Рецензия на фильм: Догвилль (2003)
Шедевр

Одна из последних лент режиссера, всегда считавшего, что кино должно приносить зрителю страдание, а не удовольствие, больше похожа на некую театральную постановку, ожившую видеокнигу, нежели на привычное нам всем кино. Но при этом фон Триер делает акцент на том, что это именно фильм, о чём нам свидетельствует самый первый титр. В данной ленте Ларс фон Триер по-прежнему использует «живую камеру», но если прежде она его лентам добавляла трагичную документальность, только усиливавшую всю жесткость его фильмов, то теперь она придавала реалистичность изначально неестественной и слабо связанной с реальностью постановкой. 

Действие ленты происходит в 30-е гг. в США. На дворе «Великая депрессия». Место действия — небольшой городок Догвилль с населением около 20 человек (из них 15 взрослые). Однажды местное спокойствие нарушают звуки выстрелов и последовавшее за ними появление юной девушки Грейс, прекрасно сыгранной Николь Кидман, которая просит горожан дать ей возможность укрыться в Догвилле. Девушка у горожан вызывает недоверие, но местный «философ» Том (П. Беттани) уговаривает жителей спрятать Грейс в городе, совершить добро. Но можно ли спрятаться в городе где нет преград, стен, даже вязов на улице Вязов? А возможно ли тюрьма без стен? Постепенно, по ходу развития ленты, иллюзорный мир Грейс начинает рушиться, и вся миролюбивая фантазия тихого городка постепенно покрывается суровой правдой в самом финале ленты превращясь из нарисованного мелом силуэта на полу в реальную собаку и пробегающими на фоне титров фотографиями настоящей Америки 30-х гг. 

Данная лента имеет под своей основой свойственный для фон Триера антирелигиозный и социопатский подтексты. Может ли героиня строить из себя Иисуса и прощать всех окружающих, или же это всего лишь её высокомерие по отношению к ним, так сказать попытка показать всем, что она лучше них, но не более того? Конец даёт вполне однозначный ответ на данный вопрос, но и одновременно сложный, бьющий обухом по голове.

В данном фильме в девяти главах с прологом Триер решил отказаться от натуральных съемок в пользу минимализма. Вся лента снята в одном единственном ангаре, где мелом обрисованы границы домов и некоторые важные элементы, да несколько мелких декораций для придания антуража. Но при этом фильм не уходит в запись спектакля. Режиссёр, чтобы этого не произошло просил актёров играть по-киношному, но при этом снимал фильм последовательно, сцену за сценой. В итоге мы видим, как герои развиваются не только по сюжету, но и внутри самих актёров, что при обычной нелинейной манере съёмок обычно не заметно. Так же очень важную роль в фильме играет звук. Именно он придает данному произведению киношную глубину. Да, мы можем не видеть снега, не видеть дверей, но мы их слышим. Вот хруст свежевыпавшего снега под ногами Тома, вот стук грейс в дверь, вот звонит колокол местной ратуши. При этом подобный подход к съемке позволил постановщику сделать больший акцент на эмоционально-человеческих отношениях, на игре актёров, диалогах. Каждый житель Догвилля имеет хорошо прописанный характер: Грейс — юная девушка, живущая в мире иллюзий, Том — философ, мечтающий когда-нибудь написать такую книгу, что все его назовут, как минимум новым Сократом, отец Тома — старый мужчина, относящийся с подозрением к каждому новому жителю города, и так с каждым. Особенно стоит отметить игру детей, а талант умело работать с детьми в кино — это очень редкий дар. 

Операторская работа типична для лент Триера. Это привычный стэди-кам, крупные планы, небрежные склейки кадров при монтаже. Всё довольно стандартно, но не раздражающе, чем часто страдают отдельно взятые личности. Сценарий же по построению похож на какое-то романтическое произведение из викторианской Англии, но постепенно превращающегося в поистине шескпировскую драму. Закадровый рассказчик придает сюжету эмоции, благодаря своей иногда едкой манеры говорить с видом знания того, что произойдет в будущем. Подобный подход отсылает ленту к каким-то диккенсоновским романтическим романам, наподобие «Больших ожиданий», даже перед каждой главой фильма пишется краткое содержание оной, но такое, что зритель начинает думать, что знает, что произойдёт в ней, хотя чаще всего это совершенно не так. Ларс фон Триер умело играет с ожиданиями зрителя.

Суммируя всё, можно прийти к выводу, что это наверное одна из лучших лент знаменитого датчанина. Местная трагедия не такая наигранная, как в «Танцующей в темноте», не такая сюрреалистичная, как «Европа», и не такая жестокая по отношению к зрителю, как «Антихрист», но при этом эстетически это самая реалистичная лента фон Триера. Именно такие декорации придают ленте жизненности и при этом заставляют зрителя почувствовать боль.

10 из 10
Общая оценка: Good