Лор/Поймай если сможешь часть1

Искра допила остатки быстрорастворимого протеинового коктейля и взглянула на экран терминала, который перехватывал сообщения оперативников. По всему выходило, что сегодня компания «Трайон Индастрис» решила удвоить силы, брошенные на её поимку. Те, кто искал Искру, наверняка решили, что яркие костюмы и праздничные толпы в канун Дня теней выманят её на улицы Омида-сити.

— Ещё бы, — пробурчала Искра себе под нос. Если бы это ничем не грозило, она давно бы наслаждалась жизнью, угощеньем и музыкой… особенно музыкой. В лаборатории биооружия в «Трайон» звучали только кошмарные оперы доктора Максимова. Теперь же она открыла для себя тысячи разных течений и жанров — и все они были живыми, яркими, современными. Только музыка и помогала Искре сохранить рассудок в последние три месяца, два дня, шесть часов и примерно десять минут. Именно столько она уже скрывалась от оперативников «Трайон». Днём она в одиночестве сидела в этом грязном заброшенном подвале, а по ночам отправлялась на поиски пропитания, передвигаясь по канализационным трубам, чтобы не попасться в лапы «Трайон».

Как оказалось, жизнь вне лаборатории — просто праздник какой-то.

После побега Искры и её товарищей из лаборатории, Ховицер разнёс портовый квартал, и его задержал патруль Омиды. Зинкс снабдила Искру неотслеживаемым экстранет-терминалом, а сама скрылась в Пустошах за городом. Искра не надеялась снова увидеть эту хладнокровную кошку. — А Борис… ему, увы, повезло меньше всех. Он…

Размышления Искры прервал лихорадочный писк датчика сближения. Кто-то проник в её убежище.

Она переключилась на видео с камер слежения. По коридору шли два оперативника «Трайон», с головы до ног закрытые бронёй и держащие наготове шокеры. За ними следовал «специалист по возвращению активов» — один из мерзейших сподручных Максимова.

Один из отрядов, высланных на её поиски, попал в точку.

Искра вдавила кнопку аварийной ликвидации терминала, и от мгновенно перемкнувших процессоров пошёл дымок. Теперь никто не сможет взломать базу и узнать, куда она намеревалась бежать дальше. Затем Искра заперла дверь в тоннель и перевела зрительный имплант в режим записи. Ей хотелось сохранить свидетельства этих попыток похищения.

Забрав свои немногочисленные вещи, она отошла за гору мусора, где её не сразу заметят те, кто войдет сейчас через дверь.

Как оказалось, прятаться в подвале с единственным выходом было не самой удачной затеей.

—Век живи, век учись, — сказала она сама себе. — Ладно, хоть кто-то наконец зашёл в гости.

Дверь содрогнулась от удара оперативников. Искра сосредоточилась, накапливая энергию перед боем. Дверь затрещала и рухнула на пол. Как только они войдут, нужно будет…

Дзынь! По полу покатилась граната, из которой с шипением шёл дым.

— Могла бы догадаться, — проворчала Искра и выстрелила из ладоней импульсными зарядами, ушедшими в дым. Затем она подбежала к двери, перекатилась под ищущими её шокерами и сделала сальто вперёд. Приземлившись, Искра озарила подвал псионной вспышкой, которая должна была ослепить преследователей.

Шокер врезался ей под рёбра. Скорчившись, Искра упала на пол. Очевидно, шлемы защитили оперативников от действия вспышки.

— И это тоже следовало предвидеть», — процедила она сквозь зубы. Два оперативника показались из-за дымовой завесы. Один намеревался надеть на Искру наручники, другой снова замахнулся шокером.

Но броня не могла защитить их от всего её арсенала. Мощный силовой луч вырвался из рук Искры и упёрся сначала в бойца с шокером, потом — в его приятеля с наручниками. Оба попятились и вновь исчезли в дыму. Искра с трудом поднялась на ноги и сфокусировала остатки луча на ближайшем противнике. Да, броня защищала его от ран, но под доспехами он был обычным человеком, и разряд оглушит его на время.

Искра послала в клубы дыма ещё один импульсный заряд и улыбнулась, услышав характерный звон, с которым её снаряды попали в броню.

Два оперативника выбыли из игры, но более тяжело вооружённый «специалист по возвращению активов» всё ещё скрывался где-то в дыму. Запинаясь, Искра двинулась вперёд по коридору. Противник вдруг возник впереди, закрывая выход. Он решил поиграть в ловца.

— Наконец я сумела хоть что-то предвидеть, — усмехнулась Искра, активируя браслет на левой руке.

