Свинцовые семидесятые в Италии

Свинцовые семидесятые вИталии(итал.Anni di piombo) — период итальянской политической жизни с конца 1960-х по начало 1980-х годов, характеризовавшийся ностальгией пофашистскому периодуи разгулом уличного насилия,ультраправогоиультралевогоэкстремизма. Иногда период трактуется как «гражданская войнанизкой интенсивности». Термин возник от названия западногерманского художественного фильма «Свинцовые времена» режиссёраМаргареты фон Тротта. Картина вышла на экраны в1981 годуи описывает сходные события в ФРГ (которые, однако, не принимали итальянских масштабов).
Понятие «Свинцовые семидесятые» не сводится к серии террористических акций. Правые и левые экстремисты выдвигали свои модели общественных преобразований. Ультралевые выступали под радикальными коммунистическими лозунгами. Неофашисты пропагандировали идеи, близкие к праворадикальномусолидаризму. Предварительными условиями их осуществления объявлялись уничтожение политических противников и слом либерально-демократического государства.
Происходящее в Италии влияло на общемировую ситуацию. Террористические организации, особенно ультраправые, рассматривались спецслужбами НАТО и США как важный фактор в противостоянии советской угрозе и коммунистической опасности. «Стратегия напряжённости», реализуемая экстремистами, объективно укладывалась в общий трендхолодной войны, прежде всего в операцию «Гладио». Итальянский опыт заинтересованно изучался и адаптировался к условиям других стран Западной Европы и Латинской Америки.
Бурный экономический рост и социальная модернизация Италии 1950—1960-х годов затормозились к началу 1970-х. Снизился авторитет правящейХристианско-демократической партии (ХДП). Усиливалась оппозиция, особенно в лицеИтальянской коммунистической партии(ИКП являлась самой влиятельной компартией Запада). СССР, находившийся на подъёме в этот период, вследствие получения суперприбылей из-за повышения цен на нефть, активно поддерживал левых политиков и тайно поощрял левых радикалов с целью дестабилизации «буржуазных режимов» (см., например, «Архив Митрохина»).
В то же время давал себя знать эффект от стимулирования образовательных программ — значительно умножился слой молодой интеллигенции и студенчества. В обществе, особенно среди студенческой молодёжи, распространялся оппозиционный радикализм. Зачастую он носил идеологически противоречивый характер, но доминировалинеофашистские,анархистскиелибомаоистскиемотивы. Крайне правые и крайне левые организации непримиримо враждовали друг с другом, однако объединялись в противостоянии либеральному государству, которое радикалы, подобноМуссолининачала 1920-х, отождествляли с бюрократизмом, застоем и коррупцией.
Неофашисты —Национальный авангард, «Новый порядок», «Чёрный орден», «Третья позиция»,Революционные вооружённые ячейки— ориентировались на ранний фашизм либо наРеспублику Сало. В этой среде к началу «свинцового десятилетия» доминировали две структуры. ПартияИтальянское социальное движение(ИСД) во главе с бывшим функционером режима МуссолиниДжорджо Альмирантесовмещала присутствие в парламенте с активной уличной политикой. Национальный фронт, созданный княземВалерио Боргезе— бывшим морским офицером, участником Второй мировой войны — делал ставку на террор и подготовку военного переворота. Лидер «Нового порядка»Пино Раутизанимал синтезирующую позицию — применение легально-парламентских и подпольно-террористических методов по мере их эффективности.
Ультралевые— «Группы партизанских действий», «Пролетарские вооружённые ячейки», Революционно-коммунистический комитет, «Красные бригады» — выступали под лозунгами троцкистскоголибо маоистского характера.
К концу 1970-х в Италии насчитывалось 177 ультралевых и 38 ультраправых террористических организаций. Ультраправые координировали свои действия с парламентской партией неофашизма (ИСД), хотя экстремисты считали её излишне умеренной. Ультралевые находились в перманентном конфликте с ИКП.
В «Битве в Валле-Джулии» проявились многие черты будущих событий — ориентация на насилие, антиправительственная смычка правых и левых экстремистов, способность неофашистов брать под контроль левую активность. Это направление «перехвата» считали особо перспективным Пино Раути и Марио Мерлино.
