Алкадизаар Завоеватель

**Алкадизаар Завоеватель**, старший сын царя-жреца Кхемри Атен-эру, был последним и, возможно, величайшим царём-жрецом Неехары из всех, кто когда-либо жил. Алкадизаар пожертвовал собой и всей своей цивилизацией, чтобы остановить Нагаша и его дьявольский замысел превратить весь мир в пустыню, полную нежити.

Алкадизаар, правитель, подобного которому не видели со времён Сеттры, был царём, которого давно заслуживала Неехара. Он объединил под своим мудрым и харизматичным руководством Великие города, и Неехара вновь начала процветать. В его правление Неехара осветилась светом величия, прежде никогда не виданного в её истории, став настолько могущественной, что могла затмить могуществом царство времён правления династии Сеттры. Однако, как и все яркие огни, эта великая и могучая империя угасла, а Алкадизаар остался последним живым её жителем, прежде чем он и весь его народ превратились в прах на ветру.

## Разрушение Ламии

За время правления отца и деда Алкадизаара вся Неехара вновь подчинилась прямому правлению Кхемри. Вся, за исключением Ламии. Подозрительность и ненависть, которую население Неехары испытывало к ламийцам, считая тех еретиками и колдунами, обеспечили Алкадизаару необходимую всенародную поддержку. С момента, как Сетеп занял трон Кхемри, внутри городских стен был восстановлен Погребальный культ. После уничтожения учеников Нагаша, Лахмиззаш решил не приглашать культ возвратиться в Кхемри, считая, что тот, хоть и неумышленно, несёт ответственность за возвышение Нагаша. Теперь же культ был такой же частью жизни Кхемри, как прежде, и Алкадизаар советовался со жрецами по Ламии. Те заявили ему, что культ в Ламии опасен и снова, на беду Неехаре, стремится призвать Нагаша, где бы тот ни скрывался. Хоть их предположения в отношении Ламии были не совсем верны, нельзя сказать, что Жрец-лич Кхемри полностью заблуждались.

Объявив священную войну против Ламии во имя традиционных богов Неехары, Алкадизаар со всех своих владений собрал могучую армию. К нему присоединились все цари Неехары, и сверкающие легионы перешли через горы. Но Ламия к этому подготовилась.

Ещё за столетие до вторжения, поставив во главе всех армий Ламии Абхораша с его дисциплинированным и проницательным умом военного, Вашанеш был уверен, что город располагает надёжными силами для отражения любой отдельной армии. К несчастью, прекрасная Ламия столкнулась не с одной армией, но с множеством. К неехарским армиям из Кхемри, Зандри, Нумаса, Катара, Махрака, Расетры и Либараса присоединились армии Бел–Алиада, Бхагара и Ка–Сабара — разрастающейся арабийской цивилизации, покорённой Алкадизааром.

Обороной города руководил Абхораш, и никто не мог выстоять против бессмертного воина. В смертной жизни он был самым прославленным воином Ламии, и в бессмертии стал практически неудержимым. Пыльные равнины перед вратами Ламии окрасились кровью его врагов, тела которых были свалены в огромный курган смерти, в то время как армии Ламии постепенно оттеснялись назад. Вне себя от ярости, Абхораш с животным исступлением насыщался кровью своих врагов, и сила его возрастала.

Никто не изучал труды Нагаша столь тщательно, как В'соран, и не был столь же сконцентрирован на исполнении воли Великого некроманта. Одним лишь словом с едва открытых бледных губ В’соран принуждал павших подыматься вновь, связывая недавно умерших своей волей и бросая тех против ещё живых сотоварищей. В то время некромантия была новым искусством, известным лишь своему создателю Нагашу, а потому для Нефераты и Вашанеша стало очевидным, что вампирский жрец–лич явно поддерживал какую–то связь со своим великим повелителем сквозь пучины времени. Легенды гласят, что от начала и до конца Нагаш пристально наблюдал за обороной Ламии из Нагашиззара и использовал свои огромные магические силы в помощь тем, чей культ его боготворил. Кхемрийцы и их союзники привезли с собой боевые машины, но обстреливаемая камнями, сжигаемая алхимическим огнём, утыканная стрелами и копьями Ламия держалась стойко. Многочисленные жрецы Неехары, объединившиеся против Ламии, взывали к своим богам, а чародеи из Арабии посредством пленённых джиннов насылали проклятия на защитников Ламии, и всё же вампиры продолжали сражаться, хотя их смертные слуги погибали тысячами.

