Кизил-кобинская культура

Кизи́л-коби́нская культура—археологическая культураконцабронзовогоираннего железноговеков (IX—IIIвека до н. э.) вКрыму➤.
На территории Крымского полуострова выявлено несколько археологических культур эпохи бронзы:ямная,кеми-обинская,катакомбная,многоваликовой керамики,срубная. Ни одна из них не является чисто крымской. Каждая имеет обширный ареал и Крым входит в него как одна из составных частей. В Крыму выявлено множество памятников кизил-кобинской — чисто крымской культуры, оставленныхтаврами. Культура выглядит оченьархаично. Во время распространения железных изделий, здесь всё ещё использовались каменные топоры икремнёвыеорудия эпохи неолита. Камень применялся до самого конца эпохи бронзы и лишь железо окончательно вытеснило его из производства. При раскопках не часто встречаются бронзовые изделия. Культурные слои поселений, заполнения жилищ и хозяйственных ям насыщены тысячами обломков вылепленных от руки сосудов. Судя по письменным источникам кизил-кобинцам была присуща замкнутость и нежелание вступать в торговые и иные контакты со своими соседями. В III веке до н. э. кизил-кобинские поселения прекращают существование, однако тавры (носители культуры) ещё упоминаются в письменах I века нашей эры.
Название получено по месту раскопок на предгорных поселениях у пещеры Кизил-Коба (Красные пещеры—укр.Червона печера,крымскотат.Qızıl Qoba, Къызыл Къоба) археологамиГ. А. Бонч-Осмоловским,Н. Л. Эрнстоми краеведом С. И. Забниным в 1921—1924 годах.
Основной кизил-кобинский ареал охватывает территорию всего предгорного (отСевастополядоФеодосии) иГлавной грядыгорного Крыма, а такжеюжный берег полуострова. На рубеже VI—V веков до н. э. следы кизил-кобинской культуры появились наазовскомпобережьеКерченского полуострова.
Культура хронологически подразделяется на три периода: IX—середина VII века до н. э., середина VII—V век до н. э., IV—III века до н. э.. Существует однако и другое мнение, что культура тавров и кизил-кобинская должны рассматриваться как две близкие, но отдельные культуры, принадлежащие разным группам народов. На основе сходства памятников, близких по материальной культуре сКобанской культуройСеверного Кавказа, высказано предположение об их генетической связи и кавказском происхождении.
В результатескифскойэкспансия в Крым в VII—VI веках до н. э. тавры были вынуждены уйти из степного Крыма и территория их расселения сократилась. С этого времени таврская культура стала развиваться под влиянием скифской и тавры постепенно утратили свои специфические особенности культуры. В III веке до н. э. кизил-кобинская культура прекратила своё существование, но тавры продолжали жить среди поздних скифов и во II—III веке они были полностьюассимилированыскифами.
В конце XVIII века в предгорной и горной частях южного побережья Крыма и вБайдарской долинероссийским учёным-естествоиспытателемП. С. Палласомбыли обнаружены древние погребения в каменных ящиках и сделано их первое описание. В 1840-х годах обследование каменных ящиков было продолженоФ. Дюбуа де МонпереиА. Я. Фабром, которые отождествили эти погребальные памятники сдольменами Кавказаи Западной Европы. В течение всего XIX столетия и до начала 1920-х годов исследования и открытия новых каменных могильников продолжали А. Подберезский, Н. А. Чекалёв,Г. Э. Караулов,А. С. Уваров,Ю. Д. ФилимоновК. С. Мережковский,Н. М. Печёнкин,Н. И. Репникови другие. Основные исследования касались погребений. В 1914 году С. И. Забнин провёл раскопки на поселении у пещеры Кизил-Коба. Им были обнаружены фрагменты лепной керамики и образцыкремнёвыхорудий. В начале XX века существовали две основные гипотезы об этнической принадлежности создателей каменных захоронений: каменные ящики Крыма тождественныдольменамКавказа имегалитическимсооружениям Западной Европы; каменные ящики принадлежностькиммерийцами таврам.
