So we have a network of former extremists and survivors of extremism that tell their stories through video and create question-giving to classrooms, to start a conversation about the topic.
У нас есть сеть бывших экстремистов и выживших после экстремизма, которые рассказывают свои истории с помощью видео и задают вопросы, чтобы завести разговор на эту тему.