Берлинская стена/Побеги

 
В самом начале, когда стена ещё не была такой мощной, немало спортсменов пыталось преодолеть её, просто перемахнув через бетонный забор, железную проволоку или иное препятствие. Наиболее известен побег солдата "Ганса Конрата Шумана (Вernauer/Ruppiner Straße , 15 августа 1961 года)", прыжок которого через проволоку стал культовым. Неизвестно, был ли он тщательно продуман и подготовлен спецслужбами или всё произошло спонтанно. По свидетельствам очевидцев, по прозвучавшей с западной стороны команде Komm rüber! стоявший рядом со «стеной» Ганс неожиданно для всех (возможно, даже для себя) сорвался с места и, скидывая с себя ружьё, побежал на Запад, где сел в первую же попавшуюся полицейскую машину и укатил с места преступления. Там его ждала невеста, с которой он счастливо прожил тридцать лет, работая на местном автомобильном заводе. В ГДР его называли не иначе как предателем, но иногда к нему приходили письма из дома, в которых его семья писала, что у них все хорошо, и звала обратно. Когда же стена рухнула и он вернулся в Восточный Берлин, то оказалось, что письма эти были написаны под диктовку штази, а родители блудного сына не приняли. Шуман впал в депрессию и вскоре повесился на дереве прямо перед своим бывшим домом. Такие дела.
Еще одним известным бегуном-героем стал "Петер Фехтер (Zimmer-/ Ecke Charlottenstraße , 17 августа 1962 года)", причём героем в том самом смысле. При попытке перепрыгнуть через стену с помощью шеста, на виду у огромной толпы, он был подстрелен пограничниками и так и остался истекать кровью под стеной, хоть и с Западной стороны. Фехтер был все еще жив, взывал о помощи и из последних сил пытался встать, еще больше запутываясь в колючей проволоке. Ни западногерманская полиция, ни стоявшие рядом американские часовые, ни собравшаяся рядом толпа зевак — никто не имел права вмешиваться. Лишь через час с той стороны пришел солдат и забрал уже бездыханное тело.
Всего насчитывается 14 случаев, когда через стену проходили, а точнее, проезжали на машинах. Ломая всё на своем пути, тяжёлые грузовики вспарывали проклятую стену и безнаказанно уезжали в закат. После этого перед стеной появилась полоса с «травой Сталина» (стальными шипами).
Иногда же для прорыва использовались машины потяжелее, как, например, в случае прорыва, организованного машинистом "Харри Детерлингом" ("Albrechtshof, Nollendorf Platz "). На данный поступок сабж решился, узнав, что через месяц все железнодорожные пути, упирающиеся в стену, будут анально выпилены. Дабы не упустить свой шанс, он собрал всех своих родственников и друзей и <del>приказал долго жить</del> сказал им буквально следующее: «Последний поезд к свободе отходит сегодня в 7.33». Всего во флешмобе участвовало 24 человека, но о хитром плане знали только Детерлинги и кочегар машины, остальные пассажиры поезда, включая кондуктора оставались в счастливом неведении. 5 декабря 1961 года около 8.30 утра поезд Детерлинга на скорости 50 км/ч, разбросав к такой-то матери главное препятствие на своем пути — массивные железные ворота, прибыл в пункт назначения — ФРГ. Охреневшие от такой наглости восточные пограничники дали по поезду огонь, но никто не пострадал: машинист и кочегар выскочили из вагона, остальные лежали на полу до прихода подмоги. Правда, не всем такой расклад событий оказался по нраву: почти все не знавшие об этом плане пассажиры возвратились обратно, так как их семьи остались на Востоке. Лишь только один пассажир обрадовался сему подарку судьбы — 17-летняя девушка, которую стена разлучила с родителями. История оказалась настолько захватывающей, что по мотивам побега Детерлинга в 1963 году был снят фильм. Кстати, на следующий же день после инцидента все тупиковые ж/д пути были в спешке разобраны. Отака хуйня, малята.
