Литературный генезис мотивно-сюжетного комплекса любовной беллетристики позднего сентиментализма (на примере рецепции повести Н. М. Карамзина «Бедная Лиза»)
Authors: Решетова А.А. , Рынгач Т.Б. 
Published: February 2025

В статье анализируются сентиментальные повести рубежа XVIII–XIX веков, написанные по образцу «Бедной Лизы» Н. М. Карамзина. Тексты В. В. Измайлова, Г. П. Каменева, И. И. Мартынова, А. Е. Измайлова, П. Ю. Львова, М. В. Милонова и др. до начала XXI века относились литературоведами к разряду массовой, низовой литературы, а потому были мало изучены. Авторы статьи обращаются к проблеме генезиса мотивно-сюжетного комплекса любовных повестей-рецепций, формирования их событийной схемы. Выявляется, что сюжет карамзинской повести варьировался представителями позднего сентиментализма с помощью нанизывания на него разных по происхождению мотивов. На сложившуюся сюжетную схему несчастной любви повлияли традиции европейского повествования (сочетание мотивов сентиментальной европейской прозы, поэзии (идиллической и пасторальной), драматургии (комической оперы)) и русской рукописной повести XVII–XVIII веков (варьирование нарратива сказочными мотивами, мотивами любовно-авантюрного, куртуазного и рыцарского романа, перешедшими в сентиментальную беллетристику посредством оригинальных и переводных текстов). Объектом анализа в статье стал комплекс мотивов, объединенных любовной сюжетной схемой и заимствованных из разного рода литературных источников: мотив несчастной любви; любви, трагизм которой — в сословном неравенстве и социальной принадлежности любящих; мотив сентименталистской драматичной смерти/самоубийства главной героини и, в качестве сюжетного «противовеса», идиллические мотивы добродетельных героев-помещиков, способствующих счастливому финалу; мотив скорби у могилы любимой, связанный с образом меланхоличного повествователя; трагические мотивы прощального письма, болезни от любви, похищения главной героини и клеветы на нее и т. п. Результаты проделанного исследования имеют как практическое применение (в формате образовательной практики студентов и аспирантов-филологов), так и теоретическое значение. Анализ взаимодействия европейского сентиментализма и отечественной рукописной повести, оригинальной и переводной, в мотивно-сюжетном комплексе рецептивных произведений, ориентированных на образец «Бедной Лизы» Карамзина, приводит к более полному преставлению о характере трансформации жанра сентиментальной повести и его роли в дальнейшем формировании русской беллетристики.

The article analyzes sentimental tales of the turn of the 18th–19th centuries that followed the model of N. M. Karamzin’s Poor Lisa. The fiction works of V. V. Izmaylov, G. P. Kamenev, I. I. Martynov, A. E. Izmaylov, P. Y. Lvov, M. V. Milonov and others were considered by literary critics as mass literature until early 21st century, and little research was don on them. The authors of the article address the problem of the genesis of the motive and plot knots of love stories and the formation of their plot-lines. It is revealed that the plot of Karamzin’s novella was further modified by authors of late sentimentalism who added to it motives of different origins. The initial plot scheme of an unhappy love was influenced by various traditions of European narrative (a combination of motives from sentimental European prose, poetry (idyllic and pastoral), and drama (comic opera)) and Russian manuscript fiction of the 17th and 18thcenturies (combining the narrative with fairy-tale motives, motives from love-adventurous, courtesan, and chivalric romance, which entered sentimental fiction through original and translated texts). The object of analysis in the article is a complex of motives united by the love plot scheme and borrowed from various literary sources: The motive of unhappy love; love, the tragedy often based on class inequality of the lovers; the motive of sentimentalist dramatic death/suicide of the heroine and, as a counterweight, idyllic images of virtuous and benevolent landlords contributing to the happy ending; grief at the grave of the beloved, associated with the image of the melancholy narrator; the tragic farewell letter, love sickness, kidnapping of the heroine and slander against her, etc. The results of the conducted research have both practical application (in educational practice with undergraduate and graduate students of philology) and theoretical significance. The analysis of interaction between European sentimentalism and Russian manuscript fiction, original and translated, in the motive and narrative complex of receptive works, focused on the model of Karamzin’s Poor Lisa, contributes to understanding the transformation of the genre of sentimental novella and its role in the further formation of Russian fiction.