В 1921 году полевые исследования каменных ящиков и поселений кизил-кобинской культуры были продолжены. Начался следующий этап в изучении культуры. Г. А. Бонч-Осмоловским, С. И. Забниным,Н. Л. Эрнстом, Н. И. Репниковым, Л. Н. Соловьёвым,Ю. Ю. Мартии другими проводились раскопки поселений в горных и предгорных районах Крыма, в Байдарской долине (комплексТаш-Кой), наГераклейском полуострове, а также в Восточном Крыму. Исследованные памятники были выделены Бонч-Осмоловским в кизил-кобинскую культуру, которую он генетически предположительно связал ставрамиантичных письменных источников, которые помещают тавров в Крымские горыи отнёс данную культуру к позднемубронзовому веку. Дальнейшие полевые исследования в 1920-х — 1930-х годах подтвердили предположение о принадлежности этой культуры таврам. Основанием для объединения всех обнаруженных древностей подобного типа с разнородными материалами явилось их совместное залегание. Однако в 1930-е годы существовала и другая, противоположная точка зрения.В. Н. Дьяков, изучая хозяйственный уклад тавров, указал на низкий уровень их материальной культуры по сравнению с производящим хозяйством населения кизил-кобинской культуры. Это дало основание для рассматривания таврской и кизил-кобинской культур как двух отдельных, принадлежащих разным группам населения.
После Великой Отечественной войны исследования памятников кизил-кобинской культуры продолжились Херсонесским историко-археологическим музеем совместно сБахчисарайским музеем пещерных городов Крыма. Основные раскопки проводились на поселениях: Инкерманском, Симферопольском, в долине балкиАшлама, на гореКошка,Караул-Оба, в пещерах Байдарской долины, у селаПонизовка, в зоне строительстваСимферопольского водохранилищаи других местах. В 1940—1950-е годы позиции исследователей по вопросам развития кизил-кобинской культуры и её этнической составляющей, в целом были близки между собой. На этом этапе кизил-кобинская культура признавалась принадлежащей ранним таврам (до V века до н. э.).П. Н. Шульцпредложил следующую периодизацию развития тавров: ранние — X—VI века до н. э.; средней поры — V—II века до н. э.; поздней поры — I век до н. э. — I—IV века; позднейшего времени — раннее средневековье.
В 1965 годуА. М. Лесковв своей монографии «Горный Крым в I тысячелетии до нашей эры» обобщил материалы по изучению кизил-кобинской культуры, накопленные за всё время исследований. Он выделил три этапа развития культуры. На раннем этапе (IX — начало VI века до н. э.) Лесков отметил влияние на кизил-кобинскую позднейсрубной культуры, предположил влияниедольменной культуры Западного Кавказаи выдвинул теорию, что основной вклад в сложение кизил-кобинской культуры принадлежиткобанской культуре. На среднем этапе (VI—V века до н. э.) ареал кизил-кобинцев (тавров) распространился до прибрежных районовКерченского полуострова. Поздний этап развития таврской культуры датируется А. М. Лесковым IV—I веками до н. э.
А. А. Щепинскийрассматривал население кизил-кобинской культуры как позднихкиммерийцев, мигрировавших в VIII—VII веках до н. э. в горный Крым под натиском скифов, где они подверглись частичной ассимиляциисубстратнымнаселением. При этом таврская и кизил-кобинская культуры сосуществовали вместе, сохраняя свою специфику вплоть до II века до н. э.
В своей монографии 1981 года «Кизил-кобинская культура и тавры»Х. И. Крисподвергла критике взгляды А. М. Лескова относительно развития и этнической атрибуции кизил-кобинской культуры и, также как в своё время (1939 год)В. Н. Дьяков, указала на различный характер двух культур. Она подчёркивала различия в хозяйственных укладах тавров и кизил-кобинского населения, различный характер их погребений и относила их к отдельным этнокультурным группам. Крис выделила два этапа в развитии кизил-кобинской культуры: IX—VIII века до н. э. — соответствует первому периодучернолесской культурыи частичногальштатской культуреЦентральной Европы; VIII—VI века до н. э. — соответствует второму периоду чернолесской культуры и включает раннюю ступень скифской.
