Опечатка

Опечатка, очепятка (рас. датск. "Tyrkfejl") — неперднамеренная ошибка наборщика или машинистки, проникшая в массовую печать; мем безвозвратно уходящей от нас эпохи бумажных СМИ. Большинство опечаток лишь отвлекают внимательного читателя — невозбранно при этом досаждая автору креатива — а иные доставляют лулзы, а то и порождают мемы.
Сенека старший в общем-то попал в точку проблемы, да и не только этой. Однако опечатку настолько же просто сделать, насколько сложно вычитать. Особенно в знакомом тексте. Человеческий мозг принимает слово целиком, а не составляющие его буквы по отдельности. Дело в том, что восрятиорпие тсекта внмоозжо, и лкего, джае елси пдорояк бкув (за илчкнюесием провей и педлнеосй) преептаун. Такова особенность обработки сигналов в зрительных центрах головного мозга. А следовательно, качественное вычитывание текста являет собой неиллюзорное препятствие. И никакой spellchecker не поможет — иногда даже повредит, вселив в горе-писаку ложную уверенность. Опечатки сопутствуют печатному слову, начиная с Гутенберговской Библии (и таки да - известен случай опечатки в одной из ранних версий, в заповеди "не прелюбодействуй" была пропущена частица "не" (ну кто бы сомневался!), за что печатник был оштрафован на 500 франков - немалая сумма по тем временам.)— Илья Ильф справедливо отметил, что если был первопечатник, то обязательно должен быть и первоопечатник. И они не покинут нас до последнего выпуска последней газеты, последнего книжного издания, плаката, транспаранта, последнего электронного знака.
М. Беленький
В наиболее запущенных случаях опечатки становятся правилом. Ляпы переписчиков коварно проникали в классические труды, священные книги, тексты молитв и много куда ещё. С этим боролись, заучивая священные тексты наизусть. Впрочем, священный текст легко понять неправильно и нагородить всего.
Например, автор новозаветного Послания к Евреям (говорят, апостол Павел, а может и не он) перепутал древнееврейское «хаммита» (постель) с «хаммате» (жезл). Что не удивительно: на иврите до сих пор пишут одними согласными. И «поклонился Израиль на возглавие постели» (Быт. 47:31) стало «Иаков, умирая... поклонился на верх жезла своего» (Евр. 9:21).
Чудо-птица Алконост (у которой голова и руки человеческие) получилась при переписывании Шестоднева. «Алкионъ есть птица морская» стало «Алкионъсть птица морская». ИРЛ это, конечно же, зимородок (по-гречески: "алкион").
На заре Октябрьской Революции какой-то <del>неосторожный</del> неграмотный товарищ назвал Ленина в печати Ильичём. В 1956 году исключение утвердили на самом высшем уровне, и творительный падеж патронимика великого вождя писался так до самой перестройки, сохраняя «орфографическую неприкосновенность» святого. На пике маразма Брежнева тоже стали склонять через ё, прозрачно намекая. При этом отчества родных братьев Ульяновых продолжали писать по православному обычаю.
А легендарный Стаханов был в девичестве Андреем, а отнюдь не Алексеем. Но после того, как он прославился под новым именем, старое помнила лишь, возможно, его мама. Хотя это уж даже не опечатка, а и вовсе наглая ошибка, которую коммунисты признать невозбранно отказались.
Всем известный знак % также появился из-за опечатки. Раньше его обозначали как cto, от лат. "cento " , то есть часть, а переписчик увидел дробь. Так и прижилось.

Начнём с искреннего, неприкрытого визга авторского самолюбия:
Баттхёрт Гончарова в письме редактору
Гораздо эффектнее написать не редактору, а напрямик потребителю — да ещё годным ямбом:

