I had in fact become what the warden of the Michigan Reformatory called "the worst of the worst." And because of my activity, I landed in solitary confinement for seven and a half years out of my incarceration.
Я стал одним из тех, кого начальник тюрьмы именовал отморозками. Подобные занятия привели к тому, что 7,5 лет из положенного мне срока я провёл в одиночной камере.