Рецензия на фильм: Мосты округа Мэдисон (1995)
Если я каким-то образом дал понять, что все это не ново для меня, что это - обыденность, я прошу прощения…

В Голливуде бытует пословица: «Самое скверное, что может случиться с прекрасной книгой — это его голливудская экранизация. И наоборот: для плохого произведения экранизация — счастливый жребий». Стивен Спилберг, Сидни Поллак и Брюс Бересфорд, пролистав псевдо-эротическое чтиво Роберта Джеймса Уоллера, наверняка вспомнили о ней, усмехнулись, но проверять состоятельность половицы на деле не решились. Клинт Иствуд, этот человек-скала, великий немой американского кино, не испугался трудностей и бесстрашно взялся за экранизацию пошловатой дешёвки писателя, основательно пропесочив ее и сократив. Исчезла вся пустая витиеватая романтическая болтовня, эротические словесные излияния и все те признаки дурного вкуса, которыми грешила литературная первооснова. В итоге получилось волнующее, глубоко проникновенное, зрелое произведение о любви; драма, представленная неброско и беспретенциозно.

Графство Мэддисон. Айова. Пространство одиночества. Глухая американская провинция, 1965 год. Жена местного фермера, Франческа Джонсон только что проводила мужа и детей на сельскохозяйственную ярмарку, и теперь пьет холодный чай на веранде, мысленно выбирая, чем заняться дальше: выбить ковры или прополоть грядки. Впервые за долгое время оставшись одна, женщина позволяет себе минутку роскоши — безделия, в тени навеса прячась от удушливой жары и пыли. Кругом, покуда хватает зрения, ни души. Только поля и дороги, выжженные палящим солнцем. Из кухни доносится сентиментальная мелодия. Франческа вытягивает ноги, допивая последний глоток согретого чая.

Внезапно монотонное течение жизни нарушается вторжением мужчины — высокого, худощавого незнакомца на разбитом пикапе, который представляется фотокорреспондентом Нэшнл Джографик и просит показать ему местную достопримечательность, крытый мост Роузмен. Франческа, беспомощно силясь на пальцах показать ему пусть, в итоге предлагает проводить его до места. Потянувшись за сигаретами в бардачке, Роберт Кинкейд случайно задевает ее ногу. По возвращении домой, женщина внезапно предлагает неряшливому седовласому знакомому поужинать с ней. Так начинается их бурный роман, который должен будет оборваться через четыре дня, когда вернется муж и дети миссис Джонсон.

Фильм Клинта Истувуда нетороплив. Режиссер кропотливо и тщательно создает настроение фильма, не скупясь на крупные планы деталей быта в доме героини или панорамные съемки пейзажей — моста, ветряной мельницы, пригорода. Также неподдельное внимание уделено лицам персонажей, мимика которых по мере сближения становится все более откровенной. Во многих значительных эпизодах картины диалоги настолько несущественны, а взгляды и движения настолько красноречивы, что «Мосты округа Мэддисон» вполне могут быть причислены к немому кино. Это при том, что немногословный ковбой Иствуда остается верен себе, а героиня Стрип, напротив, говорит довольно много. Разбуженная чувственность Франчески поначалу находит проявление в излишнем интересе к Роберту, но уже через мгновение окрашивается смущением и раздражением, которое проницательный собеседник снова обращает в расположение успокаивающей фразой: «Мы не делаем ничего дурного. Ничего, о чем нельзя рассказать детям». И все же, о том, чем завершается их следующая встреча, не стали бы рассказывать своим родным даже матери самых широких взглядов и морали. При этом лента Иствуда, концентрируясь на духовности переживаний героев, совершенно не грешит картинной пошлостью. Показанные чувства искренни, а их проявления начисто лишены намека на манерность. 

Страстная, врасплох застигнутая неожиданными чувствами, Франческа мимикой и резкими движениями — всплесками рук, откидыванием со лба прядей волос, обхватыванием себя за плечи, слезами и криками в одной-единственной сцене ссоры на кухне, — напоминает Анну Маньяни, и именно в эпизоде объяснений с Робертом на тему природы их связи демонстрирует актерскую игру такой выразительности и тонкости, что сердце зрителя непроизвольно обливается кровью. Эта игра дает понять даже скептически настроенной публике, еще недавно готовой обвинять картину в аморальности и попрании семейных устоев в том, что чувство Франчески — это любовь, а не просто гормональный всплеск на исходе бабьего лета. Вместо обычной домохозяйки из романа Уоллера (образа довольно плоского и однозначного) Стрип изображает натуру многогранную, одновременно сильную и хрупкую, глубоко эмоциональную и безжалостно-рассудочную. Обаятельный и наделенный чувством юмора Роберт Кинкейд Иствуда также выгодно отличается от своего литературного первоисточника. И хотя на фоне Мэрил он выглядит довольно куцым и беспомощным, сильнейший эпизод в финале картины, когда он стоит под дождем и с непереносимой болью, через силу улыбается своей потерянной возлюбленной, целиком и полностью искупает всю его «сутулость» по ходу повествования. Редкие седые волосы облипают голову смешной шапочкой, руки бессильно повисают вдоль тела, грудь вздымается от волнения, а в глазах столько муки, что даже судорожные метания Франчески в машине, как ответ на этот молчаливо-кричащий призыв, выглядят не так душераздирающе, как эта немая картина отчаянья. 

Можно много говорить о том, что адьюльтерная огранка этой любовной истории справедливо возмущает многих поборников семейных ценностей, особенно если эти поборники не оценили сей кинокартины, но приписывать «Мостам округа Мэддисон» пошлость или пропаганду любви на скорую руку с первым встречным, конечно же, нельзя. Любовь между героями — это редкое, цельное чувство, заслуживающее зрительского понимания и сочувствия. У кого-то зреловозрастные отношения персонажей могут вызвать отвращение — мол, «старичкам вздумалось покувыркаться!» — однако сам характер их взаимоотношений, основанный на глубоком восхищении и трепетном желании друг друга, навряд ли склонит кого-то к глумлениям такого рода, пусть даже морщинистый Иствуд со вздувшейся веной на лбу выглядит и вправду не свежо.

В который раз я убеждаюсь в том, что Иствуд-режиссер на порядок талантливее Иствуда-актера, и на волне откровения этого от души сожалею о потерянных годах, которые достойный этот гражданин провел перед камерой, а не за ней. А Мэрил — это Мэрил. Не зря героиня Бэт Мидлер в «Клубе первых жен», беря в руки Оскар, усмехается: «На нем написано, «Я обошла Мэрил!»?». Конечно же написано. Такая надпись есть на каждом Оскаре за главную женскую роль, который из года в год уходит в чужие руки под снисходительно-доброжелательный кивок мисс Стрип, которая, конечно же, знает себе цену, и цена эта внушительна. Я могу не любить ее, но восхищаться ею не перестану никогда. Как никогда не перестану с нежностью и грустью пересматривать это кино.

«Мосты округа Мэддисон» — глубокое, драматичное произведение о страсти и нелегком выборе в мягкой ретроспективе 60-х. В янтарном отблеске заходящего солнца, последних бликах молодости, когда любовь не окрыляет и пьянит, а сдавливает грудь железным обручем и дарит больше мук и страданий, чем счастья в мимолетном забытьи.

10 из 10
Общая оценка: Good