Арауканы

**Арауканы** или **Мапуче** *(буквально Люди земли)* — единственный индейский народ в Южной Америке, который не был завоеван ни инками, ни испанцами.

Война мапуче с конкистадорами продолжалась с краткими перерывами 260 лет и стоила Мадриду многих жизней и средств. Только в 1883 году, уже после испанцев, индейцы были "замирены" правительством Чили. Но они отказались признать себя побежденными и до сих пор отстаивают свои права на землю и культуру предков.

## История

### Происхождение

Люди заселили плодородное побережье Чили тысячи лет назад. История мапуче предположительно начинается с культуры Питрен (около 500 г. н.э.). Археологи обнаружили остатки их керамики и узнали, что их земледельческие навыки позволяли им иметь маленькие огородики. Это, а также тот факт, что индейцы осели по берегам горных озер, позволяет предположить, что они были охотниками и собирателями. За пять веков они расселились до центральной долины Чили.

Жизнь мапуче сильно зависела от даров природы. Мужчины уходили на охоту за гуанако, оленями и другими животными, а женщины и дети направлялись в лес за ягодами. Из ягод же варили пиво. В Андах собирали сосновые шишки. На побережье ловили морских ежей, крабов, мидий и прочие морепродукты, собирали съедобные водоросли (кочаюйо). Южные племена охотились на тюленей. Из тюленьих шкур делали шлемы и доспехи.

Женщины занимались сельским хозяйством, гончарным делом и ткачеством и служили источником благосостояния народа. Чем больше жен было у индейца, тем богаче был он сам. Поэтому из-за женщин между кланами мапуче велись постоянные войны. По этой же причине полигамия тормозила переход индейцев в христианство и ассимиляцию их испанцами.

Индейцы любили послушать легенды, истории, рассказы о подвигах великих воинов — их рассказывали "вьюпифе" по вечерам или на праздниках.

Мужчины посвящали свою жизнь войне, или, если ее не было, охоте. Войны между кланами обычно велись из-за пищи, женщин или мести за насланную колдунами "порчу".

Мапуче не были людоедами, но знали обычай "прокулон" — знатного пленника убивали ударом дубины, а его сердце воины вырезали и съедали, чтобы храбрость казненного перешла к ним. Казнь через "прокулон" испанского солдата видел и описал в своей книге "Счастливый пленник" Франсиско Нуньес.

По слухам, индейцы иногда отрезали у еще живой жертвы острыми раковинами конечности, жарили их и съедали на ее глазах (такая судьба, согласно легенде, была уготована Педро Вальдивии), или делали из костей ног флейты. Мапуче также собирали головы убитых врагов, которые вывешивали на священном коричном дереве или посылали в дар другим кланам, чтобы привлечь их на свою сторону. Так арауканы после 1598 г. сохранили череп губернатора Лойолы (родственника знаменитого Игнатия Лойолы, основателя ордена иезуитов), а из его шлема сделали пиршественную чашу.

### Арауканская война

Начиная с середины XVI в. чилийские арауканы длительное время успешно противодействовали всем попыткам завоевания южного Чили. Хотя в 1557 году они потерпели серьезное поражение и лишились своих выдающихся вождей Лаутаро и Кауполикана, погибших от рук врага, уже в 1561 году началось новое восстание.

В 1598 году арауканы отрезали и атаковали Консепсьон, Вильярику, Империале и другие приграничные города. Только ценой тяжелых потерь испанцам удалось их оттеснить. В 1620 году, разъяренные вторжением испанцев в свои земли, арауканы вновь поднялись на борьбу, но вскоре были разбиты. В 1624 году губернатор, который правил в то время в Сантьяго, своей жадностью побудил испанских колонистов и арауканы объединиться и поднять восстание. Частые восстания арауканы продолжали вспыхивать в течение всего столетия. В 17823 году, доведенные до отчаяния притеснениями, эксплуатацией и захватом земель, они совершили героическую попытку полностью прогнать испанцев с южной части Чили. Однако подкрепление, прибывшее из Перу, помогло подавить восстание.

В результате непрерывной более полувековой вооруженной борьбы арауканы выгнали испанцев со всей территории южнее г. Био-Био и даже заставили их признать эту реку северной границей зоны расселения свободных индейцев.

## Организация

Основой общества мапуче был клан (лоф), а вождь клана (лонко, что означает "глава") представлял его на встречах с другими кланами и на международной арене. Мапуче разделялись и географически, что отразилось на их диалектах. Когда в середине 16 в. мапуче впервые встретились с испанцами, то стали объединяться в союзы — "айльяреуэ", что означает "восемь лонко". Таких союзов насчитывалось сорок, разбросанных по четырем географическим зонам. В военное время собирался совет лонко — "Бутанмапу", из делегатов одного или нескольких регионов, и они выбирали военного вождя — токи.

