Because all I had read were books in which characters were foreign, I had become convinced that books by their very nature had to have foreigners in them and had to be about things with which I could not personally identify.
Потому что всё, что я читала, были книги, где главными героями были иностранцы, я была убеждена, что книги по своей натуре обязательно должны были быть об иностранцах и должны рассказывать о вещах, с которыми я лично не сталкивалась.