В 1977 году с подачи экс-пилота Формулы-1 Криса Эймона, работавшего на тот момент тестером в новорожденной команде Уолтера Вольфа, Вильнёв попал в мир Больших призов. Также во многом этому поспособствовал чемпион мира и первый пилот McLaren Джеймс Хант, который проникся талантом Жиля во время своего участия в показательных выступлениях в Канаде. По приезде в Европу, Хант порекомендовал начальнику своей команды Тедди Майеру взять канадца. McLaren согласился предоставить Вильнёву свою прошлогоднюю модель М23. Вильнёв дебютировал в 1977 году на Гран-при Великобритании за McLaren. Канадца посадили в болид со старым шасси M23 третьим пилотом. Это стало возможным потому, что Джеймс Хант и Йохен Масс участвовали на болидах с усовершенствованным шасси M26. Вильнёв квалифицировался девятым и вполне мог завоевать очки в первом же своем Гран-при: помешал испорченный термометр, который показывал, будто движок перегревается, и он был вынужден пропустить много времени в боксах из-за неисправного датчика температуры, чтобы проверить наличие повреждения системы охлаждения. Этот вынужденный заезд в боксы помешал Вильнёву финишировать выше седьмого места. В итоге Вильнёв финишировал одиннадцатым. После уик-энда Вильнёв был награждён призом "Driver of the day" за свой агрессивный и цепкий гоночный характер, не характерный для новичка. Несмотря на столь многообещающий дебют, шеф McLaren Тедди Майер был связан обязательствами перед своими пилотами Йохеном Массом и Джеймсом Хантом и не смог предложить ничего стоящего. А спустя всего два дня гонщику позвонили из Маранелло. К тому времени двукратный чемпион мира Ники Лауда вконец разругался с руководством Ferrari, и Жилю предложили заменить австрийца в двух финальных Гран-при сезона — Канаде и Японии.