Офисный планктон

Офисный планктон (он же "«офисное быдло»", "«канцелярская крыса»","«козявка приказная»" и т. п.) — работники умственного труда с пониженной творческой составляющей, проводящие жизнь в офисах и прочих управлениях, но не относимые к инженерам: низшие менеджеры, бухгалтеры, секретутки, и т. д. Являют собой передаточные механизмы, винтики и смазку в механизмах управления, учета, планирования, финансов. Быстрорастущий пролетариат постиндустриального мира.
Сам же термин "планктон" можно с равной справедливостью отнести на любую другую нетворческую специальность: слесарский планктон, таксистский планктон, продавцовский планктон, комбайнёрский планктон, солдатский планктон, и т. д. Но как нечто уничижительное прилепилось именно к офисному планктону. Хотя в реальности у людей банально нет выбора — количество рабочих мест с творчеством, инициативой и властью всегда в разы меньше, чем должностей полуслепых исполнителей. Поэтому инициативу большинства по-любому приходится подавлять.
Несмотря на вышесказанное, простого рабочего презирают, считают его по статусу в обществе ниже себя, а себя — управленцами (людьми, зарабатывающими головой, а не руками). Несмотря на то, что занимаются почти исключительно делопроизводством, свои обязанности зачастую исполняют плохо, так как нихуя не делают, на рабочем месте зачастую не бывают, а именно: пьют чаёк/кофеёк, пиздят с другим офисным планктоном в соседнем кабинете, сидят в соцсетях, съябывают с работы на час раньше, читают эту статью, не оформят вовремя документ, или вообще не оформят (только за шоколадку).
 

Основная масса офисного планктона абсолютно нейтральна и своими действиями не приносит социуму ни вреда, ни пользы, разве что создает очереди в «Ашане» и пробки на МКАДе (а в майские праздники — на всех магистралях, интегрированных со МКАДом). Однако есть мнение, что в силу подсознательного ощущения своей никчёмности и несостоятельности эта масса тайно придумывает различные виды тупого «экстрима», в 90% случаев опасного для окружающих. Но чаще всего тяга к экстриму всё же разовая, и в жизнь воплощаются наименее травматичные для социума дрочилки офисного планктона. Например, мечта один раз прыгнуть с парашютом, или, что встречается гораздо чаще, но воплощается раз в 500—600 лет — мечта трахнуть девок-негритосок с выдающимися сиське две штуки за раз (если мечтатель — офисная пизда — двух негритосов либо одного удава, но жирного и длинного).
Изредка сходит с ума от корпоративной шизы и способен натворить бед вроде уничтожения казённого имущества и нанесения телесных повреждений. Именно об этом и сообщает нам известный товарищ Чак Паланик в своем «Бойцовском клубе». Не дав имени главному герою, автор какбэ намекает нам, что таких офисных жителей тьма тьмущая.
 

Считается, что деятельность этих работников может быть чуть более чем полностью заменена ERP-системами и системами электронного документооборота, что и применяется в европах и пиндостане, но на деле всё обстоит не совсем так. Эти же системы с успехом применяются и в этой стране, вот только сама система работать не будет, пока кто-то не станет её обслуживать, загружать в неё данные и обрабатывать их. Даже если технологии настолько совершенны, что могут считывать текст с листа бумаги и понимать его, то как минимум нужен живой человек, который принесёт эти листы бумаги и отсканирует их. Затем нужен еще человек, который проверит правильность считывания данных машиной (примерно так же, как смски с Т9), еще человек, который эти данные изменит в случае надобности, еще человек, который снимает статистику по данным, еще человек, архивирующий листы бумаги, — и вот уже маленький загончик офисного планктона готов. Мякотка в том, что системы эти не заменяют работников, а ускоряют и оптимизируют процессы. Работать же всё равно приходится человеку, иначе коммунизм давно бы уже наступил.
Кроме того, в тучные докризисные годы для начальников отделов крупных компаний избыток менеджеров был выгоден сам по себе: Большому Начальству докладывалось, что в связи с бурным ростом был увеличен штат отдела, что требовало соответствующего увеличения финансирования отдела. Таким образом, набирая людей просто на должность «мебели», начальник отдела мог рассчитывать на увеличение собственной зарплаты.
