I was bowed over. I rarely bathed. I sometimes didn't shave. It was dreadful. And it was clear — not to me, because nothing was clear to me at that time anymore — that I would need long-term hospitalization in that awful place called a mental hospital.
И было понятно — не для меня, потому что я в тот момент вообще ничего не понимал — что мне нужна длительная госпитализация в жутком месте под названием "психбольница".