Зефир и Флора (балет Мясина)

«Зефи́р и Фло́ра» () — одноактный балет в 3-х картинах в постановке Л. Ф. Мясина на музыку В. А. Дукельского, сценография Ж. Брака. Первый показ 17 июня  года силами труппы Русский балет Дягилева, Театр Монте-Карло, Монте-Карло.

История 
Летом 1924 года Чекетти передал Мясину просьбу Дягилева о встрече в Лондоне. Антрепренёр и балетмейстер не поддерживали отношений несколько лет. Дягилев по настоянию Кохно предложил Мясину вернуться в труппу и заказал ему два новых балета. Поскольку в то же время Мясин ставил балеты для ревю Кокрана в Лондоне, он начал работать по двум ангажементам.

В Русском сезоне 1925 года в жизни труппы Дягилева назревал очередной перелом. Импресарио задумывался о замене главного балетмейстера Нижинской, на место которой намеревался назначить Баланчина, дебютировавшего в качестве постановщика премьерой собственной редакции балета Мясина «Песнь соловья» (1925). Дягилев был известен как открыватель новых талантов. Среди новых артистов его труппы Мясин встретил Маркову, Долина и Лифаря, который исполнил в «Зефире и Флоре» свою первую сольную роль, «продемонстрировал природный ум и умение владеть собой».

Балет «Зефир и Флора» предшествовал «Матросам» и создавался во время репетиций в Монте-Карло. Новое сочинение основывалось на либретто Кохно, планировавшего «восстановить ballet d’action XVIII века». Тот же тип мифологического сюжета ранее привлёк Шарля Дидло, в «Зефире и Флоре» которого впервые дебютировала известная Тальони в  году в Лондоне. Оформление было поручено Жоржу Браку.

На сей раз Дягилев так же привлёк к сотрудничеству молодого и начинающего композитора Дукельского, музыка которого, по мнению Мясина, включала интересные отзвуки фуг Баха. С. С. Прокофьев писал в «Дневнике», что ему нравилась музыка Дукельского: «Балет я слушал с самым нескрываемым удовольствием». Более опытный и старший по возрасту композитор пытался оказывать содействие младшему коллеге, рекомендовал Кусевицкому печатать его сочинения, играл вариации из «Зефира и Флоры»: «Кусевицкий хохотал: „В Америке Рахманинов направо и налево хвалил Метнера, потому что Метнер пишет под Рахманинова. Приехал Метнер и стал хвалить Рахманинова. Теперь та же история: Дукельский пишет под вас и вы расхваливаете его“». Ещё до парижской премьеры Прокофьев познакомил Дукельского с Сувчинским, мнение которого о музыке балета было записано в прокофьевском «Дневнике»: «Сувчинский нашёл, что ни капли Стравинского, но масса Прокофьева, впрочем, мимоходом и Шопена, и Шумана».
В свою очередь Дукельский содействовал сближению Дягилева и Прокофьева: «Дукельский очень хочет, чтобы у меня снова восстановились отношения с Дягилевым, так как чувствует, что я был бы для него хорошей опорой». Именно к майским дням того года относится переданное через Дукельского предложение Дягилева Прокофьеву о написании нового балета для Русских сезонов, которым впоследствии стал «Стальной скок» в постановке Мясина ().

Несмотря на прохладное принятие публикой, «Зефир и Флора» вошёл в репертуар труппы Дягилева в отличие от «Матросов», премьера которых обрела гораздо больший успех. На музыку Дукельского Мясин создал ещё один балет — «Публичный сад» по совместному с композитором сценарию на основе фрагмента романа Андре Жида «Фальшивомонетчики» (), известный также под названием «Общественный сад», или «Общественные сады».

Сюжет 

Либретто значительно отличается от сценария одноимённого балета Дидло. Фабула сочинения Дукельского и Мясина основана на типичном любовном треугольнике: Борей, брат Зефира, пленён любовью к Флоре, супруге Зефира, и пытается разлучить их.

