Конец Времён

Техномаги работают-трудятся, да-да!Это незавершённая статья. Она содержит неполную информацию. Вы можете помочь Warhammer Fantasy Battles Вики, дополнив её.
|


« | Трёхглазый король давно ждал этого момента, часа, когда его судьба, наконец-то будет ясна всем. Он возглавляет армию безумия и ярости, против которой ни одно здравомыслящее существо не будет добровольно противостоять. Возможно, я не в здравом уме, а сражаюсь в последний раз. Не ради победы, но ради выживания, ради надежды выстоять. И эта надежда ничтожна, и смех Тёмных богов громко звучит в моих ушах... Это Конец Времён...
—
Пророчество Конца Времён |
» |


Настал **Конец Времён** (англ. *The End Times*) — 2519-2528 гг. ИК — долго предрекаемый катаклизм, апокалипсис, что должен был уничтожить известный мир. Предвестником его стала Двухвостая комета — знамение как надежды, так и разрушения. Её появление ознаменовало восхождение Архаона, 13-го и последнего Всеизбранного Хаоса Неделимого. «Трёхглазый Король», «Владыка Конца Времён», «Вестник Апокалипсиса» — множество имен носил он, ведя орды Хаоса на человеческие королевства Старого Света. И пока мир корчился в предсмертной агонии, смертные расы Старого Света сражались до последнего вздоха против всепоглощающей тьмы.

На западе, в далёком Наггароте, с чёрными знаменами спустились с гор орды Кхорна, оставляя за собой лишь руины и пепел. Легионы тёмных эльфов встретили их с оружием в руках, защищая свои твердыни от кровожадных орд. Но тщетны были их гордость и доблесть — король, Малекит бросил свой народ, в последней отчаянной попытке вернуть себе титул Короля-Феникса Ултуана.

Но и Ултуан, родина Малекита, не избежал ужасов Конца Времён. Туман неведомой силы окутал прекрасный остров высших эльфов, из самой бездны Хаоса хлынули демоны и порождения тьмы. Без своей Вечной Королевы, потеряв Короля-Феникса, высшие эльфы оказались на грани гибели. И тогда молодой князь азуров, Тирион, повел свой народ на бой с тьмой, положив начало цепи событий, что раскололи могучее королевство.

Далеко на юго-западе, в джунглях Люстрии, в Новом Свете, после веков мира вспыхнула новая война. Из недр земли поднялись орды скавенов клана Чумы, и города-храмы ящеролюдов вновь содрогнулись от ярости битвы. Это была война на уничтожение, апокалипсис для обоих народов.

На востоке, предчувствуя приближение конца, в безумие впади зеленокожие. Война всегда была смыслом их существования, они сражались друг с другом не меньше, чем с другими расами. Но сейчас, ощутив поступь чего-то огромного и ужасного, они забыли о распрях. Неведомая сила объединила разрозненные племена зеленокожих под одним знаменем, готовя их к последней битве за умирающий мир.

Даже гномы, верные союзники Империи и народа Зигмара, ощутили приближение конца. Вулканы гор Скорби извергали огонь и пепел, и гномы ответили на этот знак мобилизацией, невиданной со времён Великой Катастрофы. Из древних хранилищ были извлечены артефакты прошлого, и гномы готовились призвать богов-предков, чтобы те помогли им вернуть Золотой Век.

Но судьба мира решалась в человеческих королевствах Старого Света. Отовсюду на человечество наступали силы зла, древние и новые. На юге, в Тилии и Эсталии, из-под земли хлынули орды крысолюдов. Скавены начали свое Великое Вознесение, стремясь призвать в мир своего бога, Рогатую Крысу, и уничтожить всё живое.

На западном побережье Старого Света в пламени гражданской войны гибло королевство Бретонния. Некогда славные рыцари обратили оружие друг против друга, и в этой войне на свет явились две древние тайны. Одна могла спасти королевство, другая — уничтожить веру, народ и саму Бретоннию.

Мир умирал, и десятки тысяч беженцев устремились на север, к Империи — последнему оплоту цивилизации перед лицом надвигающейся тьмы. На границе Кислева вырос Золотой Бастион — величайшая магическая стена, когда-либо возведенная людьми. Она была выше Великого Бастиона в далёком Катае, её вершина терялась в облаках. Лишь эта стена сдерживала натиск тьмы, и когда она пала, началась последняя битва за известный мир. Победитель получал всё.

Но мир смертных был обречён. Несмотря на все усилия защитников, тьма поглотила его. И из пепла старого мира, в соответствии с вечным циклом творения и разрушения, родился новый...

## Истоки

Известный мир балансирует на грани гибели. Так было с незапамятных времён, с тех пор, как пали великие Древние. Их творение, Полярные Врата, некогда вершина технологий, рухнули, и сквозь них в мир хлынули энергии Хаоса, отравляя северные и южные пустоши. С тех пор каждые несколько столетий боги Хаоса протягивают свои руки к умирающему миру, стремясь подчинить его своей воле. И вполне закономерно, что именно чемпион Хаоса объединит разрозненные племена севера и положит конец всему сущему.

### Вторжения Хаоса

*Период: С ??? до 2520 года ИК.*

Мир умирал. Так было всегда, с тех самых пор, как в него пришли боги Хаоса.

Бесчисленные тысячелетия Тёмные боги жаждали власти над миром смертных, стремясь отравить его своим безумием. Они посылали легионы демонов, чтобы силой покорить его, соблазняли людей сладкими речами и обещаниями славы. Сам материальный мир искажался под их влиянием, магия проникала в землю и воздух, и ни одно живое существо не могло избежать её прикосновения.

Много раз Тёмные боги прорывались сквозь завесу реальности, но каждый раз находились герои, готовые дать им отпор. Ценой невероятных усилий и жертв демонические орды отбрасывали обратно в их мерзкое измерение, а те, кто поддался соблазнам Хаоса, были уничтожены или изгнаны. Но это были лишь временные победы. Боги вечны, а жизнь смертных коротка. Цикл повторялся снова и снова, возвещая о себе появлением на небесах Двухвостой кометы. С каждым разом порча мира становилась сильнее, а войны — кровопролитнее. И каждый раз боги отступали, а магия слабела, пока не восстанавливалась завеса между мирами. Но раны, нанесённые миру, никогда не заживали до конца, и мир смертных никогда не был по-настоящему свободен от скверны Хаоса.

За тысячелетия из хаоса и разрушения рождались великие империи — оплоты порядка в мире, охваченном безумием. Но за внешним величием скрывалась пустота, ибо держались эти царства на ненависти, недоверии, страхе и гордыне. А эти чувства были пищей для Темных Богов, которые с жадностью пировали как на победах, так и на поражениях. Сами того не ведая, смертные приближали собственную гибель, и даже их триумфы ускоряли неизбежный конец.

И вот Двухвостая Комета вновь появилась на небе, и Тёмные боги обрушили на мир всю свою мощь. Завеса реальности затрещала по швам, и магия хлынула в мир нескончаемым потоком.

Штормы Хаоса бушевали по всей планете, неся с собой безумие и разрушение. Кровь лилась дождём, сжигая всё живое. Небо пылало разноцветным огнём, а облака и звёзды складывались в лики демонов, наблюдавших за гибелью мира. Великие города превращались в руины, реки и озера превращались в отраву. Смертные теряли рассудок, предавались самым низменным желаниям, совершали немыслимые злодеяния.

Штормы бушевали с неудержимой силой, сметая всё на своем пути. Из их сердца хлынули орды демонов, чтобы покарать мир смертных. Демоны Кхорна несли с собой смерть и разрушение, слуги Тзинча плели интриги, наслаждаясь хаосом и страданиями. Чума Нургла распространялась с ужасающей скоростью, убивая всё живое, и поговаривали, что сам Повелитель Разложения создал мор, который уничтожит этот мир. Девы Слаанеш опутывали смертных сетями порока и наслаждений, даруя им запретные удовольствия, за которыми следовала неминуемая смерть.

По всему миру люди молились своим богам с отчаянием и надеждой. Одни взывали к Тёмным богам, отдавая им свои души. Другие просили защиты у своих покровителей, с тревогой встречая последние дни. Ибо остальные боги исчезли, не в силах противостоять мощи Хаоса. Пророки, безумцы и провидцы предрекали Конец Времён, близость огненной гибели. И даже самые храбрые чувствовали холодок страха, слыша эти слова.

Но раздор царил не только в мире смертных. Демоны, порождения разных богов, были столь же различны, как и их создатели. Они сражались друг с другом, превращая целые континенты в арены для битвы, стремясь свести многовековые счеты. Богов это ничуть не волновало. Для них конфликт был лишь средством утолить свой голод. Они наслаждались страданиями мира, становясь сильнее с каждым днём. И чем сильнее становились боги, тем страшнее была участь мира смертных.

Но победа не давалась богам легко. Потоки Хаоса росли, но ещё не достигли своего пика. Многие штормы магии рассеивались так же внезапно, как и появлялись, изгоняя демонов обратно в их измерение. Крепость Карак-Изор подверглась атаке одной из таких бурь. Защитники сражались отчаянно, но силы были неравны. И когда казалось, что гномьей твердыне пришёл конец, буря внезапно стихла. Демоны исчезли, оставив после себя лишь горы трупов и разрушений. Ошеломлённые гномы, израненные, но живые, с изодранной кольчугой и помятыми щитами, не могли поверить своему счастью, не зная, то ли им продолжать держать строй, то ли хоронить павших. В другом месте река Авер превратилась в поток крови, породив слюнявую орду. Они уничтожали всё на своём пути, и лишь стены Аверхейма смогли остановить их натиск. Но и здесь демоны исчезли в последний момент, буквально у самых ворот города.

