Мятеж на «Баунти»

Мятеж на «Баунти» — бунт на британском корабле «Баунти», случившийся 28 апреля 1789 года в Тихом океане во время экспедиции за хлебным деревом. Среди прочих мятежей подобного рода выделяется удивительными приключениями, выпавшими на долю участников, и тем, что непосредственным следствием бунта стало основание колонии на острове Питкэрн. Мятеж получил большую огласку в Великобритании и во всём мире, со временем история приобрела романтические и приключенческие черты, по мотивам которой написали пьесы, книги и стихотворения, сняли несколько фильмов.
Благодаря им — особенно фильмам, в которых снимались секс-символы своего времени, — мятеж на «Баунти» окончательно стал мемом как романтическая и драматическая история, в которой благородный красавчик вроде Кларка Гейбла или Марлона Брандо поднимает восстание против жестокого и бессердечного тирана-капитана, а затем отправляется на затерянный в океане прекрасный тропический остров наслаждаться любовью со своей прекрасной таитянкой… Баунти. Райское наслаждение…

XVIII век, эпоха Просвещения. Британская империя продолжает расширяться, открывая и присоединяя новые земли, параллельно любой ценой стараясь удержать уже имеющиеся. Есть и epic fail'ы: в 1783 году проёбаны 13 колоний в Северной Америке. Для оставшихся британских территорий и рабовладельцев в Вест-Индии это вышло несколько неудобно: богатейшие колонии потеряны, за зерно теперь придётся платить совсем другие деньги или же ввозить его из Европы. А значит — снизятся доходы от продажи всего, что выращивают рабы. Пояснение: в Вест-Индии экономика держалась в основном на сахарных плантациях, где использовался дешёвый труд нигеров, которых продолжали вывозить из Африки. Кормить их хотя бы впроголодь, к сожалению, всё равно приходилось, а жратвы стало совсем мало. Раньше их пичкали ямсом и бананами, а зерно и хлебную муку привозили с американского континента.
В итоге на Ямайке в конце века разразился нехилый голод, а в ближайшей перспективе грозил и в других колониях. Работа на плантациях встала бы, доходы сошли б на нет… Срочно нужна недорогая, копеечная в производстве, но в то же время питательная еда! Тут вспомнили про открытое ещё в конце XVII века хлебное дерево, плоды которого заменяли хлеб туземцам Океании. Особенно заинтересовались сим чудом флоры после путешествий Джеймса Кука. Отмечались полезные свойства, дешевизна и отличные питательные свойства этого растения.
Первые идеи о выращивании хлебного дерева в Вест-Индии появились ещё в 1772 году, когда к британскому правительству обратились с предложением направить экспедицию в Тихий океан для доставки деревьев из Океании в Вест-Индию. Но, как и положено, всем было похуй, и только с 1778 года (когда клюнул жареный петушок, началась Война за независимость США, и британцы стали терпеть фэйлы) назначенный президентом Королевского общества Джозеф Бэнкс стал уже всерьёз форсить идею организации экспедиции. Которая в итоге таки отправилась в Тихий океан аж в 1787 году. Лучше поздно, чем никогда, не так ли?
Для путешествия был выбран свежепостроенный трёхмачтовый и 14-пушечный парусник «Bounty » небольших размеров, как и у почти всех парусных судов того времени. Зато как компенсация — большая грузоподъёмность (что и требуется для сотен саженцев хлебного дерева, за которыми в пути нужен особый уход) и отличные мореходные качества, а плоское днище должно было предохранить от столкновений с рифами.
