Пшекосрач

Пшекосрач (ляшск. "przekosracz"), глагольная форма пшекосраться (ляшск. "przekosrać się") — это срач, организованный по национальному признаку травли пшеков. В этих наших интернетах обычно связан с хохлосрачем и бульбосрачем, поскольку, как правило, укры™, лицвины™ и поляки™, завидя москалей™, забывают старые раздоры и невозбранно объединяются . Но потгавить пшеков любят и бульбоукры, ибо братская любовь поляков к восточным славянам (и в ответ наоборот) не знала границ и зачастую перерастала в гуро. Обостряется в даты, связанные с русско-польскими войнами, например, 4 ноября. Посему правильным заходом на пшекосрач является стратегическое отделение хохлов от пшеков — к примеру, начать заход на троллинг с обсуждения войн на территории современной Украины в середине XVII века. Поциенты сами задолбают друг друга. С поправкой на ветер — аналогично и с бульбосрачем.
Вообще поляки обитают в Польше, но из-за её периодического исчезновения с карты мира стараниями горячо любимых соседей проживают ещё много где — в Австралии, в США, в Канаде, отчего ужасно страдают, но на историческую родину возвращаться не спешат — там кругом москали и гансы, да и «краковская» уже не та. Однако теперь у всех есть интернеты. И началось…
 
Сейчас Польша — унылая небольшая страна-лимитроф, населенная поляками. Но ещё каких-то 400—500 лет назад Речь Посполитая была огого и наводила шороху. Потом весь мир шагнул вперед, а некоторые остались спорить на сеймах. В итоге не стало не то что великой Речи Посполитой (cледует заметить, что слово «Rzeczpospolita» не обозначает Польши, а переводится просто как «Республика», однако переводится именно с польского языка), но и Польши как таковой — приложили алчные ручонки Австрия, Россия и Пруссия. Собственно, упадок польской державы отчасти связан с ВНЕЗАПНЫМ появлением России из бардака Смуты. И это в момент, когда полякам как никогда казалось, что они близки к пространственно-временному господству.
Есть мнение, что после экскурсий в Эту Страну во времена Лжедмитриев поляки заразились от нас бардаком и широкой душой, а это при узких размерах Польши привело к краху, «польским дорогам» (нем.), «польскому сейму» (швед.) и «польскому пьянству» (франц.) и заложило фундамент рассматриваемому здесь феномену: с точки зрения польских участников срача, какие-то самозванцы упёрли у них законное лидерство среди славянских народов. То есть среди самих себя, поскольку все остальные славяне, по мнению среднестатистического польского поцреота, суть чухонцы и околополяки. Галковский, человек с польской фамилией, иногда высказывает эту мысль в простой форме: «Россия — следствие колонизации поляками диких восточноевропейских равнин». Так национальная шизофрения делает людей несчастными.
С другой стороны, к развалу Речи Посполитой ручки приложили и сами поляки. Например, у них в сейме существовал принцип Либерум вето, так что, по сути, Речь Посполитая была государством, управляемым по принципам либерастии, и бардака у них хватало с избытком и без посторонних. Например, когда в 1652 году казаки экстерминировали польское войско, представитель одного из магнатов наложил veto liberum на продолжение многодневного парламентского обсуждения необходимости сбора новой армии (sic!). Неудивительно, что в итоге оно и развалилось, как карточный домик. У поляков вышеизложенная мысль выглядит так: Польша на века опередила мир, введя республику и свободы, что было преждевременно в окружении злобных авторитарных соседей, потому и погибла как первопроходец.
Стоит, однако, отметить тот дико антидемократический факт, что свободы и права существовали в Польской империи лишь для шляхты и магнатов, тогда как большинство современных поляков происходит из угнетённого крепостного «bydła». Вероятно, понятно, насколько пагубно влияли на них панщина и право первой ночи. Не лучше себя в «республиканском строе» Речи Посполитой чувствовали униатские и православные жители всходних крэс, считавшихся недополяками. Зато уровень антисемитизма в Польше был ниже, чем в среднем по Европе, благодаря чему ЕРЖ активно оседали на кресах в качестве шинкарей, арендаторов и управляющих поместьями сарматского дворянства. Надо ли объяснять, откуда пламенная любовь к ним вынужденных платить за пользование церквями тамошних православных? На всё это накладывается разница в религии и представление поляков о себе как о носителях европейской культуры и щите Европы от восточных орд, и о русских как о чём-то сугубо обратном. Надо при этом заметить, что «щитом Европы» и последним оплотом европейской культуры считают себя ещё и венгры, что добавляет пикантности в положение поляков в Европе.