Из прибора, закреплённого на косяке справа, вырвалась молния и, выгнувшись дугой, ударила в такой же прибор слева. Спец по возвращению активов оказался ровно посередине. Он дёрнулся, когда электрический разряд сжёг платы в его костюме, и завалился на спину. Его жизни, как и жизни напарников, ничто не угрожало, но двигаться он пока не мог.

У Искры было примерно шестьдесят секунд на то, чтобы испариться.

Она перелезла через ни на что не реагирующего «спеца» и выбежала в более просторную часть подвала под тем же заброшенным зданием. Она подготовила несколько запасных убежищ в канализации, но именно там её теперь будет искать «Трайон». Поэтому Искра направилась по лестнице наверх, прочь из подвала. Лучше всего выйти на улицу и смешаться с толпой празднующих День Теней.

— Кроме того, мне очень хочется прогуляться», — подумала Искра.

По обе стороны узких улиц к лоскутку неба — а вернее, к мерцающему куполу, которым был накрыт весь Омида-сити — тянулись высотки из щербатых от времени каменных плит.

Искра остановилась в заваленном мусором тупике, чтобы собраться с мыслями. Прежде она выходила на улицу только поздно вечером — и избегала толпы. Сделав глубокий вдох, она вышла из тупичка.

Её взору открылся оживлённый Доминион-парк. Деревья, дома и фонарные столбы были украшены разноцветными светильниками, отбрасывавшими причудливые тени на плотно утрамбованную землю и бетонные стены. Мимо пронеслись на ховербайках члены картеля Ин Мэй с изображением кошачьих морд на шлемах; патрульный в своей машине то ли спал, то ли смотрел малобюджетные холофильмы, сдвинув на нос тёмные очки. У неработающего фонтана кучка подростков скакала и улюлюкала под ревущий в их личных динамиках «Техношлак».

А каких только костюмов не было у взрослых! Девочки-мажорки красовались в откровенных нарядах в стиле Пустошей, подвыпившие работяги разгуливали в масках Малленка, а какой-то умник даже соорудил из картонных коробок подобие печально известного теперь бронекостюма Ховицера.

Синтник с ярко-розовым ирокезом подошёл к Искре и окинул её оценивающим взглядом. Он поднял визор, за которым светились красным глаза робота.

— Крутой костюм, — усмехнулся он. — Долго шила? — С этими словами он вновь опустил визор и пошёл дальше.

— Тебе-то что? — крикнула Искра ему вдогонку. — Ты кем нарядился? Придирой? — Она подняла руку, чтобы подкрепить свои слова импульсивным залпом в его мягкие ткани, но тут в голове всплыли слова, которые часто повторял доктор Максимов.

— Люди никогда тебя не примут. Только я знаю, какая ты на самом деле, но для них ты всегда будешь выродком, ненормальной. Ты ведь знаешь, как люди поступают с ненормальными выродками?»

Искра опустила руку. Нельзя показывать, что она ненормальная. Синтник был прав: нужно найти костюм.

Костюмами торговали прямо на углу, и Искра приобрела серебристую куртку, кошачьи ушки и маску. На большее не хватило бы средств, да и переодеваться было негде.

В этом костюме Искра почувствовала себя куда увереннее и направилась в парк. Там было всё, чего ей так отчаянно не хватало в последние три месяца — бурлящая жизнь с толпами народа. Искра улыбнулась: от запаха, звука, от самого присутствия людей ей сделалось лучше.

Два хмыря по-своему поняли её улыбку и вальяжной походкой направились к ней, на ходу защелкивая наручные датапады. Искра прошла мимо, так, словно они были пустым местом.

Уверенности в себе она научилась у Зинкс, а эти убожества по степени нахальства и в подмётки не годились Ховицеру.

В разных уголках парка выступали уличные музыканты. Время от время прохожие встряхивали своими датападами, посылая пару кредитов в виртуальную копилку группы, чья музыка им понравилась.

Отсиживаясь в подвале, Искра начала вести блог о новой для себя музыке. Она знала, что рискует, но ей так не хватало общения с окружающим миром, что она решила довериться заверениям Зинкс в анонимности терминала. За короткое время у Искры чудесным образом появилось несколько тысяч подписчиков, а её мнение приобрело вес в музыкальной среде Омиды.

Теперь же сбывались все мечты, и она могла вживую услышать музыку, о которой писала. Искра переходила от исполнителя к исполнителю, наслаждаясь каждой минутой, но старалась не привлекать к себе внимания.

И тут шум праздника прорезал голос — чистый, звонкий и прекрасный.

Искра пошла на этот голос, прочь от гомонящего центра Доминион-парка. У закрытых восточных ворот стояла девушка — и пела в полном одиночестве, без музыки и слушателей. На ней была легкая майка, шорты и высокие сапоги. Этим и ограничивался её костюм.

