Котёл

Котел ("Кольцо, Клещи, Мешок, "рас. арийск. "Kessel", англ. "Pocket") — терминальная стадия окружения войск противника, характерная большим количеством сваренной техники и живой силы. Всем попавшим в него можно пожелать лишь скорейшего плена и/или смерти.
Мем рожден в XIX веке немецкими военными, осмыслявшими полученные от Наполеона люли и задумывавшими люли ответные. Активно форсился после ПМВ, когда появилась возможность разрешить люто, бешено проявившийся в ней «позиционный кризис» путем поклейки невообразимого количества танчиков, грузовиков «Опель-Блиц», БТР «Ганомаг» и прочих вундерфафлей с моторчиками.
Происходит от немецкого выражения «in den Kessel geraten» — попасть в окружение, букв. «попасть в котёл» или «Еinkеssеlung» — окружение.
Основная идея котла: не только захват территории со всеми ништяками на ней, но и выведение из игры крупных сил противника, которых заменить-то нечем. Для этого на флангах собираются самые сильные и подвижные войска, чтобы идти вперед и окружить противника, центр же относительно слаб.
Сумрачный германский гений обогатил военную науку тактикой «асимметричных канн». Оба фланга комплектуются мобильной ударной группировкой, а центр — малоподвижными и немногочисленными силами, чья задача удержаться до тех пор, пока фланги не совершат прорыв и не соединятся в тылу противника. Однако, поскольку танчиков на всех не хватало, то ударные группировки делались разными — одна более подвижная (танки и мотопехота), другая менее (просто пехота).
Результат одинаков — враг окружен, ему быстро становится нечего жрать и нечем стрелять, и начинается гуро и BDSM.

Ниже приводятся самые каноничные и лучшие котлы в мировой истории:

Классической операцией на окружение была битва при Каннах, где Ганнибал Барка навалял неиллюзорных люлей римлянам, под командованием Гая Теренция Варрона и Луция Эмилия Паулюса (надмозг. Павел).
С тех пор операции по типу: «на флангах ударные мобильные группировки, при относительно слабом центре» именуются «каннами».
Не стоит забывать, что ударная группировка сама могла подвергнуться фланговым ударам и оказаться в окружении.
В битве при Алезии, уже римляне надавали люлей галлам, чем показали способность к обучению.
Первый каноничный котёл в стиле WWII, со штаффелями кампффлюгцойгов, затмевающими солнце и панцерабтайлунгами, сносящими всё на своем пути огнем шверпанцерканонов, был устроен (сюрприз, сюрприз!) в Монголии, Красной армией для японцев. Подробности луркай по ключевым словам «:w:Бои на Халхин-Голе», «номонганский инцидент», рас.лунн. ノモンハン事件 (Номон-хан дзикэн).
Немцы в процессе выпиливания Польши в считанные дни (с 1 по 10 сентября) устроили пять котлов, в самом крупном из которых взяли в плен триста тысяч бравых жолнежей.
В мае этого года передовые немецкие технологии приготовления пушечного мяса испытали на себе французы, бельгийцы и вписавшиеся за них англичане. Изюминкой этой кампании было море, к которому немцы нежно прижимали сопротивляющихся противников. Англичане показали себя читерами — из Дюнкерка уплыли, оставив немцам всё тяжелое и часть союзников, остальные таки уплыли с англичанами.
План был чудо как хорош:
Упреждение в развертывании, никаких розовых соплей с нагнетанием напряженности и объявлением войны.
Три группы армий и четыре танковых группы рвут оборону границы на мальтийский крест.
Приграничные армии множатся на ноль в трех-четырёх котлах.
Подошедшие позже армии внутренних округов съедаются следующей цепочкой котлов.
Осенью пьем шнапс в Москве.
но имел один недостаток: не учитывал фантастическую способность СССР к генерации новых юнитов, и что важнее — заточенную под военные нужды промышленность.
Группа армий «Север» после эпичного, но короткого боя у Алитуса покатила в сторону Ленинграда через территорию чухонских республик, практически не встречая сопротивления, попутно отжимая части РККА к морю. Передовая база Краснознаменного Балтийского флота Лиепая (Либава) 22 июня перенесла не только бомбежки, но и артиллерийский обстрел, передовая же. Защитники базы практически сразу оказались отрезаны от основных сил, но прекратили сопротивление только 29 июня, то есть продержались чуть больше, чем весь Западный фронт.
