dedoc/paragraph_dataset huggingface dataset:
выступает субъектом политики, несмотря на то что церковь и религия не
были созданы как политические институты и в принципе не должны
выполнять такие функции.
При рассмотрении взаимосвязи религии и политики с помощью
институционального походы, можно выделить три основные формы их
взаимодействия:
1) использование религиозных институтов в политических целях.
Так МИД Объединенных Арабских Эмиратов послал ноту протеста МИД
Катара, потому что катарские власти поддерживают движение «Братья-
25 мусульмане», которое в ОАЭ объявлено сектой ;
2) неформальное влияние религиозных объединений и самого
института церкви на политику;
3) сращивание институтов церкви и политических институтов.
Несмотря на то, что такие процессы чаще всего происходят в
теократических государствах, некоторые страны Европы также подвержены
такой тенденции: например, Елизавета II – монарх Великобритании –
одновременно является главной англиканской и пресвитерианской церквей
26 в Англии и Шотландии соответственно .
24 Якупов В.Ш. Взаимодействие религии и политики в современном мире: политологический анализ //
Социально-экономические науки и гуманитарные исследования. – 2016. – С. 174.
25 Эмиратский МИД передал послу Катара ноту протеста в связи с высказываниями проповедника // ИТАР
ТАСС. – URL: https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/932908 (дата обращения: 05.03.2021).
26 Заславский С., Зворыкин Б. Политические отношения и политические процессы в современной России.
– М.: Издательство МГУ. – 2015. - С. 189.
Религия оказывает влияние не только на политику в целом, но и на
политическое участие граждан. Особенно это характерно для
демократических государств, в которых граждане избирают парламент, а
также могут участвовать в обсуждении различных вопросов, которые на
прямую касаются их прав и свобод. Религиозность следует рассматривать
не только через призму религиозной аффилиации или количественного
проявление религии (сколько раз посещают религиозные учреждения,
совершают определенные обряды), но и через призму ее содержательной
стороны. Р. Дрискелл, Э. Эмбри, Л. Лайон выделили две теории
политического участия индивидов, которые причастны к религиозным
общинам. Согласно первой теории, религиозные индивиды, которые
приписывают ведущую роль божественного замысла в «земных делах»
склонны к абсентизму, поэтому менее активны в политических делах, не
участвуют в выборах, доверяя все процессы «воле Бога». Согласно второй
теории, существуют «религиозные либералы», для которых участие в
27 политической жизни является ответственностью . При этом Дж. Гут, Дж.
Грин, Л. Келлстед и К. Шмидт выделяют еще одну теорию, согласно
которой участие в политике религиозных индивидов коррелируется в
зависимости от тематики обсуждения и проблематике принимаемого
политического решения. Так обычно склонные к абсентизму религиозные
консерваторы будут активно участвовать в политическом процессе, когда
затрагиваемые вопросы будут противоречить их верованиям, например, в
вопросах о запрете или разрешения аборта, правах сексуальных меньшинств
28 и т.д .
Также в данном параграфе необходимо рассмотреть три модели
церковно-государственных систем (или государственно-конфессиональных
отношений), которые наиболее распространены в современном
27 Driskell R., Embry E., Lyon L. Faith and Politics: The Influence pf Religion Beliefs on Political Participation //
Social Science Quarterly. – 2008. - №2. – P. 301.
28 Guth J., Green J.C., Kellstedt L.A., Smitd C.E. Religion and Political Participation // Annual Meeting of the
American Political Science Association. – 2002. – P. 5.
международном пространстве. Государственно-конфессиональные
отношения представляют собой исторически обусловленную взаимосвязь
между конфессией и государством, которые в основном проявляются в
политическом и идеологическом поле. Эта взаимосвязь может быть
29 негативной, позитивной и нейтральной . Несмотря на то, что в научной
литературе так и не определились с конкретным списком и количеством
моделей государственно-конфессиональных отношений, в основном их
выделяют три-пять. Сначала мы рассмотрим три модели, которые
предлагает Винфред Брюггер: сепарационная модель, модель равенства и
модель сближения.
Сепарационная модель
Такая модель направлено на то, что сферы, в которых могут
сотрудничать государство и религиозные институты, максимально
ограничиваются, а взаимосвязь строится на жестких пределах. В таком
случае государство признает на свое территории равенство всех конфессий
30 и не закрепляет никакую религию как главенствующую для государства .
Причем сепарационная модель может поддерживаться как со стороны
государства, так и со стороны самой церкви. Наибольшая свобода религии
означает наибольшую дистанцию между церковью и государством как
таковым, а также между правительством и отдельными религиями. Только
на максимальном удалении от власти государства верующие и их церкви
могут развиваться.
