Чернобыль

Чернобыль (укр. "Чорнобиль " , moon. チェルノブイリ ) — это небольшой городок-герой (некогда районного значения) на реке Припять в Киевской области. Сам по себе — ничем не примечательный сільський ПГТ, однако его название стало нарицательным — когда мы говорим «Чернобыль», мы подразумеваем аварию на Чернобыльской атомной станции.
Авария произошла в ночь на 26 апреля 1986 года. Является эпичнейшим фейлом советской ядерной энергетики в частности, и отношения персонала к управлению такими сложными объектами как АЭС вообще; а также эталонным образцом того, что может произойти, если полагаться на знаменитое русское «авось» и назначать на начальственные и административно-технические должности долбоёбов, не знающих матчасть, но готовых идти на смертельные риски, лишь бы PROFIT был в срок.
Хоть станция и называется Чернобыльской, но непосредственно прилегающий к ней городок энергетиков, ныне мёртвый и заброшенный чуть менее, чем полностью, называется, как и река, — Припять.
Сам по себе город Чернобыль достаточно древний — первые упоминания о нём в летописях датируются 1193 годом от Рождества Христова. В XV веке городишко вошёл в состав Великого Княжества Литовского, а в XVI там даже был построен замок-крепость, окружённый глубоким рвом. Этот ров существует и поныне, чего нельзя сказать о замке. В 1793 году Чернобыль был включён в состав Российской империи, и был заселён еврейскими расовыми жидами, хохлами и поляками. Уже к 1898 году из 10 200 человек, обитавших в Чернобыле, 7 200 были евреями, а сам Чернобыль был одним из центров хасидизма. Погромы 1905 и 1919 годов несколько подсократили численность евреев, в результате чего в 1920 году религиозная еврейская элита покинула этот негостеприименый город. В 1936 году остатки поляков были депортированы в Казахстан, а во время ВОВ фашисты снизили численность чернобыльских евреев до нуля. В результате аккурат перед аварией в Чернобыле проживали только хохлы и кацапы.
Или чего не знали многие советские граждане, включая некоторых работников станции.
В реакции деления <del>на ноль</del> изотопа урана U образуется 2 или 3 нейтрона (статистически получается 2,5 нейтрона), которые, попадая в другие ядра, могут как просто присоединяться к ним с выделением энергии, так и вызывать деление этих ядер с образованием новых нейтронов. Получаем ситуацию, когда количество нейтронов растет лавинообразно, освобождая все больше новых. Такой процесс называют цепной ядерной реакцией. Началом процесса может служить любой нейтрон, приведший к делению — как залётный, так и родившийся от спонтанного деления (к примеру, ядра того же U).
Вероятность деления ядер связана с вероятностью захвата нейтрона ядром, которая, в свою очередь, описывается «сечением рассеяния». Для ядер разных изотопов различны и сечения захвата нейтронов разных энергий. Если U при захвате может развалиться (деление), то большая часть других изотопов отпускают на волю излишки энергии по механизмам α- и β-распада. Так, U при захвате нейтрона после 2-х β-распадов (после первого из U получится Np) превращается в столь ценный для военных Pu. При всём этом выделяется дикое количество энергии — не только в виде излучения, но и в виде кинетической энергии движения осколков (К.О. напоминает, что тепло как раз и связано с кинетической энергией движения этих ваших молекул-атомов). Дальше всё как в самоваре — этим теплом кипятим воду и вращаем турбину (без всякого «улавливания "и"ликтронов» и прочей антинаучной хуйни).
Простейшие развивающиеся системы описываются простейшим обыкновенным дифференциальным уравнением dN/dt = α * N, решением которого, как нас учит семья и школа, является тривиальная экспонента: N(t) = N * e. Иными словами N со временем растёт подобно геометрической прогрессии при α > 0. Но это без учёта пространственного распределения. Часть нейтронов тупо вылетает из куска урана наружу, часть захватывается другими изотопами. Прирост числа делений в среднем по объёму характеризуется коэффициентом размножения нейтронов (k). Если k = 1, идёт самоподдерживающаяся цепная ядерная реакция. Такое состояние реактора называется критическим — оно неустойчиво, так как в силу разных причин k всё равно будет отклоняться в ту или иную сторону. При k > 1 реакция ускоряется (надкритическое состояние реактора) — необходимое, но не достаточное условие ядерного взрыва. При k < 1 реактор находится в подкритическом состоянии — реакция затухает. Соответственно, для удержания реактора в рабочем режиме необходимы цепи контроля и подстройка k на лету с удержанием более-менее постоянного нейтронного потока. Однако в приближении, учитывающем только нейтроны деления, управление цепной реакцией невозможно из-за задержек в управляющих цепях, заведомо бо́льших по времени, чем характерное время и скорость развития реакции. Ситуацию спасает способность некоторых осколков выплёвывать нейтроны не сразу, а с запаздыванием от долей секунды до минут. При управлении используют сравнительно небольшие отклонения k от единицы, обеспечивающие поправку порядка доли запаздывающих нейтронов, что и позволяет не допускать быстрого выделения большой энергии в малом объёме со всеми вытекающими.
