bluuebunny/crossref_metadata_2025_split huggingface dataset:
The return of the Uvarovs’ legacy
Authors: Цаллагова Зарифа Борисовна 
Published: February 2023

Рецензия на: Алиева А. И. «Отреченные» страницы российского академического кавказоведения конца XIX - начала XX в.: кавказоведческое наследие А. С. и П. С. Уваровых. - М.: Институт мировой литературы им. А. М. Горького РАН, 2017. - 816 с.: ил.
Review of: Aliyeva I. A. “Disavowed” pages of Russian academic Caucasian studies from the late 19 - early 20 century: The legacy of A. S. and P. S. Uvarovs to Caucasian studies. Moscow: A. M. Gorky Institute of World Literature of the Russian Academy of Sciences, 2017. 816 p.: illustrations
The image of the gusli player in Russian fine art of the 19th - 20th centuries
Authors: Иванова Татьяна Григорьевна 
Published: February 2023

В статье выдвигается тезис, согласно которому процесс формирования образа гуслей/гусляра в русском культурном коде начался с литературы; затем гусли вошли в изобразительное искусство; и лишь в начале XX в. благодаря деятельности Н. И. Привалова образованное общество услышало гусли. Анализируются процессы формирования образа гусляра в русском изобразительном искусстве XIX-XX вв. Рассматриваются образы певца-трибуна (Бояна у В. М. Васнецова), призывающего воинов к защите родной земли, и образ удалого молодца, певца веселых песен (Садко у И. Я. Билибина). Специально указывается на появление социального аспекта в образе гусляра в живописи передвижников (А. П. Рябушкин). Автор останавливается на жанрово-бытовых полотнах художника Н. П. Богданова-Бельского, которые можно рассматривать как этнографический источник.
This article argues that the images of the gusli (psaltery) and the gusli player in the Russian cultural code began with literature and then entered the visual arts; it was only at the beginning of the 20th century that the gusli itself was heard by educated society, thanks to the activities of N. I. Privalov. It analyzes the formation of the image of the guslar in Russian visual art of the 19th - 20th centuries. It considers the images of the singer-tribune (V. Vasnetsov’s “Boyan”) calling on soldiers to protect their native land, and that of a daring young man, a singer of cheerful songs (I. Ya. Bilibin’s “Sadko”) from this point of view. The author then analyzes the social aspect of the image of the gusli player in the painting of the “peredvizhniki” (in particular, those of A. P. Ryabushkin). She also considers the everyday scenes by the artist N. P. Bogdanov-Belsky, that can be considered as an ethnographic source.
Heroic childhood in the folklore cycle of Mazan-Batyr
Authors: Сенглеев Борис Юрьевич 
Published: February 2023

Исследование посвящено сюжетам о детстве Мазан-батыра, популярного героя калмыцкого исторического и легендарного фольклора. Соответствующие повествования анализируются в свете концепции «героического детства» - устойчивого набора сюжетно-тематических блоков, составляющих начальный этап биографии эпического героя в большинстве известных традиций. Рассматриваются мотивы, связанные с семьей героя, его рождением, а также основные характеристики его детского состояния. Автор приходит к выводу, что в изображении Мазана-ребенка доминируют признаки эпического детства «низкого» типа (бедность, сиротство, безобразность, прожорливость и т. п.), присущего героям с чертами трикстера и колдуна. Отдельно анализируется связь между детством Мазан-батыра и его первым подвигом. Показывается, что переход из состояния «неудачного ребенка» в могучего богатыря происходит в «чужом» пространстве, осуществляется в скачкообразной манере и сопровождается недоверием (и даже враждебностью) со стороны окружающих. Отмечаются другие параллели с жанром эпоса, присутствующие как на уровне мотивов, так и в тематике, сюжетной структуре и ее закономерностях. На основании этого сделано заключение, что повествования о детстве Мазан-батыра построены по сюжетно-тематическим моделям эпической традиции.
This article deals with the narratives about the childhood of Mazan-Batyr, a popular hero of Kalmyk folklore. These are analyzed in light of the concept of “heroic childhood”, a relatively restricted set of plot elements from which narratives about the early life of an epic hero are taken. The circumstances of Mazan’s family, the events surrounding his birth and his main traits are assessed. Mazan-Batyr is often depicted as an orphan raised by a paternal uncle and is marked by greatness even before his birth. Still, Mazan manifests numerous negative traits such as gluttony, ugliness, and ungainliness, which cause him to be ostracized by society. These indicate that his early life belongs to the so-called “lower” type of epic childhood, associated with tricksters and magicians. The article also considers the connection between Mazan’s childhood and his first heroic deed. Several points of correspondence to heroic poetry are demonstrated, and the article concludes that accounts of Mazan-Batyr’s early life are based on the same models as those utilized in epic traditions.
The tradition of mixing wine with water in Italy, Spain and France: The circumstances of its occurrence and causes of its disappearance
Authors: Бронникова Наталья Кирилловна 
Published: February 2023

В статье рассматривается традиция смешивания вина с водой, существовавшая на территории трех крупнейших современных винодельческих стран Европы: Италии, Франции, Испании. Ее появление связано с периодом античности, когда питье вина с водой считалось единственным цивилизованным способом потребления этого алкогольного напитка. Уже тогда смесь вина с водой использовали как питание, лекарство, а также как средство утоления жажды - ведь уже во времена Древней Греции и Древнего Рима людям были известны антисептические свойства вина. Традиция смешивания просуществовала до середины XX в. и стала исчезать в последние несколько десятилетий. Причинами ее постепенного ухода послужили индустриальная революция 1960-1980-х гг., появление доступа к чистой питьевой воде, повышение уровня жизни людей, интерес европейцев к высококачественным винам, а также ужесточение законов против вождения в нетрезвом виде. В результате произошедших перемен во Франции, Италии и Испании вино перестало быть напитком ежедневного потребления, теперь это продукт для особых случаев: его пьют в какой-то определенной ситуации (дома на ужин, в ресторане), к нему специально стараются подобрать сочетающиеся по вкусу блюда. Таким образом, несмотря на снижение потребления, невероятно выросла социально организующая роль вина. Основным источником для написания статьи послужили интервью с экспертами - виноделами, специалистами по вину и «винными» журналистами из России, Франции, Италии, Испании.
This article deals with the tradition of mixing wine with water which existed on the territory of the three largest modern wine-making countries: Italy, France and Spain. Its appearance is associated with the period of antiquity, when drinking wine with water was considered the only civilized way to consume this alcoholic beverage. At that time, a mixture of wine and water was used as food, medicine, as well as a product for thirst quenching; in ancient Greece and Rome, the antiseptic properties of wine were also already known. The tradition of mixing lasted until the middle of the 20th century and has been disappearing in recent decades. The reasons for its gradual expiration were the industrial revolution of the 1960s - 1980s; the increased access to clean drinking water; improvement of people’s living standards; Europeans’ interest in high-quality wines; as well as the toughening of laws against drunk driving. As a result of these changes, wine has ceased to be a drink of daily consumption in France, Italy and Spain, and has become a product for special occasions: people drink it in certain situations (at home for dinner, in a restaurant) and try to find special dishes that go together well with it. Thus, despite a decline in consumption, the socio-organizing role of wine has grown exceptionally. Interviews with winemakers, wine experts and wine journalists from Russia, France, Italy and Spain make up the main source for writing this article.
About Ivashka: A fairy tale about Poshekhon people (provincials) in the Chinese language
Authors: Кляус Владимир Леонидович , Чжао Хайбо 
Published: February 2023

В статье рассматриваются итоги интервьюирования, осуществленного авторами в сентябре 2018 г. среди китайских русских двух деревень городского округа Хэйхэ провинции Хэйлунцзян КНР - Хадаянь и Бяньцзян. Целью работы было выявление уровня и характера знания русского фольклорного репертуара представителями старшего и среднего поколений китайско-русских метисов данного региона. Целенаправленных фольклористических полевых исследований на этой территории проживания потомков русских в Китае ранее никогда не проводилось. Наиболее интересный результат работы с респондентами - запись сказки с сюжетами о глупых людях, которые в российской фольклористике принято называть анекдотами о пошехонцах, исполненной на китайском языке. Сказка записана от китайско-русского метиса во втором поколении, слышавшего ее в детстве от своей русской бабушки, которая в 1920-х гг. переехала с мужем-китайцем из с. Дим, находящегося на левом, российском берегу Амура, в Сяодинцзы (старое название с. Бяньцзян). Авторами статьи дается транскрибированный текст сказки, в том числе на пиньинь, перевод на русский язык и сопоставительный анализ ее сюжетики с русской сибирской сказочной традицией, который демонстрирует уникальность сказочного повествования об «Ивашке», отражающей особенности локальной фольклорной традиции китайско-русских метисов КНР российско-китайского пограничья.
This article discusses the results of interviews conducted by the authors in September 2018 with Chinese Russians in two villages of the Heihe Region of Heilongjiang Province, China - Hadayan and Bianjiang. The aim of the work was to identify the level and nature of knowledge of Russian folklore on the part of the older and middle generation of Chinese-Russian Métis in the region. Such field studies of Russian descendants in China in this area have never been undertaken before. The most interesting result of working with respondents is the recording of a fairy tale performed in Chinese with plots about stupid people, which in Russian folklore are usually called anecdotes about Poshekhon people. The fairy tale was recorded from a second generation Chinese-Russian Métis who had heard it as a child from her Russian grandmother, who in the 1920s moved with her husband from the village of Dim, located on the left bank of the Amur River, to Xiaodingzi Village (the old name of Bianjiang Village). The authors of the article present a transcribed text of the tale, including Pinyin, a translation in Russian and a comparative analysis of its plot with the Russian Siberian fairy tale tradition. This demonstrates the uniqueness of the fairy tale about “Ivashka” that reflects the peculiarities of the local folklore tradition of Chinese-Russian Métis of the PRC who live in the Russian-Chinese borderland.
The “Harbin text” of the first half of the 20th century in Harbiners’ verbal stories
Authors: Цзюй Куньи 
Published: February 2023

Предметом исследования в статье стали устные рассказы харбинцев (русских, метисов, китайцев) о жизни в Харбине первой половины XX в., которые были собраны в результате полевых исследований 2015-2019 гг. в Благовещенске, Москве, Санкт-Петербурге, Харбине, Пекине. В подборке материалов представлены воспоминания представителей разных этнических, социальных и политических групп: потомков русских эмигрантов, китайских мигрантов, детей служащих КВЖД, детей китайских партийных деятелей, которые оказались в Харбине в результате революционных событий и Гражданской войны, миграционных процессов в Маньчжурию со стороны Центрального Китая, революционных событий в самом Китае и образования КНР. В работе сделана попытка дать определение понятия «харбинский текст» культуры и истории, представить методику исследования устных рассказов, бытующих в русскоязычной и китайскоязычной среде, как жанра городского фольклора.
The subject of this article are oral stories of Harbin residents (Russians, mixedblood, and Chinese) about life in Harbin in the first half of the twentieth century. Memorates were collected as a result of field research in 2015-2019 in Blagoveshchensk, Moscow, St. Petersburg, Harbin and Beijing. This collection of materials presents the memories of representatives of different ethnic, social and political groups: descendants of Russian immigrants, Chinese migrants, children of the CER (Chinese Eastern Railway) employees, children of Chinese Party leaders who found themselves in Harbin as a result of revolutionary events and the Civil War, migration to Manchuria from Central China, revolutionary events in China itself and the formation of the PRC. The work gives an interpretation of the concept of “Harbin text” of culture and history, defines the methodology for the study of memorials in the Russian-speaking and Chinese-speaking environment. Memorials about Harbin are studied as a genre of urban folklore.
Traditional ethnocultural communities in ethnographic film: “Altai-Kiji” by Vladimir Stepanov
Authors: Головнев Иван Андреевич 
Published: February 2023

Автор статьи, основанной на изобразительных и текстовых материалах, задается целью введения в научный оборот информации об этнографическом фильме «Алтай-кижи» (1929) режиссера В. Л. Степанова как многослойного визуально-антропологического документа. В задачи работы входит рассмотрение особенностей киноповествования об эволюции этнического сообщества алтайцев в период культурных и экономических преобразований в СССР на рубеже 1920-1930-х гг., созданного в упомянутом фильме, в контексте специфики советского кинопроизводства и в связи с параллельными процессами в государственной национально-культурной политике. Немой фильм «Алтай-кижи» состоит примерно из равнозначного количества кинокадров и текстовых титров, а потому эффективным методом его анализа как визуально-текстового произведения, использованным при создании статьи, явилась исследовательская расшифровка - условный «перевод» в текстовый формат. Полученный кинотекст позволил выявить и проанализировать как особенности традиционной культуры алтайцев начала XX в., так и ее экранного отображения в советском документальном кино. В результате исследования делается вывод о свойствах фильма как многослойного исторического источника, отображающего на экране культуру снимаемого и снимающего, силуэты культуры и идеологии своего времени и представляющего значительную ценность для научного изучения.
This article considers the ethnographic film “Altai-Kiji” (1929), directed by V. L. Stepanov, as a multi-layered visual anthropological document. It considers the peculiarities of the film’s narrative about the evolution of the ethnic Altai community during the period of cultural and economic transformation of the USSR at the turn of the 1920s - 1930s. This is analyzed in the context of Soviet film production and in connection with parallel processes in the state’s national cultural policy. The silent film “Altai-Kiji” is composed of approximately an equal number of film frames and text titles. Hence an effective method of analyzing the film is to see it as a “research transcript” - a conditional “translation” of the film into textual format. This makes it possible to reveal and analyze both the evolutionary features of Altaian traditional culture at the time as well as the way it was displayed in Soviet documentary film. The article concludes with a discussion of the work as a multilayered historical source that displays both the culture of those being filmed and those doing the filming - silhouettes of the culture and ideology of its time, which offers a significant artefact for scholarly investigation. Key words: ethnographic film, visual anthropology, Altaians.
“I was Ferocious Walking on Mountains”: A Round Dance by the “Polish” Old Believers from Stepan I. Gulyaev’s Collection
Authors: Махова Людмила Петровна 
Published: February 2023

В статье рассматривается круговая хороводная песня старообрядцев-«поляков» «Я люта была по горам ходить» (другое название «Стрела»), пять песенных вариантов которой записаны в Алтайском крае, Республике Алтай и Республике Казахстан в 1976-2016 гг. Старообрядцы принесли с собой эту песню из Ветки и Стародуба, поселившись на Алтае по указу Екатерины II в 1766 г. Автору удалось выявить три песенных сюжета, генетически связанных с полесским обрядом «похорон стрелы». Они исполняются на один со «Стрелой» напев, с композицией песенной строфы ААББ, в чем проявляются черты музыкального стиля, созданного старообрядцами на Алтае. В отличие от Полесья, на Алтае формульный напев сопровождает не только шествие, но и круговые хороводы, что зафиксировано С. И. Гуляевым и подтверждено экспедиционными записями. Проводится реконструкция двух вариантов текста, содержащихся в рукописи С. И. Гуляева «Песни круговые» (1848). Издание ранее не публиковавшихся текстов из собрания С. И. Гуляева вместе с вариантами их музыкального воплощения обогащает знание о песенной культуре бывшего Алтайского горного округа, свидетельствует об уникальности традиции старообрядцев-«поляков», на протяжении более 250 лет сохраняющих весеннюю приуроченность и политекстовый характер напева «Стрелы».
This article deals with the round dance song of the “Polish” Old Believers “Ya lyuta byla po goram khodit’” (“I was ferocious walking on mountains”; its other name is “The Arrow”). Five versions of the song were recorded in the Altai region, the Republic of Altai and the Republic of Kazakhstan, in 1976-2016. The Old Believers brought this song with them from Starodub and Vetka, having settled in Altai by a decree of Catherine II in 1766. The author was able to identify three song plots that are genetically related to the Polesye rite called “funeral of the arrow.” They are performed to the same tune as “The Arrow,” with the song stanza rhyme scheme AABB; these reveal features of the Old Believers’ musical style. In contrast to Polesye, in Altai a formal chant accompanied not only processions, but also round dances, which was noted by S. I. Gulyaev and confirmed by expedition records. The author reconstructs two versions of the text contained in S. I. Gulyaev’s manuscript “Round Songs” (1848). The publication of the previously unpublished texts from Gulyaev’s collection together with their audio versions significantly enriches our knowledge of the Altai song tradition and reveals the uniqueness of the songs of the “Polish” Old Believers who have preserved the tune of “Arrow” for over 250 years. The tune is still connected to the spring and retains its polytextual nature.
About a Khorovod from Stanitsa Lukovskaya in Records from the Early and Late Twentieth Century
Authors: Битерякова Елена Викторовна 
Published: February 2023

