Сиро-палестинский диалект арабского языка

Си́ро-палести́нский (сири́йский) диале́кт ара́бского языка́(араб.اللهجة الشامية، شامى‎,el-´lahje eʃ-´ʃa:miye, ´ʃa:mi:) — одна из пяти основныхразновидностейарабского языка, распространённая на территории площадью 100 на 200 км на побережье восточногоСредиземноморьяи объединяющая говорыСирии,Ливана,ИорданиииПалестины.
В русскоязычной литературе арабские говорыЛевантаназываютсясиро-палестинскимили простосирийскимдиалектом, в то время как в англоязычной и арабоязычной литературе к ним применяется терминлевантийский арабский(англ.Levantine Arabic;араб.اللهجة الشامية‎ — отشام‎ — арабского названия Леванта).
Сирийский диалект начал формироваться в серединеVII векапод влиянием родственного арабскомусирийского языка, который был распространён на территории Сирии доарабизации. Сирийский диалект отличается, как от литературного арабского, так и от других арабских диалектов рядом фонетических, лексических и грамматических особенностей.
Официальная сфера общения: пресса, публичные выступления, религиозные мероприятия, художественная и научная литература остаются уделомлитературного арабского языка, а сирийский диалект, на котором в быту говорят все, дажеинтеллигенция, обслуживает обиходно-разговорную сферу общения и практически не фиксируется письменно, за исключением редкихфольклорныхсборников, печатных названий фильмов, пьес и песен, исполняемых на этом диалекте. Дамасская труппа, начавшая свою деятельность в 1945—1946 годах, под руководством Абд аль-Латифа Фатхи впервые ввела сирийский диалект в арабский театр, где до этого господствовалегипетско-арабский язык.
Сиро-палестинские говоры делятся на две основные группы: сиро-ливанскую на севере Леванта и палестинско-иорданскую на юге. Сиро-ливанские говоры распространены в Сирии и Ливане, число носителей — 14 млн 761 тыс. человек, из них 8,8 млн в Сирии (1991) и 3,9 млн в Ливане (1991). Отдельные исследователи выделяют говоры Ливана в отдельныйливанский диалект.Сирийский диалектделится на южный (центральнолевантийский, «дамасский») и северный («халебский»). На палестинско-иорданских говорах говорят в Иордании (3,5 млн), Палестине (1,6 млн) и Израиле (910 тыс.). Общее число носителей — 6 млн 466 тыс. человек. Некоторые выделяют из палестинско-иорданских говоров отдельныеиорданскийипалестинский диалекты. Отдельно стоиткипрско-арабский язык.
Левантийские диалекты соседствуют с диалектами других групп. В Иордании и на юге Сирии проживают группы бедуинов, говорящих на хиджазском и недждийском диалектах (аравийская группа), а диалекты шауия (Раккаи восточныйХалеб, включаяМанбидж),джазрауия(Хасака) идайрияотносятся кмесопотамским(группа qəltu).
В общем виде диалекты левантийской группы можно классифицировать следующим образом:
В следующей таблице даны варианты некоторых фонем и слов в городских диалектах.
Левантийская фонетика обладает значительными отличиями от стандартной. Так, звукqв северных перешёл в гортанную смычку (ʔ) в северных и некоторых городских южных, вkв центральном палестинском и вgв других сельских южных,qу друзов. Дифтонгd͡ʒв большинстве диалектов, за исключением северносирийского и центральнопалестинского, перешёл вʒ. Звукkпревращается вtʃв центральнопалестинском, в других сельских южных (кроме диалекта Газы) это происходит только перед передними гласными. Звукиθиðпереходят вtиd(в некоторых корнях вsиz), но в южных сельских и бедуинских могут сохраняться. Звукиpиvвстречаются только в заимствованиях, могут заменяться наbиf/w.
