Австралия

Австралия (от лат. "austrālis "  — «южный») — самый маленький в мире континент и в то же время огромнейший остров. Это единственная страна, занимающая целый континент, и шестая по площади в мире (после России, Канады, Китая, США и Бразилии). Удивительный край, где все ходят вверх ногами. Около трети Австралии лежит в тропических широтах, хотя сочной и плодородной растительности, присущей, по нашим представлениям, тропикам, там негусто; бо́льшую часть Австралии занимает пустыня. Почти 85% 24-миллионного населения Австралии живёт в прибрежной полосе шириной 85 км.
В своё время страна была соединена с Антарктидой, а через неё и с Южной Америкой. По всем этим материкам шныряли сумчатые зверьки и то, что потом станет утконосами и ехиднами. Росли леса из араукарии, нотофагуса и древовидных папоротников. Остатки этой древней флоры до сих пор сохранились на Огненной Земле, Новой Зеландии, Тасмании, а также в ебенях острова Кергелен. Потом Южная Америка бессердечно бросила Антарктиду. Австралия дружила с ней подольше, но в итоге не вынесла душа поэтессы, и она тоже отправилась в свободное плавание, воровато унося на себе древнюю флору и фауну, впоследствии весьма эндемичную. Когда она откололась, ветры раскрутили вокруг Антарктиды холодное кольцевое течение, отрезавшее поступление тёплых вод с экватора, и Антарктида превратилась во всемирный холодильник. Так Австралия подосрала своей соседке, да и мировому климату в целом.
Населённая часть Австралии осчастливлена восхитительным климатом, комфортабельно тёплым большую частью года. Правда, >½ территории занимают пустыни: горы в Австралии расположены так стратегически, что перекрывают путь в середину материка влажным ветрам с Тихого океана. Однако раньше там плескались озёра, в которых жили даже дельфины. Почти единственный отголосок тех времён — солёное озеро Эйр, «мёртвое сердце Австралии».
Язык, ясен пень, — English (точнее, его австралийская модификация). Сами Австралийцы называют себя "оззи", а страну — "Оззиленд", то есть страна Оз (см. «Волшебника Изумрудного города»). Причина, как водится, банальна: связано это с тем, что «Aus-» читается близко к «Oz-».
<del>Хозяйке</del> Шофёру на заметку: Австралия — праворуль.
Ещё древнеримские географы догадывались, что там, за тремя морями (Средиземным, Аравийским и Индийским), что-то есть. И это «что-то» они называли "Terra Incognita Australis" (в переводе с Lingua Latina Æterna — «Неизвестная южная земля»). Но до конца XVIII века там никто не жил, окромя многочисленных племён полуголых нигрообразных аборигенов.
Австралию открыл в 1606 году голландец. Но Зелёный Континент был настолько унылым мухосранском, что в пень никому не упёрся, к тому же для ограбления у европейцев были обе Америки и ещё куча всего. Только спустя 170 лет там начали что-то делать англичане, и то потому, что Джордж «сто центов» Вашингтон их выпер из Северной Америки. В 1769 году Джеймс Кук (тот самый) на английском корабле Endeavour отправился на Таити, попутно завернув на сабж по приказу начальства. 26 января 1788 адмирал Артур Филипп пригнал в залив Ботани свой Первый флот и запилил там первое владение — New South Wales . Насчёт западной части джентльмены думали ещё дооолго — брать или не брать эту внезапную сушу себе. Наконец в 1828 году, положив на голландского первооткрывателя англосаксонский болт, они провозгласили Австралию частью Британской Империи, всю и оптом. Мнение аборигенов (≈2 млн юнитов на тот момент) джентльмены вообще в расчёт не взяли, сочтя тех просто доселе не известной породой обезьян. Съевшие собаку на колониальном управлении бриты вполне резонно посчитали, что ежели тут даже не известен огонь, не говоря уж об особых перках типа строительства шалашей, то насаждение правильных взаимоотношений с белыми господами будет непродуктивным. К слову, с гораздо более развитыми аборигенами Новой Зеландии джентльмены не побрезговали всерьёз и повоевать, и подоговариваться.
Оттого, что англичане лишились колоний в Северной Америке, Австралия не стала менее скучным усть-пиздюйском. Поскольку взять оттуда было особо нечего, практичные лорды и пэры начали сливать туда всякие помои. Поскольку отработанное ядерное топливо тогда ещё не появилось, помои были человеческого происхождения — антисоциальный элемент. Вообще-то избавляться от маргиналов путём отправки в колонии они начали уже давно, но тут как-то так повелось, что кроме каторжников в Австралию никто не ехал. А так как в старой доброй Англии в то время действовали законы, по которым «колоски» тов. Сталина — детский лепет, то материалом новая колония была обеспечена в избытке. Надо сказать, что и уголовники не особо протестовали — выбор между морским вояжем в кандалах не пойми куда с печальными перспективами, но хотя бы живым, и коротким комфортабельным путешествием до эшафота в Тайберне для многих молодых и здоровых пассионариев из народа был очевиден. Кроме того, к берегам Австралии самоходом отправлялись за лучшей жизнью всякие безземельные селюки как из самой Англии (без политических мотивов, just for ЖРАТ), так и из вечно бурлящей говнами Ирландии (ещё и чтобы не попасть под раздачу).
