My main message is: if we can redefine apathy, not as some kind of internal syndrome, but as a complex web of cultural barriers that reinforces disengagement, and if we can clearly define, clearly identify what those obstacles are, and then if we can work together collectively to dismantle those obstacles, then anything is possible.
Суть моей речи вот в чем: если мы сможем изменить отношение к апатии, не как ко внутреннему синдрому, но как к комплексной сети культурных барьеров которые укрепляют нежелание участвовать, и если мы можем ясно определить, ясно идентифицировать каковы эти барьеры, и работать вместе коллективно для их устранения, тогда возможно все.