Лемлих стала известна благодаря митингу, состоявшегося у Купер-Юнион 22 ноября 1909 года, чтобы сплотить поддержку бастующих фабричных работниц компаний Triangle Shirtwaist и Leiserson. В течение двух часов ведущие деятели американского рабочего движения и социалистические лидеры Нижнего Ист-Сайда в общих чертах говорили о необходимости солидарности, а президент Американской федерации труда Сэмюель Гомперс привычно призвал к осторожности. Желая реальных действий, а не просто слов, Лемлих взбежала на сцену и произнесла эмоциональную речь на идиш: Толпа восторженно поддержала предложение и проголосовала за всеобщую забастовку, произнеся видоизменённую традиционную еврейскую клятву: «Если я изменю нашему делу, то пусть у меня отсохнет рука, которой я сейчас присягаю». Приблизительно 20 000 из 32 000 занятых в отрасли вышли на забастовку в течение следующих двух дней; это событие станет известно как «Восстание двадцати тысяч». Ведомые Кларой Лемлих девушки-пикетчицы пели еврейские, русские и итальянские песни, противостоя нанятым хозяевами бандитам, штрейкбрехерам и полиции (за месяц задержавшей 732 забастовщиц). Лемлих играла ведущую роль в привлечении прочих рабочих, выступая на митингах, пока не потеряла голос. Вскоре всеобщую забастовку в лёгкой промышленности поддержали 60 тысяч работников других сфер. Забастовка продолжалась до 10 февраля 1910 года, закончившись подписанием коллективных договоров с профсоюзами почти во всех цехах, кроме Triangle Shirtwaist.