Спустя пару десятилетий Австралия оказалась заселена 100%-ным быдлом со здоровым генофондом. Присутствие направляющей и руководящей интеллигенции в Австралиях было минимальным — руководящую и направляющую роль взяла на себя колониальная администрация из отставников, которые были точно таким же быдлом. Несмотря на всякие забавные фактики вроде австралийских бандитов, результат быдлизации, фильтрации генофонда и удалённости от начальства не замедлил сказаться. Вместо того, чтобы раздумывать на темы «Кто виноват?», «Что делать?» и «Как нам обустроить Австралию», быдло начало потихоньку обустраивать свои гектары и давать по щщам каждому, кто мешал ему это делать. Так было положено начало превращению Австралии из унылого зажопинска в зажопинск благоустроенный.
Благодаря тому, что огроблять в колониях в Австралии англичанам было по большому счёту нечего, особого антагонизма между братскими народами не возникло. А аборигены Австралии находились на таком уровне технического и интеллектуального развития, что никакую серьёзную бучу поднять не могли. Таким образом Австралия (наряду с Канадой) была одной из самых спокойных колоний Британской Империи. Да формально ей и остаётся: глава Австралии — никакой не премьер-министр в Канберре, а Её Величество в Лондоне. Как говорил доктор Хаус, «у вас на деньгах Королева — значит вы англичане!», а доктор Хаус никогда не лжёт.
Австралийцы перестали по-братски любить англичан после неприятной истории с Первой Мировой. Дело в том, что англичане искренне считали австралийцев за говно и в один прекрасный момент бросили новобранцев из ANZAC (австралийские и новозеландские ВС) на турецкий укрепрайон безо всякой подготовки, да ещё и не туда — в итоге австралийцев перестреляли. А дальше была мутная история: вроде бы общественность возмутилась, в ответ на что какой-то высокородный английский генерал чуть ли не прямым текстом набросил, мол, говна не жалко, это же австралийцы. Тем временем остатки экспедиционного корпуса бросили на европейский фронт, где их потихоньку и убивали. Пусть некоторых не смущают смищные по нашим меркам цифры безвозвратных потерь ANZAC — всего 65 тысяч человек. Население Австралии и Новой Зеландии тогда составляло 6 миллионов рыл — выходит, в относительных цифрах погибло столько же, сколько и в Российской Империи.
С практичностью, которой многим бы поучиться, австралийцы вынесли из этого соответствующие уроки и во Второй Мировой старались особенно не вылезать. Итог — всего 23 тысячи погибших и нелюбовь к США, которые за подставление собственных звёздно-полосатых жоп под японские пули потребовали кучу всяких интересных вещей на Тихом океане, в том числе участие во всяческих союзах и блоках, подписавшее австралийцев на участие в нахуй им не нужных американских делишках в Северной Корее, Вьетнаме и так далее.
Чрезвычайно занятный исторический факт: помимо Первой и Второй Great Wars, Оззиленд вполне официально участвовал в The Great Emu War, сиречь Великой Войне со Страусами Эму. Нет, правда: одно время расплодившиеся эму неиллюзорно нагибали несчастных фермеров, сжирая половину посевов и вытаптывая к хуям оставшееся. Поэтому в конце 1932 года по приказу тогдашнего минобороны в Западную Австралию были откомандированы два ветерана-пулемётчика, два ветерана-пулемёта Льюиса и какой-то ёбнутый майор-артиллерист, которые два месяца воевали с эму. Причём сурьёзно — с засадами, тактическими ходами и даже попыткой склепать эрзац-ганшип из юта, которая, кстати, провалилась, ибо птички бегают сильно шустрее грузовиков, а попасть из скачущего по кочкам грузовика по неебически юркой мишени на скоростях под полтинник малореально. Лютейше доставляет, что война де-юре была проиграна: страусы закидали солдафонов мясом. Своим. Пожгли 10к патронов, сломали один пулемёт, прикончили, по разным данным, от трёхсот до тысячи эму, но цели не добились.
Джеймс Кук — бесспорно, один из известнейших путешественников в истории, очистивший от «тумана войны» едва ли не половину карты мира. В своё время получил аж три квеста на кругосветное путешествие от Адмиралтейства:
Есть мнение, что на самом деле первые два квеста Куку дали для отвода глаз. По слухам, он работал на британскую кровавую гэбню, выполняя сверхсекретные миссии Его Величества короля Георга II (или III) по поиску новых колоний, земель для ограбления, Атлантиды и хз чего ещё, ибо тайна сия велика есть.
За время своих экспедиций таки успешно понаблюдал за Венерой. Определил, что Новая Зеландия — это не остров, а ажно два. Нашёл проход между Австралией и Новой Гвинеей. Очень много нового нарисовал на карте мира — восточные берега сабжа статьи, Полинезии, Новую Каледонию, etc, причём сделал это весьма точно.
Впрочем, Южного материка так и не нашёл, уступив эту заслугу to bloody Russians. С Северо-западным проходом тоже вышел облом, хотя здесь Куку повезло больше, чем некоторым его последователям. Однако он открыл (на свою голову) Гавайские острова, где тут же оказался на званом ужине в качестве главного блюда.
В этой стране первооткрыватель известен в основном благодаря Высоцкому и его песне «Одна научная загадка, или почему аборигены съели Кука». Да-да, мемом его сделала именно эта шутливая песенка, а не унылый школьный учебник географии.
 
Коренное население Австралии знаменито бумерангами: кроме них, подобное придумали ещё дохуя где, но в силу того, что более эффективный лук ниасилили придумать только там, бумеранг стал визитной карточкой именно Австралии.
