In The New Yorker, it goes out to a wide audience, and when you actually look at that, and nobody knows what anybody else is laughing at, and when you look at that the subjectivity involved in humor is really interesting.
The New Yorker открыт для обширной аудитории, и когда вы смотрите на карикатуру, никто не знает, над чем смеются остальные, и субъективность юмора становится очень интересной.