Ethnographic Film in Russia of the Second Half of the Twentieth Century. From the USSR to the Present
Authors: Александров Евгений Васильевич 
Published: January 2022

В настоящей публикации продолжается начатое в статье «Этнографическое кино в России первой половины XX века» (Традиционная культура. 2019. № 4. С. 136-147) рассмотрение истории документального кинематографа, выполнявшего роль способа межкультурной коммуникации. В последующее время тенденции, сформировавшиеся в переломный для страны период, в значительной степени сохраняли влияние и после Второй мировой войны. Их воздействие сказывается на развитии этнографического кинематографа в России и сейчас. Послевоенный период был временем обзорного «киноатласа» на основе научно-популярных журналов - «кинопутешествий», в которых лишь небольшая часть времени уделялась этнографической тематике. Всеобщей установкой стал показ достижений советского строя. Участие научного сообщества ограничивалось ролью консультантов. Лишь в единичных случаях создавались университетские и академические этнографические фильмы. Первый на бывшей территории СССР фестиваль визуальной антропологии в г. Пярну предложил новый подход к показу человеческих сообществ. Главной задачей авторов фильма было стремление раскрыть сущностные черты жизни людей, доверивших им рассказ о себе. Такие принципы визуальной антропологии, как достоверность и моральная ответственность перед отображаемой культурой, стали вызовом установкам на формирование мировоззрения зрителя в доступной форме. Современный период становления визуальной антропологии проходит под знаком поиска путей интеграции научно-исследовательских подходов современной антропологии и формирующегося нового этико-эстетического языка документального кино.
This publication continues the article on “Ethnographic Cinema in Russia in the First Half of the Twentieth Century” (Traditional Culture. 2019. No. 4. Pp. 136-147), a consideration of the history of documentary cinema as a means of intercultural communication. In the period after the Second World War, the trends that had previously formed largely retained their influence. Their impact affects the development of ethnographic cinema in Russia even now. The post-war period was the time of “film atlases,” surveys of film based on popular science magazines, also known as “film travels,” in which only a small part was devoted to ethnographic topics. Their basic purpose was to display the achievements of the Soviet system. The participation of the scholarly community was limited to the role of consultants; university and academic ethnographic films were only created in isolated cases. The first visual anthropology festival in the post-Soviet space in the city of Pärnu offered a new approach to depicting human communities. The main goal put forward by the filmmakers was to reveal the essential features of the lives of people who had entrusted them with stories about themselves. They promoted new principles of visual anthropology such as authenticity and moral responsibility toward the culture being portrayed; these also presented a challenge to viewers. The modern period of visual anthropology is marked by the search for ways to integrate the methods of modern anthropological research with the current ethical and aesthetic language of documentary cinema.