Except, of course, what's interesting about this is that we can't be sure how that idea was conveyed, because the Homo erectus that made these objects did not have language.
Оставив в стороне любопытные подробности, нужно сказать о самом интересном: мы не знаем точно, как эта идея передавалась, потому что у Homo erectus, делавшего каменные топоры, не было языка.