At night, I would sit with my family around the snowy, bunny-eared TV, and watch images of that same quiet man from the garden surrounded by hundreds and thousands of people as scenes from his release were broadcast nightly.
По ночам я сидел со своей семьёй у старого телевизора со смешной антенной и смотрел на искажённые помехами изображения этого молчаливого человека, гуляющего у нас в саду. В телевизоре его окружали толпы людей в момент освобождения, который транслировался по ночам.