Божественная комедия

Божественная комедия "(итал. La Divina Commedia)" — наивинрарнейшая поэма Данте Алигьери, являющая собой квинтэссенцию тончайшего троллинга, мемов и лулзов, сохранивших свою актуальность и по сей день. Несмотря на вольную трактовку канонов и откровенную фантасмагоричность, произведение не только не вызвало нареканий у церкви, но, напротив, стало едва ли не олицетворением христианской морали, <del>православно</del> католически раскрывающим суть загробного мира. В общем, хитреца Данте не только не сожгли за эти фантазии, но и похвалили, причислив к величайшим мыслителям и духовным гениям Эпохи Возрождения.
Услышав словосочетание «Божественная комедия», 95% населения наверняка представят себе что-то смешное, уморительное и бугагашечное. На самом же деле, слово «комедия» стало синонимом петросянства относительно недавно. А вообще, каноничная комедия — это просто сюжет, в котором всё начинается на редкость хуёво, а заканчивается добрым хэппи-эндом (в отличие от трагедии, где всё наоборот). Поэтому «Божественная комедия» — это не скетч про Б-га, а повествование о мытарствах главного героя в глубоких жопах, из которых он потом триумфально выбирается и обретает благодать. Тащемта, «божественной» комедию эту обозвал Джованни Боккаччо. А изначально она была просто «Комедией». Данте не заморачивался с названиями. Как и с персонажами, не мудрствуя лукаво, назначив на пост главного героя себя любимого.
Годы жизни Данте Алигьери выпали на очень интересное время. Как раз начиналась Эпоха Возрождения. В мире царили бардак и хаос, успевшие всех порядком подзаебать. Общество наконец-то начало задумываться о том, что всю эту фигню пора прекращать и пора бы уже задуматься о культуре. Вот Данте и вписался в эту движуху, разнообразив поэтику, внеся сурьёзную лепту в становление классического литературного итальянского языка.
Данте чрезвычайно повезло с семьёй. Знатное семейство с почти образцовой родословной, прославленные предки, недурственное состояние и хата в богатом квартале Флоренции. С рождения юного Алигьери окружала светская тусовка, богема и творческая интеллигенция, что сказалось на его дальнейшем жизненном определении. Но как обычно бывает в таких ситуациях, когда у тебя есть практически всё для счастья, чего-то одного, как назло, не хватает. Для Данте такой идеей фикс стала некая Беатриче — юная лоли, в которую сабж влюбился ещё в нежном возрасте, но так и не смог связать с ней свою жизнь. Девушку выдали замуж за какого-то важного итальяшку, вскоре после чего та приняла ислам. А Данте был насильно обручён с другой важной итальяшкой, нелюбимой. И всё думал, думал, думал о той единственной и неповторимой богине. Вскоре у Данте от безысходности окончательно поехала крыша, и он начал выискивать методы воскрешения своей любви… Хотя бы в стихах. Так и появилась «Божественная Комедия».
Действие начинается с того, что ГГ оказывается в тёмном лесу по совершенно неведомым причинам. При попытке выйти из чащи ему преграждают путь три зверушки. Судя по всему, это были белочки. Но мы-то знаем, что на самом деле эти три зверя олицетворяют Похоть, Алчность и Гордыню — наиболее распространённые грехи общества презренных людишек. А тёмный лес — это невежество и неопределённость, по которым бродят люди, достигшие зрелого возраста и оказавшиеся на распутье, томимые вопросами «как быть?» и «что делать?».
Тут вдруг, откуда ни возьмись, появился покойный поэт Вергилий, который, разогнав зверей, пригласил Данте прогуляться с ним по загробному миру и поглазеть на загробные достопримечательности. Вообще, когда мертвец приглашает вас посетить загробный мир, это несколько настораживает. Поэтому Данте закономерно отложил кирпич и вежливо отказался. Тогда Вергилий вынул главный козырь, пообещав ему свидание с Беатриче. Ну как тут откажешься? И всё завертелось…
У аффтара начались такие приходы, что мама не горюй — мертвецы, черти, бесы, АдЪ и погибель, а в итоге — блаженный отходняк. Сначала герои попадают в Ад, где грешные души страдают в вечных муках. Путешественники минуют все 9 кругов ада, до самого дна, и попадают в Чистилище, где небезнадёжные грешники проходят исправительную обработку. И наконец, они оказываются в Раю, где счастливый Данте избавляется от своих душевных метаний и встречает ненаглядную Беатриче. Аллилуйя! Скажи аминь, на!
