапопорт. Его очерки жизни учёных евреев Х и XI вв. знаменитый гебраист (христианин) Франц Делит назвал алмазными копями для историка еврейской литературы. На той же высоте стоит начатый Рапопортом талмудический реальный лексикон (появилась лишь буква А). Самуил-Давид Луццато написал по-итальянски руководство к изучению еврейского языка. Многочисленные изыскания по истории языковедения у евреев написали Иосиф Деренбург в Париже, В. Бахер в Будапеште и многие др. Юлий Фюрст составил словарь еврейского языка и новую Конкорданцию, то есть указатель всех слов и изречений, содержащихся в Св. Писании. Комментарий ко всей Библии написали Л. Филипсон, Саломон Герксгеймер и Ю. Фюрст. Об установлении безошибочных масоретских текстов заботились Вольф Гейденгейм и Б. Бер. Громадное собрание древних масоретских произведений, большей частью по рукописям, обнародовано Хр. Д. Гинцбургом (Лондон, 1880—1885). Обстоятельные исследования арамейских и греческих переводов Св. Писания производили: Луццато, Зах. Франкель (1801—1875), Авраам Гейгер и Авг. Берлинер. Изучение талмуда пошло также по новому пути в раввинских училищах, учрежденных, начиная с середины XIX в., в Германии (впервые — в Бреславле), Франции, Австрии, Венгрии, Италии, Англии и Северной Америке. Грамматические исследования об идиоме вавилонского Талмуда написал С. Д. Луццато, филологические изыскания относительно чужестранных слов, встречающихся в Талмуде, сделаны Михаилом Заксом и Иосифом Перлесом. Лексикографическая обработка языка Таргумим (то есть арамейских переводов Библии), Талмуда и Мидраша принадлежит перу Иакова Леви ("Chaldäisches Wörterbuch über die Targumim ", Лейпциг, 1867-68, и « Neuhebräisches und chaldäisches Wörterbuch», ibid., 1876-89). Об изготовлении критического текста Талмуда, путём сравнения всех до сих пор известных рукописей и старых, редких изданий, заботился Рафаил Нафан Рабинович, умерший (в 1890 г.), не окончив этого труда (вышло 16 т.). Фридман, Вейс и Цукермандель выпустили в свет критические издания Сифра, Сифре, Мехилты и Тосефты, с ценными критическими введениями и объяснениями. Соломон Бубер занялся изданием, большей частью по рукописям, нескольких гаггадических мидрашей, которые он снабдил критическими введениями и превосходным комментарием. Критические исследования о возникновении галахи и гаггады написали: Нахман Крохмал, Гирш Хайес, И. Г. Шор, и в особенности раввин Ц. Франкель. Весьма ценная история галахи, от первых начатков до изгнания евреев из Испании и Португалии, написана И. Г. Вейсом. Каббалистическая система научно разработана Адольфом Франком и Адольфом Иеллинеком. Благодаря трудам С. Мунка, Г. Ландауэра, Г. Гиршфельда и И. Деренбурга имеются в настоящее время арабские подлинники сочинений гаона Саадия, Абул Валида Ибн-Джаноха, Иегуды га-Леви и Моисея Маймонида, с превосходными переводами на французский язык. Исследования о трудах еврейских мыслителей и о влиянии их на общее развитие философии писали ещё Иоель, И. Гутман и Давид Кауфман. Самуил Гирш и Соломон Штейнгейм пытались развить: первый — философию религии, на основе гегелевского учения, последний — новую теорию Откровения, по правилам синагоги. Замечательны гомилетические труды И. Н. Мангеймера, Мих. Закса, Саломонса, А. Гейгера, М. Иоеля, Адольфа Иеллинека и многих других еврейских духовных ораторов. Удачные переводы литургической поэзии сделаны А. Гейгером, Зелигманом Геллером и в особенности Мих. Заксом. Всего больше трудились еврейские учёные того времени над разработкой истории. Важнейшие труды по этой части исчислены выше, в обзоре истории евреев (см). К первой четверти XIX в. относится и появление научных повременных изданий, посвящённых так называемой «еврейской науке» (Wissenschaft des