Гражданский национализм в России

Гражданский национализм в России — концепция, согласно которой граждане России, вне зависимости от этнической принадлежности, составляют единую российскую нацию, многонациональный российский народ, объединённый на основе базовых ценностей и лояльности государству. Многонациональность, по мнению сторонников концепции, выражается в праве на этническое самоопределение в той степени, в которой это не противоречит гражданскому российскому патриотизму. Понимается как идеология российской политической нации, рассматриваемой как общность граждан, которые воспринимают имперский опыт в качестве культурной традиции.
В постсоветский период среди российских обществоведов получила распространение идея гражданского патриотизма, связанная с концепцией российской гражданской нации.
Как российский гражданский национализм, так и идея существования единой российской нации вызывают критику.➤
Идея нации появилась в России в конце XVIII века в качестве одного признаков ожидания революционных перемен, в первую очередь, введения конституционного порядка и ограничения самодержавия. В конце XIX века идея нации в России трансформировалась в идеологию, направленную на охрану самодержавия и имперского устройства. С этого периода под русским национализмом в России понимались организационно оформленные группы, продвигавшие идеи национального эгоизма, великодержавного шовинизма и ксенофобии.
Идея гражданской концепции нации (1790—1833), связанная с представлениями о народном суверенитете, народном представительстве и конституционном строе, возникла задолго до формирования официального государственного национализма и этнического понимания нации. В течение нескольких десятилетий эта идея преобладала в России. Та или иная её форма разделялась декабристами, которые стремились к ограничению самодержавия через установление конституционной монархии или введение республиканского строя. Та же гражданская трактовка идеи нации использовалась в 1797 году будущим императором Александром I, заявлявшим, что, когда он станет царём, то дарует России конституцию и «нация изберёт своих представителей». Но после восстания декабристов, восшествия на престол Николая I и в особенности польского восстания 1830—1831 годов, выдвинувшего лозунги национального суверенитета, ранний дискурс о нации и национальном представительстве, которые понимались в качестве желанной, хотя и труднодостижимой цели, в официальных кругах сменился на отрицание конституции и национального представительства, понимаемых как неуместные для России в принципе.
В период идеи «официальной народности» (1833—1863) происходит огосударствление идеи нации. Одним из основных средств подавления гражданского национализма стала его замена на его относительные подобия. В 1833 году, вступая в должность министра просвещения Сергей Уваров изложил триаду «Православие, самодержавие, народность», которая была призвана защитить страну от европейского свободомыслия и являлась антитезой другой формуле: «Свобода, равенство, братство», включавшей основные идеи Французской революции. Российские консерваторы считали их органично неприемлемыми для русского народа. Главной новацией в формуле стало понятие «народность», по которому и вся доктрина стала называться «официальной народностью». По ней стала пониматься как «преданность России собственным традициям и самобытному пути», который противоположен западным. Аналогичная современная концепция именуется «особый путь России». «Особый дух» русской народности выражается в преданности по отношению к православию и самодержавию. Недопустима легитимация народом прав монарха. Его власть от Бога, но народность морально обязывает царя к любви к своему народу. Он воспринимается как отец народа, и подданные, его дети, обязуются свято его почитать.
