When Patrick Henry, the governor of Virginia, said these words in 1775, he could never have imagined just how much they would come to resonate with American generations to come.
В то время, когда Патрик Генри, губернатор штата Вирджиния, произнёс эти слова в 1775 году, он даже не мог себе представить с каким энтузиазмом они будут встречены следующими поколениями американцев.