Студент/Академисты

В старом добром СССР все ВУЗы делились на два подвида: институты и университеты. Институты обычно были профильными, часто принадлежали к профильным министерствам, и готовили инженеров (см. выше). Университеты же были чисто академическими (физика/химика/матан) и готовили личинок советской интеллигенции, а точнее — младших научных сотрудников. Вялотекущий срач между этими двумя категориями ВУЗов поддерживался уже тогда, так как инженер мог рассчитывать на то, что его будут посылать на хуй простые советские рабочие, пусть в ебенях, но на хорошие деньги, а академисты должны были дрочить вприсядку в очередном НИИ за 120 рублей, но зато в местах относительно цивилизованных (даже если работа была связана с многочисленными выездами, как например у геологов, сами НИИ как правило располагались в столицах союзных республик или крупных городах). Соответственно, если инженеры троллили академиков отсутствием прикладных задач во время обучения, то академия отшучивалась, что-де мы делаем Фундаментальную Науку, а вся эта ваша прикладная хуета — это всего лишь следствие. Как-то так.
В 90е годы академисты нехило отыгрались. Дело в том, что когда Россия скатывалась в УГ, в первую очередь финансирование покоцали отраслевым институтам; кроме того, выяснилось, что 50-летний план по обеспечению жителей СССР утюгами годен разве что на туалетную бумагу; ебеня же превратились из ебеней относительно цивилизованных в какие-то феерические пиздецы с бандюками и разборками средь бела дня. Инженеры подумали-подумали, почесали головой и массово двинули в бизнес, в том числе — по распиливанию своих же предприятий. В это время академическая наука как раз не стояла на месте. Дело в том, что под проекты сотрудничества с Россией разного рода фонды Сороса выделяли неплохие деньги, и поэтому не так уж мало народу или повторили подвиг поросёнка Петра, или жили в режиме «три месяца в году читаю лекции в Швейцарии — девять месяцев живу в России». Естественно, глядя на эти подвиги, дети интеллектуального меньшинства делали соответствующие выводы.
В новое время расклад несколько поменялся. С одной стороны, Академия Наук и её финансирование чем дальше, тем больше скатываются в УГ, как и уровень российской науки; с другой, уехать инженером намного сложнее (разве что если наняться кодером к индусам), чем по академической линии, так как из-за разного рода допусков нанять инженера со стороны намного сложнее, чем человека с академическими корочками. С другой стороны, если не уехать, не иметь папу-академика или маму-олигарха, то занятия наукой в этой стране в основном приносят деньги на карманные расходы и тешат ЧСВ таковых поциентов (зарплата аспиранта, устроенного внештатным м.н.с. в успешную лабораторию с грантами и госзаказами в Default city, составляет порядка 30 тр).
С другой стороны, получившие корочку кандидата академисты (прежде всего химики и биологи, которые био%какая-нибудь%химия) неплохо чувствуют себя и в этой стране во всяких околонаучных фирмах (торговля оборудованием, коммерческие аналитические конторы, производство биодобавок), получая 3-4 тысячи енотов в месяц + премии и помыкая с видом илиты выпускниками-манагерами и быдлоинженерами.
Как следствие, если к четвёртому-пятому курсу студенты-инженеры представляют собой относительно сплочённую группу тёртых корешей, то представители «фундаментальных» факультетов начинают резко делиться на группы из тех, кто понимает, что ему что-то светит (а в случае с биологами это могут быть и шестизначные суммы в убитых енотах в год), и тех, кто понимает, что по профильной специальности — ЖОПА, что, бля, всё идёт куда не стоит и что в своей жизни нужно что-то менять, причём менять радикально. С учётом того, что даже матанности на многих специальностях не очень много, это может доставлять.
 
Одним из видов академистов является химик — неприметный человек с прожжённой слизистой носа. Во время обучения изучает over 9000 дисциплин, содержащих слово «химия»: неорганическая химия, органическая химия, аналитическая химия, химия высокомолекулярных соединений, коллоидная химия, химия в экологии, биохимия, нанохимия, супрамолекулярная химия, квантовая химия, химия твёрдого тела, бионеорганическая химия, химия природных соединений, радиохимия, нефтехимия и прочие.