Целую неделю Абхораш и Вашанеш своей армией сдерживали облачённые в бронзу вражеские полчища, но со всей своей внушительной свирепостью и умениями, несмотря на гибель тысяч врагов, они не смогли удержать Алкадизаара от уничтожения города. Армия Ламии была побеждена, и в последние дни сражения немногие уцелевшие смертные жители города обратились против своих повелителей. Внутри городских стен отчаявшиеся толпы принялись громить дворцы и монументы Ламии. Великий храм был предан огню, а те жалкие вампиры–декаденты, которые прятались внутри вместо того, чтобы сражаться, полыхающим пламенем были обращены в пепел, развеянный затем над пустыней тёплым ветром, и никогда более не возродились. Многих вампирских принцев и принцесс Ламии ждал подобный конец. Ещё больше тех, кто сумел спастись бегством, были выслежены и убиты мстительными неехарцами и их жрецами. Ускользнули лишь наиболее сильные вампиры, в числе которых были первородные: Неферата, Вашанеш, Абхораш, Ушоран, В’соран, Харахте и Маатмезес.

Влекомые к Повелителю смерти, возможно, неким инстинктом, эти семеро великих родоначальников всех вампиров бежали на север и один за другим прибыли в Нагашиззар.

## Мертвецы возвращаются

Наблюдая за судьбой Ламии с момента прибытия туда В’сорана и до её уничтожения, Нагаш подготовился к этому моменту. Он радушно встретил вампиров, считая их достойными чемпионами своих армий, а их бессмертие — данью его гению. Великий некромант стал поистине могущественным, и хотя вампиры Ламии обладали огромными силами, до него им было далеко и они это знали. Нагаш заявил вампирам, что если они подчинятся ему, он сделает их гораздо могущественнее, чем прежде.

В подтверждение своего обещания Нагаш избавил собравшихся вампиров от способности испытывать страх и сожаление — благодеяние сомнительное, но выбора ни у кого из вампиров не было. В Вашанеше Нагаш распознал прирождённого лидера и, приметив, что остальные вампиры никогда не последуют за его избранным приспешником В’сораном, вручил Вашанешу кольцо, вызвав растущую обиду у всё чаще игнорируемой Нефераты. Сделанное из какого–то магического сплава, кольцо служило оправой кусочку обработанного и зачарованного варп-камня. Посредством этого кольца Вашанеш мог приказывать всем прочим вампирам, и те вынуждены были подчиняться. Единственным изъяном являлось то, что стоит только Вашанешу не подчиниться Нагашу, как чары развеются, а он и все вампиры навечно будут прокляты. В качестве дополнительного стимула для Вашанеша, Нагаш поведал ему, что основное заклятие на кольце делает его обладателя неподверженным разрушению: даже если тело будет уничтожено, владельцу не придётся, в отличие от других вампиров, ждать помощи союзников для восстановления. Вашанеш не смог отвергнуть такой дар.

Так, с Вашанешем в качестве безоговорочного правителя под всеобъемлющей властью Нагаша, вампиры принялись обучаться тонкостям искусства некромантии у её создателя. Со временем, посредством собственной магии, они могли поднимать толпу мертвецов, хотя никто не смог превзойти в этом деле В’сорана.

Нагаш уже собрал огромную армию нежити и исступлённых фанатиков, которые поклонялись ему, как богу, и полководцами этой орды он назначил вампиров. Все семеро были отправлены в бой, ибо это время, пока все армии Неехары собраны Алкадизааром воедино, Нагаш выбрал, чтобы окончательно сокрушить ту страну и народ, которые изгнали его столетия назад.

Нагаш обещал вампирам, что за руководство его армиями в войне с неехарцами он вернёт им город Ламию. С помощью древних обозревательных устройств Нагаша Вашанеш и его собратья–вампиры изучали расположение армий Алкадизаара и планировали свою кампанию.

