Академический отряд

Путешествие академиков по Сибири (1733—1746) проходило в рамках Великой Северной экспедиции с целью изучения архивов сибирских городов и природы Сибири. Так, благодаря исследованиям главы отряда Миллера архива Тобольска стало известно об экспедиции Семёна Дежнёва 80 годами ранее.

Предпосылки 

Несмотря на то, что Сибирь была частью России уже около полутора веков, о ней было известно очень мало. Были данные от первопроходцев, но они, идя всё дальше на восток, описывали только основные географические объекты — реки, горы, озёра, а природа, за редким исключением, оставалась в стороне от наблюдений. Растительность, животный мир, геология, история — всё это было практически неизвестно. Именно поэтому, следом за указом об организации Великой Северной экспедиции (17 апреля 1732 г.), последовал новый указ (19 июня 1732 г.) — об участии в ней Академии наук, которая должна была послать в экспедицию одного профессора и с ним двух «из российских студентов, которые б могли по Юпитеровым спутникам в разных местех долготу обсервовать и после, яко будучие в практике, сами в профессоры вступить». На профессора и студентов возлагалось «такожде географическое порядочное описание и осмотр или примечание о плодах земных и минералах и металлах и ботаническое, ежели найдутся, учинить». Академия наук посчитала необходимым послать двух профессоров; один должен был производить «обсервации, или наблюдения астрономические, физические, анатомические и что до истории натуральной, или естественной, принадлежит», а другой должен был изучать все, что касается «до уставов веры и обычаев (тамошних) людей, до языков же древностей и письмен». Для выбора двух лучших студентов из Славяно-греко-латинской академии было затребовано 12 студентов.

Описание экспедиции 

Эта экспедиция стала первой из академических экспедиций по изучению России.

Путешествие 1733—1736 
К лету 1733 года определился состав отряда. Во главе его были поставлены профессор астрономии Л. Делиль де ла Кроер и профессор истории Г. Ф. Миллер. Указом 11 июня 1733 года к ним был присоединён профессор естествознания И. Г. Гмелин, намечавшийся и ранее в состав экспедиции, но замененный вследствие болезни Миллером. При них состояли живописец Беркхан (Johann Christian Berckhan), рисовальщик (в изданиях Академии Наук XX века указан как  — учитель чистописания) Люрсениус (Johann Wilhelm Lürsenius), 5 студентов: Степан Крашенинников, Фёдор Попов, Лука Иванов, Василий Третьяков, Алексей Горланов и академический инструментальный ученик Гаврила Кобылин.

В начале августа 1733 года отряд начал своё путешествие; 18 октября он прибыл в Казань, где была организована метеорологическая служба (Василий Григорьев, затем — Семён Куницын). В декабре метеорологические наблюдения были организованы в Екатеринбурге (А. Татищев, геодезист Н. Каркадинов, учитель арифметики Ф. Санников), в январе 1734 года — в Тобольске, где академический отряд догнал Беринга.

В мае, как только вскрылись реки, отряды двинулись в путь. Де ла Кроер вместе со студентами Поповым и Ивановым отправился вместе с обозом Чирикова в Енисейск, а Миллер и Гмелин, освобождённые Берингом от подчинения ему, отправились на юг, — вверх по Иртышу. Сделав короткие остановки в Таре, Омске и Ямышевской крепости, 26 июля академический отряд прибыл в Семипалатинск, и далее по приграничной дороге через Усть-Каменогорскую крепость достиг недавно открытых Колыванских медных заводов. По пути путешественники изучали флору и фауну, собирали коллекции редких растений, проводили геологические исследования; Миллер помимо архивной работы занимался археологическими раскопками, Гмелин — организацией метеорологических наблюдений.

