So we naturally tend to think, because we see language written so often, that that's what language is, but actually what language is, is speech.
Естественно, нам кажется, так как мы часто сталкиваемся с письменными текстами, что всё написанное и представляет собой язык, но язык выражается, скорее, в том, как мы говорим.