Тахарруш

Секс-охота на немок (рус. "Погром длинных лап " , фаш. "Sexuelle Übergriffe " , араб. "تحرش جماعي, Taharrush gameâ " ) — массовые праздничные обжималки муслимов мужескаго пола из Северной Африки и Ближнего Востока с расовыми арийскими Fräulein, прокатившиеся по крупным немецким городам в новогоднюю ночь 2016 года. Наибольший масштаб приобрели на площади Кёльна, вблизи городского Кафедрального собора, что символизирует.
Тахарруш — название национальной арабской «игры», в которую «играют» несколько кунов, разделённых на два круга, и одна тян. Согласие оной не требуется. Отличие от обычного группового изнасилования заключается в том, что, пока внутренний круг смыкается вокруг жертвы, внешний отвлекает мимокрокодилов криками и угрозами. Что происходит внутри на самом деле, для посторонних, как правило, остаётся сокрытым завесой тайны.
В исламских странах такого рода игрища популярны издревле, но западный мир познакомился с этим проявлением культурного многообразия на каирской площади Тахрир, во время «Арабской весны». Тогда, движимые протестом против президента Хосни Мубарака, египтянки присоединились к массовым акциям бунтующих «Братьев-мусульман», но были отвергнуты толпой мужчин, подверглись унижениям и насилию. Только по официальным данным, на площади Тахрир публично изнасиловали 25 участниц протеста. Досталось и бледнолицым шалавёнкам, которые, в отличие от строгих и благонравных восточных дам, стерпеть не смогли и бессовестно распедалировали тему с помощью коварных СМИ.

В новогоднюю ночь 2015 произошло следующее:
Разогнавшись в общагах синькой и шмалью, выводки мигрантов стали стекаться на городскую площадь рядом со старинным собором и вокзалом — ранее излюбленное место торжеств кёльнских горожан и туристов. Здесь приезжие догонялись, толкались, блевали, запускали фейерверки в сам собор и в толпу горожан перед ним. Женщинам сначала только свистели, кричали «суки, суки» и «ficken, ficken». Полиция не вмешивалась, площадь постепенно охватывали беспорядки. Осознавая свою безнаказанность, стадо сменило настроение абстрактного веселья на агрессию к немцам. Бюргеры пытались ретироваться, потому поголовье разбилось на мелкие группы для удобства преследования.
В течение трёх часов пьяные и обкуренные «беженцы» занимались вокруг площади и вокзала массовой секс-охотой на молодых немок, лапая их за груди и промежности, срывая трусы, вырывая из рук сумки, кошельки, айпады, айфоны и прочие девайсы, угрожали очевидцам и пострадавшим. Отчаянные, но тщетные крики о помощи только веселили и раззадоривали нападавших. Девушек пропускали кагбэ через строй «шпицрутенов», а некоторых жертв тут же на улице пытались склонить к оральной дружбе.
Против тысячи чурок полиция ничего толком сделать не могла. Более того, нападению подверглась даже одна женщина — полицейский волонтёр.
Правда, сообщается, что, будучи всё-таки вытеснены с площади, «арабо-африканцы» ринулись в здание вокзала, где демонстративно мочились и гадили на пол. Наиболее пьяные и обкурившиеся укладывались спать на скамейках. Толпы чуркобесов перебирались с одного перрона на другой по железнодорожному полотну. Вся эта чудовищная вакханалия сопровождалась неумолчным ором на арабском языке.

Официальные сообщения о масштабных беспорядках в Кёльне были обнародованы лишь 4 января — и то после публикации в New York Times. До этого власти хранили толерантное молчание. Публикации предшествовала буря протестов в немецких соцсетях против наплыва в их страну беженцев с обсуждением имевших место событий. Говна набросила обер-бургомистрша Кёльна, по-чаплински переложившая ответственность на потерпевших. Также стало известно о нападениях мигрантов в Штутгарте, Дюссельдорфе, Гамбурге, Берлине, Билефельде, Франкфурте-на-Майне и других городах. С тем же сексуальным подтекстом, но с меньшим размахом, чем в Кёльне.
Новогоднее drunk sex party завершилось подачей более 600 заявлений от жертв нападений, минимум два из них — в связи с изнасилованием. Многие жертвы преступников были вынуждены обратиться к медикам из-за серьёзных синяков на груди и ягодицах, а также из-за пережитого психологического шока.
Cледователям удалось установить 75 подозреваемых. Большинство из них — выходцы из стран Северной Африки, приехавшие в Германию нелегально или обратившиеся за политическим убежищем.
Казалось бы терпеть такое нация, которая еще каких-то 70 лет назад отправку в печь унтерменшев не считала чем-то плохим, даст сурьезный отпор ослоебам. Но нет. Вместо этого в нескольких городах прошли демонстарции под лозунгами «Мир. Дружба. Жвачка» и «Изнасилование это плохо». Разве что чутка местами помяли мигрантов. Все негодование дальше интернетов не выплеснулось.
 

Человеческое общество способно на вершине своего развития провозгласить принцип гуманизма — то есть, утвердить благо абстрактного человека как критерий оценки общественных отношений. Поэтому если европейская шлюха хочет по принуждению, или сразу с несколькими, или то и другое, то это её выбор, который следует уважать. И никакая она не шлюха, кстати. Подвергаясь нападению напористого мужчины, свободная женщина воспринимает это как милость с его стороны.
В некоторых случаях женщины сами могут провоцировать мужчин на насилие. Причиной могут быть мазохистические фантазии на фоне репрессивного полового воспитания. Женщина хочет сексуального удовлетворения, но не может получить его в гармоничных отношениях, поскольку отождествляет удовольствие с чувством вины. При насилии она словно бы перекладывает ответственность за происходящее на внешний фактор: «Это не я, это меня!». Очень жаль, что полиция не принимает заявления от тех немок, что остались довольны. Южные мужчины привлекают их своим здоровьем и брутальной доминантностью, местные самчишки дохляки, вырожденцы и импотенты, всего боятся.