После революции 1688 года кабинет стал преимущественно орудием парламента. Человек чужой, Вильгельм III по необходимости должен был опираться на парламент и стал назначать на высшие должности лиц, которые принадлежали к господствующей партии или вообще пользовались расположением палаты общин. Ещё более постоянным этот способ назначения сделался при королеве Анне и первых королях Ганноверского дома. Солидарность министров утвердилась в особенности в долговременное управление Уолпола, искавшего поддержки главным образом в палате общин; в этот именно период упрочилось преобладание нижней палаты над верхней. Даже падение Уолпола имело крупное значение: его отставка показала, что нельзя управлять страной без доверия парламента. Так как министры Георга I не говорили по-немецки, а объяснялись с ним на латинском языке, то король перестал являться в заседания кабинета, довольствуясь сообщением одного из министров о ходе заседаний. Этот случайный факт обратился в прочный обычай и немало содействовал укреплению кабинета; к этому же времени относится возвышение значения первого министра. Георг II принимал большее участие в делах страны, чем его отец; тем не менее, возрастающая власть общин давала себя чувствовать и в выборе министров: они принудили короля принять в число министров старшего Питта, к которому он питал глубочайшую антипатию. Впрочем, многие из числа правительств, следовавших за кабинетом Уолпола, отличались неустойчивостью: они не были однородны, стояли ближе к королю, чем к парламенту.