Организованная преступность в Таджикистане

Организованная преступностьвТаджикистанеимеет долгую историю и свои региональные особенности (большое влияние на формирование этого явления оказала клановая структура таджикского общества). Близость такой традиционно неспокойной страны, какАфганистан, и сложная экономическая ситуация, которую в значительной мере усугубилаГражданская война 1992—1997 годов, стали той питательной средой, в которой расцвела организованная преступность Таджикистана. В результате гражданской войны произошёл фактический распад Таджикистана на этнокультурные области, населённые субэтническими группами таджиков, а также памирскими народами. Не искоренённые и после перемирия 1997 года бедность, насилие и всепроникающая коррупция привели к демографическим и этническим изменениям, а именно — породили волну беженцев, в том числе исход русскоязычного населения, и большой поток людей, устремившихся на заработки вРоссиюи в меньшей степени вКазахстан. Регионализм и сегодня представляется одним из важнейших факторов, определяющих как развитие республики в целом, так и структуру организованной преступности Таджикистана в частности. На местах власть почти повсеместно перешла к коррумпированным чиновникам, влиятельным коммерсантам и местным главарям криминальных группировок (нередко все эти ипостаси объединены в одной персоне). Для защиты своих прав население обращается к «своим» криминальным лидерам, территориальным и родовым мужским объединениям, не доверяя эту функцию государственному аппарату. В некоторых отдалённых районах наркотиками нередко рассчитываются при приобретении домов, автомобилей или скота.
С середины XIX века приграничныеафганцыитаджикиактивно занимались перевозкой опиума изИндиичерезАфганистаниПамирвБухару,Хиву,Семиречье, а также вСибирь,МосквуиНижний Новгород(бухарцы, например, в обмен продавали им ткани). В результатетерриториально-национального размежевания1924 годав состав Таджикской АССР были включены отдельные земли Туркестанского генерал-губернаторства, входившие прежде вКокандское ханство(Худжандс округой и соперничавшие с ними районы, прилегающие кСамарканду—Пенджикенти верховьяЗеравшана),Восточный Памир, также бывший под властью России, частьБухарского эмирата, а именно: полунезависимые горныебекства—Куляб,Бальджуан,Дарваз,Каратегини другие. Старейшие северные культурные и политические центры таджиков —БухараиСамарканд, где в основном и была сосредоточена интеллигенция, отошли к Узбекской ССР. Вскоре огромные массы крестьян насильно или полунасильно были переселены изФерганскойвГиссарскуюиВахшскуюдолины в целях освоения земель под хлопковые плантации (кроме того, для этих же целей были согнаны десятки тысяч селян из предгорий Памира). За годы советской власти, несмотря на усилия по созданию общей экономики и слиянию региональных групп таджиков в «единую социалистическую нацию», глубокие региональные различия, обусловленные не только социальной, но и политической, культурной разнородностью таджикского общества, не были преодолены. Более того, по ряду признаков этагетерогенностьлишь усилилась и стала одной из причин разгорания конфликтов в Таджикистане.
С 30-х годов XX века у власти в Таджикистане находился ленинабадский (ходжентский) клан, что сильно раздражало другие территориально-семейные элиты. ВЛенинабадскую областьуходили основные бюджетные средства, там же были сосредоточены основные производственные мощности республики. В некоем подобии альянса с ленинабадцами состояли кулябцы, но они находились на вторых ролях. Кроме того, как и в большинстве других регионов Советского Союза, в каждом районе Таджикистана была своя «торговая мафия», контролировавшая распределение дефицита через магазины, рынки и торговые базы. Не избежал Таджикистан и формирования мощной «хлопковой мафии», правда, не получившей такой огласки, как в соседнем Узбекистане (хотя в апреле1961 годаза организацию масштабных приписок при заготовке хлопка были сняты со своих постов и исключены из партии первый секретарь ЦК Компартии ТаджикистанаТурсунбай Ульджабаеви председатель Совета министров республикиНазаршо Додхудоев). В конце 80-х годов, с ослаблением советской власти, бадахшанцы организовали «демократическое движение», а каратегинцы профинансировалиисламистов. При этом под прикрытием партий выступали всё те же региональные кланы, рвавшиеся к власти. Например, вступление вПартию исламского возрождения Таджикистанаодного из старших родственников нередко означало, что с этого момента в той же партии состоят и младшие члены семейно-родственной группы (такой же принцип действовал и в Демократической партии Таджикистана).
В 80-х годах XX века вДушанбесложилось несколько «частей» или «концов», в рамках которых объединялась криминальная молодёжь города. Связующим звеном этих «концов» в территориальном и функциональном плане был оживлённый Путовский базар, на котором по традиции осуществлялись как мирные контакты, так и столкновения между молодёжью городских «частей». Севернее рынка находится большой район Душанбе, его «часть», называемая Шахмансур. Вооружённая группировка района Шахмансур, возникшая на основе местных традиционных объединений молодёжи, собиралась вокруг одноимённой мечети и поддерживала исламистов во главе сХоджи Акбаром Тураджонзода. К югу от Путовского базара располагаются кварталы, возникшие на основе вошедших в черту города бывших кишлаков — Испечак, Овул и Казихон, которые к началу 90-х годов представляли собой единую городскую «часть», контролировавшуюся в основном выходцами изКаратегина. По причине региональной принадлежности и, соответственно, политической ориентации молодёжные формирования, образованные в этом городском «конце», так же как и формирования района Шахмансур, поддерживали силы так называемой исламско-демократической коалиции.
К западу от Путовского базара находится район, называемый Водянка. В 80-х годах здешними молодёжными группировками верховодил осетин самаркандского происхождения Рауф Салиев, пользовавшийся среди местных авторитетом боксёра и устроителя традиционных петушиных боёв. Постепенно вокруг Салиева сложилась мощная мафиозная группировка, которая занималась рэкетом практически всех душанбинских торговых точек, а также осуществляла продажу наркотиков. В неё входили не только жители Водянки, но и душанбинских фабричных посёлков, а костяк мафиозной организации Рауфа составляли выходцы из Самарканда, хотя встречались и представители других этнических групп (одним из виднейших его подручных был кулябец Якуб Салимов). Деятельность группировки Салиева поддерживали и прикрывали правоохранительные органы Таджикистана (Рауф был знаком даже с генеральным прокурором республики Хувайдуллоевым). Рауф Салиев и Якуб Салимов были главными организаторами вспыхнувших в феврале1990 годабеспорядков и погромов в Душанбе (по одной из версий, сделано это было по наущениюРахмона НабиеваиСафарали Кенджаева, пожелавших путём организации подобной провокации подорвать авторитет и властьКахара Махкамова). После февральских событий Рауф бежал из Душанбе, позднее был арестован и приговорён к тюремному заключению за организацию беспорядков. Однако пришедший к власти Набиев выпустил его на свободу и Рауф снова вернулся в столицу.
Большим авторитетом среди душанбинских молодёжных группировок пользовался выходец изТурсунзадеДжумахон Буйдоков, известный тренер по самбо. Традиционные молодёжные объединения существовали и в других городах Таджикистана, особенно вХуджанде, где они сливались в военизированные группировки с криминальным оттенком. К началу гражданской войны, в которой криминальные структуры приняли самое активное участие, они вышли на политическую арену Таджикистана вполне организованными. Причём их организованность была достаточно эффективной, хотя и имела традиционалистский характер, проявившись преимущественно в форме молодёжных группировок. Толчком к образованию этих самых молодёжных группировок явилась массовая реорганизация колхозов в совхозы, проведённая в 60-х годах, в результате чего значительная часть сельского населения, преимущественно молодёжи, оказалась безработной и ринулась в и так перенаселённые города. При этом нарушение традиционных социальных связей в среде новоиспечённых горожан вкупе с ограниченными возможностями их трудовой адаптации в городах способствовали достаточно широкой люмпенизации этих слоёв населения и криминализации обстановки.
Ещё одним фактором, ухудшавшим и так непростую ситуацию в Таджикистане, были частые межнациональные конфликты, вспыхивавшие в различных частях страны. На протяжении 80-х годов крайне обострилось противостояние между таджикамиИсфаринского районаТаджикистана и киргизамиБаткенского районаКыргызстана, вылившееся в погромы1989и1991 годов. Также в 1989 году вГанчинском районевспыхнул таджикско-узбекский конфликт, в основе которого лежали требования о перераспределении пастбищ. События февраля 1990 года вДушанбеначались со слухов о прибытии в город огромного числа армянских беженцев, которым власти выделили квартиры, предназначавшиеся для местных «очередников». Вскоре руководимые криминальными элементами группы молодёжи вступили в стычки с милицией и начали штурм здания ЦК Компартии республики, затем беспорядки вылились в поджоги автотранспорта и ларьков, разграбление магазинов, избиение прохожих, насилие над женщинами. Постепенно выкрики в толпе «Долой армян!» сменились требованиями «Долой Макхамова!». Погромы и грабежи населения приняли массовый характер, к Душанбе организованно на машинах и автобусах подвозились группы молодёжи из окрестных кишлаков. Несмотря на то, что вечером 13 февраля в город вступили танки (всего были введены 6 тыс. военнослужащих Советской Армии, внутренних и пограничных войск), погромщики добились отставки первого секретаря ЦК КПТКахара Макхамоваи председателя Совета Министров Изатулло Хаёева (правда, ЦК Компартии республики «не принял» её). По официальным данным, погибли 22 и пострадали 589 гражданских лиц, ранения и травмы получили 138 работников милиции, 86 военнослужащих внутренних войск и 15 — Советской Армии.
В конце июля1991 годапроизошло довольно масштабное столкновение между арабами и местными таджиками посёлкаКубадиянс одной стороны и таджиками, переселенцами изКаратегина— с другой. Каратегинцы занимали многие руководящие должности, что вызывало недовольство других этнотерриториальных групп, и дажеимамоммечети, построенной на деньги всех местных мусульман, стал каратегинец. В результате столкновений этих групп четыре сельскохозяйственные бригады арабов потребовали дележа земель и вышли из колхоза, образовав новый. В начале ноября 1991 года вПенджикентском районетакже из-за земли возник конфликт между таджиками и тюрками-барласами из кишлака Чорбог с одной стороны и жителями селений Косатарош и Фильмандар — с другой. И таких примеров по всему Таджикистану насчитывались десятки (кроме того, традиционно натянутые отношения существовали между таджиками и многочисленной узбекской общиной вЛенинабадской области, между таджиками и памирцами вДушанбе, между русскими и таджиками в крупных городах).
В ноябре1991 годапобеду на президентских выборах одержал ленинабадецРахмон Набиев, ранее занимавший посты председателя Совета Министров Таджикистана (1973—1982) и первого секретаря ЦК Компартии Таджикской ССР (1982—1985). Однако набиравшая вес оппозиция в лице «демократических» и исламских сил перешла к противостоянию с центральной властью (лидерами исламистов выступали глава Духовного управления мусульман ТаджикистанаХоджи Акбар Тураджонзодаи бывший лидер молодёжной организации исламистов-радикалов «Нахзати исломи»Саид Абдулло Нури, а председателем Демократической партии Таджикистана стал Шодмон Юсуф). К марту1992 годакризис во взаимоотношениях власти и оппозиции назрел. По команде Набиева 6 марта был арестован видный демократ, председатель Душанбинского горисполкома, депутат Верховного и городского советов Максуд Икрамов (он лоббировал интересыпенджикентской группы, контролировал приватизацию в столице, крупный «Экспресс-банк», торговые связи сИраноми продажу автомобилей). 11 марта Душанбинский городской суд приговорил одного из руководителей оппозиционного движения «Растохез» Мирбобо Миррахимова к двухлетнему тюремному заключению за «клевету» (этими действиями Набиев фактически разорвал перемирие, подписанное с силами оппозиции осенью 1991 года). Последней каплей стала прямая трансляция 25 марта по республиканскому телевидению заседания Президиума ВС Таджикистана, на котором председатель Верховного Совета Кенджаев в крайне оскорбительной форме обвинил министра внутренних дел Мамадаёза Навжуванова, памирца по происхождению, в превышении полномочий, а тот, в свою очередь, обвинил Кенджаева в дискриминации горцев. Уже утром 26 марта на площади Шохидон перед резиденцией Набиева собрались около 500 человек, преимущественно выходцев с Памира. В течение нескольких последующих дней их число непрерывно росло, в ряды митингующих вливались группы из других районов Таджикистана. 1 апреля 1992 года так называемый «Общественный комитет по защите конституционного строя» объявил альтернативный проправительственный митинг на площади Озоди (его активно финансировали «красные директора» предприятийЛенинабадской области), однако после окончания месяцаРамадана4 апреля на площадь Шохидон прибыли свыше 50 тыс. человек из сельской местности восточного Таджикистана.
К 21 апреля1992 годаоппозиция взяла в качестве заложников около 20-и человек, среди которых оказались 16 депутатов Верховного Совета и два заместителя премьер-министра. 22 апреля было объявлено об отставке Кенджаева с поста спикера парламента, но уже 24 апреля указом президента он был назначен председателем Комитета нацбезопасности (КНБ). ВКулябской областиначались гонения на членов оппозиционного лагеря, санкционированные имамом Кулябской мечети муллой Хайдаром Шарифовым (т. н. «красным муллой»). Исламисты и «демократы», обоснованно опасаясь за свою жизнь, начали массово покидать пределы области. 29 апреля к двум митингам вДушанбе, на площадях Шохидон и Озоди, добавился третий — на площади Садриддина Айни, организованный так называемой «душанбинской молодёжью», в состав которой входили члены тринадцати молодёжных мафиозных группировок. Таким образом криминальные структуры практически открыто вышли на политическую арену. На «молодёжном» митинге было принято требование к Набиеву, от которого ожидали мер, направленных на разрешение конфликта. Однако сессия ВС вновь назначила Кенджаева спикером парламента, вслед за чем президент предпринял попытку подавить оппозицию силой. 1 мая он объявил призыв в Национальную гвардию, издал приказ о формировании отдельного батальона в бригаде особого назначения и приказал раздать участникам проправительственного митинга около 2 тыс. автоматов.
