POETICS OF CULTURAL MEMORY AND SUBJECT-MATERIAL ONTHOLOGY IN THE NOVEL BY F.M. DOSTOEVSKY “THE BROTHERS KARAMAZOV”
Authors: Бондарчук Елена Михайловна 
Published: September 2020

Введение. В основе культурной памяти находятся процессы «возрождения» и «забвения», соотношение которых влияет на духовный облик каждой эпохи. Однако особую значимость действие механизма «культурной памяти» приобретает во времена социальных катаклизмов. В художественном мышлении кризисного времени семантический комплекс «культурной памяти» прежде всего реализует функцию «упорядочивания стихийного мира», «моделирования» его эстетически релевантной «копии» по универсальному принципу мифа о сотворении мира и его устройстве. Осмысление духовной реальности кризисного времени осуществляется в синтезированных формах, возникающих в результате внутриродовых и межжанровых трансформаций. К такого рода художественным феноменам относится финальный роман Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы», который отражает стремление автора создать универсальную художественную сверхформу для всеобъемлющего воплощения миропонимания. Цель статьи – изучить предметно-вещный мир в романе «Братья Карамазовы» с онтологических позиций и в контексте поэтики культурной памяти. В этой связи определить характерные особенности дескриптивных частей сюжета, выявить ключевые пространственные образы, дифференцировать «предметное» и «вещное» значения объектов интерьера. Материал и методы. Исследуются особенности изображения предметного мира в романе «Братья Карамазовы» с опорой на труды М. М. Бахтина, С. С. Аверинцева, А. П. Чудакова, М. Н. Эпштейна, К. Г. Исупова.Предметом изучения является интерьер как один из аспектов предметно-вещного мира и ряд вещей-операторов в их связи с проблематикой культурной памяти. Исследование осуществляется на основе структурно-семиотического метода. Результаты и обсуждение. В отечественном литературоведении проблема вещной/предметной поэтики не изучена системно. Лексемы «предмет» и «вещь» чаще всего используются в обобщенном значении. С учетом различия их этимонов предлагается составной термин «предметно-вещный мир», который объединяет разные (визуальный и слуховой) варианты художественной интерпретации реальности с сохранением исходных значений, а также включает подход к предмету и вещи с позиций духовного освоения, открытия экзистенциального смысла. Предметно-вещный аспект в поэтике Ф. М. Достоевского представлен неразвернуто. Однако в контексте устремленности мысли Ф. М. Достоевского на «апредметное», «субстанциальное» предметно-вещный мир приобретает особые характеристики. «Шаблонность» описаний интерьеров в романе «Братья Карамазовы», как прием, создает множественные сюжетные переклички и повторы, которые в совокупности раскрывают метафизический образ общего пространства. Предметы интерьера, изображенные предельно условно, одновременно реализуют символическую функцию «вещей»-вестников. Краткость описаний, в пределе сводящаяся к перечислению, актуализирует в сюжете ранние, донарративные формы кумулятивного типа, придавая динамику и событийность дескриптивным частям сюжета. Помимо этого, символичность объектов предметно-вещного мира заключает в себе возможность трансформации предмета в вещь, которая понимается как раскрытие эйдоса, живой структуры или метафизической глубины вещи, инверсивного движения вещи в предмет, «закрытия» ее экзистенциального ядра, «затвердевания» в рамках внешней формы материального существования. Заключение. Предметно-вещный мир в «Братьях Карамазовых», в частности интерьер, данный в кратких описаниях, перечислениях, упоминаниях, не только пунктирно намечает контуры бытовой жизни героев, обусловливает траектории их перемещений, действий, но и реализует возможность «вхождения» в бытийные смыслы, в пространство сакральной памяти, становясь, по определению П. Флоренского, символом Вечности, созданным во Времени.

Introduction. The basis of cultural memory are the processes of “rebirth” and “oblivion”, the ratio of which affects the spiritual make-up of each era. However, the action of the mechanism of “cultural memory” acquires special significance in times of social cataclysms. In the artistic thinking of the crisis time, the semantic complex of “cultural memory” primarily implements the function of “ordering the elemental world”, “modeling” its aesthetically relevant “copy” according to the universal principle of the creation myth and its structure. The understanding of the spiritual reality of the crisis time is carried out in synthesized forms that arise as a result of intrageneric and intergenre transformations. This kind of artistic phenomena includes the final novel by F. M. Dostoevsky’s “The Brothers Karamazov”, which reflects the author’s desire to create a universal artistic super-form for a comprehensive embodiment of the worldview. Aim and objectives. To study the subject-material world in the novel “The Brothers Karamazov” from ontological positions and in the context of the poetics of cultural memory. In this regard to identify characteristic features of descriptive parts of the plot, to reveal key spatial images, to differentiate the “subject” and “material” meanings of interior objects. Material and methods. The article explores the features of image of the objective world in the novel “The Brothers Karamazov”, relying on the works by M. M. Bakhtin, S. S. Averintsev, A. P. Chudakov, M. N. Epstein, K. G. Isupov. The subject of study is the interior as one of the aspects of the subject-material world and a number of things-operators in their connection with the problems of cultural memory. The study is carried out on the basis of the structuralsemiotic method. Results and discussion. In Russian literary criticism, the problem of object / subject poetics has not been systematically studied. The tokens “subject” and “thing” are most often used in a generalized sense. The differences in their etymons are given, the composite term “subject-material world” is proposed, which combines different (visual and auditory) versions of the artistic interpretation of reality while preserving the original values, and also includes an approach to the subject and things from the standpoint of spiritual development, the discovery of existential meaning. The subject-material aspect in the poetics of F. M. Dostoevsky is represented in an undeveloped manner. However, in the context of the aspiration of thought F. M. Dostoevsky on the “subject-matter”, “substantial” subject-material world acquires special characteristics. The “stereotyped” descriptions of interiors in the novel “The Brothers Karamazov”, as a technique, creates multiple plot calls and repetitions, which together reveal a metaphysical image of the common space. Interior items, depicted extremely conditionally, at the same time realize the symbolic function of the “things” of messengers. The brevity of descriptions, which in the limit boils down to enumeration, actualizes the early, donarrative forms of the cumulative type in the plot, giving dynamics and eventfulness to the descriptive parts of the plot. In addition, the symbolism of objects of the subject-real world includes the possibility of transforming an object into a thing, which is understood as revealing the eidos, living structure or metaphysical depth of a thing and the inverse movement of a thing into an object, “closing” its existential core, “solidifying” within the external forms of material existence. Conclusion. Thus, the subject-material world in “The Brothers Karamazov”, in particular the interior, given in brief descriptions, listings, references, not only dotted outlines the contours of everyday life of heroes, determines the trajectories of their movements, actions, but also implements the possibility of “entering” into existential meanings, into the space of sacred memory, becoming, by the definition of P. Florensky, a symbol of Eternity created in Time.