Резня в Смирне была бо́льшей трагедией, нежели падение Константинополя в 1453 году. При всех османских зверствах, Мехмед II не позволил сжечь Константинополь и Храм Святой Софии. Французский историк Эдуар Дрио, в своей книге «La question de l’Orient, 1918—1938» писал, что «малоазийская катастрофа была масштабнее и более ужасной, нежели падения Константинополя в 1453 году». Аналогичную позицию сформулировал французский эллинист Октавий Мерлье. Мустафа Кемаль преследовал другие цели. Огнём, резнёй, изгнанием коренного населения он поставил себе целью выкорчевать всё греческое из Малой Азии, включая греческую историю и характер Смирны. В этих условиях храм святой Фотины не стал исключением и был полностью сожжён, как и весь греческий город.