После разгрома повстанцев при Фалере, разлад на Акрополе усугубился. Криезьотис был готов отпустить Фавье и остаться с малыми силами, чтобы продолжить оборону. Но Акрополь оставался единственной свободной греческой территорией в Средней Греции, а европейская, и прежде всего британская, дипломатия, следуя политике незыблемости Османской империи, пыталась свернуть Греческую революцию, допустив создание полуавтономного государства, ограниченного одним только Пелопоннесом. При настойчивом посредничестве капитана австрийского военного корабля и под гарантии и настоянию французского адмирала де Риньи, весь гарнизон оставил Акрополь. Шотландский филэллин Гордон написал в своей «Истории Греческой революции», что «если бы на Акрополе были бы только греки, то, вероятно, они смогли бы продержаться до Наваринского сражения».