When my father told me that day that this house — our house — had saved his life, what I didn't know was that he was referring to a much deeper relationship between architecture and ourselves.
В день, когда отец сказал мне, что этот дом — наш дом — спас ему жизнь, я ещё не знал, что он имел в виду свою глубокую взаимосвязь с архитектурой.