Запорожье

Запорожье (укр. "Запоріжжя " , "Запор, Запердожье, Заторможье, Запоздрожье, ZP-city") — город на Украине, областной центр, «город металлургов и машиностроителей», перманентно срущихся друг с другом. Примечателен ДнепроГЭСом, водкой и островом Хортицей, промзоной, загаживающей весь город, и многими другими вещами. Родина Гоши Куценко. Тесные отношения с Запорожьем имели Леонид Жаботинский, Леонид Ильич Брежнев, Денис Силантьев и другие. См. Педивикию.
Был основан в 1770 году как головная крепость Днепровской линии, получившей название Александровской, чтобы бороться с татарами и держать под присмотром казаков, поленившихся свалить к туркам после разгрома Запорожской Сечи. Село вокруг крепости начало медленно, но верно преображаться в город, каковым и было Высочайше объявлено в 1806 году.
Долгое время находился в глубокой жопе, в стороне от каких-либо транспортных артерий — пороги в русле Днепра между тогдашними Александровском и Екатеринославом делали реку несудоходной. Население состояло из закомплексованных руссо-мещан, деловитых немецких меннонитов и понаехавших из окрестных сел. Пейсатель Афанасьев-Чужбинский отмечал, что в 1850-х в Александровске было только два приличных заведения — тюрьма и кабак. Только когда через Александровск и Мелитополь проложили железную дорогу на Крым, жизнь стала оживляться. Некоторыми Запорожье воспринимается как «Ворота в Крым» в связи с тем, что значительная часть поездов (за исключением Херсонско-Одесского направления) проходит через Запорожье.
Настоящее оживление пришло во время Первой Мировой, когда в Александровск свезли эвакуированное промышленное оборудование из прифронтовых городов. Еще оживленнее и веселее стало во время Гражданской войны, когда Александровск последовательно захватывался Центральной Радой, большевиками, снова Центральной Радой, Скоропадским, Петлюрой, белогвардейцами, махновцами. Большевики, за которыми в итоге остался город, получили вместе с ним и раздолбанное на 99% пресловутое оборудование. С горя они и переименовали его в Запорожье в 1921 году.
Запорожье таким своим видом, как есть сейчас, со всеми винами и фэйлами, обязано плану ГОЭЛРО, по которому было решено строить электростанцию, заводы рядом с ней, взрывать пороги и пр. На эпическую стройку, ставшую символом советской индустриализации, понаехало со всего СССР до хрена людей, впоследствии и ставших его населением. Таким образом, 95 процентов здешних горожан, называющие себя «коренными запорожцами», могут претендовать максимум на корни в третьем поколении.
Период реконструкции после ВОВ — по сути, то же самое форсированное поднятие из жопы, включая восстановление взорванного ДнепроГЭСа.
Запорожские казаки (ну или кОзаки — что является одним из локальных срачиков) жили на территории современной Запорожской и Днепропетровской областей. Были суровыми отморозками / бандитами / отважными лыцарями / боевыми пидарасами и вместе со всем этим — одними из отцов украинской государственности, что символизирует. К их костям сегодня апеллируют чуть ли не все украинские политики, оранжевые — как к первым труЪ-украинцам, бело-голубые — как к защитникам славян и православия.
Местная власть, почесывая ЧСВ подчиненного ей быдла, периодически именует его «потомками казаков». При этом как-то упускается тот факт, что будь это стадо реальными наследниками тех самых казаков, то вся местная илита и ВИПы давно бы плыли по Днепру с разрезанными животами и выпущенными кишками. По совокупности сотворенной ими хуеты.
Современные казаки в Запорожье состоят из усов, животов и панцирей из медалей, почти полностью закрывающих животы. По идее, они могут заниматься охраной общественного порядка, но ломовых лошадей, способных вынести их животы и медали, в Запорожье не так уж и много. Впрочем, мэр уже договорился с ними о пешей охране школ от школьников. Также казацкий патруль пытается следить за порядком вокруг центрального стадиона во время футбольных матчей местной команды «Металлург», после чего все окрестности и путь от стадиона до казацкого стойла оказывается усеян конским говном.