Армии Нагашиззара и Неехары сталкивались множество раз: война шла с переменным успехом. Алкадизаар Завоеватель был величайшим генералом своей эпохи и его империя находилась в зените своей славы, когда в земли Неехары вторглись орды Нагаша. Прибывшие мёртвые встретили перед собой единое государство с хорошо обученной армией. Помимо этого колдуны Великой земли многократно улучшили свои успехи в изучении искусства колдовства и особенно преуспели в изготовлении магического оружия. О лёгкой победе теперь не могло быть и речи. Поначалу легионы мертвецов Вашанеша брали верх, затем армии Алкадизаара нанесли ответный удар, и их колесницы прокатились через ряды оживлённых воинов, как серпы сквозь пшеницу. Сам Алкадизаар всегда возглавлял свои армии, облачённый в золотую броню, пылающую волшебной энергией и вооружённый зачарованным ятаганом, более быстрым, чем язык змеи. Рядом с ним всегда находилась его жена и возничий — Халида, поклявшаяся умереть рядом со своим супругом, если это потребуется. Вампиры были могучими некромантами и очень сильными противниками. Там, где проходили они, врагов охватывал ужас. Но вампиры не были непобедимыми, и со временем Вашанешу стало понятно, что Нагаша не интересуют ни его вассалы-вампиры, ни отвоевание для них потерянной Ламии. Нагаш просто хотел уничтожения смертных Неехары, и если для этого потребуется погибнуть всем вампирам, то так тому и быть. Нагаш преспокойно сидел в Нагашшизаре и ждал, чем всё закончится. В действительности, как только началась война, Нагаш вернул к жизни Аркхана, своего первого и наиболее доверенного помощника, придав энергию душе, заключённой в теле древнего визиря. С этого момента Вашанеш обнаружил, что вынужден повиноваться слову Аркхана, равно как Нагашу. Вашанеш проклинал имя Нагаша, но не мог придумать способ сбросить ярмо Великого некроманта.

В кульминации величайшего сражения войны, на покрытых буйной растительностью равнинах к северо–востоку от Кхемри, Алкадизаар попал в окружение орды нежити и сражался за свою жизнь. У заметившего это Вашанеша возник план. Заставив толпу расступиться и отойти от сражающегося царя Кхемри, Вашанеш прошёл вперёд и вступил в поединок с Алкадизааром. Всем было ясно, что у кхемрийского царя нет шансов на победу, несмотря на его мастерство. Когда поражение уже казалось неминуемым, Алкадизаар отчаянным замахом направил бронзовый меч в лицо Вашанеша, и тот, хотя мог с лёгкостью отразить удар, вместо этого опустил меч, позволив клинку Алкадизаара срубить его голову. Как только Вашанеш рухнул на землю, остальные вампиры внезапно освободились от его контроля, а тем самым и от контроля Нагаша. Почти тут же они покинули поле боя, где остался лишь В’соран, следуя приказам Нагаша.

## Месть Нагаша

Со смертью Вашанеша и бегством остальных вампиров, две трети легионов Нагаша были уничтожены, и В’соран был вынужден бежать через пустыню обратно в Нагашиззар.

Велика была ярость Нагаша. Он не был обманут поступком Вашанеша и понимал, что царь–вампир намеренно потерпел поражение, чтобы не оставаться вечным слугой Нагаша. А потому Великий некромант проклял всех вампиров, обрекая их больше никогда не чувствовать тепло солнца, но всегда испытывать на себе его укусы. С того дня и поныне даже величайшие из вампиров испытывают, по меньшей мере, слабость и сильное недомогание при свете солнца, если тотчас же не погибают от его блеска. За исключением В’Сорана и его последователей, другие вампиры к Нагашу не вернулись. Неферата, Абхораш и Ушоран отправились на северо–запад, подальше от Нагашиззара. По их словам, Харахте, одержимый визирь царского двора Ламии, бежал далеко на восток, в то время как Маатмезес направился на юг. Судьба Вашанеша осталась неизвестной. После битвы не нашли ни его тело, ни голову, ни подаренное Нагашем кольцо.

