Пиво/История и география

Киевская Русь к пиву, да и вообще к спиртному относилась с изрядной долей пренебрежения. Киевские русичи, кто побогаче, предпочитали ставленные меда, меда варёные, а также привозные вина и прочие импортные спирты, люд победнее пил бражку, крепкий квас (с медком да хреном для пущей суровости) и легкое пиво (да, бодяжить девятку ещё не научились). Да и пили исключительно по праздникам, после сбора урожая, на православные праздники. Праздников, кстати, в дореволюционной России у православных крестьян было более 200. Так что наши предки тоже любили пожить без напряга, поругать барина и попить пивко. Бабам, детям, парубкам (тинейджеры на выданье), дуракам (юродивым) пиво, как и остальное спиртное, вообще не перепадало.
В Имперской России ситуация начала меняться, хотя имперские помещики, мещане средней руки пили молодые вина, вина выдержанные, коньяки, настойки, наливки, игристые вина да и просто вина варёные.
К пивной же сиське присасывались бедные мещане, студенты, ярмарочные мелкие торгаши, крестьяне. Причём последние варили пиво всей деревней, добавляя в ягодный вываренный сок ячменное сусло (1:3, где 1 — сок, 3 неохмелённое сусло), посмеиваясь над артельщиками-пивоварами и их клиентурой (деревенское картофельно-солодовое малиновое пиво в наши дни можно попробовать в глубинках Белоруссии, на территории России ягодное без солодовое пиво варят на Смоленщине). Интересно то, что деревенское пиво выходило значительно крепче (до 12 объемных долей) артельного (до 7 объемных долей), что как бы намекает.
Сейчас советское пиво для олдфага — священная корова. Это олицетворение всех пивных, всех задушевных разговоров, тяжёлых гранёных кружек да и просто трёхлитровых банок. Тогда же «за пивом» шли не ради собственно пива, а ради общения (часто в одиночестве); пропустить с незнакомцем пару кружек пива после тяжёлого рабочего дня было интересно, а в некоторых случаях даже поучительно. Нередко пивные группы объединялись, раскрывая суть того или иного природного явления (например нищебродов-бунтарей).
Нищеброды-бунтари и прочие неказистые личности любили нажраться экономненько — скажем, откушать портвейну (гнилушки) из майонезных баночек (от автоматов со стаканами их гоняли, не за внешний вид, а за то, что эти личности никогда не возвращали стакан на место) в скверах (летом) и в подъездах (зимой).
Как обстоят дела с пивом в России в настоящее время, вы могли ознакомиться в разделе пивоварение.
В дополнение к вышеуказанному, можно отметить, что последние редакции Федерального закона «О рекламе» заставили маркетологов пивных компаний хорошенько просраться кирпичами от новых запретов на рекламу сабжа.
Во-первых, рекламу пива можно пускать по зомбоящику только в период с 22 до 7 часов. Видимо, политота таким образом пыталась сберечь девственные печёнки юных друзей, которые засыпают после программы «Время».
Во-вторых, в рекламе пива нельзя использовать образы людей, фуррей и ОБЧР. Именно из-за этой детали закона все рекламные ролики сабжа любой марки похожи на унылую демонстрацию мочи с пузырьками, бывает, иногда мелькают пейзажи НюОрка или Ландо́на. Даже в таких ограниченных условиях можно было бы сварганить зачотную рекламу, но деятельность рекламных агентств в этой стране мало отличается от среднестатистического «нихуянеделания», поэтому весь креатифф представлен в форме скопипизженного у конкурента ролика с добавлением своего лейбла.
В последнее время (2014) маркетологам удалось найти способ выкрутиться. Хитрожопый их ход заключается в том, чтобы рекламировать безалкогольное пиво как какую-нибудь кока-колу. Началось всё с чемпионата мира по футболу, на котором при каждом удобном случае совали Bavaria Malt, а потом за ними последовала и Сибирская Корона. Насмотревшись на сей кошмар, юный падаван идёт в магазин и что он там видит? Рядом с рекламируемым продуктом стоит его алкогольная версия с чуть изменённой (но безусловно узнаваемой) этикеткой... профит.
Каждый в Европе уверен почти на сто в том, что каждый русский, украинец, белорус — беспробудный алконавт. Этому стереотипу как раз способствовали дикие варяги, которые бороздили Волгу, грабили и убивали. Товарищи эти слыли самыми ярыми любителями выпить.
 