Командовать кораблем доверили лейтенанту Уильяму Блаю. Плавать на судах он начал с 16 лет в качестве простого матроса, к 33 годам успел послужить на разных кораблях, немного повоевал, какое-то время был капитаном торговых судов. Сопровождал Джеймса Кука в его третьей и последней кругосветке. Говорят, что именно Блай и стал виновником гибели Кука, первым выстрелив в гавайских туземцев и приведя их в ярость…
Теперь осталось только набрать команду. В XVIII веке охотников добровольно служить в Королевском флоте было исчезающе мало. Капитан корабля был б-гом и анальным властелином не только команды, но и старших офицеров: его власть никем и ничем не ограничивалась. Что уж говорить о нижних чинах, которых за непокорность и в устрашение остальным могли просто вздёрнуть на рее без лишних разговоров. Весёлые наказания в виде порки тоже были обычным явлением. К тому же на таких небольших судах, как «Баунти», царила невероятная скученность, воды часто не хватало, экипаж страдал от цинги, уносившей многие жизни. Жёсткая дисциплина, самоуправство со стороны капитанов и офицеров, нечеловеческие условия жизни не раз провоцировали на кораблях кровавые столкновения. Поэтому в Англии процветал насильственный набор: специальные отряды ловили матросов торгового флота и просто всякое быдло в кабаках и скованными доставляли их на королевские корабли.
Так набрали и «звёздную» команду. Своим помощником Блай выбрал Флетчера Кристиана, молодого человека 23-х лет из семьи мелкопоместного дворянина. Кристиан хорошо зарекомендовал себя на службе, к тому же он уже дважды плавал под командованием Блая на Ямайку.
Эффективный менеджмент от г-на Блая
 
Блай уже бывал на Таити вместе с капитаном Куком, поэтому его там хорошо помнили и встретили с радушием. Используя свои связи с вождями и взятки, капитан договорился, что англичане разобьют лагерь на острове и начнут собирать саженцы.
Что касается команды «Баунти», то для них Таити оказался поистине раем. Судите сами: насильственный забор на корабль, 10 месяцев изнурительного плавания, непогода, холод, голод, капитан со взглядом Свиборга… А тут южный тропический остров, завораживающая природа, изобилие фруктов. И самое главное — прекрасные таитянки, которые окружили гостей самой нежной заботой и лаской! В общем, романтическая легенда о «последнем рае», которая начала рождаться ещё из рассказов моряков Кука, оказалась правдой. Люди с «Баунти» знали мир, большинство из них многие годы скитались по морям и океанам. Однако поразительная красота Таити и горячие <del>ЖПП</del> сердца таитянок превзошли все их ожидания.
Шесть месяцев англичане собирали и готовили саженцы к длительному плаванию. За это время команда успела обзавестись друзьями и романтическими отношениями с местными тян. Моряки стали столь же смуглыми и почти столь же свободолюбивыми, как коренные жители острова. И единственное, что омрачало столь приятное времяпрепровождение, — мысль о том, что вскоре снова придётся вернуться на корабль…

4 апреля 1789 года «Баунти», нагруженный over9000 саженцами хлебного дерева, отплыл от Таити. Ещё до отплытия недосчитались троих членов экипажа. Блай с помощью местных нашёл беглецов и выпорол их. Опять потянулись проклятые морские будни. Контраст с райским житьём на Таити был столь велик, что команда начала роптать. Но особенно всех возмущало то обстоятельство, что капитан экономил на воде для людей в пользу требовавших полива растений (впрочем, сохранить в целости груз для капитанов всех времён — дело чести, люди же — ресурс расходный).
Накопленная за всё время плавания НЕНАВИСТЬ к капитану выплеснулась 28 апреля. Во главе мятежа встал помощник капитана Флетчер Кристиан, на которого Блай наорал незадолго до этого. Утром, во время вахты Кристиана, мятежники ворвались в каюту Блая. Захваченный в постели восставшими матросами и споро связанный по рукам и ногам, Блай в одной рубахе был выведен на палубу, где состоялось некое подобие суда под председательством Кристиана. Блай пытался было образумить мятежников, на что Кристиан велел ему заткнуться и собирать манатки. Некоторые горячие головы рвались тут же расправиться с Блаем и его сторонниками, но Кристиан решил обойтись без кровопролития: Блая и 18 человек, отказавшихся поддержать мятеж, посадили на баркас, дали им немного провизии, воды, несколько ржавых сабель в качестве оружия и отпустили на все четыре стороны. Из навигационного оборудования Блай располагал только секстантом и карманными часами.
