Казантип

Казантип — главный съезд объебосов этой страны, который долгое время происходил летом в Крыму. На один год невозбранно был перенесен в Грузию, в курортный город Анаклия, по всей видимости в связи с набиганием в Крым вежливых людей. В связи с тем, что «Грузантип» не понравился тамошней православной тусовке, потихоньку было стал переезжать в камбоджийские ебеня, но не выгорело, и пришлось вернуться в Крым.
Берет свое начало с 90-х годов (а точнее — с 1992 года), когда несколько молодых людей, увлеченных виндсерфингом, регулярно приезжало на мыс Казантип кататься на досках, трахать телок и петь лирические баллады, вяло перебирая струны гитары. Постепенно тусовка начала разваливаться на две части — одна из них как бы говорила нам, что главное — это доски и гитары, а другая, что главное — это вещества и электронная музыка. Представитель второго направления Никита Маршунок, разосравшись с олдскульными виндсерферами, увел с Казантипа часть тусовки.
Первый «неказантипский» Казантип состоялся в 2000 году в селе Веселое (что символизирует), рядом с Судаком. Праздник сразу задался — одна тян приняла ислам, выкинувшись со второго этажа больницы, в которую ее привезли после овердоза, и приземлившись головой об асфальт.
Несмотря на подобные организационные мелочи, слава о волшебном месте, в котором так хорошо отдыхается, распространилась среди жителей Default city, Криминальной Столицы и им сочувствующих. Фестиваль 2000 года был также отмечен огромным пиаром силами MTV. Администрация Казантипа получила спонсорский контракт от компании «Procter & Gamble», которая и обеспечила раскрутку мероприятия на ТВ. Как следствие, к ужасу постоянных клиентов фестиваля, в Веселое поперло адское количество бодрых гопников всех мастей — адептов «MTV-Россия». В связи со множеством свинских эпизодов сезона 2000 года, например, краж, фестиваль переместился в пригород города Евпатория, село Поповка и ПГТ «Мирный», где получил постоянную прописку.
Чуть не потеряв своих завсегдатаев после 2000 года, Никита решил в меру окуклить мероприятие. Информация о месте проведения фестиваля держалась в тайне до самого последнего момента. Однако на фестиваль заранее аккредитовали достаточное количество сетевых журналистов, интернет-PR шел бодрый, главное было — донести инфу до правильной ЦА. Во многом благодаря этому, первый сезон 2001 года в Мирном прошел на «ура»: было в меру романтики и Позитивных Вибраций™. Никита еще не так часто повторял свою любимую поговорку «бабло победит зло», а обладатели отвратительного маскота фестиваля, его величества Желтого Чемодана, пропускались на пляж беспрепятственно.
Далее, год от года, фестиваль скатывался в унылое говно. Адепты и ранее отмечали, что «Казантип уже не тот», однако четкие тенденции вскоре приобрели системный характер, выражающийся в следующем:
Согласитесь, половины из перечисленного списка достаточно для того, чтобы понять, что фестиваль (относительно его первоначальной идеи) катится, как уже было сказано, в сраное говно.
Обитатели Казантипа состоят из:
Проживание каждый организовывает в соответствии со своим бюджетом — от ночевки в «коммунальных» армейских палатках за туалетами до аренды кавайных апартаментов с горячей водой (что считается верхом цивилизации) и спутниковым ТВ. Часть прошаренных пассажиров снимает квартиры в с. Поповка, от которого до Казантипа 10 минут пешком. А еще там есть отель с частной территорией для илиты, который начали строить почти сразу после первого Казантипа в Мирном.
Цены на жилье зависят от времени приезда (больше всего народу приезжает в последнюю неделю до закрытия фестиваля), а также — от года проведения: до 2008 включительно, год от года, местные просили за жилье все больше, по нарастающей. Во всяком случае, избушка в Мирном может обойтись в $15, селиться туда можно и вдвоем, и втроем — зависит от степени презентабельности гостей и уровня паранойи хозяев. Питерским жилье сдают охотнее, чем жителям Дефолт-Сити: ореол Культурной Столицы предполагает гарантию, что жильцы не сожгут хату к ебеням.
