bluuebunny/crossref_metadata_2025 huggingface dataset:
Погребальные обряды могильника римского времени Фронтовое 3 в Юго Западном Крыму
Authors: А.Н. Свиридов , С.В. Язиков
Published: November 2021

Статья посвящена характеристике погребального обряда могильника Фронтовое 3, расположенного в 1 км к СЗЗ от с. Фронтовое Нахимовского р на г. Севастополь и полностью исследованного отрядом Крымской новостроечной экспедиции ИА РАН в 2018 г. Вскрыто 13 948 кв. м раскопано 328 погребений конца I IV в. н. э. и 4 эпохи бронзы, в т. ч. 305 подбойных могил, 12 грунтовых склепов, 7 грунтовых ям, 1 погребение в амфоре, 1 захоронение лошади и 2 собаки. Среди особенностей могильника следует выделить значительное преобладание подбойных могил, ориентировку погребенных в юго восточный сектор, присутствие особого типа кремационных погребений, а также соотношение погребальной камеры с входной ямой в грунтовых склепах. Прослеженные на памятнике обряды имеют аналогии в ряде памятников Юго Западного и Центрального Крыма, но сочетание типов обряда и их процентное соотношение во Фронтовом своеобразно.

This paper reports on characteristics of funerary rites at Frontovoye 3, which is a cemetery located one kilometer north northwest of the village of Frontovoye in the Nakhimovsky district of Sevastopol which was fully examined by a team of the Crimea salvage expedition of the Institute of Archaeology, Russian Academy of Sciences, in 2018. The area of 13,948 sq. m was excavated 328 graves dating to the end of the 1st 4th centuries and four graves of the Bronze Age, including 305 niche graves, 12 ground vaulted graves, 7 pit graves, 1 jar burial in an amphora, 1 horse grave and 2 dog graves were investigated. The cemetery is characterized by predominance of niche graves, orientation of the deceased to the southeast, presence of a special type of cremated burials and correlation between the burial chamber and the entrance pit in ground vaulted graves. The rites identified at the site have analogies in a number of sites located in the Southwest and Central Crimea however, the combination of the types of burial rite and their percentage ratio at Frontovoye is quite distinctive.
Медный котел из донского лесостепного Левобережья
Authors: В.Д. Березуцкий
Published: November 2021

В донском левобережье у с. Березовка Воробьевского района Воронежской области обнаружена случайная находка кованый медный котел. Статья вводит в научный оборот эту редкую находку. Задачи статьи поиск аналогий изделию, определение его типа, культурной принадлежности, хронологической позиции. Применяемый метод исследования включает определение типа предмета по аналогиям, сравнительный анализ, синтез. В результате установлено, что литой медный котел, найденный у с. Березовка, принадлежит к группе котлов типа debelt , выделенного Б. А. Раевым. Среди известных в настоящее время экземпляров этот котел отличается рядом особенностей и ближе всего к оригиналам из Помпей. Наиболее вероятной датой распространения данных котлов является втор. пол. I II в. н. э. Однако вероятно, что время их бытования шире и охватывает также вторую половину II III в. н. э. Подобные изделия встречаются в погребениях сарматской знати. Автор делает выводы о том, что котел из Березовки уникальное по ряду признаков изделие, аналогии которым известны в Помпеях использовался в среде сарматов вероятно, датируется втор. пол. I II в. н. э., а возможно, по III в. включительно.

A hammered copper cauldron was discovered as a chance find near the village of Berezovka in the Vorobyevsky district, Voronezh Region. The aim of this paper is to introduce this rare find into scientific discourse. The task of this paper is to search for analogies of the cauldron, determine its type, cultural attribution and chronological positions. The methods employed by the study included determination of the type of the item on the basis of analogies comparative analysis and synthesis. As the results of the study demonstrate, this hammered copper cauldron discovered near Berezovka is referred to the debelt type of cauldrons singled out by B. A. Rayev. Compared to the known cauldrons of this type, this cauldron has a number of specific traits and shows more similarities with cauldrons from Pompeii. The second half of the 1st 2nd centuries is the most likely period when such cauldrons were used. However, the timeline when these cauldrons were in use is probably longer and includes the second half of the 2nd 3rd centuries AD as well. This type of cauldrons has been found in the tombs of the Sarmatian elite. The Berezovka cauldron is a unique item in terms of some of its traits, it finds analogies in Pompeii. This cauldron was owned by the Sarmatians during the second half the 1st 2nd centuries and, possibly, up to and including the 3rd century.
Петроглифы Чальмн Варрэ: новое исследование
Authors: Е.М. Колпаков , В.Я. Шумкин
Published: November 2021

Авторами заново документированы петроглифы Чальмн Варрэ на реке Поной на Кольском полуострове, открытые в 1973 г. На памятнике насчитывается 287 фигур, занимающих 10 отдельных валунов. Более половины учтенных фигур относятся к точкам и пятнам разной формы и частично утраченным выбивкам, которые не поддаются определению и интерпретации. При этом нет изображений лодок, ихтиморфов и орнитоморфов. Все фигуры силуэтные. Треть составляют зооморфы в профиль. Из них одна змея , а все остальные относятся к двуногим, трехногим и четырехногим. 18 антропоморфов анфас, 2 следа копыт, 9 геометрических фигур и 6 чашевидных углублений. Среди памятников с небольшим количеством фигур Чальмн Варрэ выделяется большим количеством выраженных композиций: можно насчитать от 9 до 20. Совершенно неожиданным явлением на фоне заметной исключительности Чальмн Варрэ оказывается композиция копуляции собак, которая имеется еще только в Альте. Уникальной является композиция рождения зооморфа женским антропоморфом, как и симметричная композиция вокруг одной из таких сцен. Этот тип композиции имеет аналогии не в наскальном искусстве, а в саамской мифологии. Его можно связать с легендой о человекеолене Мяндаше.

