Скорая помощь

Скорая медицинская помощь (moon. コムトヘロワト "комутохэровато", без шуток яп. "救急車 — kyuukyuusha", англ. " " ) — легальный конкурент таксомоторных парков, отнимающий у них законное право доставки гражданского населения в стационарные лечебные учреждения, имеющий на борту специально обученных людей в белых халатах, способных вылечить даже фимоз головного мозга путем простого, с большим источением сил, наложения рук на лицо пациента.
Волна милосердия докатилась до Российской империи в конце девятнадцатого века, когда в Европе уже вовсю хозяйничали последователи Гиппократа на колесах. До этого подданных Его Величества доставляли в приемный покой на первом попавшемся гужевом транспорте, а пострадавших в ДТП и пьяных драках свозили в полицейский участок, где им оказывали первичную помощь.
И тут организовалась революция. Бесчеловечный большевистский режим для вида озаботился созданием организации, способной оказывать неотложную помощь в любое время суток. Итогом этого перфоманса стала «Станция скорой медицинской помощи», которая по сложившейся на многие годы вперед традиции, сначала стала работать в Москве. Первым руководителем стал А. С. Пучков, родственную связь которого с небезызвестным сантехником установить не удалось. И понеслась.

Как учит нас свободная энциклопедия, скорая помощь выезжает тогда, когда жизни человека угрожает опасность (неотложные состояния). При этом опасное состояние наступает внезапно, например, в результате несчастных случаев, производственных травм, отравлений, внезапных острых заболеваний и подобного. На деле, беспокойные граждане считают обязанностью вызвать скорую в следующих случаях:
То, что бригада нужна на месте ДТП, человеку с инфарктом миокарда, беременной женщине, больному ребенку, никого не волнует. Скорая обязана приехать. А на то, что головная боль вызвана тремя днями безудержной пьянки, бомж уйдет сам или заберет милиция, а поговорить можно и с телевизором — всем положить огромный и необрезанный. Особенным цинизмом граждане отличаются ночью, когда больницы-поликлиники закрыты, участковый врач тоже дрыхнет, а у инфантильного сноба — всего лишь внезапный приступ мигрени. Отчего же не потребовать привезти ему таблеточку?
В странах загнивающего капитализма больной едет к врачу. В этом коренное отличие гуманной советской медицины от людоедской псевдомедицины Запада. Ещё чего, цельного врача гонять за пациентом. С этим и парамедики справятся (Парамедики - это такие медицинские работники, которым не хватило денег на экзамен на почетное звание врача. То есть, диплом есть, а звания врача - нет. У нас такие парамедики называются фельдшерами). Если же они приедут на мигрень у истеричной дуры или приступ одиночества у бабки, то клиенту это обойдётся очень дорого (страховая компания ни за что не оплатит такой вызов), а в следующий раз вместо них приедет уже полиция.
В СССР врач сам ехал к пациенту, и эта традиция сохранилась почти во всех республиках бывшего Союза. Средством передвижения в эпоху становления служили любые транспортные средства, способные передвигаться самостоятельно. В застойные времена автомобильный парк состоял из «РАФов» в городе и буханок УАЗа в пригороде и сельской местности. Автомобили оснащаются цветомузыкой и сиреной для светошумовых эффектов при движении, завидев которые, теоретически, водители должны принять вправо и вообще, не отсвечивать на дороге.
На деле же одна половина водителей не знакома с правилами дорожного движения, а у второй половины и у самих мигалки найдутся. В итоге скорая при любом раскладе <del>кормит мотоциклистов пылью</del> тащится со скоростью потока, потому что при ДТП её водитель отвечает по всей строгости закона, а нервные оппоненты могут и лицо сломать. Это справедливо для городов столичного типа, но чем мухосранистее посёлок — тем скорую стараются пропускать больше, ибо знают, что завтра так же могут повезти тебя самого.
 

