Because, for the first time, we saw our world, not as a solid, immovable, kind of indestructible place, but as a very small, fragile-looking world just hanging against the blackness of space.
Потому что впервые мы увидели наш мир не как прочное, недвижимое и неразрушимое место, а как маленький, весьма хрупкий мир, который висит в черноте космического пространства.