Настоящий индеец

Настоящий индеец, гламурный индеец — антагонист так называемого белого человека. Расово коренной американец. Как известно из популярной песни, "«…настоящему индейцу — завсегда везде ништяк!»"

В отличие от некоторых покорённых белой расой народов (тех же негров, например, которые оказались чуть ли не единственным исключением), индейцы оказали весьма длительное и достойное сопротивление, неоднократно выпиливая в большом количестве не только бледнолицых женщин, детей и прочих мормонов, но и кавалерию Соединенных Штатов. Чем, несомненно, стяжали дополнительную винрарность в глазах публики, хотя и подверглись неиллюзорному экстерминатусу от рассвирепевших янки, когда у тех таки появились пулемёты и прочая экипировка. А некоторые настоящие индейцы люто доставляют и по сей день, невозбранно тролля США односторонними объявлениями независимости и даже дискриминацией нигров.
Алсо, настоящие индейцы выращивали кукурузу задолго до Хрущёва, который им просто завидовал. Попкорн, соответственно, тоже их рук дело. Они же изобрели обычай табакокурения. И ещё дохуя всего, что никого не волнует.
Ньюфаги уверены, что мем происходит из «Песни о настоящем индейце» (Фёдор Чистяков и группа «Ноль»). Оставим их в плену заблуждений. Феденька всего лишь провёл успешный форсинг. В этой стране понятие "настоящий индеец" насчитывает уже более века.
Еще в конце XIX в. расовые русские школьники (и Гитлар!, см. Педивикию) адски фанатели от рассказов немца Карла Мая, который как раз и описывал жизнь американских индейцев, полную Опасностей, Приключений и Борьбы против Бледнолицых Собак. Им же придуман этот ваш Виннету, сын Инчу-Чуны. Сам Май побывал в СШП только за четыре года до рокового глотка мацы, да и то дальше озера Эри не забирался, но книжки его по тем временам были абсолютным всеевропейским винраром, ибо 95% ЦА не бывали даже там. Кроме рассказов Мая весьма кошерны были также произведения расовых американцев Майна Рида, Фенимора Купера и Джеймса Шульца.
От них пошло прото-выражение «благородный индеец» и дореволюционный мем «Монтигомо — Ястребиный Коготь» за авторством А. П. Чехова.
Тогда же возникли и игры «в индейцев», которые являются первой отечественной ролёвкой (причём по градусу ролевого маразма их участники едва ли не превосходили современных толчков). Читайте, например, винрарный рассказ Чехова «Мальчики», мозгоразрывающий рассказ О. Генри «Вождь краснокожих» и книжку совкового детского классика В. Губарева «Монтигомо — Ястребиный Коготь». Написанная в 1921 году повесть П. Бляхина «Красные дьяволята» также повествует о ролевой игре нескольких пролетарских гиков в «настоящих индейцев» на фоне Гражданской войны: Ленин — «вождь краснокожих», белые — «бледнолицые собаки», и всё такое. Повесть впоследствии дала идею фильму «Неуловимые мстители», но тема настоящих индейцев по ходу дела была проёбана.
Второе рождение индейца произошло уже после войны, когда в 60-е была издана винрарнейшая книга Сетон-Томпсона «Маленькие дикари» (подробно инструктирующая советского школьника, как следует вести труЪ-жизнь настоящего индейца, причем практически без употребления травы и прочих веществ), и тогда же появились крышесносящие «индейские» фильмы расовой восточногерманской киностудии DEFA по книжкам К. Мая. Ага, те самые, с Гойко Митичем. Виннету, Чингачгук Большой Змей, Верная Рука — друг индейцев, тысячи их.
Эпик вин был полный, бескомпромиссный и оглушительный, школота этой страны помешалась на «индейской» экзотике, и чуть менее, чем все пионерлагеря эпохи развитого совка кишели «индейцами» и «ковбойцами». Олдфаги помнят, а некоторые и сами участвовали. Причем, опять-таки, без всяких веществ. Единственными ходовыми веществами в ту пору был спизженный у взрослых табак, которым забивали трубку мира (оную трубку, надо сказать, вообще-то забивали по поводу и без повода, как только удавалось раздобыть сигарет). Тогда же получил распространение троллинг на тему того, что может/не может делать «настоящий индеец» (сесть жопой в костер, выпить залпом стакан «огненной воды», разрезать ладонь перочинным ножичком). Мем сложился и закрепился.
