Проханов

Александр Андреевич Проханов (также "Профанов, Проханчик, Потроханов, Проша, Дед Прохан, Прикольный динозавр") — извергатель красно-коричневого словесного поноса ртом, пейсатель букв руками, «соловей Генштаба», метафизический гном кремлёвской пропаганды и ещё один достойный экспонат политической Кунсткамеры в ряду престарелых идеологов сектантской квазисоветской направленности вместе с Зю и Курги. В прошлом с тем же успехом обслуживал либерастов, пописывая в Ad Marginem, как ныне обслуживает Путинскую олигархию. До недавнего времени сабж особо доставлял регулярными вылазками на Эхо Мацы, в лагерь врагов русской государственности.
Люди, хоть мало-мальски знакомые с письменной или оральной самодеятельностью Проханова, знают, что любимыми словами персонажа являютя: «мистический», «метафизический», «таинственный», «космический», «лучезарный», «великолепный», «империя», «Государство Российское», «<del>Евrазия</del>» и «Сталин».
 
Александр Андреевич родился 26 февраля 1938 года в семье потомков ссыльных баптистов в Тбилиси, однако совсем скоро его семья перебралась в Москву. Дедушка Проханова был видным баптистским проповедником — переводя на реалии нынешней РПЦ, почти как сам Кирилл. Отец Проханова погиб под Сталинградом в 1943 году. Ещё будучи ребёнком, маленький Саша во время первомайской демонстрации увидел на трибуне Мавзолея в лучезарной дымке метафизическую, мистическую фигуру Сталина, которая до последних дней стала будоражить душу будущего кремлёвского пропагандиста. По словам самого сабжа, когда Сталин умер, его сразила невиданная хворь, и лишь пролежав пару-тройку недель в потной постели, юный Александр понял, что случилось. После окончания в 1960 году Московского авиационного института, Проханов полгода проработал в научно-исследовательском институте, который занимался проектированием ракет. Однако, судьба простого советского инженера была не по душе Александру Андреевичу, и он решил слинять от работы на режимном объекте. Проханчик бежал в Б-гом забытую деревушку в Карелии и там, питаясь мхом и кореньями, стал практиковать писательское дело. После этого работал экскурсоводом на Кольском полуострове, участвовал в геологической экспедиции в Туве. Вернувшись в Москву, был схож с развратной антисоветской движухой, и вообще был известен как франт, позёр и тусовщик. И так продолжалась бы антисоциальная и нонконформистская жизнь Профанова, а он сам, вероятно, к седым годам стух до уровня банального либераста-диссидента, если бы не одно мистическое метафизическое странствие.
В 1969 году он отправился в качестве спецкора от «Литературной газеты» на советско-китайскую границу. За пару дней до этого там, на острове Даманском, произошло первое военное столкновение между доблестными советскими патриотами и китайскими провокаторами. Поджав свои павлиньи хвосты, оскалив мерзкие гнилые зубы, китайские каратели бежали с поля брани, потеряв две сотни своих силовиков. Красная постСталинская империя потеряла 31 русского ратника. Находясь практически на острие событий, Проханов проникся мистикой русской беды, метафизикой русского смысла, космосом мистической метафизики, и стал оголтелым певцом Империи, видя в мощном государстве силу, которая поставит заслон жёлтой угрозе и прочим кавернам и бедам. После этого бренный земной путь персонажа таинственным образом переменился: последовали бюджетные круизы в Анголу, Никарагуа, Кампучию и Афганистан. Один из уикендов в 1979 году сабж провёл в Пномпене, только что освобождённом от полчищ Пол Пота. В общем эти обстоятельства жизни Проши и предопределили его взгляды на Совок. Куда лучше жить, когда пользуешься свободой, недоступной подавляющему большинству населения страны, колесить по всему свету, выполняя поручения КГБ, трахать за казённый счёт испанок и негритянок и курить ганджу в пыльных ущельях Паропамиза.
