bluuebunny/crossref_metadata_2025_split huggingface dataset:
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ИТОГИ ИЗУЧЕНИЯ ОСТЕОЛОГИЧЕСКОЙ КОЛЛЕКЦИИ ИЗ РАСКОПОК ЦИТАДЕЛИ ВОЕННОЙ КРЕПОСТИ УЗУНДАРА
Authors: С.О. Двуреченская 
Published: November 2021

В статье приводятся результаты исследования остеологического комплекса из раскопок цитадели бактрийской крепости Узундара (III–II вв. до н. э.), расположенной на юге современного Узбекистана. Рассматриваются биологические характеристики костей домашних копытных из кухонных отбросов, обнаруженных во всех комплексах цитадели. Проанализирована природа зафиксированных на костях этих животных многочисленных патологических изменений. Выявленные последствия тяжелой физической нагрузки и костные травмы у взрослых и старых ослов свидетельствуют об их интенсивной эксплуатации как вьючных животных. Обсуждаются особенности системы обеспечения гарнизона крепости мясными продуктами.
The paper reports on the archaeozoological study of the osteological assemblage from the excavations of the Uzundara fortress citadel (3rd–2nd centuries BC) in Uzbekistan. It discusses a sample of domesticated animal ungulates from kitchen refuse discovered in all citadel assemblages. It analyzes the nature of numerous pathological changes recorded on the bones of these animals. Consequences of hard physical work and bone injuries identified among the adult and old animals (Fig. 2) is an evidence of the use of donkeys and horses as pack animals. The paper also reconstructs a specific economic situation in the citadel associated with likely keeping of live sheep as provisions as well as intensive use of beasts of burden.
ОСОБЕННОСТИ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО ИЗУЧЕНИЯ ЮЖНОСИБИРСКОГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
Authors: И. Л. Кызласов 
Published: November 2021

Своеобразие Южной Сибири заключено в зримости древних памятников. Созданные из камня, они стали обязательной частью местного пейзажа. Среди них и надо осознавать остатки средневековья. Как тогда воспринимались памятники предыдущих культур, прослежено на писаницах, могильниках и в храмовых центрах Хакасии. Рисунки, а затем геральдические знаки и молитвенные надписи средневековья не нарушают, а дополняют петроглифы былых времен, значит, сохранялись горные культы. Курганы VI-VIII вв. продолжают кладбища II в. до н. э. -V в. н. э., видно, осознавались кровные связи с предками. В VIII в. манихейский храм возвели в долине, где по ХХ в. оставались не потревоженными 14 скульптур и около 15 менгиров. Храм действовал среди языческих идолов - ближайшие монолиты были от него в 100-150 м. Достигнув Енисея, манихейство включило в свою религиозную практику местную руническую письменность, а вместе с нею, как теперь видим, и основной комплекс традиционного мировоззрения, тесно связанного с почитанием памятников древности. Взаимное проникновение привнесенных и местных верований сформировало новое религиозное направление - северное, сибирско-тюркское манихейство.
Visibility of ancient sites is a unique feature of southern Siberia. Built from stone, these sites have become an integral part of the local landscape. Remains dating to the Middle Ages need to be identified at such sites. The way the sites dating to earlier cultures were perceived during the medieval times can be understood from rupestrian drawings, cemeteries and temple centers in Khakassia. Drawings and, subsequently, blazonry and medieval prayer inscriptions complement petroglyphs dating to the earlier periods (Fig. 1 and 2) rather than disrupt the picture these petroglyphs create. It means that mountainous cults were maintained until the medieval period. Mounds of the 6 -8 centuries represent a continuation of the cemeteries of the 2 century BC - 5 century AD; people were aware of the ties of blood with their ancestors. In the 8 century a Manichean church was built in the valley where 14 sculptures and around 15 menhirs remained intact until the 20 century (Fig. 3). Services in the church were conducted among pagan idols, the nearest monoliths were located at a distance of 100-150 m (Fig. 4). Reaching the Yenisei, Manichaeism incorporated local runic writings into its religious practice along with a basic set of traditional world view closely connected with worshipping the sites of ancient times. Mutual penetration of non-local and local beliefs generated a new religious belief, i.e. northern, Siberian-Turkic Manichaeism.
ЛЕПНАЯ КЕРАМИКА МОГИЛЬНИКА РИМСКОГО ВРЕМЕНИ ФРОНТОВОЕ 3 (О ТЕХНОЛОГИИ ИЗГОТОВЛЕНИЯ)
Authors: Е. В. Суханов , А. Н. Свиридов , С. В. Язиков 
Published: November 2021

