And what did we find? Not in most cases, and not in the preponderance of cases, but in every single instance where he made some reference to the Holocaust, that his supposed evidence was distorted, half-truth, date-changed, sequence-changed, someone put at a meeting who wasn't there.
Как же мы выиграли? Мы отследили первоисточники его идей. Что мы обнаружили? Не во многих и не в большинстве, а абсолютно во всех упоминаниях о Холокосте то, что выдавалось за якобы « свидетельства », было искажено, было полуправдой: были изменены даты, нарушены причинно-следственные связи, среди участников встреч упоминались те, кого там не было.