The authors re documented the petroglyphs at almn Varr on the Ponoy River in the Kola Peninsula discovered in 1973 (Fig. 1). The site has 287 figures depicted on the surface of 10 randomly lying boulders (Fig. 2). More than half of the recorded figures are represented by dots and spots of various forms as well as partially lost pecked images which are not identifiable and cannot be interpreted (Fig. 3). At the same time the boulders do not feature boats, ichthyomorphs and ornithomorphs. All figures are silhouetted images. Zoomorphs represented in profile account for one third of images. The zoomorph list includes one snake the remainder images on the list are bipeds, tripedals and quadrupeds. Other images include 18 anthropomorphs shown full face, two hoof prints, nine geometrical figures and six cupshaped depressions pecked into the surface. almn Varr stands out from other sites with a small number of figures in having a greater number of well defined compositions: we can count from 9 to 20 (Fig. 4). A composition depicting a copulation of dogs appears to be quite unexpected given that almn Varr is an exceptional site a similar composition is found only in the Altai region. The composition of a female anthropomorph giving birth to a zoomorph is quite unique the same goes for a symmetrical pattern fringing one of these scenes. This type of compositions has analogies in the Saam mythology rather than rock art. It can be linked to a legend about Myandash, a man reindeer.
О форме перекрытий промысловых построек Шпицбергена
Authors: В.Л. Державин , А.Б. Колесников
Published: November 2021

Полученные при раскопках на Шпицбергене материалы по жилищным комплексам Шпицбергена позволили воссоздать макет поморского дома в натуральную величину в поселке Баренцбург. Но плохая сохранность верхних конструкций домов на поморских становищах, а также письменные свидетельства и рисунки исследователей XVIII XIX вв. не позволяют считать эту реконструкцию достоверной. Напротив, комплекс источников (письменных, археологических, изобразительных) свидетельствует о том, что перекрытия промысловых построек на архипелаге были плоскими или с небольшим наклоном. А модель дома с двускатной крышей в Баренцбурге, напротив, скопирована с материковых жилых построек Поморья.

Materials on the huts on Spitsbergen collected during the excavations helped recreate a lifesized model of a Pomor house in the village of Barentsburg. However, poor preservation conditions of the upper parts of the houses at Pomor temporary dwelling places as well as written evidence and drawings made by researchers in the 18th 19th centuries do not allow us to consider this reconstruction reliable. On the contrary, a set of sources (written, archaeological, and graphical) demonstrates that the roofs of the hunters houses on the archipelago were flat or slightly inclined while the model of the house with a gable roof in Barentsburg is a copy of mainland houses in Pomorye.
Стеклянные изделия раннесредневековых могильников горной зоны центральных районов Северного Кавказа: химический состав и данные о происхождении
Authors: О.С. Румянцева , А.А. Кадиева , С.В. Демиденко , Д.А. Ханин , М.В. Червяковская , А.А. Трифонов
Published: November 2021

В статье рассмотрен химический состав серии стеклянных изделий, происходящих из раннесредневековых могильников центральных районов Северного Кавказа (втор. пол. V VIII в.). Стекло проанализировано методами SEM EDS, EPMA, LA ICP MS. Стекло одного из украшений изготовлено на золе растений и происхождением связано с регионом к востоку от Евфрата (возможно, с сасанидским Ираном) остальные стекла содовые и происходят, вероятно, из Восточного и Юго Восточного Средиземноморья. По составу они находят соответствие среди групп, распространенных на территории Римской империи как в синхронное, так и в более раннее время (HIMT, группы Foy 3.2 Foy 4, Левантийская 1, римское зеленоголубое). Некоторые признаки химического состава позволяют говорить о случайном характере сырья, использовавшегося при изготовлении вставок, и/или о разном происхождении самих украшений со вставками.

The paper explores the chemical composition of a series of glass items originating from the early medieval cemeteries discovered in the North Caucasus central regions (second half of the 5th 8th centuries). The glass was analyzed by SEM EDS, EPMA, LA ICP MS methods. The glass of one item was made of plant ash glass, originated from a region east of the Euphrates (possibly, Sasanian Iran) other items were made from soda glass and, most likely, came from the Eastern and Southeastern Mediterranean. Their composition is similar to the glass of the groups well known in the Roman Empire during the same period and earlier (HIMT, Foy 3.2 Foy 4, Roman bluegreen, Levantine I groups). Some aspects of the chemical composition suggest that the the accidental choice of the glass used in making inserts and/or about different origin of the items with inserts.
Куфические монеты Неревского раскопа и новые свидетельства фальшивомонетчества в Новгороде
Authors: А.А. Гомзин , П.Г. Гайдуков
Published: November 2021