Из Кузнецка 27 сентября Миллер двинулся в Томск сухим путём, а Гмелин — рекой Томь. В Томске они встретились 2 октября, после чего направились через Енисейск, Красноярск, Канск, Удинск, Балаханск в Иркутск, куда прибыли 8 марта 1735 года. В марте Гмелин и Миллер пересекли по льду Байкал и прибыли в Селенгинск, где воссоединились с Де ла Кроером и продолжили путь вместе — Кяхта, снова Удинск, Еровинский и Читинский острог, на плотах по Ингоде и Шилке, и 15 июня 1735 года прибыли в Нерчинск, где исследовали древние памятники, могильные курганы и рудные копи.

Проведя некоторое время в Нерчинске, они отправились дальше — Аргунский сереброплавильный завод и Аргунский острог. 20 июля 1735 года С. Крашенинников с геодезистом А. Ивановым был отправлен на р. Онон для обследования целебных источников. К началу осени 1735 года отряд вернулся в Иркутск: через Читинский острог, Удинск, далее — сплав по Селенге и Байкалу.

20 января 1736 года Крашенинников получил задание продолжить исследование «теплых вод» в Забайкалье (по южному и восточному побережьям Байкала), и одновременно изучить архив Баргузинского острога. А Гмелин и Миллер 26 января отправились на север — в Илимске они жили месяц, после чего направились в верховья Лены, по Лене, на 6 судах, до Усть-Кута и до Усть-Ильгинской крепости. В это время, путешествовавший вместе с ними геодезист А. Красильников, составил подробную карту реки. Делакройер же добрался до Якутска сухим путём, — 1 июня.

Якутск: 1736—1737 

В Якутск они прибыли только в начале сентября 1736 года. В это время в Якутске находился начальник экспедиции Беринг, а также его отряд и отряд Шпанберга, а также Делакройер. Здесь находились также все грузы и экипаж для судов, строящихся в Охотске.

В Якутске между профессорами и Берингом начались несогласия. Сыграли свою роль и трудность пути, и трудности снабжения на Камчатке. Атмосфера в коллективе была накалена, писались доносы (одним из основных доносчиков был Писарев), по которым многих репрессировали, отправляя под конвоем в Иркутск. Из Петербурга приходили вести, что Берингом и Шпанбергом недовольны за медлительность. В одном из писем в Петербург Миллер просил «совершенно освободить» всех учёных из-под руководства Беринга. 

В Петербурге был собран совет Сената и Адмиралтейств-коллегии для решения о продолжении экспедиции, требовавшей больших средств и дающую ничтожные результаты. Сенат был против такого расходования средств (до 300 тыс. рублей в год), но Адмиралтейство проявило упорство и разрешение было получено. Писарев был переведён из-под начала Беринга в отряд Шпанберга; Беринг же получил выговор за медлительность с предупреждением о том, что если он не поторопится, то как Муравьёв и Павлов будет разжалован в матросы, и лишён добавочного жалованья.

В такой атмосфере Миллер и Гмелин отказались ехать на Камчатку и выехали на Лену, а вместо себя послали Крашенинникова. Для путешествия на Камчатку они потребовали для себя «особо поместительного» судна, для наблюдения за строительством которого, а также для подготовки помещений и был отправлен Крашенинников. В конце концов, по приказанию Беринга, никого из академического отряда было решено на Камчатку не брать. Вдобавок ко всему, в Якутске во время пожара сгорел дом Гмелина вместе со всеми книгами, инструментами, записями и собранными коллекциями. Требовалось, насколько это возможно, восстановить утерянное. Для этого пришлось проехать тем же маршрутом в 1737. Время было упущено: Беринг в отсутствие академиков покинул Якутск.

Крашенинников отправился из Якутска в Охотск, откуда он должен был отплыть на Камчатку, 5 июля 1737 года. Там он встретился с Чириковым и Шпанбергом, помощниками Беринга, а позже и с самим Берингом, который оказал ему всяческое содействие в снаряжении на Камчатку. До самого отъезда на Камчатку 4 октября 1737 года Крашенинников продолжал вести научную работу: производил метеорологические обсервации, вёл наблюдения над приливом и отливом моря, составлял описание флоры и фауны. 4 октября 1737 года он отплыл из Охотска на судне «Фортуна», начав четырёхлетнее путешествие, во время которого восемь раз пересек полуостров.

