Покровитель интернетов

Покровитель интернетов (св. Исидор Севильский) — любознательный старик, которого после почти полутора тысячелетий в могиле вдруг <del>откопали и</del> назначили покровителем компьютеров, юзеров, программистов и интернетов — в этом порядке. Поскольку св. Исидор в интернете пока что нуб, особой пользы от него в ближайшее время не предвидится. День св. Исидора — четвёртое апреля, что символизирует.
Христианство когда-то было довольно прогрессивной религией, но с тех пор утекло много воды, вина и крови. На данный момент центральные комитеты основных подсект христианского мира озабочены тем, чтобы их древнееврейские сказки оставались злободневными на фоне стремительно меняющегося мира. Так, в 1998 году Ватикан наконец признал значимость интернета, объявив его всего-навсего сокровищницей человеческого знания. А раз дело хорошее, то и примазаться не грех.
Вместо того чтобы творить добро — например, вещать с Небес бесплатный трафик — папа Иоанн Павел II решил послать в интернет своего политрука. Его выбирали всем компьютерным клубом, устроив выборы где? Правильно. К сожалению, в те времена Анонимус был ещё слаб духом, и лулзов от процесса заловлено не было. Верующие абоненты выбрали из предложенных кандидатов Исидора — серьёзного мужика, который в наше время с лёгкостью стал бы стюардом википедии. С тех пор именно он является покровителем интернетов по версии самих интернетов, по какому поводу возникло множество искромётных шуток, так или иначе обыгрывающих противопоставление божественного цифровому. Что по этому поводу думает Ватикан — вопрос сугубо экуменический.
Несмотря на патологическую склонность к агрессии, древние римляне с почти интеллигентским трепетом относились ко всякого рода знаниям: собирали их, записывали и даже планировали с умом использовать. Однако ума не хватило и империя развалилась, а поживиться трофеями прибежало стадо, пока не осилившее письменность.
На таком печальном фоне, в порабощённой вестготами провинциальной Испании, в хорошей семье родился маленький мальчик. Будучи из хорошей семьи, он учился, вместо того чтобы работать — и занятие это пришлось ему по нраву. Единственным путём получить образование тогда была Церковь — чуть ли не последний анклав небыдла, оставшийся от Рима — не только опиумный притон для народа, но и маленький, очень элитный университет. Студент учил в основном латынь, греческий и, конечно, иврит — три окна, открывающие вид на <del>коллективное сознание человечества</del> набор древних шпаргалок сомнительного происхождения. Став епископом Севильи, мальчик понял, что единственным путём борьбы с варварством — в том числе с варварством головного мозга — является просвещение быдла. Испанский Луначарский не только грузил своих баранов ХГМ, но и пытался провоцировать их на собственные размышления — опасное начинание, которое, мягко говоря, не прижилось. Именно он вновь рассказал Европе про Аристотеля. К слову, стиль проповеди, подразумевающий уважение к слушателю, возымел действие на вестготов, благодарно-таки принявших анальную зависимость от Ватикана из упятнённых чернилами рук Исидора.
Платон когда-то наглядно объяснял тому самому Аристотелю, чертя клюкою на песке, что чем обширнее круг наших знаний, тем продолжительнее граница его соприкосновения с неизведанным — и тем скромнее становится наше заблуждение о грандиозности собственного интеллекта. У бедного Исидора знаний было немного — даже по сравнению с древними греками, потому что черпал он их из основательно перемолотых временем ошмётков римских манускриптов, самих по себе вторичных. Именно поэтому наш герой взялся написать обо всём во Вселенной — лаконично, но основательно.
Он был отнюдь не первым энциклопедистом: идея записывать инфу была воплощена одновременно с письменностью. Однако именно Исидор впервые решил, что лучше записать кучу непроверенной инфы (и даже откровенной дезы), чем тратить время на её подтверждение, тем временем упуская в канализацию засевшие в иных инфокакашках алмазы вселенской мудрости. Таким образом, именно Исидор, а не кто-то там, по праву считается первым википидором.