Нагаш не намерен был дальше сносить выходки прислужников и, разумеется, тех смертных, которые осмелились сопротивляться ему в Неехаре. Он поклялся превратить весь мир в царство нежити, в котором все действия и поступки будут совершаться исключительно по его воле. Он уничтожит всё живое и запечатает Врата Хаоса, о которых сотни лет назад ему рассказали друкаи. Он будет править всемирным кладбищем, населённым неупокоенными мертвецами, и ни одно существо не сможет угрожать его владычеству, включая богов, которые навсегда утратят власть над миром смертных. И первым шагом станет уничтожение его бывшего отечества. На протяжении десятилетия Нагаш злобствовал и вынашивал коварные планы, испытывая сильную ненависть к человеку, который ему помешал, и задумывая столь ужасную месть, что сами боги содрогнулись и отвернули свои лики от мира.

Это начиналось исподволь. Фамильяры доставили к истокам Великой реки Жизни и всех других основных рек и оазисов Неехары амулеты из варп-камня, зачарованные губительными заклинаниями, которые отравляли источники своей энергией, пока воды не покраснела, словно кровь, и её течение не замедлилось. По всей империи заболевали и умирали люди.

Нагаш вновь обратился к омерзительным крысолюдям и попросил Совет Тринадцати выманить с Краесветных гор племена орков и гоблинов и согнать их к Нагашиззару. Скавены понятия не имели, для какой необъяснимой цели это делается, но успокоились, получив в уплату внушительную партию чистого варп-камня.

Народ умирал от огромных гнойников, выступавших на коже. Ухаживая за пациентами, заболевали лекари и аптекари. Люди убегали из семей и умирали чуть ли не на ходу. За некоторое время, пока смерть разгуливала по стране, мертвецы превысили числом живых, и на улицах лежали непогребённые гниющие трупы. Истощённый, оставшийся без ухода скот бродил по заброшенным полям до тех пор, пока не подыхал. Заболело каждое живое существо на обширных просторах Неехары. Из Кхемри Алкадизаар мог лишь с ужасом наблюдать, как его великая империя уничтожается врагом, которого он не мог победить. Он видел, как один за другим умирают друзья, затем его дети, затем жена. Сам он уцелел, словно по воле какой–то злобной силы.

В итоге он остался во дворце один и стенал на золочёном троне, пока не услышал отдалённые звуки приближения неумолимой армии.

Она — огромная армия мертвецов — пришла лишь после того, как все оказались при смерти. Немногочисленные больные и истощённые солдаты армий Алкадизаара не могли оказать сопротивление. Невосприимчивая к хвори нежить прошла царство из конца в конец и не успокоилась, пока везде, где она прошла, не осталось в живых ни единого мужчины, женщины и ребёнка, ни единого зверя, птицы и собаки. Лишь жрецы–личи обладали иммунитетом к болезням, и только у них были силы дать отпор и скрыться от орд нежити. Алкадизаар же, будучи смертным, не имел ни сил, ни мужества, чтобы сражаться. Аркхан захватил Алкадизаара и в оковах доставил его в Нагашиззар, к подножию трона Нагаша.

Нагаш поведал Алкадизаару все ужасные подробности того, что дальше произойдёт с Неехарой за неподчинение его воле. Нагаш сказал, что намерен оживить каждый труп, мумию и скелет в империи и сделать их своими солдатами в уничтожении всей жизни в мире. Алкадизаар был брошен в самую глубокую темницу Нагашиззара, где дожидался волеизъявления Великого некроманта. Свернувшись калачиком во тьме, побеждённый царь вспоминал светящиеся провалы в черепе Нагаша и был уверен, что тот располагает всеми необходимыми силами и волей, чтобы довести дело до задуманного ужасного конца.

## Великий ритуал

Нагаш подготовился к предстоящей задаче. В ходе ритуала, занявшего целый день, он поглощал огромное количество варп-камня, пока тело его не вспыхнуло сияющей энергией. На костях Нагаша сгорели последние остатки плоти, и он стал выглядеть живым скелетом, облачённым в чёрный доспех. Многие сотни одурманенных зеленокожих были извлечены из темниц и один за другим принесены в жертву на алтаре Нагаша, в то время как Великий некромант пожирал Секхем из их душ.