Никого не удивляет, что в 41-м терялись армии, но ведь и находились же! Донесения из штаба 11-й армии привели к когнитивному диссонансу у командующего Северо-Западным фронтом Ф. И. Кузнецова, который прекратил с ней связь, решив, что командарм в плену и шлет телеграммы под диктовку немцев. Параноик был снят с должности 30 июня вместе с коллегой с Западного фронта, но был отправлен исправляться под Смоленск (командарм-21), а не расстрелян.
Новому комфронта Жуков разъяснил:
Начальник Генштаба, Жуков
Западному фронту Д. Г. Павлова (его позже расстреляют) повезло меньше всех: в его полосе наступали сразу две танковые группы: Гота (Oh mein Gott!) и Гудериана, которые взяли бодрый старт. В Брестской крепости пехотные соединения блокировали две дивизии 4-й армии, а танки Гудериана проехали мимо практически без задержек. Гот наступал из выступа в районе Сувалок (название символизирует). На третий день войны за спиной 10-й и 3-й армии танковые клещи сомкнулись, cлучился первый котел на Восточном фронте. Но котел оказался дырявым, так как танкам нужно было наступать дальше, а пехота несколько отстала. Не останавливаясь, 3-я и 2-я танковые группы оформили следующий котел западнее Минска, где сварились остатки 3-й, 10-й армий и части 13-й и 4-й армий. Минск был зохвачен 28 июня, на седьмой день войны, в этот же день на заседании Политбюро Сталин заставил всех наркомов высрать тонну кирпичей.

Командующий фронтом был отстранен 30 июня, впоследствии расстрелян с группой товарищей.
Но и котёл под Минском оказался дырявым. Из окружения вышли оба командующих армиями. Бойцы новой, седьмой по счету, армии В. И. Кузнецова (в июне 41-го командарм-3, не путать с Ф. И. Кузнецовым) застолбили Рейхстаг красным флагом и расписали стены неприличными надписями, но это будет сильно позже…
По вопросам дыр в котле между Готом и Гудерианом состоялся обмен мнениями. Гудериан отправил 18-ю танковую дивизию в Борисов и 3-ю ТД в Бобруйск, для зохвата мостов через Березину, Гот же настаивал на качественном запечатывании котла. По непроверенным данным, узнав о решении Гудериана, Гот заявил: «Так ты значит в Бобруйск? Животное!!!».
Мосты через Березину в Борисове Гудериан захватил, в Бобруйске же немецкие танки встретил салют — мосты взлетели на воздух. Не долго горевав, немцы собрали мост из имеющегося комплекта и опять вперед, блицкриг, нах.
На победные реляции Гитлер взорвался: «Если все так хорошо, то где пленные? Почему всего 100 тысяч?». Пленных стало прибывать, вскоре количество пленных зашкалило за 340 тысяч, что несколько превышало 250 тысяч, попавших в котлы по советским оценкам. Глядя на подобные статистические извращения, можно судить, что погибшие танкисты и пехотинцы специально воскресали, чтобы сдаться, и не по одному разу.

На Юго-Западном фронте сначала дела шли получше, чем у соседа. Танковые корпуса бегали в треугольнике Луцк-Ровно-Броды, как броуновские частицы, теряли танки на маршах и на противотанковых заслонах. Котла на Львовском выступе не случилось, 6-я и 12-я армии отходили на восток. Однако, пехота ходит медленнее, чем ездят танки, как немецкие, так и советские. Мышеловка захлопнулась 2 августа в районе Умани, 4-й механизированный корпус генерал-майора Андрея Андреевича Власова, который должен был прикрывать отступление с севера, оказался восточнее аж на 340 километров.
Уже 8 августа сопротивление в котле прекратилось. В котлован под Уманью («Уманская яма») потянулись колонны пленных. В этом котле впервые попали в плен командующие армий, аж целых два. Чем не преминул воспользоваться Геббельс, была растиражирована фотка в виде триптиха: комкор Н. К. Кириллов, командарм П. Г. Понеделин и какой-то довольный мужыг в форме. Фотомодели тут же были объявлены предателями и заочно приговорены к расстрелу.
10 июля старые знакомые Гот и Гудериан перешли в наступление в районе Смоленска, намереваясь продолжить цепочку котлов на короткой дороге к Москве. Но пережив шок от приграничного сражения, РККА внезапно отказалась выступать в роли мальчика для битья. Хотя битва под Смоленском закончилась успехом немцев, и были организованы несколько котлов — под Витебском (там попал в плен Яков Джугашвили, угадайте, кто это), Могилевом и, собственно, под Смоленском — части РККА контратаковали и даже освобождали города. Вся история продлилась два месяца, что никак не укладывалось в график блицкрига.

