Hope is not naive, and hope is not an opiate. Hope may be the single greatest act of defiance against a politics of pessimism and against a culture of despair.
Второй принцип — надежда. Хочу отметить, что надежда — это не наивность, не снотворное, а возможно, единственный и самый серьёзный акт неповиновения политике пессимизма и культуре отчаяния.