Казачеств в Запорожье дохрена, периодически они объединяются и распадаются, и разобраться в муравейнике разнообразных казаческих организаций не сможет даже лысый черт. Эти структуры различаются по политическим и религиозным взглядам. Одни из них проукраинские, другие — пророссийские, одни поддерживают РПЦ МП, другие тяготеют чуть ли не к долбославию.
Не так давно очередная казацкая рада выбрала очередного «единого атамана» Александра Панченко, известного своим сроком за вымогательство и различными махинациями. Помимо всего прочего, этот достойный человек участвовал от Запорожской области в последних выборах Патриарха.
Чтобы получить представление обо всем «казачьем» гадюшнике в совокупности, рекомендуется почитать следующие статьи: раз и два 
Алсо, один человек рассказывал о своем посещении «казацкого круга». Более часа толстые усатые дядьки обсуждали, на каких ингредиентах и в каких пропорциях им варить медовуху.
Является одной из эпичнейших на Украине благодаря криворукой планировке города. Ни дальнейшие перспективы разрастания жилой застройки и промзоны, ни роза ветров не были учтены. В итоге, заводы находятся впритык к центру города. Ветер чаще всего дует северо-восточный, неся на половину Запорожья вонючие облака разных вкусных газов. Наиболее опытные запорожцы уже могут отличать, принюхавшись, с какого завода идет выброс. Неопытные приезжие могут бухнуться в обморок. С относительно точными объемами выбросов и их последствиями для здоровья можно ознакомиться на Педивикии.
Жилые дома, магазины и даже здания администрации преимущественно серые — последствия воздействия продуктов совковой индустриализации. Краска не помогает — за несколько лет, а то и месяцев, дома вновь обретают свой рідний запорожский грязно-серый цвет. Кое-где предпринимаются попытки создать оазисы «нормальной жизни», с белыми статуями и фонтанчиками, но их количество зашкаливающе мало́. Срач везде неимоверный, даже в центре. За 100—200 метров от здания местного «Белого Дома» такие пейзажи — Детройт обзавидуется. Про окраины вообще речи нет.
А вообще, люди живут. Иногда воняет, но все принюхались и привыкли. Те, кто живет в центре, стараются ставить кондиционеры, а не дышать из окна, особенно по ночам, когда воняет больше всего. Говорят, что поливальные машины, курсирующие в предрассветные часы по центральным улицам, выгоняются по отмашке из мэрии, когда на город ложится очередное эпическое облако выбросов, чтобы прибить водой особо вредную тяжелую пыль.
Является главным производителем пыли, шлака, вони, шума, мусора, вредных стоков (и стали) в городе. Сталь идет в основном на экспорт, пыль — на внутренний рынок. Хозяева Запорожстали, а заодно — и местного мэра, периодически играют с остальным городом в игру «Поставь очистные сооружения». Суть игры — все остальные рассказывают, что из-за Запорожстали в городе нельзя дышать, дети рождаются с предрасположенностью к онкозаболеваниям, сердечной недостаточностью и т. д. Кончается рассказ требованием поставить на заводе нормальные очистные сооружения взамен совкового убожества.
Ответный ход «Запорожстали» — в карманных газетах ее владельцев начинают появляться «журналистские расследования» на тему, сколько уволенных металлургов пойдет по миру с сумой, ибо цена очистных сооружений подорвет и без того дышащее на ладан производство стали, что «градообразующее предприятие» остановится и вообще работать не будет, а город зачахнет от безработицы. Развлекаются этой замечательной игрой обычно в преддверии очередной сессии областного совета. С началом кризиса игра приутихла, увы.
Вокруг «Мотора» вырос, фактически, отдельный район — Шевченковский. На заводе производят авиадвигатели для самолётов АН, вертолётов МИ и Ка, а также соковыжималки, газонокосилки, бензопилы и лодочные моторы убогие чуть более, чем полностью. Доставляет своим директором — старым, но бойким Вячеславом Богуслаевым. «Уральский казак» Богуслаев люто, бешено не переваривает украинский язык, постоянно грозится перенести производственные мощности в Россию, лишь бы не работать на местных бандеровцев. Любит ставить на окраинах города бигборды с надписями «Мы победили СС Галичина!», чтобы затем на их фоне давать интервью собственному телеканалу.
