Либераст

Либераст (лат. «liber» — свободный и общечеловеч. «педераст» — дословно, «ебал свободу в жопу») — испорченная квартирным вопросом (пост)советская версия либерала. Представитель «либерально»-ориентированного политического класса этой страны, кагбэ «борющийся за „свободу, равенство, братство“» и стоящий в оппозиции к современной власти — но "на деле" борющийся против любого, осмелившегося иметь иное, нежели поциент, мнение на тот или иной аспект бытия.
Соль в том, что "изначально" либерализм не имел "никакого" отношения к свободе личности. Название же «либераст» пошло из-за того, что либералы — начиная с Адама Смита — боролись за свободный рынок, а "мир-дружба-жвачка" вошли в их идеологию после Великой французской революции. И то — лишь "вторым" пунктом.
Термин чаще всего употребляется фошистами, ымперцами, поцтреотами, коммуняками и кремлядью по отношению ко всем, кто не разделяет их — такожде единственно истинных™ — воззрений. В свою очередь, пять вышеперечисленных терминов пользуются либерастами в процессе высокоинтеллектуального общения со своими оппонентами. Автор термина — известный подпольный публицист советского периода Илья Смирнов.

 
In Soviet Russia не было понятия либерал и демократ. Была так называемая диссиденция, подразумевавшая оных. Занятие диссидентов на то время — заниматься антикоммунистической пропагандой, фапать на Европу и Пендостан, быть гонимыми кровавой гебней и жертвами карательной психиатрии. Самых ярых представителей совковой подпольной лейберастии высылали в обмен на преследуемых коммунистов в толерантно-демократическом Западе. Все совковые диссиденты вышли из интеллигенции, а чуть менее чем все сегодняшние либералы старой школы — это советские диссиденты. Самые известные — ныне сдохшая Валерия Новодворская, ещё не сдохшая (но скоро) Людмила Алексеева, Владимир Буковский. Последний известен тем что в 1976 отбывал срок за антикоммунистическую пропаганду и в том же году его обменяли на чилийского политзаключенного — бывшего лидера чилийских коммунистов Луиса Корвалана. Казалось, награда нашла своего героя — его экстрадировали из Совка в Швейцарию, что тогда в условиях занавеса считалось для простого обывателя невозможным… Также стоит упомянуть совкового либераста-диссидента Марченко, который 6 раз умудрился быть судим за антисовковую пропаганду, был приговорен к 10 годам тюрьмы, 5 годам ссылок. Держал голодовку рекордные 117 дней и таки стал героем. Смерть Марченко имела широкий резонанс в диссидентской среде СССР и в зарубежной прессе. Есть мнение в либерастической антисоветской среде что его смерть и реакция на неё общества подтолкнули Горбачёва начать процесс освобождения заключённых, осуждённых по «политическим» статьям. Стоит отметить, что многим сегодняшним либерастам до тогдашних советских диссидентов как черепахе до Луны пешком, ибо они в свое время боролись не за бабло, а за идею (некоторые до конца своих дней, ниразу так и не побывав в СШП и не получив от госдепа ни копейки) в условиях тоталитарного режима, советской информационной монополии агитпропа, кровавой гебни. Чтобы тогда стать диссидентом нужно было уметь думать своей головой, быть смелым и независимым чтобы высказывать свое мнение, ибо интернетов не было, соответствующая литература запрещена чуть менее чем полностью, да и быть противником совковой системы приравнивалось к психическому заболеванию как официально так и в зомбированном обществе. Сегодняшние либерасты являются либо диванными политиканами-блогерами, либо кухонными теоретиками, либо грантохуесосами, имитирующими бурную деятельность.