Идеальный «Манагер» — это существо, которое все свои жизненные силы и устремления посвящает только достижению (рабочего) результата. «Целеустремлённость», «лидерство», «карьерный рост», «сверхэффективность» и другие манагерские термины из криво переведённых западных говнокнижек точно описывают суть жизнедеятельности и психологические качества существа, твёрдо решившего стать передовым манагером.
Целеустремлённость сумасшедшего барана отличается от целеустремленности прилежного ученика. Лидерство Манагера — это умение расталкивать толпу локтями, громче всех орать и никого не слышать, напоминая вожака бабуинов. Сверхэффективность — это когда манагер заставляет всех пахать (или делать вид) согнувшись. Если это даёт прирост свободного времени (пару часов) самому Манагеру, тогда всё — достигнута сверхэффективность, пора получать премию! При этом наличие разума или хотя бы элементарной способности рассуждать от манагера не требуется — иначе убойная эффективность «целеустремлённости» или «лидерских качеств» может свестись на нет. Деятельность манагера тем и уникальна — её эффективность в манагерских организациях обратно пропорциональна значению айкью Манагера.

Офисный планктон зачастую не понимает кармическую роль таких слов, как «лидерство» и «сверхэффективность», то есть не стремится во что бы то ни стало, по головам и трупам, пробивать себе «карьерный» рост и довольствуется возможностью специализироваться в своём направлении или просто не вылететь с работы, что приводит их к полному порабощению более хищными манагерами. Правда, некоторые именно к этому «карьерному» росту и стремятся, но, будучи вообще полными лохами, не способны даже так «эффективно» подставлять ближних, как хотели бы.

Типичный представитель офисного планктона в вакууме выглядит так: «понаехавший» в Москву, Питер или областной центр провинциал с незаконченным высшим образованием (чаще экономическим или юридическим), работающий менеджером по продажам, работе с клиентами или рекламе; в люксовом варианте — с женой схожего типа и автомобилем Ford Focus, купленным в кредит на 5+ лет с полной страховкой.
Планктонарий нежен, как всякий слизняк, и стремится к «безопасности в домике». Поэтому желание приобрести «домик на колёсах» вызывает у него готовность годами питаться «Дошираком», считая это гарантией выплаты автокредита. Посему облизывается на Mazda 3, Toyota Auris, VW Golf, Mitsubishi Lancer X (и вообще на любые машинки, в названии которых есть пуквочка 'X'), Opel Astra GTC, Honda Civic 5D/4D и Subaru. Отдыхает только в Турции, Египте и Таиланде (последний упорно как в устной, так и в письменной речи именует исключительно «Тайландом»), поскольку на Мальдивы денег никогда не будет, а о существовании других стран не догадывается. Пару раз может выехать для галочки в Европу, где осмотрит дежурные достопримечательности, выходя из автобуса только для того, чтобы поссать. Не выходит из отеля и не интересуется страной, в которой находится. Отчёт о путешествиях в виде серии фотографий «планктон пьёт пиво», «планктон в море», «планктон на фоне пирамид», «планктон у фонтана», «планктон под деревом», «планктон верхом на верблюде», «Феррари на фоне планктона», «планктон на фоне замка» и т. д. обязательно появляется на личной странице в вконтакте и на быдлоклассниках, иначе никто не узнает и главная цель «отдыха» не будет достигнута.
Несмотря на никакое или поцреотское отношение, ненавидит Эту Страну и мечтает перебраться в Европы. Хотя кому вы там нужны, насекомые?

Представитель ОП, как правило, укомплектован офисной кружкой для выпивания чая во время многочисленных перерывов, называемых «кофе-брейк». Кружка обычно большая, усеяна глупыми надписями, иногда причудливой формы. Промышленность наладила выпуск большого ассортимента офисных кружек. С учётом того, что во время перерывов на работу кружка хранится в общем шкафу, на кружке как минимум присутствует имя владельца. В наиболее унылых и низкобюджетных офисах кружка с именем считается типичным подарком на день рождения. Чтобы кружкой не пользовались чужие, ОП имеет привычку не мыть её и ставить в шкаф с остатками чая или кофе.
