Знакомясь с документами, прокуроры постепенно пытались представить себе линию зашиты обвиняемых. Их особое беспокойство вызывала ставка на неприменимый в юридической практике принцип «tu quoque» — прежде всего с связи с советской внешней политикой конца 30-х годов. Использование пакта Молотова-Риббентропа от 1939 года и, в особенности, его секретного протокола могло стать проблемой в зале суда. Даже не воздействовав на профессиональных участников, публикация документа о «разделе Польши» могла нанести серьезный ущерб одной из обвиняющих сторон, СССР. В дальнейшем советский-германский пакт стал одной из основных тем в заявлениях стороны защиты в Нюрнберге. В свою очередь британские прокуроры обратились в министерство иностранных дел и адмиралтейство за помощью в подготовке ответа на обвинения в том, что Третий Рейх оккупировал Норвегию в попытке предотвратить вторжение туда Великобритании. Мюнхенские соглашения вызывали меньше вопросов, поскольку в Великобритании и Франции уже сменились лидеры, ответственные за них.