Безусловно, самым ярким и запоминающимся элементом творчества Данте Алигьери в целом и «Божественной комедии» в частности является его знаменитый Ад. Он стал, вместе со всеми своими кругами, именем нарицательным. Даже в наши дни, услышав где-то имя «Данте», люди машинально представляют адское пекло. Такое впечатление, что автор вложил больше стараний именно в описание Ада, так как Чистилище и Рай после него выглядят несколько неубедительно. Ад же выписан настолько детально и натуралистично, что даже по прошествии стольких веков легко можно поверить, будто стервец Данте на самом деле был там.
На первый взгляд, Данте просто не мог сочинить такое без веществ. Однако, если вдуматься, он ничего особо не сочинял, а всего лишь очень талантливо скомпилировал чужие гипотезы, мифы и сказки. Намешав в одну кучу христианские, греческие, римские и арабские детали, он выдал густой, но чертовски вкусный винегрет. Более всего в «Комедии» преобладают отголоски античной культуры, что неудивительно, так как вся Эпоха Возрождения строилась именно на перенимании античного культурного багажа. Поэтому откровенно языческие элементы в поэме не вызвали у попов бугурта. До той поры каждый проповедник втюхивал пастве свою теорию адоустройства, как правило, однобоко и субъективно. Одни пастыри уверяли, что в аду вас будут кипятить в смоле, другие — что вы будете вмерзать в лёд. Данте же собрал все эти cool story воедино, и упорядочил так, что они друг другу не противоречат.
Помимо детального, почти научного описания ада, Данте уделил много внимания его обитателям. Вот тут автор оторвался по полной программе: кого тут только нет! От величайших личностей истории до никому сейчас не известных чуваков — современников самого автора. Однако современникам автора эти персонажи были очень хорошо известны, и то, как они были нарисованы, по сути является злободнейвной (для того времени) сатирой. Представьте, что Данте жил бы в современной России — тогда в его Аду встречались бы Ельцин, Гайдар, Чикатило, Сталин, Гитлер, Василиса, Соловей-разбойник, Илья Муромец… И все они плакались бы о том, какими были мудаками при жизни, и как раскаиваются, жарясь в печах, раздирая собственную кожу или догнивая в выгребной яме. Win? Определённо!
Тем не менее, Данте и Вергилий прогуливаются по Аду как туристы. Вергилий, как заправский экскурсовод, не устаёт бубнить — «Посмотри направо, там жарят Калигулу, а теперь взгляни налево — там потрошат Ганнибала…» Данте вертит башкой и без устали роняет кирпичи. Время от времени они останавливаются и вступают в диалог с разными интересными личностями. Грешники рассказывают, кем они были при жизни, что натворили и как теперь за это отдуваются. Описано всё это так, что к ним проникаешься настоящим сочувствием, даже несмотря на то, что мучения по заслугам.
За грешниками бдительно следят бесы, черти и прочие адские твари, которые время от времени тыкают особо расслабившихся раскалёнными баграми или вилами. Кураж чертей над грешниками — отдельная тема. В дантовом аду это далеко не самые полноправные и безнаказанные служители, но довольно лулзовые персонажи — беспардонные, наглые, ехидные и злобные. Однако это не мешает Вергилию нагло строить их. А если кто-то из рогатых артачится, то Вергилий просто делает последнее китайское предупреждение, кагбэ вскользь упомянув имя Б-жие, после чего копытные тут же сникают и идут на сотрудничество. Вообще, складывается впечатление, что у экскурсовода есть корочки от Самого, которыми он постоянно сверкает в Аду.
Но один раз это всё-таки не сработало — у стен города Дит Данте и Вергилий были добродушно посланы нахуй. Вергилий пояснил, что там живут очень плохие души, и пригрозил им Божественной Карой, если те их не впустят. Но рекомендательная путёвка осталась неизменной. Вконец офигевший, он позвонил куда следует и пожаловался. Даже Б-г обалдел от такой наглости жителей Дита. Сам, конечно, разбираться не пошёл, но отправил своего верного ангела. Озверевший ангел сначала навёл шухер на верхних этажах ада, после чего спустился ниже и вломил дитовцам вразумляющих пиздюлей. Только после этого туристам открыли ворота.
Очевидно, что большинству читателей Уютненького путь в Чистилище, и уж тем более в Рай, заказан. Поэтому уделим больше внимания Аду с помощью мини-путеводителя ниже.
Как известно, Ад состоит из последовательно расположенных друг под другом девяти кругов. Чем ниже круг, тем меньше его диаметр и страшнее грех, который он символизирует. Если посмотреть со стороны, то Ад похож на гигантскую воронку, что упирается в центр Земли. Самая нижняя часть является выходом из Ада и, одновременно с этим, входом в Чистилище.
Пойдём по кругам:

Популярный мем, приписываемый Данте. На самом деле, сия греховная классификация уже действовала в те времена, и автор просто описал ее в своей комедии. В наши дни официально католическая церковь не выделяет семь смертных грехов и не считает их основополагающими. Стоит заметить, что их количество постоянно варьировалось, да и по сей день. Православная же церковь вообще смотрит на сабж как на говно и руководствуется не семью, а восемью, и не грехами, а страстями, к ним приводящими.