Так и неизвестно, что послужило причиной бунта. Одни считают, что Блай был упоротым садистом и отморозком, и у команды больше не было другого выбора, кроме как выкинуть сурового капитана за борт. Другие говорят, что команда вконец развратилась за время пребывания на Таити, стала недисциплинированна и не хотела возвращаться к своим обязанностям. Эта версия более правдоподобна, Блай позже задавался вопросами:
Усталость? Но ведь все неплохо отдохнули. Тяжёлая работа на корабле? Но здесь бывалые моряки, они хорошо знают: море не даёт никому расслабляться, иначе в полном смысле этого слова пойдёшь ко дну. Быть может, я слишком строг и требователен? Но я и раньше был таким, они это тоже знают, и любой на моем месте также сурово спрашивал бы с них и наказывал, если провинятся. Так уж заведено на флоте.
Скорее всего, причиной мятежа стала совокупность обоих названных факторов.
 
Блай, оставшись в маленьком баркасе посреди Тихого океана, не стал падать духом. Он решил как можно скорее передать информацию о бунте британским военным кораблям, чтобы оперативно найти и анально покарать мятежников. Ближайшей европейской колонией был остров Тимор. Сначала Блай с частью команды высадился на острове Тофуа, в 30 милях от которого и произошел мятеж. Но местные встретили англичан недружелюбно, один из спутников Блая погиб. После этого дружная компания, поджав хвосты, отправилась к Тимору уже без остановок.
А теперь, взяв даже не карту, а целый глобус, и оценив шансы на успех, представьте себе масштаб пиздеца… Уильям Блай прошел 3618 миль (6701 км) до Тимора за 47 дней, не потеряв ни одного из членов команды, кроме тофуанского жмура "(спойлер: "")" . В марте 1790 года Блай вернулся в Лондон.
Оставшиеся на борту «Баунти» мятежники на радостях выкинули теперь уже нахуй никому не нужные саженцы хлебного дерева. Кристиан же задумался о том, как быть дальше. В Англию теперь путь заказан, за мятеж на военном корабле всю команду развешают на реях. Естественным направлением оставался Таити, ВНЕЗАПНО находившийся по ветру относительно положения корабля. Люди Блая говорили потом, будто мятежники, отплыв от баркаса, кричали «Huzzah for Otaheite! ». Мысль весьма соблазнительная, но Кристиан сообразил, что английская карательная экспедиция будет искать бунтовщиков именно там. Поэтому скрепя сердце он решил отправиться на остров Тубуаи (нынешняя Французская Полинезия, в 500 км от Таити) и основать там колонию.
На борту «Баунти» осталось 24 мятежника, в том числе четверо оставшихся лояльными Блаю людей (в баркасе на всех места не хватило). Вся эта пиздобратия прибыла на Тубуаи, прочимый в новый Таити. Но местные приняли мятежников весьма прохладно, ещё прохладнее оказались местные тян, которые почему-то не спешили развлекать дорогих гостей. Тем не менее Кристиан решил попробовать обосноваться здесь. Он сгонял на Таити, затарился всем необходимым и вернулся обратно. Таитянам же исчезновение Блая Кристиан объяснил просто: тот-де встретился по пути с капитаном Куком, который взял на борт и Блая, и пресловутые саженцы. Таитяне, знавшие из рассказов Блая о гибели Кука, больше вопросов не задавали…
После трёх месяцев безуспешных попыток наладить нормальную жизнь на Тубуаи мятежники были вынуждены снова вернуться на Таити. Между ними возникли разногласия: Кристиан призывал свалить с Таити, пока не приехали пативэны, но 16 членов команды решили остаться на Таити навсегда, поскольку считали себя невиновными в мятеже, а значит в безопасности. На том и порешили.

Кристиан и ещё 8 англичан, прихватив с собой 6 таитянских кунов и 12 «таи-тян» (задумка хорошая: первые будут пахать на белых, пока те развлекаются с их самками), отправились на «Баунти» в ебеня Тихого океана. Долго носило странников по волнам, пока наконец не пристали они к острову, идеально подходившему для основания колонии: он был необитаем, на нём росли хлебное дерево, бананы и ямс. А звался остров Питкэрн и открыт был в 1767 году мореплавателем Филиппом Картеретом. И тут Кристиану сотоварищи просто неслыханно фартануло: когда Картерет наносил остров на карту, то ошибся на целых 350 километров. В результате картографической ошибки последний приют «Баунти» не обнаружили ни английская карательная экспедиция, рыскавшая в южных морях, обшаривая каждый остров, ни другие корабли.
