Рецензия на фильм: Вечное сияние чистого разума (2004)
От меня совсем ушла ты и в печали страшной я… (с)

Дрожащая словно при любительской съемке камера высвечивает лицо. Приглушенный голос Джоэля сообщает своему дневнику подробности его тусклой серой жизни. Будничные детали вроде помятого крыла, флирта, девушки, сидящей напротив. Я смотрю на этого человека и понимаю — даже в откровениях верному другу, у которого нет собственного мнения (что делает его еще более ценным) — своей заветной тетради, он такой же неприметный, бесстрастный и скучный. Как записи патологоанатома, только не о смерти, а о жизни. И вдруг его глаза — беззащитные как у олененка, по-детски настороженные и в то же время до слез доверчивые. Его глаза…

А потом кадры начинают обволакивать мозг как тертая рисовая каша. Хочется встряхнуть, ободрить, вырвать из этой тусклости, из рамок удобного ограниченного мира. Закричать: «Что же ты делаешь? Зачем? Прости, вернись, пойми!» Словно я Клементина. И у меня не отняли память. Но он меня не услышит. Ведь так легко забыть любовь.

Ах да, легко ли, Джоэль?

В твоем дневнике мрак и отчаяние, одиночество, пустота, которую нужно заполнить. Почему бы не пустить туда настоящую любовь? И вот словно по мановению волшебной палочки на берегу появляется Она, красивая и всемогущая королева Клем! Девушка, которая, по ее собственным словам, ищет умиротворения. И я ей верю, ибо сама она — вся огонь, полыхание, как жар-птица. Вспыльчивая, несдержанная, порывистая, эмоциональная, Клементина — полная противоположность Джоэля. И он как будто боится ее — буйной психопатки, неврастенички, которая кидается то к одному, то к другому сумасшествию с энтузиазмом.

И все-таки в их отношениях было то, что можно назвать идеальным — все компоненты, в нужных пропорциях, наполняющие чашу. Нежность Джоэля, когда в каждом кадре, где они вместе, я чувствую — касаться ее кожи, гладить ее волосы немыслимых цветов, холить, лелеять, заботиться о ней — это его жизнь. И сердце замирает от этой нежности в глазах. Страсть Клем, ее необузданность, яркость, незаурядность и разнообразие. С ней не соскучишься. Это Джоэль абсолютно лишен такого качества как импульсивность. О, я бы многое могла написать про серых и скучных зануд, которые не могут хоть раз в жизни поддаться порыву. Может, потому что я вспыльчива. Как Клементина.

-А вдруг лед треснет?

-Ну и что? Тебе сейчас не все равно?

Даже их шаги на реке. Ее неуклюжесть, торопливость. Его осторожность и опасливость. Воплощение их характеров.

Как такие разные люди могли цепляться за любовь с поразительной настойчивостью? Что им было терять кроме воспоминаний? Все ненужное — сжигать, уничтожать, как мусор. Но любовь — что это? Вечность или память? Невозможно отречься от нее, ведь чудо-машина уничтожает то, что помнит мозг, а до человеческой души назойливым ученым не добраться.

Глупцы! Рвать так жестоко и беспощадно листья, причинять боль и страдания! А ведь корень скрыт в сердце, ему не нанести вреда. И всегда можно все построить заново. И растение любви зазеленеет, если целы корни. Если были корни…

Счастье получит лишь тот, кто осмелиться любить; не будет, зажмурив глаза, боязливо пробовать, холодная ли вода, а нырнет с разбега в океан чувств. Потому что любовь никогда не придет к трусу, который просчитывает процентное соотношение шансов на победу и на поражение. За то время, что он считает, я десять раз могу развернуться и уйти навсегда.

Вот и Джоэль вслед за горячей Клем пошел на эксперимент. Компьютер стер всю горечь и осталось лишь ничем не прикрытое осознание ценности того, от чего он так легко отказался. Любовь и Вечное сияние чистого разума. А разум-то тут при чем? Ах да, для тех кто отрекся от сердца… А мы разве отрекались? Не помню. Осталось лишь одно, главное воспоминание: «Постой, остановись! Не знаю почему, но так надо. Ведь без тебя… все теряет смысл». Вернешься ли ты ко мне, моя любовь? Вспомни, что мы всегда были вместе.
Общая оценка: Good