Первоначально подозрение пало на ультралевых. АнархистДжузеппе Пинеллибыл арестован и погиб в ходе допроса с пристрастием. Впоследствии стала доминировать версия неофашистского теракта. К ответственности привлекались ультраправый идеолог Франко Фреда, лидер «Нового порядка» Пино Раути, активист Джованни Вентура и Марио Мерлино из Национального авангарда. Все они оправданы за недоказанностью, хотя левая общественность поныне возлагает на них «моральную и историческую ответственность». Руководство операцией, как предполагается, осуществлял князь Боргезе.
Взрыв на миланской пьяцца Фонтана считается первым актом «стратегии напряжённости», открывшим итальянскую эпоху свинца.
Более чем на полгода, с июля 1970 по февраль 1971, правительство Италии потеряло контроль над городомРеджо-ди-Калабрия, центром южной провинцииРеджо-Калабрия. Во главевосстанияпротив римской бюрократии и местных «красных баронов» стоял неофашистский профсоюзный активистЧиччо Франко. К движению примкнули анархисты, мафиозная структураНдрангетаи некоторые предприниматели, среди которых выделялся известный кофепромышленникДеметрио Мауро.
Все парламентские партии, в том числе коммунисты, поддержали в конфликте правительство. Исключение составило неофашистское ИСД. Представители ИСД и неофашистского профсоюза ЧИСНАЛ составили костяк «Комитета действий», руководившего восстанием. Активную поддержку оказывал Пино Раути, пропагандировавший идеи восстания в Риме.
В городе происходили столкновения с полицией, нападения на военные склады, строились баррикады. Несколько человек погибли в уличных столкновениях. С восстанием в Реджо-ди-Калабрия связывается и взрыв железнодорожного экспресса (6 погибших) в Джоя-Тауро 22 июля 1970 года.
Правительство вынуждено было направить в Калабрию армейские части и блокировать Реджо. Город сдался только после длительной осады с применением бронетехники.
Восстание в Реджо-ди-Калабрии показало, что крайне правые силы имеют значительную социальную базу, особенно на юге Италии. Социальные лозунги, поднятые ИСД, способствовали привлечению массовой поддержки и успеху на парламентских выборах 1972 года.
В 1970 году в Италии планировался военно-фашистский переворот под руководством князяБоргезе. При помощи «Нового порядка» и Национального авангарда Боргезе сформировал боевые группы. Захват власти был намечен на 8 декабря 1970 года. Однако в последний момент план был отменён по неизвестным до сих пор причинам.
Заговор Боргезе считается важным элементом «стратегии напряжённости», разработанной руководством «Гладио». Допускается, что спецслужбы США и командование НАТО сознательно формировали в ходе подготовки неофашистские боевые группы, способные оказать сопротивление коммунистам или даже советским войскам в случае вторжения в Италию.
Государственный переворот в этой схеме был излишним элементом. Ультраправое же вооружённое подполье сохранялось и было готово к действию. Впоследствии аналогичные мероприятия осуществлял в Западной Европеи Латинской АмерикеСтефано Делле Кьяйе, эмигрировавший вместе с Боргезе.
Неудача заговора Боргезе деморализовала крайне правых. Прекращение беспорядков в Реджо-ди-Калабрия, так и не вышедших за локальные пределы, подтолкнула неофашистских экстремистов к смене тактики: переходу к разовым терактам.В отличие от анархистов, чётко выбиравших мишени, неофашисты наносили удары не только в отношении конкретных лиц, но и по массовым мероприятиям, а иногда и по неполитическим скоплениям.
Теракты совершались не только неофашистами, но и ультралевыми и анархистами. Они носили адресный характер и направлялись против силовых структур государства. Типичные эпизоды:
1976 год стал своеобразной переломной вехой. На парламентских выборах беспрецедентного успеха добилась ИКП. С другой стороны, ИСД понесло значительные электоральные потери. Возникла реальная перспектива прихода коммунистов к правительственным постам. Произошёл общий сдвиг влево, вызвавший серьёзную озабоченность не только правых кругов Италии, но и союзников по НАТО («итальянский вопрос» особо поднимался насаммите «Большой семёрки»в Пуэрто-Рико).
