TrustHLT/LaCour huggingface dataset:
GR1 (Government): И это не говоря уже о тысячах других социальных учреждениях, детских садах, больницах, высших и средних специальных учебных заведениях. В материалах национального расследования отсутствуют какие-либо доказательства того,
GR1 (Government): что объект нападения был определён террористами заранее.
GR1 (Government): Подобная неопределённость относительно потенциального объекта атаки безусловно делала невозможным его предотвращение.
GR1 (Government): Более того, ничто не позволяет утверждать, что в случае усиления охраны образовательных учреждений террористы не выбрали бы иной объект или не реализовали бы запланированную акцию в другой день.
GR1 (Government): В частности, даже если бы регион был переведён на чрезвычайное положение и возле каждого образовательного учреждения было бы выставлено оцепление, упорство и подготовка террористов убедительно показали, что теракт был бы всё равно совершён позже после снятия мер либо в соседних регионах.
GR1 (Government): Ещё раз хочу напомнить, что эти события относятся к 2004 году, то есть ко времени, когда противостояние правоохранительных органов и незаконных вооружённых формирований было очень интенсивным.
GR1 (Government): Необходимо иметь в виду, что в отличие от большинства случаев захвата заложников в странах Европы, захват заложников в Театре на Дубровке в Москве и в Беслане были проведены хорошо подготовленными боевиками и профессиональными наёмниками, вооружёнными различными видами огнестрельного оружия и имевшими значительное количество взрывчатки.
GR1 (Government): Спецслужбы многих стран Европы, столкнувшихся с терактами, знают, что уровень специальной подготовки террористов, а главное их безразличное отношение к собственной жизни, фанатизм, изощрённость и абсолютная готовность умереть во время террористического акта существенно осложняют как предотвращение атаки, так и проведение спасательной операции.
GR1 (Government): Учитывая количество вооружения, наличие террористов-смертниц и минирование школы подобным образом, в частности использование специальных устройств, так называемых «педалей смертника», едва ли можно предположить, что в Беслане террористы рассматривали возможность разрешения ситуации без жертв.
GR1 (Government): Все эти факторы снижали вероятность успеха переговоров. Напомню, что почти сразу же после захвата заложников, то есть в 11 часов утра 1 сентября,
GR1 (Government): террористы передали записку, в которой сообщались их требования и угрозы убить 50 заложников за каждого убитого террориста, 10 заложников за каждого раненого, либо отключение электричества, за 5 убитых террористов взорвать школу.
GR1 (Government): Позже один из них сообщил, что лично застрелил 10 заложников и взорвал 20 из них. В этой ситуации спецслужбы и вооруженные силы были вынуждены воздерживаться от каких-либо активных действий.
GR1 (Government): Оперативный штаб всячески старался организовать переговоры и добиться обеспечения хотя бы минимальных гуманитарных условий для заложников, в том числе, чтобы передать им воду, пищу и необходимые медикаменты, на что террористы ответили издевательским отказом, сообщив, что заложники, среди которых, напомню, были маленькие дети, объявили голодовку в знак поддержки требований захватчиков и отказываются от пищи и воды.
GR1 (Government): Первые же попытки переговоров срывались с самими террористами по различным причинам. Так, например, когда для участия в переговорах был приглашен местный муфтий, террористы открыли по нему огонь.
GR1 (Government): Оперативный штаб и сотрудники ФСБ России предлагали различных представителей для проведения переговоров, предлагали захватчикам денежные средства, предлагали повести обмен заложников детей на взрослых добровольцев, предлагали возможность неконтролируемо покинуть здание школы.
GR1 (Government): Однако преступники отказывали в удовлетворении практически всех просьб и отвергали поступившие предложения. При этом власти пытались повлиять на террористов напрямую в ходе переговоров и косвенно, свяжавшись с разыскиваемыми лидерами незаконных вооруженных формирований.
GR1 (Government): Не повлияло на поведение террористов и то обстоятельство, что двое из четырех должностных лиц, в присутствии которых они требовали, прибыли на место событий. При этом террористы дополнительно оказывали давление на заложников, постоянно лгали им о том, что переговоры не ведутся и что они никому не нужны.
GR1 (Government): С одной стороны, в результате переговоров удалось добиться некоторых результатов, в частности на второй день захвата некоторые заложники были освобождены. На третий, террористы позволили забрать тела убитых заложников, сваленные в школьном дворе.
