Югославская народная армия

**Югославская народная армия** — вооружённые силы Социалистической Федеративной Республики Югославии (современные Сербия, Черногория, Македония, Босния и Герцеговина, Хорватия, Словения).

## История

Югославская народная армия берёт своё начало от Народно-освободительной армии Югославии. В окончательном своем варианте сформировалась в 1951 году. В период 1951 - 1990 годов выполняла стандартные функции вооружённых сил (защита суверенитета). В 1987 году со скрипом стартовала военная реформа, призванная реорганизовать армию, повысить ее командный и технический уровень. Численность армии была сокращена до 180 тыс. человек. При этом много устаревшего вооружения попало в резерв, а значит, в распоряжение ТО республик. Армия начала перегруппировку сил. В связи с сокращением численности происходило переформирование воинских соединений. Так, вместо дивизии самой крупной воинской единицей становилась бригада, которая обеспечивала большую гибкость при боевых действиях. Такая реорганизация вполне соответствовала обстановке политической разрядки в Европе. В рамках реорганизации армии территория Югославии делилась на так называемые военные области: Белград (Восточная Хорватия, Центральная и Северная Сербия с Воеводиной, Босния и Герцеговина); Загреб (Словения, северная Хорватия); Скопье (Македония, вся южная Сербия, Черногория). В 1990 Военных областей было уже пять. Можно предположить, что подобная реорганизация была рассчитана на сценарий распада страны, однако при дальнейшем анализе военной реформы, можно обнаружить что эти действия по реорганизации продолжают идею ОНО. Доказательством этому служат следующие факты: сохранение ТО и оборонительной доктрины, строительство в Боснии и Герцеговине единого радарного центра контроля и наблюдения "Бихач", крупной авиабазы "Желява" часть которой находилась под землей. Очевидно, что это объекты, которые предназначаются для обороны от внешнего противника.

В 1985 году политическая обстановка в мире коренным образом изменилась. Угроза глобальной войны между враждующими блоками практически исчезла. К тому же в самой Югославии после смерти Иосипа Броза Тито с новой силой обострились национальные противоречия. Республики открыто взяли курс на отделение. В Косово и в местах компактного проживания сербов в Хорватии обстановка накалилась до предела, фактически превратившись в тлеющий конфликт, который приобрел явную этническую окраску и стал проявляться на бытовом уровне. В Хорватию и Косово стали ввозиться партии оружия из-за границы. Во многих республиках к власти пришли националистически настроенные лидеры: Франьо Туджман в Хорватии, Слободан Милошевич в Сербии, Алия Изетбегович в БиГ. и пр. Многие из них просто использовали национальную карту в своих интересах. Тогдашним президентом Югославии был Степан Месич, который, будучи хорватом, активно поддерживал идею независимости Хорватии.

1991 год стал началом конца единой Югославии. Напряжённость в межнациональных отношениях росла и подпитывалась пропагандой с обеих сторон. 20 февраля 1991 года правительство Хорватии представило парламенту Конституционный закон, который определял приоритет республиканских законов над союзными и принял Резолюцию "о раздружении" Хорватии и СФРЮ. В ответ на это 28 февраля Сербское национальное вече и Исполнительное вече САО Краины приняли Резолюцию о "раздружении" с Республикой Хорватией на основе результатов референдума. В марте произошли первые вооружённые столкновения. В ходе столкновений между хорватской полицией и местными сербскими милиционерами в Пакраце погибло 20 человек и произошло первое боестолкновение между хорватской полицией и силами ЮНА. В период с августа 1990 года по апрель 1991 года было зафиксировано 89 столкновений между хорватской полицией и сербскими силами.

Летом этого же года Словения провозгласила свою независимость, то есть вышла из состава Югославии. Туда были введены части Югославской народной армии, чтобы вернуть Словению в состав Югославии. Эти события получили название Десятидневная война, длившаяся с 27 июня по 6 июля 1991 года.

Вечером 25 июня 1991 года на заседании парламента была провозглашена независимость Словении. Географическое положение Словении, из всех югославских республик граничившей только с дружественной Хорватией, позволяло лучше подготовиться к сецессии. На следующий день в аэропортах и на пунктах пограничного контроля на границах с Италией, Австрией и Венгрией югославская государственная символика была заменена на словенскую, контроль над всеми жизненно важными объектами взяли на себя вооруженные формирования созданные на базе республиканской Территориальной Обороны и чиновники из рядов сепаратистов.

В Белграде в экстренном порядке проводились заседания федеральных структур власти. Федеральный парламент постановил не признавать словенскую сецессию. Правительство СФРЮ отдало распоряжение частям ЮНА восстановить контроль над пограничными пунктами. Эту задачу должны были выполнить воинские части Пятого военного округа (штаб-квартира в Загребе). Командующий округа генерал Конрад Колшек (словенец) и его заместитель генерал Андрия Рашета (хорват) за одну ночь подготовили план предстоящей операции. Ее целями были пункты пограничного контроля, аэропорт Брник в Любляне и морской порт Копер. По определению военных это была полицейская операция. Вместе с контингентами войск должны были идти и таможенные работники лояльные федеральному правительству.

К началу операции командование югославских вооруженных сил имело два плана остановить незаконную словенскую сецессию. План А предполагал ограниченную военно-полицейскую операцию, причем словенское руководство было оповещено о целях операции, а так же в какое время и по каким дорогам должны пройти колоны федеральной армии (!). План В, который так и не был задействован, носил как раз характер жесткой военной интервенции. Командование ЮНА обладало подробными сведениями о словенской ТО, о том, что из-за границы словенские вооруженные формирования получили дополнительное оружие. Поэтому план В предполагал военный разгром Территориальной Обороны, арест словенского руководства и введение на территории республики военного положения. Почему был избран практически не осуществимый "мягкий" вариант, которым федеральная армия подставляла себя под неминуемое поражение?

События в Словении, с которых начинается серия югославских войн, до сих пор вызывают споры у историков и их непосредственных участников. Существует версия о преднамеренной "подставке" федеральной армии, чтобы дискредитировать ее как последнюю силу, способную спасти страну от развала. Версия о том, что генералы ЮНА смотрели сквозь пальцы на военные возможности словенской ТО, вряд ли соответствуют действительности — о существовании двух планов уже говорилось. Значит предательство. В руководстве ЮНА, все еще оставалось много высокопоставленных офицеров словенской и хорватской национальности и как показывают события того времени, на большинство из них Югославия опереться уже не могла – тайно или явно они симпатизировали сепаратистам. Например, словенский президент Милан Кучан, в беседе с генералом Рашетой, накануне провозглашения независимости, попросил не начинать никаких операций в день "праздника", чтобы не портить настроения гражданам! Просьба была выполнена и операция по плану А, обреченному на поражение, началась не 25, а 26 июня 1991 года.

В операции принимали участие подразделения Пятой военной области, в ответственности которой находилась западная часть СФРЮ. Когда с баз на территории Хорватии началось движение федеральных отрядов, хорватские власти и не думали отдавать приказ об их атаке, следуя заранее обговоренным со словенцами мероприятиям по совместной обороне. Хорваты заняли выжидательную позицию, лишь отслеживая время выдвижения колонн и передавали информацию словенцам.

Первые столкновения сепаратистов с федеральной армией произошли уже днем 26 июня. Этот и следующий день можно считать тем последним рубежом, шагнув за который, Югославия шагнула в пропасть гражданской войны. Утром 26 июня бронетанковый отряд Риекского корпуса ЮНА начал продвижение к югославо-итальянской границе. Несколько наспех организованных баррикад без защитников были устранены, однако в селе Дивача дорогу югославским танкистам перекрыли демонстранты. В 14.30 прозвучали первые выстрелы "десятидневной» войны в Словении": командир колонны стрелял в воздух, чтобы разогнать демонстрацию сепаратистов. Разбросанные по республике подразделения федеральной армии были приведены в состояние повышенной боеготовности, однако непосредственное участие в операции принимали очень ограниченные силы.