Увы, даже после исчезновения демонов страдания не прекратились. Король Червей, Эпидемий, принёс в Мидденхейм свой Фестиваль Болезней, покрытые язвами жертвы сжигались на кострах ещё долго после того, как окутанная мухами армия покинула переполненные улицы. Город погрузился в хаос и ужас. Улицы были завалены трупами, воздух пропитан запахом смерти и разложения. Даже после того, как последний демон покинул город и ужасающее пламя перестало вырываться из Тор-Ачаре, кошмары продолжали мучить жителей. Многие сновидцы умирали во сне, их души уносили в тьму хихикающие демоны. В Тилии город Трантио на три дня и три ночи погрузился в водоворот благоухающей тьмы. Когда буря стихла, от города не осталось ничего, кроме груды развалин. Всё живое было уничтожено, а души несчастных теперь служили развлечением у шёлкового трона Слаанеш.

Во многих местах разломы между мирами были настолько велики и стабильнее, что демоны могли проходить сквозь них практически беспрепятственно. Именно там разыгрались самые кровопролитные битвы тех дней. В Люстрии вновь разверзлась древняя трещина в сердце Ксахутека. И хотя ящеролюды давно готовились к этому моменту, окружив древние руины бесчисленными войсками и магическими барьерами, но силы были неравны — натиск удалось лишь сдержать, но не остановить. С каждым днём ожесточённых боёв когорты ящеров отступали всё дальше, теряя надежду на победу. В Ултуане Ивресс был полностью захвачен, когда демон Н'Кари повёл свои легионы из заколдованного тумана, чтобы вновь обрушить страдания на высших эльфов. В Атель-Лорене были разрушены Зимние Чертоги, и орды Хаоса вторглись в священные леса эльфов, выпустив легионы демонов на поляны Летней Ветви.

Но все эти события меркли по сравнению с тем, что происходило на северном полюсе, где находился самый большой разлом между мирами смертных и бессмертных. Сюда стекались легионы демонов, образуя четыре огромные армии погибели, собравшиеся перед самыми могущественными слугами богов Хаоса. Вторжение было таким масштабным, какого мир не видел уже много тысячелетий. Это был начало конца, предвестник гибели мира. Один за другим четверо могущественных демонов преклонили колени в знак верности; не богу и не другому демону, а смертному человеку, предателю своего рода, избранному Тёмными богами в качестве орудия уничтожения. За те деяния, что ему предстояло совершить, боги нарекли его Архаоном Всеизбранным, Владыкой Конца Времён, и час его торжества был близок.

### Архаон Всеизбранный

*Период: С ??? до 2520 года ИК.*

Архаон, Владыка Конца Времён, — самый безжалостный и неукротимый владыка севера. Всеизбранный Хаоса, он отмечен благословением всех Тёмных богов. Но судьба не уготовила ему этот путь — Архаон сам выковал свою историю из стали несгибаемой воли, безжалостности и мощи.

#### Рождение легенды

Угроза Хаоса многолика. Это и искажённые Ветры Магии, отравляющие мир, и злобные зверолюды, рыщущие в лесах, и бесконечные орды дикарей из Пустошей Хаоса. Но самое опасное оружие Хаоса — развращение души, осквернение идеалов и мечтаний. Ведь семя Хаоса таится в сердце каждого смертного. Быть может, именно поэтому величайшая угроза Империи пришла не от курганских ханов или вожаков зверолюдов, а из самого сердца Империи. Мало кто знает об этом, но тот, кто станет Архаоном, был когда-то верным храмовником Зигмара, рождённым вскоре после Великой войны против Хаоса, во времена правления Магнуса Благочестивого. Чистый сердцем и помыслами, он посвятил свою жизнь борьбе с Хаосом. Не борись он так рьяно с силами тьмы, возможно, судьба его сложилась бы иначе. Но боги Хаоса всегда радовались падению праведников.

Храмовники, известные также как «охотники на ведьм», клялись защищать Империю от нежити, зеленокожих и, конечно же, от скверны Хаоса. В великом храме Зигмара в Альтдорфе хранились бесчисленные книги, трактаты и гримуары, в которых мудрецы и праведники искали знания о том, как противостоять опасностям, угрожающим Империи. Но некоторые из этих книг были настолько прокляты и опасны, что доступ к ним имели лишь избранные.

Будучи не только искусным воином, но и жаждущим знаний учёным, тот, кто станет Архаоном, проводил дни и ночи за изучением древних фолиантов, хранившихся в глубинах храма. Он надеялся найти способ победить Хаос, но поиски его были тщетны. И тогда он нашёл Небесную книгу предсказаний. На её страницах были записаны безумные пророчества Некродомо Безумного, древнего пророка, который, как говорят, вырвал себе глаза, узрев в своих видениях гибель мира от рук Хаоса.

Никто не знает, что именно открылось Архаону на страницах этой книги. Легенда гласит лишь, что он постиг сокровенные тайны мироздания и ужасающую правду о богах. Это знание было слишком страшным для смертного разума. Он кричал, пока голос его не сорвался, он проклинал богов Империи за их ложь и обман. Так некогда верный защитник Империи стал служителем Хаоса, одержимый жаждой мести Зигмару, предавшему его.

Первым деянием Архаона на пути служения Хаосу стало убийство его семьи. Он сжёг свой скромный дом дотла, уничтожив все следы прошлой жизни. Стоя посреди пожарища, Архаон отрёкся от своего имени и от богов своих предков. Он поклялся в верности богам севера, поклялся стать их бичом, обрушиться на тех, кто поклоняется ложным богам Империи. С этого дня единственным смыслом его жизни стало служение Хаосу.

Но богохульные манускрипты открыли ему не только истину о природе зла, но и пророчество Некродомо о Конце Времён. Архаон узнал о грядущем пришествии Всеизбранного, воина, отмеченного благословением всех Губительных Сил, который возглавит армии Хаоса и уничтожит мир. Чтобы исполнить пророчество, Всеизбранный должен был собрать шесть могущественных артефактов, принадлежавших его предшественникам. Архаон поклялся найти их или умереть, ведь после своего прозрения он не видел иного пути.

Так началась легенда об Архаоне, Разрушителе Мира.

### Шесть сокровищ Хаоса

« | Выкованные в другом мире, шесть сокровищ будут у него... На его челе все узрят корону, и открытые глаза принесут горе смертному роду... Тогда он придёт в мир... Тогда мир, что знаю исчезнет, и начнётся последняя война...
—
Пророчество судьбы, взятое в книге Предсказаний Некродома Безумного |
» |


*Период: С ??? до 2520 года ИК.*

Так сложилось, что почти сотню лет Архаон странствовал по пустошам в розысках легендарных артефактов, готовых даровать ему силу и возможность исполнить своё истинное предназначение Всеизбранного богов Хаоса.

Шесть сокровищ Хаоса, о которых говорил Некродомо, не были сказкой. Разбросанные по всему миру, они ждали своего часа. Покинув родные земли, Архаон отправился в эпическое путешествие на север, чтобы найти эти артефакты. Его путь лежал через Империю и Страну Троллей, и повсюду он оставлял за собой горы трупов. Ни человек, ни мутант, ни чудовище — никто не мог остановить его. Он прошёл сквозь ледяные бури Северных Земель, пересёк залитые кровью равнины за Опустошёнными Землями и, наконец, ступил за грань реальности, в ужасающее Царство Хаоса.

Сколько битв он прошёл, какие тайны познал, сколько времени провёл в Царстве Хаоса, где время течёт по своим законам, — об этом история умалчивает. Но когда Архаон вернулся, все увидели, что он изменился. Судьба оставила на нем свой знак. Вскоре он собрал отряд верных воинов, Клинки Хаоса, и отправился на поиски первого артефакта.

#### Первое нечестивое завоевание

Путь Архаона лежал в Наггарот, страну вероломных тёмных эльфов, где на алтаре Истинной Тьмы хранился первый артефакт. Собрав армию воинов Хаоса, Архаон двинулся к Цитадели Ненависти, башне, что чёрным клинком пронзала небеса. Но цитадель уже была осаждена. Горат Разрушитель, повелитель Кровожадных, со своей ордой штурмовал её стены. Тёмные эльфы, заманив кровожадных берсерков в ловушку, были готовы обрушить на них всю мощь своих армий.

Архаон, видя, что силы Хаоса сражаются друг с другом, приказал своим воинам атаковать. Стаи гончих Хаоса врезались во фланги армии тёмных эльфов, разрывая глотки коням и всадникам. Отряды Теней осыпали Кровожадных стрелами из засады, но варварские всадники Хаоса под предводительством Архаона рассеяли их, пригвоздив к деревьям своими топорами. Объединенные силы Хаоса двинулись на Цитадель.

Тёмные эльфы ответили шквальным огнём. Чёрные стрелы затмили небо, десятки воинов Хаоса пали замертво. Но ничто не могло остановить эту лавину. Ряды тёмных эльфов дрогнули. Лучники отступили, а копейщики сомкнули щиты, готовясь встретить врага стальным барьером. Первые ряды атакующих погибли под градом ударов, но за ними шли всё новые и новые воины. Началась кровавая бойня.

Воины Хаоса превратились в вихрь смерти. Булавы раскалывали черепа, мечи и топоры описывали кровавые дуги. В самой гуще битвы сражались Архаон и его Клинки Хаоса. Под сенью огромного святилища Хаоса они крушили врагов, зная, что за ними наблюдают боги.

##### Драконья колдунья

Архаон разрубил очередного тёмного эльфа надвое, как вдруг мощный рёв разорвал небо. Над полем боя, затмевая солнце, кружил огромный дракон с чешуей чёрной, как сама ночь. Из его пасти вырывались клубы едкого дыма, превращая целые отряды воинов Хаоса в груды дымящегося мяса. На спине чудовища восседала всадница с кожей белой, как снег, — драконья колдунья. Она указала на воинов Архаона, и те упали, рассечённые незримыми клинками тёмной магии.