Принципиальные отличия австралийских аборигенов от африканских — их хорошая растворимость среди белых (меньшее число доминантных генов) и повышенная бородатость. Алсо, особо доставляет и рвёт шаблоны, то что среди аборигенов изредка встречаются натуральные блондины. Причём, в соседней с Австралией Меланезии число натуральных блондинов в отдельных деревнях доходит до 10% (десяти процентов!). Изначально, австралоидов считали частью негроидной расы, но затем приглядевшись выделили в отдельную расу. Причём, к австралоидам также отнесли и капоидов — африканских бушменов и готтентотов. Но, генетические исследования показали, что австралоиды столь же далеки от капоидов, как и остальных негроидов, капоиды же оказались близки к прочим негроидам, несмотря на некоторое внешнее сходство с австралоидами.
И, в отличие от США, где действовало меметичное «one drop rule» (действующее в быту и переписях населения и поныне, просто уже без былой дискриминации), согласно которому человек с вполне светлой кожей считается «чёрным» за наличие нескольких едва заметных африканских черт лица, в Австралии, напротив, в течение многих лет действовала госпрограмма по добровольно-принудительному растворению среди белых. Для этого отбирали у их семей девочек, растили в специнтернатах, а затем… трахали. С родившимися от этого детьми проделывали то же самое. И после небольшого числа итераций аборигенские черты не смог бы обнаружить даже вооружённый микроскопом подозрительный ку-клукс-клановец. Находившиеся к моменту отмены госпрограммы в специнтернатах, породили австралийский мем "Stolen Generations", aka "Stolen children".
С тасманийцами поступили проще: их всех убили.
В отношении к аборигенству наличествует классический «маятник». В XIX веке их активно щемили и кое-где даже использовали вместо рабов (формально за долги, реально же — ну кто там разбирался толком). Где-то в начале XX века на смену этому пришёл период почитания их т. н. «культуры», ну то есть начали всерьез вслушиваться в их дудки и усматривать прекрасное в изгибах прутьев для шалашей. Продлилось это лет 15, потом дудки надоели и аборигенов опять начали щемить.
В середине XX века случилось «потерянное поколение», которое под давление зарубежных кривозащитников свернули, и началась новая фаза любви. Аборигенов приравняли к жЫвотным из Красной книги и стали их всячески опекать: например, довольно долго они были неподсудны обычным уголовным судам, и их правонарушения разбирались спецорганами в отдельном порядке (что идет сильно вразрез с сакральным «равенством перед законом», но что поделать — к 70-м аборигенами были переполнены все тюрьмы). Это привело к резкому росту уличной преступности и криминализации аборигенских общин в целом. Аборигенам выдавали муниципальное жилье (быстро превращавшееся в хлев), резервировали для них места в вузах (которые не использовались) и выдавали им пособия (в тот же день спускались на бухло).
Когда всем надоело, маятник качнулся обратно: спецсуды отменили — тюрьмы опять стали полны; жильё больше не выдают — гетто окуклились и перенаселились; бухло не продают — аборигены перешли на нюхание бензина. Политкорректность при этом запрещает не брать их на работу и вообще как-то не любить. В целом, что с ними делать, не знает никто: интегрироваться и вообще нормально жить они не хотят, да плюс активно начали перенимать заокеанский опыт в эксплуатации понятия «расизм».
Отдельного упоминания заслуживают: ВНЕЗАПНО проснувшаяся у аборигенства религиозность в виде упоротых ритуалов, которые непременно надо провести на Ayers Rock (выгнав оттуда туристов), и нелепые имущественные притязания на обработанную и застроенную землю в духе «тут мой пра-пра-прадедушка кенгурей палкой гонял». Суды в разгаре, попкорн уходит вёдрами.
Национальное блюдо, хоть и не придуманное в Оззиленде, — барбекю.
История австралийского барбекю уходит корнями в доисторическое прошлое. Тогда рецепт был намного проще: берётся лес, населённый живностью, и поджигается с одной стороны. По истечении известного времени едоки идут по пепелищу и разыскивают прожаренные тушки кенгуру и других зверей, птиц или ящериц. В итоге тропические леса материка полностью сменились огнестойкими лесами из эвкалипта, а из местной фауны всё, что было крупнее рыжего кенгуру, слетело с копыт уже через несколько тысяч лет после появления первых аборигенов. Зато сейчас ещё вполне можно прожарить кенгуру целиком в земляной печи. Но не барбекю единым живы оззи.
Едят тут, например, meat pie — этакую тарталетку-переросток с начинкой из рубленого мяса или фарша. Обычно с кетчупом, но могут и положить её… в гороховый суп. А на гарнир тут нередко можно увидеть пожаренную в воке или на гриле крупными кусками морковку и тыкву.
На завтрак тут бывает веджимайт (Vegemite, аналог британского Marmite) — ядрёнейшая горько-солёная субстанция из экстракта дрожжей. Сделали в своё время для армии (витамины В же!), но потом стали есть и так. Оззики мажут её на тосты вместо мёда и сгущённого молока и запивают крепким сладким чаем/кофе. Как водится у ядрёных пищевых продуктов, публика поделена примерно пополам между любителями и ненавистниками, а шутки про веджимайт давно являются дежурными у всех стендап-комиков и ведущих кухонных ток-шоу.
Кенгурятину в Австралии едят, но не очень: это больше экспортный товар. Однако, говорят, кенгуровый хвост весьма вкусен, и в кетайских едальнях неплохо идут пельмени с кенгурятиной (на вкус напоминает зайчатину). Одним из первых европейцев, вкусивших кенгурятины, был сам капитан Кук. Ещё из дичины местные уважают мясо эму.
Детишкам в Оззиленде можно попробовать самый настоящий эльфийский хлеб. Рецепт на удивление прост: белый хлеб мажут маслом и посыпают мелким разноцветным драже. Гурманы кушают торт «Павлова» (да, именно в честь балерины, но ударение делают на второй слог) из безе со свежими ягодами.