5 мая1992 годауказом президента Набиева было объявлено чрезвычайное положение, предусматривавшее запрет всех политических партий и митингов, и введён комендантский час в столице. Президентская гвардия предприняла попытку разогнать пикеты, препятствовавшие проезду в Душанбе сторонников правительства изКуляба, в результате чего появились убитые и раненые. В ответ оппозиция заняла аэропорт, железнодорожный вокзал и президентский дворец, захватив трофеи: 200 автоматов и 3-и бронетранспортёра. В жилых микрорайонах началось формирование отрядов самообороны. 10 мая митинговавших на площади Шохидон призвали идти к зданию КНБ, где якобы скрывается президент, и потребовать от него встречи с народом. Колонна митингующих под защитой БТР и с оружием двинулась к зданию КНБ, но при подходе была остановлена плотным огнём (около 8 человек были убиты и примерно 10 ранены). Оппозиция вернулась на площадь Шохидон, однако в нужный момент спровоцированный бой сплотил её. После переговоров между властями и мятежниками, закончившихся формированием Правительства национального примирения, в котором оппозиция получила треть постов, воодушевлённые победой участники митинга с площади Шохидон разъехались в родные кишлаки, а центр тяжести противостояния переместился в сельскую местность и приобрёл чисто военный характер. Но провокационные заявления «демократа» Шодмона Юсуфа привели к тому, что отъезд славянского населения принял небывалые размеры: лишь до конца мая 1992 года из Таджикистана, опасаясь за свою жизнь, бежали 20 тыс. русскоязычных жителей. Под прикрытием революционных событий криминальные элементы убивали сотрудников милиции, захватывали оружие, уничтожали милицейские архивы и картотеки.
Также в мае1992 годаисламисты под руководством одного из руководителейПартии исламского возрождения Таджикистанав Ленинабадской области Курайшихона Ибрагимова попытались установить контроль над городом Ходжент, но потерпели поражение и были вынуждены скрываться от гнева толпы в мечетях. Сессия Ленинабадского облсовета приняла постановление о переходе всех предприятий и совхозов области под его юрисдикцию, что лишь усилило рост сепаратистских настроений на более богатом севере республики. В Кулябе и Курган-Тюбе участились стычки между вооружёнными отрядами сторонников президента Рахмона Набиева и исламистами. Вовлечение семейно-клановых групп в гражданскую войну послужило запускным механизмом для ещё одного традиционного метода регулирования межродовых отношений — обычая кровной мести. Гибель части родственников вынуждала оставшихся с оружием в руках выступать на стороне одной из двух противоборствующих сторон. На южной границе начались регулярные и всё более масштабные попытки перехода таджикско-афганской границы с целью приобретения оружия. Нередко обратно с исламистами возвращались и афганские инструкторы (по самым скромным подсчётам, летом и осенью 1992 года на территории Таджикистана действовали 500—600 афганских моджахедов, в основном из формирований этнических таджиковБурхануддина РаббанииАхмад Шаха Масуда).
К лету 1992 года важную роль начал играть кулябский клан, во главе которого неофициально стоялвор в законеСангак Сафаров(Бобо Сангак). Он родился в1928 годув городке Дангара неподалёку отКуляба, свой первый срок получил в1951 годуза угон автомобиля, в1964 годубыл осуждён за убийство чеченца. В местах заключения, где Сангак провёл в общей сложности 23 года, его «короновали», сделав тем самым одним из первых таджикских воров в законе (Сафаров слыл злостным нарушителем порядка, и даже поднял бунт среди заключённых исправительно-трудовой колонии Советского района Кулябской области, за что был осуждён ещё на 6 лет лишения свободы). На Сафарова замыкались другие кулябские полевые командиры — Курбон Зардоков (прежде был директором Кулябского дома культуры), Рустам Абдурахимов, погибший во время попытки Кенджаева захватить Душанбе (бывший заведующий отделом культуры Кулябского облисполкома), Салим Саидов (бывший заведующий отделом науки и учебных заведений Кулябского обкома Компартии Таджикистана), Лангари Лангариев (старший лейтенант, работавший в системе МВД Кулябской области), Файзали Саидов, известный по прозвищу Палач (работал на мебельном комбинате Курган-Тюбе). Летом 1992 года не без участия людей Сафарова были вырезаны многие родственники первого заместителя председателяПартии исламского возрожденияДавлята Усмона, проживавшие в Курган-Тюбинской области. Также Сафаров лоббировал проведение в Таджикистане масштабной амнистии, после которой многие освободившиеся из тюрем уголовники пополнили его вооружённые формирования.
Сторонники Бобо Сангака устроили вооружённое выступление в родномКулябе, а с 28 июня1992 годаначались полномасштабные столкновения между отрядами исламистов и силами кулябцев, называвших себя «красными». В конце июля на встрече вХорогебыли выработаны условия перемирия между противоборствующими сторонами и объявлено о прекращении огня на всей территории Таджикистана, но Сангак Сафаров и Шодмон Юсуф отказались сложить оружие. ИзКулябскойиКурган-Тюбинскойобластей усилился поток беженцев, в том числе узбеков, татар и русских. 24 августа 1992 года исламисты убили влиятельного ленинабадца, генерального прокурора Таджикистана Нарулло Хувайдуллоева (во время его похорон возникли стихийные митинги протеста, на которых молодёжь требовала сжечь мечети). 31 августа группа молодых людей из организации «Молодёжь города Душанбе» вместе с беженцами из Курган-Тюбинской и Кулябской областей, спасшимися от террора людей Сафарова, блокировали выходы из президентского дворца и потребовали встречи с президентом, который успел укрыться в расположении 201-й дивизии. Захватившая резиденцию «молодёжь» из числа членов душанбинских группировок стала брать заложников, в основном выходцев из Ленинабадской и Кулябской областей (в ответ на эти события в Ленинабадской области было объявлено о создании «Национальной гвардии» численностью в 2 тыс. человек).
На начало сентября1992 годапришёлся пик агонии Набиева, потерявшего поддержку не только Кабинета министров и парламента, но и родного ленинабадского клана, который в целях сохранения своих позиций готов был пожертвовать одиозным президентом и произвести смену политических фигур. ВКурган-Тюбе, находившемся в руках кулябцев, во время выступления Сангака Сафарова перед зданием облисполкома вооружённые отряды исламистов и «демократов» взяли митингующих в кольцо и открыли огонь. После того, как при поддержке бронетехники они захватили город, в Курган-Тюбе началась резня, в том числе и в окраинном посёлке Ургут, где жили узбеки — выходцы из-подСамарканда(тысячи людей хлынули под защиту 191-го полка в соседний посёлок им. Ломоносова, и через несколько дней их удалось вывезти в Куляб). Одновременно ожесточённые бои между исламистами и кулябцами шли по всейВахшской долине(на стороне исламистов воевали наёмники с Кавказа и Афганистана, а также инструкторы-арабы, на стороне кулябцев — значительное количество уголовных элементов, выпущенных из тюрем Куляба и Курган-Тюбе). За голову командира 201-й дивизии генералаМухридина Ашурова, якобы помогавшего кулябцам, была объявлена крупная награда. 7 сентября 1992 года ваэропорту ДушанбеНабиев пытался вылететь вХуджанд, но был остановлен толпой, состоящей в основном из криминальных элементов, и вскоре подписал заявление об отставке. Власть в стране перешла к исламистам и «демократам» изГорного БадахшанаиГарма(некоторые отряды исламистов в районеТурсунзадефинансировал даже ленинабадецМахкамов, мстивший таким образом за своё смещение в 1991 году). В свою очередь на основе кулябско-гиссарской коалиции, которую поддержали северяне-ходжентцы, был создан Народный фронт Таджикистана, провозгласивший своей целью восстановление «конституционного порядка». Боевые отряды фронта фактически возглавил вор в законе Сафаров, попытавшийся из районаНурекской ГЭСразвить наступление наДушанбе(в Курган-Тюбе во главе кулябских отрядов стоял полевой командир Лангари Лангариев).
В том же сентябре1992 годаисполняющим обязанности премьер-министра был назначен глава государственного хлебного концерна «Нон»Абдумалик Абдулладжанов, что символизировало возвращение ходжентцев во власть. 25 сентября исламисты совершили нападение на посёлок им. Ломоносова в пригороде Курган-Тюбе и, оттеснив офицеров 191-го полка, устроили резню среди беженцев. Во время их наступления командир спецгруппы201-й мотострелковой дивизииМахмуд Худойбердыевсамовольно вывел из парка танки и направил их на помощь сторонникам Сангака Сафарова, что переломило ситуацию и позволило 27 сентября отрядам Лангариева захватитьКурган-Тюбе. В Душанбе также продолжался уголовный беспредел, массово грабились склады, угонялись автомобили. К октябрю 1992 года потери с обеих сторон составили 15-20 тыс. убитыми и несколько десятков тысяч ранеными (преимущественно мирных жителей), сотни тысяч жителей стали беженцами: с юга страны уехали практически все выходцы из Узбекистана и Северного Таджикистана; кроме того, из республики выехали около 90 тыс. так называемых русскоязычных жителей (русских, украинцев, немцев, татар, евреев и других). Промышленность была практически парализована, а сельское хозяйство значительно разрушено.
«Демократы» и движение «Растохез», блокировавшиеся сПартией исламского возрождения, потеряли свой авторитет в народе и практически распались. Был дискредитирован и глава Духовного управления мусульман ТаджикистанаТураджонзода,казиятлишился значительной части приверженцев, а в ряде мест, оказавшихся под контролем противников исламистов, деятельность духовенства фактически прекратилась. Национальное самосознание таджиков отошло на второй план, вытесненное региональным самосознанием, зато существенно сплотилисьпамирские народы. В октябре1992 годав Душанбе вторглись отряды Кенджаева, но силы исламско-демократической коалиции смогли отбить эту атаку, в чём решающую роль сыграли вооружённые формирования из района Шахмансур (после изгнания Кенджаева «молодёжь» из Шахмансура устроила в районе Водянка «разборку»: сожгла дом Рауфа Салиева и убила нескольких мафиози, в том числе одного из авторитетов по кличке Шер; Рауф Салиев иЯкуб Салимов, поддержавшие Кенджаева, были вынуждены бежать из города). В начале ноября 1992 года земляк Сафарова Эмомали Рахмонов, бывший до этого простым директором совхоза, при поддержке Народного фронта был избран председателем исполкома Кулябского облсовета. В это же время сторонники Сафарова убили на центральной площади Курган-Тюбе председателя местного облисполкомаКадриддина Аслонова, повесив его на памятнике Ленину (в 1990—1991 этот выходец из Гарма был председателем Верховного Совета Таджикистана, в сентябре 1991 года стал и. о. президента страны).
С 16 ноября по 2 декабря1992 годав пригородеХуджандапрошла «примирительная» сессия Верховного Совета Таджикистана, которая приняла отставку Набиева и избрала кулябца Рахмонова своим председателем (также решением сессии из тюрьмы был освобождён и возвращён на пост мэра Душанбе Максуд Икрамов, которому летом 1993 года пришлось бежать в Москву). Выбранный на сессии состав правительства отразил и новую расстановку сил, и тот факт, что к власти пришли мафиозные структуры. Договорившиеся между собой ходжентский и кулябский кланы при негласной поддержке со стороны Узбекистана, России и, частично, Киргизии доукомплектовали и перевооружили силы Народного фронта, основной боевой контингент которого составили узбеки (как из Таджикистана, так и из соседней республики), а также таджики-кулябцы. 6 декабря формирования фронта атаковалиДушанбеи спустя четыре дня в город с боями вошли отряды Сафарали Кенджаева и Якуба Салимова, вместе с которыми прибыл Эмомали Рахмонов и члены его правительства. В Душанбе началось истребление каратегинцев и памирцев, а также местных исламистов (например, почти полностью были вырезаны жители Казихона, Испечака и Овула каратегинского происхождения, убиты десятки сотрудников милиции и КНБ из числа горцев). Уцелевшие отряды «демократов» и исламистов были вытеснены на восток страны, где ранее судимый за хранение наркотиков выходец изГармаСаид Абдулло Нурина базеПартии исламского возрождениясоздалОбъединённую таджикскую оппозицию(вскоре Нури эмигрировал в афганскийТалукан, откуда и руководил исламистами). Один из лидеров «молодёжи» Душанбе Джумахон Буйдоков, возглавлявший Народно-демократическую армию (НДА), которая опиралась на душанбинские квартальные военизированные формирования, хотя и враждовал с Сангаком Сафаровым, не стал оказывать сопротивление отрядам Народного фронта и спокойно пропустил их в Душанбе (позже отряды НДА оказались в Ромитском ущельеВахдатского района— одной из опорных баз сил исламско-демократической оппозиции, где упорно сопротивлялись силам Народного фронта). После того как Душанбе был занят Народным фронтом, Якуб Салимов получил пост министра внутренних дел Таджикистана, а Рауф Салиев — начальника республиканского ГАИ.
В январе-феврале1993 годабыли арестованы практически все деятели оппозиционных партий и движений в Ленинабадской области, в том числе и занимавшие умеренные позиции (например, в конце января 1993 года был арестован один из руководителей исламско-демократической оппозиции на севере страны, председательМатчинской районнойорганизации Демократической партии Таджикистана Саидшо Акрамов, чей сейидский род происходил от наместников бухарского эмира). В этот же период основные боевые действия переместились на восток от столицы, вКаратегин(от Ромита доГарма) иДарваз(в районТавильдары). В этих операциях активно участвовала узбекистанская авиация, а на пост министра обороны Таджикистана был назначен полковникАлександр Шишлянников, до этого служивший в Минобороны Узбекистана. 22 февраля группа боевиков Народного фронта численностью 119 человек на вертолётах вылетела в Гарм — столицу Каратегина, где была полностью уничтожена оппозиционерами. Продолжались массовые этнические чистки в Гиссаре, особенно в приграничных с Узбекистаном сёлах. В конце марта1993 годаСангак Сафаров и его бывший сподвижник, полевой командир и лидер узбеков-локайцев Файзали Зарипов (Саидов) погибли при загадочных обстоятельствах вБохтарском районе, южнее города Курган-Тюбе (по одной из версий, в результате ссоры и вспыхнувшей за ней перестрелки, по другой — из-за того, что присутствие Сафарова в политике стало тяготить его же протеже, особенно после вооружённого подавления основных сил оппозиции). На похоронах Бобо Сангака присутствовали председатель Верховного Совета Эмомали Рахмонов и премьер-министр страныАбдумалик Абдулладжанов. После смерти Сафарова основные рычаги власти оказались у Рахмонова и близких к нему земляков-кулябцев, которые постепенно оттеснили от финансовых потоков бывших союзников из числа ленинабадцев и узбеков.
С начала апреля1993 годаначалось проникновение в южные регионы боевых групп с территорииАфганистана, где в восьми лагерях сосредоточились свыше 100 тыс. таджикских беженцев. Первое нападение было совершено отрядоммуллыАбдурахима, уроженца Куляба и давнего соперника официального главы областного управления мусульман Хайдара Шарифова. В конце апреля через границу прорвался новый крупный отряд оппозиции, а отряд Абдурахима занял значительную часть Шуроабадского района Кулябской области. В конце июня 1993 года в течение нескольких дней продолжались ожесточённые бои в районеРогуна(в них принимала участие бронетехника 201-й дивизии, которой противостоял отряд полевого командира Ризвона). В ночь с 12 на 13 июля 1993 года отряд боевиков численностью более 200 человек прорвался на территорию Таджикистана в районе12-й заставы Московского погранотряда. В результате ожесточённого боя погибли 22 пограничника, а также несколько военнослужащих 201-й дивизии и сотрудников КНБ Таджикистана. Операцию спланировал командир 55-й афганской пехотной дивизии Кази Кабир, а непосредственное руководство боевиками осуществлял полевой командир афганских моджахедов Кори Хамидулло (в прорыве участвовали также боевики Шодмона Юсуфа и никому тогда неизвестногоХаттаба). Обострились боевые действия в районе Тавильдары, где правительственным войскам противостоял отряд Абдулгафура, оппозиционные силы контролировали также Рогун и Обигарм. Дорога изДушанбев долину Каратегина была блокирована отрядами Нозима и Исмата.
