Mystery demands to be decoded, and when it's done right, we really, really want to. ["When should you be mysterious?"] In World War II, the Germans really, really wanted to decode this, and they couldn't.
Таинственность требует разгадки, и если её правильно применить, нам очень-очень хочется её разгадать. [« Когда нужна таинственность? »] Во время Второй мировой войны немцы стремились расшифровать вот это. Но не смогли.