Горат, объятый яростью, бросил вызов колдунье, веря, что его смерть ублажит богов Хаоса. Но та лишь рассмеялась в ответ. В мгновение ока вокруг Гората закружилась буря стальных осколков, сдирая с него плоть и оставляя лишь окровавленный скелет.

##### Смертельный шторм

Ярость Архаона росла с каждой атакой, с каждым заклятьем, обрушивающимся с небес. Вдохновлённые своей колдуньей, тёмные эльфы перешли в контратаку. Из их рядов вышел воин, закутанный в плащ чёрный, как ночь, и устремил на Архаона полный ненависти взгляд. Плащ упал на землю, и ассасин тёмных эльфов бросился на врага.

Едва успел Архаон отбить первый удар, как меч вылетел из его руки. Но и без меча он оставался грозным противником. Отбив удар щитом, он схватил ассасина за руку и с нечеловеческой силой сжал горло. Подняв дёргающееся тело над головой, Архаон вырвал сердце эльфа его же кинжалом. Он поднял окровавленный трофей к небу, к холодным очам богов Хаоса, и почувствовал на себе их взор.

Сердце в его руке забилось вновь, а небо прорезала багровая молния. Боги приняли его жертву.

##### Ярость Кровавой Королевы

На огненных крыльях спустилась на поле боя Валькия Кровавая. Багряная дева издала пронзительный боевой клич и бросилась на чёрного дракона. Все взоры были прикованы к небу, где разворачивалась битва титанов.

Быстрая, как ветер, Валькия обезглавила колдунью раньше, чем та успела произнести хоть одно заклинание. Лишившись наездницы, дракон взбесился. Он щёлкал челюстями, пытаясь разорвать Валькию на части. Но его ярость была ничто по сравнению с тем гневом, что пылал в сердце Кровавой Королевы. Кровь лилась с небес, когда она вонзала копье в шкуру дракона. С каждым ударом её сила росла, и наконец, последним ударом она вспорола горло чудовищу. Безжизненное тело рухнуло на землю.

Торжествующий клич Валькии прокатился над полем боя. Она устремилась к врагам, и Кровожадные, ощутив поддержку своего божества, бросились в бой с удвоенной яростью. Архаон почувствовал, что настал момент для решающего удара. Вместе с Клинками Хаоса он обрушился на врага. Как волна, они смывали с лица земли ослабевших и потерявших волю к сопротивлению тёмных эльфов.

##### Алтарь Истинной тьмы

Пока тёмные эльфы были разбиты и бежали, а Кровожадные преследовали их, Архаон проник в сердце Цитадели. Здесь царила тьма, гуще, чем в самом сердце ночи. Факелы воинов гасли, едва переступая порог. Они шептались о проклятиях и чёрной магии, но Архаон шёл вперёд, не зная страха. Он прошёл сквозь тьму и одержал победу над ее порождениями — сотней безумных тварей, скрывавшихся в глубинах святилища. Он освятил алтарь Истинной Тьмы во имя богов Хаоса, вырвав сердца из груди его защитников.

Когда Архаон вышел из Цитадели, он был залит кровью. На его челе пылал знак Хаоса — первый из великих артефактов. Валькии не было рядом — Кхорн уже призвал её на новую битву. Кровожадные, видя своего предводителя, поняли, что боги благоволят ему. Многие преклонили колени, принося ему клятву верности. Армия Архаона росла.

#### Дух Моркара

Архаон покинул гниющие земли Наггарота на чёрном корабле, выкованном из металла тьмы и управляемом морским драконом. Во главе флотилии закалённых в морских сражениях воинов он отправился к неизвестному королевству, где обитали дикие полулюди, чья бледная кожа никогда не знала ласки солнца и лун. Шесть дней и ночей бушевала битва, Архаон и его Клинки Хаоса крушили врагов, пока их город не превратился в руины.

В сердце некрополя, среди пыли и тлена, Архаон обнаружил гробницу Моркара, первого Всеизбранного Хаоса, чью мощь превзошёл лишь сам Зигмар. Там, в тишине забвения, покоились легендарные доспехи Моркара. Но стоило Архаону протянуть руку к наследию предшественника, как доспехи ожили, обрушив на него шквал ударов. Дух Моркара, заключенный в металле, не угас, и его ярость не знала границ. Тогда Архаон изрек проклятие на мертвом языке унберогенов, и на мгновение атака стихла. Этого мига хватило, чтобы нанести сокрушительный контрудар. Дух Моркара развеялся, а Архаон облачился в доспехи, достойные истинного лорда Хаоса.

#### Око и дракон

Третьим испытанием на пути Архаона стал поиск **«Ока Шириана»**. На вершинах Норски, где Утёс Зверей пронзал облака, дремал дракон Пламенный Клык, трёхглавый монстр, чье дыхание плавило камень. Древний, как сама земля, он сражался ещё с драконьими ограми на заре времён. И из всех своих сокровищ Пламенный Клык больше всего дорожил Оком Шириана.

Архаон обрушил свой топор на лоб дракона, пробуждая его от сна. Долго длилась битва, зверь и воин сошлись в схватке над костями легендарных созданий у подножия Утёса Зверей. Дракон поливал Архаона огнём, пытался раздавить его в своих объятиях, но доспехи Моркара защищали своего нового хозяина. Архаон сражался в чреве чудовища с яростью разъяренного пса, раздирая его плоть. Измученный, истекающий кровью, Пламенный Клык рухнул на землю. Архаон вырвал Око Шириана из сокровищницы дракона и надел его на шею как знак своей победы.

#### Конь Апокалипсиса

Четвертым сокровищем был не артефакт, но живое воплощение тьмы — Доргар, Конь Апокалипсиса. Доргар принадлежал Аграмону, демону-лорду, чьей извращённой страстью было превращать живых существ в гротескные подобия. В его зверинце обитали создания, порождённые самыми тёмными кошмарами.

Вместе с верными Клинками Хаоса Архаон пробился сквозь легионы демонов к неприступному дворцу Аграмона в сердце Царства Хаоса. Он проник в логово чудовищ, замаскировавшись под одно из порождений Аграмона — смесь человека, мамонта и гигантского насекомого.

Внутри Архаон призвал на помощь Око Шириана, выслеживая Доргара по едкому запаху серы. Найдя коня в его логове, Архаон бросился на него. Доргар пылал огнём, менял обличья, пытаясь сбросить седока, но воля Архаона была несгибаема. Он подчинил себе демонического скакуна, как опытный конюх усмиряет норовистого жеребца.

#### Меч убийцы королей

Путь Архаона лежал к вратам на вершине мира. Он прибыл на Плато Химер, где покоился Убийца Королей, демонический меч, некогда принадлежавший Вангелю, второму Всеизбранному Хаоса. Десятки паладинов Хаоса сошлись в жестокой схватке за право обладать этим оружием. Увидев Архаона, многие бросили ему вызов, но ничья мощь не могла сравниться с мощью будущего Владыки Конца Времён. Тех, кто склонил колено, Архаон пощадил, остальных же уничтожил, объявив их армии своими по праву завоевателя.

Орда Архаона была подобна морю, захлестнувшему плато. Химеры, охранявшие путь на вершину, пали под натиском бесчисленных воинов. Архаон и трое его ближайших соратников поднялись на безмолвное плато. С вершины открывался вид на бескрайние земли, лежавшие внизу, до самого горизонта. Архаон посмотрел вниз, сквозь пелену облаков, и проревел, что однажды все это будет принадлежать ему. В этот момент позади него шевельнулось то, что Архаон принял было за гору. Череда мощных толчков сотрясла землю. На миг даже Архаон застыл в нерешительности. То был Краканрок Чёрный, прародитель всех драконоогров, и сразиться с ним означало верную смерть. Архаон и его воины бесшумно прошли между титанических лап чудовища и обнаружили демонический меч, висевший у него на груди.

Великий принц огров, сильнейший воин Архаона, могучим рывком поднял одну из лап Краканрока, чтобы Архаон смог дотянуться до Короля. Но стоило клинку покинуть своё ложе, как древний демон меча, пробудившись от тысячелетнего сна, издал оглушительный рёв. Краканрок зашевелился, плато затряслось, готовое рухнуть в бездну. Громоподобный рёв грозил пробудить древнего шаггота, спавшего в недрах горы. Архаон, не медля ни секунды, вонзил клинок в грудь принца огров. Он знал, что только вкус королевской крови, чистой и сильной, сможет унять ярость демона. С помощью верных воинов Архаон вложил меч в ножны и спустился с плато. Внизу его встречали ликующие крики воинов.

#### Корона Господства

Прошло чуть больше века с тех пор, как отгремела Великая война с Хаосом. Архаон и его орда, носившие имя Клинки Хаоса, стали силой, внушавшей ужас всем обитателям Пустошей Хаоса. Более ста лет Архаон бороздил эти проклятые земли, собирая артефакты, некогда принадлежавшие величайшим чемпионам Хаоса. С каждым годом сила Архаона росла. К нему стекались новые племена, его армия становилась все больше. Но боги, по какой-то причине, медлили с дарованием последнего, самого желанного трофея.

Корона Господства — древний артефакт, созданный задолго до появления человека. Легенды гласили, что в ней хранится Око Шириана, дарующее неограниченную мощь. Но Корона словно растворилась в воздухе. Как бы далеко ни простирались поиски Архаона, как бы велика ни становилась его армия, Корона оставалась недосягаемой. А ведь именно этот артефакт был нужен Архаону как доказательство благосклонности Тёмных богов.

