Дворовые игры/Технические игры

Кровавая гэбня с детства готовила малышей мучить диссидентов в ГУЛАГах и угнетать демократию; именно поэтому в докомпьютерную пору существовал целый ряд способов развить в себе навыки технического Экстерминатуса.
Преимущества:
Недостатки:
После просирания СССР всех полимеров на свалках оказалось огромное количество разных радиодеталей, приборов и прочей матчасти, что доставляло пытливой детворе. В период до окончательного отупения школоты весь этот хлам использовался в самых разнообразных приколах.
Особыми дрочерами на кондеры была выработана формула ёбса. Один ёбс — это советский электролитический кондер на 10 микрофарад и 6 вольт, включенный в 220. Формула ёбса была примерно такой: C*220*p/Vm, где C — емкость, 220 — константа, Vm — напряжение, которое написано на кондере, а p — коэффициент пиздокандерности, определяемый экспериментально. Если пиздокандерность большая — ёбает хорошо, малая — плохо. Хорошую пиздокандерность имели бужуйские конденсаторы, советские — плохую. Самые большые лулзы извлекались, когда удавалось устроить ёбс православному английсклому кандёру, от которого аудиофилы срали тоннами кирпичей.
Помимо всего прочего весьма доставляло бить кинескопы от старых советских телевизоров (нищеброду на заметку — старая маска от цветного кинескопа сгодится для сушки ягод и грибов, а от широкоэкранного кинескопа также может использоваться для рыбалки пруф) и просто кидать конденсаторы в костёр, а также зашвыривать проволоку на провода ЛЭП, чтобы понаблюдать за искрами. Кстати, если с кинескопа аккуратно подковырнуть и смотать защитную ленту-бандаж, то его взрывчатость и разлет осколков увеличиваются в разы.
В своё время практиковалась выплавка свинца из аккумуляторных пластин. Изнеженная ближнемкадовская детвора плавила в ложках, вдалеке от МКАДа плавили чуть ли не в масштабах мануфактуры из напизженных аккумуляторов. Технологический процесс был весьма развит: из аккумуляторов сливался электролит (который позже использовался отдельно для извлечения лулзов), далее специализированные «ломщики» вынимали свинцовые пластины и отбивали их от «шлака».
Причем тупая школота, как правило, не подозревала о том, что из свинца сделаны не только хилые и содержащие предельно мало металла сетчатые пластины, но и выводы банок, а также перемычки и клеммы. Так что на местах недавнего потрошения аккумуляторов умной школоте почти всегда удавалось найти гораздо менее геморройно извлекаемого свинца даже больше, чем смогла «выплавить» из тех же аккумуляторов школота тупая.
Потом всё это складировалось в банку/кастрюлю/поварёшку и плавилось на костре, особо доставлял советский эмалированный чайник, который позволял разливать прямо из носика в формы, отфильтровывая шлак. Самая прогрессивная конструкция металлургической печи представляла из себя поставленную дном кверху на кирпичи эмалированную раковину, топилась сия конструкция толем и гудроном с ближайшей стройки. Такая организация производства позволяла переплавить за день 4-5 аккумуляторов от ЗИЛа. Из свинца отливалось всё: свистелки-перделки, кастеты, рыболовные грузила, пули для самопалов и т. д. Доставлял не только результат, но и сам процесс производства. На вдыхание паров тяжелых металлов всем было как всегда. Впрочем, самая продвинутая в <del>матане</del> физике и химии школота, использовала для вышеозначенных целей цинк, из которого (или из его сплавов) советская промышленность клепала некоторые детали для своих вундервафель. С цинком процесс посложнее из-за большей по сравнению со свинцом температуры плавления, что, впрочем, не являлось таким уж препятствием. Зато он не так йадовит, как свинец, и цацки из него тверже и прочнее свинцовых.
Из полученного свинца отливались свинчатки. Брались альчики (выпуклые короткие кости разных форм и изгибов сантиметра 3-4 длиной из ног свиней, из которых варят холодец) вдавливались в землю и заливались свинцом. Также использовались горлышки от бутылок шампанского, правда, был риск, что горлышко лопнет от перепада температур, но, как всегда, это никого не останавливало. В итоге получался их металлический аналог — свинчатка. С ними были две игры, не считая использования свинчаток в качестве утяжелителей кулаков и метательных снарядов в драках.
