Че Гевара, Эрнесто

Эрне́сто Че Гева́ра(исп.Ernesto Che Guevara[ˈtʃe ɣeˈβaɾa], полное имя —Эрне́сто Гева́ра де ла Серна,исп.Ernesto Guevara;14 июня1928,Росарио,Аргентина—9 октября1967,Ла-Игера,Боливия)—аргентинскийреволюционер,командантеКубинской революции1959 годаи кубинский государственный деятель.
Кроме латиноамериканского континента, действовал также вДемократической Республике Конгои других странах мира (данные до сих пор носят гриф секретности). ПрозвищеЧеиспользовали соратники Эрнесто, подчеркивая его аргентинское происхождение.Междометиеcheявляется распространённым обращением вАргентине.
«Че Гевара выдвинул новую теорию революции […] : она придавала особое значение небольшим группам революционеров, способным на радикальный политический поворот. Не нужно ждать, пока общество созреет для революции, — достаточно готовности самих революционеров».
Эрнесто Гевара родился14 июня1928 годаваргентинскомгородеРосарио, в семьеархитектораЭрнесто Гевары Линча(1900—1987). И отец, и мать Эрнесто Че Гевары были аргентинскимикреолами. Бабушка по отцу происходила по мужской линии от ирландского повстанцаПатрика Линча. Были в отцовском роду и калифорнийские креолы, получившие гражданствоСША.
Мать Эрнесто Гевара, Селия Де Ла Серна, родилась в 1906 году в Буэнос-Айресе и вышла замуж за Эрнесто Гевару Линча в 1927 году. Через год родился первенец — Эрнесто. Селия унаследовала плантациюмате(т. н. парагвайского чая) в провинцииМисьонес. Улучшив положение рабочих (в частности, начав выплачивать им зарплату деньгами, а не продуктами), отец Че вызвал недовольство окрестных плантаторов, и семья была вынуждена переселиться вРосарио, в то время — второй по размеру город Аргентины, открыв там фабрику по переработке мате. В этом городе и родился Че. Из-замирового экономического кризисасемья через некоторое время вернулась в Мисьонес на плантацию.
Помимо Эрнесто, которого в детстве звали Тэтэ (уменьшительное от Эрнесто), в семье было ещё четверо детей: Селия, Роберто, Анна-Мария и Хуан-Мартин. Все дети получили высшее образование.
В возрасте двух лет, 7 мая 1930 года, Тэтэ пережил первый приступбронхиальной астмы— эта болезнь преследовала его до конца жизни. Для восстановления здоровья малыша семья переселилась в провинциюКордова— местность с более подходящим ему горным климатом. Продав поместье, семья приобрела «Виллу Нидию» в местечке Альта-Грасия, на высоте двух тысяч метров над уровнем моря. Отец стал работать строительным подрядчиком, а мать — присматривать за больным Тэтэ. Первые два года Эрнесто не мог посещать школу и учился на дому (научился читать в 4 года), поскольку страдал ежедневными приступами астмы. После этого он прошёл с перерывами (из-за состояния здоровья) обучение в средней школе в Альта-Грасии. В тринадцатилетнем возрасте Эрнесто поступил в государственный колледж имениДеан-ФунесавКордове, который он закончил в 1945 году, поступив затем на медицинский факультет университетаБуэнос-Айреса. Отец, Эрнесто Гевара Линч в феврале1969 годарассказывал:
В 1964 году, беседуя с корреспондентом кубинской газеты «Эль Мундо», Гевара рассказал, что он впервые заинтересовалсяКубойв возрасте 11 лет, будучи увлечённым шахматами, когда вБуэнос-Айресприехал кубинский шахматистКапабланка. В доме родителей Че находилась библиотека из нескольких тысяч книг. Начиная с четырёхлетнего возраста Эрнесто, как и его родители, страстно увлёкся чтением, что продолжалось до конца его жизни. В юношестве у будущего революционера был обширный круг чтения:Сальгари,Жюль Верн,Дюма,Гюго,Джек Лондон, позже —Сервантес,Анатоль Франс,Толстой,Достоевский,Горький,Энгельс,Ленин,Кропоткин,Бакунин,Карл Маркс,Фрейд. Он прочёл популярные в то время социальные романы латиноамериканских авторов —Сиро АлегрииизПеру,Хорхе ИкасыизЭквадора,Хосе Эустасио РиверыизКолумбии, где описывалась жизнь индейцев и рабочих на плантациях, произведения аргентинских авторов —Хосе Эрнандеса,Сармьентои других.
Молодой Эрнесто читал в подлиннике нафранцузском языке(зная этот язык с детства) и занимался толкованием философских работСартра«L’imagination», «Situations I» и «Situations II», «L’Être et le Nèant», «Baudlaire», «Qu’est-ce que la litèrature?», «L’imagie». Он любил поэзию и даже сам сочинял стихи. ЗачитывалсяБодлером,Верленом,Гарсиа Лоркой,Антонио Мачадой,Пабло Нерудой, произведениями современного ему испанского поэта-республиканцаЛеона Фелипе. В его рюкзаке, помимо «Боливийского дневника», посмертно была обнаружена тетрадь с его любимыми стихами. Впоследствии на Кубе были изданы двухтомноеи девятитомноесобрания сочинений Че Гевары. Тэтэ был силён в точных науках, таких как математика, однако выбрал профессию врача. Занимался футболом в местном спортивном клубе «Аталайя», играя в запасной команде (не мог играть в основном составе, поскольку из-за астмы ему время от времени требовался ингалятор). Также он занималсярегби(выступал за клуб «Сан-Исидро»),конным спортом, увлекалсягольфомипланеризмом, имея особую страсть квелосипеднымпутешествиям (в подписи на одной из своих фотографий, подаренных невесте Чинчине, он назвал себя «королём педали»).
В 1950 году, будучи уже студентом, нанялся матросом на нефтеналивное грузовое судно из Аргентины, побывал на островеТринидади вБританской Гвиане. После совершил путешествие намопеде, который был предоставлен ему фирмой «Микрон» в целях рекламы, с частичным покрытием расходов на путешествие. В объявлении из аргентинского журнала «Эль Графико» от 5 мая 1950 года Че писал:
Юношеской любовью Че была Чинчина (в переводе «погремушка»), дочь одного из самых богатых помещиков провинцииКордоба. Согласно свидетельству её сестры и других людей, Че любил её и хотел на ней жениться. Он являлся на званые вечера в потрёпанной одежде и лохматый, что являло собой контраст с отпрысками богатых семейств, добивавшихся её руки, и с типичным обликом аргентинских молодых людей того времени. Их отношениям помешало желание Че посвятить свою жизнь лечению прокажённых южноамериканцев, подобноАльберту Швейцеру, перед авторитетом которого он преклонялся.
Гражданская война в Испаниивызвала значительный общественный резонанс в Аргентине. Родители Гевары оказывали содействие Комитету помощиреспубликанской Испании, кроме того, они были соседями и друзьями Хуана Гонсалеса Агилара (заместителяХуана Негрина, премьер-министра правительства Испании до поражения Республики), который эмигрировал в Аргентину и поселился в Альта-Грасии. Дети учились в одной школе, а затем в колледже в Кордове. Мать Че, Селия, отвозила их ежедневно на машине в колледж. Видный республиканский генерал Хурадо, гостивший у Гонсалесов, бывал в доме семьи Гевара и рассказывал о событиях войны и действиях франкистов и немецких нацистов, что, по мнению отца, оказывало влияние на политические взгляды молодого Че.
Во времяВторой мировой войныпрезидент АргентиныХуан Перонподдерживал дипломатические отношения со странами «оси» — и родители Че являлись одними из активных противников его режима. В частности, Селию арестовывали за её участие в одной из антиперонистских демонстраций в Кордове. Помимо неё в боевой организации против диктатуры Перона участвовал и её супруг; в доме изготавливались бомбы для демонстраций. Значительное воодушевление в среде республиканцев вызвали вести о победе СССР вСталинградской битве.
Вместе с доктором биохимииАльберто Гранадо(дружеское прозвище — Миаль) в течение семи месяцев с февраля по август 1952 года Эрнесто Гевара совершил путешествие по странамЛатинской Америки, побывав вЧили,Перу,КолумбиииВенесуэле. Гранадо был старше Че на шесть лет. Он был родом из южной провинцииКордова, окончил фармацевтический факультет университета, увлёкся проблемой леченияпроказыи, проучившись в университете ещё три года, стал докторомбиохимии. Начиная с 1945 года работал влепрозориив 180 км от Кордовы. В 1941 году познакомился с Эрнесто Геварой, которому было тогда 13 лет, через своего брата Томаса — одноклассника Эрнесто по колледжу Деан-Фунес. Он стал часто посещать дом родителей Че и пользовался их богатой библиотекой. Их сдружила любовь к чтению и споры о прочитанном. Гранадо и его братья совершали длительные горные прогулки и строили шалаши на открытом воздухе в окрестностях Кордовы, а Эрнесто часто присоединялся к ним (родители считали, что это поможет его борьбе с астмой).
