Шоукросс выделил ⅔ своей речи непосредственному описанию актов агрессии, полагая важным отразить преднамеренное нарушение Третьим Рейхом территориальной целостности и политической независимости соседних стран. Сконцентрировавшись на нарушении договоров, он рассказал суду о вторжении в Польшу, Норвегию, Данию, Нидерланды, Грецию, Югославию и СССР. Шоукросс заметил, что приглашение от Риббентропа вступить в пакт о ненападении с Германией было знаком того, что Рейх намеревался атаковать — чем ближе было вторжение, тем более многочисленными и «пылкими» были заявления о мирных намерениях. Наказание нацистской дипломатии, «основанной на хитрости, лицемерии и недобросовестности», должно было стать прецедентом для других стран — показав «святость наших обязательств друг перед другом». Кроме того Джексон и Шоукросс в своих речах разошлись в вопросе о степени, в которой они подчеркивали поддержку национал-социализма населением Германии.