So what if, then, you took the story of Abraham, which is a third-side story, what if that could be — because Abraham stands for hospitality — what if that could be an antidote to terrorism?
И что, если теперь вы посмотрите на историю Авраама, т.е. на историю третьей стороны, что, если бы эта история - поскольку Авраам для нас - это синоним гостеприимства - что, если эта история может стать противоядием терроризму?