Свобода воли

Свобода воли (лат. "liberum arbitrium " ) — мутный философско-религиозный термин. Какбе дар человека, позволяющий ему выбирать вне зависимости от обстоятельств. Объект яростного фапа со стороны волюнтаристов и НЕНАВИСТИ со стороны особо упоротых детерминистов, гарантированно генерирует срач уже при попытке более-менее внятного определения, не говоря уже об отрицании. Прекрасная тема для троллинга теистов всех мастей. Несмотря на свою мутность и зыбкость, является фундаментом для уголовного права.
 
С древнейших времён свобода воли являлась дисциплиной Специальной Олимпиады. Теисты и философы срались друг с другом, высказывая самые разные взгляды на этот предмет: от полного принятия (волюнтаризм) до полного отрицания (детерминизм). Причиной такой полярности во взглядах является оценка человеческой деятельности, ведь если в человеке признаётся свободная воля, то он несёт полную ответственность за свои поступки. Если же свобода воли отрицается, то человек становится какбе несвободным в своих поступках, которые автоматически становятся неизбежными. У такого человека нет ни заслуг, ни вины перед Небом и Землёй, а значит — ни Бог, ни люди по идее не вправе наказать даже явного вредителя.
Ну и не забудем о старом добром ЧСВ: очень уж льстит прямоходящим обезьянам мысля о некотором перке, который типа отличает человека от всех остальных существ и приписывает сапиенсам особое преимущество полной независимости от других причин.
Буддизм отвергает наличие души, субстанционального «Я» — оно представляет собой всего лишь последовательность состояний, каждое из которых является причиной следующего и следствием предыдущего. Таким образом, человека как индивидуальности, отличающейся от других, нет. Спрашивается, кто же тогда принимает решения? Где волевой принцип и свобода выбора? На эти вопросы хитрожопый тролль Будда отвечал «благородным молчанием». Согласно буддийским представлениям, всё понимаемое нами под свободой воли есть только видимость, так как ничего нет, есть только пустота. Как только человек сможет осознать это, все вопросы отпадут сами собой.

В учении христианских товарищей свобода воли играет одну из ключевых ролей, причём каждый теолог трактовал её по-своему. Ориген считал, что до сотворения материального мира Б-г создал особые духовные сущности — души, каждая из которых была настолько оригинальна и свободна в своём выборе, что некоторые остались в <del>контакте</del> союзе с Б-м, а некоторые послали его КЕМ. Это привело к появлению различий на духовном уровне — так возникли души ангельские, демонические и человеческие. Наиболее удалившиеся от Б-га души впоследствии воплотились в телах земных людей, что является знаком их греховности. При этом тело не является скопищем зла и порока, как думали многие современники Оригена, оно выступает в качестве средства освобождения от греха и восхождения к святости. К слову, позже учение Оригена было осуждено как ересь, что символизирует.
Блаженный Августин рассматривал человека существом не просто мыслящим, но и проявляющим свою волю, почти всегда идущей в разрез с волей всемогущего Б-га. В этом проявляется личностное начало человека, способное сделать его либо Личностью™, либо законченным грешником. Человек может стать тру-Личностью лишь при полном подчинении своей воли божественной, ибо внутри каждого человека находится образ божий. Алсо, не следует забывать, что душа человека является главной целью и заботой как всеблагого Б-га, так и Сотоны. Поэтому человек, осмысливая себя как существо духовное, как «душу живую», должен сделать свободный выбор между этими двумя силами. Но, ЧСХ, Августин же и заметил: «Не во власти человека то, что проходит ему в голову».
Боэций думал, что всем порядком мироздания управляет Б-г, Его Промысел, а миром изменчивых вещей — Судьба, Рок, Фатум. Тут-то у него и произошёл разрыв шаблона: если всем мирозданием мудро управляет Провидение, то как тогда быть со свободной волей? Но утешительница Философия легко и непринуждённо разрешила эту загадку. Да, сказала она, всемогущий и всевидящий Б-г действительно присутствует везде и во всём. Он объемлет собой все вещи и события мира и может видеть всё наперёд. Но свобода воли всё же есть: она дана как "потенциальная возможность", как некий перк человека, позволяющий проявить свою волю в рамках того, что уже видит и знает Б-г.
Ансельм Кентерберийский воспринимал свободу не как произвольный выбор человека между грехом и праведностью, а как его сознательную волевую направленность на благо. Соотношение свободы человеческой воли и божественного Провидения Ансельм трактовал следующим образом. Сначала он спросил: с хуя ли в нашей жизни возможны случайности, если всемогущий и всевидящий Б-г предвидит всё наперёд? Как к этому относиться, что должен думать по этому поводу хомо сапиенс? Ответ: на самом деле Б-г действительно предвидит и пред-знает всё, поэтому нам только кажется, что что-то может происходить случайно и без всякой на то необходимости. В реале же всё происходящее случается по божественному предопределению, ибо существуют какбэ два божественных плана: в вечности и во времени. В первом всё предусмотрено и заранее задано Б-м во всей изначальности и бесконечности. Во втором Б-г предоставляет человеку определённую свободу воли и действия, что и порождает возможность случайных событий. Но и этот план не противоречит общему замыслу Творца о мире и человеке, главное — всегда сопоставлять свободу своих действий с целями и установками Всевышнего, и гармония будет достигнута.
