Сократ как «сущность» и «метод»: трансцендирование
Authors: Ирина Александровна Протопопова 
Published: October 2024

Статья продолжает тему «Сократ как сущность и метод», где платоновский Сократ рассматривается не как персонаж, а как «прием», с помощью которого Платон показывает продвижение сознания по ступеням, описанным, в частности, в «разделенной Линии» (R. 509-511). В первой части было показано, как через фигуру Сократа реализуются эленхос и апория: благодаря испытанию собеседники, включая самого Сократа, попадают в тупик, относящийся не только к предмету вопрошания, но и к самим вопрошающим. Негативность, требующая дальнейших разысканий, приводит к необходимости выхода за пределы любых образов и мнений как о предмете, так и о воспринимающем: это трансцендирование, переход к ἐπέκεινα. В этой, второй части работы, я показываю парадоксальность описаний «самого по себе» (Smp. 211-212, Phdr. 247), которое оказывается, с одной стороны, неким аналогом «ничто», с другой - способно каким-то образом восприниматься. Это связано с двумя важнейшими родами сущего: «само по себе» (τὰ αὐτὰ καθ’ αὑτά) и «относительно иного» (τὰ πρὸς ἄλλα) (Sph. 255c), и я анализирую их роль в нескольких диалогах Платона («Федон», «Федр», «Пир»). Через отнесение к этим двум родам я интерпретирую образ Сократа в названных диалогах как «трансцендентного», связанного с τὰ αὐτὰ καθ’ αὑτά, и «трансцендирующего», связанного с τὰ πρὸς ἄλλα, и демонстрирую философскую функцию его «иронии» и «гибризма» (например, Сократ как Эрот и как «ничто» в «Пире»). На мой взгляд, Сократ в этих противоречащих ролях - образная реализация философской концепции, в которой «само по себе» и «иное» обосновываюся как необходимое единство противоположностей в качестве модусов ума и сущего.

The article carries on my study of Socrates as ‘essence’ and ‘method’, where Plato’s Socrates is considered not as a character, but as a method by which Plato indicates the progress of consciousness through the stages described, in particular, in the ‘divided Line’ (R. 509-511). In the first part, it was shown how elenchos and aporia are realized through the figure of Socrates: thanks to elenchos, the interlocutors, including Socrates himself, get into an aporia that relates not only to the subject of the question, but also to the questioners themselves. The negativity, which requires further research, leads to the need to go beyond any images and opinions about both the object and the perceiving agent: this is a transcendence, a transition to ἐπέκεινα. In this second part of the work, I show that the paradoxical description of the ‘itself’ (Smp. 211-212, Phdr. 247) is, on the one hand, a kind of analogue of ‘nothing’, and on the other, it is capable of being perceived in a way. I connect this with the two genera, ‘in themselves’ (τὰ αὐτὰ καθ’ αὑτά) and ‘to others’ (τὰ πρὸς ἄλλα) (Sph. 255c), and analyze their role in several dialogues (Phaedo, Phaedrus, Symposium). By referring it to these two genera, I interpret the image of Socrates in these dialogues as either ‘transcendent’, associated with τὰ αὐτὰ καθ’ αὑτά, or ‘transcending’, associated with τὰ πρὸς ἄλλα, and demonstrate the philosophical function of his ‘irony’ and ‘hybris’ (e.g., Socrates as Eros and as ‘nothing’ in the Symposium). In my opinion, Socrates in his conflicting roles is a figurative realization of a philosophical concept in which ‘itself’ and ‘other’ are justified as a necessary unity of opposites, as different modes of mind and being.