К северу от р. Мауле находились владения бутанмапу пикунче ("северян"), или промаука. К югу от Мауле, от побережья до предгорьев Анд, жили молуче ("живущие там, куда кидают солнце", т. е. на западе"). В горах жили пеунче ("люди сосен"), а к югу от р. Тольтен — хвилличе ("южане"). Всех, кто жил южнее Био-Био, стали называть общим именем "арауканы" — в честь региона Арауко к югу от Консепсьона. Его жители славились своей многочисленностью и непримиримостью по отношению к испанскому режиму. Все восстания против испанцев начинались именно оттуда.

Выше вождей кланов над мапуче никто не стоял. В случае внешней угрозы собирался бутанмапу и избирал военного вождя (токи). На этом собрании айляреуэ следовало быть представленным как можно полнее. Пока шла война, власть токи ничем не ограничивалась — пока ему сопутствовало военное счастье и пока его поддерживали мачи (шаманы). Последние пользовались неизменным уважением и почетом из-за своих "сверхъестественных" способностей.

Когда в 1550 испанцы впервые встретились с арауканами, это был оседлый народ, проживавший в деревянных домах ("рука") и постоянно враждовавший с соседями. Однако если не брать межклановые распри, никаких свидетельств об их особой воинственности нет. Хотя своих северных родичей — пикунче и промаука — они ненавидели люто.

Но от конкистадоров в равной мере пострадали все мапуче. Завоеватели обращали индейцев в рабство, угоняли на перуанские рудники, закабаляли на своих поместьях-энкомьендах (со всем сопутствующим набором издевательств и унижений). И они сделали невозможное — против общего врага объединились те, кто ранее был заклятыми врагами. Вожди кланов поняли, что уцелеть они могут только вместе.

Тут даже слабость центральной власти сыграла индейцам на пользу. Их невозможно было разгромить — стоило потерпеть поражение одному союзу, как тут же возникал новый. Когда какой-нибудь токи одерживал важную победу, против испанцев восставали ранее покоренные области. А к восстанию могли присоединиться те кланы, которые до этого соблюдали мир или нейтралитет, и война по сути не прекращалась.

В годы войн с испанцами часть мапуче перевалила через Анды и поселилась в аргентинских пампасах. Они быстро поглотили большинство местных индейцев-пуэльче и иногда объединялись с другими племенами, чтобы совершать набеги на испанцев Ла-Платы. Они угоняли скот для его перепродажи в Чили. Иногда летучие отряды индейцев доходили даже до Буэнос-Айреса.

Начиная с XVII в. испанцы провели серию переговоров с мапуче, сделав первый шаг к налаживанию отношений. Последовал обмен пленными, а индейское рабство было запрещено. Мапуче получили торговые права, а их лонко — регулярные подарки от испанских властей, чтобы не совершались набеги. В XVIII в. мапуче отправляли к испанцам своих послов — как независимая держава. По примерным подсчетам, испанцы потеряли в "Арауканских войнах" около 50 тыс. солдат и 60 тыс. индейских ополченцев, набранных из племени промаука и других покоренных народов.

### Командование

Обычно разные кланы мапуче воевали друг с другом из-за женщин и военной добычи. В случаях особой важности — например, глобальной внешней угрозы в виде инкского или испанского вторжения, какой-нибудь лонко "высылал Пулькитин", чтобы созвать большой совет вождей (бутанмапу). Так называлась стрела, вымазанная кровью из сердца ламы, к которой привязывались красные нити с узелками. Узелки обозначали время и место встречи. На совете решали, начинать ли войну, и если да, какой будет план кампании. Иногда в дар другим вождям лонко посылал головы убитых врагов, чтобы воодушевить их.

На большом совете выбирали токи, или верховного главнокомандующего. Обычно это был один из лучших, прославленных воинов. Окончательно его "утверждал" шаман, если знамения были благоприятные. Мачи вообще оказывали значительное влияние на военных вождей — по полету птиц и поведению животных они предсказывали успех или неудачу операции. Слово токи обычно было законом — но только на время войны (и пока мачи оказывал ему покровительство). Токи определял, сколько воинов нужно призвать, контролировал военные приготовления и осуществлял командование на поле боя. Приготовления проходили с большой тщательностью и в глубокой тайне.

Каждый воин вооружался и кормился сам. Перед выступлением они долго постились и воздерживались от связей с женщинами. С собой воин брал мешочек с сушеным мясом. На похлебке из этого мяса с водой он мог без труда прожить до тех пор, пока не получал возможность кормиться грабежом. Неотягощенные поклажей, воины могли двигаться быстро — как в атаке, так и в отступлении.