Пьер Абеляр утверждал, что человек и его свободная воля к действиям выступают в качестве показателя той или иной степени отпадения от Б-га. Только сам человек несёт полную меру ответственности за всё то, что он совершает в жизни, а тело — это всего лишь инструмент, средство для совершения или несовершения поступков.
По Фоме <del>Неверующему</del> Аквинскому свобода — это действие разума, сопровождающего всякий акт человека. Например, делать добро — значит действовать в согласии с разумом, а делать зло — значит действовать против разума.
Иоанн Дунс Скот считал, что абсолютной свободой и абсолютной волей обладает только Б-г. От творит материальный мир в акте свободной творческой воли, при этом идеи вещей уже существуют в интеллекте Б-га, то есть мир духовный предшествует миру физическому. Отсюда вытекает необходимость признания того факта, что свобода воли Творца всё же существенно ограничена наличием существующих в его разуме Идей. При этом разум Б-га зависит от его воли, ибо он является только помощником в творческом акте. Таким образом, только активная свободная (пусть и ограниченная идеями) воля Б-га может рассматриваться в качестве миросозидающей силы. Сия точка зрения на волю как основную движущую силу мироздания получила в истории философии название "волюнтаризм", но как самостоятельное направление это учение впервые оформилось у Шопенгауэра.
Иоанн Лествичник полагал, что свобода воли — это доступность опций грехопадения во Адъ и погибель, или умервщления Христа ради души и членов телесных при живом уме. Послушный Господу, как мёртвый, не противоречит и не рассуждает ни в добром, ни во мнимо худом, ибо за всё должен отвечать тот, кто благочестиво умертвил душу его. Начало умервщления душевной воли и членов тела бывает прискорбно, средина иногда бывает с прискорбием, иногда без прискорбия, а конец уже без всякого ощущения и возбуждения скорби. Тогда в скорби и болезни сердечной бывает сей блаженный и живой мертвец, когда увидит, что исполняет свою волю, ибо страшит его бремя собственного осуждения. Спасающийся христианин добровольно продаёт себя в рабство Б-гу, чтобы за отречение собственной воли получить истинную свободу от всех грехов и унаследовать жизнь вечную.
Выдающийся арабский философ Ибн Араби считал человека конечной причиной и целью сотворения мира. При этом человек подобен как всему миру, так и самому Аллаху. Следовательно, и мир, и Аллаха можно постигнуть при соответствующей подготовке и целеустремлённости. Это возможно тем более, что великодушный Аллах всегда является «казначеем всех возможностей». Поэтому не существует никакого предопределения, никакой судьбы или фатальности. Человек в достаточной степени свободен в своих решениях и действиях, благодаря чему открывается возможность непосредственного восприятия Аллаха и общения с Ним.
Именно такой взгляд широко распространён в суннитском суфизме, а также в шиитских исмаилистских группах. Но надо понимать, что он не вполне ортодоксален. «Воистину, Мы сотворили каждую вещь согласно предопределению», — говорит сура аль-Камар, аят 49. При этом есть такой хадис:
аль-Бухари
Таким или иным образом, большинство мусульман всё же верят в предопределение судьбы Аллахом, но по-разному.
рабби Акива, Авот 3:15‏‎‎
С одной стороны, свобода воли в иудаизме — весьма важный принцип, влекущий за собой личную ответственность. С другой — Бог всё знает, например, возьмёшь ли ты на завтрак чай или кофе. Сей парадокс с древности рассматривался (и продолжает рассматриваться) во многих книгах.
Как следствие, борцы с религией в формате иудаизма отрицают сабж — типа, это всё химия в мозгу.
Сократ впервые в истории античной философии сформулировал понятие свободы. Он считал, что максимально свободным является тот, кто с помощью разума занимается самосовершенствованием. То есть, не будь рабом своего тела, не иди на поводу у своих физических желаний, умей обуздывать животные инстинкты, побори низменные страсти и пороки — и будешь ваистену свободен! А если ещё при этом будешь обладать душевным покоем и внутренней гармонией, то вообще не будешь страдать ни при жизни, ни после смерти.
Киники (в позднем произношении — циники) решили, что жить надо свободно, независимо ни от кого и ни от чего. Богатство, слава, роскошь, изнеженность, плотские удовольствия являются только временными явлениями, губящими душу, привязывающими к себе человека и уничтожающими его свободу. Поэтому, для достижения полного освобождения души и тела, истинный феласав должен жить максимально просто, довольствуясь лишь самым необходимым. Он должен послать на йух все блага цивилизации, все условности общества, любые душевные привязанности и вытряхнуть всех тараканов из головы. Только так человек станет абсолютно свободным и, следовательно, счастливым.
Самым выдающимся киником в этом плане был знаменитый Диоген. Для демонстрации своей свободы он сознательно нарушал все моральные и нравственные установки общества, проявляя порой открытое презрение к древнегреческому быдлу. Причём месье знал толк в извращениях и вообще был большим оригиналом. Например, вопреки общественным нормам мог нагло жрать на площади, заявляя при этом, что если можно голодать на площади, значит там же можно и утолять голод. Мог с похерфэйсом ссать на обидчика и срать в театре, говоря, что ничто естественное не может считаться дурным. Обожал гонять лысого на виду у всех, а в ответ на смущённые замечания восклицал: «Вот бы и голод можно было унять, потирая живот!». В общем, дядя развлекался как мог, наглядно демонстрируя свою свободную волю, и это лишь малая часть его проделок, о похождениях Диогена сохранились десятки анекдотов.