Тактика словенской Территориальной Обороны основывалась на плане, выработанном еще в апреле 1991 года. Согласно ему, в случае "нападения" ЮНА, словенские силы должны заблокировать все федеральные военные объекты на территории республики (военные городки, казармы, оружейные склады, аэродромы и т. п.). Передвижение армейских колонн по дорогам горной республики блокировалось баррикадами и засадами. Местное население так же привлекалось к действиям против ЮНА – жители сел и городов толпами перекрывали дороги.

В обстановке повышенной секретности, 25 июня, в день провозглашения независимости, министр обороны Словении Янез Янша и министр внутренних дел Бовчар, отдали приказ о мобилизации сил ТО и резервного состава милиции. Теоретически – это 70.000 человек. Однако реально словенцам удалось выставить 30.000 бойцов и милиционеров. Они распределялись по всей территории Словении, либо вокруг жизненно-важных объектов, либо в определенных заранее планом обороны участках. Конечно, если бы речь шла о полномасштабной военной операции югославской армии по пресечению сецессии, сил одного Пятого военного округа вполне хватило бы, чтобы разгромить словенские вооруженные формирования. Однако ограниченный, весьма ограниченный, контингент сил ЮНА, выделявшийся для "военно-полицейской" операции отдавал даже численное преимущество словенцам. А уж если сравнивать боевой дух, "мотивацию" сторон, где 18 - 20 летние солдаты федеральной армии, многим из которых даже не выдали боекомплекта и не готовили к серьезному сопротивлению, противостояли резервистам, которых много месяцев специально готовили сражаться за независимость, тут словенцы имели многократное превосходство…

В 1.15 ночи, 27 июня 1991 года части ЮНА начали движение к намеченным пунктам. Из Карловца (Хорватия) выдвинулось подразделение 306-го полка ПВО. Одновременно, из расположенных к юго-западу от Любляны казарм ЮНА в городке Врхника вышел 1-й батальон 1-й танковой бригады 14-го (Люблянского) корпуса. Его целью был аэропорт Брник.

Первой на вооруженное сопротивление натолкнулась колонна 306-го полка ПВО. В ее составе находилось 12 ЗСУ BOV-3 с 20-мм пулеметами и несколько грузовиков. Миновав горный массив Бела Краина, колонна была остановлена баррикадой в селе Поганци. В 10.30 началась перестрелка, огнем ЗСУ словенцы были принуждены к отступлению и колонна продолжила следование. Около городка Медведяк, недалеко от Любляны, колонна 306-го полка вновь была остановлена, на этот раз федеральные военные столкнулись с ожесточенным сопротивлением 52-й бригады словенской ТО и 174-го антидиверсионного отряда и дальнейшее продвижение без поддержки танков или авиации стало невозможно.

Танковый батальон вышедший из Врхники (40 танков и 20 бтр) двигался двумя колоннами. На пути следования попадались наспех организованные из автомобилей баррикады, которые преодолевались без остановок. Спустя некоторое время колонны разделились: одна продолжала движение к аэропорту через Любляну, другая пошла в обход столицы Словении, но по ошибке свернули не на ту дорогу и заехали в лесистые холмы, окружавшие село Тоско – потеряли два танка, свалившихся с узкой дороги в кювет. Главное – потеряли время. Первая колонна достигла аэропорта в 5.00. До вечера ее никто не беспокоил, но в 18.00 силы словенской ТО атаковали федеральных танкистов, впрочем, безуспешно. После боя, танки ЮНА заняли вокруг Брника круговую оборону. Но сложность состояла в том, что большая часть этого объекта оставалась под словенским контролем. Благодаря предательству одного из высших офицеров 14-го Люблянского корпуса, генерал-майора Марьяна Видмара. Когда танки ЮНА двинулись из Врхники, руководство Словении охватила паника: куда направляется одно из самых мощных подразделений дислоцированных на территории республики? Янез Янша позвонил в штаб корпуса и в ответ на свои вопрошания "Что происходит? Куда движутся танки?", услышал от Видмара лишь одно слово – "Брник".

Подразделения 32-й механизированной бригады Вараждинского танкового корпуса (30 бтр, 10 танков и 300 солдат) выдвинулись со своей базы в Хорватии и направились к югославо-австрийской границе. Однако при пересечении хорватско-словенской границы, у селения Ормож, продвижение бригады остановилось. На пограничном мосту через реку Драва словенцами была сооружена большая баррикада из тракторов и другой сельскохозяйственной техники. Танки сделали несколько залпов, чтобы расчистить путь, но даже после этого техника пройти не смогла, а мост сильно пострадал.

Пока армейские колонны прорывались сквозь баррикады сепаратистов к международной границе Югославии, днем 27 июня на военном аэродроме Черкле высадился отряд 63-й бригады ВДВ ЮНА. Десантники взяли территорию аэродрома под охрану, пока на него приземлялись транспортные самолеты с сотрудниками Федерального Секретариата Внутренних Дел (ССУП) и таможенниками. 461 сотрудник федерального МВД и 270 таможенников сразу после приземления пересели в ожидавшие их вертолеты, чтобы направиться на контрольно-пропускные пункты на границе федерации. Превосходство ЮНА в воздухе было полным. Словенцы располагали очень ограниченными средствами ПВО: несколько 20-мм станковых зенитных пулеметов и около 30 ПЗРК СА-7. Янез Янша, координировавший действия отрядов словенской ТО, лично связался по телефону с командирами подразделений, требуя сделать все, что в их силах, чтобы сорвать вертолетную операцию федеральных властей. Вскоре ему доложили, что над Любляной сбили один вертолет "Газель", а несколько других было сильно повреждено и совершило вынужденную посадку.

На протяжении всего дня между федеральной милицией, подразделениями ЮНА и словенцами происходили короткие, но ожесточенные стычки за пункты пограничного контроля. Однако, несмотря на все трудности, к вечеру 27 июня большинство пограничных пунктов перешло под контроль федеральной власти – на местах все зависело от того, насколько решительно действовали подразделения федеральной армии и насколько были подготовлены отряды ТО сепаратистов в конкретных областях республики. Так, итало-югославская граница была в течении дня полностью взята под контроль югославской армией, а армейские колонны выдвигавшиеся к австрийской границе столкнулись с серьезными сложностями – словенцы здесь были лучше организованны и вели себя более решительно. В течении первого дня войны в Словении Югославская Народная Армия потеряла двоих солдат и двоих офицеров убитыми и четверых офицеров и шестнадцать солдат ранеными. О потерях словенских сепаратистов ничего не известно. Очевидно, что они могли иметь место, учитывая многократное огневое превосходство ЮНА.

После начала военно-полицейской операции, словенцы требовали от хорватов действовать на основе ранее заключенных договоренностей о совместной "обороне". Тем более, Хорватия так же провозгласила независимость 25 июня. Министры и помощники Туджмана убеждали его развязать боевые действия против гарнизонов ЮНА на территории республики. Однако Туджман отверг все предложения "хардлайнеров". Министр обороны Шпегель был отправлен в отставку, а на его место был назначен мрачный неофашист Шушак. Его мнение полностью совпадало с президентом – Хорватия еще не готова к столкновению с ЮНА. Однако некоторые акции "мирного" протеста были организованны – жители некоторых сел и городов "спонтанно" блокировали продвижение частей федеральной армии в Словению.

