Нордланд

« | Имперцы, живущие в Лаурелорне, знают, что их жизни зависят от милости эльфов. Мало кому это по душе
—
Неизвестный автор |
» |


« | Они полунорскийцы, вот и пытаются быть более «имперскими», чем сам император
—
Имперский кавалер |
» |


« | Гауссер – просто пешка лаурелорнских эльфов
—
Политический наблюдатель в Остланде |
» |


« | Нордландцы – настоящие следопыты, это точно, но они становятся тупее снотлинга, когда они на воде
—
Мариенбургский наёмник |
» |


« | И что это за правитель, который контролирует менее половины своей провинции?
—
Рейкландский дворянин |
» |


**Нордланд** — самая северная провинция Империи, граничащая с Мидденландом на юге и Остландом на востоке. Нордланд — единственная провинция, имеющая прямой доступ к морю, и её северная граница проходит по побережью моря Когтей, что, однако, приносит ей лишь горе, поскольку довольно часто на эти земли совершают налёты тёмные эльфы, ищущие рабов и наживу.

В Нордланде размещается часть имперского флота, но, к сожалению, здесь нет больших гаваней, что связано как с опасностями полуострова Норска всего в 300 милях к северу, так и с тем фактом, что побережье слишком обрывисто во многих местах, чтобы возводить какие-нибудь строения. Именно поэтому корабельные доки и верфи располагаются в Альтдорфе, а к морю переправляются уже по широкой и глубокой реке Рейк.

Большая часть его провинциальных войск имеет опыт военно-морских операций (самым известным подобным полком являются Нордланские десантники). Влияние провинции отчасти зиждется на контроле за т.н. Прибрежной Дорогой — привилегированном маршруте в Мариенбург из северных городов. Этот тракт намного безопаснее дороги через Драквальдский лес, однако и на нём часто встречаются разбойники и бандиты.

Нордландское дворянство печально знаменито своими притязаниями на титулы и земли, к которым они не имеют какого-либо законного отношения. Например, местный курфюрст объявил себя князем Мариенбурга, поскольку имеет дальнего предка по материнской линии, который, как говорят, когда-то жил в этом городе. Естественно, правящий Городской Совет был удивлён подобной наглостью и под страхом смерти запретил «князю» даже приближаться к городу.

Однако при всём этом Нордланд поддерживает хорошие отношения с соседним Мидденландом. Эти связи начались от брака Брюнхильды Тодбрингер и барона Людвига Никсе в 2368 ИК. Сейчас граф Борис из Мидденхейма женат на Анике-Эльзе Никсе из Нордланда. Баронат часто обращается к Мидденланду за защитой или для установления торговых связей с югом и западом, в свой черёд предоставляя при необходимости в мидденландскую армию свой отменный полк лучников.

Самым известным примером подобной помощи, да и самым знаменитым эпизодом во всей истории Нордланда считается битва при Бикерхофене в 1244 году, когда самопровозглашённый «Повелитель Рока из Мидденхейма», некромант Дитер Хелснихт, встретился на окраине города Бикерхофен с объединёнными силами Империи и Кислева. Битва часто служит источником вдохновения для поэтов и драматургов. Силы мидденландцев и кислевитов пришли на помощь нордландцам как раз вовремя, ударив в тыл войск нежити Дитера, собранных им за сорокалетнюю кампанию войн с Империей. Правителем Нордланда в то время был Энрих Мольтке, и именно он сразил Повелителя Рока своим Рунным клыком. Однако тело некроманта так и не было найдено после битвы, и некоторые полагают, что он до сих пор жив и прячется в Драквальдском лесу.

