The only wish you expressed, the only thing you ever asked of me in all those months we spent together, was for me to speak to you in Korean. Just once. I was there to teach you English; you knew it wasn't allowed.
Ваше единственное желание, единственное, о чём вы меня попросили за все месяцы, проведённые вместе, — это поговорить с вами на корейском. Единожды. Я приехала, чтобы учить вас английскому, вы знали, это было запрещено.