bluuebunny/crossref_metadata_2025 huggingface dataset:
О Каком Доминировании Идет Речь?: Французский Взгляд на Русистику во Франции, России и Сша
Authors: Блюм Алэн
Published: October 2015

SUMMARY:
Alain Blum considers issues raised by Ben Eklof from the twofold perspective of French-Russian and French-U.S. academic communication, adding to these considerations regarding the nature and evolution of the French community of students of Russian history. He questions the choice of Mironov’s Social History as the basis for generalizing about patterns of academic communication and points to the contextualized nature of this book’s reception: its implicit audience in Russia and abroad differs and hence the differences in its reception. Blum rejects a colonial model suggested by Eklof and brings into the discussion generational, national (French) ideological and intellectual, and other multiple dimensions of scholarly dynamics. Blum asserts a supranational character of Russian history in the twentieth century with its major themes of Communism and Stalinism, and compares it to the historiography of Nazism as a complex supranational phenomenon in the history of European modernity. The study of Nazism is profoundly influenced and stimulated by international scholarship, and he observes the same productive challenge from outside in the historiography of modern Russia. This situation is far from a colonial domination of Western over Russian scholarship. Looking at different examples of the circulation of ideas, translations of Western texts into Russian, and participation in joint scholarly projects, Blum concludes that Russian-U.S.-French academic communication is based not on forms of domination but on mutual exchange. The current reorientation of some Russian scholars toward a more nationalistic and anti-Western interpretation of history cannot be understood, in his view, as a reaction to a previous stage of exchanges and integration – this is a consequence of Russia’s internal political and ideological development.
Здесь будет город-сад! “Культивирование” советского городского провинциального пространства в 1920 – 1930-е годы
Authors: Сальникова Алла
Published: October 2015

SUMMARY:
Alla Sal’nikova stresses the “gardening” functions of the new Soviet state and brings the concept of a “garden town” to the fore. Her article follows closely different periods in early Soviet urban planning and the changing meanings of urban space in Kazan. This analysis is accompanied by reconstructing the practices and circumstances of turning multiethnic provincial center ( gubernskaia ) Kazan into a normative socialist town. The article draws a complex picture of rapid, ideologically-motivated transformation of the urban landscape that had evolved historically in the course of many centuries. Kazan’s landscape combined many cultural layers; modernity and archaism, sacral sites and new public spaces and ethnic “reservations” as well as transitional and mixed spaces. New socialist urban planning intended to refashion Kazan with the help of new architectural and population policies; it aimed at eliminating private and religiously marked spaces, actively using the symbolic language of visual propaganda. This article traces the change from universalist values in urban planning to the adaption of the principle of hierarchical spaces that reflected a new Soviet hierarchy of people. Sal’nikova pays special attention to the peculiarities of urban planning in provincial and multiethnic cities such as Kazan and distinguishes her case from better known cases of Moscow or St. Petersburg, on the one hand, and Siberian industrial cities constructed from scratch on the other.
Веха в изучении истории Сибири в Российской империи
Authors: Соколовский Иван
Published: October 2015

SUMMARY:
Ivan Sokolovskii’s review of the volume Siberia within the Russian Empire comprises a detailed analysis of the book chapter by chapter and an assessment of the book’s conclusions in relation to current Siberian historiography. Sokolovskii praises the volume for taking on the novel methodologies of exploration of the symbolic geography of Siberia and history of the frontier in Siberia history. He also states that the volume’s stronger features are the exploration of the colonization of Siberia, Siberian industrial development and the analysis of the oblastnichestvo federalism project. Sokolovskii believes that the book would have been strengthened had it included an explication of the historiographic background of Siberian studies in which it was written. He also notes that the volume does not include the history of the regular imperial army in Siberia and fails to account for the impact of the railway on the history of Siberian integration into the Russian Empire.
Comment on Ben Eklof’s “by a Different Yardstick”
Authors: Becker Seymour
Published: October 2015

SUMMARY:
Cеймур Беккер считает “гегемонию” западной, прежде всего американской, историографии в русистике времен холодной войны естественным результатом ограничений, наложенных в то время на советских исследователей, и свободы интерпретации и подходов, которой обладали их американские коллеги. В этом же он видит причины сохраняющейся и сегодня академической асимметрии, и отвергает тезис Эклофа, согласно которому источник “гегемонии” – постсоветская грантовая политика западных фондов, вынуждающих российских историков ориентироваться на западные образцы. Западные историки, настаивает Беккер, подвержены такой же процедуре соревнования и отбора. Беккер видит главную причину исключительно позитивной рецепции “Социальной истории” Б. Мирнова в России в тезисе о европейском характере российской истории, который в равной мере разделяют Эклоф и Миронов. Беккер, напротив, отрицает этот “западнический” подход и настаивает на том, что “Социальная история” недооценивает не-западные черты российской государственности и культуры. Стремление Эклофа увидеть в книге Миронова нормализацию российского прошлого, также как его замечание о советских временах, когда контакты американских и советских исследователей были более прочными и равноправными, чем в постсоветский период, Беккер характеризует как проявление личностно окрашенной ностальгии и левых политических симпатий. Беккер подчеркивает объективные основания сохраняющейся западной гегемонии в русистике и поэтому считает вполне адекватной реакцию американских историков на “Социальную историю” Бориса Миронова.
Об учебном пособии “Северный Кавказ в составе Российской империи”
Authors: Лапин Владимир
Published: October 2015