В 2018 г. Севастопольским отрядом Крымской новостроечной экспедиции ИА РАН был полностью исследован новый могильник первых веков н. э. в Юго-Западном Крыму - Фронтовое 3. Статья посвящена изучению технологии изготовления лепной керамики, найденной на этом памятнике. Рассматриваются данные о приспособительных навыках гончаров, делавших обнаруженные на Фронтовом 3 лепные сосуды: отбор и добыча исходного пластичного сырья, составление формовочных масс и обработка внешней поверхности сосудов. На основании отличий в формовочных массах в изученном материале выделены два культурных компонента, один из которых, по-видимому, является «местным», а второй «пришлым». «Пришлый» отличался традицией добавления в формовочную массу шамота. Результаты исследования показывают, что носители традиции добавления в формовочную массу шамота представляют собой население, хоронившее своих покойных в грунтовых склепах, которые массово распространяются в Юго-Западном Крыму в ГУ в.
In 2018 the Sevastopol team of the Crimean expedition of archaeological land testing in advance of construction development (IA RAS) excavated a new cemetery in the southwestern Crimea which was dated to the first centuries AD. The site is known as Frontovoye 3. The paper explores the technology of hand-made ceramics retrieved from this site. It examines the data on adaptive skills of the potters who produced hand-made vessels discovered at Frontovoye 3 such as selection and production of original plastic raw material, composition of clay paste and treatment of the external surface of the vessels. Differences in the clay composition of the examined vessels were used to single out two cultural elements, one of which appears to be local while the other is non-local. The nonlocal element was distinguished by presence of grog added to the clay. The study shows that people with the tradition of adding grog into the clay buried their dead in ground vaults; in the 4 century this tradition spread all across the southwestern Crimea.
Кавказ в системе культурных связей Евразии в древности и средневековье XXX «Крупновские чтения»
Authors: Р.М. Мунчаев 
Published: November 2021

Сборник составлен по материалам, представленным на Международную на- учную конференцию по археологии Северного Кавказа «Кавказ в системе куль- турных связей Евразии в древности и средневековье» – XXX «Крупновские чте- ния». Тематика докладов отражает широкий круг проводимых археологических исследований, охватывающих хронологический диапазон от каменного века до позднего средневековья.
The collection was compiled from the materials presented at the International Scientific Conference on the Archeology of the North Caucasus «The Caucasus in the System of Cultural Relations of Eurasia in the ancient time and the Middle Ages» – XXX «Krupnovsky Readings». The subject of the reports reflect a wide range of ongoing archaeological studies covering the chronological range from the Stone Age to the late Middle Ages.
Analysis of shapes and ornamental designs of vessels from the Balanovo burial ground
Authors: Е.В. Волкова 
Published: November 2021

The article is devoted to analysis of shapes and ornamental designs of 121 vessels from the Balanovo burial ground. The burial field belongs to the Bronze Age and is situated in the Mari part of the Volga river basin. The analysis has been carried on within framework of the historical-and-cultural approach to pottery study developed by A.A. Bobrinsky (Bobrinsky, 1978). Vessel shapes have been study in accordance with procedure developed by Yu.B. Tsetlin. The procedure includes three consecutive stages: 1. determination of general proportionality of vessels; 2. detachment of vessels’ functional parts; 3. determination of the functional parts’ maturity. Analysis of ornamental designs has been carried out in accordance with the procedure developed by the author of the article and consisted of detachment of technological ornamental traditions (type of ornamental tools and ways of its drawing) and of stylistic ornamental traditions (at four structural levels: an 251 element, an image, a motif, and a composition). In result the author has detached the Balanov and the Atli-Kasin pottery traditions of forms creation and ornamentation (there is no differences in pottery traditions of these two populations). Mixed Balanov-Atli-Kasin traditions have been detached also. The presence of mixed traditions allows the author to make a more substantiated conclusion that the Balanov burial ground was left by two closely related population groups, by Balanovo and Atlikan groups.
THE RESULTS OF THE ARCHAEOLOGICAL WORK OF THE OLD RUSSIAN EXPEDITION OF THE STATE HERMITAGE MUSEUM OF THE 2018 SEASON IN THE CONTEXT OF STUDIES OF THE PALACE OF PRINCES IN THE UGLICH KREMLIN
Authors: Е.А. Турова 
Published: November 2021

