Андре Кайат

Андре Кайат(фр.André Cayatte, настоящее имяМарсель Трюк,фр.Marcel Truc;3 февраля1909,Каркассон—6 февраля1989,Париж) — французский кинорежиссёр, сценарист, многократный призёр международных кинофестивалей.
Рано проявил склонность к литературе, уже в семнадцать лет он писал рассказы. Проучившись некоторое время в Педагогическом институте, он уходит из него перед выпускными экзаменами и поступает на юридический факультет с намерением посвятить себя профессии юриста. Изучал филологию и право, служил адвокатом вТулузе, затем вПариже. Занялся журналистикой и литературой, дебютировал книгой стихов (1927), опубликовал несколько романов и киносценариев, по ним поставлены фильмыМарка Аллегре«Вход для артистов» (1938 год) иЖана Гремийона«Буксиры» (1939 год). Писал сценарии сам, перерабатывает чужие и правит диалоги. Дебютом Кайата как режиссёра стал его фильмЛжелюбовница, снятый по одноимённому романуБальзака(1942), действие которого было перенесено в современность:
Во времявойныи немецкой оккупации он снял несколько фильмов, за что членыСопротивлениязаписали его вколлаборационистыи запретили ему заниматься этой профессией.
В картине «Веронские любовники» (1949), поставленной по сценариюЖака Превера(для которого тема страсти двух влюбленных, которых разлучает рок является очень характерной), переносит действие трагедии «Ромео и Джульетта» в современность, и привносит в неё актуальную в послевоенные годы антифашистскую и социальную направленность.
Критика относит режиссёра и его фильмы к так называемому «идейному кино», сами же создатели (автором или соавтором многих сценариев его фильмов былШарль Спаак) утверждали, что стремятся к созданию «объективного» кино" для которого характерно обращение к острым моральным, социальным и политическим темам, чаще всего эти проблемы рассматриваются в юридической и детективной плоскости. После проблемы осуждения и юридической ошибки в фильме «Правосудие свершилось» (ставшего единственным фильм, получившим одновременно две главные награды международных кинофестивалей — «Золотого льва» и «Золотого медведя»), в фильме «Все мы убийцы» (1952) рассматривается вопрос наказания и смертной казни. В одном из интервью Андре Кайат заявил: «Существуют темы, к которым я испытываю глубокое пристрастие. Прежде всего это тема солидарности, солидарности не сентиментальной, а органической. Все мы связаны друг с другом и ответственны друг перед другом. Мы ответственны перед чернокожей студенткой, которой закрыт доступ в университет, и перед индийским крестьянином, подыхающим от голода».
В1955 годуМинистерство юстиции запретило ему снять фильм о деле Сезнека (1923), осужденного за убийство на пожизненную каторгу — как считается, в результате подтасовки улик инспектором Бонни. Несколько стран предложили ему снимать этот фильм у них, но он отказался, в связи с тем, что за пределами Франции трудно было бы воссоздать обстановку: «Я хочу поставить „Сезнека“ во Франции, чтобы помочь реабилитировать её правосудие».
Режиссёрыновой волнывоспринимали социально-заострённое творчество Кайата как расчётливо ангажированное и заигрывающее этим с публикой, зрители и экспертное сообщество (жюри европейских кинофестивалей, значительная часть кинокритики) отвечали ему поддержкой.
В статье «Кибернетика Андре Кайатта» выдающийся критик и теоретик киноАндре Базенотмечая, что режиссёр «ввел во французскую кинематографию новый тип социального фильма» писал: «Кайатт изобрел ложный жанр, он ставит ложь искусства на службу того, что авторы считают правдой».
Жак Лурсельв своём «Словаре кино» писал о его фильме «Перед потопом», что «Главные недостатки стиля Кайатта (отсутствие тонкостей и нюансов, демонстративное преувеличение в повествовании, использование — иногда снисходительное — мелодраматических приемов) не должны скрывать оригинальность и даже необычность фильма в крайне затхлой атмосфере французского кино начала 50-х гг».
Пьер Лепроонкритикуя творчество режиссёра за тенденциозность, что превращало по его мнению фильмы, в ущерб «психологичности и художественности, в логические аргументы, в олицетворение абстракции» писал: «Проблемный фильм — это явление пропагандистского кино. Мы вступаем на самый опасный путь. Если речь идет лишь о том, чтобы убеждать, то в чём же заслуга художника?». Для Кайатта, по его мнению, речь идет уже не о том, чтобы взволновать зрителя или обогатить его духовный мир, а о том, чтобы убедить его.Франсуа Трюффописал о нём: «Если бы я упрекнул Андре Кайатта в том, что он не дает никаких „выводов“, он возразил бы мне, что это не входит в задачу художника; на это я мог бы ответить, что он не художник. Он легко опровергнет это обвинение, потрясая золотыми статуэтками призов, которыми отмечен его творческий путь. Что ж, Андре Кайатт и в самом деле человек в своем роде очень сильный».