Либерасты, в отличие от либералов, не способны к какой-либо реальной созидательной деятельности, к плодотворному участию. Если либералы помимо срыва покровов еще способны что-то делать, то вся деятельность либерастов свелась к обличению авторитарных и тоталитарных режимов. При этом в своих узких кругах у них царит еще более махровый тоталитаризм. Яркий пример — Петербургское отделение «Солидарности», в особенности общее собрание 15 мая 2011 года , на котором либерасты в количестве 300 человек жутко поругались между собой, кто из них более либерал, и на протяжении 6 (ШЕСТИ) часов занимались голосованиями за исключение друг друга из организации. К тому же некоторые либерасты, ненавидя совок, одновременно люто фапают на царя-батюшку-самодержца, существовавшего на Руси до 1917 года, исключительно потому, что он был против большевиков, и плевать, что он был еще дальше оных от либерализма (например группа «Антикоммунисты» Вконтакте).
Многие либерасты старадают ярко выраженными ФГМ, что вызывает эпичные срачи. Часты столкновения между либерастами-атеистами и либерастами воцерковленными, неминуемо сопровождающиеся разведением виртуальных костров, созывом виртуальных крестовых походов против неверных и обвинениями еретиков в отклонении от единственно верного либерализма. О том, что они тут как бы за свободу — забывают все напрочь. Яркий пример — батхерт активиста Московского отделения «Партии Народной Свободы» — Дмитрия Панькова , Моар . Причина срача по ссылкам заключалась в том, что одним либерастам не понравилось поздравление с православным рождеством от имени группы, а другим либерастам не понравилось то, что первым либерастам не понравилась их православность. В результате первые либерасты уничтожили назло вторым либерастам их общую группу, после чего оскорбленные ПГМ-либерасты в лице Панькова начали кричать, что их взломали агенты Суркова. Весь этот цирк вызывает у народных масс отвращение.
Многие известные представители — бывшие советские диссиденты, навсегда застрявшие в своем диссидентском прошлом и, по причине преклонных годов, утратившие всякую связь с реальностью. Новые представители, как правило, состоят из студентоты или вчерашних выпускников, понабиравшихся либеральных идей в литературе 1990-х годов. Либераст — это не политический выбор, а способ мышления. Чтобы по праву быть либерастом, простой толерантности к однополым бракам и Новодворской мало, главное для него — не сами идеи (по-настоящему идейный человек ежедневно работает на воплощение идеи), а возможность пользоваться идеями для собственной "психологической разгрузки". Либераст прикрывает мнимой идейностью обыкновенную быдлячью ненависть, неистово отстаивая единственно верную точку зрения, то есть свою, впрочем как и все упоротые и фимозные.
Суть явления можно понять из интервью с Чубайсом, когда у того спросили, мол: «А чего такой фейл-то вышел с экономикой? Зачем просрали полимеры?». Поциент ответил, что "(спойлер: "главной задачей было рушить коммунизм, об экономике никто и не думал")" . Надо сказать, что управляет активами Чубайс где-то так же, как курица летает… но все свои фейлы на этом поприще списывает на борьбу с неэффективным наследием коммунизма. Эту фишку просекли многие менеджеры либерального толка и повторяют как мантру в оправдание перед акционерами, чем заслуживают определенную репутацию в финансовых кругах. Многие либерасты проповедуют гипертрофированные, порой просто маниакальные формы политкорректности просто из-за того, что среди либерастов это модно.
Алсо либерастам свойственен полный набор двойных стандартов, таких как: могут оправдывать колонизацию в странах третьего мира, при этом клеймить злом присоединение Прибалтики к СССР; также пытаются дико оправдывать бомбардировки Дрездена и Хиросимы, при этом бешено порицать советские бомбардировки Финляндии; выражаться крайне русофобскими высказываниями, при этом порицать других за национализм. Подобных примеров миллионы.