Однако, всё хорошее когда-нибудь заканчивается. И счастливая молодость Александра Андреевича, прожитая под звуки канонад русских экспедиционных полков, рёв и грохотанье грандиозной советской техносферы, тоже. В 1985 году элита Красной Империи, продавшаяся за тридцать триллионов сребреников нашим заокеанским партнёрам, разгадала алхимические коды русской государственности, обрушив на евразийские просторы каскады тьмы. Во главе этой страшной тёмной метафизики находился агент западных политтехнологов Михаил Горбачёв, живущий на кормлении у извечных врагов русского мессианства. Он поочерёдно выдёргивал из-под фундамента Тысячелетнего Царства его главные столпы, сметая и коверкая коренные уклады советской цивилизации. Фаворский свет красных смыслов, которым 70 лет грелся русский народ, затухал, и тьма египетская спускалась на Евразийскую чашу. Звучали последние ноты великолепной симфонии пространств, но эта прекрасная музыка всё сильнее стала напоминать похоронный марш, переходящий в какофонию. В 1990 году, когда друзей-афганцев сабжа предали анафеме, Профанов разразился в газете «Литературная Россия» гневной тирадой под названием «Трагедия централизма», в которой поставил отцам катастройки каинову печать. Сей перл оказалзя настолько эпичен, что в 1997 году он удостоился отдельного внимания в книге «Великая шахматная доска» адепта расчленения России™ Збигнева Бжезинского. Дипломированный русофоб Бжезинский представил статейку Проханова как образец уже несбыточной мечты русских о великой империи, попутно обозвав Прошу «русским националистом». В декабре того же 1990 года Александр Андреевич за компанию со своими коммуно-фашистскими друзьями организовал газету «День», которая реинкарнировалась в 1993 году в газету «Завтра».
Осенью 2002 года Александр Андреевич по наущению «Народно-патриотического союза России» под руководством Зюганова прибыл в Лондонград на встречу к ссыльному диссиденту и поборнику русской демократии Березовскому. Сабж взял у Берёзы интервью, в котором Борис Абрамыч призвал к объединению либералов и разномастных коммунистов для борьбы с пустопорожним и бессодержательным режимом Путина. Проханчик снабдил это событие многозначительным комментарием: «Сам факт выхода этого интервью в моей газете уже является началом политического сотрудничества». Через пару дней Проханов отметил, что между ним и опальным деньгократом началось «сотрудничество», и что Берёза даст ему деньжат. 25-26 октября 2002 года в самый разгар событий на Дубровке, Проханов, Березовский и депутат Госдумы Виктор Алкснис в Лондоне приняли совместное заявление по теракту, где были такие вот слова: «Самый драматический эпизод за неполные три года пребывания В. Путина у власти показал, что сегодня в Кремле нет лидера, способного защитить граждан России». В те же годины Проханчик вместе с Берёзой кляли кровавый режим за то, что он изжил со свету святомученника-депутата Ющенкова.
В 2013, сразу после безвременного ухода Берёзы к пращурам, Стасик Белковский признался, что Александр Андреевич высосал из матки Березовского 300 тысяч баксов на развитие своей газетёнки «Завтра», соблазняя Бориса Абрамовича кандидатурой президента от антипутинской оппозиции на будущих выборах. По замыслу, газета, подпитанная свежими деньгами, должна была пиарить БАБа, однако Проша поступил куда практичнее, отправив полученные 300 тысяч на строительство подмосковной дачи.

