So our research — and I think the research also at the universities — are now fixing on these points to say: how can we actually — and this might sound trivial now to you — how can we change cooking?
Таким образом, наши исследования, — и я думаю, также исследования, проводящиеся в университетах, — фокусируются на вопросе: Как мы можем — и это все еще может показаться тривиальным — как мы можем изменить процесс приготовления пищи?