Растаманы

Растаманы — чёрные и белые любители курить травку в нехилом количестве. Изначально растаманы не рассматривались как наркоманы, а были адептами религии растафарианства — подвида христианства, распространённого в банановых республиках. Многие современные травокуры даже не знают, что такая религия есть, и просто не заморачиваются — не чтут культуру растафари (!), а тупо дуют анашу.
Естественно, традиция и культура племён темнокожих растафарианцев была опорочена, но все курят.
Растафарианство (Растафари) — эклектическое религиозное верование, сложившееся на Ямайке в начале XX века на основе смеси христианства, местных карибских верований, верований чёрных потомков рабов из западной Африки и учения ряда религиозно-социальных проповедников (в первую очередь Маркуса Гарви). Растафарианству исторически предшествовали так называемые культы покомания.
На практике растафари появилось примерно так: ямайские негры, накурившись травки, услышали от местного деятеля Маркуса Гарви проповедь о том, что скоро в Эфиопии на престол взойдет последний из потомков Соломона, являющийся на самом деле Богом, и вдруг — в 1930 году рас Тафари унаследовал императорский престол, что негры на Ямайке поняли по-своему, и решили назвать себя в честь него растафарианами (англ. rastafarian — «приверженец раса Тафари», или, короче — rasta, отсюда — возвышенное rastaman — «человек раста»). Маркусу Гарви, видевшему себя мессией, такой поворот дел не понравился, и он начал утверждать, что живой человек не может быть богом, но зато нашлись другие — проповедник Леонард Хоуэлл, организовавший позже в горах и джунглях Ямайки общины с культом себя, а также Дж. Хибберт и А. Данкли; с тех пор и начинается история собственно растафари, а также отделение его от «гарвиизма», хотя Гарви таки считается теологическим и идейным зачинателем сего культурно-религиозного явления.
Растафари в 1920—1950-е годы верили в то, что император Эфиопии Хайле Селассие (1892—1975; император с 1930 по 1974, в результате ряда войн и переворотов) — живой Бог, последнее воплощение Бога на земле; что скоро он заберет свой народ — черных — на их родину, в Эфиопию, или же Сион; что Эфиопия (Сион, или по-английски Зайон) — Земля обетованная, так как они не особо интересовались, что происходит в Эфиопии, и мало знали про режим эфиопского императора.
Растаманы также верили в то, что белые люди обманули чёрных, дали им неправильную Библию, скрыли от них настоящее имя Бога (растаманы называют его «Джа»), и пленили в западной стране — Вавилоне, причем снова скрыв и это; то, что Ямайка и Запад в целом на самом деле Вавилон (под этим они понимали страну страданий и плена), они решили, исходя из их мнения о том, что негры — истинные иудеи (нынешние евреи, по мнению ямайских негров, не тру, а фейк, придуманный белыми для вытеснения черных с их исконного места богоизбранного народа), а раз иудеев уже раз пленили — в VII веке до н. э., Навуходоносор Вавилонский — то и их, потомков тех иудеев, пленят в том же месте, то есть в Вавилоне. Стоит отметить, что слово «Вавилон» растаманы понимали буквально, в библейском смысле, ассоциируя его при этом со всем западным миром (в тонкостях географии, истории и прочих «сказок белых» растаманы не разбирались), причем ключевым для них было представление о нем как о тюрьме, месте пленения, а отнюдь не использование его как синонима к «обществу потребления» (как сейчас считает большинство адептов растафари) — ибо самого понятия «общество потребления» в первой половине XX века еще не было, а если бы и было, то для Ямайки с её нищетой оно было бы неактуальным.
Весьма примечательная личность. Образование получал в школе, до 14 лет, далее — только самообразование. В 1914 г. основал на Ямайке «Всемирную ассоциацию по улучшению положения негров» (UNIA). Попал в черный список за попытку организовать рабочий профсоюз и уехал в 1915 в США. Там заявлял, что афроамериканцы могут добиться уважения к себе, укрепляя свою экономическую мощь.
