Contemplation or Reading? F.H. Jacobi and J.G. Hamann on the Ways of Knowing the “Supersensible”
Authors: Лызлов Алексей Васильевич 
Published: September 2024

XVIII век — время, когда происходит активный процесс секуляризации мысли и жизни. В философии этот процесс выразился в стремлении отказаться от любого рода религиозных и метафизических предпосылок и опираться только на опыт; а также в утверждении разума в качестве не только органа познания, но и единственной инстанции, способной по праву ориентировать человека в жизни. Одной из важнейших проблем становится при этом проблема обоснования предлагаемых разумом познавательных моделей и регулятивов человеческой жизни. Понятно, что основания указанной необходимости, если и существуют, не могут принадлежать области «чувственных» данных, но представляют собой нечто «сверхчувственное» (Übersinnlich). Поэтому вопрос о возможности познания «сверхчувственного» активно обсуждался мыслителями XVIII века. Просветительски ориентированные мыслители сходятся в утверждении того, что «сверхчувственное» не может , но может лишь . При этом одни из них, в частности М. Мендельсон, полагают возможным существование сверхчувственных предметов и их посредством рассудочных спекуляций, другие же отрицают возможность этого, как делает И. Кант, утверждающий, что сверхчувственное отвечает разума, но не может быть предметом разумного познания. Напротив, оппоненты Просвещения сходятся в утверждении возможности сверхчувственного, предлагая разные варианты понимания того, как сверхчувственное может восприниматься. В статье рассматриваются и анализируются два таких варианта. Первый, принадлежащий Ф.Г. Якоби, отсылает к Платону и предполагает, что сверхчувственное нам посредством особого рода , присущей разуму. Второй, разрабатываемый И.Г. Гаманом, основывается на понимании восприятия как «чтения» и , в которых материальная фактичность вещи или события всегда «прочитывается» и понимается в ее «сверхчувственном» смысле подобно тому, как это происходит при чтении слов книжного текста.
In the 18th century, a process of secularization of thought and life took place. Philosophers expressed this through abandoning any religious and metaphysical concepts and relying solely on experience, in addition to affirming reason as the exclusive means of acquiring knowledge and the only way for a person to orientate themselves in life. Consequently, one of the most significant challenges was substantiating the compelling need for cognitive models and regulators proposed by reason. It became apparent that any possible grounds for this could not originate from “sensory” data but must rather be derived from something “supersensible” (). Therefore, the feasibility of cognizing the “supersensible” was ardently discussed by eighteenth-century thinkers. On the one hand, Enlightenment-leaning thinkers contended that the “supersensible” can be conceptualized, but not be perceived. Some of them, like M. Mendelssohn, maintained that supersensible objects could be proven to exist and that one could cognize them through rational speculations, while others, like I. Kant, denied this possibility, arguing that the “supersensible”' meets the needs of reason () but cannot be rationally understood. On the other hand, opponents of Enlightenment held strong to their belief that “supersensibles” can be perceived. In this paper, I discuss two approaches to this endeavour. F.H. Jacobi argued that the “supersensible” is passed on to us via an inherent receptivity within our reason — akin to Plato; meanwhile J.G. Hamman’s line-of-thought interpreted such perception as “reading” both the “book of creation” () and the “book of history” () in order to “read” material factuality with its corresponding supersensible sense — as if reading words off a page.