Также ярким отличительным признаком, по которому можно безошибочно определить «офисный планктон», является показное выкладывание мобильного телефона на стол при каждом удобном случае. При этом планктон часто имеет прицепленную на ухо гарнитуру, которая ему за столиком абсолютно не нужна. Телефон является одной из важнейших вещей в жизни планктонины и может стоить две-три зарплаты. Его постоянно вытаскивают, осматривают, включают и выключают, набирают или делают вид, что набирают смс, а то и просто ходят, зажав его в руке, чтобы все видели. В течение первых нескольких дней (рабочих, разумеется) после приобретения новенького сотового офисный планктон полностью поглощён всесторонним изучением «фич и примочек» своей покупки, установкой асечек и джимов, пытаясь иметь при этом моск одмину. Следует заметить, что защитная плёночка с экрана не снимается месяцами, вплоть до полной невозможности увидеть что-либо на экране. «Работа» в эти дни, само собой, отходит на второй план. В особо запущенных случаях вместе с мобильником выкладываются ключи с брелоком от машины. Последний обычно оснащён значком «Лексуса» или «Инфинити», несмотря на то, что за окном стоит кредитное мыло а-ля Фокус, Логан или Мазда 3.
Следующей по важности покупкой является огромный телевизор за $3-4К, разумеется, в кредит. Качество изображения не критично, потому что смотреть планктон будет разве что Дурдом-2 и записанные с пережатых мпегов пиратские DVD, зато гостям показать не стыдно. Пусть на стене ковёр, унитаз течёт, но плазма должна быть, иначе не «как у людей». Квартира у ОП, как правило, съёмная, на первом или последнем этаже в «хрущёвке», обставлена хозяйской совковой мебелью вперемешку с купленными в «Икее» табуретками. Питается ОП магазинными пельменями, а если есть самка, то в доме может готовиться и нямка. По выходным же ОП ритуально кушает в соответствующих заведениях слепленные таджиками сушики, либо «итальянскую» говнолапшу болонезе и прочие помои. Интересно, что это своё пищевое отравление он обычно обозначает примерно так: «А мы вот, как всегда, в ресторан сходили. Ну, шикарно ваще оторвались.»
Обозначить и классифицировать весь спектр объектов и явлений, которые планктон воспринимает как враждебные, к сожалению, не представляется возможным — настолько он широк. Поэтому обозначим хотя бы те, которые присутствуют непосредственно в гнездовищах планктона. В гнездовищах, то есть, собственно, в офисах, присутствуют следующие объекты коллективной ненависти планктонариев:
В крупных компаниях бюрократия является неотъемлемым элементом офисного планктона. Например, чтобы принять одну мелкую планктонину на вакантное место внутри компании, на котором она будет перекладывать бумажки, нужно собрать over9000 согласований внутри компании от других планктонин. Планктон всегда боится ответственности за свои действия, потому в компании все должно быть согласовано с каждой инстанцией. Сами согласующие обладают невьебенным ЧСВ и синдромом вахтера, от чего рабочий процесс компании сильно затормаживается. Усугубляется это всеобщим похуизмом на все происходящее и нежеланием что-либо делать, что в совокупности приводит к пиздецу.

 
Обожает слушать подобие русского рэпа, то бишь арэнби, а также Диму Билана и «Бумбокс» с «Банд’Эроc»-ом и Бьянкой. Как правило, имеет накладные ногти (доставляющие только себе), которые ей мешают делать всё, кроме, разве что, говорить в трубку про «эс как доллар», «потыкайте куда-нибудь», «у вас разъем на клавиатуре кругленький или квадратненький». Как некоторые планктоньи самки с загибающимися длиннючими острыми ногтями класса «300-летняя гаргулья вышла на охоту» вытирают себе жёппу, непонятно в принципе. Есть подозрение, что либо никак, либо когтями же и выковыривают, если те более-менее плоские, а не острые.
Женские особи ОП чаще всего можно встретить в Герлз_онли или девках_в_шопе, где они часами могут обсуждать с себе подобными проблемы покупки стодвадцатьпятнадцатого жёлтенького плащика с золотыми пуговицами всего за двести баксов. При этом, вожделенный плащик или любая другая обсуждаемая шмотка так и остаётся предметом несбыточных мечтаний девицы, поскольку Жаба, давящая девичью душу, не дремлет.