К концу августа линия фронта имела вид этакой загогулины, на севере — вынесенный далеко на восток «балкон», на юге повторяла течение Днепра, практически точно с небольшими изменениями: советские удерживали Киев, опрометчиво построенный предками на западном берегу, немцы имели несколько плацдармов в районе Днепропетровска и Кременчуга. Гудериан мечтал о Москве, но 23 августа получил приказ поворачивать на юг, что вызвало у него учащенное сердцебиение, даже летал в Берлин разбираться, где опять же был послан на йух. Позже это решение вызвало у немецких генералов тонны ненависти, мол, упустили шанс взять Москву осенью. Но все это ЛПП и попытки оправдаться. Решение было вполне логичным, так как в Полесье сидела слабо пострадавшая в приграничном сражении 5-я армия Михайло Ивановича Потапова (это не псевдоним!), которая очень неприятно щекотала мягкое брюшко группы армий «Центр». Понимал нюансы и Буденный, который предложил сдать Киев и отвести прикрывающую его новую 37-ю армию А. А. Власова в резерв, на случай всяких неприятностей. Но сидевший со своими войсками в Киеве генерал-полковник Кирпонос зассал прорываться и доложил в Ставку, что не думает оставлять Киев. Так же инициативу отвода войск от Киева поддержал и Жуков. Предложение сдать столицу Советской Украины без боя вызвало у Сталина разрыв шаблона, Жуков был снят с должности начальника Генштаба и отправлен в поля, подышать свежим воздухом и покомандовать Резервным фронтом. Известно это, правда, только со слов самого Жукова (или, точнее, авторов его мемуаров). Поскольку он говорит, что спорил со Сталиным в его кабинете, а журнал посетителей о нем не упоминает примерно за неделю до и после указанной даты (между 20-го июля и 5-го августа), вполне вероятно, что маршал приврал. Однако, не менее вероятно, что журнал просто подчистили от нежелательного гостя.

24 августа Гудериан начал наступление на юг, чуть позже Клейст вскрыл плацдармы на Днепре и наступал на север. Киев оказался чемоданом без ручки — и бросить жалко, и держать неудобно. В результате приказ на отвод войск запоздал, а 1-я танковая группа Клейста и 2 танковая группа Гудериана 15 сентября встретились в районе Лохвицы (специально же выбирали деревню с таким названием). В окружении оказалось 5 армий Юго-Западного фронта что-то около 450 тысяч). Считается некоторыми за крупнейший котёл в истории что в корне неверно — были котлы больше. Окруженная группировка была оперативно нарезана на четыре котла, сопротивление в которых прекратилось 23-25 сентября. Командующий фронтом Кирпонос погиб при выходе из окружения, попал в плен командарм М. И. Потапов. Трое других командармов (А. А. Власов, В. И. Кузнецов и Ф. Я. Костенко) из котла выбрались и получили новенькие армии свежего формирования.
Из примерно 750 тысяч списочного состава Юго-Западного фронта безвозвратные потери — убитые и пропавшие без вести 616 тысяч — это общий счёт за Уманский и Киевский котлы и потери вне котлов).

В сентябре на западном направлении не было ни одной немецкой танковой группы, Гудериан (2-я ТГ) и Клейст (1-я ТГ) наводили шороху у Киева, Гёпнер (4-я ТГ) и Гот (3-я ТГ) решали вопрос с окончательной блокадой Ленинграда. Неудачно, соединиться с финнами на Свири не удалось. Хоть на этом участке войск фактически не было, Маннергейм не хотел быть в роли обезьяны, достающей каштаны из огня для бесноватого фюрера. Он занял значительную часть Карелии вместе с Петрозаводском и после этого решил спокойно постоять в сторонке, наблюдая за схваткой двух ёкодзун — даже в артобстрелах Ленинграда отказался участвовать. Именно поэтому меметичная блокадная надпись наносилась на дома по северной стороне улицы: город обстреливали лишь немцы с Пулковских высот. Услуга за услугу: после войны русские Финляндию оккупировать не стали, лишь за моральный ущерб забрали Карельский перешеек и Печенгу (она же Петсамо), отхваченную финнами в начале двадцатых.
Советское командование понимало, что без крупных масс танков наступление на Москву не состоится, поэтому особо тщательно прикрывало танкоопасные направления вдоль шоссе в районе Вязьмы и Брянска. Однако, появление сразу трех танковых групп на подступах к Москве было весьма неприятным сюрпризом.