В новых условиях вновь изменилась тактика экстремистов: ультраправые сделали ставку на систематические силовые столкновения, одновременно усилив проникновение в ультралевую среду. Анархистские воззрения с самого начала были популярны среди неофашистской молодёжи. Появилось понятие «правый анархизм», обозначавшее идеи, сходные с ранним синдикалистским фашизмом.
Ещё в 1969 году Франко Фреда издал книгу «Дезинтеграция системы», в которой обосновал сближение фашизма с маоистской версией коммунизма на общей антилиберальной и антикапиталистической основе. Появились термины «фредаизм» и «нацимаоизм». Такие взгляды близки, в частности, Конкутелли.
В 1977 году группа молодых неофашистов — братья Валерио и Кристиано Фиораванти, Франко Ансельми, Алессандро Алибранди и Франческа Мамбро (Алибранди и Кристиано Фиораванти участвовали в убийстве Вальтера Росси) — создалиРеволюционные вооружённые ячейки(NAR). Первая группа возникла в Риме и состояла в основном из студентов и деклассированной молодёжи. Впоследствии сетевая структура NAR распространилась по Италии. Объектами атак NAR являлись левые активисты, члены ИКП, армейские хранилища оружия, представители государственной юстиции и полиции, а также коммерческие учреждения. По неподтверждённым данным, связи с NAR поддерживал Пино Раути, к тому времени деятель парламентской ИСД.
Наиболее известные акции Революционных вооружённых ячеек до августа 1980 года:
Студентов Франко Бигонзетти и Франческо Чаватту расстреляли ультралевые боевики. Стефано Рекьони погиб несколько часов спустя в столкновении неофашистской молодёжи с полицией, подавлявшей возникшие беспорядки. Побоище на Акка Ларентия стало важной вехой эскалации политического насилия. Это событие непосредственно побудило NAR перейти к масштабной вооружённой борьбе.
В начале 1979 года к NAR присоединяется группа молодых боевиков из консервативно-революционной организации «Третья позиция». Наиболее активны среди нихДжорджо Валеи Джузеппе Димитри. 17-летний на тот момент этнический эритреец Вале быстро становится одним из ведущих оперативников NAR. Димитри становится связующим звеном между NAR и «Третьей позицией», возглавляемойРоберто Фиоре.
В то же время между Фиоре и Валерио Фиораванти возникает конфликт. Первый ориентирован на легальную деятельность, второй исключительно на подпольно-террористическую. NAR поддерживает связь с находящимся в заключении Конкутелли и выполняет его жёсткие директивы.
2 августа 1980 года совершается крупнейший теракт в истории Италии —взрыв в Болоньена Центральном железнодорожном вокзале. Погибли 85 человек, ранения получили более 200. Прокуратура Болоньи выдаёт около 30 ордеров на аресты неофашистских боевиков, в том числе Валерио Фиораванти и Франчески Мамбро.
Откуда исходил приказ на совершение теракта, официально не установлено по сей день. Фиораванти и Мамбро в ноябре 1995 года приговорены по данному обвинению к пожизненному заключению, но не признали себя виновными. Основной версией остаётся неофашистская, предполагается согласование акции смасонской ложей P-2, во главе которой стоял ультраправый деятель Личо Джелли.
Однако в конце 1990-х — начале 2000-х годов данная версия поставлена под сомнение, в том числе на уровне инстанций Европейского Союза. Допускается, что взрыв произошёл из-за неквалифицированного хранения взрывчатых вещей палестинскими террористами. Ошибочной считает свою тогдашнюю точку зрения и Франческо Коссига.
Деятельность Революционных вооружённых ячеек протекала в автономном режиме, связи с координирующим неофашистским центром остаются лишь предположениями. Зато достоверно установлены связи NAR с мафиозной «бандой Мальяна»— крупнейшей преступной структурой Рима на рубеже 1970—1980-х. Контакт был установлен в начале 1978 года активистом NAR Массимо Карминати, другом детства Валерио Фиораванти. Лидеры «банды Мальяна», включая её основателя Франко Джузепуччи, придерживались фашистских взглядов.