Часами может хвастаться перед подругами и сотрудницами тем, как они в прошлом году с Машей/Викой/Катей "(нужное подчеркнуть)" в Турции или Египте подцепили богатых итальянцев и обматерили Ксюшу Сапчаг. Обожает с «гламуром» пить шампусик и есть сушики. Искренне верит, что сушики — это очень вкусно, даже если они ей и не нравятся и она не отличает их от роллов. Чаще всего, как и у ОП мужского пола, её генеалогическое древо уходит корнями в глубокую <del>задницу</del> провинцию. Кстати, слово «генеалогический» удаётся написать без ошибок лишь немногим из них (большинство же без единой ошибки может написать только слово мну).
Сидит в унылом офисе малой фирмы или по протекции мужа/отца/матери/брата/сестры/любовника "(неправильное вычеркнуть)" занимает место в представительстве крупной компании, либо хлебное место в госадминистрации. К слову, часто само слово «офис» пишет как «оффес», даже не подозревая о том, что на русский это переводится как контора. Вследствие общей унылости и серости своего как рабочего, так и жизненного пространства, время от времени любит рядиться в кричаще яркие одеяния, с вычурной причёской, дополняя этот пездец своим постоянным «творческим» беспорядком на рабочем месте, в делах и половых связях.
Время на работе проводит, перелопачивая всевозможные сайты знакомств в поисках принца и изучая руководства типа «как насосать на Бентли». Настольные книги — Дарья Донцова, «Замуж за миллионера». В социальных быдлосетях, либо в асьге, в информации о себе просто обожает называть себя уменьшительно-ласкательными производными от своего имени, типа «Олюсик», «Наташечка», «Ленусик», «Юльчик», «Анусик» и тому подобной хернёй. Также в инфе о себе ещё может писать что-то вроде: «Я очень красявая :))))))))». Хотя, естественно, на самом деле таковою является далеко не всегда, да и вообще склонна ко всему «гломурному».
В сексуальном отношении легкодоступна, но абсолютно неинтересна. Несмотря на доминирующее тотальное блядство в своей добрачной половой жизни, считает себя целомудренной скромницей и мечтает выйти замуж за прЫнца, но яростно отрицает данное желание. Затем, к тридцати годам своей разгульной жизни, если повезёт, выходит замуж за менеджера среднего звена. Фамилию при этом не меняет, потому как искренне полагает себя «Современной Женщиной»). С трудом совершает свой самый героический женский подвиг — рожает ему своей пиздой одного чахлого и болезненного ребёнка, после чего сверхбыстро превращается в целлюлитную домохозяйку, готовит нямку и смотрит сериалы.
Впрочем, сия метаморфоза нисколько не затрагивает такие основы её «планктонной сущности», как, к примеру, полную неспособность жертвовать собой, своим временем и силами даже ради собственной семьи и детей. Большая часть ОП не имеет ни семьи, ни детей, жрёт за пятерых, жиреет, но мечтает все же выйти замуж хоть за кого-нибудь. Многие самки ОП — это ЖЖ- хомячки, они страшны, толсты, глупы, но весьма оптимистично смотрят в собственное будущее.
У самки ОП отсутствует жизненная цель, она не имеет никаких увлечений или хобби (кроме «кино, музыка, гулять», конечно). В пятницу вечером квасит с такими же подругами, часто прямо в офисе. Основным источником знаний для самки ОП является журнал «Космополитан».
Чуть менее чем каждая самка ОП вовлечена в секту сетевого маркетинга. Причём, каждая третья в КГ/АМвэй, каждая вторая в Ор-и-Флейм, а каждая первая в Эй-Вон. Впаривают друг другу свежие каталоги «своей» хуиты, попутно тратя дивиденды на «чужую» хуиту. Так-то!

Средних лет тупая и зачастую злая баба. Наиболее близкое понятие — самка жлоба aka шмара.
