Моавитяне

Моавитяне, или моабитяне — родственное евреям семитское племя на восточном берегу Мёртвого моря (Моав). Согласно Библии, моавитяне происходят от племянника Авраама — Лота, и старшей дочери последнего. Помимо Библии, сведения о моавитянах содержатся в ассирийских летописях, у Иосифа Флавия, а также в собственно моавитянских памятниках, главным образом в надписях царя Меши.

История моавитян 
История моавитян начинается в одно время с еврейской и идет параллельно ей; различие культов и соперничество из-за обладания плодородной областью между Арноном и Иавоком были причинами непримиримой вражды между этими двумя народами-братьями (ср. столкновения пастухов Авраама и Лота), выразившейся, между прочим, в том, что Моисеев закон запрещал принимать моавитян в «общество Господне». Подобно Израилю, моавитяне не были автохтонами; они поселились в своей стране, изгнав из неё эмимов. Известное сказание книги Чисел () о царе моавитян Валаке, сыне Сипфора, не разрешившем израильтянам проход через свои владения и призвавшем для проклятия их пророка Валаама, показывает, что в эпоху исхода евреев из Египта моавитяне уже составляли организованное оседлое государство, как и мадианитяне. Область за Арноном была только что покорена Сихоном, царём амореев. Когда вместо последних на севере водворились Рувимово и Гадово колена израильтян и моавитяне были стеснены между Арноном и Вади-эл-ахсой, началась вековая борьба из-за обладания богатыми северными пастбищами.

Во время смутной эпохи судей царю моавитян Эглону () удалось составить коалицию из аммонитян и амаликитян и подчинить себе на 18 лет евреев. Меч Аода положил конец владычеству моавитян и был сигналом массового избиения их на иорданских переправах. Моавитяне были надолго ослаблены; при Иеффае в прежней их роли мы встречаем уже аммонитян. К тому же времени судей относится история моавитянки Руфи, занявшей место в родословии Давида и, следовательно, Иисуса Христа.

В числе победоносных войн Саула упоминается и война с моавитянами (), которые не могли смотреть равнодушно на образование сильного еврейского царства. Царь моавитян был на стороне Давида против Саула и давал приют его родителям (); моавитяне служили у него в войске и были в числе его приближённых (). Но Давид все-таки покорил моавитян, перебив 2/3 целого народа и наложив на остальных дань ().

Смуты, последовавшие за смертью Соломона, дали моавитянам возможность не только освободиться от еврейского ига, но даже вернуть себе область к северу от Арнона. При воцарении в Израиле энергичной династии Амврия началась реакция: царь моавитян Хамос потерял Медебу (Мадабу) и должен был опять платить дань по 100 тыс. ягнят и баранов. Сыну его, знаменитому Меше, пришлось вести с Ахавом, его сыном Иорамом и его союзниками упорную борьбу за независимость, окончившуюся в его пользу и вернувшую ему спорную область. Моавитяне производили набеги и грабили города израильтян; в то же время доставалось от них и идумеям; пророк Амос () выставляет как особенное преступление их, что они «пережгли кости царя эдомского в известь». Царь моавитян Салман воспользовался упадком израильского царства и разрушил г. Бет-Арбел; вероятно, этого же Салмана мы видим в числе признавших верховенство Тиглатпалассара ассирийского в 733 году.

При Саргоне II моавитяне приняли участие в южно-палестинском восстании, но в 701 г. царь их Хамоснадав счел за лучшее опять покориться Синахерибу во время войны последнего с Езекией иудейским. Верным вассалом ассирийских царей оставались и последующие цари моавитян. Царь Музури в союзе с своим сюзереном Ашшурбанапалом разбил кочевников-арабов, надвигавшихся на моавитян. Опасность со стороны пустыни заставила моавитян после падения Ассирии держаться новых владык Азии, халдейских царей Вавилона. Хотя пророк Иеремия и упоминает о моавитских послах у Седекии (), но известно, что моавитяне нападали на Иерусалим при Иоакиме.

Моавитянам не удалось избежать общей участи мелких семитских племён — поглощения арабами. Есть мнение, что это имели в виду пророчества Исаии ( и ) и Иеремии (). Один из противников евреев при созидании второго храма — Санаваллат — называется уроженцем моавитского г. Хоронаима. Иосиф Флавий говорит, что ещё в его время моавитяне были великим народом.

Религия моавитян 
Религия моавитян была неоднообразна и не централизованна. Во время путешествия израильтян по долине Ситтим к северу от Мертвого моря они увлеклись культами моавитян и особенно служением Ваал-Фегору (). В Гильгале были истуканы, которым цари совершали торжественные жертвоприношения.

Встречается у этого древнего племени и род единобожия. Владыкой и покровителем их является бог Хамос, которого Библия называет «мерзостью моавитской» (); в честь его подвергались заклятию («херем», как и в Библии) и истреблялись целые завоеванные города. Название его в надписи Меши Аштар-Камошем указывает, по мнению некоторых, на его двуполый характер. Вероятно, Ваал-Пеор был его простым эпитетом «владыка горы Пеора». Культ моавитян, подобно другим семитским культам, состоял помимо прочего в кровавых, нередко человеческих жертвах. Общесемитское служение на «высотах» было распространено у моавитян; многие города носили имя «бамот» (высота). Меша воздвиг такую «высоту спасения» в Дибоне в память своего избавления от врагов, и это святилище, кажется, получило особую важность, сделавшись чем-то вроде центра культа (). При Соломоне, в числе жён которого были и моавитянки, «высота» в честь Хамоса была воздвигнута на горе пред самым Иерусалимом. Пророки и у моавитян пользовались почтением.