Предположим, вы неудачно чихнули. Сердобольные родственники или знакомые звонят в скорую помощь по всем известному телефону. На том конце провода трубку снимают…
Диспетчеры. Именно они хамят в ответ на сбивчивые и невнятные реплики умирающих поциентов, требуют четко назвать причину вызова и адрес, и выслать встречающих. Все диспетчеры являются фельдшерами, потому что обязаны давать консультации страждущим по телефону (чем в жизни никогда не занимаются — проще выслать линейку «разобраться на месте» или же дать номер приёмного или более профильного отделения соответствующей больницы) и вести приём, если на подстанцию завалился пациент, а все бригады на вызовах (чего тоже никогда не бывает — раз сам дошёл, значит и до приезда бригады дотерпит). Кроме того диспетчер на подстанции выполняет функции кладовщика, выдавая бригадам новый медицинский скарб взамен израсходованного, иначе растащили бы всё за ночь.
Как известно, человек — неуправляемая скотина, и понимает только два метода манипулирования: кнут и пряник. Кнут применяет…
Старший врач смены. Так как диспетчеров, которые в основном блатные и приняты на работу по звонку Гамлета Карапетовича, он трогать боится, помыкает он в основном остальным персоналом. Если в своей симуляции чихания вы не достигли высот Большого и Малого драматических театров, он может отменить вызов. Но не сделает этого никогда в жизни, потому что гладиолус. Если вызов всё-таки приняли, в дело вступает…
Бригада скорой помощи. В этой стране в нее входят водитель, врач, фельдшер, медсестра-анестезист в разных пропорциях. По мере удаления от Нерезиновой состав бригады урезается произвольным образом вплоть до одного фельдшера в отдалённых сельских районах (а иногда и в довольно крупных городах), работающего одновременно за врача, медсестру, санитара и водителя, получая, естественно, только за фельдшера. Именно бригада получает отлуп от родственников пострадавшего, потому что нахамивший диспетчер далеко, а врачи рядом. По мере приближения к адресу вызова водитель начинает усиленно материться по двум причинам: во-первых, номера домам присвоены так, что хуй найдешь адрес, во-вторых, жильцы домов оставляют свои мафынки во дворе самым причудливым образом (но это мелочь, не к ним же в конце концов едут). Тут и применяется истребованный диспетчером встречающий. Размахивая руками, он самолично ведет к вам убийц в белых халатах. Когда они подходят, вы тщетно пытаетесь понять, от кого из них идет табачный перегар, а от кого — водочный. Медработники осматривают ваше бренное тело и, если не могут справиться сами, вызывают спецбригады (если таковые вообще имеются в вашем городе):
Ежели дело швах, вас ждет увлекательное путешествие до приемного покоя. По дороге вам встретятся и коты в «Жигулях», и серые волки в «БМВ», и даже Красные шапочки в погонах. Отбрехавшись от персонала приемника, бригада получает новый вызов, а если такого нет — возвращается на станцию.
Водитель — безразличный почти ко всему на свете человек. Оживляется при словах «бензин», «халява», «взять», «беспалева», «На приём». На вызовах спокойно сидит в машине, в редких случаях, при недостатке грубой мужской силы, помогает спустить носилки с пострадавшим, во время поездок выдает замысловатые словосочетания по адресу других водителей. По названному адресу может с закрытыми глазами доехать по различной степени пиздешности козьим тропам и закоулкам с точностью до подъезда. Является потомственным фанатом Радио «Шансон».
Врач — в 95% случаях заезженная рабочая лошадка, в институте учился (-ась) на тройки и четверки, папа с мамой — потомственные учителя или врачи, пристроить чадо в теплое место не получилось. Ещё в студенчестве подрабатывал (-а) на скорой, ну и остался (-ась). Оставшиеся пять процентов — отмороженные энтузиасты. Так как дежурства не каждый день, иногда подрабатывают в других лечебных учреждениях.

Фельдшер — выпускник среднего учебного заведения, иногда по совместительству студент-медик (в этой стране просто студент мединститута без соответствующей корочки фельдшером работать не может). После года работы на скорой даст фору в диагностике многим врачам из стационара. Между дежурствами ухитряется учиться, учиться и ещё раз учиться.
Другой вариант — профессиональная тетя-мотя-фельдшер от которой исходит 95% всего баттхерта по поводу неоправданного вызова (хули, вся ответственность ведь на ней, ага).

Медсестра — обычно мужского пола. На скорой нет медсестер в их больничном понимании. Чаще всего, в должности медбрата-анестезиста работает фельдшер (специально переученный) на бригаде интенсивной терапии или бригаде реанимации. Женщин туда берут неохотно, так как 50% работы заключается в переносе тел поциентов до машины скорой помощи, а далее от машины до приемного покоя.