С развалом совка и популяризацией Кац-танеды индейская тематика постепенно приобрела современную форму. Были утрачены одни атрибуты (хождение в перьях, метание топоров в цель, etc.) и неимоверно расширено значение других (та самая трубка мира, которую и форсил «Ноль»).
С их подачи в нынешней Рашке основным артефактом настоящего индейца считается как раз трубка, наполненная веществами разной степени глюкогенности. Алсо, мокасины стали модным аксессуаром, а «Чингачгуком» принято называть МПХ. Такие дела.
 
В обсуждении данной статьи анонимусы высказали ряд доставляющих мыслей о том, что есть настоящий индеец в понимании культурного человека этой страны. Оказывается:
Классификаторы домашнего разливу упускают из виду, что индеец индейцу рознь. Одно дело житель самой настоящей империи с городами, государственным аппаратом, рабовладением, торговлей, налогами и прочими атрибутами цивилизации, уже имевшими место в доколумбовой Центральной и Южной Америке, а другое дело — кочующий по прериям и лесам собиратель, рыболов и охотник с каменным топором и костяным ножиком, живущий родоплеменным укладом и натуральным хозяйством.
Вот этот последний и есть настоящий индеец — существо дикое, но симпатишное, в отличие от негра способное преодолевать тяготы и лишения, самостоятельно изобрести письмо, на основе спижженых у бледнолицых букв, оседлать лошадь (спизженную у бледнолицых или выведенную ) и умеющее управляться с винчестером (спизженным у бледнолицых или выменянные за меха, шкуры и продукты). К тому же способное питаться мясом только что пойманного и освежеванного врага. А также имеющее ряд собственных винрарных ноу-хау: фенечки, вигвам (типи) и мокасины. И всё это покуривая трубку, попивая «огненную воду» и закусывая грибами. То есть чуть более, чем весьма похожее на идеализированного русского в представлении квасных поцреотов.
Справедливости ради, стоит отметить, что данный типаж вполне соответствует племенам нигр в Африке и Австралии. Именно племенам, живущим в отрыве от цивилизации.
Алсо, в этой стране русскоязычное население северо́в от Мурманска до Дудинки индейцами зовёт коренные народности.

По неподтвержденным данным у североамериканских индейцев самым крутым подвигом считалось не убить врага, а срезав с него живого скальп (не связывая!), умчаться с ним, пока тот охуевает. А затем во время перемирия обсудить с ним же (живым!) эту историю за трубкой мира. Такой взгляд на это дело уже не первый век форсят бледнолицые рассказчики. Дескать, дикари-с, что с них взять. Однако, во-первых, невозможно снять скальп с живого вооружённого человека иначе, чем одним ударом вместе с частью черепа, либо предварительно оглушив дубиной. В противном случае у того будет масса времени и возможностей возразить словом, и, главное, делом. Во-вторых, наживую скальпированный в отсутствие современных медикаментов проживёт едва ли несколько дней, если не умрёт от потери крови в течение первых часов, а то как бы и не минут. Черепно-мозговая травма (см. выше про дубину) успешному выздоровлению тоже не способствует. В любом случае покурить трубку мира можно будет только с его скорбящими родственниками. В-третьих, колонизаторы, воюя друг с другом (например, англичане с французами), привлекали на свою сторону индейские племена и платили туземным воинам пропорционально количеству убиенных супостатов — по количеству предъявленных скальпов. Кроме того, до прихода колонизаторов у североамериканских аборигенов оружие было деревянное, каменное, костяное, в общем, малопригодное для скоростного скальпирования (зато при умелом обращении хорошо крошило и кроило черепа, о чём было упомянуто выше). Такое оружие у аборигенов появилось только с приходом колонизаторов. Всё это даёт основания полагать, что обычай этот изобрели и культивировали именно колонизаторы, а не аборигены, что как раз верно (а вообще скальпирование придумано скифами, о чём в мельчайших подробностях написал папа Геродот).
Следует понимать, что в американских разборках индейцев использовали очень активно. Знаменитый Эрнандо Кортес, фактически, сколотил союз племён, который прибил ацтеков, которые всех задолбали своими жертвоприношениями; сначала Англия и Франция, а потом США и Англия устраивали пограничные разборки тоже с заметным привлечением индейцев; ну а вождь Текумсе вообще считается героем Канады. Кроме того, как ни странно, довольно долгое время в тех же США и Канаде индейцы были большими друзьями бледнолицым — которым нужны были бобровые шкурки, чем друг другу — так как племена очень часто смотрели друг на друга свысока и воевали. Так как войны между племенами случались довольно часто, то бледнолицые старались всех замирить. Основной экстерминатус индейцев в США начался тогда, когда в сторону земель индейцев потянулось понаехавшее европейское быдло, жаждующие вырастить ништяки на чужой земельке; индейцы ровно в этот момент и оказались лишними.