SUMMARY:
In his review of the volume North Caucasus within the Russian Empire , Vladimir Lapin advances a general criticism of the lack of novelty in historical interpretation. In particular, he criticizes the volume for under-appreciating the difference in political culture between the authorities of the Russian Empire and the peoples of region in explaining the nature and evolution of the imperial encounter with the North Caucasus. His criticism also includes the volume’s relative neglect of logistical-technological and military aspects of the functioning of the imperial army in the region. The central criticism of Lapin’s review is addressed toward the notion of the Caucasian War as it is narrated in the volume. He concludes that this description follows a traditional narrative of the Caucasian War from 1817 through 1859 and 1864. This epic narrative of struggle borrowed largely from the self-representation of imperial authorities and military elites ignores the routine violence in the encounter between the Empire and peoples of the region, both in the eighteenth century and after the symbolically fixed date of 1864. The review also gives an overview of historiographic vicissitudes and battles of the Soviet period over the question of relations between the North Caucasus and the Russian Empire and defends the recent trend in historiography as represented by the works of M. Bliev.
“Мертвые” и “культурные” земли: Дискурсы ученых и имперская политика в Средней Азии, 1880-е – 1991 гг.
Authors: Обертрайс Юлия
Published: October 2015

SUMMARY:
Julia Obertreis’ article examines the history of colonial projects to master the desert spaces of Central Asia during the imperial and Soviet periods. Her analysis is focused on the territories of modern day Uzbekistan and Turkmenistan, which were acutely effected by the consequences of imperial policies of irrigation, cotton production and marketing. Mastering the desert was conceptually prepared by and carried out according to modern expert discourses that dealt with problems of irrigation, the cotton industry, and the cultivation and transformation of “lifeless” Central Asian lands into modern and cultured spaces. Obertreis posits a direct continuity between imperial and Soviet discourses of turning the desert into a “flourishing garden” and civilizing the native population. The article also traces this continuity on a more technical level of specific irrigation projects and a general vision of extensive development of the cotton industry. In this respect Russian imperial policy was typical of other colonial empires. It was part of European modernity based on the ideas of cultivation and scientific taming of nature and native “uncivilized” peoples. Obertreis also studies the assimilation of this modern knowledge and discourses by the local population during the Soviet period. This led to the empowerment of local experts and state officials who became active participants in Soviet projects of Central Asia’s modernization. Beginning in the 1970s, a multiethnic community of Soviet experts was involved in the regional cotton economy and irrigation planning. Their research generated a critical discourse combining elements of a partial re-evaluation of Soviet modernity with a more global ecological approach. This article stresses that neither variant of this critical discourse contained anti-colonial rhetoric or indicated rising nationalist self-awareness. Its subversive quality resulted not from some hidden nationalism but from a critique of the Soviet version of modernity as it applied to the exploitation of natural resources, a “conquest” mentality and the romantic nature of grand projects. The article concludes that the 1960–1970’s crisis of modernity, a phenomenon general to both West and East, which in the East took the form of a crisis of socialist modernity, was not specific to Central Asia. Yet in Central Asia the price of modernization revealed itself with unprecedented clarity as the Aral Sea receded and the problems of extensive cotton economy became apparent.
Век имперских революций
Authors: Эделман Джереми
Published: October 2015

SUMMARY:
The article revises the traditional conceptualization of the “Atlantic history” in the age of revolutions that also became the classic case for theories presenting nations as instigators of imperial collapses. Jeremy Adelman asserts that the study of imperial crises and the study of the origins of nationalism in colonial societies should inform each other more than they do. The article demonstrates how bringing these two separate fields of scholarship together, and questioning the tacit and not-so-tacit beliefs upon which they rest, can reframe the complex passages from empires to successor states, free from some of the teleologies of decline and triumph. First, presumptions about the inevitability of imperial decline in the “age of revolutions” have cast the tensions and upheavals of the period as a sign of the sclerosis and demise of transatlantic systems, when they might better be thought of as responses to imperial adaptations. There was little that was inevitable about imperial demise. Second, revolutions were imperial in nature; that is, they were part of empire-wide transformations in that they yielded new social practices in defining the internal life of sovereign politics, as efforts to put empires, and their parts, on a different footing in order to confront external pressures. Revolutions did not begin as secessionist episodes; “nations” emerged as products of tensions wrought by efforts to recast the institutional framework of imperial sovereignty.