Действие происходит на Олимпе, где танцуют и музицируют Музы. Появляющийся Борей избегает внимания Муз и ищет Флору. Зефир и Флора исполняют вальс, Борей пытается разъединить супругов. Затем Борей затевает игру в жмурки, чтобы избавиться от Зефира и уединиться с Флорой. Флора попадает в объятия Зефира. Мучимый ревностью Борей принимает Зефира за Флору, не узнаёт брата, поскольку у него завязаны глаза. Флора удаляется.

На сцене появляются Музы, они танцуют с Флорой, затем оставляют её в одиночестве. Борей преследует Флору, которая избегает его настойчивых ухаживаний и исчезает. На Олимп вносят тело Зефира с нанесёнными ему его братом ранами. Музы вместе с Флорой оплакивают раненного Зефира. Их слёзы исцеляют бога, который вскоре поправляется, становится на ноги и начинает свой танец. Музы соединяют руки супругов, чтобы они больше не расставались.

В финале Зефир и Флора покидают Борея, любовь которого потерпела неудачу. Музы наказывают Борея, поскольку он отверг их к нему любовь.

Премьера 
 1925, 28 апреля — «Зефир и Флора», балет в трёх картинах по сценарию Бориса Кохно на музыку Владимира Дукельского (Вернона Дюка) в хореографии Леонида Мясина; декорации и костюмы Жоржа Брака. Дирижёр Марк-Сезар Скотто, режиссёр Сергей Григорьев
 Основные исполнители ролей 
 Флора — Алисия Никитина
 Зефир — Антон Долин
 Борей — Серж Лифарь

Первый показ в Париже состоялся 15 июня (17 июня?). Согласно программе спектакля 20 июня 1925 года в Гетэ-лирик в роли Флоры выступила Александра Данилова, Музы: Любовь Чернышёва, Лидия Соколова, Фелия Дубровская, Нинет де Валуа, Тамара Жевержеева, Генриетта Маикерска, Любовь Сумарокова, Татьяна Шамье и Елена Комарова.

12 ноября 1925 года балет был представлен в Театре Колизеум, Лондон.

Новая версия 
 , 27 мая — показ новой версии балета в 3-х картинах в хореографии Мясина в Театре Сары Бернар, Париж

Восприятие 
Критики отмечают, что, несмотря на качественную музыку и удачную постановку, сценическую жизнь балета нельзя назвать успешной, поскольку сочинение не завоевало значительной симпатии у публики. Л. Ф. Мясин писал в мемуарах: «Я остался доволен конечным результатом своей работы, но, вероятно, мифологический сюжет оказался слишком далёк от современности, и балет так и не стал популярен у зрителей».

С. Л. Григорьев также удивлялся восприятию публики: «С момента исполнения в Монте-Карло „Зефира и Флоры“ Дягилев сделал всё возможное, чтобы улучшить этот балет, который предстояло показать первым из новых постановок. Но хотя состав молодых исполнителей, а в какой-то степени и музыку Дукельского сочли очаровательными, этот спектакль постоянно терпел неудачу».

С. С. Прокофьев испытал разочарование от парижской премьеры: «<…> оркестровано тускло и часто угловато, на фортепиано звучит много лучше. Декорации Брака оказались вялыми, сюжет Кохна — никаким. Только заключение балета, когда нимфы перед Бореем ложатся веером на спины, предлагая ему отдаться, доставило публике удовольствие. Успех средний. Дукельский выходил кланяться один раз, выглядел взволнованным и забавным. Резюмэ — некоторое разочарование. И всё же, балет можно переоркестровать, сцену переставить, а по музыке это одно из самых значительных явлений сезона».

Сравнивая первые и последующие оформительские работы П. Пикассо и Ж. Брака для Русского балета Дягилева, М. Ф. Ларионов отметил, что декорации «Пульчинеллы» и «Зефира и Флоры» «оказались самыми замечательными».

См. также 
 Русский балет Дягилева

Примечания

Литература

Ссылки 
 

Музыкальные произведения 1925 года
Балеты 1925 года
Спектакли Русского балета Дягилева
Балетные премьеры Оперы Монте-Карло
Балеты по сюжетам греко-римской мифологии