Первая мировая война/Мемы

Сравнительно честный способ отъёма средств у собственного населения, принятый на вооружение, когда стало понятно, что уже просрали все полимеры, а война всё не кончается. Суть такова: государство занимает деньги у своих граждан, выдавая им долговые обязательства за полновесные золотые деньги. Полученные таким образом деньги тратились на <del>распил и откат</del> военные нужды. Чтобы лохи велись на всё это, государством организовывалась мощная пропагандистская кампания с упором на поцреотические чувства быдла. Тем, кто на патриотические чувства не вёлся, обещали нехилый PROFIT <del>в случае</del> после победы за счёт ограбления вражеских корованов.
Военные займы практиковались большинством стран-участниц, но особенно масштабно Германией, Австро-Венгрией и Россией, так как у них не было кредитора в виде США и приходилось изыскивать средства у себя дома. Стоит ли говорить, что в результате смены власти, частичного или полного распада, а также послевоенной разрухи в этих трёх странах подписавшиеся на займы лохи соснули хуйца?
 
Достойное упоминания событие, произошедшее на западном фронте в ночь с 24 на 25 декабря 1914 года. По разные стороны баррикад сотни англо-французских и немецких зольдат скромно, по-фронтовому отмечали столь любимый европейсами праздник. Первый шаг сделали немцы, украшая гирляндами проволочные заграждения, водя квадратные хороводы вокруг проволочных же ёлкоимитаторов и распевая песни на немецком. Охуевшие от увиденного британцы тоже начали распевать свои расовые частушки. Вскоре с обеих сторон начали доноситься (изначально в порядке толстого троллинга) поздравления в адрес военов ещё совсем недавно вражеской пехоты, а некоторые особо смелые, положив ружья в окоп, а МПХ на приказ, выползали на нейтральную полосу для совместного продолжения банкета. Итогом стало растянувшееся на множество километров и двое суток перемирие с обменом подарками и футболом.
Германская каска образца 1916 года имела, помимо прочих, одну интересную особенность, а именно — «рожки». Они прикрывали вентиляционные отверстия каски от попадания дождя, грязи и прочей окопной хуйни. Кроме того, на них могла крепиться специальная пластина, по мысли разработчиков защищающая голову от внезапного отравления свинцом. Но бравые гансы выбрасывали пластины нахуй, ибо при попадании пуля хоть и не пробивала пластину, но при такой силе удара выбивала шейные позвонки, что приводило к преждевременному выпиливанию бойца. В отсутствие пластины немецкие шеи прочнее не становились, но хотя бы могли дышать свободнее, ибо весили бронепластины уж больно дохуя. А если нет разницы, зачем таскать больше? Чуть позже «рога» на ганс-касках (сначала в больном воображении, а затем и в пропагандистских высерах эренбургов-кукрыниксов) неимоверно выросли — вспомним, например, Мальчиша-Кибальчиша в окружении пещерных гансов. Так, в конце 90-х в одном из провинциальных краеведческих музеев этой страны экскурсовод, тыча указкой в трофейную каску, на полном серьёзе вещала, что маленькие рожки служили для крепления больших рогов. Очевидно, для ближнего боя. Ныне же рогатые каски (в том числе и made in china) можно увидеть на байкерах и прочих неадекватах.
Норфолкский полк — это не только песня Арии, но и часть английской армии, бесследно исчезнувшая во время Дарданелльской операции в 1915 году. Если быть точным, пропал только боевой отряд одного из батальонов этого полка (всего 278 человек). Но уж очень загадочно — преследуя противника, бойцы отряда вошли в туман, накрывший лес. Больше их никто не видел и не слышал.
Столь благодатная тема для разных конспирологов породила следующие версии произошедшего:
Хотя почему-то более здравая мысль, что англичан, воспользовавшись тактическим преимуществом тумана, таки перебили отступающие турки, мало кому приходит в голову. Желающие приобщиться луркают Википедию.
Эпическая по своему результату психическая атака русской армии. Произошла при осаде крепости Осовец, довольно слабенькой и уже устаревшей: всего лишь молниевидная линия — окружай как хочешь. Однако, в отличие от прекрасно подготовленных и вооружённых крепостей Новогеоргиевск и Ковно, оставленных бездарными командирами без единого выстрела, продержалась более года. Первый штурм Осовца немцы начали ещё в сентябре 1914 года, однако ни артобстрел 26 сентября, ни сильная атака 28 не помогли — более того, вконец охуевшие русские устроили контратаку.
