So to return to the original problem, what is the opportunity of these stem cells, or this disruptive technology, for repairing the damaged brain, which we call regenerative neurology?
Итак, возвращаясь к первоначальной проблеме, каковы возможности этих стволовых клеток, или этой подрывной технологии, для восстановления повреждённого мозга, которые мы называем регенеративной неврологией?