Formation of legislation regulating the process of closing the temple, and its application on the ground (based on the materials of the Mari Region)
Authors: Данченков Епископ Феофан 
Published: April 2024

Октябрьская революция 1917 г. полностью изменила правовой статус Русской Православной Церкви, первые же декреты советской власти были направлены не просто на ликвидацию её привилегий, но на полное устранение её из политической и общественной жизни страны. Стремясь к своей цели, государство использовало широкий спектр мероприятий, в том числе отнимало у верующих храмы, уничтожая или используя их для небогослужебных целей. Для быстрой и эффективной реализации религиозной политики в короткие сроки были разработаны правовые нормы, позволяющие передать их в руки общественных организаций или местных органов власти. В рамках данного исследования рассмотрен процесс формирования советского законодательства, регулирующего закрытие храмов, и реализация правовых норм на местах, а именно на территории Марийской Автономной Области (МАО). В ходе работы установлено, что в течение 1918–1929 гг. была сформирована законодательная база, на основе которой закрывались храмы как в 1920-е гг., так и в последующее десятилетие. Анализ имеющихся данных позволяет предположить, что с его помощью местным властям в короткие сроки удалось уменьшить количество действующих церквей. При принятии решений они позволяли себе поверхностно подходить к данному вопросу, практически полностью игнорируя интересы верующих. Подобная политика встречала, как правило, поддержку в вышестоящих органах власти, что наглядно свидетельствует о целенаправленной деятельности государства, ориентированной на повсеместное закрытие храмов. Таким образом, целью нормативных актов, регулирующих этот процесс, было достижение одной из установок идеологической политики: полная ликвидация религиозных организаций на территории государства.
The October Revolution of 1917 completely changed the legal status of the Russian Orthodox Church, the first decrees of the Soviet government were aimed not just at eliminating its privileges, but at completely eliminating it from the political and public life of the country. Striving for its goal, the state used a wide range of measures, including taking away churches from believers, destroying or using them for non-liturgical purposes. For the rapid and effective implementation of religious policy in a short time, legal norms have been developed that allow them to be transferred into the hands of public organizations or local authorities. As part of our research, we will try not only to trace the process of formation of Soviet legislation regulating the closure of churches, but also to consider how legal norms were implemented locally, namely on the territory of the Mari Autonomous Region (MAR). In the course of the study, we came to the conclusion that during 1918–1929 a legislative framework was formed on the basis of which churches were closed both in the 1920s and in the following decade. Analysis of the available data suggests that with its help, local authorities managed to reduce the number of operating churches in a short time. When making decisions, they allowed themselves to approach this issue superficially, almost completely ignoring the interests of believers. Such a policy was, as a rule, supported by higher authorities, which in our opinion clearly demonstrates the purposeful activity of the state aimed at the widespread closure of churches. Thus, the purpose of the normative acts regulating this process was to achieve one of the goals of ideological policy: the complete elimination of religious organizations on the territory of the state.