Танки дальнего действия

Танки дальнего действия — элемент боевого порядка стрелковых дивизий Красной Армии 30-х годов XX века, включавший в себя подразделения броневой и танковой техники, предназначенной для прорыва в глубину обороны противника во взаимодействии с частями пехоты.

Для его обозначения в официальном документообороте использовалось наименование «группа танков дальнего действия», которая, как правило, комплектовалась тяжёлыми машинами и действовала в составе первого эшелона группы танковой поддержки стрелковых частей.

Формирование таких групп предусматривалось господствующей в Красной Армии теорией глубокой операции и глубокого боя, однако к концу 30-х годов выделение групп танков дальнего действия было признано нецелесообразным.

Состав 
Организация групп танков дальнего действия формальным образом впервые была описана в Полевом уставе РККА 1929 года и конкретизирована во Временном полевом уставе РККА 1936 года.

Группа танков дальнего действия составлялась из танковых или механизированных бригад (полков или даже отдельных батальонов), которые придавались для усиления стрелковым дивизиям. В те времена предполагалось, что для успешного прорыва очаговой обороны противника достаточно выставить 20 — 30 танков на один километр фронта; для реализации прорыва позиционной обороны предполагалось плотность танковой группировки довести до 40 — 50 машин на километр.

Назначение по взглядам современников 
Их главной задачей былo взламывание оборонительных линий на всю их тактическую глубину (15—20 км), уничтожение основных сил артиллерии врага, нанесение удара по его штабам, разгром оперативных и тактических резервов, нарушение коммуникаций и путей отхода, противодействие бронетанковым частям и т. п.

Советский военный теоретик М. Тухачевский полагал, что задействование танковых частей в роли танков дальнего действия имеет смысл в тех ситуациях, когда боевое построение противника не позволяет реализовать обход его флангов и не оставляет иного выбора кроме фронтального удара в глубину. Во время нанесения такого удара танки дальнего действия должны пересечь линию фронта и перерезать возможные пути отхода врага, причём этот прорыв предполагалось осуществлять при поддержке подвижного заградительного артиллерийского огня и «пехотного десанта на бронетранспортёрах». По его мнению, такой подход к задаче преодоления эшелонированной обороны являлся ключевым отличием полевых уставов Красной Армии 1936-го и 1939-го годов. Сравнивая их со служебными инструкциями французского полевого устава, маршал Тухачевский провёл аналогию между отечественным понятием «танки дальнего действия» и французским термином «танки общего манёвра». Советский генерал А. Радзиевский, описывая военные взгляды в СССР 30-х годов XX века на применение танков дальнего действия также подчёркивал ключевую роль глубокого прорыва танков дальнего действия для уничтожения резервов противника и поражения его сил на всю глубину боевого построения.

Германский военачальник Г. Гудериан в своей книге «Внимание, танки!» указал, что роль танков дальнего действия в советских войсках возложена на «кристи-русский» (Т-34), который является «быстроходной», «весьма хорошо спроектированной и испытанной» машиной. Проведя анализ организации советских бронетанковых войск, он обратил внимание на сложную иерархию боевых задач и разветвлённую структуру разнообразных специализированных машин различных типов, которая помимо танков дальнего действия включала танки дальней поддержки пехоты и танки непосредственной поддержки пехоты. По его мнению, это не могло не привести к ряду определённых неудобств, связанных с эксплуатацией в боевых условиях большого количества разнородной техники.

Способы применения и боевой опыт 
В соответствии с советскими военными инструкциями для ударных группировок танков дальнего действия назначались:
 выжидательный район — в глубине 10—15 км от переднего края обороны для предварительного сосредоточения за несколько часов до наступления,
 исходная позиция — в глубине 1—3 км от переднего края, выдвижение на которую осуществлялось во время артиллерийской подготовки атаки,
 промежуточный район сбора — в глубине 3—4 км за передним краем на рубеже ближайшей боевой задачи наступающих полков,
 основной район сбора — в глубине 6—8 км за передним краем на рубеже ближайшей боевой задачи дивизии,
 конечный район сбора — в глубине 15—20 км за передним краем на рубеже последующей боевой задачи дивизии.

Теоретические идеи боевого применения танков дальнего действия обкатывались на манёврах войск Киевского, Московского, Одесского и других военных округов с 1935 по 1936 годы. Во время боевых действий в районе озера Хасан и на реке Халхин-Гол удалось опробовать их применение в боевой обстановке. Однако советско-финская война 1939—1940 годов наглядно показала, что разделение танковых группировок на танки дальнего действия и танки поддержки пехоты себя не оправдывает из-за значительного отрыва танков дальнего действия от стрелковых частей и ввиду проблем с организацией массированного удара по оборонительным порядкам противника.

В силу этих причин накануне Великой Отечественной войны понятие танков дальнего действия было упразднено, a Полевой устав 1941 года уже не предусматривал эшелонированного построения группы танковой поддержки пехоты.

См. также 
 сомп

Примечания

Дополнительная литература

Ссылки 
 

Элементы боевого порядка
Танки по классификации
Устаревшие и вышедшие из употребления военные термины