Язык и письменность 
Раньше других семитских племен мы встречаем у моавитян письменность и обычай увековечивать выдающиеся события памятниками и надписями. Язык моавитян, как видно из надписи Меши и собственных имён, — диалект того языка, на котором написан Ветхий Завет, хотя в некоторых формах обнаруживает близость и к другим соседним языкам — арабскому (например, в образовании возвратных форм) и арамейскому. Стиль, словоупотребление и фразеология — также библейские. Письмо, употреблявшееся у моавитян, — древнесемитское, прототип еврейского квадратного и греческого.

Искусство 

Об искусстве моавитян можно составить себе некоторое представление на основании письменных источников и немногих сохранившихся вещественных памятников. Характер его — общесемитский. В книге Судей ( и сл.) находится упоминание царского дворца, имевшего наверху прохладные комнаты. Остатками моавитских святилищ являются, вероятно, находимые местами менгиры и дольмены, а также вефили (храмы), окружённые оградой из огромных камней в виде эллипсиса или четырёхугольника. Обычно дольмены представляют собой отполированную наклонную плиту, положенную на два вертикальных камня высотой около метра; дольмены служили для возлияний, на что указывают углубления, отверстия и стоки на поверхности плиты. Ещё в III веке н. э. арабские путешественники видели в Моавии на скалах многочисленные скульптуры, считавшиеся изображениями богов. В 1851 г. де Сольси () нашёл у Шихана, а через 13 лет герцог де Люинь приобрёл для Лувра один такой памятник из чёрного базальта — изображение воинского божества (возможно — царя) с копьём в руках и в египетском переднике, в сопровождении какого-то животного. В Лувре находится ещё несколько обломков ваз и других древностей, раскрашенных и с геометрическим орнаментом, которые собрал де Сольси.

Археологические исследования 

Находясь по ту сторону Иордана и Мёртвого моря, будучи населена негостеприимными бедуинами, страна моавитян редко посещалась до XIX столетия. Первым обратившим серьёзное внимание на эту область был У. Зеетцен, прошедший в 1806—07 гг. два раза по моавитским горам (Seetzen, «Reisen»). В 1812 г. по той же дороге странствовали И. Буркхардт («Travels», Л., 1822), Ирби и Манглас («Travels etc.», 1822). В 1851 г. здесь был де Сольси («Voyage autour de la Mer Morte», 1853), открывший известный Шиханский барельеф и тем содействовавший оживлению интереса к моавитским древностям.

Моавия стала обращать на себя особое внимание археологов со времени открытия стелы Меши, вызвавшей целый ряд экспедиций. В 1870 году географическое отделение Британского общества отправило в Моавию каноника Тристрама, д-ра Гинсбурга и Диксона, подробное описавших местности и развалины (Tristram, «The Land of Moab», Л., 1873). Около того же времени в Моавии путешествовали Варрен, Пальмер и Дрэк. Затем неоднократные разведки предпринимал англо-американский «Palestine Exploration Fund».

Сообщение И. И. Соловейчика о моавитских древностях в Московском археологическом обществе (1887) вызвало и в России глубокий интерес, выразившийся, между прочим, в постановлении «обратить внимание Православного палестинского общества на необыкновенную важность памятников, находимых в Заиорданской области» («Древности восточные», I, 33). В связи с открытием надписи Меши стоит и появление массы поддельных моавитских артефактов: идольчиков, произведений керамики, надписей, попавших было за большие деньги в Берлинский музей, но развенчанных Клермон-Ганно, Каучшем и Социном («Die Echtheit der Moabitischen Alterthümer», Страсбург, 1876). Полемика по поводу их переносилась иногда на национально-политическую почву.

Примечания

Литература 
 Routledge, Bruce. 'Moab in the Iron Age:Hegemony, Polity, Archaeology,' 2004. The most comprehensive treatment of Moab to date.
 Bienkowski, Piotr (ed.) Early Edom and Moab: The Beginning of the Iron Age in Southern Jordan (1992).
 Dearman, Andrew (ed.) Studies in the Mesha inscription and Moab (1989).
 
 Tristram, The Land of Moab, London, 1874;
 George Adam Smith, Historical Geography of the Holy Land, ib. 1897;
 Clermont-Ganneau, Recueil d’Archéologie Orientale, ii. 185—234, Paris, 1889;
 Baethgen, Beiträge zur Semitischen Religionsgeschichte, Berlin, 1888;
 Smith, Rel. of Sem. Edinburgh, 1894. J. L. H. G.
 Hertz, J.H., The Pentateuch and Haftoras: Deuteronomy, Oxford, 1936, Oxford University Press.

Народы Древнего Восточного Средиземноморья
Исчезнувшие народы Передней Азии
Моав
Семитские народы
Ветхозаветные народы