О критике скептической философии в позднем неоплатонизме
Authors: Kurdybaylo Dmitry , Tantlevskij Igor 
Published: September 2024

Commentaries to treatises of Aristotle written by Alexandrian Neoplatonists of the 5-6th centuries CE contain a series of testimonies on ancient Scepticism. These testimonies provide a view on Pyrrhonism that is much narrower than that of Sextus Empiricus and even Diogenes Laërtius. However, the structure of Neoplatonicevidence and the set of propositions under criticism allow making some meaningful conclusions. Firstly, Alexandrian commentators have a clear motivation to acquit Plato from charges of Scepticism known since Middle Platonists. Secondly, Neoplatonic criticism objects to just some conceptions of Sceptics, which touch upon certain epistemological problems. The most important among them is the dualism of material objects and the rational soul of a human. Since Sceptics support a dualist metaphysics in a way quite similar to that of the Platonists, Alexandrians take effort to reveal the difference between the Sceptical and Platonist versions of dualism. At the level of universal truths, their argumentation is sound and doubtless, but the possibility of knowing particular material objects becomes a noticeable obstacle. As a possible solution, the authors suggest a comparison with theurgic symbolism of Athenian Neoplatonists who developed a coherent doctrine of divine knowledge of material objects which can be easily extended to a human rational soul as well. The juxtaposition of Scepticism with Alexandrian and Athenian branches of Neoplatonism renders a contrasting picture of Greek intellectual tradition in the 4-6th centuries CE.

В многочисленных комментариях на трактаты Аристотеля александрийских неоплатоников V-VI вв. н.э. содержится ряд свидетельств об античном скептицизме. Примечательно, что эти свидетельства гораздо более кратки, чем у Диогена Лаэртского и тем более Секста Эмпирика. Тем не менее, структура критических пассажей неоплатонических комментариев и выбор обсуждаемых тем позволяет сделать несколько заключений. Во-первых, вполне отчетливо прослеживается стремление александрийских комментаторов «оправдать» Платона от обвинения в приверженности его самого к скептицизму, известного еще со времен среднего платонизма. Во-вторых, неоплатоническая критика касается только тех воззрений скептиков, которые затрагивают вполне определенные эпистемологические проблемы. В первую очередь, это дуализм материальных предметов и рациональной души человека. Поскольку этот дуализм принимается скептиками в виде, очень сходном с тем, как он понимался в школьном платонизме, александрийцы прикладывают заметные усилия, чтобы различить скептическую и платоническую версии метафизического дуализма. Когда речь идет об абстрактных истинах и общих понятиях, неоплатоническая критика убедительно проводит разграничение двух философских позиций. Но в отношении частных материальных предметов аргументация оказывается менее уверенной, часто подменяясь ссылками на очевидность повседневного опыта. Эта же проблема, только без привязки к скептической традиции, обсуждалась в афинском неоплатонизме и получила решение благодаря учению о теургическом символе. В Афинской школе была разработана концепция, объясняющая, как умопостигаемые боги могут познавать материальные предметы даже без непосредственного их восприятия органами чувств, и этот способ рассуждения при необходимости может быть распространен и на рациональную душу человека. Сопоставление неоплатонизма Александрийской и Афинской школ с античным скептицизмом позволяет восстановить ряд особенностей грекоязычной интеллектуальной культуры IV-VI вв. н.э.