Во время правления маньчжурской династии Цин (1644—1911) в Китае главной нацией считались маньчжуры, за ними шли монголы, и уж потом — китайцы. Неудивительно, что при императорском и княжеском дворах многие ученики Ян Лучаня и его сыновей были именно маньчжурами и монголами. Когда в 1911 году грянула буржуазно-демократическая революция, то, естественно, первое, чего ожидали маньчжуры и монголы от захвативших власть китайцев — это массовой резни представителей нетитульных наций, поэтому 1911 год ознаменовался массовым бегством народа из чиновничьего Пекина в Маньчжурию (за год переехало порядка 250 тысяч человек). Те, кто по каким-то причинам не мог уехать, в большинстве своём заранее постарались замаскироваться под китайцев. Так, маньчжур Цюанью превратился в У Фуши, его сын Айшэнь — в У Цзяньцюаня, а обучавшийся у них монгол Улабу Улахань — в У Тунаня.