В статье рассматриваются одиночные куфические монеты, найденные в 1953 1961 гг. в Новгороде на Неревском раскопе. Они уже публиковались, однако повторное исследование позволило уточнить их атрибуции. Кроме того, осмотр состояния поверхностей и надписей и проведенный анализ металла показали, что принимавшиеся за обычные саманидские дирхамы экземпляры на самом деле являются копиями, отлитыми в двусторонних формах, полученных с подлинных монет. Они не содержат серебро и изготовлены из сплава на основе олова, то есть являются подделками. Руководствуясь датировками культурных напластований, получается, что фальшивки появились где то до 953 г. и продолжили бытовать в средневековом городе вплоть до первой четверти XI в. включительно, но уже со вторичными признаками использования (отверстиями), в качестве привесок. В 1998 г. на Троицком XI раскопе был найден клад подобных фальшивых монет, сформировавшийся в 940 е гг. Анализ ситуации с распределением кладов дирхамов в Приильменье и Поволховье показывает, что после 870 х гг. и до середины Х в. в регионе образовалась хронологическая лакуна, когда совсем не зарегистрировано комплексов куфических монет. В этой связи появление фальшивых дирхамов в конце указанного периода представляется далеко не случайным и, видимо, связанным с недостатком монетного серебра при существовавшей его востребованности. Кроме того, это обстоятельство позволяет задуматься о Новгороде как о месте изготовления таких подделок, тем более что пока в изучаемом регионе они больше нигде не зафиксированы.

The paper reviews separate kufic coins found in 1953 1961 in Novgorod in the Nerevskiy excavation trench. The coins were published before however, new research made it possible to clarify their attribution. Besides, the examination of the surface conditions and inscriptions as well as metal analysis have shown that the coins thought to be common Samanid dirhams were actually copies cast in bivalve molds obtained from genuine coins. They do not contain silver and are made from a tin based alloy it means that they are counterfeits. According to the dating of cultural layers these fake coins appeared somewhere before 953 and stayed in circulation till the first quarter of the 11th century inclusively, but with indications (holes) of secondary use as pendants. In 1998 the Troitskiy XI excavation trench revealed a hoard of such fake coins cached in the 940s. The analysis of the dirham hoard distribution in the Ilmen Lake region and the Volkhov region demonstrates that after the 870s up to the mid 10th century there was a chronological gap in the region. No assemblages of kufic coins have been documented for that period. In this connection, the emergence of counterfeit dirhams does not appear accidental apparently, it was related with a shortage of coin silver when the demand for it was high. Besides, this circumstance suggests Novgorod could be a possible place for manufacturing such fakes, especially since they are not recorded anywhere else in the studied region.
Вкладышевые кинжалы и охотничьи ножи в мезолите Восточной Европы
Authors: М.Г. Жилин
Published: November 2021

Статья посвящена изучению вкладышевых кинжалов и охотничьих ножей, которые были важной частью вооружения охотников лесной зоны Восточной Европы начиная с раннего мезолита, а возможно, и ранее. Трасологический анализ показал, что они сочетали колющие и режущие функции. Это было личное оружие, на что указывает не только разнообразие их морфологии и тщательность отделки, но и различные, во многом оригинальные метки, рисунки и орнаменты, часто встречающиеся на костяных и роговых охотничьих ножах. Прямые однолезвийные и обоюдоострые вкладышевые охотничьи ножи известны с конца палеолита и распространены в мезолите от Белоруссии и Южной Скандинавии до Восточной Сибири. Остальные варианты вкладышевых охотничьих ножей представлены на мезолитических стоянках единичными экземплярами. В Восточной Европе вкладышевые охотничьи ножи наиболее часто встречаются на памятниках пребореального и бореального периодов (рис. 1). В статье предложена функциональная классификация мезолитических кинжалов и охотничьих ножей, описана техника их изготовления и следы использования (рис. 3 12).

The paper is dedicated to the study of daggers inserts and hunting knives which were an important element of weapon sets used by hunters who lived in the forest belt of Eastern Europe starting from the Early Mesolithic, and, maybe, even earlier. The tracewear analysis demonstrated that these weapons had cut and thrust function. The weapons were personally owned which is demonstrated not only by their morphology and very careful finishing but also by various, and, largely, original marks, drawings and decorative patterns often made on bone and antler hunting knives. Straight onebladed and doublebladed hunting knives inserts were known since the end of the Paleolithic and were in use during the Mesolithic in the area spread from Belorussia and Southern Scandinavia to Eastern Siberia. Other variants of hunting knives inserts are mostly represented at the Mesolithic sites by single items. In Eastern Europe inserted hunting knives are predominantly found at the sites dating from the preboreal and boreal periods (Fig. 1). The paper suggests a functional classification of Mesolithic daggers and hunting knives and describes their production technology and usewear traces (Fig. 3 12).
ТРАСОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ КАМЕННОГО ОХОТНИЧЬЕГО ВООРУЖЕНИЯ СТОЯНОК ВЕРХНЕГО ПАЛЕОЛИТА БЫКИ
Authors: Н.Б. Ахметгалеева
Published: November 2021

Определенная уникальность стоянок Пены, Быки 1, Быки 2, 3 и Быки 7 (слои I, Ib, Ia, Ic) заключается в присутствии серий геометрических микролитов (треугольников) в составе их кремневых коллекций 18 16 тыс. л. н. и фауне бореального подкомплекса мамонтового териокомплекса. В статье рассмотрены кремневые треугольники стоянок Быки как свидетельство древнейшего использования треугольников как наконечников стрел в Европе, представляющие собой отдельный тип треугольников поздней поры верхнего палеолита. Отмечена зависимость их формы от их конкретного использования и положения относительно древка или иной основы, что и является основным объяснением их отличия от других треугольных микролитов рассматриваемой эпохи.

