Рецензия на фильм: Шрек (2001)
Огр Шрек: принц болот

Спустя 11 лет после премьеры и 2 года после покупки на DVD наконец-то у меня дошли руки до просмотра приключений Шрека, который за прошедшее десятилетие превратился в персонажа хрестоматийного, а фильмы о его приключениях вошли в списки «самых кассовых», «самых популярных», «самых награждаемых», «самых ожидаемых» и прочих «самых-самых». Я так часто встречал «Шрека» во всяких рецензиях, обзорах и статьях, что выдержать такого информационного натиска не смог и посмотрел таки мультфильм, который 11 лет назад изменил лицо американской анимации. 

Это, конечно, правда только отчасти, но отрицать, что после сногсшибательного успеха «Шрека» мультфильмы стали делать резкий крен в сторону переосмысления традиционных сказок, а также добавлять в сюжеты многочисленные цитаты и пародии — невозможно. И вопиющая «взрослость» мультфильмов стала популярной во многом благодаря «Шреку». А если учитывать, что мультик про зеленого тролля стал еще и новым словом в трехмерной анимации, то впору говорить действительно о феномене, если и не изменившем мир кино, то оказавшем существенное влияние на мультипликацию ХХI века. 

«Шрек» достоин всех похвальных эпитетов, которыми его награждают критики и зрители. Правда, стоит учесть при его просмотре один момент — это все-таки не детский мультфильм. Вполне подходя под определение «семейной комедии», он, тем не менее, под категорию сказок, которые учат «разумному, доброму, вечному» если и попадает, то с большими натяжками, а уж малышам на просмотре этого фильма делать точно нечего. И дело тут вовсе не в порой жестковатых приколах и фривольных моментах, не желающих подмазываться под сказочные стандарты, где, как известно, «принцессы не пукают», «рыцари не рыгают», «туалетов в замках нет», а любое насилие объяснено с точки зрения — «что не черное — то обязательно белое». Мелкота, которой еще не объяснили, что в жизни хорошо, что плохо и как можно поступать, а как нельзя — может обмануться и счесть откровенно пародийный «антисчказочный» стиль фильма за «руководство к действию». Хотя, с другой стороны, выращенные на славных советских мультиках пионеры тоже надували лягушек через соломинку, разоряли птичьи гнезда и иногда даже кормили друг друга грязью. Так что здесь уж время думать родителям, которые если и показали своему чаду сей фильм, должны провести разъяснительную беседу, что, вообще-то, с точки зрения педагогики желательно делать после каждого показанного фильма, будто то «Бэмби» или «Шрек». Так что на авторов фильма ругаться поборникам морали не имеет смысла. Мы росли на «Ну, погоди!», а это, наряду с «Томом и Джерри» — один из самых деструктивных мультиков. 

Итак, «Шрек» — не детское кино, но — с надлежащей подготовкой — вполне вневозрастное. Создатели его постарались намеренно противопоставить героев своей истории сверхдобрым и сентиментальным диснеевским сказкам, полным имбецильно веселых или столь же грустных паточных персонажей, танцующих деревьев и поющих чайников, лишенных каких-либо намеков на реальность и совершенно выхолощенных с точки зрения морали, этики и т. п. 

Шрек — персонаж, схожий скорее с традиционными «добро-злыми» второстепенными героями, вроде водяного, бабы-яги, лешего или более близких американскому зрителю героев поучительных сказок любимого в штатах Доктора Сюсса — Гринча или Кота в Шляпе (кстати, в одно со «Шреком» время перенесенными на экран в той же постмодернистской стилистике). Но здесь этот эпизодический мифологический персонаж, наличие которого у Диснея допускалось лишь в сильно дозированном варианте (краб Себастьян, Тимон и Пумба и т. д.) становится главным — и — на редкость привлекательным в своем отталкивающем проведении. В конце концов, после горшкового детства в кристально чистое поведение традиционных героев сказок верить перестаешь и резонно задаешься вопросами, вроде «какой же нужно быть идиоткой, чтоб попутать бабушку с волком?» или «на фиг жрать немытое яблоко из рук какой-то вонючей карги?» 

Сценаристы «Шрека» такими вопросами занялись вплотную и создали сюжет, граничащий между ироничной рыцарской сказкой, голливудским «большим стилем» и пародией на них. В этом сюжете куча персонажей знакомых с детства историй предстают в ином виде — иногда в довольно неприглядном, отвечая на те самые пресловутые вопросы, которые задаешь себе, уже понимая несостоятельность сказки в мире реальности. Именно поэтому это кино не является детским и именно поэтому осмыслить его и понять вложенный авторами юмор, иронию, сарказм можно лишь с опытом — посмотрев, почитав и осознав. 

Некоторые пародийные находки «Шрека» не слабее классических находок Брукса — тоже большого любителя посмеяться над легендами. Ну, и, конечно, сочные, яркие персонажи, отлично сыгранные (именно сыгранные, а не просто озвученные, ибо в фильмографии актеров, работавших над «Шреком», эти роли — одни из лучших) подняли картину до настоящего шедевра. Режиссеры здорово постарались, подбирая актеров, которые настолько сливались бы с персонажем, что не воспринимались бы отдельно от озвученных героев. Такого блестящего попадания в характеры анимированных персонажей не наблюдалось со времен гениально озвученного Робином Уильямсом Джинна в «Алладине». Правда, на месте Майка Майерса больше бы смотрелся Крис Фарли или даже Шварц, но и Майерс пришелся вполне ко двору, хоть его традиционный экранный образ как раз контрастирует с мультипликационным. Остальные члены развеселой троицы были срисованы не столько с актеров, сколько с их основных персонажей. Безусловно, ставший главной находкой фильма Осел в исполнении Эдди Мёрфи — срисован с похожих ролей актера в «48 часах», «Поменяться местами», а принцесса Фиона — вполне в стиле Кэмерон Диаз в «Ангелах Чарли». И, если Шрек и Фиона в какой-то степени остаются носителями несколько искаженной, но все же вполне голливудской морали, то Осел призван быть главным рационалистом и разрушителем романтических грез — задача, которую Эдди Мёрфи выполняет просто гениально. 

Стоит отметить, что создатели не «пересолили» ленту, оставаясь верными избранной стилистике — ироничной сказки, не превращая ее в нескончаемый поток гэгов, острот и пародий, как у Брукса или Цукеров. Это скорее сказочная стилизация, близкая по духу лентам Бёртона, только более светлая, ориентированная на менее взыскательные вкусы. 

Нововведение в сказочных традициях появилось и в моральном посыле фильма. Финальное превращение не делает героев идиллическими красавцами. Наоборот. Цезарю-цезарево, а троллю-троллево. В переводе — будь счастлив таким, каков ты есть и ищи себе любовь среди своих. Довольно оригинально, если вспомнить, что в каждой второй сказке Иван-дурак становится царем не имея на то соответствующих полномочий, или писаным красавцем, выкупавшись в молоке. В «Шреке» в парном молоке можно только свариться, а поющая принцесса своим пением — вот гадюка — убила птичку. Правильная сказка для ровесников «Космобольцев» и «Голого пистолета», привыкших смотреть на все традиции сквозь призму быстро изменяющегося реального мира. И, безусловно, шедевр современной мультипликации.

10 из 10
Общая оценка: Good