Ми-24

Ми-24 (разраб. «изделие 240 (242, 246 и т. д.)», пенд. натовск. "Hind" — «лань», рус. армейск. "«крокодил»", "«горбатый»", "«полосатый»", "«рашпиль»", "«напильник»", "«шмель»" (модификации Ми-24А и Ми-24Б имели прозвище "«веранда»" или "«стакан»"), душманск. "«шайтан-арба»") — эпичнейший советский и российский боевой вертолёт. Наравне с Калашом и Уралом является широко известным символом советской тоталитарной военщины.
С начала 60-х годов самой вертолётной страной были США, во многом благодаря «Ирокезу». Эта вундервафля активно применялась во Вьетнаме для доставки мясца и демократии в коммунистические джунгли, а когда на её основе в 1967 году собрали специализированный штурмовой вертолёт «», в СССР решили — надо шевелить рогом.
Изготовить «наш ответ Чемберлену» поручили ОКБ Миля, занимавшемуся поклейкой геликоптеров с 47 года. Полученный аппарат являл собой замечательный пример неукоснительного соблюдения взаимоисключающих параграфов, так как (согласно концепции «летающей БМП») мог и пехоту возить, и ракетные удары наносить, имел крылья (дающие до 30% подъёмной силы) и немалые размеры. При этом был суров, бронирован и живуч, но не очень маневренен. На вооружение был принят в 1971 году.
Ми-24 модификации «А» имел угловатое остекление, названное «верандой». Лётчики сидели практически бок о бок, и была вероятность того, что в случае обстрела из стрелкового оружия могли быть выпилены сразу оба лётчика. Пилот при таком расположении видел чуть больше, чем ничего. Ещё была проблема с обледенением всего фонаря кабины — иногда штурману приходилось прямо в полёте открывать кабину и чем-то соскребать лёд, чтобы улучшить обзор. После доработки напильником и эпоксидкой лётчики сидели в раздельных кабинах с выпуклыми стёклами. Пилот сидел в верхней кабине, а штурман-оператор — в нижней. За свой внешний вид вертолёт получил прозвище «крокодил».
 
Оснащён двумя газотурбинными двигателями по 2000 лошадок (2500 на модернизированных «крокодилах»), что позволило серийному аппарату иметь максимальную скорость 330 км/ч, а в случае повреждения одного из движков — улететь на втором. В 1978 году из него выжали 368 км/ч, установив мировой рекорд скорости для вертолётов (был побит в 1986 году). Нельзя забывать ещё и то, что «рекордный» Ми-24 с серийным имеет не так уж много общего, у него нет ни крыльев, ни вооружения, ни даже всяких штучек типа ЭВУ или защитных фильтров на воздухозаборниках. Разве что краску не сдирали для снижения сопротивления, что практиковалось на «рекордных» самолётах.
Бронированы кабина пилота и основные узлы, что позволяет класть с прибором на автоматные и винтовочные пули. В Афганистане лобовое бронестекло держало пули от ДШК (12,7 мм). К тому же все системы управления были сдублированы, так что даже их повреждение не гарантирует уничтожения вертолёта. Военами Аль-Лаха для выноса зверька использовались пулемёты калибра 14,5 мм и ПЗРК «Стрела» (изредка «Stinger»), при этом известны случаи, когда вертолёт возвращался на базу с десятками пробоин, но живой.
Впрочем, навороченная броня не помешала потерять один Ми-24 в Чечне от попадания одной-единственной пули 7,62 мм (спасибо товарищу Калашникову) в трубопроводы гидросистем.
Встроенное — каноничной считается турель с 12,7-мм четырёхстволкой ЯкБ, существуют также варианты с неподвижной двухствольной пушкой ГШ-30 и двухствольной пушкой ГШ-23 (Ми-35, Ми-24ВП) в подвижной установке. Что характерно, ЯкБ оказалась недостаточно мощной для поражения мало-мальски бронированных целей — не зря в Штатах и их союзниках аналогичные 12,7-мм роторные пулемёты ставятся, как правило, только на лёгкие небронированные вертолёты типа Kiowa и UH-60 для полицейских и противопартизанских задач. А вот у ГШ-30, наоборот, мощща лилась через край (правый, ибо крепилась к правому борту и нехило портила центровку). И только после установки ГШ-23 удалось прийти к консенсусу, хотя самой распространённой версией по-прежнему является Ми-24В с ЯкБ (вытесняется моделями Ми-24П и Ми-24ПН с ГШ-30 и потихонечку Ми-35 с ГШ-23, ибо «Вэшка» — архаика непроходимая, во многих частях среди действующей техники её уже просто нет).
