It's what Coleridge called the willing suspension of disbelief or poetic faith, for those moments where a story, no matter how strange, has some semblance of the truth, and then you're able to believe it.
Это то, что Кольридж назвал отстранением от неверия или поэтической верой, в те моменты, когда история, даже очень странная, в какой-то степени похожа на правду, и тогда в неё получается поверить.