Seeing the war created such incredibly high stakes for everyone involved and that visual journalism could actually become a factor in conflict resolution — I wanted to be a photographer in order to be a war photographer.
Наблюдая войну, создающую такие большие возможности для тех, кто вовлечён в неё, и таким образом журналистика действительно может стать фактором в разрешении конфликта, я хотел быть фотографом, чтобы быть военным фотографом.