Шизофрения

Шизофрения (от др.-греч. σχίζω — раскалываю и φρήν — ум, рассудок) — психическое заболевание с нарушениями мышления, эмоциональными расстройствами и неадекватным поведением. Сам термин принадлежит учителю Юнга, проф. Блейлеру, который ввел в лексикон карательных психиатров еще такие словечки, как «комплексы» и «амбивалентность». У пациентов пропадают обычные для нормальных людей способности (негативная симптоматика), зато развиваются способности совершенно необычные (позитивные симптомы). Ранее шизофрению называли "Demencia præcox", ибо в те времена, когда это название придумывали, шизофрению ничем не лечили, и подавляющее большинство больных быстро впадало в глубокий эмоционально-волевой дефект, при котором больные целыми сутками лежат в постели и ничего не хотят (сейчас в исходное слабоумие впадают гораздо реже, и многие начинающие психиатры таких больных не видели).
95% людей путает шизу с раздвоением личности, что на деле совершенно разные вещи. Этимология слова намекает: у больных шизофренией, можно сказать, раздваивается психика. Отсюда нередки такие симптомы, как шизофазия, противоречивые чувства и мысли. Собственно, на взаимоисключающих параграфах злобные врачи и ловят пациентов.
Хотя большинство готово причислить к шизофреникам любого человека со странной логикой, диагностические критерии — схизис (внутреннее противоречие психических процессов), псевдогаллюцинации (или иллюзии), а также одно из: апатия/абулия/аутизм — остались чёткими, как и ранее, и расстройство личности по шизоидному типу и шизофрения — две большие разницы с точки зрения современной гуманной психиатрии.
Кроме того, существует понятие «шизотимия», когда симптомы присутствуют в пределах здорового самоконтроля, становясь мощным источником энергии для недопоциента и толкая его активничать и размышлять намного больше обычного. Именно из этой породы, предположительно, получаются авторитарные Кальвины, самоотверженные Сен-Жюсты и прочие интересные личности, если, конечно, человек сознательно направляет зацикленность на одной теме в общественно полезное русло.
Упрощая, люди в белых халатах выделяют следующие типы течения шизофрении:
"Рекуррентная" (или периодическая, по официальной действующей классификации — шизоаффективное расстройство) — характеризуется острым эмоционально окрашенным бредом и галлюцинациями. Чем эмоциональнее ведёт себя поциент, тем выше вероятность выздоровления. Глюки вылечатся, а повторный приступ может наступить через -цать лет или вообще не наступить.
"Шубообразная" (или приступообразно-прогредиентная, по официальной действующей классификации — шизофрения с эпизодическим типом течения с нарастающим дефектом) — когда после курса процiдурок вроде бы все и прошло, но что-то осталось: остаточный бред, например. Кроме того, поциент быстро скатывается к придурковатости во время относительно благополучных периодов. Приступы случаются часто, каждый приступ забирает с собой немножко от личности поциента, заставляя его все чаще и чаще задумываться о том, что его бредовые идеи не такие уж и бредовые. По причине некачественности ремиссий поциенту с таким типом шизы показана поддерживающая терапия колесами в средних дозах. Прогрессируя, шубообразная шизофрения может постепенно перетечь в злокачественную шизофрению. Название произошло от немецкого слова Schub — приступ, а вовсе не потому, что псих зимой и летом ходит в шубе (хотя он может, да).
"Злокачественная" (или непрерывно-прогредиентная, по официальной действующей классификации непрерывнотекущей и называется) — когда болезнь протекает без ремиссий. Выписывают ударные дозы колес. Поциенты с такой шизой нечасто бывают дома, но им уже похуй.
Выделяют еще малопрогредиентную и вялотекущую шизофрении. Отличие в том, что малопрогредиентная шизофрения — это такая слабенькая периодическая шиза, а вялотекущая — это непрерывнотекущая слабенькая шиза. Поциенты с такими формами шизофрении иногда долго не попадают в поле зрения психиатров, а зря, ибо слабенькая шиза в принципе нередко переходит в тяжёлые формы. Диагноз "вялотекущая шизофрения" ныне официально заменён на политкорректное «шизотипическое расстройство». Ибо в 80-е половина борцов за свободу слова лечилась в родных больничках именно с таким диагнозом (разумеется, их самих не очень спрашивали, что и породило рассказы о карательной психиатрии в совке).

Врачи официально выделяют как минимум 9 разных шиз, впрочем Леонгард насчитывал аж 22. Каждый вид шизы прекрасен по-своему. Всякая шиза при отсутствии лечения (но нередко и несмотря на него) со временем почти гарантированно доводит человека до состояния кактуса в горшке. И это нихрена не смешно. На определённой стадии больной становится наказанием б-жьим для себя и для окружающих. Знакомство с тяжёлыми больными заставляет студентов-медиков сожалеть о том, что в России запрещена эвтаназия.

Кристально чисто все эти виды шизофрении себя не проявляют: в картине болезни каждого психа так или иначе наличествуют все виды. Если всего намешано в приблизительно равных пропорциях, то ставят диагноз смешанной шизофрении.
F20.9 — шизофрения неуточненная. Обычно это сигнал к тому, что характер шизофрении поциента еще определять и определять. Известны случаи, когда человеку при этом эфе через пару лет с момента выявления диагноза заявляли, что у него и не шизофрения вовсе, а совсем другая хуита.
 
Симптоматика шизы — густой тёмный лес с Бабами Ягами. Большая часть симптомов скорее ощущается, чем «вылезает наружу», а те, что вылезают — складываются в злоебучие неведомые картины, искать в которых чёткие критерии — самая собачья работа во всей психиатрии. Убедительный пруф всей этой галиматьи дал тролль Розенхан, показавший, что лучше всего в психах разбираются те, чьему мнению-то как раз верить нельзя — сами психи, раскусившие всю его пиздобратию. Все психически нездоровые субъекты и склонные к ним начинают определяться с ходу и почти всегда безошибочно, что показывает дальнейшее общение.