Как и любые системы с положительной обратной связью, цепная ядерная реакция опасна, если её не контролировать. Если же ограничить количество делений, можно создать условия контролируемой цепной ядерной реакции, чем обычно умело пользуется мирный атом. Но мы люди недалёкие, поэтому нам все равно.

Просрав в гонке за атомную бомбу, в Совке решили АЭС-то точно первыми сделать. И сделали в 1954 году первую в мире АЭС с канальным реактором с графитовым замедлителем, по образцу реактора-бридера для получения оружейного плутония. И реактор, надо сказать, получился очень даже годный — проработал чуть менее, чем полвека.
Но с атомной энергии в то время профитов особых словить не удалось — дорого, долго и не особо мощно. Поэтому Хрущёв справедливо решил — нахуя нам весь этот гемор, если в стране угля хоть жопой жуй, да и быдло с киркой есть чем занять. Поэтому первое место по атомной энергетике было стремительно просрано. Были построены несколько АЭС с РБМК (канальная конструкция) и с ВВЭР (корпусная конструкция), и развитие приостановилось — атом военный правил бал.
Примерно через 10 лет, в середине шестидесятых, ВНЕЗАПНО оказалось, что угля таки мало, а растущая энергоёмкость экономики грозит системным кризисом. Пришлось срочно навёрстывать, и вернулись к этим двум монстрам — РБМК и ВВЭР. РБМК был почти всем лучше — и строился «на месте», не требовал каких-то адских корпусов, жрал низкообогащённое топливо, перегружался без остановки, производил, кроме электричества, вёдрами полоний и другие яды.
Минусы у него были неочевидны — во-первых, этот тип реактора эксплуатировался только в совке, и посему обмена опытом с иностранными коллегами не происходило; а во-вторых, из-за своих циклопических размеров его невозможно было запихнуть в прочный корпус (т. н. контаймент), наличие которых было обязательным за рубежом, например (то есть ежели бабахнет, то йад останется внутри этого контаймента. Весь лулз состоит в том, что делать этот ваш контаймент-таки пришлось вокруг разрушенного уже реактора, только назвали его почему-то благозвучнее — саркофаг). Ну еще можно отметить большую металлоёмкость и в 10 раз больший выхлоп криптона.
И всё-таки было решено позапиливать АЭС с РБМК как способ дёшево и сердито оснастить экономику совка атомной энергией, а далее потихоньку допиливать оба направления на предмет соответствия современным нормам безопасности. На ЧАЭС стояли реакторы типа РБМК-1000.
В реакторе мирный атом служит для получения тепловой энергии в результате высвобождения энергии при распаде ядер урана и производных, как описано выше. Отвод полученного тепла и охлаждение реактора осуществляется дистиллированной водой как одной из самых теплоёмких и при этом дешёвых жидкостей.
Воду в контуре охлаждения качают, разумеется, насосы. Хитрость заключается в том, что насосы эти — электрические. А электрическую энергию, столь полезную в народном хозяйстве не только программистам и школьникам, дают генераторы, вращаемые, как нетрудно догадаться, турбинами, которые приводятся в движение паром, полученным из активной зоны. Температура кипения воды зависит от давления и даже в невоенное время может достигать 374 °C (при более высоких температурах граница между паром и жидкостью кагбэ исчезает). В РБМК вода прокачивается через реактор, там частично вскипает, по выходе запускается в барабан-сепараторы, где происходит разделение паро-водяной смеси на собственно пар и воду. Оттуда пар и идёт на турбины. Конденсат с турбин смешивается с водой из сепараторов и отправляется на очередную встречу с активной зоной. Получается, что питать электрические насосы реактора можно произведённой турбогенераторами реактора электроэнергией. Вот такая вот рекурсия.
Если вдруг подача воды прекратится — мы имеем большие шансы увидеть то, что видим сейчас по причине недостаточного теплоотвода. Во избежание умными инженерами была разработана специальная система аварийного охлаждения реактора (САОР), которая могла некоторое время охлаждать твэлы в случае отказа главных циркуляционных насосов (далее ГЦН) или разрыва трубопроводов.

Котёл реактора по своему устройству напоминает бочку, заполненную графитом, с втыкающимися вертикально каналами (трубами), внутри которых течёт вода. Также внутри каналов подвешены сборки тепловыделяющих элементов (ТВЭЛов), содержащих ядерное топливо, а в некоторых каналах вместо твэлов находятся управляющие стержни.
Вода — поглотитель и замедлитель нейтронов, то есть выводит их из цепной реакции деления, уменьшая коэффициент k; графит — замедлитель нейтронов, уменьшающий энергию особо быстрых нейтронов, делая их достаточно медленными для увеличения сечения захвата ядром, то есть увеличивает коэффициент k.
Быстрые и медленные (тепловые) нейтроны — всё лишь характеристика энергии. Сечение захвата нейтрона разными ядрами хитросложно зависит от этой энергии. Захват может и не приводить к делению ядра. Поэтому границы спектра условны и соотносятся в основном с тем, что быстрые нейтроны способны делить ядра U, а их тёплые тормознутые собратья имеют большее сечение захвата с последующим делением для ядер U.
