И немедленно выпил

И немедленно выпил — древний винрарный мем советской интеллигенции, происходящий из поэмы в прозе «Москва — Петушки» (1970) известного контркультурного автора советского времени Венедикта Ерофеева.
История повествует об интеллектуальном алкоголике Вене (или Веничке) Ерофееве, едущем в электричке из Москвы за 125 километров в Петушки, к любовнице и ребёнку. Петушки — цель поездки — описываются рассказчиком, как некое утопическое место — «Петушки — это место, где не умолкают птицы ни днем ни ночью, где ни зимой, ни летом не отцветает жасмин. Первородный грех — может, он и был — там никого не тяготит. Там даже у тех, кто не просыхает по неделям, взгляд бездонен и ясен…» Чуть менее, чем все главы книги названы перегонами между железнодорожными станциями и платформами, которые проезжает Веничка "(Москва — Серп и Молот, Серп и Молот — Карачарово, Карачарово — Чухлинка и т. д.)". Непосредственный интерес представляет глава «Серп и Молот — Карачарово», состоящая из одной единственной фразы — «И немедленно выпил…».
Ситуацию с этой главой разъясняет сам автор в предисловии ко второму изданию:
Венедикт Ерофеев
Нужно заметить, что фраза «И немедленно выпил» является вольным и адаптированным к окружающей действительности переводом известного выражения "Ergo bibamus ". Поскольку русскому человеку и советскому интеллигенту в особенности не требуется никакой мотивации, чтобы немедленно принять. ИЧСХ, в еврейской традиции существует тост «Ле-хаим» , а в украинской «Будьмо!» . Что лишний раз говорит нам о том, что бухал простой народ от «весёлой жизни» во многих странах.
Некоторые доморощенные долбоёбы, в целях «улучшить» и без того гениальный текст бессмертной поэмы, предлагали ненавязчиво изменить редакцию главы «Серп и Молот — Карачарово», а именно: вместо фразы «И немедленно выпил» напечатать: «И медленно выпил», — дескать, так точнее и тошнотворнее… Ну это уже чёрт знает, что такое! «Все эти улучшения происходят от дряблости воображения», — как заметил классик.
«И немедленно выпил» — это не единственное крылатое выражение, закрепившееся в кругах советской интеллигенции после выхода романа. В главе «Электроугли — 43-й километр» автор описывает рецепты приготовления различных коктейлей из одеколонов, как то: «ханаанский бальзам», «дух Женевы», «слеза комсомолки», «сучий потрох». Рецепты их приготовления настолько мозгоразрывающи, что читатели окончательно охуевали от мысли, что в самом деле существуют люди, которые такое знают и реально пьют. А именно:
Пьющий просто водку сохраняет и здравый ум, и твёрдую память или, наоборот, теряет разом и то и другое. А в случае со «слезой комсомолки» просто смешно: выпьешь её сто грамм, этой «слезы» — память твёрдая, а здравого ума как не бывало. Выпьешь ещё сто грамм — и сам себе удивляешься: откуда взялось столько здравого ума? И куда девалась вся твёрдая память?..
Даже сам рецепт «слезы» благовонен. А от готового коктейля, от его пахучести, можно на минуту лишиться чувств и сознания. Я, например, лишался.
Из описанных в поэме напитков пригодна к употреблению только «чернобурка» (политура или денатурат с пивом). Остальные, конечно, можно попробовать, но помните — токсикология Склифа и без вас переполнена, бывает, что люди в коридорах лежат.