But he says that he has yet to experience someone who became more aware of their body, in all its frailty and its grace, without, at the same time, becoming more compassionate towards all of life.
В общем, Мэттью сказал, что он еще не встречал такого человека, который бы прочувствовал всю хрупкость и изысканность своего собственного тела и в котором бы, при всем этом, не усилилось сострадание ко всем формам жизни.