В пятницу, 28 июня боестолкновения разгорелись с еще большей силой чем накануне по всей территории республики. Силы словенской

Территориальной Обороны ввели в действие свои резервы, пополнили потрепанные и рассеянные в первый день войны подразделения. Полевые командиры получили четкие указания перейти к активным наступательным действиям, окружать отдельные отряды ЮНА, блокировать казармы и оружейные склады. А для федеральной армии на второй день конфликта сложилась непростая обстановка.

Отряды взявшие под контроль пункты пограничного контроля, оказались отрезаны от своих. Подкрепления, посланные им на подмогу, натолкнулись на те же самые проблемы, что и днем раньше. Только баррикады были организованны еще лучше, участились нападения из засад. Все это очень усложняло и замедляло продвижение армии к границе. Днем контрольные пункты вновь стали переходить в руки сепаратистов. В нескольких местах, небольшие отряды ЮНА сдавались после короткого боя. Колонна 32-й механизированной бригады Вараждинского корпуса преодолев все препятствия, достигла своей цели – пограничного пункта в местечке Горня Радгона. Однако, как и многие выполнившие поставленную задачу отряды югославской армии, она оказалась полностью отрезана от обеспечения, в полном окружении. Весь день танкисты подвергались нападениям воинственно настроенных добровольцев из местных жителей, закидывавших федеральных военных "коктейлями Молотова". В течении второго дня вооруженного конфликта, ЮНА впервые задействовало тактическую авиацию для разблокирования колонн с подкреплениями, оказавшихся в окружении по всей территории республики. Так, чтобы помочь военнослужащим 140-й механизированной бригады блокированным в городке Требне, к северо-западу от Ново Место, два МиГ-21 федеральных ВВС бомбардировали словенские баррикады кассетными бомбами. В результате пострадали и гражданские объекты. Авиаудары были также нанесены по позициям словенской ТО в районе пограничного пункта Шентиль – здесь взывала о поддержке с воздуха, окруженная танковая колонна 195-й моторизованной бригады. Подверглись бомбардировке и некоторые важные гражданские объекты, которые сепаратисты использовали в своих целях. Четыре самолета ЮНА нанесли удар по аэродрому Любляны, уничтожив на земле несколько пассажирских самолетов авиакомпании "Адриа". Через некоторое время авиаудар был нанесен и по аэропорту Марибора. Бомбардировке подверглась штаб-квартира ТО в Кочевска Река, а днем был разбомблены радио и телевизионные ретрансляторы в Криме, Куме, Трдинов Врхе и Наносе.

К сожалению, изначальное привлечение к операции небольшого количества сил и введение подкреплений "по частям", передало на земле инициативу в руки словенским сепаратистам. Словенский спецназ успешно атаковал танковую колонну 253-й моторизованной бригады, застрявшую в Нова Горице. Три танка Т-55 были выведены из строя, три попало в руки словенцев. Погибло четыре солдата ЮНА, а 100 сдались в плен. В этот же день, недалеко от пограничного пункта Шентиль, за который шел бой, ЮНА потеряла еще два танка и большая часть колоны 195-й моторизованной бригады капитулировала. Налицо было отсутствие у молодых югославских солдат желания воевать, так как цели операции не были в должной мере разъяснены военнослужащим. Югославские правозащитные организации и активисты демократических партий развернули агитацию против "войны". И без того низкая мораль армии полуразвалившейся страны упала ниже допустимых пределов. Словенцы, еще остававшиеся в рядах ЮНА, дезертировали десятками. Некоторые солдаты и офицеры переходили на сторону ТО. Словенцы, одержимые идеей независимости то здесь, то там одерживали небольшие и малокровные победы – их боевой дух, наоборот, поднялся чрезвычайно высоко.

Крупным успехом второго дня войны, стал для словенцев захват военных складов в Боровнице. Небольшой гарнизон ЮНА сдался без боя, и в руки сепаратистов попало более 100 тонн вооружений, амуниции, взрывчатки и транспортных средств. Все это сразу же было пущено в дело. К концу дня 28 июня ситуация выглядела следующим образом: словенская Территориальная Оборона удерживала только семь пунктов пограничного контроля. Однако в нескольких местах были одержаны победы над технически превосходящим противником, что прибавило уверенности сепаратистам.

ЮНА контролировала большинство назначенных федеральным руководством целей, однако среди военнослужащих росла неуверенность в дальнейших действиях: граница взята под контроль, но территория республики осталась за сепаратистами.

За действиями федеральной армии внимательно наблюдали и в Хорватии, и в Боснии. Слабость и нерешительность руководства некогда грозной армии, готовившейся сражаться против НАТО и Варшавского Договора, но не смогшей выполнить свою роль спасителя страны от внутренних врагов, сепаратистов и неонацистов, становилась очевидна деструктивным силам в центральных республиках СФРЮ.

Вечером 28 июня премьер-министр СФРЮ Анте Маркович объявил, что прекращение огня должно вступить в силу не позднее 19.00. Однако словенцы этот шаг доброй воли проигнорировали. Лишь ближе к ночи сепаратисты согласились на прекращение огня с 9 часов утра 29 июня. Но все это так и осталось на словах. Утром 29-го ожесточенная перестрелка велась на пограничном пункте в Скофие, на итало-югославской границе. ЮНА потеряла трех человек убитыми. Словенское министерство обороны этим же утром заявило, что в боях погибло 20 военнослужащих ЮНА, 8 бойцов ТО и полицейских и 12 мирных жителей. 50 федералов и 35 словенцев были ранены. Так же сепаратисты утверждали, что захватили в плен около 500 солдат и офицеров, а 250 перешли на их сторону.

Два года дестабилизации, распада и дискредитации идеи "Братства и Единства" давали о себе знать в полной мере. ЮНА больше не могла быть армией СФРЮ – словенский конфликт вскрыл эту страшную тайную рану. До его начала и хорваты и боснийские мусульмане обоснованно боялись ЮНА, как силу, способную железной волей сохранить страну от распада. Но Словения раскрыла тайну – как военная сила федерации, ЮНА не жизнеспособна.

29 июня сразу несколько пограничных пунктов, взятых днем ранее под контроль федеральными властями, капитулировали перед словенцами. Где-то сопротивлялись, но все равно сдавались. Пленных словенцы вывозили автобусами, в руки сепаратистов попало много оружия и еще несколько танков. ЮНА переживала дни позора… Однако и в таких условиях и обстоятельствах военнослужащие-патриоты совершали героические поступки.

В те дни многие гарнизоны и склады ЮНА, разбросанные по территории Словении оказались в осаде. Им отключали воду и электричество, не поступало продовольствие. Одним из таких осажденных объектов было хранилище ГСМ в городке Мокроног, к востоку от Любляны. В нем находилось 7.500 кубических метра топлива. Два дня небольшой гарнизон ЮНА охранявший хранилище отказывался сдаться. Твердость и мужество проявил командир – сержант Драгомир Груевич, который пригрозил подрывом склада, если гарнизон не будет немедленно обеспечен продовольствием и водой. Словенцы поверили решительности югославского солдата, и пошли на уступки. За свой поступок Груевичу в последствии было присвоено досрочное звание лейтенанта.

Так как словенская сторона не выполняла соглашение о прекращении огня, утром 29 июня, в Любляну для переговоров прибыл генерал-лейтенант Андрия Рашета. Его предложения перемирия состояли из 12 пунктов, в числе важнейших – снятие словенцами блокады военных объектов и разбор баррикад. Министры обороны и внутренних дел Словении Янша и Бовчар отказались принимать такие условия. Представители командования ЮНА пригрозили сепаратистам мобилизацией всех сил Пятой военной области для проведения "решающей военной операции", в случае не принятия предложений. Ответственный за мораль и обучение Федерального Секретариата Обороны, генерал-полковник Марко Негованович зачитал публичное заявление, что 9.00 следующего утра будет считаться последним сроком для принятия словенцами 12 пунктов.