Любителей промочить горло порадует множество сортов исключительно годного вина и крафтового пива.

Неимоверно доставляет не только тру-зоологам, кончающим при виде обыкновенного жука, но даже быдлу, ГК и школьникам. Австралия ушла в автономное плавание ещё до того, как в неё могли проникнуть наши с тобой — и большинства прочих млекопитающихся — дальние предки, совершенные машины живорождения. Поэтому здесь в целости и сохранности жили примитивные существа, в силу конструктивных баг-фичей породившие совершенно непохожий на прочие континенты животный мир. Увы, с приходом голых безволосых обезьян большая их часть куда-то исчезла, да и сам некогда зелёный континент стал пустынным и огнеопасным. Тем не менее, кое-кто уцелел. Особенно жалко уничтоженных аборигенами гигантских нелетающих птиц и сумчатого льва, доставляющего тем, что убивал не клыками, а загрызал жертву резцами.
В первую очередь Австралия ассоциируется с сумчатыми. В отличие от плацентарных млекопитающих, к коим относишься и лично ты, %username%, они рожают недоношенный эмбрион, который донашивается снаружи, в сумке матери. Так природа на миллионы лет обогнала современные медицинские технологии. Увы, за всё надо платить. Необходимость постоянно чистить сумку запрещает такие продвинутые конструкции лап, как копыто, а её наличие исключает водный и полуводный образ жизни (задохнутся личинки же). Вдобавок сумчатые намного тупее большинства плацентарных. Почему — науке пока неизвестно. Есть мнение, что всему виной слабая связь между полушариями мозга; у нас есть толстенный пучок этих связей — мозолистое тело.
А об ещё более других зверушках, неблагозвучно зовущихся клоачными, любознательный анонимус прочтёт уже в подстатье.
Власти материка-государства отдали дань своеобразию местной фауны: на гербе Австралии изображены рыжий кенгуру и страус эму. Они встречаются лишь в Австралии, но дело не только в этом. И эму, и кенгуру не способны пятиться назад — поэтому они и были выбраны, как символ того, что австралийская нация двигается только вперёд. Правда, злые языки утверждают, что это не так, но оставим правительство страны в счастливом неведении.
Впервые золото обнаружили в Австралии ещё в 1814. Несколько зеков во время постройки дороги к Батерсту нашли несколько блестящих желтых камушков. Позже нашли еще несколько камешков, а потом еще и еще. И тут все заве… ан нет, не завертелось. Тогдашний английский губернатор был весьма хитрожоп и, справедливо решив, что золотая лихорадка среди ссыльных и прочих граждан Великобритании, не разделявших общепринятого понимания порядка дело опасное, сей факт утаил. решил сохранить это в тайне.
В 1851 дело приняло новый оборот. Исследователь и золотоискатель Эдвард Харгрейвз обнаружил золотую россыпь в речке около того самого городка Батерст в Новом Южном Уэльсе. Соседи над ним дружно ржали, но вернувшийся недавно из Калифорнии старатель дело своё знал. Кто смеялся последним, можно узнать тут, а про последующий подъём экономики Австралии почитать тут.

— Не следует, однако, думать, — сказал Паганель, — что на австралийской земле совершенно перевелись искатели, охваченные страстной жаждой найти золото. Конечно, большинство продает свой труд разным компаниям. Да и что остается делать этим людям, раз государство продало или сдало в аренду все золотоносные земли компаниям? Но все же и человек, у которого ничего нет, который не может ни купить, ни арендовать золотоносную землю, имеет возможность обогатиться.
— Какая же это возможность? — спросила леди Элен.
— Джампинг, — ответил Паганель. — Например, даже мы, не имеющие никаких прав на здешние золотоносные земли, и то могли бы разбогатеть, понятно, если нам уж очень посчастливится.
— Но каким же образом? — поинтересовался майор.
— Благодаря джампингу, о котором я имел уже честь вам говорить.
— А что такое джампинг? — спросил майор.
— Это соглашение, действующее среди рудокопов. Из‑за него, правда, происходят порой беспорядки и даже насилия, но, однако, властям так и не удалось отменить его.
— Рассказывайте, Паганель, — сказал Мак‑Наббс, — не томите.
— Ну так слушайте. В силу этого соглашения любой участок в центре приисков, где в течение суток не производится работа (за исключением праздников), делается общим достоянием. Каждый, кто захватит такой участок, может его разрабатывать и стать богачом, если только счастье улыбнется ему. Итак, Роберт, постарайся найти одну из таких брошенных ям, и она станет твоей.
В 1850-е гг. в Виктории добывалось более 1/3 мирового золота. А как известно, золото манит людей сильнее, чем свежее говно — мух. Поэтому население Австралии всего за два десятилетия увеличилось в 4 раза. Иммигрантов стало больше, чем завезённых туда за всю историю преступников.
Как и прочие болезни, золотая лихорадка поражает не только белых людей. Из Китая за золотом понаехало более 40 000 жёлтых биороботов. Австралийцы буквально фалломорфировали от них, поскольку суньхуйвчаи ничего не покупали в магазинах, не бухали в пивнушках, блэкджэк и шлюхи им были тоже до фонаря. Они только работали и отправляли бабло на родину, ибо нередко деньги для поездки в Австралию брались в долг, а в залог оставлялись родственники. К 1861 году узкоглазые составляли 3,3% населения континента.
