Бухгольц, Иван Дмитриевич

Ива́н Дми́триевич Бу́хгольц (1671—1741) — русский военный и государственный деятель, сподвижник Петра I, генерал-майор, основатель Омска, комендант Селенгинска.

Жизнеописание 
Иван Дмитриевич Бухгольц родился в 1671 году в семье обрусевших немцев, переселившихся в Россию в начале XVII века. Отец Дмитрий Филиппович служил в русской армии.

В молодые годы Иван Дмитриевич состоял в потешном войске Петра I. С 1689 года он уже состоит на службе офицером Преображенского полка. Боевое крещение для него началось с Азовских походов, затем последовало участие в многолетней Северной войне и связанное с этим быстрое продвижение по службе.

Его старший брат Авраам Дмитриевич также служил в Преображенском полку, откуда в 1715 году в чине полковника был назначен на пост коменданта Шлиссельбургской крепости.

Основание Ямышевской и Омской крепостей 
22 мая 1714 года Бухгольц, бывший тогда подполковником, получил следующие Высочайшие указы, подписанные Петром I на галере «Святая Наталия»: «О завладении городом Еркетом и о искании золотого песку по реке Дарье» (Амударье), «О песочном золоте в Бухарии, о чиненных для этого отправлениях, и о строении крепостей при реке Иртыше, которым имена: Омская, Железенская, Ямышевская, Семипалатная, Усть-Каменогорская». Указы предписывали ему ехать в Тобольск, собирать там отряд и двигаться вверх по Иртышу к Ямыш-озеру. Там он должен был остановиться на зимовку, построить крепость, оставить в ней гарнизон, а затем продолжать путь дальше, к городу Еркету (Яркенду), где якобы имелись россыпи песочного золота. В том, что в тех местах есть месторождение золота, Петра I убедил сибирский губернатор князь Матвей Гагарин.

В августе 1714 года в Петербурге Бухгольцу отрядили одного сержанта и 7 рядовых Преображенского полка. В Москве присоединились ещё 7 офицеров. 31 ноября того же года подполковник с командой прибыли в Тобольск, где сибирским губернатором был выделен отряд в 1500 человек. Бухгольц упрекнул губернатора в малом числе выделяемых людей. В наказе князя Гагарина Бухгольцу говорилось:
Ежели непріятель не будетъ давать дѣлать крѣпости, то, прося отъ Бога помощи, противиться какъ можно всѣми людьми. Ежели непріятель сидѣть будетъ, то надлежитъ о прибавкѣ людей, естьли понадобится, и для чего, о томъ писать въ Тобольскъ и на Тару и въ Томской, а въ Томской и на Тару посланы указы…

В июле 1715 года экспедиция погрузилась на 32 дощаника и 27 больших лодок: 2 полка пехоты, 700 человек драгун, небольшая артиллерийская команда и 70 человек мастеровых, всего 2932 человека с амуницией, провиантом и снарядами. К экспедиции пристали 12 дощаников, принадлежавших купцам и нагруженных товаром. Для драгун и части пехоты приведены были из Тары 1500 лошадей. Севшие на них солдаты пошли по берегу для защиты экспедиции, которая отправилась вверх по Иртышу.

1 октября 1715 года отряд прибыл к Ямышевскому солёному озеру. Здесь Бухгольц приступил к постройке Ямышевской крепости.

15 декабря 1715 года подполковник не отважился идти дальше и написал Петру I, что опасно идти навстречу калмыкам со столь малым числом войск, однако письмо пришло государю на корабль «Ингерманландия» лишь 7 августа 1716 года.

26 декабря 1715 года Бухгольц отправил письмо губернатору Матвею Гагарину с требованием предоставить большее число людей.

Недовольный появлением русских войск, джунгарский хунтайджи Цэван-Рабдан послал Бухгольцу требование удалиться, а когда последний не послушался, то ночью 10 февраля 1716 года напал на Ямышевскую крепость со своим 10-тысячным войском и отбил стадо лошадей. Началась зимняя блокада крепости, в которой от голода и болезней отряд русских потерял 2300 человек. Посланные на помощь отряды и провизия перехватывались джунгарами, и Бухгольц не пробовал их отбить, проявляя пассивность. Так полностью попал в плен караван из 700 человек с продовольственным обозом и 20000 рублей денег на жалование, а также 600 купцов из Тобольска, Тары и Томска.

Историки считают, что Бухгольц был слишком аккуратным военным, и прилежно выполнял указания Матвея Гагарина по продвижению вперёд. Также Бухольцу не хватало дипломатических умений — для сравнения, спустя год отряд Ивана Лихарева в 450 человек попал в схожую ситуацию при постройке Усть-Каменогорской крепости, однако смог убедить джунгар в мирных намерениях и успешно выполнить задачу.

