САМОПРЕЗЕНТАЦИЯ ЯЗЫКОВОЙ ЛИЧНОСТИ В ВИРТУАЛЬНОМ КОММУНИКАТИВНОМ ПРОСТРАНСТВЕ

Аннотация: Рассмотрены дискурсивные особенности функционирования современного виртуального коммуникативного пространства. Обсуждаются аспекты самоидентификации языковой личности в условиях речевой и психологической трансформации под влиянием виртуальной реальности.

Ключевые слова: языковая личность, виртуальный дискурс, коммуникативное пространство.

Повсеместное широкое распространение глобальных информационных технологий, наряду с возрастающей важностью роли сети Интернет, трансформирует условия существования современного человека до неузнаваемости. Впервые в истории в нашем распоряжении такие невиданные доселе возможности непосредственного творческого, неограниченного и интерактивного участия в массовой коммуникации. Влияние новой коммуникативной реальности на основообразующие стороны человеческой личности проявляется в трансформации ее языкового статуса.  Формы межличностной и межкультурной коммуникации в условиях виртуального коммуникативного пространства трансформируют функционирование языковой личности, что дает возможность говорить о понятии виртуальной языковой личности, которая обладает своим набором характеристик, описанных такими исследователями как Ю.Н. Караулов, Т.Г. Винокур и пр. [1, с.220].   Анализ функционирования языковой личности позволил выделить коммуникативно-деятельностную, а также индивидуально-дифференцирующую характеристики данного полисемантичного лингвистического концепта.

Поскольку языковая личность формируется и проявляется в общении, она является, по мнению В.И. Карасика, «срединным звеном» между языковым сознанием, и речевым поведением. Иными словами, это явление на стыке опыта, нашедшего отражение в языковой семантике и осознанной и неосознанной системы коммуникативных поступков, раскрывающих характер и образ жизни человека [2, с. 115].  Таким образом, исходя из самого понятия языковой личности, лингвистической средой развития языковой личности вообще и виртуальной языковой личности в частности является дискурс, который в целом понимается как многомерное образование, а в узком смысле - как текст, погружённый в ситуацию общения. В свою очередь, виртуальный дискурс представляет собой текст, погружённый в ситуацию общения в виртуальной реальности [3, с.394].

Поскольку в виртуальном дискурсе зачастую языковая личность имеет возможность освободиться от сложившихся в реальной жизни социальных стереотипов и психологических комплексов, возникает возможность формирования виртуального образа. О последнем можно сказать, что по мере углубления в виртуальное коммуникативное пространство, возможна замена личностей их виртуальными образами в ситуации превалирования Интернет-общения. .

Является ли в указанных условиях языковая личность личностью как таковой? Некоторые исследователи полагают, что ответ на этот вопрос отрицательный, т.к. согласно традиционной трактовке личности, включающей не только ценностные установки, индивидуальные черты характера, жизненную позицию и т.д., но и внешний облик (манера поведения, стиль одежды и т.п.), виртуальная личность не обладает последними параметрами, т.е. её обладатель остаётся анонимным [5, с.83]. Однако современная лингвистика понимает под языковой личностью «личность, которая существует в языковом пространстве, пользуется вербальными знаками и является совокупностью способностей и характеристик человека, обуславливающих создание им речевых произведений, (текстов)» [6, с.23]. Основываясь на приведенном определении, можно говорить о правомерности выделения виртуальной языковой личности в самостоятельный лингвистический концепт.

Проведенный анализ материалов социальных сетей позволяет говорить о трансформации языковой личности в процессе общения в виртуальной среде, что проявляется в детемпорализации, т.е. изменении отношения к категории времени, в смене модели коммуникации, в изменении приоритетов, а также снижения значимости целого ряда параметров, являющихся неотъемлемой частью языковой личности в реальном общении. Так, например, в коммуникативном пространстве виртуального общения нивелируется значение внешнего облика, гендерной принадлежности, расы, национальности и т.д. Расстановка приоритетов и ценностная иерархия также меняются, как и отношение непосредственно к языку. Отметим более демократичный, упрощённый характер общения, в котором одним из показателей нивелирования социального статуса является общение на «ты» между совершенно незнакомыми людьми в русском языке, а также использование сугубо разговорных конструкций в английском языке. Подобный выбор лексических средств, независимо от графической формы выражения, свидетельствует об актуализации динамики языковой личности и стимулировании её лингвокреативного потенциала.

Термин «лингвокреативность» имеет два взаимосвязанных и взаимообусловленных значения, непосредственно связанных с языком - созидательный и художественный. Использование именно указанного термина отражает совокупность творческого потенциала языковой личности и созидательный характер языка [7, с.16]. Одним из аспектов проявления лингвокреативности виртуальной языковой личности является языковая игра, понятие современной философии языка как системы конвенциональных правил, которым следует участник коммуникации. В виртуальном коммуникативном пространстве языковая игра имеет большое значение в силу такой характеристики виртуального общения, как анонимность, т.к. конструируя свой виртуальный образ, можно оставаться неизвестным для других коммуникантов. Выбор сетевого псевдонима, ника (от англ. nickname – ‘кличка, прозвище’), является неотъемлемым этапом создания виртуального образа. Коммунканты самостоятельно воссоздают псевдоидентичные образы с возможностью в любой момент не только сменить псевдоним, но и репрезентирующий их образ.  В данной ситуации остро встаёт вопрос о самоидентификации «заигравшейся» виртуальной языковой личности.