На самом деле, офисная пизда может работать в абсолютно любой области, но, как правило, выполняет работу, для которой не нужно никакой квалификации, вообще. Ареал её обитания в офисе на редкость обширен — отдел кадров, канцелярия, бухгалтерия. Обычно, офисная пизда перекладывает бумажки и переговаривается по телефону, работа её абсолютно не интересует. В силу ограниченности знаний и пролетарско-сопухового происхождения обычно она слабо понимает, чем занимается фирма. Так что любое усилие, направленное на выполнение трудовых обязанностей, она воспринимает как неебический подвиг, за который весь мир всю оставшуюся жизнь должен ей в ножки кланяться и шоколадки дарить. Постоянно придумывает отмазки для того, чтобы тратить меньше сил на работу, либо чтобы её не делать вовсе. Так появляются гигантские обеденные перерывы, загадочные «проветривания», жалобы типа «ох, за весь день ни разу не присела» (ходила к подружкам стоя попиздеть), «голова уже кругом идёт» (все сплетни и интриги не запомнить) и прочее.
Если вы подойдёте к офисной пизде с конкретным вопросом или потребуете, чтобы она наконец сделала что-то реально полезное (от чего ей не удалось отпиздеться), то у неё обычно проявляется такая неебическая пролетарская гордость, как будто она весь день у станка стояла, а её ещё заставляют шпалы таскать. Она будет долго всем доказывать, что вкалывала без продыху с 6 утра, и сейчас имеет полное право попить чайку с девочками из соседней комнаты. Нормальную карьеру в силу тупости и лени она сделать не может, поэтому непрерывно занимается интригами. В приватной обстановке ругает начальство за глупость и чёрствость, а умных и инициативных коллег — за то, что слишком умные. Дескать, вечно им неймётся, выдумают какую-то непонятную её скудному уму хрень, прям работать невозможно.
Офисная пeзда патологически боится физических нагрузок. Зайти в соседнюю комнату для неё — тяжкое испытание, а поход в соседнее здание может привести к госпитализации. А чтобы перенести предмет тяжелее килограмма, она просит мужиков из админской поработать бесплатными грузчиками, в полной уверенности, что они всё равно весь день фигнёй страдают, а раз мужчины — обязаны даме тяжести таскать. Способна минут 20 уговаривать по телефону другого человека, чтобы он за неё сходил на соседний этаж забрать схемку, по которой всего-то пара вопросиков.
Любовь сабжа к уменьшительно-ласкательным суффиксам цветет и пахнет! Всякие «счётики, договорчики, актики, отчётики» при постоянном повторении способны довести до не особо тихого помешательства даже человека с железными нервами. Обычно, она и дома устраивает скулёж, что весь день страшно вкалывала (собрала 20 пасьянсов) и сильно потрепала нервы (60 пасьянсов не сложились). И вообще, я семью кормлю, а тут ещё и дома заставляют работать!
Как и положено женщинам, офисная пeзда любит тряпки и тратит на блузочки-кофточки-брючки-туфельки и прочую хрень изрядную часть своих доходов. Способна провести во всевозможных «Ашанах» и прочих элитных бутиках не менее десяти часов кряду; называет такого рода времяпрепровождение «шоппингом». Впрочем, в силу скудоумия и малопривлекательной внешности, на ней всё это довольно убого смотрится, в особенности если тряпьё обтягивает или частично обнажает её убогие интимместа: целлюлитную жёппу, причудливой формы отвисшие <del>сиськи</del> молочные железы и прочее. На работе очень любит надевать уёбищные шерстяные жилетки до бедра и такие типа туфельки-босоножки на платформе. Также любит разоряться на парфюмерию с вырвиглазным ароматом, который как будто специально для них и выпускают всякие айвони и факерлики, что опять-таки помогает слабо, ибо ничто не заглушает природного аромата, характерного для офисных пёзд, — в особенности тех, кому под и за сорок, — тошнотворного амбре подтухшей селёдки, исходящего непосредственно из их климактерических промежностей — особенно летом и если в офисе проблемы с кондиционерами.
Свободное от покупки тряпок время офисная пeзда тратит на походы в «культурные» места (ну, там, аквапарк, кино) и посиделки в фастфуд-кафешках с подружками. Соответственно, у неё быстро кончаются деньги и она начинает их тянуть из знакомых мужиков: мужей, бывших и прочих чахлых мазохистов. Они должны водить её по аквапаркам, кино и кафешкам. Мужикам этого делать совсем не хочется — офисная пизда, как уже было сказано, на вид уныла, а в общении — предельно банальна и скучна, даже если ей свойственно производить много шума и лезть ко всем и подо всех подряд в силу экстравертности и неоперабельного бешенства матки. Зачастую животная сила напора офисной пeзды такова, что её просто сравнить не с чем. А вот на природу её вытащить в принципе можно — на случай, если есть желание сэкономить. Но, как правило, это порождает чудовищный объём скулежа, нытья и обвинений в том, что все хотят её смерти.