Словенский парламент всю ночь обсуждал ультиматум ЮНА и в предрассветные часы отверг его. Словенские вооруженные формирования не прекращали обстрелов, блокад и нападений на подразделения ЮНА и утром 30 июня.

Федеральные ВВС предприняли налет на Любляну, в городе зазвучали сирены воздушной тревоги, однако премьер СФРЮ Маркович отозвал самолеты. В это же время сепаратисты обстреляли из 82-мм гаубиц радарную установку занятого ЮНА аэродрома Черкле. Лишенные электричества, воды и пищи гарнизоны ЮНА продолжали сдаваться. Капитулировали 16 офицеров и 400 солдат батальона пограничных войск в Дравограде, в городах Толмин и Бовец – 1-й и 2-й батальоны 345-й горной бригады ЮНА. Оружейный арсенал словенской ТО значительно пополнился. 1 июля произошел пожар и взрыв на складе боеприпасов в городе Црни Врх. Город сильно пострадал. На месте взрыва осталась воронка диаметром 18 метров и глубиной 6. Сепаратисты захватили еще несколько пунктов пограничного контроля. Под контроль словенской ТО перешли склады с амуницией и боеприпасами в Печовнике, Буковзлаке и Залошкой Горице.

Тем же днем колонна из 12 ЗСУ БОВ-3, та самая, что первой пересекла словенско-хорватскую границу 27 июня, и до сих пор находящуюся около Медведяка, повернула назад и направилась в сторону Хорватии. За четыре дня из ее состава сбежали все солдаты-словенцы – остались одни сербы, македонцы и боснийские мусульмане. Колонна проследовала беспрепятственно около 60 километров, но затем была остановлена баррикадой из грузовиков около Краковски Гозд. На предложение сдаться военные отказались – они не теряли надежды, что их в беде не оставят.

Так же, 1 июля, командующий Пятой военной областью, словенец Конрад Колшек был заменен на генерал-полковника Животу Аврамовича, серба по национальности, бывшего командира Третьей военной области. Он пользовался репутацией сторонника жестких мер по сохранению целостности страны. Однако федеральное руководство не давало "добро" на использование всех возможностей армии.

2 июля словенцы начали энергичные наступательные действия. Для большинства окруженных, измученных и деморализованных солдат ЮНА на пограничных постах это было уже слишком. Менее чем за день сепаратисты взяли под свой контроль большинство пунктов пограничного контроля. В руках федеральных властей осталось лишь несколько. Продолжалась и капитуляция блокированных гарнизонов: в казарме Скофия Локка сдался последний батальон 345-й горной бригады. Все боеприпасы и оружие было передано силам 3-его (Горненского) отряда ТО.

Ожесточенные столкновения продолжались в Айсевице, около Нова Горицы, но под конец дня и здесь отряд ЮНА капитулировал. Пограничный пункт Шентиль, за который несколько дней шли упорные бои, так же был взят словенцами, после того, как они подогнали несколько захваченных танков Т-55. Бои продолжались у пограничного пункта Фернетичи.

Авиация ЮНА вновь нанесла удары по радио и телевизионным ретрансляционным объектам в Наноше, Крвавеце, Боче, Домажле, Люблянской крепости и Похорье. Часть из них была выведена из строя. Аэропорт Любляны так же подвергся бомбардировке, несмотря на устное обещание федерального премьера Анте Марковича, данное еще 29 июня словенскому президенту Милану Кучану, что воздушные удары по территории Словении наноситься не будут. Тактическая авиация наносила в тот день удары и по находившихся в руках сепаратистов военных городках в Кочевске Реке и по баррикадам в Цатеже, Краковски Гозде и Дравограде. Успех этих налетов можно назвать относительным – авиация беспомощна против партизанских действий.

Командование ЮНА предпринимало шаги для оказания помощи частям, оказавшимися в затруднительном положении, однако вся операция из-за слабоволия руководства СФРЮ превращалась из военно-полицейской в спасательную. Из казарм "Маршал Тито" в Загребе вышла огромная колонна 140-й механизированной бригады из 80 танков, БТР и др. техники. К концу дня 2 июля она пересекла границу Словении и расположилась на ночлег в Бреганнах. Утром следующего дня 140-я бригада уже вступила в огневой контакт с силами сепаратистов около городка Горня Вас.

В тот же день, 2 июля, другая колонна ЮНА (4-я танковая бригада) вышла из Ястребарско. В ней находились танки М-84 (Т-72), Т-55, боевые машины пехоты и бронетранспортеры. В задачу военнослужащих входило разблокирование отступающих частей 306-го легкого полка ПВО, попавшего в окружение в Краковски Гозде. В двух километрах от города Брежице колона 4-й танковой бригады сама попала в засаду: один танк М-84 подорвался на мине, два БТР М-60 были подбиты из РПГ с близкого расстояния. Запросили поддержку с воздуха, но даже после ее получения, преодолеть баррикады не смогли. В это время колонна 306-го полка ПВО отбивалась в окружении от наседавшего со всех сторон 2-го (Доленского) отряда Территориальной Обороны. Колону засыпали выстрелами из РПГ и винтовочными гранатами. Три ЗСУ БОВ-3 были полностью выведены из строя. Двое военнослужащих ЮНА погибли, двое получили ранения. Отбив нападение, солдаты успешно разминировали дорогу, но ничего не могли поделать с мощной баррикадой. Вызванные на помощь пара МиГ-21 и пара "Ястребов" безуспешно пытались расчистить путь ракетами. Колонна направилась в обход, по пересеченной местности. Пройдя так некоторое расстояние, поздним вечером она вновь подверглась нападению и была остановлена.


Для подкрепления федеральных сил ведущих борьбу за пограничный пост в Горня Радгоне, из Вараждина вышла колонна из 25 танков 32-й механизированной бригады. Однако злополучный мост в Орможе был заблокирован и эти силы даже не могли пересечь республиканскую границу, ограничившись обстрелом словенской территории. Подразделению бригады (30 бтр) несколько дней сражавшемуся за Горня Радгону был дан приказ уходить в Хорватию…

Согласно информации федерального министерства обороны, за 2 июля ЮНА потеряла 10 человек убитыми и 13 ранеными. К 3 июля стало очевидно, что в следствии намеренного ограничения армии СФРЮ в выборе действий, по сути, предательства, операция в Словении полностью провалилась.

Части ЮНА постепенно отступали из республики. Однако и в этом действии, которое словенцы должны были бы только приветствовать, федеральная армия натолкнулась на серьезные препятствия: министр обороны сепаратистов Янез Янша, озвучил 2 июля позицию руководства Словении – ЮНА должна покинуть территорию республики, но оружие и боеприпасы остаются Любляне, в качестве компенсации за причиненный "вторжением" ущерб. Завершалась драма отряда 306-го полка ПВО. В ночь со 2 на 3 июля, командир колонны майор Бошко Проданович узнал, что посланные им на помощь танки 4-й танковой бригады повернули обратно. Он приказал солдатам покинуть боевые машины – продвижение все равно было уже не возможно. Решили прорываться пешком. Но на следующий день они были взяты в плен специальным подразделением словенской полиции недалеко от Кршко.