Целый день и целую ночь, пока Моррслиб сияла с небес, Нагаш нараспев произносил слова своего величайшего заклинания. В темницах под Нагашиззаром завывали немногие уцелевшие перепуганные орки. Всех живых существ на континенте тревожили зловещие кошмары. Необычные огни засияли в глубине Кислого моря. С высоты своей башни Нагаш горстями бросал в воздух сверкающую пыль варп-камня. Холодный ветер уносил её от Нагашиззара, и она собиралась в огромные клубящиеся облака, а затем в виде чёрного дождя пролилась на все города, некрополи и поля сражений Неехары. На какое–то время всё замерло, а затем по всей стране зашевелились мертвецы.

В легендах рассказывается, как стенали и вопили демоны и боги людей, когда души и части душ были насильно забраны из–под их власти, однако не могли ничего сделать для предотвращения этого ужасного события: столь внушительной оказалась в тот момент сила Нагаша. Так это или нет, но мёртвые глазницы зажглись огнями по всей стране. Непроницаемая тьма, окаймлённая слабой багровой аурой, заполнила сотни тысяч гниющих глазных яблок и пустых глазниц. Один за другим, всё больше трупов недавно умерших жертв болезней поднимались и начинали идти, в то время как древние мертвецы огромных некрополей сдвигали крышки своих саркофагов и выходили наружу из гробниц.

Понуждаемые непреклонной волей Нагаша, давно умершие воины занимали свои колесницы и выезжали в заполненную привидениями ночь. Призраки покидали свои убежища, повылезала всякая нечисть. Бесчисленные мертвецы организовывались в стройные ряды. Пробуждались души, заключённые внутри обёрнутых в саван мумий давно умерших царей, которых заклинание Нагаша, вопреки их собственному желанию, вынуждало покидать пирамиды и возглавлять своих прежних подданных. Оживлённая могучей волей Нагаша, к Нагашиззару начала стекаться самая огромная армия, которую только видел мир. Этот поход так и не был завершён.

Истощённый огромными затратами энергии, потребовавшейся для сотворения заклинания, Нагаш спустился в тронный зал и впал в глубокий транс. В то время как армия нежити двигалась к Нагашиззару, на тот опустилась зловещая тишина. Словно в столицу Великого некроманта явилась, наконец, окончательная и бесповоротная смерть.

## Смерть Нагаша

Выброс энергии оказался столь велик, что не остался незамеченным и в иных местах. Совет Тринадцати в конце концов догадался, что намерен сделать Нагаш, и пришёл в ужас. Имея под командованием сотни тысяч воинов–нежити из всех веков существования Неехары, Нагаш станет непобедимым. Помощь скавенов ему явно более не потребуется, и весьма вероятно, что Великий некромант может достойно отплатить им за предыдущие нападения на его царство. Почувствовав, что Великий некромант на какое–то время затих, Совет решил, что это может оказаться их последним шансом остановить Нагаша. Так как задача была самоубийственной, они не смогли найти ни одного скавена, которому можно было бы доверить уничтожение Великого некроманта. Многие члены Совета сомневались, что их оружием удастся убить Нагаша, другие просто боялись, что он может очнуться в тот момент, когда они окажутся в его тронном зале. Случись такое, никто из них не пожелал бы оказаться лицом к лицу с Нагашем, зная о его фантастической силе.

В итоге им в голову пришёл другой план. Совет быстро объединил усилия, и буквально за несколько дней был выкован клинок невероятной разрушительной силы, исписанный рунами, настолько вредоносными, что в итоге станет столь же губителен для своего обладателя, как и для Нагаша. Совет Тринадцати это обстоятельство не беспокоило, ибо никто из них не собирался брать в руки это оружие. Вместо того они отправили в темницы Нагаша самых смелых своих прислужников со смертоносным клинком в свинцовом ларце. Потайными ходами скавены проникли в сердце твердыни Великого некроманта. Никто из часовых не поднял тревогу, и в итоге скавены добрались до камеры, где находился закованный в цепи Алкадизаар.

Они без объяснений освободили Алкадизаара и вручили ему меч. Взявшись за рукоять, царь почувствовал, как можно пройти в тронный зал некроманта, ибо наложенные на клинок чары указывали путь. Не обратив внимания на убегающих крысолюдей, Алкадизаар в мёртвой тишине крался по коридорам крепости. Через некоторое время он добрался до тронного зала Великого некроманта. Бесшумно ступая по плитам из чёрного мрамора, он подошёл к молчаливо возвышающейся фигуре Нагаша. Глаза Нагаша потускнели, и он не шевелился. Руны на его короне не светились. Мгновение Алкадизаар гадал, не представляет ли это некую злую шутку, новый вид пытки. Потом решил, что это не имеет значения. Занеся клинок, он резким движением нанёс удар.