Шли годы, но поиски Короны не приносили результатов. Архаон сокрушил множество врагов, но Корона словно насмехалась над ним, оставаясь недосягаемой. И вот, когда ледяная хватка зимы сковала северные земли, перед Архаоном возникло видение. Существо невероятных размеров, сотканное из чистой магической энергии, оно было эфемерно, как зимний ветер. Боги послали к Архаону Бе'лакора, первого из демонических князей. Он должен был указать Архаону путь к последнему испытанию, которое ожидало его на вершине Краесветных гор. Бе'лакор сгорал от зависти, наблюдая за восхождением Архаона, но воля Тёмных богов была непреклонна. Он должен был открыть Архаону местонахождение Короны. Бе'лакор и сам пытался завладеть этим артефактом, но потерпел неудачу. Теперь он был вынужден привести Архаона к Первому святилищу Хаоса, где хранилась Корона.

##### Первое святилище Хаоса

Последний из великих артефактов был сокрыт в Краесветных горах. На вершине заснеженной пика, где властвовали лишь лёд и ветер, находился Первое святилище Хаоса. Легенды гласили, что именно здесь, у этого святилища, первый смертный заложил свою душу Тёмным богам в обмен на могущество и бессмертие. Говорили, что то был один из королей древних племен, живших еще до прихода Зигмара. И здесь же, у Первого святилища, хранился его боевой шлем — Корона Господства, о которой слагали легенды норсы, курги и хунги.

Архаон привёл свою неисчислимую армию к подножию этих неприступных гор. За годы поисков его орда росла, как и слава о деяниях её предводителя. Оставив войска у подножия, где они сражались с ограми и гномами, населявшими долины, Архаон взобрался на своего демонического скакуна и с наступлением ночи начал восхождение. С неестественной скоростью, не ведая усталости, нёс его адский конь по крутым склонам, сквозь метели и камнепады, к вершине, где виднелся силуэт Бе'лакора.

Полтора дня длилось восхождение, и вот, наконец, Архаон достиг цели. Перед ним возвышалось Первое святилище, скрытое могущественными чарами на неприступной скале. Архаон спешился, даруя своему демоническому скакуну вернуться в родные пределы. С оглушительным ревом зверь исчез в вихре теней, оставив после себя лишь выжженные следы копыт.

Иллюзии, скрывавшие Первое святилище, рассеялись, и Архаон увидел путь к святыне. Взгляд его упал на массивные двустворчатые врата, покрытые изображениями битв и кровопролитий. Приглядевшись, Архаон заметил, что фигуры на вратах двигаются, сражаясь друг с другом в неистовой жажде крови. Демоны размахивали оружием, преследуя жертв в вихре безумия и хаоса. Не дрогнув под взглядами оживших фигурок, Архаон приблизился к вратам. Они распахнулись перед ним сами собой, и ледяной ветер донес до него крики и стоны из самого сердца преисподней.

Бе'лакор проводил Архаона в огромный зал, грубо вырубленный в скале. В центре зала на полу чернела восьмиконечная звезда Хаоса. Веками не ступала нога живого существа в это место, и Архаон физически ощутил на себе взгляды богов.

Он обнажил Убийцу Королей — свой древний, наполненный силой клинок, и приказал Бе'лакору вести себя почтительнее. Архаон знал, что завистливый демон только и ждет момента, чтобы обмануть его и самому завладеть Короной. Бестелесный дух отпрянул от меча, ведь тот, в отличие от оружия смертных, мог ранить и его. Голос Бе'лакора, холодный, как ветер с ледяных пустошей, проник в разум Архаона, и из темноты протянулась сотканная из теней рука. На её конце блеснули когти тьмы, указывая путь.

Испытания ждали своего часа...

##### Последние испытания

Боги Хаоса подвергли Архаона жестоким испытаниям. Он должен был доказать свою силу и решимость, пройдя через череду жестоких испытаний. Поражение означало вечные муки, ведь для богов Хаоса время не имело значения. Если Архаон падёт, они будут ждать нового претендента на Корону Господства. Дух демона-князя Бе'лакора незримо следовал за Архаоном, указывая ему путь во тьме. Но и сам Хаос нашёптывал ему на ухо слова лжи и ненависти, пытаясь сбить с пути и погубить.

Ослепительная вспышка заставила Архаона зажмуриться. Когда зрение вернулось к нему, он обнаружил себя стоящим на крошечном островке скалы, парящем в бездонной пустоте. Вокруг клубилась тьма, и лишь на миг в ней вспыхнули окна света, являя языки пламени и силуэты демонов. Это были врата в преисподнюю. Из этих врат хлынули орды демонов: крылатые ужасы, скелеты, окутанные тьмой. Они набросились на Архаона, пытаясь сбросить его с островка в бездну. Но он не дрогнул. Словно в танце смерти, он кружил среди демонов, поражая их своим мечом, Убийцей Королей.

Каждый удар меча озарял тьму вспышками разноцветного света. Казалось, битва длится вечность. Наконец, последний демон пал к ногам Архаона. Доспехи воина были изрублены, из ран сочилась кровь. Но он выстоял. Новая вспышка света — и Архаон оказался в другом месте.

Нургл, Повелитель Разложения, наполнил разум Архаона иллюзиями и лихорадкой. Доспехи воина словно гнили заживо, сквозь трещины проступала пораженная чумой плоть. Металл рукавиц рассыпался в прах, обнажая кишащих червями руки. Архаон чувствовал, как мерзкие твари копошатся под кожей, проникают в внутренности, вгрызаются в мозг. Боль была невыносимой. Зрение померкло, вены вздулись и полопались. Но нечеловеческим усилием воли Архаон прорвался сквозь пелену иллюзий. Он уничтожил мерзких демонов Нургла, окруживших его со всех сторон.

Тзинч, Великий Манипулятор, обрушил на Архаона волны колдовского огня. Разноцветное пламя охватило воина, прожигая плоть и кости. Боль была невыносимой, но Тзинч мучил Архаона не только огнём. Он наполнил его разум видениями будущего, показывая Архаону его триумф, его победу над армиями Хаоса, его коронацию. Но видение растаяло, и боги разразились издевательским смехом. Архаон не был достоин такой чести. Он рухнул на землю, а под его ногами разверзлась бездна, увлекая его в пучину безумия и отчаяния. Это было наказанием за гордыню, за веру в то, что он достоин Короны Господства. Он падал сквозь тьму целую вечность, терзаемый сомнениями. Но Архаон собрал волю в кулак и прогнал их прочь. Он знал: стоит дать им волю, и он навсегда станет игрушкой в руках Тзинча. Внезапно падение прекратилось. Архаон оказался в мрачной пещере, и отвратительная тень Бе'лакора жестом приказала ему идти вперёд.

Архаон ступил в залу столь грандиозную, что она не умещалась в рамки человеческого восприятия. В бескрайнем пространстве парил исполинский трон, к которому воин невольно направился. По мере приближения сердце его словно сжалось в тисках, дышать становилось всё труднее, а по коже струился липкий пот. На троне восседало само воплощение Тьмы, Повелитель Удовольствий, бог Слаанеш, излучавший волны мощи, славы и порочной красоты. Разум Архаона померк перед сиянием божества, и воин рухнул на колени, не в силах противиться его воле. Холодная, как лёд, рука бога легла на плечо Архаона, и тот содрогнулся от неземного блаженства. Слаанеш предложил ему место рядом с собой и вечность упоительных наслаждений. Голос бога звучал музыкой, чарующей и манящей, и Архаон был готов умолять, чтобы тот позволил вечно оставаться у его ног. Но невероятным усилием воли, неслыханным для простого смертного, Архаон отринул посулы бога, зная, что Слаанеш может даровать ему все, о чем он только мог мечтать: славу, могущество, поклонение... Но это было лишь испытанием, и Архаон, отведя взгляд от пугающих глаз бога, поднялся на ноги. Тёмные боги жаждали чемпиона, несущего им победу, а не раба, погрязшего в собственных желаниях. Видение растаяло, и Архаон очутился в туннеле, вырубленном в скальной породе, который вывел его в огромную пещеру.

Измученный, израненный, но не сломленный, Архаон вошёл в пещеру. Пол её был усеян горами черепов, а с потолка свисали массивные золотые колонны, по которым струилась кровь, образуя реки на полу. Воздух был пропитан металлическим запахом крови и тлена. В глубине пещеры, на постаменте, покоился увенчанный рогами шлем — Корона Господства. К нему вела тропа, устланная костями.

Сжимая меч, Архаон двинулся вперёд, готовый к любой опасности. Внезапно он замер, заметив впереди два пылающих глаза. Из темноты на него смотрел чудовищный зверь с оскаленной пастью, полной острых клыков, которые блестели в свете, исходящем от его тела. Архаон узнал порождение тьмы и отшатнулся, поднимая меч.

С оглушительным ревом из темноты вырвался Жаждущий Крови, взмахнув кожистыми крыльями. Он приземлился с грохотом, едва удерживая равновесие. Его когти крошили камень, а воздух пропитался запахом серы. В одной руке монстр сжимал огромный топор Кхорна, размером с человека, а в другой — извивающийся кнут. С яростным ревом, от которого содрогнулись стены пещеры, Жаждущий Крови бросился на Архаона, размахнувшись своим шипастым кнутом. Кнут обвился вокруг ноги воина, прорезая металл доспехов, и Архаон пошатнулся. В тот же миг демон взмахнул своим топором, целясь в беззащитного противника.

Но Архаон не сдался. Превозмогая боль, он отбил удар демона, но сила его была такова, что клинок топора всё же задел плечо воина, пробив доспехи и плоть. Архаон упал на колени, корчась от боли.

Сжав рукоять меча, он направил клинок на демона, заслонившего собой небо. В адском пламени, пляшущем на лезвии, проявилось лицо демона, узника меча, с ненавистью смотревшего на Жаждущего Крови. Архаон прошептал имя демона: "У'зул", и почувствовал, как сила узника вливается в его тело, многократно увеличивая его мощь. Их разумы слились воедино, но Архаон не терял контроля. Глаза его засияли демоническим огнём, и он, забыв о боли, медленно поднялся на ноги. Одним ударом меча он разрубил кнут, сковывавший его ногу. Фигура Архаона словно выросла, став более грозной, хотя он все еще был лишь букашкой по сравнению с Жаждущим Крови. Мысли У'зула хлынули в его разум, и Архаон, обращаясь к демону, назвал его по имени.