Справедливости ради отметим, что у поляков не раз случались действительно заслуживающие уважения достижения. Например, эпик вин над клерикальными немцами в 1410 г. при Грюнвальде, который был достигнут общими польско-литовско-татарско-украинско-белорусско-русскими усилиями. В то время не только Великое княжество Литовское, но и коренная Польша была довольно-таки веротерпимой страной и смотрела на движуху гуситов в соседней Чехии с плохо скрываемым сочувствием, о чём упоминается в трилогии Сапковского. Однако в середине XVI века эмиссары Ватикана, неприятно удивлённого общим упадком веры в Европе эпохи Реформации, инфицировали Польшу усиленным штаммом биокатолического оружия. Поляки успешно мутировали в забитых ими же в XV веке псов-рыцарей-крестоносцев и понесли свет Истинной Веры своим восточным холопам, за коих немедленно вступился православный батюшка-царь. И всё заверте…
С XVI века паны стали усиливать крепостной гнёт, ибо жить хочется как в европах, а тут это дорого. Однако усиление это балансировалось массовым освоением Украины, охрана которой от живительных набегов любителей халяля привела к заметному росту Запорожской Сечи и казачества как такового. Характерно, что потомки многих бывших укрских подданных Речи Посполитой со слезами на глазах вспоминают либерализм и широкие прогрессивные взгляды известного демократа, мецената и покровителя малых народов Украины — князя Иеремии (Ярёмы) Вишневецкого. Впрочем, русские аналоги, типа Малюты Скуратова, ничуть не уступали ему в любви к политическим противникам и даже собственный город Новгород сожгли к ебене матери от любви к либерализму. Вот так и проявлялась историческая общность обычаев славянских народов: когда с пеной у рта доказывают, что одни жгут от любви, а другие от пакостности натуры. Кто-то теперь удивляется москале-пшеко-хохло-бульбосрачам? Последующие завоевания Польши Россией добавили и личных счетов.
В XVII веке началась жалостная история изнасилований Польши соседями (ряд которых был перед тем заёбан той же Польшей). Так, шведы и русские в ходе установления межнационального диалога выпилили у Речи Посполитой Лифляндию, Смоленщину, Киев в аренду de jure на 20, а de facto на 300 с лишним лет, а также 2/3 польского населения. Это, впрочем, не проявление сугубой любви именно к пшекам, а тогдашняя суровая реальность войны. В XVII же веке Польша понесла свой основной фейл, когда обиженный шляхтич Богдан Хмельницкий решил отомстить своему сюзерену польскому королю за убитых родственников и устроил маленький файд (феодальную войнушку), отыграв Левобережную Украину (на тот момент — примерно треть территории Речи Посполитой). Основным фейлом для Польши стала не собственно даже потеря территории, а полный коллапс отношений между поляками и украинцами, так как польские магнаты на Правобережной Украине гайки закрутили до предела, устроив крепостничество паки хуже российского или французского тех времён, а освободившиеся козаки норовили постоянно напакостить, играя то за Турцию, то за Россию. Дружественное же украинское население как-то решило, что поляков оно больше не любит, и повадилось устраивать периодические восстания, оттягивая на борьбу с ними государственные ресурсы.
В XVIII веке всё стало ещё веселее. Посаженный Екатериной II на польский трон Станислав Август Понятовский, её бывший и кинутый ею бойфренд, не отличался волей и государственными талантами, так что не удивительно, что сраная Ляшка просрала все полимеры. Видя такое, Пруссия и Австрия решили не упустить случай. В течение 1772—1795 годов три империи трижды увлечённо делили Польшу. Возмущённая польская общественность возбухла раз, возбухла два, но потом пришёл граф Суворов-Рымникский, и борцы за свободу лобызнули фельдмаршальского жезльца. Для многих поляков это оказалось несовместимо с жизнью, а память о русском «Нет никому пардона!» до сих пор будит в них смешанные чувства. А некий Огинский, участвовавший в восстании Костюшко, съябывая от царской кровавой гебни в эмиграцию, написал эпичный полонез «Прощание с родиной». Трону же Польши, выдернутому из-под полюбовника, Катя нашла неплохое применение, сделав из него гламурный унитаз со стразиками и позолотой.