Древнерусская экспедиция Государственного Эрмитажа в 2018 г. провела археологические исследования в Угличском кремле. На участке перед алтарем Спасо-Преображенского собора (1700 г.) раскопками зафиксирован горизонт строительства старейшего белокаменного Спасского собора Угличского кремля. Стратиграфия антропогенных отложений на участке и датировка комплекса находок позволяют отнести строительство храма ко времени ок. 1436 г. и связать его с именем Дмитрия Шемяки. Изучение более поздних строительных слоев позволило говорить о коренной перестройке собора с возведением его каменных портиков в царствование Андрея Васильевича Великого (после 1462 г.). Впоследствии, примерно в 1480-1484 гг., собор и притвор были включены в перестроенный для Андрея Большого дворцовый комплекс, построенный из кирпича. Результаты раскопок уточняют датировку и атрибуцию археологических исследований И. А. Тихомирова (1900) и Вал. А. Булкина (1985-1989) в Угличском кремле.
The ancient Russian expedition of the State Hermitage in 2018 conducted archaeological research in the Kremlin of Uglich. On the site in front of the altar of the Transfiguration of the Savior Cathedral (1700), the excavations recorded the layer of construction of the oldest white-stone Savior Cathedral of the Uglich Kremlin. The stratigraphy of anthropogenic deposits on the site and the dating of the complex of finds allows the construction of the temple to be attributed to the time of approx. 1436 and associate it with the name of Dmitry Shemyaka. The study of the later construction layers made it possible to speak of a radical restructuring of the cathedral with the building of its stone porches in the reign of Andrey Vasilyevich the Great (after 1462). Subsequently, around 1480-1484, the cathedral and the porch were included in the rebuilt for Andrei Bolshoi palace complex, built in brick. The results of the excavations correct the dating and attribution of archaeological research I.A. Tikhomirov (1900) and Val.A. Bulkin (1985-1989) in the Uglich Kremlin.
KOTORSK SETTLEMENT - AN ORDINARY “POGOST”, AN OUTSTANDING SITE
Authors: Е.Р. Михайлова , В.Ю. Соболев 
Published: November 2021

Погосты (погосты-места) западной части средневековой Новгородской земли ярко отразили процесс формирования и распространения древнерусской культуры на Северо-Западе. Погосты рано стали административно-податными и церковными единицами, фактически тождественными сельским приходам, и тем самым составили основу сети административных центров. Материальная культура погощан характеризуется зажиточностью и заметным числом разнообразных импортов. Созданная небольшими укрепленными городками (теперь городищами), отстоящими один от другого на 10-25 км, система обороны позволяла малыми силами контролировать значительные территории. Ее разрушение может быть связано с летописным походом княгини Ольги по Луге и Мсте или крещением. Сходство между новгородскими погостами и раннесредневековыми поселениями Ополья можно объяснить сходством в механизмах формирования и распространения единой древнерусской культуры в X-XI вв.
Medieval pogosts (local power places) reflected the process of formation of Old Russian culture in the North-Western part of Novgorod land. Pogosts became administrative units and rural parishes, and formed the basis of the administrative centers network. The similarities between the pogosts of Novgorod Land and the early medieval settlements of Opolje can be explained by the similarity in the mechanisms of formation and distribution of an ancient Russian culture in the 10th-11th centuries.
STAGES OF DISTRIBUTION OF THE PRINCELY POWER IN THE UPPER VOLGAREGION IN THE XII - EARLY XIII CENTURIES
Authors: П.Д. Малыгин , С.В. Богданов 
Published: November 2021