Семья Гевары проживала вБуэнос-Айресе, где Эрнесто учился на медицинском факультете. В институте по изучениюаллергиион стажировался под руководством аргентинского учёного доктора Писани. В то время семья Гевары испытывала трудности с деньгами, и Эрнесто вынужден был подрабатывать библиотекарем. Приезжая на каникулы в Кордову, он навещал Гранадо в лепрозории, помогал ему в опытах по исследованию новых методик леченияпрокажённых. В один из его приездов, в сентябре 1951 года, Гранадо по совету своего брата Томаса предложил ему стать напарником в путешествии поЮжной Америке. Гранадо намеревался посетить лепрозории различных стран континента, ознакомиться с их работой и, возможно, написать об этом книгу. Эрнесто с воодушевлением принял это предложение, попросив подождать до момента, когда он сдаст очередные экзамены, поскольку обучался на последнем курсе медицинского факультета. Родители Эрнесто не возражали, при условии, что он возвратится не позже чем через год — к сдаче выпускных экзаменов.
29 декабря 1951 года, нагрузив сильно изношенный мотоцикл Гранадо полезными предметами, палаткой, одеялами, захватив фотоаппарат и автоматический пистолет, они отправились в путь. Заехали попрощаться с Чинчиной, которая дала Эрнесто 15 долларов и попросила привезти ей платье или купальник из США. Эрнесто на прощание подарил ей щенка, назвав его Камбэк — «Вернись», в переводе с английского языка («come back»).
Попрощались также и с родителями Эрнесто. Гранадо вспоминал:
Останавливаясь на ночлег в лесу или в поле, они зарабатывали на питание случайными подработками: мыли в ресторанах посуду, лечили крестьян или выступали в роли ветеринаров, чинили радиоприёмники, работали грузчиками, носильщиками или матросами. Обменивались опытом с коллегами, посещая лепрозории, где имели возможность отдохнуть от дороги. Гевара и Гранадо не боялись заражения и испытывали сочувствие к прокажённым, желая посвятить жизнь их лечению. 18 февраля 1952 года они прибыли в чилийский городТемуко. Местная газета «Диарио Аустраль» опубликовала статью, озаглавленную: «Два аргентинских эксперта-лепролога путешествуют по Южной Америке на мотоцикле». Мотоцикл Гранадо окончательно сломался недалеко отСантьяго, после чего они двигались до портаВальпараисо(где намеревались посетить лепрозорийострова Пасхи, однако узнали, что парохода пришлось бы ждать полгода, и отказались от затеи), а далее пешком, на попутках или «зайцами» на пароходах или поездах. Добрались пешком до медного рудникаЧукикамата, который принадлежал американской компании «Браден коппер майнинг компани», проведя ночь в казарме охранников рудника. ВПерупутешественники познакомились с жизнью индейцевкечуаиаймара, к тому времени эксплуатируемых помещиками и заглушавших голод листьямикоки. В городеКускоЭрнесто по нескольку часов зачитывался в местной библиотеке книгами об империиинков. Несколько дней провели на развалинах древнего города инковМачу-ПикчувПеру. Расположившись на площадке для жертвоприношений старинного храма, стали пить мате и фантазировать. Гранадо вспоминал диалог с Эрнесто:
Из Мачу-Пикчу отправились в горное селение Уамбо, заехав по дороге в лепрозорий перуанского доктора-коммунистаУго Песче. Он тепло встретил путешественников, познакомив их с известными ему методами лечения проказы, и написал рекомендательное письмо в крупный лепрозорий близ городаСан-Пабло-де-ЛоретопровинцииЛоретовПеру. Из селенияПукальпана рекеУкаяли, устроившись на судно, путешественники отправились до портаИкитосана берегахАмазонки. В Икитосе они задержались из-за астмы Эрнесто, которая заставила его на некоторое время лечь в госпиталь. Добравшись до лепрозория в Сан-Пабло-де-Лорето, Гранадо и Гевара были сердечно приняты и приглашены к лечению больных в лаборатории центра. Больные, пытаясь отблагодарить путешественников за дружеское к ним отношение, построили имплот, назвав его «Мамбо-Танго». На этом плоту Эрнесто и Альберто планировали доплыть до следующей точки маршрута —колумбийскогопортаЛетисияна Амазонке.
21 июня 1952 года, уложив вещи на плот, они поплыли вниз поАмазонкепо направлению к Летисии. Много фотографировали и вели дневники. По неосторожности они проплыли мимо Летисии, из-за чего пришлось приобретать лодку и возвращаться уже с бразильской территории. Имея подозрительный и усталый вид, оба товарища попали в Колумбии за решётку. По утверждению Гранадо, начальник полиции, будучифутбольнымболельщиком, знакомым с успехами Аргентины в данном виде спорта, освободил путешественников, узнав, откуда они родом, в обмен на обещание тренировать местную команду. Команда выиграла районный чемпионат, и болельщики купили им билеты на самолёт до столицы страны —Боготы. В Колумбии в то время шлагражданская война, спровоцированная силовым подавлением недовольства крестьян президентомЛауреано Гомесом. Гевара и Гранадо снова попали в тюрьму, однако их отпустили, взяв обещание немедленно покинуть Колумбию. Получив от знакомых студентов деньги на дорогу, Эрнесто и Альберто отправились на автобусе в городКукутурядом с Венесуэлой, а затем по международному мосту перешли границу до городаСан-Кристобальв Венесуэле. 14 июля 1952 года путешественники добрались доКаракаса.
Гранадо остался работать в Венесуэле в лепрозории Каракаса, где ему предложили месячное жалованье в 500 венесуэльских боли́варов (около 166 долларов). Позже, работая в лепрозории, он познакомится со своей будущей женой — Хулией. Че же требовалось в одиночку добраться доБуэнос-Айреса. Случайно встретив дальнего родственника — торговца лошадьми, он в конце июля отправился сопровождать на самолёте партию лошадей из Каракаса вМайами, а оттуда ему предстояло вернуться порожним рейсом через венесуэльскийМаракайбов Буэнос-Айрес. Однако в Майами Че задержался на месяц. Он успел купить Чинчине обещанное кружевное платье, но в Майами жил почти без денег, проводя время в местной библиотеке. В августе 1952 года Че вернулся вБуэнос-Айрес, где приступил к подготовке к экзаменам и дипломной работе по проблемамаллергии. В марте 1953 года Гевара получил диплом доктора-хирурга в областидерматологии. Не желая служить в армии, он при помощи ледяной ванны вызвал приступ астмы и был признан непригодным для военной службы. Имея диплом о медицинском образовании, Че решил направиться в венесуэльский лепрозорий вКаракасек Гранадо, однако в дальнейшем судьба свела их только в 1960-е годы на Кубе.
Эрнесто отправился в Венесуэлу через столицу Боливии —Ла-Паспоездом, который назывался «молочный конвой» (поезд останавливался на всех полустанках, и там фермеры грузили бидоны с молоком). 9 апреля 1952 года в Боливии произошлареволюция, в которой участвовали шахтёры и крестьяне. Пришедшая к власти партия «Националистическое революционное движение» во главе с президентомПас Эстенсоро, выплатив иностранным владельцам компенсацию, национализировалаоловянныерудники, а кроме того, организовала милицию из шахтёров и крестьян, осуществила аграрную реформу. В Боливии Че бывал в горных селениях индейцев, посёлках шахтёров, встречался с членами правительства и даже работал в управлении информации и культуры, а также в ведомстве по осуществлению аграрной реформы. Посетил развалины индейских святилищТиауанако, которые расположены вблизи озераТитикака, сделав множество снимков храма «Ворота солнца», где индейцы древней цивилизации поклонялись богу солнцаВиракоча.
В Ла-Пасе Эрнесто познакомился с адвокатом Рикардо Рохо, который уговаривал его уехать вГватемалу, однако Эрнесто согласился быть попутчиком только доКолумбии, поскольку всё ещё имел намерение ехать в лепрозорийКаракаса, где его ждал Гранадо. Рохо полетел самолётом в столицу Перу —Лиму, а Эрнесто на автобусе с попутчиком, студентом из Аргентины Карлосом Феррером, объехали озероТитикакаи прибыли в перуанский городКуско, где Эрнесто уже бывал во время предыдущего путешествия в 1952 году. После остановки пограничниками (у них отобрали брошюры и книги о революции в Боливии) они прибыли в Лиму, где встретились с Рохо. Поскольку задерживаться в Лиме было опасно из-за политической обстановки в стране, управлявшейся генераломОдрией, путешественники — Рохо, Феррер и Эрнесто — поехали на автобусе по побережьюТихого океанакЭквадору, достигнув границы этой страны 26 сентября 1953 года. ВГуаякилеони обратились за визой в представительствоКолумбии, однако консул потребовал наличия у них авиабилетов до столицы,Боготы, посчитав небезопасным путешествие иностранцев на автобусе из-за только что произошедшего в Колумбии военного переворота (генералРохас Пинильясверг президентаЛауреано Гомеса). Не имея средств на авиаперелёт, путешественники обратились к местному деятелю социалистической партии с рекомендательным письмом, которое у них было от будущего президента ЧилиСальвадора Альенде, и достали через него бесплатные билеты для студентов на пароход «Юнайтед фрут компани» из Гуаякиля вПанаму.
