Кокошник (головной убор)

Коко́шник (др.-рус. ко́кошь «курица») — старинный русский головной убор в виде гребня (опахала, полумесяца или округлого щита) вокруг головы, символ русского традиционного костюма.
Диалектные варианты названия: кокошница, кокошка, кокуй, златоглав, головка, наклонник, наклонка, шеломок, ряска
Кокошник представляет собой лёгкий веер из толстой бумаги, металлической ленты или венца, пришитых к шапочке или волоснику; он состоит из убранного начельника и донца, или же начельника и волосника, со спуском позади ленты. Основа изготавливалась из штофа и бархата, кумача на твёрдой основе из проклеенного или простёганного холста, картона, картузной бумаги. Сверху гребень украшали орнаментом: искусственными или живыми цветами, парчой, позументом, бисером, бусами, речным жемчугом (с XVI века добывался в озере Ильмень), золотыми нитями, фольгой, стеклом, у наиболее богатых — драгоценными камнями. Вышивкой золотыми нитками часто покрывалась и затылочная часть. Сзади кокошник фиксировался с помощью лент. По краям кокошника могли быть пущены рясны (спадающие на плечи жемчужные нити), сам он мог быть обшит поднизью (сеткой) из жемчуга. При надевании кокошник обычно слегка сдвигали на лоб, а затылок закрывали позатыльником из холста с надставкой из малинового бархата, закреплённым с помощью тесёмок. Поверх кокошников часто носили шёлковые или шерстяные платки, плотно вышитые орнаментом из золотых и серебряных нитей — убрус; тонкое лёгкое покрывало, украшенное вышивкой, кружевом или позументом — фата, дымка, вуаль. Платок складывали по диагонали и закалывали под подбородком; длинное покрывало из кисеи или шёлка закалывали под подбородком или спускали с вершины кокошника на грудь, плечи, спину.
Форма гребня в разных губерниях была различной: в Каргопольском уезде Олонецкой губернии кокошник делали в форме шапочки с вытянутым вперёд очельем и лопастями, закрывающими уши. На лоб спускалась поднизь из рубленого перламутра. Вологодский кокошник, называемый сборник, отличался многочисленными сборками над очельем. Архангельский кокошник имел жёсткую овальную форму с обильным декором наверху и очельем, выступающим вперёд и не имевшим дополнительных украшений. В Новгородской и Тверской губернии он был шлемовидной формы. «Форма кокошников в разных регионах довольно разнообразна, как правило, она была обусловлена особенностями традиции укладывания волос, собранных в жгут или в две косы: вокруг головы, надо лбом, на затылке, на висках и так далее. Дополнениями и украшениями служили разного рода лопасти, обнизи, позатыльники и другие детали, значительно различающиеся в разных регионах России, однако все они крепились на твёрдую основу — кокошник».
По конструкции выделялись четыре вида кокошников:
«Древнейшим типом нужно признать тот, где прямой гребень сидит поперёк головы, от уха до уха».
Кокошник плотно охватывал голову, закрывая волосы, заплетённые в две косы и уложенные венком или пучком. «В художественном строе русского национального костюма кокошник играл значительную роль, венчая собой монументальные формы праздничного женского костюма, акцентируя лицо, подчёркивая торжественность тех ситуаций, при которых надевали богато украшенные кокошники».
Изготавливался на заказ профессиональными мастерицами — «кокошницами», владевшими навыками шитья жемчугом, бисером, золотой нитью и умением обращаться с фабричными тканями. Цена некоторых изделий доходила до 300 рублей ассигнациями, поэтому кокошники тщательно хранили в семье и передавали по наследству.
Обычно кокошник надевали по праздникам, а в будни ограничиваясь ношением повойника. В отличие от кички и сороки, которые носились только замужними женщинами, кокошник мог носиться в том числе и незамужними (хотя некоторые этнографы оспаривают это утверждение). Кирсанова указывает, что «кокошником» со временем стали называть традиционный головной убор с высоким очельем и покрывалом, даже если его носила незамужняя девица.
