Рецензия на фильм: Однажды в Америке (1983)
Серджио Леоне — «Однажды в Америке»

… просто, потому, что Америка — не земля обетованная. По крайней мере для Серджио Леоне, и он снимает потрясающий «нуар», вскрывающий криминальную жизнь и передающий щемящее чувство отчаяния. Серджио Леоне ведет суровый и щемяще грустный мужской разговор в своем абсолютном шедевре.

Что такое искусство? Кто такая Джоконда? Женщина легкого поведения от изображения которой невозможно оторваться. Это мистика. Джоконда — ветреная женщина в католической суровой стране. Все твердят: «Америка! Америка! Страна новых возможностей! Второй шанс! Земля обетованная! Священная Америка!» И во всем мире Америка лидер, американцев и американское обожают и тут … Лапша, банальный мелкий преступник. Святотатство в стране равных возможностей быть … Лапшой, но Лапша им является — ворует часы у подвыпивших ковбоев. Откуда он такой взялся? Из того умного соображения, что Америка — не земля обетованная. Лапша поразительно рано стал умным. Об отце Лапша говорит, что он «все время молится» и, думаю, представляет собой какое-нибудь забитое, робкое, всего боящееся и прозябающее в нищете существо. Что будет делать мальчишка в таком случае? Воевать. Второй герой фильма Макс, его отец скончался в сумасшедшем доме. Судьбы их пересекаются, когда они обирают разбогатевшего ковбоя. Здравый смысл подсказывает не смотреть фильм дальше, ибо нет смысла связываться с этими ребятами-аутсайдерами без отцов, без матерей, без воспитания, связей, перспектив, однако смотришь его как завороженный.

Лапша гангстер, для Макса это не нормально. Для Макса нормально быть джентльменом, человеком высшего общества — этой мании посвящена его жизнь. Гангстеризм для него временное состояние, первоначальное накопление капитала для самореализации в политике. Лапша — любит своих друзей гангстеров, любит вплоть до самопожертвования, Макс, скорее всего, презирает их. У него с ними временный контракт, его отношения с ними договорные, это только бизнес. Только они об этом не знают, но Максу на это плевать. Лапша — романтический разбойник, Макс — деловой человек, уготовивший для Лапши смерть в мусоросборочной машине. Лапша — мусор для Макса, мы же за время фильма полюбили его и пожимаем плечами: «Как так?.. Почему мусор?.. почему Лапша так несчастен?» Нам жаль Лапшу, а Макс, должно быть, презирает нас. Не Лапша жертва Макса, мы, полюбившие Лапшу за самопожертвование, да и просто полюбившие его, мы — жертва Макса. Лапша понравился мне как мальчик, понравился как мужчина, понравился как старик и я с любовью соучаствую в его судьбе и вдруг узнаю, что мне место в мусоросборочной машине. Мы вот так и расходимся из кинотеатра как мусор, выбирающийся из урны. Что это, черт побери, такие за максы, власть имущие выскочки? Я сидел в зале, собирал по кусочку свои чувства и складывались они в любовь к Лапше и тут взгляд Макса, такой, словно тебя взяли за шиворот и посадили в мусорный контейнер. Толстяк Мо говорит Лапше: «я все поставил на тебя». И я. «И проиграл бы» отвечает сам Лапша. Так все проигрывают после просмотра фильма, все, кто расчувствовался и тут Макс, презирающий нас. «Все-таки ты сумасшедший» говорит Лапша Максу. Это говорит неудачник Лапша эгоистичному карьеристу Максу, позже ставшему политическим боссом. Слушай, Макс, поверь, ты — сумасшедший.

Образ Макса невероятно сложен. Это очень брутальный образ. Максу тесно и мучительно в гангстерах и не по моральным соображениям, а по соображениям престижа — Максу нужно быть благородным, а он не благороден. У Лапши хватает самоиронии, смирения справляться с этим. Макс, феноменально напрягая интеллект, карабкается наверх, не понимая, что наверху такие же максы и он уподобляется тем, из-за кого страдает. За это-то я и не люблю его и больше люблю Лапшу; Лапша — выше гордыни и поэтому он своего рода преображенный, новый человек, которому не чужды любовь, самоирония, терпение — качества, делающие гангстера Лапшу выше многих политиков. Скажут, что я ничего не понял. Скажут, что Макс — гений (гений у древних — основатель своего рода). Макс — «выбился в люди» в отличие от Лапши, которого Дебора называет тараканом и который на всю жизнь остается ну … не отцом благородного семейства. Поэтому и вы все сумасшедшие. Все мы временно в этом мире, все мы тараканы, вроде Лапши и Макс в конце концов такой же таракан — неудачливый выскочка, только без сердца, без влюбленности, без самоиронии. Он бесчеловечный таракан, правда, завоевавший сердце такого ангела как Дебора. Америка и не дает иных шансов, кроме шансов Лапши. Все там уже давно «закрыто», все распределено, сложилась своя аристократия и очень трудно стать более чем … богатым тараканом, каким бы и являлся Лапша, если бы его не обманул Макс.

Конечно, всегда и везде можно прожить жизнь святого, можно стать интеллигентом, но, интересно, привлекло бы это сердце Деборы, стала бы она жить со святым? Я сильно сомневаюсь, а вот с Лапшой могла бы. Это лучше чем изображать перед сыном святое семейство вместе с Максом, все зная о Максе.

Что такое ренессансное искусство? Это искусство, сделавшее огромные шаги в сравнении с готическим искусством — шаги в сторону «здесь и сейчас», шаги в сторону вопросов, конкретно поставленных, конкретных обстоятельств, конкретных героев. В этом искусстве есть что-то от журналистики в хорошем смысле слова, что-то от документального кино. И Серджио Леоне создает почти документальный (потрясающий по правдивости) шедевр о Деборе, о Лапше, о Максе. Просто потому, что Америка не земля обетованная Серджио Леоне создает шедевр реалистического искусства, почти документальную сцену из американской жизни, сцену о том, что он хорошо знает — о бедных эмигрантских кварталах, вскрывая язвы Америки в конкретных обстоятельствах и о конкретных героях, живущих «здесь и сейчас» такими, какими они есть, умея магически заинтересовать нас всем этим и прожить жизнь вместе с Деборой, Лапшой, Максом.
Общая оценка: Good