Наше политическое сознание, несомненно, начиналось с национального сознания, ни в коем случае не религиозного. И это определялось тем периодом, в котором началось формирование нашего политического сознания… периодом усиления национальной борьбы, когда вокруг нас всё полыхало в арабской отчизне: на западе — алжирская революция, на востоке — революция 23 июля (то есть в Египте), затем битвы 1958 года в Ливане, объединение Египта и Сирии, палестинская проблема, революция в Йемене, революция 14 июля (то есть в Ираке). При этом особое значение для начального становления нашего национального сознания имело впервые осуществлённое арабское единство, когда объединились Египет и Сирия. Вот те истоки или идейно-политические предпосылки, которые привели к тому, что наше сознание и наши революционные устремления были национальными.