Под влиянием Рохо, а также сообщений в прессе о предстоящем вторженииСШАпротив президентаАрбенса, Эрнесто отправляется вГватемалу. К тому времени правительство Арбенса провело через парламент Гватемалы закон, согласно которому рабочим «Юнайтед фрут компани» была вдвое увеличена заработная плата. Было экспроприировано 554 тысячи гектаров земли помещиков, в том числе 160 тысяч гектаров «Юнайтед фрут», что вызвало резкую негативную реакцию американцев. Из Гуаякиля Эрнесто послалАльберто Гранадооткрытку: «Малыш! Еду в Гватемалу. Потом тебе напишу», после чего связь между ними на время прервалась. В Панаме Гевара и Феррер задержались, поскольку у них закончились деньги, а Рохо продолжил свой путь в Гватемалу. Гевара продал свои книги и напечатал в местном журнале ряд репортажей оМачу-Пикчуи других исторических достопримечательностях Перу. В коста-риканскийСан-ХосеГевара и Феррер отправились попутным грузовиком, который по дороге перевернулся из-за тропического ливня, после чего Эрнесто, повредив левую руку, некоторое время с трудом владел ей. Сан-Хосе путешественники достигли в начале декабря 1953 года. Там Эрнесто познакомился с лидером венесуэльской партии «Демократическое действие» и будущим президентом ВенесуэлыРомуло Бетанкуром, с которым они резко разошлись во взглядах, и будущим президентомДоминиканской РеспубликиписателемХуаном Бошем, а также с кубинцами — противниками диктатораБатисты.
В конце 1953 года Гевара с друзьями из Аргентины отправился из Сан-Хосе вСан-Сальвадорна автобусе. 24 декабря они на попутных машинах достигли городаГватемалы, столицы одноимённой республики. Имея рекомендательные письма к видным деятелям страны и письмо из Лимы к революционеркеИльде Гадеа, Эрнесто нашёл Ильду в пансионате «Сервантес», где поселился сам. Общие взгляды и интересы сблизили будущих супругов. Впоследствии Ильда Гадеа вспоминала о впечатлении, которое тогда произвёл на неё Гевара:
В Гватемале Эрнесто встретился с эмигрантами из Кубы — сторонникамиФиделя Кастро, среди которых были Антонио Лопес (Ньико), Марио Дальмау, Дарио Лопес — будущие участники похода на яхте «Гранма». Желая поехать в качестве врача в индейские общины в отдалённый район Гватемалы — джунгли Петена, Эрнесто получил отказ от министерства здравоохранения, которое требовало сначала пройти процедуру подтверждения диплома врача в течение года. Случайные заработки, заметки в газеты и торговля вразнос книгами (которые он, по замечанию Ильды Гадеа, больше читал, чем продавал), позволяли ему заработать средства на существование. Путешествуя по Гватемале скотомкойза плечами, он изучал культуру древних индейцевмайя. Сотрудничал с молодёжной организацией «Патриотическая молодёжь труда» Гватемальской партии труда.
17 июня 1954 годапроизошло вторжениевооружённых групп полковникаАрмасаизГондурасана территорию Гватемалы, начались расстрелы сторонников правительства Арбенса и бомбардировки столицы и других городов Гватемалы. Эрнесто, по словам Ильды Гадеа, просил, чтобы его отправили в район боёв, и призывал к созданию ополчения. Он входил в группы противовоздушной обороны города во время бомбёжек, помогал в перевозке оружия. Марио Дальмау утверждал, что «вместе с членами организации „Патриотическая молодёжь труда“ он нёс караульную службу среди пожаров и разрывов бомб, подвергая себя смертельной опасности». Эрнесто Гевара попал в список «опасных коммунистов», подлежащих ликвидации после свержения Арбенса. Посол Аргентины предупредил его в пансионе «Сервантес» об опасности и предложил воспользоваться убежищем в посольстве, в котором Эрнесто и укрылся вместе с рядом других сторонников Арбенса, после чего при помощи посла покинул страну и выехал на поезде вМехико.
21 сентября 1954 года Гевара приехал вМехикои поселился на квартире пуэрто-риканского деятеля Националистической партии, которая выступала за независимостьПуэрто-Рикои была вне закона из-за учинённой её активистами стрельбы в конгрессе США. На этой же квартире проживал перуанец Лусио (Луис) де ла Пуэнте, который впоследствии, 23 октября 1965 года, был застрелен в бою с антипартизанскими «рейнджерами» в одном из горных районов Перу. Че и его приятель Патохо, не имея стабильных средств к существованию, промышляли снимками в парках. Че вспоминал это время так:
Написав статью «Я видел свержение Арбенса», Че, однако, не сумел устроиться журналистом. В это время из Гватемалы приехала Ильда Гадеа, и они поженились. Че стал торговать книгами издательства «Фондо де культура экономика», устроился ночным сторожем на книжную выставку, продолжая читать книги. В городской больнице его приняли по конкурсу на работу валлергическоеотделение. Он читал лекции по медицине в Национальном университете, стал заниматься научной работой (в частности опытами на кошках) в Институтекардиологиии лаборатории французской больницы. 18 августа 1955 года в мексиканском городе Тепоцотлан Че женился на Ильде Гадеа. 15 февраля 1956 года Ильда родила дочь, которую назвали в честь матери Ильдитой. В интервью с корреспондентом мексиканского журнала «Сьемпре» в сентябре 1959 года Че утверждал:
Рауль Роа, кубинский публицист и противник Батисты, впоследствии ставший многолетним министром иностранных дел в социалистической Кубе, вспоминал о своей мексиканской встрече с Геварой:
В конце июня 1955 года в городскую больницу Мехико, к дежурному врачу — Эрнесто Геваре, пришли на консультацию два кубинца, одним из которых оказался Ньико Лопес, знакомый Гевары по Гватемале. Он рассказал Че, что кубинские революционеры, нападавшие наказармы «Монкада», были выпущены из каторжной тюрьмы на островеПиноспо амнистии и начали съезжаться вМехико, чтобы готовить вооружённую экспедицию наКубу. Через несколько дней последовало знакомство сРаулем Кастро, в котором Че нашёл единомышленника, сказав впоследствии о нём:«Мне кажется, что этот не похож на других. По крайней мере, говорит лучше других, кроме того, он думает». В это времяФидель, находясь в США, собирал среди эмигрантов с Кубы деньги на экспедицию. Выступив вНью-Йоркена митинге против Батисты, Фидель заявил:«Могу сообщить вам со всей ответственностью, что в 1956 году мы обретём свободу или станем мучениками».
Первая встреча Фиделя и Че произошла 9 июля 1955 года на конспиративной квартире сторонников Фиделя. На ней обсуждались подробности предстоящих боевых действий в кубинской провинцииОрьенте. Фидель утверждал, что Че на тот момент«имел более зрелые по сравнению со мной революционные идеи. В идеологическом, теоретическом плане он был более развитым. По сравнению со мной он был более передовым революционером». К утру Че, на которого Фидель произвёл, по его словам, впечатление «исключительного человека», был зачислен врачом в отряд будущей экспедиции.
В сентябре 1955 года в Аргентине произошёл очередной военный переворот, и был свергнут президентПерон. Эмигрантам — противникам свергнутого диктатора было предложено вернуться на родину, чем воспользовались многие проживавшие в Мехико аргентинцы. Че отказался вернуться, поскольку был увлечён предстоящей экспедицией на Кубу.
Мексиканец Арсасио Ванегас Арройо владел небольшой типографией, в которой печатали документы «Движения 26 июля», которое возглавлял Фидель. Кроме этого, Арсасио занимался физической подготовкой участников предстоящей экспедиции на Кубу, будучи спортсменом-борцом: продолжительными пешими походами по пересечённой местности,дзюдо, для чего был арендован легкоатлетический зал. Арсасио вспоминал:«Кроме того, ребята слушали лекции по географии, истории, о политическом положении и на другие темы. Иногда я сам оставался послушать эти лекции. Ребята также ходили в кино смотреть фильмы о войне». Полковник испанской армииАльберто Байо, ветеранвойны с франкистамии автор пособия «150 вопросов партизану», занимался военной подготовкой группы. Поначалу запросив плату в размере 100 тысяч мексиканских песо (или 8 тыс. американских долларов), он затем уменьшил её вдвое. Однако, поверив в возможности своих учеников, он не только не взял плату, но и продал свою мебельную фабрику, передав вырученные деньги группе Фиделя. Полковник приобрёл за 26 тысяч долларов СШАасьенду«Санта-Роса» в 35 км от столицы, у Эрасмо Риверы, бывшего партизанаПанчо Вильи, в качестве новой базы для подготовки отряда. Че, проходя тренировки с группой, учил делать перевязки, лечитьпереломыи ранения, делатьинъекции, получив более ста уколов на одном из занятий — по одному или нескольку от каждого из тренировавшихся членов группы.
