One mother I met had only been in a camp for four days, and had already made two attempts at seeking support for her eight-year-old daughter who was having terrifying nightmares.
Я познакомилась с одной мамой, которая пробыла в лагере всего 4 дня, но которая неоднократно старалась найти помощь для своей восьмилетней дочери, у которой были ужасные кошмары.