Watching him reshape his identity during his illness, learning to witness and accept his pain, talking together through his choices — those experiences taught me that resilience does not mean bouncing back to where you were before, or pretending that the hard stuff isn't hard. It is so hard.
Наблюдать за тем, как менялась его личность в течение болезни, учиться быть свидетелем его боли и принимать её, вместе обсуждать его выбор — всё это научило меня тому, что быть стойким — не значит вернуться туда, где был раньше, или делать вид, что что-то трудное на самом деле легко. Это очень трудно. Болезненно, неприятно. Но это есть. И я поняла, что когда мы вместе подходим к этой проблеме, мы сами решаем, каким должен быть выход.