 
Наиболее бесшабашный побег совершил самый молодой бегун — 19-летний солдат Народной Армии ГДР, сам участвовавший в строительстве стены ", (Elsen еcke-/Heidelberger Straße 17 апреля 1963 года)". На сей поступок его толкнул случай, когда его друзей арестовали по обвинению в попытке пересечь стену, тогда как они просто гуляли рядом с ней и не остановились по требованию пограничников. От такой несправедливости юноша вознегодовал и решил бежать, тем более терять ему особенно было нечего, разве что родителей, которые его не особо-то и любили. Однажды вечером, подождав, пока все уйдут, он зашёл в автопарк своей части (Фридрихсфельде, 8), где стояли только что покрашенные к 1-ому мая советские БТР-ы, сел в один из них и направился к границе.
Надо было торопиться, ведь в запасе у Вольфганга было только десять минут, но он всё равно уложился: из-за пресловутого парада улицы были пусты. По дороге Энгельс для извлечения дополнительных лулзов распрашивал у людей, не хочет ли кто-нибудь проехаться вместе с ним на ту сторону стены, однако желающих не нашлось. Наконец подъехав, и выбрав безопасный участок, он на бешеной скорости врезался в стену и … не пробил. Машина застряла посередине, причем дверь оказалась в восточной части. Только выскочив из машины, Вольфганг тут же получил пулю в спину. Из последних сил он сумел преодолеть проволоку на стене, получил вторую пулю в руку, но таки смог забраться на верхнюю площадку барьера, где и пролежал до тех пор, пока сидевшие в местной кафешке с эльфийской стороны люди не сняли его и не отправили в больницу. Самое смешное, что пока он там лежал, по нему продолжали вести огонь пограничники и случайно ранили своего же солдата. После побега Энгельса перед стеной выкопали ров и вплоть до 1983 года вели за «танкистом» слежку, с целью выкрасть в ГДР и подвергнуть справедливому правосудию. Впрочем, безуспешно.
На фоне разрушительных побегов, изложенных выше, побег "Хайнца Майкснера (Checkpoint Charlie , 5 мая 1963 года)" хоть и не такой шумный, но не менее впечатляющий. Ведь всё гениальное просто. Чтобы увезти к себе в Западный Берлин невесту Маргит с тёщей, Хайнц ничего не взрывал, не таранил и никаким другим образом не ломал социалистическую собственность. Ну, почти. Он просто взял напрокат подержанный кабриолет с наиболее возможной низкой посадкой (красный Austin Healey Sprite), оттяпал у него ветровое стекло, чуть спустил шины и под самым носом пограничников тупо проехал под шлагбаумом. Das ist alles! Погранцы от такого казуса настолько растерялись, что когда через неделю другой предприимчивый берлинец таким же макаром покинул страну вечного коммунизма, они не смогли придумать ничего лучше, чем просто отскочить в сторону. Только после этого случая высоту шлагбаума снизили.
Довольно большую долю побегов занимают водные путешествия. Останавливаться на них мы долго не будем, так как друг от друга они отличаются почти что никак. Здесь же мы рассмотрим только самые веселые, ну или наоборот грустные истории.
Немало трупов за 20 лет выловили пограничники из Берлинских речек Шпрее, Гавел и Тельтов-канала. Кто-то просто не смог доплыть, кого-то сделали Чапаевым. По официальной статистике первым подобным неудачником стал .
Довольно печально закончилась и романтическая история "Инго Крюгера (Schiffbauerdamm Straße , 10 декабря 1961 года)", 21-летнего спортсмена-ныряльщика и героя-любовника, мечтавшего воссоединиться со своей невестой из западного Берлина. Нашему перцу никакие преграды не были страшны — вот он и поплыл с аквалангом в декабре, а невеста ждала его на другом берегу возле Рейхстага. Она видела, как пограничники на лодке доставали из воды бесчувственное тело, но продолжала надеяться и писать письма матери своего <del>бывшего</del> хахаля, на которые не получала ответа. Только в начале 1962 года она узнала, что матери жениха запретили ей отвечать, а сам Крюгер погиб той ночью, переоценив свои силы и замёрзнув в декабрьской воде.
Ещё более оригинальный водный побег совершили любители сёрфинга (нет, не в этих ваших, а того самого, с солёным дыханием ветра в задубевшее мужественное лицо) "Дирк Деккерт и Карстен Клюэндер (1986)". Вскоре после пересечения границы Д. Д. повредил свой костюм, и продолжать долее не мог. Рассеянный же товарищ его, ничего не заметив, успешно продолжил путешествие к берегам обетованным. На следующий день Дирк запилил β-версию побега, и его подобрали датские рыбаки, уже целенаправленно по наводке друга. Но страху он все же натерпелся так сильно, что как он скажет потом, «Если бы знал, что стена упадет через три года — сидел бы я дома»
Известному и довольно успешному жокею "Михаелю Маеру (Spree , 13 сентября 1963 года)" в ГДР было невесело. Как он сам говорил: «Все было слишком узко». Темной-темной ночью Маер сумел проскочить сквозь береговую охрану и за полчаса переплыл водный барьер. Но как обычно в таких случаях, что-то пошло не так. Осмотревшись, наш герой понял, что все еще находится на Востоке! И причем не где-нибудь, а в районе КПП Чарли. Чертыхаясь про себя и дрожа от холода, Маер попытался перелезть под решеткой и тут же был замечен штази. В то же мгновение он был изрешечен 8-ю пулями, которые попали в руку, обе ноги и спину. Казалось бы, как пить дать пополнит Маер список убитых под стеной, но вдруг на помощь ему явился ангел-хранитель в лице американского сержанта "Ганса-Вернера Пула", прибежавшего на крики и перелезшего через стену. Навстречу им явно с недобрыми намерениями мчались два восточногерманских солдата, но храбрый сержант остановил коммунистических варваров метким броском дымовой гранаты, а затем помог перелезть на Запад Маеру и доставил его в госпиталь. Маер потерял четыре литра крови, пуля так и осталась в его спине, но все таки он был счастлив. Правда, того самого солдата он больше никогда не видел.
Ещё один побег невозбранно мог бы стать сюжетом боевика. В июне 1962 года 14 западофилов воспользовались возможностью попасть в страну обетованную по воде. Возможность облегчалась тем, что некоторые из них входили в состав экипажа буксира, ходившего по реке Шпрее. Под предлогом празднования чьей-то днюхи они вусмерть упоили капитана шнапсом, дорвались до штурвала и, выписывая синусоиды под ураганным пулемётным огнём, увели корабль от центра города на запад.
С помощью подкопов удалось сбежать почти трём сотням человек. Убегали по одному, по двое, а иногда и по полсотни за раз. Массовые побеги обычно называли по числу сбежавших. Так, одним из успешнейших предприятий, про которое даже сняли кино, был побег через "«тоннель 29» (Bernauer Straße 78 , 14-15 сентября 1962 года)". Он был организован под руководством "Ульриха Пфайфера", позже сумевшего организовать ещё три подкопа, в том числе и на многострадальном Бернауерштрассе. Другим поистине ветераном тоннелестроения был "Хассо Гершель". Тащемта, сам он удрал ещё в 1961 году по поддельным документам. Вскоре он помог удрать и своей семье, вырыв подкоп, который упирался прямёхонько в одно из местных зданий. Войдя во вкус, он, словно крот, рыл и рыл всё новые ходы — когда один, когда с подмогой. В итоге «накопал» десятки людей. На сегодняшний день работает гидом по местам своей былой славы.
Не менее весёлым был побег через так называемый "«Der Seniorentunnel» (Glyaynike - Frohnau , 18 мая 1962 года)", в котором участвовало 12 крепких сеньоров и фрау в возрасте, руководимых 81-летним современником Бисмарка. 16 дней они выносили земляные блоки из курятника в Кляйн-Гляйнике и выкопали его под 2 метра в высоту и 50 метров в длину. На вопрос, зачем им столько, один из стариканов гордо ответил, что они хотели «выйти на свободу со своими женами непокорёнными и в комфорте». Воистину бравые доны!
Но, пожалуй, самым удачным и массовым был побег через "«тоннель 57» (Вernauer/Strelitzer Straße , 3-5 октября 1964 год)". 150-метровый подземный переход, пролегавший на глубине 12 метров, был построен в течение 6 месяцев 37 студентами из ГДР с одной стороны и их друзьями и родственниками из ФРГ с другой. В назначенный день последние оповестили о подкопе чуть ли не всех своих знакомых и, набрав необходимое количество людей, принялись по очереди их транспортировать на Запад. Для этого приходилось сначала на специальной вагонетке (кто был с семьёй, драпал пешком) проехаться по крутому спуску с природным бассейном, а затем на импровизированном лифте из дощечки подняться в капиталистический рай. Выходил тоннель в заброшенное здание пекарни.