По-прежнему сидит на брачно-сутенёрских сайтах знакомств, так как нормальный самец давно послал ее на йух. Там впаривает свою мечту о «состоявшемся, самодостаточном, материально независимом, щедром», а на самом деле, падает на рогатку перед любым, у кого на неё встанет. Тут же начинает грузить серьёзностью отношений и навешивать на лоховатого самца проблемы нагулянного хер знает от кого киндера, мотивируя это неебическим «долгом» самца перед давшей ему самкой.
У отдельных офисных пёзд, наряду с алко-посиделками в компании подружек, регулярным посещением сайтов знакомств и различных быдлосоцсетей (однотрахники, вконтактик и т. п.), зачастую наблюдаются и несколько иные увлечения, как то: фэн-шуй, вязание, кошко- и собаководство, религия (чаще всего — квазиправославие или быдлобуддизм, при этом особь, разумеется, не имеет ни малейшего представления ни о православном, ни о буддистском вероучении, а свои «теологические» познания черпает в говноброшюрках, купленных у метро), активное опиздение-овуляшничанье, — если офисная пезда имеет потомство, либо планирует завести таковое.
От описанного образа жизни, и без того далеко не идеальная фигура офисной пезды, начинает заплывать жЫром. Причём, особенно много жЫра бывает в том случае, если она, в довершение всех зол, ещё и пару раз прерывала свой архиважный «трудовой процесс» с целью взять декретный отпуск и расплодиться, на радость всему человечеству. С жЫром идёт непрерывная, ежеминутная борьба. Периодически офисная пизда садится на дурацкие диеты, которые ей помогают чуть лучше, чем мёртвому припарки. Те же из них, которые всё-таки решаются что-то сделать, тратят дохуя денег на всякие фитнес-центры, где полчаса попиздят с себе подобными и разойдутся. Впрочем, как ни странно, энтузиазм этот быстро кончается.

Реликтовая ветвь эволюции ОП (в отличие от обычных представителей ОП), представители которой в больших количествах вымерли во время экономического кризиса. Свиноменеджеры сохранились в качестве заместителей глав представительств, а также менеджеров регионов или направлений. Основной отличительный признак свиноменеджера — отсутствие такой части тела как шея, и, как следствие, переход верхней части тела сразу в головогрудь. Это эволюционное изменение возникло в результате пережирания на корпоративах и бизнес-тусовках, где главная опасность для здоровья свиноменеджера — пережрать за шведским столом. Но, поскольку среднее количество бизнес-тусовок в месяц превышает возможности организма СМ к перевариванию пищи, у СМ появилась головогрудь.
Вторая отличительная черта СМ — исчезновение агрессии. СМ обычно похож на доброго розового поросёночка, который требует увеличения продаж, но не агрессивно, а как бы между делом (поскольку уже достиг немыслимых карьерных высот). При этом постоянно пиздит про бизнес, бизнес-проекты и прочую поебень.
И тут ВНЕЗАПНО грянул «весь из себя такой кризис, бля, Мировой» и — ooопаньки! — владельцам планктонов враз стало очевидно, что если и можно в кризис на чём-то сэкономить, то лучше обитателей офисов никого для этих целей не найти. Тысячи офисных тружеников были безжалостно выпилены нахуй — «оптимизированы» и уныло потянулись на улицу стройными рядами, торжественно неся в обеих руках надаренные руководством и коллегами в «тучные годы» именные кружки. Вопросы «Чем теперь платить за кредитный Форд фокус?», «Куда бы податься со специальностями „Работа с клиентами“ и „Поиск информации в Интернете“?», «А чо теперь со мну будет дальше?» уверенно заняли лидирующие позиции в Топ-10 насущных вопросов бывших «будущих граждан постиндунстриального общества». Самый очевидный и единственный ответ: «пиздуй работать ручками, пока остальные ёблами щёлкают» всё ещё вызывает лютое, бешеное отторжение и даже истерику, характерную для трёх-четырёхлетнего спиногрыза, узнавшего, что рано или поздно и мама, и папа, и сам он неизбежно умрут.