### Пехота

Мапуче издавна сражались пешими и с детских лет приучались стойко сносить трудности и совершать длинные переходы по любой местности в любую погоду. Они были сильны и неутомимы и могли воевать, питаясь только горстью поджаренной муки из личных запасов — терпеливо дожидаясь будущих трофеев.

Воинов учили совершенствоваться в каком-то одном оружии. Как пишет Эрсилья, “каждый солдат еще в детстве выбирает себе оружие по вкусу и учится владеть им. Так, лучник не утруждает себя приемами с пикой, как и пикинер не берется за лук или палицу”.

Однако у лучников имелись палицы — "лонко кил кил". В ближнем бою это было страшное оружие — особенно когда враг уже дрогнул.

Воины делились на отряды, каждый из которых сражался определенным видом оружия:

“ | На поле битвы они выходят стройными рядами, около ста человек в каждом. Свои полки они ставят вперемешку — полк лучников с флангов защищают два полка пикинеров. Пикинеры наступают тесным строем, плечом к плечу.
|
” |


Педро Вальдивия отмечал, что мапуче к югу от р. Мауле сражались иначе, чем их северные родичи — пикуэнче или промауке. В первых битвах с индейцами центральных областей Чили, вокруг Сантьяго, испанские уланы-лансеро без особого труда побеждали большие армии, однако испанской пехоте приходилось нелегко. Вальдивия ничего не говорит о том, что оружие этих индейцев отличалось от оружия инков и других северных племен, которые сражались короткими копьями, дротиками и пращами. Так что, скорее всего, здешние мапуче были вооружены так же. Правда, у лучников были еще большие палицы.

Однако в 1546 г. первую экспедицию Вальдивии на юг, за р. Мауле, ночью атаковала армия в 7-8 тысяч мапуче. Бой шел около двух часов. Вальдивия описал индейцев так:

“ | Они дрались яростно, держась друг друга, как германцы.
|
” |


"Германцы" — это, по всей видимости, ландскнехты, с которыми Вальдивия познакомился, воюя в Италии. Однако через два часа индейцы дрогнули; они понесли большие потери, включая своего токи. У испанцев были убиты две лошади, а шесть лошадей и шесть человек (все в броне) — ранено. Поскольку в предыдущих боях с индейцами испанцы редко несли потери, это сражение запомнилось.

В 1550 г. Вальдивия вернулся, чтобы завоевать эту область. На сей раз его атаковали 20 тысяч мапуче — 3 большие "дивизии", которые, как и в прошлый раз, ночью обрушились на испанский лагерь. Индейцы снова атаковали в лоб, так как конкистадоры заняли позицию между двумя озерами. Поэтому вступить в бой смогла только одна "дивизия" мапуче. Но, тем не менее, бой растянулся на три часа. Вальдивия вспоминал:

“ | Тридцать лет я служу Вашему Величеству [королю Карлу I], воевал со многими народами, но ни у кого не видел такой стойкости и упорства, как у этих индейцев...
|
” |


Сто лансеро во главе с самим Вальдивией несколько раз пытались вклиниться в ряды индейцев, но испанские лошади всякий раз поворачивали прочь. 60 лошадей были ранены стрелами, палицами и копьями — несмотря на то, что их защищала броня. Наконец, Вальдивия спешил лансеро и бросил их в бой вместе с пехотой. Только так испанцы смогли опрокинуть индейское войско. Первая "дивизия" мапуче отступила и увела с собой остальные две.

Через месяц Вальдивия построил форт из толстых бревен с глубоким рвом там, где теперь порт Консепсьон. Мапуче атаковали форт силами в 40 тысяч воинов, с четырех сторон. Вальдивия описывал это так:

“ | Они бросились на нас со всей отвагой, четырьмя дивизиями... в лучших одеждах из кожи ламы и тюленьих шкур, раскрашенных в яркие цвета. Некоторые были закутаны в шкуру целиком; голова зверя, украшенная перьями, служила шапкой и была похожа на тиару священника. Даже самый острый топор не мог пробить ее. У многих были луки со стрелами и копья, в двадцать и двадцать пять пальмос длиной, дубины и палки; пращей не видел ни у кого.
|
” |


Однако только в конце 1570-х годов индейцы научились противостоять кавалерии, упирая свои пики в землю, как это делали настоящие ландскнехты. До этого они могли остановить кавалерийскую атаку, выстроившись в подобие фаланги. Но такой строй оказывался уязвимым при атаке с фланга или тыла, а также при ударе пеших испанских мечников. Эрсилья называл индейцев, с которыми сражался, словом "пикеро". Это дает некоторое представление об их вооружении и тактике.

Мапуче имели обычай перед битвой вызывать врагов поодиночке или маленькими группами на поединок. Перед сражением при Анделене (1554 г.) один арауканский воин с пикой одолел в поединке и ранил семерых испанских лансеро. Затем его предательски заколол восьмой солдат, Диего Кано.