28 апреля 1716 года Бухгольц был вынужден покинуть Ямышевскую крепость. Были срыты до основания укрепления, дома и казармы разрушены, военные припасы нагружены на 18 дощаников. Офицеров и рядовых осталось не более 700 человек, из которых большая часть была больна. Джунгары после бегства Бухгольца отпустили пленных: священника и бывшего при казне комиссара. Остатки экспедиции направились вниз по Иртышу в Тобольск. На Оми заканчивались владения джунгар, и далее они не преследовали экспедицию. Не доходя Тобольска, у устья Оми, Бухгольц с разрешения князя Гагарина заложил Омскую крепость. Однако само строительство укрепления вели не ослабленные походом люди Бухгольца, а свежие, присланные из Тобольска, люди. Князь Матвей Гагарин получив известие о провале экспедиции, послал Бухгольцу для пополнения полков тремя партиями 1300 рекрутов, что способствовало быстрому строительству Омской крепости.

Несогласие между князем Гагариным и подполковником Бухгольцем возникло из-за того, что последнему стало скучно продолжать предпринятую экспедицию. Гагарин послал летом 1716 года подполковника Сибирского драгунского полка Фёдора Матигорова в Ямышевскую крепость для исправления погрешностей Бухгольца, который сдал команду приехавшему из Москвы майору Ивану Вельяминову-Зернову и 28 сентября 1716 года выехал из Омской крепости в Тобольск.

22 декабря 1716 года Бухгольц приехал в Тобольск и пробыл здесь до получения повеления Петра I об отбытии в Санкт-Петербург, куда он прибыл 2 сентября 1717 года.

Расследование неудачной экспедиции вёл лично Пётр I. Бухгольц «успел выпроситься в Петербург от стыда и следствия».
28 января 1719 года в собственноручном указе Его Императорского Величества генерал-майору Лихареву было наказано:
… Также разьискать о Подполковникѣ Бухольцѣ, какимъ образомъ у него Ямышевскую крѣпость Контайшинцы взяли; также и о прочихъ его худыхъ поступкахъ освидѣтельствовать,…

В ходе расследования следствие установило, что поход потерпел неудачу в результате плохой подготовки, и Бухгольц был оправдан. Военная коллегия признала его годным к «лучшему делу», он был понижен в должности и в качестве наказания был направлен заведовать госпиталями, а потом был назначен комендантом утратившей своё военное значение крепости Нарва.

В 1721 году князь Гагарин за государственные преступления был казнён, припомнили ему и 2700 человек, погибших в походе Бухгольца.

Служба в Забайкалье 
В 1723 году Пётр I направил Бухгольца на службу в Сибирь командиром Якутского полка, который располагался в Тобольске.

В 1724 году, после реабилитации, уже в чине полковника, Бухгольц был снова направлен на службу в Сибирь, и 31 марта по Императорскому указу отправился в Забайкалье на китайскую границу.

В 1726 году он, вместе с графом Саввой Рагузинским, отправился в цинский Китай. Граф Рагузинский возложил на полковника Бухгольца управление областями, пограничными с империей Цин. В Забайкалье Бухгольц стал «Главным пограничным управителем», заложил Кяхту и Троицкосавск, наладил регулярную торговлю с Китаем. В 1727 году в устье реки Чикой построил новую Петропавловскую крепость.

27 сентября 1729 года в Селенгинске Бухгольц выдал патенты зайсангам Шабаю (гуцуевского рода), Хулкице (сартулова рода) и Ланцаку (цонголова рода) о принятии их в российское подданство.

В 1729 году Бухгольц отправил донесение в Коллегию иностранных дел, что торг с китайцами на Кяхте в Троицкой слободе, в отличие от Цурухайтуйской слободы на Аргуни, открыт:
… а въ Цурухайтуйской слободѣ, для трудной и дальной поставки лѣсу, почти ещё не начато строеніе, кромѣ поставленных 7 избъ; ибо китайцы за неспособностью мѣста, не токмо не помышляют там строиться, но и не желают производить купечество.

Тем временем селенгинские монголы, жившие к югу от Кяхты, неожиданно изменили своё отношение к русским и стали проявлять враждебность по отношению к пограничному населению, угоняли скот и охотились в русских владениях. Представления Бухгольца о прекращении этих беспорядков остались без внимания. В то же время заргучей (советник) Соном передал Бухгольцу лист от китайского трибунала к российскому сенату о мирном производстве торговли, отправления посольства в Россию и получении печатей. Также были отправлены подарки на 130 000 рублей (100 000 лан). От ургинских владельцев было прислано пять листов от трибунала к сенату с просьбой о пропуске посольства к калмыкам.

2 февраля 1730 года Бухгольц отправил донесение в Коллегию иностранных дел, что через Цурухайтуйский пост пришло с китайской стороны 5 юрт, пожелавших принять русское подданство и платить ясак. 15 марта он сообщал, что с Онона прикочевало ещё 150 юрт, объявивших, что они прежде были в русском подданстве.

26 июля 1731 года Бухгольц был отправлен на китайскую границу с военной командой для охранения Сибирских городов с пограничной инспекцией. Наблюдение за границей возложили на селенгинского дворянина Григория Фирсова (к востоку от Кяхты) и иркутского боярского сына Анисима Михеева (к западу). Общее заведование всеми пограничными делами поручено Бухгольцу.