Да, если человек называет себя эльфом 80-го уровня и считает унитаз галактическим крейсером, то с его мозгом, вероятно, что-то не в порядке. Однако настоящая шизофрения вполне может протекать без таких ярко выраженных симптомов, как бред и галлюцинации.
Впрочем, кондовых, окончательно диагностированных, шизофреников не так уж и много — 5-6 человек из тысячи. Гораздо более распространены т. н. «пограничные» состояния: депрессии, мании, фобии и всякие синдромы с хитровыебанными названиями… А вот выльется такое состояние во что-то серьезное или нет — на все воля Хаоса.
Теория единого психоза говорит нам, что лёгкая долбанутость — в любом случае начало славного пути, ведущего к полному выносу мозга. Можно задержаться на этом пути; нельзя с него свернуть. Упомянутая теория прижилась в обществе, хотя и отвергнута большинством психиатров. Поэтому обыватель кладёт большой болт на разницу между шизофренией, шизоидным расстройством и шизоидностью. Врачи болтов не кладут, да. Но поциентам, заполучившим клеймо с приставкой «шиз-», от этого не легче.
Также, по большому счёту, не совсем ясно, где кончается шизофрения и начинаются принципиально другие, обусловленные другими причинами, расстройства — и наоборот, где за каким-то совершенно «левым» симптомом в качестве первопричины стоит всё та же шиза. Разгадка в данном случае не безблагодатность, а отсутствие понимания физиологической первопричины её появления (ибо для этого надо понимать, как работает моск — над этим всё человечество бьётся не первый день) — это раз, и два-с — совершенно нечеловеческой ширины разнообразие проявлений. Например, параноидная шизофрения и паранойя — две совершенно разного происхождения болячки с почти одинаковой симптоматикой. И даже больше, чем две, ибо «паранойя» — собирательное бытовое название нескольких строгих диагнозов.
Суть в том, что у шизофреника постепенно нарастают так называемые негативные симптомы в интеллектуальной, эмоциональной и волевой сфере. Короче, он превращается в тупой, тревожный овощ. Есть теория Бейтсона о дабл байнде, который формирует специфическое шизофреническое слабоумие, связанное с неспособностью воспринимать различные метафорические уровни. Получается, что пресловутая шизофреническая разорванность психики придумана для троллинга поциэнтов психиатрами, неспособными понять мышление поциэнта, у которого взаимоисключающие понятия в голове смешались в малоаппетитную кашу. Такое не проходит бесследно для психики, и, чтобы как-то себе объяснить такие биохимические сбои в межушном ганглии, поциэнт непроизвольно выдумывает теории воздействия, отравления или ужасных врачей-вредителей. То есть продуцирует позитивную симптоматику с параноидальным бредом воздействия в духе синдрома Кандинского-Клерамбо.
Ну а психиатр, как уже было сказано, все болезни лечит одними и теми же колёсами. Которые подавляют преимущественно именно позитивную симптоматику. Ту самую, которая носит компенсаторную или защитную функцию, вроде температуры при простуде, когда организм пытается защититься от микробов, сварив их в собственной крови. Защита получается еще та, порою хуже самой болезни, но по большому счету обеспечивает социальное функционирование поциэнта.
Нынешняя психиатрия выработала стопицот политкорректно звучащих диагнозов, из которых от силы половина реально полезна в плане более подробного указания разновидности, а остальные нужны просто для того, чтобы не назвать ёбаного психа ёбаным психом, даже когда это именно так и есть. Плюс часть формулировок является не точными диагнозами как таковыми, а всего лишь названиями синдромов (то есть целая пачка встречающихся вместе симптомов, обозначенных для удобства собственным именем). А вот какое именно расстройство мозга вызвало данный синдром — да чёрт его знает. Может быть, психологическая травма, может быть, вещества (например, обычное бухло), а может быть, та же наследственная шизофрения. Учитывая, что даже с определением термина есть несколько взаимоисключающих точек зрения, а причины вообще почти во мраке — понять, что есть шиза и что не есть оная, становится… хмм… затруднительно. Поэтому психиатры рассуждают о био-/психо-/социальной теории патогенеза. То есть утверждают, что все эти факторы должны действовать в комплексе. А поскольку они каждый раз смешиваются в индивидуальных пропорциях, возникает дикое разнообразие клинической картины.
Нижеперечисленные признаки далеко не все так уж и абсолютны: скажем, навязчивое мытьё рук несколько раз на дню может быть фобией, неврозом, психозом или же ей, голубушкой. Тем не менее, взять их на вооружение стоит — доктор потом всегда успеет уточнить.

Hормальный шизофреник не обязательно <del>наслаждается</del> страдает всеми перечисленными симптомами. Достаточно одного-двух признаков, наблюдающихся некоторое время, чтобы признать человека принадлежащим к великому ордену скорбных главою.
Закрой глаза. Представь себе качели во дворе, на которых можно сделать «солнышко». Теперь пусть эти качели сделают ровно десять оборотов по часовой стрелке, ниасилят 11-й, покачаются и успокоятся. А теперь — десять обратно. Если ты хронически не можешь управлять собственным воображением (первые несколько раз не в счёт) и они «из упрямства» постоянно, тест за тестом, пролетают лишние обороты «назло тебе» — смирись с неизбежным, все твои драгоценные идеи — бред, потому что ты уже шизофреник в полный рост. Особенно стабилен сей самотест для подростковых форм.
Мысли всякие то наплывут в голову сами собой, то, наоборот, сами заткнутся, когда ты их не просишь.
Ты не хочешь думать какую-нибудь мысль, но она, сволочь, приходит в голову и сама там думается. Или вдруг понимаешь, что чего-нибудь не хочешь чувствовать, но оно само чувствуется, и ничего с этим нельзя сделать. Или что-то делается само, помимо твоей воли: ногами ходится, руками машется, а ты-то здесь и ни при чём.
