I sort of lived with this idea that when I'm grown, I'll have learned to speak French, and when I'm grown, I'll learn how to manage my money, and when I'm grown, I won't have a stutter, and then I'll be able to public speak and maybe be the prime minister and anything's possible and, you know. (Laughter) So I can talk about it now because I've reached this point, where — I mean, I'm 28.
Я как бы жила с мыслью, что когда вырасту, я выучу французский и научусь свободно управлять своими доходами, что у меня не будет больше заикания, я смогу выступать публично, может даже стану премьер-министром и вообще не будет ничего невозможного. (Смех) Теперь я могу обсудить эту тему публично, потому что я достигла этого периода — мне 28 лет.