После начала операции «Барбаросса» немцы были заинтересованы в поддержке войны против Советского Союза со стороны бывших участников Белого движения, среди которых было немало монархистов. Поэтому предпринимались попытки склонить главного претендента на российский престол к сотрудничеству. В начале 1941 года в эмигрантской среде широко обсуждалось «воззвание» Владимира Кирилловича к эмигрантам, в котором тот призывал присоединиться к «крестовому походу против коммунизма-большевизма». Однако Третий рейх запретил распространение этого акта, равно как и любое иное самостоятельное проявление политической воли, под угрозой интернирования автора, а Риббентроп отдельно указал на необходимость усиления наблюдения за великокняжеской семьёй. Многие лица из окружения великого князя были впоследствии заключены в концлагеря. Историк и директор канцелярии Марии Владимировны Александр Закатов, историк Станислав Думин и поверенный в делах Российского императорского дома, адвокат Г.Ю. Лукьянов придерживаются мнения, что данное обращение не содержит ничего, кроме факта констатации начала войны и призыва использовать этот момент для освобождения России от большевизма. Также они отмечают, что подобные призывы Владимир Кириллович делал всегда, в том числе в период откровенно тёплых отношений между руководством СССР и Германии.