Исторически российские либералы (и либерасты) происходят от западников, тогда как ватники — идейные преемники славянофилов. В XIX веке в России шел вялотекущий срач западников и славянофилов, и по сию пору не решен "русский вопрос". Славянофилы отстаивали свой особый путь к счастью, а западники выступали за общую дорогу с Европой. Спор усиливал тот факт, что эти вопросы возникли из изучения исторической философии Гегеля, и у обоих сторон был примерно одинаковый бэкграунд: на Западе они видели либо курорты, либо университеты. При этом официальная пресса при Александре и Николае I западников недолюбливала, а славянофилов и вовсе не понимала. У славянофилов даже своего журнала не было. Обе стороны набрали силу после Наполеоновских войн, когда появились романтизм и национальная идея. И те, и другие, в отличие от современных убогих эквивалентов, были Ъ-патриотами, и спорили не о том, какое рабство сытнее: своё и иностранное, а какой государственный курс приведет к развитию национальной культуры.
Во времена нонешние от былых благородных порывов не осталось и духу: лакей на то и лакей, что даже и не думает обо всем этом — он думает о себе. Он хотел бы, чтобы всё это кто-то сделал за него. Поэтому в роли «умной нации» иногда выступают немцы, а в роли Наполеона — Гитлер. Третий Рейх пришёл в СССР не с гуманитарной миссией, а чтобы физически уничтожить «заразу революции» и унтерменшей, поэтому очевидно, что «Наполеон» в этой ситуации никак не Гитлер — но лакею это не важно. Ему важно, что его жизнь не так жирна как у соседей-европейцев, и потому он готов проклинать совков за то, что они не сдали фашистам Ленинград, чем зверски обрекли его жителей на голодную блокаду вместо тёплой печки, а их потомков в лице лакея — на прозябание в совке вместо нерождения. Мощный всплеск произошел после того, как в СССР начали каяться за преступления Сталина и вообще политические репрессии. Любой, кто не говорил «ок, я украл@убил», говорил «я жертва режима», как Фима из фильма «Небеса обетованные», и понять, кто действительно жертва, а кто нет, становилось совсем невозможно. Иногда доходило до смешного: в тюрьму сел один человек по политической статье, а вышло уже 100 «жертв режима». При этом реальные жертвы сталинских чисток или молчали в тряпочку, или тихо лежали в братских могилках и ничего возразить не могли.
Строго говоря, термин «либерал» устарел. Исторический либерал — это сторонник классического либерализма, «свобода, равенство, братство» и «laissez faire, laissez passer». Настоящие либералы кончились вместе с буржуазными революциями, когда власть переделили и пропаганда равноправия стала играть не в пользу новых хозяев. Самый известный аргумент против классического либерализма имеет почти такую же длинную историю, как и сам либерализм. Заключается он в том, что классический либерализм несовместим с демократией. Либерализм не исключают демократию как таковую (наоборот, он её провозглашает), но на деле при полной экономической свободе власть переходит к крупным корпорациям, которые делают выборы фикцией и отстраняют демос (народ) от кратии (власти). Смертью классического либерализма можно считать межвоенное время, когда класс собственников открыто поддержал фашистов, парламентскую демократию отрицавших. С тех пор «либералами» остались совсем немногие, зато через край многочисленными стали демагоги, отстаивающие чьи-либо интересы под маркой свободы™. Шикарный пример того, как либерализм уничтожает любые демократические институты на корню — 90-е в этой стране: как только либералы взяли собственность под свой контроль, всем было велено заткнуться, не заткнувшихся пришлось пострелять из танков в 1993. Также можно вспомнить США 1920—1940 годов, где каждый политический деятель был чьей-либо марионеткой, например Гувер считался ставленником мафии, и только Рузвельт начал робко пытаться освобождать правительство США от влияния мафии и магнатов с текущим результатом чуть больше, чем никак.
Наконец, в современных Штатах, слово «либерал» значит сторонника Демократической Партии, — левого сектора американской политики, чей либерализм распространяется на социальную политику, а в плане экономики они де-факто являются социал-демократами — пособия по безработице, доступные для масс жильё, образование и медицина, короче, . Социалистами они себя не называют, так как со времён Холодной Войны, когда любых леваков считали продавшимися Москве, «социалист» — один из худших ярлыков для американского политика.
