In this latest era of criminal justice reform, I often question and wonder why — why is it that so many believe that only those who have been convicted of nonviolent drug offenses merit empathy and recognized humanity?
В эпоху реформы уголовного правосудия я часто задаюсь вопросом и удивляюсь, почему так много людей верит, что только осуждённые за « мирный » оборот наркотиков заслуживают сочувствия и не отвергаются обществом.