And what was different about it was the totality of it, was that I really became the voice, the visual voice, of a place in a way I had never done before, where every aspect — the smallest ad, the ticket, whatever it was — was designed by me.
И чем он отличался, так это тотальностью, так что я реально стала голосом, визуальным голосом места, таким образом, как никогда раньше, где каждый аспект мельчайшая рекламка, билет, чтобы ни было — было создано мной.