Рецензия на фильм: Щелкунчик и Крысиный король (2009)
Добью

      Лес рубят — щепки летят. Одно из главных искусств в жизни — не оказаться не в том месте не в то время. Подобным образом не повезло немногочисленным зрителям, решившимся, несмотря на предупреждающие крики критиков (а также «благодаря» и «вопреки» им) посмотреть детскую новогоднюю 3D-сказку Андрея Кончаловского «Щелкунчик и Крысиный король», да еще с детьми. Общие впечатления лучше всего выразила 84-летняя бабушка Глория ДиМент, отправив в Assosiated Press полное ругани письмо с требованием вернуть 96 долларов, которые она потратила на билеты для четырех поколений своей семьи на этот фильм. Потому что она с семьей шли именно на фильм — а попали на плохо отрепетированный детский утренник.



Фильмы разные нужны, фильмы всякие важны. Бывают фильмы, на которые по нескольку раз ходят в кино — заново пережить переворачивающие все внутри волны эмоций, рассмотреть детали, снова повстречать полюбившихся героев… Есть фильмы, которые можно посмотреть один раз — может быть, дома: просто так, для развлечения, или когда нужно убить время. А есть фильмы, которые нужно держать в специальных резервациях и если давать кому-то смотреть — то исключительно в виде пытки. К последней категории относится тот продукт, о котором мы сегодня поговорим.



Если серьезно — я не понимаю, что случилось с Кончаловским. Не то чтобы он раньше снимал что-то выдающееся. Но ведь этот человек сделал самую, пожалуй, впечатляющую и эпическую экранизацию «Одиссеи» — сериал «Одиссей» с Армандом Ассанте. И много других достойных фильмов, которые хочется иногда смотреть. На фоне такой кино-биографии рождественский кошмар «Щелкунчика» выглядит как-то особенно обидно.



«Щелкунчик и Крысиный король» словно ставил себе задачу выглядеть продолжателем славных традиций российского 3D-опуса «Наша Маша и волшебный орех». В нем практически вообще не на что смотреть: фильм сплошь — неубедительные спецэффекты, выглядящие картонно и дешево, много крупных планов, примитивный сценарий (и неважно, что по детской сказке) и самый простецкий стереоэффект (в режиме «вот тут у нас чуть-чуть выпукло»).



О монтаже лучше даже не вспоминать… и, боюсь, авторы фильма о нем действительно не вспоминали. (Ведь если приложить здесь чуточку усердия и чувства ритма, можно даже на снятом Кончаловским невнятном материале выстроить вполне увлекательное кино. Кто не верит — посмотрите выложенный на странице фильма американский трейлер «Щелкунчика», сделанный с обычным для Голливуда мастерством и искрой.)Актеры, занятые в ключевых ролях, — словно на профсоюзной забастовке. Мальчик, играющий Щелкунчика (или, как тут его называют — N.C; почему, кстати, N.C.?) — ни дерево, ни мясо. Он просто никакой — и играет так же «убедительно», как деревянная кукла, в которую по ходу фильма несколько раз превращается.



На роль снежной феи режиссер взял свою жену — Юлию Высоцкую. Не знаю, как она играет на площадке со взрослыми, но с детьми эта актриса невыносимо фальшива. По одному ее тону понятно, что говорит одна из тех безнадежных взрослых, которые с детьми умеют только сюсюкать или кривляться, вымученно притворяясь, что они свои в доску друзья на короткой ноге. На самом деле таких взрослых детям надо остерегаться пуще крыс.



Одна-единственная звездочка и лучшее творение в фильме — Эль Фаннинг (набирающая известность младшая сестра Дакоты Фаннинг). Эта девочка обладает огромным талантом и обаянием. Даже в самых топорных и идиотских сценах «Щелкунчика» она играет с таким чувством, искренностью и самоотдачей, что заставляет проникнуться даже той пошлой мишурой, которую Кончаловский выдал за сценарий. И хотя наблюдать за игрой Эль — редкое наслаждение, даже это не причина тратить время, деньги и нервы на «Щелкунчика». Вас предупредили.



В какой-то момент фильма хочется встать посреди зала и крикнуть «Ахтунг! Уберите от экранов детей» — потому что крысы в фильме реально отвратительны. То есть крысиный король еще ничего (когда не разевает пасть, а, например, поет) — Джон Туртурро отработал зажигательно, высветив все виртуозное и необычное, что можно было, в своем персонаже. Но остальные крысофашисты вызывают оторопь. Особенно — мамаша крысиного короля: образец кошмарной пошлятины. Смотришь, и не веришь, что сидишь в кино на детской волшебной сказке — на экране показывают какого-то дряхлого трансвестита с рожей карлсона, которого окунули в токсические отходы. Трансвестит сидит в кресле в распахнутом халате, из-под которого светят колготки дряхлеющей шалавы в крупную сеточку.



Специально для этого момента кресла в залах, где показывают «Щелкунчика», должны оснащаться рвотными пакетами — кто-то из зрителей может не выдержать испытание «искусством».



После первых пресс-показов критики в унисон заголосили, что, мол, зря Кончаловский решил в детской сказке спародировать фашизм — и что не стоило лезть с такой серьезной темой «к детям под елку».



На самом деле нет ничего страшного в том, чтобы детям показать фашизм в настоящем его обличье — я вообще за то, чтобы как можно раньше и как можно чаще говорить детям правду. Просто в фильме Кончаловского нет никакой пародии на фашизм — то есть, она там из фанеры, как и все остальные декорации. Ведь для того, чтобы дать детям почувствовать дух фашизма, мало нахлобучить на статистов каски вермахта и одеть серые шинели. Игрушечный холокост вызывает лишь зевоту или смех.



И дело-то вовсе не в том, что Кончаловский сгустил в фильме краски, напугал детей и их родителей, которые пришли посмотреть волшебную сказку — а не за социальным «месседжем». Да если б так, цены бы «Щелкунчику» не было! Увы, провал ленты в зрительных залах и в «бакс-офисе» вызван более прозаичными причинами — а именно тем, что это неумная, неискренняя, топорная и занудная мазня.
      
Общая оценка: Bad