Если засилье белых человеков из пока-ещё-не-загнивающей австралийцы худо-бедно терпели, то орды пиздоглазых им в хуй не впились. Для приходящих в Австралию кораблей была установлена квота: один китаец на десять тонн водоизмещения. Потом — на 100, а под конец на борт разрешалось брать лишь одного китайца на каждые 500 т. Потом какой-то статистик, прикинув хуй к носу, подсчитал: на приисках Виктории работает 23к мужекитайцев и только 6к женокитайцев. Возник вопрос: «А кого же они ебут тогда?». Поскольку гомосексуализм тогда ещё был не в моде, австралийцы решили: «Китайцы преследуют австралийских женщин»! Естественно, попускать такое никак нельзя, и китайцам быстренько устроили погром, от которого 3 косых отправились прямиком к Конфуцию. Волнения были подавлены полицией, но осадочек остался.
Также местные работяги оказались немного недовольны ввиду демпинга китайскими биороботами, работающими практически за жрат. Начались кампании недовольства и требования выгнать китайцев с золотых приисков КЕМ. В штате Виктория в 1854 дело даже дошло до вооружённого столкновения с войсками. Бунт был подавлен, но правительство извлекло уроки из кризисной ситуации. К 1880 году в Австралии был принят целый ряд законов, полностью закрывших въезд в страну всяческим унтерменшам.
Сии недовольства имели и другие последствия. Когда выяснилось, что среди зачинщиков бунтов были ссыльные, было принято решение приостановить, а после и вовсе прекратить доставку преступников из Британии. Теперь в Австралию ехали только белые и добропорядочные люди. Таким образом золото сильно помогло улучшить имидж Австралии в глазах мирового сообщества.

Традиционная иммиграция из Англии сохраняется до сих пор, но уже не в тех размерах — после того как папуасам, узкоглазым и прочим унтерменшам разрешили въезжать 30 с небольшим лет назад, первыми поставщиками иммигрантов стали Китай и Индия. Кстати, квартал Бондай в Сиднее и квартал Балаклава в Мельбурне прославились как «русские» так же, как Брайтон-Бич в Нью-Йорке.
Чтобы ограничить приток в страну иммигрантов, была придумана очаровательная штука под названием "«филологическая лотерея»": в 1-й половине ХХ века для получения въездной визы надо было написать под диктовку 50 слов на европейском языке, выбранном таможенными инспекторами методом корейского рандома. Если претендент ниасиливал воспроизвести их на бумаге, то отправлялся в родные ебеня несолоно хлебавши. Естественно, чаще всего юзали инглиш, но для персон нон грата были припасены более интересные варианты. К примеру, в 1934 чешского писателя Эгона Киша заставили пейсать эти несчастные полсотни слов на гэльском шотландском языке. А вся мякотка в том, что Киш состоял в компартии Австрии, а на Южном материке разлагающих элементов хватало и без него.
Отдельно прельстиво и любивно было отношение в стране к правоверным фанатикам. К сожалению, с тех пор медийный рупор основательно подзасрал людям мозги, и риторика властей всё больше напоминает эуропейскую.

Нужны опытные люди с хорошим образованием и опытом работы. Либо через образование, что довольно дорого.
Гугли Australia point test — разберёшься, сколько набираешь баллов; также ищи Australia SOL — список востребованных профессий.
Всё просто — подгоняй по баллам, но чаще всего нужен IELTS 7 7 7 7, что означает довольно долгую еблю с форматом экзамена. Потом подтверждаешь профессию в одной из организаций и подаешь заяву. Готовь бабло: 3500 австралодолларов только на визу + кучу расходов типа на сдачу экзамена + билеты + переезд и первое время там.
В целом заебись, но сильно зависит от того, насколько найдёшь себя на местном рынке труда. Плюс некоторые местные обычаи в виде толерастии могут удручить сторонника традиционных ценностей.
Русская диаспора, как и полагается уважающему себя сообществу эмигрантов, довольно чётко делится на волны:
Сами оззики выделяют волны «русской» иммиграции несколько , но у них свои заморочки. На текущий момент русскоязычных в Оззиленде около 80 тысяч, из них эмигрантов первого поколения (родившихся в пост-СССР) около 20 тысяч; живут они в основном в крупнейших городах и гетто не образуют. В целом наших тут мало, и организованной, влиятельной группой их назвать нельзя.
Есть среди нашего люда категория, в диаспору не слишком вписывающаяся. Это те самые «невесты» — неземная любовь по скайпу (в чуть более адекватных случаях — офлайновый роман с экспатом), билет в один конец и нерусская фамилия. Пишут на тематических ресурсах восторженные статейки про то, какие австралийские мужчины хорошие, в отличие от. Генерируют больше всего трафика в иммигрантских группах в ФБ, в офлайне общаются в основном в мамкокругах. В «русских» тусовках принимают участие редко, потому как присутствие их мужа переключает разговор общения на английский, а этого людям обычно и на работе хватает по самые гланды.
Другая категория — самостоятельно выписавшиеся из диаспоры. Это люди, которые практически свернули контакты с соотечественниками, завели местных друзей-знакомых-любовников, думают по-английски с легким сиднейским акцентом, окунулись с головой в работу и пишут англоязычный блог про яхтенный спорт. Наверное, им так лучше.
Русскоязычное сообщество напоминает лоскутное одеяло. Много тусовок по интересам — мамские, джиперы, лисапедисты, скрабблеры, стартаперы и Б-г знает еще кто. В основном, конечно, людей объединяют дети: большинство иммигрантов — молодые семьи, поэтому даже добывание детских книжек на русском языке является вполне себе комьюнити-образующей задачей. Большинство соотечественников — с верхним образованием, притом технических специальностей, креативного небыдла практически нет.
