Рецензия на фильм: Догвилль (2003)
«Печаль и боль, наконец-то, заняли в ее душе подобающее место»

Говоря прямо, первые 30—40 минут данного кино вызывают недоумение, кажутся скучными, и совершенно непонятно к чему ведет свою мысль режиссер. Но мой вам совет, «перетерпите» эту вводную часть и она займет свое законное место в нетривиальной концепции фильма, а нарисованный городок Ларса фон Триера раскроется и оживет, лишь только вы привыкнете к нему в достаточной степени. 

Множество оригинальных решений делают «Догвилль» уникальным в своем роде. Это и закадровый голос, читающий текст в стиле классиков английской литературы, и нарисованные мелом декорации, где несколько белых штрихов обозначают целый куст крыжовника, и сам город Догвилль, в котором взрослое население составляет 15 человек. Такие детали дают огромный простор для обсуждения, позволяют бесконечно обдумывать этимологию названия города, рассуждать о символизме последних сцен, искать аллюзии на реальные жизненные ситуации. Можно по-разному относиться к этим вещам, можно трактовать их по-разному, но совершенно точно они не позволяют назвать фильм шаблонным или заурядным.

Главным достоинством этого кино, на мой взгляд, является сюжет: история о девушке, которая спасается от погони и находит, казалось бы, идеальное убежище в городке Догвилль. Действительно, первое время доброта жителей города превосходит все мыслимые пределы, повествование ведется медленно, атмосфера кажется чересчур приторной. Но ближе к середине становится понятно, что такое гротескное изображение было применено лишь для максимального контраста с дальнейшими событиями. 

Центральное значение занимает тема перевоплощения Догвилля. Насколько гостеприимными были горожане в начале фильма, настолько же шокирующим оказывается в итоге их лицемерие. Главная героиня, Грейс, как и зритель, совершенно не ожидает такого поворота событий. Ларс фон Триер показывает, насколько может быть страшен человек, ведь только люди умеют скрывать свои истинные эмоции. И даже те гангстеры, от которых бежит девушка, не кажутся такими ужасными по сравнению с жителями города, ведь от первых все знают чего ожидать. А нарисованный пес Моисей, в финальном эпизоде превращающийся в настоящего, намекает нам, что история не так уж далека от реальности. 

Но даже после того, как мы видим изменившийся город, фильм не кончается, у режиссера остается еще один козырь в рукаве. Это Грейс, главный персонаж фильма. Именно с ней связана развязка, которую мало кто мог предугадать. Грейс тоже оказывается совсем не той девушкой, которую все себе представляли. И именно в конце очерчиваются главные проблемы, которые ставит кинолента. 

«Догвилль» — это самая настоящая диссертация по социальной философии, написанная языком кино. В конце фильма разными средствами (голосом рассказчика, диалогами героев и просто отдельными безмолвными кадрами) задаются фундаментальные вопросы этики и морали, ответы на которые можно искать бесконечно, а найти единственно верный практически невозможно. Главный вопрос заключается в том, нужно ли прощать человека за его серьезные грехи и преступления и каков лимит этих прощений. В фильме даются две крайние точки зрения. Первая представляет идеологию всепрощения, когда любой проступок списывается на человеческую слабость. Вторая требует относиться к людям без всякой жалости, почти не давая шанса на исправление. И, быть может, финальным эпизодом, когда Грейс принимает ключевое решение, режиссер показывает нам свое собственное видение этого вопроса. 

Все вышеперечисленное осталось бы лишь красивой абстрактной идеей без идеального подбора актеров. Ни один персонаж не выпадает из картины, нет ни одного шаблонного типажа, все 15 жителей, а также несколько детей, чем-то запоминаются. При этом «Догвилль» ни в коем случае не «фильм одного актера», никто не перетянул одеяло на себя, все работали сообща, чтобы показать одну серьезную историю. Даже Николь Кидман, которой, безусловно, отводилось особое место, не выходила за рамки своего персонажа и показала в точности характер, который вписывался в сюжет. 

«Догвилль» часто называют спектаклем. Действительно, в нем нет никаких исключительно киношных инструментов, если показывать то же самое со сцены, мало что изменилось бы. Многим фильм покажется странноватым, многим затянутым. Но, так или иначе, Ларс фон Триер безо всяких операторских изощрений, без смены локаций, я уже молчу про какие-либо спецэффекты, снял невероятно сильный по эмоциям фильм. Неужели в конце хоть кто-нибудь вспоминал, что деревья нарисованы мелом?! И что же тогда это, если не произведение киноискусства?

10 из 10
Общая оценка: Good