Норильск

Норильск (Нора, НПР, чукотск, астероид, Ньорыликан) — естественно вымирающий город горняков и металлургов в неописуемо глухом Замкадье. Известен дружелюбностью к экологии и здоровью жителей, а также мягким климатом. Сам собой представляет объединение города Норильска и сателлитов: Талнаха, Кайеркана и Оганера. Но обо всём по порядку.
Весь город — попурри на тему «Москва: гротеск» и «Русская всамделишная Umbrella corp.». Как и любой житель нерезиновой, норильчанин чрезвычайно горд, что живёт в своей помойке без оглядки на её масштабы. Основывается гордость лишь на том, что герой обитает в суровом, нордическом климате и получает довольно высокую зарплату. Второй аспект — качество воздуха.
Правит городом мегакорпорация «Норильский никель». Делает всё, что и положено образцовой мегакорпорации: глумится над работниками, травит подвластный город, травит жителей в нём, там же травит собак, травит даже Канаду, но от последней откупается (спиливает трубы на заводах, в результате чего газ говорит норильчанам «здrасьте»).

Город стабильно попадает в ТОП самых загрязнённых городов планеты. Поясним: местный воздух категорически непригоден для дыхания. Окружающая заводы тундра сама, понятное дело, убежать не смогла, потому старый добрый диоксид серы превратил её в весёлый «палочник» с выжженной травой. Само собой, человеки — тоже живые существа, и им от газа весело быть не должно. А им и не весело. Неприученный к условиям приезжий, если он, конечно, будучи гражданином Этой страны, может на вдохе подумать, что попал в вакуумную аномалию и не может дышать совсем, но освоив технику дыхания через боль в лёгких, может даже заниматься своими делами. Путина по приезду в город благоразумно быстро катали на законсервированном саркофаге и на улицу давали только в окошко смотреть.
Географическое расположение заводов располагает к заполнению города газом при любом направлении ветра. Норильчанин различает газы, как эскимосы снег. Сладковатый привкус селена с Никелевого завода, или же Медный завод, спонсирующий квартиры запахом сероводорода… Уметь определять, что и откуда — бесполезный скилл на этой планете, которым норильчанин обязан гордиться.
Тем не менее, на некотором удалении от города (километров так 100 и далее) начинают наблюдаться вполне годные рыбалка и охота, чем местные жители невозбранно пользуются (у кого есть вертолёт, или хотя бы катер), а копчёный муксун и юккола (вяленая оленина) справедливо считаются фирменными местными блюдами, хотя последнее имеет специфический вкус, рассчитанный на любителя.
А ещё в Норильске есть старый, как говно мамонта, ледник, которому уже свыше 8 миллионов лет! И этот ледник медленно, но неумолимо тает. Местные жители приспособились и гнали на ледниковой воде вкуснейшее пиво, пока завод не разорился.
Мечта каждого норильчанина — свалить из города куда подальше. Мечтам не всегда суждено сбываться, поэтому в городе полно коренных жителей, горняков и металлургов в 158-м колене. Немногие из детей работников ГМК желают продолжать «дело отцов», но в равной степени они же и не хотят чего-либо добиваться. Может, это всё действие диоксида серы, но доблестная мегакорпорация в беде таких людей не бросает.
Единственный ВУЗ города — Норильский индустриальный институт — с энтузиазмом готовит, разве что, горняков, но тем не менее, имеет раздутый список прочих специальностей, преподаватели которых учебному процессу предпочитают хороший сон с похмелья. Попасть туда довольно просто, если ты собрался работать на ГМК. Обучат, пристроят, поддержат, только не воняй и не сваливай из города. Ну не счастье ли? К этому же готовят три ПТУ, раскиданных по всему району.
Логично, что для любителей высокоинтеллектуальных областей всё гораздо тяжелее. И в последний момент с отличным баллом на бюджет не попадёшь, и денег за учёбу возьмут так, что ВУЗы слева от Урала присвистнут, и готовить будут кое-как, а расслабишься — вытурят.

