ПРИЧИНЫ КОНФЛИКТА В СИРИИ И ИРАКЕ

Аннотация: Ближневосточный регион сегодня является пороховой бочкой современного мира. Конфликты в Сирии, Ираке и Йемене будоражат всю мировую общественность. В данной статье Сирия и Ирак рассматриваются как очаги напряженности, возникшие как, в следствии нелегитимного вмешательства зарубежных государств так, и по причине возникновения внутренней этно-конфессиональной ситуации.

Ключевые слова: Сирия, Ирак, конфликт, сунниты, шииты, курды, радикализация ислама.

Ближний Восток – колыбель мировой цивилизации, регион, где пять тысяч лет назад зародилась письменность, где берут свое начало три мировые религии (иудаизм, христианство, ислам); это место, где зародилась правовая система общества (Законы Урукагины и Хаммурапи). Мусульмане Ближнего Востока унаследовали и дальше развили греческую философию и науку, которые Европе предстояло открыть для себя только через несколько веков. Это место жизни и деятельности Омара Хайяма, Ибн Сины (Авиценна), вклад которых в мировую науку и культуру исключительно велик.

С открытием «Нового Света» европейцами роль Ближнего Востока несколько ослабевает. В период промышленной революции и складывания колониальной системы европейцы устанавливают свою гегемонию в мире и ставят в зависимость этот регион, что продолжается и до сих пор посредством неоколониализма. Сегодня этот регион является пороховой бочкой всего мира. В силу того, что регион является разнообразным в культурно-религиозном, экономическом и политическом аспектах, здесь сталкиваются различные центры силы и интересы. Ближний Восток сегодня является местом противостояния как мировых держав в лице России, США и ЕС, так и региональных стран (Турции, Саудовской Аравии, Ирана).

После первой мировой войны, в ходе деколонизации ряд стран начали освободительные движения от метрополии. Однако деколонизация породила новые проблемы. Одна из них — проблема границ, часто повторяющих линии колониальных владений. Метрополии, уходя с территории своих бывших колоний, оставляли границы такими, какими они были прочерчены входе их присутствия там. Часто эта граница определялась для лучшего стратегического управления захваченной территорией. Таким образом, один и тот же народ мог быть поделен между несколькими метрополиями, и в ходе обретения этими колониями независимости возникали проблемы взаимоотношения новообразованных государств и разделенных народов. Эта проблема коснулась Сирии и Ирака. Примером может послужить курдский народ, который проживает в Турции, Ираке, Сирии и Иране. Сегодня эта проблема существенно влияет на положение дел на Ближнем Востоке.

Ирак. Со времен вторжения постоянных членов Совета Безопасности ООН США и Великобритании в страну в марте 2003 года Ирак находится в состоянии постоянного кризиса. Уже с момента его оккупации стало ясно, что это приведет к еще более страшным последствиям. На территории Ирака были размещены войска США и Великобритании, а также миротворческий контингент, который в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН №1511 от 16 октября 2003г.  назывался «Многонациональными силами в Ираке», с которыми активно боролось недовольное иностранным присутствием местное население.

Участниками этой борьбы являлись группы населения, как поддерживавших интервентов, так и тех, кто рассматривал иностранный контроль как оккупацию их родины. Это не помешало созданию в стране нужного определенным странам правительства. Страна лишилась не только национального, и не демократического руководства, но и мира. Ирак за годы войны потерял несколько миллионов жителей, включая сюда погибших и бежавших в различные страны, и лишился трети своей территории. Ясно, что общественно-политическая жизнь страны была и раньше устроена не идеально, однако существовавшие до 2003 года системы меж общинного и меж цивилизационного существования в рамках единого государства позволяли стране не только развиваться поступательно, но и играть весомую роль на Ближнем Востоке.

Ирак –полиэтничное и многоконфессиональное государство. Арабское население составляет 75%, курдское 20%; здесь проживают также туркмены, ассирийцы. Религиозная картина тоже разветвленная: большинство населения (60%) исповедуют шиизм, 37% суннизм, есть полумиллионное население, исповедующее христианство, а также йезиды.