Кристиан решил остаться на Питкэрне навсегда. На острове построили хижины, поделили территорию, баб и стали обрабатывать землю. А «Баунти» Кристиан сжёг КЕМ 23 января 1790 года, чтоб ни у кого не возникало соблазна сбежать — да и от главной улики давно пора было избавиться. Лагуна, где сожгли «Баунти», получила название Bounty Bay, а камни балласта судна видны в её водах до сих пор. Такое вот райское наслаждение.
По возвращении в Англию Блай предстал перед судом за проёб военного корабля. ИЧСХ, был оправдан! Тем временем Королевский флот отправил на поиски мятежников корабль «Пандора» во главе с капитаном Эдвардом Эдвардсом (благодаря фильмам его часто путают с самим Блаем). Тот прибыл на Таити, захватил 14 оставшихся мятежников (двое успели принять ислам заблаговременно), заключил их в ужасные условия и отправился обратно в Англию. На Большом Барьерном рифе «Пандора» села на мель, погибли 4 зэка и 31 член команды. Пленённые баунтийцы могли бы принять ислам все вместе, если бы неизвестный член команды не открыл помещение, где они содержались перед побегом с тонущего корабля.
Из 10 выживших мятежников четверо были оправданы благодаря показаниям Блая (это были те люди, которым не хватило места на баркасе, и им пришлось остаться на «Баунти»). Ещё двоих осудили за непротивление мятежу, хоть они и не участвовали в нём непосредственно. Ещё одного осудили, но к казни не приговорили. Троих приговорили к виселице. Один из помилованных, Джеймс Моррисон, потом издал дневник, якобы написанный им в плавании. Многие события из этих записей и стали основой для романа и экранизаций.
Сам Блай также издал «Рассказ о мятеже на борту Корабля Его Величества „Bounty“». Он продолжил службу в Королевском флоте, а в 1791—93 годах снова отправился на Таити всё с той же целью — доставить уже наконец эти сраные саженцы в Вест-Индию. Видимо, Вилли учёл ошибки первого похода, так как второй прошел успешно и без приключений — в итоге хлебное дерево до сих пор выращивается в качестве важной продовольственной культуры в странах Карибского бассейна. В ходе путешествия Блай также доставил с Ямайки в Лондон образцы аки , названной в его честь Blighia sapida.
В 1797 году Блай снова пережил мятеж в Спитхеде и Норе, когда матросы взбунтовались, требуя повышения жалования и улучшения условий жизни на кораблях. Именно тогда Уильям и узнал, что во флоте ему дали погоняло «Тот Ублюдок с Баунти» .
Дальше Блай немного повоевал против революционной Франции, в 1801 году отличился в сражении при Копенгагене, после которого его лично благодарил за вклад в победу адмирал Нельсон.
В 1805 году Блаю предложили пост губернатора австралийской колонии Новый Южный Уэльс с жалованием 2000 фунтов стерлингов в год (вдвое больше, чем у предыдущего губера). Блай согласился и в следующем году прибыл в Сидней, а 26 января 1808 года Блаю пришлось пережить очередной мятеж — Ромовый бунт. Вкратце: добрый дядюшка Вилли запретил выплачивать жалование работягам спиртной продукцией, а для исполнения приказа распорядился вывезти из колонии перегонный куб. Вояки из так называемого Ромового корпуса, которые долгое время были местными монополистами в торговле спиртным, поступок губернатора не оценили, подняв мятеж, в ходе которого Блая арестовали, и он два года фактически оставался заключённым в тюрьме.
В 1810 году мятежников приговорили к ссылке в Австралию (то есть туда же, где они жили и до этого, да), Блай передал пост новому губернатору и отправился в Лондон, везя с собой на суд майора Джорджа Джонстона, главаря Ромобунта. Блая вскоре задним числом произвели в контр-адмиралы, а в 1814 году — в вице-адмиралы.
