В первом куплете Леннон однозначно даёт понять, что не одобряет уничтожение и насилие (русск. «Мы все хотим изменить мир, но когда ты говоришь об уничтожении, разве ты не знаешь, что можешь на меня не рассчитывать?» англ. «We all want to change the world, But when you talk about destruction Don’t you know that you can count me out»). Принадлежа к поколению хиппи, под этими словами музыкант подразумевает такие социальные явления, как Лето любви () и Мир и любовь (), настаивая на том факте, что эти социальные движения политически не действенны. По воспоминаниям Леннона, во время учёбы в колледже, в возрасте девятнадцати лет он «стоял за полное разрушение». Однако с годами взгляды музыканта значительно изменились в сторону необходимости просвещённого авторитаризма. В качестве подтверждения в интервью Леннон приводит многочисленные исторические примеры: «Стремления уничтожить систему существовали всегда. И что же? Так поступили ирландцы, русские и французы — и куда это их привело? Никуда. Это всё та же старая игра. Кто будет руководить разрушением? Кто придёт к власти? Это будут те, кто стоял в первых рядах разрушителей. Они первыми возьмутся за дело, и им же достанется власть. Не знаю, каков ответ, но думаю, всё дело в людях».