But the upshot of this is that the mission I want psychology to have, in addition to its mission of curing the mentally ill, and in addition to its mission of making miserable people less miserable, is, can psychology actually make people happier?
Но главное – вот в чём. Я хочу, чтобы психология несла новую миссию, наряду с миссией излечения психически больных и дополнительно к её миссии делать несчастных людей менее несчастными – миссию делать людей на самом деле счастливее. Возможно ли это? Чтобы корректно задать вопрос о счастье – а это слово я не часто использую – надо разбить его на несколько компонент, каждая из которых допускает разумную постановку вопроса.