A certain uniqueness of the Peny, Byki 1, Byki 2, 3 and Byki 7 sites (layers I, Ib, Ia, Ic) is manifested in the presence of a series of geometric triangles in sets of flint artifacts in the period of 19,000 16,000 B.P. (uncalibrated) and the fauna of the boreal subcomplex of the mammoth theriocomplex referred to the late Upper Paleolithic. The paper suggests that the flint triangles from the Byki sites should be viewed as an evidence of the earliest use of triangles as arrowheads in Europe around 18,000 16,000 B.P. (uncalibrated), making these Byki triangles a special type of artifacts of the early late Upper Paleolithic. There is correlation between the shape of the Byki triangles and their specific function and the way they were inserted into the shaft such specific features set these triangles apart from other triangular microliths of the period in question.
Микрорегион катакомбных памятников у с. Ксизово на Верхнем Дону
Authors: М.В. Ивашов , Е.И. Гак
Published: November 2021

В статье рассматривается один из наиболее исследованных участков компактного расположения бытовых и погребальных памятников среднедонской катакомбной культуры эпохи средней бронзы. Поселения размещаются в резко различных ландшафтно топографических условиях, что связано с особенностями пастушеской модели скотоводства. Выявленные погребения совершены по бескурганному обряду. Опорными являются однослойное поселение Ксизово 1 и могильник на многокомпонентном памятнике Ксизово 19. Керамика этих памятников имеет признаки синхронности и гомогенности.

The paper reviews one of the most widely excavated areas of compact location of residential constructions and burial sites attributed to the Middle Don Catacomb culture of the Middle Bronze Age. The settlements are located in sharply contrasting landscape and topographic conditions which is explained by specific traits of the pastoral herding model of stock breeding. The burials discovered were ground ones without any signs of kurgan burial rite. The reference sites included the single layer Ksizovo 1 settlement and the cemetery at the multi component Ksizovo 19 site. Ceramic vessels from these sites appear to be contemporary and homogenous.
ИЗОБРАЖЕНИЯ СОЛЯРНЫХ ЗНАКОВ ИЗ МОГИЛЬНИКА ДЫШ IV
Authors: В.Е. Маслов , А.Н. Гей , М.В. Андреева
Published: November 2021

На примере нескольких находок с солярной символикой из одного кургана удалось проследить своеобразную культурную эстафету между носителями классического новочеркасского культурного комплекса и носителями протоскифских культурных традиций новой группы пришельцев с Востока, какимто образом быстро адаптировавшихся в местной среде. На широком фоне рассматривается вопрос о происхождении солярной символики, которая, вероятно, попадает на Северный Кавказ из Передней Азии не позднее середины VIII в. до н. э.

A specific group of materials was studied during excavations of the Dysh IV burialground. Several finds featuring solar symbols from one kurgan were used to trace the process of passing of the cultural torch from the population of a classical Novocherkassk cultural assemblage to the population attributed to proto Scythian cultural traditions, i. e. newcomers who arrived from the east and who for some reason managed to get adapted quickly to the local environment. The discussion of the roots of solar symbolism which apparently reached the North Caucasus from Western Asia not later than the middle of the 8th century BC is set in a broader perspective.
Культура купания и ванных комнат в эллинистической Бактрии
Authors: Н.Д. Двуреченская
Published: November 2021

В статье вводятся в научный оборот находки фрагментов терракотовых ванн, обнаруженных на эллинистических крепостях Узундара и Кампыртепа. Анализ ранее полученных археологических материалов IV II вв. до н. э. с крепости Курганзол и города АйХанум, где были зафиксированы ванные комнаты, в совокупности с новыми данными позволяет констатировать наличие развитой культуры купания на всех эллинистических памятниках Бактрии, где велись широкоплощадные раскопки.

The paper introduces into scientific discourse finds of terracotta tub fragments discovered in the Hellenistic Uzundara and Kampyrtepa fortresses. The analysis of previously obtained archaeological materials dating to the 4th 2nd centuries BC from the Kurganzol fortress and the city of Ai Khanum where bathrooms were recorded along with the new data allows us to state the presence of a developed culture of bathing on all Hellenistic sites in Bactria where wide scale excavations were conducted.
Уникальная находка прессованных деталей седла из могильника Шоссейное с изображениями в I германском зверином стиле и их интерпретация
Authors: К.Н. Скворцов
Published: November 2021

Данная статья посвящена вводу в научный оборот уникальной находки деталей седла, найденных на натангийском некрополе Шоссейное в вождеском погребении 36, датированном концом V VI в. Представленные аналогии в технике изготовления деталей этого седла и его декор убедительно демонстрируют связи с традициями культур германского круга (прежде всего с гепидами и лангобардами). В статье также предпринята попытка интерпретации сюжетов, использованных в оформлении оковок седла и выполненных в I общегерманском зверином cтиле.