На самом деле, у считающегося фактически документальным Шульца указывается, что скальпировать индейцев научили любящие счет и порядок англосаксы, а у индейцев высшим шиком считалось обезоружить врага на глазах его соплеменников, после чего он становился полным нулем и самый завалящий индеец смотрел на него как на говно, какое уж там трубочку выкурить.
Племя арауканов в конце XVI века всыпало конкистадорам таких пиздюлей, что испанцы не только отъеблись до конца испанского владычества, но даже выслали им своего посла в 1744 году, тем самым фактически признав арауканское государство. Пиздец этому государству пришёл уже после испанцев, когда в конце XIX века чилийскому правительству потребовалась маленькая победоносная война.
В новейшей истории настоящих индейцев не раз использовали в качестве шифровальщиков, при этом за основу кода брался их родной язык, ибо индейских языков чуть более чем дохуя, живых носителей языка мало, и за пределами их ареала языки эти практически никому не известны.
В Южной и Центральной Америке до Колумба часто велись ритуальные «войны цветов» не с целью завоеваний или иного профита, а только для принесения в жертву пленных. Для этой же цели играли в футбол каучуковым мячом, принося в жертву выигравшую команду. Там же кругляши из золота использовали в качестве… снарядов для пращи, ибо золото — металл тяжёлый, и снаряды из него по тактико-техническим характеристикам превосходили камни.
Во время Второй Мировой войны американские парашютисты делали себе причёску «Ирокез» и индейскую боевую раскраску для запугивания гансов. Насколько это было эффективно — загадка.
 
Существует мнение, что индейцы были благородными и милыми дикарями, а понаехавшие европейцы гнусными варварами, которые только и знали, как стрелять картечью по сабжу. Правда лишена романтики. Очевидно, что кучка пушек и конкистадоров вполне могла перебить 100 тысячную армию, но 27 миллионов инков и 10 миллионов ацтеков загнулись-то от оспы. Вина удачно спихнута на мелких тварей.
К приходу испанцев ситуация на материке была следующей: тысячи различных племен ведут кровопролитную междоусобную войну, майя скатываются в УГ, начиная с Х века, ацтеки копят сотни трофейных черепов у себя в храмах, инки — в самом расцвете могущества, но только что пережили дичайшую гражданскую войну. Пруфлинк.
Зенон Косидовский пишет:
В этой борьбе за гегемонию постепенно взяли верх ацтеки, которые в 1427—1440 гг. создали великую державу на территории Мексики, Юкатана и Гватемалы. За исключением тласкаланцев они победили все племена — тотонаков, табасков, сапотеков, мистеков и многих других. В покоренных городах стояли гарнизоны ацтекских солдат, а сборщики податей выколачивали дань, доставляя ее на склады в Теночтитлан. За попытку уклониться от податей грозила смертная казнь, за малейшую провинность племена отдавали цвет своей молодежи на кровавые жертвы, приносимые ненасытным богам ацтеков… Кортес сделал то, чего никогда не смогли бы сделать сами покоренные индейские племена: объединил их. Во время блокады Теночтитлана он уже командовал 100-тысячной армией индейских воинов, которые жаждали отомстить своим угнетателям. Победа Кортеса явилась по существу победой индейцев над индейцами.
В то же время, следует не забывать, что «Американские индейцы» жили, на минуточку, на двух континентах, «колонизация Америки» шла порядка 500 лет, «племена индейцев» по культуре и отношениям с белыми отличались друг от друга куда покруче, чем в Европе, а очень большим фактором выпиливания индейцев являлась не столько брутальная жестокость европейцев, сколько европейские болячки. Европа является естественным резервуаром оспы, к которой у европейцев есть относительный иммунитет, и за пару веков до открытия Америк подверглась экстерминатусу со стороны чумы, к которой у выживших после неё тоже выработался относительный иммунитет. При перемещении вместе с эуропейцами на другой континент обе эти напасти устраивали такой пиздец, что уже в XIX веке при первых контактах на территории Тихоокеанского побережья Северной Америки британские моряки находили сёла, которые просто выкосила оспа. Что не отменяет того факта, что испанцы вырезали карибов, а американцы устраивали полноценную войну с сиу уже в конце 1880-х годов — но не отменяет и того факта, что по другую сторону границы у канадцев с индейцами был мир-дружба-жвачка и никаких особых массовых расстрелов не происходило.
