В 1941 году ушёл на фронт, получив звание лейтенанта. В 1942 году попал в окружение под Харьковом, получил ранение и тяжелую контузию, очнулся уже в плену, его сочли погибшим и матери пришла похоронка. С четвертой попытки Виктор бежал из плена, несколько дней скрывался от разыскивавших его немцев на болотах, затем «шёл на гул орудий. К фронту. Днём прятался, зато ночью старался пройти как можно больше. Однажды уткнулся в реку. Подумал: „Наверное, Северский Донец“. И вспомнились слова из любимого с детства „Слова о полку Игореве“: „О, Донец, немало тебе величия…“ К своим он вышел через несколько дней. Потом воевал под Великомихайловкой, Ольховаткой — позже названия этих белгородских сёл войдут в его стихотворения». После возвращения к своим как бывший военнопленный был отправлен в штрафбат. «Был комсоргом батальона. Дважды в составе разведгруппы переплывал Дон. В конце войны стал командиром маршевой роты. Несколько раз ранило, была контузия. Попадал в нелёгкие боевые и жизненные переплёты. Так, „особисты“ вспомнили его недолгий плен. Были тщательные и унизительные проверки в фильтрационных лагерях, но солдат Кочетков отстоял свою честь.» После возвращения с войны был реабилитирован, но разжалован в рядовые штабным офицером.