Рукава закатаны либо плотно облегают запястья, имеется и халат, бывший когда-то белым, от одного запаха и вида которого собеседника увозят в обитель Кащенову. На руках — пара следов от азотной кислоты (зачастую ограничивается желтоватым оттенком кожи, которую со временем можно будет отодрать примерно как высохший клей ПВА), реже встречаются более-менее серьёзные повреждения другими веществами. Своими ожогами и другими полученными в результате опытов травмами химик, как правило, гордится, в некоторых ситуациях для повышения ЧСВ <del>нарочно себя калечит</del> демонстративно показывает шрамы и рассказывает краткую историю приобретения каждого из них. В узком кругу любит обсуждать доступные способы получения взрывчатых/наркотических/психотропных/отравляющих и других интересных веществ, а также спирта из объектов повседневного быта.
Настоящий химик хотя бы раз в жизни что-нибудь взорвал. Ну или хотя бы натрия или сульфида алюминия в сортир кинул. В отличие от студентов других факов, знает ещё и номинальное назначение колбы Бунзена (эдакий унитаз с узким горлом) и может из любого хлама собрать самогонный аппарат, производящий 95%-й спирт. Алсо, химик полезен тем, что умеет по запаху безошибочно определять пригодность жидкости для приёма внутрь и знает способы сведения любых пятен с одежды (кроме своего халата), а также надписей шариковой ручкой с бумаги.
Потенциально ненавидит технарей-физиков, a после первой же практической работы под руководством элиты вышеупомянутого подвида ботаник-химик, исповедуя показную дисциплинотерпимость, готов подсунуть вышеупомянутым лжеботанам метанол. С другой стороны, «химик», который совсем не шарит в физике — в большинстве случаев просто мудак. Любите физику, мать вашу!
Ещё подвид — химики-теоретики, халата прожжённого не надевавшие, колбу Эрленмейра аль перегонную установку в руках не державшие. Сидят они себе перед компьютером да занимаются всякими симуляциями в области квантовой химии. Химики такого профиля обычно хорошо знают физику и матан — конечно, для специалистов вне этих областей. Частенько также сравнительно толковые программисты. В народе почти неизвестны, ибо, во-первых, встречаются очень редко, а во-вторых, с образом химика ассоциируется именно тип в халате, варганящий вещества или взрывчатку.
Другой подвид. Биолог обладает своеобразным взглядом на мир, отличается шизоидностью и особым, тонким флёром ебанутости. Как и химик, имеет некогда белый халат, но заляпан он, кроме химических красителей, еще и кровью крыс и лягушек. Многие биологи умеют выращивать в домашних условиях растения и грибы, но ленятся, ибо всегда знают, на какой полянке можно нарвать на халяву. Некоторые биологи вообще употребляют только безалкогольные напитки в силу того, что слишком хорошо ходили на лекции по биохимии, физиологии, эмбриологии и теперь знают про пукающих бактерий.
Матан у биологов представлен в основном в виде химуравнений и + всякие «математические методы в биологии». Впрочем, большинству биологов матан даётся с большим трудом. Синусы, косинусы, интегралы, дифференциалы… Куда проще вызубрить к семинару внушительный массив систематики на латыни, а оставшееся время и творческие силы посвятить перерисовыванию из книжки, а порой — на практике — и с видимой в микроскоп или бинокль натуры или же тупо с книжки десятка-другого рисунков в альбом (этакая альтернатива черчению).
Структуре студенческой биомассы современных биофаков устойчиво присущи как минимум две черты. Во-первых, значительное преобладание в студенческой популяции женских особей, что уже само собой на что-то нам кагбэ намекает. Во-вторых, на биофаке (по сравнению с большинством других не гуманитарных факов) наблюдается повышенное количество тех, кто пришёл просто за каким-нибудь дипломчиком или за отсрочкой от армяги или ещё ради какого-то профита, но никак не ради самой биологии и перспективы становиться специалистом-биологом, о чём и имеют-то весьма смутное представление (значительная часть этого балласта даже имеет все шансы дойти до победного диплома, ведь матана же — кот наплакал!). Просто многие, кто интересовался и готовился по биологии, поступают в мед, на биофак же часто идут с темой, что «главное, что матана мало, а биология — пфффф — пестик-тычинка-травка-собачка, хуйня же!». Внезапно различная химия (которую, к слову, бывает дружно валят почти всем потоком) вызывает у этих студней сильные негативные эмоции и разрыв шаблона (ну не понимаю я химию, но разве это значит, что я плохим биологом буду, ЛОЛ). В потоке бывает ещё находится один или пара человек, которые при возможности борются с теорией эволюции (на семинарах по гум. предметам вроде философии порой ну просто хочется взять и уебать), как бы намекая о своей высокой духовности. Но большинству как обычно.