Битва двух исполинов была стремительной и беспощадной. Удары обрушивались с нечеловеческой силой, быстрые, как молнии, что рассекают небеса. Архаон не уступал в ярости безумному Жаждущему Крови. Сотни ударов обрушились на противников за первую же минуту. Движимый мощью демона У'зула, Архаон атаковал с такой скоростью, что движения его казались размытыми. Вот удар Архаона заставил Жаждущего Крови пошатнуться, едва не отсёк ему ногу. Демон рухнул на груду черепов, раздробив кости в прах. С рёвом ярости он поднялся, кровь хлестала из раны, он сокрушал кости под своими копытами. Взмах исполинских крыльев — и демон уже парит над Архаоном, намереваясь раздавить его своей массой. Увернуться было невозможно. Архаон позволил себе упасть, готовя меч, чтобы вонзить его в грудь чудовища. Меч пронзил демона насквозь, оставив чудовищную рану от живота до шеи.

Архаон рухнул на землю от силы удара и начал тонуть в море черепов. И тут ему показалось, что черепа вокруг оживают. Кровь заливала глаза, просачиваясь сквозь забрало шлема, он чувствовал её вкус на губах. Жаждущий Крови лежал на тропе бездыханным. Собрав волю в кулак, Архаон ухватился за край тропы и остановил падение, сдерживая ярость, что грозила поглотить его разум. Обернувшись, он увидел, как Жаждущий Крови тает, растворяясь в воздухе, освобождаясь от магии, что давала ему жизнь. Взгляд упал на меч, исчезающий под грудой костей. Архаон протянул руку... Меч дрогнул и сам взлетел к руке хозяина.

Преодолев последнее испытание богов Хаоса, истекающий кровью, израненный, с измученной душой, Архаон приблизился к дальней стене гробницы. Там, на троне из чёрного камня, восседал высохший труп. Блестящая Корона Господства венчала его череп. Раны Архаона были ужасны, но он не сдавался. Он получит свою награду, даже если это будет последнее, что он сделает в жизни.

Проклятый дух Бе'лакора сделал последнюю попытку завладеть артефактом. Но руки прошли сквозь Корону Господства, не в силах коснуться её. С проклятием он отступил обратно во тьму. А Архаон с победным рёвом сжал Корону в своих закованных в броню руках. Она стала твёрдой, реальной. И в тот же миг раны его закрылись, а тело наполнилось нечестивой мощью. Спустя столетие поисков Владыка Конца Времён обрёл свою судьбу.

### Тёмная коронация

Вернувшись к своему войску, Архаон застал гробовое молчание. Воины Хаоса, бесчисленные орды варваров и пляшущие демоны склонились перед ним в едином порыве, словно живой ковер у его ног. Когда Архаон снял шлем, все до единого склонили головы в знак уважения.

Боги Хаоса вновь объединились, дабы благословить смертного. Их выбор пал на Бе'лакора, которому предстояло короновать Архаона как Всеизбранного. Скованный волей богов, Бе'лакор возложил Корону Господства на чело Архаона. Каждая фибра его демонической сущности пылала ревностью, но воле Тёмных богов невозможно противиться. Изрыгая проклятия, Бе'лакор растворился во тьме.

Как только шлем коснулся головы Архаона, в воздухе повисло одобрение богов Хаоса. Архаон снял с шеи Око Шириана, талисман из сияющего желтого камня, и поместил его на Корону Господства. Камень вспыхнул ослепительным светом, небеса раскололись громом и молниями, земля содрогнулась от смеха богов.

Так свершилась коронация Архаона, и боги Хаоса явили миру своего избранника. Отныне он Владыка Конца Времён, предвестник великого вторжения, что сотрет привычный мир и погрузит его во тьму и отчаяние. Для почитателей Хаоса настал великий час, час грез о славе и завоеваниях, о подвигах и героях, которым ещё предстоит родиться.

Архаон возвысил голос, обращаясь к армии, ставшей свидетелем его восхождения. Его слова, подобно грому, прокатились над собравшимися и достигли ушей тех, кто был за лигу отсюда.

— Мы объединим наши силы. А затем мы идем на Юг... — провозгласил он, и небо содрогнулось от рёва одобрения. Все как один жаждали обрушиться на земли южных слабаков.

Внезапная вспышка озарила рассвет, и Архаон поднял взгляд. По небу пронеслась двухвостая комета, оставляя за собой огненный след. Тёмное пламя отразилось в забрале Архаона. Он развернул коня, и море закалённых воинов взметнуло оружие, скандируя его имя. Архаон сжал в руке меч Убийцы Королей, оседлал своего коня Апокалипсиса и двинулся на юг, неся миру смерть и разрушение. За ним последовала армия Хаоса.

Скрываясь в тени, Бе'лакор провожал взглядом сияющую комету. За свою долгую жизнь он редко становился свидетелем подобных событий. Молча он растаял во тьме.

### Пророчество Конца Времён

Предсказатели Империи вещают о грядущих вторжениях Хаоса, что будут становиться всё страшнее и разрушительнее. Лишь один герой сможет противостоять вождю Хаоса, что объединит племена и двинется на юг. Воин Света, чья судьба — сразиться с воином Тьмы, Всеизбранным Хаоса. Но даже если герою удастся сдержать натиск, тысячи падут в битвах, сила богов юга ослабнет, и тьма поглотит мир. Настанет день, когда все люди погибнут или станут рабами Хаоса, и воин Света останется один перед лицом тьмы, одинокая свеча в умирающем мире.

## Начало Конца

« | В стране туманов опасность ещё ближе. Гордость всегда была великой слабостью этой земли, и так будет вновь. Когда драконы полетят как одно целое, древняя ложь, наконец, будет разоблачена, откровение, которое потрясёт Ултуан до самых оснований гор. Зеркало света и тьмы разобьётся, и наследники Аэнариона будут сражаться за наследие Каина среди пепла Феникса.
—
Пророчество Конца Времён |
» |


*Период: С конца 2519 г. до конца 2522 г. ИК.*

Приход демонов вызвал волну ликования среди варваров северных пустошей. Шаманы и провидцы давно предсказывали этот день, читая знаки в звёздах и ветрах. Чёрная луна росла с каждым днём, извергая зелёное пламя в пустоту, и варвары купались в её тёмной славе. В небе засияла Двухвостая комета — предвестник грядущих перемен. Её появление ознаменовало небесный свод всполохами яркого огня.

Молва разнесла весть о том, что Архаон взошёл на свой трон из бронзы и костей, и сам нечестивый Бе'лакор, Первопроклятый, возложил Корону Господства на чело Всеизбранного. Архаон был истинным Владыкой Конца Времён, величайшим в глазах богов Хаоса, их оружием против мира. Такова была слава Всеизбранного, или, по крайней мере, так говорили, что даже бессмертные слуги богов склонились перед ним. Конечно, не все верили в то, что демоны будут хранить верность смертному, ибо легенды северных земель были полны историй о том, как эти создания подчиняются лишь до тех пор, пока это служит их собственным интересам. Но это не имело значения. В грядущей войне у сильных, хитрых и преданных будет шанс снискать благосклонность богов.

На исходе проклятого 2519 г. ИК, ставшего предвестием начало конца света, в ночном мареве воссияла двухвостая комета, и её прибытие озарило небо всполохами яркого огня, осветив мир так, словно зародилось второе солнце. Никто из смертных не мог отрицать существование Ярила, ибо яркая аура кометы залила светом всё ночное небо — в каждой точке земного шара. В царстве же Хаоса Тёмные боги созвали двор Заветов. Все четыре силы Хаоса заключили соглашение на время отложить свои разногласия, чтобы наконец подчинить мир своей власти. Как только их верность друг другу и их пагубные силы объединились, по всей пустоши Хаоса разразились мощные варп-штормы, которые со временем разнесли свои мутации на юг, к смертным царствам Старого Света. Вследствие чего, в разных уголках мира стали внезапно раскрываться варп-разломы, извергающие множество демонов за считанные секунды, прежде чем исчезнуть ровно так же, как и появиться.

Несметное число племён тянулось на север к городу Неизбежности, и их вожди с нетерпением дожидались очереди преклонить колени пред зловещим троном Архаона. С наступлением глубокой ночи и взошедшей чёрной луной над головой во тьме загрохотали барабаны. Тысячи голосов в гортанном гуле разнеслись по пустошам, а на юге эхом отозвались дикие песнопения. Все, кто слышал эту древнюю молитву, ощущали, как что-то невообразимо древнее и ненасытное шевелится в их душах. Одержимые демонами безумцы, провидцы и бродяги оказались влекомы на север каким-то неведомым принуждением или вкрадчивым шёпотом, отдававшимся эхом в их сознании.

По мере того как морозные северные Ветры Магии разносили панихиду на юг по всему Старому Свету, их зов ощутили даже те незапятнанные души, которые никогда раньше не слышали призыва тёмных сил. Немногие, чересчур немногие, устояли, цепляясь за силу угасающих богов, чтобы не лишиться хрупкого рассудка. Другие, напротив, сходили с ума, и, впадая в безумие, выкалывали себе глаза, лишь бы не видеть незваных видений, или вырезали языки, чтоб не изрекать богохульных истин. Третьи с радостью приветствовали грядущие перемены, наконец-то испытав удовлетворение потребности, о коей раньше и помыслить не смели. Вскоре тысячи таких страдальцев поддались невыразимым зверствам, повинуясь тихим голосам в своих головах.