В статье анализируется динамика окняжения Верхневолжья в XII - начале XIII в. С этим процессом авторы связывают установление рубежей новых княжеств и возведение крепостей. На основании анализа сообщений письменных источников авторы выделяют 4 этапа окняжения Верхневолжья, выявляют закономерность и последовательность в расширении суздальских границ вдоль Волги от устья р. Нерли до устья р. Вазузы. Авторы приходят к выводу, что в середине XII в. Волга выше устья р. Медведицы была общерусской дорогой, на этом участке проживали свободные общинники, не подвергшиеся огосударствлению со стороны Новгорода, Суздаля и Смоленска. В конце XII в. владимирскими князьями был окняжен участок Волги от устья Медведицы до устья Тверцы, а в начале XIII в. - от устья Тверцы до устья Вазузы. Авторы проводят критический анализ результатов радиокарбонового анализа древесины из раскопок укреплений Тверского кремля и заключают, что крепостные сооружения должны быть датированы не ранее 1238 г.
The article analyzes the dynamics of circulation in the princely property of the territory of the Upper Volga region in the XII - early XIII century. With this process, the authors associate the establishment of the frontiers of new principalities and the construction of fortresses. Based on an analysis of written sources, the authors identify 4 stages of conversion to princely property in the Upper Volga region, reveal the pattern and sequence in expanding the Suzdal’ borders along the Volga from the mouth of the Nerl’ to the mouth of the Vazuza River. The authors come to the conclusion that in the middle of the XII century the Volga, above the mouth of the Medveditsa River, was an all-Russian road; free members of the community lived on this site, who did not pay tribute to Novgorod, Suzdal’ or Smolensk. At the end of the 12th century, the princes of Vladimir converted the princely property of the territory on the Volga from the mouth of the Medveditsa Riverto the mouth of the Tvertsa River, and in the early 13th century - from the mouth of the Tvertsa Riverto the mouth of Vazuza River. The authors conduct a critical analysis of the results of radiocarbon analysis of wood from the excavations of fortifications of the Tver’ Kremlin and conclude that they should be dated no earlier than 1238.
The Events of the Late Scythian History of the North-West Crimea and their Dating According to the Written Sources
Authors: Е.Е. Антонов 
Published: November 2021

В статье идет речь о ключевых событиях, так или иначе затронув - ших Северо-Западный Крым во второй половине II в. до н.э. начале II в.н.э., то есть в то время, когда в регионе существовали позднескифские поселения. В центре внима - ния вопрос датировки этих событий по письменным источникам. Рассматриваются как свидетельства древних авторов, так и литература, посвящённая им, подробно разбира - ются системы аргументов в пользу той или иной даты. Констатируется, что письменные источники прямо упоминают лишь одно событие, затронувшее позднескифский Севе - ро-Западный Крым походы Диофанта. Датировать их начало пока что можно только интервалом между 114 и 110 гг. до н.э. Вероятным, но не доказанным окончательно представляется сопоставление следов разрушений на поселениях региона с походами Аспурга и Т. Плавтия Сильвана. Надписи позволяют поместить первое из этих событий между 16 и 23 гг. I в.н.э. Попытки датировать экспедицию Т. Плавтия Сильвана с точ - ностью до года нельзя признать убедительными, можно лишь говорить о том, что она состоялась между 63 и 66 гг.н.э. Установить даты занятия поздними скифами северозападной части полуострова и их ухода из неё, а также время вывода понтийских гарнизонов по письменным источникам пока не представляется возможным.
The article considers the principal events affecting the North-West Crimea in the second half of the 2nd century B.C. early 2nd century A.D.. i.e. at the time of the Late Scythian settlements in that region. The main problem is the dating of these events according to the available written sources. The evidence of ancient authors are taken into account as well as contemporary literature providing arguments in support of certain dates. Written sources however mention directly just one event affecting the Late Scythian West Crimea the raids of Diophantes. So far it is possible to date his first expeditions only approximately between 114 and 110 B.C. It is possible, though there is no definite proof, that the traces of destruction found at the sites of the region should be connected with the raids of Aspurgus and T. Plautius Silvanus. Epigraphic sources allow to date the first of these events between 16 and 23 A.D. All attempts to date precisely the expedition of T. Plautius Silvanus are not quite persuasive, all we can say is that it most probably took place between 63 and 66 A.D. And there is so far no possibility to date precisely such events as the Late Scythian occupation of the North-West part of the peninsula and the time they left it, as well as the time when Pontic garrisons were evacuated.
Late Archaic and Early Classical Coins from Excavation of Phanagoria
Authors: М.Г. Абрамзон , А.А. Завойкин , В.Д. Кузнецов , И.А. Сапрыкина 
Published: November 2021

