Городская морфология исторических центров Самары и Тбилиси и практики социального взаимодействия жителей
Authors: Грозовская С.В. 
Published: March 2022

В статье анализируется взаимосвязь морфологии исторических кварталов Самары и Тбилиси середины XX – начала XXI века с практиками социального взаимодействия их жителей. Для этого применяется концепция «городской деревни» («Urban village»), теория городской морфологии и теория фреймов. Мы показываем, какие маркеры городской среды подталкивают жителей к активному общению с соседями, а какие препятствуют этому. Исследование основано на полевых материалах автора, собранных в 2016 –2020 годах в рамках проекта регенерации квартала № 13 в историческом центре Самары, пространственном анализе морфологии и включённом наблюдении, проведённых в 2016–2018 годах в Тбилиси и Самаре. Жители исторических центров Тбилиси и Самары фреймируют пространство дворов как частно-публичное, продолжающее дом/квартиру. Жители присваивают себе пространство двора, но в то же время разделяют его с соседями. Двор осмысляется резидентами как место коммуникации и взаимодействий, что обуславливает их практики совместного времяпрепровождения и общения. Приватные и публичные пространства в самарских двориках располагают к совместной деятельности, а публичные пространства в тбилисских двориках – к общению. Маркеры, благодаря которым жители фреймируют двор как частно-публичное пространство, – относительно небольшое число жителей; небольшой размер двора; наличие старожилов; малая и/или средняя этажность; наличие старых домов. Для Тбилиси ещё очень важны галереи, террасы и балкончики, объединяющие обитателей нескольких квартир, плотная периметральная застройка, а для Самары – возможность фрагментации границ дворов. Чем большее число маркеров утрачивается, тем сильнее ослабляются практики совместных действий.
in English:
The article analyzes the relationship between the historical morphology of Samara and Tbilisi and the social interaction of their residents from the middle of the XX to the early XXI century. To do so, the author applies the concept of «Urban village», the theory of urban morphology, and the theory of frames. Frame analysis highlights the markers of the urban environment that prompt residents to communicate with their neighbors actively and those that hinder this communication. The study is based on the fieldwork in Samara in 2016-2020, spatial analysis of morphology, and participant observation carried out in 2016-2018 in Tbilisi and Samara. Residents of the historical centers of Tbilisi and Samara frame the space of courtyards as private-public, continuing the house/apartment. They own this space, but at the same time, they share it with their neighbors. Residents understand the courtyard as a place of interaction, which defines their joint pastime and communication. Private and public spaces in Samara courtyards invite for joint activities, and Tbilisi courtyards encourage communication. Residents frame the courtyard as a public-private space through some markers that include a relatively small number of residents; the small size of the courtyard; the presence of old-timers; the low or medium number of floors; the presence of old houses. In Tbilisi, neighbors come together in galleries, terraces, and balconies. The density of buildings is also substantial for communication. The possibility to fragment the boundaries of courtyards is significant for Samara. The more markers are lost, the weaker the practices of joint activities become.