Основатель стоицизма Зенон Китийский одним из первых философов обратил внимание на зависимость жизни и смерти человека от неких внешних сил. Например, здорового человека покусала бешеная собака, и он умер в страшных муках. Или отряд храбрых воинов плыл на корабле, как вдруг — ВНЕЗАПНО налетела буря, и корабль со всеми пассажирами утонул. Цветущий город разрушило неожиданным землетрясением, кого-то уебало молнией, etc… Почесав тыковку, Зенон коротко и ясно изрёк — это судьба! Неотвратимая, неумолимая и часто весьма жестокая по отношению к человеку. Но даже если и наступает Адъ и Израиль, человек всё равно может быть счастливым, главное — мужественно, "стоически" встречать удары судьбы. Родился ты рабом или уродом, нищим или больным — это было не в твоей власти. Умерла у тебя любимая дочь, сгорел дом, пропали все сбережения — это от тебя никак не зависело. Так какой смысл хныкать и размазывать сопли, будь мужиком, блеать! Это ж судьба, от неё не убежишь!
Тут-то Зенон и столкнулся с интересным парадоксом. Предыдущие философы показали, что понятие счастья неотделимо от свободы (пусть даже и внутренней, духовной). Спрашивается, как это можно совместить с неотвратимостью судьбы? Ведь если весь жизненный путь человека предопределён, то ни о какой свободе не может быть и речи. Свалился кирпич на башку — значит это кем-то уже заранее было предрешено. Следовательно, остаётся только смириться со своей участью и подчиниться. Можно даже и не помышлять об изменении хода событий своей свободной волей. Что делать!?
Почесал Зенон тыковку ещё раз, и озарило его! Да, сказал он, судьба человека на роду написана, всё предопределено. Но человек свободен в выборе своего отношения к судьбе! Он может "принять" её такой, какая она есть, а может "не принять". В этом и заключается истинная свобода: нужно не просто смиряться с ударами судьбы, а "осмысленно" жить в таких условиях. Все поступки и решения должны согласовываться с тем, что неизбежно должно совершиться. Посему истинный стоик обязан «слушать» и «слышать» свою судьбу, ни в коем случае не сопротивляясь ей. Отсюда и знаменитая стоическая поговорка: «Желающего судьба ведёт, нежелающего — тащит».
 
Сей ЕРЖ строил свою философскую систему на понятии субстанции, подразумевая под ней Бога, который, в свою очередь, является самой природой во всех её проявлениях. Бог (субстанция) всегда является причиной самого себя. Субстанция постижима для человеческого разума, проявляет же она себя через атрибуты и модусы. Атрибутов у субстанции всего два — протяжённость и мышление. Каждый из этих атрибутов состоит из бесчисленного множества более мелких, частных проявлений самого себя — модусов.
Итак, всё в Боге и от Бога. При этом люди сохраняют абсолютную личную свободу, являющуюся модусом двух атрибутов, которые суть только проявления того, что уже произошло внутри субстанции. Всё происходящее с людьми уже произошло в Боге, а они лишь включены в логическую цепь событий, составляющих картину их жизни. Поэтому свобода человека заключается в умении быть самим собой, соответствовать своему предназначению, следовать своей природе. Необходимо осознать себя как часть единого, целого, вечного. Благодаря такому осознанию и постижению себя люди и становятся истинно свободными, причём эта свобода является полностью необходимой. Проще говоря — свобода по необходимости.
Если всё является только проявлением одного и того же божественного принципа, следовательно, ни о каких случайностях и тем более чудесах и речи быть не может. Все якобы «случайности» на самом деле являются видимостью, иллюзией воображения. Все события происходят с необратимостью и необходимостью, идущими от самой природы Бога.
Взаимоисключающие параграфы налицо: Спиноза наделил человека свободной воли и в то же время обосновал детерминизм.
Готфрид Вильгельм видел мир, состоящий из особых духовных, наделённых сознанием частиц, «элементов всех вещей», как он сам их называл. Они же меметичные лейбницевские "монады". Эти частицы заполняют собой всё пространство Вселенной, находясь в определённой иерархии по отношению друг к другу. По Лейбницу, сознание, которым обладают монады, присуще в той или иной степени всему живому и неживому миру. Следовательно, и монады соотносятся друг с другом в зависимости от уровня своего сознания. При этом ни одна из них не может воздействовать на другую.
Если монады никоим образом не взаимодействуют друг с другом, спрашивается, каким образом осуществляется взаимодействие всех вещей в мире, включая разумные и целесообразные действия человека в процессе его жизнедеятельности? Декарт, например, сломал мозг, пытаясь объяснить взаимодействие материального человеческого тела с его нематериальным духом. Лейбниц также долго ломал голову, пока наконец не выдал свою не менее меметичную теорию о предустановленной гармонии.
Согласно этой теории, мудрым и всеблагим Богом было заранее задумано и спроектировано всё прошлое, настоящее и будущее во Вселенной. Каждое малейшее движение души или тела любого из людей уже давным-давно запрограммировано Богом, от начала веков всё уже было в сознании Творца. Почему же мир такой, а не иной? Потому, просвещал Лейбниц, что таким его сделал всеблагой Бог, а выбрал Он лучший вариант из бесчисленного множества возможных. Поэтому наш мир — наилучший из миров! Как бы не так, тогда откуда и почему в мире берётся зло? Если всё от Бога… Авотхуй, радостно разъяснял Лейбниц, в существующем в мире зле вины Бога нет и быть не может. Зло лишь воспринимается нами как таковое, ибо мы не можем увидеть весь план Бога, направленный только на созидание и добро. Поэтому — всё к прекрасному в этом наилучшем из миров!
