Исламская революция в Иране сделала её эмигранткой, посетить родину она сумела только в 1990 году, через год после смерти Рухолла Хомейни. «Это был, вероятно, один из наиболее шокирующих опытов, что я когда-либо имела. Разница между тем, что я помнила из иранской культуры и что засвидетельствовала была громадной. Изменения были пугающим и захватывающими; я никогда не была стране, которая бы столь опиралась на идеологию. Наиболее приметным, конечно, было изменение внешнего вида людей и публичного поведения».