Действиям испанской кавалерии индейцы противопоставляли внезапные ночные атаки, засады и использование полевых укреплений. Лаутаро изматывал вражеских всадников, заставляя их совершать долгие переходы по жаре и заманивая их на благоприятную для себя местность. Он также разработал тактику атак волнами — когда воины на переднем крае уставали, их сменяла следующая волна. Под ее прикрытием воины первой волны отступали в тыл, отдыхали, перегруппировывались и вступали в бой, когда подходила их очередь.

В 1570-е гг. мапуче уже строились в четкие, стройные боевые порядки — "намунто кона". Алонсо де Мармольехо видел их в битве в долине Пурена в 1570 г. Индейская армия насчитывала 2000 воинов. Вот что он писал в "Истории Чили":

“ | ...Затем по приказу Пайлакара — лонко из долины Пурена, которого все они /местные кланы/ уважали, они встали в строй и выступили против христиан... Это было каре (escuadron cuadrado) c двумя "рогами", или концами (мы называем их "рукавами") из четырехсот индейцев каждый. Другие индейцы шли вне строя, как им хотелось...
|
” |


Кланы Пурена подражали испанской терции: каре из 800-1200 пикинеров и "рукава" на флангах из 400 воинов с луками и палицами в каждом. Этот строй с фронта и флангов прикрывали застрельщики. Мармольехо описал его в соответствии с военной терминологией своего времени.

Индейский строй отразил несколько атак испанских лансеро, причем в одном случае испанцы приняли удар от "рукава" с фланга и от пикинеров — с фронта. Командира улан выбили из седла ударом дубины, обезглавили и насадили голову на пику.

Испанцы пытались прикрыть отступление лансеро огнем из аркебуз и пушек, однако им не удалось остановить индейскую контратаку. Мапуче захватили пушки и обратили испанцев в бегство, затем штурмом взяли их укрепленных лагерь и перебили всех, кто там находился.

Раньше индейские вожди делили свою армию на сравнительно небольшие отряды и ставили пикинеров вперемешку с лучниками. Последние начинали бой, обстреливая противника и затем отходя под защиту основных сил. Впоследствии, к концу XVI в., тактика изменилась: пикинеры становились единым строем в центре, а лучники — на флангах. Они научились воевать в плотном строю и стрелять залпами. В рукопашной схватке лучники поддерживали пикинеров, сражаясь палицами, и этот прием гораздо лучше показал себя в боях с испанской кавалерией.

### Кавалерия

Мапуче научились ездить верхом в начале конкисты. Первоначально эта была привилегия индейских вождей — так, Кауполикан в битве при Мерилупу (1557 г.) сражался на белой лошади, в красном плаще. Со временем животных стало больше, и индейские всадники начали совершать молниеносные набеги на испанскую территорию (малоны) — сжигая дома, освобождая пленных сородичей, угоняя скот и пленников, особенно женщин.

Первое упоминание о коннице мапуче, которое мне удалось найти, относится к битве при Пурене (1588 г.). Лонко Кадигуала привел сражаться "много пеших индейцев и триста конных". Сам Лонко с сотней своих всадников вступил в бой с 60 лансеро во главе с губернатором Сотомайором, однако погиб, и индейская армия была вынуждена снять осаду Пурена.

К концу XVI в. кавалерия мапуче делилась на эскадроны ("линко кона"), до 600 человек в каждом. Всадники сражались пиками с железными наконечниками. Великое восстание 1598 г. началось с того, что 300 индейских кавалеристов на рассвете атаковали лагерь генерал-губернатора Лойолы, убив его самого и 50 солдат. Искусством верховой езды мапуче овладели настолько, что смогли на равных противостоять испанской кавалерии. Пинеда пишет, что в битве при Юмбеле (1625 г.) индейские всадники под началом токи Лиентура атаковали и отбросили испанскую кавалерию на флангах, оставив вражеских пехотинцев беззащитными

Часть мапуче переселилась в аргентинскую пампу. Там они обучились конной охоте с помощью болас и лассо. По примеру своих союзников из местных племен, они применяли болас и лассо и в бою, особенно против всадников. В рассыпном строю, без доспехов, они превратились в грозную легкую кавалерию. Кроме того, в случае необходимости они могли спешиваться и сражаться, как обычные пикинеры.

Постепенно в XVII в. испанцы отказались от идеи завоевать Арауканию и занялись укреплением границы по р. Био-Био. Война переродилась в обмен набегами — испанские "малока" за рабами, и индейские "малоны" за пленниками и добычей.

## Численность индейских армий

О численности войска мапуче, сражавшегося с инками, достоверных сведений нет. Однако испанцы насчитали у мапуче до 40 айльяреуэ (320 кланов-лоф). При общей численности примерно в 1 миллион, каждый клан в среднем мог выставить около 1 тысячи воинов. В айльяреуэ в среднем насчитывалось около 8 тысяч человек.

Когда Вальдивия вторгся в Чили, он считал воинов-пикунче тысячами. К югу от р. Мауле плотность индейского населения была еще выше, и он сражался с армиями (которые сформировали несколько кланов) в 10, 20 и 40 тысяч человек.

Алонсо де Эрсилья в поэме "Араукана" указывает численность 13 индейских айльяреуэ к началу первого восстания (1553 г.), называя их по именам предводителей или географических мест:

- Тукапель: 3 тыс.
- Анголь: 4 тыс.
- Кайокупиль: 3 тыс.
- Мильяруапи: 5 тыс.
- Пайкаби: 3 тыс.
- Лемолемо: 6 тыс.
- Марегуано, Гуалемо и Лепобия: 3 тыс. солдат
- Эликура: 6 тыс.
- Колоколо: "больше, чем у других вождей" (7 тыс.?)
- Онгольмо: 4 тыс.
- Пурен: 6 тыс.
- Линкойя (Кауполикан): 6 тыс.
- Петегулен из долины Араукан: 6 тыс.

Томе, Андаликан и многие другие вожди пришли на большой совет, но активного участия в восстании не принимали, так что их воинов никто не считал. Таким образом, получается, что повстанцы располагали по меньшей мере 62 тыс. воинов (примерно 4800 человек на одно племя).

Разумеется, из-за сложностей с переброской войск и того, что индейцам нужно было защищать еще и свои дома, вся эта армия в полном составе в боях не участвовала. После 1561 г. войны и эпидемии европейских болезней сократили эту цифру, по одним данным, примерно наполовину.

В арауканской войне (1550 - 1790 гг.) испанская корона исчислялась 50 тысячами погибших солдат. Два губернатора: Вальдивия и Оньес дэ Лоёла были талантливыми военными стратегами, но в Чили их это не спасло.

Эти исторические факты не могут быть просто случайностью. Древние мапуче имели очень сложную систему управления деревнями и делением земли для земледелия и животноводства. Всё это находилось под защитой воинов "кона" и "гвейчафе".

Высокий уровень военной подготовки, изучение стратегий, натренированность как физическая, так и умственная, позволили им оказать сопротивление перед лицом испанской армии. Эта подготовка называлась Колелауин и состояла из ряда упражнений.

## Колелауин

Колелауин — это воинское искусство, возникшее у мапуче (переводится это слово как "пояс муравья" или "могущество муравья"). Такое название произошло благодаря способности этого насекомого таскать груз в несколько раз тяжелее его самого. Так же, такое название могло объясняться тем, что после исполнения этого упражнения тело воина походило по форме на тело муравья: широкая спина с мускулистым торсом и узкая талия.

Колелауин заключался в тяжёлых упражнениях, которые воин мапуче (кона) должен был тренировать в течении всей своей жизни, повышая свой уровень мастерства, развивая мускулатуру, и, таким образом, становясь воином гвейчафе, одним из наиболее уважаемых лиц в обществе мапуче. Колелауин можно в чём-то сравнить с японским боевым искусством будо, которое так же заключалось как в физических, так и в умственных практиках. В Колелауин входило следующее:

- Палин: игра в чуэку, грубый вид спорта похожий на хоккей;
- Пильман: игра с мячём похожая на вышибалы;
- Линао: что-то похожее на регби, здесь воин учился уклоняться от метательного оружия и даже от артиллерийских снарядов;
- Чойкеин: бег на одной ноге;
- Лазу или Ладу: упражнения с лассо и верёвками для связывания пленников;
- Нъюрукурам: кража еды у лис;
- Йигхкан: фехтование на стеблях колигве (растение похожее на бамбук, только гораздо твёрже)
- Курантун: метание камней;
- Гвайкитун: поединки на копьях;
- Лекайтун: владение болеадорасом (разновидность лассо);
- Чренчрикан: ходьба на ходулях;
- Лонкотун: борьба, заключавшаяся в том, чтобы, схватив противника за волосы, заставить его коснуться лицом земли;
- Лефкагвеюн: верховая езда;
- Лонкокилькиль: упражнения с палицей (маканой) и булавой;
- Метратун: борьба, взявшись за руки;
- Пылькитун: стрельба из лука;
- Реньитун: фехтование на пиках;
- Рыйун: прыжки в реку или озеро с высоты;
- Рынкытун: прыжки через препятствия;
- Гвадатун: владение лассо-удочкой для сбрасывания всадников;
- Вейельтун: искусство плавания, ныряние, также сбрасывание в воду с высоты, переплывание бурных рек с лошадьми, держа их за поводья. Было распространено плавание под водой с задержкой дыхания;
- Гвитругветун: упражнения с пращёй (полоска из шерсти, укреплённая кожей для метания снарядов);
- Бокс мапуче: они поочерёдно били друг друга кулаками, не защищаясь и не прячась от удара до тех пор, пока кто-нибудь не говорил "хватит".

