К-19

К-19, она же "«Hotel-I»" по классификации НАТО — подводная лодка, первый настоящий советский атомный ракетоносец, с которого Совок мог донести мирный атом в каждый американский дом. За былинные фейлы и отказы ласково называлась «Хиросимой». Алсо, главгерой (или главгероиня, кому как) одноименного ягодного кинца с Индианой Джонсом и джедаем Квай-Гон Джинном в главных ролях.

С тех пор, как СССР и США слились в экстазе Холодной войны и заимели по ядреной бомбе (США в 1945, союз в 1949), обе державы стали думать о средствах доставки подарочка заклятому другу. Поводов было — хоть жопой жуй, надо заметить — в основном из-за выебонов США. Например, в апреле 1961 группа кубинцев, ведомых ЦРУ и несогласных с политикой партии и правительства Фиделя Кастро, с целью разъяснить преимущества демократии. Однако, у Фиделя Кастро кунг-фу было сильнее, и несогласные получили бан. Американцы обиделись. А еще до этого, 1 мая 1960, над лесами Свердловщины был коварно сбит мирный американский самолет-шпион U-2, пилотируемый мирным военным летчиком Фрэнсисом Пауэрсом. Вообще, американцы в воздушное пространство СССР в то время заходили как к себе домой. В общем, Холодная война.
Службы быстрой доставки с ядерными зарядами связываться не хотели даже под угрозой расстрела. Сумрачный американский гений запилил атомный ракетный крейсер «Джордж Вашингтон», силы добра в ответ начали строительство сабжа. Причем, собирать фраги К-19 начала еще на стапеле: несколько человек приняли ислам только при одной окраске субмарины, сварщик убил сибя ап пол, матрос погиб при погрузке ракет в шахты. Однако, трудности были преодолены под пристальном взором Кровавой гэбни, и в ноябре 1960 года К-19 вступила в стройные ряды ВМФ СССР. По традиции, во время спуска на воду, женщина должна разбить об корпус лодки бутылку шампанского. Однако, бабе или было жаль илитное бухло, или была с перепою, но бутылка осталась целой, fail. Примета крайне плохая, и она оправдалась. Настала пора охуительных историй.
В июле 1961 года К-19 возвращалась с патрулирования у Лабрадора, и должна была выполнить роль вражеской субмарины. Якобы лодка-супостатиха собиралась наебать советские дизелюхи, всплыть, и жахнуть зарядом по полигону Мешинская Губа. Но все пошло не так. 4 июля в 4.15 утра ударили колокола радиационной опасности. Приборы показали разгерметизацию первого контура охлаждения правого реактора. Вода в контуре нагрета до 300 градусов под давлением 200 атмосфер. Малейшего свища достаточно, чтобы вода в одну минуту вырвалась наружу и превратилась в радиоактивный пар. Причина — обычное распиздяйство: при сборке реактора к трубе охлаждения пристыла капля сварки, и в этом месте прошла трещина.
Сразу после констатации факта «всё, пиздец», лодка всплыла, и моряки принялись думать, как спасать положение. Решили воду в реактор для охлаждения подавать садово-огородным способом, через спиленный клапан удаления воздуха. Группа моряков налаживает самопальную систему охлаждения, бултыхаясь в радиоактивной воде. Экипаж получает свои дозы облучения, и по приказу — по 100 граммов спирта. Командир лодки Николай Затеев в это время пытается установить связь с Москвой, но бесполезно: антенна накрылась медным тазом при всплытии подо льдом. Удалось установить связь с советской дизелюхой С-270, командир которой Жан Свербилов радировал командованию:
Оказавшись на борту С-270, Затеев принимает решение: в случае подхода к К-19 американцев, торпедировать и топить аварийную субмарину. Однако, К-19 удалось отбуксировать на базу. В июле 1961 года от полученных доз радиации скончалось 8 человек, которые непосредственно устраняли последствия аварии. А остальным предстояло увлекательное общение с кговавой гебней. Лулзов выжившим и облученным морякам доставил контр-адмирал Бабушкин, который заявил:
Такой вот умный человек. С тем, что «ничего серьезного» не был согласен академик Александров, который провел замеры радиации и не поверил, что члены экипажа до сих пор живы. Он же и сказал Лысому Кукурудзе, что экипаж действовал правильно и достоин наград. Никого не расстреляли, поврежденные места К-19 отрихтовали при помощи лома и какой-то матери, после чего лодка вернулась в строй.
15 ноября 1969 года во время очередного похода, К-19 меняла глубину, и уебала носовой частью американскую ПЛ «GATO». Оказалось, что американцы вели подводную разведку в Баренцевом море, на берегах которого коварно расположилась Империя Зла. К-19 же, хоть и с повреждениями, осталась на плаву и вернулась на базу. Позже стало известно, что командир торпедного отсека GATO с криком «русские идут» был готов торпедировать К-19, но командир Букхард оттащил ретивого офицера от «кнопки», тем самым, возможно, сэкономив несколько миллионов жизней. Именно с тех пор в ВМФ США ввели запрет на самостоятельные решения офицеров об атаке без разрешения на то командира судна. А на К-19 никто не пострадал, win.
В феврале 1972 года лопнул маслопровод рулевого управления, и горючее маслице при касании с электроприбором для дожига угарного газа таки воспламенилось. 24 февраля 1972 года началось возгорание в девятом отсеке, огонь на мягких лапках подбирался к пульту управления главной энергетической установки, и ГЭУ была заглушена. В десятом отсеке задраились 12 человек, которые 23 дня дышали тем, что пошлет ТНБ и экипаж через трубопровод для дифферентовки лодки. Воды было мало, света, связи и еды не было совсем. На помощь подошли сухогруз «Ангар-лес», крейсер «Александр Невский» и другие. Ситуация крайне осложнялась штормом, но тем не менее вертолет с БПК «Вице-адмирал Дрозд» эвакуировал с К-19 сорок человек. Остальные перелезли на спасательный буксир. Всего погибло тридцать моряков.
Уже в 1979 году К-19 была признана устаревшим хламом, и из ракетоносца переоборудована в сраную лодку связи. В 1990 выведена в резерв. Ну а в 2003 году набижали любители халявного металлолома, и порезали ее нахуй на металл. Осталась лишь рубка К-19, которая украшает нынче проходную судоремонтного завода «Нерпа». Хвостовое оперение лодки — вертикальные рули и рули горизонтали ныне на заводе во Владивостоке, который также принимал участие в разделке. Место складирования обнесено жирной желтой чертой, заступать за которую нельзя — повышенный фон радиоактивного излучения. Хотя были предложения сделать из первого советского атомного ракетоносца (именно что первого ракетоносца, первой просто атомной подлодкой была К-3) музей, но всё как всегда…
2002 год, на экраны этих ваших зомбоящиков вышла киноподелка «К-19: оставляющая вдов». Мнения о фильме были самые разные, но он абсолютно не доставил непосредственным участникам событий — оставшимся в живых членам экипажа подлодки, на чью долю пала авария реактора в июле 1961-го. Они даже написали письмо режиссерше Кате Бигелоу, в которой раскритиковали ее умственные способности.
Итак, согласно сюжету кинца:
Также в наличии:
В общем, клюквы развесистой да ляпов синематографических сей фильме не занимать. Не стреляйте в Бигелоу, она снимает как умеет.