Как отметила историк кино Маргарита Ландазури, после выхода на экраны в 1957 году фильм был воспринят как рутинная криминальная мелодрама, однако «пятьдесят лет спустя он получил намного более глубокий отклик». Дейв Кер из «Чикаго Ридер» назвал его «умным фильмом нуар одного из малоизвестных талантов 1950-х годов, Герда Освальда, немецкого режиссёра, который специализировался на странных переходах между трагедией и чёрной комедией». Историк фильма нуар Алан Силвер посчитал картину «довольно типичной для фильмов нуар 1950-х годов в том смысле, что она опирается в большей степени на сценарий и сильную актёрскую игру, чем на экспрессионистский визуальный стиль, характерный для фильмов 1940-х годов», а Спенсер Селби назвал её «клаустрофобическим кошмаром городских пригородов 1950-х годов».