GR1 (Government): С другой стороны, и что более важно, террористы категорически отказывались принять воду и пищу и позволить оказать медицинскую помощь заложникам. В показаниях свидетелей, данных в ходе последующего уголовного судопроизводства, содержатся ссылки на то, что главарь группы террористов обещал лично пристрелить любого боевика, который даст воду или еду заложникам.
GR1 (Government): О том, что переговоры не могли привести к положительному результату, о намерении террористов умереть вместе с заложниками, свидетельствует и последний телефонный разговор во время освобождения заложников.
GR1 (Government): В частности, через 2-3 минуты после взрыва переговорщик ФСБ в очередной раз связался с террористами и спросил, зачем они произвели взрыв и попросил освободить детей. Это зафиксировано документально.
GR1 (Government): В ответ боевик сообщил, что он выполняет приказ своего командира, что из школы никого не выпустят, он исполнит свой долг и выполнит этот приказ.
GR1 (Government): Некоторые свидетели при рассмотрении уголовного дела в суде отмечали, что слышали, как главарь группы террористов настраивал их на то, чтобы в случае начала перестрелки они отстреливались до последнего, а в случае неудачи взорвали заложников в спортивном зале.
GR1 (Government): Немаловажным является и то, что сами требования, выраженные террористами, были заведованы невыполнимыми, тем более в короткие сроки.
GR1 (Government): Россия имеет негативный опыт выполнения требований террористов в 1994-96 годах, а также инспирированный в том числе массовыми терактами опыт заключения соглашения и вывода войск из Чечни в 1996 году, который не только не прекратил или даже не сократил количество терактов, захватов, заложников и похищений, но наоборот увеличил их число и привел к интенсивному распространению религиозного экстремизма.
GR1 (Government): Но даже в такой ситуации, столкнувшись в Беслане с фанатиками, заявлявшими неисполнимые требования, власти предпочли вести переговоры и последовательно придерживались выбранной линии поведения.
GR1 (Government): Штурм в принципе не рассматривался в качестве допустимого варианта разрешения кризиса.
GR1 (Government): В то же время, сознавая, что террористы настроены крайне агрессивно и их поведение непредсказуемо, власти стянули города и непосредственно к школе подразделения специального назначения, армии и внутренних войск.
GR1 (Government): При этом танки и тяжелое вооружение были отодвинуты из зоны видимости террористов с тем, чтобы их не провоцировать.
GR1 (Government): И уж тем более, никто не мог даже допустить мысли о том, чтобы открыть огонь из тяжелого вооружения по школе, полной захваченных детей.
GR1 (Government): Подобные действия в любом случае не остались бы незамеченными и вызвали бы однозначную реакцию со стороны военных, милиции и, что самое главное, родственников, заложников, находящихся поблизости от места событий.
GR1 (Government): Я напомню, что родственники заложников круглосуточно пребывали рядом со школой и находились в самом напряженном состоянии, многие из них были вооружены.
GR1 (Government): И любое применение силы со стороны военных или представителей правоохранительных органов встретили бы отпор.
GR1 (Government): Подобных конфликтов не возникало. Люди на месте трагедии хорошо понимали, кто является их врагом.
GR1 (Government): Следует напомнить, что во время первых взрывов подразделения спецназа ФСБ и армии проводили совместную подготовку на полигоне в 30 километрах от Беслана.
GR1 (Government): Взрыв в школе стал неожиданностью для всех.
GR1 (Government): Боевым подразделениям спецназа, срочно выдвижавшимся в школе, пришлось вступить в бой с террористами с марша без подготовки.
GR1 (Government): Преследовалась лишь одна цель – спасти как можно больше заложников.
GR1 (Government): По свидетельским показаниям, некоторые бойцы спецназа даже не успели надеть бронежилеты.
GR1 (Government): Применение силы таким образом было вынужденной мерой после того, как ситуация стала критической.
GR1 (Government): У властей не было выбора, и подразделения вооруженных сил пришлось вступить в бой, чтобы спасти оставшихся в жилых заложников.
GR1 (Government): Потери, понесенные элитным спецподразделением ФСБ «Альфа» в данном бою, были и остаются самыми большими за 40-летнюю историю его существования.
GR1 (Government): Власти до последнего надеялись на мирное разрешение кризиса, хотя террористы неоднократно давали понять, что не остановятся ни перед чем.
GR1 (Government): Достаточно вспомнить их браваду перед видеокамерой на взрывном устройстве, убийство более 20 взрослых мужчин в первые часы захвата и подрыв одной из смертниц.
