TrustHLT/LaCour huggingface dataset:
GR1 (Government): Accordingly, sharing the Court's opinion in the way mentioned above, the government would consider that these reasons do engage the Russian government's jurisdiction due to their continuous military presence in the region.
GR1 (Government): What distinguishes the present case from Alskene judgment is that in the present case, there are two responded states engaged in dispute.
GR1 (Government): Moldova claims territorial applicability, but they insist on the lack of their authority on the absence of any means to gain the effective control.
GR1 (Government): From another point of view, despite of the military presence, the Russian government argue the absence of any public powers over their territory and therefore the absence of effective control either.
GR1 (Government): However, given the Alskene judgment reasons, the military presence could be understood as an exercise of a sort of public powers.
GR1 (Government): Long ago, in Loya Zidu judgment, we saw that when as a consequence of a military action, whenever a lawful or unlawful, a contracting state exercise effective control of an area outside its national territory.
GR1 (Government): The obligation to secure in such an area the convention rights derives from the fact of such control whether it be exercised directly through its armed forces or through a subordinate local administration.
GR1 (Government): The same principles were at the core of Alskene judgment.
GR1 (Government): Therefore, the government may assume that in terms of Loya Zidu and Alskene judgments, the Russian Federation would be considered as having jurisdiction that may engage its responsibility under the convention.
GR1 (Government): As to the jurisdiction of Moldova, the government recognize the existence of corresponding positive obligations, as stated in the Lashko judgment.
GR1 (Government): But their obligations were discharged in their present case.
GR1 (Government): The same exemption of responsibility was found in the Ivan Sok case as well.
GR1 (Government): Furthermore, the government invite the court to assess the Moldova's positive obligations and the light of the corresponding positive obligations of the Russian government.
GR1 (Government): It's necessary to examine how Moldova's obligations can be fulfilled in this situation where the concurring or even a conflict of jurisdiction still persists.
GR1 (Government): The government consider that the Loya Zidu judgment derived the reasoning that any particular extent of the positive obligations to secure conventional rights would be proportionate to the level of control, in fact, exercised.
GR1 (Government): As to the merits of the present case, the government of Moldova acknowledge that they are in a very difficult legal situation.
GR1 (Government): It's uneasy for Moldova to assess whether there has been a violation of the applicant's rights or otherwise.
GR1 (Government): The government of Moldova always, in the present case, gave their support to the applicants, having attempted to secure their rights and appropriate redress.
GR1 (Government): In this sense, Moldova's actions would lead to a conclusion that they acknowledged, at least implicitly, that the applicant's rights were actually breached.
GR1 (Government): In this situation, it would be inappropriate for my government to argue against the finding of a violation.
GR1 (Government): However, in this situation, the government wished to emphasize that it's for the court now to assess the legal issue to what extent the applicant's rights were or not actually breached by other of both responding states.
GR1 (Government): On behalf of my government, I constantly vote how to conclude duly the present oral pleadings.
GR1 (Government): Beyond many opportunities, like two years ago during the hearings before the chamber, I found it most appropriate to quote again the dissenting opinion of the distinguished Judge Lukaidis from the Ilashko case.
GR1 (Government): That opinion proved to be very topical, even after the lapse of time.
GR1 (Government): The same conclusions the court has reached in its reasoning in the Ivancso case.
GR1 (Government): So the Judge Lukaidis noted that to conclude that there is jurisdiction over certain persons simply because the government concerned has failed to take judicial, political, diplomatic, and economic measures or any other measures, even though actual authority over the persons, so the applicants on the part of the government was lacking, would be stretching the concept of jurisdiction to an unrealistic and absurd extent.
GR1 (Government): So the Moldovan government invited the court to build a realistic concept of positive obligations.
GR1 (Government): Finally, the government now considered that the present case is rather of general interest, and it certainly can be considered as a case that might move forward the process for Moldova's territorial reintegration from the dead point.
GR1 (Government): Therefore, the government kindly invite the court to discharge the Moldovan government of any responsibility under Article 2, Protocol Number 1 of the Convention, and under Article 8 of the Convention, taken separately or in conjunction with Article 14 of the Convention.
GR1 (Government): These eventual findings would not stop the Moldovans' efforts to fulfill their positive obligations.
GR1 (Government): But the court will rather urge the Moldovan government to keep their efforts and to move straight ahead into securing the applicants' rights and the rights of all the population within the Moldova's territory.