Либерал и неолиберал отличаются как эгалитарист и элитарист. Проще всего это продемонстрировать на примере бесплатного образования. Либерал выступает за равные стартовые возможности и бесплатное образование для всех, неолиберал — за платное. Сам термин неолиберал был брутально зафорсен только в трёх регионах планеты: англо-американском, латиноамериканском и постсоветском. В какой-нибудь Франции аналогичных нашим неолибералам деятелей называют неоконсерваторами (обновленными, осовремененными консерваторами), а то и «новыми правыми».
В отличие от труЪ либералов, для либерастов характерна полнейшая непереносимость мнений, отличных от их Единственного Демократического. В связи с этим, уютные жежешечки и сайтики сетевых либерастов существуют в режиме принудительного анального огораживания, а всякие попытки возражений и выведения на чистую воду подвергаются Толерантному и Общечеловеческому глушению. Что крайне доставляет на фоне относительной свободы слова на интернет-площадках большинства леваков, монархистов, поцреотов и — даже! — кроваворежимных нашистов. Либерасты любят кричать о «большой лжи», причем настолько любят это делать, что лгут помимо них вообще все.
Вообще, мнение для этой публики — важнейшая из священных коров. Тут на привычное ЧСВ наложились сразу две взрывоопасные идеи:
Получившаяся смесь реально ест мозг и способствует неадекватности. Потому что мнение может браться ниоткуда («я где-то в Интернете прочитал»), не предполагает глубоких знаний («я не специалист, мне и так всё ясно»), и совершенно непонятно, что должно произойти, чтобы оно изменилось. Кто-то уважаемый говорит по-другому? «Это его мнение, а у меня своё». Всплыли факты, которые полностью противоречат мнению? «Это не имеет отношения к делу!» Какие-то из доказательств оказались выдуманными? «Но в главном-то я прав!».
Либераcтов можно поделить на несколько групп. Одни, не предлагая ничего существенного, просто обсирают все кругом. Такие люди как правило не хотят думать о реальных проблемах и не могут предложить никакой позитивной программы, зато все обосрать — всегда пожалуйста. Эталоном для них, естественно, является Запад, где текут молочные реки, а дороги выложены бесплатным сыром.
Каков Запад реальный — они не знают. Оказавшись там, отчего-то не просиживают дни и ночи в Британской библиотеке, не совершают выдающихся открытий, не основывают транснациональные корпорации и кинокомпании, не сверкают на светских раутах в окружении сливок общества — а отправляют жену работать посудомойкой/секретаршей/на панель, сами включают уютный ПеКа и отправляются учить жизни тех соотечественников, которые его ещё не забанили. Ибо цель у них в жизни одна — попиздеть.
Смотри здесь
Если заглянуть под их типо-либеральную риторику, то наглядно обнаруживается, что по сути они вовсе не против военных интервенций, подтасовок выборов, запрета партий, установления марионеточных правительств и прочих радостей столько ругаемого ими имперства, но при условии, что это делают США, ЕС и им сочувствующие (которых они считают одним государством). Усиленно форсимые ими унылые мемы вроде ватника больше всего похожи на самих форсеров: налицо квасной патриотизм по поводу Стальной Всепобеждающей Американской Армии, неспособность читать ничего, кроме Истинно Верных Либеральных (читай — либерастических) СМИ и Бложиков, зацикленность на теме Путина-совков-неполноценного народа и крайнее нищебродство как состояние души (либераст ощущает себя социально униженным, даже если у него бабла как у Немцова с Касьяновым). Серьёзных теоретических работ по либерализму они не читали, в следствие чего понять, что свобода слова и прочие депутатские неприкосновенности имеют конкретное функциональное назначение, неспособны.
