But when something is feasible in thousands of laboratories all over the world, which is going to be the case with these technologies, when there are large numbers of people who see them as beneficial, which is already the case, and when they're almost impossible to police, it's not a question of if this is going to happen, it's when and where and how it's going to happen.
Но когда что-то доступно в тысячах лабораторий по всему миру, что будет происходить в случае с этими технологиями, когда будет большое количество людей, которые видят их как полезные, что уже очевидно в этом случае, и когда их практически невозможно контролировать, это уже не вопрос, произойдет ли это. Вопрос в том, когда и где и как это произойдет.