В статье впервые публикуются серебряные монеты конца 6 середины 5 в. до н.э. из раскопок Фанагории. Этот нумизматический материал имеет важное значение для уточнения датировки слоев поздней архаики ранней классики на акрополе Фанагории и открытого в них целого ряда объектов жилищ, общественных зданий, фортификационных сооружений. С другой стороны, археологический контекст находок монет позволяет корректировать хронологию некоторых типов самих монет. Для этих целей особенно важны находки монет, которые происходят из разных уровней жизни общественного здания (294), построенного во второй половине 6 в. до н.э. и с перестройками дожившего до середины 5 в. до н.э. Кроме того, большое значение имеют находки монет в слое разрушения древнейших оборонительных сооружений Фанагории (679), которые погибли ок. 480 г. до н.э. К этому же времени относится клад боспорских серебряных монет, спрятанный под стеной дома (205). В целом хронология ранних серебряных монет, найденных на раскопе Верхний город , согласуется с характеристиками этого района города в период поздней архаики ранней классики (примерно до середины 5 в. до н.э.), что позволяет, опираясь на фанагорийские материалы, четко определить рубеж, отделяющий датировки более поздних монетных типов. Публикуемая коллекция представляет собой ценный источник информации о денежном обращении ранней Фанагории, а исследование химического состава металла монет дает возможность подойти к решению вопросов об источниках серебра для ранней боспорской чеканки и атрибуции ряда выпусков.
The article is the first publication of the 6th first half of the 5th century B.C. silver coins from excavations at Phanagoria. These numismatic finds are most important for the verification of the date of the Late Archaic and Early Classical layers at the acropolis of Phanagoria and a number of structures discovered there dwellings, public buildings, fortifications. On the other hand, the archaeological context of numismatic finds allows us to verify the chronology of certain types of coins. Most important in this connection are coin finds from different levels of a public building (294) erected in the second half of the 6th century B.C., which existed, after a number of reconstructions, till the middle of the 5th century B.C. There are also important coin finds from the ruined fortifications of Phanagoria (679) destroyed circa 480 B.C. A hoard of Bosporan silver coins concealed under the wall of a dwelling (205) belongs to the same period. In general, the chronology of early silver coins found in the excavation site the Upper City agrees with the features of this area in the Late Archaic and Early Classic times (approximately before 450 B.C.), which allows us to define the border dating later coin types. The collection presented here is a valuable evidence for the currency in early Phanagoria, and the study of the chemical composition of the coin alloy allows us to find out the sources of silver for the Early Bosporos coins and the attribution for a number of issues.
THE HISTORY OF ECONOMIC DEVELOPMENT OF POTTERY PRODUCTION AMONG THE POPULATION OF THE UPPER AND MIDDLE DNIEPERREGION IN THE 1ST MILLENNIUM B. C. – 2ND MILLENNIUM A.D.
Authors: А.А. Бобринский 
Published: November 2021

Данный текст был обнаружен в личном архиве А. А. Бобринского, хранящемся в Институте археологии РАН. Написание его относится к концу 1970-х – началу 1980-х гг. Он посвящен краткому изложению истории развития функций гончарного круга на протяжении трех тысячелетий на территории Верхнего и Среднего Поднепровья и частично лесной зоны Восточной Европы. На основании разработанной автором методики дано описание уровня экономического развития гончарного производства у носителей днепро-двинской, милоградской, юхновской культур, культуры штрихованной керамики, дьяковской, позднескифской, зарубинецкой, черняховской культур, населения древнерусского и более позднего времени, вплоть до этнографической современности.
This text was found in A. A. Bobrinsky’s personal archive which is preserved in the Institute of Archaeologyof the Russian Academy of Sciences. It was written in the late1970s – early1980s. It is a brief summary of the three thousand-year history of potter’s wheel functions on the territory of the Upper and Middle Dnieper region and partly of the forest zone of Eastern Europe. Based on the methodology developed by the author it describes the level of economic development of pottery production among bearers of the following cultures: the Dnieper-Dvina, the Milogrady, the Yukhnovo, the Brushed Pottery, the Dyakovo, the late Scythian, the Zarubintsy, the Chernyakhov as well as among the population from the old Russian to later period and up to ethnographic modern age.