Подвесное — имеет 6 подвесов (Ми-24ПН и Ми-35 по 4), куда можно цеплять огромное количество ништяков: контейнеры НУР, а на ранних «Фаланга» и ракеты «воздух-воздух» Р-60 или «Игла-2В», контейнеры с пушками, гранатомётами и четырехствольными пулемётами, бомбы на 250 и 500 кг, а также дополнительные топливные баки. Особенно стоит отметить рождённую сумрачным советским гением гондолу ГУВ (гондола универсальная вертолётная), в которую входил ещё один 12,7 мм ЯкБ (либо гранатомёт) и сразу два 7,62 мм пулемёта «попроще» (таки тоже 4-х ствольных, ГШГ-7,62), итого до 7 пулемётов на борт. В общем, обиженным никто не останется, кроме лётчиков, которым добавляется лишний немалый груз, а плотность огня просто излишняя. В Афганистане экипажи от них даже пытались отказываться, а летали под угрозой наказания. "(спойлер: "Но в связи с низкой надёжностью и слабым огневым воздействием указанной конструкции, предпочитали связку из 2 ГШ-23Л и 2 Б-8В20")" 
Дополнительно в ряде африканских стран для ударных целей задействуют и десантный отсек, устанавливая там пару болгарских копий ПКМБ (по одному пулемёту на каждый борт) при одном или двух операторах. Применяются они преимущественно при контрпартизанских действиях, например, нигерийскими войсками при операции против «Боко Харам» под Бамой весной 2015 г.
[0,98] Свиборга. Благодаря характерному звуку винта и суровому внешнему виду вертолёт способен оказывать довление на психику не хуже знаменитого Ju-87 с его сиреной. По словам американских морпехов, которые закупили сабж в ГДР после распада Совка и используют его на учениях, это единственный вертолёт, при виде которого хочется прижаться к земле и не отсвечивать. В Афганистане бравые вертолётчики, расстреляв БК, просто летали на бреющем над полем боя, от чего ослоебы в панике разбегались — трудно удержать кирпичи в себе, когда на тебя с хищным клёкотом пикирует здоровенный бронированный птеродактиль, весь увешанный оружием.

Засветившись в паре незначительных конфликтов между зулусами и папуасами, крокодил вместе с советскими войсками оказался в Афганистане. Тут-то и выяснилось, что концепция «летающей БМП» малоэффективна — вместо восьми центнеров мяса с автоматами лучше взять столько же бомб и ракет, а мясо возить на специально предназначенных для этого Ми-8. Также в разрежённом горном воздухе отказывались тянуть движки. Из-за этого (чтобы сохранить летучесть) первое время Ми-24 летали с половинным боекомплектом и всячески избегали работы маршруткой. Возникла необходимость допиливания двигателей. Чтобы они меньше засирались пылью, на воздухозаборники поставили специальные херовины, внешне похожие на грибы (херовины сии называются ПЗУ — пылезащитное устройство). После доработки (версия Ми-24В) крокодилы стали основной рабочей машиной войны — они равняли НУРСами кишлаки, сбрасывали бомбы на горные крепости, прикрывали с воздуха колонны и выносили корованы с оружием и наркотой. С 1984 года лётчики столкнулись с тем, что их пытаются выпилить с помощью ПЗРК «Стингер». Чтобы обмануть тепловую ГСН, на выхлопные отверстия запилили экранно-выхлопные устройства — это такие железные коробки, в которых горячий воздух из движка смешивался с атмосферным. Ещё ставили устройства для отстрела тепловых ловушек и станцию активных оптических помех «Липа» (такая хрень на мигалку похожая позади несущего винта). От «Липы» инфракрасная ГСН буквально сходила с ума, и начинала видеть цель везде.
Можно сказать, что Афганская война стала для этих вертолётов рекламной площадкой, ибо хоть их и повыпиливали немало, но страху на душманов они нагнали ещё больше. Со второй половины 80-х их можно было увидеть практически в любой азиатской или африканской стране, так как СССР щедро поставлял его всем своим потенциальным друзьям. Крокодил сумел засветиться практически во всех значимых войнах и междоусобицах. Немало этому поспособствовала былинная надёжность машины, которая годами могла обходиться без обслуживания, не ломаясь в кривых руках арабов и негров.
