КНДР и страны Африки южнее Сахары: пушки, памятники, антиколониализм
Authors: Абзианидзе Г.В. 
Published: January 2025

Сегодня КНДР сложно воспринимать как сколь-либо глобального актора. Рассмотрение внешней политики Пхеньяна, как правило, ограничивается его отношениями с ближайшими соседями или с Вашингтоном. При этом из внимания часто упускается, что в 1960—1980-е годы КНДР активно проникала в такой неочевидный регион, как Африка южнее Сахары, или Субсахарская Африка. Внешняя политика КНДР в регионе в том числе преследовала цель заручиться максимальной поддержкой новых акторов на международной арене. В период холодной войны Южная и Северная Кореи не входили в ООН и старались обрести легитимность за счёт поддержки новопровозглашённых режимов в третьем мире. На пике своей активности, во второй половине 1970-х годов, КНДР имела дипломатические отношения с 40 странами Субсахарской Африки, в то время как Южная Корея — с 29. Проникновение КНДР в регион имело несколько измерений, в том числе, что неочевидно, и “мягкую силу”. Идеология чучхе,предполагающая самостоятельное развитие, импонировала лидерам молодых стран Африки. Северные корейцы также строили в регионе многие объекты — памятники, монументы, административные здания, музеи. Главное же экономическое измерение этого проникновения — продажа в Африку вооружений и создание там под ключ оружейных заводов. И если последние впоследствии стали основой оборонно-промышленного комплекса целого ряда стран региона (как то Уганда и ДР Конго), то продажа северокорейцами оружия не прекращается и сегодня. Тем не менее северокорейское присутствие в Субсахарской Африке исторически не институционализировано. Объёмы сделок (как оружейных, так и неоружейных) падают с каждым годом из-за международного санкционного режима, а северокорейские посольства в регионе закрываются за ненадобностью. КНДР оставила в Африке разнообразное наследие, однако сегодня её присутствие в регионе минимально.
It is increasingly challenging to view the Democratic People's Republic of Korea (DPRK) as a global actor today. Both scholarly and non-academic studies of Pyongyang's foreign policy often focus primarily on its interactions with China, Russia, South Korea, Japan, or the United States. Simultaneously, it is frequently overlooked that during the Cold War, the DPRK was notably active in Sub-Saharan Africa. Historically, North Korea's foreign policy in the region aimed to garner maximum support from newly proclaimed nations. During the Cold War, neither South Korea nor North Korea held representation at the United Nations. Gaining support from emerging international actors was a significant avenue for both countries. By the latter half of the 1970s, the DPRK had established diplomatic relations with 40 countries in Sub-Saharan Africa, compared to only 29 for South Korea. The DPRK's engagement in the region encompassed several dimensions, including, surprisingly, “soft power.” The Juche ideology, which advocates for independent development and rejects foreign domination, resonated with the leaders of young African nations. Additionally, North Koreans constructed numerous symbolic sites in the region—monuments, administrative buildings, and museums. However, the primary economic dimension of DPRK influence in Sub-Saharan Africa is represented by arms trade and the establishment of defense industries. Shadow arms trade deals continue to occur, alongside the operation of arms plants throughout the region, including those in Uganda and the Democratic Republic of Congo. Nonetheless, North Korea's presence in Sub-Saharan Africa has not been historically institutionalized. The volume of transactions declined each year due to the regime of international sanctions, while North Korean embassies in the region are being closed as redundant. The DPRK has left a significant legacy in Africa; however, its presence in the region is now diminishing.