Кстати, побег через «тоннель-57» был последним подкопом. После него пограничники прокопали собственный проход вдоль стены и навсегда закрыли возможность преодолеть стену снизу.
В 1964 западным берлинцам было разрешено четырежды в год посещать своих родственников на Востоке (ага, путевка в концлагерь на пару дней). Как бы то ни было, данная опция породила новую волну побегов. На этот раз места побегов указывать не будем, ибо никакой особой разницы между чекпоинтами не видно.
Восточноберлинец "Эрик Росс", 30 летний водитель фургона и отец 8 дочерей, имел эксклюзивное право каждый понедельник ездить на Запад. Сия возможность у него была по той причине, что стена стеной, а торговать хоть иногда, а надо. В том что Росс не убежит власти были уверены на 100%, так как в довольно понятной форме объяснили ему, ЧТО будет с его семьей в случае его побега. Однако Росс и не думал убегать один и, пока крутил баранку, разработал побег. В один прекрасный день, он спрятал жену, своих, а также троих детей своего брата между мясными тушами в рефрижераторе. Самых маленькие были засунуты в мешок и подвешены на крюках (мешки-то). Чтобы дети не шумели, заботливые родители напичкали их снотворным. Правда по пути ребятишки все же проснулись и от мороза начали чихать, однако мощный шум мотора их заглушил. Да и вообще все эти меры предосторожности оказались не нужны — лицо Эрика настолько приелось на КПП, что фургон даже не проверили.
Тогда люди стали прятаться под днищами автомобилей и в специально переоборудованных цистернах. Однажды девять человек один за другим умудрились пересечь границу в моторном отсеке микролитражки Isetta, из которого были вынуты аккумулятор и радиатор.
Наиболее богатыми на фейлы и лулзы были побеги по воздуху. Рассказывали о случае, когда родители, пытаясь спасти своего ребёнка, выстрелили им как из рогатки, а сами при этом остались в Восточном Берлине. Но это, конечно же, шутка — настоящие побеги были настолько же прозаичными, насколько печальным был их исход.

Самым излюбленным местом для подобных переходов была уже упоминаемая улица Бернауер, большинство домов на которой были перерезаны стеной. Сначала всё проходило удачно: за первые пять дней с этой улицы удалось сбежать почти 50 семьям. Ну а чего бы и не сбежать, коли окна выходят прямо на Запад. За это время начальство успело пораскинуть мозгами и решило анально замуровать окна первых этажей, а в самих домах установить городовых, жёстко отслеживавших перемещение по коридорам дома. Вот с этого момента и начинается самое интересное — ведь не думали же вы, что берлинцы так просто сдадутся!?
Не прошло и недели, как активизировались слоупоки, проморгавшие наиболее удачный момент. Первый же прыгун (а точнее, прыгунья) — и первая же смерть. " (Вernauer Straße, 48 ", 22 августа 1961), скромная и почтенная фрау, видать, недоиспытавшая в жизни приключений на пятую точку, решила на своё 59-летие отправиться в турне по ФРГ к своей сестре. Тёмной ночью она выбросила из окна пуховую перину и с третьего этажа вбросилась на неё сама. Итог — переломы, не совместимые с жизнью.
Официально предыдущий случай считается первым смертельным случаем берлинстенинга, хотя ещё раньше повезло шибануться об асфальт другому герою — "Рудольфу Урбану (Вernauer Straße, 1 , 19 августа 1961)", который пытался перелезть стену по бельевой верёвке, но поскользнулся на подоконнике, утащив вместе с собой и жену. Жена-то (кстати, инициатор побега) выжила, а Урбан через месяц зачах от пневмонии.