В Нордланде есть единственный в пределах Империи «настоящий» эльфийский лес — лес Лаурелорн. Нордландцы полагают, что Лаурелорн полон призраков и не заходят в его глубь без особой нужды, что не лишено смысла, поскольку местные эльфы крайне агрессивны и с лёгкостью убивают любого незваного гостя, за то их и ненавидят люди. Лишь лесорубы свободны от этих поверий и страхов, возможно, зная что-то, что неизвестно прочим нордландцам, и работают в лесах недалеко к северу от Зальценмунда или же в лесу Теней, они исхитряются по своей работе даже заходить в сам Лаурелорн, но только днём. Лаурелорн — смешанный лиственный лес и дом гигантских «лорналим» — стройных деревьев с серебристой корой и волокнистыми жёлтыми листьями, особенно любимых эльфами.

## Земли провинции

По закону предписанные Нордланду земли простираются на запад от Остландских границ до Пустоши и на север от Великой Северной Дороги до побережья Моря Когтей. Курфюрсты Нордланда за минувшее тысячелетие накопили внушительный список титулов и регалий, который, если его расширить, сделает их правителями большей части севера Империи. Реальность, в прочем, имеет свойство укрощать самые грандиозные амбиции, и курфюрсты Нордланда имеют фактическую власть над менее, чем половиной своей провинции.

Два великих леса покрывают Нордланд, оставляя людям лишь небольшие участки земель вне их и вдоль пустынной береговой линии. Восточная часть включает в себя часть леса Теней, основная площадь которого расположена в Остланде. Лес простирается до Дороги из Эренграда в Мидденхейм, пересекая ее к северу от Бикерхофена и, наконец, иссякая у берегов реки Зальц. Лес Теней пользуется тёмной, жуткой репутацией в Остланде, и эта репутация свойственна ему и среди жителей Нордланда. Известно, что в лесу бродят плотоядные гигантские пауки, а зверолюдов и прочую мерзость видят здесь всё чаще и чаще с тех пор, как началась война. Сейчас дровосеки редко заходят глубоко в лес, разве что в сопровождении отряда солдат. Всё возрастающая опасность привела к снижению выработки древесины, нанося вред местной экономике и приводя к роптанию, что курфюрст плохо справляется со своими обязанностями.

На север от Зальценмунда и Серебряных Холмов простирается Лаурелорнский лес, который тянется на запад до границ Пустоши. Формально являясь частью владений курфюрста, фактически Лаурелорн – полностью независимое государство. Его правители – малообщительные лесные эльфы Лаурелорна, потомки высших эльфов, которые решили не покидать Старый Свет по окончанию войны с гномами. По договорённости с курфюрстами Нордланда эльфы признают земли Империи между рекой Зальц и рекой Демст, которая впадает в море Когтей у Харгендорфа. Договор, впрочем, чётко ограничивает количество поселений, и люди обязаны получить разрешение эльфов, прежде чем учреждать новые. Эльфы неохотно дают такое разрешение, чётко регламентируя сырьё, дозволенное к сбору в лесу. Люди недовольны этим, и дворяне давят на курфюрста Теодерика, чтоб тот начал новые переговоры с эльфами. Как всегда нетерпеливые, люди основали несколько нелегальных поселений на отведённой территории, и эльфы грозят применением силы, если понадобится. Некоторые наблюдатели опасаются столкновения между рыцарями курфюрста и воинами Лаурелорна, но война пока помогает делу Зальценмунда. Беспокоит то, что эльфы могут воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы утвердить свои права.

За Демстом лежит сердце Лаурелорна, место, которое нордландцы из суеверного страха перед эльфийской королевой называют "Ведьминым Лесом". Имперцам запрещено входить туда под страхом смерти: этот запрет касается даже курфюрстов Нордланда. Что находится в Ведьмином Лесу – неизвестно. Некоторые утверждают, что у эльфов нет столицы, и они ведут кочевую жизнь. Все книги, с другой стороны, упоминают о безымянном городе из стекла глубоко в сердце леса, городе, который сияет своим собственным светом. Какой бы ни была правда, верно то, что ни создания Хаоса, ни зеленокожие не могут продержаться долго, забредя в Лаурелорн, ведь эльфы яростно защищают свой дом от любых пришельцев.

