But seriously, actually, what you can see there, in a way that would be very hard to detect otherwise, is Reagan reinventing the political language of the country and shifting to a much more intimate, much more folksy, much more telegenic — contracting all those verbs.
Но то, что можно видеть здесь, и что было бы сложно найти другим способом, это то, что Рейган снова изобретает политический язык страны и переносит его на более личностный, более народный и телегеничный — сокращая все эти глаголы.