РБМК относится именно к типу реакторов на тепловых нейтронах (поэтому котёл заполнен замедлителем — графитом). Содержание изотопа U в ТВЭЛах сборок невелико (2,0% до аварии) и постоянно снижается в процессе распада. Компенсировать «выгорание» топлива призвана замена дополнительных поглотителей (которые загружаются в некоторые топливные каналы вместо ТВЭЛов при первой загрузке) на новые кассеты с ТВЭЛами. А для управления ходом СЦР в активную зону входят и выходят стержни системы управления и защиты. Причём вводятся они не только сверху, но и снизу. Именно их появление в зоне реакции может изменить весь её ход, изменив коэффициент умножения нейтронов.
Палки эти содержат бор, являющийся хорошим поглотителем нейтронов, в том числе и быстрых. При извлечении стержней увеличивается коэффициент k — идёт «разгон» реактора; при их введении — его торможение — уменьшается k. К тому же, при управлении следует учитывать пространственное распределение изотопов топлива, и его изменение в процессе «выгорания», поэтому стержни в разных областях реактора двигаются независимо, дабы обеспечить равномерность протекания процесса.
Конструктивная особенность стержней Чернобыльской АЭС (да и всех РБМК той поры) заключалась в том, что при определённых конфигурациях нейтронного поля и при низком ОЗР введение стержней в АЗ реактора вызывала не торможение, а разгон реактора. Сочетание таких факторов встречается крайне редко, но однажды-таки случилось — на ЛАЭС в 1975 году. Тогда авария была тоже серьёзной (разорвался 1 канал, 2 года чинили), но без экстерминатуса обошлось. По результатам расследования причин был запилен план по устранению опасного явления, только реализация его растянулась на долгие годы. Опять-таки в целях экономии было решено не производить немедленную модернизацию всех РБМК, а проводить её по мере выхода блоков на плановый ремонт. Как раз 26.04.1986 4-й блок на такой ремонт и выводился, kekeke.
В любом атомном реакторе годами и десятилетиями генерируется офигительный нейтронный поток. Как следствие, конструкционные материалы реактора накапливают радиацию и постепенно деградируют. Осколки деления все как один перегружены нейтронами и нехило излучают. Короче, любая утечка чего-то, соприкасавшегося с активной зоной реактора, — это локальный пиздец. Утечка отработанного топлива — это большой пиздец.
Первая и самая очевидная опасность в реакторе — выход реакции из-под контроля и расплавление реактора. Дабы избежать утечек даже при таком варианте развития событий льют правильный фундамент из тяжёлого бетона и укутывают реактор в защитный кожух.
Вторая опасность — утечка теплоносителя, который тянет тепло из активной зоны — ибо нехуй. Для профилактики строят двух-, а в особо запущенных случаях паранойи — трёхконтурные системы: теплоноситель, циркулирующий внутри реактора, прямо в защитном кожухе оного греет теплоноситель второго контура, а уж тем снаружи кожуха греют рабочее тело турбины.
Отдельный геморрой — выбор теплоносителя первого контура. Дешёвая вода всем хороша, но поглощает нейтроны. Этого никому не надо, поскольку усложняет поведение реактора (что, впрочем, не помешало запилить кучу серий реакторов на лёгкой воде). Наиболее известные теплоносители — тяжёлая вода (отличается от обычной ценой и вредностью при длительном употреблении, ну и тем, что нейтроны кагбэ не поглощает) и металлические сплавы (например, натрий-калиевый). Ещё встречаются газы — например, гелий.
На самом деле нижняя и верхняя плиты соединены между собой герметичным кожухом из листового проката толщиной 16 мм. В нижней части кожуха имеются компенсаторы линейного удлинения с толщиной стенки 8 мм. Вверху и внизу кожух и бак боковой защиты соединены диафрагмами с компенсаторами линейного удлинения. По факту, однако, такой кожух оказался как мёртвому припарки.
Кроме того, рекомендуется ознакомиться с докладом тов. Андропова в ЦК КПСС: и .

Сперва реакторы проектировались исключительно для научных и военных целей — о пользе народному хозяйству как-то речи даже не шло, а тематика была строго засекречена. И вот однажды партия и народ приказали советской науке принести «мирный атом — в каждый дом». А чтобы заклятому классовому другу жизнь мёдом не казалась, поставили этой вшивой интеллигенции жёсткие сроки. И вот, сидя в тоске и печали и фтыкая петросянство Аркадия Райкина про балерину, которая вертится («вы ей динаму к ноге приделайте — пускай свет даёт!»), главный разработчик пришёл к гениальной мысли о перепроектировании старого реактора военного образца путём присоединения такой вот динамы.
Одним разом решались вопросы и жёстких сроков разработки, и утилизации существующих мощностей, и военных нужд и т. д. Надо сказать, что и такая переделка требовала некоторых изменений, а потому за ограниченные сроки не были полностью просчитаны все режимы эксплуатации и возможные петли обратной связи в системе управления. Более того, шёл долгий спор о необходимости создания дополнительной биологической защиты реактора — бетонного саркофага над котлом, который в случае ЧП не допустил бы выброса радиоактивных веществ за пределы станции. Жёсткие сроки привели к тому, что было найдено оправдание отказу от такой дополнительной разработки: во-первых, экономия народных средств — а значит, и реакторов построить можно больше за те же деньги; во-вторых, её наличие сильно бы затрудняло замену топлива; в-третьих, вообще считалось, что вероятность отказа — 1 раз в миллион лет. Практика показала, что первый миллион лет уже прошёл и вероятность посчитана правильно.

