And even then — God is merciful; forgiveness is supreme — and so, essentially, better if you don't. (Laughter) This was perhaps the biggest surprise — how flexible the Koran is, at least in minds that are not fundamentally inflexible.
И даже тогда – Бог милостив, прощение превыше всего – так что, вообще то, лучше не надо. (Смех) Наверно, это стало самой большой неожиданностью – насколько гибок Коран, по крайней мере, в умах, не фундаментально закостеневших.