Nicolas Bratza (JudgeP): Thank you very much, Mr. Grosu.
Nicolas Bratza (JudgeP): Then I give the floor to Mr. Matyushkin
Nicolas Bratza (JudgeP): on behalf of the government of the Russian Federation.
GR2 (Government): Власти РФ выражают несогласие с изложением фактов в решении Европейского суда от 15 июня 2010 года по вопросу приемлемости.
GR2 (Government): Европейский суд взял за основу трактовку фактов, касающихся Молдавско-Преднестровского конфликта в период с 1991 по 2003 год, изложенного в деле Илашко и другие против Молдавии и России.
GR2 (Government): Изложение фактов начинается за 11-13 лет до предполагаемого нарушения прав заявителей по данному делу, то есть с 1991-1992 года, и соответственно за 3-4 года до вступления Конвенции в силу в отношении Российской Федерации.
GR2 (Government): В то время как обжалуемые события в настоящем деле имели место в 2003-2004 годах.
GR2 (Government): Такое изложение фактов является ретроспективным.
GR2 (Government): В случае Море против Франции и Городи против Франции суд указал, что он должен по возможности воздерживаться от высказывания взглядов по историческим вопросам, не подпадающим под его юрисдикцию.
GR2 (Government): Во-вторых, доводы заявителей о продолжающемся до настоящего времени нарушении их прав не подтверждены доказательствами.
GR2 (Government): Так, исходя из информации, представленной заявителями в Европейский суд, предполагаемые нарушения их прав давно устранены.
GR2 (Government): В делах Катаны, Калдары и других школьники возобновили обучение в сентябре-октябре 2004 года.
GR2 (Government): В деле Черкасские и другие в 2002-2003 годах.
GR2 (Government): Кроме того, как следует из требований заявителей по справедливой компенсации, практически все школьники уже закончили обучение в школах и поступили в университеты.
GR2 (Government): В-третьих, анализ меморандума в заявителе власти Республики Молдова позволяет сделать вывод, что эти материалы не только содержат недостоверные сведения, но и целенаправленно извращают суть проблемы.
GR2 (Government): Обвинительный антироссийский уклон очевиден.
GR2 (Government): Прежде всего, речь идет о намерениях обвинить власти РФ военной, политической и экономической поддержки Приднестровского режима и тем самым предоставить ситуацию как длящееся осуществление юрисдикции над регионом.
GR2 (Government): При этом искусственно упускаются из виду факты активного российского содействия урегулированию молдавско-преднестровского конфликта в составе международного посредничества формата 5 плюс 2.
GR2 (Government): В настоящем деле, в отличие от дел Альскения, ИСА и другие, Лашку, Банкович, Бехроми и Бехроми, Саддам Хусейн против коалиционных сил, Асанидзе против Грузии, заявители не смогли сформулировать, какой экскретариальный акт был совершен властями РФ и какова юрисдикционная связь между предполагаемыми жертвами и РФ.
GR2 (Government): Как указано в параграфе 95 решения по делу Минас Арксян против Азербайджана, а также в решении по делу Джиби и 361 родитель против Швейцарии и Италии, система индивидуальных жалоб, гарантированная статьей 34 Конвенции, исключает жалобы, заявленные путем акция о популяриз.
GR2 (Government): Заявители должны доказать, что они прямо пострадали от обжалуемой меры.
GR2 (Government): Показательным в этой связи также является решение по делу Саддам Хусейн против коалиционных сил.
GR2 (Government): Суд отметил, что коалиционные силы оккупировали Ирак в марте 2003 года, по большей части при участии сил и поддержке со стороны США и Соединенного Королевства.
GR2 (Government): Суд предположил, что коалиционные силы получили поддержку от каждого из договаривающихся государств, указанных в жалобе.
GR2 (Government): В то же время суд отметил, что Саддам Хусейн не указал на роль и ответственность каждого из государств-ответчиков, существующих между ответчиками США.
GR2 (Government): Дополнительно он не указал, какой из государств-ответчиков, кроме США, имело влияние и причастность к его аресту, содержанию под стражей и передаче властям.
GR2 (Government): Соответственно суд пришел к выводу, что отсутствовала юрисдикционная связь между Саддамом Хусейном и договаривающимися государствами по смыслу статьи первой конвенции.
