В ответ Никитченко обратил внимание, что в Московской и Крымской декларациях уже говорилось, что нацистская партия и иные учреждения будут уничтожены после окончания войны; все они уже были фактически расформированы оккупационными силами. Французские и советские представители были полностью согласны с Джексоном, что нацистские организации являлись «преступными группами», однако они сомневались в законности судебного решения, объявляющего их формально таковыми. Юристов беспокоило, что речь шла о «вине по ассоциации», в рамках которой человек объявлялся преступником за сам факт членства в структуре — а не за свои конкретные действия. Джексон, посетивший 7 июля штаб-квартиру OSS в Висбаден, дал понять, что он уже обдумал гарантии против такого подхода: прежде всего, он счёл необходимым доказывать добровольность членства и знание преступных целей всей организации. Никитченко и его коллеги не были до конца убеждены.