This paper introduces a unique find saddle parts discovered at Shosseynoye, which is an Natangia necropolis, in chieftain grave No. 36 dating to the end of the 5th 6th centuries. Described analogies to the production technology used to make parts of this saddle and its decoration demonstrate links with traditions typical for the cultures of the Germanic circle (primarily, the Gepids and the Longobards) quite convincingly. The paper also attempts to interpret narrative scenes that decorate the binding plates of the saddle made in Germanic animal style I.
Оборонительные сооружения Маркульского городища. К вопросу датировки
Authors: Г.В. Требелева , А.С. Кизилов , К.А. Глазов , З.Г. Хондзия , Г.Ю. Юрков
Published: November 2021

В ходе разведок 2013 г. совместной российско абхазской экспедицией в селе Маркула Очамчырского района Республики Абхазия рядом с известной по литературе башней Алахаш абаа был обнаружен комплекс архитектурных остатков, представленных храмом и оборонительными сооружениями. Памятник назван городище Маркула . В 2014 г. здесь были проведены замеры обеих башен, заложены разведочные шурфы, частично изучена технология кладки, исследован раскопками храм и территория вокруг него. Применялись традиционные методы, а также физико химический анализ связующего раствора кладки и фотограмметрия. При исследовании строительно архитектурных особенностей башни Алахаш абаа выявлены специфические элементы деревянных балочных продольных укрепительных поясов сооружения. Данная технология описана Витрувием. На основе анализа археологического материала и технологии строительства сделан вывод, что оборонительные сооружения, скорее всего, одновременны или являются более ранними, чем центральный храм базилика. Конструктивные особенности последнего, археологические материалы и характер известкового раствора дают основания относить храм к одному из наиболее ранних в Абхазии и датировать его не позднее VI в.

In 2013 when performing reconnaissance works, a joint Russian and Abkhazian expedition discovered an ensemble of architectural remains represented by a temple and defensive constructions in the village of Markula in the Ochamchira District of Abkhazia near the Alakhash abaa Tower well known in literature. The site got the name of the Markula hillfort. In 2014 the towers were measured, test trenches were dug, the masonry technology was partially examined, the church and the area around it were excavated. Traditional methods as well as physical and chemical analysis of the masonry mortar and photogrammetric mapping were employed. The study of the construction and architectural distinctive features of the Alakhash abaa Tower identified specific elements of lengthwise reinforcing strips of the construction made from wooden beams. This technology was described by Vitruvius. The analysis of the archaeological material and the technology concluded that these defensive constructions were, most likely, contemporary with the central basilica type church or had been made earlier. Constructive features of the basilica, archaeological materials and the nature of limestone mortar make it possible to consider this church as one of the earliest pieces of church architecture in Abkhazia and date it not later than the 6th century.
К вопросу о вариативности использования мотивов декора (по материалам средневековой торевтики Саяно Алтая и прилегающих территорий)
Authors: Г.Г. Король
Published: November 2021

Вариативность использования мотивов декора рассмотрена на примере чуждого канонического мотива пламенеющая жемчужина в декоре двусоставных застежек, стилизованного образа летящей утки , имеющего глубокие местные корни. Прослежены истоки иконографии и сочетания мотивов, региональные предпочтения. Предметы преобладают в Минусинской котловине. Вариативность декора может свидетельствовать как о разных источниках поступления изделий в регион, так и о хронологических различиях в рамках конца I начала II тыс. Находки застежек с плохим качеством декора к северу от Саяно Алтая единичны, относятся к XI XII вв. Возможно, они попали туда в результате миграций групп населения именно из Минусинской котловины. Декор и его дальнейшая трансформация позволяют полагать, что эти реплики исчезающие следы периода возвышения Кыргызского каганата середины IX начала X в., когда подобные предметы были популярны.

Variation in use of decorative motifs was analyzed on the basis of a non local canonic motif of flamboyant pearl in the decoration of two part fastenings, a stylized image of a flying duck with deep local roots. The origin of iconography and combination of motifs as well as regional preferences were traced down. Such items predominate in the Minusinsk Depression. The variation in the decorative pattern may be used as an evidence of different sources of items imported to the region and establishing chronological differences in the period between the end of the first millennium and the early second millennium. The finds of fastenings with poorly made decoration in the area north of the Sayan and Altai mountains are very rare they usually date to the 11th 12th centuries. Maybe, they appeared in this region as a result of migrations of population groups from the Minusinsk Depression. The decoration and its further transformations suggest that these replicas represent vanishing traces of the rise of the Kyrgyz Khaganate in the period between mid 9th century and early 10th century when such items were in fashion.
Костяное орудие с руноподобными знаками из Подгоровского селища
Authors: В.А. Сарапулкин
Published: November 2021

Работа посвящена публикации находки с Подгоровского селища салтово маяцкой культуры, расположенного в Вейделевском районе Белгородской области. В заполнении хозяйственной ямы, в горизонте бытового мусора, было обнаружено орудие для обработки волокнистого материала, представлявшее собой фрагмент бычьего ребра. На его поверхности была прорезана трехбуквенная руническая надпись. Контекст находки и носитель графемы свидетельствуют в пользу местного происхождения надписи, что, в свою очередь, говорит о достаточно широком распространении письменности в лесостепной Хазарии.

The paper reports on the find from the Podgorovsk unfortified settlement attributed to the Saltovo Mayatsk culture located in the Veidelevsky district, Belgorod Region. The horizon of the refuse in the midden fill in revealed an implement for treating fibrous material which is a fragment of a bull rib. A three letter rune inscription was cut out on its surface. The context of the find and the implement featuring this grapheme suggest that this inscription is local, implying, in its turn, that the writing system was rather widespread in forest steppe Khazaria.
Длинноклинковое оружие племен Центрального Кавказа по материалам Даргавского катакомбного могильника
Authors: З.Х. Албегова , П.С. Успенский
Published: November 2021

Статья посвящена классификации и хронологии предметов длинно клинкового вооружения аланской культуры Центрального Кавказа второй половины VIII XI в. по материалам катакомбного могильника Даргавс.