Однако большинство из нас слышало только про «канонiчные дантовские» семь смертных грехов, благодаря, в первую очередь, не столько Данте, сколько голливудским фильмам.
Собственно список этих грехов таков "(спойлер: "Уютненькое в теме")" :
Гнев — 
Похоть — 
Зависть — 
Леность — 
Гордыня — 
Алчность — 
Чревоугодие — 
Каждый из нас наделён по меньшей мере одним из этих грехов, поэтому конец немного предсказуем. А если ты, %username%, уверен, что не склонен ни к одному из вышеуказанных прегрешений, значит, грешен по статье № 5 — «Гордыня», которая, как известно, корень всех грехов, ибо нехуй гордиться тем, что ты лучше и благочестивее других. Вот так-то! Что же касается Данте, то он просто упомянул об этих смертных грехах для установления причинно-следственной связи с последующими наказаниями в Аду.
Как говорилось чуть выше, тема семи грехов нередко раскрывается в голливудских фильмах. Наиболее яркий пример — триллер «Семь», в котором маньяк, начитавшись «БК», принялся вершить кровавый самосуд над грешниками. Пиндостанскую же школоту знакомят с семью смертными грехами на примере «Чарли и Шоколадная Фабрика», где каждый из конкурентов Чарли наделён одним из списочка. Сам же Чарли и его дедушка тоже демонстрируют целый ряд неприятных человеческих черт, которые американским протестантизмом за грех не считаются.
Некоторые не обделённые фантазией личности выделяют какой-нибудь один из грехов, в зависимости от ситуации, и указывают на то, что он самый страшный и ужасный. На самом же деле не существует самых страшных смертных грехов: все они одинаковы. Так-то.
Данте явно тяготел к <del>фаллическим</del> коническим структурам: изобразив Ад огромной воронкой, Чистилище он изобразил огромной горой (разгадка проста: когда Дьявол падал с небес, он пробил воронку с одной стороны и застрял; при этом грунт воронки вылез в виде горы с другой стороны Земли). Берега её, переходящие в морское побережье, образуют Предчистилище; выше располагаются 7 ярусов-ступеней собственно Чистилища; на вершине же помещён Земной Рай — да-да, тот самый, потерянный для человека в начале времён. Притом чем выше ряд, тем меньше уступы. Расположена эта гора на острове в южном полушарии посреди океана, скорее всего, что Южного. В то же время, по Данте, гора Чистилища и Иерусалим расположены на противоположных сторонах земного шара… Но эти географические парадоксы вряд ли заинтересуют нас. Так что познакомимся с Чистилищем поближе.
В Чистилище попадают те, кто недостаточно грешен для Ада, но и для райских благостей ещё недостаточно свят. Туда душа попадает не сама — для начала, наскитавшись по миру неприкаянной, она должна прийти на берег Тибра, где её уже направит на Последний Берег Ангел. На пороге Чистилища стоит Страж — при жизни Катон Младший/Утический . Устройство же самого Чистилища напоминает АдЪ:

Рай — это такое место, куда лично ты не попадёшь точно. Очень уж это сложно, тем более постоянно находясь в океане земных страстей, которых человеку, в принципе, избежать невозможно. Особенно, если учитывать, что человечество, по мнению церкви (да и по сути), погрязло во грехе, от которого неизбежно приходится отмываться посредством безвозмездной раздачи лучей добра и самопожертвования .
Но Суровый Данте по блату таки пролез туда "(спойлер: "да, в Рай его провела Беатриче, а не язычник Вергилий")" . И вот как устроен этот ваш Рай.

Суровый Данте, как и все итальянцы, любил попиздеть на окружающих и изрядно помусолить вопрос «Как нам обустроить Родину?». То, что его дед был крестоносцем, а сам он — урождённым флорентийцем, только усиливало АГП и ЧСВ будущего поэта. Но слишком активный общественный деятель оказался не нужен ни властям, ни горожанам, так что его банально выставили за ворота.