Тут-то оптимист Лейбниц и попался в ловушку собственных софизмов. Действительно, сам же сказал, что Богу заранее обо всём известно, спрашивается, о какой свободе воли и выбора может идти речь? Лейбниц попытался совместить несовместимое — он утверждал, что свобода человеческой души заключается в том, чтобы зависеть только от самой себя, но не от чего-либо другого. То есть, все спонтанные действия монад в процессе своей жизнедеятельности и являются истинной свободой в лейбницианском мире. Но очевидно же, проблема так и не решается: если Богу известно всё заранее, то свобода души оказывается лишь иллюзией. Какой же смысл тогда в морали, нравственности, этике? Перед стеной этих вопросов Лейбницу оставалось только свалить всё на Бога, которого он так удачно было отмазал от совершающегося в мире зла: Его истинные планы всегда остаются неизвестными человеку.
Дэвид Юм раскритиковал закон причинно-следственных связей, показал, что никакой необходимости не существует, опроверг индукцию, в общем — полностью обосрал детерминизм. И в то же время…
Каждый человек, говорил Юм, обладает двумя основными способностями воспринимать природу — впечатлениями и идеями. Помимо них в природе человека также присутствуют "страсти", напрямую зависящие от таких проявлений души, как "удовольствие" и "боль". Все поступки человека Юм так или иначе относил к этим двум видам внутренних впечатлений. При этом даже самый волевой человек практически не в состоянии сопротивляться страстям, ибо «разум никогда не может противостоять страсти в управлении волей». Отсюда и соответствующее понимание свободы, которая, по Юму, является всего лишь отсутствием принуждения извне, спонтанностью. Нет ни свободы как необходимости, ни воли как преодоления страстей.
Тролль, лжец и девственник Иммануил считал, что самым первым чувством в сознании человека является чувство долга, он-де появляется раньше всех остальных чувств и понятий человеческого сознания. В силу этого люди и получают бесконечную, практически ничем не ограниченную свободу воли. То есть свободным человека делает долг! В самом деле, находясь в состоянии выбора между двумя возможными поступками, люди оказываются в положении абсолютной свободы. Например, предположим, что кассир в магазине дал сдачу намного больше положенной, а человек заметил это только после прихода домой. Вот тут-то и наступает момент истины: вернуться ли в магазин и отдать лишнее или воспользоваться таким подарком судьбы? Эти мгновения бесконечной свободы можно продлить свободным моральным выбором, ведь ничто, кроме чувства долга, не заставляет человека возвращать деньги кассиру-идиоту. И если человек решает поступить в соответствии с долгом и вернуть деньги, то в такую минуту он является абсолютно свободным и морально поступающим.
Герр Артур признавал принцип причинности как имеющий первостепенную важность в деле конструирования мира. Он насчитывал четыре основные формы принципа причинности:
Но только одной причинностью всё наше представление о мире и сам мир не исчерпываются. Для того, чтобы запустить «механизм» рассудочных суждений об объектах, да и для всех остальных наших поступков и действий, необходима особая движущая сила, которую Шопенгауэр обозначил как "воля". В целом, благодаря введению в философию понятия воли учение Шопенгауэра стали называть "волюнтаризмом", о чём подробнее ниже.
Фридрих Вильгельм передрал идею воли у Шопенгауэра и сделал ключевым понятием своей философии «волю к власти», дополнив идею воли характеристикой тяготения к власти на любом уровне биологической жизни. Воля к власти более всего присуща человеку, но и в мире природы она проявляется с не меньшей силой. «Из-за чего деревья первобытного леса борются друг с другом? Из-за власти». Сама жизнь, по Ницше, постоянно «стремится к максимуму чувства власти».
Воля является одним из ключевых понятий учения Шопенгауэра. Он понимал её как единое, общее начало, движущую силу всех процессов на Земле и в космосе. По своей сути и природе она не поддаётся никакому человеческому осмыслению и определению. В своих действиях она совершенно свободна, ничем и никем не ограничена. Она бесцельна, то есть в своём свободном движении не руководствуется никакими соображениями, целями и интересами. Помимо этого, воля не знает покоя — она ненасытна и вечно не удовлетворена. Она является сущностью нашей жизни, так как ей подвластны все силы природы, ею определяются все мотивы человеческих действий, мыслей и устремлений.
Проявления этой вездесущей воли бесчисленны. Сам Шопенгауэр усматривал «волю в силе, питающей растения, дающей форму кристаллу, притягивающей магнитную стрелку на север и гетерогенные металлы друг к другу… камень к земле, а землю — к небу». То есть даже законы физики подчиняются этой слепой безудержной силе, равно как и остальные естественно-научные законы (химии, математики, геометрии, астрономии) также основаны на волевых принципах. В животном мире воля проявляется в виде борьбы за существование. Неживая природа являет образцы воли и в бурном речном потоке, и в морских штормах, и во всевозможных стихийных бедствиях. Но Шопенгауэр подчёркивает, что воля везде проявляется с разной степенью активности, возрастая по мере оживления природных сил. «То, что является в облаках, ручье и кристалле, это — слабый отзвук воли, которая полнее выступает в растении, ещё полнее в животном и наиболее полно в человеке».