Начиная с конца июля1993 годаактивизировалась деятельность правительственных сил на памирском направлении, преимущественно в районеТавильдары(здесь борьба развернулась за шоссе, ведущее через перевал Хабуработ вХорог, что мотивировалось необходимостью подвоза продуктов в Бадахшан). Одновременно продолжалось практически непрерывное давление нароссийских пограничниковсо стороны отрядов оппозиции, базировавшихся на территории Афганистана (кроме оружия и боеприпасов они массово переправляли черезПянджи наркотики), а также развернулась партизанская война в окрестностях Душанбе. 3 августа правительственные войска при поддержке авиации предприняли массированную атаку на силы бадахшанцев и отряды оппозиции, в результате которой были разгромлены несколько селений Припамирья по берегу Пянджа и погибли десятки мирных жителей. 6 августа бомбардировка селений продолжилась, и вскоре правительственные войска закрепились вДарвазском районе. В этот же день вГармепроизошло вооружённое столкновение между каратегинцами и узбеками, проходившими службу в правительственных войсках Таджикистана и попытавшимися изнасиловать местных женщин (были убиты восемь узбеков и местный таджик, несколько бойцов Народного фронта получили ранения). Узбеки вызвали подмогу изТурсунзадевского района, подоспевшую 8 августа, и в результате ожесточённых перестрелок, в которых гармцы объединились против узбеков с кулябцами, погибло более сорока боевиков. В конце августа 1993 года под предлогом защиты территории Ленинабадской области от вооружённых исламистов по решению местных властей были взорваны два моста через реки Ягноб иЗеравшанна трассе, соединяющейДушанбесХоджентомчерезГиссарский,ЗеравшанскийиТуркестанскийхребты (операцией по взрыву руководили лично начальник областного управления КНБ Эргали Курбанов, военком и один из заместителей председателя Ленинабадского облисполкома). Тем самым процесс реального отделения Ленинабадской области от юга Таджикистана продолжал углубляться.
К осени1993 годаза пределами Таджикистана скопилось почти 780 тыс. беженцев, в том числе в России — около 145 тыс. человек, в Узбекистане, Кыргызстане и Афганистане — 634 тыс. В начале сентября бывший спикер парламента Таджикистана Кенджаев выступил против засилья во власти своих бывших союзников-кулябцев, и особенно против самовольного захвата ими квартир в Душанбе. Обострившаяся в Таджикистане борьба внутри правящей коалиции завершилась в конце года победой кулябцев, для которых это была последняя возможность сохранить единую государственность на всей территории Таджикистана при явных попытках ходжентцев или вернуть свои руководящие позиции в стране, или заявить о своей не только экономической, но и политической самостоятельности. Сессия Ленинабадского облсовета, на которойАбдуджалил Хамидовпредполагал поставить вопрос о восстановлении в республике поста президента и объявлении Ленинабадской области свободной экономической зоной, закончилась полным провалом. Кулябцы, мгновенно отреагировав на ситуацию, высадили в Ходженте вооружённый десант и силой заставили ходжентцев отказаться от своих сепаратистских намерений и принять участие в работе Верховного Совета Таджикистана в Душанбе. В результате этих событий был вынужден уйти в отставку премьер-министр ТаджикистанаАбдумалик Абдулладжанов, на смену которому пришёл другой ходжентец —Абдужалил Самадов. Таким образом, назревавший кризис был приостановлен сохранением сложившегося в конце 1992 года статуса-кво в распределении рычагов власти.
В январе-феврале1994 годасущественно обострилась обстановка вДушанбе, где нередко возникали перестрелки между враждующими кланами и группировками. Кроме того, в городе было совершено покушение на нового генерального прокурора республики Маманазара Салихова, который своими требованиями разоружаться «перешёл дорогу» как мафиозным структурам, так и бывшим отрядам Народного фронта, особенно из западныхТурсунзадевского,ГиссарскогоиШахринавскогорайонов. Салихов объявил эти «отряды самообороны» вне закона, на что лидер одного из них, председатель Турсунзадевского райисполкома Ибод Бойматов заявил, что его группа, составлявшая в своё время одно из подразделений Народного фронта, получила оружие не от властей и не намерена его сдавать. О криминальном беспределе в республике говорит и тот факт, что с начала кровавых событий были убиты более тысячи работников правоохранительных органов, а свыше 2,5 тыс. из них покинули республику. Продолжались обстрелы, в том числе тяжёлой артиллерией и реактивными снарядами, постов пограничников; крупные столкновения происходили даже между проправительственными отрядами. Внутри этих сил начались разногласия не только на региональной, но и на межэтнической основе (например, 19 февраля недалеко от Душанбе вспыхнули яростные перестрелки между милиционерами-кулябцами и узбеками-локайцами, а вДжиликульском районе— между узбеками-кунградами и выходцами из Кулябской области). К весне 1994 года расстановка сил в стране была таковой: Коллективным миротворческим силам СНГ (25 тыс. человек) и МВД Таджикистана (20 тыс.) противостояло вооружённое подполье в Душанбе (4,5 тыс. бойцов), бывшей Кулябской области (около 2 тыс.), Курган-Тюбе (3,5 тыс.) и Горном Бадахшане (7 тыс.).
В ночь с 10 на 11 марта1994 годау себя дома был убит вице-премьер Моеншо Назаршоев — памирец по происхождению, который вскоре должен был возглавить правительственную делегацию на намеченных в Москве переговорах с оппозицией. В июле 1994 года, не добившись результатов на очередных переговорах с властями, оппозиция развернула широкомасштабные боевые действия, охватившие долинуТавильдары,Дарваз, некоторые районыКаратегинаи Припянджья. Потерпев ряд неудач и понеся ощутимые потери в живой силе и технике, правительство Рахмонова было вынуждено подписать соглашение о временном прекращении огня на условиях исламистов. В ходе продолжавшейся в республике предвыборной кампании, которая сопровождалась силовым давлением на оппонентов и население, в Ходжент был направлен отряд кулябских боевиков численностью до 300 человек во главе с министром внутренних дел и бывшим душанбинским рэкетиром Салимовым; были заменены на лояльных Рахмонову лиц начальники районных управлений внутренних делУра-ТюбеиГанчи; развёрнута кампания в СМИ по дискредитации основного оппонента Рахмонова —Абдулладжанова; заключено «соглашение» с бывшим председателем Ленинабадского облисполкомаХамидовым, родственником Абдулладжанова, которому за поддержку Рахмонова был возвращён пост директора мелькомбината; начата кампания по запугиванию населения вооружёнными группами с целью побудить граждан голосовать за Рахмонова. А он постепенно начал набирать очки, применив националистическую риторику, в отличие от своего главного оппонента Абдулладжанова, постоянно ссылавшегося на дружбу сИсламом Каримовым, что на фоне продолжавшегося участия авиации Узбекистана в гражданской войне было весьма непопулярно. Из состава объединённой оппозиции вышла Демократическая партия Таджикистана, руководство которой пошло на договорённости с официальным Душанбе.
6 ноября1994 годав Таджикистане прошли выборы президента республики, на которых, как и ожидалось, победил Рахмонов. 9 декабря1994 годавХороге(Горный Бадахшан) в своей машине был взорван главарь местной наркомафии Абдуламон Айембеков (Лёша Горбун), обладавший огромным влиянием в регионе (даже киргизский батальон из состава Коллективных миротворческих сил СНГ занял позиции на Памире лишь тогда, когда получил на то личное разрешение от Лёши Горбуна). Убийство лидера бадахшанской наркомафии сильно ослабило роль транзитного каналаХорог-Оши усилило позиции кулябцев в наркотрафике, а также авторитетов Саламшо Мухаббатова (Салам), Садирова и Джунайдулло, контролировавшихВанчиДарваз. В начале апреля1995 годавновь существенно обострилась обстановка в Бадахшане, а именно вДарвазском районе, куда ещё в октябре 1994 года Душанбе ввёл батальон правительственных войск. Этот батальон решил провести «зачистку» в зоне, контролируемой «отрядом самообороны» Бадахшана под командованием полевого командира Зайниддина. Он отбил наступление и предпринял контратаку, в результате которой батальон с большими потеряли был вынужден отойти (в этих боях погибли 24 таджикских и казахских военнослужащих). 22 октября 1995 года правительственные войска предприняли попытку силой отбить вТавильдаре57 военнослужащих, взятых в плен оппозицией ещё 14 октября (в операции участвовало свыше 500 солдат и 10 единиц бронетехники, которых поддерживала авиация; правительственным силам противостояли около полутора тысяч боевиков). 8 и 9 ноября военная авиация бомбила расположения отрядов оппозиции в соседнемГармском районе, 9 ноября в Тавильдару был сброшен десант из 50 человек, который исламисты почти полностью уничтожили, а 10 ноября около 100 солдат и офицеров сдались в плен командиру одного из оппозиционных отрядов Мирзохудже Низомову (бывший начальник отдела милицииТаджикабадского района). 21 ноября правительственные силы вновь предприняли масштабное наступление на Тавильдару (причём, на этот раз среди них не было ни одного выходца из кулябских районов, которые в предыдущие годы отличались особой жестокостью по отношению к памирцам и каратегинцам).
Обстановку в Таджикистане существенно осложняли всё обострявшиеся противоречия внутри правящей коалиции, которые нередко выливались в вооружённые «разборки» между бывшими союзниками. Особенно ситуация накалилась вХатлонской области, где 17 сентября1995 годаразгорелись настоящие бои между 1-й и 11-й бригадами Минобороны Таджикистана, сформированными в 1993 году на базе отрядов Народного фронта. 1-й бригаде под командованиемМахмуда Худойбердыевапри поддержке танков и артиллерии удалось ворваться на территорию военного городка 11-й бригады, после чего командир последней Усман Мурчаев бежал в один из окрестных кишлаков. За время этих столкновений вКурган-Тюбепо официальным данным погибло 28 военнослужащих, по неофициальным — не менее 200 человек (в том числе криминальный авторитет и бывший полевой командир Иззат Куганов, который под «крышей» 11-й бригады контролировал экспорт хлопка, нефтебазу и мясокомбинат). Власти Таджикистана были вынуждены принять решение о расформировании обеих бригад и создании на их базе одной. Крайне сложная криминогенная обстановка вынудила власти усилить борьбу с преступностью. В конце октября — начале ноября 1995 года была проведена широкомасштабная операция по «чистке» банковской системы, в результате которой было арестовано 30 работников таджикских коммерческих банков и коррумпированных чиновников государственных финансовых ведомств. Также в ходе кампании по борьбе с преступностью была проведена «зачистка» внутри МВД, в результате чего было арестовано свыше 20 сотрудников милиции, а десятки уволены. В начале ноября был арестован главарь крупной банды, один из бывших командиров Народного фронта, депутат таджикского парламента Худжи Каримов (Худжи Командир), во время обыска в доме которого были изъяты 10 автомашин (в том числе две иномарки и 5 новых КамАЗов), огромное количество оружия и боеприпасов, а также 300 млн российских рублей и 800 тыс. долларов
В январе1996 годаХудойбердыев захватил власть в Курган-Тюбе и двинул свою мотострелковой бригаду на столицу, потребовав отставки высокопоставленных чиновников правительства. На следующий день произошёл мятеж в городеТурсунзаде(Гиссарская долина), где власть захватил экс-мэр Бойматов. Рахмонов был вынужден пойти на уступки мятежникам и в феврале 1996 года отправить в отставку наиболее одиозных людей из своего окружения — первого вице-премьера Махмадсаида Убайдуллоева, главу президентского аппарата Изатулло Хаёева и руководителяХатлонской областиАбдужалола Салимова, а также назначить премьер-министром страны ленинабадцаЯхьё Азимова. В ответ мятежная бригада Худойбердыева вернулась в казармы и сдала оружие и тяжёлую бронетехнику.
В январе1997 годабригада Худойбердыева выбила изТурсунзаде, где расположенТаджикский алюминиевый завод, группировку местного авторитета Кадыра Абдуллаева, за что местные власти решили платить командиру долю от реализации продукции завода. 30 апреля 1997 года во время торжественной церемонии празднования 65-летия местного университета вХуджандебыла взорвана осколочная граната, в результате чего был ранен президент Рахмонов. 27 июня 1997 года, на фоне усиления властиталибоввАфганистане, между правительством Рахмонова и Объединённой таджикской оппозицией было заключено перемирие. Исламисты влились в государственные структуры, включая парламент, правительство и армию, что положило конец гражданской войне. Но не все из окружения Рахмонова оказались довольны перемирию, понимая, что оно ещё дальше оттеснит их от рычагов политического влияния и источников доходов (в частности, доходов от наркобизнеса). В июле 1997 года обделённые лидеры кланов и полевые командиры (в основном изКурган-ТюбеиГиссара) создали так называемый «Совет обороны южных и центральных областей Таджикистана», который возглавил полковник Махмуд Худойбердыев.
Благодаря относительной открытости границы сАфганистаноми наличию крупных таджикских общин вАфганистане,УзбекистанеиРоссииместные территориально-мафиозные кланы довольно успешно восстановили и укрепили свои позиции в сфере транспортировкигероинаиопия. Что касается стабильности власти, то здесь дела обстояли несколько иначе. В августе1997 годавДушанбеначались столкновения между бойцами бригады спецназа под командованиемСухроба Касымоваи главы Таможенного комитета республики Якуба Салимова. Бывший полевой командир Касымов обвинил недавнего соратника по Народному фронту Салимова в причастности к убийству своего дяди, но на самом деле конфликт между ними был связан с борьбой за контроль над маршрутами транспортировки наркотиков (бывший рэкетир и министр внутренних дел Якуб Салимов, считавшийся одним из самых богатых и влиятельных людей страны, контролировал несколько вооружённых отрядов, более сотни магазинов и почти весь хлопковый бизнес страны). На фоне этих событий Махмуд Худойбердыев вновь поднял мятеж и двинул свою бригаду из Курган-Тюбе в поход на столицу, вступив на перевале Фахрабад в 25 км к югу от Душанбе в бой с президентской гвардией под командованием Гаффора (Гаффура) Мирзоева. Одновременно с запада к Душанбе двинулись верные Худойбердыеву «отряды самообороны» изГиссара(у Худойбердыева были общие деловые проекты с Якубом Салимовым, лоббировавшим его интересы в правительстве и обеспечивавшим беспрепятственный вывоз продукции с Таджикского алюминиевого завода, который контролировал Худойбердыев). После нескольких дней боёв правительственным войскам Таджикистана удалось взять верх над союзными формированиями Салимова и Худойбердыева — верные Рахмонову силы очистили Душанбе от бойцов Салимова, разделались с «отрядами самообороны» к западу от столицы, взяли под контрольГиссарскийиШахринавский районы, овладели Турсунзаде и подконтрольным Худойбердыеву алюминиевым заводом, а вскоре разгромили и отряды в его вотчине —Курган-Тюбе.