GR2 (Government): В решении по делу Бехрами и Бехрами, несмотря на то, что страны-участницы миротворческой операции в рамках мандата ООН осуществляли военный контроль над территорией Косово, контролировали внутренние коммуникации и перемещения людей, осуществляли контроль над обширной территорией Косово, Европейский суд не признал экстратериальную юрисдикцию государств-участников Кейфор над подконтрольной им территорией.
GR2 (Government): Настоящие дела также существенно отличаются от дела Аль Саадун и Мауди против Соединенного Королевства, в котором военнослужащими сил Международной коалиции, вторжившись в Ирак в марте 2003 года, заявители были арестованы за убийство британских военнослужащих, содержались в местах лишения свободы, контролируемых британскими военнослужащими, а затем были выданы иракским властям.
GR2 (Government): Европейский суд установил, что власти Соединенного Королевства имели тотальный и исключительный контроль над местом содержания, где находились заявители, и поэтому суд установил, что заявители находились под юридикцией Соединенного Королевства.
GR2 (Government): Утверждение заявителей в параграфе 91 дополнительных замечаний о том, что школы имени Александру Челбун и школы имени Штефана Челмары находятся в зоне безопасности, охраняемой российскими миротворцами, не соответствует действительности.
GR2 (Government): В соответствии со статьей 3 соглашения о принципах мирного регулирования вооруженного конфликта в Приднесровском регионе Республики Молдова от 21 июля 1992 года, город Бендеры, как место пребывания контрольной комиссии и в силу особой сложности обстановки, объявлен районом с повышенным режимом безопасности, который обеспечивается воинскими контингентами сторон, участвующих в выполнении данного соглашения, то есть его контролируют не российские миротворцы, а военнослужащие совместных миротворческих сил.
GR2 (Government): При этом ближайшим постом к лицею имени Александру Челбун, город Бендеры, является двусторонний молдавско-российский пост номер 3, расположенный на удалении 2 километра от лицея, на удалении 7,2 километра от лицея имени Штефана Челмары, в селе Дородское, находится трехсторонний российско-молдавско-преднестровский пункт номер 8, левый.
GR2 (Government): Таким образом, двусторонние и трехсторонние посты совместных миротворческих сил располагаются в нескольких километрах от школ заявителей.
GR2 (Government): Контроль в соответствии с мандатом действий миротворцев в зоне безопасности исключает полицейские функции, разбирательство, гражданско-правовых конфликтов, хозяйственных и имущественных споров.
GR2 (Government): Российские миротворцы не имеют какого-либо отношения к проблемам школ, так как данное учебное заведение находится далеко за пределами участков ответственности постов.
GR2 (Government): В деле ИСА и другие против Турции суд принял во внимание заявление правительства Турции о том, что убийства родственников заявителей в 10 километрах от места дислокации турецких войск за пределами зоны проведения операций не могут быть вменены государству ответчику.
GR2 (Government): В соответствии с действительностью также параграфы 13, 17, 91, 93 и другие дополнительных замечаний заявителей, где речь идет о школе в селе Дородское.
GR2 (Government): Заявители жалуются, что ученикам ежедневно приходится проделывать путь в 35 километров до школы, а школьные автобусы задерживают и подвергают тщательному досмотру.
GR2 (Government): В параграфе 13 заявители указывают, что этот участок дороги контролируется молдавскими властями. В параграфе 17, что обыски проводятся должностными лицами Приднестровья. В параграфах 91 и 93, что эта территория охраняется российскими миротворцами.
GR2 (Government): На самом деле на маршруте следования учеников в лице из Штефана Чалмары и вблизи данного участка местности отсутствуют какие-либо посты совместных миротворческих сил. Ближайшие контрольно-пропускные пункты номер 8, левый, расположен в 7,2 километрах и номер 9, левый, расположен в 14 километрах соответственно.
GR2 (Government): В параграфе 13, что контроль и досмотр транспортных средств и лиц в них следующих представителями совместных миротворческих сил не производится. Предполагаемые нарушения прав заявителей, если таковые имели место на самом деле, могут быть причинены органами власти и должностными лицами Приднестровской Молдавской Республики, а не российскими миротворцами.
GR2 (Government): В этом заключается существенное отличие настоящего дела от дела Аль-Скейни. По своему существу, дело Аль-Скейни и другие является исключительным и в корне отличается от рассматриваемого дела. В Соединённое Королевство его партнеры по коалиции сместили прежнее иракское правительство, что являлось целью их вмешательства. Затем они взяли на себя обязательства по формированию правительства, которые были предназначены для того, чтобы внести в правительство правительство.