Про концепцию «летающей БМП» можно сказать, что ее придумал сам Миль. А Миль, как известно, хуйни не делал — почти все вертолеты, которые у нас выпускают, Миль или проектировал, или концептуально описал, даже МИ-28, а умер он за 15 лет до первых испытаний.
Общая концепция была такова.
Ми-24 также засветился в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС. Нет, он не отстреливал мутантов, а выполнял радиационную разведку. Даже запилили модификацию Ми-24РХР. Разведка проводилась следующим образом: из нужной точки взлетал вертолёт и летел по прямой 12 километров, по пути делая 4 пробы. После двенадцатого километра вертолёт поворачивался на 120 градусов и опять летел 12 километров, также забирая пробы. Затем вертолёт возвращался в исходную точку. Пробы грунта брались специальным ковшиком по типу экскаваторного. У вертолёта был один недостаток: подъём радиоактивной пыли при заборе грунта приводил к тому, что показания дозиметра искажались.
Кроме своего прямого назначения вполне успешно использовался как спиртовоз, благо дешёвой водки в регионе пруд пруди. Вполне в порядке вещей было в процессе употребления сесть на крокодил и слетать за водкой в Беслан. Или привезти беленькой из Чеченской Джумхурии на родной ростовский аэродром. Во время первой чеченской Ми-24 захуярил огромный транспортный самолет, который летел из Азербайджана с оружием и денюжками для «независимых чеченцев».
Ми-24 участвовали в боях с обеих сторон, однако наших было больше, а летали отмороженные. По сумрачным рассказам «бывших участников боевых действий» двойка Ми-24 устроила НУРСами экстерминатус целой колонне грузинской техники завалив до 30 единиц, заходивших нашим в тыл. Впрочем это пиздаболия с вероятностью в 99%, поскольку пруфов на подобные кулстори нет в природе, хотя потери грызунской бронетехники давно расписаны вплоть до каждого танчика.
Ми-24 постепенно уходит в прошлое. Казалось бы, что, составляя основу парка ударных вертолётов родной Россиюшки, он прослужит ещё очень долго. Так и было бы, если не прекращались закупки в 90-е и 00-е и имелась бы сколь-нибудь серьёзная программа модернизации, которая есть, скажем, у AH-1 или в США, где модернизированные машины очень заметно увеличивают свой боевой потенциал за счёт установки дорогущих свистелок и перделок. Бюджет ВС РФ просто не позволяет провести аналогичные работы с Ми-24. Да, ремонт и «модернизация» проводятся, причём массово, но это скорее латание и ремонт, чтобы продлить сроки эксплуатации, а не качественное улучшение. Дорого это, да и не нужно, ведь есть новые вертолёты, совершенно нового уровня.

Как известно, в нелёгкий период 90-х военная промышленность и армия России сидели на голодных хуях без соли, закупки не проводились. Произошла страшная деградация, заводы стояли и делали 3.5 вертолёта в год для разных банановых республик. В конце нулевых, когда в войне в Грузии ВНЕЗАПНО выяснилось, что родная армейщина находится на уровне 80-х по части управления, структуры и матчасти был назначен Сердюков, который и запустил новую реформу, по приведению облика армейки к современному виду. Была создана программа — ГПВ-2020 и затеяна реструктуризация армии, разработанная Макаровым. И тут-то и произошло самое интересное, деньги появились, а купить на них почти нечего, потому что предприятия не смогли наладить по-настоящему массовый выпуск Ми-28 и Ка-52, так необходимых армии. Этим и объясняется неспешный переход на новую технику во всех родах войск.

