Челноки

Челноки — оптовые торгаши, закупающие товар за границей, или просто где подешевле, и продающие его у себя уже с накруткой по цене 9000%. К примеру, майка, купленная челноком на Черкизоне по цене 25 рублей внезапно может перепродаться у себя в регионе по цене 500 рублей. Именно из-за челноков пресловутую известность получила одежда для гопников из КНР. В КНР в 80-90-х был экономический подъём, что в сочетании с дешёвой и поистине бесчисленной рабочей силой дало стимул шить в подвалах всякий Асидак и Абибас, подделывать батарейки типа Парасоник, электронику SQNY да приставки Dendy. Именно челноки распиарили эти китайские подделки.
Челноки — суровая реальность этой страны. Зародились в эпоху перестройки. Как всем известно, был дефицит всего. Предприятия (да и не только) простаивали, людям не платили зарплату. Первой задолбалась группа академиков из РАН: купив на последние шиши билеты в Турцию, они решили скупать в складчину все, что можно скупить. По приезду в Дефолт-сити денег на аренду точки на рынке им, естественно, не хватало, да и опасно было. Академикам приходилось торговать прямо на улицах: целые площади превращались в стихийные барахолки, по выходным — с концентрацией свыше 9000 чел/кв.км. Перекрывались целые трамвайные ветки и автобусные остановки.
В 1989 году был заметно смягчён режим выезда из СССР, и руссо туристо поехали покупать шмотки, да и вообще всё, что на глаза попадалось, в ГДР, Польшу, Чехословакию, Финляндию, КНР, Вьетнам, Болгарию, а кому повезло, те умудрялись в США, Францию, Корею и ещё ХЗ куда. Но особо котировалась Турция, которая уже тогда была челночной Меккой: страна-то буржуйская, дефицитов нету, при этом цены халявные, а качество на уровне Европы . Турцию это так пропёрло, что в 1991 году визы стали выдавать прямо по прибытии за 15 баксов.
Цены были самые различные, а достать можно было почти всё, начиная от сигарет, коих в 1990-м году неожиданно не оказалось, и заканчивая пулемётом.
О качестве товаров никто не задумывался, да и не нужно было: покупать по-любому будут. Везли все в клетчатых гигантских сумках ака баулы: сигареты, бритвы, алкоголь, вечно ломающиеся китайские игрушки, паленую парфюмерию, бытовую технику и прочее. Самым меметичным был турецкий чай Caykur: 2-й сорт грузинского, невкусный и не пахнущий, а по слухам и радиоактивный, но другого не было! Также особой популярностью пользовались аудиокассеты и видеокассеты с западными фильмами, которые впоследствии кустарно переводились на русский.
У челноков можно было выменять валюту, но с меньшим профитом, так как это уже не преступление.
В челноки шли не от хорошей жизни, да и сама работа была не из простых. Люди собирали последние гроши ради билета и визы, простаивали в очередях в посольстве. Челноков грабили, убивали, отбирали товар, да и просто кидали на деньги. Но что поделать? Неприятности были повсюду: на вокзале могли обобрать, наебать с товаром. А по возвращении на родину начинался пиздец. Каждый день после полудня приезжали чёткие ребята на восьмёрке, устраивали разборки и вымогали немалые деньги — порядка 40% от выручки, а нередко рэкетирами были члены КПСС. В то время как средняя зарплата рабочего составляла 150 руб. (пока ее платили), челнок наваривал от 3000 до 10000 руб. за рейс. Челноки везли столько, что даже в багажное отделение самолёта всё не влезало и часть приходилось переваливать в салон, отчего нередко начиналось бурление говн а-ля «а где же моя». Дело пошло дальше, в 90-х жадные авиакомпании выкидывали из Ил-86 кресла и набивали в салон раза так в полтора больше народа (с баулами, естественно), чем положено РЛЭ. Заканчивалось все это не авиакатастрофой, а всего-то гнутыми стойками шасси, которые с матюгами правились на Воронежском авиазаводе.
Начиналось всё, разумеется, отнюдь не с рынков, кои были всегда, но торговать на них чем-либо, кроме еды, никто не додумывался. Первые челноки, как уже упомянуто, были академиками и превращали крупные площади в стихийные рынки. А по выходным власти городов перекрывали трамвайные пути. Известны случаи, когда в качестве рынков использовали и школы. В таких случаях люди туда приходили задолго до прибытия торгашей, а поскольку концентрация быдла была запредельно высокой, часто случались драки. Разъярённые толпы крушили весь товар. Однако только здесь можно было хоть что-то достать. А тем, кто умудрился достать, не факт что удавалось донести это до дома — налеты из-за угла были нередки. Алсо на т. н. рынках нередки были бартерные сделки: люди обменивались талонами и прочим барахлом.
Крупнейшими обителями челноков в Москве являются Черкизон и Лужники. Первый был построен в начале 1990-х на месте огромного пустыря. Сразу же к нему начали стекаться челноки. А разгадка одна: возвращаясь, пиздодельный герой истекал по́том под тяжестью n ≥ 1 здоровенных баулов. Если челнок ехал в Турцию, Китай и вообще куда подальше, то из аэропорта его привозило такси. А при поездках в Польшу всё было по-другому: на поезде доезжали до Бреста, а оттуда уже автобусом или поездом в Варшаву или другие города. На обратном пути из Бреста стекались тысячи автобусов на тот самый Черкизон.
Сабж продолжает существовать в этой стране и поныне. 95% продукции в провинции привезено из КНР, Турции и Польши. Но той романтики 80-90-х уже нету.
В связи с пресловутым падением железного занавеса, а также объединением ФРГ и ГДР, популярным ремеслом стал перегон машин из Японии и ФРГ, реже — наших машин из Эстонии и Литвы. Пошлины тогда были нищебродские (а на «Жигули» до 92 года их не было вовсе), и если во Владивостоке новый тазик стоил $12000, то, например, пятилетний Ниссан или Хонду можно было взять в пределах $800-1000, более надёжные Тойоты стоили от 2000 вечнозелёных, а приобрести что-то спортивное, наподобие Хонды Интегры, стоило $24000, что равнялось стоимости двух зубил. Другими центрами перегоночного бизнеса в Рашке были Калининград и Поребрик-сити; там специализировались на машинах из Германии и Скандинавии, соответственно. Нередко основной целью поездки были и запчасти, коих в Рашке был дефицит. Ремесло отличалось крайне высокой степенью опасности. Это обуславливалось полнейшим отсутствием вменяемых дорог, рэкетом, возможностью купить угнанную в буржуйском мире машину и т. п. Сцена сабжа раскрыта в перестроечном боевике «Риск без контракта».
Ныне, с развитием интернета и его большей массовой популярностью, челноки появились и на его просторах. Они обмениваются опытом, товарами и прочим. Договариваются об арендах, кому подешевле продать, кооперируются и т. п. А также по дешёвке скупают друг у друга билеты.