В ноябре1998 годаМахмуд Худойбердыев при негласной поддержкеУзбекистана, куда эмигрировал один из лидеров ходжентцев и экс-премьерАбдумалик Абдулладжанов, вновь поднял мятеж, на этот раз вЛенинабадской области, но бригада под командованием Сухроба Касымова вытеснила мятежников изХуджандаиАйнинского районаи разгромила окончательно (на стороне правительственных сил выступили даже формирования Объединённой таджикской оппозиции, в составе которых были и боевикиИсламского движения Узбекистана, после чего Рахмонов разрешил окопаться в ТаджикистанеДжуме Намангани). Худойбердыев с остатками своего отряда сумел скрыться на территории Узбекистана, где его следы затерялись; осенью2001 годапоявились слухи о том, что он погиб, но обстоятельства его смерти довольно противоречивы, как и сами данные о гибели. После подавления мятежа Худойбердыева Эмомали Рахмонов значительно укрепил своё положение и уже без острастки начал избавляться от бывших соратников и влиятельных оппозиционеров. В феврале2000 годав результате подрыва автомобиля был ранен мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллоев и убит заместитель министра госбезопасности страны Шансуло Джабиров. Также в феврале в столице была похищена Назира Гулямова — младшая сестра вице-премьера республики Негины Шароповой. В сентябре 2000 года пограничники Московского погранотряда вступили в бой с боевиками афганского наркоторговца Думулу Абдулхая, которые в очередной раз предприняли попытку перейти таджико-афганскую границу с крупным грузом наркотиков (в результате столкновения были убиты 7 контрабандистов и изъяты несколько сот килограммов опия-сырца). В декабре 2000 года вГафуровском районебыли задержаны бывший глава Ленинабадской области Абдуджалил Хамидов и 11 членов его клана (им инкриминировали покушения на жизнь Махмадсаида Убайдуллоева и Мирзо Зиеева; в июне 2002 года Хамидов был приговорён к 18 годам лишения свободы). К2001 годук наркотрафику были причастны ряд влиятельных персон, в том числе сын Нуритдина Рахмонова, брата президента ТаджикистанаЭмомали Рахмонова, глава МЧС и бывший полевой командир Мирзо Зиеев (Джага), командир Президентской гвардии и также бывший полевой командирГаффор Мирзоев(Седой), мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллоев, заместитель министра внутренних дел Хабиб Сангинов, а также высшие чины Генштаба и ВВС Министерства обороны Таджикистана, послы и торговые представители республики. Основными транзитными узлами наркоторговцев являлись гражданские и военные аэропортыДушанбе,Худжанда,Курган-Тюбе,Куляба,ПархараиХорога(в 2000 году в связи с перепроизводством в Афганистане цена килограмма героина упала в приграничных районах до 200—300 долларов, хотя ещё в 1999 году оценивалась в 1 тыс. долларов).
Под началом Мирзо Зиеева, контролировавшегоТавильдаринский район, насчитывалось более 2 тыс. бойцов, а люди из его ближайшего окружения занимали посты первого заместителя министра обороны, первого заместителя руководителя Комитета по охране границы, первого замглавы МЧС, председателя Нацбанка республики и председателя Комитета по драгоценным металлам и камням. Командир Президентской гвардии Гаффор Мирзоев (Седой) контролировал ряд прибыльных предприятий (в январе 2001 года было закрыто принадлежавшее его брату казино) и курировал изъятие у населения оружия, которое нередко затем перепродавал. Поссорившийся с Рахмоновым командир бригады спецназа МВД (около 1,5 тыс. бойцов) Сухроб Касымов укрепился вВарзобском ущелье, но продолжал контролировать несколько банков, цементный завод в Душанбе и торговую сеть (он враждовал с группой Мирзоева и Убайдуллоев и даже подозревался в покушении на последнего). В открытой оппозиции к режиму Рахмонова стояли полевые командиры Абдулло Рахимов (Мулло Абдулло), контролировавшийДарбандский район, и Рахмон Сангинов (Гитлер), контролировавшийЛенинский район. На первого вице-премьераХоджи Акбара Тураджонзодуориентировались полевые командирыКафирниганской зоныНамоз, Абдувосит, Мухтор и Махмади, а наСаида Абдулло Нури— базировавшийся в Душанбе 25-й батальон, полностью состоявший из бывших бойцов исламской оппозиции. Председатель Таможенного комитета республики Мирзо Низомов фактически контролировалРаштский район, председатель Комитета по нефти и газу Саламшо Мухаббатов —Дарвазский район, председатель Демократической партии Таджикистана Махмадрузи Искандаров —Джиргатальский район, бывшие командиры Народного фронта братья Чоловы —Куляб. Практически все «удельные князьки» были вовлечены в наркобизнес и «крышевание» коммерческих структур, за счёт чего и содержали свои вооружённые формирования.
В апреле2001 годав Душанбе был расстрелян первый заместитель министра внутренних дел Таджикистана, генерал-майор милиции Хабиб Сангинов, курировавший восточный регион республики (в прошлом он был одним из влиятельных руководителей демократического крыла Объединённой таджикской оппозиции, с момента назначения на должность замминистра принимал активное участие в выдворении за пределы страны боевиков Исламского движения Узбекистана, а также считался крупной фигурой в наркобизнесе Таджикистана). В июне 2001 года бандитский главарь Рахмон Сангинов (Гитлер) захватил в окрестностях Душанбе 7 милиционеров, потребовав освободить 8 своих сторонников, которые были задержаны за последние три месяца. В ответ в ходе широкомасштабной операции правоохранительных органов под кодовым названием «Молния» был ликвидирован ближайший соратник Сангинова, главарь крупной банды Мансур Муаккалов, а также 36 его боевиков (ещё 66 членов банды взяли в плен). Ранее Муаккалов являлся полевым командиром Объединённой таджикской оппозиции, после перемирия служил в Вооружённых силах Таджикистана, но был уволен за неподчинение приказам, после чего промышлял со своими людьми террором в отношении представителей власти, грабежами и захватом заложников. В июле 2001 года в Душанбе, у подъезда своего дома, был застрелен государственный советник президента Таджикистана по международным вопросам Карим Юлдашев.
В августе2001 годав ходе масштабной операции, проведённой врайоне Рудаки, были уничтожены бывший полевой командир Объединённой таджикской оппозиции, лидер известной криминальной группировки Рахмон Сангинов (Гитлер) и более 20-и его подручных, в том числе два родных брата (ещё около 100 членов банды удалось задержать; в ходе вооружённого столкновения погибли девять сотрудников милиции, оказались пострадавшие и среди мирных жителей). До лета 2001 года бандитские группировки Рахмона Сангинова, Мансура Муаккалова и Сафара Тагаева фактически полностью контролировали восточные окрестности Душанбе,ЛенинскийиКофарнихонскийрайоны. Кроме массовых арестов боевиков были ликвидированы и их главные опорные базы, изъято несколько сот единиц стрелкового оружия, в том числе автоматы, пулемёты, гранатомёты и миномёты, а также пушка, зенитная установка и сотни килограммов взрывчатых веществ. В сентябре 2001 года в Душанбе был застрелен министр культуры Таджикистана Абдурахим Рахимов, выходивший из своего дома, а через несколько дней в столице на стадионе, во время празднования 10-й годовщины независимости Таджикистана, произошёл взрыв, в результате которого погиб офицер МВД. В январе2002 годапод давлением России президент Рахмонов в полном составе отправил в отставку коллегию таджикских пограничников — председателя Комитета по охране государственной границы и пять его замов, а также рекомендовал подать в отставку командирам всех таджикских погранбригад, обвинив их в причастности к наркотрафику.
В конце мая2003 годавМосквепо запросу Генпрокуратуры Таджикистана был задержан Якуб Салимов, которого в феврале 2004 года экстрадировали в Таджикистан и в апреле 2005 года приговорили к 15 годам тюрьмы строгого режима (в 1993—1995 годах Салимов возглавлял министерство внутренних дел Таджикистана, в 1995—1996 годах занимал должность посла Таджикистана в Турции, власти которой из-за криминального прошлого Салимова более полугода не принимали его верительные грамоты). В августе 2003 в Москве по запросу таджикской Генпрокуратуры был задержан бывший министр торговли Хабибуло Насруллоев, которого таджикские власти обвинили в причастности к незаконным вооружённым формированиям (ранее Насруллоев активно участвовал в деятельности Народного фронта, но на президентских выборах1994 годапублично поддержал соперника Рахмонова — Абдумалика Абдулладжонова). В январе2004 годавХуджандево время досмотра на посту ГАИ в личной автомобиле начальника отдела Агентства по контролю за наркотиками по Согдийской области подполковника Холика Закирова было обнаружено 24 кг опия-сырца (во время обыска в его доме нашли ещё 6 кг героина). В августе 2004 года по подозрению в совершении ряда преступлений был задержан директор Агентства по контролю за наркотиками при президенте Таджикистана генерал-лейтенант Гаффор Мирзоев. Его обвинили в убийстве 8 апреля1998 годаначальника УВДШахринавского районаМирзо Абдулоева (по данным следствия, 10 дней спустя подчинённые Мирзоева по его приказу убили главу этого же района), а также в организации вооружённого мятежа, попытке насильственного захвата власти, незаконной коммерческой деятельности, уклонении от уплаты налогов, хранении большого количества оружия и боеприпасов, незаконной приватизации земельных участков, самовольном строительстве дома в городеКуляб. До назначения главой агентства Мирзоев возглавлял Президентскую и Национальную гвардии (1995—2004), являлся председателем Национального олимпийского комитета Таджикистана, а ещё раньше принимал активное участие в боевых действиях во время гражданской войны на стороне Народного фронта (в августе2006 годаМирзоев, ставший неугодным президенту, был приговорён к пожизненному заключению).
В ноябре2004 годавМосквебыл задержан один из самых влиятельных таджикских наркобаронов Ибрагим Сафаров, известный в криминальных кругах как Боим, Бай, Раис или Министр (одновременно в Подмосковье, Санкт-Петербурге, Самаре и ещё нескольких российских городах оперативники задержали его сообщников). Отец Ибрагима Сафарова был сотрудником таджикского МВД, и он сам некоторое время служил в бригаде Внутренних войск. Уже в конце 90-х годов Сафаров благодаря своему покровителю и деловому партнёру, коим был начальник ГУВД Душанбе, выбился в криминальные авторитеты и наладил поставки в Россию крупных партий наркотиков (около полутора тонн героина в квартал), а также организовал обширную сеть оптовых сбытчиков в Центральной России и Сибири. На полученные от торговли наркотиками деньги Сафаров строил или приобретал вДушанберестораны, магазины, особняки (в частности, ему принадлежал почти весь посёлок Калинин, что под Душанбе, который окрестили «таджикской Рублёвкой»). По данным Интерпола, летом 2004 года на праздновании дня рождения Ибрагима Сафарова присутствовали высокопоставленные офицеры МВД Таджикистана, десятерым из которых он подарил по автомобилю «ВАЗ-2107» (в 2006 году Мосгорсуд приговорил Сафарова к 19-и годам лишения свободы, а восемь его подручных получили от 5 до 15 лет). В декабре 2004 года вМосквепо запросу Генпрокуратуры Таджикистана был задержан находившийся в межгосударственном розыске лидер Демократической партии Таджикистана Махмадрузи Искандаров (его обвинили в крупных хищениях в бытность директором «Таджикгаза» и в причастности к террористической деятельности).
Летом2005 годароссийские пограничники были сняты с афгано-таджикской границы, после чего транзит наркотиков через рекуПянджувеличился во много раз (во многом благодаря коррупции в среде таджикских пограничников: чтобы занять должность начальника пограничной заставы в Пянджском и Ишкашимском пограничных отрядах, дислоцирующихся на границе сАфганистаном, нужно было заплатить начальству около 200 тыс. долларов). Всего за период с 1998 по 2005 год российскими пограничниками было задержано более 11,3 т героина. В сентябре2005 годаАгентство по контролю за наркотиками при президенте Таджикистана, используя собственные источники информации, вышло на след крупного наркобарона Акбарали Джурабоева, длительное время занимавшегося поставками наркотиков за пределы республики. АКН возбудило уголовное дело и убедило Генпрокуратуру выдать санкцию на его арест, однако, спустя полгода, антинаркотическое ведомство неожиданно попросило закрыть данное уголовное дело за неимением доказательств и судебной перспективы. Генпрокуратура Таджикистана решила, что основание для расследования есть и поручила дело следователям МВД, но через неделю после этого опять получила отказ по тем же причинам. Далее за расследование взялись сотрудники Генпрокуратуры и всё-таки установили, что в сентябре 2005 года Джурабоев отправил на территорию России пять «БелАЗов», в одном из которых был оборудован тайник, где находилось около 330 кг наркотиков, в том числе 255 кг героина, 66 кг опия-сырца и 8 кг гашиша. Всего в этой цепочке наркотрафика были задействованы три гражданина России и столько же граждан Таджикистана (все они, за исключением Джурабоева, были задержаны и в октябре 2006 года осуждены на территории России).
В январе2006 годав Душанбе, возле своего дома был застрелен начальник военного института Минобороны Таджикистана генерал-майор Хакимшо Хафизов. В конце мая2008 годав ходе масштабной операции спецслужб Таджикистана вКулябебыли задержаны влиятельный местный наркобарон Сухроб Лангариев и восемь его сообщников, в том числе племянник — Азам Лангариев, сын покойногоСангака Сафарова— Нурмахмад Сафаров и двое афганцев. При штурме дома, для чего использовались даже артиллерия и бронетехника, погибли офицер спецназа и двое мирных жителей, ещё один сотрудник спецслужб и случайный прохожий были ранены (среди развалин дома силовики обнаружили большие запасы вооружения и наркотиков). Старший брат Сухроба — Лангари Лангариев — в годы гражданской войны был одним из самых известных полевых командиров Народного фронта и занимал пост начальника штаба Национальной гвардии (в октябре 1992 года он скончался в одной из больницХуджандаот полученных ранений). Другой брат — Файзали Лангариев — работал оперуполномоченным в Управлении исправительно-трудовых учреждений МВД республики, затем, по примеру старшего брата, воевал в рядах Народного фронта, а на момент ареста Сухроба дослужился до генерал-майора и занимал должность начальника Управления боевой подготовки Министерства обороны Таджикистана. Ещё один брат — Бахтиёр Лангариев — работал начальником РУБОПДушанбе(что не мешало Сухробу Лангариеву с2002 годанаходиться в республиканском розыске за разбой). В апреле2009 годаВерховный суд Таджикистана, заседавший в обстановке строгой секретности на территории специзолятора КНБ, приговорил Сухроба Лангариева и семерых его подручных к пожизненному заключению (остальные 11 подсудимых, входивших в его наркокартель, получили в зависимости от тяжести совершённых ими преступлений от 6 до 21 года лишения свободы).