Мысли могут очень сильно думаться — даже понимаешь, что люди их могут услышать.
Всё вокруг приобретает великий глубинный смысл™: это на первый взгляд всё такое обыкновенное, но если вдуматься — о, блин, до каких высот и глубин можно додуматься! И всё, что тебя окружает — оно специально сделано для того, чтобы произошли Великие События, о которых окружающие (идиоты!) даже понятия не имеют.
Слуховые, зрительные, кинестетические, тактильные, обонятельные и вкусовые ощущения, которые, мягко говоря, не связаны с окружающей действительностью. Для окружающих — не связаны, а для поцыэнта всё это реальность, и надо ещё проверить, какая реальность для кого реальнее.
Исходя из предыдущего пункта — бред, который только для окружающих бред, а для пациента — отражение его переживаний в новой замечательной реальности.
Яркие, красочные сны становятся слишком красочными. Начинается онейроидный кошмар (пока только во сне), от которого нет пробуждения и пощады, и кажется, что от снящейся боли, ужаса, безнадёжности можно физически умереть. Просто от самих ощущений, даже не от «сюжета». Ты мечешься из одного сна в другой, умоляешь персонажей помочь тебе проснуться, но тебе в ответ только снится, что ты проснулся и лежишь на кровати, и ты это очень быстро понимаешь, когда начинается очередной мозгоразрывающий ужас. Мир, в котором нельзя комфортно существовать (то есть вообще никак нельзя, по большому счёту), потому что он мгновенно подстраивается под каждую мысль назло тебе так, чтобы причинить максимум боли, унижения, отчаяния в каждом новом «сеттинге».
«Кто больной, я больной? Со мной всё в порядке! Мне нужны лекарства от звучащих мыслей, кошмаров, яд от чертей (который надо принимать внутрь, чтобы они отравились, когда в меня опять полезут), а так я вполне здравомыслящий». Твой девиз? Молодец, в чём-то ты прав, по крайней мере делаешь всё правильно, чем бы ты это ни обосновывал. У доктора всё это есть: и от кошмаров, и от звучащих мыслей, а уж изничтоженных чертей у него в послужном списке числится больше, чем в Хиросиме узкоглазых полегло.
Характерно выдумывание себе абсолютно ебанастических хобби, особенно в подростковом возрасте, пока моск не задеревенел. Известен клинический персонаж, пытавшийся собрать в коллекцию и атрибутировать все сорта говна. Баночки, баночки, баночки, эрдельтерьер с поносом, эрдельтерьер с запором, эрдельтерьер на сухом корме здоровый, белка серая после шишек, белка серая после грибов, белка рыжая ела ХЗ что, сиамская кошка обожралась рыбы… а в 99% случаев «это ХЗ что, нашёл во дворе, но оно не похоже на остальные, когда-нибудь определю» или подписано на основании собственного больного воображения. Помимо отсутствия познавательной ценности, на каждом шагу — ложь, ложь, ложь. Никаких оснований считать, что это была именно белка, у больного не было. И что именно она жрала — тоже сам додумал. Скажем, в рукописном справочнике «100 способов починить внезапно сломавшуюся советскую мышеловку» 99% займёт устранение поломок, которые в столь простом механизме невозможны в принципе. А вот классической поломки «хуёво ловить стала», которую советские люди устраняли подгибанием спицы-сторожка, не будет.
Издевательство над речью прогрессирует. Ебанат может заменить слово каким-то синонимом созвучного слова по принципу «дрова → трава → газон» и на полном серьёзе считать «наколол к зиме газон» смешным каламбуром. Может выдёргивать из стремительного потока мыслей отдельные слова, косвенно относящиеся к теме, и сплетать их в бессмысленные предложения, то есть не может удержать мечущуюся мысль для построения связной речи. Когда открывает рот, обычно пару секунд держится внятно, потом фразы путаются и чем дальше, тем больше каша — хрестоматийный пример давно зохвачен Уютненьким.
У шизофреников, как правило, притупляются эмоции («Ни до кого и ни до чего нет дела»). Больные иногда делаются грубыми, склонными к бестактным поступкам. Все они замкнуты, и им свойствен очень большой эгоцентризм: они обращены на свои переживания, любят только себя, у них нет привязанности к родным. Одновременно идёт, напротив, эмоциональная гиперсенсибилизация к воображаемому миру (причём чем больше должно поработать воображение поцыента, тем сильнее его вставляет результат). Типичный юный шизофреник будет плакать над злоключениями няшек, описанными в книге, к кинофильму (где картинка готовая и воображать подробности не нужно) отнесётся чуть более спокойно, а к своим родным будет в лучшем случае равнодушен, а скорее всего — вечно озлоблен на них.
Бред сверхценной идеи. Самая мякотка, самый апофеоз. Суть: некая писаная торба становится для дурака святыней, хотя отсутствие в ней ценного содержимого очевидно даже дохлому ёжику. Былиннейший пример — Бесноватый с его идеей расовой чистоты (которая, кстати, идеально легла на вполне здоровый, но примитивный МНУ быдла, и поэтому очень быстро ошизела вся страна, что как бы говорит нам о размытости граней между нормой, болезнью и обычной быдланской тупорылостью). Но это он один такой, а в быту всё приземлённее — скажем, гик целыми днями чертит план «идеального города», тщательно размещая на ватмане улицу за улицей и питаясь тараканами из холодильника, потому что с работы его давно выперли. Если 25 лет охоты на Снарка ещё можно списать на обычный спортивный азарт, то тут налицо совершенно очевидная пустопорожность усилий. В ту же степь идут всякие «идеальные устройства общества», которые, однако, непонятно кто и как будет создавать и удерживать от скатывания в сраное говно. Сам шиз обычно ничтоже сумняшеся отвечает, что все проникнутся его идеей и всё будет держаться на простой сознательности, но у некоторых есть и планы по построению такого общества. По реальности воплощения они примерно на уровне планов Пинки и Брейна. Идея обычно медленно мутирует, но иногда ВНЕЗАПНО может замениться другой, не менее сверхценной, а на прежнюю жертва природы смотрит уже как на говно.