В начале 1990-х исследования памятников кизил-кобинской культуры наГераклейском полуостровепроводились Севастопольской экспедицией Херсонесского государственного историко-археологического музея под руководством О. Я. Савели. Во время раскопок были обнаружены свидетельства контактов кизил-кобинского и греческого населения Гераклейского полуострова. О. Я. Савеля отмечал, что керамика поселений кизил-кобинской культуры встречается вместе с греческой в смешанных слоях и относится к концу IX—IV (III) векам до н. э., а также что какая-либо преемственность между поселениями кизил-кобинской культуры и античными комплексами полуострова не прослеживается.
В 1995 году проблемы истории тавров и развития кизил-кобинской культуры рассмотрел И. Н. Храпунов в своей работе «Очерки этнической истории Крыма в раннем железном веке». Его точка зрения — таврское население горного и предгорного Крыма VIII—III веков до н. э. является носителем кизил-кобинской культуры.
В. А. Колотухин предложил рассматривать горный Крым XIII—X веков как единую, но периферийную, этно-культурную территорию степного Причерноморьясабатиновскогоибелозёрскоготипов эпохибронзы. Носителями культуры он также считал тавров.
В 2001—2002 годах С. Н. Сенаторов в работе по вопросам типологии и хронологии лепной керамики кизил-кобинской культуры отметил отличительную особенность культуры — непрерывность её развития от конца 2-го тысячелетия до н. э. до эпохиэллинизма.
За последние годы в ходе раскопок были открыты новые памятники и получены новые материалы, относящиеся к кизил-кобинской культуре, в результате чего были выдвинуты новые гипотезы и пересмотрены взгляды предшественников на генезис и этническую атрибуцию данной культуры. В своих работах 2007—2016 годов Э. А. Кравченко, проводившая раскопки на опорном памятнике Уч-Баш в 2006—2012 годах, рассмотрела синхронные и типологически целостные комплексы основных поселений кизил-кобинской культуры в горном Крыму, которые были ею выделены в отдельный пятый культурный горизонт Уч-Баш V.
В развитии кизил-кобинской культуры Кравченко выделяет периоды: старший дотаврский (вторая половина XI — середина IX века до н. э.), младший дотаврский (вторая половина IX — середина VIII века) и таврский (вторая половина VIII — середина IV века до н. э.), к которому она относиттавровантичных источников. В старший дотаврский период кизил-кобинской культуры прослеживаются её связи с белозёрской игальштатской(в частности сгава-голиградской) культурами. Младший дотаврский период отмечается смешанным характером населения кизил-кобинской культуры, что может быть связано с влиянием гальштатских культур Подунавья, Среднего Поднестровья и Предкавказья. В таврский период формируется культурный горизонт Уч-Баш V, носителями кизил-кобинской культуры этого периода Э. А. Кравченко считает античных тавров.
Проблемы генезиса и этнической атрибуции кизил-кобинской культуры окончательно не решены до настоящего времени. Новые материалы полевых исследований кизил-кобинской культуры требуют систематизации материала и его изучения.
Большинство памятников кизил-кобинской культуры находятся в горном и предгорном Крыму. Археологи делят их на две группы: хозяйственно-бытовая и духовно-социальная.А. А. Щепинскийприводит такую типологию кизил-кобинских памятников:
Основу хозяйства кизил-кобинского населения составляло земледелие и скотоводство, о чём свидетельствуют находки зёрен пшеницы, ячменя, фасоли и гороха, а также многие тысячи костей домашних животных.Остеологическиеисследования показали преобладание овец, коз, коров и, в меньшем количестве, свиней. Подспорным промыслом являлась охота, а в прибрежных районах население занималось также рыболовством и сбором съедобных морских моллюсков.