Завершающим аккордом того фарса, в который стараниями предателей Югославии выродилась словенская операция, стало выдвижение из Белграда, ранним утром 3 июля, огромной колонны боевой техники (150 единиц) 1-й гвардейской механизированной дивизии. Люди на улицах радостно приветствовали мощную технику отправлявшуюся на запад. Однако до Словении она уже не дошла – да и был ли вообще смысл? Уже вмешался Запад, внутренний конфликт Югославии интернационализировался, боевые действия фактически прекратились. Колона остановилась на сербско-хорватской границе. В недалеком будущем ей будет суждено сражаться не против сепаратистов Словении, а против гораздо более серьезного противника в Восточной Славонии. Очередное перемирие было подписано вечером 3 июля 1991 года. Президиум СФРЮ требовал от словенцев разблокировать все подразделения ЮНА, освободить всех военнопленных, вернуть всю технику и оружие, а так же отвести на базы вооруженные формирования к полудню 4 июля, снять блокаду с военных объектов к 5 июля и передать федеральным властям контроль над внешней границей к 7 июля. Сепаратисты согласились лишь отпустить всех военнопленных и разрешить подразделениям ЮНА вернуться в места постоянной дислокации со своим оружием.

4 июля условия перемирия были приняты федеральной стороной и опозоренная югославская армия стала возвращаться в свои казармы и военные городки. Дальнейшее разрешение конфликта перешло в политическую плоскость. В воскресение, 7 июля делегации Словении и Президиума СФРЮ, при посредничестве Европейского Сообщества, встретились для переговоров на островах Брионии (Хорватия).

Была принята так называемая "Брионская декларация", устанавливавшая трехмесячный мораторий на полную независимость Словении. Однако де-факто это уже состоялось. Словенская ТО и полиция контролировали территорию республики. 18 июля Президиум СФРЮ принял решение о полном выводе Югославской Народной Армии из Словении. Последние солдаты Югославии покинули республику 25-26 октября.

По сравнению с последовавшей вскоре полномасштабной войной в Хорватии, а затем и в Боснии, словенская "десятидневная война" была практически "бескровной". ЮНА потеряла убитыми 44 солдата и офицера, 146 ранеными. Словенская ТО и полиция – 19 убитых и 182 раненых. Погибло несколько мирных жителей и 12 иностранных граждан. 4.693 солдата и офицера ЮНА и 252 федеральных таможенников и милиционеров сдались или были взяты в плен. Югославская армия потеряла в боях или в результате сдачи 31 танк и 22 бтр и бмп. 6 вертолетов было сбито, среди них один вертолет МИ-8 над Любляной в первые дни конфликта, перевозивший хлеб и с красными крестами на бортах.

В июле 1991 года югославские и сербские силы были введены в Хорватию, в ответ на дискриминацию сербского населения и разгрома хорватской автономии. Начались масштабные боевые действия против множественных хорватских военизированных группирвоко. С 18 августа 1991 года по 18 ноября шла ожесточённая Битва за Вуковар. Город был взят силами ЮНА. В ходе боёв Вуковар превратился в руины. Число погибших со стороны ЮНА составило 1103 убитых и 2500 раненых. Силы ЮНА осадили Дубровник. В ноябре-декабре 1991 года войска хорватской армии совершали набеги на военные склады ЮНА, чтобы захватить оружие и бронетехнику, с которой дела у них обстояли очень плохо. 10 октября солдаты ЮНА совершили массовые убийства хорватских мирных жителей на почве национальной неприязни в деревнях области Ловац. Убито было около 75 человек. Не стоит забывать, хорваты устраивали массовые казни сербского населения в Беловаре, Госпиче, Сисаке, Паулин дворе, где было убито намного больше людей. Война шла по всей территории Хорватии, в ноябре югославский флот блокировал Хорватию с моря. В ходе операции "Оркан" войска ЮНА были отброшены. В 1992 году независимость Хорватии была признана странами Европы. Югославские войска под давлением западных держав выводились из Хорватии.

Но на этом война не окончилась. Республика Сербская Краина, образованная сербами на хорватских землях, продолжила воевать до 1995 года, когда её уничтожили в ходе операции "Буря".

На рубеже 1991 - 1992 гг. о своей независимости заговорила Босния и Герцеговина, на чьей территории шли стычки между местными сербами, хорватами и боснийцами. Территория буквально кипела от этнических конфликтов. Ещё 12 сентября 1991 года Югославская народная армия перебросила дополнительные силы в район города Мостар, в котором не прекращались акции протеста против местных властей. В течение марта-апреля-мая по всей стране развернулись ожесточённые бои. В марте лидеры Сербской демократической партии и вместе с начальниками Второго военного округа бывшей ЮНА предприняли ряд операций в восточной части страны для занятия стратегических позиций и установления контроля над линиями коммуникаций. Бои сопровождались большим количеством убитых и раненых среди мирного населения. ЮНА контролировала около 60 % страны, однако до 19 мая все офицеры и солдаты родом не из Боснии покинули свои должности. Помимо сербов и боснийцев, в этой войне участвовали силы армии боснийских хорват. Силы сербов были гораздо лучше вооружены и организованы, чем силы боснийцев и боснийских хорват. Основные боевые действия развернулись в районах смешанного этнического проживания. Добой, Фоча, Рогатица, Власеница, Братунац, Зворник, Приедор, Сански Мост, Брчко, Дервента, Модрича, Босанска Крупа, Брод, Босански-Нови, Гламоч, Босански Петровац, Чайниче, Биелина, Вишеград, а также некоторые районы Сараево были под сербским контролем. Живших там хорватов и мусульман депортировали. Кроме того области, которые были более этнически однородные были избавлены от основных боевых действий, как например Баня-Лука, Козарска-Дубица (Босанска-Дубица), Градишка, Билеча, Гацко, Хан Пиесак, Калиновик. Однако несербское население также было вынуждено в основном их покинуть. Кроме того регионы в центральной Боснии и Герцеговине, такие как Сараево, Зеница, Маглай, Завидовичи, Бугойно, Мостар, Кониц было вынуждено покинуть местное сербское население, бежавшее в сербские районы Боснии и Герцеговины.

6 апреля — Начата осада Сараево сербами, на их стороне выступила Югославская народная армия. 2 мая 1992 года мусульманские силы осадили казармы ЮНА в Сараеве и предприняли ряд нападений на патрули и военные объекты. В результате ЮНА потеряла 11 человек убитыми и 20 ранеными. 3 мая — боснийского президента Алию Изетбеговича отпустили в обмен на свободную эвакуацию казарм югославской армии из Сараево. Силы Югославской Народной Армии начали выводиться из Боснии, чья независимость была признана.

С 15 по 21 мая 1992 года Генеральный секретарь ООН Б. Бутрос-Гали и Совет безопасности ООН в своей резолюции номер 752 потребовали от Союзной Республики Югославии прекращения вмешательства в события в Боснии и Герцеговине, которое по их мнению осуществляла СРЮ, и вывода из Боснии подразделений Югославской Народной Армии. В ответном письме от 26 мая президиум и правительство Югославии сообщили, что с 19 мая все югославские войска покинули Боснию, югославско-боснийская граница в течение уже 30 дней закрыта для военных формирований и что Югославия готова к полному сотрудничеству с ООН. 15 мая 1992 года в Тузле местные мусульманско-хорватские формирования в количестве 3 000 человек напали на колонну 92-й моторизованной бригады ЮНА, которая покидала казарму и направлялась на территорию Союзной Республики Югославии. Снайперы сначала расстреливали водителей машин, чтобы заблокировать возможность движения, а затем вместе с другими отрядами нападающих атаковали остальных солдат ЮНА. После завершения боя многие раненые югославские солдаты были добиты в машинах. В результате атаки погибли и были ранены 212 солдат и офицеров ЮНА, 140 были взяты в плен и помещены в старую шахту в городе.

