Рецензия на фильм: Терминатор 2 Судный день (1991)
Судный День

Многие рецензенты в фильме «Терминатор 2. Судный День» усматривают некий библейский подтекст, но ошибочно трактуют его следующим образом: Т-1000 это есть дьявол, а Т-800 это символ христианской жертвы. Это весьма поверхностный взгляд, хотя свойство дьявола подстраиваться под действительность и правда может иметь аналогию в этом контексте. Но суть не в этом. Библейский подтекст на самом существует, но заключается он совершенно в другом. 

Суть вот в чём: машинная логика не одухотворенная человеком есть смерть. Попытка создать программу способную обезопасить человечество обречена прийти к логическому выводу — необходимости уничтожения главной угрозы — самого человека, так как самоуничтожение заложено самой человеческой природе. Это короткое замыкание способна разорвать только вера, ибо только в этом высшем человеческом свойстве есть спасение.

В этом смысле, Терминатор — притча, исчерпывающая отношения человека и машины. Все последующие попытки развивать это повествование обречены на провал — «Судный День» — это самодостаточная картина, где само повествование это всего лишь образный язык, отвечающий на четко поставленные вопросы. Какие-либо дополнения в виде 3, 4 и так далее частей, сериалов, обречены рассыпаться на части, рассыпаться в прах, так как не имеют в себе никакого духовного стержня. К этой притче не нужно придумывать дополнений. Это цельный законченный образ и не надо вносить путаницу в виде никому не нужных деталей.
______________________

Судный День происходит в каждое мгновение жизни человека. Слова «судьба» означает «Суд Божий» — то есть каждое мгновение жизни человек выбирает свою участь в предстоящий ему Судный День. Ключевая фраза фильма «no fate» — те слова, что Сара вырезает ножом на деревянном столе, означают именно это — «нет судьбы, кроме той, что мы творим своими руками». Смысловой центр фильма — это выбор человеком своего будущего.

Если отмерить золотое сечение на таймере фильма — мы получим центральный эпизод — Сара целится в голову программиста, автора убийственной программы. Это кульминация. Судный день — не во взрыве атомной бомбы, это лишь следствие, главный Судный день именно в этом мгновении. Сара здесь символизирует человечество как таковое — она стоит вопросом — человек, ты действительно выше робота или нет. Имеешь ли ты сострадание, или действуешь исключительно логически? Ты сам способен простить, или ты ничем не лучше киборга? Вся предыдущая часть фильма — это подготовка к этому вопросу. А вся последующая — это результат ответа на этот вопрос.

Чтобы сделать Сару максимально символичной, режиссер вкладывает в её образ — на одну сторону весов — ясное осознание ужасающей сущности ядерной войны и последующей гибели человечества, а на другую — самое дорогое, что может быть — любовь к своему ребенку. Сара делает выбор исходя из самой себя, на нее никто не оказывает никакого влияния.

Именно в этом весь пафос Терминатора. Это фильм о победе любви над логикой. Этим выбором сказано всё. Эта та точка, вокруг которой вертится весь сценарий.

Машина имеет смысл существования, только в непосредственной связи с творцом-человеком. Человек в фильме — маленький мальчик (хотя может не такой уж и маленький) — потому что именно он, еще не испорченный логикой ребенок, чувствует простые истины. Терминатор спрашивает — «почему нельзя убивать людей?» — «потому что нельзя и всё. Просто верь мне». И это действительно фундаментальная недоказуемая аксиома. Это действительно вопрос веры, а не логики.

Художественный язык фильма выпуклый до такой степени, что понятен любому. Вся эта картина — это образ машины. Музыка металлических ударов, предельно ясные брутальные символы, однозначная характеристика персонажей, четкая ритмика экшен-сцен, максимально сжатые диалоги, тщательно вычищенный от посторонних деталей антураж — вобщем, красота!

Есть заметные метафоры — раздавливание роботом игрушки, Т-1000 на фоне металлического манекена, ночная дорога как образ времени, то, что будущий защитник человечества играет в компьютерную игру, суть которой предотвращение ядерной бомбежки мирного населения и т. д.

Есть метафоры не очень заметные — например, Сара находится не просто в психиатрической лечебнице. Она находится в тюрьме собственных страхов. В самом начале пылающий в огне Терминатор внезапно закрывается решеткой радиатора грузовика, камера отлетает немного назад и грузовик уезжает в ночь — речь идет о том, что этот пылающий Терминатор, есть сердцевина, внутренняя сущность любой машины. У Кэмерона есть характерный авторский приём — в первой части, в самом начале подъемник поднимает железный груз, чтобы в конце фильма такой же груз опустился и раздавил робота. Точно также и во второй части грузовик уезжает в ночь, чтобы в конце приехать на металлургическое производство.

Для создания ощущения цельности композиции фильма используется реприза — вступительные титры на фоне робота в огне ядерной войны соответствуют финалу с киборгом, сгорающим в раскалённом металле — и здесь начала сходятся с концами.

Герои приезжают в пустыню — в змеиную пасть. Сара говорит — «ночью мы пересечем границу» — впоследствии становится понятным, что этой границей является не Мексика, а граница между прошлым и будущим. Смерть машинам готовится на кладбище машинной техники. 

Предельно жидкая женственность сильнее негнущейся мужественности — это еще и об этом. Тут опять же, каждый эпизод можно разбирать отдельно, здесь нет случайных деталей.
___________________

Что в итоге хочется сказать. Хочется еще раз сказать, что этот фильм бессмысленно дополнять. Бессмысленно снимать новые части еще и потому, что Терминатор — детище своего времени. Он возник в тот момент, когда на планете были максимальные запасы ядерного оружия, когда компьютер только вошел в жизнь людей, в Америке — фильм был снят в самом эпицентре развития этих технологий. Кэмерон отвечал на животрепещущие вопросы своей эпохи, когда они были наиболее актуальны.

А наше (не менее интересное) время — это уже совсем другая история.
Общая оценка: Neutral