Первая: копалась лунка небольшого диаметра и глубины, рядом с ней чертилась линия. Несколько человек, каждый со своей эксклюзивной свинчаткой, становились у этой дырки и бросали свои агрегаты на линию. Тот, чей девайс попал аккурат на линию, кидал первым, дальше места распределялись по мере приближения свинчаток к этой самой линии. Кидали в порядке получившейся очереди с расстояния 4-5 метров. За попадание прямо в лунку — очко, вынимаешь и снова ждешь своей очереди. Если не попал, боеприпас остается лежать на месте и ждешь следующего своего броска и кидаешь с места, где приземлился твой снаряд. Попадались такие парализованные, которые и с четвертого круга не могли попасть в лунку. Причем лежащие чужие железные мослы можно было задевать своим, отшибая их еще дальше от дырки. А можно было, ненароком попав во вражеский агрегат, случайно отправить его в лунку. Тогда очко засчитывалось противнику. Играли до заранее обговоренной суммы очков, а потом победитель угощал всех мороженкой.
Вторая: вокруг дыры чертились квадраты, обозначающие звания. Самый маленький — принц, чуть побольше — визирь, больше него — солдат, и за ним последний — крестьянин, а все, что за пределами, объявлялось говном или еще какой-то унизительной субстанцией. Лунка — султан. Метали тоже по очереди с 4-5 метров, стараясь угодить в лунку или куда либо поближе на высокие должности. Причем занявший какой-либо пост оставлял свою свинчатку в лунке или на том квадрате, куда угодил, и ожидал, пока его не выбьют оттуда оставшиеся кидать игроки на более низкое звание или вообще в аут. Тогда он снова возвращался к черте и, в свою очередь, опять же старался выпулить их с должностей. Когда все поля были заняты, у оставшихся горе-метателей (обычно 1-2 человека) оставалось сколько-то там попыток, дабы попытаться попасть на квадрат или в дыру и, если им это не удавалось, они объявлялись говном и лузерами и получали лещей или поджопники. Соответственно лещей или поджопники получали все нижестоящие от вышестоящих кроме султана, число коих варьировалось от одного до ранее обговоренного.
Был ещё и третий вариант. Детский конструктор кубиков (длинный футляр, в нём что-то типа пластиковых кирпичей, размером 2*1.5*1.5 см) плюс мел, плюс несколько человек. Чертился прямоугольник, назывался коном. На него ставились кубики от конструктора, которые затем выбивались из кона сочками (битками, альчиками — нужное вставить) с различного расстояния. Расстояние определялось жеребьёвкой (тупо кидали сочки от кона, где она падала — оттуда и выбивали кубики с кона). Сколько кубиков выбил, столько и забрал. Сочки тоже делались из кубиков, потом просверливались и заливались свинцом или набивались изоляционным гудроном (он же липучка), который спизживался со строек.
Ещё брали стеклянную банку, наполняли её водой и заливали туда свинец. При должной сноровке получался клубок из свинцовых ниток
Существовала ещё приколка над самой малой школотой — подсунуть им мокрую форму для отливки, и наблюдать, как мелкота высерает кирпичи от выплёскивающегося свинца.
Минус сего развлечения — при регулярном кипячении свинца школота почти гарантировано получала отравление тяжёлыми металлами (Pb), что чревато головными болями, выпадением волос, слабоумием, а остальное не важно…
Девайсы детства, предназначенные для извлечения шума и сеяния паники в окрестностях. Основу пугача составляли, как правило, спичечная сера и самые изощрённые средства её подрыва. Изготовление пугачей развивало инженерный талант, прививало основные знания о бризантном и фугасном действии взрывчатых веществ и позволяло детям почувствовать свою независимость.
Основные конструкции и методы применения:
Тут тоже у школоты было дофига развлечений. Первое — это, конечно, класть посторонние предметы на рельсы и смотреть, как поезд на них наезжает. Особый лулз получался, когда камни выскакивали из-под колес поезда прямо в глаз диверсанту. Сюда можно отнести обстреливание поездов камнями. Ездили на хвосте электричек (хотя это больше распространено сейчас, в те же времена все ездили на трамвайной колбасе) или на товарных поездах. Лулз заключался в том, что было большой тайной куда и когда он приедет. Также была распространена такая игра: играющие идут навстречу поезду по другому пути (а не по которому он едет) спиной вперед. Кто первый обернется, тот проиграл. Кто был посмелее, соревновался, кто ближе всех перед поездом перебежит пути. Самых смелых победителей этого соревнования железнодорожники потом складывали по частям в газетку и сдавали в морг.
Также из гвоздей можно было делать миниатюрные мечи и плющить мелкие монеты, а из осколков бутылок — чудодейственный разноцветный порошок.