GR2 (Government): Они взяли на себя обязательства по формированию нового правительства и установлению гражданского порядка, а также взяли на себя роль правительства Ирака под названием Временной Власти Коалиции. Временная Власть Коалиции передала правление Южным Ираком в руки британских вооружённых сил. В указанных районах Ирака никакого другого гражданского правительства не существовало.
GR2 (Government): Важно, что в параграфе 150 постановления по делу Аль-Скейни суд также уделяет особое внимание тому, что смерти родственников заявителей были вызваны действиями британских солдат. По мнению суда из этого следует, что во всех этих случаях присутствовала юрисдикционная связь в целях статьи 1 Конвенции между Соединённым Королевством и умершими.
GR2 (Government): В этом случае, в указанном постановлении не содержится никаких аргументов в поддержку позиции заявителей властей Молдавы.
GR2 (Government): Большая Палата признала, что юрисдикция в соответствии с Конвенцией в первую очередь является территориальной, кроме исключительных случаев. Таким образом, заявителям в отношении данной жалобы необходимо доказать, что обстоятельства настоящего дела являются в своём роде исключительными, что оправдывает отступление от стандартных правил.
GR2 (Government): В качестве исключения суд отметил такое основание, как осуществление государством фактического контроля над территорией иностранного государства. Однако признание наличия фактического контроля в деле Айскени было сделано на основании действий государства, выходивших далеко за рамки военной миссии и прямо направленных на создание нового правительства.
GR2 (Government): Возвращаясь к обстоятельствам данного дела, следует отметить, что Российская Федерация никогда не признавала независимости Приднестровского региона Республики Молдова, а также, в отличие от дела Киборг против Турции, не признавала действия самопровозглашённых властей, не признанных международным сообществом.
GR2 (Government): По словам Айскени, Российская Федерация никогда не смещала местную администрацию Приднестровского региона и, тем более, никогда не устанавливала там временное административное управление, не издавала какие-либо инструкции для местного населения, никакой деятельности по вооружению, обучению, совместному оперативному планированию оперативная группа российских войск с военными силами Приднестровья никогда не проводила и не проводит.
GR2 (Government): Россия не соответственно соблюдает международные договорённости, выполняет взятые на себя обязательства государства-посредниковы в регулировании конфликта.
GR2 (Government): В соответствии с статьёй 4 соглашения строго соблюдает нейтралитет.
GR2 (Government): Россия не оказывает политической, экономической, финансовой, военной, образовательной и иных видов поддержки Приднестровью. Размещение на территории Приднестровья российского воинского контингента в составе совместных миротворческих сил, которые переданы в подчинение Объединённой контрольной комиссии, строго соответствует международным соглашениям.
GR2 (Government): В своих собственных делах отсутствует юрисдикционная связь с заявителями и Российской Федерацией по смыслу статьи 1-й Конвенции. Власти России категорически возражают против дискриминационного подхода к России, когда только в отношении одного государства, России, в делах Илашко и других, были применены критерии решающего влияния и тесных взаимоотношений путём военной, экономической, финансовой и политической поддержки.
GR2 (Government): Эти критерии по своей природе уникальны и применяются избирательно только в отношении России. Ни в одном другом деле Европейского Суда по делам об экс-территориальной юрисдикции они не использовались. Неизвестны данные критерии и никакому другому Международному Суду, ни Международному Суду ООН, ни Международному трибуналу по бывшей Югославии.
GR2 (Government): Относительно юрисдикции Республики Молдова. В параграфах 63-70 решения по делу Минас Архсян против Азербайджана Европейский суд признал недействительными заявления Азербайджана и Республики Молдова о нераспространении их юрисдикции на Горный Карабах и Приднестровский регион, сделанные при ратификации Конвенции.
GR2 (Government): По аналогии с делом с Архсян бесспорно, что правительство Республики Молдова действует в границах своей международно признанной территории. Вследствие этого негативные и позитивные обязательства сохраняются у Республики Молдова даже в тех случаях, когда осуществление государственных полномочий ограничено частью территории.
GR2 (Government): Следует отметить, что за 2011 год состоялось три прямых контакта премьер-министра Молдавии Филата с бывшим лидером Приднестровья Смирновым. Обсуждались вопросы в сфере экономики, железнодорожного сообщения, обеспечения прав человека.
