Originally used as a means of restraining captives, it became sexualized and spreading across the globe as a kinky form of restraint with a respected and erotic aesthetic.
Применяемое ранее для обездвиживания пленников, оно приобрело сексуальный подтекст и распространилось по всему миру, как эксцентричная форма заключения с уважением и эротической красотой.