Скотт выбрал Эванса в качестве одного из пяти членов п"олюсной партии", которая должна была дойти непосредственно до самого полюса. 17 января 1912 года, через 11 недель после выхода из базового лагеря, цель была достигнута, но на 34 дня позже группы Руаля Амундсена. Обратное возвращение, как и предполагал Скотт, превратилось в отчаянную борьбу. Ещё на пути к полюсу Эванс сильно порезал руку, рана не заживала, а на обратном пути она загноилась. Эдгар Эванс страдал от обморожения щёк, носа и пальцев, снежной слепоты и крайнего физического изнеможения, которое давало о себе знать ещё на подходе к полюсу. Один из участников экспедиции, геолог сэр Реймонд Пристли, полагал, что «"с психологической точки зрения, пребывание среди четырёх офицеров оказалось тяжелым бременем для бедного Эванса. Духовно он находился в одиночестве и, естественно, сломился первым"». 4 февраля Эванс вместе со Скоттом провалились в трещину, и, как позже предположил врач экспедиции Эдвард Уилсон, Эванс сильно ударился головой и получил сотрясение мозга. Несколько часов спустя Скотт записал в дневнике «"Эванс как-то тупеет и становится ни к чему неспособным"». С 4 по 17 февраля дневниковые записи Скота содержат сведения о ежедневном ухудшении самочувствия Эванса. У подножия ледника Бирдмора, 17 февраля, Эванс два раза терял лыжи, сильно задерживая спутников. Далее Скотт пишет следующее: