We think, by studying how the sounds are learned, we'll have a model for the rest of language, and perhaps for critical periods that may exist in childhood for social, emotional and cognitive development.
Мы считаем, что исследуя то, как заучиваются звуки, мы получим модель для всего остального языка, и, возможно, для периодов детского развития критических для социального, эмоционального и когнитивного развития.