Айседора Дункан и ее идея воспитания «артистического человека» в советских реалиях: из попутчиков в диссиденты
Authors: Приданова Е.В. 
Published: October 2024

Пластическое искусство выдающейся американской танцовщицы Айседоры Дункан представляет ценность не только как смелый шаг на пути к новому этапу развития танца, но и как пример воплощения идеи «артистического человека» в искусстве рубежа XIX-XX веков. Этот художественно-антропологический проект предполагал актуализацию преобразующей функции искусства. Начиная с романтической утопии Вагнера и заканчивая антропософией Штейнера, процесс постижения природы человека через совершенствование его выразительных проявлений предполагал утверждение новой целостности: единства тела, души и духа. Особое внимание многими представителями этой эпохи уделялось вопросу взаимосвязи музыки и пластики, обоснованию основополагающей роли жестово-кинетической модальности для формирования выразительных форм. Для Дункан танец стал своеобразной религией, утверждающей идею свободной и сильной личности. Захваченная утопической идеей преобразования человека, она вкладывает все свои силы в создание школы танца для девочек. Не найдя поддержки в Америке и Европе, Айседора устремляется в молодое советское государство, поскольку ее героический пафос резонирует социально-политической ситуации. В статье советский период творчества американской танцовщицы рассматривается сквозь призму синтеза музыки и пластики на примере постановок на музыку революционных песен. Анализ в этом контексте хореографической интерпретации «Дубинушки» позволяет наметить контуры воплощения в музыкально-танцевальном искусстве «артистического человека», адаптированный к советским реалиям.

The plastic art of the outstanding American dancer Isadora Duncan is valuable not only as a bold step towards a new stage of dance development, but also as an example of the embodiment of the idea of an "artistic person" in the art of the turn of the XIX-XX centuries. This artistic and anthropological project assumed the actualization of the transformative function of art. Beginning with Wagner's romantic utopia and ending with Steiner's anthroposophy, the process of comprehending human nature through the improvement of its expressive manifestations presupposed the establishment of a new integrity: the unity of body, soul and spirit. Special attention was paid by many representatives of this era to the issue of the relationship between music and plastics, the substantiation of the fundamental role of gesture-kinetic modality for the formation of expressive forms. For Duncan, dance has become a kind of religion, affirming the idea of a free and strong personality. Captured by the utopian idea of human transformation, she puts all her strength into creating a dance school for girls. Unable to find support in America and Europe, Isadora rushes to the young Soviet state, as her heroic pathos resonates with the socio-political situation. In the article, the Soviet period of the American dancer's creativity is considered through the prism of the synthesis of music and plastics on the example of productions of revolutionary songs to music. The analysis in this context of the choreographic interpretation of "Dubinushka" allows us to outline the contours of the embodiment in the musical and dance art of the "artistic man", adapted to Soviet realities.