В результате разведки к 12/25 августа 1914 года были получены точные данные о наращивании сил неприятеля в районе Гильгенбурга — Лаутенбурга  с целью нанесения главного удара левому флангу 2 -й русской армии (силам I-го русского корпуса). Генерал Самсонов и командиры центральных корпусов пришли к пониманию о необходимости немедленного поворота фронта 2-й русской армии на запад для атаки противника, угрожающему левому флангу армии. Однако, все обоснованные доводы Главнокомандующий войсками Северо-Западного фронта генерал Жилинский отверг и резким окриком из штаба фронта приказал центральным корпусам продолжить наступление : «…видеть противника там, где его нет — трусость, а трусить я не позволю генералу Самсонову». Командующий 2-й русской армией принимает «странное решение» и направляет XV и XIII корпуса для захвата Алленштайна. Приказ «уклоняет операционную линию армии к востоку по сравнению с направлением на Алленштайн — Остероде, с таким трудом выторгованным у генерала Жилинского». I корпус, обеспечивающий тыл армии, в составе двух пехотных дивизий при 14 батареях вынужден был растянуть свой фронт почти на 25 верст к северу : от Уздау  и далее вслед за уходящей от него 2-й пехотной дивизии. Благодаря необдуманным директивам генерала Жилинского и действиям генерала Самсонова, вместо сосредоточения, 2-я русская армия была разведена «веером» на фронте в 120 верст в дни решительного сражения (Битва при Танненберге) с 8-ой германской армией.