Начало этнизации идеи нации (1863—1890) связано с появлением русского этнического национализма. Понятие «народность» до конца не закрепилось в русском языке и в политическом обиходе. Славянофилами 1840—1850-х годов, Константином и Иваном Аксаковыми, Александром Кошелевем, Юрием Самариным и др., доктрина «официальной народности» считалась «душевредным деспотизмом» и «угнетательской системой». Все эти сложности заставили охранителей самодержавия продолжать попытки заменить крамольный термин «нация». Граф Пётр Валуев, бывший одним из высших сановников Александра II (1860—1880-е годы), считал необходимым заменить понятие нация (фр. la nation), понимаемого в качестве сугубо политической категории, на понятие национальность (la nationalité) — сугубо фольклорное, отражающее специфику культуры и обычаев народа. С течением времени понятие «национальность» в России получило распространение в значении, для которого с середины XX века академическая среда стала использовать термины «этничность» или «этническая идентичность» — общности людей, которые связаны общим самоназванием (этнонимом), субъективными представлениями об общем происхождении (этническим самосознанием) и рядом особенностей культуры, передаваемыми через поколения. Валуевым было введено в политический оборот также понятие «национальный вопрос»; впервые — в донесении императору о ситуации на Украине от 1863 году. Вначале понятие обладало негативной коннотацией, означая угрозу национального, в современной терминологии «этнического», сепаратизма. Этнический национализм других этносов оценивался негативно, тогда как русский позитивно. Национальная проблематика с течением времени всё дальше отходила от своих гражданских истоков и приобретала всё более яркую этническую направленность. Применялись трактовки с позиции эссенциализма, утверждавшей существование набора незыблемых свойств, которые фатально присущи конкретному народу — этнической нации. С конца 1890-х годов славянофилы в рамках своего спора с западниками активно развивали идею Уварова о наличии принципиальных и навсегда предопределённых различий русского народа и наций Запада. Николай Данилевский, Константин Леонтьев, Василий Розанов и др. славянофилы 1890-х годов отошли от идей своих предшественников середины XIX века, однако ими была воспринята восходящая к Гердеру немецкая мистическая идея «национального духа», ранее оказавшая сильное влияние на Уварова; впоследствии идея развивалась в доктрину «особого пути Германии». Поздними славянофилами активно развивались идеи особого пути России. Имеющие место, по их мнению, особенности русского национального духа, включающие терпи­мость, сердечность, душевность, великодушие, соборность, они противопоставляли обобщённому образу западного духа, которому приписывался вечный эгоизм, жадность, лживость, холодная расчётливость. Из среды поздних славянофилов вышло идеологическое течение, которое и получило название «русские националисты».
В последний период существования Российской империи (1905—1917) получают политическое оформление русский имперский и агрессивно ксенофобный национализм. Первой легальной партией русских националистов стал «Союз русского народа», возникший в 1905 году. Важнейшей программной целью её политической деятельности определялось служение самодержавию и сохранение империи: «Союз Русского Народа… поставляет своим священным непреложным долгом всеми силами содействовать тому, чтобы завоёванные кровью предков земли навсегда оставались неотъемлемой частью Русского государства». В тот же период политически оформилось также крайне правое, радикальное крыло русского национализма, программные документы которого соединяли идеи монархизма с ксенофобией и, в первую очередь, с антисемитизмом, получившее обобщённое название «черносотенцы». Первоначально именно ими был выдвинут лозунг «Россия для русских», который затем стал общим для русских националистов принципом политического доминирования этнических русских в пределах империи. Принцип выражался в требованиях предоставления преимущественных прав этни­ческим русским, понимаемым как русская нация.
С возникновением Российской империи основой государственной идеологии стало понятие патриотизм, который фактически стал синонимом национализма и понимался как высшая нравственная добродетель, например, в мировоззрении таких деятелей как Екатерина II, Николай Карамзин и др. После Отечественной войны 1812 года идеи патриотизма стали важным компонентом как идеологии западников (Тимофей Грановский, Виссарион Белинский и др.) и славянофилов (Алексей Хомяков, Иван Киреевский и Пётр Киреевский и др.), так и теории официальной народности Сергея Уварова.
Российские либеральные националисты начала XX века считали своими предшественниками декабристов. Исследователи рассматривают их как первых представителей либерально-демократического национализма и продолжателей классических европейских националистов. Декабристы впервые разделили государственный патриотизм и русский национализм, который они рассматривали как оружие против самодержавия. Правящую династию они обвиняли в антинациональной политике и «засилии» иноземцев, в основном немцев, в правящих кругах. Самодержавие, согласно их представлениям, не соответствовало интересам русского народа, и его следовало заменить прогрессивными государственными формами — конституционной монархией или республикой. Декабрист Пётр Каховский перед казнью писал императору Николаю I: «Для русского больно не иметь нации и всё заключить в одном государе». Декабристы понимали патриотизм в европейском ключе и стремились трансформировать его в «гражданскую религию» и создать русское гражданское общество.