Уильям «Тот Ублюдок с Баунти» Блай, переживший три мятежа в жизни, совершивший не имевший аналогов в истории морской переход в 6700 километров, объехавший весь земной шарик, доставлявший как саженцы, так и лулзы, тихо принял ислам в своей постели в Лондоне в 1817 году в возрасте 63 лет. На его могиле изображён плод хлебного дерева; на доме, где он жил, установлена мемориальная доска. Good night, sweet prince.
А тем временем на Питкэрне разыгрались нешуточные страсти. В 1793 году между англичанами и таитянами разгорелся немного предсказуемый срач. Таити-куны наконец уже сообразили, что фактически находятся на положении рабов, к тому же ещё и женщин не хватало! По итогам вспыхнувшей войнушки таити-кунов поделили на ноль, Флетчер Кристиан погиб, а в живых осталось только четверо белых. Двое из них научились добывать алкоголь из корней растения ти, соорудили даже самогонный аппарат. Пьянки и довели их до принятия истинной веры.
В 1800 году умер от астмы ещё один англичанин, и в итоге на острове остался единственный взрослый мужчина — Джон Адамс (на «Баунти» его знали как Александр Смит, но сам он называл себя Адамом — по аналогии с библейским). Удивительно, но ему одному удалось навести порядок в колонии. Он даже организовал регулярные воскресные службы и взял на себя ответственность за воспитание молодёжи. В это время кроме него на острове проживали девять таитянских женщин и больше десятка детей.
В 1808 году у Питкэрна случайно пиндосовский китобойный корабль «Топаз». Команда корабля с удивлением обнаружила, что на Питкэрне живут люди. Но ещё больше капитана Фолджера и команду поразило то, что жители острова расово отличались от других обитателей Полинезии. Когда выяснилось, что это и были потомки тех самых мятежников с «Баунти», Фолджер поведал всему миру об удивительном, райском островке в ебенях Тихого океана.
Английские власти за давностью лет в 1825 году простили бывшего мятежника Адамса и оставили его в покое. Умер Адамс в 1829 году, в возрасте 62 лет, в окружении многочисленных и горячо любящих его детей и женщин. В его честь назван единственный посёлок на острове — Адамстаун.
Сегодня на Питкэрне по-прежнему живут прямые потомки мятежников. Также, многочисленные потомки Флетчера Кристиана живут в Норфолке, Австралии и Новой Зеландии. Жители Питкэрна говорят на странном наречии — смеси староанглийского языка и нескольких полинезийских диалектов.
На Питкэрне живётся весело: в 2004 году выяснилось, что на острове в порядке вещей секс с несовершеннолетними. Простодушные островитянки рассказали следователям, что их ебли почём зря с 12-летнего возраста. Потрясённые жители туманного Альбиона схватились за голову и, возмущённые до глубины души, собрались наказать насильников по всей строгости. Но против суровых мер начали выступать сами жертвы: оказалось, что на острове издавна столь свободные нравы. 12 лет здесь считается самым подходящим возрастом для достижения половой зрелости, и сами девочки не видят в ранних связях ничего криминального. Тем не менее на остров понаехали судьи, прокуроры, несколько человек посадили в тюрьму, которую пришлось специально для этого построить. В общем, как обычно, пришли со своим уставом в чужой монастырь, потратив к тому же кучу бабла: одно только строительство тюрьмы обошлось более чем в 14 млн новозеландских баксов. После 2009 года тюрьма освободилась, и её вроде бы собирались переоборудовать в гест-хаус. Такие дела…
Естественно, что такая захватывающая история не могла пройти мимо внимания пейсателей и киношников, в результате написано несколько книг и снято несколько фильмов.
А к хлебным деревьям, привезённым на Ямайку в ходе второй экспедиции Уильяма Блая, рабы даже не притронулись: всё-таки своё дерьмо вкуснее, даже для нигры. Интересно, что же они тогда жрали, если даже хлебным деревом брезговали? А ещё говорят, что при рабстве плохо жилось!