Таки выживают. Но с трудом. Волна невыплат по кредитам, как следствие — лишение ОП средств передвижения из дома в офис и обратно, бабла на поездку в Ебипет этим летом, а также закрытие многих мест обитания ОП (как то: нерентабельные суши-бары, клабы и прочие шопы), основательно потрясли мировоззрение этой заметно утончившейся прослойки населения. Работодатели опасались за свою жопу, что понятно, и выпиливали ОП безжалостно, не утруждая свой пошатнувшийся бюджет выплатами прописанных в законе мифических двухмесячных средних окладов. Планктонины подались в продавцы в магазинах, а кто и на рынок. Часть выживает на горбах родителей, ибо рабочий класс, к которому в большинстве принадлежат родители, всегда был, есть и будет.
Священный день для офисного планктона — пятница. В пятницу офисный планктон употребляет алкоголь (свято полагая, впрочем, что единственный существующий в мире коктейль — это мохито) и курит кальян. В пятницу все без исключения представители офисного планктона (которым невозбранно дозволено), вместо делового стиля, навязываемого им руководством в остальные дни, приходят на работу в джинсах.
Подтверждено британскими учёными! (пруф)
 
Разумеется, конкретный представитель ОП может отличаться от нарисованного выше сферического ОП в вакууме — например, не любить кальян и слушать классическую музыку, тем не менее, "ПЛАНКТОНОМ" от этого он быть не перестаёт.
В общем и целом, ОП является поднявшимся по деньгам вариантом быдла, сохраняя все присущие быдлу привычки, но обладает чуть более широким кругозором, имеет доступ в интернет и практически лишён агрессии — более «цивилизованная» его разновидность, то есть, выжить может только в городе. Основное свойство именно офисного планктона относительно другого быдла — широкая представленность в интернетах, прямо с рабочего места и несмотря на все усилия начальника по пресечению подобного. Показательна в этом плане населённость интернетов по времени в корреляции с рабочим временем в офисах. В выходные и вечером — никого, с 10 до 11 утра и с 16 до 19 — два огромных пика. Со временем, определённый процент ОП при должном усердии и прилежании, эволюционирует в успешного менеджера, а затем занимает руководящую должность типа начальника отдела. До топ-менеджера, впрочем, ОП никогда не дослужится, поскольку не обладает ни образованием, ни талантом. К 40 годам ОП имеет достаточно средств для воспитания и обучения детей, которые, конечно же, должны стать космонавтами, великими учёными, писателями, художниками и музыкантами. Хотя, на самом деле, редко какая планктонина способна привить своему чаду образ жизни учёного или космонавта — ведь для этого надо приучать чадо к труду и учёбе с малых лет, а это планктону неведомо. Следовательно, в большинстве случаев, участь чада — стать таким же планктоном.
В отличие от людей физического труда, к тому же обладая доступом в интернет и свободным временем, сабж имеет все возможности для расширения кругозора и самосовершенствования (потаскав мешки 8 часов кряду, человек хочет есть и спать, а не знаний). Однако, всё свободное и условно свободное (читай рабочее) время просто проёбывается безо всякой пользы вообще. «Ленииииивооооо…». То есть, полное отсутствие любознательности + лень = интеллект на уровне грузчика, помещённый в тщедушное тельце — вот вам и планктонина.
Несмотря на это, ОП отличается кристальной честностью. Так, на вопрос «Что делаешь?» — ответом, чуть более, чем всегда, будет «Сижу на работе». И действительно, ответ «Работаю» был бы неправдой.
Стоит заметить, что так называемый «средний класс» во все времена служил объектом насмешек. Мещане, мелкие чиновники и служащие, ремесленники и нэпманы всегда выставлялись различными писателями на посмешище (несмотря на то, что оные писатели нередко сами подрабатывали перебиранием бумажек в конторах). Теперь же пришла очередь «менеджеров среднего звена».