Абсолютная непереубедимость. Если логика противоречит священной хуйне — к черту такую логику. Собственно, одно из вполне официальных свойств бреда (в «академическом» значении этого слова, а не в смысле бессвязного малярийного бормотания в потную подушку). У кого только этот симптом не встречается! Даже у эффективных менеджеров, у которых диагноз — максимум «конституциональная глупость», хотя при ней и бреда-то быть не должно, но в сочетании с ЧСВ и воспитанием папочки-генерального… Ну, а шизы по части бреда впереди всех на белом коне. Забавно смотреть, как непосвящённый, ни разу не видевший живого психа, переубедятел пытается своим клювом раздолбить железобетонный монолит шизофренического бреда. Особо упорные феерические долбоёбы могут проспорить со знакомым шизофреником год и более, при каждой встрече пытаясь его вразумить и переспорить. Тот не сдвигается ни на микрон.
Уход в Матрицу завершается тем, что сверхценная идея воображается шизом уже осуществлённой, а он живёт в своих фантазиях и мнит себя там первооткрывателем, тьфу, Великой Мамамыларамы, лидером Вселенных людей или ещё каким-нибудь уберменшем. Добрые международные медкомиссии приравнивают эту стадию по глубине инвалидности к полной ампутации всех конечностей. Стивен Хокинг из своей коляски опровергает это утверждение — похуй конечности, мозги важнее.

Иногда я говорю слова, а не понимаю их, не представляю их содержания, они вроде как пустые. Например, я говорю: «Карандаш меньше ручки»; для меня это голые слова. Я знаю, что меньше, что больше, но чтобы понять эти отношения, надо себе их представить, нужно делать усилие, а представить, удержать образ трудно. Чтобы представить себе предмет, надо его почувствовать, а это невозможно
Предмет ли дерево или не предмет? Ведь предмет это то, что можно взять в руки, а дерево в руки взять нельзя.
16-летняя больная
Больной дает определение шкафа
Из заявления пациентки о приёме на работу
Как и все хорошие игры, ОБЕД вобрал в себя все лучшее, что было создано в данной области до его появления. Разберемся во всем по порядку.
Идея игры довольно проста — посадить Ивана в кресло с возможностью ворочаться туда-сюда. Придать ему Марью, чтобы в уме получился хоровод. Усилить этот хоровод еще одной Марьей, иногда с выгоревшими усами, иногда еще как-нибудь. Дать возможность произносить монологи и время от времени есть. И поставить цель: съесть все, что имеется в отмеченном на столе квадрате.
Классика жанра
Обоснование собственного бреда
Говноед всея руси собственной персоной]]
Презирватив обязательно должен быть чистым, хуй(член) должен быть продезенфицирован антибактериальной салфеткой. Руки тоже должны быть продезенфицированы антибактериальной салфеткой. Мужчинам, которые трогали телефон, держались за дверную(входной двери) ручку, а потом держали письку, когда писали в туалете, все бактерии обтёрлись об письку, а на(A.UF.ПОПОВ) руки потом попало что-то с кожи письки размножительное, жизнетврорное, пидрахуiное, которое при попадании случайном на(A.UF.ПОПОВ) женскую кожу лица, рук вызывает сильное раздражение и воспаление. Можно смазывать руки антибактериальным гелем САНИТА(SANITA) перед тем как трогать женщину и уж тем более спать когда с ним. Особенно с Five!!! Она вечно спит к верху ногами. Её очень раздражает когда рядом с ней спит грязный мужчина. Мужчина должен быть чистый абсолютно весь.
Я хочу выйти замуж уже за какого-нибудь не болтливого солдата, с которым нас бы отправили в конц-лагерь и там бы с нами ничего не сделали. И с которым мы бы гуляли в парках по выходным и занимались бы вокалом по очереди на выходных. 
Интересно когда погибнут все военные и полицейские в Абакане? Надеюсь они скоро на этой неделе хотя бы погибнут все от огнестрельного оружия, бомб... от военного оружия. Скорей бы они все погибли!!!-&&
Смысл жизни моей в том, чтобы убить всех тех кто меня и военнослужащих прокленает каждый день на улице и в автобусах, с телевизора и в интернете кто на клевечет и обижает, и тех кто носит болеро и на ком можно заметить помаду с тональным кремом, и отмстить за убитых солдат и военных полицейских.-&&
-&&
Физиологические причины неизвестны и туманны. Возможно, это своего рода «оверклокинг», когда нейроны становятся чрезмерно чувствительны к входному воздействию и в результате начинают отзываться на то, на что не следовало бы (матанник, разбирающийся в нейронных сетях, хорошо представляет, что бывает при искусственном завышении передаточных коэффициентов). Важна еще и предрасположенность, передающаяся с генами, вот только строго оценить вероятность проявления шизофрении при наличии этих генов учёные не в силах.
Вообще, теорий о причинах шизофрении много: выбирай, что нравится. Вот, например, если "здорового" человека лишить абсолютно всех внешних воздействий (допустим, поместив подопытного в воду при 37˚С в тёмном бассейне), то он обязательно увидит галлюцинации. Мозг, не получая внешних сигналов, начинает сам себя стимулировать, цепляясь за любые (иллюзорные в том числе) стимулы, и усиливать их. Есть в мозгу такие девайсы, которые усиливают переживания, часть их находится в лобных долях — недаром <del>лоботомия</del> лейкотомия некоторым шизам помогает. Но только на время. Как выяснилось, вылеченные Монишем (который получил за это Нобелевскую премию) пациенты по прошествии некоторого времени снова оказались больными тем же.