Через месяц другая бойкая старушка (80 лет как-никак) "Ольга Зеглер (Вernauer Straße, 34 , 26 сентября 1961)" решила повторить подвиг своей предшественницы, сиганув прямо на пожарную сеть. Однако то ли сеть под ней просела, то ли бравая фрау с нее свалилась, но спину себе она сломала, став самой старой жертвой <del>своей глупости</del> Стены. Такие дела.
Ну и совсем не повезло "Берндту Люнсеру (Вernauer Straße, 44 , 4 октября 1961)", простому студенту, который страстно хотел учиться в своём родном университете на Западе и торопился попасть туда, пока не начнётся семестр. Простой план — перелезть с помощью верёвки — был сорван, как только его обнаружили пограничники. Пока не явилась охрана, он успел крикнуть западным зевакам, что хочет прыгнуть. Тут же на него набросился пограничник, а пока они боролись, внизу появились пожарные и растянули сеть. Оба они прыгнули, но, какое несчастье, промахнулись на пару метров. Люнсер помер, а пограничник браво ушёл обратно служить родине. Учился же парень на строителя-каменщика. Ирония судьбы, хуле.
Смотревшие фильм «Миссия невыполнима» наверняка помнят момент, когда под главным героем, висящим на потолке, проходят враги, а у него с носа падает <del>сопля</del> капелька пота и чуть не срывает всю операцию. Примерно такие же чувства испытывал 36-летний акробат "Хорст Кляйн", когда темной февральской ночью 1963 года на руках переходил по электрическому проводу (!) прямо над головами пограничников. Кабель уже год как не работал, но снять его забыли, чем Хорст и не преминул воспользоваться. Единственным, что мешало по дороге, был адский мороз, от которого у нашего героя скоро обморозились руки, и 20 метровая высота, с которой, в конце концов он и шибанулся в снег. Прибывшие пожарные ожидали увидеть жуткое месиво, бывшее когда-то человеком, но на удивление Кляйн даже ничего себе не вывихнул и только ждал, когда его будут обтирать спиртом. Западным спиртом.
Но были и удачные попытки, например, побег семьи "Хольцапфель (Wilhelmstrasse , 28 июля 1965 года)". В осуществлении оного им помогла недюжинная смекалка (как-никак, полтора года планировали), умелые ручки и просто невероятная наглость. Видано ли, убежать прямо над окнами восточногерманского премьера Вилли Штофа! Однако с другой стороны, выбор был довольно-таки обдуманный: пятиэтажный «Дом министров», где работал премьер (а когда-то и сам Геринг), был самым высоким из неохраняемых строений рядом со стеной. В туалете этого здания и просидели почти 6 часов скромный Лейпцигский экономист Хайнц (нет, не из рекламы кетчупа), его жена Ютта и 9-летний сын Гюнтер. Дабы им никто не мешал, на дверь туалета была повешена исчерпывающая надпись «Toilette außer Betrieb — bitte eine andere benutzen ». Где-то к 10 ночи, глава семейства вышел на крышу и начал разбирать довольно хитрый агрегат, сделанный из шнура, кабеля, велосипедной оси и привязанного ко всему этому ужосу крашенного фосфором молотка. Сперва он кинул озаряющий ночную мглу синеватым светом молоток, покрашенный фосфором, дождался, пока сидящие на крыше соседнего здания родственники не закрепят конструкцию, а затем, не колеблясь ни минуты, засунул своего сына в машинку и отправил его на Запад. Вскоре туда последовала его жена и он сам. Уже на следующий день спортивную семейку стали преследовать журналисты. В интервью Хайнц признался, что и дальше жил бы в ГДР, если бы у него не потребовали доносить на своих коллег. А ведь какого изобретателя потеряли!
В последние годы Стены, когда интенсивность охраны была на пике, единственным свободным от бесчисленного количества колючей проволоки, заграждений и немецких овчарок местом осталось только небо. Однако научно-технический прогресс развился настолько быстро, что вскоре хитроумный арийский гений штурмовал и это измерение. 60 воздушных побегов — это вам не шутка. Продержись стена ещё лет 10, вполне возможно, мы бы увидели и побег через космос.
