"He felt his own age, forty-four..." wrote Mailer in "The Armies of the Night," "... felt as if he were a solid embodiment of bone, muscle, heart, mind, and sentiment to be a man, as if he had arrived."
« Он ощущал свои сорок четыре года... », — писал Мейлер в книге « Армии ночи », — « как совершенно определённый возраст, ощущал свою телесность, что он состоит из костей, мускулов, тканей и кожи, а не из воли, души, сознания... »