Нужно сказать, что матан и физика также порождают особо эпическую драму в жизни биолога. Большинство биологов ввиду организации ума не способны к матану, им не дано, с другой стороны, ум у них всё-таки есть, и идти на филфаки и гумы они считают ниже своего достоинства, а ЧСВ толкает их поступать во всё более и более престижные университеты. В свою очередь биофаки, в зависимости уже от ЧСВ университета и собственного руководства склонно готовить не ботаников-зоологов, а труЪ-молекулярщиков, биофизиков и биохимиков, соответственно и физики с матаном дают больше и ебут жёстче. Первый же семестр обучения вызывает у биолога разрыв шаблона: ведь он пришёл учить биологию, а учит матан!!!111. Количество кирпичей, высираемых каждую сессию, и тонны ненависти к вышеуказанным предметам пропорциональны произведению ЧСВ биолога на ЧСВ факультета, и, как вы понимаете, и то, и другое нередко over 9000. И после первой же сессии, каким бы себе ранее биолог не казался крутым, он понимает, что он говно. Часто это приводит к излечению поциента от Сами-Знаете-Чего.
Алсо, не следует забывать, что биологи — полевая (большинство особей) специальность. Поэтому чуть более, чем половина настоящих биологов способна пройти 30 км по пересечённой местности «за так», разжечь костёр в любых условиях и склонна таскать на себе хуеву тучу всякого ненужного в повседневной жизни барахла, как то: ножи (но чащё для Ъ-биолога это <del>скальпель</del> топор), пассатижи-мультитулы, аптечки, алюминиевые кружки, спички, зажигалки (даже будучи некурящими), etc. Практика у биологов — это, как правило, либо весёлые посиделки в лабораториях <del>с блэкджеком и шлюхами</del> с одновременным изучением братьев наших меньших (с найденным в тушке жертвы метровым глистом гарантированно фоткается на быдломобилки весь курс, строя в камеру щасливые ебала на фоне макаронины), либо выезд в какие-нибудь Верхние / Нижние / Великие Ебеня всерьёз и надолго для собирательства материальчика на курсовую или диплом. Выездные практики биологов как правило весьма колоритны (природа, вотка, любоф, ну вы поняле). А вообще, классификация специальностей биологов — дело неблагодарное, ибо тысячи их: биохимики, биофизики, генетики, молекулярные биологи, микробиологи, эмбриологи, энтомологи, ихтиологи, орнитологи, ботаники и пр., и пр., и понять у кого из них выше ЧСВ совсем не просто.
Отдельной статьёй идут экологи, на которых true-биологи смотрят как на недостающее звено в эволюции низших приматов, ибо завидуют их невероятной способности обретать халяву везде и всюду.
Ещё существует редкие зооинженеры, адская смесь биолога и ветеринара в одном студенте. Встречаются в аграрных вузах и сельскохозяйственных институтах. Помимо общего курса биологии и зоологии, учат основы ветеринарии, генетику, селекцию и разведение различных скотин. В основном представлены либо быдловатой деревенщиной, поступившей в вуз, чтобы подняться в родной деревне до зоотехника, либо распиздяями, которые никуда больше не смогли поступить. Вторые в основном пинают хуи три первых курса, на четвёртом выбирают профилем кинологию, получают диплом и разводят кабыздохов, продавая их за большие деньги, либо идут на госслужбу.
Биолог довольно высокомерно относится к таким специальностям, как физик и математик (которые, впрочем, наряду с химиками, говорят о биологах с достаточно заметной иронией и подтекстом «что ж поделать, им просто не дано»), но в особенности биологи презирают экономистов, в силу их отвращения и панического страха перед мышами, червями, насекомыми и заляпанными кровью халатами. Что характерно, тонкий юмор биологов сродни медицинскому, например: «Подготовьте мышь к эксперименту, полученный гомогенат разлейте по пробиркам», — взято из практикума по изотопным методам анализа. Ну, или черепом (обычно человеческим) покидаться на анатомии — тоже как за здрасьте.
В целом же обучение на биофаке положительно сказывается на психическом и умственном здоровье. Разнообразие предметов хоть сколько-то расширяет кругозор (порой насильственно), с другой стороны, всякие многомерные и фрактальные пространства мозг не взрывают, хотя об их существовании он знает. Равномерное усвоение изучаемых на биофаке дисциплин благоприятствуют адекватному пониманию окружающего мира в большей степени, чем ведёт к ФГМ. Наконец, биолог может безбоязненно и свободно излить все свои комплексы и подавленные желания на лабораторных животных. Ничто так не лечит психику, как пара-тройка вскрытых крыс. Так что шизанутость и ебанутость биолога — это результат как раз его нормальности.