По части гласных для севернолевантийского характерны два явления:тафхим(переход /aː/ в /oː/ в контексте задних согласных) иималя(переход /aː/ в /ɛː/ в контексте передних согласных). Эта тенденция усиливается к северу. В южных левантийских (кроме диалекта Газы) имеется только ималя в окончании женского рода после передних гласных.
Таким образом, схему гласных левантийских диалектов можно представить следующим образом (в сравнении с литературным арабским):
В качестве определённого артикля употребляется el/ɪl. В нём начальная гласная может ассимилироваться с предшествующей гласной. Как и в стандартном арабском, действует правило обассимиляции лям.
В качестве неопределённых артиклей могут употребляться слова ʃi:, wa:ħad, ħad (в ед.ч.) и na:s, ʕalam (мн.ч., при многих объектах), kam (при немногих, нескольких объектах).
Как и в других семитских языках, в левантийском арабском имена и глаголы состоят изкорней(содержащих три или четыре согласные) и словообразовательных моделей. По сравнению со стандартным арабским, модели претерпели значительные изменения. Важным является отпадение падежных окончаний и танвина (но в устойчивых выражениях может сохраняться окончание винительного падежа -an, как شكرًا ʃukran «спасибо»). В общих случаях происходит переход гласных, описанный в разделе о фонетике, но имеются и особые изменения моделей: 1a23u>1a2ə3, 1i23u>1ə2ə3, 1a2i3>1ə2ə3, 1i2a3u>1a2a3, 1i2a:3u>12a:3, 1u2u3u>1ə2ə3.
Двойственное число образуется окончанием eːn, множественное бывает целым (окончание i:n к именам мужского рода и a:t - женского) и ломанным (с изменением модели). При присоединении окончаний к именам мужского рода ɪ в последнем слоге исчезает.
Определение и определяемое согласуются по роду и определённости, при «именах разумных» (называющих людей) есть согласование по числу, а при остальных во множественном числе определение имеет форму единственного числа женского рода (и согласуется по роду в единственном).
В качестве указательных используются местоимения ha:d(e)/ha:da:k, ha:(d)i/ha:(d)i:k, hado:l(i/e/u:n)/hado:l(a:k/i:k) (этот/тот, эта/та, эти/те). В диалекте Хаурана используются местоимения ha: zˤa:/ha:zˤa:k (этот/тот). В бейрутском диалекте местоимения эти/те могут иметь основы hajd и ho:l. Кроме того, используются слова he:k(e), he:ki:k(e) (так), ho:n(e) (здесь), halʕadd (столько), ʕaʃe:n, ʕaʃan (потому).
Вопросительные местоимения следующие: le:ʃ, ʕaʃa:n(ʃu:), le:, laʃu: (почему?), ʃu:, e:ʃ, e:h (что?), ki:f, tʃi:f (как?), e:mta, e:mtɪ (когда?; в некоторых палестинских m>n), we:n (где?), mi:n, ano: (кто?), ajja, ajje (какой, который?), adde:(ʃ), kam (сколько?).
В качестве возвратных, помимо литературного nafs, используются слова ze: t, waħd, ħa: l.
В качестве относительного местоимения используется слово ellɪ (первый гласный ассимилируется с предшествующей гласной, как в артикле). Оно также имеет формы hallɪ, jallɪ, а в беглой речи редуцируется до el, l, le.
Формы личных местоимений незначительно различаются от говора к говору. Большинство левантийских диалектов утратили двойственное число, а отдельные не различают род во множественном числе.
Слитные формы личных местоимений активно употребляются как с именами (в значении обладателя, в этой же функции употребляются сочетания слитных местоимений с предлогом el- или словом tabaʕ), так и с предлогами, а также с глаголами и глагольной частицей ɪjje:/ɪjja: (в значении прямого дополнения). В следующей таблице слева — форма после согласных, справа — после гласных (но в некоторых диалектах после гласных использует левая форма с выпавшим гласным). Знак ʰ обозначает, что в беглой речи h может выпадать.
