And we could hardly even pay anything, any salaries, in the economy. That smoothened out. We were able to save, just before I left, 27 billion dollars.
И мы едва могли платить за что-то, выплачивать зарплаты. Это сгладилось после реформы. Мы могли теперь начинать сберегать то, что оставалось, 27 миллиардов долларов пошло в резерв.