В период правления партии БААС ощущение этнической общности превалировало над конфессиональной составляющей. В крупнейших племенах Ирака (шаммар, дулейм, джаббур, азза, бени-зейд) существовали ветви как суннитов, так и шиитов. Они подчинялись общему племенному правителю (шейху), поддерживали между собой родственные отношения и заключали браки. Данный феномен являлся тем фактором, который мешал верхушкам этих племен вызывать меж общинные распри. Режим Хусейна хоть и прибегал к насильственным методам, но организовывал население в духе единого национального общества без привязки к какой-либо конфессии. В стране была идеология «национального социализма», как ее понимала правящая партия “БААС”, никак не связанная с суннизмом или шиизмом, хотя правящие круги часто считали себя суннитами. Когда режим Саддам Хусейна был свергнут, произошел демонтаж управленческой структуры государства, что в свою очередь привело к разрушению системы безопасности в стране и вакууму власти. США, взявшие на себя обязательства по демократизации страны, сделали ставку на шиитов, что повлекло за собой разрыв общин по религиозному признаку. Население забыло, что все они иракцы, вспоминая, что они в первую очередь арабы, туркмены, курды, исповедующие кто шиизм, кто суннизм. Оккупация страны сделала возможным обособление отдельных общностей. Этому феномену помогла принятая новая конституция и выборы, проведенные под контролем оккупантов. Эти события, по словам иракского политика и публициста Маджида Самарра, «заложили минное поле под единство страны».  События, происходившие в период правительства Аль-Малики, в глазах многих суннитов фактически приобрели антисуннитскую направленность. Много суннитов были смещены со своих постов, изгнаны с работы, из армии, администрации, а также репрессированы. Все это усилило религиозный экстремизм. Многие бывшие баасисты, отстраненные от власти, перешли в экстремистские организации типа Аль-Каиды и ИГИЛ (Исламское Государство Ирака и Леванта). Также соперничающие между собой партии усилили исламские мотивы, прикрываясь ими в достижении своих политических планов.

Можно сказать, что все это стало возможным по причине уязвимости политического устройства баасиского Ирака. Саддаму Хусейну удавалась развивать государство экономически, но он не позаботился о реорганизации политической системы в более демократическом ключе.

Провалилась и так называемая «демократизация», которую принесли в Ирак западные страны, так как не были учтены культура и традиции общества, и которая была навязана насильно. Произошел этнокультурный разлом, конфессиональные разногласия привели к откровенной вооруженной борьбе между шиитами и суннитами. Это противоборство коснулось и христианское меньшинство.

Усилилось стремление иракского Курдистана к самостоятельности.  Начались кровавая вакханалия: атаки террористов, самоубийц, взрывы, погромы. Слабостью политического строя начали пользоваться экстремистские организации Аль-Каиды и в особенности возникшая новая общемировая угроза в лице так называемого «Исламского Государства Ирака и Леванты» (ИГИЛ), которая сегодня контролирует многие районы Ирака и часть Сирии.

Сирия. В докризисный период Сирия была одним из ведущих государств на Ближнем Востоке. Этому свидетельствовало то, что страна вела активную внешнею политику. Сирия противостояла агрессивной политике Израиля по отношению к арабскому населению, как внутри своего государства, так и на внешнеполитическом поле. Она противостояла планам США в вопросах урегулирования ближневосточных противоречий исключительно в собственных геополитических интересах, развивала партнерские отношения с Россией и Ираном, а также тесно сотрудничала с такими организациями как «Хезболла» в Ливане и ХАМАС в Палестине. Все это вполне удачно уживалось с этно-конфессиональной ситуацией внутри самой Сирийской Арабской Республике.

Фактор многослойности этно-конфессиональной структуры формировал внутриполитическую напряженность в стране.

По данным ООН население САР на 2011 г. составляло около 21 миллиона человек: арабы– 15 млн (сирийского происхождения– 14,2 млн, палестинского– 581 тыс., ливанского– 100 тыс., иракского– 60 тыс., иорданского– 40 тыс.); курды–1,66 млн; туркмены– 132 тыс.; армяне– 73 тыс.; черкесы–73 тыс.; персы– 58 тыс.; турки– 3,3 тыс. человек. Группы других национальностей немногочисленны.  Ведущей религиозной группой здесь являются сунниты (15,5 млн). В стране проживают также представители общины шиитов-двунадесятников, исмаилитов-низаритов, алавитов и друзов, которых трудно назвать приверженцами классического ислама (1,28 млн. и 474 тыс. соответственно). Среди представителей христианской веры в стране – православные, греко-православные, армяно-григориане, греко-католики, марониты и др.