Берега Нордланда – пустынное место, где суровые люди в поте лица добывают пропитание из моря. Весь берег часто затягивает плотным одеялом туманов, осенью и зимой здесь бушуют штормы. Это сделало берега Нордланда суровым домом для имперского флота, у которого, с отделением Мариенбурга от Империи, не оставалось ничего другого, как перебазироваться сюда. Главный порт флота – растущий город Дитершафен, который использует обильную древесину провинции в программе судостроения.

От самого западного поселения Харгендорфа на восток к Нойес Эмскранку песочные равнины береговой линии часто переходят в топи и болота. На запад к Нордену берег становится более скалистым и покрытым галькой, поднимаясь к прибрежным холмам Остланда. Здесь, у причала Дроссельпул, рыбаки вылавливают много сельди и трески, большинство которой засаливается и экспортируется на юг. Мародёры – всё ещё частое зрелище у берегов Нордланда, в то время как многие люди получают свой доход, собирая добро с выброшенных на берег погибших не без помощи их кораблей. Временами это порождает конфликты с властями Мариенбурга, чьи доходы зависят от свободного оборота торговли.

## Пословицы и поговорки

*«Это норскийский торг»*– согласие под угрозой насилия.*«Из нечистой совести получаются только грязные штаны».*– «Только виноватым есть чего бояться».*«На Ютон»*– в сторону Остланда. Норландцы иногда используют «Ютон» как синоним «Остланда».*«Засоленный Бог»*– мертвец (исходя из бледного, жёсткого вида соленой рыбы).

## Население

Люди Нордланда – потомки древнего ваз-ютонского племени. Близкие родственники ваз-ютонов Остланда, нордландская ветвь племени в итоге отошла от своих восточных поселений. В итоге ранние нордландцы были повержены в битве, став вассалами более сильных тевтогенов и случайными жертвами набегов норскийцев. В неразберихе, что следовала за Великой Чумой, многие берега и речные долины Нордланда претерпели вторжение и колонизацию со стороны норскийцев, что способствовало смешению кровей. Император Мандред Крысобой, встретившись лицом к лицу со много большими угрозами, не имел возможности и времени откликнуться на мольбы нордландцев о помощи, к вящему ужасу последних.

С течением времени и смешением крови нордландцы переняли многие обычаи своих норскийских родичей. Суды очень часто сводились к испытанию поединком, который происходил на белом куске материи, натянутом на земле. Поединщик, чья кровь первой оросит белую ткань, считался виноватой стороной. На дверях и окнах старых домов часто можно встретить вырезанные на удачу и для духовной защиты руны, а вдоль берегов до сих пор часто встречаются дома в виде маяков. На пирах и собраниях норскийские состязания в хвастовстве переросли в более цивилизованный обычай рассказывать истории, где каждый сказатель старается превзойти предыдущего. Настолько велика любовь нордландцев ко всякого рода историям, что они снискали себе славу по всей Империи как великие рассказчики. Популярны истории от исторической эпики до площадной комедии, мифологии и страшилок.

Люди этой провинции считаются одними из самых громких и прямолинейных во всей Империи. У них, похоже, напрочь отсутствует мягкость, такт и здравый смысл. В нескольких местных легендах фигурируют герои, которые рубят правду-матку прямо на месте, таким образом спасая ситуацию. Другие провинции указывают на это качество нордландцев как на их неумение врать по причине врождённой тупости. В своих лучших проявлениях нордландцы твёрдые, прямолинейные и честные люди, лишённые хитрости и свысока смотрящие на медоточивые речи политиков, поэтов и мягкотелых рейкландцев.