Что касается человека — то он является высшей стадией существования природы, венцом всего материального мира. В нём, как в единственно возможном субъекте, наиболее полно сконцентрирована мировая воля, проявляющая себя в войнах, конфликтах, столкновениях, порывах, стремлениях, страстях, причём более всего она видна в духе соперничества. Даже в самом незначительном движении человека заключена воля. Ничто в мире, говорит Шопенгауэр, не заставит меня встать с табуретки, кроме моей собственной воли. Поэтому воля определяет все наши поступки, и, поскольку человек обладает сознанием, то он является и наиболее уязвимым из всех живых существ. Он страдает от своих неуёмных вожделений и страстей, от неудовлетворённости своим положением, от вечных страхов и тревог, от несбывшихся мечтаний. Более того, приобретая знание (что также является проявлением воли), он умножает свои страдания, причём чем тоньше и глубже знание, тем сильнее страдания. В этом смысле гений — самый большой страдалец.
Таким образом, по Шопенгауэру жизнь представляет собой трагедию. Ужас человеческого бытия дополняется полным отсутствием у человека какой-либо… OMG! OH SHI--… свободы воли и действия! WTF!? Опять нет свободы воли? Да, всё в нашей жизни жёстко предопределено, всё предустановлено. Правда, возникает впечатление, будто свободными являются действия могучей и ничем не ограниченной воли. Но это всего лишь иллюзия, поскольку воля есть тёмная по своей природе сила, все её действия слепы, хаотичны, порывисты. В силу этого весь мир находится в состоянии постоянного становления. Это — мир бесконечной цепи рождений и смертей, заколдованный круг, из которого нет выхода. Правда, человек всё же обладает некоторой степени свободы, проявляющейся в том, что он способен к познанию, к некоему «возвышению сознания». Но это предел его свободы.
Таков классический, шопенгауэровский волюнтаризм. Со временем понятие приобрело другие значения, например в значении качества личности волюнтаризм — это склонность игнорировать в своей деятельности реальные обстоятельства, объективные законы природы и общества. Волюнтарист не утруждает себя анализом и исследованием сложности конкретной социальной ситуации, ограничиваясь своим поверхностным восприятием. Действуя в связке с импульсивностью, он хватается за первую мысль, пришедшую ему в голову и упрямо настаивает на её реализации. На первый план волюнтарист выдвигает идейно-психологическую сторону вопроса, забывая о предметно-содержательной его составляющей. В результате слова волюнтариста приходят в противоречие с закономерностями и естественно складывающимися тенденциями общественной жизни. В качестве примера можно привести Калигулу, когда он, пытаясь поправить вконец расстроенные финансы Империи, приказал собрать обычные морские ракушки и объявил их деньгами. Неудачно.
Но все рекорды по демонстрации волюнтаризма побил товарищ Хрущев. Это и «догнать и перегнать», и освоение целины, и кукуруза и ещё много чего. Неудивительно, что после проделок дорогого Никиты Сергеевича слово «волюнтаризм» стало крайне ругательным и неприличным, на что намекает, например, одна из знаменитых сцен в «Кавказской пленнице» Гайдая. Сам Брежнев словил лулзы от такой подъёбки предшественника и разрешил фильм в прокат.

 
Адепты культа демона Лапласа жёстко отрицают сабж. Одним из столпов детерминизма является идея предопределения, следовательно, не важно как поступит человек, любой его поступок уже "заранее предопределён", поэтому его нельзя будет назвать свободным. Другим столпом является идея всеобщей причинности, следовательно, любые поступки имеют в своей основе какую-нибудь объективную "причину" и также не являются свободными.
Детерминисты вслед за эпикурейцами делают упор на то, что в силу своей сущности человека неизбежно должны притягивать, определяя его волю, предметы, вызывающие или обещающие приятные ощущения и считаемые им полезными, и отталкивать вредные и опасные. С помощью опыта человек знает, к чему он должен стремиться и чего опасаться. Предположим, что человеку очень хочется пить, и он замечает источник с чистой водой. В его ли власти желать или не желать вещи, которая может удовлетворить мучительную потребность? Очевидно же, человек не может не хотеть удовлетворить её. Но, возразят на это, предположим, выяснится, что вода отравлена. Значит, несмотря на жажду, разумно мыслящий человек всё же воздержится от употребления такой воды. Отсюда индетерминисты сделают вывод, что воля человека свободна. На самом деле, до того, как человек узнает, что вода отравлена, его с необходимостью побуждает пить жажда. Но точно таким же образом новое открытие необходимым образом побуждает его не пить, поскольку инстинкт самосохранения уничтожает или приостанавливает первоначальный импульс, сообщённый воле жаждой. Второй мотив становится сильнее первого, страх смерти необходимым образом побеждает ощущение жажды. А если жажда будет настолько сильной, что неосторожный человек, не обращая внимания на опасность, всё же решится выпить воду? В таком случае первоначальное побуждение превозмогает и необходимым образом заставляет действовать человека, поскольку оно оказывается сильнее другого побуждения. Но в обоих случаях поступки человека одинаково необходимы: они являются следствием более могущественного и сильнее действующего на его волю мотива.
С помощью этого примера можно объяснить все явления воли в детерминизме. Ключевым фактором является более сильный мотив, необходимым образом воздействующий на волю и заставляющий человека принимать конкретное решение. Этим мотивом всегда является PROFIT, ожидаемый человеком в настоящем или будущем от поступка, на который он решается.
