On Tasks and Methods of Musical Hierotopy
Authors: Кручинина А.Н. , Егорова М.С. 
Published: May 2023

Музыкальная иеротопия — молодое направление в современной музыкальной медиевистике, основы которого во многом были заложены исследователями предшествующих десятилетий, однако специфические задачи, методы и проблематика начинают складываться только сейчас. Концепция иеротопии была предложена в 2006 году А. М. Лидовым как специальная область исторического знания, направленная на изучение особого вида творчества — создания сакральных пространств преимущественно в восточнохристианской средневековой традиции. Для автора концепции принципиально важным стало осознание необходимости нового взгляда на памятники средневекового искусства, при котором, отказавшись от общераспространенной в искусствознании «предметоцентричности», исследователи могут сосредоточиться на сакральном пространстве — самодостаточном феномене со своим замыслом, структурой, соподчиненностью видимых, слышимых и осязаемых форм, образностью и динамикой. Новый подход был призван акцентировать внимание на том, что любое произведение религиозного искусства Средневековья задумывалось и создавалось как один из элементов «иеротопического проекта», иерархической структуры особого сакрального пространства. Церковное певческое искусство, уже не одно десятилетие привлекающее внимание специалистов в области истории музыки, закономерным образом оказывается в поле зрения иеротопии. Музыкальный феномен литургического певческого текста изначально создавался, существовал и воспринимался прежде всего внутри сакрального пространства храма, непосредственным образом участвуя в его оформлении. Поэтому в контексте музыкальной медиевистики невозможно рассматривать пространство как чисто внешнюю среду существования музыкальных текстов, их субъективную проекцию или своеобразное ассоциативное дополнение к собственно музыкальному содержанию. В чем заключается роль песнопения при создании сакрального пространства, наряду с иконографией, драматургией и семантикой ритуала (богослужебные действия, образность литургических предметов, символика священнических облачений, система освещения, запахи и т. д.)? Каковы, собственно, объект исследования и методы музыкальной иеротопии? В поисках ответов на поставленные вопросы ученые сталкиваются с рядом методологических проблем: в их числе — неочевидность корреляций между пространственными и временны´ми видами искусства, использующими разные материалы и разный художественный язык, и — что особенно важно — многозначность собственно понятия «пространство», которое, безусловно, нуждается в уточнении. В контексте музыкальной медиевистики внутреннее пространство конкретного архитектурного объекта (определенного средневекового храма с характерным для него объемным решением и индивидуализированной морфологией) можно рассматривать в нескольких ракурсах. С одной стороны — как особым образом организованный интерьер с традиционными и уникальными, характерными только для данной постройки элементами, в рамках определенной историко-культурной эпохи. Статичное архитектурное пространство насыщено традиционной литургической символикой, которая играет ключевую роль в его осмыслении и восприятии. С другой стороны, храмовое пространство наполнено художественными артефактами, которые «внедрены» в него и организованы определенным образом в соответствии со средневековыми социокультурными практиками или индивидуальным замыслом, представляя собой некое художественное целое, подлежащее последовательной интерпретации. Далее, с точки зрения иеротопии, сакральное пространство принципиально динамично: в его материальной и символической «раме» происходит богослужебный ритуал, немыслимый без исполнения певческих текстов. Подвижны элементы, организующие обрядовое действо и его драматургию, разворачивающуюся во времени, — движение, перемещение, пение, жесты, световая драматургия и т. п. Статичные, на первый взгляд, элементы пространства (например, архитектурные конструкции и визуальные образы) также приобретают динамические характеристики, будучи вовлечены в обрядовое действо и восприняты, осмыслены и интерпретированы познающим сознанием участника богослужения. Подвижен и музыкальный текст, восприятие которого может быть субъективным, личностно окрашенным и одновременно обусловленным традицией, коллективной памятью культуры. «Одушевленное» музыкальной составляющей обряда пространство «проживается» участниками богослужения, поэтому у него есть еще и перцептивный аспект: даже такие объективные физические характеристики, как особенности звуковой среды в пространстве храма, влияют на восприятие всех его элементов, на эмоциональное и интеллектуальное истолкование, обусловленное традиционалистским типом средневековой культуры. Все данные аспекты необходимо учитывать, отвечая на вопрос, как песнопение, зафиксированное в средневековой нотированной рукописи, может являться одним из инструментов при создании конкретного сакрального пространства. С привлечением давно сложившихся и ставших традиционными в музыкальной медиевистике методов (источниковедение, музыкальная текстология, историко-культурный анализ, стилеведение, поэтика, компаративистика) литургические песнопения древнерусской традиции следует наконец осмыслить и в контексте сущностной поликодовости средневекового искусства в целом. В настоящем выпуске помещены статьи по материалам I Всероссийской научной конференции с международным участием «Музыкальная иеротопия в современных исследованиях. How to Create Space with Chants…», которая состоялась 12 мая 2022 года в Санкт-Петербургской государственной консерватории имени Н. А. Римского-Корсакова. Публикации посвящены достаточно широкому кругу проблем, связанных с музыкальной иеротопией.
Musical hierotopy is a young direction in the modern musical medievalism mainly founded by researchers of the previous decades. However, it is not until now that its tasks, methods and the range of issues under study have been determined. The idea of hierotopy was proposed by A. M. Lidov in 2006 and meant a specific historic domain studying particular type of art, i.e. creation of sacred areas, mainly within the oriental Christian medieval tradition. The author of the idea considered extremely important to gain awareness of the need to develop a new vision of the monuments of the medieval art, which implies focus on the sacred area rather than on the objects of art, which used to be a widespread approach, as the sacred areas represent an integral phenomenon which has its own conception, structure, hierarchy of all the visible, audible and tangible forms, images and dynamics. The new approach took into account the fact that every work of the religious art was created as one of the elements of a “hierotopic project”, a hierotopic structure of a specific sacred space. The art of church singing has been attracting specialists in the music history for more than several decades and falls within the scope of the hierotopy. The musical phenomenon of a liturgical singing text was originally created, existed and was perceived primarily within the sacred space of the temple, directly participating in its design. Therefore, in the context of musical medieval studies, it is impossible to consider space as a purely external environment for the existence of musical texts, their subjective projection or a kind of associative addition to the actual musical content. What is the role of chants in creation of a sacred space, along with icono graphy, dramaturgy, and the semantics of a ritual (liturgical actions, the imagery of liturgical objects, the symbolism of priestly vestments, the lighting system, smells, etc.)? What, in fact, is the object of study and the methods of musical hierotopy? In search of answers to the above questions, scientists face a number of methodological problems including obscure correlations between spatial and temporal art forms using different materials and different artistic language, and, what is most important, ambiguity of the concept of "space" itself, which, certainly, needs clarification. In the context of musical medievalism, the interior space of a certain medieval temple can be viewed from several angles. On the one hand, as a special organized interior with traditional and unique elements characteristic only for this building, within a certain historical and cultural era. The static architectural space is saturated with traditional liturgical symbolism, which plays a key role in its understanding and perception. On the other hand, the temple space is filled with artistic artifacts that are "embedded" in it and organized in a certain way in accordance with medieval socio-cultural practices or individual design, representing a kind of artistic whole that is subject to consistent interpretation. Further, from the point of view of hierotopy, the sacred space is fundamentally dynamic: in its material and symbolic "frame" a liturgical ritual takes place, inconceivable without performance of chanting texts. Mobile elements that organize the ritual action and its dramaturgy unfolding in time are movement, movement, singing, gestures, light dramaturgy, etc. Static, at first glance, elements of space (for example, architectural structures and visual images) also acquire dynamic characteristics, being involved in ritual action and perceived, comprehended and interpreted by the cognizing consciousness of the participant in the church service. The music text is also mobile. Its perception can be subjective, personally colored and at the same time due to tradition, and the collective memory of culture. The space “animated” by the musical component of the rite is “suffered” by the participants of the service, therefore it also has a perceptual aspect: even such objective physical characteristics as the features of the acoustic environment within the space of the temple affect, the emotional and intellectual interpretation, which is due to the traditionalist type of medieval culture. All these aspects must be taken into account when answering the question how a chant recorded in a medieval notated manuscript can be one of the tools for creating a specific sacred space. With the involvement of the methods that have long been established and have become traditional in musical medieval studies, the liturgical chants of the ancient Russian tradition should finally be comprehended in the context of the essential polycode nature of medieval art as a whole. This issue contains articles based on the materials of the I All-Russian Scientific Conference with international participation “Musical hierotopy in modern research. How to Create Space with Chants…”, which took place on May 12, 2022 at the Saint Petersburg Rimsky-Korsakov State Conservatory.