Питание каждый организовывает так же, как и проживание. Перед входом на фестиваль заботливые азеры предлагают вкусный плов, фаршированные баклажаны, шаверму и прочие гадости. Ценообразование выстраивается в соответствии с принципами «дорога ложка к обеду» и «куда вы денетесь с подводной лодки». В Мирном есть поселковая столовка, в которой сохранился аутентичный интерьер застойного периода эпохи совка, а также несколько открытых кафе, в которых можно невозбранно послушать пять раз за вечер быдлохиты позапрошлогоднего сезона, неторопливо добравшиеся до этого райского места. Разумнее всего организовывать питание своими руками, тем более что в такую жару и жрать-то особо не хочется. Вещества еду заменяют.
Бодрое скатывание фестиваля в говно имеет свои объективные причины, и ради справедливости стоит их отметить. Вот как, в самом общем виде, выглядит весь бизнес:
Продажа виз объебосам (по состоянию на 2010 год многократная стоит около от 1400 гривен, разовая — 800 гривен, то есть 5 тыс. руб и 3 тыс. руб. соответственно (курс гривны колеблется от 3 дровяных до 3,5), за день до официального открытия цена поднимается почти вдвое, впрочем, потом снова снижается.
Получение бабла со спонсоров. Ушлые организаторы («Центр молодежных инициатив „Зебра“») в 2009-м умудрились аж два раза срубить бабла за одни и те же рекламные места, продав их сначала водке Хортица, а потом Немирофф.
Сдать в аренду еще пол-квадратных метра песка под очередной замызганный танцбар для убогих;
Организовать сцену, звук и свет (а также — обеспечить охрану, вывоз мусора и так далее).
Дать немного денег диджеям и музыкантам.
Дать ДОХУЯ денег чиновникам и бандитам.
ПРОФИТ!
Третий снизу пункт выворачивает яйца организаторам год от года, я гарантирую это! Теоретически украинские чиновники (депутаты или менты) могут назвать любую устраивающую их сумму за то, чтобы фестиваль состоялся. В противном случае его прикроют по любому формальному (экология, нет подходящих мощностей по электричеству и т. п.) или неформальному (количество отловленных «Беркутом» барыг на фестивале дает достаточно оснований его закрыть навсегда, не напрягаясь) поводу. Собрать вещи и уехать в другое место организаторы не могут — в инфраструктуру фестиваля были влиты сотни нефти, а закрытие его, скажем, за две недели до проведения — гарантировано лишит организаторов профита, при том что расходы ими будут уже оплачены.
Секс на Казантипе есть, но он, в большинстве своем, носит случайный характер и, скорее всего (судя по количеству использованных презервативов), не заканчивается ничем серьезным. Алсо, многие самки, по традиции фестиваля, оголяют сиськи, доставляя окружающим радость. Перед входом на территорию фестиваля имеется доска объявлений, где скучающие девы ищут себе приключений. Там же можно выгодно купить попперс и найти себе компанию на обратную дорогу для коллективного подавления пост-казантиповской депрессии.
Что касается музыки, то, в процессе коммерциализации мероприятия, необходимость поддержания сколь-либо качественного уровня диджеев как-то исчерпалась сама собой. Что характерно, в первые годы проведения фестиваля в Мирном состав диджеев был сильнее — при том, что им даже не платили за выступления (просто мероприятие делалось не столько ради денег — даже коммерчески успешные музыканты были готовы выступать — сколько «ради идеи», да и просто ради тусовки). После того как фестиваль взял курс на монетизацию объебосов, диджеи тоже стали включать счетчик: за «билеты туда и обратно + проживание» уже ехать никто не хотел. Не хотите — не надо, на фестивале осталось несколько приближенных к администрации «старичков», а также никому не известные личности. Да и с учетом новой публики на музыку всем как-то уже было похуй. Хотя чисто номинально в списках присутствуют достойные и известные исполнители, однако половина из них неожиданно выбывает из лайнапа, а половина приезжает на ночь, в течение которой диджей перемещается от танцпола к танцполу, играя, в принципе, одно и то же. В оставшееся время на 90% танцполов какой-нибудь DJ VOVAN из Мухосранска хуярит памп.