1 октября 2-я ТГ Гудериана нанесла косой удар по направлению Орел-Мценск и далее на Тулу, в районе Брянска образовался котел, куда попали три армии — основные силы Брянского фронта. «Быстрый Гейнц» действовал в своем репертуаре, котел опять оказался дырявым. Заметная часть окруженцев смогла пробиться наружу и отступила в район Тулы.
2 октября вернувшиеся с севера Гёпнер и Гот нанесли удар севернее и южнее Вязьмы, где их не ждали. 7 октября в котел у Вязьмы попали основные силы сразу двух фронтов — Западного и Резервного. Гёпнер и Гот были более обстоятельными арийцами и внимательнее отнеслись к запечатыванию котла, поэтому здесь из 37 дивизий прорвались только 16. сопротивление закончилось к 12 октября, после израсходования еды и боеприпасов. Катастрофа сразу трех фронтов на подступах к столице по масштабам превысила даже Киевскую, но так как советские армии варились в двух котлах, сомнительная слава «самого большого немецкого окружения» осталась за Киевским котлом.
В операции, которая должна была стать финальной на Восточном фронте, немцы не придумали ничего нового. Пехотные соединения неспешно прогрызали Можайскую линию обороны, не позволяя расслабляться обороняющимся, а танковые клинья охватывали Москву с севера (через Калинин и Дмитров) и юга (через Тулу). Тут-то «быстрый Гейнц» пожалел о своей халатности в деле герметизации кухонной утвари: окруженцы, отошедшие из Брянского котла, и рабочее ополчение Тулу не сдали. В результате, клин 2-й ТГ сам оказался в мешке и к декабрю чувствовал себя неуютно. На северном фасе немцам удалось взять Калинин, но отошедшие советские части затаились в лесах у города и дальше не пускали, наступление в районе Яхромы, Дмитрова тоже было остановлено.
На фоне окружений под Вязьмой и Брянском Мелитопольский котел выглядел невинной шалостью немцев, но не в абсолютных цифрах: 100 тысяч пленных, 18-я армия Южного фронта прекратила существование, командарм погиб.
В общем про 1941 — это отдельный мем, означающий кромешный беспросветный адовый пездец. Ньюфаг, пытающийся разобраться, почему так случилось, сильно рискует душевным здоровьем. Не вдаваясь в какой-то анализ, с этим — луркайте специализированные ресурсы, скажем кратко. Котлы, котлы, котлы… 

К декабрю 41-го немцы посмотрели в бинокли на Кремль и остановились погреться. С другой стороны фронта на помощь подмосковным ополченцам и бывшим окруженцам наконец-то добрались суровые сибирские мужики, которые устроили этим туристам локальный экстерминатус под Москвой. Однако, Ставке и Генеральному штабу хотелось чего-то более глобального.
В январе, Г. К. Жуков послал командарму-33 М. Г. Ефремову телеграмму: «Ноги в руки и на Вязьму, есть шанс отличиться».
На севере началась очередная операция по деблокированию Ленинграда (Любанская операция).
В районе Демянска, между озерами Ильмень и Селигер окружили II армейский корпус.
На юге началась Барвенковско-Лозовская операция. В Крыму высадился десант, освобождены города Феодосия и Керчь.
Немцы несколько охренели, но проявили характер стойкий, нордический. Цепко обороняли узлы коммуникаций и узловые точки (шверпункты) в основаниях прорывов, окруженных в районе Демянска любовно снабжали по воздуху. В результате, к весне 42-го линия фронта имела такие причудливые очертания, что Артемий Лебедев нервно курит в сторонке в обнимку с «мозголомным пазлом».
Весной подошли свежие юниты уже с западной стороны и методично стали рихтовать линию фронта.

После окружения у Барвенково двух советских армий немцы весело покатились к Сталинграду, где ввязались в изнурительные городские бои, и к Кавказу, где установили флаг на Эльбрусе. Ударами из междуречья Дона и Волги русские пытались сделать небольшой котел под Сталинградом, но все атаки были отбиты.
От таких неудач советское командование затаило злобу…
В сложившейся на ноябрь 1942 года обстановке советское командование понимало, что помочь могут только боги, поэтому операции ноября 42 и зимы 42-43 года назывались «Марс», «Уран» и «Сатурн».
Марс.
Ржев — кость в горле Красной Армии. Очередная попытка сделать котел группе армий «Центр» закончилась полным облажанием. Зерг раш на пулеметы и наступления танковых корпусов по оврагам как-то не способствовали удаче. Да и немцы опять продемонстрировали устойчивость обороны, корпус Фреттер-Пико носился между Ржевом, Сычевкой, Оленино и Белым как Фигаро, затыкая возникающие дыры и оформляя локальные котлы прорвашимся ударным группировкам РККА. В этом котле готичный танкист с характерным именем Фриц набил 42 фрага за 2 суток, причём 5 фрагов подряд он набил за 1 минуту!