Другой интересной особенностью (впрочем, характерной для подобной публики по всему земному шарику) является специфическая этика, почти целиком копирующая воровскую мораль. Государство и все его слуги дружной толпой записываются в воры и бандиты, сотрудничать с ним легальными методами — зашквар, а все, кто с либерастом не согласен, — терпилы и лошарики. При этом сам либераст оценивает других исключительно «по понятиям», свой банде прощает решительно всё, а когда его пытаются заставить обосновать, выдаёт ответы, знакомые любому инспектору по делам несовершеннолетних: «Я тебе, совку позорному, ничего объяснять не буду». При этом сам либераст отнюдь не отказывается в случае чего оклеветать, набить карманы, нагадить напоследок и съебаться прочь. Достаточно посмотреть на всяких заслуженных либерастических деятелей, которые неизвестно откуда взялись, неизвестно чем занимаются, но деньги из фондов получают регулярно.
Другие навсегда застряли в советском прошлом и обсирают совок. Если напомнить им, что Союза нет уж более 20 лет, они начнут искать совок в воздухе, в еде, вообще где угодно — кроме зеркала. У таких каждое утро из-под кровати ворует тапочки Сталин, а кровавая гебня ссыт в лифте с целью сделать жизнь невыносимой.
Глава Института водных проблем РАН Виктор Данилов-Данильян и репрессированные комары
Есть еще прослойка молодых либерастов-хипстеров. У большинства из них высшее гуманитарное образование (полученное за счёт государства) и купленная (на родительские деньги) айпродукция. Их бог Навальный, их символ свободы — надкушенное яблоко, и все они свято верят, что из твита разгорится пламя. Особым шиком считается знание бейсбола, американского футбола и Керуака. Они любят, сидя на кухне, представлять себя великими борцами с режимом, тру-небыдло-интеллектуалами. Борются они чаще всего на просторах сети, комп в рожу не даст и на срок не посадит.
И наконец, наиболее тяжёлый случай. Советская мудрость гласила, что если в кране нет воды, ее выпили жиды. Особо слабые на голову представители россиянской либерастии предпочитают заменять «жиды» на «Путин»: «Кто виноват в том, что экономический кризис затронул Россию? Путин. Кто повысил цену на авиабилеты? Путин. Кто не пускает честных либерастов в зомбоящик? Путин. Кто, черт побери, виноват в том, что меня, такую красивую и высокодуховную, никто не хочет? Ну вы поняли.» Ярчайший пример такой позиции — Ирина Ясина (yasina ). Этот тип является быдлом двойной перегонки
Кстати, неподсчётное количество либерастов сконцентрировано в комментариях к новостям на Рамблере и Mail.ru. Любая новость комментируется следующим образом:
Популярностью пользуются фразы «медвепут», «может хватит терпеть» и «пора». Всё это должно вызывать революционные чувства у простого народа, не самим же мешки ворочать — мозг нации должен руководить, а не лезть под палки!
Есть разные сочетания этих видов. Есть и просто клоуны вроде Каспарова с Яшиным, которые работают на наших и ваших за один и тот же мелкий прайс.
Как правило, для либераста важнее не разобраться в ситуации, а найти тоталитаризм и осудить его. Для этого выбираются отдельные факты. Но проблема в том, что факты сами по себе ничего не значат, факт приобретает смысл только в ряду подобных фактов. Либераст же никогда не заморачивается выборкой всех подобных фактов и сравнением их, он всегда приводит удобные для него отдельные факты и вокруг таких фактов раскручивает истерию или мажет объект говном. На этом либераста как правило легко подловить, хотя бы просто найдя похожий факт в стране, которая у либераста по дефолту — идеал. Так, и в США можно найти и массовые репрессии, и море невинных жертв режима, и даже карточную систему, а уж в европейской истории кровь лилась вообще реками.