Каждый воин, близко ознакомившись с каждым видом оружия (копьё, пика, лук, палица, лассо и т. д.), должен был выбрать то оружие, с которым ему больше всего нравилось управляться. И после такого выбора он уже всю жизнь посвящал тренировкам только с этим видом оружия, достигая высшего мастерства в его использовании.

Без сомнения, тем оружием, которое выбирали чаще всего, была макана, так как такой палицей можно было разбить испанские доспехи с первого удара. Были найдены деревянные маканы весом более 15 килограммов, что говорит о большой силе тех, кто их носил. Так же, существовало много приёмов, связанных с верховой ездой, такие как скатывание под бок коня, вскакивание на него на галопе, метание копий сидя в седле или работа с лассо. Езда с поводьями в зубах позволяла им использовать оружие в обоих руках.

В обычае некоторых воинов гвейчафе было вкалывать себе под кожу на плечах, спинах, руках или шеях пыль из твёрдого камня (Лауенкура) или порошок из размельчённых костей пумы. Они верили, что таким образом приобретают твёрдость того камня или силу пумы. Некоторые воины так превращались в "бессмертных" и самых свирепых в бою.

Для воинов Гвейчафе было очень важно уметь противостоять боли. Смерть на поле боя была священна, и это был естественный путь любого воина. Долгие посты в одиночестве в горах или в лесах перемежались практиками хождения по раскалённым углям или по снегу без одежды и медитацией. Это были обычные занятия Гвейчафе.

Купание несколько раз в день в ледяной воде водопадов для очищения души и сознания помогало телу приспосабливаться к экстремальным условиям, закаляло характер и не давало заболеть. Воин мапуче шёл на войну только что помывшись и в чистой одежде, так как война для него была чем-то святым, это была возможность показать свои лучшие качества.

У воинов мапуче было слово "Трэпэлаймидзуам", что означало "следить за самим собой". Это подразумевало, что на протяжении всей жизни воин должен постоянно посвящать себя физическим и умственным тренировкам, и очищению души. Это помогало воинам быть более сплочёными, связанными на духовном уровне.

Таким образом, Гвейчафе получал "Нэуэн" (силу), "Нэуэн Мапу" (силу земли), "Нэуэн Люфке" (силу молнии). Эти силы происходили от тотемных животных, соответствующих каждому воину или животного-покровителя целого клана или рода, происходящего от одного "Рэгвэ" (предка). Здесь начинается, так называемый, "Инчин Аукан" (я сопротивляюсь), своего рода понимание того, что земля, по которой ты ходишь, священна, и боевые искусства возникли не столько из ненависти к врагу, сколько из-за любви к матери-земле или родине.

Строгая физическая, умственная и духовная подготовка, необычайная ловкость в управлении оружием, сделали из арауканов воинов достойных считаться лучшими в мире по своей физической силе, необычайно высокому чувству патриотизма, жёсткой дисциплине, умению владеть оружием и по их способности противостоять боли, холоду, жаре, голоду, жажде и бесстрашию по отношению к смерти.

Так Алонсо де Эрсилья и Суньига в свей поэме "Ла Араукана" говорят об армии мапуче:

“ | Детей с детства готовят к армии, и, когда дети достигают нужного возраста, их начинают серьёзно обучать боевому искусству и жёсткой военной службе. Если кто-то проявляет признаки слабости, его изгоняют из армии как непригодного, а тем кто удачно кончает обучение, дают соответствующие их навыкам чины.
Военные чины не передаются по наследству и не зависят ни от богатства, ни от влияния семьи; всё зависит от ловкости и силы, что делают человека уважаемым и показывают чего он достоин и что он может сделать, имея власть. Они стремятся сражаться в зоне, где много растительности, потому что лошади боятся туда идти. Индейцы же иногда там укрываются в случае поражений, так как там они могут сформировать эскадроны. С таких участков они могут спокойно атаковать, зная, что противник не сможет принять бой в столь неудобном для него месте. |
” |


## Тактика

Излюбленной тактикой мапуче, отточенной веками межклановых войн, было внезапное нападение — "малон" (как правило, из засады и небольшими отрядами). Однако часто по принципу малона собирали большие армии, которые атаковали из леса, из-за холмов или обрушивались на неприятельский лагерь ночью. Для малона не обязательно было долго готовиться — иногда мапуче даже пренебрегали элементарной разведкой для выяснения численности и планов врага. Однако в руках одаренного полководца (такого, как Лаутаро) даже такая нехитрая тактика могла дать блестящие результаты.

