When I lived in Colombia in the late 1990s, Medellín was the murder capital of the world, but it changed course, and it did this by deliberately investing in its low-income and most violent areas and integrating them with the middle-class ones through a network of cable cars, of public transport, and first-class infrastructure, and in the process, it dropped homicide by 79 percent in just under two decades.
Когда я жил в Колумбии в конце 1990-х, Медельин был мировой столицей убийств, но город изменился благодаря целенаправленным инвестициям в беднейшие и самые жестокие районы, а также их объединению с районами среднего класса посредством сети канатных дорог, общественного транспорта и первоклассной инфраструктуры, и в процессе число убийств упало на 79% менее чем за 2 десятилетия.