В начале февраля2008 годавГарме(Раштская долина) был убит командир ОМОНа МВД Таджикистана полковникОлег Захарченко, а четверо его бойцов получили тяжёлые ранения. Нападение на омоновцев организовал начальник Регионального управления по борьбе с организованной преступностью УВДРаштского районаМирзохуджа Ахмадов, который во времена гражданской войны был полевым командиром Объединённой таджикской оппозиции и опасался ареста за прошлые преступления. В июне 2008 года в Горном Бадахшане прошли массовые волнения, поддержанные таджикской оппозицией. Также в июне 2008 года в Подмосковье за хранение крупной партии героина были задержаны Рустам Хукумов, сын председателя Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова и брат зятя президента Рахмонова, и наркокурьер Фарход Авгонов (в конце 2011 года Московский областной суд оправдал Хукумова). В июне2009 годапри задержании в своём доме был застрелен бывший министр внутренних дел ТаджикистанаМахмадназар Салихов, в последнее время враждовавший с кланом президента Рахмонова (Салихов занимал пост министра более двух лет и был отправлен в отставку без объяснения причин в январе 2009 года; во время гражданской войны он занимал пост генерального прокурора).
В июле2009 годав ходе спецоперации МВД и Госкомитета нацбезопасности, проводившейся в кишлаке АхбаТавильдаринского районапротив вооружённой группировки Негмата Азизова, был убит влиятельный каратегинец, бывший министр по чрезвычайным ситуациям Таджикистана генерал-лейтенантМирзо Зиёев. В годы гражданской войны он был видным полевым командиром оппозиции, воевавшей с Народным фронтом, после перемирия1997 годастал главой МЧС и занимал эту должность до ноября2006 года, когда был отправлен в отставку без объяснения причин. После увольнения Зиеев примкнул к антиправительственной группировке и планировал захватить органы местной власти и отдел внутренних дел Тавильдаринского района. В конце июля 2009 года, во время визита президента РоссииДмитрия Медведевав Таджикистан, на стоянке около крупнейшего вещевого рынка Душанбе «Корвон», расположенного на южной окраине города, неизвестные взорвали автомобиль начальника отделения УВД столичного района Фирдоуси (сам подполковник Саид Давудов, который был участковым милиционером на рынке, отделался лёгкими травмами). Кроме того, за несколько дней до этого инцидента бомбы взрывались рядом с международным аэропортом Душанбе и гостиницей «Таджикистан».
В сентябре2009 годабыл убит начальник уголовного розыска ОВД городаИсфара, подполковник милиции Саидумар Саидов. В начале сентября2010 годавХуджандена территории РУБОП УВД Согдийской области взорвалась прорвавшаяся во двор машина с двумя смертниками, в результате чего было уничтожено правое крыло административного здания, погибли два сотрудника управления, а ещё 28 человек получили ранения (по одной из версий, теракт имел целью помешать следственным мероприятиям по делу об убийстве директораИсфаринскогорынка Хомиджона Каримова, который был приближен к криминальным кругам области; по другим данным, за взрывом стояли исламисты). Через несколько дней взрыв прогремел в ночном клубе «Дусти» в южной частиДушанбе.
Во многом влиянию организованной преступности способствует катастрофическая ситуация сэкономикой Таджикистана, и как следствие этого — бедственное положение большей части населения. К 2010 году около 60 % жителей страны находились за чертой бедности, уровень безработицы достигал 40 %, на сезонные заработки в год выезжало от 650 тыс. до 1 млн человек (в основном вРоссию). Денежные переводытаджикских рабочихиз России были равны двум годовым бюджетам страны и достигали 1 млрд долл. в год, причём половина из этих денег шла в Таджикистан нелегально (в2011 годутаджикские рабочие перевели на родину около 3 млрд долл.).
Крупнейшей криминальной отраслью Таджикистана являетсянаркобизнесво всех его проявлениях — от переправки наркотиков изАфганистанаи распространения внутри страны до организации трафика через соседние страны (КыргызстаниУзбекистан) вРоссиюиКазахстан. В этот бизнес вовлечено огромное количество людей, начиная с крестьян, выращивающихопийный мак, производителей («химиков»), курьеров («мулов»), боевиков, обеспечивающих безопасность и сохранность груза, и кончая финансистами, «отмывающими» деньги, силовиками и чиновниками, «крышующими» весь этот бизнес, и, конечно же, главарями наркокартелей. По состоянию на начало2010 годас афганской стороны границы наркобизнес контролировали следующие главари — «производители» Абдул Вали (лаборатории в провинцииТахар), Мадад Джан и Нур Рахман (лаборатории в провинцииНангархар), Хаджи Рахимулла и Хаджи Рахман (лаборатории в провинцииГильменд), Мафтун (лаборатории вКабуле), «торговцы», они же распространители и посредники Хаджи Хикматулла (Тахар), Гол Башар и Али Хайдар (оба изКабула), «перевозчики» Хаджи Хаким и Абдул Джаббар (курировали перевозку наркотиков в Таджикистан). С таджикской стороны наркобизнес контролировали авторитеты Абдул Возуз, Курбон, Хамед, Навид и Абдулахак (организация путей наркотрафика из Афганистана в Таджикистан), Тадж Мохаммад и Нематулла (получатели и оптовые продавцы наркотиков), Аминулла, Мирзамин и Абдулматин (розничный сбыт наркотиков в Таджикистане), Наджиб, Шавгиз и Джамал (организация путей наркотрафика из Таджикистана в Россию), Вахед и Хан-Заман (организация путей наркотрафика из Таджикистана в Казахстан). В 2010 году около 550 т афганского героина шло на рынок России и более 700 т — в Европу. В сфере сбыта таджикские наркодельцы опираются либо на многочисленных земляков, осевших в России, либо на цыганские картели (как местные, так и состоящие изсреднеазиатских цыган, переселившихся в Россию).
Ещё один канал контрабанды наркотиков в Россию курируют коррумпированные дельцы из числа российских военнослужащих, расквартированных на территории Таджикистана — офицеры201-й дивизиии прикомандированные к таджикскому Министерству обороны советники (ранее в наркотрафике активно участвовали российские пограничники). Оптовые партии наркотиков переправляются с помощью самолётов военно-транспортной авиации, частных и ведомственных авиакомпаний и в запечатанных железнодорожных вагонах. Почти все действующие в стране группировки наркоторговцев связаны с руководством силовых органов — МВД, ГКНБ и армии. В январе2012 годастражам порядка удалось задержать трёх высокопоставленных чиновников МВД, работавших на наркомафию — Фаридуна Умарова, начальника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков ОВДФархорского районаХатлонской областии младшего брата первого заместителя председателя Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) Таджикистана Мансура Умарова, майора Зафара Мирзоева, начальника отдела управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков МВД Таджикистана, и Тохирхона Шерова, возглавлявшего отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотических средств столичного УВД (все трое офицеров «крышевали» наркоторговцев, в частности, за крупные взятки избавляли их от уголовной ответственности, а Фаридун Умаров и вовсе контролировал наркотрафик в приграничных с Афганистаном районах Хатлонской области, а также в Душанбе, для чего создал банду, в которую входили сотрудники полиции и спецслужб). Первоначально был арестован известный в криминальных кругах наркобарон Рустам Хаитов (оперативники задержали его с 42 килограммами наркотиков), который и сообщил следователям о том, что часть незаконного груза принадлежала Фаридуну Умарову.
Наряду с традиционными видами преступлений, такими кактеневая экономика,наркобизнес,вымогательствоипроституция, с развалом Советского Союза в стране проявились новые тенденции в сфере преступности: из Таджикистана стали вывозить девушек для продажи в борделиУзбекистана,Казахстана,Киргизии,России,Афганистана,ОАЭиИзраиля, а мужчин продавать вКазахстаниРоссиюдля принудительного труда. Рынок нелегальных эмигрантов активно пополнялся похищенными или проданными за долги людьми. Ещё одной прибыльной сферой деятельности для таджикских группировок и коррумпированных силовиков стало похищение с целью получения выкупа богатых земляков в России или их родственников в Таджикистане.
Реальная власть в стране поделена между авлодами — региональными кланами илипатронимиями, наиболее влиятельными из которых являются ходжентский, кулябский, каратегинский, гиссарский и памирский. Как гласит таджикская пословица «Ходжент правит, Куляб охраняет, Памир танцует, а Каратегин торгует». Помимо собственно родственных связей в общественно-политической жизни Таджикистана большую роль играют и отношения, возникающие при породнении между собою тех или иных общественно-политических деятелей, связанных общими интересами (например, заключаются браки между их детьми). Клановость охватывает все сферы таджикского общества, не минуя даже силовые структуры. Во всех государственных органах власти земляки покровительствуют землякам, а в армии и погранвойсках не редки даже стычки на клановой почве.
Кроме того, в таджикском обществе влиятельны традиционные сословия: это прежде всего сейиды, считающиеся потомками основателя ислама пророка Мухаммеда; ходжи, относящиеся к потомкам первых четырёх праведных халифов; тура — потомки тюркских военачальников; махсумы (махдумы) — потомственные служители мусульманского культа; мирзо — потомственные писцы. Часть сейидов и ходжей, традиционно вовлечённых в мусульманскую мистическую суфийскую практику и возглавляющих суфийские общины, образуют ещё одно сословие — ишанов.
В целом все знатные сословия составляют единую привилегированную общественную группу — аксуяков («людей белой кости»), в определённой степени противопоставляемую остальному народу — омихо, или фукаро. Как в старину, так и теперь, по образу жизни эти сословия мало чем отличались от основной массы населения. Они так же, как и все прочие, занимались ремеслом, торговлей и земледелием. Правда, окружающие оказывали знатным людям особое уважение и почести, например, первыми приветствовали их при встрече на улице, делали регулярные подношения. Разумеется, имелись и некоторые различия в жизни и быту простонародья и знати. Последние почти поголовно получали углублённое мусульманское образование и благодаря этому, а также знатному происхождению, назначались на государственные должности или выполняли религиозные и другие общественные функции. Географическое распределение представителей знатных сословий было неравномерным, иногда они составляли часть населения какого-либо кишлака, квартала или городка, иногда проживали вперемежку с простыми людьми, но всё равно стремились к определённой территориальной изоляции.
Послереволюции 1917 года, когда в результате проводимых советской властью преобразований в среднеазиатских обществах стали возникать социальные группы современного типа — главным образом, чиновничество и интеллигенция, — основу их составляли не столько «выходцы из рабочих и крестьян», как любила утверждать советская пропаганда, а представители традиционных привилегированных сословий, которые обладали большей мобильностью и более высоким образовательным уровнем, и потому оказывались в большей степени приспособленными к требованиям современной жизни. Исторически наиболее мобильным и активным в пределах Таджикистана было и остаётся сословие ходжей. Значительную социальную активность это сословие проявляло вХодженте, центре Северного Таджикистана, где его представители традиционно занимали ведущие политические и экономические позиции. Когда образовалась Таджикская АССР (1924), а затем иТаджикская ССР(1929), северный регион республики, как наиболее развитый в экономическом отношении, стал играть и ведущую политическую роль в жизни страны, а среди выходцев с Севера, в свою очередь, доминировали представители местной элиты — ходжей. Выходцы из ходжентских ходжей образуют ядро таджикского торгово-бюрократического слоя, имеющего широкие международные контакты. В то же время известно, что в правящую элиту северян входят и выходцы из других «благородных» сословий, в том числе махсумы и сейиды (последних много среди сотрудников спецслужб и в других государственных структурах Таджикистана).
Если стержнем северных знатных групп является сословие ходжей, то на Юге, в особенности вКаратегине, ведущую роль среди тамошних элит традиционно играли ишаны, нередко происходившие из сословия сейидов. Ещё со времён русского завоевания Средней Азии (вторая половина XIX века) именно выходцы из ишанского сословия составляли основу тех общественных сил, которые выступали против распространения христианства и русской культуры, противились каким бы то ни было общественным изменениям. Именно эти люди составляли костяк сопротивления советской власти (первая треть XX века), а позже — руководстваПартии исламского возрождения. Также в общественно-политической жизни Таджикистана значительна роль традиционной социально-профессиональной группы мирабов — распределителей воды. В условиях поливного земледелия распределение воды во все времена считалось важнейшей социальной функцией, которую выполнял всеми уважаемый человек с высоким общественным статусом. Так, бывший глава мусульман Таджикистана (муфтий) Фатхуллохон Шарифзода, принадлежавший к сословию ишанов-тура, в молодости работал в системе водного хозяйстваГиссарского района. Даже сейчас, когда в общественном положении традиционных привилегированных сословий происходят, хотя и достаточно медленно, определённые изменения, всё же соблюдается внутрисословнаяэндогамия(запрет на внесословные браки).
В Северном Таджикистане большие семьи, проживающие в одном хозяйственном дворе и занимающие определённые участки (хавли), обозначаются термином туп. Совокупность нескольких родственных друг другу тупов или больших семей составляет так называемый авлод (от арабского «сыны») — объединение не только живущих, но и уже умерших родственников по мужской линии (и их жён), восходящее к единому предку. У различных групп ираноязычного населения Таджикистана такие родственные кланы известны и под другими названиями: уязгулямцев— каум,шугнанцев— гру,ваханцев— тухм,матчинцев— хейш, других горных таджиков — каум (каун), тойфа и кында, у равнинных таджиков — каум (впрочем, авлодом может именоваться и большая семья, то есть туп, а хейш может употребляться не как синоним авлоду, а обозначать совокупность нескольких родственных авлодов). Авлоды-патронимии традиционно селились компактно, будь то кишлак или городской квартал (эта территория носит название махалля или гузар и исторически принадлежит авлоду, выступающему как община). В связи с нехваткой земли уже с 50-х годов XX века экономической основой авлода становится общий фонд заработной платы. Также авлоду принадлежала и обязанность осуществления кровной мести.