Турбогенераторы — штука большая и тяжелая, а трение в ней очень маленькое, что, как докладывает Капитан Очевидность, полностью соответствует понятию добротных систем. В случае, если, например, произойдет разрыв паропровода, генератор не остановится мгновенно, ибо турбина продолжит крутиться и вырабатывать ток ещё достаточно долго — т. н. «выбег турбины генератора». Вопрос лишь заключался в том, достаточно ли долго будет поступать ток, чтобы обеспечить охлаждение ТВЭЛов в случае остановки реактора с одновременным обесточиванием станции.
Сомнительная честь протестировать такую возможность и отчитаться к Первомаю в тот раз выпала инженерам 4-го энергоблока ЧАЭС. Такие испытания проводились на этом блоке и ранее, но генератор глючил и не хотел выдавать ток при снижении частоты вращения вала.
В конце-концов все эти эксперименты реактору опизденели, и при проведении очередного планового испытания в ночь 26-го числа он ебанул по полной программе.
Хронику событий 26-го апреля 1986 года анонимус может невозбранно попедивикить.
На самом деле сходств с ядерным взрывом у Чернобыля больше, чем различий. Был взрыв, и его причиной была ядерная энергия, лавинообразное неуправляемое выделение которой в виде тепла началось при достижении коэффициента размножения нейтронов, большего 1. На этих же самых процессах основан принцип действия атомной бомбы.
Такой процесс называют «тепловым взрывом реактора», пытаясь подчеркнуть его отличие от взрыва атомной бомбы, но ударная волна атомного взрыва тоже имеет «тепловую» природу — она возникает из-за превращения ядерной энергии в тепло. Единственное отличие атомного взрыва от «теплового взрыва реактора» — в бомбе реакция происходит достаточно быстро (в первую очередь за счёт более высокой степени обогащения делящегося материала), и большая часть топлива успевает прореагировать до того, как его разнесёт во все стороны. В Чернобыле скорость реакции нарастала относительно медленно, и реактор успело разнести до того, как выделилась большая (по меркам атомных бомб) тепловая энергия, после чего реакция, естественно, прекратилась.
Более обоснованное мнение, разделяемое частью не только британских учёных, полагает непосредственной причиной разрушения подрыв гремучей смеси, образовавшейся в результате пиролиза воды в реакторе (паро-циркониевая реакция как результат предварительного теплового разрушения сборок при перегреве) Официальная комиссия МАГАТЭ, созданная для расследования причин аварии, этого мнения, впрочем, не разделяет. Отчёт от 1993-го года с сайта МАГАТЭ, страница 82, описание взрыва реактора, упоминаний водорода нет, везде фигурирует парообразование (сначала при начальном сдвиге крышки, потом «в дальнейшем») По-видимому, версия взрыва водорода была важна прежде всего для объяснения быстрого увеличения реактивности в момент аварии (а попутно водород мог разъебать и всё остальное — не пропадать же ему), но от неё отказались, страница 74:
1) Взрыв водорода в бассейне-барботере (ББ).
2) Взрыв водорода в нижнем баке контура охлаждения СУЗ.
(…)
12) Пароциркониевая реакция и взрыв водорода в активной зоне.
(…)
В работе ИАЭ показано, что все перечисленные версии, кроме одной
(п. 6), противоречат имеющимся объективным данным.
Nuff said.
Алсо, школьник, знакомый с матаном, невозбранно может подсчитать приблизительную мощность взрыва из того факта, что 3-килотонная бетонная крышка защиты реактора пробила потолок и сделала бочку, вынеся заодно некстати подвернувшуюся на пути загрузочно-разгрузочную машину. E = mgh, как нас учит семья и школа, откуда получаем необходимую оценку энергии взрыва — около 500МДж. Для сравнения, тринитротолуол (ТНТ) отдаёт 4.2 МДж/кг, гексоген — до 6, гремучий газ (одна из версий взрыва) — 16 МДж/кг. Минимальная мощность ядерного взрыва имеет ограничение, связанное с критической массой заряда, — несколько килотонн в ТНТ эквиваленте — около 10 МДж. Максимальная проектная тепловая мощность РБМК-1000 — около 3200 МДж/c.
Откуда вытекает третья точка зрения: и тепловой мощности реактора, превращённой в пар, хватило бы для демонстрации феерверка.
При малом оперативном запасе реактивности, то есть, вытаскивании всех регуляторов, управлять (в сторону уменьшения мощности, подальше от йопка) реактором как раз просто, запас огромный, все стержни вынуты, а запихни их назад — заткнется гарантированно. Удержать его на мощности проблематично — ну так ёбнет-то не от заглушения, а от избытка мощности.
А проблема на подобных режимах, при регуляторе почти на упоре, в другом — машина (реактор, усилитель, паровоз, да что угодно, любой обьект регулирования) без учета управляющего воздействия находится в каком-то странном, необычном режиме. Даже если основные параметры в норме, то что-то еще уже близко к упору.