The paper reports on classification and chronology of items from the group of long bladed weapons attributed to the Alan culture in the Central Caucasus dating back to the second half of the 8th 11th centuries based on the materials from the Dargavs catacomb cemetery.
РАЗВИТИЕ ТЕХНОЛОГИИ ИЗГОТОВЛЕНИЯ НЕОЛИТИЧЕСКОЙ КЕРАМИКИ В ВОСТОЧНОЙ ДЖЕЗИРЕ И ГОРАХ ЗАГРОСА (СЕВЕРНЫЙ ИРАК И ЗАПАДНЫЙ ИРАН)
Authors: Н.Ю. Петрова
Published: November 2021

Развитие гончарной технологии прошло в своем развитии несколько этапов, и все они зафиксированы на территории восточной части Северной Месопотамии и гор Загроса (Северный Ирак и Западный Иран). Древнейшая керамика Северного Ирака с большой вероятностью технологически связана с керамическими комплексами Загроса. Широкое распространение керамики в регионе фиксируется в период протохассуны, технология изготовления которой подробно рассмотрена в статье.

Development of pottery production technology went through several stages recorded in the eastern part of Upper Mesopotamia and the Zagros Mountains (Northern Iraq and Western Iran). The earliest pottery of Northern Iraq is more likely to be linked technologically to pottery assemblages in the Zagros Mountains. Wide dissemination of pottery in the region is recorded in the Proto Hassuna period. The paper considers in details the production technology of this period.
ЛЕПНАЯ КЕРАМИКА ЭПОХИ БРОНЗЫ ПОСЕЛЕНИЯ ИЛЬИЧ-1 ПО ДАННЫМ ТЕХНИКО ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА
Authors: О.В. Шаров , М.Е. Клемешова
Published: November 2021

В статье представлены результаты исследований лепной керамики эпохи бронзы поселения Ильич 1 (раскоп Берег IV ) на Таманском полуострове методом технико технологического анализа. Установлено, что керамика основного керамического комплекса из объектов III горизонта, исходным пластичным сырьем для которой служила глина, относится к эпохе поздней бронзы сабатиновской/белозерской культурам. Редкие типы двуручных чернолощеных сосудов, изготовленных из ила, зафиксированы либо в объектах более раннего времени, либо в объектах длительного использования. Аналогии некоторым из этих сосудов обнаружены в дольменной и северокавказской культурах эпохи средней бронзы.

The paper reports on the results of the studies conducted with the use of the technical and technological analysis of handmade ceramics dating to the Bronze Age at the Ilich 1 settlement (Bereg IV excavation trench) on the Taman peninsula. It was established that ceramics from the main ceramic assemblage coming from constructions identified in horizon III that were made from clay were dated to the Late Bronze Age and attributed to the Sabatinovka and the Belozerka cultures. Rare types of two handled black polished vessels made from silty mud were recorded at earlier sites or at permanent constructions. Analogies to some of such vessels were discovered in the dolmen and North Caucasus cultures of the Early and Middle Bronze Ages.
ОПЫТ ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ПЕРИОДИЗАЦИИ ПОГРЕБЕНИЙ ПОДБОЛОТЬЕВСКОГО МОГИЛЬНИКА (ПО ДАННЫМ ИЗУЧЕНИЯ ФОРМ ГЛИНЯНЫХ СОСУДОВ)
Authors: Ю.Б. Цетлин , П.Р. Холошин
Published: November 2021

Статья посвящена краткому изложению методики построения периодизации археологических памятников по данным изучения древней керамики и результатам практического применения ее к материалам Подболотьевского могильника древней муромы. Системный анализ форм 223 глиняных сосудов из 129 погребений позволил выделить в истории могильника пять последовательных периодов, отражающих динамику развития гончарных традиций муромского населения, оставившего этот могильник. Особое внимание уделено проверке построенной периодизации по независимым археологическим данным.

The paper summarizes the methodology of developing relative periodization of archaeological sites based on the data of studies regarding ancient ceramics and results of their practical application to the materials from the Podbolotyevo cemetery of the ancient Muroma. The systemic analysis of shapes of 233 clay pots from 129 graves made it possible to identify five subsequent periods in the history of the cemetery. These reflect changes over time in development of pottery making traditions of the Muroma population that left behind this cemetery. The paper places a special focus on verification of the suggested periodization with the help of independent archaeological data.
Дирхам подвеска с городища Вщиж
Authors: Е.Ю. Гончаров , В.Н. Чхаидзе
Published: November 2021

Статья посвящена дирхаму подвеске, обнаруженному во время раскопок древнерусского городища Вщиж в 1949 г. экспедицией под руководством Б. А. Рыбакова. Подвеска была сделана из дирхама аббасидского халифа ал Мутазза, правившего в 866 869 гг. С учетом времени обращения монеты в арабских землях, а также долгого срока использования ее в качестве подвески, периодом выпадения ее в культурный слой Вщижа можно считать конец IX Х в.

The paper publishes a dirham pendant discovered during the excavations of the Medieval Russia fortified settlement of Vshchizh conducted by an expedition led by B. A. Rybakov in 1949. The pendant was made from a dirham of the Abbasid caliph al Mutazz, who ruled in 866 869. Taking into account the period of this coin circulation in the Arab lands as well as a long period of its use as a pendant, most likely, it fell into the Vshchizh occupation layer at the end of the 9th 10th centuries.
ЕЩЕ РАЗ О ФЕНОМЕНЕ КУЛЬТУРНОГО СЛОЯ…
Authors: А.Н. Сорокин
Published: November 2021

В статье рассматриваются отдельные аспекты феномена культурного слоя. Это, по мнению автора, бинарное образование, доминирующую роль в сложении которого играют природные процессы. Критика взглядов разных исследователей позволяет обосновать особенности и содержание данного феномена и предложить вариант его определения.

