After we finished talking, I felt so horrible and honestly ashamed at my own lack of knowledge of this atrocity in my own lifetime, and I thought, if I don't know, how many other people don't know?
После окончания нашего разговора мне стало жутко и очень стыдно за свою неосведомлённость об этом зверстве, которое творится в мире, и я подумала: если я не знаю, то сколько ещё людей не знают об этом?