В своем худшем проявлении нордландцы грубы, неотёсанны и бездумны. Даже торговцы Нордланда обладают таким "прямым" подходом ко всему, хотя они и не видят проблем с двурушничеством. Действительно, они обнаружили, что выкрикивание окончательной цены громко и настойчиво производит неизгладимый эффект на торговцев, привыкших к аккуратности бартера и переговоров. Многие провинции указывают, что так происходит потому, что нордландцы – продукт смешения ваз-ютонской, тевтогенской и норскийской кровей. Именно эта наследственная "смесь" заставляет нордланцев стыдиться. Современная Империя смотрит на норскийцев со смесью уважения и страха, видя в них могущественных и диких воинов, неотёсанных варваров, которым не стоит доверять ни дочь, ни овцу. Популярная имперская поговорка гласит: "*характер в крови*", утверждая, что наследственность определяет характер. Таким образом нордландцы по всей Империи рассматриваются как "*не совсем одни из нас*", выглядят более жёсткими и неотёсанными даже на фоне диких и волосатых мидденландцев.

Другим источником неудобств среди нордландцев служит современная благородная мода, особенно на севере, отслеживать свою родословную до племени-предка. Чем чище родословная, тем выше статус, апогеем же является линия рода, идущая от одного из вождей-основателей Империи. Только в Нордланде предки жителей провинции были завоеваны другими племенами, что служит источником смущения для дворян, озабоченных своим статусом, особенно когда те имеют дело с надменной мидденландской или штирландской деревенщиной. Хуже всего их заедает мидденландское "*мы кланяемся только Зигмару!*"

Чтобы компенсировать это, большинство нордландцев напоказ более верны Империи и культу Ульрика, чем кто бы то ни было в Империи. Их усилия – пустой звук для некоторых, в то время как другие видят в этом пример долга и патриотизма. Каков бы ни был мотив, нет причин сомневаться в их смелости в бою. Будучи в составе армии вместе с жителями других провинций, нордландцы обычно первыми бросаются вперёд, ища столкновения с рядами противника. В битве при Фротэ в 2421 году нордландским пикинёрам настолько не терпелось врезаться в ряды воинов Хаоса, что они помчались вперёд, не дождавшись приказа, тем самым оказавшись в окружении и оголив фланг собственной армии. С тех пор имперским генералам тихонько присоветовали относиться к нордландцам "как к гончим на привязи", держать их под контролем.

Нордландцы - признанные охотники и следопыты, их умения в дикой природе настолько хороши, что даже хохландцы и люди, живущие у Талабека, нехотя признают, что те "не так уж плохи". Естественно нордландцы близки к земле: в провинции находится одна из самых больших на всем севере Империи общин поклоняющихся Рие; центром этих общин являются несколько клановых селений неподалеку от Харгендорфа. Поклонение Матери Урожаев без поклонения её консорту, Таалу, считается опасным в некоторых кругах. Талабекландцы крайне пренебрежительно относятся к "*поклонению бабе*". Они перешёптываются, будто эльфы присоединяются к людям во время их религиозных молений у старых каменных кругов глубоко в лесу; хотя слухи изобилуют такими спекуляциями, никто на самом деле не знает, что происходит во время таких церемоний. Курфюрсту это не нравится, и он планирует выслать разведчиков с целью выяснить – не планируют ли люди Демстской долины восстание.

Нордландский акцент – один из самых отчетливых в Империи. Их речь очень грубая и быстрая, больше похожая на лай, чем на слова. Говорят, нордландское пение звучит как "*галька в бочке, что катится с холма*". Твёрдые, прямолинейные и честные люди, лишённые хитрости и свысока смотрящие на медоточивые речи политиков, поэтов и мягкотелых рейкландцев – вот кто такие нордландцы.

## Значимые места

- Город Нойес Эмскранк
- Город Норден
- Город Зальценмунд
- Деревня Шлагхюгель
- Шютен

Провинции | |
---|---|

Существующие | Аверланд • Виссенланд • Мидденланд • Мутланд •
Нордланд • Остермарк • Остланд • Рейкланд • Талабекланд • Хохланд • Штирланд |

Бывшие | Вестерланд • Драквальд • Сильвания • Солланд
|

Города-государства | Альтдорф • Мидденхейм • Нульн • Талабхейм
|