На таком большом расстоянии религии могут самым чистым образом
развивать свои доктрины, а также формулировать и вводить в действие свои
собственные правила. В таком режиме все религии в принципе выигрывают,
хотя на самом деле религии меньшинств «выигрывают» больше, поскольку
правовой порядок не будет благоприятствовать тому, чтобы их соблюдали,
29 Greenhouse C. Separation of Church and State in the United States: Lost in Translation // Indiana Journal of
Global Legal Studies. – 2006. – P. 497-499.
30 Halmai G. Varieties of State–Church Relations and Religious Freedom through Three Case Studies // Michigan
State Law Review. – 2017. – P. 178-180.
презирали или противодействовали правящие силы в политике или
31 основные религии .
Для государства отделении от религии означает избавление от
определенной группы давления и разработка, и принятия политических
решений будет происходить без участия церковных представителей.
Ограничения религиозных объединений начинается в том момент, когда
религиозное сообщество начинает действовать агрессивно и жестоко по
отношению к другим. В такой ситуации общий мир и защита жизни как
светской ценности находятся под угрозой, особенно при наличии явной и
32 непосредственной опасности .
Преимуществом сепарационной модели можно считать гарантию
максимальной чистоты и свободы вероисповедания. Еще одно
преимущество состоит в том, что не возникает проблем соотношения с
государственной деятельностью, касающейся всего спектра религиозных
мыслей или организаций, поскольку государственная власть просто
остается в стороне; она ни о чем не заботится, кроме защиты от насилия.
Недостатком модели является то, что не происходит никакого диалога
между религией и властью, не происходит институционального обмена двух
моральных источников, из которых можно было бы ожидать общего пула
социально интегративных ориентаций.
Модель равенства религий
Вторая модель пропагандирует уверенность в равенстве как
наиважнейшую добродетель, вместо гарантии свободы посредством
расстояния. В этой модели близость церкви к государству не имеет
значения, или, по крайней мере, не имеет такого значения, которое
придается ей в сепарационной модели. Модель равенства может
рассматриваться в двух видах: формальное равенство и практическое
31 Paulsen M. A.Religion, equality, and the constitution: An equal protection approach to establishment clause
adjudication // Notre Dame Law Review. – 1986. – P. 354.
32 Dokupil S. The separation of mosque and state. Islam and Democracy in Modern Turkey // West Virginia Law
Review. – 2002. – P. 65.
равенство. В модели формального равенства все религиозные сообщества
равны в глазах государства, одинаково достойны уважения, независимо от
того, большие они или маленькие, богатые или бедные, умеренные или
радикальные. Равенство рассматривается как строгая заповедь, особенно в
отношении меньших и более радикальных церквей, и часто включает
предписания особой защиты и равных возможностей для этих
недоминирующих церквей и верующих. Модель практического равенства
подразумевает дополнительное финансирование и субсидирование
недоминирующих религий для их реального равенства в существующем
обществе.
Конвергенционная модель
Эта модель характеризуется созданием такого пространства для
диалога и сотрудничества государства и религии, которое является
максимально благоприятным, что по итогу может вообще привести к
слиянию этих двух институтов. Вместо четкой, большой, максимально
возможной дистанции между церковью и государством, ее девизом является
скорее конвергенция, взаимное дополнение двух властей до точки
сотрудничества в отношении объединения морали или общественного духа,
на котором строится весь общественный строй.
Конвергенция не означает уравновешивания или полной
идентификации между религией и правительственными структурами.
Следовательно, в принципе должно сохраняться разделение между духовно-
религиозными властями и светскими. Таким образом, говоря в общих
чертах, патриарх Кирилл не может стать президентом и наоборот.
Достоинства конвергенционной модели заключаются в следующем:
близость ведет к сильному уважению и признанию господствующих
культурных, политических и религиозных убеждений в той мере, в какой
она существует в соответствующей стране. Однако и недостатки такой
модели тоже прослеживаются: она может спровоцировать нарушение
базовых принципов и юридически закрепить обязанность исповедовать
какую-либо религию на территории государства.
Таблица 1.
Соотношение трех моделей: сепарационной, модели равенства и
33 конвергенционной модели
33 Brugger W. Separation, Equality, Nearness: Three Church-State Models // International Journal for the
Semiotics of Law. – 2012. – P. 267-281.
Помимо выделенных В. Брюггером моделей также в научной
литературе представлены кооптационная модель, которая рассматривает
отношения государства и конфессии как выгодные для какой-то одной
слабой стороны, которая будет являться инициатором объединения. Причем
таким инициатором может быть как конфессия, так и государство.
