Константин Васильев

Константин Васильев — один из самых эпичных художников позднего СССР, хикки, алкаш, обладатель ОБВМ. Хотя жизнь его оказалась сравнительно короткой, картины, которые он успел написать, являются объектом лютого фапа со стороны язычников, дрочителей на Гитлера с Власовым, а также части озабоченных поиском руССкой идеи.
С раннего детства Костя вел себя не так, как его сверстники. Пока друзья Кости бухали во дворе и ебали все, что движется, Васильев сидел дома и рисовал. Странный юноша и скромняга все время штудировал и тренировал скиллы живописи и рисунка, совершенно не отвлекаясь на то, что привычно его возрасту. В Московском художественном училище был тихим и прилежным, но начал изучать всякий модернизм и сюрреализм (на дворе была хрущевская оттепель), а также противился навязываемой учебной программе, за что директор попросил его родителей забрать парня домой, в Казань. Мол, нечего ему портить своих одногодков вредными влияниями и плохой дисциплиной.
Судя по рассказам современников, был тем еще затворником, но в то же время гордым. Тяжело пережил юношескую несчастную любовь, после чего забил на отношения с девушками и погрузился в работу, классическую музыку и прогулки по берегам Волги. И так на годы! До самой смерти прожил под крылом своих заботливых сестер и матери. Которая, похоже, имела на него серьезное влияние и не подпускала к любимому сыночку посторонних девушек. Васильев совершенно не интересовался славой, официальными наградами и известностью, слушал Вагнера и Шостаковича, жил на копейки, что получал как оформитель стендов, плакатов и прочей ерунды на заводах и фабриках. Писать соцреализм категорически отказывался. Васильев в какой-то момент даже взял себе псевдоним Константин Великоросс, что явно намекает на его любовь к идеализированной истории.
Обстоятельства смерти 34-летнего Васильева привели к тому, что атмосфера тайны еще больше сгустилась над личностью художника. Насчитали целых четыре версии его смерти: 29 октября 1976 года был избит хулиганами в пустой электричке, выброшен на ходу из поезда, зарублен топором, сбит поездом на станции Атлашкино. Следствия не было, похоронили быстро, так что никто уже не установит истину.
По другой, прозаической версии, Васильев в последние свои годы беспощадно бухал и под поезд попал банально из-за залитых глаз, но в культурных кругах о таком варианте говорить не принято. А то как же — гений земли русской, а еще и бухает, да это невозможно! Рядом с последним местом жизни и смерти Васильева находится платформа 771км — Мекка толкиенистов всей России — где собирались первые советские толчки, создавшие потом легендарный ЗилантКон.
Многие профессиональные художники критиковали картины за слащавость, искусственность, потакание вкусу толпы. Но народу нравилось. Еще как! Выставки Васильева в 1980-х были конкурентами по посещаемости живого классика Глазунова. В Перестройку картины Васильева стали знаменем для первых любителей язычества и радетелей Русской национальной идеи. Как и в какую сторону распиарили подобные личности творчество художника, не трудно догадаться. В картинах главенствовала древнерусская тематика, но не историческая, а идеализированная, уходящая в то, что сейчас называют «славянским фэнтези». Процент легендарности сильно давил на достоверность. С технической стороны картины вылизаны и дотошны, полны деталями, что по нраву зрителям.
Не особо мудрствуют над картинами правоверные «рузске поцреоты». По их мнению, работы Васильева просто таки заряжают зрителя на патриотизм, любовь к родине и духовность, стоит лишь постоять рядом с ними несколько минут.
Наши эксперты, что обильно обсели Лурку, рекомендуют уделить внимание интересному совпадению. Хоть Васильев никогда и не был знаком с творчеством национал-социалистических художников, можно сравнить его приемы с теми, что использовались творцами Третьего Рейха. Такое совпадение может быть серьезным орудием в руках умелого тролля. 
Музей художника, что уютненько примостился в тихом, но дорогом уголке Москвы, неоднократно пытались отжать под свои низменные нужды серьезные дяди, не побрезговавшие даже поджогом здания. Картины героя не пострадали. Известный всем Михаил Задорнов, обретя благородную седину и бороду, стал активным фанатом творчества художника и выступал в защиту коллекций картин, не дав сестре художника распродать все за бугор.
Картины Васильева до сих пор используются для троллинга "православнутых" и "деды-ваивали". Особенно эпичной является картина "Илья Муромец борец с христианской чумой".

Как же его классифицировать? Ломали себе мозги благообразные дяди и тети искусствоведы. Кто он — продолжатель дела Васнецова с его тремя богатырями, православный гений, лютый любитель Древней Руси и славянского язычества или вообще человек не от мира сего, замкнутый сам на себя и мифы, что творил в своей голове?
Или, может, он непомерно раздутая пустышка, поднятая наверх и замеченная лишь потому, что в позднем Союзе было ой как туго с оригинальными и одновременно приятными массовому зрителю картинами? Споры локально идут и ныне. Но Васильев уже прочно вошел если не в пантеон «истинно русских творцов», то где-то очень рядом. Картины его будут питать срачи в Интернетах еще очень долгое время, и как любое безмолвное знамя его будут использовать в своих целях все, кому не лень.