Но была в этой бочке говна и ложка меда: западнее, в Великих Луках, наши устроили немцам небольшой, но хороший котел, который успешно ликвидировали в январе. Командир гарнизона Великих Лук Э. фон Засс был схвачен и отхуячен — повешен в 1946 году на рыночной площади при большом скоплении народа. В штурме Великих Лук принимал участие 8-й эстонский корпус. ЧСХ, немецкие источники фиксируют большой поток внутрь котла перебежчиков-эстонцев, что в очередной раз доказывает не сколько их замедленное восприятие, сколько беззаветную преданность.
Уран
В ноябре Чуйков упорно сидел в овраге на западном берегу Волги в 200 метрах от немцев и на настойчивые их просьбы убраться отвечал решительным отказом. С другой стороны из междуречья Дона и Волги немцев аргументированно просили вернуть Сталинград. В ответ они подтягивали к северу от города свои аргументы. Растянутые фланги армии Паулюса пришлось прикрывать румынам и итальянцам, которые имели пафосные мундиры с золотыми шнурами и люрексом, но в сравнении с Вермахтом, да и РККА, выглядели уныло. 19 ноября началось наступление Донского фронта, 20 — Сталинградского, а уже 23 ноября колечко замкнулось в районе Калача. Паулюс оказался в дырке от бублика, загрустил и попросился домой, а выражение «Главное, чтобы в Новый год тебя окружали хорошие люди» приобрело новый смысл.
В ставке у Гитлера, когда принималось решение, прорываться ему или оставаться, возник вопрос: «А сможет ли доблестное Люфтваффе снабжать окружённых?». Позвонили Герингу, но он находился в Париже, и на вопрос пришлось отвечать дежурному офицеру. Тот рассудил здраво, если в Демянске снабжали, то и в Сталинграде смогём. Паулюс получил приказ держаться до последнего солдата и ждать помощи. Хотя и недостаточный воздушный мост как-то наладили, но был уже не 41-й год — и кашу в котле вкусно приправили самолётиками: транспортная авиация подверглась избиению в воздухе и на земле, прорвавшийся танковый корпус раскатал на аэродроме в Тацинской более 80 самолётов. В общей сложности безвозвратные потери транспортных самолётов и бомбардировщиков Люфтваффе составили, по разным оценкам, от 800 до 1100 единиц, после чего немецкая транспортная авиация перестала существовать как значимый фактор. Потери транспортных самолётов так и не были восполнены немцами до конца войны.
В декабре окружённых попытались прижать к ногтю, получилось не очень, так как внезапно, вместо ожидаемых 100 тысяч в котле оказалось в три раза больше. Кроме того, Манштейн предпринял попытку деблокирования и был остановлен всего в 40 километрах от колечка.
10 января под командованием К. К. Рокоссовского началась операция «Кольцо». Паулюс сопротивлялся 20 дней, но 30 января получил радиограмму с присвоением высокого звания генерал-фельдмаршала, что было почти прямым указанием стать героем. Паулюс решил, что в лагерном бараке будет просторнее, чем в могиле, и на следующий день сдался. Из Сталинграда потянулись колонны военнопленных, а в Сталинград — поздравительные телеграммы. Поздравил Рокоссовского даже комендант тюрьмы «Кресты», где Константин Константинович сидел в 40-м году, будущий маршал ответил в тон: «Рад стараться, гражданин начальник!».

Сатурн и другие продолжения Сталинграда
Разрыв немецкого фронта, образовавшийся в результате «Урана», логично было использовать: планировался марш-бросок на Ростов-на-Дону и мегакотел группе армий «Б». Но с нашей стороны не хватало войск (армия Паулюса грустила и голодала, но сопротивлялась и оттягивала на себя до семи советских армий), а немцы, надеясь выручить своих камерадов, перебрасывали резервы. Поэтому немчики частично успели утечь, «Сатурн» усох до «Малого Сатурна» (несколько маленьких котелков) и школьниками обычно забывается.