Основной формой общения мужчин в традиционном таджикском обществе были так называемые мужские объединения (гаштаки или гапы) — особые собрания, регулируемые этикетом и ритуалом и объединяющие жителей одного авлода, квартала, профессии или сферы деятельности. Основой объединений по традиции была и остаётся совместная трапеза. Все члены объединения обязаны поддерживать друг друга в различных жизненных ситуациях. На основе мужских объединений были построены первичные ячейки многих партий (например,Партии исламского возрождения), а также молодёжные группировки в городах страны. Так как суфийские ордена, авлоды, сословия, мужские объединения и другие традиционные структуры уже не могут выступать как совершенно самостоятельные общественно-политические силы, они вынуждены действовать под видом современных политических структур, главным образом, партий. Кроме того, мужские объединения в кварталах и кишлаках теперь формируются не по авлодному признаку, а по возрастному и по профессиональному, что даёт возможность быстро формировать сплочённые группы, находящиеся под влиянием лидера данной общины либо лидера данного мужского объединения. Такие группы спаяны жёсткой дисциплиной, круговой порукой, безусловным повиновением лидеру. Именно эта трансформация старого авлода стала основой формирования вооружённых групп и отрядов как в стане оппозиции, так и среди сторонников Народного фронта. На основе этих возрастных родственных мужских групп в кратчайшие сроки могут быть созданы боевые отряды, ориентация которых будет зависеть в основном от их лидера.
Также известен как ходжентский, ленинабадский исогдийскийклан. Делится на несколько влиятельных групп — непосредственно согдийскую (или худжандскую),зарафшанскую(илиистаравшанскую),пенджикентскуюиягнобскую. Во время гражданской войны ленинабадская этнорегиональная группа, из которой в советское время рекрутировалась политическая элита республики (за ленинабадцами был «закреплён» пост первого секретаря ЦК Компартии республики, а за близкими к нимканибадамцами— пост председателя Совета министров), перегруппировалась и поделила госсобственность, не участвуя активно в вооружённом конфликте (хотя симпатии клана всё же были на стороне кулябско-гиссарской коалиции, выступившей против каратегинцев и памирцев). Представители клана контролируют промышленные и сельскохозяйственные предприятияСогдийской области(в том числе горно-химический комбинат и автобусный завод вЧкаловске, нефтеперерабатывающий завод вКанибадаме, горно-обогатительный комбинат вАдрасмане, металлургический завод вИсфаре, многочисленные хлопкоочистительные, текстильные и пищевые предприятия), экспорт хлопка, алюминия, овощей и фруктов, крупный рынок «Панчшанбе» вХуджанде, а также транспортировку наркотиков в Казахстан и Россию (хотя и в меньшей степени, чем южане). Худжандцы традиционно очень предприимчивы, но по ряду причин больше ориентируются на Узбекистан и Россию, чем на южный Таджикистан. Интересы клана лоббировал Союз прогрессивных сил Таджикистана, созданный крупными бизнесменами северной части страны и северянами, которые работали в Душанбе. Пенджикентцы контролируют собственные посевы опийного мака и конопли, а также поставки наркотиков в Россию (через Худжанд), Самарканд и Душанбе.
Среди основных лидеров клана —Бободжан Гафуров(в 1946—1956 годах первый секретарь ЦК Компартии Таджикской ССР, умер в 1977 году в Душанбе),Джабар Расулов(в 1946—1955 годах председатель Совета Министров Таджикской ССР, в 1961—1982 годах первый секретарь ЦК Компартии Таджикской ССР, умер в 1982 году в Душанбе),Абдулахад Кахаров(в 1954—1955 годах председатель Ленинабадского облисполкома, в 1956—1961 годах заместитель председателя Совета Министров Таджикской ССР, в 1961—1973 годах председатель Совета Министров Таджикской ССР, умер в 1984 году в Душанбе),Турсунбай Ульджабаев(в 1955—1956 годах председатель Совета Министров Таджикской ССР, в 1956—1961 годах первый секретарь ЦК Компартии Таджикской ССР, умер в 1988 году в Душанбе),Рахмон Набиев(в 1973—1982 годах председатель Совета Министров Таджикской ССР, в 1982—1985 годах первый секретарь ЦК Компартии Таджикской ССР, в 1991—1992 годах президент Таджикистана, умер в 1993 году в Худжанде при невыясненных обстоятельствах),Абдужалил Самадов(в 1993—1994 годах премьер-министр Таджикистана, умер в 2004 году в Москве),Абдуджалил Хамидов(в 1992—1993 годах председатель Ленинабадского облисполкома, в 1995—1996 годах председатель хукумата Ленинабадской области, крупный предприниматель, умер в 2010 году в тюрьме Душанбе),Кахар Махкамов(в 1982—1986 и 1990—1991 годах председатель Совета Министров Таджикской ССР, в 1985—1991 годах первый секретарь ЦК Компартии Таджикской ССР, в 1990—1991 годах президент Таджикистана, в 1990 году председатель Верховного Совета Таджикской ССР),Абдумалик Абдулладжанов(происходит из старинной и почитаемой семьи богословов-махсумов, в 1992—1993 годах премьер-министр и один из богатейших людей страны; в советское время его дядя был видным религиозным деятелем Ленинабадской области; в начале 90-х годов брат Абдулладжанова занимал пост председателя горсовета Ходжента; дочь Абдулладжанова вышла замуж за сына тогдашнего председателя Ленинабадского облисполкома Абдуджалила Хамидова),Яхьё Азимов(президент Кайраккумского коврового комбината «Колинхо», в 1996—1999 годах премьер-министр Таджикистана, в 2000—2001 годах министр экономики и внешнеэкономических связей),Окил Окилов(в 1993—1994 годах министр строительства, в 1994—1996 годах вице-премьер-министр, в 1996—1999 годах первый заместитель председателя Ленинабадской области, с 1999 года премьер-министр Таджикистана), Косим Косимов (министр сельского хозяйства Таджикистана), Кохир Расулзода (председатель хукумата Согдийской области),Садридин Хайридинов(глава корпорации «Элита Истаравшан» и депутат парламента),Сайфиддин Тураев(глава корпорации «Ховар», его старший брат был мэром городаУра-Тюбе), Нормат Юнусов (бывший министр финансов).
Также известен как гиссарский клан. После окончания гражданской войны гиссарцы оказались в коалиции с номинальными победителями — кулябцами, и даже «застолбили» за собой пост мэра Душанбе, но между ними всегда существовали противоречия (например, сразу после освобождения Душанбе в конце 1992 года случились первые кулябско-гиссарские столкновения). Среди гиссарцев большую долю составляют узбеки, что несколько ослабляет консолидацию клана. Исламистское крыло клана возглавляетХоджи Акбар Тураджонзода, происходящий из старинной семьи ишанов — руководителей мусульманского мистического суфийского орденакадирийя. Среди других лидеров клана —Сафарали Кенжаев(по происхождениюягнобец, в 1975—1983 годах прокурор Фрунзенского района Душанбе, в 1983—1989 годах транспортный прокурор Таджикской ССР, в 1991—1992 годах председатель Верховного Совета Таджикистана, убит в 1999 году в Душанбе), Баракатулло Ахмедов (мэр городаТурсунзаде), Хол Машрабов (бывший председатель районаРудаки).
Также известен каккаратегинскийилигармскийклан. Каратегин всегда имел гораздо худшие условия хозяйствования, что ещё до революции порождалоотходничество(в основном, каратегинцы работали на предприятиях крупных городов Средней Азии — Ташкента, Ферганы, Коканда). Коренным образом повлияла на весь строй жизни горцев Таджикистана миграционная политика властей после революции (две трети мигрантов в Вахшской долине были депортированы туда насильно). Для переселенцев из Каратегина и предгорий Памира было свойственно расселение крупными компактными группами, стойкое сопротивление ассимиляции и навязыванию чужих правил, стремление сохранить культурно-хозяйственные формы при неизбежной их ломке вследствие изменившихся условий хозяйствования. Всё это способствовало отчуждению от власти и проповедовавшейся ею коммунистической идеологии, что подготовило почву для распространения впоследствии оппозиционных движений, которые, несмотря на мощное давление тоталитарного государства, всё же находили своих адептов в среде переселенческого населения Вахшской долины.
Вдобавок в Вахшской долине складывалась очень сложная система взаимоотношений политических субкультур — под покровом якобы единой советской политической культуры происходило столкновение каратегинской субкультуры и доминировавшей политической культуры северных таджиков (ленинабадцев). Распространению оппозиционных настроений способствовала и возвратная миграция вКаратегин, где образовались относительно большие поселения фактически вне контроля властей. Кроме того, внимание государственных органов было направлено на хлопководческие районы республики, тогда какГармская зонаразвивалась во многом самостоятельно. Более того, из-за отсутствия государственных органов власти в отдельных поселениях Гармской зоны возникли собственные властные структуры. Таким образом, увеличение численности каратегинской этнорегиональной группы по отношению ко всему населению Таджикистана и концентрация каратегинской интеллигенции в столице вызвали стремление изменить региональный баланс сил на уровне властных структур.
Со времён отходничества и массового переселения на равнины каратегинцы отличаются традиционной предприимчивостью, инициативностью, мобильностью и крайней религиозностью (в роли духовных наставников у них чаще всего выступают представители старинных суфийских родов, учившиеся ещё у поколения выпускников бухарских медресе). К началу 90-х каратегинская этнорегиональная группа занимала место торговцев и предпринимателей (причём, каратегинская торговая элита контролировала не только госторговлю, но и чёрный рынок и теневую экономику в центре и на юге республики). Она была очень слабо представлена в политической элите (в советский период за каратегинцами был «закреплён» пост председателя Верховного Совета республики), зато окрепла экономически и выдвинула в период распада союзной государственности и паралича власти в республике свой путь будущего устройства страны, исключавший коммунистическую идеологию. Интересы каратегинцев на этом историческом этапе лоббировали Партия исламского возрождения и Демократическая партия (ДПТ обзавелась своими военизированными структурами из числа молодых каратегинцев, а ПИВТ стала массовой и очень влиятельной организацией, когда в неё пришли каратегинские ишаны).
В годы гражданской войны клан составлял ядро Объединённой таджикской оппозиции, а после поражения в середине 90-х каратегинская этнорегиональная элита перенесла свою деловую активность в экономическую сферу, переведя значительную часть своих капиталов за пределы Таджикистана (в основном в Россию). Кроме того, произошёл раскол среди «демократов» и вновь открылась идейная пропасть между «демократами» и исламистами. Но, после перемирия1997 года, многие исламисты, лишь формально признав верховенство Рахмонова, заняли руководящие посты в регионе. Значительные группы каратегинцев эмигрировали в Афганистан, Россию и Украину, сохранив тесные связи с земляками и участвуя в торговых операциях клана (в том числе и с наркотиками). Каратегинцы, проживающие в Таджикистане, негативно относятся к русским и узбекам, а после гражданской войны эта неприязнь лишь многократно усилилась.
Также известен каккурган-тюбинскийклан. БывшаяКурган-Тюбинская областьнаиболее сильно пострадала во время гражданской войны. Кроме того, слияние с Кулябской областью на правах «младшего брата», подавление во 2-й половине 90-х годов мятежей местного авторитетаМахмуда Худойбердыева, трения между отдельными этническими группами таджиков, а также между таджиками и узбеками, сильно подорвали позиции курган-тюбинского клана. Среди основных лидеров клана —Абдулмаджид Достиев(посол Таджикистана в России).
Также известен каккулябскийклан. За годы советской власти кулябская община трансформировалась в колхоз с характерной неограниченностью власти вожака общины — раиса (председателя колхоза). Коммунистическая идеология вписалась в идеологические механизмы кулябцев, не противореча даже местному варианту «народного» ислама, а сложившаяся при социализме система власти также соответствовала традиционным властным отношениям. Кроме того, хлопководство по ряду причин было возможно только при сохранении традиционной общины. Не удивительно, что именно кулябцы с началом гражданской войны стали естественными сторонниками компартии и советского порядка в его полном объёме. После окончания вооружённого конфликта в1997 годукулябцы с позиции победителя стали распространять своё влияние на весь Южный и Центральный Таджикистан, потеснив ленинабадскую элиту, тем более что последняя особенно и не держалась за эту часть республики (под контролем кулябцев оказалисьХатлонская областьиДушанбес окрестностями).
По своему характеру кулябцы традиционно расположены к службе в правоохранительных органах и вооружённых силах, однако очень велика и степень криминализованности этой этнорегиональной группы. Для политической культуры Куляба свойственен вождизм, когда вокруг «бобо» (пахана) собирается группировка, спаянная круговой порукой. При слабых рыночных ориентациях, культе силы и пренебрежении законностью кулябцы признают предпринимательство исключительно в феодализированной форме, то есть с выплатой дани. Среди основных интересов клана — транзит наркотиков изАфганистана, экспорт хлопка, электроэнергии сНурекской ГЭСи продукции Вахшского азотно-тукового завода, хищения государственных средств, кулябские рынки «Саховат», «Хатлон» и «Хосилот». Контроль над границей вдоль рекиПяндж(и, соответственно, возможность провозить через неё наркотики) с переменным успехом оспаривают местные и афганские группировки, а также таджикские и афганские силовые структуры. Кулябская «молодёжь», наводнившая Душанбе после прихода к власти Рахмонова, вскоре монополизировала в городе сбыт наркотиков, взяла под свой контроль проституцию, занялась грабежами и завладением квартир.
Ведущую роль внутри кулябского клана играетклан Рахмонова, также известный какдангаринскийклан, который выдвинулся на первые роли в стране с началом правленияЭмомали Рахмонова, уроженца города Дангара. В1994 годуРахмонов стал президентом страны и вскоре почти все ведущие посты в Таджикистане заняли уроженцыДангаринского района. К 2002 году кулябские силовики делились на две влиятельные группы —пархарскуюи дангаринскую. К первой относились командующий Президентской гвардией Гаффор Мирзоев и мэр Душанбе Махмадсаид Убайдуллоев, на которого замыкалась вся столичная милиция, ко второй — командир бригады спецназа МВД Сухроб Касымов, министр безопасности Хайриддин Абдурахимов, министр внутренних дел Хумидин Шарипов и министр обороны Шерали Хайруллоев. Старшая дочь Рахмонова Фируза замужем за сыном начальника Таджикской железной дороги Амонулло Хукумова и владеет сетью бутиков в центреДушанбе; дочь Озода, работающая заместителем министра иностранных дел, замужем за дипломатом (позже он занял пост заместителя министра финансов Таджикистана); дочь Тахмина — за владельцем строительной компании и сети супермаркетов (она и сама владеет многими предприятиями); младшая дочь Зарина фактически руководит государственным телеканалом «Шабаккаи аввал». Старший сын Рахмонова Рустам является депутатом Маджлиса Душанбе и членом президиума правящей Народно-демократической партии Таджикистана, возглавляет управление по борьбе с контрабандой и нарушением таможенных правил Таможенной службы Таджикистана и негласно контролирует это ведомство (также он является вице-президентом Федерации футбола Таджикистана и заместителем председателя Союза молодёжи Таджикистана).
