And that panicked disorientation, that sundering of everything familiar, that daunting awareness of something beyond human comprehension, can only be called a terrible awe.
И та паническая дезориентация, то разрушение всего, что было привычным, та устрашающая осведомлённость о чём-то, что выходит за пределы человеческого понимания, может быть названа лишь благоговейным трепетом.