Винтовка Крнка

**Винтовка Крнка** — винтовка, состоявшая на вооружении русской армии в 1867 - 1891 годах.

В 1860-х годах российское Военное ведомство активно изыскивало возможности быстрого перевооружения армии прогрессивным казнозарядным оружием под патроны с металлическими гильзами. Наряду с разработкой и поиском новых образцов такого оружия особое внимание было обращено на возможность переделки в казнозарядные имевшихся дульнозарядных образцов. Внимание Военного ведомства привлекла модель австрийского оружейника Кренке Гогенбурга (Крнка). Основным достоинством модели была простота ее устройства и легкость, с которой под эту модель можно было переделать российские 6-линейные дульнозарядные винтовки обр. 1856 года (стрелковая) и 1858 года (пехотная). Переделочный образец был утвержден 18 марта 1869 года. Работы по переделке велись в массовом порядке как на государственных, так и на частных предприятиях.

## Устройство

Ствол стальной, в сечении — круглый, с нарезным каналом. Калибр 6 линий — 15,24 мм. Мушка скругленная, на прямоугольной платформе. Прицел состоит из колодки и крепящейся к ней на шарнире откидной рамки с хомутиком. У обычной пехотной винтовки прицел был изначально насечён до 600 шагов, у стрелковой же — до 1200. После 1877 - 78 годов все винтовки получили прицел до 1200 шагов.

На казенную часть ствола навинчена латунная ствольная коробка с желобом для вкладывания патронов в канал ствола, которая крепится к ложе посредством хвостового винта. Затвор откидной, полуцилиндрической формы, открывается откидыванием справа налево. В высверленном в затворе наклонном канале находится ударная шпилька с упирающимся в неё стержнем, по головке которого ударяет курок. Ударно-спусковой механизм аналогичен капсюльному замку пехотного ружья обр. 1845 года, кроме курка. Курок с насечкой на спице и вынесенной влево от оси ударной частью.

Ложа деревянная, с длинным цевьём. Приклад с прямой шейкой. Спусковая скоба из медного сплава, округлая, составная, с антабкой. Спусковой крючок С-образный. Затыльник Г-образный, с гребнем, крепится на двух винтах. Ствол крепится к ложе винтом через хвостовик и двумя обоймицами (ложевыми кольцами), на передней из которых укреплена антабка. Наконечник цевья с гнездом для шомпола. Шомпол стальной, с цилиндрическим наконечником и навинтованным задним концом. Ремень кожаный, с пуговицей, простой металлической пряжкой и охватывающей кожаной петлей.

В целом, система Крынка была для своего времени неплохо проработана, в частности, отличалась очень крепкой затворной группой — аналогичная по конструкции использовалась в крепостном ружье Крынка-Гана калибра 20,4 мм. Также хорошим аттестатом прочности и живучести системы Крынка может послужить массовое использование снятых с вооружения старых винтовок в качестве охотничьего оружия, как правило — в переделанном под дробовые патроны виде, которое продолжалось в среде промысловых охотников ещё и в середине XX века. Существовали в своё время целые небольшие предприятия, занимавшиеся кустарной переделкой винтовок Крынка с расстрелянным стволом в охотничьи ружья.

Основные её недостатки — то есть, сравнительно невысокая скорострельность, не лучшая баллистика и ненадёжная экстракция стреляных гильз — проистекали, как и всех образцов оружия такого рода (системы Снайдера, Снайдера-Шнейдера и подобные), из того, что она переделывалась из старых с дула заряжаемых винтовок, имевших сравнительно крупный калибр, следовательно — неудовлетворительную по сравнению с новыми малокалиберными образцами баллистику.

Экстрактор винтовки Крынка был совершеннее, чем у разработанной в то же время винтовки Снайдера, так как при полной исправности и чистоте механизма не только выдвигал гильзу из патронника, но и выбрасывал её за пределы оружия через жёлоб ствольной коробки (для этого затвор винтовки было предписано открывать резким ударом ладонью по расположенной справа рукояти), исключая момент вынимания её из ствольной коробки рукой и, тем самым, повышая скорострельность. На изношенном или загрязнённом оружии, однако, экстрактор действовал не столь резко, так что гильзу всё же приходилось вытягивать руками, а в редких случаях — даже выбивать шомполом с дульного среза. Этот недостаток — ненадёжная экстракция стреляных гильз — вообще был характерен для всех систем, созданных до появления продольно скользящих затворов, которые получили подпружиненный зуб выбрасывателя, с лёгкостью вытягивающий из патронника даже туго засевшую в нём гильзу прямо при открывании затвора. Например, американская винтовка Спрингфилд обр. 1873 года системы Аллена также имела проблемы с экстракцией при загрязнении механизма или окисле на гильзах патронов, что было особенно опасно на карабине, который не имел шомпола, соответственно, при заклинивании гильзы в патроннике превращался по сути в дубину, если стрелку не удавалось выковырять её за закраину ножом (см. также статью в англ. разделе).

Как ещё один из недостатков системы Крынка называли возможность того, что при разрыве гильзы пороховые газы могут ударить в лицо стрелку через жёлоб в ствольной коробке для выброса гильзы, что было менее вероятно в системе Снайдера, у которой задняя стенка коробки была глухая. Впрочем, в последующих винтовках с продольно скользящими затворами подобная вероятность была намного выше, что нисколько не помешало их широчайшему распространению (правда, первое время в них пытались делать специальные поперечные пропилы ствольной коробки в районе чашечки затвора для стравливания газов, но их эффективность была не слишком велика).

После войны 1877 - 78 годов в угоду общественности, озабоченной недостаточной, по мнению некоторых, дальнобойностью русского оружия все винтовки Крынка получили прицел до 1200 шагов, хотя на самом деле ведение прицельного огня на такие дистанции по отдельным целям с открытым прицелом всё равно невозможно, тем более с учётом скверной баллистики 6-линейного патрона, так что введение более дальнего прицела нисколько не прибавило к боевым качествам винтовки. Прицелы, рассчитанные на ведение огня на мало реалистичные для стрелкового оружия дальности (до 3,5 км) были в моде в последней четверти XIX века, после анализа спорного и неоднозначного боевого опыта франко-прусской войны, когда военные теоретики рассматривали залповую стрельбу из стрелкового оружия по тем же критериям, что и навесной огонь артиллерии, оперируя такими понятиями, как — стрельба по невидимой цели, огонь по площадям и зоны поражения. На практике стрельба на такие расстояния, особенно при отсутствии должной дисциплины и корректировки огня (что было скорее правилом, чем исключением), приводила обычно лишь к непроизводительной трате патронов, так как даже если несколько пуль из тысячи и поражали отдельных солдат противника, эффект от этого был главным образом лишь деморализующий, стрелки же, практикующие подобную стрельбу, рисковали оказаться без патронов непосредственно в бою. В любом случае, на практике находчивые командиры даже с прицелами, насечёнными до 600 шагов, легко выходили из положения, приказывая солдатам вести огонь на большие дистанции, беря поправку по высоте на глаз, или же по ориентирам на местности, что было вполне удовлетворительно для стрельбы "по площадям".