Хотя советские воины вошли в немецкую дыру не настолько глубоко, насколько хотели, занятие это им понравилось и они сделали еще несколько энергичных движений, устроив севернее Сталинграда пару годных качественных котлов (Острогожско-Россошанская и Воронежско-Касторненская операции), в первом основными пострадавшими оказались макаронники и мамалыжники, во втором досталось и расовым арийцам (10 дивизий 2-й полевой армии сварились юго-восточнее Воронежа, но так как сил для создания котла выделили мало, то просочилось несколько тысяч). Что характерно: ещё до того как котел накрыли крышкой, в плен уже попали десятки тысяч немцев а вся операция шла несколько дней.
Курская дуга. Котел, которого не было
"Преамбула": К весне 43-го у немцев образовалось 2 места, где можно затянуть колечко:
Но Вермахт несколько надорвал пупок, и проводить сразу две стратегические операции не мог. Нужно было выбирать, сумрачный австрийский гений выбрал Курск и в марте дал команду на съебинг из Демянского и Ржевского выступов. Советские части, вошедшие в Ржев 3 марта, обнаружили арьергарды, прикрывающие отступление, свернутые в бараний рог рельсы и перекушенные шпалы, отравленные колодцы и прочее в том же духе. После кровопролитных боев за этот город в течение полутора лет, было обидно. Преследование не заладилось, не в последнюю очередь из-за разрушения отступавшими коммуникаций, темп преследования был очень низким. «Гений обороны» Мóдель в очередной раз научил Родину любить: темой урока было «Как удачно съебать из мешка».
"Фабула": Наступление немцев началось 5 июля с советской артподготовки, которая какбэ намекала, что о них не забывают, любят и ждут. Об этом событии до сих пор идут былинные срачи: по советской версии пушечными залпами было уничтожено over 9000 юнитов противника; по немецкой огонь вёлся по пустому полю, а трехчасовое опоздание с началом развертывания — мелочь, не стоящая внимания. Но факт остаётся фактом — неожиданности не случилось.
На северном фасе, в полосе Центрального фронта, наступление выдохлось к 9 июля. На южном фасе, в полосе Воронежского фронта, все было гораздо интереснее. События развивались неприятно для Ватутина, но и немцы в график не укладывались. К 9 июля в ходе тяжелых боев оборона была прорвана на оперативную глубину и Ватутин выпросил у Ставки две армии из резерва — 5-ю гвардейскую танковую Ротмистрова и 5-ю гвардейскую Жадова. 12 июля армии были брошены для решения кризиса у Прохоровки, но столкнулись с ударным танковым же кулаком немецкой группировки. Произошла эпичная танковая битва. Ротмистров, потерявший за день 70% танков, в мемуарах развел теорию встречного танкового боя и доказывал, что контрудар 12 июля положил конец операции «Цитадель». То, что в этот же день на северном фасе Рокоссовский перешел в контрнаступление и прорыв на южном фланге потерял свое значение — это, конечно, всего лишь совпадение.
После Курска пупок у Вермахта окончательно развязался, создать эпичные котлы с окружением армий и фронтов он был уже не в состоянии, хотя попытки предпринимал. Гудериан плакал кровавыми слезами:
Гудериан Г. Воспоминания солдата.
6 ноября И. В. Сталин отчитался о проделанной за 1944 год работе и перечислил 10 успешных операций на фронте. Партактив приветствовал тезисы вождя аплодисментами, переходящими в бурные овации. Позже эти операции стали называть «10 сталинских ударов». Не все они были связаны с котлами, русские несколько модифицировали рецепт победы. Но где получалось — котлами не брезговали.
31 января части двух советских фронтов в районе Корсуни окружили два немецких корпуса. Возились с ним три недели, часть немцев якобы смогла прорваться. Но котел все равно получился эпичным, лютая месть за 41-й год началась.
Кто из вас с первых дней войны воюет? Поднимите руки.
Почти треть офицеров подняли руки.
— Это хорошо. И хорошо, что живы остались; немцы на другое рассчитывали. От вас и ваших товарищей завтра требуется только одно: сделать здесь, под Могилевом, немцам сорок первый год наоборот! И не просто наоборот, а еще покруче! Вы через сорок первый год прошли – и живы и не в плену, и я тоже, как и вы. А немцы чтоб завтра от вас такой сорок первый год получили, чтоб, кто не мертв, тот в плену, а кто не в плену, тот мертв! Понятно или что-нибудь еще объяснить?
