I was clearly worried about my intellectual property when I was eight. (Laughter) And it was a story that was told with words and pictures, exactly what I do now for a living, and I sometimes let the words have the stage on their own, and sometimes I allowed the pictures to work on their own to tell the story.
Я очень переживал за сохранность своей интеллектуальной собственности в 8-летнем возрасте. (Смех) История была рассказана в словах и картинках, совсем как то, чем я занимаюсь сейчас. Иногда я позволял словам вытеснить всё остальное, иногда картинки говорили сами за себя и раскрывали сюжет.