В бретонском Жизоро, в величественном соборе, епископа внезапно охватило безумие. Он осквернил священный источник Владычицы выделениями из собственных почерневших язв. Пока зараза распространялась среди пивших из источника паломников, он дико хохотал, издавая ужасные, булькающие звуки, которые стихли лишь тогда, когда его лёгкие лопнули под тяжестью извивающихся в них червей.

В Альтдорфе сестра Шаллии, закончив утреннюю молитву, взяла разделочный нож из трапезной и перебила всех сестёр, с кем жила и служила богине двадцать лет. Когда стража города ворвалась в храм на следующий день, они обнаружили её сидящей среди окровавленных, полусъеденных тел. Капитан стражи совершил ошибку, решив, что она впала в ступор; мгновением позже его горло было разорвано, а в руках у женщины, помимо ножа, оказался меч. Кровавая бойня прокатилась по городу и окрестностям, достигнув страны Троллей, и закончилась лишь тогда, когда безумная была застрелена где-то на дороге между Нордвастом и Штрекхеймом.

По всему Старому Свету солдаты набрасывались на товарищей, а затем бежали в леса, населенные зверолюдами, или на север, в Пустоши Хаоса, с каждым шагом теряя остатки человечности.

### Подготовка к концу света

*Период: С ??? до 2520 года ИК.*

Держа двор города Неизбежности, он рассчитывал на верность вождей несметных племён и дружин, служащих Тёмным богам. На его сторону привлекались порой даже его соперники. В битве при Монолитах Архаон разбил войско под началом архидьякона Курта Маннфельда, состоявшее из кислевитов, имперцев и гномов. Повергнув его, Архаон принудил Маннфельда отречься от Зигмара и стать чемпионом Хаоса. Таким образом, Архаону удалось сколотить одну из крупнейших когда-либо существовавших воинств Хаоса.

В застенках города Неизбежности Архаон восседал на троне из меди и кости — наблюдая, как вожди и воеводы бессчётных племён присягают на верность новоявленному Всеизбранному. Час за часом, день за днём крепла армия Архаона, прирастая предателями и сумасбродами с юга. Но Всеизбранный всё не торопил марш нестерпимого похода. Пусть племена и жаждали кровопролития, Архаон терпеливо выжидал. Многие воеводы испытывали беспокойство из-за поведенческих решений своего повелителя. Бездействие их раздражало, и им уже сейчас хотелось поднять свои топоры на слабые народы мира. Одни воевали меж собой, другие повели свои племена на юг в погоне за грабежом и победой.

Архаон был спокоен. Он знал, что орду невозможно полностью контролировать, да это и не требовалось. Око Шиириана даровало ему видение будущего: мир в огне, разрушенная цивилизация, и все голоса поют славу богам Хаоса. Это будущее не наступит в результате обычной войны. Это будет война на уничтожение. Царство Хаоса расширялось, и те, кто не погибнет от меча, утонет в волнах тьмы. Пусть слабые и глупые бросятся в бой первыми, пусть разобьются о стены городов. Выживут сильнейшие, а погибшие прославят богов своими смертями. Скоро Клинки Хаоса поднимут знамя Архаона, и величайшая орда, которую когда-либо видел мир, двинется в последний поход.

Конец Времён начался. Час Архаона был близок.

### Война Возмездия

*Период: Конец 2520 г. ИК.*

В Ултуане наступило затишье. Не заметить его было невозможно. Прибрежные земли, веками не знавшие покоя, уже который день не видели на горизонте чёрных парусов наггароти. Даже в израненном Тенеземелье утихла междоусобная война. Но у высших эльфов не было времени радоваться передышке. Над Десятью Княжествами сгущалась тень Хаоса.

В ночь, расколотую багровыми молниями, облака над Аннулийскими горами опустились на землю, неся с собой волны дикой магии. Безумие следовало за ними по пятам. Деревья скручивались в кошмарные фигуры, ревя на языке, что был древним уже тогда, когда мир был юн. Звери бежали с лугов, спасаясь от прикосновения порчи, или же мутировали в невиданных чудовищ. Духи рек и холмов кричали от боли, пронзаемые скверной, а после разражались безумным смехом, обретя новую, ужасную жизнь. Лишь эльфы устояли перед порчей. Тысячелетиями они противостояли Хаосу и не собирались сдаваться сейчас, отдавая свою родину на поругание.

Границы реальности истончились, и сквозь прорехи в мир хлынули демоны. В Сафери берега моря Снов шевелились, словно живые, порождая полчища щупалец. Леса Крейса пылали, подожжённые порождениями Тзинча, что находили удовольствие лишь в разрушении. Реки Котика и Эллириона превратились в потоки гнилой жижи — посланники Нургла распространяли заразу. Орды кровопускателей несли смерть и разрушение, стирая с лица земли эльфийские деревни и собирая черепа для своих Тёмных богов. Великие города Элизион и Тор-Динал были атакованы, а Тор-Ахаре, башня Хот и бесчисленные города-крепости оказались в осаде.

Но эльфы не сдавались. По всем Десяти Княжествам поднимались боевые знамёна, армии выступали навстречу демонам. Мастера меча из Сафери защищали магов, пока те, черпая силы в потоках магии, направляли её в Великий Вихрь. Но эта борьба ломала их, сводила с ума, и многие маги срывались в бездну безумия, нашёптанную демонами. Лишь в Иврессе, где эльфы издавна жили бок о бок с опасностями потустороннего мира, копья и стрелы сдерживали натиск тьмы.

В этот тёмный час эльфы как никогда нуждались в Короле-Фениксе, но Финубар исчез. Двор распространял слухи, что он уединился в Сияющей Башне, пытаясь постичь причины бедствий. Но время шло, ситуация ухудшалась, и недовольство всё больше охватывало Ултуан.

Пока Финубар предавался медитациям, бремя власти легло на плечи героев Десяти Княжеств. Но многие из них были далеко, возвращаясь из неудачного похода. Алиатра, старшая дочь Вечной Королевы, та, кому суждено было унаследовать её титул, была похищена вампиром Маннфредом фон Карштайном. Тирион и Теклис, наследники Аэнариона, возглавили поход на Нагашиззар, но злодей вырвался из ловушки, прихватив с собой Вечную Деву.

Другие герои приняли вызов судьбы. Имрик из Каледора, последний представитель своего рода, сражался на чужбине, как и Морвай из Тиранока, и Каладриэль из Эатайна. Но этого было недостаточно. Эльфы теряли контроль над своими землями. Крейс и Котик практически пали, и вскоре та же участь могла постигнуть Эллирион и Авелорн. Надежда таяла с каждым днем. Исчез не только Король-Феникс, но и Вечная Королева, ведомая материнским сердцем, покинула Авелорн и уединилась в Долине Гаэн.

Наконец, Имрик из Каледора произнёс то, о чем думали многие. Долг Короля-Феникса — защищать своё королевство, а не толковать пророчества, пока Десять Княжеств пылают. Своим бездействием Финубар отказался от Короны Феникса. Если Мореплаватель не желает быть лидером, его место должен занять другой.

Многие из собравшихся знали, о чём думает Имрик. Давняя вражда между Лотерном и Каледором ни для кого не была секретом, как и амбиции князя-дракона. Никто из лордов не сомневался, что Имрик жаждет Короны Феникса, но даже самые ярые его противники не могли отрицать правоту его слов: Ултуан нуждался в лидере, чтобы выжить. Дни шли, а башня Финубара оставалась запертой, и всё больше лордов склонялись на сторону Имрика.

Когда же Тирион и Теклис вернулись из своего злополучного похода, их встретила расколотая страна, охваченная огнём войны. Теклис пришёл в ужас. Он видел, что Имрик движим благородными побуждениями, но видел и тот раскол, что посеял князь-дракон. Не будучи стратегом, Теклис понимал: многие сражения ведутся не ради победы, а ради укрепления власти Имрика. Те, кто поддерживал князя-дракона, могли рассчитывать на мощь Каледора, остальные же были вынуждены защищаться сами.

Не видя иного выхода, Теклис решился на отчаянный шаг: пройти сквозь магические барьеры Сияющей Башни. Вторгаться в святилище Короля-Феникса было неслыханным святотатством, и Теклис действовал с предельной осторожностью. Три дня понадобилось ему, чтобы создать заклинание, способное разрушить чары Финубара, и ещё день, чтобы осуществить задуманное. Когда же защита пала, Теклис проник в башню. Вернулся он в полночь, бледнее луны.

Все эти дни Тирион провёл, готовя новую экспедицию по спасению Алиатры. Он не замечал ни ужаса, охватившего Ултуан, ни политических распрей. Поэтому, когда Теклис умолял его возглавить армии Ултуана, Тирион остался глух к его мольбам. Разрываясь между долгом и зовом сердца, он отправился на север, к Святилищу Азуриана, искать совета у Создателя. С собой он взял лишь двоих: Эльтариона из Иврессе, мрачного, как зима Наггарота, и княгиню Эльдиру из Тиранока, неукротимую, как ветер. Лишь им двоим, помимо Теклиса, он доверил тайну Алиатры.

Но путь к храму был прегражден. Тысячи воинов Стражи Феникса стояли плотной стеной, преграждая дорогу. Казалось, всё святилище опустело, и все его защитники собрались здесь. Они не хотели пропускать Тириона, но и с пути не сошли. Натянув поводья Малхандира, Тирион потребовал объяснений. Молчание было ему ответом. А затем, как один, десять тысяч воинов преклонили колени, и десять тысяч клинков склонились в знаке верности.

Эльтарион, видя это, понял: настал час Тириона. Он умолял князя остаться и возглавить Ултуан, пообещав, что он и Эльдира сами отправятся за Алиатрой и спасут её или погибнут. Долго смотрел Тирион в глаза Эльтариону, прежде чем кивнуть и повернуть коня обратно, к Лотерну.