Неофашисты типа Карминати, Фиораванти, Алибранди готовы были на любую преступную активность. Ячейка Карминати приняла на себя функции одного из подразделений «банды Мальяна», специализируясь на силовом получении долгов и убийствах конкурентов по «теневому» предпринимательству. Мафия получила эффективных исполнителей, неофашисты — надёжный источник финансирования.
Крупнейшие и наиболее известные эпизоды мафиозно-фашистского сотрудничества:
Революционные вооружённые ячейки являли собой эталонные ультраправые структуры в идеологии (революционный синдикализм, антикоммунизм, антилиберализм), в организационном устройстве (сетевая система, отсутствие формальной иерархии, авторитет активности), в методах действий (насилие, преступность). Несмотря на это, в принципе NAR относятся к неофашистскому, ультраправому крылу итальянского экстремизма.
Крупнейшей в Италии и Европе ультралевой террористической организацией былиКрасные бригады(BR)1970-х годов. Идеологически BR придерживались марксизма-ленинизма и открыто ставили целью установление в Италии коммунистического режима. Методом «Красных бригад» являлся системный террор, черезгородскую герильюперерастающий в гражданскую войну.
Историческим предшественником BR являласьГруппа партизанского действия(GAP), созданные крупным буржуа, потомственным маркизом и радикальным коммунистомДжанджакомо Фельтринелли.
«Красные бригады» как более крупная и более активная организация возникли в 1970 году под влиянием теракта на миланской Площади Фонтана. Рассчитывая на поддержку СССР, оперативно BR структурировались по схемамалжирского партизанского движенияи латиноамериканских «городских геррильерос».
Основателем «Красных бригад» считаетсяРенато Курчо, в начале 1960-х активист неофашистского «Нового порядка», под влиянием леворадикальных философов переориентировавшийся на коммунизм. Три кадровых источника BR составили:
Некоторые активисты BR ранее придерживались крайне правых или консервативно-католических взглядов. С другой стороны, самые крайние из неофашистов высказывали симпатии к коммунистам. Однако версия о «Красных бригадах» как «неофашистском проекте» представляется несостоятельной.
Первоначально BR предпочитали совершать теракты без кровопролития:
Более жёсткие действия начались с 1974 года.
8 сентября 1974 года спецназ карабинеров во главе с генераломКарло Альберто далла Кьезаарестовывает Курчо с группой видных руководителей BR. Основной задачей «бригадистов» становится освобождение основателя. В лидеры организации выдвигаются Марио Моретти иМаргерита Каголь, жена Ренато Курчо.
5 июня 1975 года похитителей обнаруживает полицейский патруль. В перестрелке погибает Маргерита Каголь. Ранены также двое полицейских, один убит. Лидером BR становится Марио Моретти. Оперативное планирование и исполнение терактов — в ведении Просперо Галлинари, Рафаэлле Фиоре, Патрицио Пеци.
16 марта 1978 года совершена крупнейшая акция «Красных бригад» и одна из крупнейших в истории итальянского терроризма — похищениеАльдо Моро, ведущего на тот момент лидера ХДП, бывшего премьер-министра, экс-министра внутренних дел, экс-министра иностранных дел. При захвате Моро были убиты пятеро его телохранителей. Акцию осуществляли около десяти боевиков BR во главе с Моретти, Галлинари и Фиоре.
Моро находился в «народной тюрьме» BR в течение 54 дней. 9 мая 1978 года его труп обнаруживается в автомобиле, припаркованном на середине расстояния между римскими штаб-квартирами ХДП и ИКП.
«Красные бригады» выдвинули конкретное требование — освобождение 13 своих боевиков, начиная с Ренато Курчо. Однако в распространяемых ими коммюнике подчёркивалось общеполитическое значение похищения Моро.
В письмах самого Моро говорилось, что он подвергается моральным унижениям и физическим пыткам. Медицинское обследование трупа констатировало переломы рёбер. Расстрел Моро осуществил Галлинари.
Полицейские операции по розыску не давали результатов. ПравительствоДжулио Андреоттиотказывалось от каких-либо переговоров и уступок террористам. Наиболее жёсткую позицию занимал министр внутренних дел Франческо Коссига, будущий премьер-министр и президент Италии. В своём последнем письме жене Альдо Моро запретил присутствие партийных деятелей на похоронах.