These arguments suggest a different approach to the axial shift from Atlantic empires to nation-states. They raise the prospect of altered historical sequelae, the possibility of inversions and backslidings, historic starts that went nowhere and others that never caught on despite the efforts to impose national conventions and structures on them. If the nation-state is not considered the automatic post-cursor to empire, the variety of routes, including a host of “might-have-beens,” needs to be restored to the narrative about the age of revolutions. Indeed, for many corners of the Atlantic world, what emerged from imperial revolutions was not the antithesis to empire, but the revitalization of the notion of empire itself; to many contemporaries, the nation did not necessarily define itself in opposition to empire. There was a sense of the politics of imperial revolutions, their “chain of disequilibria,” which was more important than the cohering nationalist drive to bring an end to empire. In the age of imperial revolutions, events and their meanings were not so easily compressed into a notion of historical time that yielded to the emergence, if not triumph, of nations. The article reconsiders histories of Atlantic “imperial revolutions” in the light of this theoretical program.
The Other Continental Empire: American Perceptions of The Russian Empire, 1776–1789
Authors: Gray Edward
Published: October 2015

SUMMARY:
В статье историка-американиста Эдварда Грея исследуется восприятие Российской империи известным американским путешественником XVIII века Джоном Ледьярдом. Грей обсуждает возникновение Североамериканских Соединенных Штатов в контексте слабости британского владычества в глубине американского континента. В свете обсуждения Конгрессом САСШ перспектив нового государства (1775–1776 гг.), и в частности проблем его неуправляемого континентального фронтира, оказался востребованным пример Российской империи. С одной стороны, это была самая большая по территории империя раннего Нового времени, с другой – пример деспотического правительства. Российская империя стала своего рода имперским Иным возникающей американской империи. Ключевым для Ледьярда являлся вопрос о том, как организовать существование разнообразного населения (разных “рас” или “наций”) в едином государстве. Для него, как и для других американских мыслителей, свобода являлась ключевой категорией и способом разрешения противоречий и конфликтов, возникающих в пространстве классической континентальной империи. Именно поэтому Ледьярд был склонен считать проблемы Российской империи результатом деспотического правления, а не культурных различий как таковых. Соответственно, американцам угрожала не империя как таковая, а “плохая”, деспотическая империя.

Описывая свое пребывание в Якутске, Ледьярд использовал знакомые ему категории для осмысления местного опыта, одновременно отражая в своих записках смешанные идентичности и гибкие иерархии, характерные для границ в раннее Новое время. Несмотря на принадлежность Сибири к Российской империи в течение столетий, Ледьярд не обнаруживает там привнесенной цивилизации и четкого социального порядка. Он сталкивается с невозможностью описания российского имперского фронтира в знакомых ему терминах социального статуса, родовитости, богатства и особенно расы. Коррупция нравов в деспотической империи, по мнению Ледьярда, проистекала не из культурных различий как таковых, а из характерного для этого типа государств стремления к роскоши. Передавая в своих записках классические трюизмы эпохи Просвещения, Ледьярд тем не менее представляет собой уникальный случай раннего американского путешественника в Российской империи, классического “республиканского субъекта”, попытавшегося сформулировать критику континентальной “деспотической” империи с точки зрения “империи свободы.” Автор также рассматривает проблему несовместимости языка восприятия различий, основанного на категории “расы”, с российскими реалиями.

В статье приводятся биографические данные Джона Ледьярда, а также описывается его карьера путешественника (участие в экспедициях Кука и Биллингса), арест и депортация из Российской империи.
An Excellent Introduction to the History of Siberia during the Imperial Period
Authors: Gentes Andrew A.
Published: October 2015

SUMMARY:
В рецензии на том “Сибирь в составе Российской империи” Эндрю Гентес дает краткий обзор предшествующей историографии истории Сибири в составе Российской империи, включая историю путешествий и научных экспедиций в Сибирь, с тем чтобы подчеркнуть преемственность и новизну материала в разбираемой книге. Гентес особенно подчеркивает вклад авторов тома в анализ процессов ментального конструирования Сибири и роли этого образа в репрезентации Российской империи. Рецензент также подчеркивает важность изучения системы отношений центра и периферии на примере Сибири и механизмов косвенного управления в империи в целом и в Сибири в частности. Гентес считает важным вкладом рецензируемого тома в историографию разбор феномена областничества. Однако, по его мнению, авторы не сделали должных выводов из своего анализа и не показали траектории развития областнической мысли после 1917 г.
Несколько Соображений по Поводу Статьи Бена Эклофа
Authors: Каменский Александр
Published: October 2015

SUMMARY:
Alexander Kamenskii recognizes the importance of questions posed by Ben Eklof yet disputes his answers and approaches. He contextualizes from the insider’s perspective many of Eklof’s observations regarding the meaning of Western, especially American, historiography for Soviet historians. Kamenskii’s personal experience does not support a vision of a colonial Western historical corporation. In his view, situation in global scholarship is so complex and multifaceted that it cannot be described within the colonial paradigm presuming domination of one side upon the other. He redefines the topic of discussion as following: have Western and Russian russianists formed a common scholarly community or have not? The essay offers a thoughtful analysis of the Russian historical corporation which appears to be segmented not along the lines suggested by Eklof (central versus provincial universities, financial possibilities), but along ideological divides and professional orientations. This non-existing corporation failed to develop general conventions governing scientific procedures and criteria of their evaluations. The very boundary between expert knowledge and popular history is blurred in the nowadays Russia. Thus the fact that one part of this segmented community of Russian scholars has successfully integrated into the Western academic world while others stood behind, is only normal. Kamenskii suggests ways for internalization of Russian scholarship.
Foreword to the 2009 Re-Publication of “A Death-Defying Attempt”
Authors: Weiner Douglas R.
Published: October 2015

