В СССР секса нет

В СССР секса нет! — крылатая фраза, источником которой послужило высказывание Людмилы Николаевны Ивановой — одной из участниц телемоста Ленинград-Бостон, записанного 28 июня и вышедшего в эфир 17 июля 1986 года. Существует несколько версий того, что́ именно она сказала.
17 июля 1986 года в той стране уже было телевидение и некоторое количество спутников, запущенных в космос, благодаря чему случился очередной высер Горбачёва, бывшего тогда генсеком этой страны. Высер назывался «Телемост Ленинград-Бостон (Женщины говорят с женщинами)». Вели его <del>заслуженные женщины обеих стран</del> Владимир Познер (эта страна) и Фил Донахью (Пиндостан).
До сих пор возникают срачи на тему, когда и как именно было произнесено то самое «в СССР секса нет».
Запись эпохального телемоста таки сохранилась, а фрагмент с «В СССР секса нет» показывали по НТВ в одном из современных сюжетов (около 2005 года), посвященных оному. Сюжет был в передаче вроде «Программы „Максимум“» или «Русских сенсаций», там же было интервью с Познером и этой бабищей, которая мило снова с Познером побеседовала, там же объявили две самых распространённых версии:
Владимир Познер, выходец из русско-французской семьи, плохо помнит не то что телемосты между этой страной и ебенями, но и собственные имя/фамилию. Официально его версия выглядит так: американская журналистка пожаловалась, что у них в зомбоящике эксплуатируют сексуальные образы и прон, и поинтересовалась, нет ли схожей хуиты в той стране. Некто Людмила Иванова успела ответить: «У нас секса нет…», — и фраза тут же потонула во всеобщем хохоте по обе стороны окияна; дикие вопли напрочь заглушили окончание фразы: «…на телевидении». В народ вошла искажённая и вырванная из контекста часть фразы: «В СССР секса нет».
Народу понравились и мем, и секс (наконец-то узнали, как это называется).
Сама Иванова рассказала совсем другое:
Источник
За историю все дружно благодарим педивикию, а для себя отметим следующее:
Кстати, по слухам сама Иванова потом всю жизнь страдала из-за этой фразы. Жители ее города задразнивали ее вопросами «Это с кем у тебя секса нет? С мужем? Или с соседом?» (дело было в 80-е, когда в СССР эта тема была слегка табуированной и «стыдной»). Бытовало мнение, что она опозорила страну и город.
То, что фраза заканчивалась словами «У нас есть любовь», подтвердил Мукусев, который чикал ножницами тот «прямой» эфир.
…Людмила произнесла: «Секса у нас нет, и мы категорически против этого», — после чего грянули смех и аплодисменты в обеих студиях и заглушили окончание фразы: «У нас есть любовь».
Когда я монтировал программу, Людмила Иванова позвонила мне прямо в аппаратную и попросила вырезать эту фразу. Смущение и тревога звучали в её голосе. Я встал пред дилеммой. С одной стороны, я понимал, что у Людмилы после выхода передачи в эфир могут возникнуть проблемы с её родными и близкими и просто с посторонними людьми. Она может стать героиней анекдотов. С другой стороны, … убирать из передачи то, что точно объединило обе студии, — юмор, я посчитал невозможным. Я оставил эту «историческую» фразу, хотя и навлёк на себя гнев её автора.
В общих чертах это выглядело так:
В эпохальном телемосту какая-то пиндосская пенсионерка рассуждала о том, что, дескать, у них в рекламе сплошное насилие, секс <del>и жыды</del>. Ну и спросила, как с этим делом обстоит в совке. На вопрос взялась отвечать бабища с характерной для русских селений внешностью (ну вы понели), и с чувством, как на митинге, внезапно сдуру одним духом высрала: «Секса у нас нет, и мы категорически против этого». Да-да, каноничная фраза звучала именно так, но вторая часть потерялась, ибо уже после первой, естественно, в студии начался повальный ржач и ссание кипятком, а соседки Ивановой с укоризненными ухмылками стали говорить ей: «Да что вы, есть у нас секс!» и «Секс у нас есть, у нас нет рекламы», что отчетливо было слышно в микрофон, а сам Познер на короткое время впал в ступор, явно охуев.
Лулзы заключались в том, что телемосты в этой стране бурлили говнами, рождали тучи срачей и доставляли практически всем — и участникам, и ведущим, и любителям зомбоящиков. Мемы появлялись и тут же умножались на ноль в каждой передаче. Пиндосы доставляли лулзов тем, что, во-первых, сидели в студии в одежде «с улицы» (тогда как жители этой страны пришли так же, как если бы их позвали в Останкино на новогодний «Голубой огонёк»), а во-вторых, в каждом предложении пиндосов звучало «Сибирь», «водка», «матрёшка» и «Горбачёв».
Жители этой страны в студии ничем особым не доставляли, но стоило только одной-единственной бабе произнести в прямом эфире непонятную хуйню — эта хуйня тут же стала всемирно известным мемом.

Несмотря на отсутствие секса в СССР, с момента окончания Великой Отечественной войны население этой страны прирастало со средней скоростью 1% в год. Это не включая всякую Среднюю Азию, а только старую добрую РСФСР. А как только совок развалился и появился секс, тенденция изменилась ровно на противоположную — сейчас примерно с такой же скоростью население убывает. Тряпка-куну на заметку: "секасом" в воображении маменьки её сынка считается именно подобный подкрадывающийся (а кое-где уже живущий) к целым городам песец под названием "падение рождаемости".
Еще есть мнение, что в СССР секс, может, и был, но вот с гондонами и прочими предохранителями дело обстояло херово, откуда, собственно, и прирост.
Наиболее точно тема раскрыта в романе 1984, вышедшем задолго до появления сабжевой фразы как таковой. Там Партия одобряла для своих членов только секс в браке и исключительно с целью размножения — правда, на пролов пуританское табу не распространялось.
Многое про секс в совке и этой стране постсовкового периода можно узнать из книг Эдуарда Тополя «Россия в постели» и «Новая Россия в постели». Если верить автору, от такого траха, какой был в совке, отказался бы только импотент, гей и извращенец-задрот постсовкового периода:

По доброй писательской традиции Тополь, конечно, мог и приукрасить советскую реальность. Однако его собрат по перу, а по совместительству известный советский врач Буянов в своих трудах приводит примеры и похлеще.