Антоша Чехонте необходимой отвагой наделён не был, и напечатанные тексты свои старался не читать. Пушкин тоже весьма болезнно переживал опечатки в своих драчистых изумрудах. А винрарнейший чешский писатель Карел Чапек, со свойственным ему — да и многим его землякам — чувством юмора, однажды сказал:
Опечатки бывают даже полезны тем, что веселят читателя.
И не только веселят. Иногда — крайне редко — переписчик посредством сабжа нечаянно делает текст — самый гениальный — даже лучше, чем задумал писатель. Читатель, ты помнишь свое первое знакомство с неким сыном турецкоподданного? Ведь ты полюбил его, с первого же абзаца пятой главы и на всю жизнь:
В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны деревни Чмаровки, в Старгород вошел молодой человек лет двадцати восьми. За ним бежал беспризорный.
— Дядя, — весело кричал он, — дай десять копеек!
Молодой человек вынул из кармана нагретое яблоко и подал его беспризорному, но тот не отставал.
Оказывается, что в оригинале яблоко было налитым, а не нагретым. Но именно этот тёплый эпитет, нагретый самой промежностью Остапа — а не задуманная авторами застывшая форма — сближает нас с героем, перемещая нас чуть ли не в его карман. Win. Кьеркегор подтверждает:
набрасывать]] свои размышления как придется и прямо отдавать в печать… Не следует пренебрегать и опечатками; блеснуть остроумием, — хотя бы только и благодаря опечаткам, — по меньшей мере, законное право писателя!..
И некоторые писатели этим правом очень даже пользовались! Выступив издателем «Житейских воззрений кота Мурра» (с присовокуплением макулатурных листов из биографии капельмейстера Иоганнеса Крейслера), Эрнст Теодор Амадей Гофман присовокупил к ним и список замеченных опечаток:
напечатано — следует читать
стр. 21 строка 17 веселый — невесомый
стр. 23 строка 4 задушевный — задушенный
стр. 23 строка 21 имя — моими
стр. 29 строка 6 пудинг — пудель
стр. 80 строка 20 мышь — лишь
стр. 80 строка 24 мой — твой
стр. 81 строка 6 новинок — невинных
стр. 81 строка 8 методичный — медоточивый
стр. 92 строка 5 ватный — важный
стр. 107 строка 13 эвфония — какофония
стр. 132 строка 3 ухо — эхо
стр. 160 строка 13 ощениться — очевидца
стр. 160 строка 19 пеликаном — деликатно
стр. 166 строка 6 проспектом — прозектор
Андрей Кнышев, «Тоже книга»:
ВМЕСТО — ЛУЧШЕ ЧИТАТЬ
стр. 181 издевательство — издательство
стр. 189 наглоговорящий — англоговорящий
стр. 194 совдепия — совпадения
стр. 250 унитаз — энтузиаст
стр. 251 большая понтяра – большая пантера
стр. 255 забияка — зодиака
стр. 301 полковник — подполковник
стр. 303 ы — у
стр. 303 дзынь — инь
стр. 309 Вивьен Ли — Ивлин Во
стр. 405 И. Сталина — С. Сталлоне
Пахмутова — Ахматова
стр. 500 револьвер — вери вел
стр. 507 приятного эпитета — приятного аппетита
стр. 633 Панасюк — Панасоник
стр. 735 спасибо — не за что
 
При царе-батюшке опечатки в основном кончались лулзами. Вот, например, "erratum" к заметке о коронации императора, напечатанный в одной одесской газете:
корову]]».
Впрочем, учитывая местный колорит, вполне возможно, что вторая опечатка (а может, и первая) таковой вовсе не являлась, а была сочинена каким-то неизвестным предшественником <del>Ваганыча</del> Михаила Михайловича.
А в 1910-м году под суд за оскорбление царской семьи попал редактор газеты «Киевская мысль». Дело, правда, замяли, когда стало ясно, что любое публичное разбирательство лишь усугубит ситуацию. А причиной дикого скандала стала заметка, озаглавленная «Пребывание вдовствующей императрицы Марии Федоровны в Финляндии». В «пребывании» «р» коварно заменилась на «о».
Большевики же, со свойственной им паранойей, с самого начала заподозрили в опечатке идеологического врага номер один. Хотя, учитывая патологическую склонность подвластного им народа к чёрному юмору и устному фольклору, они были недалеки от истины. Лев Давыдович, граммар-наци и не только, уже в грозовом девятнадцатом писал так: «Товарищи-печатники, наша типографская техника ужасна… Количество опечаток, перепутанных строк неисчислимо…» Да и после Троцкого внимания властей к сабжу не поубавилось, а скорее наоборот. В меметичном тридцать седьмом одна питерская спортивная газетка, описывая очередной футбольный матч, развела такую метеорологию: «мелкий тоскливый вождь сеял над зеркальным прудом стадиона». Со всеми вытекающими из этого мозгами. А вскоре, во время неудачного освобождения остатка Карело-Финской АССР, одна газета напечатала о том, как красноармейцы выибли буржуинских наймитов из очередного населённого пункта. Товарищ Сталин лишь посмеялся в пушистые усы. Ведь недаром базарит политический анекдот тех лет:
В информации о приеме посла Польши газета допустила опечатку: «Товарищ Сталин принял польского осла». Сталин добродушно заметил: «Не будем наказывать газету. Она напечатала правду»
Как только Иосифа Виссарионовича многострадального не называли. И Сралиным. И Стадиным. И Салиным. И "Верховным Гавнокомандующим". Он, бедолага, аж вспотел редакторов сажать. И конституцию сталинскую идеологические враги хотели напечатать со словом «Госполипиздат» на титульном листе (спаси Г-споди, поймали).
Доставалось, впрочем, не только вождю, но и его приближённым.
Отсюда
Или еще" "Партия ведет наш народ от одной беды к другой" (в оригинале - ПОБЕДЫ). Беда, естественно, пришла.. ко всему издательству.
В более поздние советские времена за опечатки уже не расстреливали, и даже сами работники печати невозбранно ловили лулзы — вперемежку с выговорами. В частности, однажды товарищ Громыко посетил завод-гигант ЗиЛ и, естественно, этому визиту был посвящён целиком очередной номер заводской многотиражки. В ходе визита, проходя по двору завода, тов. Громыко увидел кучу мусора и поп<del>и</del>енял руководству на неопрятность территории. Это нашло отражение и в газете в виде текста: «Проходя по территории завода, товарищ Громыко покакал на кучу мусора и выразил недовольство неопрятным видом территории». Разразился скандал, и весь тираж газеты уничтожили. Вскоре после этого в Москве проходил съезд главных редакторов заводских многотиражек. И редактор злополучной ЗиЛовской газеты, прибыв на съезд, повстречал коллегу, который приветствовал его такими словами: «Я слышал, что недавно в Вашу газету всралась опечатка».
Еще было такое почти безобидное: во фразе "пребывание турецкой делегации в СССР" в первом слове "отломилась палочка" у буквы "Р"...Или: "Выпуск очередной партии автомобилей КамАЗ к юбилею..." - на этот раз в первом слове пропала буква С. Что сказать, ачипятки отразили истину.
Впрочем, дадим возможность досказать историю политической опечатки нашему соотечественнику, имевшему к ней не только болезненное, но даже и бессовестно родственное отношение.