После начала реформ в армии заказчики из ВС РФ уделили пристальное внимание МИ-28, который, по логике вещей, является прямым наследником МИ-24. И военные, и сами инженеры вдруг ВНЕЗАПНО прозрели и увидели, что у вертолёта, на манер архаичных самолётов, к хвосту прикручено хвостовое колесо. Схема шасси такая. И как бы инженеры не пытались убедить военных, что их шасси служит защитой при падении, и вообще являет собой вундервафлю, заказчик остался недоволен. Использование вертолёта с хвостовым колесом мало того, что затрудняет рулёжку для пилотов, так ещё и требует переоборудования площадей базирования, и естественно, дохуя бабла. Осознание этого и чёткое понимание того, что выделение средств для модернизации со стопроцентной вероятностью закончится тем же, чем и всегда, заставило отказаться от этого варианта. Некстати пришлись и характеристики редуктора Ми-28, который из-за новизны конструкции от ремонта до ремонта крутится только 300 часов, против 1000 у сабжа. Короче, Ми-28 получился удачным прототипом, но для реального применения категорически непригоден. Сможет ли пролетариат МВЗ ИМ М. Л. Миля решить эту задачу — большой вопрос, так и оставшийся открытым, несмотря на то, что в интернетах и зомбоящике можно легко встретить бодрые, вселяющие надежду в сердца хомячков, рапорты о том, что осталось ещё чуть-чуть, и уже совсем скоро… Но вернёмся к судьбе оного пролетариата. Обиженные такой несправедливостью и непониманием их технического гения, кулибины, при поддержке пиарастов, всячески проталкивают своё детище на рынок и зомбируют подрастающее поколение. Представители оного поколения, нихуя не понимая в вертолётах, с пеной у рта готовы одновременно фапать на всяческие промо-ролики, и обвинять всех, кто не разделяет их оптимизм, в связях с госдепом и ZOG. Впрочем, данная картина легко переносится на любую другую отечественную военную технику. Вот такая невесёлая действительность.
Но где тогда взять новые вертолёты? Закупать сразу несколько типов — Ми-35, Ми-28, Ка-52. Аж целых три! И это только не считая их модификаций и целый набор вертолётов других типов — Ми-8МТВ, Ми-8АМТШ, Ка-52К, Ка-226, «Ансат», Ка-62, Ми-26. Разунификация парка с целым «зоопарком» разной техники — это, конечно, плохо, но тут уже между двух зол выбрали меньшее.
Реальные данные, ака контракты на ГПВ-2020 можно легко найти в интернетах. Приводить их тут не имеет смысла, потому что они устаревают каждые полгода. В сторону увеличения. Накатим!
Хотя если посмотреть на статистику «Вертолеты роиссии» изготовили в 2013 году 303 машины. Вложенное бабло начинает таки работать 
Алсо, Ми-35 по инерции закупается бывшими эксплуатантами Ми-24 вроде Венесуэлы, Алжира, Азербайджана и многих других.
Ми-24 — далеко не самый удачный вертолёт. Да, легендарность и меметичность не могут оправдать целый ряд существенных недостатков сего поделия. Чтобы было проще разобраться, нужно для начала оговорить важный момент — необходимо отличать то время, и наше время. Ведь облик войны кардинально поменялся, но об этом ниже.
Масса.
Она просто запредельная, что вкупе с просто удивительной компоновкой лишает его основной возможности: летать в полностью снаряжённом состоянии, то есть с полным набором вооружений на все 6 подвесок, полными баками и загруженными десантниками. То есть нужно выбирать между вышеуказанными пунктами. В итоге, имея просто чудовищные габариты и бронирование, недостаточно мощные для такой массы двигатели и кабину для десанта, которая за 40 лет так никогда и не использовалась по прямому назначению ни в одном конфликте и признана совершенно ненужной даже самыми упоротыми патриотами, вертолёт просто-напросто теряет потенциал. Или летит не очень далеко, но с оружием, или же далеко, но с 1,5 НУРСами.
Концепция
Удивительная. Вообще, чтобы понять, почему она такое говно, следует обратиться к истории. Как известно, западная школа боевого вертолётостроения с начала своего существования ставила перед собой одну простую задачу: набить как можно больше советских танков, когда те таки двинут на Ла-Манш. Западные вертолёты слабо бронированы, если вообще имеют броню, но зато изначально обучены в высокоточное оружие — противотанковые ракеты, которые применяются в сочетании с оптическими системами-прицелами, РЛС или же внешним лазерным наведением. Советский Ми-24 представляет собой феерическую помесь негра с мотоциклом. Опять же, как сказано выше, он просто не может взять в полёт всё, что в него можно впихнуть на земле. Переизбыток массы и отсутствие задач у огромного десантного отсека являются балластом для и так тяжёлого вертолёта. Отсутствие элементарнейшей оптики, которая в войнах 21-го века необходима для применения высокоточного оружия, было пофикшено только на Ми-35, который имеется в ВВС России в количестве пары десятков на сентябрь 2013 и появился там пару лет назад.
