Because it's only when you do that, that you can talk about — (Laughter) — it's only when you do that, [that] you can talk about how we looked like and how we behaved at different times, and how those likes and looks and behaviors changed through time.
Потому что только тогда мы сможем говорить … (Смех) Только тогда мы сможем говорить о том, как мы выглядели, и каким было наше поведение в разное время, и как внешний вид и поведение изменялись в течение длительного периода.