Now if he had repeated the question in its entirety, or if he had peppered his account with a little too much detail — and we're all really glad he didn't do that — he would have further discredited himself. Freud had it right. Freud said, look, there's much more to it than speech: "No mortal can keep a secret.
К тому же если бы он повторил свой вопрос во всей его полноте, или приукрасил бы свою речь пикантными подробностями — и мы искренне рады, что он этого не сделал — он бы ещё больше дискредитировал себя. Фрейд был прав. Фрейд произнес слова, являющиеся чем-то большим, чем просто оборот речи: « Ни один смертный не способен хранить секреты.