GR1 (Government): Восстановить картину происшедшего, особенно после хаоса и паники, наступивших после взрыва в бомбшколе, было крайне непростой задачей.
GR1 (Government): Однако следственные и судебные органы предприняли все возможные усилия для сбора максимального количества доказательств, проведения всех необходимых экспертиз и детального исследования всех возможных версий происшедшего.
GR1 (Government): Подобная информация о работе следственных органов и судебных разбирательствах уже предоставлялась суду властями, и сейчас я лишь вновь подтверждаю, что внутригосударственное судопроизводство по данному делу было проведено самым эффективным образом.
GR1 (Government): В связи с этим я бы хотел подчеркнуть, что выводы, к которым пришло внутригосударственное расследование, были основаны на непосредственном исследовании многочисленных доказательств, показаниях свидетелей и потерпевших, экспертных заключениях и материалах осмотров места происшествия.
GR1 (Government): Особого внимания заслуживает тот факт, что в ходе расследования неоднократно допрашивали все должностные лица, от рядовых до высокопоставленных руководителей, так или иначе связанные с рассматриваемыми событиями, в том числе члены оперативного штаба и лица, ответственные за руководство и исполнение спасательной операции.
GR1 (Government): Власти осознают, что никто и ничто уже не сможет вернуть погибших супругов, детей, родственников, не сможет излечить полушенчанные душевные травмы и полностью устранить вред, нанесенный террористами.
GR1 (Government): Вместе с тем, власти на протяжении многих лет оказывали пострадавшим необходимую медицинскую помощь и реабилитационные процедуры, предоставили жертвам теракта многочисленные денежные компенсации и социальные гарантии, стараясь всячески помочь им в налаживании дальнейшей жизни.
GR1 (Government): В частности, из федерального и регионального бюджетов заявителям и членам их семей было выплачено в качестве компенсации в связи с террористическим актом более 30 миллионов евро.
GR1 (Government): В соответствии с распоряжениями правительства России, начиная с 2009 года, всем пострадавшим компенсируются расходы на связь, транспорт и жилищно-коммунальные услуги, а это более 3 тысяч человек.
GR1 (Government): Кроме того, пострадавшим семьям, в которых рождаются дети, оказывается ежемесячная материальная помощь. К настоящему времени на эти цели израсходовано около 4 миллионов евро.
GR1 (Government): Понимая важность социальной адаптации, физического и психологического оздоровления пострадавших детей и их родственников, власти организовали соответствующее лечение и реабилитацию в лучших медицинских учреждениях России с привлечением в том числе специалистов из Франции, Германии, Китая и других стран.
GR1 (Government): Все пострадавшие были обеспечены бесплатными медикаментами. Государственными медицинскими учреждениями организованы регулярные проверки состояния здоровья пострадавших. В отношении каждого из них была разработана индивидуальная программа реабилитации, реализованная за счет государственных средств.
GR1 (Government): Многие из пострадавших были обеспечены новым жильем. Я хочу подчеркнуть, что помощь и поддержка пострадавшим со стороны государства оказывается уже в течение 10 лет и будет продолжена далее.
GR1 (Government): Я еще раз обращаю внимание сюда, что трагедия 2004 года легла страшным грузом на всех граждан России, тяжело переживавших за судьбу детей, захваченных террористами.
GR1 (Government): Я могу утверждать с полной ответственностью, что в те трагические события все российское общество, все граждане и все государственные институты были сплочены вокруг пострадавших.
GR1 (Government): В завершении я хочу сказать, что сегодня Европейский суд рассматривает обстоятельства, являющиеся прямым следствием акта терроризма, происшедшего в Российской Федерации. Но, к сожалению, Россия может быть не единственной страной, испытавшей на себе ужас массового террора.
GR1 (Government): Сегодня, в условиях накалившейся обстановки на Ближнем Востоке, подобная беда может коснуться многих стран, в том числе европейских.
GR1 (Government): Мы видим уже сейчас, что боевики так называемого Исламского государства Ирака и Леванта публично угрожают проведению масштабных террористических актов во Франции, Великобритании, Италии и ряде других стран, вступивших в военное противостояние с террористами.
GR1 (Government): Благодаря средствам массовой информации мы все в полной мере убедились, что эти религиозные фанатики, холоднокровно казнящие тысячи человек, не остановятся ни перед чем для достижения своих целей.
GR1 (Government): В этой связи мы просим сегодня суд внимательно, извешенно подойти к оценке баланса интересов личности, общества и государства в вопросе противодействия терроризму.
Isabelle Berro-Lefèvre (JudgeP): Je vous remercie, Monsieur Matyushkin.
Isabelle Berro-Lefèvre (JudgeP): La parole est à Maître Jessica Gavron.
AP1 (Applicant): Madam President, I will respond to the court's questions 1 and 3.
AP1 (Applicant): Mr. Korotev will respond to question 2,
AP1 (Applicant): and Mr. Kinyazkin will present submissions
AP1 (Applicant): on behalf of the applicants in Dudeeva and others.
AP1 (Applicant): Question 1 relates to the positive obligation to protect life under Article 2, specifically whether the government knew or ought to have known of a real and immediate threat to the lives of people of North Ossetia on the Day of Knowledge, 2004, and whether it took reasonable measures to avert that threat.
AP1 (Applicant): In Osmond, the court interpreted Article 2 to imply a positive obligation on the authorities to take preventive operational measures to protect an individual whose life is at risk from the criminal acts of another individual.
AP1 (Applicant): That the government knew of a real and immediate threat to life on the Day of Knowledge that included school number one, Beslan, as a potential target is not contested.
AP1 (Applicant): The government admits its knowledge of such a threat in its observations.
AP1 (Applicant): The investigative procedures rely on by the government, expert forensic report number one, the criminal trials of the local police department, the Parliament Torshin report also acknowledge the considerable information available to the authorities.
AP1 (Applicant): Let us look at the level of detail known.
AP1 (Applicant): The telex of the 18th of August from the North Ossetian Ministry of Interior to local departments specifies movement of a large group of militants from the plains of Ingushetia to a wooded area on the border of North Ossetia.
AP1 (Applicant): A meeting in mid-August conceiving a plan to commit a terrorist act.
AP1 (Applicant): That the act would be on the scale of the Budyonnovsk hospital crisis.
AP1 (Applicant): It would be in North Ossetia, and the intention would be to demand withdrawal from Chechnya, and it was financed by a large sum of money already transferred from Turkey.
AP1 (Applicant): The telex of the 25th of August specified the Day of Knowledge and educational institutions as the likely target.
AP1 (Applicant): These and further telexes and orders of 24th, 27th, 28th, and 30th of August set out an extremely high level of threat, specific as to date, target institutions, area, terrorist intention, activity, and capability.
AP1 (Applicant): It is likely the telexes were sanitized versions of the intelligence available.
AP1 (Applicant): Further, this unusual level of detail suggests at the very least there was technical interception of communications, if not covert human intelligence source, with access to the militant group.
AP1 (Applicant): We therefore submit it is incontrovertible that the Russian authorities knew of a real and immediate threat of an attack intended to cause terror and loss of life on a large scale.
AP1 (Applicant): Madam President, I will now turn to whether the government took reasonable preventive measures in the light of this threat, as required by Article 2.
AP1 (Applicant): In Osman, the court has stated that this obligation should not place an impossible or disproportionate burden on the authorities in view of the operational choices that must be made in terms of priorities and resources.
AP1 (Applicant): Such choices should be decided in the light of the severity and scale of the risk.
AP1 (Applicant): In this case, it was known that a large group of militants had been planning and training for weeks to carry out a large scale attack.
AP1 (Applicant): The likely date and target were known, as therefore was the particular vulnerability of the intended hostages, being predominantly school children.
AP1 (Applicant): The authorities were also aware of the capabilities in terms of training, weaponry, and ruthless intent of the militants.
AP1 (Applicant): The government today has set out the particularly horrifying nature of this threat.
AP1 (Applicant): Under the federal anti-terror law, the FSB and Ministry of Interiors have direct responsibility and extensive powers to avert terrorist threats.
AP1 (Applicant): The action taken by the government is set out in its observations.
AP1 (Applicant): The FSB and the Federal Ministry of Interior provided the regional and local authorities with detailed information about the intended attack and required them to undertake numerous preventive measures.
AP1 (Applicant): The government concedes that the unimpeded seizure of the school was the result of deficiencies and failings of the regional interior departments and of the local police, who, notwithstanding, have not been held accountable.
AP1 (Applicant): We submit that the relaying of information and instruction to the regional bodies was not sufficient to discharge the government's obligation to protect life under Article II.
AP1 (Applicant): All the TELEXs require the Preveh Berejni and local districts to take steps to suppress and prevent the Terrorist Act and provide security on the target date.
