СТАНОВЛЕНИЕ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛИЗАЦИЯ СУФИЗМА. СУФИЗМ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Аннотация: Несмотря на сопротивление суннитских богословов, которые видели в суфийских деятелях своих соперников в борьбе за влияние на верующих, в XII—XIII веках суфизм становится важным элементом религиозной жизни мусульманского общества.

Ключевые слова: современный суфизм, философия, религия.

Большой вклад в интеграцию идей суфизма в ортодоксальный суннитский ислам принадлежит Абу Хамиду аль-Газали, который признал ценность морально-этических норм и способов глубокого осознания смысла веры, выработанных суфиями, а также не отрицал правомочности некоторых ключевых элементов суфийской практики, таких, как зикр и «уединение» (халва). В основе проповедей Абдул-Кадира аль-Джилани легло морально-этическое учение суфизма, очищенное от экстатических и теософско-спекулятивных элементов. С влиянием суфизма вынуждены были считаться правители областей и городов .

Захоронения суфийских «святых» (турба) становятся объектами паломничества. В некоторые области, население которого исповедовало язычество, ислам проникал в это время исключительно в форме суфизма. Странствующие и оседлые дервиши создавали обители (завия, ханака, рибат), которые превращались в центры миссионерской пропаганды и религиозной жизни.

В середине XII — начале XIII века вокруг завий, особенно в городах, начинают складываться суфийские братства. В отличие от христианских монашеских орденов, суфийские братства менее строго организованные и не имели централизованного управления. Первые братства сухравардия и кадирия, возникли в Багдаде и распространились по всему исламскому миру. Фактическими создателями тарикатов были не столько их эпонимы, сколько их ученики и последователи. С появлением института тарикатов влияние суфизма на религиозную жизнь мусульманской общины ещё более возросло. Многие суфийские шейхи придерживались принципа невмешательства в мирские дела и избегали прямых контактов с властями. Суфии и их организации имели тенденцию к сближению с народными массами, а культ суфийских «святых» занимал важное место в верованиях и практике «народного» ислама.

«Вульгаризация» суфизма привела к упрощению его теории и практики. Это вызывало осуждение как со стороны суфийских авторитетов, так и со стороны ортодоксальных суннитов, критиковавших суфизм за практику «недопустимых новшеств» (бида) и извращение положений шариата. Среди критиков суфизма можно отметить Ибн Каййима аль-Джаузия, Ибн Таймию и Ибн Хальдуна. В таких условиях наиболее жизнеспособной и приемлемой оказалась «джунайдовская» модель суфизма, которая предписывала строгое исполнение религиозных обязанностей, избежание экстатических трансов и легла в основу идеологии большинства тарикатов. Большинство суннитских богословов вынуждены были признать правомочность ряда основных положений суфийской теории и практики.

В каждом отдельном регионе на идеологию суфийских организаций наложили отпечаток местные этноконфессиональные особенности и традиции. Многие положения суфизма смешались с языческими верованиями, бытовавшими ранее среди коренного населения. Среди этих верований можно отметить культ предков, анимизм, магию и так далее. В Индии суфизм испытал влияние буддизма и индуизма.

В связи с широким распространением идей суфизма среди различных слоев мусульманского общества в XII—XIII веках развитие получила спекулятивно-эзотерическая сторона суфийского учения, которая представляла интерес в первую очередь для образованных мусульман. «Практический» же суфизм ориентировался главным образом на удовлетворение духовных запросов народных масс. Суфийская интеллектуальная элита в полной мере усвоила идеи мутакаллимов и философов. К тому же появились доктрины, которые обосновывали мистическую практику и переживание как способ постижения тайн бытия. Ас-Сухраварди (ум. в 1191 г.), Ибн Араби (ум. в 1240 г.), Ибн Сабин (ум. в 1268-69 или 1271 г.), Абдурраззак аль-Кашани (ум. в 1329 г.), Абдул-Карим аль-Джили (ум. в 1428 г.) и другие авторы подобных доктрин широко использовали религиозно-философское наследие ирано-семитской и эллинистической культуры, переработав его в исламском духе. Их творчество во многом определило дальнейшее развитие не только суфийской идеологии, но и всей мусульманской интеллектуальной и духовной культуры .

Парадоксальность, сложность выражения и диалектичность мышления крупнейших суфийских теоретиков нередко вызывало протест со стороны суннитских богословов (напр. Ибн Таймия), однако в условиях идейного доминирования суфизма их протесты нередко встречали решительный отпор. Философский суфизм достиг расцвета в XIII—XIV веках и позднее утратил свою творческую потенцию. Выработанные им концепции «совершенного человека», «единства бытия», «самопроявления Абсолюта» и «эманации» стали объектами полемики между суфиями и ортодоксальными суннитами .

Концепции суфизма получили отражение в многочисленных поэтических произведениях. Суфийская символика, образы и мотивы пронизывают как религиозную, так и светскую персоязычную поэзию. Среди известных средневековых авторов можно отметить Дж. Руми, М. Санаи, М. Саади, Ф. Ираки, А. Х. Дехлеви, Х. Ширази, А. Джами, З. аль-Ансари, Н. Гянджеви и др. Поэзия арабов, тюрок и других мусульманских народов в меньшей степени была подвержена этому влиянию .

С увеличением числа суфиев наблюдается процесс бюрократизации его институтов. Если ранее шейх тариката осуществлял свои функции непосредственно, то теперь он делает это через многочисленных посредников (халифа, мукаддам). Усложнение структуры братств и более строгая регламентация их внутренней жизни создало почву для отпадения от основного братства множества вторичных братств. Эти братства, в свою очередь, также продолжали «ветвиться», что увеличило число братств и конкуренцию между ними. Пытаясь сохранить или расширить сферы влияния, суфийские шейхи стремились заручиться поддержкой светских властей. В результате этого верхушка братств всё чаще оказывалась в зависимости от правящей верхушки, а в некоторых странах фактически срослась с ней. Своего рода протестом против этих негативных явлений стало возрождение традиций маламатия и появление большого числа странствующих дервишей, не связанных с каким-либо из братств .

В XIX — начале XX веков суфизм продолжал играть важную политическую и религиозную роль в жизни исламских государств. Сильный удар по позициям суфизма нанесли такие явления, как общая секуляризация обществ на Востоке и изменения в их хозяйственной и культурной жизни. В большинстве арабских стран суфизм подвергся резкой критике религиозно-политических кругов, которые ратовали за «обновление» ислама в соответствии с требованиями времени либо за возвращение к его «первоначальной чистоте».

Против суфизма и его идеологических установок выступили также сторонники «арабского» и «исламского» социализма. Суфийских шейхов обвиняли в пассивности и даже в сотрудничестве с колонизаторами, в поддержке консервативных и контрреволюционных кругов. В некоторых мусульманских странах, как, например, в Турции, деятельность суфийских тарикатов была запрещена. В странах Северной Африки появились новые тарикаты: алавия (основатель Ахмад аль-Алави, ум. в 1934 г.), мадания (основатель Мухаммад аль-Мадани, ум. в 1959 г.), хамидия-шазилия (основатель Салама ар-Ради, ум. в конце 50-х годов) .