Подтянув ещё больше бигбадабумов и пару-тройку «Больших Берт», немцы уже не пытались взять крепость наскоком, а несколько месяцев подряд методично поливали каменные укрепления — в сумме на Осовец легло 200—250 вот таких килоснарядов. Кровь, говно и кишки красочно разлетались вперемешку с бетоном, но русские как-то выжили там, где выжить нельзя, и даже сумели силами крепостной артиллерии вывести две «Берты» из строя. Немецкое командование, отряхнувшись, пообещало отомстить.
И таки не голословно. 6 августа 1915 года, дождавшись нужного направления ветра, немцы открыли вентили на 30 батареях с газами (смесь хлора с бромом) и няшный тёмно-зелёный дымок приветливо пополз окончательно решать русский вопрос. Словно в фильме ужасов, прямо на глазах желтела травка, листики покрывались багрянцем. А отсутствие противогазов мало способствовало выживаемости людей… Вскоре к стенам крепости подошло 7 тысяч фрицев. К тому моменту все живые внутри мало отличались от мертвецов. Куски лёгкого на гимнастерке, выжженный глаз, ожоги на всё лицо — это было, скажем так, рядовое ранение. С перемотанными лицами, в кровище, напоминая медсестричек из «Тихого холма», оставшиеся в живых, решив срезать дорогу в Вальхаллу через немецкие окопы, с воплями «Ур-рааа!» (кому ещё было чем орать), которые больше напоминали вой сквозь хрипы и кашель, бросились в атаку. Шестьдесят человек против семи тысяч… Учитывая, что из-за воздействия хлора выглядели они как массовка фильмов Ромеро, конец был немного предсказуем. Немцы, не выдержав зрелища обожжённых, блюющих кровью и при этом бегущих в атаку людей, дали задний ход (всей 7-тысячной группой), неистово крича, что дьяволу страшно забирать русских к себе.
Эта атака «мертвецов», как передает очевидец боя, настолько поразила немцев, что они не приняли боя и бросились назад, много немцев погибло на проволочных сетях перед второй линией окопов от огня крепостной артиллерии. Сосредоточенный огонь крепостной артиллерии по окопам первой линии (двор Леонова) был настолько силён, что немцы не приняли атаки и спешно отступили.
Успех был продолжен артиллерией, воскрешённой архангелом из свиты товарища Марса. Больше крепость уже никто не штурмовал. 18—22 августа потерявшая стратегическое значение крепость была взорвана, всё, что можно было открутить и спиздить, снято, и русские отступили. Карлуши заняли её 25 — пиная шашками солдат, в головах которых предание о ходячих мертвяках было ещё более чем свежо, офицеры таки загнали их в крепость, сами благоразумно топая в самом конце.
Эпизод этот попал тогда чуть ли не во все газеты, а в книги по тактике входил повсеместно. Оды русской гордости и мужеству тогда не пел только ленивый, а сами немцы внезапно вспомнили, что, по изречению одного монарха, русского мало убить — его надо пнуть, чтобы в этом удостовериться. Разумеется, с приходом совка все героические эпизоды были из истории вырезаны.
Кстати, в крепости остался и свой Хиро Онода. Отступающие войска, забыв снять с поста одного часового внутри подземных складов, подорвали выход наружу и съебали, в результате чего бедняга девять лет не видел дневного света, питаясь провиантом с этих самых складов и охраняя их. Свой пост «Бессменный Часовой» снял только в середине 1920-х благодаря позарившимся на дармовые крепостные припасы и откопавшим его пшекам, когда не только перестало существовать его командование, но и сама страна, которую он защищал, мутировала до неузнаваемости. Would you like to know more?
Поскольку других источников, кроме Хмелькова, нет, есть основания считать, что это миф, появившийся в 1939 году, нужный совкопропаганде, чтобы подвести «историческую» базу под захват части территории Польши. Белостокский район стал тогда пограничным, а Осовице оказалось рядом с новой границей. Поэтому и была придумана сказка про «ваивавших дидов». В книжке Буняковского 1924 года эти события описаны куда скромнее — как контратака подошедших резервов.