The paper reports on some aspects of the phenomenon of the occupation layer. In the view of the author, it is a binary formation, with natural processes playing a dominant part in its development. The critical review of opinions expressed by various researchers makes it possible to justify specific features and substantive elements of this phenomenon and suggest its definition
Российская академическая наука в переписке Н. Я. Марра и В. В. Бартольда
Authors: В.Г. Ананьев , М.Д. Бухарин
Published: November 2021

В статье предлагается обзор переписки Н. Я. Марра и В. В. Бартольда более чем за тридцать лет их научной деятельности. Письма Марра и Бартольда являются важным источником для реконструкции истории археологического исследования Средней Азии и Кавказа, формирования научных институтов, взаимоотношений с государственными органами. Письма Марра и Бартольда также содержат обсуждение деятельности по формированию институтов в сфере изучения и охраны историко культурного наследия народов России, общественно политических вопросов, в них присутствуют новые данные для реконструкции личных биографий ученых.

The paper provides an overview of the letters exchanged between N. Ya. Marr and V. V. Bartold over more than thirty years of their scientific life. Marrs and Bartolds letters is an important source for reconstructing history of the archaeological investigation of Central Asia and the Caucasus, establishment of research institutes, and relations with state agencies. Marrs and Bartolds letters also discuss activities aimed at establishing institutions for studying and protecting historical and cultural heritage of Russian peoples, public and political issues and also contain new data for reconstructing biographies of the scholars.
О ПЕРЕИМЕНОВАНИИ ИНСТИТУТА ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ В ИНСТИТУТ АРХЕОЛОГИИ АН СССР В 1959 г.
Authors: А.А. Кудрявцев
Published: November 2021

Название первого академического археологического учреждения Российской академии истории материальной культуры, возникшего в 1919 г., соответствовало духу новой эпохи и официальной повестке государства. Но использование термина история материальной культуры в качестве замены археологии фактически теряет свой первоначальный смысл уже во второй половине 1930х гг. При этом процесс переименования Института истории материальной культуры в Институт археологии АН СССР начался только после развенчания учения Н. Я. Марра. Окончательная смена названия произошла 4 сентября 1959 г. по постановлению Президиума АН СССР.

The name of the first academic archaeological institution the Russian Academy for the History of Material Culture that was established in 1919 was in line with the spirit of the new period and official government agenda. However, the use of the term history of material culture instead of archaeology in reality lost its original meaning as early as the second half of the 1930s. At the same time the process of renaming the Institute for the History of Material Culture into the Institute of Archaeology of the USSR Academy of Sciences did not begin until the denouncement of N. Ya. Marrs Japhetic theory. The final change of the name occurred on September 4, 1959, by the resolution released by the Presidium of the USSR Academy of Sciences.
Золотые украшения с полихромной инкрустацией из княжеского погребения второй половины V VI в. в могильнике Заюково 3 (Кабардино Балкарская Республика)
Authors: А.А. Кадиева , С.В. Демиденко
Published: November 2021

В 2017 г. в могильнике Заюково 3 (Баксанский район Кабардино Балкарской Республики) была исследована катакомба 86. Катакомба была разграблена в древности, но среди сохранившегося инвентаря были обнаружены золотые предметы с полихромной инкрустацией. В их число входит гривна с замком в виде округлого медальона и декором из ложной зерни. На гривну были надеты две золотые калачевидные привески. В этом же комплексе были найдены две золотые полые шаровидные подвески, украшенные зернью и гранатовыми вставками. Данные статусные предметы, наряду с другими изделиями (фрагменты клинка железного меча с золотыми обкладками ножен, фрагменты седла и тисненой золотой поясной гарнитуры), указывают на то, что здесь мог быть похоронен представитель высшего ранга аланской аристократии. Данный факт позволяет предположить, что в Баксанском ущелье в V VII вв. находился центр власти варварского королевства , сопоставимый по уровню с такими памятниками, как Брут 1, Зарагиж, Лермонтовская Скала, и другими северокавказскими комплексами княжеского уровня.

In 2017 catacomb No. 86 was excavated in the cemetery known as Zayukovo 3 (Baksan district, Republic of KabardinoBalkaria). The catacomb was looted in ancient times however, gold items with a polychrome inlay were discovered among remaining funerary offerings. Among them there was a torque with a lock shaped as a round medallion and decorated with false granulation. Two gold Ushaped hanging pendants were attached to the torque. The same association contained two gold ball shaped hollow pendants decorated with granulation and garnet insets. These prestigious artifacts along with other items (fragments of an iron sword blade with scabbard plates, fragments of a saddle and an embossed gold belt set) suggest that a high ranking representative of Alan aristocracy was probably buried here. It means that in the 5th 7th centuries the center of power of a barbarian kingdom which, in terms of its importance, may be compared with such sites as Brut 1, Zaragizh, Lermontovskaya Skala and other North Caucasus princely sites, was most likely located in the Baksan Gorge.
МОДЕЛИ ЦВЕТНОГО МЕТАЛЛОПРОИЗВОДСТВА ЗАПАДНОЙ И ВОСТОЧНОЙ ЗОН ЯМНОЙ КУЛЬТУРНО ИСТОРИЧЕСКОЙ ОБЛАСТИ
Authors: А.Д. Дегтярева , Н.В. Рындина
Published: November 2021

