Original and Borrowed Verbs Indicating the Encounter with the Souls of the Dead in the Komi-Permyak Language
Authors: Шкураток Юлия Анатольевна , Матвеева Елена Михайловна 
Published: March 2024

В данной статье исследуется, каким образом представления коми-пермяков о душах умерших реализуются в устных нарративах, какие языковые средства активизируются в данных текстах, в какой степени русские заимствования проникают в коми-пермяцкий язык. В качестве основного метода используется контекстуальный анализ, который направлен на описание языковых особенностей, отражающих связи языка и духовной культуры коми-пермяков. Представления о душе у коми до сих пор сохраняют свою специфику: считается, что у человека существует две души – лов и орт. Первая – это «внутренняя» душа, душа-дыхание, выходящая из тела во время смерти, вторая – это «внешняя» душа-тень, двойник человека, который может стать видимым перед его смертью. У современных коми-пермяков нет четких представлений о двух формах души, хотя сохраняются нарративы о различных предвестниках смерти, в том числе и о «двойниках». В коми-зырянском языке помимо исконного слова орт в диалектах фиксируется также слово урöс: у коми-ижемцев это слово обозначает персонажа, близкого к душе орт. Лексема урöс известна также и коми-пермякам: у кочевцев она употребляется в текстах о предвестниках смерти, у обрусевших оньковцев это «привидение», появляющееся перед смертью. Душа умершего остается в доме до 40-го дня (шести недель). Она проявляет себя различными звуками, для описания которых в коми-пермяцком языке существует богатая система ономатопеических средств. Кроме того, в рассказах о проявлении души умершего встречаются и русские заимствованные глаголы со значением ‘мерещиться, чудиться’ блазни́тны, вержи́тчыны, верши́тчыны, вӧржи́тчыны, прикаша́йтчыны, а также исконный глагол казьмö́тчыны ‘напомнить о себе, дать знать о себе’, при этом последний глагол имеет более конкретное значение и употребляется также и в прямом значении. По всей видимости, основной причиной заимствования коми-пермяцким языком русских диалектных глаголов обманчивого восприятия является их абстрактный характер, отвлеченность от конкретных проявлений (чаще всего звуковых), которыми описывается появление душ умерших в коми-пермяцком языке.

This article analyzes the Komi-Permyak ideas about the souls of the dead and their implementation in oral narratives, the use of Russian borrowings in the Komi-Permyak language. We have used the method of contextual analysis, which aims to describe linguistic features that reflect the links between the language and the culture of the Komi-Permyaks. The Komi adhere to the idea that man has two sous – lov and ort. The first is the inner soul, the soul breath that leaves the body at the time of death, the second is the outer soul, the shadow, the doppelganger of a person that can become visible before death. Modern Komi-Permyaks do not distinguish between two forms of the soul, although there are still stories about various harbingers of death, including doppelgangers. In addition to the original word ort, the word urös has also survived in various dialects: Among the Komi-Izhma, this word refers to a figure close to the ort; among the Kochevo Komi-Permyaks, it is used in texts about harbingers of death; among the Russified Onkovites, it is a spirit that appears before death. The soul of the deceased remains in the house until day 40 (six weeks). It manifests itself in various sounds, and the Komi-Permyak language has a developed system of onomatopoeic words. In addition, there are also Russian loan verbs meaning 'to imagine, to wonder' blaznite, verzhitchyny, versishchyny, vӧrzhitchyny, prikashaytchyny, as well as the original verb kazmö́tchyny 'to remember, to make oneself known'. The main reason for borrowing this group of verbs from the Komi-Permyak language is obviously their abstract character, the abstraction from concrete manifestations (mostly sound), which describe the appearance of the souls of the dead in the Komi-Permyak language.