Но и тут война продолжилась до 1995 года. В Боснии ещё до начала боевых действий образовалась республика Сербская. Армия боснийских сербов заняла позиции у Сараево, Мостара и продолжила воевать. В этом же году из состава Югославии вышла Македония, но её выход был бескровным и мирным. Югославия прекратила своё существование, а вместе с ней исчезла и Югославская народная армия. Её преемницей стали Вооружённые силы Союзной Республики Югославии (Сербия и Черногория).

## Праздники

- 21 мая — День военных летчиков;
- 16 июля — День танкистов;
- 15 августа — День пограничников;
- 10 сентября — День военных моряков;
- 15 сентября — День кавалеристов;
- 7 октября — День артиллеристов;
- 10 ноября — День ПВО;
- 22 декабря — День ЮНА;

## Организация

ЮНА делилась на рода войск, виды войск и войсковые службы. Выделено было 4 вида войск: сухопутные, ВВС, ПВО и ВМФ. Родами войск были: пехота, артиллерия, артиллерийско-ракетные подразделения ПВО, бронетанковые, инженерные, противохимическая оборона, связь, пограничные единицы ЮНА. К войсковым службам относились: техническая, строительная, интендантская, служба сообщения, летно-техническая, органы безопасности и военная полиция, санитарная, ветеринарная, финансовая, административная, правовая, геодезическая, музыкальная и информатики. В конце 80-ых годов появилась авиационная служба дозора, связи и наведения, ставшая позднее родом войск. Комплектовалась на основе всеобщей воинской повинности. Срок службы составлял 1 год. Срок службы включал в себя рекрутское обучение, собственно военную службу и службу в резервном составе. ЮНА представляла собой "совместную вооруженную силу всех народов и народностей, всех рабочих людей и граждан СФРЮ". По Закону о вооруженных силах 1969 года членом ВС СФРЮ рассматривался каждый гражданин, который с оружием в руках участвует в сопротивлении против агрессоров.

## Вооружение

Вооружена ЮНА была на начальных этапах своего существования оружием советского, американского и английского производства, которое осталось в избыточных количествах после Второй Мировой войны. В 1950 - 1960-х годах оно прошло модернизацию. Новые образцы вооружения, полученные в 60-ые годы также проходили модернизацию. Кроме того, Югославия имела мощную оборонную промышленность, выпускавшую отечественное оружие, представлявшее из себя клоны советского. В 1987-1989 гг. проходила реформа армии, которая затронула и вооружение.

Приняты были на вооружение автоматические гранатометы — обязательное оружие любой современной пехоты. Вместо старых пулеметов M53, югославской копии MG-42, на вооружение поступили новые пулеметы M84 — лицензионная копия советского пулемета ПКМ с некоторыми незначительными отличиями. Причем в стране для ЮНА сразу же начали производить оптические прицелы к этим пулеметам. Принимаются на вооружение новые виды противотанкового оружия — гранатомет "ОСА" и ПТРК "Бумбар", которые также соответствуют современным стандартам. Оставалась проблема со средствами связи. Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что в отличии от техники новое стрелковое оружие и униформа поступала в войска крайне медленно: к 1991 году новое снаряжение и оружие получили только элитные части ЮНА.

Из новой техники на вооружение были приняты танки М-84, а позже М-84А, созданные на основе лицензии на советский танк Т-72, но со значительно улучшенными характеристиками. Танк также получил новую систему управления огнем — СУВ М-84, которая по характеристикам была аналогична лучшим западным образцам и существенно превосходила советские и восточноевропейские системы управления огнем, что увеличило эффективность огня М-84 по сравнению с Т-72 в 1,5 - 2 раза. В М-84А был установлен также более мощный двигатель, и усилено бронирование. А новые решения в технологии производства танка, направленные на ускорение и упрощение производства, позволили ЮНА к 1991 году получить около 500 таких машин. Тем не менее основной машиной ЮНА оставался советский Т-55, хотя и устаревший, но, все же, пригодный для современной войны, к тому же имевший возможность к модернизации. Общее число таких танков в ЮНА составляло более 750 машин. Также на вооружении находились около сотни танков Т-72 и такое же количество танков ПТ-76. В резерве было множество устаревших танков: М4 Sherman, Т-34, Т-34-85 (около 300 танков), и M47 Patton II (около 300 танков). Последние две модели все еще могли использоваться в современной войне в качестве машин поддержки. Приведенные выше факты свидетельствуют, что бронетанковые части ЮНА находились на весьма современном уровне и в 1990 году могли сравниться с западноевропейскими танковыми армиями.

Старые гусеничные бронетранспортеры — югославский М60 — заменялись на БМП М-80, созданную в СФРЮ под влиянием французской AMX-10. А в самом конце 80-х годов была запущена в производство М-80А1 с усиленным бронированием и вооружением, которая превосходила советскую БМП-2, но все же немного не дотягивала до уровня западных БМП. Новая боевая машина пехоты была запущена в производство незадолго до Распада Югославии, поэтому основной парк бронетранспортеров и боевых машин пехоты составляли М60, в количестве около 790 машин и БМП М-80 — более 500 машин.

Старых советских БТР, БТР-152, БТР-50ПК/ПУ примерно 200 машин, а также 80 колесных БТР-60 и гусеничных бронированных тягачей МТ-ЛБ, которые могли использоваться и использовались в качестве бронетранспортеров (примерно 200 тягачей). Также было около 50 БРДМ-2. Наряду с вышеперечисленными машинами, ЮНА получала еще и легкие двуосные бронеавтомобили серии BOV (Borbeno Oklopno Vozilo) производимых на заводе TAM в городе Мариборе (Словения). Машины этой серии выпускались в нескольких вариантах:

- в разведывательном полицейском варианте, вооруженном пулеметом (BOV-VP), с возможностью размещения внутри броневика восьми бойцов, не считая экипажа из двух человек,
- в зенитных вариантах с тремя 20-ти миллеметровыми (BOV-3) или двумя 30-ти миллиметровыми пушками (BOV-30), которые на практике использовались для борьбы с вражеской пехотой и легкобронированной техникой. У первого варинта были несколько недостатков, среди которых небольшая вместимость дисковых магазинов к орудиям и их открытая установка сверху пушек, что вынуждало заряжающего для замены магазинов высовываться из башни. BOV-3 вооружены пушкой M-55 A4B1, которая является лицензионным вариантом пушки Испано-Сюиза HS804. На вооружении находились более 100 этих ЗСУ,
- в варианте самоходного противотанкового ракетного комплекса, вооруженного четырьмя установками противотанковых управляемых ракет 3М14 "Малютка" (BOV-1). Перезарядка ПУ изнутри корпуса машины невозможна. Эти машины вполне соответствовали современному уровню.

На вооружении ПВО помимо BOV-3 и BOV-30 были ЗСУ M53/59 "Прага" (около 800 ЗСУ, выпускались по чехословацкой лицензии), ЗСУ-57-2 (100). Также было около 2700 ПЗРК Стрела-2 и некоторое количество ПЗРК других типов, Стрела-10 на базе МТ-ЛБ (18 установок), Стрела-1 на базе БРДМ (120 установок), системы С-75 (60), С-125 (60) и ЗРК Куб (около 90 систем).

Кроме того, ЮНА имела сильную артиллерию. На вооружении состояли образцы разного калибра и стран производителей, в основном СССР и США и собственно Югославские разработки. В вооружении сочетались устаревшие и новейшие образцы. Причем СФРЮ сама освоила производство артиллерии, в особенности современных систем управления огнем, в том числе и радары наземного обнаружения. Одной из заслуг югославской военной промышленности являлось создание собственных РСЗО М-63 "Пламень" (около 800), М-71 "Партизан", М-77 "Огань" (около120) и М-87 "Оркан" совместной с Ираком разработки (около 10). Последние два являлись весьма современными и удачными образцами. Самоходная артиллерия была представлена самоходными орудиями 2С1 "Гвоздика" (примерно 100 САУ), СУ-100 в количестве 40 установок, а также устаревшими американскими самоходными орудиями M-18 Helcat в количестве приблизительно 260 самоходок и M-36 Slugger, которых было приерно 300 установок. Были на вооружении самоходные ПТРК. Имелись так же тактические ракеты 9K52 Луна-М советского производства. В целом вся перечисленная техника была несколько устаревшей, но, тем не менее, пригодная для современной войны и дальнейшей модернизации.