Санитар — чаще всего, студент медучилища или младших курсов мединститута, выполняет самую черную работу: таскает аппаратуру, чистит машину от блевотины, мочи, кала, в общем, от всего, что оставляют благодарные пациенты. Бегает по соседям пострадавшего, выискивая «негров», годных для переноски носилок. Опытный санитар заменяет собой троих неопытных. В этой стране за последнюю пару лет исчез как вид (минздрав решил оптимизировать расходы, выкинув всех санитаров выездных бригад, роль негра-носильщика предполагается осваивать остальным скоропомощникам, но иногда они еще встречаются). 
Все вышеперечисленные крайне неумеренно употребляют алкоголь и табак, но водитель бухает по своему, особенному графику.
На месте вызова гостеприимно встречают врачей:
Любая бабка рано или поздно осознаёт, что терапевт в поликлинике далеко и один и тот же, а скорая близко, каждый раз новая бригада и сразу с лекарствами. Основная причина вызова — нехватка общения. Бабки, живущие с нормальными родственниками, или хотя бы регулярно ими навещаемые, вызыбабками не становятся. В качестве предлога подойдёт гипертония, благо есть у 90% бабок в возрасте 65+. Но те несчастные 10% тоже не унывают, ведь для них есть вкусные жалобы «болит голова/сердце» (атеросклероз и грудной остеохондроз). Отказать бабке в вызове не имеют права, потому как если помрёт от чего — проблем потом не оберёшься. Так что все вызыбабки у скорой на учёте, как у участкового терапевта. Вызыбабка со временем прогрессирует, что выражается в необходимости более частого вызова бригады. В терминальной стадии вызыбабка вызывает скорую каждый день и по нескольку раз в день, такая вызыбабка заносится в особый почётный список, на станции вместо привычного «бригада XX вызвана» по матюгальнику объявляют «бригада XX вызвана к Полупёрдовой», а по рации в машине вместо адреса, ФИО, повода к вызову передают «Заедьте к Полупёрдовой». Окрылённая вниманием скорой и халявными лекарствами вызыбабка может болт забить на своего терапевта и назначенное им лечение, что в порядке естественного отбора помогает быстрее освободить от неё дорогое время скорой помощи. На скорой препаратов для постоянного приёма нет в принципе, а всё лечение вызыбабки сводится к глицину, магнезии, каптоприлу и аминазину (и реланиуму с фуросемидом, если достала).
Типичный неврастеник заебал всех врачей в поликлинике, выгнан оттуда взашей и оттого вынужден переключиться на скорую. В качестве анамнеза от неврастеника можно услышать получасовую тираду, где и у кого он лечился и что нигде не помогли. От бригады хочет укол и немедленной госпитализации. Таблетки не предлагать. Поскольку диагнозы такого типажа никак не соотносятся с понятием «скорая помощь», обычно отсылается по тому же адресу, что и врачами из поликлиники. В качестве отступных может выпросить укольчик анальгина/кеторола/дротаверина (нужное подчеркнуть). Именно неврастеники обеспечивают скорой самые дебильные вызовы из серии «у меня зуб болит», «что-то в глаз попало», «палец ушибла, везите меня в больницу НЕМЕДЛЕННО!».
Личности асоциальные либо активно к тому идущие. Оставшееся с детства чувство стыда и похмельный синдром не позволяют алкашу идти со своими проблемами в поликлинику. Вместо этого он либо вызывает скорую, либо ждёт, пока его болячка разрастётся до того момента, когда очередная порция бухла не сможет заглушить боль, и всё равно вызывает скорую. В этом плане скорая помощь полностью заменяет алкашу поликлиническую службу. Данный типаж имеет много подвидов.
Бомжи для скорой — продукт сезонный. Летний бомж живёт на свалках и никому не мешает, изредка попадая в поле зрения особо сердобольных граждан вместе с остальными алкашами. Зимние бомжи переезжают в подъезды и подвалы, и для избавления от неприятного соседства хитрожопые жильцы начинают названивать полиции и скорой. В особо холодные времена позвонить в скорую просят и сами бомжи, любимые жалобы — отнялись ноги и болит сердце (второе вдвое хуже, ведь придётся снимать ему ЭКГ). Везти такого бомжа по сути некуда: в обезьянник надо сажать за что-то, а в больнице должна быть какая-нибудь болезнь. Нередки случаи самоизбиения, так особо хитрожопые попадают в приемку, где их излечивают санитар и фельдшер, в основном, волшебными пиздюлями. Поэтому бомжи уже через час оказываются на улице и цепочка повторяется. За сутки бомж может прокатиться по кругу 3-5 раз.
До попадания в обезьянник, ИВС и СИЗО арестантам глубоко положить на своё здоровье, но стоит попасть за решётку, как резко обостряются все болячки. После этих ваших Магнитских никто из сотрудников рисковать не будет, а вызовет скорую помощь, чтобы та черкнула бумажку «содержаться может» (считай, взяла ответственность на себя). Скорая может и черкнуть, но в случае чего, подобная бумажка не имеет силы, ведь скорая не может заниматься освидетельствованием и выдачей заключений. Тропа до данных учреждений от скорой не зарастает никогда. Среди арестантов считается не айс не попросить у бригады таблеточку (причём любую), однако скорая, как известно, не аптека, да и таблетки там не те, что можно раздавать направо и налево.
Вызывают, как правило, для того, чтобы получить халявных обезболивающих (морфин, трамадол и т.д.) и для этого активно симулируют острую, нестерпимую боль. ИЧСХ, если фельдшер не опытен, они своего добиваются. Подобные личности, как и вызыбабки, у скорой на учёте и после некоторого количества вызовов шанс получить желаемую дозу стремится к нулю. В итоге его навещает психбригада.