В настоящее время проблема самого массового геноцида белым человеком часто употребляется индейцами по поводу и без для вытрясания ништяков из оного, да и внутриплеменная политика может быть столь причудлива, что ещё неизвестно, что хуже.
Принципиальная разница между СШП и латинской америкой заключалась в том, что в латинской америке индеец принявший католичество (после папской буллы, принятой ещё во времена конкисты с целью оградить паству Церкви от беспредела, творимого конкистадорами) по правам практически не отличался от белого быдла — испанским и португальским благородным донам разница между сортами тех кого они считали за быдло была глубоко похуй. А вот в СШП индейцы стали получать американское гражданство лишь в XX веке — почувствуйте разницу!
Правда, в латинской америке жизнь тоже не была раем, потому что благородные доны ввели такие «милые» обычаи своей родины, как крепостное право и барщина. Особенно гнусной была барщина там, где невдалеке располагался золотой или серебряный рудник, и если индеец был «без барина», то на такую барщину гнали от лица губернатора.
Мем часто употребляется в спорах, например на политические темы, например. Причем как со стороны поцреотов, праведным гневом клеймящих клятых пиндосов, так и со стороны либерастов, рассказывающих о несравненно лучших условиях жизни индейцев.
ЧСХ, и те, и другие имеют весьма скудные представления о жизни этих ваших индейцев. Одни представляют их как невинных детей природы, обманутых белыми, скупавшими их земли и меха за бусы, и живущих в резервациях (а известие о том, что мсье Повхатан, батя той самой Покахонтас, разорял английские колониальные компании, покупая медь за крошки с барского стола, им рвёт шаблон). Другие утверждают, что индейцы, дескать, получают пособия, отменённые ещё при Рейгане, содержат казино и вообще живут припеваючи. Сами же индейцы заебались охуевать от подобной тупости и предпочитают извлекать лулзы, подыгрывая и тем, и другим.
В то же время в Америках, где обитают чуть менее, чем все настоящие индейцы, практика представления сабжей в ореоле романтики а-ля Чингачгук отсутствует. Особенно в центральной и южной части. Индейцы и метисы занимают низшие социальные слои населения, наименее образованные, нищие и политически маргинализированные везде и повсеместно. В ряде латиноамериканских стран слово «indio» (индеец — исп.) почти так же политкорректно, как «ниггер» в СШП. При том что обычный латинос по своим предкам, как правило, тот же индеец (что хорошо заметно по лицам), только с глубоким христозом головного мозга. Алсо, в Латинской Америке при переписи населения часто индейцем считают только того, кто живёт в традиционной общине своего племени. А того, кто уехал в город и живёт вне общины, часто при переписи индейцем не считают, даже если он чистокровный индеец, а всё свое детство провёл именно там — в общине.
Тем не менее в США, где латиносов за индейцев не считают, а местных индейцев безжалостно истребляли (знаменитое «хорош только мёртвый индеец»), быть настоящим индейцем теперь круче, чем быть WASP'ом (которые очень любят именно себя называть настоящими тру-американцами, а всех прочих считают понаехавшими). Особенно доставляет то, что гордо именующий себя настоящим индейцем, на самом деле числится белым, а то и чёрным Пруфлинк. Причём чёрный порой реально имеет право именоваться настоящим индейцем по той причине, что, помимо бежавших с рабовладельческого Юга на свободный Север, были и те, кто бежал поближе — к индейцам, и был принят в племя. Пруфлинк.
Правда о Северной Америке состоит в том, что жизнь племени очень сильно зависит от местоположения резервации и социального статуса внутри племени: если на территории резервации есть нефть или прочие ништяки, а положение индейца в племени близко к верхушке, то он живёт достаточно неплохо; если резервация расположена близко к крупным городам, то там открывают казино и часть народу ездит в город на работу, и индейцы тоже живут достаточно неплохо; однако, часть племён расположена в настолько эпических ебенях, что в таких племенах обычно начинается редкостный пиздец — что, впрочем, ещё и зависит от того, не придумала ли пара умных голов какой-то хитрый план для относительно честного отбора денег у бледнолицых, от охоты на белых медведей до выпуска собственных монет. Ну и часть индейцев живёт в городах, и, хотя проблема алкоголизма, похоже, преследует их по жизни, то при желании большая часть из них сливается с толпой вплоть до неотличимости и вспоминает о своих корнях только по праздникам.