Благодаря совковой репутации «города с хорошей зарплатой», Норильск стал мишенью предпринимателей с Кавказа. Если в середине 90-х на два десятка бледнолицых доставался один хач, то к 2008-му году этот же самый хач приходился уже на тройку бледнолицых. Благодаря им появились две Мекки дискаунта — база Урванцева и торговая зона на территории бывшего военного склада.
Молодые бородатые приматы, которых можно определить по <del>ещё не отвалившемуся хвостовому придатку</del> красным ступням, бессвязному мычанию и гортанным всхлипам, оккупировали скамейки Административно-делового Центра, в девичестве Автовокзала. Благодатную атмосферу данным особям создает наличие ларьков Евросети, чебуречных, близость отхожих мест с почти неюзанными камнями и постоянный поток самочек близкого популяции вида. В связи с открытием ТРЦ «Арена» большинство приматов переместилось туда, где они сбиваются в стаи по 30-50 особей и прыгают по скамейкам и эскалаторам, криками и внешним видом отпугивая посетителей.
В последние годы администрация города пытается активно выселять из города лиц, неожиданно доживших до старости, предлагая жильё «на материке». Соглашаются не все, а кто всё же выезжает — долго не живёт. Видимо, потому, что организм, привыкнув к постоянной травле газом, продолжать жить без него уже не может. Да, собственно, с ним прожить в Норильске всю жизнь и достигнуть хотя бы 50-летнего возраста довольно трудно по всё тем же причинам.
Общественный транспорт развит достаточно хорошо. Государственный извозчик имеет парк из МАЗов, а благодаря всё той же мегакорпорации может позволить себе терять по несколько машин за зиму (мороз в −45 МАЗы выдерживают, но если набить снегом по крышу салон…). Без конкуренции жить не даёт другой извозчик, чей капитал частный, а парк состоит из бюджетных ПАЗиков.
Пользоваться такси — не пижонство в Норильске. 70-100 рублей в любую точку города — средняя цена. Собственно, поток легковых автомобилей там чуть менее, чем полностью состоит из бомбил. Характерной чертой городского движения, в связи со стопроцентным покрытием асфальтом всего, что можно и нельзя, является сквозная езда по дворам с бибиканьем пешеходам, чтоб валили в сторону и не мешали кататься.

Связь с материком представлена воздушным и водным видами транспорта. Аэропорт Норильска (Алыкель) расположен километрах в сорока от города (ближе места в тундре не нашлось) и связан с ним железной и автомобильной дорогами. Пассажирское движение по железной дороге накрылось несколько лет назад (дорога, кстати, не РЖД-шная, а принадлежит комбинату, как и всё в городе), шоссе же доступно не во всякую погоду — зимой его регулярно заметает, дорога закрывается и желающие улететь сидят в городе, а прилетевшие в аэропорту, ждут, когда расчистят дорогу.
Благополучное прибытие в Алыкель ещё не означает благополучного отлёта — погода зимой меняется, как настроение у невротика, порт то закрывают, то открывают, самолёты задерживают в портах вылета, уже вылетевшие самолёты садятся на запасные аэродромы, и пассажиры кукуют там иногда по нескольку дней, заполняя свой досуг палёной водкой, которую им по спекулятивным ценам продают аборигены.
Ещё из города можно (но не нужно) также улететь в совсем дикие места, типа Диксона или плато Путорана, для чего специально имеется второй аэропорт для вертушек — Валёк.
Морской транспорт представлен Северным морским путём, по которому почти круглый год в Дудинку приходят и уходят суда с продукцией комбината и завозимыми в город жратвой (в тундре растут только клюква и морошка, да и то — не везде), керосином, валенками и шапками-ушанками. Весной и осенью караваны проводятся за ледоколами. Также летом осуществляется навигация по Енисею — баржи пару недель неторопливо сплывают вниз по течению из Красноярска до той же Дудинки. Существует и пассажирское речное судоходство по линии Красноярск — Дудинка; кораблик плывёт четыре дня, невозбранно пользуясь популярностью у туристов. Зимой этот маршрут также не работает, хотя по городу ходят легенды об отморозках, гнавших купленные в Красноярске праворукие помойки зимой по льду реки до самой Дудинки. Достоверность этих слухов ничем не подтверждена.
В общем, самый лучший город.