Родственники и знакомые Рахмонова контролируют ряд крупнейших банков и компаний страны (брат жены Рахмонова — Хасан Садуллоев, он же Асадуллозода — является хозяином крупного «Ориён-банка» и контролирует хлопковый рынок страны), в том числе финансовые потоки Таджикского алюминиевого завода, ряда энергетических и горнодобывающих фирм, а также участки афгано-таджикской границы, госзакупки и приватизационные процессы (отец одного из зятьёв Рахмонова — Ширали Гулов — председатель Госкомимущества Таджикистана, зять президента Махмадзойир Сохибов ранее возглавлял Агентство по государственным закупкам). Многие таджикские чиновники, особенно силовики и дипломаты, причастны к незаконному обороту наркотиков, а почти все руководители силовых структур и послы Таджикистана — выходцы из Дангары, из совхоза, которым руководил Рахмонов. Среди других лидеров клана —Акбар Мирзоев(в 1987—1988 и 1990—1992 годах председатель Кулябского облисполкома, в 1992 году премьер-министр Таджикистана),Шариф Рахимзода(в 2006—2008 годах председатель Госкомитета по инвестициям и управлению государственным имуществом, с 2008 года председатель Нацбанка Таджикистана), Гайбулло Авзалов (председатель Хатлонской области), Изатулло Хаёев (бывший председатель исполкома Горно-Бадахшанской автономной области, министр мясной и молочной промышленности республики, первый секретарь Кулябского обкома компартии, председатель Совета Министров Таджикистана, министр внешнеэкономических связей и глава аппарата президента Рахмонова), Хабибулло Табаров (бывший председатель Кулябского облисполкома и министр сельского хозяйства и земельных реформ Таджикистана), Гулом Бояков (бывший председательФархорского района).
В июне2012 годав Душанбе был застрелен Холмумин Сафаров — директор государственного унитарного предприятия «Таджиклес» и супруг старшей сестры Эмомали Рахмонова.
Также известен какпамирскийклан, который делится на несколько этнотерриториальных групп —дарвазскую,язгулямскую,шугнанскую,рушанскую,ишкашимскуюиваханскую. Памирцы всегда находились в этнической и конфессиональной обособленности по отношению к Таджикистану, вызванной тем, что они являются конгломератом маленьких этносов, имеющих особые обычаи, традиции, ментальность и не входящих в таджикский народ. Самые главные различия лежат в языковой и конфессиональной области — памирские языки входят в восточноиранскую группу языков, а таджикский — в западноиранскую. В религиозном отношении памирцы исповедуютисмаилизм— один из толков шиизма, весьма разбавленный местными анимистическими и другими верованиями. Несмотря на альянс между исламистами и памирцами во время гражданской войны, нельзя преувеличивать религиозность последних. Памирцы также антагонистичны к афганцам, у них сохранилась память об опустошительных набегах со стороны южных соседей. Возникновению и деятельности мафиозных группировок в Горном Бадахшане способствует родовая организация памирского общества, которая предполагает тесную взаимосвязь и взаимовыручку членов рода.
В первой половине 90-х годов основными группировками наркоторговцев были хорогский, шугнанский, поршиневский, ванчский, дарвазский, ишкашимский и рушанский кланы. Хорогскую группировку возглавлял авторитет Лёша Горбун, убитый в декабре1994 года. Во главе ванчской группировки стояли братья Мамадасламовы, более известные под кличками Водиш и Ядгор. В декабре1992 годалюди Ядгора по просьбе афганских партнёров без боя заняли тюрьму вХорогеи выпустили из неё 16 заключённых, в числе которых были несколько граждан Афганистана, вернувшиеся на родину. В мае1993 годана общем собрании памирских полевых командиров Водиш был избран руководителем бадахшанского ополчения. Одно время он проживал вОрджоникидзеабаде, откуда руководил экспортом наркотиков из республики, и враждовал с министром внутренних дел и бывшим рэкетиром Якубом Салимовым. Ядгор в середине 1993 года тяжело пострадал в автокатастрофе и на некоторое время отошёл от дел. В ходе гражданской войны памирские преступные группировки утратили свои позиции на равнине, в том числе в Душанбе (памирские уголовники активно участвовали в боевых действиях и были вынуждены вместе с остальными памирцами спасаться в Горном Бадахшане, который правительственные силы так и не смогли захватить).
После гражданской войны отношения между памирцами и таджиками резко ухудшились. Негативное отношение к памирцам наблюдается не только у кулябцев, душанбинцев и курган-тюбинцев, но и у бывших союзников памирцев — каратегинцев. В свою очередь, памирцы стали дистанцироваться от остальной республики, стремиться к национальной идентификации, осознанию себя отдельным этносом и автономизации (немалая часть памирцев даже разделяет настроения в пользу отделения от Таджикистана). ВХорогерасположен крупнейший рынок афганского опия и героина, а также транзитный узел по отправке наркотиков вДушанбеиОш. Также велика доля памирцев в торговле оружием и других видах криминального бизнеса, они контролируют приграничную торговлю с Китаем и Афганистаном, перепродажу товаров в остальные районы Таджикистана и Кыргызстана. Памирцы и раньше тяготели к России, а теперь их ориентация на неё стала превалирующей, поскольку они достаточно чётко осознали, что их основной бизнес — посредничество между наркодельцамиАфганистанаиПакистанаи колоссальным рынком России, а также приграничная торговля, которая всё равно возможна лишь при доступе на ёмкий российский рынок.
Сегодня центральные власти слабо контролируют ситуацию в отдалённых районах Горного Бадахшана, полноценно присутствуя лишь в Хороге и вдоль границы. В горных кишлаках, где в 90-х годах распалась система местных советов и самораспустились колхозы, вся власть сосредоточена в руках «отрядов самообороны», дельцов наркобизнеса и верхушки исмаилитов. Среди основных лидеров клана —Мастибек Ташмухамедов(в 1932—1934 годах первый секретарь ЦК ЛКСМ Таджикистана, В 1957—1970 годах военный комиссар Таджикской ССР, умер в 1988 году в Душанбе),Назаршо Додхудоев(в 1948—1950 годах председатель облисполкома Горно-Бадахшанской автономной области, в 1950—1956 годах председатель Президиума Верховного Совета Таджикской ССР, в 1956—1961 годах председатель Совета Министров Таджикской ССР, умер в 2000 году в Душанбе),Шоди Шабдолов(председатель Компартии Таджикистана и депутат парламента, бывший первый секретарьХорогскогогоркома партии), Косим Кодири (председатель Горно-Бадахшанской АО), Исмаил Давлатов (бывший министр экономики и финансов Таджикистана).
В июле2012 годав окрестностях Хорога был зарезан начальник управления Государственного комитета национальной безопасности (ГКНБ) по Горно-Бадахшанской автономной области генерал-майор Абдулло Назаров, четыре сопровождавших его сотрудника получили лёгкие ранения. В преступлении обвинили членов самой влиятельной местной группировки, которую возглавлял командир Ишкашимского погранотряда и бывший полевой командир оппозиции Толиб Айембеков, брат покойного авторитета Лёши Горбуна (Толиб курировал контрабанду наркотиков, табака и драгоценных камней). Через несколько дней в своей машине был подорван прокурор Рушанского района Горно-Бадахшанской автономной области Нафасбек Дильшодов, получивший тяжёлые ранения. В ходе ответной спецоперации, проведённой властями в Хороге, были ликвидированы 30 и задержаны более 40 членов группировки Айембекова, в том числе пять граждан Афганистана (у них изъято около 100 единиц различного огнестрельного оружия). Среди погибших оказались бывший полевой командир и неформальный лидер Памира Едгор Шомусаламов и один из сыновей Айембекова. Со стороны правительственных сил погибли 17 человек, ещё 40 получили ранения. Кроме того, был жестоко избит главный военный прокурор Хайрулло Саидов, направленный в Хорог в качестве главы оперативно-следственной группы по расследованию убийства генерала. По неофициальным данным, жертвы среди гражданского населения исчислялись десятками.
Первоначальные группировки исламистов, появившиеся в Таджикистане в 1970-х годах, состояли, главным образом, из городских и, частично, сельских маргиналов — лиц, у которых традиционалистские связи с родовыми (авлодными) и квартальными (махаллинскими) общинами были существенно ослаблены. Идеологические установки первых исламистских группировок были достаточно экстремистскими, их руководители и рядовые члены выступали против исторически сложившейся в Таджикистане мусульманской религиозной обрядности, объявив её еретической, и призывали к насильственному очищению религии и возвращению её к «чистым» формам.Партия исламского возрождения Таджикистанауходит своими корнями в молодёжные группы, которые стали складываться в 1970-е годы вокруг действовавших под видом кишлачныхчайханподпольныхмактабов, получивших распространение вКулябскойиКурган-Тюбинскойобластях в зонах проживания переселенцев изКаратегина. Преподавали в этих подпольных школах старейшины ишанских родов, почитаемых каратегинцами и на новых местах их расселения. Два этих течения исламизма — маргинализованное и традиционалистское — какое-то время существовали независимо друг от друга, а затем во второй половине 1970-х слились. Ещё в большей степени консолидация исламистских группировок в масштабах всей республики началась тогда, когда в1983 годустал подпольно издаваться первый печатный орган исламистского направления — журнал «Хидоят».
С началомэпохи перестройкидеятельность исламистских группировок, существенно активизировавшись, вступила в новый этап. Именно тогда проявилась тенденция к объединению исламистов в масштабах всего Советского Союза. Контакты, возникшие между руководителями исламистов различных регионовСССР, привели к созыву 9 июня1990 годавАстраханиучредительного съезда Всесоюзной исламской партии возрождения (ИПВ), амиром которой был избран дагестанецАхмадкади Ахтаев. Его заместителем стал азербайджанецГейдар Джемаль, а видную роль в партии играл будущий заместитель председателяПИВТДавлат Усмон, один из активных участников съезда. 6 октября 1990 года в кишлаке ЧортутЛенинского районасостоялась учредительная конференция региональной структуры ИПВ, на которой присутствовали 500 человек делегатов и гостей. Вслед за провозглашением государственной независимости Таджикистана руководители региональной структуры общесоюзной ИПВ приняли решение об организации самостоятельнойПартии исламского возрождения Таджикистана. 26 октября1991 годав Душанбе был проведён 1-й съезд партии, на котором председателем ПИВТ сталМ. Химматзода, первым заместителем — Д. Усмон, вторым заместителем — С. Гадо. Сочетание организационной структуры первичных ячеек партии с махаллинско-авлодным расселением таджиков было характерно и для мест компактного проживания каратегинцев в Курган-Тюбинской и Кулябской областях, которые наряду сМатчейи собственно Каратегином были основной территориальной базой ПИВТ.
Когда в конце марта1992 годавДушанбеначался митинг оппозиционных сил, выступавших против политики президентаРахмона Набиева, руководители и членыПартии исламского возрожденияприняли в нём самое активное участие. Особенно усилилась в конце апреля 1992 года роль одного из деятелей партии и одновременно преподавателя Исламского института мулло Киёмитдина, который стал командующим так называемой Народной гвардией (он широко внедрял в гвардии символику, заимствованную из опытаиранских стражей исламской революции). В мае 1992 года формирования ПИВТ приняли активное участие в столкновениях с правительственными силами и кулябскими ополченцами, выступавшими на стороне последних, а затем и в широкомасштабной гражданской войне, которая началась вВахшской долине. Во время этой войны в Таджикистане прижились просторечные наименования исламистов и их противников — «вовчики» (ваххабиты) и «юрчики» (сторонники «красных»). 13 мая 1992 года было сформировано коалиционное правительство, в котором заместитель председателя ПИВТ Усмон получил должность заместителя премьер-министра. Осенью 1992 года полевой командир Ризвон и мулло Азам провозгласили в одной из зон наибольшего влияния партии —Каратегине— Гармскую исламскую республику (после ввода в Каратегин правительственных сил в феврале 1993 года Ризвон и Азам скрылись).
ВГиссареиКаратегине, особенно в Ромитском ущелье (Вахдатский район), ПИВТ имела обширные плантации опиумного мака, который был одним из основных источников её финансирования. В отличие от юга и востока Таджикистана, где формирования партии брали активное участие в боевых действиях, в Ленинабадской области местным организациям ПИВТ вплоть до середины декабря1992 годаудавалось сохранять нейтралитет и поддерживать с областными властями нормальные отношения, в чём большая заслуга принадлежала председателю областной организации партии, инженеру изУра-ТюбеУбайдулло Файзуллаеву и председателю Ходжентской городской организации ПИВТ, доценту Ходжентского государственного университета Абдулвахаду Кадырову. Однако, и на севере не всегда удавалось сдержать исламских экстремистов. В первой половине мая 1992 года, когда в Душанбе проходили митинги сторонников власти и оппозиции, молодёжные формированияматчинцевпод руководством видного деятеля ПИВТ в Ленинабадской области, имам-хатиба одной из мечетей в Ходженте Курайшихона Ибрагимова попытались поставить под свой контроль областной центрХоджент, однако были отбиты местными молодёжными группировками.
В январе1993 года, после того, как силы «юрчиков» овладели Душанбе и установили контроль над большей частью территории Южного Таджикистана, власти Ленинабадской области обрушили репрессии на руководителей областной, городской и районных организаций ПИВТ, а также на поддерживавших их священников. В том же январе 1993 годаКазиятТаджикистана отделился от Духовного управления мусульман Средней Азии и Казахстана, которое базировалось вТашкенте, а против Усмона, Тураджонзоды и председателя Демократической партии Юсупа были возбуждены уголовные дела по обвинению в развязывании гражданской войны. В феврале 1993 годаАкбар Тураджонзодабыл отстранён от должности кази-калона; Казият был преобразован в Муфтият, а его главой был избрангиссарецФатхуллохон Шарифзода. Но особенно жестоким репрессиям члены ПИВТ подвергались на юге страны. Многие рядовые члены партии оказались в отрядах боевиков, сражавшихся против проправительственных сил, часть исламистов и их родственников, главным образом, каратегинцев, прорвалась на территориюАфганистана(эти люди и являли собой основную опору сил оппозиции). 21 июня 1993 года коллегия Верховного суда Таджикистана запретила деятельность на территории республики Партии исламского возрождения, Демократической партии, движения «Растохез» и общества «Лали Бадахшон», которые обвинялись в создании собственных вооружённых формирований и попытке свержения конституционного строя. В сентябре1994 годавТавильдаринский районс целью оказания помощи оппозиции прибыл отряд арабских моджахедов во главе с полевым командиромХаттабом, однако лидеры исламистов не сочли нужным пребывание в стране иностранных наёмников, и отряд Хаттаба через некоторое время оказался в Чечне.
