Because it's going to be very difficult for them to dissent knowing that 24 hours after this is going to be on the public space, and this is in a certain way going to be a political crisis. "
Им будет сложно не соглашаться, зная, что через 24 часа, эта информация будет общественной, и значит в некотором роде станет политическим кризисом ».