Опальный флорентиец мотался не только по Италии, но и по Франции, параллельно стремясь подмазаться хоть к кому-то из сеньоров и вернуться на вершину пищевой цепочки. Собственно, так и была создана «Комедия…» — произведение насквозь политическое, полностью удовлетворяющее духу того времени. Все души, с которыми встречается автор в произведении — фигуры немаловажные для современников. Тут вам и папа Иоанн III, и недавно умерший Филипп IV «Железный Король», и недолго протянувший после опубликования «Комедии…» Карл «Неуёмный» Валуа (брат Филиппа, жёстко подавлявший мятежи в вольных городах Италии, бравший выкуп и всё равно отдававший города на разгром), и труЪ-рыцарь Ногарэ «низвергатель пап» (сбивший папу Бонифация поставленным ударом кулака), и Генрих Английский… Бароны, графья, хоть сколь-нибудь успевшие накуролесить и набедокурить в Европе — все здесь, родимые. Герои прошлого, легендарные предки династий (даже Гуго Капет, первый король династии Капетингов) — и они предстают пред светлые очи автора, скромно повествуя о добродетелях своей жизни и искренне каясь в грехах. Все персонажи древности — тоже на страницах «Комедии», от Авеля и Брута до Магомета и Миноса. Это было очень масштабно и хорошо просчитано, что произвело на современников эффект.
Данте придавал особый сакральный магический смысл числу «три» (как, впрочем, и все христиане в то время). Поэтому вся «Комедия» написана терцинами, то есть в каждой строфе всего лишь три строки. Этот приём придаёт интереснейший колорит. Рифма плавно перетекает из одной строфы в другую, и каждая песня читается на одном дыхании.
Ещё больше нумерологии: всего в произведении — 100 песен: число «сто» считалось совершенным. В каждой части — по 33 песни, что опять-таки символизирует сакральную тройку. Однако в Аду не 33, а 34 песни, ибо «в аду не может быть гармонии». Так-то.
 
«Божественная комедия» произвела фурор в неокрепших умах постсредневекового общества. Дремучие простолюдины всерьёз поверили в реальность потустороннего мира, а ушлые священники довольно потирали ручонками, видя, как ошеломлённое быдло после прочтения начинает судорожно молиться, поститься и слушать радио Радонеж, пополняя церковную казну. Все довольны и счастливы.
С той поры БК считается едва ли не поэтическим эталоном, занимая место в палате мер и весов рядом с творениями Микеланджело и Леонардо да Винчи. Произведение действительно заслуживает таких эпитетов. Хоть в некоторых местах и встречаются явные огрехи, перескакивания или откровенная вата, в целом это определённо win. Да, можно заявить, что Данте тупо скопипиздил миф про Орфея и Эвридику — по крайней мере, он им явно руководствовался. Но поскольку его произведение стоит на более высокой ступени литературного Олимпа, не будем придираться!
В наши дни поверить во всё это могут только совсем уж не обременённые интеллектом дикари. Но вопрос тут не в вере, а в аллегории. Потому что Данте делал акцент не на чудесах, чертях и мифических героях, а на морали и нравственности. Он безошибочно выделил пороки, паразитирующие на обществе, и выставил их напоказ.
Именно поэтому «Божественная комедия» стала вдохновением для легиона эпичных художников, выдавших сотни чумовых картин, гравюр и фресок на тему сабжа, после просмотра которых недолго и тронуться умом от впечатления. По «Божественной комедии» ставили спектакли и даже делали видеоигры (см. ниже). А вот ни одного нормального фильма так и не сняли.
Наконец, во многом благодаря Данте было утверждено чёткое представление о Чистилище, художественный образ которого был официально представлен как догма во времена Ренессанса (1439), а утверждён — во времена Реформации, в 1562, Пием IV — тем самым, что организовал травлю Лютера и Кальвина.
 
В 2008 году Electronic Arts анонсировала игроту по мотивам «БК». Вышло весьма недурственно, хотя некоторые особо одарённые личности выделяют в ней только МПХ Люцифера. Заставки выдаются в виде ярких рисованных картин, а антураж и декорации — погружают в атмосферу с головой. Ад получился зачотным. Вот только рассмотреть его красоты не дадут из-за прибитой гвоздями камеры, которая крутится только туда, куда сама пожелает. Сценаристы тоже постарались.
С игровым процессом дела обстоят пожиже. Он однообразен и довольно скучен, враги пестротой типажей не блещут. К середине игры гонять косой вилорогих чертей решительно подзаёбывает. А ближе к концу сюжет вообще комкают, превратив сразу несколько кругов в какую-то дурацкую тренировочную миссию, обучающую комбам. Радуют причудливые боссы и, конечно же, финальный Люцифер, похожий на голого Тилля Линдеманна. Хозяйство у него, действительно, дай Б-г каждому.
Данте предстаёт перед нами в виде брутального крестоносца, увлекающегося вышиванием по телу. Вергилий, до боли напоминающий самого Алигьери, время от времени попадается на пути в виде голограммы и с грозным пафосом зачитывает выдержки из поэмы.
Финальная заставка — та вообще внушает, аки ожившая картина классиков. В общем, если предварительно ознакомиться с оригиналом, то Dante`s Inferno заиграет особыми красками.
Имеется также одноимённый анимульт "«Dante's Inferno: An Animated Epic»". Смотреть можно.