Произойти это может так:
Типичный по жизни изгой-омега, травимый в школе с детства, начинает понимать вдруг, что он не такой как все, что, впрочем, с одной стороны тоже верно. Как и любой обычный обитатель сей планеты, он хочет всемирного признания и славы, ищет способ ее получить. И тут — опа! Под руку попадает компьютер с аниме. В красивом мирке развлечений всё легко и понятно. Потом будущий обладатель белого коня начинает понимать, что это ж не просто так…
Кончается всё, конечно же, печально. Поциент, натыкаясь на один забавный мануал , делает себе по нему красивую призрачную тян, но, забывая о мерах предосторожности, умудряется устроить с ней вполне интимную семейную жизнь, либо натыкается на другой забавный мануал и пытается подстроить под себя реальность. В результате имеет профит по сценарию фильма «Игры разума» и потом долго приводится к «первозданному виду реальности» аминазином и галоперидолом в «местах с наибольшей плотностью Нобелевских лауреатов на отдельно взятую палату».
Так что, одиночный и сидячий образ жизни, узость интересов, мнительность и мечтательность очень способствуют…
Причины «бытовые» делятся на три большие группы:
«На ровном месте». Обычно бывает с тётками среднего возраста. Практически не лечится: наука первопричины пока не знает, а давить симптоматически, противостоя всё более и более усиливающейся внутренней причине — задача довольно безнадёжная.
«По наследству». Если один из родителей болезный, вероятность того, что дитя станет шизиком, сильно повышается. Тут прибавляется ещё и т. н. сигнальная наследственность: находящиеся «на грани» родичи успешно замудохивают изначально здоровое чадо (см. «шизофреногенная семья»).
«Сам нарвался». Бывает после веществ, а также клинической смерти (и прочих форм острого кислородного голодания), родовой травмы (да-да, можно иметь её с рождения, но не генетическую, а травматическую), черепно-мозговой или психологической травмы и прочих жизненных неприятностей. Надо, однако, заметить, что истинная шизофрения — болезнь внутреннего происхождения; гораздо проще нажить органическое поражение головного мозга и наслаждаться эпилептоформными припадками. Вещества могут только ускорить наступление шизофрении у находящегося на грани поциента, которому и так суждено ей заболеть. Тут перспективы лучше: обычно с годами переходит во всё более и более терпимую форму. Заодно нечеловечески надрачиваются воля и умение совладать со своими эмоциями и желаниями, а скилл распознавания других шизов по одному их чиху становится близок к абсолютному.
Известно с незапамятных времён. Перегретого во всех смыслах пациента просто помещают в холодную воду. Или, как описано в «Швейке», заворачивают в мокрую простыню. Весьма винрарно сия процедура показана в фильме «Джорджино». В тамошнем «жёлтом доме» сей процесс был поставлен на промышленную основу. Да и сама юдоль скорби показана весьма.
В настоящее время используется лишь в редких случаях в виде краниоцеребральной гипотермии в крутых клиниках. Впрочем, при фебрильной шизофрении на голову кладут обычную грелку со льдом. Чтобы, когда температура зашкаливает, мозг не опухал окончательно и не пытался вылезти за пределы черепной коробки.
Связывание, смирительные рубашки, беличье колесо, комната с мягкими стенами…
Вошли в применение около 70 лет назад. Когда методов лечения было не так много, а больные просто содержались в психбольнице в ожидании ремиссии, один пациент заболел сахарным диабетом. Инсулин открыли тогда по времени тоже относительно недавно и вместо лечебной ввели его лошадиную дозу. Но пациент не умер, а по выходе из комы даже умом просветлел. И больных стали вгонять в лечебные инсулиновые комы. Или хотя бы шоковые гипогликемические состояния. Ничего приятного в них нет. Скорее, наоборот: из комы выходят в состоянии дикого голода, с раскалывающимся телом и головой. В США и Западной Европе практически перестали использовать ИКТ после внедрения нейролептиков, которые дают более-менее предсказуемый результат, требуют значительных меньших затрат времени и имеют хорошую доказательную базу. Почему метод работает — до конца на сегодняшний день ответа нет. Когда-то считалось, что во время комы обрываются патологические нейронные связи.
В последние годы данный метод лечения стал применяться очень редко. Причин несколько.
Появились несколько позже, хотя атропин был открыт еще в 1831 году. Проведение ещё более сложное и геморройное, чем инсулиновые комы, но помогает даже в случаях тяжёлого бреда. Во всяком случае по описаниям. Эти комы тоже давно никто не проводит.
Появилась около 80 лет назад. Ей предшествовала судорожная терапия при помощи медикаментов, вызывающих судороги в больших дозах. Создав аппарат, который тот же эффект вызывает за долю секунды, пользуются только им.
Считалось (да и сейчас считается), что шизофрения и эпилепсия — болезни взаимоисключающие. Впрочем, шизофреник, сильно травмировав голову и поимев в результате рубец в мозгах, может заболеть энцефалопатией с припадками, а возбудимый психопат может при определённых условиях дойти до шизофрении, получив на выходе психоз-микст, как это было с Ван Гогом. Но суть не в этом. Эпилептики и шизофреники мыслят и ведут себя практически противоположным образом, и шизофреникам придумали такой вид терапии, как «лечебную эпилепсию».
Пациентам накладывают на голову 2 электрода, пропускают разряд и ждут, когда разовьётся приступ, подобный эпилептическому. Обычно развивается через 2-3 секунды. Если не развивается — процедуру повторяют, увеличив вольтаж и экспозицию. При удачно проведенной процедуре она полностью стирается из памяти больного, и следующей он не боится.