Мама Сергея Донатовича служила корректором, так что анальную грамотность он впитал в раннем возрасте, причём до такой степени, что любимую жену избрал тоже из корректоров. И к опечаткам — лулзоносным и остальным — всю жизнь относился с трепетом. Особенно в своих личных опусах. Наверное, боялся, что из-за опечатки два слова в одном из его предложений, не дай Б-г, начнутся с одной и той же буквы.
Об осуждении история умалкивает, хотя Довлатову с его семейными связями лучше знать. А каторга имелa место быть, да. Как и гавнокомандующий. В той же газете в переломном сорок третьем была статья про Сталингад. Редактора расстреляли, конечно. Ведь "errare"-то ещё "humanum", а вот "perservare" уже "diabolicum".
Уважаемая компания Джениус!
Переместите на ваших клавиатурах букву Ю подальше от буквы Б, а букву 3 подальше от Х!
Заранее спасибо. Юля Зуева
Уважаемая Юля Зуева!
Настоятельно рекомендуем Вам выйти замуж и сменить фамилию (или взять обратно девичью, если вы замужем). Что же до имени, то имя Джулия Вам очень прекрасно бы подошло. Джениус
Уважаемая компания Джениус!
Моя девичья фамилия — Судакова, а буквы С и М на ваших гребаных клавиатурах тоже стоят рядом.
И никакая я вам не Джулия! Юля Зуева
Уважаемая Бля Хуева!
Не пойти ли Вам на зуй! Нам каждый день приходит туева хуча писем, ото всяких судаков вроде Вас со всего света, юукв на всех не напасешься!
Сто тысяч километров не предел!
Сто тысяч километров без капремонта проехал на своём ЗИЛе водитель Сидоров и продолжал ездить дальше.
Поскольку дело происходило в 1980 году и вся страна стояла на трудовой вахте, готовясь к XXV съезду КПСС, в мехколонну, где работал Сидоров, был направлен корреспондент районной газеты «Знамя», который осмотрел место происшествия и сделал несколько фотографий рекордсмена и его верного автомобиля, а также перенёс в свой
блокнот подробную исповедь самого героя и его сослуживцев. После чего вернулся в родную редакцию и ещё до сдачи номера успел накатать целый подвал про передовика, коммуниста и орденоносца. Заголовок придумался легко — «Сто тысяч километров не предел».
Материалы ушли в типографию, наборщики взялись за работу.
Полоса была набрана, напечатаны и вычитаны гранки. В набор внесены необходимые правки. Но как выяснилось, не все…
К десяти часам вечера тираж был напечатан и отправлен на почту. А наутро весь район хохотал. На первой полосе, под рубрикой «Навстречу съезду» красовалась фотография героя очерка — руки на баранке, напряжённое выражение лица (не каждый день приходится фотографироваться для газеты), словно бы к чему-то прислушивается. И очень к этому лицу подходил заголовок, набранный крупным шрифтом: «СТО ТЫСЯЧ КИЛОМЕТРОВ НЕ ПЕРДЕЛ».
P.S. Корректора уволили, редактору и ответственному секретарю влепили строгача. Всем причастным тоже досталось по делам их. А Сидоров переехал в другой район…
Автохуй, дедушку Фрейда мы в этой статье ни разу не упомянем. Что, несомненно, кому-то на что-то как бы намекает.