Реакцией на французский революционны девиз «Свобода, равенство, братство» и развившееся на основе французских идей декабристское понимание национализма стала возникшая в царствование императора Николая I теория официальной народности. Эта концепция государственной идеологии Российской империи, была выражена в сформулированной графом Сергеем Уваровым триаде: «Православие, самодержавие, народность», формуле русского консерватизма. Согаласно Уварову, важность народности заключалась в следующем: «Дабы Трон и Церковь оставались в их могуществе, должно поддерживать и чувство Народности, их связующее. Вопрос о Народности не имеет того единства, какое представляет вопрос о Самодержавии; но тот и другой проистекают из одного источника и совокупляются на каждой странице Истории Русского народа». Уваров призывал к отказу от «чуждых и бесполезных» «мечтательных призраков», «следуя коим нетрудно было бы, наконец, утратить все остатки народности, не достигнувши мнимой цели европейского образования». В официальную идеологию России вместо термина «нация» был введён термин «народность» (перевод фр. nationalitè — «национальность»). Согласно историку А. И. Миллеру, «с начала 1830-х годов оформляется ясно выраженное стремление вытеснить понятие нация и заменить его понятием народность». Так, в представлениях авторов этого направления, нейтрализовывался революционно-демократический потенциал европейского понятия «нация».
Понятие народности было развито в работах Михаила Погодина и Степана Шевырёва.
Ханна Арендт рассматривала панславизм сталинского периода как одну из его существенных характеристик. Также есть и точка зрения, полностью противоречащая советской, согласно которой национализм был свойствен большевикам с самого начала, и Октябрьская революция 1917 года была сродни национально-освободительной борьбе, отвергнув старый режим, как если бы он был инородным.
После распада Советского Союза политические институты советского периода требовали совершенствования. Этнический состав населения России крайне неоднороден, в связи чем, согласно российским исследователям, которые разделяют идеи гражданского национализма, более применимым является формирование единой нации на основе гражданства, через самоопределение моноэтнической группы. В последнем случае возрастает риск социальной нестабильности и угроза этнополитических конфликтов.
По мнению ряда исследователей, сообщество граждан Российской Федерации различной этнической, религиозной, социальной и иной принадлежности на основе исторической российской государственности сложилось в историческую и социально-политическую общность, политическую, или гражданскую нацию, получившую названия россияне, российский народ, российская нация. Эта общность имеет комплексный этнический и религиозный состав. Включают более 190 этнических общностей, из них свыше 80 % составляют русские (данные переписи населения 2010 года). 99,7 % россиян владеют русским языком. Около 70 % россиян считают себя православными. В России также распространены ислам, буддизм, иудаизм и другие религии.
В современном значении («граждане Российской Федерации») политоним «россияне» получил распространение в начале 1990-х годов. В частности, обращение «Дорогие россияне!» использовал в своих выступлениях президент России Борис Ельцин с целью нейтрализации этнических характеристик и стереотипов. Этим термином обозначаются граждане России вне зависимости от этнической принадлежности. По мнению некоторых лингвистов, слово носит в себе оттенок политкорректности. Термин «россияне» часто встречается в федеральных законах РФ, указах президента РФ, постановлениях и распоряжениях правительства РФ, в актах субъектов РФ, постановлениях, определениях и других актах высших судов РФ.
По определению Научного совета РАН по комплексным проблемам этничности и межнациональных отношений:
Ряд экспертов, политиков и общественных деятелей отрицают понимание жителей России как социально-политической и историко-культурной целостности в форме гражданской нации. Однако опросы населения показывают, что российская идентичность («мы — россияне») стоит на первом месте в числе других форм коллективной идентичности.
В странах Западной Европы и в США идеология гражданского национализма активно развивается, ставя цели интеграции, гармонизации и унификации общества. В России отсутствует однозначное представление о данной идеологии, поскольку она обладает как положительными, так и отрицательными качествами. Гражданский национализм может нести ущерб этническим культурам, унифицируя их. Он имеет поверхностный характер в вопросе гармонизации этнических культур, что создаёт вероятность межэтнических конфликтов.