When I looked back on all that had happened, I could see that my son's spiral into dysfunction probably occurred over a period of about two years, plenty of time to get him help, if only someone had known that he needed help and known what to do.
Когда я оглядывалась на те события, я могла увидеть, как мой сын проваливался в это расстройство, происходившее, скорее всего, в течение приблизительно двух лет, срок достаточный для того, чтобы оказать ему помощь, если бы только кто-то знал, что он в ней нуждается, и знал, что делать.