«БЕСКОРЫСТНАЯ» ДОБРОДЕТЕЛЬ В ИСТОРИИ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЭТИКИ К ГЕНЕЗИСУ ПОНЯТИЯ
Authors: А.В. Серёгин 
Published: November 2022

В этической теории достаточно широко распространена точка зрения, согласно которой мораль принципиально отлична от пруденциализма, т.е. принципа, предписывающего способствовать благу и устранять зло самого агента, и, стало быть, «подлинная» добродетель непременно должна быть незаинтересованной и бескорыстной. Я обозначаю такую позицию термином «антипруденциализм» и пытаюсь показать, что она вовсе не является необходимым компонентом любой исторически данной морали. Поскольку некоторые трактовки самого понятия «мораль» изначально имплицируют антипруденциализм (например, «социальное» определение морали в духе Франкены), я предпочитаю им так называемую «позиционную» концепцию морали, которая представляется мне нейтральной в этом отношении. Далее я привожу тексты, которые, на мой взгляд, свидетельствуют в пользу моего основного тезиса, что в истории европейской этики можно выделить три базовых подхода к соотношению пруденциализма с понятием добродетели или морального блага: I) Добродетель или моральное благо признается главным, а то и единственным компонентом счастья самого агента и, стало быть, понимается как самостоятельный объект его эгоистического интереса (я называю эту позицию моралистическим пруденциализмом и считаю, что ее разделяли античные и средневековые сторонники перфекционистского эвдемонизма); II) Счастье редуцируется исключительно к неморальным благам или удовольствию, но любая активность признается добродетельной только на том основании, что способствует счастью самого агента (этический эгоизм, представленный уже в эпикурейском гедонизме); III) Счастье также сводится только к неморальному благу или удовольствию, но понятие добродетели определяется безотносительно к счастью самого агента (исходя из теистических, деонтологических или альтруистических нормативных теорий), так что выбор в пользу добродетели как таковой может быть только абсолютно незаинтересованным (антипруденциализм). Эта последняя позиция впервые возникает в Средние века (Ансельм) и становится особенно влиятельной в Новое время (например, Кант, Шопенгауэр и др.).
In ethical theory, there is a fairly widespread opinion that morality is fundamentally different from prudentialism, i.e. the principle prescribing that an agent should promote her own good and remove her own evil, and therefore “genuine” virtue must surely be disinterested and unselfish. I use the term “antiprudentialism” to designate this view and try to show that it is by no means a necessary component of any historically given morality. Since some interpretations of the very notion of “morality” imply antiprudentialism as something taken for granted (for instance, “social” definition of morality in the vein of Frankena), I argue in favour of the so-called “attitudinal conception of morality”, which is, to my mind, neutral in this respect. Then I cite texts that, in my opinion, can support my main thesis that in the history of European ethics one can distinguish three basic approaches to how prudentialism correlates with the notion of virtue or moral good: I) Virtue or moral good is acknowledged as chief or even the sole component of the agent’s happiness and so is understood as an object of her egoistic interest in its own right (I call this view “moralistic prudentialism” and believe that it was shared by ancient and medieval advocates of perfectionist eudaimonism); II) Happiness is reduced solely to non-moral goods or pleasure, but any activity is only deemed to be virtuous on the ground that it promotes the agent’s own happiness (ethical egoism as represented already in Epicurean hedonism); III) Happiness is also reduced just to non-moral good or pleasure, but the notion of virtue is defined regardless of the agent’s own happiness (in agreement with theistic, deontological or altruistic normative theories), so that the choice in favour of virtue as such can only be absolutely disinterested (antiprudentialism). This last view arose for the first time in the Middle Ages (Anselm) and became especially influential in modern times (for example, in Kant, Schopenhauer etc.).