So I sat them down and I got them glasses of water, and after niceties, they said, "Do you believe that God loves you with all his heart?" And I thought, "Well, of course I believe in God, but you know, I don't like that word 'heart,' because it anthropomorphizes God, and I don't like the word, 'his,' either, because that sexualizes God." But I didn't want to argue semantics with these boys, so after a very long, uncomfortable pause, I said, "Yes, yes, I do.
Ну так вот, я их усадила и принесла воды, и после любезностей они сказали: "Верите ли Вы, что Бог Вас любит всем его сердцем?" И я задумалась: "Ну, конечно же, я верю в Бога, но, знаете, мне не нравится это слово, сердце, потому что оно приписывает Богу человеческие качества, и мне не нравится слово" его ", которое также приписывает Богу половые качества." Но я не хотела спорить о семантике с этими мальчиками, и поэтому после длительной, неловкой паузы я сказала: Да, да, я верю.