Judenthums). Леопольд Цунк первый, в 1823 г., стал издавать журнал «Zeitschrift für die Wissenschaft des Judenthums». Основанная Людвигом Филипсоном «Allgemeine Zeitung des Judenthums» существует уже 57 лет. Исключительно науке посвящены «Monatsschrift für die Geschichte und Wissenschaft des Judenthums» в Бреславле (38 год издания), «Magazin für die Wissenschaft des Judenthums» в Берлине (20 год издания), «Revue des études juives» в Париже (13 год издания) и «Hebrew Quarterly review» в Лондоне (5 год издания). Художественная литература на древнееврейском языке, появившаяся в Западной Европе в эпоху Мендельсона, была кратковременна. Родоначальником новоеврейских поэтов был Нафтали Гартвиг Вессели, один из ближайших сотрудников Мендельсона, который, кроме стихотворений на разные случаи, написал поэму «Мозаида». Под влиянием этого поэта, стремившегося к обновлению древнееврейского языка, мендельсоновская школа в 1783 г. образовала «Общество поощрения еврейского языка». Новые поэты совершенно пренебрегали религиозно-национальным элементом, служившим основой еврейской поэзии в Испании; они переводили Клопштока, Гердера, Шиллера, Юнга, Оссиана, Аддисона и других, с особенной любовью культивировали драму. Наиболее выдающийся из новоеврейских драматургов — Давид Франко-Мендес (1713—1793), автор «Возмездия Аталии» («Gemul Ataljahu»). Из новоеврейских поэтов Западной Европы лишь немногие оставили произведения, которые чужды риторики и искусственной аффектации; истинным вдохновением проникнуты произведения Элия Галеви из Парижа, Соломона Паппенгейма из Бреславля и Ицхака Эртера из Пжемысля (Галиция). С. Паппенгейм (1740—1804) написал, в подражание юнговским «Ночам», элегию «Четыре бокала» («Arbah Kosoth»), в которой поэт предается размышлению о суете мира и оплакивает скоротечность всего земного. Произведения И. Эртера (1792—1851), собранные в книге «Прорицатель» («Hazofeh»), всецело проникнуты духом иудаизма и вместе с тем идеями нового времени; его сатира против хасидизма своим остроумием и резкостью превосходит все, что создано в этом роде новоеврейской поэзией. После И. Эртера Западная Европа не представляет уже ни одного поэта, который писал бы на языке Библии. Даже учёные исследователи иудейства перешли к новым языкам, и лишь немногие из них продолжали печатать свои труды на древнееврейском языке, главным образом в специально-учёных журналах «Bik kure Haitim» (Вена, 1821-32), «Керем Хемед» (Вена, 1833-36; Прага, 1838-43; Берлин, 1854-55), «Ozar Nechmad» (Вена, 1853-63). В конце XIX века древнееврейский язык в Германии снова вошёл в употребление при составлении учёных диссертаций. В 1880 г. М. Фридман и И. Г. Вейс основали в Вене ежемесячный журнал «Бет-Талмуд» («Дом учения») исключительно для раввинской науки, в которую издатели стараются внести начала здравой критики. Совершенно иную картину представляет современная умственная жизнь польско-литовских евреев (России и Галиции). На древнееврейском языке здесь до начала XX века издавались обширные трактаты о разных мелких религиозных вопросах; но на этом же языке народилась с середины XIX века и светская литература и возникла еврейская периодическая печать. Когда , вместе с каббалой, совершенно поглотил умственную жизнь польских евреев, реакцией против мелочного педантизма и черствой рутины явился, в середине XVIII столетия, хасидизм, впавший скоро в мистический квиетизм, более вредный, чем схоластика раввинов. На северо-западе распространению хасидизма дал отпор виленский гаон Эльяху бен Шломо Залман. Отчасти под его влиянием, отчасти независимо от него появились среди польско-литовских евреев люди, посвящавшие свои силы разработке общих наук, как, например, Барух Шик, издавший перевод элементов Евклида (1780) и др.