No virtuous act is quite as virtuous from the standpoint of our friend or foe as from our own standpoint. Therefore we must be saved by that final form of love, which is forgiveness. ”
Добродетель не так же добродетельна с точки зрения друга или врага, как с нашей собственной точки зрения, поэтому нас должна спасти последняя форма любви — прощение ».