Участвовать в дискуссиях на тему скорой медицинской помощи без специальных знаний довольно проблематично, но есть несколько тем, на которые ведутся и циничные представители древней профессии, и их потенциальные пациенты.
Доколе население будет ждать скорую по несколько часов?! Здесь в ход идут аргументы водителей о дорожных пробках, стритсракерах на дороге, незнании правил основным стадом водителей, валятся в кучу мигалки, сирены, козлы, бараны, вертолеты и даже массовые расстрелы как медиков, так и их оппонентов. И даже ГТАшный пример запихивания сразу трёх истекающих кровью в одну карету.
Пропускать или нет скорую с включенными проблесковыми маячками и сиреной? Основные аргументы сводятся к банальному «А вдруг они не на вызов едут, а за водкой? Или чиновника какого везут, или просто таксуют?» Зная наш народ и распиздяев-врачей, стоит признать, что опасения эти родились не на пустом месте. В ответ летит хуева туча историю про пронос алкоголя на работу и без мигалок, а также шипение уровня "у всех кровопийц "народных" есть мигалки и 600-ые" и сопутствующее "задолбали перекрывать дороги!".
Сволочи-врачи берут деньги. На это врачи отвечают: «Не давали бы — не брали бы». Народ парирует симметрично: «Не брали бы — не давали бы». Рекурсия как она есть.
В скорой работают отбросы медицинского общества. Срач родился ещё в годы советской власти, когда об интернете слыхом не слыхивали. Связан он с тем, что работа тяжелая, текучесть кадров большая, и заманивают на скорую кого попало, а потом производят естественный отбор.
Как защитить бригаду от наркоманов и прочих маргиналов. В этих спорах участвуют архаровцы с Ганзы, предлагающие выдавать оружие врачам @ короткостволисты @ также наркоманы и прочие алкоголики, считающие, что ничего делать не надо, всё и так хорошо.
Не рекомендуется вступать в такие перепалки вне интернетов, особенно в маленьких городах и поселках — особо мстительные медработники при случае (тьфу-тьфу-тьфу) могут руки-ноги перетасовать, а потом сказать, что так и было. Впрочем, если ты силач или у тебя есть за спиной группа бравых собутыльников с большими кулаками, то тебе будет похуй. Ты и сам устроишь этим медработникам судьбу противников Чака Норриса. Только потом, когда сам заболеешь или попадёшь в ДТП, не надейся, что они будут спасать твою жизнь.
Поскольку большее время машина скорой помощи простаивает, предприимчивые эскулапы могут использовать её следующим образом:
Главным конкурентом скорой помощи в борьбе с перенаселением является помощь неотложная. Неотлога работает при поликлиниках и занимается случаями, условно не требующими госпитализации. Диссонанс в головах непосвящённых вызывает тот факт что в отличии от скоропомощного, неотложный вызов можно отложить (минимум на 2 часа, но при желании и до утра, если очередной пиздюк с "температурой" решил подлечиться в час ночи), чему скоропомощники завидуют тёмной завистью. Ещё можно перекидывать лишние вызовы на скорую помощь (если лень работать), правда в ответ можно получить от скорой "актив на посещение" оставленного дома больного. Другой способ скинуть больного скорой — прямо так попросить перезвонить на 03 и вызвать помощь не в квартиру, а к подъезду (куда неотложку отправить нельзя, ибо не положено им за пределами квартир работать).
«Скорая медицинская помощь» — структура, финансируемая из бюджета, и должна оказывать услуги безвозмездно, а вознаграждение эскулапов остается на совести пациентов. После развала СССР и появления в этой стране богатых людей, у которых денег так много, что они им даже мешают спокойно жить, появилось множество способов помочь избавиться этим товарищам от мешающих им денежных масс. Один из этих способов — это платная скорая помощь, которая предлагает абсолютно такие же услуги, что и государственная (а зачастую и меньше, чем государственная), но за ваши деньги.
Работают на платной скорой в основном люди, перешедшие из муниципальной скорой в частную структуру в поисках большого бабла; и совместители, которые работают и там, и тут. Вызвав муниципалов вчера, а платников сегодня — вы рискуете нарваться на одних и тех же людей.
Позвонив в платную скорую, можно заказать на дом доктора любой специализации, хоть геронтостоматопроктолога, и вам его клятвенно пообещают. В лучшем случае приедет врач скорой помощи, хотя может оказаться и санитарно-унитазный врач или вообще хуй пойми кто.
За ваши деньги сотрудники этой структуры могут:
Являясь по существу свадебными генералами, сами не возьмутся лечить действительно скоропомощное состояние: не стесняясь вызовут муниципальную скорую помощь, делая перед больным вид что так и надо, а все включено в цену. Отличить этих ребят на дороге можно по буржуйским цветастым автомобилям с разными надписями и телефонами на бортах, всегда мигающей цветомузыке и орущей сирене, так как за деньги к больному (а особенно — с больным) нужно ехать громко и с пафосом.
Существует также «полуплатная» скорая помощь по медицинской страховке (пациент платит страховщику фиксированную сумму, после чего аргументированные вызовы скорой бесплатны). Довольно часто это наиболее приличная муниципальная скорая помощь, у которой заключен договор со страховой, но поскольку страховщики тоже любят деньги, гарантировать приличность может только аккуратный выбор страховщика и внимательное чтение страхового договора.