У мапуче имелся своеобразный кодекс чести. Согласно Мармольехо, они всегда посылали к врагам герольдов, чтобы объявить им о начале войны. Любили они и поединки сродни рыцарским. В одном из первых боев некий воин с пикой вызвал на поединок и выбил из седла одного за другим восемь испанских улан. Оказал на них влияние и испанский рыцарский кодекс, и они всегда отдавали врагу долг чести. Так сохранил жизнь Франсиско Нуньес. Клан, который пленил его — Лельвунмапу — не выдал его послам Пехуэнче, даже когда они предложили за его голову богатый выкуп, а получив отказ, начали грозить войной. Это была благодарность за то, что ранее отец Нуньеса в аналогичной ситуации хорошо обошелся с индейским воином. Мапуче знали Нуньеса-старшего как врага опасного, но честного и верного своему слову.

"Честные" сражения обычно происходили тогда, когда индейцы обнаруживали себя раньше времени или когда уверовали в свои силы (особенно после 1570-х гг., когда мапуче научились создавать пехотные отряды, способные открыто противостоять испанским "лансеро"). Но все равно токи старались оставлять засадные полки, чтобы бить во фланги и в тыл противнику или отрезать ему путь к отступлению. В последнем случае иногда сооружались завалы и засеки, чтобы перекрыть путь испанской кавалерии.

Часто мапуче высылали маленький летучий отряд с задачей заманить неприятеля в неудобное для обороны место (например, в теснину), где его атаковали главные силы индейцев.

Иногда мапуче находили ценного союзника в лице янакона — замиренных индейцев, которых испанцы использовали как носильщиков и вспомогательные части, вооруженные луками и палицами. Они сообщали им о планах испанцев, а то и прямо переходили на сторону "братьев по крови". Правда, бывали и обратные случаи — когда янакона сохраняли верность испанцам до конца и без колебаний отдавали за них свои жизни.

После 1580-х гг. у мапуче появилась своя кавалерия, а с 1620-х уже 2/3 бойцов индейской армии сражались верхом. По испанскому образцу, кавалеристов (сражались они в основном пиками) ставили на флангах, пехоту — в центре.

В начале испанской конкисты промуче, бессильные защитить свои равнины к северу от р. Мауле от испанских лансеро, решили воспользоваться иной стратегией. Уничтожив свои поля, они отступили в предгорья Анд, где могли прокормиться охотой и собирательством — в расчете на то, что голод заставит завоевателей отступить. Однако испанские солдаты сами занялись сельским хозяйством. Так они смогли выжить, и более того — постоянными налетами не дали промуче возможности самим заниматься земледелием. В итоге индейцы, ослабленные голодом, были вынуждены сдаться.

Сходные проблемы были и у южан. Однако Лаутаро научил их использовать пересеченную местность в качестве ценного союзника, и в итоге они смогли выстоять.

## Оружие

До испанского вторжения мапуче не знали ни лошадей, ни металлов. Их оружие было из дерева, древесных волокон, камня или тростника. Каждый воин делал для себя оружие сам и учился владеть им с детства. Иногда он выбирал для себя любимый вид, и тогда воины сражались группами "по интересам". Традиционное оружие включало:

- Луки. Сравнительно небольшие и слабые. Тетиву сплетали из жил животных.
- Стрелы ("пулькитин"). Изготовлялись из колигуэ (разновидность бамбука), с каменным или костяным наконечником. Иногда стрелы смазывали ядом коликуайя (Coliquaya odorifera). Такой стрелой, выпущенной индейским ополченцем, был убит национальный герой араукан, Лаутаро.
- Палицы ("лонко куилл куилл") делали из дерева "лума", тяжелого и прочного, как железо. Они имель 6-9 футов в длину. Ударом такой палицы можно было свалить человека в латах или боевую лошадь. Собственно, Франсиско Нуньес именно так и попал в плен к индейцам. Были и укороченные версии, служившие вспомогательным оружием для копейщиков.
- Пики (согласно Вальдивии, 20 - 25 пальмос, т. е. 14 - 17 футов, длиной). Делали из орешника (килья), с наконечником, как на стрелах. Хороши для борьбы с кавалерией.
- Дротики. Как пики, только короче. Применялись как для метания, так и в ближнем бою.
- Пращи. Сплетались из древесных волокон, использовались в основном на севере. Вальдивия особо отмечает, что у южан, с которыми он сражался, пращей не было. Однако их применяли для защиты укреплений и, иногда, просто в рассыпном строю.
- Лассо. С 1554 г. некоторые воины привязывали к концам своих пик веревочные петли, чтобы стаскивать всадников с лошадей.

