На сейме шляхтич рассказал о чудесном спасении сына Марины Мнишек. По его версии выходило, что после гибели царя Дмитрия в окрестностях Калуги в декабре 1610 года его жена Марина Мнишек, опасаясь за жизнь своего сына, отдала царевича Ивана шляхтичу Белинскому «на сбережение». Себе же Марина якобы взяла другого младенца, которого и повесили в Москве. В то время, после военного конфликта 1609—1618 годов между Речью Посполитой и Русским царством, не были улажены политические и территориальные разногласия. Так, например, после заключения перемирия в 1618 году сын польского короля Владислав не отказался от своих претензий на московский престол и продолжал именовать себя русским царём. В связи с этим король Сигизмунд III и сейм признали самозванца истинным сыном царя Дмитрия, не исключив возможность использовать лже-Ивашку как орудие в борьбе против власти русского царя Михаила Фёдоровича.