Также в Москве существуют бригады, которые занимаются перевозкой спецбольных в спецбольницы. Обслуживают только высших чиновников, секретные и стратегические организации, а также всякие ядерные институты и спецобъекты. Внешне их легко отличить по совсем другим машинам (зачастую весьма необычным; много иномарок, в том числе, легковушек) со спецномерами 99-й серии, эмблемами ФМБА на бортах и, в ряде случаев, жёлтой окраске. Но есть и обычные газели, для простых работяг и кого попроще.

В Пиндостане, где врачи могут посоревноваться зарплатами с топ-менеджерами, усадить врача и даже медсестру в дребезжащую эскулаповскую повозку не получится. Поэтому чёрная работа по первой медицинской доврачебной помощи и транспортировке тел передана в руки специально обучаемых аж в течение 3 месяцев санитаров-парамедиков. Собственно скорой помощью здесь называется отделение в больнице (emergency room, ER), а медицинское такси до больницы довольствуется более скромным названием ambulance. Стоит это такси от 500 вечнозелёных, медстраховкой покрывается весьма неохотно, поэтому большинство америкосов, благоразумно соотнеся свои финансовые возможности и физическое состояние, предпочитает добираться до ER своим ходом.
Изрядно прифигев от расценок на американскую скорую, местные евреи организовали свою собственную скорую помощь «хатзола» <del>с блекджеком и шлюхами</del> с настоящими врачами и медсёстрами в бригаде (евреи ж хуле). Гешефт в том, что официально эта служба проходит как благотворительная организация (финансируется на пожертвования еврейскими общинами), что позволяет экономить огромные лаве на налогах. Кроме того, эта служба активно использует обученных евреев-волонтёров, которые всегда на связи и имеют в багажнике авто́ полный боекомплект для реанимации. Как следствие — время прибытия помощи в крупных городах составляет 2-3 минуты (в этой стране 3 минуты бригаде нужно только чтобы собраться и выехать за пределы станции). Одна ложка дёгтя всё же есть: если вы не потомственный еврей, бесплатная хатзола к вам не поедет.