В последний момент, предупреждённый каким–то шестым чувством, Нагаш пошевелился и поднял руки, чтобы отразить убийственный удар. Зачарованный клинок скавенов отсёк запястье, и когтистая рука Нагаша упала на пол. Магия, пронизывавшая его тело, была настолько сильна, что рука по–прежнему сохраняла какую–то подвижность и, словно огромный паук, скрылась в тёмном коридоре. Нагаш ещё не восстановил силы после сотворения заклинания пробуждения, но достаточно окреп, чтобы уничтожить любого смертного. Нагаш бросил в Алкадизаара заклинания, которые должны были содрать плоть с костей царя. Совет Тринадцати, находясь очень далеко от места событий, воспользовался своей мощью для защиты своей человеческой марионетки.

Отчаянным напряжением всех сил они сумели отразить магические атаки Нагаша. Яростное разочарованное шипение вырвалось из лишённых плоти губ некроманта. Алкадизаар снова нанёс удар, который рассёк рёбра Нагаша и сломал ему позвоночник. Взмахнув оставшейся рукой, Нагаш вцепился Алкадизаару в горло и принялся душить. Бисеринки крови выступили на шее мужчины в тех местах, куда вонзились когти некроманта. Нагаш поднял царя одной рукой, так что ноги его оторвались от земли.

Очередным взмахом меча Алкадизаар перерубил руку Великого некроманта в локте. Упав на пол, он принялся исступлённо рубить Нагаша. Наконец, начало сказываться воздействие демонических скавенских рун, и неестественная жизненная сила покидала Нагаша. Его тело, столь долго сопротивлявшееся неумолимому ходу времени, начало обращаться в пыль. В предчувствии победы, Алкадизаар усилил натиск, рассекая умирающего некроманта на тысячи частей.

Наконец, когда от Нагаша не осталось ничего, кроме осколков разломанных костей, Алкадизаар поднял корону Нагаша и, пошатываясь, покинул крепость. Этого момента ожидали скавены. Стремительно сбежались их налётчики и отнесли осколки тела Нагаша к его кузням. Все останки Великого некроманта были сожжены в огне, подпитываемом варп-камнем, с помощью которого Нагаш создал свои ужасные приспособления и доспех. Осталась необнаруженной лишь его рука, а потому частица Нагаша уцелела.

После уничтожения Нагаша Алкадизаар блуждал по Проклятой яме, доведённый до полубезумного состояния пережитыми ужасами и сводящим с ума воздействием клинка Совета Тринадцати.

Хотя крепость была наводнена скавенами, лишь самые безрассудные осмеливались встать на пути Алкадизаара, когда замечали его оружие, и погибали такие практически сразу.

Алкадизаар с боем пробился из Нагашиззара. Он уничтожил самого смертоносного противника, с каким только сталкивался любой из смертных, но дорого заплатил за это. Губительная энергия сжатого в кулаке оружия потихоньку убивала его. В местах контакта с клинком на руке появились ожоги, и в итоге Алкадизаар бросил его в огромную расщелину за Нагашиззаром. Корону Нагаша он сохранил.

Обезумевший и умирающий царь побрёл на север, в Краесветные горы, где, в конце концов, упал в воды Слепой реки. Алкадизаар утонул, и его окоченевшее тело, по–прежнему удерживающее корону мёртвой хваткой, течением отнесло в Скверноземелье. В те дни Скверноземелье было раздроблено и служило ареной битвы кочевых племён людей и орочьих кланов. Кадон, шаман лодрингенов, кочевого народа Стригоса — так они называли этот регион — нашёл обледеневшее тело Алкадизаара в талом весеннем снегу на берегу Слепой реки. Кадон признал в Алкадизааре великого правителя и приказал захоронить его со всеми почестями, подобающими его статусу, в одном из курганов. Приглянувшуюся же корону он решил оставить себе, обрекая тем самым себя на вечное проклятие.

## Источники

- Liber Necris
- Warhammer Armies: Tomb Kings (6 ed)
- Warhammer Armies: Tomb Kings (8 ed)