ЮНА имела хорошо развитую военную промышленность, например, авиазавод "Соко" в Мостаре (БиГ), предприятие по сбору бронетехники в Славонском Броде (Хорватия), завод "ТАМ" в Мариборе (Словения), оружейный завод "Црвена Застава" позже "Застава" в Крагуевце (Сербия). Значительное количество предприятий военной промышленности располагалось на территории Боснии и Герцеговины. Югославия сама выпускала военную авиацию, бронетехнику, артиллерию, электронные военные системы (системы управления огнем, радары, дневную и ночную оптику) и имела сильнейшую военную индустрию в Восточной и Южной Европе. Как видно из приведенных данных, ЮНА по техническому уровню и количеству войск примерно соответствовала странам западной Европы, и могла оборонять свою территорию от более сильных армий, не говоря уже о борьбе с плохо вооруженными (а зачастую вообще не вооруженными) и подготовленными словенскими и хорватскими сепаратистами, хотя таковыми они являлись только на начальном этапе боевых действий.

Помимо сухопутных войск ЮНА обладала и неплохим ВМФ. Он состоял из 10 тысяч моряков (из них 4400 — призывники), включая 2300 человек в береговой артиллерии, состоящей из 25 батарей, а также 900 морских пехотинцев. На вооружении находились фрегаты, корветы, субмарины, тральщики, ракетные и патрульные катера. Важнейшей задачей югославского флота была оборона береговой линии, что, учитывая её протяжённость и наличие большого количества островов, было довольно непростым делом. Штаб флота располагался в Сплите. Главными базами флота были Сплит, Шибеник, Пула, Плоче и Котор, а базой Дунайской речной флотилии — Нови-Сад. В ВМФ присутствовала противолодочная вертолётная эскадрилья, укомплектованная вертолётами Ка-25, Ка-28 и Ми-14. Её база находилась в Дивулье. Перед самым распадом Югославии на её верфях строилось значительное количество новых кораблей для ВМФ, часть из которых в итоге попала в хорватский флот. Среди них были ракетный корвет "Краль Петар Крешимир", сверхмалая подлодка "Велебит" R-01 и несколько сторожевых катеров.

Ещё одной важной составляющей югославской армии была её авиация. Она состояла как из самолётов собственной разработки, так и из полученных из других стран, в основном из СССР. ВВС ЮНА использовали следующие аэродромы: Батайница, Слатина, Ниш, Скопски Петровац, Дивулье, Мостар, Голубовци, Плесо, Черклье, Задар, Пула, Желява, причём последний был построен к 1990 году. Тогда жепланировалось поступление в войска 300 новых самолётов: 120 J-22 Орао, 30 G-4 Super Galeb, 150 перспективных самолётов "Нови авион". Однако начавшийся в 1991 распад Югославии сделал эти планы попросту невозможными.

На вооружении находились самолеты как новых, так и старых конструкций. Основной парк истребительной авиации — истребители МиГ-21 Бис/МФ/М, к тому времени устаревшие, но вполне способные вести современный бой, учебные МиГ-21 УМ/УС (двуместные), разведчик МиГ-21 Р, а также некоторое количество МиГ-21 старых модификаций, всего около 130 машин. В рамках доведения арии до современного уровня поставлялись советские новейшие легкие истребители МиГ -29 в модификациях А/Б всего 14 единиц, и учебно-боевых МиГ-29УБ 2 единицы. Югославия не прекращала попытки создание собственных истребителей, в шестидесятых годах был разработан истребитель J-21 Jastreb, однако этот самолет изначально отставал от своих западных и советских конкурентов по ряду тактико-технических характеристик, и фактически использовался как разведывательный или штурмовик, бой этих истребителей в небе над Баня-Лукой с американским истребителями F-16, подтвердил низкую их эффективность, тогда 6 истребителей Авиации и ПВО ВРС были подвергнуты нападению двух американских легких истребителей Ф-16, в результате 4 "Ястреба" были сбиты, а два ушли от преследования. Однако J-21 оставался в употреблении до самого распада Югославии, а вскоре после создания СФРЮ эти самолеты были сняты с вооружения. Более удачным оказался самолет J-22 Orao совместной Югославско-Румынской разработки. Этот самолет разработанный в 1976 году, был прежде всего ударным самолетом, однако мог использоваться и как истребитель. Хотя его использование в качестве истребителя было обусловлено в большей степени доктринами его применения, нежели реальными тактико-техническими характеристиками.

Одним из самых уникальных югославских самолетов были многофункциональные G-2 Galeb и G-4 Super Galeb, последний отличается великолепными летными характеристиками. Несмотря на то что G-2 Galeb полностью устарел, G-4 Super Galeb продолжает нести службу, и имеет перспективы модернизации. К распаду страны возможности югославской авиационной промышленности позволили разработать перспективный самолет НА — "Нови Авион" который был на одном уровне с последними западными и советскими проектами, однако распад страны не позволил воплотиться этой разработки в жизнь. На вооружении также имелись 40 самолетов типа J-20 Kraguj, этот легкий винтовой самолет предназначался прежде всего для разведывательных и антипартизанских действий, однако этот самолет, выпущенный в 1964 году Мостарским заводом "Соко", был абсолютно непригоден, и не подходил ни под одну современную доктрину. Транспортная авиация была представлена в основном советскими самолетами Ан-2ТД — 5 ед, Ан-12 — 2 ед, Ан-26Б — 18 ед, Як-40 — 6 ед, А так же французскими Falcon 50 — 2 ед, американскими Learjet 25 — 4 ед, немецкими Дорнье Do-28D — 4 ед, канадскими самолетами-амфибиями Канадэйр CL-215 — 4 ед. На вооружении имелись и легкие учебные самолеты Utva 75 и V-53 в количестве 138 единиц.

Вертолеты были представлены в основном модификациями вертолета SA-341/342 "Газель" французской разработки, выпускаемых по лицензии на заводе "Соко" в г. Мостаре, часть вертолетов была поставлена из Франции. Вертолет выпускался в нескольких модификациях в том числе HO-42 и HO-45 транспортная модификация, HI-42 в разведывательной модификации, HS-42 в спасательном варианте и боевые варианты HN-42M Gama (спротивотанковыми ракетами 9М14М "Малютка" и ракетами для борьбы с воздушными целями 9М32М "Стрела-2М"), и модернизированный HN-45M с новым двигателем. Всего ЮНА имела 107 таких машин. Основным транспортным вертолетом был советский Ми-8Т всего 93 ед., на вооружении так-же состояли 2 старых французских вертолета SA-316 Alouette III. Авиация флота была представлена вертолетами палубного базирования Ка-28 — 2 ед и Ка-25БСш — 6 ед. А также вертолетом-амфибией Ми-14ПЛ — 4 ед.

## Тактика

ЮНА имела уникальную военную доктрину: в случае агрессии задачей армии было задержать наступление врага до того момента, пока не будут отмобилизованы и развернуты части Территориальной обороны, резерва из числа гражданского населения. После этого ЮНА и ТО должны были приступить к тотальной партизанской войне (т. н. общенародная оборона) с целью истощения превосходящих сил противника.

