Let me take a step back. When I was younger, mostly in my teens and 20s, I had strange ideas about feminists as hairy, angry, man-hating, sex-hating women — as if those are bad things. (Laughter) These days, I look at how women are treated the world over, and anger, in particular, seems like a perfectly reasonable response.
Теперь небольшое отступление. Когда я была моложе, особенно в отрочестве и юности, у меня было странное мнение о феминистках как о волосатых, злобных женщинах, ненавидящих мужчин и секс, — будто это и вправду плохо. (Смех) Сегодня я смотрю, как обращаются с женщинами по всему миру, и гнев, в частности, кажется наиболее приемлемой реакцией.