GR2 (Government): Однако проблема школ и взаимодействие двух министерств образования, Молдавского и Приднестровского, не затрагивалась и не была выделена в отдельную тему для рассмотрения в рамках экспертных групп по выработке мер доверия.
GR2 (Government): Относительно отсутствия военной поддержки. Обвинения во всем происходящем российских миротворцев являются явно необоснованными. Миротворческие силы в зоне безопасности состоят из воинских контингентов трех сторон – Молдавии, Приднестровья и России, а также группы наблюдателей от Украины.
GR2 (Government): Все контингенты подчинены Объединенной контрольной комиссии, принимающей коллективные решения по каждому инциденту, имевшему место в зоне безопасности и требующего вмешательства Объединенной контрольной комиссии миротворческих сил.
GR2 (Government): Подписанное на уровне президентов Российской Федерации и Республики Молдова соглашение о принципах мирного регулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Республики Молдова от 21 июля 1992 года остается в силе.
GR2 (Government): Удивительно, в договоре о дружбе и сотрудничестве между Россией и Республикой Молдова от 19 ноября 2001 года зафиксировано участие России в качестве сопосредника и гаранта будущих договоренностей на основе соблюдения суверенитета и территориальной целостности Республики Молдова.
GR2 (Government): Существующие власть и правительство, исследованные судом в деле Илашко, существенно изменились. Возьмем для примера массовый вывод войск бывшего СССР с территории Республики Молдова.
GR2 (Government): В том году численность личного состава 14-й армии, застигнутой на территории Молдавии к моменту распада СССР, а не специально введенной в порядке оккупации, составляла чуть более 11 тысяч военнослужащих. На основании протокола о количественном составе и размещении миротворческих сил от 28 июля 1992 года было предусмотрено присутствие на территории Молдавии шести российских батальонов.
GR2 (Government): В рамках мотива России российский воинский контингент в составе совместных миротворческих сил в Приднестровском регионе Республики Молдова, переданный в подчинение Объединенной контрольной комиссии, в одностороннем порядке был сокращен с шестим атострелковых батальонов и подразделения обеспечения всего 3100 человек в 1992 году до одного батальона 418 человек в 2003 году.
GR2 (Government): Время личной состава батальона выполняет возложенные на него задачи в зоне безопасности протяженностью 225 км в длину и в ширину от 12 до 20 км, расположенные между конфликтующими сторонами.
GR2 (Government): Время личной состава батальона выполняет возложенные на него задачи в зоне безопасности протяженностью 225 км, расположенные между конфликтующими сторонами.
GR2 (Government): Время личной состава батальона выполняет возложенные на него задачи в зоне безопасности протяженности 225 км, расположенные между конфликтующими сторонами.
GR2 (Government): в наших письменных заключениях.
GR2 (Government): Спасибо за внимание!
Nicolas Bratza (JudgeP): Thank you very much, Mr. Matyushkin. So we have come to the end of the first round of
Nicolas Bratza (JudgeP): addresses. The Court put a number of questions in advance of the hearing, which the parties
Nicolas Bratza (JudgeP): have incorporated, the answers of which the parties have incorporated in their oral submissions already. I would like to ask whether judges have additional questions which they wish
Nicolas Bratza (JudgeP): to put to any of the parties. That does not seem to be the case, so I think we do not
Nicolas Bratza (JudgeP): need a break and I will give the floor at once to the applicants to make short replies if they wish to the submissions of the other two parties. Mr. Hughes, do you wish to reply?
AP1 (Applicant): Thank you, Mr. President, members of the Court. I'll just briefly respond to what was outlined by the Moldovan government in relation to its positive obligations,
AP1 (Applicant): and then address some of the issues raised by the Russian Federation. With respect to the Moldovan submissions regarding what they've done in relation to this issue,
AP1 (Applicant): how they've attempted to prevent these violations from taking place, what steps they've taken to influence the course of events, we would simply say to the Court, we're not expecting an unreasonable or impossible burden to be imposed on the Moldovan state.
AP1 (Applicant): We've recognized on a number of occasions that the situation with respect to Transnistria is such that Moldova doesn't exercise control over Transnistria.
AP1 (Applicant): But again, we reiterate that there were certain things it could have done that it didn't do that could have had an influence on the way in which the applicants' situation was unfolding in Transnistria during that crucial period between 2002 and 2004, and also the situation either side of those dates.