Еще один выходец с «Мотор-Сичи», Ярослав Сухый, является депутатом Верховной Рады и пытается там отыгрывать роль Жириновского. К сожалению, руко- и водоприкладством он боится заниматься, ограничиваясь эпатажными высказываниями.
Именно депутатские фракции «моторовских» в городском и областном советах троллят «Запорожсталь» на предмет экологии, так как собственники заводов относятся к разным политическим лагерям.
Алсо, чтобы обеспечивать приток относительно квалифицированных рабочих рук на предприятие, усилиями комбината был открыт так называемый «Авиаколледж» и условно-бесплатная группа в местном техническом ВУЗе.
После известных событий будущее завода туманно, ибо сперва новое бандеровское правительство наложило вето на табу по поводу ВТС с клятыми оккупантами, покупавшими чуть менее чем всю его продукцию, а потом и Темнейший принял Высочайшее указание возложить на хохломоторы хуй.
Третье «градообразующее предприятие», вокруг которого образовался Коммунарский район (до войны в совдепии ЗАЗ назывался «Коммунар» и выпускал трактора. Как Lamborghini). При СССР производили легендарные «Запорожцы», в девяностых — полулегендарные «Таврии», сейчас производят жестяные баночки из-под пива, также известные как «народные автомобили Daewoo Lanos». Строят оптимистичные планы по освоению в перспективе Kia See’d, конец немного предсказуем. Нынче переживает времена, типичные для кризиса. По части экологии известен своим литейным цехом, где канцерогенность выбросов зашкаливает.
Местный сумрачный гений и городской сумасшедший в одном лице, изобретает запредельные вундервафли физиологической направленности, неиссякающий поток которых задолбал даже региональную редакцию «Комсомольской правды». Кандидат технических наук, между прочим. Забавный персонаж, хотя и неглупый. Студентам особо доставляет его «лаборатория», где на стенах, столах и полу находится волшебная коллекция вундервафлей, начиная от подушки с натянутыми на неё женскими стрингами (два года уже лежит, хуле) и заканчивая унитазом, стоящим на полу рядом с окном — впечатляет. 

К сожалению (или к счастью) ни одна из разработок Чаусовского не была запущена в производство. Возможно, сам изобретатель тешит свое ЧСВ выдумыванием все новых и новых хреновин, не парясь поисками инвесторов под уже изобретенные. Помимо этого, Чаусовский обожает аргументацию в стиле «Сперва добейся» — пруф в комментариях
Уже более пяти лет через Днепр строится вторая очередь мостов. С каждым годом срок сдачи их в эксплуатацию все больше отодвигается в светлое будущее, а денег требуется все больше и больше — даже без учета инфляции. 
Выбивание денег из бюджета на мосты является главным поводом для запорожского электората ненавидеть Киев и центральную власть. Сроки сдачи строительства на данный момент уже просраны. Стройка претендует на звание самого эпичного долгостроя южной части Хохляндии.
А пока запорожцы, маринуясь по часу в пробках на старых мостах, могут с надеждой взирать на строящиеся рядом новые. Это развлечение им светит еще в течение ближайших лет <del>пяти</del> <del>десяти</del> пятидесяти.
Тихий и незаметный в своей коррупции Игорь Мещан стал звездой всеукраинского (да и на всем постсоветском пространстве прошла новость) масштаба, когда ему на голову вылили полтора литра коровьего дерьма. Так уж случилось, что он разошелся во взглядах на патриотическое воспитание молодежи с одной молодёжной организацией. 
Разумеется, совершенно случайно активист этой организации оказался на пафосном круглом столе, на котором председательствовал господин Мещан, и совершенно случайно у него в сумке оказалась бутылка с коровьим дерьмом. Телеканалы, по просьбе чиновников, не пустили отснятое видео в эфир, зато любительская съемка процидурки, довольно оперативно выложенная на Трубу и не менее оперативно размещенная в городском ЖЖ-сообществе, пошла во все поля. Резонанс был еще торт.
