Награницесостепью:посульскийрубежпереяславскойземли.
Authors: Yuriy Y.M. 
Published: September 2019

With the start of the Pecheneg invasions at the end of the 10th century Prince Vladimir Svyatoslavovich of Kiev created a line of defense, composed of timber walls, enforced by a small number of walled towns. He populated these settlements with settlers from the northern regions. Even though they could only take on patrol duty, they managed to play a significant role in the defense of the realm. The Cuman expansion in the mid11th century saw the formation of the Pereyaslavl Land, whose princes took on complex defensive measures. Its first stages saw the blocking of the Cuman passageway across the Lower Sula with a system of outlying fortresses. This derailed the nomadic routs to the north, where new defensive regions where formed to control not only the fords, but the inner roads as well. Almost parallel to this (at a slightly later period) the empty frontier was populated by another group of steppe dwellers the Pereyaslavl Torqs. These proved an invaluable asset, due to their ability to patrol the inner roads and in take part in distant raids as light cavalry, capable of competing with the Cumans. To protect their families and property the Peryaslavl Torqs constructed highly original castles. In time the Torqs began to populate not only the defensive microregions, but also numerous Russian fortresses. As a result of all these measures, the Pereyaslavl Land turned into a strong defensive shield of the Rus, with its princes claiming and assuming the Kievan throne. The defensive systems of the southern frontier radically limited the damage from Cuman raids. Yet the Cuman threat was effectively ended by a series of expeditions, led by Russian princes, into the heart of the steppe. This led to the gradual decline of the Pereyaslavl shield, made even more rapid by the feudal fragmentation which followed

С началом нашествий печенегов в конце 10 века князь Владимир Святославович Киевский создал линию обороны, состоящую из деревянных стен, укрепленных небольшим количеством обнесенных стеной городов. Он заселил эти поселения переселенцами из северных областей. Даже при том, что они могли только взять на себя патрульную службу, им удалось сыграть значительную роль в обороне королевства. Куманская экспансия в середине XI века ознаменовалась образованием Переяславской Земли, князья которой предприняли сложные оборонительные меры. На первых этапах он блокировал Куманский проход через нижнюю Сулу системой отдаленных крепостей. Это сорвало кочевые маршруты на север, где образовались новые оборонительные районы, контролирующие не только Броды, но и внутренние дороги. Почти параллельно этому (в несколько более поздний период) пустому фронтиру заселялась другая группа степняков Переяславские Торки. Они оказались бесценным активом, благодаря своей способности патрулировать внутренние дороги и принимать участие в дальних рейдах в качестве легкой кавалерии, способной конкурировать с куманами. Для защиты своих семей и имущества Перяславские Торки построили весьма оригинальные замки. Со временем Торки стали заселять не только оборонительные микрорайоны, но и многочисленные русские крепости. В результате всех этих мер Переяславская Земля превратилась в мощный оборонительный щит Руси, с ее князьями, претендующими и вступающими на киевский престол. Оборонительные системы южной границы радикально ограничили ущерб от набегов куманов. И все же Куманская угроза была успешно устранена серией экспедиций, возглавляемых русскими князьями, в самое сердце степи. Это привело к постепенному упадку Переяславского щита, еще более ускоренному последовавшей феодальной раздробленностью