ЭТИЧЕСКИЙ СМЫСЛ КОНЦЕПТА "ЛЮБОВЬ" В РУССКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА (НА МАТЕРИАЛЕ СЛОВАРЕЙ XI-XIX ВЕКОВ). Концепт «любовь» является этически значимым базисным концептом этической концептосферы русской языковой картины мира. Несмотря на то, что концепт «любовь» активно изучается в современной лингвистике, его этический смысл и его связь с другими концептами в диахронии освещены мало. Этическая нагрузка концепта «любовь» восходит к христианской идее и раскрывается при обращении к церковнославянскому языку, запечатлевшему в «первозданном виде» систему ценностей русского народа. Анализ этической нагрузки вербализаторов концепта на материале толковых словарей церковнославянского и русского языков разных периодов позволил проследить этические изменения в семантике доминантных дериватов. Изучение данных энциклопедического словаря «Этика», научных работ, словаря церковнославянского языка дало возможность установить этическую смысловую долю концепта: «благо, дарованное Богом и заключающееся в умении сострадать и творить добро». Исходя из христианского понимания любви и анализа значений доминантных вербализаторов в разные периоды, можно утверждать, что концепт «любовь» входит в ядро этической концептосферы русской языковой картины мира и обнаруживает связь с концептами: благо, добро, терпение, милосердие, кротость, смирение, мудрость, целомудрие, радость, истина, вера, надежда, мужество и др. Идея соединения в концептуальном поле любви отсылает к соборности, выступающей структорообразующим концептом русской этической концептосферы. Исконно любовь делится на божественную (любовь к Богу) и земную (любовь к ближнему). Значимость концепта подтверждается большим количеством дериватов, что вовлекает в зону концепта новые понятия. С другой стороны, такое широкое применение вербализаторов концепта приводит к их десакрализации и, соответственно, снижению этической значимости, а иногда и к ее потере. Например, появление дериватов «любовина» (чистое, хорошее мясо, без жиру или костей и сухожилья), «любовщина» (любое, что полюбилось, на выбор; куриное или свиное мясо, остающееся на сале, по срезке его) в XIX веке. Семантическая доля «охотно, с пристрастием» в старославянском / церковнославянском и древнерусском языках четко разделяет привязанности человека как добродетельные и греховные, что практически исчезает в современном языке: любоблагоuтробный (расположенный к милосердию), любобожественный (боголюбивый, боголюбезный), любомuдренный (любомудрый, благочестивый), любосмиренный (любящий смирение) и т. п.; любобранный (пристрастный к войне), любосластецъ (который поработился похотям плотским и погряз в сквернах телесных), люботhлесие (слишком большая забота о теле) и др. Эта особенность в понимании концепта сохраняется и в XIX веке. Любовь как привязанность между двумя людьми разных полов делится на «дозволенную», «законную», по старославянским представлениям - «земную» (любый - любезный, любимый, возлюбленый, милый, нравный; любовники - влюбленные друг в друга, чета, любящаяся или состоящая в супружеских отношениях), и на греховную, жестко осуждаемую: любодеять (впадать в блудный грех), любострастие (предание себя на волю плотских побуждений; впаденье в скотское состоянье) и др. На протяжении всего развития языка прослеживается связь концепта «любовь» с другими этическими концептами. Этическая нагрузка многих вербализаторов концепта снижается, но не исчезает.

Рубрика: Языкознание