Что же касается трудоустройства, то по окончании обучения, работа учителем в школе — единственный очевидный вариант трудоустройства по специальности. Особенно если ты не биотехнолог или ещё какой-нить там, труЪ-молекулярщик, а сраный зоолого-ботаник. Впрочем, при наличии мозгов и (или) связей возможны и другие варианты… в том числе и без этих ваших вожделенных забугорьев. Хотя достойно подняться (конечно же переобучившись и начав с какого-нибудь фекального доильщика скунсовой струи) возможно лишь там, но не здесь.
Так называемые представители комплекса наук о Земле. В силу обстоятельств, эконом-географы должны учить и знать физгеографию, а физгеографы — экономгеографию. Но всем похуй, ибо приставка «эконом-» никуда не делась. К тому же на многих специальностях больше половины — представительницы женского пола.
Количество матана и стата аналогично биологам, хотя матана и статистики куда больше у океанологов, гидрологов и всеми ненавидимых метеорологов. Последним больше всех достаётся за часто неверные прогнозы погоды, халявную работу и мифы о глобальном. Так что погодники редко получают больше одного килобакса в месяц. Хотя если их совсем не будет, то авиации может грозить тотальный коллапс, да и смартфончег не будет показывать, сколько градусов за окном.
Присутствует наряду с матаном физика и химия, вызывая баттхёрт и порою разрыв шаблона. В свою очередь, их обучение вызывает багет у физиков и <del>лир</del> химиков.
Отличительная особенность — любовь к практикам с выездами в ебеня собачьи, посиделками у костра, пожиранием водки в промышленных масштабах и игрой на гитаре, изучением просторов России и СНГ. И вообще, девиз у них — «теория <del>и практика неразделимы</del> суха, а практика запойна». В итоге на выходе получаются отличные землекопатели.
Довольно редкий среди студентоты зверь — геодезисты (иногда также называются картографы). Обязательно знание матана, геометрии и математической статистики. Студент-геодезист изучает туеву хучу всяких видов геодезии: высшая геодезия, спутниковая геодезия, картография, маркшейдерия, гидрография, топография и т. д. За время обучения будущий геодезист учится управляться с теодолитом, тахеометром и нивелиром (очень часто учась на допотопных приборах прошлого века. Известны случаи, когда самый старый теодолит, используемый для обучения студентов, выпущен аж в 1949 году). Картографы геодезию учат примерно в половинном объеме, зато изучают множество окологуманитарных дисциплин по канонам технических: дизайн, печатное дело, составление, редактирование карт, а иногда — еще и учатся рисовать карты вручную, перьями и рейсфедерами, и красить акварелью в 3-10 слоев. Правда, от шести семестров ручного черчения сейчас остался лишь один, но нигде в мире этому не учат уже лет 20. Очень интересным и веселым явлением для геодезистов является летняя учебная практика, во время которой выпиваются десятки литров водки, выкуриваются килограммы растений, а также выполняются разного вида снимания территории. Уже одно называние себя геодезистом повышает ЧСВ студента до пиздецовых размеров.
Перечисление классификаций этих специальностей — бесполезное занятие, ибо тысячи их: помимо вышеназванных, геохимики, петрологи, палеонтологи, геоморфологи, ландшафтоведы, криолитологи и т. д. Особняком стоят экономгеографы, которых, по идее, учат всему понемногу и многим даже дают дополнительный язык, а в результате чаще всего выходит ни туда ни сюда. Загвоздка в том, что если физгеография имеет весьма солидную базу фундаментальных советских наработок (не слабее, а возможно, и покруче тогдашней американской), серьёзные занятия экономической стороной медали всегда были прерогативой загнивающего Запада — in Soviet Russia это считалось непрестижным. Поэтому многим и приходится сваливать за бугор, чтобы там получать нормальные знания по экономгеографии.
Даже если и всем похуй, в этой стране такие люди нужны, ибо главной статьёй дохода нашей банановой республики является экспорт полезных ископаемых. Поэтому экономисты всё же должны знать, где нефть искать и почему именно там, а не у себя на даче. Алсо, Шелдон Купер презирает геологов, хотя не так сильно, как гуманитариев.