Рецензия на фильм: Собачье сердце (1988)
Самый удачный немедицинский опыт кудесника Бортко

Замечательному рецензенту SuRRenderu, без пяти минут профессионалу
посвящается

От Севильи до Гренады в тихом сумраке ночей…

Блистательный профессор Преображенский, в исполнении Евгения Евстигнеева, проживает в шикарном особняке в Обуховском переулке, — это довольно респектабельный, талантливый, умудренный жизненным опытом и со всех сторон гармоничный человек. По утрам он с упоением фанатичного хирурга режет кроликов, а вечером, вооружившись презентабельной тростью, облаченный в шубу а-ля Шаляпина, вразвалку идет слушать «Аиду».

И бедное несчастное СУЩЕСТВО, как назвал его сам Булгаков, ростом с маленького карлика, которое научилось складывать буквы в слова, но от того не стало человеком. Обладатель самого паршивого человеческого сердца убийцы и алкоголика Клима Чугункина, гумункулус, стоящий только на первой ступени человеческого развития.

Скажите, что между этими двумя героями может быть общего?

К великому моему сожалению и к убийственному сумасшествию профессора, который чуть не натворил своим экспериментом неописуемых бед, но между ними целая повесть. Повесть великого мирового классика, на протяжении которой со страшным звоном бьется дорогая посуда, по квартире бегает маленькое коротконогое создание с претензией на человека, а упомянутый выше Преображенский систематически бьется головой о стену от осознания своей неправоты. 

И мое сожаление и внутренний страх — это всего лишь философские рассуждения на тему богатых и бедных. А богатых я люблю, потому отчасти все объясняется очень простыми истинами.

Если богатый — значит умный и талантливый с претензией на трудоголика.

А нищета меня всегда приводит в ужас и транс: в ней живут ленивые люди, убогие и душой и телом.

И не верьте никогда тому, что гений должен быть голодным, нищим и больным! Все это выдумали неудачники-завистники, которым колет глаза чей-то успех.

Сам Булгаков считал что богатство, особенно перешедшее по наследству от родителей, это практика доброты.

Здесь будет уместна цитата классика из ненапечатанной им главы: «Мне нравятся богатые люди. Пишу это в здравом уме и твердой памяти. Смело пишу. Где-то даже дерзко пишу. И все же готов повторить опять и опять: да, мне нравятся богатые. Они спокойно могут сидеть в консерватории и не ерзать на стуле по той причине, что им никак четвертак не отдают! Гори он огнем, этот четвертак!» 

Поскольку сюжетные коллизии мы слегка разобрали, приступим к моменту экранизации.

Я с большим обожанием отношусь к Булгакову. И поэтому очень ревностно и близко к сердцу воспринимаю многие режиссерские выпады в его сторону. Многие, но только не выпады Владимира Бортко.

Потому что в честном поединке сошлись два драматурга Булгаков и Бортко, и это тот редкостный момент, когда я опешила: а что лучше книга или фильм?!

А если фанаты творчества великого киевлянина задаются таким вопросом, это может означать только одно: Бортко беспрецедентная умница и он давно перешел с Булгаковым на «ты»!

Их честный поединок, который состоялся в 1988 году, я бы оценила со счетом 1:1 — оба джентльмена оказались не лишь бы какими классиками!

Конечно, Владимир Бортко изумительный хитрец, потому что весь актерский состав, задействованный в фильме, не мог не произвести должного фурора и не влюбить в себя потенциального зрителя.

Евгений Евстигнеев навсегда останется у меня в памяти в образе ироничного и вальяжного интеллигента, сидящим нога за ногу в шелковом халате и бесстыдно высмеивающим красный террор. Он актер с большой буквы и никто лучше него не передал атмосферу хаоса тех лет, когда сущие «собаки» уселись за один стол с господами.

И когда он с неприкрытой ненавистью стучал костяшками пальцев по столу о том, что разруха в головах, а не в клозетах и что невозможно одновременно подметать трамвайные пути и устраивать судьбы каких-то заморских голодранцев…

У меня от силы его актерской игры в тот момент аж мурашки пошли по телу, и равно как еще не оперированному псу мне вдруг подумалось: «Первоклассный деляга! Ни дать, не взять первоклассный!»

Доктор Борменталь тоже вышел весьма натурально. Борис Плотников воплотил на экране образ эдакого перепуганного и вечно сомневающегося интеллигента, который вроде бы «и вашим и нашим», однако горой стоит за повидавшего виды профессора, что делает ему честь. Весьма странный персонаж на мой взгляд: защитить обессилевшего профессора от направленного дула револьвера ему значительно безопаснее, чем познакомиться с хрупкой девушкой, единственная радость которой «синематограф». Здесь он робок, как исключительный трус, здесь хвост его поджат. И, в общем, за него это с невиданным бахвальством сделал его подопечный еще недавешний пес.

Шариков Полиграф Полиграфович собственной персоной — нелепый галстук, брюки на три размера больше и постоянные вши… Искрометная игра Владимира Толоконникова, изумительно правдоподобный пес, ставший на две ноги. И хотя это единственная его колоритная роль в кинематографе — лучше редко, но метко! Исполосованный скальпелем пес, который к концу фильма вовсю будет размахивать револьвером — это именно его заслуга и низкий поклон артисту от всех благодарных зрителей за эту роль!

Так же не остались в стороне трогательная Зина (Ольга Мелихова) в накрахмаленном чепчике прислуги и эпатажно громогласная Нина Русланова — Дарья Петровна из первоисточника. И ее знаменитая фраза при стихийном наводнении профессорской квартиры: «Да куда ж ты гребешь, дурак?! Ой дурак!!…» — мои знакомые используют ее в качестве междометья.

Да и вообще весь фильм давно растащили на цитаты, чему я искренне рада, потому что пока у нас на устах «гуляет» Булгаков, пусть даже жаргонный и блатной, мы как нация самобытны и живы, и почва у нас под ногами довольно крепкая.
Общая оценка: Neutral