Сразу после февральской революции 1917 г. по распоряжению Гурджиева, Успенский привёз из Петербурга и Москвы остатки групп в Ессентуки, где эзо-работа продолжилась. Однако осложнившиеся отношения между самими Гурджиевым и Успенским вынудили последнего покинуть группу. Успенский дистанцировался от Гурджиева из-за сползания их паритетных партнерских отношений с сторону излишне жёсткой модели отношений «Учитель — ученик». Проще говоря, со временем Гурджиев всё более склонялся к роли «Начальника надо всеми подчинёнными». И те, кому это не нравилось, от него уходили (не только Успенский, но и многие другие).