The activists I interviewed had nothing in common, literally, except for one thing, which was that they all cited their mothers as their most looming and important activist influences.
Те активисты, с которыми я беседовала, не имели ничего общего, на самом деле, кроме одного. Они все называли своих матерей как самый главный и самый важный фактор, повлиявший на выбор их деятельности.