Известен со времён Древней Руси, хотя точное время его возникновения неизвестно. Подобия кокошника — твёрдые головные уборы, низко сидящие на лбу и закрывающие голову полностью до ушей — встречаются уже в погребениях Новгорода, относящихся к X—XII веку. Само название «кокошник» впервые встречается в документах XVI века. В Новое время вплоть до 1920-х сохранялся как часть традиционного обрядного убора невесты (девичья причёска торжественно заменялась кокошником или кикой). Жемчужный кокошник молодая надевала на свадьбу после венчания, носила его до появления первого ребёнка, а затем — только по праздникам и особо торжественным случаям. Небогатым семьям приходилось заказывать кокошник бисерный, но появиться в таком, скажем, в день свадьбы считалось зазорным и приходилось на время торжества занимать у соседей «жемчужный». В старину девицы молились о своём замужестве в день Покрова такими словами: «Покров Пресвятая Богородица, покрой мою буйную голову жемчужным кокошничком, золотым подзатыльничком!». В некоторых местностях кокошник носили только новобрачные в течение трёх дней после свадьбы — это было характерно для тех местностей, где кокошники уже исчезали, заменяясь простыми платками или же городскими шляпками.
В XIX веке бытовал в купеческой, мещанской и крестьянской среде, а в допетровской Руси — и в боярской. В XIX веке распространился с севера России на юг, вытеснив сороку. В конце XIX века во многих губерниях России кокошники как праздничный головной убор стали исчезать, заменяясь головными уборами другого типа: сборниками, повойниками, наколками и так далее.
Изгнанный из высших слоёв общества при Петре Великом, который запретил его носить боярышням указом, кокошник был возвращён в женский придворный костюм Екатериной II, воскресившей моду à la russe в понимании XVIII века и вернувшей его в маскарадный костюм. Наполеоновские войны, вызвавшие всплеск патриотизма, вернули интерес к национальному костюму (ср. возвращение моды на мантилью в Испании). В 1812—1814 годах в моду вошли красные и синие русские «сарафаны» с ампирной талией и филигранными пуговицами впереди. Так одевались и русские императрицы.
В 1834 году Николай I издал указ, вводивший новое придворное платье, дополненное кокошником. Оно состояло из узкого открытого корсажа с длинными рукавами «а-ля бояр» и длинной юбки с шлейфом. Кокошники в сочетании с придворным декольтированным платьем оставались в гардеробе фрейлин до революции 1917 года. (Впрочем, форма придворных кокошников уже достаточно далека от крестьянских прототипов, став ближе к головным уборам итальянского Возрождения или арселе). Во второй половине XIX века также появились бриллиантовые тиары-кокошники («тиары в русском стиле»), которые носились при дворе и подражали традиционным формам.
Во второй половине XIX века взлёт стиля историзм вылился, в частности, в коллекционирование русской старины и вызвал всплеск интереса к русскому костюму. В царствование Александра II и Александра III создавалось множество произведений в русском и неорусском стиле, кроме того, пышные театрализованные постановки на тему русской истории демонстрировали роскошь костюма. Пиком этой моды стал Костюмированный бал 1903 года в Зимнем дворце, гости которого были одеты по моде XVII века, в частности, в «часто утрированные в „оперном“ стиле русские кокошники».
Историк моды Александр Васильев указывает, что в «русском» течении мировой моды между двумя мировыми войнами самым популярным элементом народного костюма оказался именно кокошник, который «в 1919—1929 годах входил в арсенал модниц всего мира». Многие участницы Костюмированного бала 1903 года оказались в эмиграции и, чтобы найти средства для пропитания, основывали дома моды, где использовали опыт русского костюма. В этот период на Западе утверждается форма кокошника-венца как свадебного убора — в подобном венце выходила замуж даже будущая английская королева Мария Текская. Вольно переосмысленный кокошник становится элементом повседневной одежды. Жанна Ланвен делает коллекцию «русских» шляп, парижский дом «Огюст Боназ» в начале 1920-х выпускает пластмассовые кокошники.
Карл Лагерфельд в своей коллекции Paris-Moscou (2008/9) создал исключительно фантазийные образцы кокошников.