В рескрипте Екатерины II московскому генерал-губернатору М. Н. Волконскому от 27 сентября 1774 года предписывалось доставить Пугачёва и всех его главных сообщников в Москву и возглавить генеральное следствие над главными предводителями восстания. Императрица сообщала, что в помощь в Москву прибудет П. С. Потёмкин, а также обер-секретарь Тайной экспедиции Сената С. И. Шешковский, чей опыт поможет «вывести плутни от корени, дабы не осталось ни в чём сумнения». 5 октября Волконский доложил императрице, что для содержания мятежников определено здание Монетного двора, в котором разместится и сама следственная комиссия. На срочный ремонт изрядно обветшавшего здания было выделено 3 тысячи рублей. Кроме того, Волконский написал о разработанном порядке церемонии доставки Пугачёва по улицам города в подготовленную камеру − как Пётр I провёз после взятия Азова изменника Якоба Янсена. В ответ Екатерина категорически возражала против какого-либо церемониала при доставке мятежников, требуя провести всё «без всякой афектации и не показывая дальное уважение к сему злодею и изменнику». Обеспечить конвоирование Пугачёва в Москву должен был командующий войсками против мятежников граф П. И. Панин. По его распоряжению, в каждом селе при почтовых станциях на пути от Симбирска до Мурома была размещена рота солдат с пушками. То же самое он предложил сделать и в зоне ответственности московского губернатора на пути от Мурома до Москвы.