К третьему году войны Красная Армия наконец-то научилась не просто воевать по-человечески, а «решать поставленные задачи полностью». Ярким примером является именно «Багратион». Задуманный как операция-возмездие с аллюзиями к 1812 и 1941 годам, он должен был не оставить от арийских фестунгов (о них ниже) камня на камне. Для избежания всяких подвохов готовились к ней чуть ли не три месяца. И готовились на славу! Для начала была проведена мощная дезинформационная атака: в результате тщательно разработанной радиоигры и работы тысяч разведчиков, диверсантов и партизан немцев удалось убедить, что наступление будет происходить на юге Украины, хотя на самом деле танки пошли совсем в другую сторону. Если кого удивляет, что делают в данном списке партизаны, пусть поизучает историю проведения операции «Рельсовая война», в которой партизаны сначала специально пропустили немецкие эшелоны на юг, а когда те в спешке поползли обратно, пообрывали под ними все рельсы.
Кроме того, не забыли и пахнущие свежим клеем танчики, катюши, «илюши» и прочие радующие глаз и душу игрушки.
Симонов, «Последнее лето»
Стратегическая операция по освобождению Белоруссии началась 22-23 июня, что какбэ намекало о том, что ждет ГА «Центр».
Сходу было сделано несколько относительно небольших (каждый на 40-60 тысяч немецких голов, совсем чуть-чуть), но качественных котлов в районах Витебска, Бобруйска, Вильно, Бреста (знакомые по сорок первому места, не так ли?). Нужно сказать, что русские, столкнувшись с устойчивой обороной окруженных немцев, старались дробить обороняющихся на небольшие котлы, вплоть до отдельных ДОТов. Наиболее эпичным котлом в ходе операции «Багратион» был котел у Минска, когда навстречу наступающей с востока группировке из Полесских болот вдруг откуда не возьмись, появился заебись — ударная группировка еще одного Белорусского фронта. Достать танки в том месте, где их просто не может быть, стало фирменной фишкой в советских наступлениях. Разгром в Белоруссии был воистину эпичным, добились того, о чем мечтали 42 и 43 годы — группа армий «Центр» перестала существовать. То есть вообще. Победные сообщения были фантастическими даже для 44-го года, союзники имели наглость усомниться. Тогда через Москву прогнали около 57 тысяч пленных под объективами кинокамер и фотоаппаратов. Вслед пленным цинично ехали поливалки с дезинфицирующим раствором.
КО и главный санитарный врач поясняют — разбегающиеся вошки и эпидемия тифа в Москве были не нужны.
Еще один котел 44-го года. Операция характеризовалась не только котлом, но и захватом плацдармов на Висле. В котле у Бродов кроме расовых арийцев сварилась и дивизия унтерменьшей — 14-я гренадерская дивизия СС «Галиция» (укр. «Галичина»).
Англичане и французы тоже научились делать котлы. При активном участии американцев, канадцев и поляков в котёл под Фалезом в Нормандии угодили до 100 тысяч немцев. Руководивший немцами небезызвестный фельдмаршал «Умный Ганс» фон Клюге, посравшийся с Гитлером на тему «Адик, отводи ребят!»/«Ты проклятый предатель!!!», в разгар битвы расово застрелился, чем сильно увеличил ЧСВ союзников. Героически отличились поляки, составлявшие крышку котла и джва дня отбивавшие атаки отборных немецких войск. В конечном итоге французы без особых трудов вышли к восставшему Парижу, каковой и взяли спустя всего две недели после начала Фалезской операции.
И ещё один советский котел-монстр на 18 немецких дивизий 44-го года. Сварены по ускоренной технологии Толбухина-Малиновского (ГОСТ 2029-081944), на всё-про всё ушла неделя. Румыны, офигев от русских танков на своей территории, извинились и объявили войну Германии.
Операция конца 1944 — начала 1945 годов. Характерна мощным поражением товарища Гудериана, прозевавшего тот небольшой факт, что город можно атаковать не только с востока, но и с запада. В итоге ВНЕЗАПНО появившиеся на западных окраинах русские танки, аккурат на Рождество, стали приятной неожиданностью для местного населения, которое ещё день назад думало, что всё под контролем, и затоваривалось рождественскими подарками в магазинах. Поскольку при этом город оказался фактически отрезаным от путей снабжения, кроме воздушных (а мы помним, что стало с воздушными путями после операции «Уран»), на следующие полтора месяца, а немецкие части, в отличие от, собственно, венгров, намеревались держаться до последнего патрона, то на выходе получилось гуро и экстерминатус, чуть меньший чем под Яссами.
