And now we can see inside of the brain at a resolution and ability never before available, and essentially learn how to reconstruct and maybe even reengineer or backwards engineer the brain, so we can better understand pathology, disease and therapy.
Сегодня мы можем видеть внутреннее строение мозга в высоком разрешении — возможность, которая была недоступна ранее. По существу, мы можем научиться реконструировать, а, возможно, и собирать по примеру или разбирать модель строения головного мозга, чтобы лучше понимать патологии, болезни и лечение.