Кооперационная модель представляет собой такие отношения между
государством и какой-либо конфессией, в которой их взаимодействие не
подкрепляется какими-то формальными нормами, однако они получают
взаимные преимущества от такого сотрудничества и фактически
государство оказывает поддержку какой-либо одной конфессии.
Также существуют модели активной и пассивной конфронтации.
Пассивная конфронтация появляется в том случае, когда конфессия и
государство попеременно влияют друг на друга то с положительной, то с
отрицательной стороны. В модели активной конфронтации можно увидеть
только негативное влияние государства на церковь или церкви на
государство. Последняя модель, которая выделяется в исследованиях – это
сегрегационная модель, когда один субъект будет подавлять другой –
34 государство конфессию или конфессия государство .
Таким образом, взаимоотношение государства и религии могут
строиться по различным сценариям: от игнорирования друг друга до
подавления одним из институтов другого, от сближения до активной
конфронтации. При этом такие отношения строятся на протяжении всего
развития институтов и зачастую определяются историческим контекстом
того или иного государства.
Также можно сказать, что религия влияет еще и на политическое
участие граждан, причем нельзя однозначно сказать, ведет она к большему
абсентизму или наоборот, мотивирует верующих или участников какого-
34 Четверикова О.Н. Религия и политика в современной Европе. – М.: Московские учебники и
Картолитография. – 2005. – С. 18-33.
либо религиозного объединения участвовать в политической и гражданской
жизни страны.
2 ВЛИЯНИЕ РЕЛИГИОЗНОГО ФАКТОРА НА
ВНУТРЕННЮЮ И ВНЕШЮЮ ПОЛИТИКУ В ЗАРУБЕЖНЫХ
СТРАНАХ (НА ПРИМЕРЕ АРАБСКИХ СТРАН И CТРАН С
НАИБОЛЕЕ ВЫРАЖЕННОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ОРИЕНТАЦИЕЙ)
2.1. Влияние религии на политический процесс в арабских
странах
Согласно общепринятым мировым принципам, человек имеет право
на вероисповедание любой религии, в том числе и не придерживаться ни
одной религии. Однако для правовых систем, где само право, по сути, имеет
религиозное происхождение и основывается на религиозных нормах,
вопрос в том, чтобы исповедовать какую-либо другую религию или не
исповедовать ее вовсе стоит особенно остро.
Согласно рейтингу религиозности, которое составило британское
агентство The Telegraph в 2019 году, страны-участницы Лиги арабских
государств (ЛАГ) являются одними из самых религиозных. Причем самой
религиозной страной является Йемен, а самой нерелигиозной – Палестина.
Так как практически все страны-участницы ЛАГ имеют государственную
религию – ислам – показатели данного опроса можно считать как
количество верующих-мусульман (рисунок 1).
35 Рисунок 1 – Рейтинг религиозности стран-участниц ЛАГ
35 Диаграмма составлена автором на основе рейтинга The Telegraph. – URL:
https://www.telegraph.co.uk/travel/maps-and-graphics/most-religious-countries-in-the-world/ (дата обращения:
28.03.2021).
99 98 98 98 97 96 95 94 93 93 93 93 93 91 91 89 84 80 75
Однако несмотря на то, что превалирующее число государств-
участников ЛАГ подписало Международные пакты о правах человека,
нельзя сказать, что большинство из них действительно реализуются ими в
тех формулировках, которое предоставило международное сообщество. На
рисунке 2 можно наблюдать, что как раз те страны, которые входят в ЛАГ,
являются наименее свободными. Индекс свободы в данном случае
определяется как раз по выполнению обязательств, предусмотренными
Международными пактами и последующими конвенциями, которые
раскрывали эти права.
36 Рисунок 2 – Индекс свободы в мире 2020
Объяснение, почему государства, подписавшие и ратифицировавшие
Пакты, обладают таким низким рейтингом свободы можно объяснить
следующим образом: те, нормы, которые закреплены в международных
договорах, трактуются в рамках национального и религиозного контекста
государств, их подписавших. Так рассматриваемые в выпускной
квалификационной работе страны трактуют прописанные нормы в рамках
36 Freedom in the World // Freedom House. – URL: https://freedomhouse.org/report/freedom-
world/2019/democracy-retreat (дата обращения: 25.03.2021).
своей системы права, в рамках шариата, который составляет основу всей
жизнедеятельности людей в государстве. Однако это не отменяет того
факта, что международное сообщество должно активнее не просто
высказывать обеспокоенность несоблюдением прав человека в этих
странах, а пытаться принимать более решительные меры.
Постоянный вопрос для многих ученых мусульманского мира
заключался в том, означает ли свобода вероисповедания право менять веру.
В контексте исламского дискурса о правах человека, где шариат считается