«Где у чернокожего правительство? Где его король и королевство? Где его президент, его страна, его послы, его армия, его флот и его финансовые воротилы? Я не мог их найти. Я решил, что помогу их создать» — говорил Гарви, и пытался создать сеть принадлежащих неграм организаций (магазинов и т. п.). Был сторонником расового разделения и сотрудничал с Ку-Клукс-Кланом.
В 1925 за мошенничество попал на 5 лет в тюрьму, из-за чего растерял свое влияние. После 1930, когда Тэфэри Мэконнын стал императором Эфиопии, а ямайские негры решили, что не за горами пришествие царства божьего, пытался убедить растаманов, что они ошибаются, а Хайле Селассие — не тот, о ком он проповедовал. Умер 10 июня 1940 от двойного инсульта, читая собственный некролог в газете Chicago Defender, которая утверждала, что он умер в «нищете, забвении и всеми покинутый» (пруфлинк).
Урожденный Тэфэри Мэконнын (sic) — эфиопский феодал, внучатый племянник императора Менелика II. Родился 23 июля 1892 года. В 1916 году был отправлен новым императором Иясу V в ссылку за сепаратизм. В том же 1916 г. в результате усобицы разбил силы раса Микаэла, поддерживавшего легитимного императора, и принял титул регента и раса. Чтобы закрепить свою власть и противостоять другим феодалам, модернизировал армию. В 1929-30 гг. победил феодала Балчу (весьма коварно, за что Балча назвал Тэфэри «получеловеком-полузмеей») и законных правителей страны — царицу Зоудиту, дочь Менелика II, и ее мужа раса Гугсу, после чего провозгласил себя императором под именем Хайле Селассие — «Власть Троицы». В 1935 г. в страну вторглись итальянцы, к 1936 г. захватили ее, Хайле Селассие бежал в Британию, а вернулся в 1940 вместе с наступавшими англичанами. В 1960 произошла первая попытка переворота, организованная молодыми офицерами, интеллигенцией и студентами, выступавшими за экономический и социальный прогресс; переворот был пресечен, организаторы наказаны. В 1962 г. незаконно лишил автономии Эритрею и положил начало 30-летней кровавой войне. В 1966 г. посетил Ямайку, чем привел тамошних негров в благоговейный трепет. В 1972-74 гг. в Эфиопии разразился голод, унесший жизни неск. сотен тысяч человек. Правительство Хайле Селассие этот факт пыталось скрыть от мирового сообщества и бросило умирающих людей на произвол судьбы. В стране усилилась инфляция, рост цен (особенно на продукты питания и топливо), безработица. В результате всего этого в 1974 произошла революция, начавшаяся с выступления военных, поддержанных затем всем обществом; Хайле Селассие был свергнут, а через полгода убит.
В то, что Хайле Селассие — бог, растаманы Ямайки верили и после его смерти в 1975 году, считая, что вести о его свержении и гибели — вранье белых людей.
Роберт Неста Марли, 1945—1981. Объект фапа всех отечественных растаманов. Самый известный музыкант регги. 95% растаманов во всем мире считают его основателем растафарианства (!); да что там, даже в Африке многие считают, что растафарианство — антирасистское движение, основанное Бобом Марли. И неважно, что Боб Марли пришел в растафарианство на третьем десятке лет своей жизни, и тогда же перешел от исполнения ска и калипсо к регги.
Марли приехал в Америку с Ямайки.
С собой он привез религию бога Раста.
Пророком этой религии он объявил самого себя, а главным ее ритуалом… свою музыку. Все последователи нового религиозного движения одновременно должны были стать и адептами нового музыкального стиля. Они называли себя «rast's people» — люди Раста. У нас их стали называть «растоманами».
Общаться с Растом было занятием непростым: для свидания с ним требовался своего рода проводник. Инстанция эта, присутствовавшая в растении Cannabis sativa, или все в той же конопле, получила имя Джа.