И опять же, это не есть сильно плохо само по себе, пусть тихо сдыхает — потом перезапустим. Но — и вот тут уже надо не «знать матчасть», а заниматься реально научным исследованием — вполне вероятно, что и какие-то другие параметры, неявные и неизмеримые, находятся в нестандартных и возможно неприятных областях. Например, ВНЕЗАПНО оказывается, что обычное нажатие на тормоз перед поворотом, приводит к (сюрприз!) полной блокировке всех колесьев, входу в этот поворот юзом и выходу в канаву. В частности, в данном случае таким параметром оказалась производная мощности по положению стержней.
В нормальном режиме стержни чуть вверх из зоны — мощность чуть вверх, а в рассматриваемом случае — ни фига не чуть, а сразу в небеса. И в результате оказалось, что даже пресловутого концевого эффекта, или какой-то мелкой проблемы с водой, насосами, кавитацией или хз ещё чем оказалось достаточно для выхода мощности в зону, где регулирование вообще не работает, конструкция разрушается и летит в адъ уже совершено неуправляемо.
Разумеется, эту производную никто не видел, никакие приборы ее не показывают, жопа самого опытного оператора не может её подсказать — только моск, только сознательное понимание того, что поведение установки в текущей ситуации может отличаться от обычного. Не параметры, а поведение, те самые производные. Реакция на управляющие воздействия, реакция на внешние случайные события. Это достаточно редкая и слабовоспроизводимая вещь, её практически невозможно натренировать на уровне жопы, а на уровне мозгов невозможно в принципе, ввиду отсутствия таковых у линейного персонала. Еще одна проблема в том, что с электронными мозгами в СССР случился жуткий фейл (по идеологическим причинам), то есть электроника, оперативно выдающая как раз те самые ОЗР и скорость их роста, рассчитывала эти параметры от 2 до 30 минут, в зависимости от подробности анализа параметров; с учетом того, что система ебнула за 45 секунд, автоматика должна была бы работать на порядок быстрее, чтобы ничего не заверте…
Теория управления — дисциплина, конечно, новая, всего лет 50 всем этим кибернематикам, поэтому, к сожалению, не способна дать четких предсказаний — «Вот это вот тогда-то ебнет». Потом, когда уже ебнуло, конечно скажет «Аааа, ну мы же выдвигали такую теорию», скромно умалчивая, что в бесконечном ряду других, подчас прямо противоположных.
Поэтому приходилось обходиться этими самыми общими рекомендациями: не ходить без каски, учитывать все производные (именно так, это для линейного персонала — «скорость роста»), в том числе вторые и т. п. Думать, бля.
Вот и бьются так самолёты со всеми экипажами и пассажирами, ВНЕЗАПНО срываясь в штопор (хотя только что летело, ну подумаешь, что медленно и с большим углом), йопают реакторы, разваливаются энергосистемы Москвы или Нью-Йорка. Да, кстати, про пресловутый кризисец — всё ровно то же самое — когда что реактор, что ероплан, что экономика начинает неадекватно, сильно и резко реагировать на воздействия, особенно в противоположную ожидаемой сторону, то хоть оно еще и держится, ползет в нужном направлении и воссияние продолжается дальше — это первейший признак того, что Пиздец бродит рядом. Еще не пришел, но в любой момент, от неосторожного нажатия какой-то кнопки или чиха пролетающего рядом воробья рвется тонкая жесть корпуса реактора, рушится карточный домик энергоблока, с шипением испаряется мелкий и незначительный триллиончик-другой баксов из запасов, трескается даже самая отвержденная кора фимозга норота — на свободу вырываются силы и воздействия, для которых это всё так, тьфу и растереть, никакое не препятствие для пробивания прямой дороги в Адъ.
Непосредственно при аварии погибло два человека из персонала станции (одного завалило так, что не откопали, а второго — обварило насмерть). При первичном тушении возникшего пожара переоблучились и быстро (дни и недели) померли от лучевой болезни еще 28 человек: пожарных и ещё зачем-то полезших в подреакторное помещение операторов (по пояс в радиоактивной воде вентили крутить), впоследствии похороненных в свинцовых гробах на Митинском кладбище в Москве. По данным организации Союз «Чернобыль», из 600 000 ликвидаторов 10% умерло и 165 000 стало инвалидами. По результатам всех этих научных экспериментов в 1988 году, на вторую годовщину Большого Йопка, стал героем первый зам Курчатника академик Легасов, непосредственно принимавший участие в конструировании станций такого типа и ликвидации последствий. Есть замечательные документальные видеоматериалы, где он и коллеги, сразу после взрыва прилетевшие в район ЧАЭС, ходят без респираторов. Где-то даже были воспоминания одного из таких учёных, в которых он писал, что в респираторе ходить было «не принято». Там ещё много интересного о питании, о «лечении» молоком от лучевой болезни (молоко часто используют при химических отравлениях, что к радиации не имеет отношения).
