Рецензия на фильм: Хатико Самый верный друг (2009)
Про собак и людей

«Хатико» — фильм, который буквально взорвал русскоязычный сегмент кинолюбителей. Феномен «Хатико» можно сравнить по воздействию с эстонской картиной «Класс», гремевшей на файло-обменниках примерно в то же время два года назад. И если в 2007-м всех сразила наповал подростковая жестокость в благополучной школе благополучной страны, то в кризисном, во всех смыслах, 2009-м мир удивился совсем иным вещам. Зритель массово умилился образцу преданности собаки своему хозяину и рыдал, не стыдясь своих слез.

На момент написания этих строк фильм занимал 5-е место в списке лучших фильмов всех времен и народов по версии пользователей крупнейшего киносайта Рунета (обойдя такие хиты, как «Бойцовский клуб», «Криминально чтиво» и «Список Шиндлера»), а средний балл превысил психологическую отметку в 9 пунктов. Во время просмотра на нем рыдают все: от детей и подростков до вполне взрослых дядь и теть. Временами это напоминает массовое помешательство, но пока внятных объяснений подобному нету. 

«Хатико: Самый верный друг» основан на реальной истории, произошедшей в Японии в 20-х годах прошлого столетия. Верный пес после внезапной смерти хозяина девять лет день в день в одно и то же время приходил на вокзальную станцию встречать своего друга с работы. После смерти животному был установлен памятник на том месте, где он коротал время в ожидании того, кто прийти уже не мог. В свою очередь фильм является ремейком японской ленты 1987 года «История Хатико», которая так и не стала известной миру, ограничившись прокатом в самой Стране восходящего солнца. В 2009-м в Голливуде задумались о том, чтобы снять известную каждому японцу историю на свои лад, переместив место действия в Америку, а профессора наделить внешностью Ричарда Гира. Актер, у которого, похоже, лучшие роли уже в прошлом, но который, благодаря своей внешности, как и прежде обладает определенным статусом в некоторых (преимущественно, женских) кругах. К слову, «Хатико» — уже второй ремейк японского фильма, в котром засветился Ричард. В 2004-ом он вместе с Дженнифер Лопес принял участие в «Давайте потанцуем» — пересьемке одноименного фильма 1995 года. Даже банальное выражение «отыграл» применительно к Гиру в этом фильме сложно употребить. Поприсутствовал в качестве мебели, а скорее, обладателя громкого имени — вот это будет ближе к истине. Высокопафосная речь перед студентами смотрелась откровенно убого и, чего уж там, неуместно. Об остальном, наверное, и упоминать не стоит. 

На рулевой пост был приглашен Лаосе Халльстрем — известный режиссер шведского происхождения, не единожды радовавший своими довольно крепкими лентами, среди которых «Шоколад», «Правила виноделов» и «Что гложет Гилберта Грейпа?». Честно говоря, полета мысли постановщика не наблюдалось ни на каком этапе просмотра фильма. Ощущение, будто и сам Лассе не верил до последнего в то, что фильм увидит массовый зритель, вот и отрабатывал гонорар в надежде на тихий выход ленты на видео.

Именитый польский композитор Ян Качмарек (обладатель «Оскара» за работу над «Волшебной страной» Форстера, между прочим) снабдил фильм одной-единственной душещипательной и грустной, как реквием, мелодией, которая на протяжении всего фильма неустанно повторялась.

Зрители, конечно, разные бывают, есть среди них и категория, которая не приемлет откровенного манипулирования собственными эмоциями. А ощущение почему-то именно такое, несмотря на имена уважаемых создателей. В принципе, высший балл фильму (оригинальному ли, ремейку ли) можно ставить, только глядя на постер.

Ведь как такому симпатяге можно что-то пожалеть, тем более какие-то баллы! Симпатичный беспризорный песик шагает по улице с полными тоски глазами в сопровождении такой же грустной и пробивающей на слезу музыки. Красиво, берет за душу, трогает, умиляет… Но… Это красивый кадр для документального фильма или неплохой визуальный ряд для телепередачи на тему брошенных домашних животных, но не прием, на котором можно вытащить полноценный художественный фильм. Есть ведь прекрасная советская картина «Белый Бим — Черное ухо», где отлично выдержана драматургия, есть почти безупречный, в том числе и в техническом плане, «Белый плен», есть совсем уж недавний «Марли и я», поднимающий не только титульные темы. А есть «Хатико», где все это только в зародыше, а огрехи создателей фильма вынужден перекрывать почему-то песик, а не получившие гонорары Гир, Качмарек и Халльстрем. Вот что плохо. Теперь, оказывается, для успешного фильма с высокими оценкам не надо поднимать учебники, использовать опыт и вспоминать лекции в киношколе, достаточно найти у своего зрителя больную точку и ударить по ней в нужное время и с силой, достаточной для того, чтобы в кармане зрителя зазвенели монеты и захрустели купюры возле касс кинотеатров и DVD-магазинов. И все бы ничего, да гложет сомнение, что из заработков этого очень малобюджетного фильма (а они еще до проката в Северной Америке обещают быть весьма солидными) более-менее значительная часть уйдет в пользу собачьих питомников и приютов. И сомнение это весьма сильное.

Итого: фильму — высокие баллы, места в рейтингах и раскрутку, продюсерам — миллионы, остальным — гонорар, а исполнителю роли Хати добрый дядя купит еще, быть может, пачку «Педигри». Вот она собачья справедливость. Ведите девушку в кино, парни, оброните скупую мужскую слезу (у нее-то точно глаза на мокром месте будут) и получите приятный вечер в благодарность за вашу тонкую душевную организацию. Не хочу показаться циником, но пока мы льем слезы о тяжелой собачьей судьбе, где-то за углом, возможно, от холода страдает беспризорник. Не такой милый, славный и добрый, как в обнимку с Ричардом Гиром и под славную мелодию, но вполне реальный и живой. Пока. Но нам, похоже, куда предпочтительнее быть в тепле, в слезах и собственных иллюзиях, а за это время, глядишь, и бездомная псина уйдет куда-то из поля зрения. Глаза, как говорится, не видят, сердце не болит. А оно у нас очень ранимое. Да, я только что влепил «Хатико» 10.
Общая оценка: Neutral