But an even more important form of relaxation for him, that Lyndon Johnson never could enjoy, was a love of — somehow — humor, and feeling out what hilarious parts of life can produce as a sidelight to the sadness.
Но более важным средством для расслабления, которым Линдон Джонсон никогда не умёл наслаждаться, была любовь Линкольна к юмору. Он чувствовал, что весёлые стороны жизни могут осветить и её грустные стороны.