Пробуждение женского как феномен гендерной идентичности: девичьи «обожания» в истории русской сексуальной культуры (рубеж XIX—XX веков)
Authors: Н. Мицюк , Н. Пушкарева 
Published: October 2024

Обожание — восторженное проявление эмоций, преклонение перед кем-то — особый тип социальных отношений, имеющий в случае работы с нарративами определенную эвристическую ценность. Авторы ставят задачу проследить, как интерпретировались и менялись с возрастом «обожательские отношения», бытовавшие среди гимназисток, институток и епархиалок в XIX веке. Построенное на анализе автодокументальных источников (как опубликованных, так и архивных) в сопоставлении с образами, почерпнутыми из художественной литературы, исследование использует подходы гендерной истории и феминисткой антропологии, в том числе концепты социального конструирования сексуального поведения и так называемой пластичной сексуальности. Контент и распространенность в девичьей среде нарративов, содержавших описание различных форм преклонения перед лицами одного с авторами пола, демонстрируют явную жизненность сублимированных форм подростковой сексуальности в повседневных практиках воспитанниц закрытых, гендерно сегрегированных учебных заведений. Подробное описание особенностей психологической привязанности (вплоть до зависимости), эмоциональных травм, а также самих практик, складывавшихся в процессе «обожаний», приводит к выводу о том, что такого рода социальные, групповые, индивидуальные отношения явно выходили за рамки дружеских и не сводимы к ним, как это считалось прежде в научной литературе. Однополые девичьи привязанности в обществе редко воспринимались как сексуальные, по причине того, что не предполагали пенетрации и дефлорации. Собранный нарративный материал показывает, что сексуальные отношения в среде городских девочек-подростков были куда сложнее и богаче их терминологического обозначения (обожание) и стереотипных характеристик в научных работах. В статье рассматривается влияние жестко нормированных условий жизни в женских учебных заведениях Российской империи на эмоциональную жизнь их воспитанниц. Гимназисткам и епархиалкам предлагались лишь традиционные нормативные модели женского предназначения, которые трудно было согласовать с их сексуальными потребностями.
Adoration is an enthusiastic manifestation of emotions, admiration for someone — a special type of social relationship that has a special heuristic value in the case of working with narratives. The authors set the task of identifying, studying the semantic interpretation and age-related dynamics of the “adoration relationships” that existed among high school students, college girls and diocesan women in the 19th century. Based on the analysis of auto-documentary sources (both published and archival) in comparison with images drawn from fiction, the study updates the approaches of gender history and feminist anthropology, including the concepts of the social construction of sexual behavior and the so-called “plastic sexuality.” The content and degree of existence of narratives containing various forms of worship among girls has proven the widespread prevalence of sublimated forms of teenage sexuality in the everyday life of pupils of closed, gender-segregated educational institutions. A detailed description of the characteristics of psychological attachment (even addiction), emotional trauma, as well as the practices themselves that developed in the process of “adoration” led to the conclusion that this kind of social, group, and individual relationships clearly went beyond friendship and cannot be reduced to them, as was previously thought in the scientific literature. Same-sex girlish affections met with a tolerant attitude from society only because they did not involve penetration and defloration. The collected narrative material proved that sexual relations among urban teenage girls were much more complex and richer than their terminological statements (adoration), research stereotyping and previous semantic interpretations. The strict normalization of female sexual behavior, typical of Russian culture (which arose on an Orthodox basis), led to deviations from normal female maturation, although it was intended to consolidate traditionalism in sexual and reproductive behavior.