I think that's possible, because there is a corner of the death penalty debate — maybe the most important corner — where everybody agrees, where the most ardent death penalty supporters and the most vociferous abolitionists are on exactly the same page.
Я думаю, что это возможно, потому что есть область в дебатах о смертной казни — возможно, самая важная область — где все соглашаются, где самые горячие сторонники смертной казни и самые горластые аболиционисты сходятся во мнениях.