Бог Джа должен был открыть сознание курильщиков конопли для получения ценных указаний от бога Раста. А чтобы указания слышались особенно внятно, сопровождались они музыкой Раста.
Большинство растоманов, особенно отечественных, конечно, не понимали, что Раст — крайне жестокий бог-разрушитель одного из ответвлений культа вуду, распространенного на Кубе и Ямайке.

Многие, более зрелые, авторы рутс-регги считали, что его музыка — не истинно растафарианская, ведь пел он не о традиционных для растаманов темах, да и сильно политизировался, особенно во вторую половину 1970-х.
Единственная заслуга Боба Марли состоит в том, что он превратил регги из религиозной в массовую музыку, популярную во всем мире, расширив тематику текстов регги и сделав их легкими и годными для прослушивания объебосами во всем мире. Этого ему хватило для получения 37 места в списке 500 лучших музыкальных композиций и своей звезды, а дреды Боба Марли — образец для подражания всех растаманов.
Также Боб Марли принял православие перед своей смертью, ибо «ортодоксальное» христианство считается растаманами истинной религией для эфиопов.

Дреды (англ. "dread" — "ужас")  — один из главных внешних атрибутов растамана. Труъ-растаманы верят, что после смерти Джа поднимает правоверного растамана к себе именно за дреды. Длинные и густые спасают от неожиданностей. По некоторым данным, это странное поверье пришло в 1960-70-е вместе с влившимися в растафарианство хиппарями, которые успели прихватить его у индуистов-кришнаитов — последние для тех же целей делают хвостики на затылках.
Вопреки распространенному стереотипу, наличие у индивида дредов не приписывает его однозначно к растаманам. Дреды распространены особенно среди сайберготов, говно-альтернативщиков, брейкорщиков-раггакорщиков-джангалистов и просто всякого небыдла. В целом, это весьма модная прическа, и кто только ее не делает. Обратное тоже верно: далеко не у всех растаманов были и есть дреды, например, от дредов отказались те немногие растафариане, которым удалось эмигрировать с Ямайки в Эфиопию в 1960-е годы.
Труъ-растаманы же объясняли дреды следующим образом: они ссылались на обет назорейства, который, согласно св. писанию, дал Иисус Христос и который заключался, в числе прочего, в том, что он не будет прикасаться в течение определенного времени к своему телу; поэтому растаманы отказывались от бритв, ножниц и т. п. и заплетали волосы в дреды. При этом, это только возникшая позднее идеологическая отговорка, а истинная причина кроется в том, что ямайские негры в духе всей своей почвеннической веры хотели быть максимально похожими на людей Африки, а дреды они считали традиционной африканской прической. Между прочим, вся их вера пронизана стремлением к «рутс» (roots, корням), уважением «рутс» и т. д.
Есть заблуждение, будто бы женщины на Ямайке не делали дреды. Это неверно — там есть различные растафарианские секты, и в некоторых из них женщины действительно не делают дреды, но в большинстве — все-таки делают (в подтверждение рекомендуется посмотреть фильм «Roots Daughters The Women Of Rastafari»).

Некоторые растаманы стремятся походить на новогоднюю ёлку и цепляют на себя over 9000 всяких фенечек, рюшечек, браслетиков, кулончиков, колокольчиков и прочего стафа, дополняя картину фуфайками и штанами едких цветов с психоделическими принтами. Цвета, в основном, эфиопского (красный-желтый-зеленый) и ямайского (черный-желтый-зеленый) флагов; по слухам, существуют и другие значимые цветосочетания, но такие сведения из-за бугра доходят туманно. Также украшательству подвергаются дреды. Бусы на дредах, как и прочие характерные элементы, служат также <del>для посылания лучей добра</del> в качестве сигнального механизма «свой-чужой»: если один дредатый встречает на улице другого дредатого и опознает в нем «своего» по обилию специфических атрибутов, он подходит к нему и дарит бусину со своей головы, что обычно приводит обоих в неописуемый восторг (читай: означает установление контакта). Короче, хиппари, одним словом.
