Уже 18 октября Троцкий стал одним из руководителей демонстрации, организованной Советом. Ночь на 18 октября революционер провел в квартире военного врача Литкенса, от которого и узнал о Манифесте: мнение Троцкого в тот момент заключалось в том, что «это чудо совершила всеобщая стачка» и что «дураки испугались». Однако «эйфория сменилась тревогой», в тот момент когда Троцкий узнал, что ночью войска обстреляли Технологический институт, а жандармский патруль разогнал небольшое собрание на Забалканском проспекте. Тогда Троцкий направился в Совет, где уже было принято принципиальное решение о демонстрации: при этом, «наиболее рьяные» организаторы требовали, чтобы шествие направлялось к тюрьме Кресты — с целью освобождения политических заключенных (идея, навеянная штурмом Бастилии во время Великой французской революции, сопоставление с которой постоянно занималась революционная пресса того времени). Исполком, однако, колебался, опасаясь кровопролития. В итоге, демонстрация, во главе которой шли меньшевик Хрусталев-Носарь, большевик Кнунянц и социал-демократ Троцкий, состоялась, но лидеры увели демонстрантов подальше как от тюрьмы, так и от Дома предварительного заключения — опасаясь засады.