Пестрая конфессиональная и этническая составляющая общества и поэтому часто нестабильная ситуация вынуждала президентов Хафеза Асада и его сына Башара действовать в жесткой и принципиальной манере. В итоге Сирию отличало авторитарная форма правления с опорой государства на армию, разветвленную систему безопасности, а также партийный аппарат. Это позволяло властям не допускать серьезных внутриполитических потрясений. С другой стороны, отсутствие в течение многих лет демократических институтов породило трудности, с которыми пришлось столкнуться во время так называемой «Арабской весны» на пути реформирования политической системы. К событиям этого периода Сирия подошла с целым рядом острых этно-конфессиональных проблем, которые пронизывали экономическую, социальную и политическую сферы жизни общества.

Так, можно выделить следующие проблемы. Во-первых, это конфликт между алавитами и суннитами. Данное противостояние длится не один век. Начало конфликта было положено еще в последней трети IX в. во времена выделения алавитов как религиозного течения в Исламе. Обычаи и традиции алавитов испытали на себе влияние не только Корана, но и Торы, Евангелия и языческих обрядов. Несмотря на это, главным источником веры для них остается Ислам.

Сунниты, являясь приверженцами классического ислама, нередко критиковали, преследовали и ущемляли в правах алавитов за их учения (переселения душ, обожествления Али). Часто называли их еретиками. После обретения независимости в 1946 году алавиты постепенно интегрировались в большую политику, а впоследствии заняли сильные позиции в руководстве Партии арабского социалистического возрождения (ПАСВ, или БААС), а также в армии. В результате к власти в стране пришел алавит из племени мутавира – Хафез Асад. Этот факт создал условия для внутренней оппозиции в лице движения под названием «Братья Мусульмане». Они критиковали Асада за излишне светское руководство страной и долгое сохранение чрезвычайного положения в ней. Это было расценено как узурпация власти. Наряду с этим в государственном аппарате наблюдалось многообразие различных общин. К примеру, в период правления Хафеза Асада у власти находились сунниты в лице вице-президента Абдель Халим Хаддама, начальника объединенного штаба Вооруженных сил Хихмата Шикаби, министра обороны Мустафы Тласа, а также генерального секретаря БААС Абдалы аль-Ахмара. При Башаре Асаде премьер-министром был суннит А. Сафар. Данная информация позволяет сделать вывод, что тезис о моно конфессиональном, племенном и национальном характере политического строя в Сирии никак не соответствует действительности.

Вторым фактором, говорящим об этно-конфессиональной проблеме в САР, несомненно, можно считать «курдский вопрос». Курды - вторая по численности не арабская народность в Сирии, в основном исповедующая суннитский ислам. Малая часть курдов принадлежит к группе езидов и христиан. Долгое время этот этнос испытывал на себе воздействие определенных ограничений и экономического неравноправия. Данные действия были направлены на контроль над нефтеносным северо-восточным регионом Сирии.

Справедливо заметить, что цели сирийских курдов немногим отличны от таковых курдов Турции, Ирана и Ирака. Они намериваются добиться признания их культурной идентичности, равных прав с арабским населением, утверждения курдского языка вторым официальным, а также признания прав на культурную автономию. В Турции, Ираке и Иране их собратья также стремятся к политической автономии, если не к созданию собственного государства. Поэтому можно считать их отказ поддержать радикально направленных исламистов в борьбе с Асадом политически оправданным. Это видно из их активного противодействия радикалам в зоне их компактного проживания.

В результате многочисленных арабо-израильских конфликтов, а именно, оккупации палестинских территорий и лагерей палестинцев в Сирии Израилем, возникает и палестинский фактор. В Сирии были созданы 10 лагерей для палестинских беженцев. Значимым фактором, объясняющим положение палестинцев, является неоднозначность их международного правового статуса. Почти все страны региона, кроме Иордании, отказались предоставлять палестинцам, бежавшим из Израиля, свое гражданство. Тот факт, что палестинцам отказали в статусе беженцев, позволяет западным странам отказывать им в праве на убежище и на территории своих стран. Таким образом, потеряв возможность пользоваться защитой государства-мандатария, палестинцы не приобрели ни статуса апатридов, ни статуса граждан государства-убежища, ни полноценного статуса беженца. В итоге ситуация вокруг сирийского кризиса продемонстрировала желание каждой из конфликтующих сторон переманить палестинцев на свою сторону. Это желание объясняется тем, что палестинский вопрос имеет широкий резонанс в общественном мнении по всему миру. Стороны стремятся манипулировать палестинскими проблемами в своих целях.