And we've got to say, what good is all of our intellectual and political and economic power — and I'm really thinking intellectual power in this room — if we can't use it to bring slavery to an end?
И нужно задаться вопросом, что хорошего в нашей интеллектуальной, политической и экономической силе, - а я действительно думаю, что интеллектуальная сила находится в этой аудитории, - если мы не можем использовать её для того, чтобы покончить с рабством?