Кроме типичного майндсета эмигранта 00-х (характерен неприязнью к кооперативу «Озеро» и лично к Темнейшему), у наших людей здесь можно заметить и типично австралийских мозговых слизней. А именно, здесь многие становятся святее Папы Римского и толерантнее Чёрного Властелина: от недавних иммигрантов в мордокниге слышны самые лютые визги в поддержку гомобраков и полотенцеголовости. Именно они упорно называют расизмом нежелание своих сограждан жить в чёрном гетто. Именно от них можно услышать, что «в "положительной дискриминации" есть логика» (это когда тебе на работе не дают повышения, если ты белый гетеросексуальный мужчина). Что поделать — хронический стресс, вот и пытаются хоть в чём-то быть ещё австральнее самих австралов.Особенно мило это сочетается с чисто российской, например, привычкой со всеми "договариваться", вместо того чтобы задействовать общественные институты. Именно они вынимают душу из соотечественников на тему «как подать налоговую декларацию» вместо звонка в хотлайн Australian Taxation Office или чтения их же сайта. Именно они идут усовестивать буянящих ливанцев, вместо того чтобы сразу вызывать полицию — и осуждают «стукачей». Они же никогда не поднимут трубку Hoon Line, чтобы сообщить о лихаче на дороге. Общественные институты они вообще не любят и побаиваются, хотя одновременно любят заливать оставшимся на родине соотечественникам про то, как тут «всё для людей».
К сожалению, украинские события вызвали массовое перегорание предохранителей в головах — как в сторону квадратно-гнездового ватничества, так и в сторону упоротой свидомости, вплоть до драк и разводов. На расстоянии 15 тысяч километров от Киева это смотрится особенно трагикомично.
1464 Про Русского Джека
Надо сказать, чуть менее, чем никакой. Однако если покопаться, можно выделить следующее:
AC/DC — (сокр. от англ. "alternating current/direct current "  — переменный/постоянный ток) — австралийская рок-группа, градус винрарности коей зашкаливает. Слеплена в Сиднее в ноябре 1973 усилиями шотландцев Малкольма и Ангуса Янга. Группа утверждает, что играет рок-н-роллЪ, однако эксперты полагают, что AC/DC представляют скорее жанр «хард-рок». Играет до сих пор — и не перестанет, пока Ленина не вынесут из Мавзолея, а Rolling Stones не проведут настоящий прощальный тур.
Традиционно исполняют песни про секс, его последствия, алкоголь и, собственно, рок-н-ролл, нередко завуалированные игрой слов. Известной среди широких слоёв населения группа стала благодаря соло-гитаристу Ангусу Янгу, регулярно выступающему в школьной форме, гигантскому колоколу, который они тащат почти на каждый концерт, и музыкальному стилю, узнаваемому ещё с первых аккордов их композиций. Другие отличительные фишки: локомотив, появляющийся на сцене перед началом концерта (стал использоваться после выхода альбома «Black Ice»), и пушки, стреляющие в финале под песню «For Those About To Rock (We Salute You)». Ещё стоит отметить хиты «Back in Black» и «Highway To Hell», которые задрачивают почти столь же часто, как «Дым над водой» и «Лестницу в небеса», а также «T.N.T.», «Thunderstruck», «Hells Bells», «Rock'n'Roll Train»…
«AC/DC» породили весьма большое количество холиваров. Наиболее яркие представители: «Бон Скотт vs Брайан Джонсон», «Стилевая принадлежность AC/DC», «Ангус vs Малкольм», «Легенды или сраное однообразное говно» и т. п.
Занесены в "«Почётный список рок-групп, прославляющих дьявола»".
Как ни странно, две крутые музыкальные банды, на основе которых по ушам меломанов из промышленных зон начал свой путь индастриал. SPK прославилась дичайшими перформансами, молва про которые докатилась и до старушки Европы. К примеру, в 81-м году на перформансе в Сан-Франциско участники группы пожирали на сцене овечий мозг, а на перформансе 82-го разожгли на сцене огни и устроили пожар. Сама аббревиатура SPK расшифровывалась всегда по-разному. "Sozialistisches Patientenkollektiv, Surgical Penis Klinik, System Planning Korporation, SePuKku, Selective Pornography Kontrol, Special Programming Korps" и "SoliPsiK". Видимо, участники группы перед каждой акцией сами себе придумывали новые названия на основе трёх чудесных букв.
Severed Heads — ВИА более спокойный и мейнстримный. Запоминается своими сюрреалистическими клипами, вполне себе ротируемыми в прайм-тайме музыкальных каналов, в том числе и российских середины 90-х.
Рок-группа, известная тем, что создала ни много ни мало одну из лучших австралийских и новозеландских песен всех времен «Don't Dream It's Over». На нее сделали over 9000 каверов. Даже японская певица приложила руку. Там она называется «Yasuragi wa Mada Saki ni».
К сожалению, найти кавер от G4 не удалось.
Диджериду — эпичная дудка, второе после бумеранга известное в мире изобретение австралийских аборигенов. Правда, изобретением сие назвать весьма сложно, ибо диджериду является по сути простой деревянной трубкой, звучащей на одной ноте. Однако при этом инструмент обладает очень широким диапазоном тембра.
Технология производства диджериду такова:
Естественным образом вырастает эвкалипт
Естественным образом термиты прогрызают у него нутро
Абориген находит такой ствол и срезает
К стволу приделывается мундштук
ПРОФИТ!
Несмотря на кажущуюся простоту, играть на девайсине непросто. Зато ежели научиться, звук будет охуительный. Фанаты фолка оценят.