Обобщены данные аналитического изучения цветного металла ямной культурно исторической области двух ареалов западного (Северное Причерноморье) и восточного (Южный Урал и Среднее Притоболье) методами спектрального, атомно эмиссионного, микрорентгеноспектрального, металлографического анализов. Приведенные материалы показали существование двух различных моделей металлопроизводства ямных племен, объясняющихся направленностью векторов историко металлургических контактов, наличием доступной рудной базы, сохранением традиционных технологий или же выработкой инновационных методов обработки мышьяковой бронзы. Черты определенного технологического сходства между уральской и причерноморской металлообработкой прослежены лишь на ранней стадии развития северопричерноморского центра металлопроизводства. Металлопроизводство ямных племен Северного Причерноморья в последующем демонстрирует иные технологические традиции получения орудий и украшений из низколегированной мышьяковой бронзы, поступающей из западных сырьевых источников. Уральские мастера использовали приемы литья крупных орудий из местной каргалинской окисленной меди в открытые и составные закрытые формы с высокотемпературными режимами термообработки.

The paper summarizes data from the analytical studies of non ferrous metal in two areas of the Yamnaya (Pitgrave) culture, i. e. the western area (the North Pontic region) and the eastern area (the Southern Urals and the Middle Tobol basin). Methods of spectral, atomic emission, electron microprobe and metallographic analyses were employed. The materials described demonstrate existence of two different metal production models used by the Yamnaya population. The difference in the models is stipulated by different directions of historical and metallurgical contacts, availability of accessible ore deposits, maintenance of traditional technologies or development of innovation methods of arsenical bronze production. Certain technological similarities between the Urals and the North Pontic metalworking were identified only for the early development stage of the North Pontic center of metal production. In the subsequent period metal production of the Yamnaya population groups which lived in the North Pontic region demonstrates other technological traditions of producing tools and jewelry from low alloyed arsenical bronze that came from western raw material sources. The Urals craftsmen employed techniques of casting heavy tools from local Kargaly oxidized copper in open and composite closed moulds with high temperature modes of heat treatment.
ИССЛЕДОВАНИЯ ПОСЕЛЕНИЯ ГОРОЖАНЕ В 2016 Г.
Authors: А. В. Михайлов
Published: November 2021

В 2016 г. Археологическим центром Псковской области были проведены разведочные работы на поселении X-XI вв. у д. Горожане (Новосокольнический р-н Псковской обл.). Поселение располагается в юго-восточной части Бежаницкой возвышенности, на водоразделе бассейнов рек Великой и Ловати. Примерные размеры участка распространения культурного слоя (по результатам визуального осмотра и сбора подъемного материала) - 150 на 200 м. Площадь поселения составляет ок. 3 га, мощность культурных отложений - 0,8-0,9 м. Верхняя часть культурного слоя местами повреждена в ходе распашки. Отчетливо прослеживаются следы, как минимум, двух крупных пожаров. Предварительная дата памятника - X - 1-я пол. XI в. Поселение у д. Горожане по ряду параметров (достаточно узкая датировка, мощность и хорошая сохранность культурных отложений, вещевая коллекция) является значимым археологическим объектом для изучения ранней истории Древней Руси и требует дальнейшего археологического изучения.

In 2016, the Archaeological center of Pskov region carried out exploration of the settlement of X-XIth cc. Gopozhane (Novosokol’nicheskiy district of the Pskov region). The settlement is located in the South-Eastern part of Bezhanitsky highland, on the watershed between the basins of the Velikaya and Lovat rivers. The approximate size of the area of distribution of the cultural layer (according to the results of visual inspection and collection of materials) is 150 by 200 m. The settlement area is about 3 ha, the cultural deposits density is 0,8-0,9 m. The Upper part of cultural layer was in some places damaged during plowing. Traces of at least two major fires can be clearly seen. The Gopozhane Settlement according to a number of features (rather narrow dating, density and good preservation of cultural deposits, material collection) is an important archaeological site for studying the early history of Ancient Rus and requires further archaeological study
НЕКОТОРЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ О СТАТИСТИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛАХ ВЕЩЕВЫХ КОЛЛЕКЦИЙ ГОРОДСКИХ РАСКОПОВ
Authors: М. И. Петров
Published: November 2021

Количественные характеристики вещевых коллекций городских раскопов содержат определенный информационный потенциал, который, впрочем, зачастую остается невостребованным. Цель сообщения - указать на несколько неожиданных аспектов изучения подобных статистических данных. Первый сюжет затрагивает количественные характеристики материалов обнаруженных находок, а второй - статистику применения функциональных групп для анализа вещевой коллекции раскопа в целом.

The article describes two issues dealing with statistical analysis of artifact collections from several sites in medieval Novgorod. Material basis for object classification mainly demonstrates quality of preservation of organic deposits. Statistical analysis of this data shows that regardless of size of a site and/or cultural deposit thickness proportion of artifacts from various materials is very close among various sites. This observation allows to think that comparative site statistics can also give a checkpoint for quality of field research. Next issue deals with functional analysis which is useful for complex city estate studies. Applying this analysis to general site data shows that the majority of finds (up to 80 %) consists of typical artifacts of city plot. Individual characteristics of estate (several groups of unique artifacts) make up about 10-20 % of whole number of finds. Therefore analysis based only on exclusive finds could be incorrect.