В связи с интервенцией СССР в Чехословакию в 1969 году был принят новый закон об обороне. Причиной принятия закона было резкое осуждение Югославией произошедшей интервенции и последовавшее резкое похолодание отношений CCCР и СФРЮ. Так как Югославия не была членом ОВД, появилась гипотетическая вероятность интервенции войск Советского Союза в Югославию. Кроме того, угрозой для СФРЮ являлся возможный конфликт между странами-участниками Варшавского договора и странами HATO. Не принадлежащая к ни одному из враждующих лагерей Югославия могла быть рассмотрена одной из противостоящих сторон как плацдарм для ведения боевых действий или размещения войск, так как страна занимала удобное стратегическое расположение и занимала обширную площадь.

Вследствие этого, военные силы Югославии должны были быть готовы противостоять заведомо более сильному противнику, т. е. армия Югославии должна была быть готова действовать по сценарию, аналогичному событиям 1941 года, когда немецкие войска вторглись на территорию королевства Югославия.

По Закону об обороне 1969 года, ЮНА получала уникальную структуру вооруженных сил. Новая военная доктрина получила название "Общенародная оборона" (Општенародна одбрана) ОНО. Доктрина предусматривала создание общеюгославского сопротивления агрессору, т.е. являлась продолжением славных партизанских традиций времен Второй мировой войны. При этом на уровне идеологии связь между ОНО и партизанским движением всячески поддерживалась военным руководством, следствием чего элементы партизанской субкультуры прочно вошли в армейские традиции.

## Униформа

Югославская Народная армия с 1946 г. имела своеобразную форменную одежду со знаками различия схожими с принятыми в Советской Армии.

Основной эмблемой военнослужащих была красная пятиконечная звезда. Для гвардейских и пролетарских частей была установлена звезда с золотистым изображением серпа и молота.

Как показывают многие примеры чаще всего изменения в униформе, вызванные политическими причинами начинаются именно с системы персональных званий и знаков различия. Возвращение к знакам различия Королевской армии для коммунистического руководства Югославии было неприемлемо, тем более, что в знаки различия Королевской армии представляли собой сочетание русской и германской традиционных систем. Поэтому во введённой в 1955 г. форме одежды была внедрена новая, не схожая с другими система знаков различия чинов военнослужащих сухопутных войск и ВВС/ПВО.

Были установлены четыре категории воинских чинов: солдаты, подофицеры, офицеры и генералы. Особо следует обратить внимание на генеральские чины. Они были следующими: генерал-майор, генерал-подполковник, генерал-полковник и генерал армии. Для лица, занимающего пост Министра обороны было установлен чин "генерал", на погонах которого вышивалось пять звёзд. Погон Маршала Югославии, чина, персонально закреплённого за пожизненным Президентом страны Иосипом Брозом Тито, повторял погон Маршала Советского Союза и, несмотря ни на что, вышивался на русском генеральском галуне.

Военнослужащим Сухопутных войск Югославской Народной армии в 1955 г. были установлены следующие виды военной формы: служебная (для строя и вне строя), праздничная и парадная.

У рядового состава, которому полагалась только служебная форма, и на служебной для строя форме одежды подофицеров и офицеров какое-либо обозначение родов войск и служб отсутствовало. При этой форме полагалось ношение пилотки -"титовки", фасон которой был лично разработан маршалом Тито в 1942 г. по типу советских пилоток. Обувью служили особого покроя шнурованные сапоги.

На открытых кителях подофицеров и офицеров полагались петлицы цвета формы со знаками родов войск и служб. Полковники и генералы имели петлицы особых образцов для с изображением дубовых листьев. Эти кителя носились при праздничной форме и служебной форме вне строя. Парадная форма офицеров и генералов отличалась цветом и покроем.

Учитывая мягкий балканский климат, разделения формы на летнюю и зимнюю не предусматривалось, но допускалось в жаркое время ношение верхней рубашки без кителя, а для холодной и дождливой погоды полагались шинели, пальто и плащ-накидки. Подофицеры и офицеры ВВС носили форму традиционного для западноевропейских авиаторов серо-синего цвета,

Нестроевой начальствующий состав был выделен в отдельную категорию военных чиновников. Они отличались серебряным металлическим прибором, в отличие от строевого соcтава, у которого прибор был золотистым, и особой формой звёздочек на погонах. Чины военнослужащих Военного флота обозначались как нарукавными нашивками, так и погонами. Чины матросов и подофицеров были такими же, как и в Сухопутных войсках и ВВС. Интересно, что шевроны матросов и подофицеров на погонах нашивались углом вверх, а на рукавах, углом вниз. Знаки различия офицеров и адмиралов представляли собой традиционные золотые галуны на рукавах. Такие же галуны нашивались на погонах офицеров. Погоны адмиралов вышивались по типу генеральских. Род службы подофицеров и офицеров обозначался значком, расположенным над галунами.

В отличие от Сухопутных войск форма моряков имела сезонные различия. Она разделялась на летнюю (белую) и зимнюю (тёмно-синюю).

Чины флотских военных чиновников были такими же, как в Сухопутных войсках. Знаки различия были такими же, как у флотских подофицеров и офицеров, но прибор был серебряный.

В 1961 году был принят шлем M59 и модернизирован в 1985 году, получив наименование M59/85. Красная звезда на шлеме оставалась до октября 1991 года.

Серая униформа М77 была принята на вооружение в 1982 году. Ее зимний вариант включал в себя легкое пальто, на котором было два боковых кармана, ремень, погоны и два внутренних кармана. В левой части униформы располагалось крепление для капюшона. Летняя униформа была более легкой, она состояла из рубашки М75, штанов и пилотки (со звездой для рядовых и серебряным пятиконечным лучевым символом для младшего командного состава и офицеров). На пилотках бойцов пролетарской дивизии можно было увидеть также серп и молот. Офицеры и сержанты носили темный широкий пояс из кожи, пояс рядовых был светло-коричневого цвета.

В 1989 году осуществлялась модернизация ЮНА на всех уровнях, особенно это касалось технической части. Взамен явно устаревшей, но, все же, довольно удобной униформы М77 появилась новая камуфляжная униформа удобного покроя, созданная под влиянием французской униформы, появились новые бронежилеты и кевларовые шлемы М89. В ткань куртки были вшиты четыре стальных D‑образных кольца, на груди располагались два кармана на молнии, дополнительные кармашки были на талии и возле левого плеча. Знаки различия располагались на груди (в виде прямоугольных закамуфлированных полосок). Десантные войска имели униформу оливково-серого цвета, тогда как военная полиция носила камуфлированную униформу синего цвета.

На берете располагались знаки различия Югославской народной армии: красная звезда и парашют, заключенные в лавровый венок. В октябре 1991 года на беретах Югославской армии появилась кокарда, на которой можно было увидеть золоченые буквы JNА, сине-бело-красный диск и позолоченные скрещенные мечи. Кокарда была увенчана серебристой розеткой, тогда как генеральская кокарда была украшена золотым венком.

К сожалению руководителей государства, новое стрелковое оружие и униформа поступала в войска крайне медленно: к 1991 году обновленное снаряжение и оружие получили только элитные части народной армии.

## Галерея

## Источники

- http://www.srpska.ru/article.php?nid=3558
- http://www.srpska.ru/article.php?nid=3559
- http://www.coldwar.ru/conflicts/yugoslaviya/slovenia.php
- http://balkan-fan.livejournal.com/17844.html?thread=75188
- http://stan-one.ru/just-chilling/фотографии-юна/
- http://army.armor.kiev.ua/hist/vukovar.shtml
- http://vedomstva-uniforma.ru/mundir13/jug/index.html
- http://mr-garett.livejournal.com/75301.html
- http://www.kortiks.ru/litera/pervye_boevye_noji_yugoslavskogo_specnaza