Как правило, каждый уважающий себя либераст считает своим священным долгом упомянуть о талонах как о крайней степени ущербности советской экономики, но когда поциент узнает о карточной системе в США, немедленно начинает ругать современную власть за отсутствие талонов в Этой стране. Не менее интересна позиция либераста по поводу олигархов, симпатией к которым они славятся, ЧСХ, ровно до тех пор, пока не узнают о том, что олигархи являются неотъемлемой частью капиталистической системы, после чего злые и корыстные олигархи прямо на глазах превращаются в прекрасных эффективных промышленников.
Копипаста, кратко отражающая принципы неолиберастического фэнтези
Либерасты очень любят писать произведения в жанре фентэзи, только не про драконов и эльфов, а в своем собственном стиле. Одна из жанровых особенностей в том, что в заголовке произведения читателю объявляется, что креатифф есть чистая правда и колет глаза. Верят ли поклонники жанра этому или воспринимают как антуражную особенность — неизвестно. Сюжет произведений довольно незамысловат, в некоей параллельной вселенной главной проблемой людей является не отсутствие инициативы по причине низкой правовой культуры и гражданской ответственности, а угнетение со стороны власти и Страшный Диктатор, которого за неимением в объективной реальности приходится срисовывать со Сталина, который по жанровому клише лично расстрелял миллиард. В произведениях, как правило, не описываются ужасные дороги, коррупция, проблемы высокой преступности, калечащего здравоохранения, угрожающей демографии, рассыпающегося ЖКХ. В параллельной вселенной всех этих проблем нет, потому жители страдают от нехватки свободы и раскаяния за преступления прошлого. Нетрудно заметить преемственность с идеалами духовности, которая есть суть понты. В сущности все либерастические фэнтэзи и есть понты, кидаемые в тех, кто не «в теме». Целевой аудитории произведения в целом нравятся, можно забить болт, например, на повышение собственной юридической грамотности ибо «угнетают так сильно, что не вздохнуть». Кроме того разбираться в реальных экономических и социальных проблемах сложно, нужно много читать и изучать, а от этого, говорят, болит голова. Поэтому читатель легко принимает идею, что нужно просто обвинять «мрачное прошлое», обвинил и иди себе в офис производить священное ничто. Здравомыслящий человек (даже если он не согласен с режимом) воспринимает подобный ширпотреб с большим трудом: помимо невнятного сюжета подобные книжки грешат логическими нестыковками, невнятной структурой, а в особо запущенном случае — грамматическими ошибками.
Начитавшись произведений указанного жанра, либераст идет спорить. Спор можно условно разделить на три этапа:
Во всей свой красе либерасты предстали во время истории со Сноуденом, когда оказалось, что в лучезарном пендостане тоже есть кровавая гебня, которая тянет свои лапы буквально в трусы каждого интересного ей гражданина в любой точке земного шара. Внезапно выяснилось, что американская гебня хорошая и ей можно держать людей в лагерях типа Гуантанамо, следить за всеми и преследовать кого угодно в любой точке земного шара, а идущий против американского режима человек ну очень-очень плохой и вообще злой шпион.
Прежде всего, противником и противоположностью либераста является поцреот. Также ненавидят либерастов коммуняки. Ибо, по мнению коммуняк, именно либерасты развалили СССР и на пару с жыдами и Америкой уничтожили наше всё. Либерасты традиционно отвечают им взаимностью, в связи с чем появление либерастов, поцреотов и коммуняк в пределах одного треда грозит эпичным холиваром, а если в тред заглянут нашисты — тогда вообще начинается праздник. Эталонные либералы тоже не любят либерастов, главным образом за непроизвольное предоставление первых в невыгодном для них свете.
Вопреки существующему предубеждению, фашисты не являются антагонистами либерастов, так как они весьма свободно друг в друга трансформируются. Разгадка проста — у тех и у других мировоззрение строится на ненависти, а что конкретно ненавидеть — деталь, которая зачастую определяется обстоятельствами.