С советской точки зрения — скорее фейл, чем вин — взятие Будапешта сильно задержало войска в Венгрии, не позволив захватить всю Германию до прихода союзников. С немецкой точки зрения — тоже фейл, ибо немцы в городе в основном массово были награждены березовыми крестами, особенно в частях, в конце попытавшихся прорваться из окружения. Венгерское мнение часто делится: патриотически настроенная часть общества твердит о 200 тысячах изнасилованных женщин (в городе, где было всего 300 тысяч гражданских, ога), грабежах, учинённых солдатами и о том, что тру-венгры стояли до конца. Более же умеренная часть вспоминает, что в городе хотели сдаться практически все, кроме немцев и венгерских фашистов (которые под шумок заканчивали окончательно решать еврейский вопрос), да и Гитлер его, по сути, пустил на пушечное мясо, дабы задержать советские войска.
Арденны и Рурский котел
Союзники таки отличились.
Висло-одерская операция и города-крепости
В ночь с 11 на 12 января на Сандомирском плацдарме было весело — через мощные громкоговорители транслировался концерт советской эстрады. Звуки музыки несколько скрывали звуки моторов танков, выходящих на стартовые позиции. Последним номером концерта был исполнен новый советский Гимн, тот самый, который начинается фанфарами и заканчивается литаврами. Удары литавр плавно сменились эпичной артподготовкой, 250 орудий на километр фронта (однин ствол на 4 метра) — это тебе не пенис канина. После чего был устроен забег на скорость от Вислы до Одера. Немцы забег проиграли, поэтому отдельные части кучковались в городах, где еще некоторое время оказывали сопротивление. Такие точки немецкой пропагандой назывались города-крепости, или фестунги.
Термин "Festung" отличается от "Kessel" примерно так же, как "разведчик" от "шпиона": если Вермахт успешно окружал части РККА — это, конечно, котел, если сам попадал в окружение — это, безусловно, фестунг. Использовался аж с зимы 42 года (применительно к Демянску и Холму). Но фестунги 45-го имели несколько особенностей:
Наиболее известные города-крепости: Вроцлав (Бреслау), Познань и Кюстрин. Отдельно следует упомянуть Будапешт, который благодаря неоднократным попыткам деблокирования и почти двухмесячному штурму, претендует на звание "Сталинград-на-Дунае".
Прибалтийские недокотлы
Хорошее дело по отжатию немцев к Балтийскому морю началось еще осенью 44-года в ходе Прибалтийской операции, тогда же сформировалася так называемый Курляндский котел — группировка немцев более 200 тысяч, отрезанная от основных сил на Курляндском полуострове. Нарезка приморских частей на котлы продолжилась и в 45 году в ходе Восточно-Прусской и Восточно-Померанской операций. Краснознамённый Балтийский флот неплохо порезвился на коммуникациях:
Однако, полностью коммуникации прибалтийских котлов перерезать не удалось, например, из Восточной Пруссии морем было эвакуировано около 2 миллионов только мирных жителей. Поэтому Курляндский и Восточно-прусские за честные, каноничные котлы не считаются.
Берлинская операция
Значимые события:
Котел — единственный нормальный способ борьбы с партизанами, которые при виде стройных шеренг мамонт-танков не торопятся брать свои карамультуки и выходить на последний и решительный, а предпочитают невозбранно съебать в ближайший лесок. Сперва окружение было весьма банальным, потом стали применяться новомодные технические фичи вроде вертолетного десанта, блокировки путей отхода путем забрасывания артиллерией мин и т. д. По науке положено, чтобы на одного герилью приходилось 10 регулярных солдат, но так получается не всегда, особенно если партизаны не съебывают в лесок, а сидят по домам, гадко пакостя по ночам, а днем изображая няшек. По сему успех сих мероприятий весьма и весьма переменный, вплоть до Афганистана, Чечни и Ирака.
Они безграничны, поскольку любой более-менее значимый эпизод на фронтах Великой Отечественной (Восточном фронте) сводится к удачном или неудачному котлу. Хотя информации сейчас целые горы, одни и те же события оцениваются сильно по-разному, в зависимости от точки зрения и уровня ФГМ поциэнтов.
Некоторые годные темы:
При вбросе говна на вентилятор нужно оценивать уровень подготовки аудитории, иначе на вопрос: «А правда, что под Прохоровкой немцы потеряли 5 танков, а Ротмистров — 500?», рискуете получить нудную лекцию о принципах подсчёта боевых потерь в Вермахте, а не лучи поноса, тонны ненависти и прочие лулзы.
Кроме того, современность вносит свежую струю, в том числе и бурные события в Незалежной, благодаря которым в обиход начинают постепенно входить такие выражения как «Иловайский котел» или «Дебальцевский котел». И хотя ломание копий по поводу того, было это или не было, а если было то что — зрада или перемога — все еще продолжаются, тонны лулзов начинать собирать можно уже сейчас, и ломание копий этому только способствует.