На Ямайке употребление марихуаны стало широко распространенной традицией ввиду местных особенностей культуры и климата, а также закрепилось с тех неблагополучных времен, когда там процветали нищета, бандитизм и социальный пессимизм (эти три фактора, между прочим, стали непосредственной причиной зарождения и растафарианства). Существует заблуждение, что православный растаман в этой стране должен употреблять различные вещества, что само по себе неверно, потому что за бугром существуют ветви растафарианства, отказавшиеся от наркотиков в принципе. Ввиду представления о разрушительном влиянии «Вавилона» и синтетических наркотиков в частности, у некоторых формируется отторжение всей «химии». Употребление опиатов (мака) и прочих тяжелых наркотиков, таких, как героин, у растаманов не приветствуется и считается дурным тоном.
Растафарианство — это на 100% «черная» (или афроцентристская) радикальная религия, предполагающая разрушение «Вавилона», то есть западной цивилизации, и установление «Зайона» на территории современной Эфиопии, под которой последователи растафарианства понимали всю Африку. Религия эта — черно-националистическая. Причем насилие ради благой цели допускается и иногда вполне приветствуется. Этим особенно занималась знаменитая община ньябинги ("nyabingi, nayabinghi") в Кингстоне, устраивавшая регулярные митинги и после этого погромы.
Кстати, интересно их появление среди растафариан Ямайки. Изначально ньябинги — это движение среди представителей народности хуту против правящей народности региона — тутси, существовавшее с XIX века в Конго, Руанде, Уганде и Бурунди; в 1935 году в американском журнале Digest Magazine была опубликована пропагандистская статья, оплаченная итальянцами, в которой утверждалось, что «существует тайный орден ньябинги», цель которого — месть европейцам, его глава — император Эфиопии Хайле Селассие, панафриканские конгрессы — это сходки ньябинги, а само слово переводится как «бей белых». Эта статья была перепечатана в одной ямайской газете, и прочитавшие ее растаманы в нее поверили и начали называть себя «ньябинги», думая, что это слово означает крутых черных воинов, борцов с белыми. Таким образом, по недоразумению, этим словом себя стали называть первые, «ортодоксальные» (насколько корректен этот термин по отношению к ним, так как люди, называвшие себя растаманами, никогда не имели ни общей догматики, ни организации, а часто отдельные их группы и общины расходились во мнениях по тем или иным вопросам и вели разный образ жизни) растаманы, агрессивные националисты, ратовавшие за «репатриацию» в Эфиопию (или, на выработавшемся у них наречии-патве, «Айфиопию»)
Постепенно это слово изменило свое значение: ньябингами стали называть собрания растаманов, сходку, на которой они обсуждали политические события, религиозные тексты, курили марихуану и играли на барабанах; затем так стали называть и собственно барабаны, на которых растаманы играли на своих сборищах.

Как и во всякой субкультуре, у растаманов имеются музыкальные предпочтения. Самая тру музыка — регги, особенно «рутс-регги». Почти так же тру даб. Дабстеп — не рутс, но тоже вкатывает. Еще годится всякое карибское музло, близкое к регги — сока, рокстеди, ска, калипсо. Рагга — тоже правильная музыка; она может быть в чистом виде, а-ля хип-хоп, в виде рагга-джангла, раггакора (не очень растаманская музыка, слишком агрессивна и быстра, хотя некоторые слушают). К рагге близок дэнсхолл, но эт уж совсем дискотечное музло. Кстати, некоторые не знают, что такое рагга, и называют так любое регги. Некоторые не прочь побаловаться рэпом, драм-н-бейсом и тому подобной лабудой. А ещё частенько всякая нью-эйдж этника.
