Here we were at every annual step through our first hundred years. "Twenty-seven... a time of sudden revelations," "sixty-two,... of subtle diminishments."
И вот мы проживаем год за годом первого столетия нашей жизни. « Двадцать семь... — это время внезапных откровений », « шестьдесят два... — незаметного отступления ».