Со временем выяснилось, что данная процедура более эффективна для больных депрессией и невротическими расстройствами, но при шизофрении также остаётся широко используемой. В настоящее время принято проводить под миорелаксантами, что не сопровождается подбрасыванием в воздух, кусанием самого себя и прочими брутальными последствиями.
Метод малоэффективен в случаях с преимущественно бредовой, гебефренной и т. п. симптоматикой.
Когда лечение перестаёт приносить ожидаемые эффекты, или пациент начинает бухать/колоться, или симптоматика начинает скакать с одной на другую, и пациент становится чересчур активным, или… Много всяких «или» ещё есть, в каких случаях, раньше не спрашивая, а сейчас с согласия пациента или его родственников, назначают «серу». Препарат называется «сульфозин». Представляет он собой серу очищенную, которую разводят в персиковом масле. Пациенту её назначают с постепенным повышением дозы, пока у него температура тела не перевалит за 38 градусов. Так как такая гремучая смесь как сера с маслом рассасывается плохо, то инъекции обычно делают по очереди в 4 точки: под лопатки и в ягодицы. Смысл этого лечения в том, чтобы пациент стал вяленьким аки сильно простуженный и в его организме запустился пока неведомый механизм самоисцеления.
По аналогичным показаниям сульфозин назначали алкоголикам/наркоманам. Но после поднятого визга о негуманности и упрёков в карательности данного метода его применяют сейчас довольно редко и с письменного согласия.
Жил был Виктор Столбун. Мединститут он не окончил; отхватил только диплом психолога, и то какого-то заочного вуза. Но открыл он способ лечения шизофрении, который по сегодняшний день объяснить ни одно светило толком не может.
Поначалу он опрыскивал больным анальную область хлорэтилом (это такой местный анестетик, которым раньше широко пользовались для временного обезболивания спортивных травм), а когда хлорэтил отнесли к наркотикам (от его нюханья веселый такой приход приходил вместе с замороженными соплями под носом), он изобрёл электрические трусы. В результате ему с успехом удавалось лечить самые тяжёлые и прогностически неблагоприятные случаи шизофрении, что было неоднократно документировано официальной психиатрией. Но в государственной больнице он практиковать, конечно же, не мог и, несмотря на жёсткие советские времена, ему удавалось открывать частные лечебные центры. Злые языки говорят, что исключительно благодаря тому, что он вылечил то ли детей, то ли внуков кого-то из ЦК (чуть ли не самого Андропова). Попутно также занимался реабилитацией и обучением олигофренов, которые потом, якобы, даже вузы оканчивали. Но нажил себе кучу врагов, его центры неоднократно закрывали (даже тоталитарными сектами называли), сам он умер в 2005 году, так и не раскрыв до конца всех секретов. Его бывшие пациенты и пациентки выросли и производят впечатление (во всяком случае в интернете) вполне здоровых людей.
Для лечения шизофрении применяется практически весь спектр психофармакологии. Каждое из средств имеет своё показание к применению:
Борьба зависит в основном от того факта, понимает ли шиз, что он шиз. Если не понимает — это однозначно хорошая клиника и нормальные врачи, чья задача не забить мозги до состояния овоща, а разобраться в происходящем, ну заодно и продвинуться хоть чуть-чуть в понимании первопричины Королевы психических заболеваний. Если понимает — вариантов становится больше. Например, некоторые, не до конца утратившие связь с реальностью, действуют по принципу «спасение утопающих — дело рук самих утопающих» и сбиваются в своего рода исследовательские группы. Учитывая некоторые выводы, которые дал эксперимент Розенхана, у них есть хороший шанс неиллюзорно поспособствовать медицине.
Зачастую решение проблемы лежит не в области психиатрии, а в области невропатологии, то есть первопричина чисто физиологическая и — для невропатолога, не для психиатра — совершенно очевидная. Поэтому никогда не грех показаться оному, наверняка за горой поведенческих нарушений он найдёт маааленький, совершенно незаметный «в быту» на фоне шизы, но интересный симптомчик, указывающий, скажем, на херовое кровоснабжение межушного нервного узла или на косяки в метаболизме. Особенно часто это бывает в случае с негативной симптоматикой, перед которой психиатры пасуют — галоперидолом забивать нечего, пациент ничего «такого» и так не делает. Вытряхнуть из многолетней гипобулии и эмоциональной уплощённости, по крайней мере, невропатолог может, инфа 100%.

ЖРИ ТАБЛЕТКИ, СУКА!!!!!!!!!!!!!!!!1111
Смирись, сука, с тем, что твои заскоки неизлечимы, и снимай симптоматику колёсами. Не галоперидолом (он сам вызывает депрессию и апатию), есть гораздо более совершенные лекарства. Никаких косяков в метаболизме у тебя нет, и быть не может: метаболизм и всякие нервные узлы — это вообще не из области психиатрии (иначе бы всех давно излечили). Нам неизвестно, что происходит с твоим мозгом (особенно если у тебя простая форма шизофрении), но колёс мы тебе пропишем — во всём подвижном составе РЖД столько колёс не катается!
Стройся в пару (или в колонну — сколько тебя там?) — и марш в психиатрический стационар!
Справедливости ради скажем, что врач не беседует с пациентом в такой форме. Современные мозгоправы слышали про био-/психо-/социальную концепцию психический расстройств, которую ВОЗ считает общепринятой. Но бывает, что психиатры (особенно "старой закалки") страдают единственно верной точкой зрения, согласно которой лишь колёса спасут человечество, и при этом смотрят на людей как на поциентов. Поэтому люди доводят свои болячки до запущенных стадий, боясь нарваться на такого, прости господи, доктора:
Психиатр — это такой человек, который думает одно, Вам говорит другое, а в Вашей карточке пишет третье.
Психиатры, по сути, не более чем незаурядная банда низкооплачиваемых садистов.
Диагноз «шизофрения» они вообще-то суют везде, где что-нибудь непонятно.