Но бывает же и так, что человек совершает безразличные действия, не ожидая от действия пользы или вреда? Ведь если предложить кому-нибудь пошевелить или не пошевелить рукой, то что он с этого получит? Здесь человек явно властен в своем выборе и, значит, свободен. Но в данном случае вызванное спором желание доказать свою свободу станет новым повелительным мотивом, который побудит волю человека к тому или иному из этих движений. Аналогично, даже если человек намеренно покалечит себя или вовсе убьется апстену: он сделает это из-за внутренних мотивов, например, гордости, желания поразить, удивить и запугать оппонента своим бесстрашием, отчаяния, etc.
С позиции детерминизма отсутствие свободы воли досконально разобрал Поль Анри Гольбах в своём монументальном труде «Система природы».
Биологи же, только-только начавшие приоткрывать тайну тёмного, не подлежащего исследованию предмета, ответственно заявляют, что, с одной стороны, все поступки человека, кажущиеся ему осознанными, управляются этим самым предметом, а значит вполне познаваемы с помощью законов материального мира, поведение человека социально адаптивно и не может идти наперекор среде обитания , поэтому все мы <del>зомби</del> биороботы. С другой стороны, те же самые биологи, признают, что надо учесть туеву хучу переменных, чтобы раз навсегда предсказать судьбу конкретному индивиду, и на вычисление её без погрешностей времени уйдёт едва ли меньше, чем осталось до гибели Вселенной. Да и самим чел-овекам приятна мысль о своей непричастности к роду тварей дрожащих, вывозящих за базар и поступки. Алсо «вор должен сидеть в тюрьме» FTGJ.

Современные опыты в нейрофизиологии четко показывают, что любому произвольному сознательному движению предшествуют бессознательные подготовительные процессы — т. н. потенциал готовности. Первопроходцем в этой области считается ЕРЖ Бенджамин Либет. Проделанные эксперименты невероятно просты — испытуемого просят свободно и произвольно двинуть пальцем, когда ему захочется, при этом запомнить время принятия решения по специальным часам. По показаниям показометров, сознательному решению предшествует в среднем полсекунды бессознательной мозговой активности. Исходя из этого, Либет сделал вывод, что сознание не инициирует действие(не принимает решения о начале действия).
Точки над «и» расставил профессор Джон-Дилан Хайнес в своем эксперименте, который получил название «эксперимент группы Хайнеса». Суть эксперимента примерно следующая: испытуемым предлагалось самостоятельно принимать решение, на какую из двух кнопок нажимать — левую или правую. От них лишь требовалось осуществить нажатие сразу после того, как кнопка была выбрана. Во время эксперимента на экране показывались буквы, сменявшие друг друга каждые полсекунды, и испытуемые должны были запомнить, какая именно буква находилась на экране в момент принятия решения. Активность мозга регистрировалась с помощью функционального магниторезонансного имиджинга (фМРИ) — широко распространенного сейчас метода, позволяющего регистрировать во всем объеме мозга небольшие локальные реакции кровотока на нейрональную активность. Сканирование производилось через каждые 2 секунды с пространственным разрешением 3 мм.
Момент сознательного принятия решения легко вычислялся по тому, какую букву испытуемый видел на экране, когда принимал решение. Оказалось, что лишь в 1,4% случаев принятие решения предшествовало нажатию более чем за 1,5 секунды. В сравнении с этим временем момент, когда по активности в некоторых структурах мозга уже можно было предсказать, какая из двух кнопок будет нажата, отстоял от момента принятия решения на огромную величину — 7 секунд! Сделав поправку на инерционность метода фМРИ, авторы работы отнесли время появления предвестников будущего решения еще дальше — за 10 секунд до момента, когда испытуемым казалось, что они принимают это решение. А 7-10 секунд — это уже не полсекунды.
Так что, у нас скорее есть не «Free Will», а «Free Won't».
В общем, по последним данным, которыми располагает нейронаука, сторонники компатибилизма и либертарианизма соснули хуйца. Такие дела.

В юриспруденции проявлением свободной воли индивида считается действие/бездействие, совершённое без принуждения со стороны других лиц, и последствия которого индивид отчётливо осознаёт. Мякотка тут заключается в том, что юристы ребятки весьма ушлые, у себя в тусовке ведут всякие наукоподобные беседы про свободу воли и философские основания. А на практике используют два критерия: а) принуждение, б) осознание последствий. ЧСХ, несмотря на то, что свобода воли объявляется философским основанием юриспруденции, в УК этого определения не найти, комплекс вины там определяется без него.
Поскольку уголовное право является прикладной отраслью, то свобода воли фигурирует там исключительно в качестве критерия можно/нельзя применять санкции к мудаку, нарушившему ЗАКОН™. Точнее даже не можно/нельзя, а расстрелять его нахуй или просто закрыть в дурке, ибо гуманность и всё такое. В УП даже есть разница, выебал ли ты, а потом расчленил (или наоборот) лоли по своему хотению, или тебя к этому принудили более доминантные самцы под угрозой, скажем, отрезания МПХ. То бишь, если сумеешь доказать факт второго — то спрос с тебя меньше, ибо действовал под угрозой расправы. Как-то так. Выполнение незаконного приказа так и вообще может отвести цугундер от солдафона, но на практике такие дела крайне редки.
