Some have concluded that we can only believe in a God who shares our pain. In some way, God must feel the anguish, and grief, and physical pain that we feel.
Принято считать, что верить можно только в того Бога, который разделяет с нами боль, который способен чувствовать те же отчаяние, скорбь и физическую боль, что чувствуем мы.