But in a world of conservation reliance, those stories have very real consequences, because now, how we feel about an animal affects its survival more than anything that you read about in ecology textbooks. Storytelling matters now. Emotion matters. Our imagination has become an ecological force.
Но в мире надежды на охрану природы у этих историй есть реальные последствия, ведь теперь наше восприятие животного влияет на его выживание гораздо больше, чем об этом написано в учебниках по экологии. Теперь истории имеют значение. Эмоции имеют значение. Наше воображение стало движущей силой экологии.