Но уже во время первых восстаний против испанцев (1556 - 62) индейцы обзавелись новым оружием. Конкистадор и поэт Алонсо де Эрсилья, участник тех событий, упоминает в "Араукане" алебарды, топоры, боевые молоты и "трабукос" (аркебузы).

Он видел у индейцев и доспехи — "прочные двойные куртки... поножи, нарукавники, оплечья и шлемы разных форм, сработанные из прочной кожи, какую не берет даже острая сталь". Вдобавок арауканы захватывали доспехи у испанцев. Затем они сами научились обрабатывать железо, и ко времени великого восстания 1598 - 1604 гг. большая часть наконечников их пик и стрел уже была из железа.

### Огнестрельное оружие

В битве при Киапо (1558 г.) мапуче применяли аркебузы и трофейные пушки, которые вкапывали за частоколом. Они научились стрелять у испанских пленников, захваченных в начале восстания. Огнестрельное оружие использовалось и в дальнейшем, но индейцы особенно на него не рассчитывали — порох, свинец и запасные части для ремонта они могли получать только в бою, а этот источник был слишком ненадежным.

### Укрепления

Начиная с восстания Лаутаро мапуче стали строить собственные крепости. В первой главе "Арауканы" Эрсилья описывает их так:

“ | Они строят свою крепость в местах, удобных для обороны. Они выходят из нее, чтобы нанести внезапный удар и снова вернуться под защиту стен. Вот так они теперь сражаются.
Выбрав подходящее место и нарисовав план будущей крепости, они очерчивают на земле большой квадрат и окружают его частоколом из древесных стволов... Под защитой стены даже маленькая горстка людей может отбиться от большой армии врагов. С помощью досок они делили крепость на отдельные помещения. Над стеной возвышались четыре башни. В стенах было много бойниц, через которые можно было стрелять, не боясь ответного огня. Снаружи они роют глубокие ямы, одни длинные, другие широкие, третьи узкие, и не оставляют ни пяди земли нетронутой... так, что неопытный всадник обязательно попадет в ловушку. Они также роют ямы с острыми кольями и покрывают их тростником, травой и цветами. Это готовая могила для отважного конника, которого, угоди он туда, спасет только Господь. |
” |


### Морское дело

В принципе, мапуче были сухопутным народом. Однако для переправы через водные преграды они изготовляли долбленые каноэ. В некоторых частях страны острова служили хорошим укрытием для повстанцев. Имеются также сведения о нескольких сражениях на воде между мапуче на каноэ и испанцами и их индейскими ополченцами — на своих лодках. Огнестрельное оружие испанцев давало им здесь преимущество.

Некоторые кланы полностью переселились на острова (как Мочо), но продолжали вести хозяйство на большой земле, где они возделывали поля и собирали дары моря. Мочо стал желанным местом для стоянки английских, голландских и французских пиратов. Правда, в 1578 г. индейцы разгромили самого Дрейка, но затем охотно меняли провизию и воду на европейские товары и оружие. Эта угроза испанской безопасности закончилась только в 1680 г., когда войска депортировали индейцев обратно на материк, поселив у Консепсьона.

Иногда между мапуче и иноземными "гостями" заключалось что-то вроде союза. В 1600 г. голландский пират Бальтазар Кордес при помощи мапуче разорил город Кастро на Чилоэ и предпринял серию набегов на побережье, пока не отправился дальше, к Молуккским островам. В 1643 г. голландцы еще раз на короткое сремя стали союзниками индейцев, когда добились у них разрешения выстроить форт на месте разрушенной Вальдивии. Однако, когда индейцы узнали, что Мадрид одобрил Киллинский договор 1641 г., то вынудили голландцев оставить форт и убраться восвояси.

## Внешность

Мужчины-мапуче обычно одевались в "кильт", обычно белого цвета, подпоясанный кушаком (траручирипа). Верхней одеждой служило тяжелое пончо (макус). Излюбленными цветами были белый и черный, популярны были также оранжевый и кофейный. Одежду украшали разнообразным геометрическим узором. По словам Мармольехо, мапуче подрезали себе волосы "выше глаз и ниже ушей".

Южные мапуче, сражавшиеся с Вальдивией в 1550-м, были в капюшонах из шкуры лам и тюленьих шкурах разных цветов. На некоторых были шлемы из тех же шкур, украшенные страусовыми перьями (по Эрсилье, зелеными, синими, белыми или красными) и напоминавшие большие шляпы испанских священников. По словам Вальдивии, они защищали даже от острейшего топора.

Во время войн с испанцами европейская одежда, обувь, доспехи и оружие стали желанным трофеем воина. Кое-кто одевал в бой даже взятое в бою церковное облачение. Такая добыча стала обычным делом после великого восстания 1598 г., когда семь испанских городов к югу от Био-Био были взяты и разграблены индейцами.