Академики в Сибири: 1737—1743 

Миллер с Гмелиным добрались до Киренска, но заболевший Миллер вынужден был вернуться в Иркутск, где провёл всю зиму. Весной к нему присоединился Гмелин. Учитывая, что дальше на восток двинуться они не могли, вернуться без приказа — тоже, Гмелин и Миллер подали прошение об отставке, но не получили никакого ответа. Таким образом, не получая никаких других назначений и будучи не в состоянии продолжить свой первоначально намеченный маршрут, они не знали, чем заниматься дальше. К тому же возникли проблемы с выплатами жалованья.

В это время закончились сроки, выделенные на экспедиции Челюскина и Дмитрия Лаптева. Командиры их, не находя в Якутске Беринга, обращаются за рекомендациями о дальнейших действиях к Миллеру, который рекомендовал им прекратить исследования. Но в Петербурге с ним не согласились; то, что к нему не прислушиваются, ещё больше угнетает Миллера.

Несмотря на всё это, Миллер всё же оставался руководителем и членом исследовательского отряда. В 1740 году он отправил Фишера и Линденау в Охотск, где они исследовали архив (на обратном пути в 1742 Фишер арестован по ложному обвинению, вскоре освобождён, но какое-то жил в Томске; вернуться в Петербург ему было разрешено только в 1746). Линденау на обратном пути совершил путешествие вдоль Охотского моря и по сибирским рекам. Крашенинников же, добравшись до Камчатки, организовал там метеорологическую станцию и совершил путешествие по северу полуострова (1738—1740).

Чуть ли не единственным из учёных, отправившимся с Берингом в плаванье, стал Георг Стеллер, разделивший с отрядом Беринга все тяготы зимовки, но не перенёсший ареста по доносу одного из участников того плаванья, и умерший в Сибири в 1746 году.

Делакройер в 1740 году отправился в Берёзов, где соорудил обсерваторию для наблюдений за Меркурием, но небо все 6 недель, что он провёл в Берёзове, было затянуто облаками. После этого, не дождавшись Гмелина и Миллера, он отправился по Оби и Иртышу в Тобольск. В отсутствие ветра баржу должны были всё время тащить казаки или, если это было возможно, шли на вёслах. Путь занял целый месяц, во время которого проводились астрономические исследования. В Тобольске же Делакройер занялся географическими исследованиями, разыскивая в архивах карты и изучая их, составляя их списки и снимая копии. По окончании работы он отправился в Соликамск, оттуда — в Новоусолье на Каме, принадлежащее Строгановым. В гостях у них Делиль провёл месяц, за время которого он занимался астрономическими наблюдениями, после чего отплыл на барке по Каме и Волге. 30 августа 1740 года он прибыл в Казань, где он снова разыскивал различные карты. 29 декабря он вернулся в Петербург.

Миллер вместе с Гмелиным продолжали путешествовать по Сибири, пока им не разрешили вернуться в 1743 году. После возвращения они недолго жили в Петербурге, предпочтя вернуться к себе на родину.

Итоги экспедиции 

Составлены карты внутренней Сибири, описаны имеющиеся там пути, реки, озёра и другие объекты, а также получены зарисовки чем-либо замечательных местностей, открыты и исследованы неизвестные ранее различные сибирские древности, исследованы архивы сибирских городов, абсолютно не известные в столице, в Петербург доставлено огромное количество выписок из них, а также образцы руд и их чертежи там, где не было возможности до них добраться, а также образцы растений, рисунки рыб, птиц и животных, проведено множество исследований по этнографии сибирских народов, астрономические и другие исследования.

Примечания

Литература

Ссылки 
 

Великая Северная экспедиция
История Сибири
Академические экспедиции