SUMMARY:
В предисловии к републикации в Ab Imperio текста своего Президентского обращения, прочитанного в 2005 году на конгрессе Американского общества историков окружающей среды (American Society for Environmental History), Дуглас Уинер предлагает некоторую ревизию своего радикального утверждения о невозможности научнонейтрального изучения того, что в любом случае является культурнообусловленным – в данном случае ландшафта и изменений окружающей среды. Ccылаясь на новейшие исследования в данной области, он показывает важность исторической реконструкции экологических систем и ландшафтов прошлого и изучения их трансформаций в связи с меняющимися представлениями человечества о прогрессе, культуре и пр. Уинер также пишет об актуальности своего текста 2005 года для современной рефлексии над проблемами власти и общества.
Заповедники России и Европы: Cравнение cамокорректирующихся cистем
Authors: Сафонова Татьяна
Published: October 2015

SUMMARY:
This article compares regimes of territorial control in national parks in Europe and Russia. The analysis shows that in the Russian context, emphasis is put on interaction between national parks inspectors and actual or potential violators. All other activities of national parks personnel as well as corresponding legislature are framed by this conflict. In European national parks the pattern of territorial control is drastically different: legislation, structural arrangements and practices of national parks are designed to prevent direct contact between rangers and national parks visitors. The author approaches the national park as a system of multiple interactions and proposes an in-depth analysis of six case studies of national parks. The article concludes that the European system of territorial control in national parks developed as a result of tourism, while in the case of Russia it grew out of the practices of hunting and gathering and was influenced by post-Soviet ethno-territorial conflicts.
Empire in the Age of Its Disrepute: A Comment on Mark Beissinger’s Aaass Presidential Address
Authors: Prozorov Sergei
Published: October 2015

SUMMARY:
В своем комментарии к Президентскому адресу М. Бейссингера автор предпринимает попытку анализа употребления понятия империи в современном дискурсе “российских исследований”. Тезис Бейссингера о сохраняющейся релевантности этого понятия для понимания политических процессов на постсоветском пространстве рассматривается в контексте оппозиции транзитологических и традиционалистских подходов в русистике. В то время как транзитологические исследования постулируют телеологическую необходимость либерально-демократической трансформации посткоммунистических государств, традиционализм опирается на онтологические предпосылки фундаментальной неизменности культурной или цивилизационной традиции и скептически оценивает потенциал либерально-демократической трансформации в России и других постсоветских государствах.

По мнению автора, тезис Бейссингера соответствует наметившемуся в конце 1990-х гг. в западных “российских исследованиях” общему вектору движения от транзитологии к традиционализму. Бейссингер, однако, не ставит вопрос о легитимности применения термина “империя” к современной России, а рассматривает практики подобного применения в политико-академическом дискурсе, показывая негативные коннотации термина “империя” в современном политическом дискурсе и его употребление в риторических практиках сопротивления внешней или внутренней власти. Анализируя такой подход, Прозоров приходит к выводу о редукции семантического содержания понятия империи к “имени собственному”, лишенному позитивных предикатов и выступающему как симулякр. “Имперский” статус современной России является, таким образом, функцией политического дискурса и определяется нормами словоупотребления, а не внешними критериями.

В финальном разделе статьи автор применяет эту логику анализа к понятиям нации и национального государства, которые, на первый взгляд, могли бы служить альтернативой “имперской” идентификации, но оказываются все более подверженными аналогичной семантической редукции в современном политическом дискурсе. Опираясь на политическую теорию Дж. Агамбена, автор рассматривает возможность выхода за пределы “ложной альтернативы” империи и национального государства через утверждение постимперской и постнациональной субъектности в контексте глобализации.
Dreams of Paradise: The Making of a Soviet Outpost in Vietnam
Authors: Vu Tuong
Published: October 2015

SUMMARY:
В статье Туонга Ву рассматривается проблема восприятия вьетнамскими революционерами и интеллектуалами 1920–1930-х гг. Советского Союза. Переосмысливая традиционный подход, в рамках которого взаимоотношения советской империи и стран третьего мира рассматриваются с точки зрения внешнеполитического доминирования, Ву раскрывает процесс конструирования образа СССР вьетнамскими интеллектуалами как результат сложной динамики, в которой колониальное прошлое Вьетнама играло особую роль. Образ СССР в текстах вьетнамских интеллектуалов и революционеров отражал не только видение современности, социальной справедливости и технологического прогресса (лаборатория революции и социализма), но и становился своего рода Иным колониальных западных империй, под господством которых находился Вьетнам. По мнению автора, несмотря на асимметрию взаимоотношений вьетнамских революционеров и Советского Союза, вьетнамские интеллектуалы отказывались видеть в этих отношениях какую-либо новую форму колониальной зависимости. По мнению автора, его подход позволяет продемонстрировать субъектность интеллектуалов стран третьего мира во взаимоотношениях с СССР и показать их активную роль в историческом процессе деколонизации и возникновения независимых государств третьего мира.
The Conflict in Georgia and the Self-Defeating Nature of Nationalism
Authors: Jones Stephen F.
Published: October 2015