Острая эдема ЧСВ на фоне хронически унылого интеллектуального пейзажа таки немного повела Исидора в сторону. Намекают лишь названия скромных трудов: "De natura rerum" , "Differentiarum" , "Sententiarum libri tres" . Самый монументальный из них называется "Etymologiæ" , состоит из двадцати томов и рассуждает на такие темы, как:
Первые три тома о главном: грамматике, диалектике, риторике, матане, астрономии и музыке. Четвёртый том — про медицину и почему-то про библиотеки. Наверное, музыкой навеяло. Далее — про закон мирской, потом три тома про закон Божий — копипаста и руководство к действию. Девятый том, грубо говоря, про  — царства, народы, языки, обычаи. Десятый том — собственно Этимология. Ныне это слово означает науку о происхождении слов, но когда Исидор его только что "придумал", оно определяло происхождение всего вообще, на секундочку.
Дальше — проще: возвращаемся в субъективную реальность. В томе одиннадцатом читаем про самое никчёмное, что есть на этом свете — человека. Ради выгодного сравнения за ним семенят звери и птицы. Из совсем уж прикладных тем — два тома , архитектура и Русская Проблема № 2. Блестящие камушки и железки занимают отдельный том, как и земледелие. Затем про войну, кораблики, моду, погоду, инструменты и напоследок — помимо духовного — про хлеб насущный.
"(спойлер: "Засилие синего текста в этом разделе намекает, что Уютненькое тоже грешит инклюзивностью вследствие скудоумия, и вообще уже не то")" 
Вот за какие заслуги Исидор был призван из запаса в ряды действующих святых. Какими уставами он руководствуется — неясно, так как в родных мануалах нет многих современных понятий. Скорее всего, миссия его чисто разведывательная — составление списков ЦП-фаперов, сеошников, спамеров, копирастов, моралфагов и прочей нечисти для представления в небесную прокуратуру на предмет определения меры наказания (или даже пресечения).
Основным кандидатом на пост покровителя православных интернетов стал Феофан-затворник. Этот суровый кадровый поп наиболее известен тем, что ушёл в глухой <del>запой</del> затвор и с тех пор принимал лишь на известных одному ему частотах. Кандидатура символизирует. Если Ватикан (хотя бы на словах) видит интернет-пользователей муравьями, несущими в дом крупицы знания, то РПЦ смотрит на нас как на группу опасных асоциальных задротов.
Грешны не одни христиане. В 2012 на бейсбольном стадионе в Чикаго, например, прошёл многотысячный митинг за более кошерный интернет. А многие дальние и ближние страны давно перешли от слова к делу, подведя доступ в интернет под анальный контроль государства так, что и никакого покровителя не надо.
Многие служители культа расскажут вам, что, пофапав пару раз на прон, вы рискуете навсегда потерять способность кончать со своей женой, кроме как ей в глаз. Что на форчане вас легко завербуют в ахтунги. И другие страшилки в стиле "non sequitur" . Но не могут же они всамделишно волноваться о спасении наших душ? Конечно же нет.
Мировые религии действительно обеспокоены влиянием интернета на общество. Ведь суть религии — убедить ЦА в том, что анонимности не существует. Что всевидящее око вселенского модератора непрестанно следит за твоими гнусными делишками и помыслами, подонок. Мнимая опасность в том, что, куснув запретной безнаказанности в интернете, люди потеряют страх и начнут вести себя друг с другом как школьники на чанах.
Мы-то с вами знаем, что как раз в интернете никакой анонимности нет. Но если бы она и существовала, общение в интернете почти в точности копирует общение в реале. В горизонтальной плоскости так же самоформируются группы и сообщества со своими законами и обычаями, которым внешняя мораль на хуй не сдалась и где нормы поведения регулируются самостоятельно, без вмешательства свыше. Так что новые назначения Исидора и Феофана являются нормальной реакцией вертикали морали на главный либертарианский тезис — что в делах личных люди и сами с усами.

АминЪ.