Восстание в Боснии и Герцеговине побудило Андраши обратиться с нотой к Порте по вопросу о христианах, бежавших из этих стран, которая и была вручена Порте 31 января 1876 года. Во время войн Турции с Сербией и Герцеговиной, а затем русско-турецкой войны 1877—1878 годов Андраши руководил иностранной политикой в смысле соблюдения нейтралитета Австро-Венгрии. Однако Сан-Стефанский договор (1878) вызвал серьёзные опасения австрийцев, касающиеся резкого усиления роли России на Балканах. Андраши получил от австро-венгерских делегаций военный кредит в размере 60 млн флоринов, и именно по его настоянию Сан-Стефанский договор был подвергнут обсуждению представителей европейских держав на конгрессе, созванном в Берлине (1878). Андраши совместно с Калицем и Гаймерлем в качестве главного уполномоченного Австро-Венгрии добился того, что великие державы разрешили ей занять Боснию и Герцеговину, куда австрийские войска и вступили в июле 1878 года. С занятием Новобазарского санджака оккупационный план Андраши был ещё более расширен. 22 сентября 1879 года граф Андраши оставил пост министра иностранных дел, завершив свою деятельность на этом поприще заключением с Бисмарком австро-германского оборонительного союза. С тех пор Андраши занимался управлением своих имений, принимая участие в политике исключительно как член венгерской верхней палаты. Его преемником в должности министра иностранных дел и императорского двора был барон Гаймерде.