В статье рассматривается редкий образец казачьего «люлейного» хо- ровода из станицы Луковской Волгоградской области, дважды зафиксированного соби- рателями: в начале ХХ столетия - А. М. Листопадовым и С. Я. Арефиным (слуховая запись), в 1990-е гг. - в экспедициях Московской государственной консерватории им. П. И. Чайковского (аудиозаписи). На основе изучения публикаций, архивных докумен- тов, а также доступных сведений о современных экспедиционных аудиозаписях в ука- занном регионе и на близлежащих территориях автор делает вывод об уникальности весеннего хоровода «Как по улице да вдоль улицы», обнаруживающего лишь незначи- тельное сходство (в поэтическом тексте) с образцами, бытовавшими в Курской и Во- ронежской обл. Сравнение полевой записи текста песни, выполненной Арефиным, и но- тации Листопадова (1903), опубликованной в 1953 г., с аудиозаписями 1997 и 1999 гг. из аудиофонда Научного центра народной музыки им. К. В. Квитки Московской консерва- тории выступает свидетельством высокого качества работы участников экспедиции 1902-1903 гг. , глубоко исследовавших местную песенную традицию и адекватно пред- ставивших ее в широко известном многотомном издании «Песни донских казаков».
The article is devoted to a rare example of a Cossack “lyuleika” khorovod or round dance. It was recorded in Stanitsa Lukovskaya (Volgograd Region) twice: early in the twentieth century by A. Listopadov and S. Arefin, and in the late 1990s by expeditions of the Moscow Conservatory. Based on publications, archival documents and recent records of expeditions to the region and to nearby territories, the author reveals the uniqueness of the spring round dance “Kak po ulitse da vdol ulitsy” (Down the street and along the street), whose lyrics are only slightly similar to those found in the Kursk and Voronezh Regions. A comparison of the field records of the lyrics recorded by Arefin and of the musical notation by Listopadov (in 1903, published in 1953) with audio records of 1997 and 1999 from the sound archive of the Kliment Kvitka Research Center for Folk Music at the Moscow State Tchaikovsky Conservatory demonstrates that the participants of the 1902-1903 expedition did high quality work. They ably investigated the local singing tradition and effectively presented it in the well-known multivolume collection, “Songs of the Don Cossacks.”
The Polymorphism of Comic Songs (Based on Kuban Folklore and Ethnographic Expeditions to the Temryuk District of Krasnodar Territory)
Authors: Соколова Алла Николаевна 
Published: February 2023

Обсуждается вопрос о правомочности существования понятия «шуточные песни» в значении самостоятельного музыкального жанра. Вводится понятие «полиморфизм шуточных песен», фиксирующее множественность их видов. Оставаясь шуточными по самой общей характеристике содержания, такие песни различны по функции, месту, приуроченности или неприуроченности исполнения, принадлежности к конкретному обряду и т. п. Они могут быть нацелены на увеселение и осмеяние, воспитание и поучение, любовное признание и сакральное действо, иронию и сарказм - на все виды разнообразно интонируемого юмора. Полиморфизм шуточных песен проявляется в звуковысотной, ладовой организации и композиции. К общим закономерностям шуточных песен Темрюкского района относятся функциональное двухголосие с начальным сольным зачином и преобладанием параллельного терцового движения, унисонные октавные окончания с предшествующим скачком в верхнем голосе на кварту, квинту и даже септиму.
This article raises the issue of the validity of the concept of “comic songs” as an independent musical genre. The concept of the “polymorphism of comic songs” is put forward, suggesting the multiplicity of their types. The most general feature of their content remains humor, but these songs differ in function, place, timing or ease of execution, association with a particular rite, etc. Their aim may be entertainment or ridicule, education and instruction, confession of love or sacred action, accompanied by irony or sarcasm - all kinds of variously intoned humor.The polymorphism of comic songs is manifested in their pitch, harmony, and composition. The general features of comic songs of the Temryuk District include two-voice singing with an initial solo and a predominance of parallel tonality; a conclusion in unison, preceded by the upper voice’s ascent by a fourth, fifth or even seventh.