Похищение и убийство Моро левыми радикалами производило странное впечатление. Моро представлял левоцентристское крыло христианских демократов. Он был автором концепции «исторического компромисса» — сближения ХДП с ИКП, по этой причине конфликтовал с США, в своё время был противником вступления Италии в НАТО. Устранение Моро изменило ситуацию в правящей партии — доминирование всецело перешло к правому и проамериканскому крылу во главе с Андреотти (похищение которого, по признанию Моретти, «бригадисты» также планировали, однако отказались от этой акции).
Именно после гибели Моро прервался политический сдвиг Италии влево, наблюдавшийся с 1972 и в особенности с 1976 года. Началось обратное движение, усиление консервативных сил. Снизилось влияние ИКП и парламентских левых. «Красные бригады», радикальные коммунисты, другие ультралевые организации подверглись всеобщему осуждению, утратили симпатии прежде сочувствовавших кругов. Произошло общественное сплочение на антитеррористической основе.
Таким образом, выигрыш от ультралевой акции получили правые и даже крайне правые. Несомненен также выигрыш сторонников жёсткой линии в США и НАТО, оперативного руководства «Гладио», недовольных компромиссной политикой Моро
При этом отмечалось, что похищение Моро было произведено с высоким профессионализмом, ранее не характерным для «Красных бригад», зато напоминающим почерк неофашистов.В период насильственного удержания Моро боевики BR осуществили ещё несколько терактов:
После «дела Моро» террористическая тактика «Красных бригад» резко ужесточилась:
Полицейскими операциями против «Красных бригад» руководил генерал карабинеровКарло Альберто далла Кьеза. Под его руководством разворачиваются активные оперативно-розыскные мероприятия. 19 марта 1979 года арестован Фиоре. 24 сентября 1979 года арестован Галлинари. 18 февраля 1980 года арестован Пеци. 28 марта 1980 года четверо боевиков погибают при штурме конспиративной квартиры в Генуе. 4 апреля 1981 года с арестом Моретти сходит на нет террористическая активность «Красных бригад» «свинцового десятилетия».
Убийство Альдо Моро и взрыв вокзала в Болонье были кульминационными моментами «свинцового десятилетия». Оба теракта удались в оперативно-тактическом плане, но политически и стратегически обернулись против организаторов. В обществе возникло жёсткое отторжение правого и левого радикализма. Государственные меры по усилению полицейского аппарата, ранее сталкивавшиеся с активным противодействием, теперь встретили понимание.
Парламентские партии, как правоцентристские (ХДП, республиканцы, либералы, социал-демократы), так и левые (ИКП, социалисты) пришли к антитеррористическому консенсусу. ИСД, отстранённое от консультаций, не выдвинуло возражений. 11 июня 1978 года проводится референдум о чрезвычайном законодательстве. 76,5 % голосуют за дальнейшее применение закона 1975 года о расширенных полномочиях полиции. Формируются спецподразделения GIS (спецгруппа реагирования) и NOKS (производственная безопасность). 6 февраля 1980 года по инициативе министра внутренних делФранческо Коссигипринимается закон об ужесточении ответственности за террористическую деятельность и дальнейшем расширении полномочий полиции. В то же время были категорически отвергнуты планы узаконить меры физического воздействия на допросах.
Коссига подал в отставку 10 мая 1981 года, поскольку полиция и спецслужбы не смогли предотвратить убийство Альдо Моро. Однако «закон Коссиги» остаётся в силе. Дополнительными полномочиями наделяется генерал далла Кьеза, координирующий антитеррористические ведомства.
«Закон Коссиги» решительно поддерживает большинство итальянцев: на референдуме 17 мая 1981 года 85,1 % голосуют за его применение. В общей сложности совершается около 15 тысяч арестов и задержаний. Кадровый костяк экстремистского подполья удаётся разгромить к 1982—1983 годам.
Планы экстремистов опрокинуть «буржуазно-парламентскую» систему потерпели полную неудачу. Хотя правительство в 1980—1981 годах выглядело совершенно деморализованным, демократические институты Италии в 1980-х годах постепенно консолидировались и укрепились. Серьёзная трансформация итальянской политической системы произошла в 1990-х, но в рамках парламентской демократии и вне связи с терроризмом.