Вот где раздолье для шизофреника! Весь реальный мир стал неправильным и ополчился на него, несчастного. Посему шизофреник зарывается с головой в виртуальный мир, осуществляя там Большую Светлую Мечту (буде она чётко оформлена в поражённом болезнью мозге). У многих неплохо получается. Часто шизы собираются в коммунити, благодаря индуцированному психозу — коллективному помрачению сознания. Во главе таких сообществ стоят обычно буйные психи, а остальные на них равняются, и все коллективно бредят, и часто бредят довольно убедительно, завлекая в своё сообщество новых членов. И изливают они своё мозготворчество в несчастный интернет, который давно наполнен бредом <del>чуть менее, чем</del> гораздо, гораздо более чем наполовину, ибо оно уже в реал выплёскивается. Перечислять типы бреда бессмысленно — тысячи их. К счастью для нормальных людей (кстати, кто они?), шизофренические идеи имеют свойство протухать при столкновении с реальностью. Если бы не это — жили бы мы в Мире всеобщего благоденствия.
Тем не менее, не все шизы одинаково заметны. Обычно шиз ничем не привлекает внимание, пока случайно не наступишь ему на больную мозоль. Это может быть что угодно, но чаще всего либо покушение на сверхценную идею, либо на навязчивый ритуал. Через секунду шиз взрывается говняной бомбой, забрызгивая всё вокруг. Сферично и в вакууме это выглядит так:
Вася Пупкин (пока абсолютно нейтрально и «между прочим»): …а потом зажигаешь дугу и она берет энергию прямо из вакуума!
Ты: А по-моему, там просто емкостное сопротивление падает 
Ты: Дорогой И. Е., не могли бы вы уточнить?
Иван Евлампиевич: НАЗЫВАЯ ЧЕЛОВЕКА ПО ИНИЦИАЛАМ, ТЫ, СУЧЁНЫШЬ ЕБАННЫЙ, ПЛЮЁШЬ ЕМУ В САМУЮ ДУШУ!!! КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК ДОСТОИН ИМЕНИ И ФАМИЛИИ ПОЛНОСТЬЮ!!!
Окромя священной коровы и ритуала, однако, можно «подорваться» практически на любом симптоме. Или не подорваться, потому что иногда (хотя это для буйных весьма нетипично) прорывает в какую-то незаметную сторону, например, псих может удалить свой аккаунт, «сбегая из этого гадюшника», или вообще «стать героем». Часто можно видеть, как шизофреник, откушав голубцов, возвращается в надежде, что под новым ником его не узнают, хотя его поведение очевидно семеновское даже до того, как ему снова наступят на то же самое больное место. Такого рода психи являют полную противоположность практически несъедобным «тихим» — лезут троллю в пасть сами и ещё в глотку протолкнуться пытаются.
Ещё интересный для тролля вариант реакции — «капитанофобия». Запущенному шизофренику часто кажется, что никто не догадывается, что он шизофреник, и первый же кэп, озвучивший сию необычайно глубокую догадку, вызывает панику: «ааа, меня раскрыли, меня раскрыли!!!» — после чего псих сжигает компьютер-дом-собаку-город и закапывается в лесу в норку. Хотя на самом деле обычные толпари знать не знают, что такое шизофрения, и надо быть отмороженным психопатом, чтобы тебя признали психом. Обычно всё сводят к причудам или придурковатости. Если же, например, заявить, что ты не поступаешь как надо в силу некоторых психических проблем, то тебе никто не поверит, будут думать, что ты специально надумываешь себе проблему. Особенно это касается разного «сурового» быдла с менталитетом вьючного животного.
 
В обществе бытует совершенно определённая точка зрения относительно шизофреников. Приведём здесь несколько цитат, не лишённых смысла с точки зрения евгеники:
Опасные люди, поэтому их не люблю.
Я могу себе повторять бесконечно, что нельзя ненавидеть больных людей! Но не могу их не ненавидеть! Большинство из них съехали в болезнь на почве пьянства и половой распущенности. Место им в дурдоме.Но всех не госпитализируешь. Вот они и бродят, отравляя жизнь нормальным людям. А жить с ними по соседству-все равно что на бочке с порохом сидеть!
Вы себе не представляете, насколько повернуто все мировосприятие шизофреников. Неадекватны во всем и всегда. А ты, блин, на работе беседуешь с ними, что-то им втолковываешь, на вопросы их дурацкие отвечаешь... бр-р-р...
А что, сейчас нет принудительного ограничения рождаемости для родителей, больных психическими заболеваниями??? Я считала, что оно есть...
Однако по статистике опасных людей среди шизов ВНЕЗАПНО гораздо меньше, чем среди условно «нормальных», к примеру — алконавтов. К тому же «сойти с ума не каждому дано: на это ещё как минимум нужен ум». Напротив, сами фрики огребают в десять с лишним раз чаще (по тогда ещё милицейской статистике), ибо скилл «БЕСИ@ЗАЁБЫВАЙ» у большинства взлетает в заоблачные выси. Просто представьте себе, что взрослый, разгуливающий на свободе человек начинает доказывать тебе, что у тебя вокруг позвоночника обвился астральный плющ и поэтому у тебя проблемы в бизнесе. Вы его посылаете, куда только можно и нельзя, но он каждый день приходит, звонит, подлавливает и снова начинает втирать одно и то же, сопровождая каждую попытку отбиться от него фразами вроде: «это ты осознаёшь мою правоту, поэтому боишься разговаривать на эту тему», а то и откровенным хамством и оскорблениями пополам с угрозами наложить какую-то атсральную кару. Когда это делает какая-нибудь Нахема, это смешно. А представьте, что это делает ваш сосед, от которого одним кликом не отконнектишься?