Когда-то украинское считалось одним из лучших. Среди брендов особо выделялось пиво «Оболонь». Завод был построен чехами в 1980 году, и последующие 15—20 лет продукт был очень и очень. Однако в конце 1990-х пиво испаскудилось, якобы у Оболони иссяк волшебный артезианский источник, из-за которого у пива был такой замечательный вкус. Источник закончился, и воду стали брать из Днепра, отфильтрованную бытовым фильтром «Свежесть» с прокладкой из тампаксов и памперсов, найденных на соседней помойке. В течение 2000-х украинский пивопром испортился еще больше. Это связанно с тем, что чуть менее, чем полностью все заводы («Чернигов», «Славутич» и т.д.) были выкуплены буржуйскими инвесторами, которые внедрили свою отлаженную (европейскую) технологию, увеличивающую срок хранения, улучшающую вкус путем добавления стабилизаторов и прочей хрени. Короче, теперь от пива только вкус и остался. Ситуацию невольно предугадал ещё в дремучие времена Масляков, когда объявлял спонсоров рыгианальной команды — не снабжённый текстом с правильными ударениями и знаниями мухосранской культуры, он объявил харьковский пивзавод Рогань™, как Ро́гань, во что тот под воздействием указанных процессов и превратился, а ведь так же был в ряду наикошернейших. Однако и поныне украинец имеет возможность ощутить гордость за Державу, наткнувшись в красивых подмосковных лесах на пустую сиську из-под «Оболони».
С пивом в Сінявокай связана интересная история. Где-то в середине двухтысячных главной новостью стало ВНЕЗАПНО то, что белорусский норот, сцуки, оказывается, мало пьёт пива! С совершенно серьёзным лицом дикторы вечерних новостей сравнивали показатели потребления пенного напитка в цивилизованных странах и сетовали на то, что белорусы до этих показателей не дотягивают. «Как же так? В какой-то Чехии на человека приходится две кружки в день, а у нас (ПОЗОР!) одна в неделю!» В общем, белорусам предлагали хорошенько задуматься над своим поведением и в срочном порядке догонять Европу по человекокружкам и человекобокалам. Учитывая то, что реклама пива по ТВ к тому моменту уже была запрещена, шаблон рвался моментально.
Примечательно то, что у сябров пиво продается с контрольными знаками.

Немецкое пиво пришло <del>к успеху</del> к нам в современном виде, по большому счёту, благодаря обширной эпидемии холеры во время 30-летней войны (XVII век). Очень много источников питьевой воды было заражено и являло собой рассадники болезни, а вот пивные культуры вкупе с варением выпиливали эти вредные палочки почти на 100%. Что в n-ый раз подтвердило высказывание «губит людей не пиво, губит людей вода», ибо, просёкши фишку, люди начали варить и употреблять пенный напиток в стратегических маштабах практически вместо воды, что хоть и развивало алкоголизм, но, тем не менее, слыло «здоровым образом жизни». До кучи в 1516-м году вышел т. н. Reinheitsgebot — «закон о чистоте пива», который запрещал именовать словом «пиво» вообще всё кроме того, что сварено только из четырёх продуктов: дрожжей, ячменя, хмеля и воды (строго говоря, в XVI веке даже дрожжей еще не научились делать, бродило самостоятельно). Означает: никаких вам эмульгаторов, красителей, концентратов, кислоты, сахара, антиоксидантов, не говоря уже о креплении, и вообще никаких радостей современной цивилизации — ни-че-го. Подход до сих пор влияет на немецкое законодательство, но градус паранойи все-таки немного снизили (последняя действующая редакция закона аж от 37-го года): на этикетке упоминание больше не обязательно. Плюс импортное в Германии и экспортируемое из Германии пиво этим ограничениям не подлежит . В то же время, многие пивоварни продолжают c гордостью лепить на этикетку упоминание о Reinheitsgebot 1516-го, потому немецкое пиво, несмотря на весь этот ваш ЕСовский либерализм, остается очень характерным. Кстати, опыт фошистских коллег перенимается потихоньку и в других странах - расово китайское пиво Tsingtao, например, делается именно так (самое массовое пиво в Китае, что, учитывая количество китайцев, означает, мягко говоря, немало).
С момента своего появления и до сих пор пиво проходит по всем статьям (к примеру налогообложение) как основной продукт питания, наравне с мясом и хлебом. То есть в заботливо приготовленных бункерах на случай ядерного пиздеца холодной войны наравне с тушёнкой всегда был запас пива. В армии в паёк немецких военов бундесвера всегда железно входило поллитра пива раз в неделю. Это видно и с точки зрения языка: слово «пиво» в немецком языке среднего рода (das Bier), как многие продукты питания, в то время, как весь остальной алкоголь (der Wein, der Wodka и т.п.) — мужского. Ну и вообще, пиво в Германии, по большому счёту, повсеместно и местами за алкоголь даже не считается, к примеру считается вполне себе культурным ебануть пару бокалов в оперном буфете во время антракта. Причём в контраст к водке. Водка повсеместно считается однозначным злом или, в лучшем случае, вещью для ебанутых.
В каждом мухеншайссенштадте имеется своя пивоварня, которая, как правило, старее, собственно, всего остального мухеншайссенштадта, и варит последние 400-500 лет исконно свою локальную бурду. Однако дела у неё идут традиционно не очень, ибо местные синяки выбирают то, что подешевле. Да, немецкие синяки употребляют не водку, а пиво, как бы это парадоксально ни звучало.
Стоимость:
воистину котёл из культур, и как, следствие, это коснулось и пива. Мы отметим самые важные:
Вообще неофиту, слегка познавшего культуру пиндостана, с бухты барахты не разобраться в тонкостях алкомастеринга этой страны. Постараемся объяснить сей казалось бы идиотский феномен: