They are a visceral response to the businesses and curators who work hard to oversimplify my beliefs and my community, and the only way to beat their machine is to play by different rules.
Они стали моей инстинктивной реакцией на тех продавцов и кураторов, которые усердно работают над чрезмерным упрощением моей веры и моей общины, и единственный способ остановить этот механизм — это игра по другим правилам.