В старые добрые советские времена, в шлаке было слишком много металла, но на переплавку его не отправляли, а вывозили на отшиб. Сначала для этого использовалась балка на краю промзоны, отделявшая Кичкас от остального города, а затем, когда ее заполнили и выросший из глубокой балки террикон стали называть «Чёрной горой», шлак начали сваливать в балку Среднюю к северу от Запорожья.
В весёлых 90-ых отвалы стали источником всего городского криминалитета, а на рубеже веков, когда город стал ментовским, балка Средняя превратилась в анклав местных ОПГ. Суть такова, что металл добывать надо, ибо это дикий профит, особенно — разные вкусняшки с участка Днепроспецстали. Бригады делают это, забив на фактических собственников свалки — заводы, без каких-либо разрешений ведут разработку, и не платят налоги с миллионных прибылей. Все это делается в тесном симбиозе с милицией, и должность начальника Заводского РОВД считается в городе $самой прибыльной среди аналогичных постов.
Криминальные бригады, зачастую из бывших милиционеров, контролируют разные участки свалки, и на спорных сотках нередко начинались перестрелки. Как уверяют люди, близкие к отвалам, на каждую сотку здесь приходится по несколько покойников, в том числе и из-за не совсем безопасных условий труда. Именно отвалы и стремление установить полный контроль над ними со стороны той или иной группы являются главной причиной смены начальников областного ГУ МВД. С масштабом незаконных разработок можно ознакомиться в этом материале, например.
Крупнейший речной остров на Днепре и один из крупнейших в мире. Северная часть состоит из разных баз отдыха (северо-запад), посадок и прочей рукотворной хуеты. Северо-восточный участок является наиболее засранным (хоть при этом и убираемым), так как сюда стайкам разнополого быдла удобнее всего выгрестись на шашлычок — пьяным самцам потом легче находить обратную дорогу, а у самок меньше шансов поломать каблуки.
Средняя часть состоит из скучных распаханных полей в центре и красивых склонов по краям, людей здесь будет поменьше, добраться сложнее, и наезжает сюда публика на машинах, постарше и поаккуратней. Самая мякотка — в южной плавневой заповедной части, куда можно только доплыть на лодке или топать по воде вброд, оставив машину.
Наиболее верная, хоть и несколько толстоватая версия — рассказать, что их город является нудным и серым совковым убожеством, состоящим из унылых однотипных хрущовок и панельных девятиэтажек. Небыдло-псот, написанный как раз в таком ключе, заставляет срать кирпичами запорожских жж-истов уже три года.
Для удачного троллинга необходимо упомянуть экологию, изумиться «Да как вы вообще живёте в такой атмосфере!», с лёгким намеком на лузерством тех, кто ещё не свалил из этого «тихого Чернобыля». Да и вообще, тема «засраной провинции», из которой надо бежать куда угодно, лишь бы не закисать в этой яме, довольна богата и нажориста. Несколько устаревшим, но всё ещё срабатывающим триггером является «рейтинг журнала „Фокус“, в котором Запорожье оказалось на последнем месте среди городов Украины по совокупности разных факторов».
Троллинг по теме преступности тоже неплох. Для этого можно зайти на местный «Репортёр Запорожья», у которых хорошие источники в силовых структурах, надёргать оттуда копипасты криминальных новостей и вопрошать «Да как вы не боитесь по улицам ходить в этом городе?»
А всё-таки, этот город есть за что любить. За типичным обликом индустриального постсоветского недомегаполиса скрывается множество интересных вещей, о некоторых из которых можно узнать из этой статьи, о других — прожив в нём несколько лет. В принципе, эти слова применимы к доброй половине городов, запечатлённых в статьях на Уютненьком. Просто надо хоть немного любить свою малую родину и не ограничивать свои знания и мнение о ней словами быдло, водка, мухосранск и говно.