После большевистского переворота бакинские нефтяные промыслы национализировали. Леон метался между белыми, красными, дашнаками, англичанами, французами. Участвовал во всевозможных политических проектах, пытался продать свои предприятия иностранным компаниям, продолжил это дело уже в эмиграции, хотя всем было ясно, что он продает воздух. Довольно близко его знал Алексей Толстой, красочно описавший приятеля в романе «Эмигранты»: «Нефтяной магнат, расточитель миллионов, липнувших к нему безо всякого, казалось, с его стороны усилия, человек с неожиданными фантазиями, лошадник, рослый красавец. Он занимал апартаменты в одном из самых дорогих отелей — „Карлтон“ на Елисейских полях, и только это обстоятельство ещё поддерживало его кредит в мелких учётных конторах, ресторанах, у портных. Но окружение кредиторов непреклонно сжималось, душило его ночными кошмарами».