Углублённые в грунт жилища в плане имели прямоугольную форму. Основой стен являлись столбы и колья, переплетённые прутьями и обмазанные с обеих сторонсаманнымраствором. Строение имелодвускатную кровлю. Пол обмазывался глиной; в центре в полу находился открытый очаг. Многие наземные дома имели размеры от 30 до 40 ми более. Внутри и снаружи вдоль стен располагались хозяйственные ямы различной формы для хранения продовольственных запасов и предметов быта. Заполнение некоторых ям состояло из золы, керамики, костей животных и других предметов, что связывается с жертвоприношениями и культом огня. Иногда хозяйственные ямы использовались вторично для захоронений умерших. Другой тип жилищ — полуземлянки, углублённые до 1 м в грунт. Кровля и стены представляли одно целое и держались на прочной конструкции из толстыхжердей. Жилище напоминало плетёный шалаш со скруглёнными углами.
Отличительной чертой кизил-кобинской культуры на первом этапе её развития является разностороннее и широкое применениекремня, изделия из которого занимают второе место по количеству находок на поселениях. Это концевые скребки, тонкие ножевидные пластины различных размеров, двухсторонне обработанные орудия с тонким линзовидным сечением, обработанные с двух сторон треугольные кремнёвые ножи, служившие вкладышами для серпов. Из зернистых и мягких пород камня изготовлялись проушные и полированныекаменные топоры,зернотёрки, грузила с отверстием в центре. Все изделия из камня — и полированные, и сверлёные — обнаружены на поселениях первого этапа развития кизил-кобинской культуры. Высокий уровень техники и различные приёмы изготовления кремнёвых орудий — характерная черта для поселений конца бронзового века, бедных металлом. Основное место среди бронзовых изделий занимают наконечники стрел, что свидетельствует о культурных контактах с соседними племенами. Какова была роль железных орудий в развитии земледелия исследователи определить затрудняются.
Изделия из кости:проколки, иглы для портняжного производства, расколотые трубчатые кости животных со следами полировки,астрагалыс просверлённым отверстием, наконечники стрел,псалии. Широкое применение костяных изделий в эпоху поздней бронзы также характерно для поселений, бедных металлом.
Керамика составляет основной материал археологических раскопок. Основой для классификации кизил-кобинской керамики, по мнению Х. И. Крис, является форма сосуда. Она представлена пятью категориями:горшками, сосудамиреповидной формы,мисками,чаркамиикубками.
Другие формы керамики представлены единичными экземплярами. Это тарелки или сковородки, цедилки, жаровни высотой 12 см, диаметром 1 м с вертикальными стенками, крышки сосудов. Глиняные и каменные пряслица, найденные на поселениях говорят о развитии прядения и ткачества.
По утверждению античных историков у тавров существовалкульткровожадной богиниДевы, которой они приносили в жертву пленных чужеземцев. Сами тавры называли Деву —Ифигения. В некоторых пещерах (Ени-Сала II,МАН,Кизил-Коба) были обнаружены культовыесвятилищас обломками кизил-кобинских сосудов и костей животных, где животных, их жир, кровь и молоко, которыми были наполнены сосуды, приносили в жертву богам.
Могильники почти всегда располагались вблизи поселений. Они состояли из нескольких десятковкаменных ящиков(крымских подземных дольменов), часто окружённыхкромлехами. Каменный ящик, как правило, не превышал длины в 1,5 м, ширины и высоты — 1 м. Редко встречались ящики и бо́льших размеров. Умершие укладывались на спине или на боку в скорченном положении. Каменные ящики использовались для многократных погребений. После полного заполнения их очищали от костей, оставляя черепа, и продолжали захоранивать. Иногда захоронения совершались в ямах с каменными перекрытиями. Над некоторыми погребениями насыпались невысокие курганы. В могилах найдены останки от двух, трёх, до нескольких десятков погребённых (черепов). Вместе с умершими обнаружены сосуды, оружие (мечи-акинаки, наконечники стрел), конская сбруя (металлическиеудила), разнообразные бронзовые украшения (кольца, браслеты, височные подвески,гривны), стеклянные бусы, раковиныкаури. Могильники датируются VI—V веками до н. э. (до греческой колонизации), что подтверждается сведениями античных письменных источников о проживании в это время именно тавров в данном ареале. Крымские дольмены систематически начал исследовать Н. И. Репников, который связывал их с таврами и, что источником их происхождения является гальштатская культура. Он же классифицировал захоронения, выделив три типа: без оград вокруг, в ограждении из камней и под курганной насыпью.
Комментарии
Источники