Средняя зарплата в офисе для планктонины с пятилетним стажем в московском офисе компании типа Кока-Кола, Нестле, Санинбев, Санофи-Авентис, Тойота будет где-то много. И, что немаловажно, сидеть будет планктонина в теплом офисе на мягком стуле, ездить туда из ипотечной квартирки (если планктон годный) на неплохой машине, возможно, даже корпоративной. И через 10 лет планктонина будет, с хорошей степенью вероятности, получать в … раза больше, ездить на машине дороже и жрать суши в более пафосных местах. И работать в офисе той же компании, или другой, ведь стулья везде одинаковы.
Планктонина действительно получает эти деньги абсолютно ни за что от глупых Санинбева и Тойоты. Ведь действительно, программы, с которыми работает ОП, сделаны далеко не ими и им подобными (а научить работать с тем же самым «Экселем» и т. п. можно даже младшеклассника); товары компании, на которую ОП работает, ясное дело, производят другие руки, которые получают за это копейки, как ни странно, особенно обидно тут за отечественных работяг.
Любопытно, что эти ваши менеджеры, выпускающиеся из современных вузов, не строят никаких иллюзий по поводу полезности собственного труда и прекрасно осознают, что всю оставшуюся жизнь им, при типичном стечении обстоятельств, придётся делать вид, что они работают. На означенный факт они цинично забивают и ещё на студенческой скамье начинают соревноваться в изобретательности, каким образом можно сымитировать максимальное количество работы с минимальной затратой усилий и времени. Они знают, это им пригодится.
Пока ты сидишь на шее у своих родителей и учишься в школе/быдловузе, тебе кажется, что уж лично ты никогда не опустишься до уровня офисного быдла, скучного и угрюмого, боязливого, едущего в метро с тусклыми глазками и с копейками, которые у планктона называются «зарплата». Ты амбициозен, ты плюешься и презираешь «фордфокусвкредит, ипотеку и Египет с Турцией», для тебя зарплата в 50 тысяч, которые получает средний начальник в крупной компании не деньги, тебе подавай много денег и сразу. А еще лучше — ничего не делать и получать деньги. Не замечаешь ли ты сам, к чему стремишься?
Тем не менее, ты считаешь себя креативным, ярким, инакомыслящим. Ты считаешь себя личностью. Нет, Личностью с большой буквы! А окончив оплаченный твоими родителями быдловуз и получив кусок картона, на котором будет написано «диплом», ты вообще возомнишь о себе нечто неебическое, что часто случается у современного молодняка. Скрипя зубами и все еще сидя на шее у родителей, ты устраиваешься в компанию на какую-нибудь мелкую должность. И вот теперь ты — офисный планктон. Это заразно, не правда ли?
Если у твоих родителей есть связи и тебя пристраивают на хорошую работу — то ты все равно стал планктоном. Просто благодаря своим родителям ты перешагнул несколько нижних ступеней карьерной лестницы. Не быть офисным планктоном можно лишь несколькими способами:
Что же касается унылости офисных клерков… Зависит уже конкретно от человека. Можно работать менеджером, важно не быть менеджером. Говно всегда останется говном, даже если унитаз будет из чистого золота. Но ты же яркая личность, тебе это не грозит!

Офисный планктон о работе. Осторожно, Петросянство!

Мнение типичного представителя ОП:

Мнение с имиджборд:
Это называется «экономика просиживания времени». Сейчас миллионы людей, по сути, не нужны. Они недостаточно квалифицированы, чтобы производить технологически сложный продукт. Они слишком умны, чтобы быть рабами на плантациях. Они не могут ничего производить, поэтому приходится платить им пособие. Однако они не хотят ощущать себя бездельниками. Поэтому требуется создавать им видимость работы.
Эта видимость работы и есть офисы. В офисах люди не производят добавленную стоимость, в офисах люди просто тратят своё время. Главное — не создать продукт, а отсидеть в офисе определённое количество часов. Подготовка к этому начинается ещё в университете, когда главное — не выучить самые современные знания, а тупо посетить все лекции и совершить все ритуальные действия на экзаменах.
Офис — это просто большая, растянутая во времени система эвтаназии. Офисы принимают на вход ненужных людей, создают им видимость жизни, а потом отправляют их в могилу. Согласись, это гуманнее, чем биореактор.