Рецензия на фильм: Пролетая над гнездом кукушки (1975)
One flew east, one flew west, one flew over the cuckoo`s nest

Примерно так же обстоят дела с романом «Над кукушкиным гнездом» и его экранизацией: книга — налево, фильм — направо; из общего у них, пожалуй, только название да имена действующих лиц. 

Меня всегда поражала способность некоторых видеть то, чего нет. Удивительным образом в фильме Милоша Формана обнаружились бездна смысла и тонкость повествования; с завидным упорством «Пролетая над гнездом кукушки» называется одним из лучших фильмов в истории: еще бы, пронзительная история о свободе, борьбе и тоталитарном обществе. Вся фишка в том, что это действительно так, но только в романе Кена Кизи; в фильме же ничего подобного нет и в помине. И либо экранизация настолько прочно ассоциируется с первоисточником, что они воспринимаются как единое целое и все достоинства книги автоматически переносятся на фильм, либо просто как-то неприлично сказать, что работа у Формана вышла на троечку и все разговоры о ее величии сильно преувеличены. 

Сам Кизи после выхода фильма подал в суд на продюсеров за искажение его книги. Здесь нельзя не согласиться с автором романа: Форман выворотил книгу наизнанку, взяв оттуда несколько сцен и героев; остальное — плод его не слишком умелой интерпретации. «Над кукушкиным гнездом» — рассказ о маленьких и в то же время таких больших трагедиях людей, которых общество отказалось принимать, навесив на них ярлык «сумасшедших», вынудив их тем самым отправиться на добровольное лечение в клинику. Тех, у кого было свое мнение, свои взгляды и мечты безжалостно истреблял (не в прямом, конечно, смысле слова) «комбинат». Одним из таких людей стал вождь Бромден — человек, которого в силу его индейских кровей считали никчемным, бесполезным и неинтересным; для всех он был немым — его не слушали, когда он говорил, и он вообще замолчал. От того и более тяжелое впечатление оставляет роман: из большого человека сделали букашку, и при всем своем желании помочь таким же, как и он сам, вождь бессильно принимает происходящее. А теперь вопрос: куда же это вождь Бромден запропастился у Формана? Куда он его так спрятал? А, да вот же он, весь фильм маячит где-то позади МакМерфи, а потом ни с того ни с сего, как черт из табакерки попадает на первый план. Кстати, столь же скупо своим режиссерским вниманием Форман одарил и других больных: зачем они вообще нужны, когда есть МакМерфи в исполнении неподражаемого Джека Николсона? В силу того, что об истории вождя Форман не сказал ни слова, теряет всякий смысл фраза Бромдена: «Теперь я снова большой», а вместе с ней пропадает и удивительная история того, как один человек может помочь другому вновь обрести себя, только лишь дав ему немного уверенности в себе и своих силах.

Однако даже образ МакМерфи, на которого и делалась вся ставка, не идеален. МакМерфи Кизи — это один из последних сопротивляющихся комбинату; у него, конечно, своеобразные представления о морали и приличиях, однако малый он добрый и справедливый. МакМерфи Формана сохранил хамоватые повадки и ушлую натуру своего книжного предшественника. Здесь необходимо снять шляпу перед талантищем Николсона — его игра бесподобна: мышцы его лица словно жили своей собственной жизнью, с филигранной точностью отображав любою эмоцию, а по выражению глаз и без слов можно было понять, о чем думал Р. П. В Николсоне есть какая-то чертовщинка (в списке актеров, которым можно доверить сыграть дьявола, Николсон на неоспоримом первом месте, не в обиду Аль Пачино будет сказано), и в роли этакого искусителя, кем он и являлся для остальных больных, он смотрелся великолепно. Но если у кино-МакМерфи столько достоинств, то почему же он не идеален? 

Потому что МакМерфи, как герой и освободитель, неотделим от «комбината» — угнетателя и поработителя. Но его-то как раз и след простыл. Вместо издевающихся над всеми санитаров — добродушно настроенные, в меру внимательные ребята, вместо зверствующей старшей сестры — усталая одинокая женщина, которую, право слово, пожалеть хочется. Вот это, наверное, самое непонятное в картине Формана: зачем необходимо было искажать идею «комбината»? Да на ней построен весь роман, борьба с этим чудовищем — основная идея Кизи. А без него МакМерфи выглядит самодуром, решившим нахаляву поразвлечься за государственный счет, благо компания подвернулась лучше не придумаешь — самые натуральные психи, с которыми можно весело проводить время, обыгрывая их в карты и доводя вместе с ними весь медперсонал. Форман вырвал из контекста отдельные эпизоды и связал их вместе: те, кто читал книгу, и так поймут в чем дело, а остальным можно просто сказать, что фильм о свободе, правде, справедливости — пусть сами их ищут в фильме, авось чего-нибудь найдут. И, как выясняется, кто-то действительно находит.

Экранизация книги — вещь непростая, так как всем все равно не угодишь: ни читателям, ни зрителям, ни автору книги. Однако если сам автор не признает фильм как экранизацию своего произведения, то мне по меньшей мере непонятно, откуда берется столько восхищений и уж тем более фраз о том, что экранизация достойна романа. 

7 из 10
Общая оценка: Neutral