Устаревание
Критическое. 80-е кончились, и больше не нужно утюжить собственным бронированным носом вражеские окопы, высаживать десант в Чикаго, ебошить по «североатлантическим» танкам в упор и угорать по хардкору. В теории современные боевые вертолёты крушат домики с ослоебами с расстояния в несколько километров, даже не входя в зону поражения их пукалок. Впрочем, на практике ещё в Мали небронированные «стеклолёты» коалиции утюжили колонны исламистких техничек Nam-style под шквальным огнём ДШКМ, ЗПУ-2 и ЗУ-23-2, с закономерными потерями среди пилотов. Проблема, однако, в том, что НАТОвские «Апачи» прекрасно вписались в современные реалии, а Ми-24 нет. Дело в том, что то самое высокоточное оружие, которым предлагается расстреливать супостатов из-за пределов досягаемости их ПВО, требуют соотвествующей оптики и авионики, которая на «Апачах» есть, а на «крокодиле» — таки нет. Само собой, Ми-24 вертолёт заслуженный, действительно заставлял ссать в штаны пиндосов и европейцев в разгар Холодной войны, но сегодняшние реалии сильно отличаются от фантазий генштаба тридцатилетней давности на тему Третьей мировой.
Как это можно пофиксить?
На Ми-35 постарались избавиться от главных недостатков Ми-24, насколько это вообще было возможно, а именно: поставлена современная оптика, сокращено число подвесок под вооружение, шасси, для снижения массы, сделаны неубирающимися. Однако он всё же унаследовал основные черты своего беззадачного предка, 24-го. Десантный отсек на месте и не используется (хотя бы даже и африканским способом), РЛС не появилось и никогда не будет, современного вооружения типа американского «» или перспективной с принципом «выстрелил-забил» в ВВС России нет и вряд ли появится.
Всё сильно плохо?
Нет, ведь на смену канувшим в лету Ми-24 пришли совершенно новые машины — йоба-Ми-28 и йоба-Ка-52, на массовую поставку которых уже заключены контракты и они уже в числе нескольких эскадрилий представлены в ВВС на сентябрь-2013. Ми-28 и Ка-52 — это тру-вундервафли, вертолёты будущего, которые и составят основу парка к 2020-му, согласно ГПВ-2020 и заключённым контрактам. Говорить о них можно бесконечно, спорить о концепции Ка-52, о наведении ракет «Вихрь», надвтулочных РЛС, но это уже другая история и другие холивары.
Из-за своей символичности крокодил присутствует практически во всех фильмах и играх, где описаны конфликты недавнего прошлого/настоящего/недалёкого будущего. Игра получает +1 к пафосу за показанный атакующий Ми-24, +2 — если на нём дадут полетать, +3 — если его предстоит выпилить в качестве левел-босса, +4 — если голыми руками. Вообще образ Крокодила — это образ Империи и Оси Зла, так что со стороны массовой культуры к нему внимание повышенное, но преимущественно — как к противнику.

Ми-24 не может зависать
Удивительно, но иногда всплывает и такой «факт», который основывается на том, что масса вертолёта слишком высока и ресурс двигателя вырабатывается за считанные часы в режиме висения. Ноу коммент. (""Стейтон и его коллеги указывают, что длительное висение не входит в задачу Hind'а и что непродолжительное висение все-таки возможно. Но они также добавляют, что висеть разрешается не более чем шесть минут от общей жизни двигателей."" - из статьи "Ми-24 в США", ссылка в конце)
Ми-24 не может взлетать вертикально
Имеется в виду массовое использование «самолётного взлёта» во время войны в Афганистане. Является байкой чуть менее чем наполовину, так как по-самолётному взлетали лишь для экономии топлива, а не потому что не могли оторваться от земли, ведь Ми-24 очень чувствителен к перегрузу. Безусловно, слабые двигатели при таком весе и в условиях разрежённого воздуха высокогорья делали своё дело, и грузоподъёмность снижалась, но нагружать машины до уровня «хоть бы он взлетел» никто не практиковал.
Хотя,нагрузить машинку до уровня "Не взлетит" применяют в полевых условиях для опробывания движков - и винт мослает на полную и на любом режиме, и машинка на земле.