22 июня 1956 года мексиканская полиция арестовала Фиделя Кастро на одной из улиц Мехико. Затем была устроена засада на конспиративной квартире. На ранчо «Санта-Роса» полиция захватила Че и некоторых товарищей. Об аресте кубинских заговорщиков и участии в этом деле полковника Байо сообщалось в печати. Впоследствии выяснилось, что аресты производились по наводке провокатора, который проник в ряды заговорщиков. 26 июня мексиканская газета «Эксельсиор» опубликовала список арестованных, включая имя Эрнесто Че Гевары Серны, который был охарактеризован как «международный коммунистический агитатор» с упоминанием его роли в Гватемале при президенте Арбенсе.
За заключённых ходатайствовали бывший президент МексикиЛасаро Карденас, бывший морской министр Эриберто Хара, рабочий лидер Ломбарде Толедано, художникиАльфаро СикейросиДиего Ривера, а также деятели культуры и учёные. Через месяц мексиканские власти освободили Фиделя Кастро и остальных заключённых, за исключением Эрнесто Гевары и кубинца Каликсто Гарсии, которых обвинили в нелегальном въезде в страну. Выйдя из тюрьмы, Фидель Кастро продолжил подготовку к экспедиции на Кубу, собирая деньги, покупая оружие и организовывая конспиративные явки. Подготовка бойцов продолжилась мелкими группами в различных местах страны. У шведского этнографа Вернера Грина была приобретена яхта «Гранма» за 12 тысяч долларов. Че опасался, что заботы Фиделя по его вызволению из тюрьмы задержат отплытие, однако Фидель ему сказал: «Я тебя не брошу!». Мексиканская полиция арестовала и жену Че, однако через некоторое время Ильда и Че были выпущены на свободу. Че просидел в тюрьме 57 дней. Полицейские продолжали следить за кубинцами, врывались на конспиративные квартиры. Пресса вовсю писала о подготовке Фиделем отплытия на Кубу. Из-за участившихся облав и возможности выдачи группы, яхты и передатчика кубинскому посольству в Мехико за объявленную награду в 15 тысяч долларов, приготовления были ускорены. Фидель отдал приказ изолировать предполагаемого провокатора и сосредоточиться в портуТуспанав Мексиканском заливе, где у причала стояла «Гранма». Че с медицинским саквояжем забежал домой к Ильде, поцеловал спящую дочь, написал прощальное письмо родителям и уехал в порт. Вскоре Ильда вернулась в Перу, позже передав Геваре их общую дочь Ильдиту.
В 2 часа ночи 25 ноября 1956 года вТуспанеотряд совершил посадку на «Гранму». Полиция получила «мордиду» (взятку) и отсутствовала на пристани. 82 человека с оружием и снаряжением погрузились на переполненную яхту, которая была рассчитана на 8-12 человек. На море в это время был шторм и шёл дождь, «Гранма» с погашенными огнями легла курсом на Кубу. Че вспоминал, что «из 82 человек только два или три матроса, да четыре или пять пассажиров не страдали от морской болезни». Судно дало течь, как потом выяснилось, из-за открытого крана в уборной, однако, пытаясь ликвидировать осадку судна при неработающем насосе для откачки, успели побросать за борт консервы.
На «Гранме» Че страдал отастмы, но, по утверждению Роберто Роке Нуньеса, подбадривал других и шутил. Яхта часто сбивалась с курса; однажды несколько часов ушли на поиски упавшего за борт с крыши капитанской рубки штурмана Роберто Роке Нуньеса. Время прибытия группы в селение Никеро вблизиСантьягобыло рассчитано на 30 ноября. В этот день, в 5:40 утра сторонники Фиделя во главе сФранком Паисомзахватили правительственные учреждения в столице и вышли на улицы, но не смогли удержать ситуацию под контролем.
«Че Гевара выдвинул новую теорию революции (по сравнению с классиками марксизма — Прим. И. Л. Викентьева): она придавала особое значение небольшим группам революционеров, способным на радикальный политический поворот. Не нужно ждать, пока общество созреет для революции, — достаточно готовности самих революционеров».
«Гранма» прибыла к берегам Кубы только 2 декабря 1956 года в районе Лас-Колорадас провинцииОрьенте, тут же сев у побережья на мель. На воду была спущена шлюпка, но она затонула. Группа из 82 человек добиралась до берега вброд, по плечи в воде; на сушу удалось вынести оружие и небольшое количество еды и медикаментов. На место высадки, котороеРауль Кастровпоследствии сравнивал с «кораблекрушением», устремились катера и самолёты подчинённых Батисте подразделений, и группа Фиделя Кастро попала под обстрел. Их поджидали около 35 000 вооружённых солдат, танки, 15 судов береговой охраны, 10 военных кораблей, 78 истребителей и транспортных самолётов. Группа продолжительное время пробиралась по заболоченному побережью, представляющему собоймангровые заросли. В середине дня 5 декабря в местности Алегрия-де-Пио (Святая радость) группа была атакована правительственной авиацией. Под огнём неприятеля в бою погибли половина бойцов отряда и приблизительно 20 человек попали в плен. На следующий день оставшиеся в живых собрались в хижине недалеко отСьерра-Маэстры.
Фидель сказал:«Враг нанёс нам поражение, но не сумел нас уничтожить. Мы будем сражаться и выиграем эту войну». Кубинские крестьяне дружелюбно принимали участников отряда и укрывали их в своих домах.
Кубинский писатель-коммунист Пабло де ла Торрьенте Брау писал, что ещё в XIX веке в горахСьерра-Маэстраборцы за независимость Кубы находили удобное укрытие. «Горе тому, кто поднимает меч на эти вершины. Повстанец с винтовкой, укрывшись за несокрушимым утёсом, может сражаться здесь против десятерых. Пулемётчик, засевший в ущелье, сдержит натиск тысячи солдат. Пусть не рассчитывают на самолёты те, кто пойдёт войной на эти вершины! Пещеры укроют повстанцев». Фидель и участники экспедиции на Гранма, а также Че, не были знакомы с этой местностью. 22 января 1957 года при Арройо-де-Инфьерно (Адский ручей) отряд нанёс поражение отряду каскитос (солдаты Батисты). Пять каскитос были убиты, отряд не понёс потерь. 28 января Че написал письмо Ильде, которое дошло через доверенного человека в Сантьяго.
В феврале Че свалил приступ малярии и затем новый приступ астмы. Во время одной из стычек крестьянин Креспо, взвалив Че себе на спину, вынес его из-под неприятельского огня, поскольку Че не мог передвигаться самостоятельно. Че был оставлен в доме фермера с сопровождающим бойцом и смог преодолеть один из переходов, держась за стволы деревьев и опираясь на приклад ружья, за десять дней, при помощи адреналина, который фермер сумел раздобыть. В горах Сьерра-Маэстра Че, страдавший от астмы, периодически отлеживался в крестьянских хижинах, чтобы не задерживать движение колонны. Его часто видели с книгой или с блокнотом в руках.
Участник отряда Рафаэль Чао утверждал, что Че ни на кого не кричал, и не допускал издёвок, но часто употреблял в разговоре крепкие слова и бывал очень резок, «когда нужно».«Я не знал менее эгоистичного человека. Если у него бывал всего один клубеньбониато,он готов был отдать его товарищам».
На протяжении войны Че вёл дневник, который позже послужил основой для его известной книги «Эпизоды революционной войны». Со временем отряду удалось установить связь с организацией «Движение 26 июля» в Сантьяго и Гаване. Место расположения отряда в горах посещали активисты и руководители подполья:Франк Паис,Армандо Харт,Вильма Эспин,Селия Санчес, было налажено снабжение. С целью опровергнуть сообщения Батисты о разгроме «разбойников» — «форахидос», в расположение отряда 17 февраля 1957 года прибыл корреспондент газеты «Нью-Йорк Таймс». Он встретился с Фиделем и через неделю опубликовал репортаж с фотографиями Фиделя и бойцов отряда. В этом репортаже он писал:«Судя по всему, у генерала Батисты нет оснований надеяться подавить восстание Кастро. Он может рассчитывать только на то, что одна из колонн солдат невзначай набредёт на юного вождя и его штаб и уничтожит их, но это вряд ли случится…».
В мае 1957 года планировалось прибытие из США (Майами) судна с подкреплением. Чтобы отвлечь внимание от их высадки, Фидель отдал приказ штурмовать казарму в селенииУверо, в 50 км отСантьяго. Дополнительно это открывало возможность выхода из Сьерра-Маэстры в долину провинцииОрьенте. Че принимал участие в бою за Уверо и описал его в «Эпизодах революционной войны». 27 мая 1957 года был собран штаб, где Фидель объявил о предстоящем бое. Начав поход вечером, за ночь прошли около 16 километров по горной извилистой дороге, затратив на путь около восьми часов, часто останавливаясь ради предосторожности, особенно в опасных районах. Деревянная казарма располагалась на берегу моря, её охраняли посты. Во время нападения было запрещено стрелять в жилые помещения, где находились женщины и дети. Раненым солдатам оказывали первую помощь, оставили двух своих тяжелораненых на попечение врача гарнизона противника. Нагрузив грузовик со снаряжением и медикаментами, отправились в горы. Че указывал, что от первого выстрела до захвата казармы прошло два часа сорок пять минут. Наступающие потеряли убитыми и ранеными 15 человек, а противник — 19 человек ранеными и 14 убитыми. Победа укрепила боевой дух отряда. Впоследствии были уничтожены другие мелкие гарнизоны противника у подножьяСьерра-Маэстры.
Че Гевара составил свою рецептурукоктейля Молотова. В её состав входили 3/4 части бензина и 1/4 масла.
Зажигательные смеси часто использовались партизанами против строений, лёгких автомобилей и пехоты противника. Рецептура коктейля Молотова Че Гевары отличалась простотой в изготовлении и доступностью компонентов.
Взаимоотношения с местными крестьянами не всегда происходили гладко: по радио и в церковных службах проводилась пропагандаантикоммунизма. В фельетоне, вышедшем в январе 1958 года в первом номере повстанческой газеты «Эль Кубано либре» за подписью «Снайпер», Че писал насчёт насаждавшихся правящим режимом мифов: «Коммунистами являются все те, кто берётся за оружие, ибо они устали от нищеты, в какой бы это стране ни происходило.»Для подавления грабежей и хаоса для улучшения взаимоотношений с местным населением в отряде была создана комиссия по соблюдению дисциплины, наделённая полномочиями военного трибунала. Была ликвидирована псевдореволюционная банда китайца Чанга. Че отмечал: «В то трудное время нужно было твёрдой рукой пресекать всякое нарушение революционной дисциплины и не позволять развиваться анархии в освобождённых районах». Производились расстрелы также и по фактам дезертирства из отряда. В отношении пленных оказывалась медицинская помощь, Че строго следил, чтобы их не обижали. Как правило, их отпускали на свободу.
5 июня 1957 года Фидель Кастро выделил колонну под руководством Че в составе 75 бойцов (в целях конспирации она была названа четвёртой колонной). Че было присвоено звание майора. В июле Фидель вместе с представителями буржуазной оппозиции подписал манифест об образовании Революционного гражданского фронта, в требования которого входили заменаБатистывыборным президентом и аграрная реформа, которая подразумевала раздел пустующих земель. Че считал этих оппозиционеров «тесно связанными с северными владыками».
Опасаясь преследования полиции, противники Батисты пополняли ряды повстанцев в горах Сьерра-Маэстры. Возникли очаги восстания в горахЭскамбрая, Сьерра-дель-Кристаль и в районе Баракоа под руководством Революционного директората, «Движения 26 июля» и отдельных коммунистов. В октябре в Майами политические деятели из буржуазного лагеря учредили Совет освобождения, провозгласив временным президентом Фелипе Пасоса и выпустив манифест к народу. Фидель отверг «майамский пакт», считая его проамериканским. В письме к Фиделю Че писал:«Ещё раз поздравляю тебя с твоим заявлением. Я тебе говорил, что твоей заслугой всегда будет то, что ты доказал возможность вооружённой борьбы, пользующейся поддержкой народа. Теперь ты вступаешь на ещё более замечательный путь, который приведёт к власти в результате вооружённой борьбы масс».
К концу 1957 года повстанческие войска господствовали на Сьерра-Маэстре, не спускаясь, однако, в долины. Продукты питания, такие как фасоль, кукурузу и рис, покупали у местных крестьян. Медикаменты доставлялись подпольщиками из города. Мясо конфисковывалось у крупных скотопромышленников и тех, кто был обвинён в предательстве. Часть конфискованного передавалась местным крестьянам. Че организовывал санитарные пункты, полевые госпитали, мастерские для починки оружия, изготовления кустарной обуви, вещмешков, обмундирования, сигарет. По инициативе Че и под его редакцией вСьерра-Маэстреначала выходить газета «Эль Кубано либре» («Свободная Куба»), первые номера которой были написаны от руки, а потом печатались нагектографе.
С марта 1958 года партизаны перешли к более активным действиям, начав действовать за пределами Сьерра-Маэстры. С конца лета наладилась связь и сотрудничество с кубинскими коммунистами. Началось генеральное наступление, в ходе которого колонне партизан под командованием Че поручалось овладеть серединой острова, провинциейЛас-Вильяси ключевым городом на пути к Сантьяго —Санта-Кларой, объединив и скоординировав для этого все антибатистовские силы. 21 августа приказом Фиделя Че был назначен «командующим всеми повстанческими частями, действующими в провинции Лас-Вильяс как в сельской местности, так и в городах» с возложением на него обязанностей по сбору налогов и их расходованием на военные нужды, осуществлению правосудия и проведением аграрных законов Повстанческой армии, а также организации воинских частей и назначению офицеров. При этом он прилюдно объявил: «Тот, кто не желает рисковать, может покинуть колонну. Он не будет считаться трусом». Большинство выразило готовность следовать за ним.
Правительственная пропаганда призывала к национальному единству и согласию, поскольку в городах Кубы ширилось забастовочное и повстанческое движение. В марте 1958 года правительство США заявило об эмбарго на доставку оружия силам Батисты, хотя вооружение и заправка самолётов правительственных войск на базеГуантанамоещё некоторое время продолжались. В конце 1958 г., согласно конституции (статуту), объявленной Батистой, должны были состояться президентские выборы. В Сьерра-Маэстре никто не говорил открытым текстом о коммунизме или социализме, а открыто предлагавшиеся Фиделем реформы, как то ликвидация латифундий, национализация транспорта, электрических компаний и других важных предприятий носили умеренный и не отрицавшийся даже проамериканскими политическими деятелями характер.
К 16 октября после 600-километрового марша и частых стычек с войсками колонна Че достигла горЭскамбраяв провинции Лас-Вильяс, где уже действовалВторой национальный фронт. Тогда же он познакомился со своей второй женой, подпольщицейАлейдой Марч. Одним из первых мероприятий Че обнародовал закон об аграрной реформе, освобождавшей мелких арендаторов от уплат помещику, и открыл школу, что обеспечило ему симпатии крестьянства. Со второй половины декабря повстанцы начали решительное наступление, практически каждый день освобождая новый город. С 28 декабря началисьбои за Санта-Клару. В середине дня 1 января остатки гарнизона капитулировали. В этот же день диктатор Батиста бежал из страны. 2 января партизаны, в частности, подразделения под командованием Че Гевары без боя вошли в Гавану, где бурно приветствовались населением.
С момента прихода к властиФиделя КастронаКубеначались репрессии против его политических противников. Первоначально было объявлено, что будут судимы лишь «военные преступники» — функционеры батистовского режима, непосредственно ответственные за пытки иказни. Проводившиеся Кастро публичные суды американская газета «Нью-Йорк Таймс» расценила как пародию на правосудие: «В целом процедура вызывает отвращение. Защитник абсолютно не пытался защищать, вместо этого он просил суд извинить его за то, что он защищает заключённого». Репрессиям подверглись не только политические противники, но и союзники кубинских коммунистов по революционной борьбе —анархисты. После занятия повстанцами городаСантьяго-де-Куба12 января 1959 года там был устроен показательный суд над 72 полицейскими и т. п. лицами, так или иначе связанными с режимом и обвинёнными в «военных преступлениях». Когда защитник начал опровергать утверждения обвинения, председательствующийРауль Кастрозаявил: «Если один виновен, виновны все. Они приговариваются к расстрелу!» Все 72 были расстреляны. Все юридические гарантии в отношении обвиняемых были отменены «Партизанским законом». Следственное заключение считалось неопровержимым доказательством преступления; адвокат просто признавал обвинения, но просил правительство проявить великодушие и смягчить наказание. Че Гевара лично инструктировал судей: «Не следует устраивать волокиты с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц. Кроме того, следует помнить, что есть апелляционный трибунал». Апелляционный трибунал, председателем которого был сам Че, не отменил ни одного приговора.