Одним из пионеров воздушно-бегового спорта был многократный чемпион ГДР по планеризму, мастер спорта "Удо Эльке (Neustadt-Glewe , 23 июня 1973 года)". Именно он, чьё имя вписано во все учебники по парапланеризму, первым и додумался использовать сей агрегат для подобных полетов. Так как официально строительство, да и использование летательных аппаратов на дому и без разрешения было запрещено, на очередном чемпионате страны прямо во время конкурсной программы Эльке направил свою «Фоку», фанерный безмоторный самолётик, по направлению к Эльбе и, пролетев более 300 км, приземлился в Вестфалии.
Однако даже полет Эльке уступает в наглости тому, что сделали братья "Бетке (Инго, Хольгер и Эгберт)". Каждый из них ненавидел коммунизм и каждый из них по старшинству, один за другим, в разные годы и разными методами совершили побеги, и притом все — удачные. Заводилой был, конечно же, старший брат Инго, с которого всё и началось. Родители братьев работали в министерстве и к режиму относились с любовью, но Инго не пошёл по их стопам: ему хотелось увидеть мир. В мае 1975 года, вместе со школьным товарищем, он перерезал решётки, прошел через минное поле и сторожевые башни, а затем пересек 200-метровую бурную реку Эльбу на надувном матрасе.
Средний брат Хольгер не заставил себя ждать и всего-то через 10 лет также отправился поглядеть на мир. Побег он планировал вместе со знакомым электриком. Планировали долго: разрабатывали чертежи, конструировали фуникулёр собственной марки, Хольгер тренировался стрелять из лука, всем любопытным говоря, что работает в цирке. Ради конспирации общались записками или через родственников. 30 марта 1983 года, просидев более 13 часов на чердаке пятиэтажного здания, прилегавшего к Стене, они наконец принялись за дело. По плану Хольгер должен был выстрелом из лука перекинуть кабель, привязанный одним концом к стреле, на ту сторону, где его должен был найти Инго и на нем скатиться в капиталистический мир. После того как тот через час эту стрелу нашёл и привязал к машине, на кабель был установлен ролик. Сперва всё пошло как по маслу, но на полпути ролик ВНЕЗАПНО заклинило, и Хольгеру пришлось передвигаться при помощи рук. В течение десяти секунд Хольгер с корешем висели в воздухе, мучительно ожидая, когда же их наконец застрелят. Однако, приглядевшись, они обнаружили, что охранники под ними тупо спят. Дальнейший путь они спокойно прошли на руках.
Осталось спасти только младшего брата. К его спасению готовились особенно тщательно. Ради этого Инго продал собственный паб, а на вырученные деньги купил два маленьких самолётика. Лететь на них никто, конечно, не умел, но разве это могло их остановить? Быстренько научившись азам воздушного исскуства, рано утром "26-го мая 1989 года" братья взмыли вверх. Дабы по пути их не подбили ГДРовские зенитки, самолетики предусмотрительно были покрашены в зеленый цвет, а на крылья были приклеены красные звёзды. Свои действия все трое координировали по рации. Собственно, Инго должен был подобрать брата (ИЧСХ — в Трептов-парке, почти у памятника Воину-Освободителю), а Хольгер — пафосно снимать всё это со стороны на кинокамеру. Операция прошла настолько успешно, что по её окончанию потерявшие всякий стыд братья приземлились на лужайке прямо перед Рейхстагом. По словам очевидцев, после полёта спасённый Эгберт целовал землю и кричал во все стороны «Слава богу, это сработало!». Комментарии, как говорится, излишни.