В целом, можно заметить, что чем более унылая и ненапрягающая музыка, тем больше у нее шансов войти в резонанс с мозговыми волнами растамана.
Музыку растаманов можно послушать здесь: Reggae Radio Stations.
К слову о ямайской патве (патуа). Растаманы называли свое арго I-talk, «я-говорение», так как самым заметным элементом его было внедрение во все возможные слова слова I («я»), например, Ithopia вместо Ethiopia, iower вместо power, itection вместо protection itc. Вместо всех местоимений они говорили I, I’n’I (I-and-I). Дифтонг «ай» растаманы считали священным, и Стив Джобс с ними, похоже, согласен. Кроме того, существенной чертой растаманского арго было заимствование большого числа слов из испанского, западноафриканских и местных карибских языков.
Отношение ямайских растаманов к СССР/России, между тем, было любопытным. У них существует поговорка Rush like a Russian («Спешить, как русский») с однозначно негативным смыслом; впрочем, поговорка эта основана не на реальных знаниях негров об этой стране, а на случайном созвучии. Но растаманы считали, что эта страна станет библейским зверем из откровения Иоанна и разрушит Вавилон; видимо, их вера основывалась на смутных знаниях о противостоянии социалистической и капиталистической систем.
В Рашке это слово приобрело несколько иное значение. Из-за того, что в период развития растаманского движения эта страна была отделена от цивилизованного мира железной занавеской, мало кто знает, насколько многолики растаманы за бугром. В наших широтах прочно закрепился православный образ Боба Марли как главного растамана.
Растафари для отечественных растаманов — дудка и цветастая шапка. О том, кто такой, собственно, Джа, также имеют представление весьма смутное, хоть и уверены, что посещают его каждый раз после затягивания волшебным дымом.
Одно из самых популярных мест обитания русских растаманов — Лисья бухта, та, которая в Крыму. Лиска заселена дредастыми чуть более, чем полностью. Кроме беспорядочных половых связей, валяния на камнях и употребления легких наркотиков в больших количествах, некоторые пытаются заниматься медитацией, йогой и прочими шизотерическими штуками, способствующими просветлению. Кстати, альтернативный вариант Лисьей бухте — Утриш возле Анапы.
Алсо русскому растаману полагается:
В этих ваших интернетах растаманы широко представлены во вконтактике и на специализированных сайтах. Еда из них невкусная, потому что попытки завести с ними адекватный разговор и склонить к терпимости и пониманию частенько наталкиваются на стену злобы и инквизиторского гнева. Один из самых любимых холиваров, в котором растаманы охотно участвуют, это легализация. Второй по популярности холивар — обсуждение дредов: любые разговоры на тему «можно ли сделать дреды более дредами и менее говном» растаманы воспринимают в штыки, начиная брызгать слюной, затыкать уши и топать ногами; точно так же они ведут себя, вставая в позу опричника, если речь заходит о любых проблемных, неоптимистичных и прочих неудобоваримых для них темах, вносящих нотку сомнения и дисгармонии в их мифологическую картину мира. Таким образом, религиозная нетерпимость под маской любви и добра у растаманов зашкаливает и превращает большую часть их в весьма ограниченную биомассу.
Растаманы не конфликтны, конформны и не тупы, и в основе своей позитивны, не способны к критическому осмыслению действительности. В силу полностью позитивного отношения к жизни, унылы. Чуть более, чем половину разговоров сводят к веществам, остальные — к тому, как правильно все в жизни устроено, и какой Джа мудрый. При длительном отсутствии травки у них начинается абстиненция и они превращаются в нервных параноиков. Особенно это видно во время неудачного «вырубания» (покупки) травки, если, к примеру, барыга подводит, или если нет «движек» (возможности купить травку). Неудачливые любители марихуаны тогда обычно нервничают, суетятся, приходят в возбужденное, иногда агрессивное, состояние, а то и впадают в прострацию. Причем контраст с обычным состоянием этих же людей впечатляет.
Яркие представители вида: