Проиграв битву при Буркерсдорфе, Даун отступил со своей армией за Совьи горы (нем. "Eulengebirge", польск. "Góry Sowie", чешский: "Soví hory" в Средних Судетах), где он не имел и не мог иметь сообщения с осаждаемым пруссаками Швейдницем. Фридрих рассчитывал на то, что австрийцы сделают попытку прорвать блокаду: независимо от реальных шансов на успех, Даун должен пойти на это, хотя бы для того, чтобы показать своим критикам, что он сделал всё, что мог (далеко не все в Вене восхищались полководческими талантами «австрийского Фабия Кунктатора»). Ожидая австрийцев, Фридрих, которого накануне покинул русский корпус генерала Чернышёва, усилил своё войско 8 тысячным корпусом герцога Бевернского, присоединившимся к его армии у Пайлау (нем. "Peilau", он же Гнаденфрай (нем. "Gnadenfrei") ныне Пилава Гурна (польск."Piława Górna")в Польше). Все силы, которые можно было отвлечь с осады, Фридрих расположил клином, остриё которого упиралась в Райхенбах. На левом фланге, между Пайлау и горой Фишерберг (нем. "Fischerberg", польск. "Rybia Góra") стоял герцог Бевернский, на правом фланге, у Петерсвальдау (нем. "Peterswaldau", ныне Пешыце (польск. "Pieszyce")находился генерал Мёлендорф с 10 батальонами. Генерал Вернер с 30 эскадронами кавалерии, занимавший позицию к югу от Петерсвальдау, поддерживал сообщение между флангами, и, наконец, Цитен с 43 эскадронами охранял горные проходы в тылу, на случай попытки обхода. Сам король имел свою ставку на правом фланге.