Апогей конфликта между лидером и основной партийной массой наступил на ежегодной лейбористской конференции в Брайтоне в октябре 1935 года, под тенью надвигающегося вторжения Италии в Абиссинию. Национальное партийное руководство представило резолюцию, призывающую к санкциям против агрессора (фашистской Италии), но Лэнсбери расценивал это как форму экономической войны. Его речь — страстное изложение принципов христианского пацифизма («Я верю, что насилие никогда не способствовало миру, и никогда не приведет к стабильному миру… Бог создал нас, чтобы мы жили в мире и согласии друг с другом») — сперва была хорошо принята делегатами. Но сразу после этого от его позиции камня на камне не оставил генеральный секретарь профсоюза транспортных и неквалифицированных рабочих Эрнест Бевин. В своём «излишне грубом», даже по оценке Ситрина, выступлении он резко атаковал Лэнсбери за то, что партийный лидер поставил свои личные убеждения выше политики, согласованной всеми основными институтами партии, по противодействию фашистской агрессии.