В лучшем советском духе, немедленно после аварии началось неимоверное бурление и лихорадочные попытки сделать хоть что-нибудь. Была согнана (в том числе заметное количество по призыву, через армейские структуры) куча народа, которая, ни черта не понимая в реакторах, радиациях и прочем матане, делала что прикажут. Во многом благодаря пожарным и «биороботам» значительная часть вывалившегося дерьма была оперативна заброшена обратно в ад. Кто-то руками (буквально! вручную! лопатами!) выковыривал из битумной крыши вплавившиеся в неё разлетевшиеся во время взрыва радиоактивные обломки реактора, кто-то кидал с вертолета в реактор всякую дрянь типа песка, борной кислоты и свинцовых чушек. Шахтёры рыли штольню прямо под остатками реактора (была гипотеза, что «вытекающие последствия» могут проплавить бетонный фундамент и попасть в грунтовые воды). Особо отмороженные умудрились даже (родина в опасности, ёпта!) залезть на уцелевшую, но расположенную практически прямо над реактором, трубу и повесить там флаг, символизирующий победу советской системы над самой собой. Как рассказывал в интервью один из руководивших массовым армейским сеппуку — уровень радиации был такой, что флаг выцветал где-то за час. И посылали новых людей его менять.

Уровень радиации и загрязнения при этом был такой, что огромное количество техники пришлось списать вовсе, ввиду невозможности отделить танки от цезия, но, разумеется, втихую разодранную на запчасти, кои потом «сталкеры» сбывали на барахолках. Однако дельцы из правительства самостийной Украины пошли дальше: в 2000-е они решили переплавлять кладбище фонящей техники в водопроводные трубы, разбавляя нормальным железом в некоторой пропорции, и продавать кацапам. Алсо рядом с Харьковом существует завод по производству спутниковых антенн, которые фонят так же, как та техника. И как ни странно эта продукция тоже идёт в Рашку. Такие дела.
Норот, разумеется, никто не считал вовсе. Были некие нормы на облучение, но по сути только на бумаге — загрязнение на объекте сильно неравномерно, и поэтому отошедшие поссать в соседние кусты могли при этом получить дозы радиации отличающиеся на порядок. Так что множество т. н. «ликвидаторов» огребло себе геморрой со здоровьем на всю оставшуюся жизнь, просто случайно попав или пойдя не туда, а часто и умышленно «забывая» индивидуальные дозиметры. Любопытные жители Припяти, залезавшие на крыши, чтобы посмотреть на горящий энергоблок, впоследствии, чувствовали себя тоже не очень хорошо.
Впоследствии, конечно, при снижении бардака и начале хоть как-то осмысленных действий, бОльшая часть этих развлечений прекратилась. Нашлись и дистанционно управляемые роботы, и радиационная защита для техники, были составлены карты радиационного загрязнения, розданы <del>гайки</del> индивидуальные счетчики-накопители и все там остальное.
А что касается танков, использовавшихся при ликвидации аварии, то ходят слухи, что эти самые танки были использованы в боевых действиях в ДНР в 2014 году.

Радиация ударила не только по людям, но и по природе. Несколько квадратных километров леса, попавшие под ветер с радиоактивной пылью, банально умерло, став огненно-рыжего цвета. Собственно участок так и назвали — Рыжий лес. Говорят даже, что деревья ночью светились. Всю эту красоту сровняли с землей бульдозерами и захоронили. Нюанс в том, что продукт разложения радиоактивных деревьев вполне себе мог и скорее всего попал в грунтовые воды, а там и до Припяти недалеко, пикрелейтед.
Сам саркофаг не герметичен и скорее прикрывает от дождя все эти развалины, собственно под ним даже можно стоять и в нем даже вьют гнезда птицы. Большая часть дерьма из сплавленного ядерного топлива и прочих конструкций, что не разлетелась при взрыве по всей округе, повытекла прямо через нижнюю биологическую защиту под бывшим реактором (сама «полость» реактора девственно чиста, ну то есть вообще в ней топлива нет) и образовало т. н. «слоновую ногу» (те самые лавообразные топливосодержащие массы). Саркофагу почти 30 лет — многие конструкции заржавели и разваливаются, поэтому подрядили французов на постройку еще одного саркофага, над существующим. Но те что-то не торопятся: то ли денег нет, потому что не дали, то ли уже украли.
«Мирный атом» засрал Киевскую, Житомирскую, Черниговскую, Черкасскую, Брестскую, Ровенскую, Волынскую, Гомельскую, Могилевскую, Минскую, Тульскую, Калужскую, Брянскую, Липецкую, Белгородскую, Курскую и Орловскую области — некоторые полностью, некоторые частями (территории, относящиеся к трем республикам xUSSR, а ныне — независимым государствам). Плюс сделал множество ликвидаторов безнадежными инвалидами и/или импотентами. В постсоветское время ходила шутка, что сбылась мечта Курчатова — мирный атом вошёл в каждый дом.
Население Припяти (50 тыс.) и Чернобыля (12,5 тыс.), а также ебеней в радиусе 30 км от ЧАЭС, и некоторых сел и поселков за пределами 30-тикилометровой зоны, было вывезено чуть менее, чем полностью — всего около 270 тысяч человеков. Для атомщиков строителями со всего СССР был построен город Славутич. Интересно, что по оценкам ВОЗ после переселения многие начали вести настолько фаталистичный образ жизни (бухать напропалую, дохнуть в драках, творить прочие геройские поступки, всё равно от радиации умирать), что убыль от него оказалась больше, чем оценочная, если бы населению ничего не говорили и никуда не вывозили .