Левантийский глагол, как и глагол литературного арабского, имеет две основные формы: прошедшее и настояще-будущее время, при этом система наклонений настояще-будущего времени утрачена. Вместо неё образовалось множество вторичных времён и наклонений, состоящих из префиксов и формы настояще-будущего времени. «Чистая» форма настояще-будущего времени (без префиксов) употребляется только в значении сослагательного наклонения. Существуют сложные времена, состоящие из глагола ka:n и смыслового глагола.
Левантийский глагол различает простые и сложные формы. Последние состоят из сочетания простых форм глагола ka:n и смыслового глагола.
Прошедшее время образуется прибавлением окончаний к словарной форме глагола.
Сослагательное наклонение соответствует форме имперфекта литературного арабского. Оно используется после модальных оборотов, предлогов, союзов (как bidd «хотеть», enn «что, чтобы» и т. д.). Приставки имперфекта имеют гласную ɪ, но приставка 1-го лица ед. ч. имеет гласную a в южных и северносирийских и ɪ~ə в центральных. В северных диалектах приставка огласуется a, если первая корневая айн.
Формы повелительного наклонения образуются от форм сослагательного, но в первой породе различаются в сиро-ливанских и палестино-иорданских диалектах. В первых префикс имперфекта отпадает, в форме мужского рода гласная второй коренной удлиняется, а в женском роде и множественном числе o:/u: редуцируется (обычно до ɪ~ə, но при эмфатических редуцируются в u, например tˤlo:b > tˤlubu), а а: просто становится краткой. В южных же повелительное наклонение схоже с литературным: прибавляется приставка ʔ-, огласованная u (при огласовке второй корневой u/o) или ɪ (при ɪ или a), а при присоединении окончаний вторая корневая огласовка может «перепрыгивать» к первой корневой согласной. Значение «запрета» передаётся формой сослагательного наклонения с отрицательной частицей la:.
Настоящее общее образуется с помощью частицы b-, присоединяющейся к сослагательному. Она имеет много вариантов. В 1-м лице ед. ч. она заменяет собой гортанную смычку, а во мн. ч. ассимилируется с n и имеет вид m-. При присоединении к формам 3-го лица в северносирийских и южных диалектах bjɪ даёт bɪ. Кроме того, bɪ- бывает при присоединении приставки к глаголам, начинающимся с двух и более согласных. Звук j в 3-м лице выпадает при присоединении b- в удвоенных и пустых глаголах первой породы, глаголах 2, 3, 4 пород и пород Co:CaC, Ce:CaC, CaCCa:. В бейрутском диалекте при присоединении к глухим согласным приставка оглушается (в p-). Настоящее общее время обозначает постоянное, вневременное или регулярное, многократное действие.
Настоящее продолженное обозначает действие, продолжающееся в данный момент, оно образуется частицей ʕam, присоединяющейся к глаголу в настоящем общем времени или сослагательном наклонении.
Будущее время образуется прибавлением частицы raħ (или её вариантов: laħ, ra:ħ, la:ħ, ħa, ha) к сослагательному наклонению. Оно аналогично будущему времени с sa(wfa) в литературном арабском, но употребляется сравнительно шире.
Породы — наращения глагольных основ, влияющие на значение корня. В классическом арабском 10 основных пород (все они сохранились в левантийских) и 5 редких. В левантийском арабском появились и некоторые новые породы. При спряжении во всех породах к глаголу прибавляются одни и те же приставки и окончания, иногда с незначительными изменениями. Форма глагола также зависит от состава корня, особенности имеют корни со слабыми звуками (w, j), хамзой, с совпадающими вторым и третьим корневыми. Сочетания пород и типов корней дают более 60 мофологических типов (даются цифры в 64или 68типов).
В левантийском арабском страдательный залог может выражаться только пассивными породами (в литературном также можно получить пассив сменой огласовки активной породы по определённым правилам).
Подробности значений пород, имеющих соответствия в литературном арабском, см. в статье «Глагол в арабском языке».
