INTERPERSONAL RELATIONS OF THE NOBILITY “PARTIES” CONDÉ DURING THE FRONDE
Authors: Малахова С.И. 
Published: July 2024

Во время Фронды (1648-1653) во Франции образовалось несколько «партий»: фрондеры, мазаринисты, кондисты/кондеанцы; последним и посвящена статья. В кратком обзоре литературы упоминаются некоторые из последних работ отечественных и французских исследователей, которые по проблематике и методологии сходны с исследованием. Для изучения партии кондеанцев используются методы социальной истории, пропосографический, методики изучения источников личного происхождения. В основной части говорится о причинах перехода дворян к Конде, об их целях и расчетах, о том, нес ли глава фракции ответственность перед ними, об отношениях участников, о ссорах в семье принца. Отдельного внимания заслуживает вербовка новых участников, среди которых был и один из авторов исследуемых источников – граф де Бюсси-Рабютен. Особо рассматривается отношение к женщинам в партии Конде. Несмотря на то, что герцогини де Лонгвиль и де Монпансье были активными политическими деятельницами с огромным влиянием на события Фронды, мужчины-кондеанцы зачастую не обращали внимание на их вклад. Кондеанцы отличались от других партий тем, что среди них было много военных. Это делало фракцию сильной, но и усложняло контроль над ней. Неповиновение участников объяснялось тем, что они больше думали о собственной выгоде, а также тем, что принц не всегда выполнял обещания. Разочаровавшись в Конде, некоторые из них начинали лавировать между фракциями. Подводя итоги, необходимо отметить особенное влияние родственных отношений в доме Конде на деятельность его партии, потому что «верхушкой» кондеанцев были брат и сестра принца. Ссоры и периоды мира между ними приводили то к упаду, то к подъему деятельности фракции. Кондеанцы были связаны между собой самыми разными отношениями: семейными, патрон-клиентскими, дружескими, любовными и другими. Конде ждал от членов своего объединения лояльности и послушания, а кондеанцы – покровительства, исполнения щедрых обещаний. Конфликты возникали в том случае, если эти взаимные ожидания не реализовывались.
During the Fronde (1648-1653) several “parties” were formed in France: the Frondeurs, the Mazarinists, and the Condistes/Condeans; the article is devoted to the latter. A brief literature review mentions some of the recent works of domestic and French researchers, which are similar to the study in terms of problems and methodology. For the study of the Condean party, the methods of social history, proposographic, and methods of studying sources of personal origin are used. The main part tells about the reasons of the nobles' transition to Condé, about their goals and calculations, about whether the head of the faction was responsible to them, about the relations of the participants, about quarrels in the prince's family. Special attention should be paid to the recruitment of new participants, among whom was one of the authors of the researched sources - Count de Bussy-Rabuten. The attitude to women in Condé's party is especially considered. Despite the fact that the Duchesses de Longueville and de Montpensier were active political figures with enormous influence on the events of the Fronde, male Condéans often overlooked their contributions. The Condeans differed from other parties in that they included many military men. This made the faction strong, but also made it difficult to control. The disobedience of the members was due to the fact that they thought more of their own benefit and that the prince did not always keep his promises. Disillusioned with Condé, some of them began to manoeuvre between factions. To summarise, it is necessary to note the particular influence of family relations in the house of Condé on the activities of his party, because the “top” of the Condéans were the brother and sister of the prince. Quarrels and periods of peace between them led then to the decline and then to the rise of the activities of the faction. The Condeans were bound together by a variety of relationships: familial, patron-client, friendship, love, and others. The Conde expected loyalty and obedience from the members of their association, while the Condeans expected patronage and the fulfilment of generous promises. Conflicts arose when these mutual expectations were not realised.