Казнями в гаванской крепости-тюрьмеЛа-Кабаньяраспоряжался лично Че Гевара, назначенный комендантом тюрьмы и руководивший апелляционным трибуналом. После прихода сторонников Кастро к власти на Кубе более восьми тысяч человек были расстреляны, многие — без суда и следствия.
Вскоре после революции Че изменил свою подпись: вместо привычного «доктор Гевара» — «майор Эрнесто Че Гевара» или просто «Че».
9 февраля 1959 года президентским декретом Че был провозглашён гражданиномКубыс правами урождённого кубинца (до него этой чести был удостоен только один человек, доминиканец генералМаксимо Гомесв XIX веке). Как офицеру повстанческой армии ему было определено жалование в 125 песо (долларов).
2 июня Че сочетается вторым браком сАлейдой Марч.
С 12 июня по 5 сентября Че Гевара совершил первую зарубежную поездку в качестве официального лица, посетивЕгипет(где повстречался и наладил дружественные отношения, продолжавшиеся до конца жизни, с президентом БразилииЖаниу Куадрусом),Судан,Пакистан,Индию,Цейлон,Бирму,Индонезию,Японию,Югославию,МароккоиИспанию.
7 октября назначен начальником департамента промышленности Национального института аграрной реформы (ИНРА) с сохранением военного поста руководителя департамента обучения министерства вооружённых сил.26 ноября назначен директором национального банка Кубы.
5 февраля 1960 года на открытии советской выставки достижений науки, техники и культуры участвовал в официальных переговорах впервые встретился с делегацией СССР во главе сА. И. Микояном.
В мае в Гаване вышла его книга «Партизанская война». Как член высшего руководства «Движения 26 июля» после слияния его сНародно-социалистической партиейи «Революционным директоратом 13 марта» во 2-й половине 1961 года вошёл в новообразованные «Объединённые революционные организации» (ОРО) в качестве члена Национального руководства, Секретариата и Экономической комиссии ОРО. После преобразования ОРО в Единую партию кубинской социалистической революции стал членом её Национального руководства и Секретариата.
22 октября — 19 декабря во главе правительственной делегации посетилСССР,Чехословакию,ГДР,КНРиКНДР, договорившись о многолетних закупках кубинского сахара и оказании технической и финансовой помощи Кубе. 7 ноября присутствовал на военном параде и демонстрации трудящихся в Москве, стоя на Мавзолее.
23 февраля 1961 года назначен министром промышленности и членом Центрального совета планирования по совместительству.
17 апреля, во время высадки антикастровских сил наПлайя-Хиронвозглавляет войска впровинции Пинар-дель-Рио.В августе 1961 года во время переговоров с представителем американской делегации во время визита в Уругвай предложил компенсировать американским собственникам стоимость конфискованного на Кубе имущества, а также сократить революционную пропаганду в странахЛатинской Америкив обмен на прекращение блокады и антикубинских действий.Во время второго визита в СССР в августе 1962 года договорился о сотрудничестве в военной области.
2 марта 1962 года назначен членом Секретариата и Экономической комиссии Объединённых революционных организаций (ОРО), а 8 марта — членом Национального руководства.
В августе—сентябре возглавляет партийно-правительственную делегацию Кубы, посетившую СССР и Чехословакию.
Когда в 1962 году на Кубе были введены продовольственные карточки, Че настоял, чтобы его норма не превышала обычную, получаемую рядовыми гражданами. Принимал активное личное участие в рубке тростника на сафре, разгрузке пароходов, строительстве промышленных и жилых зданий, работах по благоустройству. В августе 1964 получил грамоту «Ударника коммунистического труда» за выработку 240 часов добровольного труда в квартал.
В мае 1963 года в связи с преобразованием ОРО в Единую партию кубинской социалистической революции назначается членом её ЦК, Политбюро ЦК и Секретариата.
11 декабря 1964 года выступил на XIX Генеральной ассамблееООНс большой антиамериканской речью.
Че Гевара полагал, что может рассчитывать на неограниченную экономическую помощь братских стран. Ведя переговоры об оказании поддержки, экономическом и военном сотрудничестве, обсуждая международную политику с китайскими и советскими руководителями, он пришёл к неожиданному выводу и имел мужество высказаться публично в своём знаменитом алжирском выступлении. Это была настоящая обвинительная речь против неинтернационалистической политики социалистических стран. Он упрекал их в навязывании беднейшим странам условий товарообмена, подобных тем, какие диктует империализм на мировом рынке, а также в отказе от безусловной поддержки, военной в том числе, в отказе от борьбы за национальное освобождение, в частности, вКонгои воВьетнаме. Че прекрасно знал знаменитое уравнение Энгельса: чем менее развита экономика, тем больше роль насилия в становлении новой формации. Если в начале 1950-х он шутливо подписывается под письмами «Сталин II», то после победы революции вынужден доказывать: «На Кубе нет условий для становления сталинской системы». При этом в 1965 году Че назвал Сталина «великим марксистом».Одновременно его экономическим советником с 1964 года был будущий известный деятель «Бархатной революции»Вальтер Комарек.
Позже Че Гевара скажет: «После революции работу делают не революционеры. Её делаюттехнократыи бюрократы. А они — контрреволюционеры».
Близко знавшая Гевару сестра Фиделя и Рауля КастроХуанита, впоследствии уехавшая в США, написала о нём в биографической книге «Фидель и Рауль, мои братья. Тайная история»:
Сам Гевара никогда этого не стеснялся и даже заявлял с трибуны ООН 11 декабря 1964 года:
14 марта 1965 года команданте прибывает из длительной зарубежной поездки в Северную Америку и Африку (Египет) в Гавану, и 15 марта последний раз выступает публично — с отчётом о своей поездке перед сотрудниками министерства промышленности.
1 апреля пишет прощальные письма родителям, детям (в частности, он писал: «Ваш отец был человеком, который действовал согласно своим взглядам и, несомненно, жил согласно своим убеждениям… Будьте всегда способными самым глубоким образом почувствовать любую несправедливость, совершаемую где бы то ни было в мире») и Фиделю Кастро (в котором, в том числе, отказывается от кубинского гражданства и всех постов и писал, что «сейчас требуется моя скромная помощь в других странах земного шара»).
Весной 1965 негласно покидает Кубу.
Письмо родителям (в переводеЛаврецкого):
В апреле 1965 года Гевара прибыл вДемократическую Республику Конго, где в это время продолжалосьвосстание Симба(его заместителем по военной миссии являлсяВиктор Дреке). С Конго у него были связаны большие надежды, он полагал, что огромная территория этой страны, покрытая джунглями, даст прекрасные возможности для организации партизанской войны. В операции участвовали в общей сложности около 150 кубинцев-добровольцев, исключительно чернокожих. Однако с самого начала операцию в Конго преследовали неудачи. Отношения с местными повстанцами во главе с будущим (в 1997—2001 гг.) президентом страныЛораном-Дезире Кабилойбыли достаточно сложными, и у Гевары не было веры в местное руководство. В первом бою 20 июня силы кубинцев и повстанцев потерпели поражение. В дальнейшем Гевара пришёл к выводу, что выиграть войну с такими союзниками невозможно, но всё же продолжал операцию. Финальный удар по конголезской экспедиции Гевары был нанесён в октябре, когда к власти в Конго пришёлЖозеф Касавубу, выдвинувший инициативы по урегулированию конфликта. После заявлений КасавубуТанзания, служившая тыловой базой для кубинцев, прекратила их поддерживать. Геваре не оставалось ничего, кроме как прекратить операцию. В конце ноября он вернулся в Танзанию и, находясь в кубинском посольстве, подготовил дневник операции в Конго, начинавшийся словами «Это история провала». «Организационная работа не ведётся, кадры среднего уровня ничем не занимаются, не знают, что они должны делать и не внушают никому доверия… Недисциплинированность и недостаток самоотверженности — главные признаки этих борцов. С такими войсками выиграть войну немыслимо… Что мы могли сделать? Все конголезские лидеры ударились в бега, крестьяне относились к нам всё враждебнее. Но осознание того, что мы покидаем район тем же путём, который нас привёл сюда, бросив беззащитных крестьян, было для нас всё же ошеломляющим».
Слухи о местонахождении Гевары не прекращались в 1965—1967 годах. Представителимозамбикскогодвижения за независимостьФРЕЛИМОсообщали о встрече с Че вДар-эс-Саламе, во время которой они отказались от предложенной им помощи в их революционном проекте.
После Танзании с февраля по июль 1966 года Че находился вЧехословакиис изменённой внешностью и под именем гражданина Уругвая Рамона Бенитеса (вначале на излечении от малярии и астмы в закрытом санатории Министерства здравоохранения ЧССР в дер. Каменице в 30 км к югу от Праги, затем на конспиративной виллеСлужбы государственной безопасности ЧССРв близлежащей дер. Ладви).