SUMMARY:
Сергей Глебов взял интервью у профессора Стивена Джонса, специалиста по истории и политике на Южном Кавказе, и прежде всего – в Грузии. Джонс – автор целого ряда работ о Грузии, связанных с современной языковой политикой и общекавказским политическим контекстом, о грузинском национализме, внешней политике и пр. В настоящем интервью Джонс излагает свое мнение по поводу косовского урегулирования как ложного прецедента для разрешения конфликта в Осетии, по поводу изменений российской внешней политики на фоне конфликта с Грузией; комментирует выбор Грузии в пользу ориентации на США вопреки альянсам с региональными политическими игроками; оценивает успехи и недостатки грузинской демократии и высказывается о возможности восприятия российско-грузинского конфликта как конфликта демократической и авторитарной систем; говорит о слабости грузинской внутренней политики по отношению к национальным меньшинствам; рассуждает о мотивах американской поддержки Грузии и о роли исторических аргументов в обосновании позиции каждой из сторон конфликта; отвечает на вопрос о том, что препятствует внедрению в Грузии политического мультикультурализма. В заключении Стивен Джонс однозначно оценивает вторжение России на территорию Грузии как предостережение для всего постсоветского пространства, суть которого состоит в том, что Россия стремится к восстановлению гегемонии в регионе.
Что получилось из “Северного Кавказа в Российской империи”: Послесловие редактора несколько лет спустя
Authors: Бобровников Владимир
Published: October 2015

SUMMARY:
Vladimir Bobrovnikov, an editor of the volume North Caucasus within the Russian Empire , recounts how that volume was written, commenting on its composition and overall historiographic mission as well as responding to criticism by reviewers. Bobrovnikov begins by listing what he would have done differently with respect to the published volume. He laments that the volume does not cover the whole of the Caucasus region, which would have been a more adequate analysis of the region’s history. At the same time, Bobrovnikov explains the peculiarity of the region inhabited by mountaineer societies vis-à-vis the whole of the Caucasus, highlighting the fact that historians should be critical toward the regional divisions of the Empire’s territory as demarcated by the imperial government, even though this geographic and administrative map might seem to be historic and authentic. Reflecting on both the North Caucasus and other volumes in the series, he suggests how the interwoven fabric of social experience and imperial governance might have been better addressed by linking the regions together (the Caucasus and Central Asia, for instance), rather than separating them as was done in the series. Responding to criticism of the volume by reviewers, Bobrovnikov defends the volume’s positing of diverse historical experiences of the Caucasian War (or Caucasian wars). That is to say the history of imperial presence in the region cannot be reduced to military confrontations and subjugation by military means and should encompass the gradient of loyalties of North Caucasian peoples to the Empire, as well as trade and collaboration. Reflecting on the diametrically opposed reviews of the volume by Russian and western specialists, Bobrovnikov contends that this difference is rooted in the divergence of paradigmatic historical narratives through which the history of the region is perceived. He emphasizes that the volume on the North Caucasus was written with the explicit task of introducing new methodological paradigms. These paradigms include both new interpretations of the religious history of the region’s Muslim communities and new historical approaches to Orientalism and colonialism in the history of the Russian Empire. In conclusion, Bobrovnikov assesses the series Borderlands of the Russian Empire as a successfully accomplished project because the published volumes thwarted the initial design to write the history of the Empire according to a single analytical framework and thus revealed the manifold phenomenon of imperial diversity.
“Правда Русского Тела” и Сладостное Насилие Воображаемого Сообщества
Authors: Герасимов Илья
Published: October 2015

SUMMARY:
Ilya Gerasimov reads the 2006 novel by Vladimir Sorokin Oprichnik as a literary experiment at constructing a society made of an ideal “national body” in 2027. Sorokin’s notoriously carnal prose ideally suits this intention, and describes a society built upon the idealized Muscovite tradition, where “physiological” processes replace “sociological” ones. The triumphant “Holy Russia” is a monarchy, with a rigid social estate structure, dominated by the Orthodox Church and firmly controlled by the secret service and oprichnina, the restored institute of plenipotentiary officers introduced by Ivan the Terrible, directly responsible to the tsar. The country lives in tight isolation, literally surrounded by the “Great Russian wall,” with a few gas and oil pipes running through the wall. All industrial goods, household items, and advanced technologies are produced by China, thus allowing for a steady infiltration of the Chinese inside the ideal and purified “Russian national body.”

Gerasimov argues that Sorokin produced a sociologically accurate model of what a triumphant Russian ethnonationalist project would look like. A cult of pure national body determines a certain logic of political choices, be it the escalation of terror or the treatment of ethnic minorities. Gerasimov concludes that this “Holy Russia resurrected” as reconstructed by Sorokin is doomed because of its anti-intellectualism and determination to arrest any social dynamics and preserve the status quo at any cost, amid the changing sociopolitical environment. While Sorokin sees the main threat to this utopian society coming from the outside (mainly from “internal colonization” by the Chinese, prompted by the creative impotence of the new Russia), Gerasimov points to several other factors that have been only marginally outlined in the book.