Крокодил Данди — доставляющая трилогия об австралийском следопыте, обитавшем вдали от цивилизации и ВНЕЗАПНО завезённым в штаты. Первый фильм был малобюджетным и чисто австралийским, без какого-либо голливудского влияния. Что ничуть не помешало ему стать вторым по сборам в штатах и первым в Совке. Что неудивительно, ибо в фильме встречался достаточно годный юмор. Впоследствии серия, как водится, скатилась в унылое говно.
Также фильм породил целый мем. В одной из сцен фильма Мик Данди идет со своей петян по ночному городу и внезапно нарывается на нигру, который пытается героев гопануть. Дальше между Сью и Миком происходит забавный диалог:
— Отдай ему кошелёк.
— С какой стати?
— Потому что у него нож.
— Это не нож. Вот ЭТО — нож!
После чего Данди достает мочет и разрезает куртку на гопнике пополам, тот срёт кирпичами и мгновенно исчезает.
Сия сцена часто обыгрывалась в разных фильмах и сериалах, а также в играх. Ну и макро разной степени унылости, конечно, настругали.

 
Культовая трилогия от местного режиссёра Джорджа Миллера с никому не известным австралийским актёром в главной роли. Является родоначальником пустынных постапокалиптических сеттингов вроде этих ваших фоллаутов . Мир после атомной войны, борьба за воду и топливо, мусорщики и даже костюмы из потёртой кожи — за все эти радости спасибо Миллеру. По своей сути фильмы — типичные боевики с кучей экшна, в которых крутые чуваки ездят на крутых тачках по бескрайним австралийским пустыням в условиях тотального пиздеца вокруг.
Трилогия состоит из:
В 2015-м трилогия стала тетралогией — Миллер выпустил достойное продолжение «Безумный Макс: Дорога ярости» с никому не известным британским актёром в главной роли, но к Австралии это кинцо уже отношения не имеет, ибо из-за сраных дождей съемки перенесли в Намибию.
Сей мем происходит от старой шутки, что в Австралии всё вверх ногами. В 2010 году некий остряк, вспомнив её, запостил на форчане перевёрнутую пикчу автомобиля с подписью Meanwhile in Australia. Картинка мгновенно стала популярной и породила серию пикч, высмеивающих стереотипы о разных странах.
Деревянный боевой рогалик, обладающий формой, позволяющей ему вернуться после запуска прямо в лицо владельцу. На самом деле не все бумеранги возвращаются — есть модели, которые после запуска просто улетают в закат. Но об этом мало кто знает, а потому в массовом сознании так сложилось, что бумеранг олицетворяет нечто возвращающееся обратно.
Сей девайс использовался примитивными хуманами для охоты ещё задолго до изобретения колеса по всему миру. Однако потом, как сказано выше, практически все народы озаботились изобретением более кошерного лука. Австралийские же аборигены упорно пользовали бумеранг, пока англичане не научили их демократии и не ассимилировали. Именно поэтому нынче он почти всегда ассоциируется с Австралией.
Впрочем, примитивность и неэффективность конструкции никак не мешает различным авторам юзать бумеранг в своих произведениях в качестве убероружия. В фантастических лайт-новелле и аниму Shangri-La бумеранг — йоба-оружие будущего. Ватман не гнушается пользоваться высокотехнологичными бэтмерангами. Более того, есть даже такой супергерой — Капитан Бумеранг, вооружённый угадай, чем. Наконец, эта гнутая палка юзается в качестве оружия в сотнях игорь — от Зельды до Мортального Комбината.

Сёрфинг — это не только многочасовое отсиживание задницы в интернетах, но ещё и катание по волнам, стоя на доске. Сабж на самом деле не является австралийским изобретением, он был придуман полинезийцами хрен знает когда и невозбранно скопипизжен белым человеком в XVIII веке. Как нетрудно догадаться, для занятий сим спортом необходимы морские волны, желательно с непрерывной подачей. Случилось так, что места с самыми годными волнами располагаются именно в Океании, в том числе и в Австралии. Именно поэтому в Австралии сёрфинг возведен в статус культа, и тысячи сёрфингистов оккупируют австралийские пляжи ежегодно.
Однако в Австралии бонусом к хорошим волнам идут стаи акул, желающих полакомиться тушкой сёрфера. На деле акулы не очень любят людей. Нет, не в этом смысле. Просто человек для акулы невкусен, а нападают они исключительно по ошибке, приняв силуэт человека на доске за свою любимую нямку — тюленей. Впрочем, сёрфингиста, которому по ошибке оттяпали руку, это вряд ли успокоит.
Столица Австралии, как известно, — "Канберра". Но поцчему, спросите ви, не самый крупный город — Сидней или Мельбурн? А разгадка одна — они не могли договориться, кто же будет столицей. Вот и решили власти закончить спор неожиданным поворотом — сделали столицей доселе никому не известный посёлок Канберри, находившийся примерно посередине между мегаполисами. В статье 125 австралийской Конституции, во избежание дальнейших холиваров, записали, что городок относится таки к Новому Южному Уэльсу (ибо самое первое владение). Впрочем, территория вокруг Канберры является федеральной территорией (Australian Capital Territory, ACT — по аналогии с Columbia DC в США), и канберрцы не являются жителями NSW, а имеют свой посткод и недоправительство.
Нынче австралийцы полагают вынос столицы в небольшой город весьма годной идеей: кортежи, полицейские оцепления и прочие радости от прибытия на рабочее место слуг народа не напрягают многомиллионные Сидней и Мельбурн.