В первой половине 90-х костяк руководстваПартии исламского возрождениясоставляли выходцы из ишанского сословия, например председатель ПИВТ Мухаммадшариф Химматзода, организатор Национальной гвардии мулло Саид Киёмитдин Гози, второй заместитель председателя ПИВТ Саидибрахим Гадо, председатель ходжентской городской организации ПИВТ Абдулвахад Кадыров, видный партийный деятель в Ходженте Курайшихон Ибрагимов, руководительМатчинской районнойорганизации ПИВТ Абдурашид Фозил. Бывший кази-калон мусульман Таджикистана Акбар Тураджонзода также происходил из этого сословия. Среди рядовых членов ПИВТ было много крестьян, которых в 30-е — 70-е годы насильственно переселили из горных местностей на равнины (эти переселенцы традиционно сплачивались вокруг ишанов, поскольку те рассматривались в общественном сознании как естественные силы, способные сохранить специфику их этнографических групп). В больших городах, таких как Душанбе и Ходжент, значительную долю среди членов ПИВТ составляли работники торговли (они оказались в значительной мере маргинализованы, в том числе и потому, что благодаря своей профессии часто сталкивались с отрицательными сторонами советской и постсоветской действительности).
Крупнейшими объединениями исламистов в современном Таджикистане являютсяИсламское движение Узбекистана,Хизб ут-Тахрир аль-ИсламииПартия исламского возрождения Таджикистана, а также последователи теченияСалафия. Почти все исламистские организации, запрещённые властями, для пополнения своей казны участвуют в незаконном обороте наркотиков, торговле оружием, промышляют вымогательством и похищениями людей. В конце 90-х многие исламисты, в том числе боевикиИсламского движения Узбекистана, осели наПамирев ущельеЯзгулеми вИсфаре; вКаратегинской долинебыли расположены лагеря саудовского шейха Аббаса. На исламистов замыкалась и часть умеренных моджахедов, перешедших после перемирия1997 годана сторону правительственных сил (посты во власти поделили в зависимости от влияния полевых командиров, выделив им свои территории и сферы бизнеса, но часть исламистов не пошла на перемирие с Рахмоновым и создала так называемую «непримиримую оппозицию»). В начале октября2000 годав результате двух взрывов, прогремевших в здании Христианской корейской миссии на окраине столицы Таджикистана, погибли 7 человек и ещё свыше 50-и получили ранения. Также в октябре в Душанбе был задержан начальник охраны вице-премьера правительства ТаджикистанаХоджи Акбара ТураджонзодыМухтор Джалилов, подозреваемый в причастности к серии терактов. 31 декабря 2000 года в Душанбе сработали два взрывных устройства — у входа в православную церковь, расположенную в восточной части города, и на южной окраине Душанбе, у входа в церковь адвентистов седьмого дня. В апреле2001 годаВерховный суд Таджикистана запретил деятельность организации Хизб-ут-Тахрир, после чего многие её члены были арестованы.
В январе2009 годаВерховный суд Таджикистана запретил деятельность салафитов. В октябре 2009 года в городеИсфарав ходе спецоперации силовыми структурами были ликвидированы четыре боевика Исламского движения Узбекистана, трое задержаны, а ещё нескольким удалось скрыться в горах (у исламистов изъято большое количество оружия и боеприпасов). 23 августа2010 годаиз столичного СИЗО № 1 Госкомитета нацбезопасности, расположенного рядом с президентским дворцом, убив нескольких охранников, сбежали 25 преступников, входивших в антиправительственную группировку Негмата Азизова и Мирзо Зиеева (в том числе 14 граждан Таджикистана, среди которых два сына и брат Зиеева и братья Азизова, пятеро россиян, четверо афганцев и двое узбеков). Все они были арестованы в июле 2009 года вТавильдаринском районеи накануне побега приговорены к длительным срокам тюремного заключения. 19 сентября 2010 года в ущелье Камароб (Раштский район) боевики полевых командиров Абдулло Рахимова, Аловуддина Давлатова и Мирзохуджи Ахмадова атаковали автоколонну Минобороны и Национальной гвардии Таджикистана (в результате массированного обстрела из гранатомётов и пулемётов погибли 28 военнослужащих, 12 получили ранения). В ответ вооружённые формирования МВД, Минобороны, Нацгвардии и КНБ, неся значительные потери в живой силе и технике, начали широкомасштабную «зачистку»Каратегинаот окопавшихся там исламистов, в том числе боевиковИсламского движения Узбекистана(среди них было многоязгулямцев), попутно выслеживая бежавших из СИЗО осуждённых (в конце сентября вФайзабадском районебыли убиты таджик Рахмиддин Азизов и дагестанец Гусейн Сулейманов).
В октябре 2010 года вРаштском районев обмен на полную амнистию сдались властям полевые командиры Мирзохуджа Ахмадов и Мулло Садриддин, а многие боевики сложили оружие (посредником в переговорах выступил бывший полевой командир оппозиции Шох Искандаров). Ахмадов после заключения межтаджикского мирного соглашения в 1997 году возглавлял до 2008 года РУБОПРаштского района, но позже, поссорившись с властями, организовал лагерь для подготовки террористов и укрывал у себя дома влиятельного исламиста Абдулло Рахимова. В декабре 2010 года в России был задержан видный полевой командир оппозиции Абдулвосит Латипов, на счету группировки которого десятки терактов и более 40 убийств, а также похищения людей с целью получения выкупа (одно время Латипов даже входили в личную охрану одного из лидеров Объединённой таджикской оппозицииАкбара Тураджонзоды). В январе2011 годавРаштском районебыли уничтожены Аловуддин Давлатов (Али Бедаки) и семеро его сторонников, а также проведена масштабная спецоперация силовых структур по нейтрализации вооружённой антиправительственной группировки полевого командира Камола, прошедшего подготовку в лагеряхАфганистанаиПакистана. В апреле 2011 года в результате операции таджикских спецслужб вНурабадском районебыли уничтожены Абдулло Рахимов (Мулло Абдулло) и 10 его сторонников (силовики также понесли потери). После перемирия 1997 года Рахимов не сложил оружия, в конце 90-х перебрался в Афганистан, где воевал на стороне талибов, в 2009 году вместе со своим отрядом объявился вТавильдаринском районе.
Узбекисоставляют около 30 % населенияСогдийской области, около 15 % —Районов республиканского подчинения, 13 % —Хатлонской областии около 10 % —Душанбе. Они находятся на острие традиционного противостояния ираноязычных и тюркоязычных народов в Средней Азии. Во время гражданской войны 1992—1997 годов руководство Узбекистана было вовлечено в конфликт, а таджикистанские и узбекистанские узбеки принимали непосредственное участие в боевых действиях.Турсунзадевскиеигиссарскиеузбеки составляли значительную часть отряда, который в октябре1992 годаворвался в Душанбе и сделал попытку закрепиться там. Они входили и в формирования Народного фронта, причём в конце 1992 года в этих формированиях было много узбеков-бедняков из кишлаковСурхандарьинской области(такие узбеки-крестьяне вовлекались в вооружённые отряды благодаря обещаниям обеспечить каждого легковым автомобилем после занятия Душанбе).Кургантюбинскиеузбеки совместно с арабами принимали участие в погромах каретегинцев.Узбекистанявлялся главным поставщиком оружия для сторонников Рахмонова, а рынок оружия находился вКарши, где «красные», вооружаясь, меняли имевшиеся у них хлопок и алюминий.
Уже с конца1992 годавооружённые силы Узбекистана непосредственно участвовали в событиях, например, военнослужащие Ферганской воздушно-десантной дивизии патрулировали дороги Ленинабадской области, а уже после занятия Душанбе силами Народного фронта позиции «демократов» и исламистов обстреливались с вертолётов вооружённых сил Узбекистана. Во время гражданской войны многие узбекские отряды выходили из-под контроля таджикистанского правительства, ведя вооружённые действия на свой страх и риск. Особую позицию занимали и формирования узбеков-локайцев под командованием своего лидера Файзали Зарипова (Саидова), прославившегося особой жестокостью, и убитого вместе с Сангаком Сафаровым при не вполне ясных обстоятельствах (например, один из отрядов локайцев под командованием близкого к Зарипову полевого командира действовал самостоятельно в районеКалаи-Хумбав конце лета 1993 года). Весьма значительным явился и вооружённый конфликт между узбеками-народофронтовцами и каратегинцами в августе1993 года, когда на стороне последних выступили даже их извечные враги — кулябцы.
Президент УзбекистанаИслам Каримовконтактировал с узбекским лидером из Афганистана генераломДустумом, а тот, в свою очередь, оказывал давление на министра обороны Афганистана таджикаАхмад Шаха Масудас целью заставить его отказаться от оказания помощи таджикской оппозиции. В первой половине 90-х наиболее влиятельными узбеками были председатель Национального банка Таджикистана Каюм Кавмиддинов, вице-премьер Рустам Махкамов и министр по делам промышленности Шавкат Умаров. В январе-феврале1996 годана фоне очередного мятежа Махмуда Худойбердыева в районахТурсунзадеиКурган-Тюбеместные узбеки, в том числе и военнослужащие правительственных сил, организовали вооружённое давление на высшее руководство Таджикистана с целью принудить его к принятию некоторых политических и кадровых решений. Сохраняется напряжённость между таджиками и узбеками в Душанбе, вызванная различными причинами, в том числе проблемой раздела сфер влияния и сложившимся после гражданской войны доминированием узбеков в коммерции (вследствие того, что почти все торговые пути вели через Узбекистан). Сегодня узбеки удерживают лидирующие позиции в сфере финансов и торговли (особенно в Худжанде), занимаются экспортом овощей и фруктов, а также поставками наркотиков.
Таджикистанские арабы на протяжении многих столетий живут в пределах Курган-Тюбинской и Кулябской областей, а также небольшой общиной в Душанбе. До сих пор арабы Таджикистана ощущают себя потомками пророка Мухаммеда и его сподвижников и законными носителями исламского начала и мусульманского благочестия. Перенаселённость юго-западных областей республики уже в 80-х годах провоцировала межнациональные конфликты, один из которых — между арабами и таджиками-переселенцами — произошёл в конце1991 года. Осенью1992 годаместные арабы активно выступили на стороне кулябских формирований, а молодые люди арабского происхождения под угрозой физической расправы вынуждали своих соседей-каратегинцев бросать дома и имущество и покидать насиженные места (не единичны случаи зверских убийств арабами каратегинцев, тела которых сбрасывались в арыки). Интересы арабов лоббировал Союз арабов Таджикистана, основанный доцентом Таджикского сельскохозяйственного университета Ш. Акрамовым (на конец 1992 года в Союзе насчитывалось 16 тыс. членов старше 16 лет).
Среднеазиатские цыганеделятся на несколько этнических групп —люли(джуги),парья(чангар), кавол, чистони исогутарош. Люли занимаются попрошайничеством, гаданием, кражами и торговлей наркотиками, используя с этой целью своих родственников вСанкт-ПетербургеиМоскве, чистони специализируются на воровстве, парья — на торговленасом, кавол и согутарош — на мелкой торговле (многие цыгане устраивают собачьи и петушиные бои, промышляют производством и сбытом самогона, держат в хозяйстве рабов). Джуги, согутарош, кавол и чистони используют тайные языки (арго), на которых общаются в присутствии чужаков. Как и таджики, среднеазиатские цыгане делятся на тупы и авлоды. Основными местами расселения цыган являютсяГиссарская долина, окрестностиДушанбеиКуляба.
В Таджикистане осело несколько волн афганских беженцев (самые крупные случились после свержения режимаНаджибуллыв1992 годуи после прихода к властиталибовв1996 году), но большинство афганцев используют республику как транзитный коридор для дальнейшего перемещения в Россию. К2001 году, когда Россия и Таджикистан активно помогалиСеверному альянсу, вКулябедаже базировалась авиацияМасуда. Сегодня афганцы контролируют несколько так называемых «Афган-Базаров» (вХороге,ИшкашимеиДушанбевозле главного железнодорожного вокзала), где процветает розничная торговля наркотиками и китайским ширпотребом.
Китайцы контролируют десятки оптово-розничных торговых фирм, магазины и торговые ряды на вещевых рынках, осуществляют строительство дорог, мостов, промышленных предприятий и других объектов (нередко на почве конкуренции за рабочие места случаются драки между китайцами и местными жителями). Китай является вторым после России торговым партнёром и инвестором в экономику республики, благодаря чему даже добивается территориальных уступок от Таджикистана. На этом фоне китайцы наладили каналы переправки через Таджикистан огромных партий ширпотреба, идущего в Среднюю Азию и Россию.
Часть чеченцев,депортированных в 1944 годув Среднюю Азию, попали на урановые рудникиТабошараиАдрасмана, с 60-х годов они уже промышляли вДушанберэкетом «теневиков» (работников торговли, «цеховиков», разбогатевших на приписках хлопка директоров колхозов и совхозов). Позже чеченцы, бежавшие в периодпервойивторой чеченской войнв Таджикистан, внедрились в транзит героина и опия в Россию (особенно через свои диаспоры в Кыргызстане, Туркменистане и Казахстане, а также благодаря связям с талибами), участвовали в поставках оружия землякам-сепаратистам. Также многие чеченцы воевали на стороне таджикской оппозиции против сил «красных», а после перемирия 1997 года или перебрались в Афганистан, или осели в Каратегине и Бадахшане.
Длительное время в таджикских тюрьмах и лагерях не было местныхворов в законе, в основном верховодили выходцы с Кавказа и России. Первым таджиком, которого в 50-е годы короновали на «сходке», был душанбинец Остона из района «Третьей базы», имевший большой вес в криминальном мире (позже его след затерялся где-то в лагерях Сибири). В 70-е годы был коронован Хасан изУра-Тюбе, затем — душанбинец Азиммурод из района Нагорной. В конце 50-х — начале 60-х годов особым признанием пользовались таджикские авторитеты Шохин («Красюк»), Шариф, Боборозик, Нозим, Азизкул. В1978 годупобывавший в Таджикистане вор в законе Юлдаш Ташкентский внедрил «общак». С этого времени «смотрящим» за столицей стал известный авторитет Батя, родной брат Шохина (он собирал средства в «общак», исправно «грел» колонии страны и земляков, сидевших за рубежом). Также большую помощь в поддержке таджикистанцев, находившихся в зонах бывшего Союза, оказывал душанбинский авторитет Шах. В конце 80-х — начале 90-х годов во главе заключённых стояли вор в законе Азиммурод, авторитеты Кувват и Файз (Дароз). В тот неспокойный период были убиты многие криминальные лидеры страны, в том числе Азиммурод и Файз. Сильные уголовные традиции наблюдались в СИЗО Душанбе, Худжанда, Куляба, Курган-Тюбе и Хорога, а также в колонии № 7 (Душанбе) и колонии № 8 (Курган-Тюбе).