Тирион вошёл в зал Совета Феникса в разгар пламенной речи Имрика. Вошёл в полном боевом облачении и призвал всех присутствующих забыть о распрях и объединиться перед лицом общей угрозы. Он заявил, что если кто-то желает продолжить распри, то он с радостью разрешит их острым лезвием Солнечного Клыка.

Слова Тириона и его грозный вид пристыдили всех присутствующих. Всех, кроме Имрика. Он вскочил со своего места и гневно спросил, по какому праву Тирион смеет ему указывать. Наследник Аэнариона холодно усмехнулся и ответил, что он говорит от имени Азуриана и Короля-Феникса, смертного слуги Создателя, а значит, имеет право говорить все, что сочтет нужным. Холодная ярость сжала сердце Имрика. Он бросил, что Каледор будет сражаться в одиночку, и выбежал из зала, навсегда похоронив свою мечту о Короне Феникса.

Вскоре из Лотерна выступило великое войско во главе с Тирионом и Стражей Феникса. Лорды и воины Девяти Княжеств шли под их знамёнами. Лишь Имрик, верный своему слову, отказался помочь кому-либо, кроме Каледора. И всё же, покидая родные земли, эльфы несли в сердцах надежду. Они прошли на север, через земли Эатейна и Сафери, очищая от скверны Иврессу и Авелорн.

Изолировав Каледор и нейтрализовав Имрика, Тирион двинул армию на север, через земли Эатайна. Он сражался в первых рядах, его ярость вселяла храбрость в сердца воинов. «Дракон Котика» — так прозвали его в народе. Он прорвал осаду многих городов и деревень, освобождая свой народ от демонов. Но с каждым днём сердце Тириона всё больше омрачала печаль. Он не мог забыть о потере Алиатры, об исчезновении Вечной Королевы…

Тяжело давило на Тириона бремя ответственности, усугубляемое горечью недавней потери. Он становился все более безрассудным. Эльфийская армия продолжала путь на север, одерживая победу за победой — пал Порт-Элистор, пал Каирн-Авон. Но успех омрачился тяжелой раной Тириона. Во время осады Хита на него обрушился давний враг — демон Н'кари. Тирион был на волоске от смерти, но его спасли отвага Корхила Львиной Гривы и яростный натиск Стражи Феникса. Н'кари пришлось отступить. Сафери укрепили на случай нового штурма, а Теклис погрузился в изучение древних фолиантов Библиотеки Белой Башни Хита. Он искал способ навсегда изгнать демонов из Ултуана, обращаясь к забытой мудрости Каледора Укротителя Драконов.

Оправившись от ран, Тирион попытался восстановить отношения с Каледором. Но гордыня Имрика и ненависть к брату оказались сильнее доводов разума. Посланцы Тириона вернулись ни с чем. В ярости он объявил княжество Каледор незаконным. Этот беспрецедентный указ шокировал знать Ултуана. Каледорские генералы окончательно отвернулись от Тириона и покинули его армию. Безрассудство и необузданный гнев вновь дорого обошлись принцу. Каледор готовил удар в спину, которого никто из асуров не мог и ожидать.

Но Тирион не обращал внимания на дезертирство. Он полностью оправился от ран и двинулся дальше на север, изгоняя демонов из Ивресса. Его целью был заколдованный лес Авелорна, где скрывался Н'кари. Тирион был полон решимости уничтожить демона раз и навсегда. Теклис подсказал брату, что нужно бить в самое сердце — уничтожить Князя Демонов, чью темную волю были подчинены все остальные твари Хаоса. Вскоре разведчики обнаружили главные силы врага у Пика Лунного Шпиля, и Тирион бросил свои войска в решительную атаку.

Битва у Пика Лунного Шпиля стала величайшей битвой Войн Возмездия. Десятки тысяч демонов собрались под знаменами Н'кари, жаждущих крови, разрушения и легкой добычи. Против них выступила горстка эльфийских воинов во главе с Тирионом. Уверенный в своей победе, демон бросил свои полчища на врага, пренебрегая тактикой и стратегией. Но эльфы готовились к этому бою. У них был план.

Теклис знал, что Храм Лунного Шпиля — священное место, посвященное богине Лилеат. Он намеревался использовать магию храма, чтобы изгнать демонов. Собрав все свои силы, Теклис обрушил на врага огненный дождь. С небес падали раскаленные камни, уничтожая демонов сотнями, но не причиняя вреда эльфам.

Натиск Хаоса был остановлен. Стража Феникса перешла в контрнаступление, которое возглавили Тирион и Теклис. Н'кари пришлось лично вступить в бой с близнецами. Теклис атаковал его волнами лунного огня, заставляя демонов корчиться от боли. Н'кари ринулся на мага, но на его пути встал Тирион верхом на своем верном Малхандире. Забыв о прошлом поражении, эльфийский принц ловко уклонялся от атак Н'кари и нанес ему несколько тяжелых ран. Демон пытался дать отпор, но боль и усталость сковывали его движения. Тирион был слишком быстр и проворeн.

Конец Н'кари был близок. Алебардщики отвлекли внимание демона, а Теклис обрушил на него новую волну лунного огня. Тирион воспользовался моментом и ударил Н'кари в спину. Демон рухнул на колени. Не колеблясь ни секунды, Тирион отрубил ему голову и бросил ее Теклису. Вокруг них все еще бушевала битва, но Теклис с отрядом Мастеров меча пробился к вершине Храма Лунного Шпиля. Там, на алтаре, он возложил голову демона и начал читать заклинание изгнания. Демоны, почувствовав гибель своего повелителя, издали протяжный вой. Теклис произнес последнее слово заклинания и ударил посохом по черепу Н'кари.

Череп раскололся, и в тот же миг небо пронзил оглушительный раскат грома. На землю хлынул божественный свет. Многие верили, что то сама Лилеат взирает на них с небес. От Пика Лунного Шпиля по всему Ултуану пронеслась волна огня, изгоняя последних демонов. Темные Боги были отвергнуты, их власть над эльфами была сломлена. Победа над Н'кари положила конец Войнам Возмездия, но на горизонте уже собирались тучи новой, еще более страшной войны.

Демонов отбросили обратно в их мерзкое измерение, а Теклис с помощью древних заклинаний остановил наступление губительного тумана. Тирион сражался с таким пылом, что многие видели в этом знак божественного благословения или силу его рода. Но лишь Теклис, всегда сражавшийся плечом к плечу с братом, знал истинную причину его отваги. Не магия и не древняя кровь двигали Тирионом, а отчаяние. Ведь он был вынужден защищать Ултуан, в то время как Алиатра томилась в плену у Маннфреда.

Вслед за войском Тириона на восток отправилась вторая, меньшая армия под командованием Эльтариона и Эльдиры. Они не питали иллюзий относительно ждущих их опасностей. С ними был Беланнер, Хранитель Мудрости Хоэта, вверивший Финреиру руководство магами Сафери. Беланнер слышал голос Вечной Реки в шелесте ветра, и тот нашёптывал ему, что Алиатра томится в плену в Сильвании, земле вампиров. Стало ясно, что похищение княгини — часть какого-то темного замысла. Беланнер посоветовал Эльтариону обратиться за помощью к другим народам Старого Света. Гордый князь не хотел доверять судьбу Алиатры людям и гномам, но в конце концов уступил. Силы тьмы и разрушения пришли в движение, и Ултуан не мог противостоять им в одиночку. Подавив гордость, Эльтарион развернул свой флот на восток, к Империи Зигмара.

« | Дверь зала собраний бесшумно отворилась — Теклис вошёл внутрь. Древний особняк в Тор-Алине, помнивший ещё времена Каледора Первого... Сколько ещё простоит он? Сколько ещё выстоит сам Ултуан в эти тёмные дни?
Тирион стоял у стола, опираясь на отполированную столешницу, и вглядывался в карту людской Империи. Время от времени он переводил взгляд на пергамент с перечнем войск Десяти Княжеств. Теклис знал: брат не отходил от этого стола уже сутки. — Ты не должен покидать Ултуан, — тихо произнёс Теклис, подходя ближе. — Даже ради Алиатры. — Должен, — отрезал Тирион. В его голосе не было места сомнениям. — Эту ношу нести мне. От этого зависит судьба нашей расы. — Неужели? — печально спросил Теклис. — Ты никогда не умел мне лгать, брат. Маг тяжело вздохнул. — Я всегда гадал, как проявится проклятие нашего рода в тебе. Теперь я знаю. Если верить древним преданиям, мы были обречены задолго до того, как похитили Алиатру. Ты обрёк нас, Тирион, очень давно. Что толкнуло тебя на этот безрассудный шаг? — Не жди, что ты поймёшь, — ответил Тирион, отмахнувшись. — Ты всегда был холоден и отстранён, тебя больше интересовали пыльные фолианты, чем живые существа. — Удивительно слышать подобные слова от того, кто знает меня лучше всех, — холодно ответил Теклис и отвернулся. Он понимал, что гнев брата направлен не на него, но эти слова задели его за живое. Теклис покачал головой и снова повернулся к Тириону. — Я пришёл не спорить, брат, — сказал он, не поворачиваясь. — Я пришёл узнать правду, и я её узнал. Я не стану говорить об этом ни с кем: ни с советом, ни с самой Вечной Королевой. — Ты предлагаешь мне бездействовать? — тихо спросил Тирион. Ярость в его голосе утихла, сменившись ледяным спокойствием, от которого веяло ещё большей угрозой. — Бросить её на произвол судьбы? — Я хочу, чтобы ты был тем, кем тебя считает твой народ, — спокойно ответил Теклис, глядя на брата. — Лидером, в котором они так нуждаются в эти страшные времена. Даже если ты спасёшь её, Алиатра никогда не станет Вечной Королевой. А если ты покинешь Ултуан, погибнут тысячи. Разве одна жизнь, пусть даже такая драгоценная, стоит тысяч смертей? Тирион молчал. — Я оплачу твою дочь позже, брат, — продолжил Теклис. — Но сейчас меня заботит судьба всей нашей расы. Как и тебя. Если ты не найдёшь способ обмануть судьбу, от азуров скоро останутся лишь воспоминания. Я скорее позволю миру погибнуть, чем допущу это. А что выберешь ты? — То, что должен, — мрачно ответил Тирион. — Но что тобой движет? Чувство вины? Или желание защитить свой народ, который верит в тебя как никогда? Теклис встретил взгляд брата без страха. Вздохнув, он отвернулся. — Хорошо. Я знаю, что бессмысленно тебя переубеждать. У тебя свои планы, у меня — свои. — Он направился к выходу, но на пороге обернулся. — Я прощаю тебя, брат. Надеюсь, когда придет время, ты тоже меня простишь. За то, что я должен сделать. —
Ссора двух братьев |
» |