Сама Канберра нынче населена в основном сотрудниками правительства и контракторами на правительственных работах. Это один из немногих городов в Австралии, где зимой регулярно бывают минусовые температуры и снег. Вокруг города — горы, национальные парки и прочая природная лепота. С туристической точки зрения интересен, пожалуй, только парламент.
Сидней — крупнейший город Австралии, финансовый и промышленный центр и т. д. и т. п. Миру город известен лишь благодаря Олимпиаде-2000 и Оперному театру вкупе с мостом Харбор-Бридж. Тащемта, эти два сооружения являются визитной карточкой города, да и всей страны в целом. Юзаются они как бы не чаще, чем кенгуру.
Благодаря Голливуду все знают, что Эйфелева башня видна из любой точки Парижа, — так же и этот оперный театр маячит на заднем плане в любом фильме, действие которого разворачивается в Австралии. Соответственно, когда в очередном кинце от какого-нибудь Роланда Эммериха зрителю показывают нечто глобальное, вроде глобального БП или нашествия рептилоидов, дабы продемонстрировать эту самую глобальность, упоминают и Австралию, в коей Сиднейскую оперу обязательно разносят в щепки. Несмотря на ебанутый внешний вид (есть мнение, что датский архитектор вдохновлялся мандариновой кожурой), внутри не представляет ровным счётом ничего интересного.
Австралийские учёные — прямые продолжатели дела своих британских коллег. В далёком 1990 году суровый шотландец Дугал Диксон порадовал прогрессивное человечество книгой «Человек после человека. Антропология будущего», в которой изрядно поизгалялся на тему возможной эволюции человека в будущем. В 2016 году ТАС продолжила это дело, собрав на пати учёных, врачей и спецов по компьютерной графике. Вечеринку окрестили «Проект Грэм». Народ потусовался, пообщался и в рамках проекта породил образ человека будущего, способного выдержать прямое попадание автомобилем, в котором едет, в бетонную стену на полном ходу. Дополнительные слои жира, прочная кожа, рёбра по самую шею, лишние суставы в ногах и колени, способные гнуться назад — так и получился красавец по имени Грэм, который тут же стал героем множества фотожаб. Сам чувак пока находится в Библиотеке штата Виктория, но планируется выезд этого красавца в турне по Австралии, а там и по всему миру можно. Лишний раз посмотреть на это порождение воспалённого разума можно здесь.
За пределами известен не особо, но крайне доставляет своей брутальностью всем, кто его увидел. Футболисты по внешнему облику больше похожи на борцунов-регбистов, чем на типичных футболистов, но тем не менее это футбол, а не регби. В связи со специфическими правилами игра сопровождается жёсткими столкновениями, порою доходящими до нокаутов от прилетевшей по еблу ноги. И если обычный футболист, получив случайно по ноге, тут же начинает валяться на земле, жалуясь судье, хныча и требуя дисквалификации обидчика, то тут на такие мелочи даже внимания не обращают.
Оно же Ayers Rock, оно же Булыжник: австралийское восьмое чудо света в парке его же имени, причём нерукотворное — огромная плоская каменюка ржавого цвета посреди выжженной пустыни. Поблизости есть еще несколько подобных образований, но Булыжник — самое фотогеничное. Cчитается аборигенами священным местом, а для турья — «Мекка» столь же примечательная, как, к примеру, посещение водопада Виктория в Африке.
На восходе и на закате солнце окрашивает камень во все оттенки красного (от нежно-розового до кровавого и лилового), а в полдень — в золотисто-желтый, что выглядит сюрреалистично и доставляет. Практически все популярные фотографии Булыжника сделаны именно в эти моменты.
Каменюка состоит из песчаника, издали выглядит гладкой, вблизи не очень. Можно обойти вокруг (маршрут на полдня), можно забраться наверх. Местность вокруг сошла бы за Марс, если б не тощая растительность.
<del>Хозяйке</del> туристу на заметку: огромные полчища очень надоедливых мух. Это вообще проблема в аутбэке, но там — просто бедствие. Репелленты не работают, нужна сетка.
Стараниями заокеанских союзничков, поджигающих страну за страной, за последние 15 лет образовалось огромное количество людей, которым стало неуютно жить там, откуда они родом. В основном, как легко догадаться, это родом из Ирака, Сирии, Афганистана и тому подобных регионов. Прознав, что глупые белые люди приняли полвека назад пачку международных законов, заставляющих любую белую страну открывать двери перед мигрантом, если он назвался беженцем, жители этих регионов ломанулись кто куда. Больше всех напрягся ЕС, но особо ушлые добрались и до Австралии.
Прибывают жаждущие убежища в лодках через Индонезию, за что их и окрестили, собственно, boat people. Сразу надо оговориться, что эти «беженцы» весьма небедные, поскольку услуги тайских + индонезийских контрабандистов выходят как бы не подороже билетов на самолет. Ирония же в том, что изначальные английские колонисты… тоже были boat people, то бишь приплыли в лоханках и возжелали тут жить. Но кто первый встал — того и тапки.
Местные беженцев сильно не любят по целому ряду причин:
С целью сбить градус напряженности в обществе, нынешнее правительство сделало ход конем: беженцев везут не в Австралию, а на остров Науру, в большой лагерь-резервацию. Там их кормят, лечат и в целом предоставляют то самое убежище-от-войны, которое они формально просили. Жители этого лагеря бугуртят, поскольку хотели-то они совсем не убежища, ясен пень. На их родине, тем временем, свято место не пустует, и там уже живут другие люди, которые совсем не ждут этих беженцев обратно в гости. Fail.