Формы первой породы наиболее разнообразны и составляют почти треть всех морфологических типов. Как и в других семитских, есть несколько наборов огласовок второй коренной в первой породе в прошедшем и настоящем времени. Это типы a — ʊ~o (katab — jɪktʊb), a — e~ɪ (kamaʃ — jɪkmeʃ, также у всех глаголов со второй корневой айн), a — a (fataħ — jiftaħ, также у глаголов с третьей айн), e~ɪ — a (ʃɪreb — jɪʃrab), e~ɪ — e~ɪ (ħɪsen — jɪħsen). В некоторых диалектах гласный первой коренной в прошедшем времени редуцируется (особенно ɪ в 1-м и 2-м лице). Первой породе соответствует пассивная седьмая (nCaCaC), а глаголам с первой корневой хамзой — ещё и производная от восьмой порода (tta:CaC).
Здесь и далее даются таблицы основных форм глагола, через которые можно восстановить остальные. Формат таблицы дан слева. В первом столбце прошедшее время, во втором настоящее (сослагательное) и повелительное наклонение, в третьем причастия. В квадратных скобках даны факультативные элементы, в круглых формы, которые не образуются от данного для примера корня (из-за его семантики), но образуются от других корней по тому же образцу. В ячейке «Тип глагола» даётся характеристика корня, у неправильных даётся номер корневой согласной и характер её «неправильности», затем даётся корень, взятый для примера. В первой породе также иногда даётся набор огласовок прош.-наст. В транскрипции o=ʊ~o, i=e~ɪ, конеч. u:=u~o, e:=e:~i:, a=a~ə, q=ʔ~g.
Порода CaC2aC, как и в литературном арабском, может иметь значения интенсивности и побудительности. У порода ʔaCCaC преобладает значение побудительности, но часто она совпадает по значению с первой. Второй породе соответствует страдательная пятая (tCaC2aC), а четвёртой — вышеупомянутая седьмая.
Третья порода (Ca:CaC) обозначает действие, которое кто-то делает совместно с кем-то. Её страдательный вариант (tCa:CaC) обозначает полную взаимность, не делая акцент ни на каком из участников действия. Реже эти породы обозначают продолжительность или интенсивность действия.
Восьмая порода образуется преимущественно от простых глаголов и обозначает страдательность или возвратность.
Девятая порода даже в стандартном арабском употребляется довольно редко из-за своей семантики — получать/иметь какое-то качество (цвет, болезнь и т.д.).
Десятая порода принимает широкий диапазон значений — от возвратности до каузативности. Левантийские диалекты обзавелись также смешанными породами: X+III и X+II.
В левантийских диалектах имеются новые породы: Co:CaC, Ce:CaC, CaCCa:, а также их страдательные варианты с префиксом t-. Они родственны редким литературным породам, образованным от наращенных трёхбуквенных корней (например, Ce:CaC<CajCaCa: سيطر sajtˤara «властвовать» от سطر satˤara «проводить линии, границы»; Co:CaC<CawCaCa: حوقل ħawqala «ослабнуть, устать» от حقل ħaqula «быть слабым»). По значению они близки к каузативно-интенсивным. Например, tˤaʕma: «давать есть», he:lam «обманывать, льстить», so:gar «страховать(ся)». Помимо них, имеются псевдочетырёхбуквенные породы 1a21a3, CaCwaC, CarCaC, CaCCan. Имеются и такие породы, использование которых ограничено несколькими диалектами (например, ливанская CajCaC).
Четырёхбуквенные глаголы в левантийском арабском образуют породы 1a23a4 и t1a23a4. Некоторые глаголы имеют породу 12a3a44.
В качестве отрицательных частиц используются ma: (при глаголах) и mɪʃ/mʊʃ/mʊ (при именах, иногда при настояще-будущем времени). Во многих южных диалектах отрицание при глаголе может выражаться постфиксом -ɪʃ, который может сочетаться с обычным отрицателем ma:.