В 1731 году Бухгольц был произведён в бригадиры с назначением комендантом Селенгинска. В должности селенгинского коменданта он пробыл до 1740 года.

В декабре—январе 1734 года в коллегию селенгинского коменданта поступил донос на Бухгольца и его военную команду, находящуюся на китайской границе.
1 февраля 1740 года иркутский вице-губернатор Ланг отправил следующее донесение в Петербург:
Бригадиръ и селенгинскій комендантъ Бухгольцъ, который, яко древенъ, и въ ногахъ болѣзнь имѣетъ, того ради его Бухгольца оттуда возвратить, а туда здороваго человѣка его жъ характера послать.

Высочайшим указом от 3 марта 1740 года И. Д. Бухгольц был уволен в отставку в чине генерал-майора. Умер Иван Дмитриевич Бухгольц в 1741 году, точное место смерти и погребения неизвестно.

Предположительное место захоронения 
Могила Ивана Бухгольца и его супруги Марии Дорофевны находится рядом со старинной московской церковью Введения во храм Пресвятой Богородицы в Барашах в районе Чистых Прудов, Москва.

Память 

 «Пропал как Бухгольц» — широко распространённая в прошлом поговорка в Сибири.
 Именем Бухгольца в Омске названы улица и площадь перед речным вокзалом. На здании вокзала в 1987 году установлена мемориальная доска.
 В центре площади Бухгольца в 1997 году установлен памятный знак «Держава» (скульптор В. Трохимчук).
Шар, похожий на пушечное ядро (диаметром 7 метров), подчёркивает историческую значимость места, где установлен памятник: тут в 1716 г. был заложен первый камень при основании Омской крепости. Из-за дефицита средств памятный знак не был завершён в полном объёме: металл заменили стеклопластиком, а рельеф по его периметру — росписью. Ещё по проекту планировались особая подсветка памятника и особое обустройство территории вокруг него, но и без этих решений памятный знак преобразил пространство площади, придал ей торжественное звучание.
 В 1996 году на берегу, у слияния рек Иртыш и Омь близ омского речного вокзала, установлен памятный знак «Пушка» в честь И. Д. Бухгольца и первых основателей города Омска, которые высадились в этом месте.
 Бухгольц является одним из героев романа Алексея Иванова «Тобол» (2018) и одноименной экранизации (2019), героем романа Дениса Гербера «Временщик» (2021), героем романа Александра Родионова «Князь-раб» (2006).
 Во время службы в Забайкалье Бухгольц выступал в качестве крёстного при крещении местных бурят. Новокрещенные получали его фамилию, со временем упростившуюся до Бухольцевых.

Примечания

Литература 
 Бухгольц // Энциклопедия Омска. Том 2. Хронограф Омска. Издатель-Полиграфист «Лео». Омск. 2010 
 Евсеев Е. Бухгольц — имя военное // Время. — 1997. — 3-9 декабря. — С. 10
 Евсеев Е. Иван Бухгольц, основатель Омска // Молодой сибиряк. 1966. 27 мая. С. 3
 Евсеев Е. Иван Бухгольц: исторический очерк // Вечерний Омск. — 1986. — 29 мая. — С. 3; 30 мая. — С. 3; 31 мая. — С. 3; 2 июня. — С. 3; 3 июня. — С. 3; 4 июня. — С. 3; 5 июня. — С. 3; 6 июня. — С. 3; 7 июня. — С. 3
 Евсеев Е. «Се язъ Иванъ Дмитриевъ сынъ, а по прозванию Бухолцъ» // Сибирское время. — 1995. — 10-16 ноября (№ 45). — С. 5
 Евсеев Е. Что мы знаем об основателе Омска? // Вечерний Омск. — 1997. — 19 августа
 Евсеев Е. Экспедиция И. Д. Бухолца и основание Омской крепости // Города Сибири: (экономика, управление и культура городов Сибири в досоветский период): (отдельный оттиск). — Новосибирск, 1974. — С. 47-59
 Памятники Сибирской истории XVIII века. Книга вторая. 1713—1724. Типография министерства внутренних дел. Санкт-Петербург. 1885
 
 Иванов А. Тобол. 2017 г. ЛитагентАСТ.

Ссылки 
 
 Омский государственный университет имени Ф. И. Достоевского — Очерк Ивана Петрова об основателе города Омска И. Д. Бухгольце 
 Омский государственный историко-краеведческий музей — П. П. Вибе. Бухгольц Иван Дмитриевич
 Памятники Сибирской истории — Акты исторические 1715 
 Памятники Сибирской истории — Акты исторические 1716 
 Мосты жизни нашей. Евгений Евсеев: исследования, публикации — И. Д. Бухгольц (документы) 
 

Основатели городов
Персоналии:Кяхта
Персоналии:Новоселенгинск
Персоны без указанного места рождения
Сподвижники Петра I
Участники Среднеазиатских походов
Участники Русско-турецкой войны (1686—1700)
Участники Северной войны
Генерал-майоры (Российская империя)
Путешественники XVIII века
Персоналии:Омск