Несмотря на писательский талант и смачность прохановского языка, круг тем, о которых говорит сабж в зомбоящике или по радио, удивительно узок. Среди них: опасность инспирируемых извне оранжевых бунтах. Эти бичи современного мира, благодаря неизвестным магическим сетевым технологиям, проникают в сердцевины суверенных государств, разрыхляют основы национальной стабильности, вызывают к жизни релятивизм цивилизационной идентичности, сметая на своём пути легитимные, законноизбранные, признанные международным сообществом, правительства. Говоря о внутренних врагах Русского Ковчега, Проханов, брызжя слюной, побивает их виртуальными, метафизическими каменьями, обвиняет их в том, что ради сытой и красивой жизни они готовы превратить свою Родину в труху, руины, пепелище. Опасается установления гомосексуальной диктатуры.
В бытность своей жизнедеятельности на «Эхо Москвы», а теперь на менее лучших «РСН» и «Вести-FM», Профанов, то и дело рассказывает о том, как он недавно посетил очередной оборонный завод, где русские кудесники, влекомые поиском космических смыслов, создают русское оружие. Причём непонятно, то ли это один и тот же завод, то ли разные, раскинутые горошком на теле нашей прекрасной ненаглядной светоносной мистической метафизической Родины, созданной лично Сталиным.
Слушатель вдумчивый, внимательный наверняка заметил, что особое место в ораторском искусстве Проханова занимают всяческие намёки на тему половой ебли. В годину своих пришествий на «Эхо Тель-Авива» он то и дело напоминал об этом фапабельным (а иногда — и не очень) ведущим. В этом свете занимательным выглядит диалог, произошедший в 2002 году, когда Профанов навестил двух пафосных пёзд с передачи «Школа злословия»:
груди, женские]]» — 24 раза, «пах» — 8 раз.
А. Проханов: Видите, насколько целомудрен язык. Хотелось назвать другим словом, понимаете.
А. Смирнова: А хотелось?! Я понимаю, что дико хотелось.
А. Проханов: Ну, рвалось просто сквозь. Роман продырявлен всем этим, понимаете. А этика вынуждала.
А. Смирнова: Дело в том, что мне всегда казалось, что до наступления некоторого критического возраста эта эротическая жизнь человека — не то, что бы он думал о ней всё время. О ней думают либо солдаты на срочной службе, лишённые этого. То есть в любом случае об этом думают люди, этого лишённые. С такой интенсивностью. Что произошло в вашей жизни, если вы говорите, что герой — это ваше альтер-эго?
А. Проханов: Может быть действительно, скажем, на Афганской войне я попал в плен к моджахедам, был оскоплён, вот я сейчас пытаюсь вспоминать. Может это произошло.
А. Смирнова: Вы даже забыли это.
А.Проханов: Я скопец. Я принадлежу к секте скопцов, конечно.
А. Смирнова: Честно говоря, я так и думала, что мне в конце концов станет вас безумно жалко. Правда.
А. Проханов: Вы можете меня утешить по-настоящему в моей беде?
Т. Толстая: Судя по роману — знаете ли…

И совсем уж фантасмагоричным выглядит то, что, вышедшая в 2007 году, книга-биография о Проханове называется «Человек с яйцом». Хотя коллега Александра Андреевича по писательскому цеху отметил, что «яйцо» — это метафора яичной скорлупы, за которой, как в грецком орехе, скрывается истинная суть Проханова, неведомая большинству смертных.

Второе дыхание популярность сабжа получила в 2014 году после тура Проханова во стан русских воинов, сражающихся в мягком подбрюшье будущей бывшей Украины. Полярные взгляды на судьбу вновь приобретённых земель породили между Прохановым и Макаревичем взаимные оскорбления, гвалт и лютый срач, по итогам которого последний собрал с Александра Андреевича дань в размере полумиллиона рублей (по другим данным — полумиллиарда рублей), и в дополнение ко всему послал в жопу великого писателя.
Впрочем, тот не поторопился заплатить, а потом ещё и выиграл апелляцию, оставив Макара ни с чем.
 