Всю информацию и контент для вброса либераст черпает из строго оппозиционных ресурсов вроде «Дождя», «Граней», «Коммерсанта», радио «Швабода», чтобы послушать которое больше не надо паять махарайку, можно послушать он-лайн, а также просто обожает разоблачать ложь и демагогию государственных телеканалов, зачастую превращая в лютый форс как «Новых Геббельсов» любых мало-мальски мелькающих на тв ведущих, даже если это какая-нибудь говорящая голова, просто озвучивающая очередное «КРЫМНАШ» или «козни Гейропы». Если поцтреоты делят СМИ на патриотические и пятую колонну (белоленточные), то хомячки в этом плане разделяют издания на Честные™ (они же Свободные™, Независимые™, Нейтральные™) и ватников с сурковской пропагандой. Что характерно, под «нейтральными и независимыми» СМИ в данном случае подразумевается любое СМИ разделяющее оппозиционные взгляды хомячка, каким бы ангажированным или грантоедским оно не было, и каким олигархам бы не принадлежало. О том, что Киселёв с «Вестями», что очередная аналитига с «Дождя» есть разные сорта одного и того же говна вплоть до общего набора демагогических штампов, либераст даже не задумывается, как и о том, что его реакция на жир со стороны противоположного лагеря, чуть менее чем полностью повторяя крики поцтреотов про проплаченность, троллей с методичками и ботов, с чем прекрасно можно ознакомится и на примере страницы обсуждения статьи Оппозиционер.
Характерный признак либеральных СМИ это жёсткая привязанность к определённой целевой аудитории, представляющее собой что-то среднее между жирной политотой, пытающейся мимикрировать под молодёжное хипстерское издание в тренде и молодёжным хипстерским изданием, пытающимся выглядеть серьёзным за счёт перепостинга насущных срывов покровов Навального и жалоб на кровавый режимъ. И то и то одновременно редко получается хорошо из-за попыток поймать тренд, в результате чего получаем тех самых зажравшихся московских журнализдов, пытающихся пронять простое быдло рассказами о том, как из-за санкций они «не смогли полакомится любимым хамоном» и теперь умрут с голода, или аналитиков из «Жан-Жака», предлагающих игнорировать мнение 95% населения ибо это серые ватники, не могущие в луки и смузи. В конечном же итоге всё это может вылиться в дичайшей жирноте в наиболее неподходящий момент, из-за чего Кровая Гебня сердечно благодаря за повод, устроит показательную травлю таких журнализдов как в случае с «Дождём» и сдачей Ленинграда. Разумеется, как это часто бывает у либерастов в связи с юношеским максимализмом, всё это будет расценено не как опасность потерять результаты своих действий из-за случайной глупости и характера камикадзе, а как очередное «Кровавый режим свободу давит и цензуру вводит!11».
Однако, при отсутствии аллергии на хипстеров, постоянное нытьё интеллигентов и батхёрта от унылой политоты, представляющей на самом деле просто отзеркаленного Киселёва, то либеральные СМИ могут стать просто идеальным источником для разнообразного жирного троллинга и вбросов на тему ватниковости, быдла-небыдла или реалий в этой стране. Главное, как и в случае с «Вестями» помнить — «если долго вглядываться в бездну…»

Вообще говоря, не рекомендуется никому, кроме совсем уж небрезгливых или умирающих от голода. А разгадка одна — поциенты, хотя и склонны выдавать сотни негативных эмоций по любому поводу и без повода, тем не менее излишне предсказуемы. Кроме того, троллинг затруднен из-за упомянутой выше огороженности борцов за свободу слова. Но, если ты сильно этого хочешь, Анон, — набросы на них действуют примерно такие:
Некоторые либерасты настолько термоядерны, что их прямыми цитатами можно троллить других либерастов.
Новодворская vs Права человека
Рубинштейн vs Принципы демократии
Помогатый СПС vs Кровавая диктатура
Т. Толcтая vs Гуманизм
Альбац vs свобода мнений
Следует заметить, что подобные человеконенавистнические взгляды российских «либералов» вызывают, мягко говоря, удивление у их западных коллег.