Помимо принуждения, в уголовном праве есть понятия непреодолимой силы и казуса, которые исключают волевое действие лица и, соответственно, являются основанием для освобождения от ответственности. Казусы порой представляют собой довольно курьёзные ситуации, достойные планов Белого и Серого из «Кота Леопольда»:
К. был осуждён за неосторожное убийство, совершенное при следующих обстоятельствах. Закурив на дороге, он бросил через плечо горящую спичку, которая попала в лежавшую у дороги бочку из-под бензина и вызвала взрыв бензиновых паров. При этом дно бочки вылетело и, попав в С., причинило ему смертельное ранение. Учитывая данные обстоятельства, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР пришла к выводу, что смерть С. наступила в результате несчастного случая, поскольку в обязанности К. не входило предвидение и предупреждение фактически наступивших последствий, следовательно, он причинил их без вины.
В целом, уголовный кодекс интересует, была ли твоя воля свободна от воли других индивидуумов и непреодолимой силы в момент совершения преступления, ну и не протекла ли у тебя крыша. А на всякие отмазки, мол, сие было детерминировано <del>свыше</del> всем похуй.
Изучением свободы воли применительно к уголовному судопроизводству занимается философия права, и, как в любой другой гуманитарной науке, там нет единого ответа на вопрос о наличии этой самой свободы и её соотношении с другими правовыми институтами, а имеется множество поливающих друг друга несвежей аргументацией школ со своими подходами, и в лучшем случае ответом на поставленный вопрос будет являться более-менее жизнеспособная амальгамация нескольких точек зрения. Есть и те, кто считает свободу воли юридической фикцией, и на основании этого заявляет, что-де все поступки людей детерминированы и их можно исчислить, например, с помощью кибернетики. Ломброзо так и вообще утверждал, что некоторым на роду написано стать человеком преступным, особливо это касается тех, кто рожей не вышел. На ум сразу приходит Футурама, где идея была доведена до абсурда: там киборг «Оракул» на основании исходных данных прогнозировал преступления ещё до того, как они свершились, и обезвреживал ещё пока невиновных «преступников». Принятие данного подхода означало бы, что в тюрьмах, тащемта, содержатся сплошь невинные жертвы обстоятельств, и их следует выпустить или, накрайняк, выселить в специальные пансионы. Да всю старую уголовку пришлось бы выкинуть на помойку отвергнутых теорий. Поэтому большинство юристов сходится во мнении, что свобода воли, пусть даже и ограниченная криминологическими особенностями преступника, таки есть. Хотя корректнее и точнее было назвать это понятие свободой действия, а свободой воли его называют чисто по традиции. На наличии свободы воли зиждется Справедливость™. 
Философ-кун сообщает, что в юриспруденции справедливостью называется скорее целесообразность, то есть соответствие деяния и воздаяния. Справедливость в чистом виде бессмысленное и бессодержательное понятие, поскольку сама природа его не разделяет. Люди рождаются очень разными, их изначальные потенциалы кардинально разнятся меж собою. Обусловлены эти различия генами и средой, в которой с самого рождения пребывает индивид. Справедливость подразумевает равное и не предвзятое отношение ко всем без исключения, но если люди рождены неравными( а они рождены неравными), то справедливость невозможна в принципе поскольку она требует либо предвзятости и разности отношений к людям изначально, либо разность проявится в результатах их деятельности. Грубо говоря, будет либо разное распределение средств и разное отношение с ожиданием приблизительно равного результата, либо равное распределение средств и равное отношение и тогда отдача в виде результатов будет отличаться. Кто-то красивее, кто-то умнее, кто-то талантливее, кто-то работоспособнее и целеустремлённее, кто-то более трудолюбив. Все эти качества, вернее возможный диапазон их вариантов, как утверждают психогенетика и эволюционная психология, предопределён генами. И в зависимости от условий среды они активируются. Чтобы заслужить то или иное (справедливое) отношение к себе нужно иметь определённые качества, но нельзя заслужить наличие качеств, ведь чтобы их заслужить нужны изначальные качества, а для того чтобы заслужить эти качества были бы нужны еще более первичные качества и эта рекурсивная регрессия ушла бы в бесконечность. В таком случае справедливость отталкивается от лотерейного принципа и это уже несправедливо. Черты характера и личные качества выпадают рандомным образом, а заслужить что-либо можно только с их помощью. Вернее у них есть свои причины в геноме предков, но формируется он в процессе адаптации посредством мутаций, которые настают еще задолго до рождения индивида. 
Такой порядок вещей активирует непроизвольную дефекацию обожженной глиной даже у самых труъшных ПГМ-нутых. Вопросы а-ля "Что это за такая свобода воли ради которой необходимо зло и обречение миллионов и миллиардов на вечные адские муки, притом что она доступна не всем? Где справедливость: почему одним существам достается животная душа без свободы воли, а другим — человеческая со свободой? Где справедливость: почему одному субъекту повезло быть богом, а другой вынужден довольствоваться судьбой комара? Что за метафизическая лотерея? Почему бог по своему существу имеет преференцию в виде всемогущества, он получил её не прикладывая никакого усилия, человек же еще должен что-то там заслуживать, а животному и подавно отказано даже в этом праве. И это справедливость? Говно какое-то, пидоры, блядь. Разрыв шаблона и ануса с реками кровавого поноса гарантирован.