Весной 1966 года в Гаване состоялась конференция, на которой была основанаОрганизация солидарности народов Азии, Африки и Латинской Америки. Гевара направил конференции послание с эпиграфом«Создать два, три… много Вьетнамов — вот наш лозунг», изложив в нём свои планы по разжиганию в Азии, Африке и Латинской Америке с помощью «интернациональных пролетарских армий» многочисленных длительных кровавых конфликтов, подобныхвойне во Вьетнаме. Возможные жертвы Гевару не беспокоили:
По словам Фиделя Кастро, он не хотел возвращаться на Кубу, однако Кастро уговорил Че тайно вернуться на Кубу, чтобы начать подготовку к созданию революционного очага в Латинской Америке. Он покинул ЧССР 19 июля 1966 года через Вену, Цюрих и Москву в компании своего кубинского соратника Фернандеса «Пачо» де Ока, выдававшего себя за аргентинского бизнесмена.
В ноябре 1966 года началась его партизанская борьба вБоливии. По приказу Фиделя Кастро боливийскими коммунистами весной 1966 года специально была куплена земля для создания баз, где под руководством Гевары проходили подготовку партизаны. В окружение Гевары в качестве агента входилаХайд Тамара Бунке Бидер(известная также по прозвищу «Таня»), в прошлом агентШтази, которая, по некоторым сведениям, работала также на КГБ и с 1961 года жила и работала на Кубе. 23 марта 1967 года партизанский отряд под его командованием начал военные действия.Президент БоливииРене Баррьентос, напуганный известиями о партизанах в своей стране, обратился за помощью к ЦРУ. Против Гевары было решено задействовать специально обученные для антипартизанских действий силы ЦРУ. 15 сентября 1967 года правительство Боливии стало разбрасывать над селами провинции Вальегранде листовки о премии за голову Че Гевары в 4200 долларов.
Всё время пребывания в Боливии (11 месяцев) Че практически ежедневно вёл дневник, в котором главным образом уделял внимание недостаткам, ошибкам, просчётам и слабостям партизан. Партизанский отряд Гевары насчитывал около 50 человек (из них 17 кубинцев, 14 из которых погибли в Боливии, боливийцы, перуанцы, чилийцы, аргентинцы) и действовал какАрмия национального освобождения Боливии(исп.Ejército de Liberación Nacional de Bolivia). Он был хорошо оснащён и провёл несколько успешных операций против регулярных войск в сложной гористой местности региона Камири. Однако в августе-сентябре боливийская армия смогла ликвидировать две группы партизан, убив одного из лидеров, «Хоакина». Несмотря на жестокую природу конфликта, Гевара оказывал медицинскую помощь всем раненым боливийским солдатам, которые попадали в плен к партизанам, а позже освобождал их. Во время своего последнего боя в Кебрада-дель-Юро Гевара был ранен, в его винтовку попала пуля, которая вывела оружие из строя, и он расстрелял все патроны из пистолета. Когда его, безоружного и раненого, захватили в плен и привели под конвоем к школе, которая служила правительственным войскам в качестве временной тюрьмы для партизан, он увидел там несколько раненых боливийских солдат. Гевара предложил оказать им медицинскую помощь, на что получил отказ от боливийского офицера. Сам Че получил только таблетку аспирина.
Основная угроза, исходившая от Че, заключалась в том, что Че Гевара стал «универсальным солдатом» революции: революционер, не связанный догмой, территорией, необходимостью объективных условий революции, классовым подходом и принципами коммунистической революции, — всё это делало безграничными возможности экспорта революций.
Феликс Родригес, кубинский беженец, ставший агентом подразделения по спецоперациям ЦРУ, был советником боливийских войск во время охоты на Че Гевару в Боливии. Кроме того, в документальном фильме 2007 года «Враг моего врага», режиссёром которого был Кевин Макдональд, говорится о том, что нацистский преступникКлаус Барбье, известный как «Лионский мясник», был советником и, возможно, помогал ЦРУ готовить захват Че Гевары.
7 октября 1967 года информаторСиро Бустосвыдал боливийским специальным войскам место расположения партизанского отряда Че Гевары в ущелье Кебрада-дель-Юро(сам он, впрочем, это отрицает).
8 октября 1967 года одна из местных женщин сообщила армии, что слышала голоса на каскадах реки в ущелье Кебрада-дель-Юро, ближе к тому месту, где она сливается с рекой Сан-Антонио. Неизвестно, была ли это та же женщина, которой отряд Че заплатил ранее 50 песо за молчание (Rojo, 218). Утром несколько групп боливийских рейнджеров разбились вдоль ущелья, в котором женщина слышала отряд Че, и заняли выгодные позиции (Harris, 126).
В полдень подразделение капитана (впоследствии генерала)Гари Прадо Сальмона, только что закончившее подготовку под руководством советников из ЦРУ, встретило огнём отряд Че, убив двоих солдат и многих ранив (Harris, 127). В 13:30 они окружили остатки отряда 650 солдатами и захватили раненого Че Гевару в момент, когда его пытался унести на себе один из боливийских партизан Симеон Куба Сарабиа «Вилли». Биограф Че ГеварыДжон Ли Андерсонписал о моменте ареста Че со слов боливийского сержанта Бернардино Хуанка: дважды раненый Че, чьё оружие было разбито, якобы крикнул: «Не стреляйте! Я Че Гевара, и я живой стою дороже, чем мёртвый».
Че Гевара и его люди были связаны и вечером 8 октября отконвоированы в полуразрушенную глинобитную хижину, служившую школой в ближайшей деревнеЛа-Игера. Следующие полдня Че отказывался отвечать на вопросы боливийских офицеров и разговаривал лишь с боливийскими солдатами. Один из этих солдат, пилот вертолёта Хайме Нино де Гусман, писал, что Че Гевара выглядел ужасно. Со слов Гусмана, у Че было сквозное ранение в правой голени, его волосы были в грязи, одежда была разорвана, ноги были одеты в грубые кожаные чехлы-носки. Несмотря на свой утомлённый вид, вспоминает Гусман, «Че держал голову высоко, смотрел всем прямо в глаза и просил только курить». Гусман говорит, что арестованный «ему понравился», и он дал ему маленький мешок с табаком для его трубки. Позже, тем же вечером 8 октября, несмотря на связанные руки, Че Гевара ударил боливийского офицера Эспиносу об стену, после того как тот, войдя в школу, пытался вырвать изо рта у курящего Че трубку как сувенир для себя. В другом случае неповиновения Че Гевара плюнул в лицо боливийскому контр-адмиралу Угартече, пытавшемуся задавать ему вопросы за несколько часов до убийства. Ночь с 8 на 9 октября Че Гевара провёл на полу той же самой школы, рядом с ним лежали тела двух его убитых товарищей.
Утром следующего дня, 9 октября, Че Гевара попросил разрешить ему увидеться со школьной учительницей деревни, 19-летнейХулией Кортес. Кортес позже говорила, что нашла Че «миловидным мужчиной с мягким ироничным взглядом» и что во время их разговора она поняла, что «не может смотреть ему в глаза», потому что его «пристальный взгляд был невыносимым, пронзительным и таким спокойным». Во время разговора Че Гевара сказал Кортес, что школа в плохом состоянии и антипедагогично обучать бедных школьников в таких условиях, пока государственные чиновники ездят на «Мерседесах», и заявил: «Вот именно поэтому мы воюем против этого».
В тот же день в 12:30 по радио пришло распоряжение высшего командования из Ла-Паса. В послании говорилось: «Приступить к уничтожению сеньора Гевара». Приказ, подписанный президентом военного правительства БоливииРене Баррьентесом Ортуньо, был передан в зашифрованном виде агенту ЦРУ Феликсу Родригесу. Тот вошёл в комнату и сказал Че Геваре: «Команданте, мне жаль». Приказ об убийстве был передан, несмотря на желание правительства США переправить Че Гевару в Панаму для дальнейших допросов. Палачом вызвался бытьМарио Теран, 26-летний сержант боливийской армии, персонально пожелавший убить Че Гевару в отместку за своих трёх друзей, убитых в более ранних боях с отрядом Че Гевары. Чтобы раны соответствовали истории, которую боливийское правительство планировало представить публике, Феликс Родригес приказал Терану целиться аккуратно: так, чтобы казалось, что Гевара был убит в бою. Гари Прадо (Gary Prado), боливийский генерал, командовавший войсками, захватившими Че Гевару, сказал, что причиной убийствакомандантебыл большой риск его побега из тюрьмы, и что убийство отменяло суд, который бы привлек внимание всего мира к Че Геваре иКубе. Кроме этого, на суде могли всплыть негативные для боливийской власти моменты сотрудничества президента Боливии с ЦРУ и нацистскими преступниками.
