And he was what you'd call a teratologist: he looked at all of the monstrosities and mutations to find rules and laws, rather than looking at the norms.
Он был так называемым тератологом. Он изучал отклонения и мутации для выявления правил и законов вместо того, чтобы изучать нормы, иными словами, вместо того, чтобы искать идеал или среднее, он всегда занимался ислючениями.