But my grandmother and my aunt, they went to a small village south of Brussels where they'd been on holiday in the decade before, and they presented themselves at the house of the local farmer, a Catholic farmer called Monsieur Maurice, and they asked him to take them in.
Но моя бабушка с тётей отправились в маленькую деревушку в южной части Брюсселя, где они отдыхали 10 лет до того. Они пришли в дом местного фермера, фермера-католика, месье Мориса, и попросили укрыть их.