Because the professionals, over here in these closed organizations — they might be academics; they might be programmers; they might be doctors; they might be journalists — my former profession — say, "No, no — you can't trust these people over here." When I started in journalism — Financial Times, 20 years ago — it was very, very exciting to see someone reading the newspaper.
Потому что профессионалы, оттуда, из этих закрытых организаций — они могут быть академиками, могут быть программистами, могут быть докторами, могут быть журналистами — моя бывшая профессия — скажут: "Нет, нет - вы не можете верить людям оттуда." Когда я начал заниматься журналистикой - Financial Times, 20 лет назад — это было очень волнующе увидеть кого-то, читающего газету.