How shall we interpret "queerer than we can suppose?" Queerer than can in principle be supposed, or just queerer than we can suppose, given the limitations of our brain's evolutionary apprenticeship in Middle World?
Как нам интерпретировать фразу « страннее, чем мы в состоянии предположить »? Страннее, чем можно было бы предположить в принципе, или страннее, чем мы можем предположить, учитывая те ограничения, которые накладывает на наш мозг обучение эволюцией в Среднем мире?