Искра подошла ближе и остановилась за кустами, чтобы её не заметили. Девушка пела и раскачивалась в такт музыке так уверенно, будто доказывала своё право на присутствие здесь. В её песне звучала тоска и горе утраты, но сверх того — сила. Это был голос той, кто прекрасно понимал, кто она такая. Казалось, что певица заворожена собственной песней, и мысли её витают где-то далеко.

Песня завораживала и саму Искру, мысленно переносила её туда, где не нужно было прятаться и скрывать свою сущность; в мир, где её могли принять и где они с этой девушкой могли бы стать друзьями.

Песня закончилась. Синби медленно приходила в себя. Её никто не слушал, но она не расстраивалась. У неё всё равно не было возможности собирать невидимые «кредиты», служившие здесь валютой. Певице достаточно было радости, которую ей доставляло пение.

Хотя одной радостью, конечно, сыт не будешь.

У её ног лежал Мяуч — рюкзак в виде кошки, который Синби оставила открытым на случай, если кто-нибудь захочет отблагодарить её чем-то более существенным. Видимо, желающих не нашлось: Синби вздохнула, убедившись, что рюкзак пуст.

Она подняла его и оглянулась. Совсем рядом стояла девушка в серебристой куртке, с кошачьими ушками и в маске. Выглядела она так, будто что-то скрывала или сама хотела спрятаться, но остановилась, чтобы посмотреть на Синби.

— Привет! — Синби улыбнулась.

Девушка в ушках оглянулась, но больше никого не увидела.

— Ой! Это ты мне? — спросила она. — Э-э… привет! Мне понравилась твоя песня.

— Хоть кому-то понравилось, — со смешком ответила Синби.

— Не волнуйся: тебя будут слушать толпы, — неожиданно уверенно заявила незнакомка. — Толпа любит блёстки. Добавь их — и станешь звездой. Ты уже должна быть звездой! Почему ты ещё не звезда? — девушка покраснела, смущённая собственной пылкой речью.

— Я об этом как-то не задумывалась. Я пою не потому, что хочу прославиться, а потому что мне это нравится.

— Это чувствуется. Твоё пение — просто чудо.

— Спасибо! — сказала Синби. — Не думала, что здесь кто-то ещё верит в чудеса.

— Что?

— Я Синби.

— А… то есть, я Искра. В смысле, меня зовут Жанет, но все в… — девушка запнулась, а потом продолжила уже тише, — меня называют Искрой. Я не против.

Синби инстинктивно положила руку ей на плечо. Ясно было, что Искра очень волнуется; она напоминала Синби оставшуюся дома младшую сестрёнку — а когда та нервничала, слова из неё вытаскивать приходилось едва ли не клещами.

— Очень приятно, — сказала Синби. — А ты из этого города?

Искра побледнела, будто вопрос задел что-то личное. Она выпалила: — Конечно, я из Омида-сити, если ты это имеешь в виду. Откуда же ещё мне быть? — Она делано засмеялась. — Не из Пустошей же!

— Откуда мне знать, — ответила Синби, — ведь я сама издалека. Мне хотелось побывать в этих краях, и вот я здесь!

Они обе потупили взгляд, и Синби поняла, что её ладонь всё ещё лежит на плече Искры. Та неловко улыбнулась, и Синби ободряющее пожала её руку, прежде чем убрать свою.

— Что может быть дальше Пустошей? — робко спросила Искра. — Какая разница? Здесь всё такое огромное и совершенно непривычное. Я никогда такого не видела. Может быть, устроишь мне экскурсию?

Девушка нервно сглотнула и выдавила: — Да. Мне бы этого хотелось.

— Если побудешь моим гидом, я могу заплатить песнями. Спою, сколько захочешь!

— Ну что ты, не стоит… В смысле, я и так с радостью… В смысле, мне нравятся твои песни!.. Я имею в виду, что… — Искра умолкла, не поднимая глаз и краснея так отчаянно, будто её щёки и вправду горели.

Синби засмеялась и шутливо ткнула Искру в плечо: — Я думаю, что мы подружимся, Искра.

Искра широко улыбнулась и расслабилась впервые за всё время разговора. А затем она бросила взгляд на толпу и увидела нечто такое, что ей явно не понравилось, потому что она вдруг сделала шаг назад, вмиг утратив безмятежность.

— Синби, прости меня, пожалуйста. Сейчас мне нужно уйти. Обещаю, что скоро вернусь и обязательно разыщу тебя. Тогда я покажу тебе город. Честное слово!

Не успела Синби оправиться от изумления и сказать хоть слово, как Искра развернулась и пошла прочь.