Прочность союза царя с Римом исследователи связывают с теми симпатиями, которые питали по отношению к Риму сиракузские олигархи. Именно на этот слой общества опирался Гиерон в течение всего своего долгого правления, а демос, как показали события Второй Пунической войны, ориентировался на Карфаген. Однако царь понимал, что чрезмерное усиление Рима для него опасно. Поэтому во время восстания наёмников в Ливии в конце 230-х годов до н. э. он поддержал Карфаген, оказавшийся в критической ситуации; Гиерону хватило дипломатических умений, чтобы избежать кризиса в отношениях с Римом.