Что же такого таинственного произошло с метафизическим глашатаем лучезарности конспирологических смыслов российского государства? На каких мистических наковальнях перековался сабж, превратившись из обличителя режима, надежды нищих граждан разоренных селений в очередного министра правды? Таким политическим реверансам позавидовал бы сам Троцкий.
Причина стара и банальна: деньги. После развала СССР его бывшие граждане потеряли ориентиры, государственная идеология по Конституции стала запрещена. Да, возродилось православие, но оно утоляло духовный голод, а отнюдь не политический. Вся власть от Б-га, забыли? Либералы рулили в экономике 90-х, но все эти их идеи о свободе рынка, конкуренции и бла-бла-бла так далеки от человеческих нужд, что никто им не внимал, наоборот, простому человеку, который не спекулирует, при Ельцине стало только хуже. В стране оставалось много совков, ностальгирующих по Красной империи. Проханов к тому времени осознал свои писательские способности и решил таки воспользоваться свободой слова. Пиздеть — не мешки ворочать.
Быть редактором оппозиционной газеты — это не так уж плохо, но что-то Сашко не устраивало. Вешать лапшу на уши гораздо эффективнее, будучи говорящей головой в зомбоящике. Проклятые либерасты не пускали Проханова в СМИ, ведь слово «Сталин» для них хуже матерного слова. А вот вышедшему из правой тусовки Путину такой человек, как Андреич мог весьма быть полезен. Володя давно вынашивал планы, как и рыбку съесть, и нахуй сесть, а именно: сплотить всё быдло вокруг себя, будь оно красным, белым или даже коричневым, а всех «лидеров» этой массы сделать своими покорными слугами.
Сначала Проханов скептически воспринял режим Солнцеликого Володи, справедливо видел в нём либераста и представителя эксплуататорского класса. Но потом между ними промелькнула искра. В начале нулевых Путлер подмял под себя все печатные СМИ с ТВ-эфиром, и перед Профаном встал выбор между двумя стульями — или писать про успехи очередного собирателя земель русских и продолжать стричь купоны, или забиться в андеграунд и питаться хуйцами с гречкой, как это сделал Эдичка. Проханов выбрал первый вариант и стал тем, кем мы его знаем.
Соловейка пригласил коллегу по цеху пропаганды в тель-авизор, чтобы было кому давать отпор всем этим вшивым интеллигентам в словесных баталиях. Надо сказать, у сабжа язык подвешен, и кого он не сможет задавить аргументами, того он просто загавкает. Народ у нас наивный и верит всему, что льётся на него с голубых экранов нон-стоп, а когда по одному каналу крутят «Слово пастыря» или Пасху в прямом эфире, говорить о научном атеизме и диамате на другом канале как-то не comme il faut. Выход был найден: сказать, что левые солидарны с верующими, что вся надежда на нового царя, и что коммунизм — это вам не какая-то политическая идеология, а (ебануться и не встать!) метафизика и основа мироустроения, что фашизм — тоже метафизическая онтология, и вообще во всём мире ведётся борьба разных культистов, прикрывающихся светскими масками политиканов. От оно чё, а сами политики-то и не в курсе! Норот схавал и запросил добавки, красиво стелет шельмец!
Про то, что коммунист не должен соглашаться с эксплуататорским режимом, что должен вести с ним борьбу, и что выхолащивать марксизм, последователем которого был «богоподобный» Сталин, все сразу как-то подзабыли. «Коммунисты за Путина!» — вещает пенный Кургинян, «Революция не нужна!» — вторит ему Зюганов, «Мистика — вовсе не опиум для народа!» — вальяжно молвит Проханов. Всё, как описывал Ленин в своём труде «Государство и революция»: оппортунисты назвались социалистами и служат господствующему классу, отворачивая пролетариат от классовой борьбы. И популизм, популизм everywhere.
 

Основным философским методом научного коммунизма является диалектический материализм, сформулированный Марксом и развитый впоследствии Лениным, приверженцем которого был сам Иосиф Виссарионович. Последовательные марксисты отвергали любую метафизику, которая рассматривала предметы мира в отрыве друг от друга, а не как единое целое, или предполагала наличие независимого от материи трансцендентного мира, и отрицала движение с развитием. И уж тем более тру-комми были врагами любой поповщины и союза с ней, попытки Луначарского построить религию на основе коммунизма были высмеяны ещё Ильичом в его «Материализме и эмпириокритицизме». Всё это слишком скучно для обывателя, то ли дело ничем не ограниченный, даже чувственно воспринимаемым миром, полёт фантазии.
Если внимательнее препарировать политические взгляды Проханова, станет ясно, что подался он в метафизический идеализм с весьма банальной целью: сколотить секту тоскующих по славному прошлому совков-зомби, выдать её за общественное движение и поставить на службу насквозь капиталистическому правительству. Ну и бабла, поднять, это святое. Скорее всего, он сам не верит в то, о чём разглагольствует. Так что в учении Сашко нет ничего, кроме грошового популизма и красивых слов. Это вполне сообразно оппортунистическому духу современных «левых» à la Кургинян в желании оболванить население и отвлечь его взгляд от того, что на самом деле важно.