За 30 минут до убийства Феликс Родригес пытался узнать у Че, где находятся другие разыскиваемые повстанцы, но тот отказался отвечать. Родригес с помощью других солдат поставил Че на ноги и вывел его из школы для показа солдатам и фотосъёмки с ним. Один из солдат снял Че Гевару в окружении солдат боливийской армии. После этого Родригес завёл Че обратно в школу и сказал ему тихо, что он будет убит. Че Гевара в ответ спросил Родригеса, кто он — американец мексиканского или пуэрто-риканского происхождения, дав понять тому, что знает, почему тот не говорит на боливийском испанском. Родригес ответил, что он родился на Кубе, но эмигрировал в США и на данный момент является агентом ЦРУ. Че Гевара в ответ лишь усмехнулся и отказался дальше разговаривать с ним.
Немного позже, за несколько минут до убийства, один из охранявших Че солдат спросил его, думает ли он о своём бессмертии. «Нет, — ответил Че, — я думаю о бессмертии революции». После этого разговора в хижину вошёл сержант Теран и тут же приказал выйти всем другим солдатам. Один на один с Тераном, Че Гевара сказал палачу: «Я знаю: ты пришёл убить меня. Стреляй. Сделай это. Стреляй в меня, трус! Ты убьёшь только человека!». Во время слов Че Теран замешкался, потом начал стрелять из своей полуавтоматической винтовкиM1, попав Че в руки и ноги. На несколько секунд Гевара скорчился от боли на земле, прикусив руку, чтобы не закричать. Теран выстрелил ещё несколько раз, смертельно ранив Че в грудь. Со слов Родригеса, смерть Че Гевары наступила в 13 часов 10 минут местного времени. Всего Теран выпустил в Че девять пуль: пять в ноги, по одной в правое плечо, руку и грудь, последняя пуля попала в горло.
За месяц до гибели Че Гевара написал сам себеэпитафию, в которой были слова: «Даже если смерть придёт неожиданно, пусть она будет желанной, такой, чтобы наш боевой крик мог достичь умеющее слышать ухо, и другая рука протянулась бы, чтобы взять наше оружие».
Тело застреленного Че было привязано к полозьям вертолёта и доставлено в соседний посёлок Вальегранде, где его выставили напоказ прессе и местным жителям. После того как военный хирург ампутировал и поместил в сосуд с формалином кисти рук Че (с целью подтверждения идентификации отпечатков пальцев убитого), офицеры боливийской армии вывезли тело в неизвестном направлении и отказались сообщить, где оно было захоронено.
15 октябряФидель Кастросообщил общественности о смерти Гевары. Смерть Гевары была признана тяжёлым ударом для социалистического революционного движения в Латинской Америке и во всём мире. Местные жители начали считать Гевару святым и обращались к нему в молитвах San Ernesto de La Higuera, прося о милостях.
1 июля 1995 года в интервью биографу Че Джону Ли Андерсону боливийский генерал Марио Варгас рассказал что «он участвовал в захоронении Че и что тело команданте и его друзей закопали вбратской могилерядом с грунтовойвзлётной полосойза горным городком Вальегранде в Центральной Боливии». Статья Андерсона вНью Йорк Таймспривела к началу двухлетних поисков останков партизан.
В 1997 году из-под взлётно-посадочной полосы около Вальегранде были эксгумированы останки тела с ампутированными руками. Тело было идентифицировано как принадлежащее Геваре и возвращено на Кубу. 16 октября 1997 года останки Гевары и шестерых его товарищей, убитых во время партизанской кампании в Боливии, были перезахоронены с воинскими почестями в специально построенном мавзолее в городеСанта-Клара, где он выиграл решающую для кубинской революции битву.
Отец — Эрнесто Гевара Линч (1900, Буэнос-Айрес — 1987, Гавана).Мать — Селия де ла Серна и Льоса (1908, Буэнос-Айрес — 1965, Буэнос-Айрес).Сестра — Селия (1929 — 19 июля 2023, Буэнос-Айрес), архитектор.Брат — Роберто (р. 1932), адвокат.Сестра — Анна Мария (р. 1934), архитектор.Брат — Хуан Мартин (р. 1943), проектировщик.
Первая жена (1955—1959) — перуанкаИльда Гадеа(1925—1974), экономист и революционерка. В браке родилась дочь Ильда Беатрис Гевара Гадеа (1956, Мехико — 1995, Гавана), её сын, внук Че, Канек Санчес Гевара (1974, Гавана — 2015,Оахака, Мексика), писатель и дизайнер, кубинский диссидент эмигрировал в Мексику в 1996 году.
Вторая жена (с 1959) — кубинкаАлейда Марч Торрес(р. 1936), боец «Движения 26 июля». В браке родились:
8 октября на Кубе отмечают день Героического Партизана, таким образом вспоминая команданте Гевару и все его подвиги.
Че Гевара объявлен символомXIX Всемирного фестиваля молодёжи и студентов.
Именем Че Гевары названы госпиталь, построенный кубинскими специалистами в Алжире, ферроникелевый комбинат в провинцииОльгини шоколадная фабрика вБаракоа.
262-метровый лихтеровоз «Эрнесто Че Гевара», построенный в 1989 году в СССР и после спуска на воду 11 ноября 1989 года — зачисленный в состав советского торгового флота.
В 2013 году, году 85-летия со дня рождения Эрнесто Че Гевары, его рукописи были включены в реестр документального наследия программыЮНЕСКО«Память мира».
Знаменитый во всём мире двухцветный портрет Че Геварыанфасстал символом романтического революционного движения, но в настоящий момент, по мнению некоторых, он в значительной мере утратил смысловую нагрузку и превратился вкитч, который используется в самых далёких от революции контекстах. Он создан ирландским художникомДжимом Фицпатрикомс фотографии «Героический партизан», сделанной на траурном митинге в Гаване кубинским фотографомАльберто Кордой5 марта 1960 года в 12 часов 13 минут. На берете Че видна звёздочкаХосе Марти, отличительный признак команданте, полученная от Фиделя Кастро в июле 1957 года вместе с этим званием.
Альберто Корда сделал свою фотографиюобщественным достоянием, однако подал в суд за использование портрета врекламеводки.
Образ Че вдохновлял не только революционные группы, подобные «Чёрным пантерам» и«Фракции Красной Армии» (РАФ), но и целый ряд литераторов.Хулио Кортасарнаписал рассказ «Воссоединение», в котором от первого лица повествуется о высадкепартизанна некоем острове. Хотя все персонажи рассказа носят вымышленные имена, в некоторых из них угадываются реальные деятели кубинской революции, в частности, братья Кастро. В рассказчике, от лица которого ведётся повествование, легко узнаваем Че Гевара. Цитата из дневников команданте вынесена в эпиграф рассказа.
Дух Че Гевары появляется в романеВиктора Пелевина«Generation „П“», где он диктует главному герою текст, озаглавленный «Идентиализм как высшая стадиядуализма» (название явно пародирует заголовок работыЛенина«Империализмкак высшая стадиякапитализма»). В тексте, в частности, говорится: «Сейчас словаБуддыдоступны всем, а спасение находит немногих. Это, без сомнения, связано с новой культурной ситуацией, которую древние тексты всех религий называли грядущим „тёмным веком“. Соратники! Этот тёмный век уже наступил. И связано это прежде всего с той ролью, которую в жизни человека стали играть так называемые визуально-психические генераторы, или объекты второго рода». Популярная песняHasta siempre, Comandante(«Прощай навсегда, команданте»), вопреки распространённому мнению, была написанаКарлосом Пуэблодо смерти Че Гевары, в 1965 году (сам Карлос Пуэбло дал к песне эпиграф «Первый текст был написан, когда Фидель зачитал письмо Че»). Наиболее известны её версии в исполнении автора,Buena Vista Social Club,Натали Кардон,Джоан Баэз. Эта песня затем многократно перепевалась и модифицировалась. У панк-рок-группы «Электрические партизаны» песня «Боливия» посвящена боливийской кампании Че.
Обстоятельства пребывания Че Гевары в Чехословакии в беллетризированной форме описаны в романе французского писателя Жана-Мишеля Генассия «Удивительная жизнь Эрнесто Че» (2012 г.)
Не обошли вниманием Че Гевару и советские литераторы. К примеру, поэтДмитрий Павлычко, ныне считающийся классиком украинской литературы, написал цикл стихотворений о Кубинской революции. Одно из них начинается так:
Широко известны также поэмаЕвгения Долматовского«Руки Гевары», «Кубинский цикл»Евгения Евтушенко. Также у группы «Песняры» есть песня«Баллада о Че Геваре».
Че Геваре посвящены следующие строчки советского поэтаЯрослава Смелякова:
Молодёжный музыкальныйрок-фестиваль«Че Гевара фест», ежегодно проводившийся вМосквев 2004—2009 ггНезависимой Национальной Творческой КорпорациейиАвангардом Красной Молодёжи.
Книги
Статьи