Ситуация усугубляется еще тем, что не существует объективных критериев правильного и неправильного, они существуют только в больном воображении ̶м̶о̶р̶а̶л̶ф̶а̶г̶о̶в̶
̶моральных абсолютистов. На самом же деле, как утверждал Витгенштейн, моральные суждения не могут быть истинными или ложными. Моральные суждения обусловлены личными предпочтениями и социально-культурным контекстом. К примеру, либерасты осуждают мусульман за женское обрезание и религиозный монополизм, а мусульмане могут упрекнуть демократическое капиталистическое общество в том, что на билбордах, стоящих рядом может быть как призыв жертвовать на храм, так и реклама пива, трусов и колбасы, дескать духовность и сакральность становится такой же маркетинговой единицей как жратва и вещи первой необходимости. И каждый по своему будет прав. И у каждого свои законы, и для каждого они непогрешимы.
Поэтому законы не отображают принципов какой-то там абстрактной высшей справедливости, в их основе лежат вполне конкретные представления о целесообразности в рамках социального договора. Вина преступника заключается в том, что он поступает неприемлемым для конкретного социума образом. Но он не виноват в том, что он обладает таким мозгом и геномом, которые через призму среды, которую он, кстати, тоже не выбирал, обрекли его быть тем, кем он есть.
Человек не виноват в том, что он является виноватым по критериям общественного представления о допустимом. Американский философ Дерк Перебум раскрывает суть вышесказанного в своей книге «Жизнь без свободы воли» с помощью четырёхступенчатого манипуляционного аргумента чуть более, чем полностью. 
Однако и общество не виновато в том, что определенные действия вызывают у него батхёрт. 
Анон, представь себе мерзкую многоножку, виновата ли она в том, что она такая мерзкая, выбирала ли она быть такой? — Нет. Виноват ли ты в том, что тебя приводят в ужас многоножки, выбирал ли ты свой способ реакции на них? — Нет. Ты убьешь многоножку несмотря на то, что она не виновата в своем мерзком виде, да и ты не особо виноват в своей нелюбви к многоножкам. Приблизительно так и с уголовной системой. Как в басне у Крылова: "Ты виноват лишь в том..." 
Биолог-популяризатор Александр Марков в своей винрарной книге "Эволюция человека: Обезьяны, нейроны и душа. " пишет следующее: "Мы говорим нарушителю: извините, но нас не устраивает, что ваш мозг так устроен. Вы всех уже тут достали со своим мозгом. Поэтому мы постараемся сделать так, чтобы ваш мозг стал устроен иначе."
Человек не виноват, виноват мозг? — Тогда следует наказать мозг, а он несильно отделим от человека. Нарушитель не виноват в том, что его судьба быть нарушителем, а общество не виновато в том, что оно этого не приемлет. 
Справедливости нет в природе, так же она концептуально неверна в метафизическом смысле, да и на практике не очень осуществима. Вспомнить даже троллинг Битцевского маньяка. Он утверждал, что если его убьют, то только один раз, а он убил 60 человек, если же он просидит в тюрьме 60 лет, то это по году за убитого, за кражу дают больше. При любом раскладе он в победителях. Пичушкин всех выеб, в том числе выеб и судовую систему.
При самых страшных и многочисленных преступлениях принципы соответствия деяния и возмездия, на которых и зиждется справедливость в самом примитивном её смысле соблюсти невозможно. При самых тяжких преступлениях справедливость невозможна чисто технически и пример Пичушкина как нельзя лучше это иллюстрирует. Очевидно что, если ты убьешь 200 человек, то не сможешь просидеть в тюрьме 200 жизней или быть 200 раз казнённым. Принцип соответствия деяния и возмездия нарушен. Справедливость не работает.
Философы права и юристы в большинстве своем не отрицают того, что справедливость имеет условный характер, что она основана на общественной полезности и целесообразности, а не на абстрактных идеалах, а под свободой воли понимается свобода действия. Свобода действия, кстати, такой же мутный и бессодержательный термин, он ничем не лучше свободы воли, ведь предполагает независимость от внутренних и внешних факторов принуждения. А грань между внутренним фактором принуждения и просто внутренним фактором так же неясна и размыта. Если у тебя опухоль в голове и удается доказать, что она была причиной твоей агрессии, то к тебе уже другое отношение, а вот на то, что у всех людей есть индивидуально работающая эндокринная система, которая выделяет гормоны, отвечающие за агрессию всем плевать, ссать уголовный кодекс хотел на индивидуальную специфику работы гормонов.
Хотя американская судебная практика знает прецедент, когда заключённому заменили вышку на пожизненное , когда адвокат предоставил суду результаты генной экспертизы. Адвокат сумел доказать, что в ДНК подсудимого содержится ген, вернее аллель 3R гена МАОА, которая при определенных условиях значительно повышает агрессивность, а так же сумел доказать, что эти условия так же имели место быть. 
Поэтому всё это очень условно, справедливостью называется целесообразность, а свободной волей — отсутствие принуждения со стороны внешних факторов и внутренних( психических расстройств и т.п.). Свобода и справедливость — блеск и пафос, просто некая дань традициям. В практическом уголовном праве не до рефлексий и тонких смыслов, главное чтобы работало. 
Быдлограждане закон соблюдают, суды судят, приговоры выносятся, нарушители наказываются, а сведущие люди хихикают в сторонке. 
Преступник сидит в тюрьме не потому что он виновен или нет, а потому что так полезнее и безопаснее для общества. И этого вполне достаточно для полноценного функционирования законодательной системы и судопроизводства. Так что, дорогой анончик, коль вздумаешь применить свои теоретические познания в области гуро на местных лоли, то ты, конечно, не будешь виноватым, но и в твоем разорванном на зоне анусе ничьей вины так же не будет.