Само собой, ЧАЭС после аварии закрыли нахер. Но в 1987 открыли снова, электроэнергии не хватало. Директора АЭС посадили. Разрушенный 4-й энергоблок накрыли саркофагом, а территорию станции дезактивировали.
Кучма повёлся на атомофобию Европы и приказал закрыть станцию. Последний, третий энергоблок ЧАЭС, был выведен из эксплуатации 15 декабря 2000 года. Однако, распределительную функцию станция выполняет по сей день.
На реконструкцию саркофага и достройку блоков Хмельницкой и Ровенской АЭС буржуины обещали деньжищ, и, видимо, Кучма надеялся, что и ему что-то перепадёт. Денег не дали, стройки хохлы завершили своими силами. Потому закрытие станции породило срачи. Мол, станция приносила миллиард долларов в год. Или: от автомобильных аварий гибнет в 9000 раз больше людей, так почему автомобили не запретят?
Иоанн Богослов прорицаэ
Въедливые ботаники, правда, говорят, что чернобы́льник — это совсем негорькая Artemísia vulgáris, а Иоанн Богослов имел в виду совсем непохожую горькую Artemísia absínthium, в честь которой названы абсент и вермут (Wermut по-немецки дословно и есть «полынь»).
Вообще этот большой пиздец выпилил целую программу развития АЭС в СССР. Сейчас мы могли бы жить на этом электричестве и вообще всю нефть менять на Rad Away. Так-то.
Лик сфинкса откроют на Красной планете,
Что многие беды народам несла.
Через 13 лет прибудет комета,
И пять новых бедствий уносят людей
Припять (укр. рас. "Прип’ять") — городок атомщиков, в 30 минутах пешком от ЧАЭС. В своё время был перспективным и развивающимся городом, а нынче — пустой заброшенный город-призрак, объект лютого фапа фанбоев Сцалкера, фанатов пост-апокалипсиса и прочих говнарей.

Основан в 1970 году, статус города получил в 1979 году. Полностью эвакуирован был 27 апреля 1986. Итого, умер город молодым и красивым, прожив лишь 16 лет.
По меркам совка, жили в городе неплохо. Очень даже. Во всяком случае, наравне, а то и получше, чем в Киеве в те же времена. Атомщик — профессия престижная была, атомщики получали много. А поскольку Припять именно для атомщиков и строилась, понаехавшие специалисты невозбранно перетягивали туда все свои семьи. Уровень жизни и зарплат был довольно таки высоким, двухэтажные квартиры (при совке то!) символизируют. Да и не только квартиры — 16 абортов в день в статистике местной поликлиники в государстве, в котором секса как бэ не было, тоже является забавным показателем. В общем, жили себе атомщики и околоатомщики в новоиспечённом городке и не тужили, пока…
 
С самого начала власти пытались скрыть факт аварии на ЧАЭС, потому во время аварии и ещё день после неё население Припяти сидело, как ни в чём не бывало, и облучалось мирным атомом по самое не балуй. Потом, когда политруки осознали степень пиздеца, который произошёл, население решили таки эвакуировать, официально — временно. Однако, вернуться обратно уже никто не смог.
Припятчане оставили всё своё имущество на радость <del>жмуродёрам</del> мародёрам. Правда, бытует мнение, что квартиры разносили ещё даже не мародёры, а собственно вояки, которые это же имущество были и созваны охранять. Мол, партия посчитала, что ежели владельцам имущество уже не понадобится, то нефиг оставлять его мародёрам. Расово-хохляцкая логика «И сам не гам, и никому не дам». Подтверждения этому уже, ясен пень, никто не найдёт.
В результате, мы имеем законсервированный совок, сохранившийся в неизменном (почти) виде 30 лет. Конечно, время не пощадило город, потому к совкофагам присоединяются любители пофапать на постапокалиптику в одном из редких на Земле примеров. К ним же добавляем армию фанбоев Сцалкера и три с половиной говнаря, ищущих вдохновение — и вот, ЦА экскурсий в мёртвый город. Да-да, туда водят экскурсии. Каких-то $70, и ты получаешь возможность невозбранно прогуляться по Припяти и Зоне в течение целого дня. Ну, а если ты буржуй, и тебе не жалко вывалить OVER600 баксов, при учёте, что ещё четверо таких же как ты вывалят столько же, тебя даже прокатят на вертолёте целый час местные лётчики. Вкратце, мёртвый город и горе для тысяч людей тихо, но уверенно приносит профит, который скоро догонит таковой от крымских говнокурортов и унылых карпатских горнолыжных баз. Кстати, в 2011 слоупоки в Верховной зРаде Украины обнаружили бабло, уходящее мимо их носа, и приказали экскурсии запретить и не пущать. Но экскурсии продолжают ходить, только по более высокой цене. А разгадка одна: администарции Зоны похуй на Верховную зРаду и её вопли.
