When I look back now from this high hill of my old age, I can still see the butchered women and children lying heaped and scattered all along the crooked gulch, as plain as when I saw them with eyes still young.
Сейчас, оглядываясь назад, с высоты моих преклонных лет, я все еще вижу убитых женщин и детей лежащих группами и отдельно по всей территории извилистого оврага также ясно, как я видел их своими еще молодыми глазами.