Явление иконы относится к периоду Русско-польской войны (1654—1667) и было описано в 1840-х годах священником Николаем Васильевым (†1881) по существовавшим устным преданиям: «Когда шведы и саксонцы совокупными силами преследовали вплавь по реке Двине русское войско и уже возвращались обратно на свой берег, то один саксонец, по имени Яков Гудынский (Jēkabs Gudinskis), католик, заметив плывущую вниз по Двине дощечку, вонзил в оную своё копьё и, таким образом вытащив из воды, нёс её на копье же чрез Двину. Достигши берега, этот саксонец увидел на своей руке, держащей копьё, кровь и полагал сначала, что таковая течёт из раны, полученной им в сражении с неприятелем. Внимательно осмотрев же руку и не найдя раны, он обратил внимание на копьё, причём увидел, что кровь текла по копью из находившейся на ней дощечки, которая оказалась иконой Божией Матери. Это необычайное обстоятельство поразило Гудынского и он, заметив на иконе православную живопись, отдал оную в бывшую тогда в Якобштадте Георгиевскую церковь, а сам принял Православие и остался навсегда в Якобштадте».