Право- и левоэкстремистские идеологии и организации окончательно маргинализировались. Радикальные версии фашизма и коммунизма стали прочно ассоциироваться с терроризмом и решительно отторгаться во всех социальных слоях.
В политическом раскладе и общественном сознании Италии произошёл заметный правый крен. Подавление терроризма, обеспечение безопасности граждан, защита демократических свобод связывались преимущественно с правоцентристскими силами. Уже напарламентских выборах 1979 годаИКП понесла серьёзные потери, никогда не восстановив позиций, завоёванных к середине 1970-х. Итальянская социалистическая партия (ИСП) эволюционировала вправо, во многом перейдя на либеральные и консервативные позиции.
Сдвиг вправо на фоне дискредитации ХДП способствовал росту влияния ИСП. В 1983 году лидер соцпартииБеттино Краксивпервые занял пост премьер-министра. Кракси оставался главой правительства в течение четырёх лет (длительный срок по меркам итальянской политики тех времён).
При этом все партии Италии оказались в той или иной мере скомпрометированы политическим поведением «свинцового десятилетия». Разрушительный эффект компрометации оказался отложенным и сказался в начале 1990-х. Практически все партии «Первой республики», прежде всего ХДП и ИСП, развалились либо преобразовались в ходе антикоррупционной кампании.
Усиление правых, отступление ИКП сняли вопрос об отделении Италии от Западного блока. В стране усилилось американское влияние, активизировалась её роль в НАТО. В этом смысле «стратегия напряжённости» выполнила свою задачу.
Итальянские неофашисты приобрели ценный политический и оперативный опыт, заняли ведущие позиции в международном ультраправом движении.
Этот опыт был переосмыслен в 1990-х годах в ходе переформатирования ИСД вНациональный альянс, Социальную альтернативу, партию «Фьямма триколоре» и другие крайне правые организации современной Италии.
Понятие «Годы свинца» существует, наряду с Италией, в целом ряде стран. Наиболее характерны:
В Советском Союзе итальянское «свинцовое десятилетие» официально рассматривалось как «наступление реакции против левых сил и буржуазно-демократических институтов в интересах мирового империализма». Различия между неофашистами и «Красными бригадами» в целом не проводились. BR подавались как «перекрасившиеся чёрные», о коммунистических взглядах «бригадистов», их симпатиях к СССР и «соцлагерю» умалчивалось. Некоторые жертвы терактов — особенно коммунисты Вальтер Росси, Луиджи ди Роза, левый профактивист Гвидо Росса, но также и Витторио Оккорсио, Альдо Моро — становились положительными героями советских СМИ.
Популярностью у массового зрителя в СССР пользовались фильмы, посвящённые событиям в Италии:
По некоторым оценкам, фильм «Площадь Сан-Бабила, 20 часов», демонстрировавший неонацистскую эстетику, сыграл заметную роль в распространении соответствующих настроений среди советской хулиганствующей молодёжи.
С 1990-х в РФ стали появляться группировки, применяющие политическое насилие как постоянный метод.
Маломасштабным аналогом «Красных бригад» являлсяРеввоенсоветкоммунистаИгоря Губкина, в настоящее время отбывающего 14-летний срок за убийство.
Движение российскихскинхедови в особенностипетербургскаяБТО имеют черты сходства с NAR — при том важном различии, что неофашисты «свинцового десятилетия» не отличались расизмом и не считали важной задачей истребление иммигрантов.
Более очевидное сходство с NAR демонстрировали «Приморские партизаны», особенно в аспекте антигосударственной заострённости.
Анархистские группировкив РФ применяют методы леворадикального подполья, однако ограничиваются поджогами или драками, не совершая убийств.
СМИ прямо сравнивают с итальянскими неофашистами 1970-х антикоммунистическую организациюБлок «ФАКТ», подобно анархистам, не заходящую дальше избиений и поджогов. Отмечались неудачные попытки «Блок ФАКТ» установить связи с итальянскими неофашистами.
В целом термин «свинцовые семидесятые» по смысловому наполнению близок к русскому «лихие девяностые» — несмотря на то, что в русском случае речь идёт не столько о политическом, сколько об уголовном терроре на фоне социально-экономических потрясений.