It also meant that the Belarussian dictator was given a handy list of all the pro-democracy campaigners in that country who had spoken to the U.S. government. Is that radical openness? I say it's not, because for me, what it means, it doesn't mean abdicating power, responsibility, accountability, it's actually being a partner with power.
Это также значило, что белорусский диктатор получил удобный перечень всех продемократических активистов в этой стране, которые общались с американским правительством. Это радикальная открытость? Я утверждаю, что нет, потому что для меня это означает, что дело здесь не в отречении от власти, обязанностей, ответственности; на самом деле это значит быть партнёром власти.