Рецензия на фильм: Щелкунчик и Крысиный король (2009)
Сказка — ложь, да в ней намёк

      Фильм-модерн о светлом и тёмном, об относительном и абсолютном, о вечном и сиюминутном. О Добре и Зле. Сценарист с режиссёром, похоже, не пытались выйти из постмодернистских рамок. Обличая будущие деспотии Европы и Азии, авторы картины переносят действие в Вену 20-х годов, вводят на сцену Эйнштейна и Фрейда, а мышей заменяют крысами. Многие зрители оказались не готовы к просмотру взрослой сказки по мотивам Гофмана, сказки с элементами социального гротеска. А ведь это ещё и рождественская история о взрослых, которые забыли детство, разучились быть детьми, но в итоге признали силу воображения в детском мире грёз. Возможно, что именно эта фантасмагорическая смесь доброго волшебства и взрослых образов сыграла злую шутку в прокате. Хотя «Щелкунчик» и возвращён в жёсткий немецкий контекст, отечественный зритель, видимо, слишком впитал как балетную постановку, так и мультфильм. Даже симпатичная кукла у некоторых вызывала отторжение. А ведь, несмотря на состав актёров, это очень русское кино, не вписывающееся в голливудские стандарты. Сказка века XIX-го помножена на реалии века XX-го и вышла на экран, предвосхитив самую пока циничную военную кампанию века XXI-го.



	Словно суровая реальность взрослых будней, инфернальный мир стремительно прорастает, врывается в кадр совершенно неожиданно для обывателей. Победоносному вступлению крысиных полчищ пытается противостоять лишь одиночка букетом жёлтых цветов. Выйди фильм на экран в советское время, он стал бы толчком к очередной дискуссии о месте и роли личности в истории. Подданные сказочного принца не в состоянии организовать сопротивление без своего харизматичного лидера, мальчишки-Наполеона. Это понимают и крысюки, обратившие принца в «просто Щелкунчика». Только преодолев мещанскую косность и ограниченность, жители королевства осознают истинное значение «общечеловеческих ценностей». «В борьбе обретёшь ты право своё»; и вот уже к Главкрысу приводят партизан-подпольщиков. Впрочем, Крысиный король подменил белое чёрным: теперь это поимка опасных новому режиму террористов. А террориста и Щелкунчику уподобить не жалко, коля его лбом орехи.



	 У главной героини психологическая напряжённость в семье порождает систему подсознательных образов. Так няня превращается в крысиную Королеву-мать, мама перевоплотилась в добрую фею, брат — в коллаборациониста. Не забыт и дядя-сказочник, становящийся проводником в зазеркалье. Противоположностью Щелкунчику-Кибальчишу является слабовольный брат главной героини. Начинает с ломания игрушки. Саблю выронил и даже о ней не вспомнил. Продался «за банку варенья». И только критический момент, момент решающего выбора возвращает его в стан положительных персонажей. Очень удачен гламурный Крысиный король, отсылающий к образам Энди Уорхола, Гитлера и Сергея Зверева. Одиозной белокурой бестии вполне соответствует голос Киркорова. Под стать сыночку и мамаша. Тандем Киркорова и Пугачёвой стал запоминающейся страницей данной ленты.



	Картина однозначно выигрывает благодаря вечной музыке Чайковского и её тактичной обработке Эдуардом Артемьевым. Не порадовал, кстати, полупустой зал Смольного собора на концерте симфонического оркестра с музыкой мэтра из кинофильмов. С удовольствием бы приобрёл саундтрек к фильму. Издан ли он?



 Если говорить о минусах картины, то критика в основном сводится к следующим пунктам:



- некоторая неопределённость жанра и сумбурность сюжета, попытка сделать кино для всех возрастных категорий (самые маленькие фильм просто не поймут);



- синхронность дубляжа. Актёры так увлечены видеорядом, что временами не попадают в текст. Особенно это чувствуется на песнях. Да и их русский текст никого не впечатлил, лучшим решением для песен были бы субтитры;



- попытки акцентировать внимание в прокате на формат 3D в не самом лучшем качестве и переименовывание родного Щелкунчика в заморского NC. Русскоязычная аудитория не обязана знать английское слово nutcracker;



- жаргонные сленговые словечки и выражения, с помощью которых создатели пытались осовременить действие.



 Несмотря на эти недостатки, прикосновение к классическому сюжету у киношников получилось вполне на уровне предшественников. Это «Щелкунчик» Кончаловского и он имеет право на существование. Откуда же такая волна критики неконструктивной, почему западный зритель, а вслед за ним и наши подпевалы восприняли его как пощёчину общественному вкусу?



 Проблема в том, что фашизм — конечно, плохо, но «был давно и неправда», а вот когда сюжет накладывается на последующие реалии мирового политического закулисья и кривозеркалья — тут и фильм можно в прокате «прокатить». Ведь это в детской сказке белое названо белым, а чёрное — чёрным. И все попытки крыс назвать одно другим, смешать их в серое разбиваются о сказочную логику хорошего конца. «В жизни как в кино, но не как в кино». Конечно, сценарист с режиссёром не предполагали мятеж в Ливии, не предполагали, что мятежников назовут крысами, что в считанные месяцы цветущая сказка для взрослых под названием Джамахирия превратится в адское пекло, а власть при инфантильности низов захватят враги рода человеческого. Американские детишки, видите ли, ходили под себя и выбегали с просмотра от страха. Куда бы они выбегали при виде разорванных на части НАТОвскими бомбами ливийских детей? Крысы пытаются представить себя законной властью с её внешним атрибутами типа выборов. В этом отношении показательна игра слов «ратификация-крысификация». Людей пытаются крысифицировать, лишить их детского мира. Фабрики по производству дыма, сжигающие игрушки, напоминают как печи-крематории Второй Мировой, так и прожигание углеводородов современным человечеством. Режиссёр невзначай продемонстрировал: Запад неизменен в своём варварстве, что в 1242-ом, что в 1941-ом, что 2011-ом. Отсюда такая оголтелость критики, ведь авторы случайно замахнулись на священную корову политкорректности.



 «Щелкунчик и Крысиный король», конечно же, не отнесёшь к категории «фильм не для всех». Нет. Просто есть категория фильмов, с первого просмотра непонятых и недооценённых. И старую сказку на новый лад я бы отнёс именно к ней. А главный субъективный индикатор приятия фильма — это, конечно же, не бюджет, не сборы или отзывы кинокритиков. Главное — желание его пересмотреть, быть может — заново осмыслить. И надеюсь, что телепоказ этой интерпретации великого Гофмана станет ещё одной доброй новогодней традицией.



9 из 10 



(из них 1 балл накинут за Ливийскую Джамахирию)
      
Общая оценка: Good