Или вот, например, желающий быть срочно отпизженным как вобла об стол. Даёт окружающим лёгкой пизды и всем на Ютубе показывает, как срочно его нужно отмудохать. Так и вышло: электростальский наказатель посредидорожных бабок и школьников, получивший в Рунете кличку «Электросталин», пойман, получил лёгкой пизды и уехал к айболитам. Вообще с Электросталиным, в миру Макеевым, всё очень непросто: это своего рода конфликт безумия, захватившего власть над телом, и сопротивляющихся где-то в глубине Зайчатков Разума, пытающихся докричаться до помощи. Поскольку к врачу он сам не пойдёт, Зайчатки Разума придумывают Хитрый План: в угоду его безумию неадекватить посильнее, да на публику, да с камерой. Вот тут-то врачи и приедут и нас спасут. Как мы видим, это сработало: разум передал весточку на волю из этой живой тюрьмы, сам он этого чётко не осознавал и поэтому не сумел перехватить, и доктора её получили и сделали своё дело. Такого рода аутоконфликты сильных и ярких желаний тоже создают ощущение «раздвоения личности», что и отражается в «бытовом» названии болезни. Молодец, хули. Победить себя не каждому дано.
Хотя, на судебно-психиатрической экспертизе шизики — самые частые гости после здоровых гопов и условно здоровых психопатов с алкашами и прочими нариками. Параноидный шизик с бредом преследования может быть опасен, если начнёт претворять бредовые идеи преследования в жизнь, замочив мнимого демона-инопланетянина или разоряя могилы с понятными целями. В тюрячку такого упечь не получится вследствие невменяемости, но в дурдоме на принудке лежать тоже не сахар. А вот больной рекуррентной шизофренией, не говоря уже о шизе вялотекущей пойдёт на кичу как миленький, если последний приступ был хуй знает сколько лет назад, и сейчас шизофреник в ремиссии.
Сабж не только расчленяет психику пациента, но и одаряет его обострённой способностью <del>расчленять</del> анализировать явления окружающего мира. Таки некоторым нравится расчленять в прямом смысле, но, повторимся, таких очень мало. Наилучшей адаптации достигает шиз, заточивший свой моск на научную работу. Собственно, творчество (наука либо художество в широком смысле) — едва ли не единственная возможность для шизоида сориентироваться в безумном «нормальном» мире. А поскольку каждый шиз является хозяином своей собственной личной вселенной, можно представить, как охреневают при столкновении с этой вселенной условно нормальные. Ну, это если вселенная шиза красочная и детально проработанная, и если хорошо налажены каналы обмена информацией с «нормальным» миром. А вот при недостатке образования даже потенциально винрарный мозг перемалывает гигабайты вхолостую, пример чего можно найти в депрессивном повествовании «О бедном селькупе», публиковавшемся в журнале «Уральский Следопыт» в 90-е. Суть такова: маленький шизофреник демонстрирует недюжинный потенциал, самостоятельно и независимо «изобретая» классические модели вечных двигателей, на которые у человечества в своё время ушли века и не один десяток пытливых мудаков. Автор пытается прокачать ему скилл, чтобы он направил ум на что-то более продуктивное, но быстро сливается (это всё-таки история из RL, а не голливудская сказка с хэппиэндом).
Также давно дискутируется вопрос, не все ли гении на земле — сумасшедшие, и не должен ли желающий стать гением сойти с ума для начала. По крайней мере известно, что для хорошей научной работы человеку полезна некоторая аутизация (аутизм — один из обязательных компонентов шизофрении). У шиза, вдобавок к аутичности, есть ещё нетривиальность мышления и способность увлекаться сверхценными и просто ценными идеями. А поскольку шиз обладает личной вселенной, то в некотором смысле ему похуй, что творится в «настоящем» мире. То есть (в идеале) авторитетов нет, жизненные пути леммингов шизоида не привлекают, всеобщие страхи не страшат, всеобщие заморочки не заморачивают. И если собственные, заботливо выращенные, страхи и заморочки шиза не доканают, то он способен достичь многого. Они и достигают (хотя большинство не в реале, а в этом самом своём личном мире). И тут уже уместно задать вопрос, не каждый ли впереди идущий человек обладает некоторой шизинкой? С другой стороны, безумие — это всё-таки не какое-то специальное состояние организма, а скорее неспособность его покинуть, и профан обычно не может разобраться, что перед ним: прорыв или шизофрения.
Тут уместно вспомнить многократно обыгранный кучей авторов от Шекспира с Булгаковым до Голливуда мотив опасного знания: человек узнаёт Что-То, пытается поведать миру, Пока Не Поздно, и его очень быстро начинают считать сумасшедшим.
Ответ даёт психология. Есть разные акцентуации характера (в пределах нормы), которые при продолжительном травмировании могут переходить в психические расстройства. Шизотимная личность как раз и может через шизоидную психопатию скатиться в шизофрению, гипертимы и эпилептоиды могут стать возбудимыми психопатами, а циклотимам угрожают аффективные расстройства. И многие гении, о которых знали уже в их время — циклотимные личности. Никола Тесла так вообще каконичная аффективная личность. Шизоидные личности более замкнуты, но имеют богатый внутренний мир, просачивающийся порой во внешний. Вассерман и Билл Гейтс, например, здоровые шизоиды, Дик и Desimal — диагностированные шизофреники. Так что гении бывают очень, очень разные. Тащемта, психология очень неточная наука, поэтому однозначный ответ о диагнозе дать не может, тем более для таких многогранных личностей. Корреляцию между гениями и буйнопомешанными поциентами обнаружил ещё Ломброзо, впрочем, на Западе его труды не жалуют. Впрочем, сам Ломброзо ближе к концу признаёт, что прославленные творцы всё-таки неустанно трудились, а что буйно-, что тихопомешенный поциент к созидательному труду неспособен.
Даже психиатры порой болеют шизофренией. Виктор Кандинский, родственник известного живописца, открыл один из синдромов шизофрении, описывая свои внутренние переживания.