Буддизм как объект и подход в работах Александра Пятигорского
Authors: А. ДеБласио 
Published: November 2024

В данной статье рассматривается проблема мышления в творчестве философа, лингвиста, исследователя буддийской мысли, писателяфантаста А.М. Пятигорского. Статья начинается с рассмотрения интеллектуального влияния Юрия Рериха и Бидии Дандарона на Пятигорского в более широком контексте изучения буддизма в России в позднесоветский период. Затем мы переходим к центральной теме исследований Пятигорского — проблеме мышления и размышлений о мышлении, которая лежит в основе его метода исследовательской философии (разработанного совместно с Давидом Зильберманом) и которая развивалась Пятигорским в контексте буддийского опыта. С одной стороны, творчество Пятигорского доэмиграционного периода возникло в контексте интеллектуальной культуры его времени, в том числе в беседах с современниками: Мерабом Мамардашвили, Юрием Лотманом и другими. С другой стороны, буддизм играл в исследованиях Пятигорского важнейшую роль. А на его философию оказала непосредственное влияние вера в то, что ответы на самые насущные вопросы феноменологического исследования и философии в целом можно найти в основополагающих текстах и идеях буддийской мысли. Таким образом, исследования Пятигорского занимают в советской гуманитарной науке место на пересечении Востока и Запада. Статья завершается рассмотрением того, как Пятигорский применил свой философский подход к «методологическим проблемам» русской литературы, тем самым расширив понимание «йогического мышления» как зеркала, в котором русская культура может отражаться в самой себе.
This article looks at the problem of “thinking” in the work of philosopher, linguist, scholar of Tamil literature and Buddhist thought, and fiction writer A.M. Piatigorsky (1929—2009). It begins by addressing the influence of Iurii Rerikh and Bidia Dandaron on Piatigorsky’s intellectual trajectory within the broader context of the study of Buddhism in Russia during the late Soviet period. It then turns to the central theme in Piatigorsky’s work — the problem of “thinking” and “thinking about thinking” — which sat at the core of his method (developed together with David Zilberman) of nablyudatel’naya filosofiya, and which Piatigorsky developed through the lens of the Buddhist experience. One the one hand, Piatigorsky’s work from his pre-emigration period emerged within the context of the intellectual culture of his day, including in conversation with contemporaries like Merab Mamardashvili, Yuri Lotman, and others. On the other hand, what makes Piatigorsky’s work distinctive is the foundational role that Buddhism played in his philosophy, and his belief that answers to the most pressing questions of phenomenological inquiry, and of philosophy in general, can be found in the foundational texts and ideas of Buddhist thought, thereby positioning his thought at the intersection of east and west in late Soviet discourse. The article concludes by addressing how Piatigorsky’s applied his philosophical approach to what he called the “methodological problems” of Russian literature, thereby extending the insights of “yogic thinking” as a mirror in which Russian culture might reflect upon itself.