Побег семей "Ветцель и Стрельцек (Oberlemnitz und Heinersdorf , 15 сентября 1979 года)" еще более драматичен и невероятен, причем настолько, что создаётся впечатление, будто это сценарий к очередному голливудскому фильму (, кстати, был таки снят). Сначала главы семейств, Гюнтер и Петер, только развлекались кухонными разговорами на эту тему. Но когда Гюнтер прочитал в газете о фестивале воздушных шаров в США, ему пришла в голову гениальная мысль: «А не устроить ли нам побег на воздушном шаре?». Идея нашим перцам понравилась, и они тут же принялись за работу. Склеили шар, горелку выдрали из газовой печи, а корзину слепили из подручных материалов. Проверяли шар ночью на заброшенной каменоломне. Первый блин, конечно же, вышел комом. Во второй версии шар был тотально перепилен, но и он проработал только половину пути… Короче, он тоже разбился. Но даже это не остановило наших героев — напротив, разбитый шар придал им ещё больше решимости: ведь теперь к постоянному риску быть обнаруженными за интересными делишками прибавился риск, что найдут обломки шара. В рекордно короткие сроки был сооружен «Шар v3.0», и наконец, после пятнадцатилетних хлопот он взмыл вверх. На борту находилось 8 человек, что явно перегрузило шар. Однако он вполне прилично летел — до тех пор, пока в нём не появилась пробоина. Впрочем, границу он пересёк, по нему даже не стреляли пограничники, опасаясь, что эта хреновина взорвётся. Обе семьи благополучно приземлились на Западе, где их уже ждали друзья и знакомые. Moar
На фоне этого полета, история ", 8 мая 1989 года" кажется просто трагикомичной. Он и его невеста тоже решили соорудить воздушный шар, ради чего новоиспеченный жених даже устроился на местном заводе по переработке газа. И всё бы у них получилось, если бы на них не настучали. Полиция явилась как раз в тот момент, когда они раздували шар. В спешке, лететь на недораздутом шаре решился только Винфрид. Не сумев набрать высоту, шар разорвал линию электропередач и разбился в пригороде Берлина. Горе-летун разбился вдребезги: врачи не обнаружили ни одной целой кости.
Изучив опыт и фейлы других ренегатов, поциенты, обладающие подобием межушного ганглия, заподозрили, что при побеге лучше применять более изощрённые методики.
"Эрика Шаллерт (15 августа 1961 года)" сумела сбежать, очаровав погранцов своим свадебным платьем. Наврав им с три короба, мол, свадьба ждет, а платье не готово, она попросилась к портному на Бернауэр Штрассе. Вместе с ней пошли ещё четыре девушки, и пока три из них отвлекали (хо-хо, интересно как) стражу, Эрика с подружкой спокойно пересекла улицу, нигде не встретив сопротивления. Интересное, наверно, было зрелище — стена, колючая проволока и хрупкая девушка в фате и с длинным шлейфом.
Вне всякого сомнения, эпик вином может считаться побег, произошедший в октябре 1961 года. Четыре перца заказали знакомой портнихе форму совковых старших офицеров, надыбали яловые сапоги, склеили погоны и орденские колодки. Обзаведясь всеми необходимыми девайсами для побега, среди бела дня они миновали КПП в районе Потсдамер-плац, пройдя между отдававшими им честь пограничниками ГДР.
В 1986 году репортёр Таймс Э. Гордон Роули описал довольно необычный метод пересечения границы. По словам Роули, некоторые особо умные люди просто подходили к охраннику и совали ему членские билеты Мюнхенского Playboy-клуба. Карты настолько напоминали дипломатические паспорта, что охранники часто не глядя пропускали их владельцев.
У некоторых персонажей грудная клетка настолько была спёрта затхлым воздухом коммунизма, что они готовы были пойти на многоходовые комбинации через самые лютые местности третьего мира. Такой была Керстин Бек, 24-летняя студентка, отправившаяся ни много ни мало как в Афганистан, оккупированный тогда Совком, якобы для изучения языков. Перед самым возвращением на любимую родину она встретила в Кабуле некоего Муджахеддина, которого уломала (история умалчивает, каким способом) пригреть в доме его матери, а после помогать с процессом побега. Щедрой смуглой рукой девушке была дарована паранджа, и на КПП ее выдавали за кузину Муджахеддина. Однажды Штирлица в платке даже разоблачили было по походке, не свойственной местным женщинам, но всё обошлось. Наконец, через месяц скитаний по диким азиатским ебеням, после мытарств с разведением на бабло, сексуальными домогательствами и подозрениями в шпионаже в пользу КГБ, барышня села на самолёт Пешавар — Франкфурт.
Этот способ появился лишь на самом закате Берлинской стены, в 1988—1989 годах, когда восточные немцы быстро поняли, что можно получить австрийские визы в двух социалистических странах, а в Австрии попросить политического убежища на границе. За 89-й год только через ещё околосовковую Чехословакию убежало 2500 человек, что само собой послужило катализатором к растворению занавеса.