Польская шляхта, видя такие дела, массово повалила с родины во Францию, где использовалась в качестве латышских стрелков вплоть до разгрома Наполеона. Примечательно, что одна из польских полубригад была послана на Гаити давить восстание нигр, но бесследно растворилась в джунглях и желудках аборигенов. С 1815 года основная часть Польши входила в Российскую империю как автономная единица (Царство Польское). Хотя в Польше, наряду с Финляндией, царизм оставил республику и конституцию, поляки считали автономию липовой, четыре раза делали восстание по-большому и дофигища раз — по-маленькому. Естественно, за восстания их подвергали анальным карам. На этом поприще прославлены светлейший князь Паскевич-Варшавский, кстати, расовый хохол, и граф Муравьёв-Вешатель. С тех времён посередь Питера гордо стоят Московские Ворота — триумфальная арка с немеряно троллящей надписью «За усмирение Польши». Поляков ссылали в Сибирь, но они всё равно не успокаивались.
В составе Российской Империи поляки немало доставляли: то из-за женитьбы на польке сошел с трона Константин Павлович, что привело к двоецарствию и восстанию декабристов, то Березовский (не тот) в Париже великоымперского коня Александра II пулей в задницу подстрелил. Кроме того, вышеупомянутая средневековая польская религиозная толерантность привела к тому, что после разделов под скипетром России ВНЕЗАПНО оказалось 60% мирового еврейства. Наряду с евреями ляхи очень много дали российскому революционному движению. Того же многострадального Александра Освободителя замочил один то ли белорус, то ли поляк. Да и Феликс Эдмундович с Вячеславом Рудольфовичем и Андреем Януарьевичем чего сто́ят.
В развитие науки и культуры этой страны выдающийся вклад внесли Шостакович, Грин, Пржевальский, Баратынский, Шопен и многие другие. А, ну да, и Эдита Пьеха с Эдмундом Шклярским ("Пикник") до кучи
 

Во время Первой Мировой войны польскую карту разыгрывали все: русские обещали расширение автономии и прирезку исконно польских Галиции и Силезии, а немцы даже создали в отвоёванном Царстве Польском квазиправительство. И доигрались, называется. В 1918 г., пользуясь тем, что Россия, Германия и Австро-Венгрия одновременно умудрились эпично обгадиться, свежевымытая от имперского гнёта Польша испытала острый приступ национального возрождения, самоопределилась и решила восстановить историческую справедливость в границах Речи Посполитой 1772 года. Дело дошло до лошадок и танчиков. Маршал Пилсудский умудрился тогда навалять непосредственно будущим маршалам Тухачевскому и Будённому, а также и будущему вождю народов тов. Сталину, удавив попутно в концлагерях over 80 тысяч советских военнопленных. В 1921 году по Рижскому миру поляки сумели-таки поиметь свой профит в виде 2/3 Белоруссии и всей Западной Украины. Кроме того, у Литвы был отгрызен Виленский край, ввиду чего обиженным прибалтам пришлось перенести столицу в Каунас и законодательно исключить из алфавита проклятую польскую букву «w» (её в Литве запрещают использовать в вывесках и сейчас). У поляков имеется несколько былинных песен по этим поводам, которые они любят распевать, распивая.
После сих эпичных свершений пшеки занялись привычным любимым делом — внутренними дрязгами. В Сейме вели разборки 112 партий, президента замочили через 5 дней после избрания, в общем, веселились, как могли. Не забывали они при этом и троллить коммуняк политикой поддержки малых народов в их праве на самоопределение. В конце концов пришёл маршал Пилсудский и устроил дебилдинг польской демократии, взамен запилив немного танчиков и самолётиков. Его польские поцреоты люто уважают до сих пор. А всё почему? Потому что Polacy są narodem idiotów . Как бы то ни было, в середине 30-х Польша вновь была крута, могуча и требовала у Лиги Наций предоставления заморских колоний.