The article deconstructs the metaphor of the national body and the persistent trope of violence in the new “Holy Russia.” The idealized Russian “national body” appears to be more than the product of a writer’s imagination. It is a logical implementation of a certain way of envisioning the Russian nation, popular among the Russian nationalists, and also familiar from Russian classic literature and social sciences.
О территории власти и власти территории: Заметки на полях “Сибири в составе Российской империи”
Authors: Глебов Сергей
Published: October 2015

SUMMARY:
Sergei Glebov reviews the volume Siberia within the Russian Empire and assesses both this volume’s contribution to existing scholarship on the history of Siberia as well as the volume’s attempt to analyze the history of Siberia with the help of new methodologies; including the new history of empire as it is explicated by the editors of the series Borderlands of the Russian Empire . Glebov contends that the premise of the new history of empire is rather conventional in that it projects the view of empire as a structure of relations between an undefined imperial center and peripheral societies. Inadvertently, this structural premise revives national narratives, insofar as in the course of historical development the legitimation of both the imperial center and peripheral societies were bound to involve the discourse of nationhood. Glebov praises the included analysis of symbolic geography and history of signification of the space of Siberia in alternating discourses. However, he notes that this aspect of the volume suffers from the exclusion of the eighteenth century from the history of “cognitive conquest” of the space of Siberia. Bringing the eighteenth century into the narrative alters the overall picture for the center of the authoritative knowledge in the eighteenth century was not in Russia but in Western Europe with whose participation Siberia was conceptually conquered while the Muscovite Tsardom was itself reframed into the Russian Empire. Furthermore, Glebov does not see any reason to reduce the symbolic geography of Siberia to administrative mapping alone and enunciates the history of confessional mapping and proselytizing activities, which offer a different dimension of the history of imperial diversity. According to Glebov, the volume’s main shortcoming is its tunnel-vision narrative of a seamless process of Siberia becoming part of the Russian space. He contrasts this tunnel vision narrative with the complex history of rule by difference directed at indigenous peoples of Siberia and criticizes the authors of the volume for simplistic comparisons with the history of colonization and the indigenous population of North America.
“Затерянный Мир”, Или о Деколонизации Российских Общественных Наук
Authors: Пензин Алексей
Published: October 2015

SUMMARY:
Aleksei Penzin invokes the concepts of modernization and catch-up development in order to describe the post-Soviet perception of relations between Russia and the West in general and the situation of humanities and social sciences in particular. He then discusses the revisions of “modernization” theory within world-system analysis and postcolonial studies. While he traces elements of a current orientalization of Russia by the West, he focuses on the more complicated issues of self-orientalization by Russian scholars and on their compensatory postcolonial behavior, which corresponds to outside expectations or supports local tendencies toward isolationism and “sovereign” democracy and nationalism. Penzin describes the local situation in Russian academia as impenetratable for foreign observers due to the lack of conventional language for discourse and the strong role played by stereotypes and orientalizing discourses. In this regard the language of Marxism was a more adequate medium for international academic discourse. Penzin calls for the acceptance of a more multipolar view of the world that will not impose the core–periphery hegemonic vision.
A Death-Defying Attempt to Articulate a Coherent Definition of Environmental History
Authors: Weiner Douglas R.
Published: October 2015

SUMMARY:
В первой части статьи содержится обзор становления дисциплины истории окружающей среды, начиная с представлений о том, что люди являются биологическими субъектами, чье поведение можно объяснить с помощью моделей, заимствованных из зоологии, экологии и прочих наук о природе, до утверждения представлений о сложной культурной обусловленности человеческой деятельности. Дуглас Уинер показывает, к каким изменениям в дисциплине привел отказ от эссенциализированных и стабильных понятий природы и культуры (размежевание с собственно экологами, эпистемологический постструктурализм и даже утеря дисциплиной четкого объекта изучения). Автор приводит примеры из собственного исследования, посвященного истории природозащиты в СССР начиная со сталинских времен для иллюстрации тезиса о том, что история окружающей среды есть всегда история властных отношений, и не только власти и общества, но и конкуренции элит внутри общества и пр. С этой точки зрения во второй части статьи рассматриваются советская и нацистская политики преобразования природы и общества, а также имперская логика захвата и колонизации (на примере Британской империи в Индии) и идеологическая обусловленность представлений о прогрессивном освоении среды модерным национализмом (на примере сионистской риторики освоения Палестины). В заключительной части статьи автор позиционирует историю окружающей среды в системе более устоявшихся исторических дисциплин, подчеркивая присущую ей высокую методологическую рефлексивность, новаторский характер проблематизации истории “природы” и “культуры”, а также ее общественно-политическую значимость.
О серии “Окраины российской империи” и об откликах Теда Викса и Александра Смоленчука на книгу “Западные окраины…”
Authors: Миллер Алексей
Published: October 2015

