Vasiliy V. Shulgin and V. E. Zhabotinsky in Kyivanin and Kyiv Mysl, 1917–1918: from the English intelligence to Alphabet (on the problem of building network information structures before and after the revolution)
Authors: Кацис Л.Ф. 
Published: August 2021

В статье рассматривается политическая ситуация в Киеве в 1917-1918 гг., как она отразилась в газетной полемике между «Киевской мыслью» и «Киевлянином». Особое внимание уделено полемике между В.В. Шульгиным, открыто печатавшим свои статьи, посвященные наиболее актуальным вопросам политической жизни России и Украины под своим именем в правом и националистическом «Киевлянине», и текстам «В. Рудина» из «Киевской мысли», подписанных псевдонимом. В работе показывается, что авторы обеих газет держали тексты и позиции друг друга в поле своего зрения, судя по всему, зная друг друга. На основании анализа бытования псевдонима «В. Рудин» в других русских газетах до «Киевской мысли», показано, что этот псевдоним принадлежит В. Е. Жаботинскому. Проблема, однако, в том, что в отличите от В.В. Шульгина, писавшего из Петербурга-Петрограда, Киева или Одессы, В.Е. Жаботинский находился в это время в Англии или Палестине. Его «установочные» статьи о выборах в Киевскую городскую думу, в Учредительное собрание или оценивающие украинские «Универсалы» либо большевистские Законы о земле и т.д. основывались на доскональном знании ситуации в России и на Украине, накопленные за предыдущие 15 лет активной работы в русской и, в частности, Киевской печати. Представленный «диалог» включен автором статьи в широкий контекст киевской и общерусской публицистики, включающий в себя А. Кугеля, Д. Заславского, В. Сумского (Каплуна) и др., с «либеральной» стороны, а также А.И. Савенко с «правой» стороны. Учитывается реакция украинской националистической печати на эти выступления.
Представленный материал позволяет проследить возникновение и использование сетевых методов публицистической и пропагандисткой работы в переломное для России и Украины время, показать, каким образом осуществлялась информационная поддержка тех или иных сил из-за рубежа, русскими журналистами и представителями иностранных держав. Особое место уделено прямым контактам русских журналистов-либералов, представляющих национальные движения Российской Империи, включая сионизм, с представителями английских правительственных и разведывательных кругов, пытавшихся оказать влияние на внутренние процессы России, решая при этом свои собственные задачи. Описанные события позволяют понять контекст формирования разведывательной сети «Азбука» В.В. Шульгина, а также открывают возможность исследования послереволюционных контактов В.В. Шульгина и В.В. Жаботинского времен операции «Трест» и их отражение в мемуарах В.В. Шульгина «Три Столицы», советской художественной литературе (Ильф-Петров).
This article considers the political situation in Kyiv in 1917–1918 as reflected in the polemic between the newspapers Kievskaya Mysl (Kyivan Thought) and Kievlyanin (Kyiv Resident). The author pays special attention to the polemic between V. V. Shulgin and V. Rudin. Shulgin published articles on the most important issues in Russian and Ukrainian politics under his own name in the right-wing, nationalistic Kievlyanin, while the works of "V. Rudin" were published in Kievskaya Mysl under the pseudonym. The work demonstrates that the authors of both newspapers closely monitored one another's texts and opinions, and apparently knew one another personally. An analysis of the pseudonym "V. Rudin", which had been used in other Russian newspapers before Kievskaya Mysl, shows that it belonged to V. E. Zhabotinsky. However, the problem is that, unlike V. V. Shulgin, who wrote from St. Petersburg-Petrograd, Kyiv, or Odesa, V. E. Zhabotinsky was in England or Palestine during that period. His leading articles about the elections to the Kyiv City Duma and the Constituent Assembly, or those commenting on the Ukrainian Universals or Bolshevik Land laws, etc. were based on a profound knowledge of the situation in Russia and Ukraine that he had acquired over the previous 15 years, actively working in Russian and Kyivan print media. The author of this article considers the above-mentioned "dialogue" as part of a broader context of Kyivan and all-Russian journalism, where A. Kugel, D. Zaslavsky, V. Sumsky (Kaplun) and others represented the "liberal" side, and A. I. Savenko represented the "right wing". The author also considers the reaction of Ukrainian nationalist print media to those works.
The presented material allows us to trace the emergence and use of network methods in journalism and propaganda during a critical period of Russian and Ukrainian history. It demonstrates how Russian journalists and representatives of foreign states provided informational support from abroad to certain forces. The author pays special attention to the direct contacts of Russian liberal journalists who represented national movements in the Russian Empire, including Zionism, with members of the British government and intelligence who tried to interfere in Russia's internal affairs in pursuit of their own objectives. The events described give an idea of the context in which V. V. Shulgin's Azbuka (Alphabet) intelligence network was formed and open up the possibility of studying his and V. V. Zhabotinsky's post-revolutionary contacts during Operation Trust and how they were reflected in "Three Capitals" (Shulgin's memoirs) and in Soviet fiction (by Ilf and Petrov).