Примерно такого же мнения придерживается и Хоган, отметивший, что фильм «приятно смотрится благодаря изобретательности режиссёра Таттла и художественному мастерству оператора Страсса, гиганта индустрии, который в своё время получил „Оскар“ за фильм „Восход солнца“ (1927). Таттл и Страсс придали „Саспенсу“ вид крупнобюджетной картины с помощью умного и смелого использования таких визуальных приёмов, как наплывы, принудительная перспектива, комбинированные съёмки и рисованные круговые панорамы. Для создания образа ледового дворца использованы съёмки фасада великолепного дворца „Пан-Пасифик Аудиториум“ в стиле обтекаемого модернизма. В сцене убийства в горах, которая предположительно происходит в Высокой Сьерре, сочетаются обратная проекция, миниатюрные макеты и красиво проработанный вид соснового леса и озера. Во время танцев на льду, которые поставил Ник Касл, блестящий лёд даёт богатство блестящих отражений фигуристов. Камера парит и ныряет, панорамирует и следует за движением. В наиболее динамичные моменты фигуристы оказываются прямо у самых объективов камеры». Хоган обращает внимание на «ещё один захватывающий элемент художественного решения» — специально разработанный аттракцион «Челюсть смерти — сияющий обруч с ножами по окружности, сквозь который прыгает Роберта. Когда Джо обдумывает убийство, Челюсть смерти окружает его повсюду — на льду, снаружи офиса и на стене за металлической лестницей. В реалистичном плане вездесущность Челюсти абсурдна, но как метафора нарастающего безумия Джо она великолепна».