SUMMARY:
Alexei Miller, as the head of the editorial board of the series, outlines the background of the production of the series and describes the vicissitudes encountered in writing these books from the initial plan to its realization. In particular, he recounts that the initial design of the series included volumes on the Volgo-Kama region and the Grand Duchy of Finland, while the history of the Ostsee region and South Caucasus were excluded due to the lack of sufficient number of scholars studying this region. Responding to criticism by reviewers, Miller reiterates that the volume Western Borderlands of the Russian Empire was not exclusively focused on the historical conflict of the Russian Empire with the Poles, but aspired to zoom in on the territory where the formation of Byelorussian, Jewish, and Ukrainian national identities was taking place. Miller defends the imbalance of the volume by its specific task to reconstruct the history of Russian imperial policy toward the western borderlands.
Comments on Sergei Prozorov’s “Empire in the Age of Its Disrepute”
Authors: Beissinger Mark R.
Published: October 2015

SUMMARY:
В своем ответе Сергею Прозорову Марк Бейссингер выражает признательность за внимательное, хотя и критическое, прочтение Президентского адреса. Он отвергает приписываемое ему понимание “империи” как продукта политической риторики, как чисто лингвистического феномена. В качестве крупномасштабной системы внешнего доминирования империя, по Бейссингеру, обладает структурными и поведенческими характеристиками. Но она также предполагает субъективное измерение – восприятие власти собственным населением и населением других государств, и именно об этом идет речь в Адресе. Бейсингер также не согласен с оппонентом в том, что он сводит “империю” к оппозиции империи. Он показывает, что в современном мире, в котором ни одно государство добровольно не самоидентифицирует себя как империю, репутационная составляющая становится все более важным элементом феномена “империи”. Значительная часть статьи отведена под разъяснение того, что есть репутация и как она связана с политической практикой. Этот вопрос рассматривается как теоретически, так и в связи с конкретными примерами из новейшей политической и экономической истории России и США.
Real Men and Phantom Stories: Violence and Prosthesis in Soviet War Literature
Authors: Murav Harriet
Published: October 2015

SUMMARY:
В статье рассматривается роль насилия и боли в формировании базовых советских поствоенных исторических нарративов на примере “Повести о настоящем человеке” (1946) Бориса Полевого. Будучи типичным произведением военного времени, повесть Полевого являет собой пример “эстетизации протеза” ( prosthetic narrative ), показывая трансформацию насилия и боли в инструмент национальной победы. В медицине протез – искусственный орган; риторически “протез” также используется как добавление или заместитель чего-то. Повесть Полевого является “протезом” в качестве добавления к его журналистским отчетам о Нюрнбергском процессе: к рассказам о фашистских преступлениях она добавляет историю русского героизма, формируя гибридный жанр, сочетающий биографию, журналистику и беллетристику. Но “Повесть” является “протезом” и в другом смысле: перенеся ампутацию обеих ног, ее герой возвращается на фронт как пилот-киборг. Автор опирается на трактовку “протезной” функции технологии, расширяющей пределы человеческих возможностей, предложенную

З. Фрейдом в “Civilization and Its Discontents”. Протез воплощает взаимосвязь потери и (улучшенного) обретения – искусственный орган указывает на отсутствующий ампутированный орган. Производство национального тела зависит от такого удаления поврежденного органа, которое позволяет последнему существовать как фантом, являясь вечным источником непрекращающегося производства “протезного” национального нарратива. Подобные нарративы являются одновременно реакций на и спасением от глубочайших травм ХХ века.
Confession, Language, Ethnicity, and the Many Faces of Russian Empire
Authors: Seegel Steven
Published: October 2015

SUMMARY:
Главные достоинства работы Дариуса Сталюнаса Создавая русских: идея и практика русификации в Литве и Беларуси после 1863 г. Стивен Сигель видит в новаторском рассмотрении плюралистичности проектов имперской бюрократии по созданию лояльных идентичностей в Северо-западном крае, с одной стороны, и в оригинальной и глубокой трактовке русификаторской политики имперского центра на окраинах – с другой. Рецензент отмечает, в частности, что автору удалось убедительно продемонстрировать, как политика русификации проецировалась на полиэтничное и мультикультурное наследие региона, отражалась в использовании категорий языка, класса, конфессиональной и региональной принадлежности в бюрократических проектах “социальной инженерии” до того, как имперское государство стало использовать сегрегацию и дифференциацию в качестве политических инструментов. Сигель указывает также на то, что проблема может получить новое измерение, если исследователи обратятся к наработкам постколониальной теории и гендерным подходам в изучении корпуса архивных документов.
Mastering the Imperial Space: The Case of Siberia Theoretical Approaches and Recent Directions of Research
Authors: Kusber Jan
Published: October 2015

SUMMARY:
Автор начинает с обращения к новейшей рефлексии проблематики пространства в немецкой социальной и исторической мысли и излагает причины относительно позднего поворота немецких исследователей к набирающей популярность проблематике изучения воображаемой географии и пространственного мышления. Далее в статье рассматриваются варианты восприятия территории, присоединенной Московией в течение XVI–XVII вв., различными агентами в Российской империи и СССР. Среди агентов пространственного конструирования Сибири Кусбер выделяет представителей элит имперского центра, собственно сибирского населения, а также иностранных путешественников. Сибирские нарративы, анализируемые в статье, автор группирует по задаваемой ими модели интеграции сибирского пространства в империю: Сибирь как колония; Сибирь как зона фронтира; Сибирь как цивилизационная граница в модерном понимании; Сибирь как интегральная часть великой России.
The Challenges of Writing a Multi-National History of the Russian Empire
Authors: Weeks Theodore
Published: October 2015

SUMMARY:
В рецензии на том “Западные окраины Российской империи” Т. Викс отмечает его высокую ценность как историографического и учебного пособия, поскольку в большинстве учебников и по сей день сохраняется упрощенное представление о России как о гомогенном государстве и территории. Соглашаясь с включением в понятие “Западные окраины” Царства Польского и западных губерний, Викс также констатирует, что западные губернии оказались проанализированы более тщательно, чем пространство Царства Польского, которое сохраняло черты правового и административного своеобразия. В качестве достоинств тома Викс выделяет анализ политики имперских властей, которая, как показали авторы “Западных окраин”, основывалась на противоречивых соображениях и мотивах: с одной стороны, для нее были характерны традиционные механизмы контроля над периферией, а с другой – более современные механизмы русификации. К числу недостатков разбираемого тома Викс относит чрезмерную концентрацию на планах преобразований при недостаточном внимании к политическим, социальным и культурным механизмам их воплощения, игнорирование населения региона как субъекта исторического процесса. Рецензент также указывает на определенный дисбаланс в структуре и содержательной направленности тома: периоду до и после восстания 1863–1864 гг. уделено диспропорциональное внимание; анализ думского периода сконцентрирован на процессах в имперском центре, в то время как локальный контекст политической мобилизации проигнорирован. Викс высоко оценивает полезность и информативность историографических приложений к тому.
Православие в современной Монголии: Риторики и практики культурной экспансии
Authors: Михалев Алексей
Published: October 2015

SUMMARY:
The article advances the analysis of the mechanisms of self-representation of the Russian Orthodox mission in present-day Mongolia. In particular, it scrutinizes the character of its cultural expansion; its geo-political (Western versus Eurasian), spiritual (religious traditionalism versus new confessions), state-oriented and national (“old” or “local Russians” versus new Russians) rhetoric; and attempts to locate their genealogies in the Soviet past and the post-Soviet transition period. The author draws on the recent history of the Russian Orthodox church in Mongolia; on the materials of three internet resources such as Orthodoxy.ru ( http://www.pravoslavie.ru ), Patriarchy. ru ( http://www.patriarchia.ru ), and Orthodoxy on the East ( http://www.pravostok.ru ); and on content-analysis of Russian-language periodicals published in contemporary Mongolia.
Confession, Language, Ethnicity, and the Many Faces of Russian Empire
Authors: Кадио Джульетт
Published: October 2015

SUMMARY:
While discussing the general framework of Darius Staliūnas’s monograph, Juliette Cadiot highlights the main subject of his analysis of power discourse and Russification policies in the 1860s, namely, the coexistence and conflict between the two systems of governance in the Russian Empire: while one was oriented to the imperial elites, the second was adjusted to the needs of the broad masses. The reviewer emphasizes that Staliūnas downplays the argument of clear-cut intentionalism in historiographical debates, showing sometimes asymmetrical and uneven aspects of governmental policy in the Northwest Provinces. In the book under review, Cadiot seeks to answer the question of whether the Russian national project of integration encompassed all of the imperial diversity? She finds the answer to be quite nuanced. Staliūnas represents the imperial state policy as multilayered and sometimes asystematic, constructing as its objects not only ethnic groups but also confessional and social ones. Cadiot thus claims that the very term “Russification” acquired different meanings in a diapason from assimilation and acculturation to segregation. She suggests that the term and meaning of “integration” should be more carefully contextualized and that the concept of integration and the theme of imperial governmental techniques in the borderlands need further investigation. She proposes the lines of such an investigation that are suggested by Staliūnas’s monograph: the interaction of central and local bureaucrats, the coexistence of neighboring communities on a local level, and their resistance to the assimilative drive at the everyday level.
Orthodoxy Versus Islam: Imperial Russian and Early Soviet Policy Toward Georgia’s Muslims
Authors: Sanikidze George
Published: October 2015

SUMMARY:
Статья Г. Саникидзе посвящена анализу политики Российской империи и раннего Советского Союза по отношению к мусульманам в Грузии. Она представляет собой подробный обзор архивных коллекций, в которых отразилась история мусульманских сообществ на территории современной Грузии и правительственная политика по отношению к ним. Особое внимание Саникидзе уделяет фондам Центрального Архива Аджарской Автономной Республики в силу значимости этого пограничного региона для истории мусульман Закавказья. Автор также отмечает, что архивные коллекции в Батуми содержат богатый материал для исследования истории хаджа и мусульманских миграционных потоков. Он показывает значимость использования различного рода исторических источников, включая травелоги иностранных путешественников, а также этнографические данные для реконструкции истории мусульманства на территории нынешней Грузии. В статье показано, что мусульманские сообщества на территории Закавказья и в Тифлисе, в частности, отличались значительным разнообразием по происхождению, языку и религиозной культуре, что отразилось в источниках. Представляя краткий каталог этого разнообразия, Саникидзе отмечает особенности каждой субрелигиозной группы: суннитов, шиитов, вайнахов Панкисского ущелья.