Но не тут-то было. На двадцатый год существования «Вторая Республика» претерпела очередной экстерминатус в результате дежурной попытки соседей — на сей раз Сталина и Гитлера — поделить восточную Европу. Самое смешное, что прямо перед этим поляки неумело попытались извлечь из сложившейся ситуации свой скромный профит: когда Гитлер бесцеремонно выпилил Чехословакию, Польша аккуратно оттяпала от нее небольшой, но лакомый кусочек (всего два процента территории, но в промышленности — все сорок) — Zaolzie и ещё по мелочи. ЧСХ, поляки считали эти земли исконно польскими, насильно и вероломно отнятыми у них злыми чехами в 1919. Ничего не напоминает? На сей раз пшеки радовались недолго, и отнятое всё равно пришлось вернуть сначала немцам (вместе со всей прочей Польшей, распиленной между Алоизычем и папой-Кобой), а потом обратно чехам. Белорусы и украинцы, имевшие в СССР по собственному государству, в мизерном меньшинстве не встречали РККА с радостью, и с огромным рвением помогали раскулачивать своих польских панов. Обиженные паны таили обиду и прятались.
Просрав Польшу, поляки пытались партизанить как против немецких, так и против советских оккупантов, а также — в силу особенностей национального характера — пиздить друг друга и подвернувшихся под руку жыдов, чем немало доставили лулзов угнетателям. Польский экстерминатус проводился с одной стороны с истинно русской широтой (см. Катынь), а с другой — с немецкой технократической эффективностью и квадратно-гнездовым конвейерным подходом (см. Варшавское гетто и прочими освенцимами). В нем, кстати, поучаствовали сами же пшеки. Они, являясь наследниками древней культуры, носителями европейских ценностей и добрыми католиками, искоренение унтерменшей проводили с огоньком — ездили по живым жыдам на телегах и так далее. С другой стороны, по парадоксальности славянской натуры, пшеки также наиболее активно спасали евреев (иногда, в соответствии с известным анекдотом, и годами после ухода немцев), так что в Израиле ныне установлено, что наибольшее количество «праведников среди народов» дали именно они.
В 1941-м, когда Сталина начал клевать в жопу жареный петух, он спешно вернул из лагерей недострелянных поляков и в целях совместной борьбы против Гитлера сформировал из них армию. Командующим армии был назначен генерал Андерс, доставленный на свой командный пункт непосредственно из одиночной камеры на Лубянке. Впрочем, те поляки, что не испытывали никакой благодарности к Сталину за освобождение из лагерей, к большому недоумению советских товарищей, проливать кровь за эту страну напрочь отказывались. За свою неблагодарность они были спроважены через Иран в Италию, где поучаствовали в штурме монастыря Монте-Кассино (о чем сочинили эпосы). Оставшиеся поляки, из которых пшечество и прочий шляхетский гонор на время были вытеснены коммунистической идеей, дрались с немцами довольно живенько и вместе с Красной Армией брали Берлин.
Поляки в попытке натянуть свою дупу на глобус Германии
При этом, когда Красная Армия (и Войско Польское немножко) подошли к Варшаве, поляки подняли там пафосное восстание, надеясь таким образом установить власть своего плохого, негодного, буржуазного, антинародного правительства и таки добиться впоследствии восстановления Польши в довоенных границах. Но не тут-то было: Красная Армия запаслась попкорном и на протяжении двух месяцев с интересом наблюдала, как Гитлер выпиливает Варшаву, ибо нехуй (2-я гвардейская танковая к моменту начала Варшавского восстания потеряла 70% бронетехники и имела 65% некомплект личного состава в стрелковых подразделениях по сравнению со штатной численностью. 1-й Белорусский фронт к этому времени имел тылы, растянутые на 500 км. 3-й танковый корпус, рвавшийся к Варшаве, в конце концов в результате немецкого контрудара попал в окружение, потерял 100% матчасти. К своим вышли примерно 10 процентов штатной численности корпуса. Вот это кладбище советской техники и народа пшеки сейчас и называют «бездействие Красной Армии». Поэтому, совершенно не ясно: чем и как Красной Армии надо было брать Варшаву, имея перед собой 3 танковые дивизии Вермахта и 2 танковые дивизии СС, не считая пехотных дивизий). Например, добрый дядюшка Джо так запретил использовать советские аэродромы американским и английским самолетам, сбрасывавшим помощь восставшим (половину которой натурально получали немцы, ибо точность сброса была просто никакой), обосновав это тем, что советское правительство ни прямо, ни косвенно не желает иметь ничего общего с авантюрой в Варшаве.