### Падение Наггарота

*Период: Конец 2520 г. ИК.*

Как и в других уголках мира, северяне хлынули на юг. Через ледник Ледяного Железа, под хмурым, грозовым небом двигалась Кровавая Орда, неся чёрные знамена. Грохот их тяжёлой поступи, казалось, вторил раскатам грома. Во главе войска стояла Валькия, Кровавая Королева, ужас и безумие битвы горели в ее глазах. Она услышала зов Кхорна, громогласно разнёсшийся по небесам, и вела своих воинов на юг, чтобы утолить жажду крови Кровожадного бога. Стратегия Архаона её не волновала, Валькия знала лишь одно — Кхорн требует черепа, и она добудет их.

Наггароти, привыкшие полагаться на предупреждения колдуний Гронда, оказались застигнуты врасплох. Башня Пророчеств молчала, окутанная пеленой чужой магии. Пограничные патрули в чёрных, как вороново крыло, одеждах, бросились на юг, к сторожевым башням, но ревущие демоны настигали их одного за другим. Лишь единицы добрались до башни Волрот, где и испустили дух от ран.

Но весть о вторжении, передаваясь от башни к башне, всё же достигла Наггаронда. Эбнир Душидёр, первый генерал Короля-колдуна, поспешил к Волроту с верными войсками, но было поздно. Некогда неприступная крепость лежала в руинах. Стены из чёрного обсидиана были разрушены, от восьмидесятитысячного гарнизона остались лишь горы окровавленных черепов. Душидёр обрушился на отставшие отряды северян, но основные силы Кровавой Орды уже ушли далеко на юг.

По мере продвижения вглубь Наггарота, орда разделилась. Вожди кланов, ведомые жаждой крови и наживы, сходили с пути Валькии, чтобы самостоятельно добывать кровавую дань Кхорну. Но Кровавая Королева неумолимо шла вперёд, сметая сопротивление наггароти. Вскоре её войска осадили мрачный Наггаронд. Другие отряды северян двинулись на восток, к Хар-Ганету, но встретили там достойных противников, чья ярость в бою не уступала их собственной. Часть северян двинулась на юг, навстречу легионам Хаг-Граэфа. Малус Чёрный Клинок проявил себя талантливым полководцем, он завалил трупами врагов всю Тёмную дорогу. Но лорд Хаг-Граэфа защищал лишь собственные владения, судьба Наггаронда его не волновала. Как и судьба Малекита, о котором не было никаких вестей.

Оборону Наггаронда возглавил Коуран Тёмнорук, верный лорд Чёрной Стражи. Дважды он сходился в поединке с самой Валькией, и оба раза схватка заканчивалась ничьей, их разводил сам ход битвы. Коуран был храбрым и умелым воином, но ему не хватало стратегического таланта, чтобы снять осаду. Пока город бился в кольце врагов, лорды и дамы Чёрного Совета предавались спорам. Они ждали возвращения Короля-колдуна, надеясь, что он покарает дерзких северян, но в то же время боялись его гнева. Наконец, после трех месяцев осады, Малекит вернулся. Он не рассказал, где был, и никто не осмелился спросить. Как никто не решился спросить, чья кровь засохла на его перчатках. Одни шептались, что он прошёл через Царство Хаоса, другие — что посетил мрачный Мирай, но никто не знал правды.

« | Вначале Малекит был в хорошем расположении духа, но радость его растаяла, как капля крови в ледяной воде, стоило советникам рассказать о бедствиях, обрушившихся на Наггарот. Король-колдун давно вынашивал планы нового похода на Ултуан, но теперь пришлось отложить месть. Призвав своего верного дракона Серафона, Малекит обрушился на Кровавую Орду и отбросил её от стен Наггаронда. Он отозвал войска, отправленные на Ултуан. Древняя вражда должна была подождать — сначала следовало покарать дерзких северян, посмевших вторгнуться в его владения.
– Бесполезные! Вы все бесполезны! – громыхнул Малекит, обрушив кулак на каменную столешницу. С закованной в сталь руки сорвалась капля засохшей крови, расцветив карту багровым пятном. Куран скользнул взглядом по резным фигуркам, разбросанным по поверхности почерневшей от времени кожи. Каждая из них обозначала последнее известное местоположение варварской орды. Рэт Чёрный Язык был никудышным картографом, но карта получилась бесценной. В мрачном зале собралось около полусотни советников – все, кого удалось собрать после снятия осады. Стояла гробовая тишина: никто не хотел первым навлечь на себя гнев Короля-колдуна. Куран отметил тех, кто вздрогнул от удара кулака Малекита. Слабаки, неспособные бросить вызов своему повелителю. На них можно было положиться. Большинство советников, как отметил Куран, изображали на лицах подобострастное благоговение. Но не все. Малус Тёмный Клинок, незаконнорождённый правитель Хаг-Граэфа, едва сдерживал злорадную ухмылку. С ним нужно что-то делать, и быстро, решил Куран. Если верить шпионам (а Куран за свою долгую жизнь пытал достаточно, чтобы понимать: никто не рискнет солгать ему), честолюбивый Чёрный Клинок собирает силы для мятежа. – Наш поход на проклятый Ултуан будет отложен, – продолжил Малекит, понизив голос до угрожающего шёпота. Казалось, гнев его утих. – Примите мои извинения, леди Чёрнокровная. Знаю, вы так ждали этого часа. Ярость Короля-колдуна улеглась. Впрочем, была ли она настоящей? Куран уже давно перестал понимать, когда его повелитель играет, а когда говорит всерьёз. Дрэйн Чёрнокровная, сидевшая слева от Курана, одарила Короля-колдуна хищной улыбкой. – Ваше величество слишком добры, – промурлыкала она голосом, напоминающим шелест шёлка по битому стеклу. Она долго плела интриги, чтобы возглавить поход на Ултуан, подумал Куран. Впрочем, высказывать разочарование при всех было не в ее интересах. Она ещё отыграется на своём клане. И, если слухи не лгут, на том особом пленнике, что томится в самой глубокой темнице её резиденции. – Все войска, собранные в Наггаронде и Хаг-Граэфе, немедленно выступают на север, – приказал Малекит. – Мы лично возглавим контратаку. – Он выдержал паузу. – Но сначала нужно проявить должное внимание к нашей царственной матери. В конце концов, она всегда служила нам верно. Взгляд Малекита медленно прошёлся по лицам присутствующих. Куран понимал: под словами о сыновнем долге скрывается опасное и неблагодарное поручение. Кого же выберет Король-колдун? Он и сам был слишком ценен для Малекита. Эбнира Душедёра? Тот, конечно, заслужил наказания за провал на севере. Или Хеллеброну? Забавно было бы отправить Кровавую Королеву Хар-Ганета на помощь её злейшей сопернице. Но Куран подозревал, что даже Малекит не решится оскорбить культ Кровавого бога. – Лорд Тёмный Клинок, – холодно произнёс Король-колдун, словно выковывая каждое слово. – Может быть, вы окажете нам эту услугу? Разумеется, вы сможете выбрать лучших воинов для сопровождения. Куран с тайным злорадством наблюдал, как на мгновение спала маска с лица Малуса Тёмного Клинка. Повелитель Ужаса Хар-Ганета ясно понимал опасность поручения, но отказаться не мог. – Конечно, ваше величество, – склонил голову Тёмный Клинок. – Поймите меня правильно, лорд Тёмный Клинок. Мы подозреваем, что на севере действует предатель. Примите все необходимые меры. Но знайте: мы ждем, что наша мать будет возвращена нам... живой и невредимой. Всё остальное не имеет значения. Выполните приказ, и мы будем щедры. Но помните: мы уже сыты по горло вашими провалами. – Будет сделано, ваше величество, – ответил Тёмный Клинок. Куран не сомневался: его изощрённый ум уже работает над этой задачей. Пока советники обсуждали детали предстоящего похода, Куран позволил себе немного помечтать. Естественный порядок в Наггаронде восстановлен. Почти. Варвары будут разбиты. И, если повезёт, хотя бы один честолюбивый глупец найдет заслуженную смерть. День удался. А завтра будет ещё лучше. —
Совет Нагарронда |
» |




## Великая Тьма

*Период: Конец 2522 г. — середина 2523 г. ИК*

*[Ведутся работы...]*

### Крестовый поход Фолькмара

*Период: Конец 2522 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

#### Северный бастион

*Период: Начало 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Время Зверя

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Болезнь королевы

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Кульминация бретоннской гражданской войны

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Закат над горным королевством

*Период: Конец 2522 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Великой цели — Великий Вааагх!

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Королевства Огров

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Великое восстание

*Период: Конец 2522 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

#### Растущая тёмная луна

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

#### Кровь под горой

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Великое пробуждение

*Период: Конец 2522 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*

### Войска Нагаша

*Период: Середина 2523 г. ИК.*

*[Ведутся работы...]*