AP1 (Applicant): This devolvement of responsibility is elucidated in Forensic Report Number 1.
AP1 (Applicant): The leadership, it states, the leadership of the Preveh Berejni District Internal Affairs Office was instructed to assume direct control over the organization and securing of public order and safety in the areas hosting Day of Knowledge events.
AP1 (Applicant): A number of the TELEXs acknowledge the paucity of local resources.
AP1 (Applicant): The TELEX of the 27th of August to the Preveh Berejni District refers to the reduced district force as unacceptable given the deterioration of the operational situation.
AP1 (Applicant): TELEX 1825 of the 28th of August requires the district department, among other measures, to recruit private security firms and public organizations of a law enforcement nature to provide assistance.
AP1 (Applicant): This entirely passive approach represents a startling abdication of responsibility by the federal bodies tasked by law to conduct and lead the fight against terrorism.
AP1 (Applicant): It is important to note that the Ministry of Interior and the Republics are administrative units subordinate to and an integral part of the Federal Ministry of Interior.
AP1 (Applicant): Given the foreseeability and magnitude of this threat, we submit it would have been reasonable to deploy a wide range of the resources of the Russian state.
AP1 (Applicant): This was clearly not a threat that local police and their limited resources were capable of dealing with.
AP1 (Applicant): The authorities had experience of such terror attacks.
AP1 (Applicant): We've heard from the government.
AP1 (Applicant): Budyonnovsk Hospital, in which up to 2,000 people were taken hostage.
AP1 (Applicant): Dubrovka Theater, again 900 people taken hostage.
AP1 (Applicant): This time, they had prior and specific warning.
AP1 (Applicant): In Makan, the court noted as relevant that the authorities had prior warning of an appending attack and thus time to plan, coordinate, and take measures to foil the attack.
AP1 (Applicant): The failures in conduct and planning of the operation to avert the terrorist attack amounted to a violation of Article 2.
AP1 (Applicant): In Turkish cases, Kilic, Akoc, and Mahmetkaya, the court held that the authorities failed to take reasonable preventive measures to avert threats to life.
AP1 (Applicant): Reasonable options we submit could have been taken include intervention.
AP1 (Applicant): The visible deployment of security forces to search, locate, and arrest the militants.
AP1 (Applicant): In Makan, the court observed that the danger to the population of Gibraltar arising from the failure to arrest the terror suspects should have outweighed the possible consequences of having insufficient evidence to warrant their detention and trial.
AP1 (Applicant): Target denial, postponing the opening of the school year in a defined area.
AP1 (Applicant): Security, heavily manned regular checkpoints on main and back routes and outside target towns, as well as additional security at schools in a defined area.
AP1 (Applicant): Beslan is within 20 kilometers of the Malgobek district and is the first and most strategic town directly south into North Ossetia.
AP1 (Applicant): Such measures could potentially have deterred, disrupted, or minimized the impact of the attack.
AP1 (Applicant): In fact, there was no ownership or containment of the threat.
AP1 (Applicant): No counter-terrorist operation was set up despite the prior warning until after the attack had been carried out.
AP1 (Applicant): Consequently, there were no plans in place to adequately address either the threat or the immediate aftermath of the successful attack.
AP1 (Applicant): The result of the government's striking lack of action, for which it has provided no explanation, was that this large group of militants were able to train undisturbed and on the day of knowledge carry out a devastating terrorist attack unchallenged.
AP1 (Applicant): Instead of heightened security, there was unaccountably not only less security than a normal school day, but no security at all.
AP1 (Applicant): The truck or trucks carrying over 30 terrorists and weapons encountered only one checkpoint manned by a single officer.
AP1 (Applicant): The usual traffic police in Beslan were absent, apparently diverted on verbal orders to provide protection for a high-ranking official.
AP1 (Applicant): The usual armed police at the school gates were absent, and there was just one unarmed youth liaison officer without a mobile phone.
AP1 (Applicant): There was no reaction from police for the first 15 minutes after the attack, despite the police station being located next door to the school.
AP1 (Applicant): There were insufficient, and by some accounts, no firearms available to armed police when it became apparent the school had been seized.
AP1 (Applicant): The government today has said it was not possible to prevent this attack.
AP1 (Applicant): We submit they failed to even try.
AP1 (Applicant): The failure by the federal authorities to take any active operational measures to avert this real and immediate threat to life amounts to a violation of their obligation to protect life under Article 2.