Дело было так. Понимая, что показывать СССР дулю можно, только освободивши Варшаву без помощи «sowieckich», польские повстанцы заебли просьбами о помощи Черчилля. Тот, взглянув на глобус, написал Дяде Джо. Дядя Джо позвонил Рокоссовскому. Рокоссовский ответил, что поляки контакта избегают, форсировать Вислу не дают немцы, надо с ними разобраться для начала. Прекрасно осведомлённый о том, "кто" и "зачем" бузит в Варшаве, Сталин посоветовался с польским комитетом и решил ничего не предпринимать. Тем более, что помогать надо было нормальным людям вроде Тито или Бенеша, а не всяким ымперцам, которые двадцать лет назад помешали уничтожить капитализм. Немало помог решению предоставить восставших самим себе ещё и тот факт, что Красная Армия к тому моменту пёрла бодрым боевым шагом в наступлении аж с белорусской границы, и банально поистрепалась, поскольку ковровых дорожек перед нею немцы отнюдь не расстилали. Форсировать Вислу с откровенно выдохшимися войсками было чревато, а тут ещё в передних рядах заметили активно скручиваемые дули. В результате город пережил эпический экстерминатус, а поляки получили из Москвы хорошее, годное, коммунистическое правительство.
Само собой, что поляки обвиняют Сталина в своем разгроме. Хотя обвинения абсолютно беспочвенны, и в разгроме виноваты сами же поляки, их глупость и их самоуверенность. При этом, СССР не обещавший полякам ничего, все же сбрасывал вооружение, боеприпасы и прочие грузы для восставших.
Алсо, многие великие поляки воодушевлялись русофобией. Например, ею наслаждались Адам Мицкевич, Михал Клеофас Огиньский, Фредерик Шопен, и дважды лауреат нобелевки Мария Кюри-Склодовская.
 
На данный момент Польша входит в ЕС и НАТО, что подняло свободное самоощущение пшеков на новую историческую высоту. Благодаря вхождению в экономику ЕС, средняя зарплата составила 1200 долларов США. Правда, большое количество польских эмигрантов родило выражение «польский сантехник» — поляк, благодаря экономическим успехам фатерлянда исполняющий в Европе роль таджика в России. Некоторые иностранцы вообще считают, что поляк — это не национальность, а профессия.
Массовым проявлением пшекской альтернативной одарённости в наше время могут служить изрядно доставляющие разъезды польских политиков (вместе с прибалтийскими) по майданам и последующие заявления. Также для современной Польши характерны поиски виноватых во всём-всём-всём с последующим разоблачением сотрудничавших с коммуняками епископов и отдания под суд за травлю «Солидарности» (профсоюза работяг с говностроительной верфи) в 1981 году генерала Войцеха Ярузельского, которому на момент предъявления обвинения стукнуло 84 года. Особый прикол состоит в том, что если бы травлю Солидарности устроил не польский генерал Ярузельский, то всей Польше учинил бы очередной экстерминатус советский маршал Устинов, как в Праге. А Лех Качиньский дошёл до того, что и главному оппоненту Ярузельского, шефу той самой «Солидарности» и первому президенту III Республики Леху Валенсе впаял обвинение в работе на «эсбэ» в роли сексота с ником «Болек».
Крабе обрисовал новое направление пшекосрача: предварительно извинившись за казнь кровавой гэбнёй польских пленных в Катыни (и это при том, что даже КС РФ в 92-м посмеялся над «доказательствами» этого), он сразу же парировал это тем, что поляки в свое время проделали с русскими пленными нечто подобное, и предположил, что Сталин затаил с тех пор обиду. Вскоре после выступления Крабе очередная польская делегация во главе с польским президентом не смогла дойти до Смоленска (по крайней мере, одним куском)…
Ким Чен Ир мудрый не зря, не зря отказывался лететь на самолете этой страны и всегда путешествовал только на поезде! Да и Сталин самолёт не очень-то жаловал. 10 апреля 2010 года тушка президента Польши Леха Качиньского внезапно самоликвидировалась под Смоленском. Вместе со своим президентом на последний рейс успело еще дохуя народу: вице-спикер сейма, вице-спикер Сената, глава канцелярии президента, глава Бюро национальной безопасности, руководство бравшего Берлин Войска польского чуть менее, чем полностью (помимо верховного главнокомандующего — начальник Генштаба, командующие сухопутными войсками, флотом, авиацией и спецназом) и так далее. И, что характерно, Дональд Туск, тогдашний премьер, побывавший в Катыни за день до того вместе с тогдашним премьером Путиным, до сих пор жив-здоров. Но, нашим польским ребятам надо было лететь непременно отдельно и без русских.