Однако, не всё так красочно. Город без обслуживания не будет стоять вечно. Крыши домов протекают, вода заливает и без того ненадёжные конструкции совковых панелек, зимой это всё замерзает и попросту разрывает бетон. Деревья растут внутри построек и их корни крошат фундаменты. По подсчётам разбирающихся, без должной поддержки уже через 10-15 лет от Припяти останется совсем немного, природа медленно, но уверенно отвоёвывает обратно то, что по праву принадлежит ей. Конечно, администрация Зоны пытается выбить у президентов Хохляндии статус музея под открытым небом, со всеми вытекающими ништяками, однако президентам как-то не до этого. Так что, анон, если ты желаешь посетить Припять, то делай это уже, пока ещё есть что посещать.
Быдло может задаться вопросом, зачем же посещать пустой город, если в родном Мухосранске есть не менее убитый индустриальный район или старая общага, да и семьсят баксов можно с удовольствием пробухать. Однако, анонимус отлично знает, чем Припять уникальна.
Для начала, все эти ваши индустриальные районы не сравнятся по размерам с целым городом, хоть и довольно компактным. Алсо, прилагается неописуемое чувство свободы, которому нет аналогов в живых городах. Ведь где ещё можно невозбранно зайти в "любое" помещение, любую квартиру и при этом никому не помешать и не нарваться на пиздюль? Да и уровень радиации, подхваченный за время поездки, всё равно будет ниже того, который тебе обеспечат во время рентген-просвечивания в больнице, так что нечего сцать. Алсо, в Припяти просто бешеная акустика. Дебильная мелодия твоего мобильника будет раздаваться эхом от ближайших зданий, а если во всё горло крикнуть «хуй» или что-то подобное, услышать себя можно около пяти раз. Объясняется это выбитыми окнами, которые усиливают отражение звука.
Казалось бы, если всё так замечательно, то зачем вываливать бабло, можно же поехать дикарями. Но не всё так просто. В Зоне сохранилась бюрократия времён совка, потому без должных бумажек нерадивому анонимусу обеспечен жестокий секс на одном из двух КПП при въезде в Зону и Припять. И даже если обойти КПП, сама Припять патрулируется ментами. Посему, оказавшийся в Зоне без инвайта школьник рискует навсегда остаться в Зоне и работать на благо её администрации до конца жизни, лол. Ярчайший пример — собственно экскурсоводы, которые туда водят. Инфа 100%.
 
Вокруг АЭС есть зона отчуждения, где запрещено жить, но люди от безвыходности переезжают туда, ремонтируют заброшенные дома, заводят скотину, выращивают нямку, которую едят сами и продают тебе. Мародёры по-тихому растаскивают дома на стройматериалы, наркоманы туда ходят выращивать нужные им растения. В общем, жизнь там налаживается…
Немудрено, что после того как гигантское количество радиоактивной дряни разлетелось по округе, появились разного рода уроды. На Украине нашёлся энтузиаст — Вячеслав Сергеевич Коновалов, профессор из Житомирского сельскохозяйственного института, который после аварии ездил по окрестным деревням и собирал артефакты — трупы уродливых животных и абортивный материал, который он потом мариновал в банки и аккуратно складировал на балконе. Всё это дело он потом фотографировал сам и разрешал фотографировать всем желающим, а также ездил с лекциями на эту тему в США и Гейропу. Такая деятельность Вячеслава Сергеевича пришлась не по нраву властям независимой Украины, которые пытаются всячески принизить разрушительное значение аварии, предпочитая объяснять многочисленные уродства причинами, не связанными с катастрофой, аналогично тому, как убеждённые курильщики уверены в том, что курение здоровью не вредит. Так вот в квартиру Вячеслава Сергеевича неоднократно наведывались воры, которые воровали исключительно экземпляры его замечательной коллекции. Не спасало и помещение их в сейф на кафедре.
Поскольку действие радиации не прекратилось, то Вячеслав Сергеевич продолжает пополнять свою коллекцию на радость всем окружающим. И если официальные украинские власти хотят всех уверить в том, что ещё 2-3 поколения — и от радиации не останется никакого вреда, то Вячеслав Сергеевич на основании своих опытов на мушках-дрозофилах говорит о том, что последствия от катастрофы человечество будет ощущать как минимум ближайшие 800 лет. В коллекции Коновалова есть безглазые свиньи, восьминогий жеребёнок, двухголовый трёхухий телёнок, коровий череп о четырёх рогах и человеческие уродцы, по сравнению с которыми кажется просто красавцем…
В начале 1990-х Вячеслав Сергеевич любил приглашать на ознакомительные экскурсии западных журналистов и водить их в специальный детдом в Новоград-Волынском, из которого украинские власти сделали кунсткамеру чернобыльских уродцев. Результатом этих поездок стал фильм «Пока еще живем…», настолько шокирующий, что после его выхода всех обитателей указанного детдома рассовали по обычным детдомам от глаз подальше, где большинство обитателей тихо загнулось от отсутствия специального ухода.

Эксперты говорят, что на загаженной территории нельзя будет жить ближайшие 20 000 лет. Впрочем, период полураспада самых опасных для здоровья человека изотопов, стронция-90 и цезия-137, не превышает 31 года, что не так уж и плохо.