Рецензия на фильм: Бойцовский клуб (1999)
В том году

В том году, когда «Бойцовский клуб» вышел на экраны, жизнь моя катилась по наклонной. Работал в подобии ада за маленькие деньги, в кино шли (как назло) потрясающие фильмы, а у меня не было средств. Так и не увидел «Бойцовский клуб» на большом экране, наверняка потрясающе. Первый раз фильм Финчера посмотрел в июне 2000 года, подруга дала кассету — уродливый картонный бокс. Я приготовился к американским горкам и… получил их сполна! Пингвин говорит: «Скользи!», из жира варится мыло, зуб ныряет в глаз загаженной раковины, смайлик с горящими глазами, камера снует меж использованных стаканчиков, по полу, между стенами, сквозь этажи… Мебель, кровь, группы поддержки для тех, кто умирает, вспышки Брэда Питта. Башенку сорвало, эта лента надолго стала любимой. 

Сюжет пересказывать не имеет смысла, этот фильм видели многие, и отношение практически всегда — восторженное. А почему? С ответом становится сложнее. Я всегда умилялся тому, как с пеной у рта кто-то говорит о том, что это — манифест потерянного поколения, что все в фильме (и в книге, соответственно) — правда, что нам необходимы жесткие действия, потому как мы… управляемы. Я тоже поначалу увидел манифест, но разве кто-то что-то изменил в своей жизни после картин? От сцены с азиатом на заднем дворе магазинчика сводит скулы, Тайлер бросает: «Завтрак покажется ему вкуснее любых деликатесов» после того, как угрожает смертью ленивому обывателю в случае, если он за шесть недель не выучится на ветеринара. 

Я всегда думал — мне есть что ответить на вопрос: «Ради чего я делаю то, что делаю?» Тогда я дал бы весьма расплывчатый портрет: мечты были сильнее реальности. Сейчас я совершенно четко отвечу — ради чего и кого живу. И потому для меня манифест несчастных мужчин, воспитанных женщинами, одержимых успехом, усталых, одиноких, не умеющих строить отношения и стремящихся к саморазрушению как к новой религии, не актуален. И тут всплывает суть второго дна «Бойцовского клуба» — раздвоение личности. Никто из тех, кто восхищался творением Финчера (из моих друзей и знакомых), не уделял внимания этой линии, всех захватывал лишь ресторанный «терроризм» и сентенция «вы всего лишь испражнения жизни». 

Герой Нортона хотел быть таким, как Тайлер Дерден. Герой Нортона безымянный. Это — главная пощечина зрителю. Зритель — это тот, кто хотел бы стать Тайлером. Он так устал от своей жизни, что готов что-то сделать, и живет с этой готовностью до смерти, разрушаясь, заплывая жиром, совершая поступки мерзкие и благородные, но продолжает жить с собой. Или с тем, кто живет за него. Для того, чтобы изменить жизнь, необходимы нестандартные решения, а на них-то как раз сил и мужества не хватает. 

Вы не задумывались над тем, что, влекомые своими страстями и грешками, мы совершаем то, что нам несвойственно? И здесь: внимание! Есть нити, связывающие «Бойцовский клуб» с другой лентой Финчера «Семь». Семь грехов воплощены в людях. Причем: в картине «Семь» был поворот. Те жертвы, которых находили детективы Миллз и Соммерсет, были жертвами не маньяка, а грехов, как сам Джон До стал жертвой Гнева. 

То есть грехи живут вместо людей, как Дерден жил наполненной, цельной, активной и деятельной жизнью вместо безымянного героя. Вот чем велик этот фильм — он задает вопросы, причиняющие боль. С другой стороны, он бесполезен — набор впечатляющих картинок и трюков для мира, который хочет потреблять, превозносит искусственно созданных личностей и стремится к распаду. Весь лист закрашен, ни одного свободного места, аляписто, люди жуют попкорн и злы на то, что их существование не становится более значимым даже для них самих.
Общая оценка: Good