Наибольший интерес для европейской дипломатии в этот момент вызывали события Греческой войны за независимость, в отношении к которой российская дипломатия была крайне непоследовательна. Сперва Александр I, ссылавшийся на обязательства, налагаемые на Россию участием в Священном союзе, отказывал восставшим в праве бунтовать против своего монарха, позже он стал выказывать откровенную симпатию к восставшим грекам и особенно – к тем из их лидеров, которые состояли на российской службе (Ипсиланти , Каподистрии и др.). В январе 1824 года Александр I предложил свой план греческого урегулирования: восставшие провинции должны быть разделены на три группы (Западная Греция, Восточная Греция и Морея), каждая из которых будет превращена в вассальное княжество Османской империи на таких же приблизительно условиях, как Молдавия и Валахия. Когда в июне 1824 года об этих планах стало известно, они вызвали протест и у греков (временное правительство в Навплии опубликовало ноту протеста), несогласных с разделением страны и сохранением турецкого владычества, и у правительства султана, что привело к ослаблению влияния российской дипломатии на Балканах. В свою очередь британское правительство стало активнее поддерживать греков. Оно признало восставших воюющей стороной, признало за ними право блокады портов и разрешило открыто снабжаться продовольствием и другими припасами в портах Ионической республики. В этой ситуации отказ от помощи Греции мог привести к утрате Россией значительной части своего влияния на Балканах.