По официальной версии, самолет столкнулся с туманом и зацепил дерево. На самом деле, дерево было высажено в прошлом веке сотрудниками НКВД по личному приказу Сталина после разговора с Вольфом Мессингом, а расчёт «тумана» представлен к наградам. Вообще, это хорошая, годная традиция польских политиков, занимающихся Катынью: глава польского правительства в изгнании Владислав Сикорский, сильно мешавший Черчиллю дружиться со Сталиным своей принципиальной позицией, кончил примерно так же.
Нехилая лажа появилась из-за того, что на западе Бульбингема живет дохрена поляков. Особо одарённые белорусcкие поцреоты считают белорусами более трети знаменитых «польских» деятелей (Адама Мицкевича, Тадеуша Костюшко, Винцента Калиновского (придумав последнему даже новое, «белорусское» имя — Кастусь, ни в одном историческом источнике не встречающееся), Михаила Огинского, список продолжить по желанию). Поэтому имеет место диалектический переход бульбосрача в пшекосрач и обратно. Можно словить немерено лулзов, если запостить что-то типа «Мицкевич — это польский поэт» в бульбосраче или наоборот в пшекосраче. Можно словить не меньше лулзов, не написав вообще ни слова про белорусов — ущемление национальной гордости обеспечено.
Во Львове 8 апреля 2010 г. кресовые недополяки пикетировали Генеральное консульство Польши с требованием прекратить антиукраинские провокации. Пикет провели около 50 участников Львовской городской организации Украинской партии и ЛООО «Трудовое движение „Солидарность“». Председатель Львовской городской организации Украинской партии Остап Стахив отметил: «Мы не дадим порочить историю. Если такие провокации будут продолжаться и дальше, мы будем защищаться, как воины УПА в 1940-х годах, даже с оружием в руках отстаивать Украину.»

Традиционно в Польше считается, что паны — сарматы, а холопы — славяне. В отличие от большинства русских, не отрицающих, что их предки были обычными холопами, для обычного поляка такое очень некузяво, а заявить, что его предок был пан шляхтич — это гордо и знаменито (причём это может быть и относительной правдой, например, по причине права первой ночи или просто банального изнасилования холопки; да и всякой мелкой шляхты в Речи Посполитой было 8-10% населения, а не как в России меньше процента). Тем самым получается, что большинство поляков себя славянами не считает. Тем не менее, поляк, считающий поляков в целом славянами — не редкость, просто в этом случае он считает потомками холопов других поляков, но опять же не самого себя. Всё вышесказанное не мешает именно сарматополякам активно претендовать на первенство в славянском мире, что есть пример неукоснительного соблюдения взаимоисключающих параграфов.
Рекомендуется использовать следующие набросы и их модификации:
… TERRAIN AHEAD, TERRAIN AHEAD…PULL UP, PULL UP…PULL UP, PULL UP… PULL UP, PULL UP…PULL UP, PULL UP…PULL UP, PULL UP…PULL UP, PULL UP… Kurwaaaaa…»
Синоним поляка в Америке — кровельщик, строитель, сантехник, пьяница, дурак. Самый низший сорт американцев. Именно поэтому в американских фильмах (и не только) про войну (и не только) будет обязательно «рядовой Ковальски» , , ибо нужен простой человек, даже может быть сын эмигрантов, так сказать. Половина из них пребывает на нелегальном положении. Основные места обитания: Chicago, IL и Milwaukee, WI. Поголовно необразованные и наглые. Жадность их не знает предела: за 10 центов белку до смерти загоняют.
Алсо есть расовое пиндосское культурное явление «Polish Joke». Культурным эквивалентом у нас является анекдот про чукчу, что кагбе намекает. Например:
Или:
Моар:
Особая категория — польский таксист в Чикаго. Их немного, поскольку в GPS надо набивать адрес на английском, а они и по-польски с трудом пишут. Их фишка — сказать, что нет пары долларов для сдачи (намекая на увеличенные чаевые). Так что, гости Чикаго, платите польскому таксисту дебеткой/кредиткой или таскайте с собой кучу ржавой мелочи в пластиковом пакете, чтобы не получилось ситуации, когда даёшь две двадцатки, чтобы оплатить 30 по счетчику (+ 6 чаевые), и получаешь 2 доллара сдачи. Мелочь, но противно.
В польском литературном языке (ударение на предпоследнем слоге):