Вещества большинство пытается привозить свои, потому что местный стафф дороже, проебнее, и больше шансов быть принятым в заботливые объятья Беркута (украинский аналог ОМОНа). Даже современная молодежь находит какое-то сомнительное удовольствие во внутривенном употреблении веществ, судя по засохшим, с прошлого сезона, шприцам. Однако следует заметить, что таких подавляющее меньшинство. Местные газеты писали о тысячах боянов, плавающих перед казантипским пляжем, и о норкоманах с коко́ином в ноздрях, и прочие глупости, популярные среди впечатлительных курортников. Истина, как обычно, где-то посередине. Бояны есть, но это исключение из правила. Большинству хватает травы и домашних крымских вин, продающихся в розлив перед пляжем.
Прочие радости жизни — воровство, кидалово, нищебродство имеют место быть не больше, чем везде — что в Крыму, что в Сочи. Получить в голову просто так на Казантипе ранее было почти нереально. Однако с увеличением стоимости виз фестиваль превратился в большой ночной клуб с соответствующим контингентом. Иногда случается и пиздорезка. А так — местные не трогают никого. Во-первых, их там практически нет — в Мирном и Поповке остались, в большинстве, одни старики. А во-вторых, фестиваль — источник доходов местных жителей, так что по любым инцидентам местные проводят внутреннее расследование.
Надо отдать должное основателям Казантипа, место само по себе было выбрано неплохое. Крайне чистое море, хорошие пляжи, отсутствие народа (в отличие от Евпатории и, тем более, Сочи), солнце, свежий воздух и чуть-чуть сисек в ассортименте. Так что, на самом деле, Казантип может доставлять. Даже сегодня. Главное — отнестись к нему без фанатизма. Проживание и питание можно отладить на свой вкус, а наркоманы и хиппи, по сути, существа миролюбивые, да и не одни они там обитают. Доставить, при желании, может любому небыдлу, если проще и с позитивом к этому всему относиться.
Одно из свойств Казантипа, замеченных многими — там может не нравиться в процессе пребывания, но чем дальше уезжаешь от него в сторону дома, тем больше тоски наполняет суровую душу. Заразно, однако.
Помните, тем не менее, слова великого русского поэта: «Не жалеет нос жадный объебос!», — и добрый совет: никому по дороге не говорите о цели своего назначения.
С приходом КрымНаша и перспективы быть взятыми за жопу российским ГНК организаторам Казантипа захотелось смены мест. Испугавшись любви матушки России, Казантип в 2014 году перебазировался на родину галстукофага Саакашвили. Над организаторами не смеялся только ленивый, поскольку пиар-кампания нового Казантипа включала призывы к грузинским девушкам приезжать на фестиваль и ходить топлес, что было бы позором для всего рода. Итог был немного предсказуем, громадные долги организаторов и снижение числа посетителей фестиваля на 90%.
В дальнейшем Республика Казантип попыталась было передислоцироваться в Камбоджу, но тамошние власти обломали им праздник, прежде, чем тот начался.
Так как в Грузию в 2014 году приехало 3,5 объебоса, которых быстро скрутила неподкупная грузинская полиция, организаторы решили вернуть всё взад, а именно - провести фестиваль в Крыму, правда, переименовав его в Befooz. Предательски указав место проведения как Crimean penensula, Russia, фестиваль запланировали на конец июля-начало августа. 
Но в июле прокуратура Крыма запретила проведение фестиваля. Организаторы попытались выкрутиться, объявив о смене формата мероприятия, и переименовали фестиваль в «Музей под открытым небом». Накануне открытия фестиваля, на который приехали несколько тысяч человек, местные власти отключили на территории площадки электричество. Доступ туристов в село Поповка, где должен был пройти фестиваль, был заблокирован доблестной полицией.
В марте 2016-го та же няша-прокурор заявила, что власти Крыма не позволят «свободно проводить» фестивали вроде «КаZантипа», поскольку там, о ужас, употребляют вещества. Вероятно, это действительно конец.
Для пущей верности, чтоб ей поверили всерьез - площадка фестиваля внезапно сгорела 17.07.2016, как раз незадолго до начала действа.