Simonides, standing outside, the sole survivor amid the wreckage, closes his eyes and has this realization, which is that in his mind's eye, he can see where each of the guests at the banquet had been sitting.
Симонид стоит рядом с развалинами, единственный оставшийся в живых среди руин, закрывает глаза и вдруг понимает, что перед его мысленным взором предстают все гости, присутствовавшие на банкете, и то, где они сидели.