They asked themselves a question: If economics could make such a convincing case for early action on climate change, well why can't the same be done for conservation?
Они задались вопросом: Если экономика так убедительно обосновала необходимость превентивных мер по борьбе с глобальным потеплением, тогда почему мы не можем сделать то же для охраны природы?