На железной дороге можно было поиграть в хардкорный вариант салочек. В местах, где товарняк сильно сбрасывает скорость (например, перед мостами), зондер-команда производила погрузку своего личного состава. Далее начинались собственно сами салочки, ограниченные территорией движущегося поезда. Игра продолжалась до тех пор, пока поезд вновь не сбрасывал скорость до приемлемого значения, чтобы возможно было произвести десантирование. При этом была конечная вероятность в прыжке налететь на столб с дальнейшим раскидыванием мозгов по окружающей территории или напороться на какой-нибудь штырь, которых было множество вдоль железной дороги (про переломанные руки/ноги умолчим — это уже были мелочи жизни). Если же школота зассала прыгать, то иногда его снимали с крыши вагона в соседней области и сдавали дружелюбно настроенным родителям. Иногда к процессу игры подключались сопровождающие состава поезда, но обычно их участие сводилось лишь к матерными воплями, что доставляло, так как с крыши вагона можно было невозбранно плюнуть или нассать на орущего.
Для некоторых вещей более подходил не поезд, а его меньший брат — трамвай. Положив на полотно металические пробки от пивных бутылок, на выходе получались аккуратные «монетки», которые потом использовались в играх «на деньги».
Положив на рельсы стройпатроны или капсули от охотничьих патронов, можно было извлечь немало lulzов. При грамотном подборе расстояния между патронами под среднюю скорость движения состава можно было получить эффект пулеметной очереди. Пассажиры (если состав пассажирский или трамвай) высирали более 9000 кирпичей при звуке пулеметной стрельбы в непосредственной близости от состава.
Ещё под трамвай можно было класть обычные спички, что тоже давало звуковой эффект.
В Одессе развлекались тем, что клали на рельсы маленькие консервные баночки с томатной пастой. Особые лулзы доставляло проделывание такой шутки в непосредственной близости от трамвайной остановки, когда плотная струя томатной пасты метко попадала на одного из ожидающих.
Во время путешествия на поезде можно было словить нехилых лулзов, выливая бульон от бич-пакета или выкидывая его вместе с тарой прямо в проходящий мимо состав. Нередко все это добро улетало не в чужой поезд, а в соседний вагон, и можно было выхватить пиздюлей от внезапно появившегося проводника. Или — в соседнее купе с похожим результатом. Также в этой теме плевание и посыпание каким-нибудь говном купающейся внизу гопоты во время проезда через мост над рекой.
Деревянные игрушки быстро надоедали, поэтому любознательность брала верх. Практиковались следующие вещи:
С помощью этой чудо-смеси можно замутить мину. Берется пластиковая бутылка емкостью от 1 л, в нее засыпаем толченые (чем мельче и тщательней истолочь таблетки, тем быстрее запустится реакция) анальгин с гидропиритом, закручиваем, трясем, ныкаем под парту стукачу/рядом со столом злой преподши/в неприметный уголок, ждем минут 10-15, ????, PROFIT! Получаем сочный «Бамс», злую вонь, немного дыма и красновато-коричневую, горячую, липкую, пиздец как трудно отмываемую хрень. На открытом пространстве возможен еще и полет на несколько метров вверх. Для ускорения реакции мину можно положить на батарею. Количество смеси примерно из расчета 20-40 таблеток анальгина и 10-20 таблеток гидропирита на литр обьема бутылки.
Можно использовать калийную или натриевую селитру, так как гораздо эффективнее. Также аммиачную селитру можно превратить в натриевую, смешав с пищевой содой в воде. Реакция обмена идет с выделением аммиака, который страшно вонюч, так что такие опыты проводить только на улице.
Данная особенность широко эксплуатировалась в пиротехнике в допетардово-фейерверковую пору. При плотной упаковке в толстую фольгу и придании соответствующей формы выходила натуральная ракета. Росчерки искр в ночном небе, доставляющий шум, очень редко — пожары, чаще — травмы. Криво сделанная ракета летела по непредсказуемой траектории, а при длинном фитиле — запускалась уже лежа на земле и тоже летела в лицо зрителям. Отдельная вундервафля — набитый селитрованной бумагой баллон от распылителя (в додезодорантовую эру чаще от дихлофоса), запускалась с направляющих и улетала нахуй за горизонт. В качестве пусковой шахты кошерно было использовать длинную трубу от пылесоса.
На сухое горючие можно ставить разные аэрозольные баллоны например от освежителя воздуха, особенно подходят китайские баллоны с автомобильной краской, опять же можно все покрасить, при этом предварительно благоразумно отойдя на безопасное расстояние.
На сухое горючие можно поставить ракетку с цилюлойдом, и успеть при этом сделать ноги.