ЦЕНТРАЛЬНЫЕ МОДАЛЬНЫЕ ЗНАЧЕНИЯ В ТАТЫШЛИНСКОМ ГОВОРЕ УДМУРТСКОГО ЯЗЫКА: СЕМАНТИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ
Authors: Мордашова Дарья Дмитриевна 
Published: December 2024

В статье представлен обзор средств выражения центральных модальных значений (т. е. значений возможности и необходимости) в татышлинском говоре удмуртского языка. Описание сделано с опорой на полевой материал, собранный в ходе анкетирования носителей, а также содержит статистику употреблений модальных конструкций по корпусу татышлинских текстов. Показано, что маркирование модальных доменов в исследуемом говоре закреплено за несколькими единицами. В значении возможности это глаголы bə̑gatə̑nə̑ ‘мочь, уметь’, ǯ'ȯndə̈rə̈nə̈ ‘уметь’, предикаты lu̇e и ǯ'ara ‘можно’, представляющие формы 3sg от lu̇ə̈nə̈ ‘становиться’ и ǯ'aranə̑ ‘годиться’ соответственно (с lu̇e зафиксировано две конструкции с разными моделями управления и набором значений). Значения необходимости выражаются предикатами kule ‘нужно’ (с которым зафиксировано три структурных типа конструкций), tijə̑š ‘должен’ и дебитивной формой на -(o)no . Помимо модальных глаголов и предикативов кратко рассматриваются конструкции с эпистемическими частицами (в том числе с заимствованными из русского языка). Полученные данные соотносятся с типологическими представлениями о структуре модальной зоны в языках мира: в частности, показано, какие домены на семантической карте модальности охватывают конструкции возможности и необходимости. Имеются как узко специализированные семантические средства (например, ǯ'ara в зоне деонтической возможности), так и полисемичные модальные выражения, охватывающие неэпистемические и эпистемические значения (например, bə̑gatə̑nə̑ в зоне возможности или tijə̑š в поле необходимости). Обсуждается, в каких точках имеется расхождение татышлинского говора с литературным вариантом удмуртского: таковыми являются глагол ǯ'ȯndə̈rə̈nə̈ , который в татышлинском имеет более узкую семантику, чем в литературном удмуртском, и предикатив tijə̑š , представляющий собой тюркское заимствование.

The article provides an overview of the markers of core modal meanings (possibility and necessity) in Tatyshly Udmurt. The description is based on fieldwork data, and also contains the statistics on the use of modal constructions in the corpus of Tatyshly Udmurt. It is shown that there are several units within each modal domain. Namely, in the domain of possibility, these are the verbs bə̑gatə̑nə̑ ‘can, be able’, ǯ'ȯndə̈rə̈nə̈ ‘be able’, predicates lu̇e and ǯ'ara ‘be allowed’, derived from the 3 person singular forms of the verbs lu̇ə̈nə̈ ‘become’ and ǯ'aranə̑ ‘fit’ respectively ( lu̇e is encountered in two structurally and semantically different constructions). The meanings of necessity are expressed by the predicates kule ‘need’ (which is a part of three structural types of constructions), tijə̑š ‘must’ and the debitive form on -(o)no . In addition to modal verbs and predicative units, constructions with epistemic particles (including those borrowed from Russian) are briefly considered. The data obtained correlate with the existing views on the structure of modality in typology: in particular, it is shown which domains the constructions of possibility and necessity in question cover on the semantic map of modality. There are both highly specific markers (for example, ǯ'ara functioning solely in the domain of deontic possibility) and polysemous modal expressions covering non-epistemic as well as epistemic meanings (for instance, bə̑gatə̑nə̑ in the domain of possibility or tijə̑š in the domain of necessity). The author also discusses the discrepancies between the Tatyshly subdialect and Standard Udmurt modal systems, which involve the use of the verb ǯ'ȯndə̈rə̈nə̈ (its semantics is narrower in Tatyshly Udmurt), and the Turkic borrowing tijə̑š .